Наталья Косухина

Ольга Гусейнова

ТВОЙ СОВЕТ ONLINE

Глава 1

Риса Ригал

Как же хорошо вот так лежать на лежаке, на открытой веранде и смотреть вдаль. Погода нынешним летом стоит замечательная. Лазурное небо, хищные птички парят в вышине, чистый воздух… Нет, все-таки какая прекрасная идея — провести свой отпуск в этом замечательном месте, в отеле под названием «Под сенью розовых деревьев».

То, что нужно настоящему хранителю. Спускаясь с гор в долину Айя, три широкие реки — Даф, Акаф и Эйф — образуют огромное водное царство. Достигнув долины, уже медленно текущие воды лениво огибают большие и не очень острова, которые часто походят на одинокие холмы, покрытые густой растительностью. Из-за теплого климата большую часть года в Айе все цветет. И большинство островов поражают воображение туристов прекрасными садами розовых деревьев, благоухание цветов которых разносится по округе.

Проследив взглядом за очередным розовым лепестком, что слетел с дерева и опустился мне на живот, взяла его в руку и вдохнула тонкий нежный аромат. Благодать! Мягкий климат, тепло и лечебные воды.

Предзакатное солнце уже не так палило, как днем, и было приятно нежиться в его теплых лучах. Я лениво обвела взглядом окружающий пейзаж соседние, похожие на мою, виллы-острова, где на открытых верандах тоже расположились отдыхающие. На минуту засмотрелась на семью севаров с тремя озорными ребятишками, которые сейчас по очереди прыгали в воду. А родители малышни, сплетясь хвостами, отдыхали на лежаках, попивая коктейли и ведя неспешную беседу.

По другую сторону от моего островка приятно проводил время старый ведьмак — большую часть дня он спал в тени деревьев или читал новости в неопространстве. Хотя я отметила, что он тоже частенько погладывает на меня, поблескивая абсолютно черными глазами, характерными для любого ведьмака или ведьмы. Старый хрыч!

Похоже, его сильно волновал мой пляжный костюмчик, состоящий из шелковой маечки и веселеньких кальсон в цветочек, что лишь подчеркивал все прелести моего женственного аппетитного тела. В кои-то веки я решила последовать моде и купить себе столь непрактичную фривольную одежку, и вот на тебе — на меня засмотрелся старикан!

Долгожданный отдых для усталой и замученной меня — как бальзам на душу. Правда, и этот отпуск пришлось выбивать чуть ли не силой. Начальство из-за участившихся прорывов и сложного характера напарника не хотело меня отпускать.

Нельзя сказать, что я такой уж бесценный и совершенный работник и меня невозможно заменить. Служу я в Дозоре. Так называется в нашей республике служба, которая отслеживает «прорывы» и ликвидирует их последствия.

Несколько сотен лет назад в нашем мире начали появляться чудовища. Приходили они из-за грани, прорывая оболочку мира. В то время из-за этих монстров гибло все живое, потери были колоссальными. Чтобы защищать людей и безжалостно уничтожать агрессоров, и был создан Дозор, ставший теперь крупнейшей организацией внешней обороны с целой сетью филиалов в различных странах. И стоящий на страже не только нашей республики Акар, но и всего мира Айфир.

Где-то прорывы в нашем мире случались чаще, где-то были более спокойные зоны. Я же живу и работаю в Лукане, одном из крупнейших городов на севере нашей страны и — по стечению различных обстоятельств — месте повышенной активности тварей.

Лукан, расположенный на острове, представляет собой прекрасную неприступную крепость, окруженную со всех сторон соленой водой Мертвого океана. Огромной горой этот остров поднимается из воды недалеко от берега одного из двух континентов, с которым соединен большим широким мостом. Естественные террасы, на которых выстроены городские здания, спиралью уходят к вершине, туда, где высится дворец Совета города — главное строение Лукана. Повсюду взгляд отмечает невысокие, но очень живучие деревья и свисающие с каждого балкона ползучие лианы, усыпанные яркими ароматными цветами.

Высокая крепостная стена с множеством смотровых башен кругом опоясывает остров, делая его полностью неприступным и грозным.

Но главным достоинством города был и остается Мертвый океан, омывающий его берега. И не без причины. Монстры, нападающие на нас, сильно не любят воду и всячески стараются ее избегать. Наверное, именно поэтому твердыня до сих пор остается надежной и неприступной.

О своей работе я всегда вспоминаю с особым трепетом и, несмотря на опасность, люблю свое дело, хотя изначально не планировала идти по стезе хранителей.

Прикрыв глаза, я откинулась на лежаке и перенеслась воспоминаниями в далекое прошлое.

В детстве я была нестандартным ребенком. С младых ногтей меня занимали не куклы и плюшевые туфики, а инструменты моего отца. Он работал строителем, и специального инвентаря у него имелось предостаточно, потому у меня было из чего выбирать. Мама постоянно ругала меня за игры с папиными инструментами — боялась, что я поранюсь или испорчу в доме мебель. А отец лишь спокойно улыбался, думая, что я пойду по его стопам.

Но судьба распорядилась иначе, и на меня в этом вопросе большое влияние оказал наш сосед-севар. Представители этой расы отличаются невероятной стремительностью, а конкретно на этого еще и магия не действовала. Сосед был лет на десять старше меня и относился ко мне как к младшей сестренке.

Вот и росла я, общаясь больше с ним, чем с девочками своего возраста и своей расы. Когда мне исполнилось двадцать три, передо мной встал вопрос выбора будущей профессии. И именно в этот период на меня повлиял сосед.

Мама всегда хотела, чтобы я пошла по ее стезе и стала ведьмой-практиком в школе по созданию магических амулетов. Дело, достойное женщины! Но усидчивости у меня не было никакой, да и напитка магией амулетов — дело тонкое: нужно обладать терпением, которого у меня тоже не имеется.

Папа хотел, чтобы я пошла учиться на проектировщика, создавала и строила здания. Но, несмотря на мою тягу к его инструментам, в этом деле я совсем не разбиралась. Я родилась ведьмой и хотела делать что-то значимое, приносить реальную пользу.

Меня долго мучил вопрос: куда мне податься?

Над этой проблемой я и раздумывала, когда Сайлар нашел меня возле речки. В этом живописном месте, окруженном деревьями, всегда хорошо думалось — особенно если я смотрела на воду. Среди множества деревьев я всегда выделяла одно — огромную старую иву с корявым, покрытым шишками и наростами стволом и длинными ветвями, которые будто тянулись к воде. В их тени я в раздумьях или мечтах часто проводила долгие часы. Порой, лежа на зеленой травке, разглядывала сквозь ветви голубое небо. А бывало, усевшись на теплые камни, которые в большом количестве усеивали берег реки, вглядывалась в толщу воды, ища там ответы на свои вопросы.

— Привет, мелкая! О чем мечтаешь? Неужто какой-то юноша украл твой покой?

Оглянувшись, я увидела, что ко мне направляется сосед — довольно высокий эффектный мужчина с мужественными чертами лица и длинной косой. Форма Дозора на его хвостатом поджаром теле смотрелась очень впечатляюще. Он лишь недавно закончил обучение и буквально неделю назад начал работать.

— Нет, — не оправдала я надежд севара. — Думаю о том, куда мне дальше податься.

— Да-а-а… Этот вопрос посерьезнее всяких там мужчин будет. И куда же дальше ты решила направиться по дороге жизни?

Тяжело вздохнув, я ответила:

— Не знаю.

И продолжала смотреть на воду. Сайлар подошел и опустился рядом со мной.

— Чего ты хочешь? — сделал еще одну попытку друг.

— Подвигов, — просто ответила я.

Севар рассмеялся:

— Мы не в древние времена живем. Сформулируй желание более конкретно.

Немного подумав, я сказала:

— Хочу делать по-настоящему стоящее дело. Хочу…

И замолчала, не в силах выразить свое желание, которое клокотало у меня внутри и рвалось на свободу.

— Кажется, я тебя понял, — через пару минут сказал Сайлар. — Тогда, если хочешь полезных подвигов, иди в Дозор.

Я с сомнением посмотрела на соседа:

— Туда женщин не берут.

— Кто тебе это сказал? — неподдельно удивился севар.

— Мама узнавала через подругу.

— Она соврала. Тебе нужно пройти тест на дар и сдать экзамен. Но тебя, скорее всего, возьмут: ведьмаков не хватает.

Да, моя раса всегда была востребована, несмотря на многочисленность ее представителей. В этом мире только нам подвластна магия, но применять ее так, как хочется, мы не имеем возможности. Делиться своим даром с окружающим миром мы можем лишь через вещи, напитывая их магией. И именно поэтому потребность в наших услугах имеется во всех отраслях общества.

Я, нерешительно взглянув на соседа, спросила:

— И вы действительно убиваете чудовищ?

— Да. Но ты, вероятнее всего, станешь защищающим, а значит, в большинстве случаев будешь только прикрывать нападающего.

Для меня и этого оказалось достаточно.

— Как мне поступить в Дозор?

Сосед глубоко вздохнул:

— После этого мне, скорее всего, откажут от вашего дома, и твои родители много чего выскажут, но я тебе посодействую. Ты должна следовать своим путем, так что слушай…

Вот так, втайне от родителей, я собрала документы и подала их в университет хранителей. И пока меня не приняли, держала этот секрет при себе, наслаждаясь им каждый день.

По теоретическим дисциплинам я еле-еле наскребла проходной балл и думала, что мне откажут. Когда вторым этапом протестировали мой дар, он оказался достаточно сильным — выше среднего, и это решило дело в мою пользу. Я стала претендентом на звание хранителя.

В тот же день, ближе к вечеру, я собрала вещи и спустилась вниз. Мне предстояла трудная задача — сообщить новости домашним, которые отдыхали в гостиной.

Увидев меня в дверном проеме с походной сумкой в руках, родители в тревоге переглянулись.

— Куда ты, доча? — нервно спросила матушка.

Для дополнительной уверенности в себе я сжала в ладони ручку сумки.

— Мама, папа, сегодня я поступила в университет хранителей. В связи с чем должна к десяти часам прибыть в общежитие.

На несколько мгновений родители замерли и сидели молча, переваривая новость.

— Я не позволю! — наконец воскликнула мама. — Как ты могла принять столь важное решение и не посоветоваться с нами?!

Она вскочила с дивана и стояла, явно не зная, что делать дальше, но готовая любым способом помешать мне уехать.

— Наверное, потому, что это — мое решение и моя жизнь! — твердо ответила я.

— Я запрещаю! — строго сказал отец, тоже вставая с дивана.

— Это все ее друг виноват, это он ее туда потащил! Чтоб ноги его больше не было в нашем доме! — Кажется, у матушки началась истерика.

А мы с отцом в это время смотрели друг другу в глаза: между нами шло сражение, в котором я не собиралась проигрывать.

— Сай никуда меня не тащил. Это решение я приняла после того, как узнала, что моя мать мне соврала, — резко сказала я, продолжая смотреть на родителя.

— Я хотела уберечь тебя! Ты же — наш единственный ребенок. А что, если какая-то из тварей тебя убьет, что будет с нами?

Внезапно отец отвел взгляд и отошел к окну.

— Она уже все решила.

Мама развернулась к нему и потрясенно воскликнула:

— И ты ее так вот отпустишь?!

— А какой у нас выбор?

Я развернулась и, подхватив свои вещи, направилась к двери. Мама вышла в коридор. И когда я взялась за ручку, порывисто произнесла:

— Если ты сейчас уйдешь — лучше не возвращайся!

Немного помедлив у выхода, я покинула дом, хлопнув дверью.

Даже сейчас при воспоминании о том моменте во мне поднимается буря чувств, а уж тогда я приступила к занятиям, находясь в эмоциональном шоке.

Несмотря на невысокие баллы при поступлении, сама учеба давалась мне легко: наверное, потому, что состояла в основном из практики. Четыре года пролетели быстро. Свое обучение я до сих пор вспоминаю с затаенной нежностью: самый беззаботный и один из самых счастливых периодов моей жизни. С родителями я помирилась через полгода, они все время моего обучения очень переживали за меня, а я, вырвавшись из-под опеки, училась, отдыхала с одногруппниками и периодически встречалась с Сайларом, когда он возвращался с заданий.

Первая серьезная неприятность в моей новой, взрослой, жизни стала для меня неожиданностью. Через несколько дней после выпуска пришло сообщение — мой друг детства на очередном задании получил серьезную травму. Некоторое время мы вместе работали в Дозоре, а потом он вдруг уволился и уехал. Оказалось, после ранения его перевели на задания более низкой сложности, и на этом фоне у него возник конфликт с начальством. Но перед тем как подать в отставку, он успел устроить так, чтобы меня оставили в родном городе.

Служба моя простой не была: работа у хранителей опасная. В своих мечтах о великих свершениях, достижениях и сражениях я не учла, что есть и бытовые моменты. Вот тут-то и нашла коса на камень.

На прорывах всегда работает команда нападающий-защищающий, в связи с чем совершать героические поступки в одиночку у меня попросту не было возможности. А напарника, несмотря на хорошую психологическую характеристику, мне подобрали не сразу.

При нашей работе, на которой можно и голову сложить, очень важна психологическая совместимость, взаимопонимание и слаженность взаимодействия. Первое время, работая и выполняя задания, я не чувствовала нападающего, не понимала его действий, между нами не хватало какой-то связи.

«Может, со временем все наладится», — думала я тогда, но потом поняла, что под лежачий камень вода не течет, и начала перебирать кандидатов, по мере возможности подбирая себе более подходящего напарника.

Удачный случай для моего профессионального роста подвернулся неожиданно: в Лукан перевели хранителя из другого города. По неизвестной причине у него возник конфликт с напарником, и работать вместе они больше не смогли. И в своем городе он остаться не пожелал. Странно, обычно мы прикипаем к какому-то определенному месту, изучаем его, привыкаем и покидаем только в случае необходимости и крайне неохотно. А тут — по собственному желанию…

В итоге, когда я шла к начальнику, Вархару Сарговичу, знакомиться со своим новым напарником, меня снедало нешуточное любопытство.

Открыв дверь кабинета, я увидела сидящего за столом своего шефа и огромного чадара.

Первое, что мне бросилось в глаза, — длинные волосы. Обычно представители расы чадаров носят короткую прическу, но, присмотревшись, заметила в туго скрученном хвосте замаскированные лезвия.

Развернувшийся ко мне всем корпусом мужчина был высок, как и все чадары, и широкоплеч. Под одеждой угадывалась хорошо развитая мускулатура, что делало массивное телосложение еще более впечатляющим.

Лицо не отличалось правильностью черт, нос был сломан, наверное, в двух местах, а четко очерченные губы создавали ощущение суровой неприступности. Тем не менее тяжелый подбородок, острый взгляд темных глаз и хищные повадки делали мужчину очень привлекательным. Опасно привлекательным.

Хорошо, что я предпочитаю другой тип мужчин, а то б мое сердце перестало мне принадлежать.

Поняв, что стою в дверном проеме и бесцеремонно рассматриваю чадара, быстро приказала себе вернуться в рабочее состояние.

— Добрый день, — поздоровалась, присаживаясь напротив начальника, на стул рядом с предполагаемым напарником.

Мужчина вызывающе прошелся по мне нахальным взглядом, задержав внимание на пышной груди, которая всегда сильно мешала мне в работе, и с недоумением на лице повернулся к Вархару Сарговичу:

— И «это» мне собираются поставить в напарники?

К такой реакции мужчин, особенно тех, у кого уже есть определенные карьерные достижения, я привыкла, потому не обратила на эти слова никакого внимания. Раз нас привели на собеседование и знакомство — значит, подбор уже оформлен и бумаги готовы. Так что придется ему мучиться со мной.

— Когда первое задание? — спросила я у начальства.

— Завтра, — спокойно ответил шеф.

Всегда поражалась его полному хладнокровию и абсолютной невозмутимости в любых ситуациях.

В кабинете повисла тишина, а мой напарник сверлил меня взглядом.

— Посмотрим, — в итоге бросил он и вышел прочь.

— Кто это? — поинтересовалась я, глядя вслед хаму.

— Раш Сонха.

— Ого!

Довольно знаменитая личность среди хранителей, да и не только. Он блестяще выполнял свою работу, за приличный срок службы провалил всего два задания, да и те не по своей вине. Его профессиональный уровень просто зашкаливал, о нем нам в университете рассказывали преподаватели. И теперь эта легендарная личность будет у меня в напарниках. Интересно, почему он перевелся сюда из столицы?

— Но, — добавил начальник, — он очень трудный в плане сотрудничества. Тебе придется тяжело, так что прояви терпение.

Еще бы! Он и не такое может себе позволить.

— Сколько он проработал с последним напарником?

— Десять лет.

Я в удивлении вскинула брови:

— И что же случилось?

— По официальной версии, его напарнику потребовалось переехать в другой город.

— А по неофициальной? — От любопытства меня прямо распирало.

— Он переспал с невестой своего защищающего.

Заметив мое удивленное выражение лица, шеф быстро пояснил:

— Сонха не знал, что девушка — чья-то невеста. Его напарник, хорошо зная репутацию своего нападающего, подругу с ним не знакомил и в результате сам же и прогадал. А дама желала найти вариант повыгоднее.

— М-да… — поняла я возможные трудности.

— Точнее не скажешь. Отказываться будешь?

— Нет, конечно. Мне очень любопытно поработать с профессионалом такого уровня.

Вархар Саргович зыркнул на меня с явным сомнением в глазах, не веря в наш тандем… Но судьба решила иначе.

На следующий день, придя на работу, я сразу отправилась в подготовительный корпус и начала собираться на задание. После образования портала до появления чудовищ обычно проходит часа четыре. Так что мы успевали.

Я уже переоделась и полностью экипировалась, когда пришел мой напарник. Заметила я его не сразу, а лишь потянувшись к столу за магическими ножами. Он стоял, прислонившись к стене, и смотрел на меня вызывающим взглядом, так же, как и вчера.

Я отметила это и, не обращая внимания, продолжала распределять ножи по костюму.

— И такая фигура не мешает на заданиях? — спокойно поинтересовался напарник.

— Мешает, — коротко ответила я.

Первое время приходилось действительно трудно, но утягивающее белье помогло решить проблему.

— Но ты справилась, молодец. Не кажется ли тебе, что работать со мной ты не сможешь?

— Нет. Но я вижу, ты не в восторге от того, что тебе придется работать с женщиной. Откажись.

Раш поморщился:

— Если не соглашусь — мне откажут в отборе. И так уже многие не подошли.

— Не нужно было уезжать из столицы.

— Думаю, ты достаточно долго работаешь в Дозоре, чтобы тебя уже просветили на этот счет. У тебя столько опыта. Настоящая матерая волчица!

Ну, это он преувеличил.

— Я уже достаточно проработала, чтобы осознавать, что мое досье ты знаешь лучше, чем я сама. И — да, меня уже просветили насчет твоей щекотливой ситуации.

— Какая тактичность! Ну что ж, посмотрим, что ты собой представляешь в боевых условиях, — протянул Раш и отправился переодеваться.

Экипировался он гораздо быстрее меня, и когда прозвучал сигнал отправления, мы, уже полностью готовые, стояли в ожидании портала.

На задании все прошло вполне успешно, и по возвращении меня даже не высмеяли. С Рашем мне было спокойно, я хорошо его чувствовала и прекрасно понимала. Если бы не паршивый характер нападающего, то все и вовсе было бы прекрасно. Напарник тоже пока помалкивал, если не довольный, то уж точно удовлетворенный нашей работой.

Решило окончательную судьбу нашего тандема задание, на которое мы отправились спустя примерно месяц. Тогда — непонятно, каким чудом — мне удалось спасти жизнь своему нападающему. Несмотря на то что данный случай был откровенной удачей, с того момента отношение Раша ко мне изменилось в корне. Так началась наша дружба. Нежеланная напарница стала одной из немногих, кому Раш мог простить практически все и полностью доверял. А еще в наших отношениях был и дополнительный плюс — мы точно не отобьем любовников друг у друга.

Из задумчивости меня вырвал вызов, исходящий из магического амулета на шее. Застонав, я не успела ничего предпринять, как буквально в ту же минуту меня засосал межпространственный портал, перенес мое бренное тело из райского уголка и выкинул у начальника в кабинете.

Поднявшись, я огляделась.

Глава 2

Никеа Лавейская

Даже летом в горах всегда холоднее, чем на равнинах.

Прядки волос выбивались из тугой черной косы, растрепанной ветром. Его порывы заставляли ежиться и кутаться в теплую кашемировую шаль. А солнце слепило глаза, вынуждая жмуриться, но тем не менее тянуться к его живительному теплу и свету.

Открыв глаза, я уже в который раз обвела взглядом окружающий меня пейзаж. Белоснежную стайку птиц, носящуюся высоко в голубом небе и громкими криками оглашающую всю округу. Высокие горы с белыми пушистыми шапками на вершинах, словно серой защитной стеной окружающие со всех сторон небольшую зеленую долину. Привычную, изученную до последнего камешка дорогу, которая начинается от ворот нашего поместья и, немного расширяясь и петляя, сбегает вниз, в поселок. Вечный сероватый смог, сквозь который с таким трудом пробиваются к земле лучи солнца: это дым от костров или печных труб медленно поднимается вверх и неохотно покидает теплое местечко.

Я стояла на крыше смотровой башни, которая примыкала к нашему огромному каменному дому, как его еще называли — цитадель клана. Находясь здесь и испытывая обычное умиротворение, рассматривала знакомые с рождения ухоженные добротные дома вокруг поместья и суету вампиров из нашего клана.

Прислушивалась к привычным для меня звукам, которые в горах разносятся очень далеко, ощущала родные запахи и раздумывала. Мои мысли постоянно крутились вокруг отца и его разговоров по поводу моего будущего.

Папа исподволь пытался настроить меня на то, что в моем возрасте уже пора задуматься о браке. Через неделю мне исполняется двадцать три года и по законам любой расы, населяющей мир Айфир, я стану совершеннолетней.

Против брака как такового я не имела ничего против, но вот тот факт, что отец сам планирует выбрать мне подходящего мужа, очень пугал, вызывая неприятие и внутреннее сопротивление. В конце концов, два моих брата гораздо старше меня, но пока не собираются возлагать на связующий алтарь свою кровь и произносить брачные обеты. Так чем я хуже?

— Младшая госпожа, вас призывает отец!

Я так погрузилась в свои мрачные размышления, что не услышала, как ко мне подошел молоденький вампиреныш, внук управляющего нашим поместьем. Этот худенький бледный паренек — Тикс — выполнял в клане множество мелких поручений. Он намного младше меня, тем не менее я не раз уже ловила на себе его заинтересованный взгляд.

Резко обернувшись, я с раздражением посмотрела на него, а потом просто кивнула: ведь он же не виноват в моем плохом настроении.

Приподняв подол синего длинного повседневного платья, я пошла к лестнице, ведущей вниз, в основной дом. Тикс тенью скользнул за мной.

Не сдержав любопытства, вызвавшего у меня внутри противную дрожь дурного предчувствия, бросила на вампиреныша короткий взгляд и намеренно равнодушно спросила:

— Не знаешь зачем?

Тикс молча пожал плечами. Когда мы покинули крышу и оказались на каменной лестнице, ведущей вниз, в жилые покои, он, наверное не выдержав, осторожно ответил:

— Ваш батюшка ничего не сказал по этому поводу…

Я напряглась в ожидании продолжения, и Тикс меня не подвел.

— Но приезжал нарочный, который привез письмо от главы клана Аббазов, он передал его лично вашему батюшке, — произнес Тикс с тщательно скрываемым сочувствием ко мне и подсознательной злостью.

Правда, мне было не ясно, на кого он злится.

Я тут же поинтересовалась:

— И как давно приезжал нарочный?

Странно, похоже, в своих размышлениях я пропустила появление на дороге всадника.

— Час назад, младшая госпожа. Ваша матушка уже некоторое время беседует с вашим батюшкой, — предупредил мой следующий вопрос Тикс, а затем еще более осторожно добавил. — И сначала они разговаривали на повышенных тонах. Глава гневался и кричал, но ваша матушка, как всегда, была спокойна и выдержанна…

Да уж, Тикс сообщил не очень обнадеживающие новости. Если папа злится, то это означает одно — мама пыталась чего-то добиться от него и, вполне возможно, добилась. Сейчас он в плохом настроении, а это однозначно отразится на мне.

Наконец мы добрались до апартаментов отца, Тикс коротко мне кивнул и удалился. Проводив взглядом спину парня, я тяжело вздохнула и, постучав в дверь, вошла.

Папин кабинет представлял собой большую квадратную комнату, богато украшенную яркими красными драпировками. Между двумя высокими стрельчатыми окнами стоял массивный деревянный стол, за которым отец сейчас и восседал, видимо, строча ответ нашему соседу — главе клана Аббазов. На середине кабинета лежал толстый бордовый шерстяной ковер, который заглушал шаги и вообще придавал этой комнате немного уюта.

Чуть в стороне, ближе к стене, стояли три глубоких кресла и диван из красной кожи. Вообще мой отец очень уважает старые традиции вампиров, и потому большая часть помещений и комнат нашего дома оформлена в красных тонах. Лично я этот цвет терпеть не могу.

В одном из кресел сидела мама, одетая в пурпурное классическое платье с немного завышенной талией и узкими рукавами, практически достигавшими пола. На мне было похожее платье, отличавшееся от маминого лишь цветом. И если папа уважал традиции вампиров, то мама неукоснительно следовала их моде, особенно для аристократов.

В нашем мире уже редко где можно встретить чистые монархии, но большинство старых вампирских кланов, к коим относится и наш, строго соблюдают светские условности, хранят свои родовые регалии и аристократические статусы.

Бросив на меня лишь один быстрый взгляд, мама снова уткнулась в свое любимое вышивание. Рукоделие часто вводило в заблуждение людей, не знающих маму, создавая ложное впечатление, что перед ними послушная воле мужа домохозяйка. Увы, мама была слишком похожа на отца и тоже любила власть. В этом доме без ее участия не происходило ничего. Правда, матушка проводила свою политику тонко и без грубостей. А вот папа был прямым, превыше всего ставил свое мнение и желания и не терпел ни возражений, ни споров.

Оторвав взгляд от письма, которое писал, родитель взглянул на меня из-под черных кустистых насупленных бровей. Ему уже исполнилось сто лет — наступал этап старения. Но старость еще не скоро оставит свои следы на по-вампирски бледной коже его лица. Пока лишь мимические морщинки углубились и не исчезали, даже когда отец был полностью расслаблен. В любом случае я почему-то уверена, что до ста пятидесяти лет — максимального срока жизни любой из рас Айфира — он доживет. Мой отец очень настойчивый и упертый мужчина.

— Никеа, присядь, пожалуйста, — скорее приказал, чем попросил отец.

Затем, проследив, как я, настороженно глядя на него, опустилась на стул рядом с его столом, жестко продолжил:

— Я уже беседовал с тобой на тему брака. Так вот, мне поступило предложение от главы клана Аббазов, он просил твоей руки для своего старшего сына, Ронара…

— Я не хочу замуж! — возмущенно выпалила я, но была остановлена резким взмахом отцовской руки и его яростным взглядом, направленным на меня.

Он перевел взгляд на маму и ядовито процедил:

— Адель, ты плохо воспитала нашу дочь, если она позволяет себе прерывать главу своего клана!

Мама хмыкнула и, не отрываясь от рукоделия, меланхолично ответила:

— Оттис, ты ей прежде всего отец, и сейчас решается ее судьба. Так почему бы и не повысить голос?

Взгляд серых глаз отца заледенел, и я поняла, что теперь он отыграется за саркастический выпад мамы на мне. Они уже пятьдесят лет решают, кто из них главный, а в итоге страдают другие.

— Никеа, я решил согласиться на предложение Аббазов и сейчас пишу ответное письмо. Ронар — хороший мальчик, с сильным характером. Такая девушка, как ты, за ним как за каменной стеной — проблем знать не будет.

В ответ на это категоричное замечание я встала и, сжав кулаки, сказала:

— Папа, я не выйду за него замуж. Ронар — грубый, деспотичный хам. Да его весь клан Аббазов побаивается, а ты хочешь, чтобы я свою кровь на его брачный алтарь проливала?

Отец поднялся, не торопясь вышел из-за стола и, подойдя ко мне, жестким бескомпромиссным тоном произнес:

— Я решил — и ты подчинишься! Я не только твой отец, но и глава клана! Через две — недели состоится ваше с Ронаром бракосочетание!

— Но почему я? И сейчас? — молящим голосом спросила я.

Он смерил меня раздраженным взглядом и ответил:

— А сама не догадываешься?

Я отрицательно покачала головой.

— Посмотри вокруг, — продолжил родитель. — Еще лет двести назад наш клан был богатым и многочисленным, а сейчас? Из всех четырех рас Айфира мы — самая слабая. У чадаров есть их сила и броня, у ведьм — их магия, даже севары, эти хитрецы и проныры, — более быстрые, чем любой из нас, вампиров. Да они же хитростью занимают все мало-мальски выгодные места!..

Я тут же вклинилась в его речь:

— Да! Но мы — лучшие охотники, у нас хороший природный нюх, и мы владеем магией крови. Многие побаиваются с нами связываться из опасения, что мы наложим на них проклятье…

Отец снова взмахнул рукой, останавливая мою пылкую речь, и тут же возразил:

— Магия крови? Да что можно сделать с помощью жалкого проклятья?! Немногие — как ты или твоя мать — имеют столь сильный дар, большинство могут лишь наслать насморк или запор. Временный. Ты думаешь, это поможет защититься от нападения? Может спасти жизнь целому клану? С тех пор как общим законом рас Айфира были введены запреты на прямое изъятие крови из разумных, нам осталось либо уподобляться животным и использовать их кровь, либо соглашаться на донорские банки крови и платить за них немыслимые пошлины.

Я ехидно заметила:

— Да, но благодаря этим банкам крови многие вампиры предпочитают жить в своих кланах, а не в городе на вольных хлебах. Кровь нынче дорогая, а для кланов по тому же самому закону все государства делают скидки. Ты и другие главы этой кровью удерживаете молодых вампиров здесь, внутри клана. Ведь в городе им придется самим ее покупать, и уже по рыночной цене…

Мама оторвалась от своей вышивки и с веселым ехидством заметила:

— Оттис, а наша девочка уже выросла.

Я сглотнула горькую от отчаяния слюну. Отец смерил меня внимательным взглядом, а потом заговорил, на сей раз убеждающим, давящим на психику голосом:

— Никеа, в наше время всем вампирам нужно сплотиться, объединиться — только так можно защититься от внешних угроз. Ты, я смотрю, не читаешь новости в неопространстве, только в книжки свои уткнулась и больше ничем не интересуешься. Нет, я, конечно, благодарен и ценю твою помощь с делами и бухгалтерией, но сейчас это не главное! Темные прорывы участились, из них на Айфир вылезает всякая нечисть, правительства поднимают налоги — и на кровь тоже. Молодежь ворчит на стариков и своих глав за то, что мы также поднимаем клановый налог на кровь. Но ведь она же не бесплатная… Наша казна пустеет, долги растут, и как-то это надо решать…

Я, потрясенная смыслом его слов, чувствуя, как сжалось горло и слезы скапливаются в уголках глаз, грозя позорно пролиться, прошептала:

— Так ты меня продаешь? Папа?..

Отец поморщился, услышав мой вопрос, но с ответом не замедлил:

— Не говори ерунды, Никеа! Клан Аббазов в нашем регионе — самый сильный и довольно богатый. Они обеспечат тебе прекрасное безопасное будущее. Ронар тебя хочет, а его отец не прочь породниться с нами. Они дают хороший выкуп за невесту…

— Все-таки продаешь! — кивнула я, подтверждая свои слова.

Нрав у отца был вспыльчивый, поэтому он тут же взорвался гневной тирадой:

— Никеа, у клана долги! Ты хочешь пустить из-за своего упорства нас по миру? Опозорить? Чтобы всем стало известно, что самый древний клан вампиров на севере на грани разорения?

Вины за свое поведение я не чувствовала. Посмотрев на маму и поймав ее задумчивый взгляд, поинтересовалась именно у нее:

— Матушка, почему именно я? Почему не Димитр? Не мои братья? Ведь они оба старше меня. Ведь это Димитр растранжирил кучу денег в столице! Ведь это за его постельные развлечения мы заплатили огромную компенсацию соседнему клану! Почему бы ему не жениться на богатой вампирке?

Отец стоял рядом со мной и гневно скрипел клыками. Мама же с явным сочувствием ко мне ответила:

— Прости, Ника, но очередная пассия Димитра понесла от него. Она — сестра главы клана Хардалов, и им придется окропить брачный алтарь своей кровью и заключить брак. Хотя в этом есть и положительная сторона: у Хардала нет наследников мужского пола и Димитр займет в будущем место главы клана. А самое важное — благодаря клятве он перестанет заглядывать под каждую юбку. Сэкономим на компенсациях и взятках за молчание!

Выслушав мать, с жалостливыми нотками в голосе спросила:

— А Корин? Может, он…

Мама качнула головой, обрывая мою мольбу, и, пожав плечами, припечатала:

— Теперь он — главный наследник нашего клана, но пока наша казна пуста, нам нечем заплатить за невесту… даже минимальный выкуп, чтобы соблюсти приличия. Да и я не понимаю твоих страхов, Никеа! Ронар — симпатичный вампир, сильный, влиятельный и, главное, богатый. Чего тебе еще не хватает? Когда я выходила замуж за Оттиса, я тоже была не в восторге от выбора моего отца. Но, как видишь, жива, от горя не умерла и вполне довольна своим положением и жизнью. И ты привыкнешь к Ронару, тем более он хочет тебя!

Хочет?! Те несколько раз, когда мы встречались на различных светских мероприятиях, он буквально ел глазами мое невысокое стройное, даже немного хрупкое на вид тело. Хотя худощавость — это характерная черта любого вампира. А вот в глаза так и не заглянул ни разу. Думаю, он даже не в курсе, что мои глаза серого цвета, а не какого-либо другого.

Я сделала последнюю попытку достучаться до родителей:

— Мама, но ведь сейчас не как в старые времена. Вампиры сами выбирают свою пару, ведь это на всю жизнь. А вы мне Ронара прочите?! За долги отдаете… мою жизнь… мое счастье…

Меня прервал тяжелый вздох мамы и гневный рык отца:

— Все, хватит, Никеа! Я все решил, и ты сделаешь так, как я хочу! А нет — посажу на хлеб и воду. Посмотрим, как долго и счастливо ты без крови проживешь! А ведь нам всем это светит, если ты и дальше капризничать будешь! Иди к себе в комнату и подумай над своим поведением.

Из кабинета отца я выскочила в слезах. А уже у себя решила последовать его совету и подумать. Точнее, решить, что делать дальше.

Я металась по комнате, то заламывая руки, то нервно дергая длинную черную косу. Из-за того что мысли в голове носились растревоженным пчелиным роем, я не могла обдумать сложившуюся проблему.

— Что делать? — прошептала я, застыв перед открытой дверцей гардероба.

У его дальней стены сиротливо лежали, наверное, всего пару раз использованные две сумки для багажа. Я минуту смотрела на них, размышляя, пока не осознала, что вижу. Сумки для путешествий!

Как только идея четко оформилась, я испытала одновременно облегчение и страх.

Первое — потому что теперь у меня есть надежда избежать нежеланного брака, второе — потому что без родителей территорию нашего клана я ни разу не покидала. Было жутко об этом думать, но альтернативы побегу я не видела. Отец слишком четко обрисовал картину моего будущего и отступать от принятого решения явно не планирует. И моего «нет» для разрыва соглашения о браке с Аббазом будет недостаточно.

Метнувшись к письменному столу, я села и начала методично записывать все необходимое для побега. Затем, трижды перепроверив список, зарыдала, уткнувшись лбом в сложенные руки.

Как же больно, когда предают самые близкие, любимые… Ведь получается, они оба продали меня… И хотя в наших кланах среди знати такое часто бывает, выкуп платится, несмотря на отсутствие обоюдного желания и согласия у жениха и невесты. Заплатить выкуп — это дело чести для клана. Но Ронар… Ронар хуже зверя, и быть его женой… Более жалкую участь придумать сложно. А мама и отец… Как больно и обидно!

Стук в дверь заставил резко выпрямиться и быстро вытереть слезы. В комнату заглянула матушка, плавной скользящей походкой подошла ко мне. Замерла возле стола и внимательно осмотрела меня, сидящую сложив руки на коленях, как послушная ученица на уроке у строгой гувернантки.

— Послушай, Никеа, я понимаю, что тебе сейчас больно и обидно, но со временем ты…

Я тут же прервала ее, придав лицу равнодушное, отстраненное выражение:

— Я все поняла, мама!

Она неуверенно помолчала, глядя на меня, в выражении ее лица я уловила вину и печаль, но они слишком быстро исчезли. Может, показалось? Она еще минуту постояла, а потом, приподняв подол своего платья, степенно удалилась.

Ну что ж выбора действительно нет. Как и времени на раздумья: чем ближе к свадьбе, тем более пристально за мной будут присматривать. Причем все члены клана. Ведь голод — не шутка, и любой заинтересован в том, чтобы общая казна клана пополнилась и за кровь можно было бы платить, как раньше.

К ужину я собиралась с особым тщанием, спрятав все следы слез и горя. И за столом сидела с идеально ровной спиной, как многие годы меня учила мама: ведь правильная осанка и плавная походка сразу покажут окружающим мое высокое положение. Ни на кого не смотрела, съела все до крошки, плюс под немного удивленными взглядами домочадцев выпила двойную порцию крови — она мне еще пригодится. Ведь теперь неизвестно, когда я смогу ее купить и возобновить ресурсы своего организма. Неделю продержусь без подпитки, но потом… Хотя о «потом» буду думать, если оно настанет!

Молча встала из-за стола и под подозрительными и внимательными взглядами отца и Димитра удалилась к себе.

Следующие часы я провела, тщательно отбирая то, что смогу взять с собой. Укладывая каждую новую вещь, взвешивала сумку в руке. Подъемная или нет? Было обидно, что почти все мало-мальски дорогие украшения хранились в сокровищнице отца. В моей шкатулке лежали лишь самые дешевые и простенькие — для повседневных платьев. Но, думаю, и они помогут прожить лишний сытый день.

Когда с вещами и основными сборами было покончено, наступила полночь. Я мышкой выскользнула из своей комнаты и направилась в сторону отцовского кабинета.

Повезло. Я никого не встретила по дороге, и родитель тоже отсутствовал: видимо, уже ушел отдыхать. Код от его личного сейфа я знала, поэтому без труда открыла тяжелую дверцу и заглянула внутрь. Трясущейся рукой вытащила мешочек с золотыми. Их оказалось не так много, как хотелось. Зато в сейфе я обнаружила небольшой заряженный арбалет и дюжину болтов к нему. Теперь у меня есть хоть какая-то защита в дороге.

Сердце колотилось от страха и чувства неправильности происходящего, но выбора у меня не было. Жизнь одна, и расплачиваться ею за чужие ошибки я не собираюсь!

Сначала хотела положить на место мешочка свое кольцо, которое передавалось дочерям многих поколений рода Лавейских, но передумала. Оно принадлежит мне по праву, и отказываться от своей родословной неправильно. Кровь не водица…

В свою комнату я вернулась на трясущихся ногах, а мне предстояло еще множество дел, и время поджимало. Я оделась в юбку-штаны, предназначенную для верховой езды и длительных пеших прогулок. Короткая куртка, подбитая мехом, и кожаные сапожки отлично согреют в пути, все же моя дорога лежит через горы, а погода в среднегорье по ночам теплом не радует.

Когда чуткий слух подсказал мне, что все спят, я подхватила довольно тяжелую дорожную сумку, закинула ее лямки на плечи и почти как рюкзак понесла из комнаты. Мой путь лежал в конюшню.

От страха быть пойманной подгибались ноги, но я, стараясь делать это бесшумно, кралась в конюшню. Оседлать свою Белянку — белоснежную красивую кобылу — оказалось минутным делом, а вот неслышно вывести — задачей посложнее. Но, видно, удача была на моей стороне.

Мы с Белянкой выбрались за ворота поместья, и только после этого я позволила себе вскочить в седло и направить лошадь вниз по дороге к поселку. В окнах домов огни не горели: все вампиры спали и, наверное, видели вторые сны. Сторожевики — крупные собаки, специально натасканные на охрану территорий клана от любого чужака или нежити, — знали меня очень хорошо, поэтому провожали спокойными внимательными взглядами.

Выбравшись с территории поселка и поднявшись немного по дороге вверх на плато, я остановилась и оглянулась, чтобы бросить последний взгляд на родовое гнездо. На дом, в котором прожила двадцать три года своей жизни. Тяжело вздохнула, а затем тронула бока Белянки, направляя ее в сторону гор. Ночь не бесконечна, а дорога предстоит длинная и опасная.

Глава 3

Риса Ригал

Несмотря на время, ни кабинет, ни его начальник не менялись, как будто ничто не властно над ними. И секунду назад я перенеслась в такое же пыльное, захламленное помещение, где вдоль стен стояло множество высоких железных шкафов с досье, какими-то секретными папками и прочей макулатурой. На столах поодаль лежали амулеты, магические предметы, вещественные доказательства и различные части чудовищ в баночках.

Вархар Саргович, как всегда, восседал в своем кресле, напротив него с угрюмым выражением лица расположился мой напарник, а рядом с ним — плачущая девушка.

И тут к ним присоединилась еще и я в купальном костюме.

— Что? — спросила без всякого почтения к начальству.

Раболепство никогда не было принято в Дозоре. Здесь, при постоянной опасности, научишься быть кратким, инициативным и несколько резким.

— Я отзываю тебя из отпуска, — невозмутимо сообщил шеф.

— Почему? — поинтересовалась я со спокойствием, которого совсем не ощущала.

— Первая причина — много работы… — начал пожилой севар.

Наш шеф обладал запоминающейся внешностью. Высокий, худой, узковатый в плечах. Длинный крючковатый нос и жидкие светлые волосы, заплетенные в косичку, своим видом напоминающую крысиный хвост, придавали ему особое «очарование».

— У нас всегда много работы, — прервала я начальство.

— А вторая, — невозмутимо продолжил Вархар Саргович, — это то, что твой напарник без тебя не может работать эффективно и ко всему прочему выводит из строя остальных защищающих.

Раш Сонха и по совместительству мой напарник в этот раз отказался от своего отпуска. И несмотря на то что принято, чтобы нападающий и защищающий отдыхали примерно в одно и то же время, я от своего отдыха отказываться не собиралась.

Я перевела взгляд на Раша, и мне сразу стало понятно, кто виноват.

Хмуро поинтересовалась у напарника:

— Что на этот раз?! Почему мне нельзя провести спокойно свой отпуск? Я ведь многого у тебя не просила! Всего семь дней. Прошло только два!

Не стесняясь присутствующих, я высказывала этому засранцу все накипевшее.

Начальник, привыкший к такому эмоциональному общению между нами, флегматично развалился в кресле и наблюдал. А вот молоденькая девушка от удивления даже перестала плакать. Она, широко открыв глаза, смотрела на меня, и я ее понимала: со стороны наш скандал смотрелся странно.

Невысокая брюнетка, раза в три меньше чадара, кричит на него. Да к тому же объект ее недовольства еще и является легендарной личностью и отличным профессионалом. Кощунство!

А в это время черные пронзительные глаза легендарного нахала шарят по всему моему телу, рассматривая купальник. Явно хочет отвлечь.

— Раш! Ты меня слышишь?!

— Да. Но что я могу сделать, если тебя подменяют одни убогие? — пробасил напарник.

— А вот этого не надо! — вскинулся начальник и, повернувшись ко мне, добавил: — Первой заменой был Сиаир. Он прекрасный ведьмак, способный быстро зачаровывать вещи. Но нет, совместное задание они чуть не провалили и в довершение всего сразу по возвращении подрались, как два петуха. Раш сломал ему руку!

После того как к нам перевелся Сонха, наш шеф стал больше нервничать.

— Да он камень в огненный шар зачаровать не может! — начал злиться напарник, но начальство уже его не слушало.

— Вчера я дал ему Дианав, понадеявшись, что ей-то он кости ломать не будет. Но Раш пошел дальше и довел ее до нервного срыва.

В ответ на мой сощуренный взгляд чадар пожал могучими плечами:

— Она чаровать вообще не может!

— Потому что ты ее запугал! — рявкнул начальник.

— Чем запугал?! — прорычал в ответ Сонха. — Мы работаем с монстрами пятой категории. И это я ее запугал?

— Не нужно было кидаться ею в тварь.

— Она должна была перевести на него чары, а не визжать и царапаться: он же больше ее раз в пятнадцать!

Да, был такой прием. Вообще-то ведьмакам было строго запрещено начаровывать живую материю, но ради тварей законодательство сделало исключение.

Посмотрев на девушку с красными от слез глазами, я поморщилась и спросила у нее:

— Почему ты не можешь работать с Сонхой?

Нерешительно посмотрев на хмурого чадара, девушка прошептала:

— Он постоянно орет на меня.

Я покосилась на напарника, и он, вновь пожав плечами, заявил:

— Она истеричка!

Я тяжело вздохнула и повернулась к начальнику.

— По закону я имею право на отдых, — напомнила, подняв указательный палец вверх.

— Понимаю, но тем не менее переношу все отпуска. У нас тут ситуация класса А.

— Неужели так много прорывов? — удивилась я.

Шеф кивнул.

— В последнее время проникновения чудовищ сильно участились, — сказал он и, посмотрев на сидящих перед ним хранителей, добавил: — Не могли бы вы оставить меня наедине с Ригал?

Девушка, встав, спокойно направилась на выход, а вот Сонха остался сидеть и, приподняв бровь, поинтересовался:

— А вы не будете приставать к Рисе?

После такого вопроса и я, и шеф в изумлении посмотрели на Раша.

— Ты что, как маленький, всякие глупости болтаешь? Если сам бегаешь за каждой юбкой, то это не значит, что и остальные так делают, — возмутился шеф.

Этот старый севар обладал стальными нервами, и лишь немногие люди могли всего парой слов вывести его из равновесия. Мой напарник был одним из таких.

Чадар встал и, покачав пальцем, сообщил:

— Не за каждой! Я очень разборчив.

И после этого потрясающего заявления покинул помещение, а я села на стул, где совсем недавно сидел Раш.

— Вы что-то хотели мне сказать?

Вархар Саргович помялся, но потом осторожно начал:

— Ригал, ты знаешь, что если откажешься работать с Сонхой, то я буду вынужден перевести его в другой город?

Только одно событие могло побудить шефа начать такой разговор.

— На него снова подала жалобу очередная брошенная подружка?

— Да у меня целая пачка жалоб! — устало воскликнул начальник.

Я только неодобрительно покачала головой.

Все же когда-нибудь Сонхе аукнутся его беспорядочные романы. И ведь все в Дозоре знали о его непостоянном нраве и тем не менее все равно заводили с ним романы. А он, не изменяя себе, раз за разом бросал надоевшую подружку и находил новую. Наверное, единственной женщиной, с которой он общается уже длительное время, являюсь я.

— Что ж, сочувствую этим дамам, но отказываться от работы со своим напарником не собираюсь. Конечно, в случае беременности одной из женщин я посодействую закону и всячески поспособствую женитьбе Сонхи на потерпевшей.

Шеф хмыкнул:

— Конечно-конечно, мы все поспособствуем. Надеюсь, он хоть тогда остепенится.

Услышав подобное предположение начальства, я задумалась. А и правда, как станет вести себя напарник, если женится? Будет ли он изменять супруге?

— Думаю, подобного не случится, — сделала я вывод. — Раш очень осторожен.

На это шеф лишь слегка улыбнулся:

— Иди, а то сейчас заявится грозный Сонха — и жениться придется мне.

Ужаснувшись подобной мысли, я быстренько ретировалась прочь из кабинета начальства и только тогда вспомнила, что одета в купальник. А за дверью находился отдел Управления, сотрудники которого, можно сказать, замерли, едва я появилась, и сейчас во все глаза таращились на меня.

— Прошу прощения — форс-мажорные обстоятельства! — крикнула я и прошмыгнула в ближайший коридор, что вел к мужской раздевалке, находящейся этажом ниже.

Все еще пребывая в праведном гневе и священной обиде за испорченный отпуск, я торопливо шагала вперед, дабы ускользнуть через запасной выход, находящийся рядом с раздевалкой.

По пути мне встретился красавчик-вампир, который, подмигнув, окинул мою фигуру далеко не безразличным взглядом. Я сразу оттаяла. Какой же он лапочка! Светловолосый, с симпатичным смазливым личиком. Правда, худоват немного, но это ничего — откормить можно!

Посмотрев вслед зубастой прелести, я направилась дальше и уже практически достигла выхода, когда услышала обрывок разговора:

— Имей в виду, я написала жалобу, и твоя напарница не будет прикрывать тебя вечно! Не ты ли ей сегодня отпуск испортил?

Никак это последняя истеричная подруга Раша. Нет, как новости быстро расходятся…

— А ты что думала, забеременеешь — и я буду вынужден на тебе жениться? Не получится, милая.

Осторожно направившись на голоса, я остановилась около приоткрытой двери в раздевалку.

— Ты еще пожалеешь! Я найду способ испортить тебе жизнь и начну с твоих отношений с напарницей. Такого ей порасскажу — она тебя и бросит. Интересно, ты с ней спишь?

На этой драматической ноте я решила прервать воркование бывших любовников, открыв дверь:

— Не спит. И про твою жалобу я уже знаю. Кстати, после стольких лет работы с ним это я могу тебе порассказать всякого о Раше.

Стоявшие боком ко мне напарник с рыжей девушкой (не помню, как ее зовут) резко развернулись в мою сторону, и после непродолжительного молчания последняя воскликнула:

— Чтоб вы все провалились!

И выбежала прочь.

Посмотрев на Сонху, я поинтересовалась:

— И откуда ты только таких берешь?

— Места знать нужно, — хмыкнул Раш.

Вспомнив, что я на этого везучего нахала обижена, развернулась и, завершив, наконец, свой путь по коридору, вышла на улицу.

В этот момент на плечи мне накинули куртку.

— Пойдем, я подвезу тебя до дома, — обгоняя меня, предложил Раш, совершенно уверенный, что я пойду следом.

А что делать? Не раздетой же по улице идти? Холодно!

Мрачно покосившись на спину напарника, решила принять предложение. Вещи, как и отдых, далеко. И почему этот телепорт не работает в обоих направлениях?

Недалеко от входа я увидела привязанного тагара Раша. Тагары — боевые ящеры, повадками похожие на представителей семейства кошачьих. Особенно когда сражаются. Очень злопамятны, и ездить на них может только сильный характером человек.

Эта конкретная животина обладала дурным нравом, выделяясь даже среди представителей своего племени. Что проявлялось постоянно и повсеместно. Впрочем, все как и у его хозяина.

Запрыгнув на тагара, который недовольно зарычал, я тут же ощутила, как его хозяин уселся у меня за спиной, и мы тронулись в путь.

— Ой, ну ладно тебе дуться, Риса! Ну, подумаешь — какой-то отпуск!

Я снова вспыхнула.

— Если хочешь, в виде компенсации помогу тебе обольстить Грега.

Моя кровожадность стремительно возрастала.

— А то ведь без моей помощи тебе с ним ничего не светит.

Все! Я плохая ведьма! Очень-очень плохая!

Откинувшись на грудь Раша, я потерлась об него, словно кошка. Тот изумленно на меня посмотрел. А потом я все прояснила: из этой позиции мне очень удобно было нанести ему удар по печени.

Охнув, успокоенный напарник, потирая бок, пробормотал:

— Твое коварство растет день ото дня.

Я лишь польщенно улыбнулась:

— Наверное, от того, что мне постоянно приходится выслушивать твоих подружек.

— Что? Да когда ты их слушала?

— Дай-ка подумать. Когда мы только начали работать, к твоим первым романам я относилась серьезно. Сочувствовала после каждого расставания. А потом поняла, что тебе все равно.

Раш хотел что-то возразить, но я ему не позволила, продолжив:

— И примерно тогда же началось паломничество твоих подружек ко мне. Одни приходили, чтобы я их познакомила с тобой, другие — чтобы помогла помириться, третьи — чтобы устроить скандал из-за того, что якобы я разрушила ваши отношения. Иногда доходило и до рукоприкладства.

Напарник за моей спиной напрягся:

— Не знал этого.

— Не побегу же я к тебе жаловаться!

Раш хмыкнул:

— Ты — нет, не побежишь.

— А потом я поняла, что практически живу с тобой и твоими пассиями. Причем ты встречался с одной, а меня осаждали сразу несколько. Но потом я отсекла паломничество твоих женщин ко мне. И моя жизнь снова наладилась.

— Еще бы и личную наладить…

Возмущенно посмотрев на напарника, я отвернулась. Такие шутки отпускались нами в отношении друг друга часто, но в последнее время моя личная жизнь действительно несколько застопорилась, и напоминания об этом были для меня болезненны. Поэтому я просто проигнорировала высказывание напарника и промолчала.

— Риса, ты что, обиделась?

— Нет, конечно. На тебя обижаться — на себе воду возить, — равнодушным тоном ответила я.

На это Раш лишь тяжело вздохнул.

Остаток пути мы преодолели молча, и едва тагар остановился около моего дома, как я спрыгнула и направилась к крыльцу.

— Риса!

Я повернулась на голос напарника.

— Мне больше нравится, когда ты в синем.

Сначала я не поняла, про что это он, но потом, взглянув на купальный костюм, мрачно посмотрела на чадара, а он насмешливо подмигнул мне и уехал.

Зайдя в дом, обреченно осмотрелась.

Живу я в небольшом коттедже за городом, возле реки, воды которой неторопливо текут мимо моего дома. Иногда, когда настроение совсем паршивое, я выхожу на веранду и любуюсь течением реки и солнцем, которое отражается в зеркальной глади воды. Это умиротворяет и приносит необходимые в моей работе спокойствие и сосредоточенность.

Внутри дома — две небольшие комнаты и кухня с купальней. Самое то для одинокой женщины.

Обставлены все помещения добротной удобной мебелью, на вид немного аскетичной. У меня нет ни статуэточек, ни шкатулочек, ни новомодных рюшек на однотонных плотных шторах. Наверное, служба в Дозоре все-таки оставила след на моем характере. Как-то мама решила придать моему жилищу уютный вид, но из этого, кроме ссор, ничего не получилось. Мне тогда сказали, что, судя по виду моего дома, складывается впечатление, будто здесь живет мужчина, а не женщина. Но мне все нравится.

Попав домой, я первым делом приняла душ и переоделась, после чего позвонила в санаторий, в котором отдыхала. Переругавшись с управляющим, я все-таки добилась, чтобы мне прислали оставленные вещи. Правда, предоплату за отдых так и не вернули. После чего я разозлилась на Раша еще сильнее. Перекусив с горя, задумалась о том, чем бы мне заняться.

Дома чисто: я убиралась перед отъездом в отпуск. Готовить не хотелось. Читать нечего: купить новых книг — времени не было… Тут у меня мелькнула мысль о сундучке, который подарил на день рождения напарник.

Как он сказал: «Чтобы разнообразить мою скучную жизнь старой девы».

Конечно, тогда он свое получил горячим куском мяса по темечку, но тем не менее его слова задевали меня и сейчас. Сам он действовал по принципу «пришел, увидел… м-м-м… наследил». А я — женщина, и мне с этим намного сложнее.

Подарок я ни разу не использовала: из-за плотного графика все не было времени.

Так, может, теперь?..

Забравшись в шкаф и покопавшись там среди кучи всякого хлама (аккуратность никогда не была моей сильной стороной), я нашла его. Небольшой сундучок, деревянный, с резным орнаментом на выпуклой крышке и замком, стилизованным под амбарный. Выглядел он просто, но оригинально, к чему и стремились производители.

Открыв сундучок, я немного подождала, пока погаснет сияние, и увидела внутри колбочку с порошком, нож и кожаный футляр.

Так, теперь мне нужна отражающая поверхность…

Сбегав на чердак, притащила в комнату большое овальное напольное зеркало, очень старое, в ажурной деревянной раме. Вид у него был запыленный и довольно непрезентабельный.

Нужна тряпочка…

Притащив из кухни мокрый лоскуток, я протерла старую вещь и удовлетворенно осмотрела результаты своих трудов. После чего взяла порошок и осторожно посыпала им зеркало. Оно засветилось и… стало жидким, похожим на ртуть.

Нерешительно к нему приблизившись, я осторожно прикоснулась к зеркальной поверхности пальцем, отчего по ней пошли круги, словно по воде.

Так, что там дальше?

Порезав ладонь, я прижала ее к жидкому стеклу, и оно, слегка засветившись, снова застыло. Передо мной стояло обычное зеркало, как будто ничего и не было.

Что ж, проверим, работает магия или нет?

Прикоснувшись к гладкой поверхности рукой, я сказала:

— Оне.

Передо мной в воздухе тут же загорелся рунный алфавит. Положив на него руку, я, повращав, расположила его под нужным мне углом и взглянула на клубящуюся в зеркале тьму. Ну что ж, попробуем, что это за штука.

Глава 4

Никеа Лавейская

Дорога, петляя между склонами, поросшими невысокими деревьями, уводила меня все дальше от отчего дома. Большая круглая луна, словно добрая подружка, сопровождала меня в этом нелегком пути, освещая пространство вокруг мягким голубоватым светом. Изредка, пугая меня до икоты, раздавались крик одинокой совы, уханье филина и другие звуки, свидетельствующие об активной ночной жизни лесного зверья.

Спустя несколько часов пути ночь стала темнее, а горы — ниже, перейдя в пологие, поросшие лесом склоны. Серый туман обступал узкую дорогу со всех сторон, и я, сидя в седле Белянки, нервничала все сильнее.

Никогда, никогда я не была так далеко от дома в одиночестве, да еще и ночью. И хотя многие вампиры славились своими охотничьими навыками и умениями, ко мне это никак не относилось. Я больше рафинированная тепличная девушка, которая привыкла, что ее окружает множество народа, готового угодить, обслужить и защитить.

Спать хотелось неимоверно. Не привыкшая блуждать по ночным горным дорогам, я прислушивалась к окружающим звукам, постоянно опасаясь неожиданных встреч. Но пока, кроме глухого стука подков Белянки, ничего подозрительного не слышала.

Так я двигалась, наверное, еще с полчаса, когда неожиданно показалось, что навстречу мне в тумане кто-то едет. Тронув поводья, направила лошадку прочь от дороги. Углубившись в лес, решила, что лучше держаться параллельным дороге курсом, и, не обнаружив преследования, постепенно успокоилась.

Теперь мы с Белянкой ехали по залитому лунным светом редколесью, поэтому то и дело приходилось петлять, объезжая овраги или поваленные деревья. Несмотря на терзающий меня страх, я незаметно задремала и поплатилась за это. Послышался шум крыльев и крик потревоженной птицы, которая взлетела буквально из-под копыт Белянки. Та от неожиданности шарахнулась в сторону, а я, не удержавшись в седле, полетела на землю. Белоснежный хвост мелькнул за деревьями: моя лошадка, испугавшись птицы, сломя голову уносилась от меня прочь.

Слава богам Айфира, кости целы и серьезных повреждений удалось избежать. Морщась и потирая ушибы и ссадины, поплелась за четвероногой трусихой, но, не пройдя и сотни шагов, наткнулась на свою сумку, валяющуюся на земле. Белянка, нервно прядая ушами, стояла неподалеку, переступая с ноги на ногу.

Пришлось воркующим голосом успокаивать животное и, подхватив повод, крепить багаж заново. Пока я возилась, тишину ночи нарушил далекий волчий вой. А через мгновение ему откликнулся еще один, и еще… Причем каждое новое волчье приветствие слышалось все ближе.

Не успела я сесть в седло, как на прогалину выскочил серый волк. Он резко притормозил и оценивающе уставился на меня своими светящимися в сумраке глазами. Сегодня полнолуние, и света луны хватало, чтобы видеть все словно днем. И хотя другие расы Айфира до принятия закона об ограничении прямого изъятия крови из жертвы и нас считали хищниками, я испугалась до дрожи в коленках.

Наши гляделки продлились не больше пары мгновений, затем, видимо определившись, кто из нас с Белянкой более слабая добыча, волк с угрожающим рыком кинулся на меня. Лошадь снова прыгнула в сторону, из-за чего я, успев вставить ногу в стремя, потеряла равновесие и плашмя рухнула вниз.

В последний момент успела повернуться на спину и, выставив руки, смогла удержать волка за шею, остановив его пасть в нескольких сантиметрах от своего горла. Оскаленная морда, яростно рыча, рвалась к моей плоти, когти вспарывали землю по обе стороны от моего тела, а я даже завизжать не могла: все мои усилия сейчас были направлены на то, чтобы удержать зверя подальше от себя.

Совсем рядом раздался новый вой, и это означало, что, если не произойдет чуда, я скоро стану чьим-то поздним ужином. Надо действовать быстро и решительно.

Сгруппировавшись, одновременно подалась всем телом в сторону и ослабила руки. Волк по инерции рванулся вперед, утыкаясь мордой в землю, а я впилась клыками в его шею, безошибочно, на одних инстинктах, найдя артерию. Стоило горячей волчьей крови ударить мне в рот, как я впрыснула в зверя вампирский яд, который превращал яростно сопротивляющуюся жертву в безвольное тело. Еще несколько мгновений длилась наша смертельная схватка, а затем волк обмяк, и я отбросила его от себя.

Сейчас меня не волновал моральный аспект того, что я жадно глотаю звериную кровь. Многие вампиры брезговали ею, считали ниже своего достоинства употреблять ее в пищу, ведь это своего рода уподобление животным, потеря разума. Я же в данный момент действовала на одних инстинктах. Надо ослабить врага: скоро яд перестанет действовать и волк снова будет представлять для меня реальную угрозу. А так хоть немного обескровлю его и заодно собственные силы увеличу благодаря такой мощной, горячей подпитке.

В следующее мгновение я встала и, отплевываясь от волчьей шерсти, быстрым шагом направилась по запаху Белянки. Без нее мой дальнейший путь превратится в длинное и мучительное путешествие. Шорох за земляным бугром, покрытым низкорослым кустарником, а также запах псины подсказали, что по моим следам идет небольшая стая волков и скоро она меня настигнет.

Неимоверным усилием воли заставив себя встряхнуться и не поддаваться подкатывающей панике, я бросилась бежать. И бежала так, как никогда в жизни не бегала, даже ветер в ушах свистел. Но меня все равно нагоняли и скоро должны были настигнуть.

На бегу судорожно раздумывала: что делать в такой ситуации? Долго скрываться от стаи волков я не смогу. Еще повезло, что на мне удобные ботинки и юбка-штаны. Будь это привычное узкое длинное платье, я бы и пары метров не пробежала в таком темпе.

Неожиданно выскочив на небольшую полянку, я резко затормозила, словно наткнулась на стену. В нескольких метрах от меня четверо крупных волков добивали мою кобылу. Внутри вспыхнули боль и злость из-за гибели любимицы, но стоило окровавленным мордам оторваться от своего пиршества и уставиться на меня, я тут же пришла в себя.

За спиной послышался шорох лап еще нескольких особей, и меня буквально подстегнуло.

Практически запрыгнув на нижнюю ветку близстоящего корявого дерева, я, активно работая конечностями, вскарабкалась на самый верх. Затем, вцепившись в ствол руками и ногами и прижавшись всем телом, посмотрела вниз.

Стая волков — голов десять — расположилась на поляне. Двое смотрели вверх на меня светящимися в темноте глазами, остальные продолжили свой ужин. А я уперлась лбом в шершавый ствол и больше не сдерживала горьких слез.

Вскоре два следящих за мной зверя присоединились к своим мохнатым товарищам, которые активно отдирали куски мяса от лошадиной туши. Я заметила свою сумку, валяющуюся немного в стороне. Видимо, Белянка активно сопротивлялась нападающим, так что с нее свалилась поклажа.

Наевшись до отвала, стая тем не менее прочь уходить не собиралась. И передо мной снова встал вопрос: что делать?

Но уже в следующее мгновение в голову пришла идея. И, достав из кармана свой личный ритуальный ножик, я начала приводить в исполнение возникший в голове план: очистила от коры небольшой участок на стволе дерева и принялась выводить нужный мне символ.

Все вампиры в той или иной степени владеют магией крови — мы можем проклясть любое живое существо, да и неживое тоже, но для этого требуются руны и собственная кровь. Такие, как я, с сильным даром, могут наложить проклятие и без использования символов, но кровь для проведения обряда обязательна. А она нынче дорогая…

Наблюдая за волками, я гадала, что может заставить стаю покинуть эту поляну. В итоге не придумала ничего более умного, чем вызвать аллергию на конский запах. Стоило моей крови из порезанного пальца окропить вырезанную на стволе руну, а заклинанию сорваться с губ, как вся стая начала громко чихать и фыркать. Здоровые лобастые волки трясли головами, терли лапами носы и чихали, чихали, чихали… Вскоре поляна опустела, а я, все время оглядываясь и прислушиваясь к подозрительным звукам, слезла с дерева. На полусогнутых от страха ногах и переполняемая сочувствием к погибшей Белянке, подхватила сумку и побежала прочь от этого места.

Примерно через час натолкнулась на ручей. С усталым вздохом опустившись перед ним на колени, первым делом отмыла в холодной воде руки, которые были в засохшей крови — моей и волка, и умылась. А потом уставилась на свое отражение. Благодаря полнолунию смогла рассмотреть себя достаточно четко.

Толстую черную косу перед путешествием я свернула полукруглым рогаликом, подчеркивающим тонкую шею и изящную линию плеч. Лунный свет бликами играл на слишком бледной от природы алебастровой коже тонкого овального лица с нежными чертами, а пухлые губы горько кривились. Их уголки сейчас были опущены вниз. Мои глаза в ночи светились как у кошки. Хотя у вампиров они всегда светятся вне зависимости от времени суток. И чем мы голоднее, тем сильнее и ярче этот свет.

На общий тракт вышла, когда уже начинало светать. Собирая сумку, я даже не предполагала, что большую часть пути мне придется тащить ее на себе. Только невероятным усилием воли я удерживалась от того, чтобы не бросить свою ношу где-нибудь по дороге. Но там ведь самые необходимые вещи. А украшения, пусть и недорогие, можно продать или обменять. Сил идти пешком больше не было. В очередной раз я уверилась, насколько правильно оценивал отец мою персону — слабая, трусливая и не уверенная ни в чем, а главное — в себе.

Усевшись на сумку, я уткнулась лицом в ладони и разрыдалась. Было плохо от того, что погибла Белянка, страшно за себя и гадко осознавать, что все без толку. Утром обнаружат мое отсутствие, и вампирам отца не составит труда выйти на мой след. Думаю, к вечеру я уже буду дома, а может, и прямо у Ронара Аббаза.

В таких мрачных раздумьях я просидела примерно полчаса, прежде чем стук лошадиных подков и скрип груженых повозок подсказали мне, что по тракту движется обоз. Торопливо надев плащ и поглубже натянув на голову капюшон, поднялась и стала ждать появления из-за поворота первых конников. Клин из деревьев мешал хорошему обзору дороги.

Вскоре показались верховые, которые, заметив меня, предупреждающе свистнули остальным. Ко мне, не торопясь и внимательно оглядывая зорким взглядом окрестности, подъехал молодой ведьмак. В нашем клане представителей этой расы не было, поскольку большинство вампирских родов — закрытые сообщества, но в городе или в других, более открытых, кланах я их встречала часто.

Очень яркой, отличительной чертой ведьмаков были абсолютно черные, без белков, глаза. В остальном же они походили на других разумных существ Айфира. Хоть и отличались своими способностями.

Ведьмак остановился рядом со мной, а вскоре к нему подъехал старый седой чадар, который, видимо, из-за своих преклонных лет сильно сутулился в седле. Этакий старый прожженный торговец.

Старик тоже окинул взглядом тракт, лес, подходящий к самой дороге, а потом и меня. Уверена, от него не укрылась ни одна деталь, но какие выводы он сделал в отношении меня, догадаться не смогла.

Ведьмак произнес:

— Приветствую, госпожа. Кого-то ожидаете?

— Здравствуйте. Нет, уважаемый, не ожидаю, — тут же ответила я, чтобы обозники не нервничали попусту.

Вообще, в нынешнее время заставлять кого-то нервничать — небезопасное дело. В новостях в неовестнике постоянно пишут, что участились прорывы монстров и чудовища могут появиться где угодно и когда угодно. Да и грабители часто нападают на обозы в надежде поживиться за чужой счет. Так что подобная осторожность со стороны охраны — нормальное дело.

Из-за поворота показались повозки. Первые две оказались крытыми, явно для сопровождающих или пассажиров. Я решилась попросить:

— Уважаемый, можно мне с вами до города доехать? Я потеряла в пути свою лошадь — волки задрали, а пешком идти страшно и опасно.

Чадар с ведьмаком переглянулись, снова осмотрели окружающий лес, потом меня, и только после этого старик, качнув отрицательно головой, ответил:

— Нет! Нам не нужны лишние проблемы, госпожа.

И так он это сказал, что я поняла: этот торговец явно чует за моей спиной преследующие меня неприятности.

— Я никому не доставлю хлопот, уважаемый. Мне надо лишь добраться до ближайшего города — и я вас покину.

Мою торопливую речь чадар оборвал резким взмахом руки, почти как отец. Это всколыхнуло во мне раздражение и заставило гордо вздернуть подбородок и умолкнуть.

Именно в этот момент обоз поравнялся с нами и я увидела мальчика лет двенадцати, сидящего на козлах повозки рядом с молодым чадаром. Судя по всему, они — братья: так сильно оказались похожи.

Лицо у мальчика было болезненное, в свете зари кожа казалась голубоватой. Он кутался в плащ, глухо покашливал и вообще выглядел очень плохо. Я присмотрелась к нему внимательнее, повела носом, принюхиваясь к его аромату, и поняла, чем он болен. Мне было жаль его, но сейчас именно он стал моим пропуском на свободу.

Чадар с ведьмаком тронули своих лошадей с намерением оставить меня здесь, но я громко сказала:

— Если вы доставите меня в город со своим обозом, я вылечу вашего парнишку. Он проклят!

Глава обоза и ведьмак остановились. Молодой чадар тоже притормозил упряжку лошадей, что повлекло за собой остановку остальных шести повозок. Из них на меня уставились еще несколько мужчин. Мальчик снова закашлялся, и это решило мою судьбу.

Старик хмуро посмотрел на меня и резко сказал:

— По рукам, высокородная госпожа. Если вы снимете с моего внука проклятье, я доставлю вас в ближайший город, который нам по пути.

Я возликовала, но одновременно с этим сразу же заныла ладонь. Магия крови проста и действенна, но резать себя — это больно и противно. Несмотря на сильный дар, я редко пользовалась магией, трепетно относясь к своей нежной шкурке. Да и грязное это занятие — проклинать других… может и в ответ что-нибудь прилететь. Но в этот раз я с большим энтузиазмом принялась за дело.

Нашла в канаве палку и начала рисовать руну в круге, одновременно произнося необходимые слова-заклинания. Когда все было готово, поманила мальчишку к себе. Он со страхом приблизился, поддерживаемый братом.

— Становись в круг! Да осторожнее — не сотри линии, — потребовала от него.

Проследив, чтобы все было выполнено правильно и как положено, скривилась и полоснула по ладони ритуальным кинжалом. Окропив линии рун своею кровью, закончила заклинание. Круг вспыхнул голубоватым светом. Хотя этот свет был виден только мне и ведьмаку.

Чадары отголосков магии не видели, у них были свои, отличительные от других рас, особенности: во время опасности их кожа темнела и твердела, превращаясь в своеобразную броню, что делало их более сильными и неуязвимыми. А вот ведьмаки — единственные на Айфире, кто мог использовать магию, напитывая ею живую и неживую материю мира, создавая различные амулеты, механизмы или приборы. Плодами их работы потом пользовались все жители Айфира, где бы они ни жили.

Охранник-ведьмак, пристально следивший за моей работой, заметив голубоватую магическую вспышку от снятого проклятья, удовлетворенно ухмыльнулся и кивнул старику. Мальчик же обессиленно опустился на землю, а я с досадой кинулась к нему, подхватывая и помогая удержаться на ногах.

Мне помог второй чадар, который подхватил парнишку на руки и понес к крытой повозке. Я заглянула в лицо встревоженного старика и заметила:

— Это могущественная темная магия и сильное заклятье! Кто-то сильно вас невзлюбил, раз проклял внука, да еще так жестоко. Теперь с ним все будет в порядке. Я очистила его ауру.

Старик молча кивнул ведьмаку, тот спешился, подхватил мой багаж и, подойдя ко второй крытой повозке, закинул его туда. Мне же указали на место рядом с возницей. Даже помогли забраться: сил у меня совершенно не осталось.

Обоз вновь тронулся, и я наконец смогла вздохнуть спокойно. А еще через какое-то время даже задремала под скрип колес и пофыркивание лошадей.

* * *

Разбудил меня неприятный звук — колеса отбивали дробь по брусчатке. Потерев заспанное лицо, я с интересом огляделась.

Радость и облегчение затопили меня всю.

Я думала, что обоз движется в ближайший к нашему клану город Дайики и оттуда мне придется срочно скрываться. Но, как выяснилось, я проспала много часов, и за это время мы добрались до Аргуса. Он гораздо больше Дайики, находится южнее, практически на границе нашего королевства Эхепенос с княжеством Дартморс и республикой Кубр. Таким образом, Аргус представляет собой пограничный город и транспортный узел, откуда можно ускользнуть в любую сторону света, и тебя вряд ли кто найдет.

Улочки города оказались узкими, как в провинциальных городках, дома чаще трех- и четырехэтажными с претензией на магический прогресс. На стенах домов часто встречались рекламные щиты. Благодаря магическим амулетам, специально для этого настроенным и напитанным, они искрили и переливались всеми цветами радуги. Иногда на них мелькали движущиеся образы, и махровые провинциалы вроде меня застывали перед ними, любуясь словно живыми магическими эффектами и картинками.

А у меня возник вопрос: как быстро подобные новшества окупаются? Все же такие вещи требуют много магической энергии, поэтому напитать специальный амулет могут лишь сильные ведьмаки, и, соответственно, стоят они немалых денег.

Обоз через огромные ворота заехал на постоялый двор, где располагалась и пересадочная станция. Подобные станции были во всех мало-мальских городах или поселках.

Я судорожно вздохнула, понимая, что мой путь с этим обозом окончен, залезла в повозку и, прихватив свою громоздкую сумку, выпрыгнула наружу. Там меня уже ждал старый чадар: он спешился со своей клячи и внимательно следил за мной.

Неуверенно протянула ему руку, прощаясь и молча благодаря. Он без сомнений пожал ее своей суховатой, но очень крепкой ладонью. Все чадары отличаются высоким ростом и массивной фигурой, мы же, вампиры, наоборот, чаще худощавые и невысокие, и крайне редко среди нас встречаются коренастые.

Задрав голову, я улыбнулась главе обоза, еще раз пожала руку и пошла прочь. Мне в спину донеслось:

— Желаю удачи, девочка! И спасибо за внука!

Я не стала оборачиваться и что-то говорить — у меня свой путь.

* * *

Очень скоро я добралась до следующей цели своего пути.

На Айфире передвигаться на дальние расстояния можно двумя способами: наземным транспортом в виде обозов, карет или просто лошадей и второй вариант — летучими поездами. Длинные составы из четырех-шести вагонов с помощью магии летают по воздуху. Вот только этот вид транспорта слишком дорогой, и позволить себе подобный комфорт и скорость могут лишь очень состоятельные люди: политики, представители крупных торговых компаний, а еще служащие Дозора. Для меня сейчас летучий поезд — возможность скрыться быстро и незаметно.

Купив билет и почти уполовинив при этом свой бюджет, я грустно вздохнула, оплакивая практически закончившуюся наличность, и пошла занимать свое место. Все же удача в этом путешествии на моей стороне: я успела к самому отправлению состава.

Впервые так далеко от дома, без родителей и охраны, я полечу на поезде и вообще теперь буду сама отвечать за себя. Настроение значительно улучшилось, и жизнь уже не казалась такой мрачной и беспросветной.

Гудок, разнесшийся по станции, оповестил пассажиров, что путешествие начинается. Вагон вздрогнул, и я ощутила магию, пронесшуюся по составу, — поезд резко начал набирать высоту.

Только усилием воли я сдержалась, чтобы не завизжать от переизбытка эмоций, — как будто катаюсь на каруселях на ежегодной городской ярмарке в Дайики! Хотя у кого-то контроль над эмоциями был гораздо слабее, чем у меня: я услышала визг и чей-то хохот.

Вскоре мы плыли словно в тумане, и, прочитав в билете предупреждение, что полет проходит высоко в небе под облаками, несколько минут не могла оторваться от окна, разглядывая виды и пейзаж внизу. Потом мне это надоело, и я принялась разглядывать пассажиров.

Справа от меня сидела семья ведьмаков с двумя ребятишками. Судя по внешнему виду мужчины, он явно занимается политикой или служит в банковской сфере: слишком чопорный и строгий костюм и лицо надменное.

Женщина, поблескивая своими ониксовыми глазами без белков, тоже старательно изображала на лице равнодушие, но любопытство так и проскальзывало в ее глазах, как она ни старалась его скрыть.

Ребятишки, похожие на нарядных кукол, сложив ручки на коленках, не таясь, с открытыми ртами смотрели в окно.

Слева расположилась пара — чадар и вампирка. Он — весь такой высокий и огромный в аляповатой одежде, скорее всего торговец. Она — маленькая, хрупкая, тоже яркая, как райская птичка, и довольная жизнью. Они, не скрываясь, держались за руки и активно шушукались. Мне почему-то подумалось, что они молодожены.

Двери вагона открылись, и по коридору пошли трое охранников «летучки», как нередко называли этот вид транспорта. Поезда очень строго и тщательно охранялись, потому что часто перевозили ценности, деньги и важных персон.

Я искоса с большим любопытством наблюдала за тремя севарами. Представители этой расы отличаются невероятной стремительностью, что заставляет их в некоторых ситуациях и в обычной жизни тщательно контролировать свои движения.

Черные форменные костюмы подчеркивали подтянутые стройные тела и ярко выраженную мужественность. Большинство севаров носят длинные волосы и маниакально за ними ухаживают. Отличительными чертами этой расы являются длинный хвост с кисточкой на конце и чуть более острые кончики ушей, чем у представителей других рас Айфира.

Как-то раз, год или два назад, мы с мамой обедали в ресторане Дайики и встретили там пару севаров, которые в форме полицейских патрулировали улицы города.

Я до сих пор помню, каким горячим взглядом она их окинула, облизнулась, а потом насмешливо, но вместе с тем честно проурчала:

— Не просто мужчины, а настоящие самцы.

Почему-то именно сейчас, проводив взглядом этих грозных мужчин, я с ней полностью согласилась. Опасные великолепные самцы, с ярко выраженной животной натурой.

Снова уставившись в окно, я вспоминала все пережитое за последние сутки и очень надеялась, что дальнейшее путешествие сюрпризов не принесет.

Глава 5

Риса Ригал

Сквозь сон до меня донесся вызов амулета связи.

Дры-ы-ы-ынь…

Пошарив по полу и найдя эту противную штуку, я посильнее сжала ее в руке, принимая вызов.

— Да… — простонала я.

— Приветствую. Думаю, мне не стоит говорить, что утро доброе? — услышала я голос напарника.

— Ум-м-м…

— Надеюсь, я тебе не мешаю? А то, может, с тобой в постели лежит обнаженный красавец?

Скосив глаза чуть вбок, я увидела на покрывале сундучок, который привнес в мой дом неопространство.

— Нет, — пробормотала я.

— Тогда чем ты всю ночь занималась? — в голосе Раша прорезались нотки любопытства.

Припомнив вчерашнюю ночь, я поняла, что могу воспроизвести лишь неполную картину событий. Вот я залезла в нео, вот начала лазить по паутине магических нитей, останавливаясь то на одной развилке, то на другой и рассматривая все, что там было: различные товары, магические вещи, рекламу клубов, ресторанов и разнообразных развлечений.

Вспомнилось также несколько социальных неопучков, на которых висела куча народа и обсуждала какую-то муть.

— Знакомилась с внешним миром с помощью твоего подарка, как ты и советовал. Помнишь?

— О! Ты все-таки решила им воспользоваться? Ну и как? Зарегистрировалась в каком-нибудь агентстве знакомств?

— …ты!

Раш хмыкнул.

— Смотрю, когда мы не выспавшиеся, то не в настроении.

— Ты что-то хотел?!

— Да-а-а… — протянул напарник, дразня меня.

Только я потянулась к амулету, чтобы отключить его, как Раш, прекрасно зная меня, поспешно сказал:

— Нас вызывают на сборы. Чуть севернее города сгущается напряжение, и там ожидается прорыв, довольно сильный. В связи с этим начальство объявило учения.

— О-о-о… — простонала я. — Сегодня же суббота!

— Скажи спасибо, что не воскресенье.

— Ненавижу свою работу…

— Брехня, — вклинился напарник.

Противный чадар!

— Когда думала о подвигах, не предполагала, что придется совершать их в выходные, — пробормотала я себе под нос, но напарник услышал.

— Ого! А ну-ка, о под…

Сжав амулет, я отключилась.

Большой диск с изображением пики, обвитой лентами, очень напоминал цветок. Древко пики делило диск на темную и светлую части, как символ того, что Дозор стоит на страже между светом и тьмой.

Глядя на амулет, я вспоминала свои чувства в тот день, когда мне его выдали. В мой первый день. Теперь же он — моя головная боль, что способна добраться до меня и днем и ночью.

Взяв амулет за шнурок, я надела его на шею и отправилась в купальню. Ничто не могло разбудить меня так быстро и качественно, как разговор с напарником. И, к своему ужасу, я ему об этом обмолвилась. Теперь он считает своим святым долгом будить меня по мере возможности. Чтоб ему икалось!

Освежившись и приведя себя в порядок, надела синюю обтягивающую кофту и широкие темно-синие штаны, которые заправила в высокие черные сапоги. Туловище ниже груди обхватила кожаной броней и, застегнув ее сзади, перебросила ремни через голову, защелкивая крепления под грудью. Сверху — темно-синий плащ. Вуаля! Минимально экипированный сотрудник Дозора.

Уже выходя из дома, я проклинала монстров, испортивших мне весь отпуск. Зачем они вообще появились в нашем мире?!

На работу сегодня я рисковала опоздать, ибо мой путь лежал сначала до ближайшей конюшни, в которой стоял мой тагар. Рафи я определила туда, отправляясь в отпуск. Она, конечно, рада этому не была, но взять ее на юг не было никакой возможности. И теперь, едва увидев своего тагара, сразу заметила, как засверкали от удовольствия ее глаза.

Погладив Рафи по заостренной ребристой мордочке, я расплатилась с загонщиком, оседлала тагара и, вскочив в седло, задала ей быстрый темп. Управление находилось недалеко.

День выдался великолепный, и тем более грустно, что в такой денек приходится работать. Солнце с самого утра ласково освещало черепичные крыши домов, магазинов и таверн. На этом фоне возвышались административные здания и шпили храмов. Несмотря на прохладный ветер, город радовался новому дню.

От красот окружающего пейзажа меня отвлек сильный рывок: мой тагар резко остановился. Недоуменно взглянув на Рафи, я подняла глаза и посмотрела вперед.

А там вместе со своим тагаром меня ждал напарник, прислонившись к стене загона, принадлежащего Управлению.

Ну вот, опять он начинает! Я же просила его ставить свою животину в загон и не провоцировать Рафи. Она ящера Раша не любит и опасается. Но нет, специально стоит и ждет меня.

Спустившись на землю, я взяла повод своего тагара и, злобно поглядывая на вредного чадара, пошла к Управлению пешком, вместо того чтобы ехать. Он стоял и чуть улыбаясь наблюдал за моим приближением.

Вот что за противный мужик?! Не понимаю, почему я вообще до сих пор с ним работаю.

— Раш, я же тебя просила! — остановившись метрах в двух от чадара, недовольно воскликнула я.

Напарник пожал плечами:

— Я еще раз пытаюсь достучаться до твоего голоса разума. Может быть, снова оценив моего тагара, ты наконец согласишься на их скрещивание. От этого союза получатся прекрасные детеныши.

— Я еще вчера обновила впечатления, когда он рычал на меня.

— Ой, да ладно тебе! Твоей Рафи давно пора понести! Или ты хочешь, чтобы она, как и ты, вечно была в поиске?

Остро посмотрев на Раша, я прошипела:

— Осторожнее, чадар, не переходи границ.

И, обогнув Сонху, повела Рафи в загон.

— То, что ты обижаешься, только доказывает мою точку зрения, — донеслось из-за спины.

А я, привязав своего ящера и положив ему в миску мяса, направилась в корпус, не задаваясь вопросом, последовал ли за мной напарник.

Внутри здания, как всегда в такой день, царила суета. Кому вообще нужны эти учения? Все равно все затихают, когда случается прорыв.

Отметившись у начальника, направилась в столовую. Попью отвару, да и друг должен быть там.

Так я рассчитывала и, естественно, не ошиблась.

Лутак сидел за столом и неторопливо ел. Принадлежал он к расе севаров и чем-то походил на моего друга детства Сая. Может, именно поэтому я решила прибиться к нему, когда только начала учиться на хранителя?

Тогда, совсем зеленые и страшащиеся неизвестности, мы сбивались в кучки. Наш тандем с Лутаком так и не распался.

Едва я подошла к другу, вальяжно раскинувшемуся на скамейке и сыто отдувавшемуся после плотного завтрака, как он сразу вскинул на меня свои карие глаза.

— Приветствую тебя, идущая на съедение чудовищами!

Я в ответ лишь закатила глаза. В этом весь Лутак! Худощавый, подвижный, с ехидным, немного вредным характером, он обладал своеобразным обаянием. Конечно, не Раш, но тоже легко может найти себе женское общество, когда заскучает.

— Опять дурачишься, химическая мышь?

Лутак сразу после университета начал работать в научно-исследовательской лаборатории Управления, вот и получил от меня такое прозвище. Но друг — действительно башковитый, мы вместе с Рашем в сравнении с ним курим в сторонке.

— Где твоя ходячая гора мышц?

Лутак не любит Раша, Раш не любит Лутака.

— Может, подыскивает себе очередную пассию, — пожала плечами.

— Что, неужели старая надоела?

Я только развела руками.

— А у тебя как дела с тем вампиром? — как бы между прочим поинтересовался севар.

— Никак. Он мне все так же улыбается, подмигивает. На этом наши так и не начавшиеся отношения застыли.

Друг отвел взгляд и больше ничего не спрашивал.

— Лутак!

— Что?

— Что ты знаешь?

— Ничего.

— Лутак!

— Что?

— Ты мне друг?

— Начинается, — обреченно пробормотал севар. — Я-то — друг. Но я не собирался тебе рассказывать, что у твоего вампира есть другая женщина, с которой он крутит роман на виду у всех.

Я застыла.

— Не может быть… Кто?! — зашипела я.

— Талия, дочка главы отдела по нейтрализации последствий проникновения. У нее очень богатый и влиятельный папочка.

Я вспомнила, где эта… мымра сидит, и, сорвавшись с места, побежала в лабораторию прорывов.

Сквозь стекло в двери мне прекрасно было видно их, сидящих в обнимку на лавочке и воркующих.

Стало так обидно!

— Я же говорил, что он ищет себе удобный и прибыльный вариант отношений. И нашел его, как я думаю, — прокомментировал подошедший сзади Лутак.

— Может, это у них временно? — предположила я и, развернувшись, направилась в зал подготовки, где можно было потренироваться.

Нужно сбросить пар.

— И ты после этого согласишься с ним быть? — крикнул мне вслед друг.

— Да!

Уже поворачивая за угол, я услышала бормотание севара:

— А потом спрашивают, почему все бабы — дуры?

В зале для тренировок находилось много народа, но я, быстро найдя глазами Раша, подошла к нему, улыбавшемуся и ворковавшему с какой-то девицей, взяла его за руку и потащила за собой.

Тот пару секунд безропотно шел молча, а потом решил все-таки вопросить:

— А куда мы направляемся?

— Тренироваться.

— Ну, понятно, что ты меня не соблазнить решила. Только с чего такое рвение?

— У меня вдруг проснулось страстное желание побить тебя. Учитывая последние события, это не удивительно.

— Страстные желания нужно направлять в другое русло.

Схватив шест, я бросила его Рашу. Чадар, поймав оружие, изумленно приподнял брови, но я, взяв второй, мрачно направилась к нему.

Заняв свободную позицию на одной из тренировочных площадок, я нанесла первый удар. Раш парировал, я снова ударила, и снова напарник увернулся от удара и ударил сам. Теперь увернулась я. Вот так и продолжался наш бой, причем я все яростнее и яростнее наносила удары, а Раш все резче их парировал, периодически переходя в контратаку.

Когда я уже выдохлась, напарник вдруг совершил резкую подсечку. Падая, я изловчилась и ударила его по щиколоткам.

Не ожидая от меня такого, тот, пытаясь выровнять равновесие, крутанулся, но все-таки упал… прямо на меня!

Помимо того что я сама, упав, хорошо приложилась об пол, так еще и навалившаяся следом туша, весящая раза в три больше меня, обрадовала не меньше.

В один момент из меня выбило весь воздух и, по-моему, сломались ребра. Голову обожгло болью.

Теш! Словно монстр упал. Раш с ними, случаем, не родня?

Матерясь на чем свет стоит, напарник поднялся с моего совершенно раздавленного тела и прижал руку к губе, которая сильно кровоточила.

— Риса, мать твою! Ты совсем?

— Эх-хъе… — просипела я.

Увидев мое состояние, Раш мгновенно поднял меня с пола и на руках отнес на лавочку. Мы часто получали травмы во время тренировок, поэтому никто внимания на нас не обратил.

— Ты как? — с тревогой спросил напарник.

— Нормально, — пробормотала я, потирая ноющие ребра. — Что же ты такой кабан? Надо худеть.

— Нечего такие неожиданности мне устраивать.

— Угу, иди ты…

Услышав, что я привычно огрызаюсь, Раш расслабленно присел на лавочку и прижал платок к своей губе.

— С чего это ты сегодня более обычного огрызаешься? Не думаю, что тебя беспокоит завтрашний прорыв.

Я промолчала.

— А может, причина в том, что ты узнала наконец-то о романе своего ненаглядного?

— Он не мой, — мрачно сообщила я.

— Теперь — надо думать.

— Раш, тебе больно?

— Да… — настороженно ответил напарник.

— Я сейчас сделаю еще больнее.

Мужчина хмыкнул:

— Не сомневаюсь. Но, если у тебя пострадали ребра и грудь, я могу оказать товарищескую помощь и натереть мазью.

— Ага, намажет он… — пробормотала я.

— Ну не расстраивайся. Ты скоро оправишься от своего увлечения. И все снова будет хорошо.

Я только бросила злой взгляд в сторону Раша.

— А вот у меня серьезная травма. Как я теперь буду девушек целовать?

Не выдержав, стукнула ногой по ботинку напарника и, ушибив палец, застонала. Встав, похромала из зала, держась за грудную клетку.

— Ну не расстраивайся. Хочешь, я ему ребра сломаю?

Я хмыкнула:

— Идея неплохая. Я подумаю.

— Как решишь — скажешь.

— Как только — так сразу!

Так, все, мне нужно посидеть. На сегодня моя тренировка закончилась.

Выпустив пар, я, прихрамывая, отправилась в лабораторию к другу излить накопившиеся душевные горести. Он регулярно их выслушивал и даже иногда давал дельный совет.

У входа в лабораторию сразу же надела белый халат и стерильные тапочки. Здесь в отличие от места, где работала та мымра, все было очень серьезно. Важные исследования монстриков, секреты. Здесь же работал и тот вампир, что уже пришел к себе, на рабочее место. Недолго они миловались, хотя у Лутака особо не полентяйничаешь.

Друг у себя в кабинете сосредоточенно изучал какие-то бумаги. Я вошла, как всегда, без стука и разместилась напротив.

Лутак, оторвав глаза от документа, посмотрел на меня заинтересованным взглядом и спросил:

— Снова пришла жаловаться на свою нелегкую женскую долю?

Я кивнула.

— А подождать пару часов?..

Я покачала головой.

— Так и думал.

Положив бумаги на стол, друг сказал:

— Я тебя слушаю.

— Вот скажи мне, почему у меня не складываются с мужчинами нормальные отношения? Я что, какая-то не такая? У меня и грудь приличная, и попа, и ноги правильно растут. Что не так? И в компании я свой человек. Так почему же… — начала я, — и закончила приблизительно часа через два.

Лутак к этому времени уже успел выпить настой от головной боли и успокаивающего чаю.

— Риса, — в очередной раз сказал мне он. — Почему у тебя не получается с мужчинами, сказать сложно. Нужен конкретный пример. Мы ведь не все на одно лицо и характер.

Как всегда…

— Поэтому, если мы конкретно рассматриваем в качестве кавалера Грега, я посоветовал бы тебе привлечь его внимание к своей персоне.

Не так, как всегда…

— Как?

— Тут тебе нужен совет тех, кто знает этих кровососущих.

Я поморщилась: не люблю, когда он так говорит о других расах.

— И где бы мне его взять? Вампиры в большинстве своем живут в кланах.

— Ну, этого же ты как-то отыскала, вот и с приманкой как-нибудь разберешься. А теперь мне нужно поработать, а то уже скоро домой.

Вздохнув, я направилась прочь из кабинета и столкнулась в дверях с Грегом. От нашего столкновения он отлетел и упал на пол.

Со злостью посмотрев на меня, вампир, поднявшись, оглянулся на сотрудников, ставших свидетелями этого казуса, и прошел в кабинет шефа.

Плохо… Теперь он меня точно запомнил и выделил, но не так, как мне бы хотелось. И почему все вампиры такие слабые? Или только этот?

Я отпросилась у начальника на весь остаток дня, сославшись на травму. Домой пришла в совершенном упадке духа и, поев, оглядела пустые комнаты. Чем заняться? Что поможет вытеснить ненужные мысли из головы?

Взгляд остановился на сундучке, стоящем на столе. А почему бы и нет?

Снова активировав зеркало, я полезла в неосеть и наткнулась на один из пучков, на котором случайно вчера зарегистрировалась. От него отходили неосвязи, предназначенные для всего, начиная от поиска ответов до простого знакомства и общения.

На душе было тоскливо, и я, поддавшись порыву, набрала запрос, а отправив, тут же пожалела. Увы, уже ничего не поделаешь. Да и что там могут написать?..

Через пять минут зеркало пошло рябью и появилось ответное сообщение.

Интересно…

Активировав в воздухе рунные буквы, я написала свой ответ.

Глава 6

Никеа Лавейская

Снова из тяжелого сна меня вырвал неприятный звук — сигнал в головном вагоне: предупреждение пассажирам о прибытии поезда на станцию.

Когда вчера я выбирала пункт назначения, на карте Айфира мой взгляд зацепился за название «Гирея». Я слышала, что это крупный город, который является вторым по значимости центром государства Юберин. Меня прельстило в нем то, что он находится далеко на юге и окружен горами. Почти как дома.

Несмотря на еще оставшуюся сонливость, я прильнула к окну, разглядывая местность внизу.

В окружении невысоких гор раскинулась долина, разделенная глубоким извилистым каньоном на две неравные части. На большей части, на своеобразном полуострове, и располагалась Гирея. Текущие с гор реки, омывая ее с двух сторон, низвергали тонны воды в расселину, образуя красивый водопад. А там, внизу, уже единой полноводной рекой текли дальше, в предгорья.

Город окружала каменная стена со смотровыми башнями. От главных городских ворот через каньон был построен каменный мост, соединяющий полуостров и другую, меньшую, часть долины. Все крыши домов, смотровых башен, конюшен и даже сараев были выкрашены в голубой цвет. Это добавляло городу нарядности и праздничности, особенно с высоты птичьего полета.

Поезд постепенно снижался, что позволило мне рассмотреть наличие в Гирее большого количества деревьев, многочисленные пруды и цветущие парковые зоны. От городских ворот в глубь долины разбегались дороги, обеспечивая сообщение с множеством поселков, расположенных у подножия гор, и к одному из них, ближайшему от города, мы и летели. К станции летучего поезда.

После приземления я покинула вокзал и прошла городские ворота. Сердце мое колотилось с невероятной силой. В душе поселилось ощущение, что это мой город и здесь меня ждет неплохое будущее.

С такими легкими, радостными мыслями я отправилась искать агентство по аренде и торговле недвижимостью. Пока летела, я составила план первоочередных мероприятий, чтобы устроиться в этой новой, такой непривычной для меня самостоятельной жизни.

И первым номером в списке стоял пункт поиска жилья. Причем не абы какого, а доступного мне по средствам.

Я шла по мостовой, с неистребимым любопытством рассматривая каменные дома в два-три этажа, вывески магазинов и различных контор. Неожиданно мое внимание привлекла свара незнакомых женщин — две чадарки (судя по внушительному росту и комплекции) громко ругались, не обращая внимания на прохожих. Я даже остановилась ненадолго, наблюдая за этой колоритной парочкой, заодно давая рукам отдохнуть от сумки.

Выяснилось, что одна из скандалисток (та, что сейчас свешивалась с балкона на втором этаже) нечаянно облила водой соседку, которая так некстати проходила мимо. И вот уже обе, сильно жестикулируя и хлопая себя по крутым бедрам, вспоминали всю родословную друг друга, не забыв пройтись по кулинарным способностям и умению вести хозяйство. Теперь все прохожие были в курсе, что каждая из них плохо готовит, никчемная хозяйка, и так далее и тому подобное. Удивительно, как такие «неумелые» вообще умудрились замуж выйти?

Я же заслушалась, мысленно восхищаясь их словарным запасом и искусными ругательными оборотами, поскольку, даже ругаясь, они не выходили за рамки приличий.

У нас в клане тоже нередко случались ссоры, но в присутствии правящей семьи они быстро прекращались. А здесь столько нового узнать можно!

К сожалению, тратить время на это развлечение я себе позволить не могла, поэтому с тяжелым вздохом подхватила сумку и направилась дальше по улице.

Вскоре нашла агентство, занимающееся недвижимостью. Стоило войти внутрь, как мне навстречу поднялась вампирка довольно преклонного возраста. Окинув меня быстрым оценивающим взглядом, заискивающе улыбнулась, приглашая жестом к своему столу. Естественно, на мне сейчас хоть и повседневное платье, но очень высокого качества.

— Приветствую вас в нашей конторе. Меня зовут Инесса. Чем могу помочь, госпожа? — вежливо осведомилась она после того, как я присела на краешек стула возле ее стола.

— Добрый день. Мне требуется недорогое жилье, которое я могла бы снять на длительное время.

Я решила сразу сэкономить время и себе, и ей. А то, боюсь, она может начать возить меня по роскошным особнякам, а у меня денег совсем немного.

Женщина еще раз окинула меня взглядом и осторожно спросила:

— И насколько недорогое?

Сцепив руки на коленях, я, глядя ей в глаза, ответила:

— Самое недорогое, госпожа Инесса. Но по возможности максимально безопасное.

Она насмешливо хмыкнула, откинувшись на спинку своего кресла и явно расслабившись.

— Я знаю только одно такое место — это городская тюрьма. Самое дешевое и безопасное жилье в Гирее.

От ее слов я едва не поперхнулась. Но Инесса весело улыбнулась и добавила:

— Простите, меня иногда заносит. Есть для вас несколько вариантов. Можем поездить по городу и посмотреть — вдруг вам что-то приглянется?

Я вернула ей улыбку, а затем, вставая, ответила:

— Буду вам очень признательна, госпожа Инесса. Меня зовут Ника, и я готова отправиться с вами хоть сейчас.

Уже через полчаса на небольшой двуколке, запряженной симпатичной лошадкой, мы катили по городу. Вампирка была столь любезна, что превратила поиск жилья в своеобразную экскурсию, попутно рассказывая про Гирею множество полезных и зачастую смешных вещей или мелочей.

Но, увы, все жилье, что мы смотрели, было слишком дорогим для меня. С каждым отказом моя спутница смотрела на меня все с большим печальным подозрением. В итоге Инесса привезла меня к покосившемуся маленькому домику, стоявшему почти в тупике, которым заканчивалась узкая улочка. Причем хоть эта улочка и находилась практически в центре города, но в то же время была как будто и на задворках.

— Этот домик давно пустует, госпожа Ника. Да, он старый, неказистый, но зато соседи вокруг в основном приличные пожилые люди, а значит, вы будете в относительной безопасности. Кто попало сюда не суется, здесь нет таверн, а значит, нет пьянчуг и драк, — рассказывала Инесса, спускаясь с двуколки и направляясь через калитку небольшого квадратного палисадника к входным дверям. — У соседей через три строения от вас сын служит в городской страже, и он счастливый семьянин. Думаю, если что, он поможет молодой леди из провинции. А главное, это жилье самое дешевое из того, что у меня имеется.

Я шла за вампиркой с дрожью в коленках. Эта развалюха, похоже, мой новый дом!

«Ну, ничего-ничего, все наладится», — мысленно уговаривала я себя.

Оказалось, что в доме лишь одна спальня, в которой стояли большая деревянная кровать без матраса, рассохшийся шкаф с покосившейся дверцей, тумбочка и в углу пыльное овальное зеркало во весь мой рост в латунной оправе.

Еще была гостиная с диваном неожиданно веселенького зеленого цвета, из сиденья которого торчали пружина и вата. А рядом стоял журнальный столик. Гостиную и спальню разделяла стена с черным от сажи и копоти камином. Видимо, огонь в камине нагревал стену и в спальне тоже становилось тепло.

Из нежилых помещений в доме имелись крохотная уборная и небольшая кухонька с добротной печкой, столом и одним колченогим стулом. В углу комнаты я обнаружила корзину с инструментами, присутствие которой — удивительно! — меня несколько обрадовало.

Похоже, придется очень многому научиться! И ремонтировать мебель в том числе.

Тяжело вздохнув, я с вымученной улыбкой подписала договор, искренне поблагодарив женщину за то, что помогла найти даже такое жилье. Безопасность для меня все-таки стоит на первом месте, а она отнеслась ко мне с пониманием, некой долей участия и заботы.

Забрав договор и деньги за три месяца, женщина ушла. А я еще раз прошлась по своему новому дому, мысленно прикидывая, что мне сейчас требуется купить. Оказалось, слишком многое, поэтому начала урезать список до самого необходимого.

Подбросив ключи в руке, я отправилась в город за покупками. Требовались продукты, шторки, чтобы с улицы не было видно, что происходит в доме, а главное — матрас с бельем. Идея спать на полу меня не прельщала.

Снова, разинув рот, я шла по улицам, попутно запоминая дорогу и нужные мне магазины. Первой по списку была аптека, куда мне придется ходить за донорской кровью: неделю без нее я протяну, а потом начнет шатать от слабости и анемии.

Второй была лавка, где я, смущаясь, купила шторки на пару окон и кусок ткани для заплатки на диван, тут же мне повезло и ватным матрасом обзавестись, что сразу подняло настроение. Все это пообещали доставить через час по указанному адресу.

Возвращаясь домой кружным путем, заприметила лавку магических товаров. Зашла скорее из любопытства, но, рассматривая под насмешливым взглядом пожилого ведьмака товары, увидела на прилавке очень нужную мне вещь. Небольшой деревянный ларец.

С помощью его содержимого можно выходить в неопространство и общаться с любой точкой мира. Дома у нас такой был у каждого, и я сглупила, не захватив свой при побеге. А ведь в наше магически прогрессивное время без него как без рук.

— Мне, пожалуйста, набор для связи с неопространством, — попросила я у ведьмака.

Мужчина тут же поинтересовался, показывая содержимое ларчика и множество склянок с порошками позади него:

— Вам нужен стандартный набор? Или, быть может, хотите прикупить дополнительных функций? У меня есть маг-порошки для разделов развлечений, знакомств, азартных игр…

Я тут же перебила его:

— Благодарю вас! Мне стандартный набор и порошок для раздела «Поиск работы».

Ведьмак вежливо мне кивнул, быстро выбрал нужную склянку и упаковал дополнительно в ларчик. Выйдя на улицу, я направилась в магазин за необходимыми продуктами — и домой. На сегодня прогулок хватит: есть и другие дела.

Зато теперь у меня имеется связь с домом, и если моя самостоятельность повернется ко мне задом и я буду умирать с голоду, то смогу сообщить родителям, где им искать мой хладный труп. А еще сегодня же вечером начну поиск работы: на оставшиеся средства долго не прожить.

Зайдя в свой проулок, уже по-новому посмотрела на стоящие вдоль мостовой дома. Несмотря на непрезентабельный вид моего жилья, эти домики говорили о том, что их хозяева имеют хоть и небольшой достаток, но на жизнь им хватает.

Возле одной из калиток стояла пожилая севарка и сверлила меня подозрительным взглядом. Свои толстые косы она уложила на голове короной и, несмотря на преклонный возраст, держала спину прямо, а ее длинный хвост, торчащий из-под юбки, воинственно ходил из стороны в сторону.

Я первая решила проявить вежливость и, на мгновение остановившись, произнесла:

— Добрый день, госпожа! Я ваша новая соседка, меня зовут Ника Лави.

Представлялась я уже без запинки, называя свою сокращенную фамилию и имя. А о моих настоящих, точнее, полных данных знать никому не нужно.

Севарка встрепенулась, на ее смуглом, исчерченном морщинами лице появилась довольная улыбка, и даже хвост тут же успокоился, метнувшись к забору и оплетя одну из досок. Словно он разделяет любопытство и интерес своей хозяйки к пришлой девице.

— Добрый, добрый, Ника. А я Сейта, мы с мужем почти сто лет здесь живем. А ты небось из провинции приехала, дочка?

Ее ответ заставил меня замереть и поинтересоваться:

— А почему вы так решили?

Старушка улыбнулась еще шире, забавно наклонила голову набок и беззлобно ответила:

— Нарядная одежда. Но видно, что ты привыкла носить ее в повседневной жизни. В городе днем все попроще одеваются, зато вечерами наряжаются как на праздник. А у тех, кто в конторах работает, одежда либо рабочая, либо деловая. Поэтому решила, что приехала ты из провинции.

Выслушав ее предположения по поводу меня, я, все еще улыбаясь, опустила на мостовую тяжелые сумки с покупками и вежливо продолжила разговор:

— Вам бы в городской страже работать, госпожа Сейта. У вас глаз как у орла — острый да приметливый.

Госпожа Сейта усмехнулась и ответила:

— Дак наберешься тут… У меня муж больше сотни лет в городской страже отслужил, я при нем и нахваталась их премудростей, а теперь и сынок наш там служит. Вот, соседний дом…

Она махнула рукой вправо, а затем продолжила:

— …тоже наш, для сына и его семьи построили.

Мы обе перевели взгляд на здание, за которым виднелась моя покосившаяся халупа. Я сравнивала ее с этим добротным каменным домом, а вот старушка явно думала о своем.

С хитринкой в глазах она поинтересовалась:

— А чего ж одна приехала? Одежда отменная, судя по облику, явно не из бедной семьи, холеная слишком…

Я поспешила остановить ее догадки:

— Обстоятельства так сложились, госпожа. Я осталась одна, и пришлось менять свою жизнь.

Сейта снова усмехнулась, но уже с пониманием. А затем, кивая, сказала:

— Ты права, девочка, всякое случается. Прости за назойливость. Старость, она слишком любопытной бывает. У меня есть пара лишних стульев, да и посуда кое-какая ненужная. Тебе отдать?

Я посмотрела на женщину, смущенно улыбнулась и благодарно кивнула.

— Спасибо, госпожа Сейта. Если можно, я чуть позже к вам загляну за… ненужным вам.

Мы попрощались, кивнув друг другу, и я, со вздохом подхватив свои сумки, пошла дальше.

Второй раз в свой новый домик я входила уже по-другому. Теперь я знала, что это мое, можно сказать, логово, потому чувствовала себя увереннее и так, словно вернулась домой. Любопытное чувство!

Быстро распаковала продукты, положив их в холодильный шкаф, холод в котором поддерживался благодаря магическому прибору, напитанному ведьмаками. Правда, я отметила, что разность температур в шкафу и на улице невелика. Похоже, придется снова потратиться и сходить в магическую лавку, напитать энергией охлаждающий прибор, а то скоро продукты пропадут.

Э-эх, и снова затраты, а ведь денег и так мало осталось!

Я только успела разобрать сумки с едой и отнести в гостиную свой ларец для неосвязи, как громкий стук в дверь возвестил о том, что ко мне пришли.

В первый момент я вздрогнула и сильно испугалась. Решила, что меня нашли родственники. Но потом через окошко во входной двери увидела курьеров с купленным мною матрасом, и облегчение буквально затопило с ног до головы.

Дверь я открыла с такой довольной улыбкой, что двое чадаров, державшие мой матрас, растерянно уставились на меня, а потом синхронно обернулись, проверяя: может, я кому-то другому обрадовалась. Пришлось притушить восторг в глазах и стереть улыбку, а то мало ли что…

— Прошу вас, в спальню занесите, — попросила я, отступая в сторону с их пути.

Курьеры, подхватив ношу, пошли за мной в спальню, громко топая огромными сапогами по дощатому полу: большой размер обуви у чадаров — при таком-то росте и общей массивности — тоже характерная черта. Заходя в любую обувную лавку можно сразу определить, где находятся полки, выделенные специально для представителей этой расы.

А вот вампиры, наоборот, невысокие, сухощавые, с небольшими ступнями и тонкими кистями рук. Хотя в принципе у каждой расы Айфира есть свои сильные и слабые стороны. Наверное, именно по этой причине они уже давно ассимилировались и смешались. Сейчас сложно найти поселки или города, где проживают представители только одной расы. И тем более это сложно представить, учитывая факт стремительного магического прогресса.

Лишь старые аристократические кланы, вроде нашего, стараются жить обособленно и замкнуто, но и из этих закрытых сообществ молодые пытаются любыми путями уехать в город или просто уйти «в мир». И неопространство этому активно способствует.

Наши старики еще ворчали: «Это смешение рас приведет к тому, что все потеряют главное — свои исконные расовые черты».

Но и тут они хитрили или лукавили: ребенок получает все признаки того из партнеров, кто является доминантом в паре. И неважно, женщина это или мужчина. Так что за многие тысячелетия существования нынешней цивилизации расы остаются неизменными и численно равными. Природа сама позаботилась об этом.

Поблагодарив курьеров лишь вежливой улыбкой, быстро закрыла за ними дверь, испытывая неловкость из-за того, что не могу дать чаевые. У меня почти не осталось средств на жизнь, не то что на благодарность.

Пропустив обед, я решительно принялась за уборку дома и приведение его в относительный порядок. Сначала отыскала ведро и тряпки, затем до блеска отмыла жилые помещения, даже в печку залезла и выгребла, наверное, столетний запас золы. Оказалось, сверху, под слоем сажи, печка была выложена миленькой плиткой в синенький цветочек. Благодаря этим цветочкам даже кухня преобразилась.

Перемыла с купленной солью всю найденную посуду. Не забыть бы еще зайти к соседке, госпоже Сейте, за обещанной «ненужной» мебелью и посудой: мне это очень пригодится.

Затем очередь и до окон дошла — теперь стекла стали прозрачными и, как мне показалось, солнце более радостно заглядывает внутрь моего дома. Солнечные зайчики, играя, носились наперегонки по всем отражающим поверхностям. В спальне и в гостиной я сразу повесила новые шторки веселенькой расцветки. К сожалению, на кухонное окно материи мне не хватило.

Также прошлась по дому с молотком и гвоздями, латая дыры и укрепляя ножки столов и стульев. Несмотря на то что подобным ремонтом я занималась впервые в жизни, мне было невероятно интересно и приятно с этим справляться. Пусть коряво и не с первого раза, но у меня все получалось.

После ремонта я наконец-то занялась дырявым зеленым диваном. Пока я пришивала на него заплатку в виде сердца из красной ткани, пела наши старинные песни, ощущая душевный подъем. Мне кажется, дома я никогда не чувствовала себя столь свободно и легко.

Последними на очереди были кровать с матрасом, который я аккуратно застелила постельным бельем и тонким, купленным сегодня, покрывалом, и большое овальное зеркало, одиноко примостившееся в углу и явно давно пылившееся за ненужностью.

Зеркало, пыхтя от натуги, я перетащила в гостиную и снова поставила в угол. Затем тщательно его протерла. И в конце, обратив внимание на свое отражение, ужаснулась. Моя бледная кожа была покрыта пятнами сажи. Платье — тоже. На волосах красовались ошметки паутины. Хорошо, пауков не было, а то б меня сердечный удар хватил — ненавижу насекомых!

Все тело ломило от усталости и непривычной работы, но меня переполняло удовлетворение от хорошо выполненного дела. Растопила печь, с трепетом наблюдая, как разгорается огонь и живительное тепло расползается по кухне, ласково касаясь моего тела. Поставила греться ведро воды: мне срочно требовалось помыться. К сожалению, в доме в наличии был только туалет — ванная не предусмотрена, — потому пришлось совершать омовение на кухне.

Через час я сидела в старой деревянной лохани, обнаруженной мною в саду, позади дома, и тщательно, с упоением, отмывала последствия моей первой в жизни генеральной уборки. Окатив себя с головы до ног остатками теплой воды из ведра, завернулась в полотенце, также купленное сегодня, и вылезла из лохани. Тщательно вытерлась, снова завернулась в полотенце, и, подхватив кружку с горячим отваром из листиков смородины, собранных все в том же саду, выглянула в распахнутое кухонное окно.

И с трудом сдержалась, чтобы не завизжать. В соседнем саду, держась двумя руками за ограду, стоял, поблескивая маслеными черными глазами, старый ведьмак Довольно ухмыляясь, он разглядывал меня. И главное, я почти не сомневалась, что стоит он тут давно и все видел. От этой мысли затошнило. Я потеряла дар речи и способность быстро реагировать. Так и стояла, кутаясь в полотенце, хватала ртом воздух и смотрела на старика.

В этот момент со стороны соседского дома раздался зычный женский голос, услышав который ведьмак вздрогнул, тут же потерял ко мне интерес и суетливо заметался по саду. В поле моей видимости появилась пожилая вампирка. Заметив мое ошарашенное и, наверное, все еще испуганное лицо и судорожно прижатое к груди полотенце, она вежливо мне кивнула, а потом, подхватив какой-то прут, угрожающе двинулась на старика. Вскоре я услышала их перепалку.

— Да я вообще тут случайно, на секундочку только остановился! — верещал старик.

— Скоро гроб заказывать надо, а ты все на молодух заглядываешься, козел старый, — злобно шипела вампирка.

— Да ты что, старая, я еще тебя переживу! Ты чего это мне гроб заказывать вздумала?! — визгливо завопил ведьмак.

— Да с тобой нервов не наберешься! Гляди, ночью не сдержусь как-нибудь да напьюсь твоей кровушки. Моей ты за такую долгую жизнь столько попил…

Их голоса наконец умолкли: супруги, захлопнув дверь своего дома, ругались уже внутри.

Я выдохнула с облегчением. Хрыч — под жестким контролем своей жены, значит, можно не бояться такого соседства. Правда, придется позаботиться о занавесках и на кухню, и как можно скорее.

Допив отвар, я оделась, немного перекусила и принялась за самую важную на сегодня миссию — поиск работы.

Поставила перед зеркалом стул, подтащила журнальный столик, нашла листик и грифельный карандаш для записи вакансий, а затем принесла ларчик для выхода в неопространство и приступила к ритуалу.

Открыв резную крышку ларца, окинула взглядом стандартный набор и дополнительный магический порошок для раздела «Поиск работы». К нему для нашей городской службы занятости прилагались руны, выведенные на кусочке магического пергамента, примотанного бечевкой к горлышку бутылочки.

Я насыпала на ладонь порошок для активации зеркала и перевода его поверхности в неопространство и осторожно сдула на свое собственное отражение. Зеркальная гладь засветилась и словно поплыла, становясь жидкой, похожей на ртуть.

У меня дома был такой же набор, так что я была в курсе, что делать дальше. Порезав ладонь, прижала ее к «жидкому» стеклу, оно, слегка засветившись, снова застыло. Передо мной вновь стояло обычное зеркало, а в нем отражалось мое усталое лицо.

Теперь проверим, как здесь работает магия. Прикоснувшись к гладкой поверхности рукой, я сказала:

— Оне.

В воздухе тут же загорелся рунный алфавит. Положив на него руку, я взглянула на клубящуюся в зеркале тьму, в которой горели золотые руны. Ну что ж, попробуем найти работу? Достав склянку со вторым порошком, бросила щепотку на поверхность зеркала. Дождавшись, когда она вновь ярко засветится, набрала руны, необходимые для выхода в раздел соискателей вакансий, и углубилась в поиск.

К сожалению, моим параметрам и запросам отвечало не слишком много вакансий. — До обидного мало. А главное, до сих пор я вела слишком уединенную жизнь, чтобы достоверно знать, что собой представляет каждая из предложенных вакансий. А точнее, какие впоследствии у меня могут возникнуть с ними трудности.

Я несколько лет вела бухгалтерию и переписку отца, составляла договоры на поставку продовольствия, закупку крови в близлежащих донорских службах и многое другое. Но сейчас потерянно сидела перед зеркалом и задавалась вопросом: какую вакансию выбрать?

Наконец я утомилась рыться в залежах пустой информации, поэтому, рассеянно скользя по неопространству, раздумывала над своей проблемой.

Неожиданно наткнулась на любопытное сообщение:

«Жизнь похожа на черную кляксу… Нужно поплакаться!».

Не знаю почему, но решилась ответить. Просто остро захотелось хоть какого-нибудь общения.

* * *

Р: Жизнь похожа на черную кляксу… Нужно поплакаться!

Н: Полностью с Вами согласна и готова предоставить свою жилетку!

Р: Напарник — засранец! Постоянно надо мной подтрунивает и задевает неустроенной личной жизнью.

Начальник, мухомор старый, замучил своей работой. Хочу в отпуск! Не пускают.

Но самая ужасная печалька — вампир, который мне нравится, НЕ ОБРАЩАЕТ на меня внимания! А-а-а-а…

Хочется кому-то врезать!

Н: Даже не знаю, что сказать. Сложно что-то посоветовать насчет напарника: у меня их никогда не было, впрочем, как и работы.

Что касается начальника: учитывая характер моего папочки, могу посоветовать лишь одно — всегда и во всем соглашаться, но, выйдя из его кабинета, мысленно плевать на все и делать как считаешь нужным.

Отпуска у меня тоже никогда не было, опять же потому, что никогда не работала. Но заранее сочувствую.

Ну, и насчет вампира… Вам повезло, я сама вампирка, так что с этим могу помочь. Накапайте ему в бокал с любым напитком своей крови, и Ваш запах станет ему очень приятен. Он будет притягивать его. Может, это поможет Вам с ним сблизиться.

А вот с последним… Врезать и мне хочется, но страшно очень.

Р: Ладно, напарник и работа — это все пустое на фоне вампира. Личная жизнь — мое больное место!

Увы, кровь уже капала, но это на него никак не повлияло. Уж и не знаю, что предпринять, прям руки опускаются…

Н: Значит, у него слабая родовая кровь, а такие менее восприимчивы к крови противоположного пола. Хм-м… задачка вырисовывается. Тогда у меня есть другое предложение: надо заставить его понервничать. Вампиры очень самолюбивы и зачастую тщеславны. Заставь его ревновать. Причем к более сильному и более известному сопернику. Тогда он вывернется наизнанку, но постарается вернуть себе твое расположение.

Р: Спасибо за совет! Боюсь, в профессиональной сфере я более опытна, чем в личной.

Н: А у меня нет опыта ни в профессиональной жизни, ни в личной. Могу ли теперь я попросить совета, связанного с поиском работы?

Р: Не вопрос.

Н: Благодарю! У меня на данный момент есть четыре варианта вакансий. И я не могу остановить свой выбор ни на одной из них. Терзают смутные сомнения по поводу каждой.

Первая — курьер специального назначения.

Вторая — подавальщица в таверне.

Третья — личный секретарь у одного пожилого господина, почему-то он ищет на эту должность именно женщину.

Четвертая — младший помощник директора в фирму, занимающуюся охранной деятельностью.

Как вы считаете, что лучше может подойти для одинокой провинциалки? Если учитывать, что, кроме делопроизводства, я ничего не умею.

Р: Курьерам никогда не иди: работа собачья. На эту вакансию стоит устраиваться, только если выхода никакого.

Подавальщица — работа особенная. Не умеешь обходиться с мужиками — лучше туда не идти.

Личным секретарем у пожилого господина, что ищет на старости лет женского общества, работать не стоит ни при каких обстоятельствах, если только тебе не нравятся старые извращенцы.

Так что остается только последний вариант. Но охранное агентство — это несколько опасная сфера деятельности. Так что узнай предварительно о своих обязанностях, а лучше при составлении договора о найме распиши все отдельно по каждому пункту. А то будешь потом ночью по крышам лазить.

Н: Ой, благодарю за ценные советы. А не могли бы мы и дальше общаться? Честно говоря, у меня никогда не было друзей, а сейчас я и вовсе одна.

Р: Буду рада. Прощаюсь. Мне пришел вызов на работу, так что я побежала. Если что нужно будет или захочешь просто поболтать, пиши!

Глава 7

Риса Ригал

Амулет связи снова выкинул меня в кабинете у начальника, и по его хмурому лицу было ясно — произошел прорыв.

Получив инструкции и расписавшись у дежурного, бегом направилась переодеваться и экипироваться, чтобы быстрее явиться к порталу. Все действия выполняла уже рефлекторно.

Пока собиралась, в голове крутились мысли, связанные с тем странным разговором. Зачем я написала? Зачем поддержала общение? К чему мне новые знакомства? С другой стороны, у меня никогда не было подруг. Да и вообще, чего это я себе навыдумывала? Может, никогда больше и не спишемся?! Хватит думать о всякой ерунде. Пора заняться делом.

Не прошло и трех минут, а я уже готова к высадке. Теперь бегом на пункт переброса.

Около портала меня уже ждал Раш, в нетерпении играя ножом.

— Ну наконец-то! Я уж думал, ты там в раздевалке еще и убраться решила.

— Помолчи, а?

— Готовы? — спросил отправляющий.

Мы с Рашем кивнули почти синхронно.

— Да.

— Тогда шагайте. Вас выкинет недалеко от леса. Две команды — на две твари.

Приняв к сведению скудные инструкции, я следом за Рашем шагнула в портал.

Едва мы появились на месте прорыва, как мне в лицо ударила духота. Терпеть не могу влажный климат. Кругом сырость, а впереди деревья с густой кроной.

Войдя в лес, мы, как обычно, начали огибать периметр с двух сторон, постоянно держа связь.

Общаясь знаками через амулет, я осторожно пробиралась сквозь редкий подлесок и осматривалась, параллельно стараясь не выпускать из вида Раша. В руках держала атуе — длинные ножи, лезвия которых по желанию владельца раскладывались веером. Проникая внутрь, такое оружие разрывает плоть противника.

Слева послышался шорох. Насторожившись, я услышала только тишину, но меня это не обмануло. Ты себя выдал, дорогой!

Подала знак напарнику и осторожно двинулась в ту сторону, откуда раньше раздался шорох, включив на костюме защиту. Мое тело и лицо тут же окутало магической защитной дымкой.

Через минуту рядом со мной возник Раш и несколькими знаками обрисовал мне план действий. Я кивнула. Опустив руки по швам, медленно двинулась вперед, стараясь передвигаться бесшумно, и примерно метров через сто наш план сработал.

Послышался рык, и вперед прыгнуло огромное, чешуйчатое и слизистое чудовище. Но броситься на меня у него не получилось: Раш, подобравшись сзади, вонзил ему в хвост длинный нож-каге, который тут же засветился и зафиксировался в земле. Чудовище взвыло и задергалось, круша деревья вокруг.

Бесполезно, голубчик! Теперь, чтобы освободиться, тебе придется оторвать себе хвост.

Я, подбежав к напарнику, начала напитывать магическими заклинаниями предметы вокруг Раша. То камни, то большие куски деревьев загорались различным светом. Напарник знал цвета моих заклинаний и с помощью созданного мною магического оружия наносил чудовищу один удар за другим.

Монстр выл, рычал и пытался бросаться на Раша, но хвост этого ему не позволял.

Однако гад попался живучий и, несмотря на сильные ранения, все еще держался на ногах, отказываясь преставляться. А подходящий для оружия материал вокруг заканчивался, и скоро придется воспользоваться клинками. А это грозит серьезными ранениями. Надо что-то предпринять.

— Раш, кинь меня в него, — приняла я решение.

— Нельзя, он еще слишком сильный и злой!

— Кидай, иначе у нас скоро нечем будет сражаться!

После того как последний нормальный булыжник улетел в голову твари, но все равно не свалил ее, напарник взвыл:

— У него череп что, из адаманта сделан?!

— Раш! — резко воскликнула я, и чадар сдался.

Схватив меня в охапку, Раш начал меняться — его руки покрылись черной броней чадаров, делая напарника в десятки раз сильнее, и он, раскачав меня, бросил в чудовище.

Приземлилась я неудачно — монстру на ухо. Тот взвыл и крутанул головой. Меня отбросило на голову, и я начала потихоньку сползать вниз.

Схватилась за ножи и, сползая по шее, воткнула их в загривок монстра. Атуе с трудом пробили живую материю, и, едва я раскрыла лезвия, зафиксировав их в плоти, тварь забесновалась.

Меня возило из стороны в сторону по слизи, я только надеялась, что Раш сможет чем-то отвлечь чудовище. Видимо, напарник что-то придумал, потому что монстр неожиданно рванул вперед и завыл.

Делать нечего: выход оставался один. Ухватившись за лезвия клинков, чтобы руки касались чешуи, я начала напитывать монстра магической энергией.

Тварь заревела еще сильнее и начала биться в конвульсиях. Чувствуя, как лезвия режут руки, я закусила губу и зажмурилась, продолжая напитку магией. Только бы хватило сил! Только бы хватило сил!..

Неожиданно даже для меня раздался булькающий звук и шея монстра ошметками разлетелась в стороны, а я вместе с разрезанным на две части телом полетела вниз, пытаясь сложить ножи, дабы не напороться при падении.

Хлюпс! — приземлилась я лицом в слизь, кровь и куски плоти.

Запах стоял отвратительный — меня тут же вывернуло. То ли из-за брезгливости, то ли от переутомления и потери сил. Спазмы прекратились примерно тогда, когда подбежал Раш.

— Риса!

Обхватив меня под грудью, напарник оттащил мое тело в сторонку.

— Ты как? — не своим голосом спросил Раш, усаживая меня под деревом.

— Отвратительно, — пробормотала я, прикрыв глаза. — Но жить буду.

— Дура! — заорал Раш.

— Так и думала, что ты оценишь мой подвиг, — саркастически хмыкнула я, чувствуя, как силы покидают меня.

— Все-таки дура! — орал на меня Раш, пытаясь кусками ткани от своей формы перебинтовать мне руки. — Совсем ума лишилась?! А если бы перегорела? Или надорвалась?

— Да нормально все! — сказала я, резко перевернулась, и меня снова вырвало.

— Вижу я, как все нормально!

Нажав на один из амулетов, Раш стал вызывать группу зачистки и медиков, а мое сознание уплывало в темноту.

Последняя мелькнувшая мысль: «Я колдовством снесла чудовищу голову. Я неподражаема!»

* * *

Пробуждение оказалось не таким замечательным, как хотелось бы. Открыв глаза, я поняла, что лежу в больничной палате, что, собственно говоря, ожидалось. Прислушавшись к себе, пришла к выводу — в моем организме все хорошо. Значит, нужно выписываться.

Из больницы меня забрал Раш. Родителям, чтобы не тревожить, я ничего не сказала. Мне и так часто доставалось из-за моей профессии.

Отлежавшись немного дома и окончательно придя в себя, отправилась на работу. Не могу долго лежать без дела: чувствую себя очень жалкой!

Подъехав к Управлению, я по-тихому отметилась у дежурного и отправилась в раздевалку. Напарнику о своем решении выйти на работу я не сообщала — он бы меня не пустил, только разнервничался бы. Зачем беспокоить чадара? Совсем незачем.

Увы, моим планам не суждено было осуществиться: на входе в раздевалку я столкнулась с Рашем. Увидев меня, напарник нахмурился и мрачно поинтересовался:

— И что ты здесь делаешь?

— Пришла на работу, — невозмутимо сообщила я чадару.

— Ты дома должна лежать! — прорычал Раш.

Отодвинув его от дверного проема, я протиснулась внутрь и отправилась в соседнюю секцию переодеваться. Напарник приблизился к перегородке и продолжил возмущаться:

— Тебе нужно отдыхать! Полное истощение организма. Как тебе вообще пришло в голову прийти сюда?! Даже силы до конца не восстановила.

На эти нотации я только закатила глаза и затянула легкую броню на костюме Дозора.

Когда снова показалась в общей раздевалке, там, кроме Сонхи, находилось еще двое мужчин — Ганар и его напарник Равис. Очень массивные дядечки, не меньше Раша. Первым делом они, подойдя, стукнули меня по плечу.

Ганар сказал:

— Наши поздравления. Это редкость — убить монстра, напитав его магией. Просто рекорд, я бы сказал. Молодец! Рашу очень повезло.

Сонха, может, тоже так думает, но сейчас стоит злой как черт и только что не рычит.

— Увы, он так не считает.

— Не обращай внимания, отойдет, — подмигнул мне Равис.

Раш только одарил их мрачным взглядом и последовал за мной вон из раздевалки, непрерывно рыча. День обещал быть трудным.

Через два дня я получила приглашение на праздник, что устраивался среди служащих на грани. Отмечали награждение сразу нескольких групп, и, конечно, в самой шумной таверне города.

Легендарное заведение, славящееся хорошей кухней, отличной музыкой и красивым декором, имело два этажа. Верхний этаж делился на залы, которые располагались вокруг большой винтовой лестницы посередине.

Все приглашенные приходя занимали места рядом с коллегами по своему подразделению, и я, конечно, оказалась рядом с виновниками торжества. Вино лилось рекой, столы ломились от яств. То и дело подходили друзья и поздравляли награжденных. Кто-то уходил, кто-то оставался. Кругом царили шум, веселье, смех.

Примерно часа через четыре, в разгар праздника, я почувствовала, как Раш рядом со мной напрягся, и, проследив его взгляд, увидела — в наш зал заходит молодой светловолосый, довольно симпатичный мужчина, чья походка выделяется плавной, немного хищной грацией. Это сразу выдавало в нем сотрудника Дозора, а выражение лица чадара подсказало мне, что перед нами его бывший напарник.

Тот, увидев Раша, эмоций никаких не показал, но, поздравив виновников торжества, сразу направился к нам. М-м-м… А я так надеялась, что он отправится восвояси и не будет портить нам праздник.

— Приветствую тебя, Сонха, — внимательно взирая на моего напарника, сказал севар.

— И тебе здравствуй, — настороженно отозвался Раш.

— Не представишь меня своей даме? — усмехнулся мужчина.

— Почему бы и нет? Ригал Риса — моя напарница. Риса, позволь представить тебе — Мара Чизр — мой бывший напарник.

— Очень приятно познакомиться, — пробормотала я, пожимая протянутую руку.

На пожатие Чизр не ответил, вместо этого поднес мою кисть к губам и поцеловал.

Я прищурилась, Раш тоже. Не знаю, как напарнику, а мне было непонятно, чем вызвана такая патологическая галантность, которой сотрудники Дозора в большинстве своем не страдали.

— Ты сделал прекрасный выбор, — с каким-то странным выражением сказал севар.

— Спасибо, — так же настороженно ответил Сонха.

Любопытно, я им не мешаю? Может, мне отойти?

— Надеюсь, ты не будешь против, если я приглашу твоего напарника потанцевать?

— Не пробовал спросить это у нее?

Вот и мне интересно.

— Красавица не откажется потанцевать со мной? — с улыбкой спросил Чизр уже у меня.

— Нет, не откажется.

Красавице очень хочется узнать, из-за чего весь этот спектакль.

Едва мы оказались среди танцующих, как севар закружил меня в вихре мелодии, прижав к себе несколько больше, чем нужно.

— Советую не забывать, что красавица служит в Дозоре и может постоять за свою честь, — напряженно заметила я.

Меня тут же слегка отстранили:

— А вы строптивица!

— Даже не представляете какая!

Чизр — очень привлекательный мужчина. Ничто не мешало мне закрутить с ним роман, но что-то меня останавливало. Этот мужчина мне совсем не нравился.

— Может, расскажете, как вы познакомились с Рашем? — непринужденно спросил севар.

— С чего бы мне это делать? — непринужденно удивилась я.

— Вы не можете не знать нашу историю. Несмотря на то что пострадал тогда очень сильно, я не таю зла на Раша. И мне интересна его жизнь.

— Тогда советую поинтересоваться у него, — логично предложила я.

— Я вам не нравлюсь?

— Почему же, вы очень привлекательный молодой человек и хороший профессионал, — неопределенно произнесла я.

На это мне ничего не ответили и затронули совершенно другую тему, о нашем Управлении, но спустя пять минут тот же вопрос прозвучал немного в другой интерпретации. Я снова ушла от ответа.

Поглядывая на бывшего напарника Раша, я сразу заметила, что тот старается мне понравиться и очаровать меня. Но зачем? Не верю я в любовь с первого взгляда. Так в чем же дело?

Едва музыка смолкла, Чизр склонился к моей руке и прошептал:

— Мне уже пора уходить, но перед этим я хотел бы обсудить с вами один вопрос.

Неужели?! Вот она, истинная цель этого спектакля!

— Не согласились бы вы, как только я покину зал, проследовать за мной? Тогда мы смогли бы найти укромный уголок и пообщаться на интересующую меня тему.

Приподняв брови, я только кивнула, немало заинтригованная.

К столу я шагала под косыми взглядами коллег и Раша. Еще бы, занятная ситуация.

— Чего он от тебя хотел? — это был первый вопрос, что я услышала от напарника.

— Потанцевать со мной.

— Не сочиняй, ты не в его вкусе.

— Да ты что? Мне кажется, ты давно с ним не виделся. Вдруг что-то изменилось за это время?

— Такие, как он, не меняются. Ему интересна не ты, а возможность досадить мне.

Я тоже так считала, но не поддразнить Сонху не могла. Не только же ему развлекаться за мой счет?

Раш фыркнул:

— Он совсем не тот, кем кажется.

— А по-моему, он производит как раз то впечатление, которому соответствует. И вообще, почему тебя это волнует?

— Не хочу, чтобы из-за меня он сделал больно тебе.

— Не переживай так, — похлопала я напарника по руке.

В этот момент севар направился прочь из зала и посмотрел на меня. Встретив его взгляд, я тоже поднялась и пошла следом. Сзади слышалось рассерженное шипение Раша.

Севар ждал меня внизу, в общей зале, за колоннами возле окна. Подойдя, я присела на подоконник и пристально посмотрела на Чизра.

Тот сразу перешел к делу:

— Риса, я хотел бы попробовать построить с тобой отношения. Ты мне очень нравишься.

Я сложила руки на груди и прислонилась бочком к стене.

— А как же твои прошлые отношения?

— После того как Раш предал меня, я не смог простить ни его, ни ее. И сейчас свободен.

Замысел Чизра стал понятен.

— Нет.

Лицо севара перекосило.

— Он так сильно держит тебя?

— Лучше ответь на другой вопрос: тебе так хочется отбить у Раша девушку? Настолько ненавидишь его, что хочешь поступить так же гадко?

— Дело не только в этом.

— Ну конечно! К тому же, если Раш сделал это по ошибке, ты делаешь намеренно.

— А ты уверена, что по ошибке?

Я вспомнила все время, что проработала бок о бок с чадаром, и ответила:

— Да. Я знаю Раша и в этом уверена.

Схватив за талию, севар подтянул меня к себе:

— Не отказывайся. Я сейчас работаю на частных лиц и хорошо зарабатываю. Дам тебе все самое лучшее, если ты будешь со мной.

Улыбнувшись собеседнику, я ответила:

— Ты, видимо, перепутал меня со своей бывшей подружкой. На мне ценника нет, потому и ответ неизменен.

И, высвободившись, добавила:

— Больше не нужно пытаться меня соблазнить, очаровать или купить. Я поняла смысл затеи.

— А вы два сапога пара… — протянул Чизр.

— И я рада этому.

Посчитав разговор законченным, я направилась наверх. И едва поднялась на этаж, как столкнулась с Рашем.

— Неужели так мало надо, чтобы очаровать тебя?

Услышав этот вопрос, почувствовала себя оскорбленной. Я так яростно его защищала, а он думает обо мне всякие гадости.

Вскинув колено, ударила по самому чувствительному месту. Раш согнулся и зашипел на меня. А я, спустившись вниз, забрала из магического кармана вещи и направилась на улицу. Ехать не хотелось. До переправы из города можно добраться и пешком. Но не прошло и пяти минут, как чадар нагнал меня.

— Протрезвел? — невозмутимо спросила я, все еще злясь в глубине души.

— Обязательно было бить?

— Обязательно было обижать?

— Неужели оскорбилась?

— Нет, ты еще хочешь получить? — подбоченившись, я остановилась посреди улицы.

Раш рассмеялся.

— Мир? — протянул он мне руку.

Посверлив его несколько секунд взглядом, я пожала конечность, бурча:

— Последний раз мирюсь с тобой. При следующей ссоре брошу и найду другого напарника.

Как часто он слышит от меня подобное заявление?

— Чего он от тебя хотел?

— Ты только ради этого со мной помирился? — усмехнулась я.

— Теперь сама хочешь обидеть? — напряженно спросил Раш.

— Он хотел обольстить меня, чтобы отомстить и досадить тебе.

Раш произнес несколько нецензурных слов.

— Ведь говорил тебе, что он сволочь!

— А я и так это знала. Или ты думаешь, что его поступок задел меня?

— Столько лет прошло, а он все хочет мести.

— Что тогда у вас случилось? Очень мне любопытно, что же тогда у вас произошло.

Интересно, расскажет или нет?

— Что ж, я думал, ты спросишь раньше. Лучше тебя просвещу я, чем он. Мы с Чизром вместе учились в университете, вместе пришли в Дозор. И, думаю, первая трещина в нашей дружбе появилась не из-за Нейлы.

Ага, вот, значит, как звали любовь севара.

Сонха немного помолчал, словно решаясь, затем продолжил:

— Мы с ним слишком разные, и стало это заметно уже много лет назад. Есть в нем какая-то гнильца, что уже тогда подтачивала наши отношения. Этот человек имеет мало общего с честью. Сначала я пытался объяснить, что некоторые его поступки неправильны и незаконны.

Ого!

— Но он лишь смеялся и советовал мне не переживать. Мы договорились, что в Дозоре мы будем служить безупречно, а все, что вне работы, будет уже его личным делом. Прошло еще какое-то время, я привык к нему и стал воспринимать таким, какой он есть. Но потом начались странности. Мы стали реже видеться, меньше общаться, и как-то утром он пришел в сильном душевном волнении.

Мне сложно было представить склизкого Чизра переживающим.

— Он стал что-то кричать по поводу того, что я увел у него невесту, что я подлец и что он давно догадывался о моей сущности. Тогда мне потребовалось время, чтобы разобраться, что именно случилось. Оказалось, подцепив в одном трактире настойчиво добивавшуюся моего внимания женщину, я предал друга. Он прятал ее от меня, чтобы я не увел, а в результате — сделал только хуже.

Да-а… Знать бы, где соломки подстелить.

— На этом все, конец вашей дружбы?

— Дружбы — да. Хотя, думаю, на самом деле конец ей пришел намного раньше. Но это не конец истории. Через день ко мне пришла Нейла, плакала и говорила, что Чизр ее бросил, что только я могу ее защитить и утешить, что на самом деле любит только меня.

История стара как мир.

— Мне было все равно, и я выпроводил ее. Но эта змея перед Чизром все выставила в совершенно другом свете, и на следующее утро на меня снова посыпались упреки. Тогда мы первый раз подрались. И я решил — все, пора нашему сотрудничеству заканчиваться, и подал прошение о переводе.

Так это Раш порвал со своим напарником?

Некоторое время мы молчали, а потом я сжала руку Раша и сказала:

— Ты поступил правильно.

— И мне кажется, что мой перевод — это удача. Мне с тобой очень повезло.

За разговором мы не заметили, как подошли к транспорту, идущему из города, и Раш, немного поворчав, что мне нужно перебираться из такой дали поближе, посадил меня в повозку.

Выезжая из городских ворот, я размышляла не о том, что живу в десяти минутах езды и напарник не прав, а об истории, случившейся несколько лет назад.

Нет, определенно надо отвлечься.

Глава 8

Никеа Лавейская

Большой двухэтажный дом виднелся в конце тенистой тисовой аллеи. Придерживая подол синего платья длиной до щиколоток, я шла по дорожке, выложенной серой плиткой. И раздумывала над своим вчерашним поступком.

Едва прервалась связь, первое чувство, которое я ощутила, — радость. Меня очень тяготило одиночество, невозможность кому-то довериться, спросить совета… Но потом, когда я обдумала свой порыв, пришел страх. А если это разведчики отца, которые ищут меня? С таким трудом я получила свободу и так легко могу ее потерять. Но до чего же хочется довериться…

Солнце светило ярко, не по-утреннему жарко и непривычно для меня, северянки.

Добравшись до парадного входа, я отринула самокопание, решив: будь что будет, и на минутку остановилась, приводя себя в подобающий вид. Глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями перед предстоящим собеседованием, и почти решительно шагнула к дубовой двери.

Постучав по дверному полотну висевшим на цепочке деревянным молоточком, прислушалась к едва слышным приближающимся изнутри шагам. Вскоре мне открыли.

На пороге стоял престарелый севар, волосы которого были затянуты в тугую черную косу, да так сильно, что его и без того узкие черные глаза превратились в щелочки. Даже кисточка на гордо приподнятом хвосте была заплетена в маленькую косичку и дополнительно покрыта бриолином, чтобы ни один волосок не выбивался наружу.

Смерив меня оценивающим взглядом, он чопорно спросил:

— Можно узнать причину вашего визита, госпожа?

Ну, к таким холеным, высокомерным слугам я привыкла. Это помогло вернуть уверенность в себе. Задрав подбородок, так же жестко посмотрела ему в глаза и уверенно сказала:

— Я пришла на собеседование к господину Задари, на место его личного секретаря.

Мне не понравилось, каким масленым взглядом он меня окинул, но мужчина уже отступил в сторону, пропуская в дом. Мы прошли через холл и зашли в соседнюю с ним комнату — видимо, это была приемная перед кабинетом хозяина. Жестом мне предложили присесть на свободный стул.

Помимо меня в комнате сидели еще несколько женщин разного возраста. Я принялась с любопытством рассматривать их, а они меня. Причем явно оценивая друг друга как соперниц, претендующих на ту же должность.

Тут из кабинета хозяина дома послышался звон разбитого стекла, потом шум, потом дверь рядом со мной резко распахнулась и в проеме появилась рослая, но холеная чадарка. Она возмущенно шипела, обращаясь к кому-то, кто находился вне поля моего зрения:

— Я не в бордель устраиваться пришла! И интимные услуги в мои обязанности не входят! Чтоб у тебя руки отсохли, кобель старый!

Услышав еще первую фразу, я не сдержала любопытства и, наклонившись, заглянула в кабинет. Там в кресле на колесиках сидел старый ведьмак и с досадой потирал покрасневшую щеку. Судя по четкому отпечатку руки — результат пощечины разозленной чадарки.

Она так хлопнула дверью после своих слов, что на меня сверху посыпалась штукатурка. Напоминая разозленную фурию, женщина, печатая шаг, удалилась. Через мгновение я услышала сигнал со стороны стола, за которым сидел встретивший меня севар, он поднял взгляд от бумаг, которые просматривал, и произнес бесцветным голосом:

— Следующая!

Мы с другими претендентками дружно переглянулись, а потом уже я встала и, не раздумывая, пошла к выходу. Подобная работа мне ни к чему! За мной последовали две женщины, явно сделавшие те же выводы. А вот еще несколько остались на своих местах.

Я стояла на улице и размышляла. Что делать дальше? Ночь прошла в тревожных раздумьях о будущем, а еще меня мучили странные шорохи в углах дома. Несколько раз я зажигала свечу в попытке найти источник этих звуков, но — безрезультатно. В итоге: проснулась не выспавшаяся, с тяжелой головой и полная неуверенности в завтрашнем дне.

Сегодня я внутренне все же согласилась с советами незнакомки из неосети: в таверну подавальщицей мне идти нельзя. Слишком разные там посетители, и есть вероятность, что кто-то да узнает меня.

И главное — это слова моей собеседницы о том, что если ты не знакома с повадками и замашками мужчин, такая работа не для тебя. А что я знаю о мужчинах? Кроме того, что они гуляют напропалую, как мой брат Димитр. Или высокомерные эгоисты, как Корин. Есть еще вспыльчивые и не терпящие малейших возражений, как мой отец. Место женщины на кухне, босой и беременной — так считают многие вампиры из нашего клана.

Я медленно бесцельно брела по улице и неожиданно увидела свое отражение в стекле витрины какой-то лавки. Бледная, осунувшаяся, с ярко светящимися глазами — все явно свидетельствует о том, что я — вампир, который несколько дней не пробовал живой крови.

Эх, только несколько дней на «свободе», а дела мои все хуже. Я встрепенулась, запрещая себе падать духом и мыслить пессимистически. Нет уж, не дождется Ронар, чтобы я сама приползла к брачному алтарю!

Достала из сумочки бумажку, на которой был записан адрес, где соискателям предлагали место личного помощника главы охранной фирмы. Правда, предприятие занималось серьезной и опасной деятельностью, и еще вчера эту вакансию я оставила на потом, как самый последний вариант. Но сегодня я побывала на нескольких собеседованиях: где-то я опоздала — там уже взяли сотрудника, где-то мне не понравилось, а где-то и я сама не подошла. Так что у меня оставалась последняя возможность.

Вскоре я уже оказалась по нужному адресу и с удивлением обнаружила, что это не просто здание.

Сначала увидела искомую табличку с номером дома на заборе, выложенном из красного кирпича. Долго шла в поисках калитки или ворот, но забор закончился двухэтажным зданием с голубой черепичной крышей, с которой на двух цепях свисала табличка. На вывеске черными буквами было выведено: «Охранная фирма Ош и Ко».

Перед тем как открыть зачем-то забранную решеткой стеклянную дверь, я вновь глубоко вздохнула, успокаивая нервы, ладошками пригладила на бедрах платье, поправила белоснежный кружевной воротник, а потом, по-прежнему не видя другого выхода, вошла в помещение.

И оказалась в просторном квадратном холле. Вдоль стен стояли мягкие кожаные диваны и кресла, перемежающиеся невысокими чайными столиками. Напротив, в ближайшем углу, располагался внушительный массивный стол секретаря, заваленный бумагами и папками. За ним высился стеллаж, заставленный различного вида и назначения макулатурой, и даже на спинке стула висела раскрытая папка.

В общем, бардак полнейший.

Из холла вели две двери: одна — ближе к столу — по-видимому, в кабинет хозяина, а вторая — справа от меня — скорее всего, выходила во двор.

Я стояла одна в холле, никто встречать меня не торопился, зато из той комнаты, которую я мысленно окрестила кабинетом, слышались приглушенные голоса. Прислушиваясь, осторожно прошла к диванам и присела на краешек одного из кресел.

Неожиданно распахнулась дверь, и в холл выбежала расфуфыренная девушка-севарка. По густо накрашенному лицу текли слезы, кулаки сжаты, а весь ее вид просто кричал — она обижена и испуганна.

Это меня чрезвычайно насторожило. Появилась мысль быстренько ретироваться, но я усилием воли порыв сдержала. Сейчас не время паниковать или пугаться. Нужно взять себя в руки и быть решительной!

Дверь в кабинет осталась открытой, и я услышала разговор. Говорили женщина и мужчина.

— Какие все нервные пошли! — недоуменно произнес мужчина.

— Меня все это уже достало, Людвиг! Не мое это дело — сидеть на этом курином насесте, — тут же раздраженно заявила женщина.

— Может, мне самому туда сесть? — вкрадчиво, с угрозой, поинтересовался мужчина.

— И от нас сбегут не только эти трусливые канцелярские крысы, но и клиенты. Тогда Ош нас всех тут живьем закопает, — устало ответила женщина.

— Он скоро вернется, и если у нас не будет альтернативы Весте, закопает в любом случае, — равнодушно заметил мужчина.

У меня все сильнее стучало сердце от перспективы работать в таком месте, где при любом неугодном раскладе закапывают, да еще и живьем. Желание сбежать становилось уже непреодолимым, но в этот момент женщина вышла из кабинета и, еще не видя меня, прошла к столу, плюхнулась на стул и, закинув ноги на столешницу, тяжело вздохнула.

Я громко сглотнула, все еще переваривая услышанное. Увидев огромные ступни, догадалась, что такой размер женской обуви может принадлежать только чадарке.

Видимо, звук привлек внимание, потому что, не снимая ног со стола, она подалась вперед и уперлась в меня взглядом.

Оказалось, это была довольно молодая, вполне симпатичная и даже милая женщина с синими глазами, лицом сердечком и пухлыми губками. Даже ямочки на щечках имелись, добавляя ее образу невинности и скромности.

Внезапно она резко опустила ноги, встала и вышла из-за стола.

Женщина-воин — по-другому не скажешь. Плотная длинная рубашка до голеней, с разрезами по бокам. Кожаные облегающие штаны, заправленные в высокие ботинки, такая же жилетка с несколькими карманами на груди и ремнем на талии. К ремню крепилась пара ножен. На запястье располагался наруч с нашитыми поверху металлическими кружочками.

— По какому вопросу? — коротко и недружелюбно поинтересовалась женщина.

Отвечая, я встала:

— По объявлению. Там указано, что вы ищете личного помощника главы фирмы со знанием делопроизводства.

Женщина наклонила голову набок, уже с любопытством меня рассматривая, затем молча развернулась и направилась к кабинету. Открыв дверь, она громко прокомментировала:

— Тут еще одна анимишка пришла как соискатель.

От наглости этой чадарки у меня непроизвольно сжались челюсти и заскрипели клыки. Анимишками вампиров звали за глаза, а эта нехорошая особа бросает подобное оскорбление прямо в лицо.

— Пусть войдет, — послышалось из кабинета.

Задрав подбородок, я гордо прошествовала мимо чадарки, вызвав лишь насмешливое хмыканье. Да уж, с этой мы точно не сработаемся.

За дверью кабинета меня ждал сюрприз. Это было огромное помещение с дорогой добротной мебелью из хорошей породы дерева.

Массивный письменный стол с кожаным рабочим креслом стоял около стены, между двумя зашторенными окнами, которые, скорее всего, выходили во двор. Вдоль стен — множество книжных шкафов, среди книжных корешков виднелась и огромная картотека.

Посередине комнаты тянулся длинный стол для деловых переговоров, вдоль которого были расставлены удобные мягкие стулья с широкими подлокотниками.

Возле камина — специально выделенная зона отдыха, состоящая из трех кресел и дивана. Возможно, для особо долгих бесед, а может, хозяин кабинета просто любит здесь передохнуть после тяжелого рабочего дня.

Как раз сейчас в одном из кресел сидел невысокий коренастый ведьмак, сверля меня своими жуткими черными глазами без белков. Перед ним на низком столе была разбросана куча бумаг, парочку из которых он держал в руке. Мужчина окинул меня быстрым оценивающим взглядом, в котором в первый момент засветилась надежда, но быстро угасла, стоило ему закончить беглый осмотр.

Резким движением отбросив от себя листы, он холодно произнес:

— Вы в курсе, куда пришли устраиваться на работу?

— Э-э-э… да, господин… — я дала ему шанс представиться, но он проигнорировал его.

— Работали в этой сфере? — продолжил допрос.

— Нет, но не против попробовать, — ответила спокойно, добавив в голос энтузиазма.

— А где вообще работали? — он задал тот вопрос, которого я больше всего опасалась.

— Хм-м, у папы. Я вела все его дела. И прекрасно знакома с делопроизводством. Вам же это требуется?

Мужчина откинулся на спинку кресла и вертел в руках ручку, задумчиво рассматривая меня.

— Вы представляете, с чем вам придется столкнуться на этой работе?

— Нет, вы же еще не озвучили список моих обязанностей.

Он резко встал, заставив меня внутренне вздрогнуть. Даже несмотря на то что он был ненамного выше меня, от него исходили опасность и сила.

— Делопроизводство, подготовка документации для подписания договоров, первичная работа с клиентами и еще куча дел. Все, что прикажет сделать господин Ош, наш глава.

По мере перечисления списка обязанностей он постепенно надвигался на меня и в конце уже полностью нависал надо мной, подавляя физически и морально. Я нервно сглотнула и, делая шажок назад, сказала, хотя правильнее будет сказать, пискнула:

— Я согласна, если только в мои обязанности не входят интимные услуги.

Ведьмак приподнял изумленно бровь и насмешливо спросил:

— А что, такое часто предлагают?

Я почувствовала, как щеки обдало жаром смущения, кашлянула, а потом ответила:

— Не часто, но хотелось бы сразу прояснить этот вопрос.

Мужчина отступил от меня на шаг, позволяя вздохнуть с облегчением, и произнес:

— Ну, Ош точно приставать не будет, и в ваши обязанности это не входит.

— Анимишки не в его вкусе, хотя, как мне кажется, нет ни одной женщины, которая ему нравится. Не зря же его прозвали «Ледяным охотником», — раздался от дверей ехидный голос чадарки.

Ведьмак потемнел лицом и выдал:

— Хойта, когда-нибудь ты поплатишься за свой длинный язык.

Я повернулась к женщине и заметила, как она пожала внушительными плечами и весело прокомментировала:

— Ну, я же не утверждаю, что он совсем не имеет дел с женщинами. Просто сказала, что он их не любит, не уважает и его раздражает глупое кокетство вертихвосток.

— Значит, я могу быть спокойна за себя, — с легким сарказмом произнесла я.

— Вы точно можете быть спокойны. Боюсь, вы нам не подходите, — бесстрастно произнес ведьмак, поворачиваясь ко мне спиной и давая понять, что разговор окончен.

Внутри меня все заледенело. Неужели я и тут проиграла?

— Вы даже не проверите мои профессиональные качества? Тогда зачем вам все это? Поиск, собеседование?.. — резко спросила я.

— Послушайте! Вы — хрупкая, нежная, вас задавят авторитетом клиенты, напугают до смерти наши работники или с потрохами сожрет наш глава. Поверьте, я знаю, что говорю.

Слушая ведьмака и видя сочувствие на лице Хойты, которая подошла к нам, я, хватаясь за последнюю соломинку, спросила:

— Я так поняла, здесь до этого работала женщина? Веста, да? Неужели ее съел ваш глава? Или клиенты задавили?

— Нет! Весте пришлось уйти в связи с неожиданной беременностью! — скорбно произнес мужчина.

Опешив, я, не думая, спросила:

— Кто? Ваш глава?

Ведьмак весело ответил, не обращая внимания на хохот чадарки:

— Нет, ее законный муж и отец ребенка. А наш Ош не настолько глуп, чтобы так легко попасться, тем более законы в отношении детей суровые.

В этот момент мы все услышали, что кто-то пришел: в холле послышались голоса и шаги. Прежде чем выйти, Хойта ехидно добавила:

— Просто наш глава столь мрачен, что на него мало кто клюет.

Ведьмак снова нахмурился, но комментировать ее слова не стал, а вместо этого задумчиво уставился на меня. Под его взглядом я даже максимально выпрямилась, натягивая на лицо маску уверенности и рабочего настроя.

Неожиданно голоса в холле стали громче, переходя в раздраженные вопли, к ним добавился еще и стук ладонью по столу.

Забыв про меня, ведьмак ринулся на помощь Хойте. Я — за ним. Выглядывая из-за его спины, смогла увидеть всю картину целиком.

Возле стола, нависая над ним, стоял старый чадар, который стучал по столешнице и громко возмущался:

— За последнюю неделю я вынужден второй раз приходить в вашу контору. И зачем?! Чтобы продлить договор! Это кому надо? Вам или мне?! Безобразие! Я трачу свое время, еду сюда, а он снова не готов! Что у вас тут творится?! Напали на мой обоз, мне бы разорвать с вами отношения, а вы…

— Господин Шоруш, обоз мы отбили, товары не пострадали, господин Ош ведет расследование лично. Вы же знаете, что в нашей практике подобная наглость случилась впервые. Вы который год с нами работаете и… — Хойту прервали на полуслове.

— Возможно, это правда, но оглянитесь вокруг — похоже, на вас и в собственной конторе нападают: такой погром устроили, — произнес обвиняющим тоном Шоруш.

Хойта даже дар речи потеряла от таких предположений. Я заметила, как выпрямилась спина ведьмака, поэтому, не раздумывая и действуя на одной интуиции, проскользнула мимо него и тихим уверенным голосом заговорила:

— Здравствуйте, уважаемый господин Шоруш, меня зовут Ника Лави. Боюсь, это целиком и полностью моя вина. Приношу свои самые искренние извинения. Не знаю, в курсе ли вы, но досточтимая Веста находится в положении, и теперь вместо нее здесь работаю я. У меня не столь большой опыт, как у нее, я только принимаю дела, потому вокруг некоторый беспорядок. Еще раз прошу прощения за сложности и ожидание. Могу я просить вас, уважаемый господин Шоруш, пройти в кабинет и подождать совсем чуточку? Я сейчас же займусь вашим договором, а вы пока скоротаете свое ожидание за чашечкой холодного ароматного напитка…

Что тут можно предложить из выпивки, я не знала и умоляющим взглядом посмотрела на Хойту. Та вышла из ступора, вызванного моим вмешательством, и подхватила мой порыв:

— Да-да, не соизволите ли выпить чарочку холодного сатте вместе с господином Людвигом Нейром? Он расскажет, как продвигается следствие по вашему делу…

Ага, теперь я узнала, что ведьмака зовут Людвиг Нейр. Хойта закрыла за ведьмаком и заказчиком дверь в кабинет и кинулась ко мне.

— Я уже который день не могу найти этот проклятый договор! — прошипела она.

— Давай быстро составим новый! У вас условия изменялись?

На мой вопрос женщина отрицательно качнула головой, и мы принялись искать старый договор. Через десять минут я закончила составлять новый, все сверила, нашла маг-печать, принадлежащую этой фирме, и на трясущихся ногах направилась в кабинет.

Через десять минут документы были подписаны, а мы провожали уже довольного Шоруша.

Когда мы через стекло двери наблюдали, как клиент садится в карету, Нейр произнес:

— Ну что ж Ника Лави, поздравляю — вы приняты на работу. Надеюсь, сами отыщете в этой куче чистый бланк и составите новый трудовой договор. Сверьтесь со старым. Заработная плата без изменений, обязанности те же.

Счастливая, я выдохнула:

— Благодарю вас, господин Нейр!

Он усмехнулся, качнул головой и ответил, заставив мою радость поостыть:

— Не стоит, госпожа Лави, не стоит. Проверим, насколько вы крепкий орешек. И как надолго сможете у нас задержаться. Шоруш — еще не самый вредный клиент, основные трудности впереди.

Затем он повернулся к Хойте, которая вновь уселась за стол, закинув ноги на столешницу, и злобно рыкнул:

— Хойта, сядь нормально и предупреди наших головорезов, что если хоть один из них напугает или, не приведи Сила, соблазнит новую помощницу Оша, я лично оторву им все лишнее, а значит, ненужное. Я, в конце концов, глава безопасности этой фирмы, а не секретарша!

Высказавшись, он резко развернулся и вышел в дверь, ведущую во двор.

Я не сдержала любопытства и, подойдя к ней, выглянула. За дверью оказался большой прямоугольный двор, несколько одноэтажных построек, в которые входили или выходили мужчины, одетые как наемники. Также я заметила несколько тренировочных площадок, на которых отрабатывали свое мастерство воины.

На все это я смотрела, открыв рот и с огромным любопытством.

— Рот прикрой, а то муха залетит! — раздалось сбоку.

Вздрогнув, я посмотрела на Хойту, которая с насмешкой глядела на меня, сложив руки на груди.

Смутившись, осторожно прикрыла дверь и направилась к столу: разбирать завалы, а также искать предыдущий трудовой договор.

— Мне любопытно: тебя пугает мужской флирт и внимание, но откровенная угроза Шоруша заставила тебя успокоиться, действовать и хитрить, — задумчиво выдала Хойта.

— Это так плохо? — ощетинилась я.

— Нет, просто это подсказывает, что ты еще невинна или неопытна в отношениях с противоположным полом. Из провинции?

— Думаю, мои отношения с мужчинами — только мое личное дело. И да, я из провинции. Это недостаток?

Хойта на мое раздражение ухмыльнулась и пояснила:

— Ника, я не сказала, что твоя неопытность — это плохо, просто это добавит мне забот. Нейр приказал присмотреть за тобой, чтобы наши «петушки» на тебя не накинулись. А то, что ты из провинции, может, и неплохо: не испорчена городом. Да и работать, видно, привыкла.

Я пожала плечами и приступила к разгребанию горы бумаг, а чадарка стала по мере возможности мне помогать.

Полный разбор документов и подготовку своего договора я закончила лишь к вечеру. Зато теперь точно знала, где что лежит и примерный рабочий распорядок дня, ознакомилась со списком своих обязанностей.

Хойта даже провела для меня экскурсию по всем помещениям фирмы. Правда, может, она это сделала и чтобы показать меня своим сослуживцам. Выяснилось, что девушка — тоже наемница и не из самых слабых. Я видела, что ее явно уважают, а некоторые и побаиваются.

Отправляясь домой, я несла в сумочке копию своего первого в жизни трудового договора. И это наполняло меня невероятной гордостью и даже счастьем. Устала я неимоверно, ведь впечатлений сегодня было предостаточно, но шла, словно летела на крыльях.

Теперь у меня есть дом и работа, а значит, жизнь налаживается.

* * *

Н: Приветствую! Это снова я. Ты свободна? И забыла в прошлый раз представиться, меня зовут Ника.

Р: Приветствую. Да, свободна. День сегодня был непростой и поболтать — самое то. Меня зовут Риса.

Н: Как дела с твоим вампиром? И мне любопытно узнать, где ты работаешь, раз тебе такие срочные вызовы присылают! Если это секрет, то я усмирю свое любопытство.

Р: Работаю я в Дозоре, защищающим. Последний вызов был на юг материка. Там случился прорыв двух монстров. Мы с Рашем пока одного уложили, чуть не провалили задание. Зато в этот раз я убила монстра собственными руками, напитав его магией и разорвав на две части. Я шикарна, правда?

С вампиром все глухо как у монстра в пасти. Уж не знаю, что и делать. Ревновать заставить пока не получилось, времени не было, но ты уверена, что мне стоит попытаться?

Н: Клянусь кровью, я в шоке! Женщина — защищающий в Дозоре? Ты самая смелая девушка, которую я знаю. Ты не просто шикарна, ты невероятна! А я трус по жизни и боюсь иногда даже собственной тени в полутемной комнате. О-о-о, как я завидую твоей смелости, Риса…

Теперь насчет вампира: приступаем ко второй стадии — игнорирование и флирт с другим. Оденься пособлазнительней, что-нибудь красное и облегающее. И шея должна быть открытая и как бы беззащитная. Води коготком по коже — словно невзначай, но так, чтобы вампир был рядом и видел это. И пусть его «соперник» прикасается к твоей шее, покусывает. Служанки в нашем поместья часто советуют это подругам в подобных случаях.

Р: Не стоит завидовать смелости, Как говорят мои родители, смелость — это глупость.

Не знаю, где найти такого мужика, чтобы потом проблем не было. А то вампира привлеку, а что тогда с подопытным делать? Нужно продумать как-то этот момент.

Но за совет спасибо. Теперь буду искать мужика, чтобы привлечь другого!

А что там у тебя с работой? Какой вариант выбрала? Только не говори, что пошла к старикану?!

Н: Я мечтаю о том, чего у меня нет. А вот глупости, как говорит мой батюшка, — воз и маленькая тележка. Но дальнейшая жизнь покажет, кто из нас с отцом прав!

Насчет мужчины: надо найти такого, которого не интересуют серьезные отношения и который сам привык летать от одного цветка к другому. Думаю, такого твой от ворот поворот не сильно опечалит и не травмирует душу.

А с работой у меня все неоднозначно. Я все же решила попробовать и сходить на то собеседование, но уже в приемной поняла, что все так, как ты сказала. Старый извращенец! Зато теперь я — служащая в фирме, обеспечивающей безопасность любому, кто заплатит за это соответствующее вознаграждение. Первый день был ужасен! Владельца, правда, еще не видела, но его партнеры — дикие и грубые личности. Хотя, как ни странно, работа мне понравилась. И вообще, там очень интересно.

Р: Мужики, независимо от ветрености, всегда болезненно воспринимают отказ. А уж популярный мужчина доставит проблем вдвое больше.

Насчет старикана — правильное решение. Лучше уж с самого начала это понять.

А вот устройство на работу в охранную фирму — это смелый поступок, а говорила, что трусиха. С мужчинами будь более прямой и жесткой, они твоей тактичности не оценят. Воспринимай все проще и делай как знаешь. Да и вообще, главное — начальнику понравиться. А там проще будет.

Н: Ой, там народ шепчется, что владелец — просто ужас: мрачный, злой и жестокий мужчина. Они и меня-то взяли, по-видимому, потому, что остальные разбежались от такого начальника. А у меня выбора нет, работа нужна, так что буду скрести по сусекам и искать мужество его терпеть.

Р: Тогда лучшая тактика — это невозмутимое лицо. Кляни его про себя, если что не так, но не показывай страха! Вот тогда он начнет тебя гнобить и уволит рано или поздно. Помни, никто тебя там не побьет и не покусает. А вообще, влиятельный мужик может позволить себе вздорный характер и пару закидонов. Не вешай нос и помни: что нас не убивает — делает сильнее.

Н: Чувствую, что я там по силе скоро с чадаром сравнюсь. Я буду стараться. И, главное, тебе удачи с вампиром и его будущим соперником.

Р: Спасибо. Ладно, мне пара баиньки, а то напарник опять поднимет спозаранку. Попробую осуществить твою идею с ревностью. Рассказать, что получится?

Н: Буду рада узнать в мельчайших подробностях. Скоро увижу начальника, потом расскажу тебе, насколько у него вздорный характер и какие закидоны он имеет.

Р: Тогда до связи.

Н: Пока.

Глава 9

Риса Ригал

Ночью меня разбудил звук, исходивший от амулета. Проболтав вечером с Никой, я легла позже обычного, и поэтому мои глаза еле раскрылись.

Только через несколько мгновений я поняла, что это экстренный вызов. Быстро вскочив и схватив лежащие рядом штаны, натянула их и только взяла в руки свитер, как почувствовала начало переноса. В тот момент, когда оказалась в служебном помещении перед мужской и женской раздевалкой, я уже успела надеть свитер и расправить вниз.

Мое появление никак не прокомментировали, и я поняла — что-то случилось. Напряжение так и витало в комнате. Посмотрев на шефа, находившегося здесь же, отметила, что он сильно взволнован. Это что же должно было произойти, чтоб он так нервничал?

Через секунду рядом со мной упал вывалившийся из портала Раш и параллельно с ним молодой парень.

И если мой напарник выпал в обнимку с ногой птицы и кружкой хмеля, который, к его явному неудовольствию, разлился по полу, то второй молодец был совсем раздетым, с покрывалом в руках, которым он не очень успешно пытался прикрыться. Надо думать, он не в ванной был. Хорошо хоть девушку сюда не приволок. Наша команда могла и помереть от такого счастья.

Пока парень, красный как саженец релки, стоял, кое-как обмотавшись покрывалом, Раш расположился на скамейке и продолжал грызть ногу, отставив остатки хмеля в сторонку. Чадар внимал молча, не прерывая процесса питания.

— У нас прорыв, — сказал начальник, и мы все притихли.

— По плану же не было зарегистрировано неспокойных мест, — пробормотала я, пока остальные хмуро переглядывались.

— Это спонтанное проникновение сразу трех тварей вблизи населенного пункта Варх. Люди уже частично покинули город, но есть много потерь среди стражников. Да и нормальных ведьмаков там нет, а какие есть — слабенькие. Потому половина групп направляется на зачистку города, а вторая — на место прорыва. Оно все еще нестабильно.

Мы все стояли словно пришибленные. Такого никогда не случалось, чтобы прорыв был спонтанным, да еще с несколькими тварями и нестабильным местом проникновения…

Все это очень странно и подозрительно.

На этом шеф решил завершить скудный инструктаж, и, услышав команду приступить к выполнению задания, мы побежали переодеваться, и кто-то быстрее всех.

В этот раз, надев защитную форму, я прикрепила полный комплект вооружения и особую защиту. В экстренной ситуации обезопасить себя — первая необходимость.

Не прошло и трех минут, как мы все стояли возле портала переноса, куда одна за другой входили команды. Я чувствовала, что мне как-то не по себе.

Выходили группы из портала прямо в городе, и спустя мгновение у меня создалось впечатление, что началась война. Отовсюду раздавались крики людей, грохотало, некоторые дома горели, и на фоне ночного неба картина выглядела просто удручающе.

Посовещавшись, команды распределили между собой участки города и, не мешкая, рассредоточились. Нам с Рашем досталась южная окраина, куда мы сразу же направились легкой трусцой, по пути отмечая, что и в какой стороне происходит. Едва достигли нужного квадрата, напарник показал знаками, что мне следует сместиться чуть вбок, а он пойдет прямо. Будем просматривать дом за домом, беря их в кольцо.

Решено — значит сделано. Мы прочесывали в горящем и страдающем городе здание за зданием, пока не обнаружили одну из тварей. Она расположилась в большом доме и, чавкая, явно что-то доедала. Боже, только бы не человека…

В этот раз приманкой пришлось быть мне. Рашу как нападающему лучше подойти к монстру сзади.

Крадясь вдоль стены, я подбиралась ко входу в дом. Дверь оказалась чуть приоткрытой. На миг заглянув в проем, увидела, что за ней клубится сама тьма.

Достав оружие, я вновь прижалась всем телом к стене и прислушалась.

Тишина…

Шаг — медленно приоткрываю дверь и, проникая внутрь, рефлекторно перетекаю в оборонительную позицию. Заклинание ночи дает слабое рассеивание тьмы, но все равно видны только очертания предметов и их местонахождение. Впрочем, мне и этого достаточно, чтобы понять — первый зал пуст.

Ознакомившись с обстановкой, делаю осторожный первый шаг, направляясь в центр комнаты. Второй, третий…

Неужели наш монстрик не хочет со мной познакомиться?

Достигнув середины, я остановилась и прислушалась. Ничего! Так увлекся едой? Может, ему нужен стимул, чтобы мне показаться?

Поудобнее перехватив в руке оружие, я разрезала ладонь, и на землю закапала кровь.

Снова шаг, второй… Внезапно впереди меня раздается рев и ко мне бежит огромный клыкастый монстр с толстой шкурой и размером с лошадь.

Вытащив каге, я раскрыла оружие и приготовилась к тому, что эта махина бросится на меня. Но он, уже практически настигнув меня, остановился в паре метров и завизжал. От его вопля заложило уши.

Пытаясь развернуться, монстр частично открыл мне обзор на Раша, а тот, держа его за хвост, воткнул в бок твари меч. Пока монстр не рванулся в ответ на агрессию, я с другой стороны воткнула свое оружие ему между ребер. Визжа, чудовище начало метаться, бросаясь то на меня, то на Раша, пытаясь то ли загрызть, то ли отхватить кусок.

Я отступила назад, а Раш, схватив огромными руками монстра за голову, начал ее сдавливать. Напарник сейчас был весь покрыт коркой, и пробить ее, нанеся повреждения, трудно. Сила чадара увеличилась во много раз, и теперь он использовал все свои физические возможности, стараясь задушить этого монстра. А я обходила побоище по кругу, следя за тем, чтобы к нашему «празднику» не присоединились незваные гости.

Минут через пять все закончилось. Проткнув несколько раз чудовище своим каге, чтобы уж наверняка, Раш принял самый обычный вид.

— Как думаешь, сколько их тут еще?

— Должен быть один. Большее количество просто невозможно. Таких прорывов еще не было.

Скоординировав действия, мы снова отправились на поиски, и второй подарочек нашла я. Он выпрыгнул неожиданно, из-за угла, и едва я успела среагировать на мелькнувшую тень, как челюсти твари сомкнулись на моей руке, грозя оторвать.

Я приложила вторую руку к его морде и влила магию.

Монстр резко бросился в сторону, выпуская из пасти мою зажатую конечность. Затем, яростно рыча, начал снова подбираться ко мне, но неожиданно голова чудовища покатилась по полу, а на меня брызнула его вонючая кровь.

— Ты не мог сработать чище?!

— Не капризничай! Я — нападающий, и мне виднее, как лучше делать свою работу! — проворчал напарник, помогая мне встать. — Руку не повредила?

— Побаливает немного, но все нормально. Броня защитила.

— Этот должен быть последним, но на всякий случай периметр нужно досмотреть.

— Согласна! — кивнула я.

И мы отправились дальше. Когда, казалось бы, наш участок закончился, около одного из домов увидели маленькую девочку.

— Какой кошмар! Что она тут делает? — выдохнула я.

И скоро мы поняли, что именно. Она, наивная, полагала, что сможет спрятаться от монстра, который уже крался к ней, чуя кровь.

Не отдавая себе отчета, я бросилась вперед, желая защитить ребенка, и все испортила. Чудище увидело нас, и элемент неожиданности пропал. Я же, спустившись по веревке со второго этажа ближайшего дома, преградила путь к ребенку, раскрыв оружие.

Чудовище заревело и резко бросилось к нам, девочка завизжала, но… монстр замер. К нему с другой стороны подбирался Раш. Пока хищник замешкался, я, подбежав к большой колонне, начала напитывать ее магией, а Раш менялся, снова покрываясь коркой.

Но зверь был особенно крупным, и я отбежала назад.

Напарник поднял колонну, напитанную магией холода, а в следующее мгновение зверь все же определился в отношении добычи и кинулся вперед. И, вероятнее всего, откусил бы мне голову, но я нырнула под него и пригвоздила лапу каге, мгновенно откатившись в сторону.

В следующий момент Раш нанес свой удар, начав ломать твари позвоночник. Хрустели кости, текла кровь, а я, подбежав к ребенку, отвернула в сторону ее лицо, чтобы не смотрела. Рано ей еще такое видеть. Хотя, несомненно, сегодня ребенок чудом остался жив и повзрослел на несколько лет.

Когда все было кончено, мы, завершив осмотр сектора, направились к площади, где был назначен сбор. Практически все уже находились там, включая и массу напуганного народа, предпочитающего находиться в момент опасности под защитой.

Толпа расступилась перед Рашем, который нес на руках девочку.

«Весьма героически», — скользнула ехидная мыслишка. А к нему уже спешили заплаканные мужчина и женщина. Посмотрев на трогательную сцену воссоединения семьи, я перевела взгляд на коллег и все поняла.

За их спинами трудились медики — не все сегодня пришли без потерь. Хорошо, что не смертельных.

Через двадцать минут мы смотрели, как забирают одну из групп. Оба напарника оказались сильно ранены, и неизвестно, смогут ли продолжить службу. Да и неважно — жить бы остались.

* * *

Едва вернувшись с задания, мы сразу направились к начальнику. Он, как всегда, находился в своем кабинете и хмуро просматривал бумаги. И особой радости наше появление у него не вызвало.

— Можно? — просунула я голову в проем двери.

— Надеюсь, в столь поздний час тебя привело ко мне что-то важное? — неприветливо поинтересовался шеф.

— Да!

— Давай рассказывай!

Следом за мной в кабинет прошел и Раш, и из-за его внушительных габаритов мне сразу показалось, что в комнате стало тесно.

— И как я не догадался, что вы вместе? — пробубнил себе под нос начальник.

Чадар широко улыбнулся.

Расположившись в кабинете поудобнее, мы поэтапно и методично излагали шефу наши соображения относительно прорывов.

Он внимательно выслушал наши доводы и сомнения и сказал:

— Я понимаю, что ситуация странная и подобного никогда не было. Но сама природа прорывов век от века постоянно менялась. И ничто пока не говорит, что это не очередное изменение.

— Но прорывы стали слишком частыми, и уже второй раз в наш мир проникает несколько тварей, — нахмурившись, сказал Раш.

— Я понимаю твое беспокойство, Сонха, и будем надеяться, что это лишь единичные случаи, которые не станут нормой, иначе работа Дозора сильно осложнится.

— Неужели нельзя что-то предпринять и как-то прояснить ситуацию? — подавленно спросила я. — Для хранителей это очень важно и во многом могло бы облегчить работу.

— Что ты предлагаешь? — задал встречный вопрос шеф.

Я молчала, так как знала лишь о том, как поймать чудовище, а от теории проникновений была далека, как и Раш. Итог: вышли мы из кабинета начальства, так ничего и не добившись.

Уже приведя себя в порядок после трудного и выматывающего задания, я сидела на лавочке в раздевалке и размышляла о последних событиях. Прорывы становятся все чаще, возможно, скоро мы столкнемся с серьезной проблемой. До этого момента природа давала нам хоть какое-то время подготовиться, но теперь… Теперь все по-другому.

Потерев усталые глаза, я решила, что пора идти домой баиньки. Где Раш, не представляла, он сразу после разговора с шефом куда-то убежал, значит, увидимся уже завтра.

Но только я встала, как напарник показался в дверях.

— Ну и что ты по этому поводу думаешь? — хмуро поинтересовался он.

— Я думаю: все плохо! — возвестила я, натягивая на ноги сменные сапоги.

— Смотрю, ты уже успела переодеться?

В ответ пожала плечами.

— Тебе надо быстрее шевелиться, если не хочешь застрять здесь на остаток ночи.

Раш улыбнулся, но потом снова посерьезнел.

— Риса, тому, что происходит, должно быть объяснение.

Я внимательно взглянула на напарника.

— Почему это тебя так волнует?

— Потому что я не хочу в очередной раз отправиться на задание и не вернуться. Или вернуться, но без тебя.

В принципе я чадара понимаю. Мне самой не хочется столкнуться со смертями товарищей, а может быть, и близких.

— Но что мы можем сделать? Сам слышал шефа, это могут быть единичные случаи.

— Поговори со своим другом. Может, он расскажет что-то интересное.

— Это бесполезно. Если бы Лутак знал какую-либо информацию, поделился бы сам.

А если не имеет права говорить, то нет смысла и спрашивать.

— И все-таки попробуй. Вдруг нужно всего лишь правильно задать вопросы? — настаивал Раш.

Я кивнула и направилась на выход. Сейчас мне, как никогда, хотелось добраться до дома и принять ванну, чтобы до конца отмыть с себя всю грязь и вонь. Хотелось покоя.

* * *

На следующий день я, как и обещала, отыскала Лутака в его кабинете.

Довольно просторное помещение, наполненное светом, — удивительно, мне здесь всегда приятно находиться. Несмотря на покрашенные светлой краской стены, несколько заваленных и заставленных (по моему мнению, хламом) рабочих столов и еще одного, на котором ровными, педантично сложенными кучками лежало множество бумаг.

Вроде светло и просторно, но развернуться толком негде, есть вероятность снести колбочку, баночку, стопочку, бумажечку или получить нагоняй от хозяина кабинета за испорченный эксперимент. Была у меня парочка подобных конфузов, теперь стоило переступить порог кабинета, как жестом мне тут же показывали место, где расположиться.

А ведь из кабинета можно попасть и в другие лаборатории Лутака, там вообще его царство стекла, прохлады, идеальной чистоты и странных экспериментов, которые он не любит кому-нибудь показывать или делиться информацией по ним. Лишь я — исключение из правил, и то довольно редко.

Друг опять возился в личной лаборатории, которые положены всем начальникам отделов.

Едва увидев меня в дверном проеме, да еще и без халата, он застонал:

— О нет! Что, снова этот вампир?

И почему Лутак решил, что я, кроме мужиков, ни о чем больше думать не могу?

— Нет. Мне нужно с тобой поговорить по другому вопросу.

— Тогда марш надевать халат.

Скорчив рожицу, я отправилась в раздевалку в их отделе, мельком скользя взглядом по народу, который тут работал. Одна из девушек странно на меня смотрела. Я не придала этому значения и отправилась за халатом.

Снова появившись в кабинете, заметила, что друг уже перекочевал из лаборатории в более человеческие условия, сидит за столом и ждет меня.

Разместившись напротив него, я улыбнулась и спросила:

— Как поживаешь?

Лутак приподнял бровь.

— Прекрасно.

— Как работается?

Теперь севар возвел очи горе и заметил:

— Пока ты не пришла, все было прекрасно. Если ты закончила болтать всякие глупости, может, перейдешь к делу?

— А почему ты думаешь, что я не могу зайти к тебе просто так?

— Потому что никогда не заходишь.

Я улыбнулась и перешла к цели визита.

— Я хочу спросить твое мнение по одному вопросу.

— Странно… — пробормотал Лутак.

— Почему?

— Обычно ты мне хочешь высказать свое мнение по многим вопросам.

— Так! Ты будешь перебивать или все-таки начнешь слушать?

В этот момент в кабинет, постучавшись, зашла одна из подчиненных Лутака. Вроде та, что так заинтересованно меня рассматривала.

— Извините, можно мне занести в лабораторию исследования на проверку?

Друг напрягся.

— Да.

Теперь и я уделила девушке внимание. Высокая блондинка, хорошо сложенная, правда, с простым, незапоминающимся лицом.

Едва девушка скрылась, сразу спросила у Лутака:

— Ты с ней спишь?

— Именно это ты зашла узнать? — иронично поинтересовался севар.

— Нет. И все же?

— Да. В последнее время мне надоело постоянно охотиться. И я выбрал себе любовницу в отделе. Для удобства.

Осознав выгоду Лутака, я подытожила:

— Ты отвратителен.

В этот момент вновь вошла девушка, неся через кабинет в личную лабораторию друга какие-то колбы. Ревнует и сторожит. Как бы друг не попался. На моем лице расползлась ехидная улыбка.

— Нет, — безапелляционно сообщил мне Лутак.

— Что? — сделала вид, что не поняла я.

— То, о чем ты сейчас подумала. Нет!

— Посмотрим… — протянула я.

— Какая ты сегодня противная! Давай выкладывай, зачем пришла.

Вздохнув, я вновь пересказала все соображения Раша. После чего спросила:

— Ты ничего не можешь нам сказать по этому поводу?

— Нам? — с улыбкой спросил друг.

— Ну… мне.

— Я так и думал, что это он тебя сюда прислал.

В этот момент дверь снова открылась.

— Лили, подожди пока с результатами. Занесешь потом, — не дал ей войти друг.

Дверь медленно закрылась обратно.

Дурак. Ему теперь несдобровать. Скоро Лутак поймет всю прелесть постоянных отношений.

— Ваш начальник прав, пока еще рано делать какие-либо выводы. Но признаки очень тревожные. Исследователям ничего не говорили относительно этого вопроса. Но… Дай мне немного времени. Я постараюсь выяснить что-нибудь через своих знакомых и коллег и дам знать.

— Вот и прекрасно, — подытожила я. — А теперь мне нужна твоя помощь.

— Так и знал! Опять этот вампир?

Я пожала плечами.

— Нет.

— Ну, Лутак…

— Не-ет!

В этот момент дверь кабинета снова открылась, и я, встав, произнесла:

— Тогда до встречи, любимый. — И, не обращая внимания на каменное выражение лица блондинки и недоуменное — друга, продефилировала на выход, послав от двери воздушный поцелуй.

Посмотрим, как быстро моя задумка сработает.

Глава 10

Никеа Лавейская

У меня внутри поселилась твердая уверенность: в жизни многое изменилось и продолжает меняться. Похоже, появилась подруга, к которой я могу обратиться за помощью или советом, и смею надеяться, что эта девушка не откажет. Общение с ней дарит столь необходимую в моем одиночестве отдушину. И даже вероятность того, что она не бескорыстна в общении со мной, не вызывает желания прервать его. Сейчас мне на это плевать! Я свободна и хочу жить и дышать полной грудью, а постоянно бояться и дрожать из-за каждого своего шага больше не могу. Это морально убивает меня. Хочу ей доверять, и будь что будет.

Так я размышляла этим утром, направляясь на работу. Денег на экипаж не было, поэтому, встав пораньше и приведя себя в порядок, сейчас я бодрым шагом шла по улице, радуясь утренней прохладе и свежести. И все еще изучая город.

Но вместе с тем я ощущала внутри тревогу и беспокойство. Мой первый рабочий день… Каким он будет? Не уволят ли меня сразу же? А вдруг господин Нейр за ночь передумает насчет своего решения? И сейчас мне откажут от места? А если все останется в силе, то как себя вести дальше? И что это за страшный и ужасный глава фирмы? Остается надеяться, что он меня все же не съест! Хотя по обмолвкам Хойты и Людвига выходило, что может…

Контора была уже открыта, но внутри — никого. Видимо, тот, кто пришел раньше — Хойта или Нейр, — вышел во двор. Я подошла к своему столу, сегодня чистому и радующему глаз порядком на нем и гладкостью полированной столешницы. Прикоснулась к ней рукой, погладив и мысленно поздоровавшись. Как дома. Там у меня тоже был любимый рабочий стол, о котором я заботилась, а он волшебным образом делился со мной положительной энергией и не прятал в своих недрах нужные бумажки. Они всегда словно по мановению волшебной палочки появлялись передо мной, стоило только о них подумать. Так что с нынешним столом тоже следует наладить дружеские рабочие отношения.

А внутри все свербела мысль:

«Как быстро все меняется в моей жизни. К добру ли?»

Звуки во дворе напомнили мне, что расслабляться не стоит, и, сделав себе чашку горячего напитка, я села еще раз перепроверить, все ли бумаги привела вчера в порядок и не осталось ли у меня незавершенных дел. Первый день всегда непростой, тем более в таком месте.

С первой трудностью я столкнулась, когда, тщательно все просмотрев, решила составить свою картотеку, сделав ее максимально удобной для меня, чтобы в любой момент найти то, что понадобится. Или начальству! И вообще, нехорошо сидеть без дела.

Неожиданно приоткрылась входная дверь, и в нее протиснулся молодой чадар, крупный и улыбчивый. Насторожившись, я следила за его перемещениями. Вчерашние разглагольствования Хойты о том, что их «петушки» склюют меня с потрохами и замучают приставаниями, похоже, начинают воплощаться в жизнь.

Присев на краешек стола, чем сразу мне не понравился, мужчина прошептал:

— Детка, нас вчера как следует не представили, и я решил исправить это упущение.

— Э-э-э… — не нашлась что на это ответить я.

Своим задом он занял часть моего стола, наклоняясь все ближе. Я же, стараясь делать это незаметно, отодвигала стул и себя все дальше к стене.

— Давай сходим куда-нибудь вечером и поближе познакомимся, — парень добавил в голос хрипотцы.

Свидания в мои планы не входили. Неожиданно вспомнила, как наша повариха отшивала непрошеных кавалеров.

Подражая ей, процитировала:

— А крови дашь ли мне отведать, добрый молодец?

Чадар на минуту застыл, обдумывая мои слова, потом, снова широко улыбнувшись, сказал:

— Для тебя — сколько хочешь, моя королева!

Хм, не получилось! Внутри зашевелился пока еще легкий страх, который заставил внутренне подобраться и начать отбиваться от этого ухажера уже всерьез.

— Я кусаюсь, — привела еще один аргумент.

— Не страшно!

— У меня глаза светятся!

— Хотел бы я на это посмотреть! Особенно ночью, вдвоем…

Мне вспомнился еще один хороший совет.

— Хочу замуж!

Парень замер, его улыбка увяла, и он уныло смерил меня взглядом. А во мне росла уверенность — вот оно, верное направление. Как бы теперь закрепить результат?

— А в связи с чем такая нужда? — сразу заюлил мужчина.

Я чуть наклонилась, словно собираясь поведать страшную тайну. Парень тоже склонился ко мне.

— Понимаете, на мой род наложено проклятье. Любой мужчина, который возляжет со мной на ложе и вкусит моего тела, будет обречен на смерть в течение года. Такое уж проклятье наложила на нас одна старая вампирка из соседнего клана. Там вообще длинная история, не буду мучить вас ею, но, только женившись, мужчина может обойти злой рок. Правда, после рождения второго ребенка мужья нашего рода долго на свете не живут, — печально вздохнула я и, вкладывая в свой взгляд всю честность и невинность, уставилась на него.

Чадар вымученно улыбнулся, встал со стола и пробормотал:

— Очень сочувствую вашему горю. Что-то я задержался у вас, а мне пора работать…

— И давно пора, — раздался от входной двери холодный голос ведьмака. — Или мне напомнить тебе о твоих обязанностях?

Чадар испарился так быстро, будто его и не было. Я же, вздрогнув от неожиданного появления начальства, изобразила на лице усердие преданного работника и вежливо произнесла:

— Доброе утро, господин Нейр.

— Доброе. И особенно тем, как вы меня сегодня порадовали. Я позабочусь, чтобы ваша байка обошла всех моих ребят, — хмыкнул мужчина.

— Это было бы неплохо, — смущенно пробормотала я. Все-таки не ожидала, что нас кто-то услышит.

Ведьмак, уже не слушая меня, прошел через холл и направился во двор.

Может, опыт общения с мужским полом был у меня и небольшой, но за это утро я его резко расширила. Чего мне только не пришлось услышать! И кисонька, и цыпленочек, и нимфа, и солнышко, и многое другое. Назовут ли они меня так завтра, когда слухи разойдутся? А все же нет худа без добра!

Другие испытания ждали меня ближе к обеду: начали подтягиваться клиенты. Среди них были крикливые, мрачные, капризные и высокомерные, но мне особенно запомнился один невысокий невзрачный мужчина-вампир, который заявился во второй половине рабочего дня.

Зашел он в офис после обеда и, присев передо мной, флегматично произнес:

— Мне нужен господин Ош.

— Извините, но его нет. Он в отъезде, — настороженно ответила я, навидавшись за утро всякого.

— Тогда мне нужно составить договор, — сообщил мужчина.

Это вся информация? Чуть приподняв в удивлении брови, попыталась ожиданием во взгляде сподвигнуть клиента продолжить объяснения.

Увы, пришлось самой спросить:

— Какой именно?

— Мне нужно перегнать стадо крупных коров и караван из четырнадцати верблюдов.

Мои брови поползли еще выше на лоб. А в голове раздраженно билась мысль: «Мне что, по одному слову из него все вытягивать?!»

— И вам нужна охрана? — даже кивнула своим словам.

Некоторое время помолчав, мужчина все так же флегматично ответил:

— Да. Мне нужна охрана.

— Сколько человек? — прямо поинтересовалась я, устав ждать и проявлять такт и предельную вежливость. Все равно этот ее не заметит и не поймет!

— Не знаю, вам виднее, — ответил вампир, пожав плечами.

Да уж… Звать на помощь? Кого? Ведьмака я не найду, а кто еще имеет право решать такие вопросы? Пока раздумывала, продолжала расспрашивать:

— Вы раньше уже перегоняли стадо?

— Да.

И все. Разговорчивый, просто нет слов.

— И сколько тогда было охраны?

— Пять человек.

Прибавив на всякий случай еще одного, я задала новый вопрос:

— А степень подготовки бойцов?

— Вам виднее.

Не задавая больше вопросов, вписала все данные в стандартный договор и, оформив как положено, заглянула в кабинет к Людвигу Нейру. На данный момент я слишком мало знала о специфике работы, поэтому не стеснялась обращаться к ведьмаку по малейшему поводу. А на будущее отметила для себя необходимость разобраться в тонкостях работы данной отрасли и услуг, что она предоставляет. Оказывается, не все клиенты знают, чего хотят.

Проводив последнего клиента, я попрощалась с Нейром и часто навещающей меня сегодня Хойтой, которая весь день помогала гонять «петушков» от моего стола, и направилась домой. Несмотря на усталость и слабость (из-за экономии средств я пока не тратилась на кровь, хотя надо бы — слабость нарастает), я чувствовала удовлетворение от прошедшего дня. Я со всем справилась: с клиентами, с бумагами и с мужским вниманием. Уф-ф, аж горжусь собой!

Завершив повседневные домашние дела, легла спать. Среди ночи меня разбудил странный шорох, вызвавший внутри неприятный холодок страха. Пару минут так и лежала, напряженно прислушиваясь к ночной тишине в доме. Вот опять! Шорох неподалеку.

Вечером я придвинула к кровати, чтобы поужинать, низкий небольшой столик. Потом им же воспользовалась, когда читала прихваченные с работы новостные листки и инструкции. Убирать после ужина грязные тарелки, так любезно по-соседски подаренные мне госпожой Сейтой, было лень, устала очень, а сейчас там что-то шуршало.

Трясущимися руками, стараясь не делать резких движений, зажгла возле кровати свечу, она осветила тусклым пламенем комнату и представила ночного непрошеного гостя во всей красе. Мышь!

Мой вопль слышали, наверное, во всей округе. Вот такая я трусливая вампирка — совсем не хищник, как думают некоторые. Мышь, бросив недоеденный кусочек хлеба, заметалась по столу, свалилась на пол, и метания продолжились уже там. Я за это время успела зажечь еще пару свечей, чуть приглушить свои вопли и, уже просто повизгивая, тупо наблюдала, как оглушенная мышь носится по полу, тыкаясь в стены и мебель. Под конец грызун добрался до окна и начал пытаться выбраться из моей комнаты, подпрыгивая и долбясь головой о подоконник. Наблюдая за его бессмысленными хаотичными действиями, я наконец замолчала, хлопая глазами и даже уже жалея беднягу. Так и голову проломить можно!

Подползла к краю кровати поближе к окну и рассмотрела, как сейчас поняла, маленького мыша, который, с трудом дыша — запыхался, видимо, — сидел, прижавшись к стене под окном, и испуганно таращил на меня напоминающие круглые бусинки глаза. Покрытые белесой мутью слепые глаза!

Совсем успокоившись, я испытала грусть и жалость к маленькому слепому бедолаге. Весь его внешний, сильно потрепанный худой вид говорил, что живется ему совсем не сладко. Нашел наконец-то в этом заброшенном доме еду, а тут я со своими воплями. Наверное, чуть не умер со страху!

Взглянув на него повнимательнее, ощутила знакомую «больную» ауру — малыша-то кто-то проклял. Грустно улыбнулась, глядя на то, как мышонок, замерев, принюхивается и крутит головой, пытаясь выяснить, откуда исходит для него опасность.

Больше не испытывая страха перед грызуном, тихонько слезла с кровати, скользнула к столу и, прихватив пару кусочков хлеба, подошла поближе, уложив еду прямо перед ним. А потом острым клыком прокусила себе палец, капнула на мыша капельку крови, заставив его напрячься и вздрогнуть, и нарисовала в воздухе руну, снимающую с него проклятье какого-то вампира, злого на этих побирушек. Ведь только наше племя может использовать магию крови и накладывать проклятья.

Уже через мгновение, стоило маленькому зверьку снова прозреть, мы уставились друг на друга. Мои серые глаза не отрывались от блестящих, теперь чистых от мути, черных бусинок Мышонок смотрел на меня, а его нос непроизвольно двигался туда-сюда, все сильнее дергаясь в сторону кусочков еды, которые я придвинула к нему. Я вновь улыбнулась и уже спокойно, с некоторой долей радости, что смогла кому-то помочь, отправилась спать. От такого соседа, теперь я это чувствовала, вреда или опасности можно не ждать.

Засыпала я под явственные шорохи мыша, который продолжал свой поздний ужин.

* * *

Три рабочих дня в охранной фирме заставили меня превратиться в язвительную, злобную фурию. Да мой отец за двадцать с лишним лет не смог добиться того, что за несколько дней успела сделать пара десятков мужчин-наемников, которые с завидной частотой таскались ко мне в контору и пытались флиртовать и ухаживать! Кто как умел или считал возможным!

К моему великому сожалению, байка про проклятье смогла сдержать этот напор лишь на полдня, затем «петушиные» выступления продолжились. А чадарка Хойта теперь с не меньшим любопытством наблюдала за развитием осады, отпуская скабрезные шуточки насчет очередного неудачливого кавалера или моей персоны. Выражение «анимишка» больше не вызывало у меня зубовного скрежета: это, как выяснилось, самое мягкое прозвище, которым она могла наградить меня или вообще кого-либо.

Я стояла возле своего стола и раскладывала в картотеке последние карточки клиентов, в которых фиксировала необходимые данные, чтобы потом не рыться в договорах, затрачивая зря время. В этот момент позади меня раздался едва уловимый шорох, который заставил вздрогнуть от неожиданности, а потом мне на плечи, чуть сжимая их, легли тяжелые большие ладони. Явно мужские!

Не поворачиваясь, я злобно, с угрозой прошипела:

— Все, предел моему терпению, как и вежливости, наступил! Если сейчас же не уберете от меня руки, то прокляну! Наведу мужское бессилие, и тогда тянуть свои загребущие лапы к посторонним девицам вы точно отучитесь!

Руки остались лежать на моих плечах, что вынудило меня резко развернуться и… замереть от неожиданности.

Передо мной стоял высокий крупный севар. Молодой, на вид лет тридцати-сорока, не больше, но битый жизнью и умудренный опытом — это невооруженным взглядом видно даже такому неопытному птенцу, как я.

Его черные гладкие волосы были забраны на затылке в короткий хвост, длина которого позволяла сделать вывод, что они лишь чуть-чуть спускаются на шею. Эта прическа еще больше подчеркивала интересные черты лица. Смуглая от природы кожа была чуть обветрена и на лице еще более загорелая — значит, мужчина чаще всего проводит время на свежем воздухе и под солнцем. Продолговатое лицо с твердым упрямым подбородком, чувственные пухлые губы, правда сейчас сжатые в жесткую линию. Прямой нос, крылья которого немного трепещут — хозяин явно не в духе и с трудом сдерживает злость. Раскосые прищуренные глаза странного болотного цвета — словно две крупные оливки. Если оливки могут так яростно прожигать в вас две дырки. Под этим взглядом я сжалась и передернулась, втягивая голову в плечи.

— Э-э-э… Простите, вы кто? — пролепетала, уже забыв о своем намерении проклясть кого-нибудь или наорать.

Севар возвышался надо мной, его потрясающий длинный хвост с пушистой кисточкой метался из стороны в сторону, выдавая раздражение и ярость хозяина.

— Где Людвиг? — буквально выплюнул он.

А во мне от его рычащего, хрипловатого баса все затрепетало. Уж слишком мощный голос. Да и сам хозяин ему под стать.

— Проводит тренировку с личным составом. Позвольте узнать, по какому поводу вы пришли?

Оливковые глаза вновь уставились на меня, сверля и выворачивая душу наизнанку. Сила ауры мужчины подавляла и одновременно восхищала.

На вопрос он так и не ответил, продолжая откровенно рассматривать и изучать меня, мой стол и весь холл. Не знаю, чем бы все закончилось, но в этот момент в контору со двора зашел Нейр.

Заметив нас, он усмехнулся и громко произнес:

— Вернулся?! Знакомься, это твоя новая помощница — Ника Лави. Веста ушла!

Севар вновь окинул меня взглядом прищуренных злых глаз, а потом мрачно спросил:

— Ты шутишь?! Анимишка? Она меня сейчас проклясть хотела. Бессилие мужское наслать… А ты мне ее в помощницы определил?

Людвиг усмехнулся, поймав мой испуганный взгляд, а потом весело пояснил:

— Сам знаешь наш контингент. Наемники! Что с них возьмешь — ни манер, ни воспитания. Они Нику обхаживают уже три дня — видимо, у нашей девочки нервы сдали. Ей простительно! Да и клиентура та еще… — попытался оправдать меня Нейр, а потом уже мрачно добавил: — Другие претендентки сбегали уже к концу первого рабочего дня. Еще вопросы или претензии к ней остались? А то у нас дел по горло и мне бы хотелось обсудить с тобой твою поездку…

Я уже поняла, что передо мной хозяин этой фирмы — Сайлар Нирович Ош. А я ему мужским бессилием… Э-э-эх! Нехорошо получилось, как бы не выгнали без выходного пособия, а я уже неделю без крови, и скоро меня начнет покачивать от слабости. И ведь только сегодня решилась попросить у Нейра, чтобы мне платили понедельно.

Сайлар Нирович вновь уставился на меня, а потом спросил:

— Замужем?

— Нет!

— Парень есть?

— Нет! — все сильнее округляя от изумления глаза, отвечала я. Чего это он такими подробностями интересуется? Он, конечно, по-своему красивый мужчина, но мне предыдущих трех дней за глаза хватило.

— Запомни, охмурять моих воинов не позволю! Начнешь своей смазливой мордашкой вносить смуту в коллектив — вылетишь отсюда, даже не успев глазом моргнуть! Поняла?

У меня от шока приоткрылся рот, а брови, наверное, добрались до зоны роста волос. Это он мне такое говорит?! Да я… Да они… Да он сам…

— Простите, Ника, Сай бывает резок в высказываниях. Он поймет, что сейчас был не прав, — видимо, прочитав на моем лице возмущение, снова вступился за меня Нейр.

Затем, сузив жутковатые черные глаза без белков, сверкнул ими в сторону начальника. Ох, я все больше проникаюсь уважением к Людвигу. С ним легко работать и приятно сотрудничать. Всегда поможет, подскажет и проконтролирует, а вот как теперь с хозяином уживаться — не представляю.

Сайлар Нирович приподнял бровь и перевел взгляд на своего начальника службы безопасности. Нейр, отметив в нем молчаливый вопрос, пояснил:

— Бедняжка три дня гоняет от себя наших «петушков», но их это лишь сильнее раззадоривает. Они пронюхали, что девушка из провинции — тихая, воспитанная, неиспорченная… Хм-м-м, явно невинная… — В этом месте он бросил на меня лукавый взгляд, отчего мои щеки полыхнули жаром смущения, и продолжил: — Вот и решили не упускать столь лакомый кусочек Мы с Хойтой только и делаем, что выпроваживаем то одного, то другого, а Ника, как видишь, уже проклятиями ухажерам грозит.

Заметив, что Ош хмурится все сильнее, Нейр быстро добавил:

— Зато клиенты буквально едят у нее с рук. Договоры подписывают не глядя, соглашаются на любые условия. И посмотри — вокруг порядок и красота.

Севар вновь осмотрелся, потом передернул мощными плечами и жестко произнес:

— Ко мне обращаться — Сайлар Нирович. Я люблю черный кофе без сахара. Чуть позже вызову, подготовьте мне отчет о проделанной за последнюю неделю работе.

Кивнув мне, жестом указал Нейру на кабинет и сам направился туда. От меня не укрылась легкая хромота Оша. Судя по всему, с правой ногой какие-то проблемы. Только теперь позволила себе перевести дух. Хвала удаче, меня не выгнали!

Через час Нейр ушел, насвистывая простенькую песенку, предварительно передав пожелание хозяина видеть меня. Я оправила синее платье, белый кружевной воротник, пригладила волосы, перекинула на спину черную косу и, прихватив папку с отчетами, направилась в кабинет.

Страшно-о-о…

Постучалась. Вошла. Ош сидел в кресле в зоне отдыха возле камина. На столе перед ним веером лежали бумаги, топографические карты и карандаши. Обратив внимание на меня, мужчина откинулся в кресле, рассеянно поглаживая пушистую кисточку своего хвоста. В народе все знали, что главная слабость севаров — это их волосы, за которыми они неустанно ухаживают, а еще — хвост. Вообще-то я еще ни разу за свою, пусть и короткую, жизнь не встречала севара с короткой стрижкой. А вот Ош меня удивил! Сейчас он распустил волосы, и они, обрамляя лицо, едва достигали плеч. Черные, гладкие, блестящие — такие же, как у меня.

Высокий умный лоб Сайлара пересекла хмурая морщинка, а болотные глаза изучающе прищурились, глядя на меня.

— Присаживайтесь, Ника! Давайте поговорим о вашей работе, — пробасил он.

Я мысленно отчаянно застонала. Неужели уволит?! Каждый день вижу в зеркале мои светящиеся глаза голодного вампира. Пока обычной еды, которой я закупилась сразу, как арендовала дом, мне хватает, но живая кровь стоит гораздо дороже. И без нее я скоро начну падать в обмороки, а потом и вовсе впаду в спячку.

И тогда: «Приветствую, родители! Я вернулась. Потому что неудачница!»

Опустив взгляд в пол, прошла к соседнему креслу, на которое мне было указано, и присела на краешек, положив папку на колени, а руки поверх нее.

— Откуда вы приехали сюда? — спросил меня Ош.

— С севера, Сайлар Нирович, — осторожно ответила я.

— А конкретнее? — нахмурился он, отметив мой уклончивый ответ.

— Не думаю, что это имеет отношение к моей работе, — твердо, но по возможности вежливо ответила я.

— Сколько вам лет?

— Вся информация обо мне имеется в моем деле. Двадцать три, — отвечая, я не отрываясь смотрела в изучающие оливковые глаза.

Эх, а я ведь так люблю оливки! Несмотря на то что у нас на севере они — довольно дорогое удовольствие, мама часто меня баловала.

— Только что пройдено совершеннолетие. Манерная. Судя по платью — дорогое. Личико породистое. А глаза голодные, значит, денег на кровь нет… — с показным флегматичным равнодушием перечислял Ош то, что видел во мне.

Я внутренне все сильнее обмирала, слушая его. А он, криво ухмыльнувшись, продолжил, взяв со стола листик и словно читая из него сведения:

— Домик-развалюха в Цветочном переулке. Живете одна. В город приехали меньше недели назад, да не в обозе, а на поезде — дорогое удовольствие для обычной провинциалки. Как вы сами честно признались, покровителя или даже просто любимого мужчины не имеете, и я вам верю. Уж слишком у вас личико открытое — словно книгу читаешь. В резюме указано, что вели дела отца и знакомы с делопроизводством, а значит, было что вести… Исходя из вышеперечисленного, почему-то уверен, что вы, Ника Лави, аристократка, представительница какого-то вампирского клана. И в довершение всего — беглянка. Или — что менее вероятно, но возможно — изгнаны из клана. Я прав?

Пока он перечислял все эти факты, я непроизвольно вскинула на него глаза, а сейчас была не в силах разорвать наш зрительный контакт. Он, словно змей, гипнотизировал меня, вальяжно развалившись в соседнем кресле.

Ладони вспотели, что говорить дальше, я не знала, но была твердо уверена: такому, как он, не соврешь. Раскусит! Не думая, вытерла ладошки о ткань платья: уже который раз мне про мою одежду говорят, что дорогая она для обычной горожанки, а тем более провинциалки.

— Я не… Это не то, что вы думаете! Я считаю… — Я все пыталась подобрать правильный ответ, а потом поняла, что все! Врать не умею, а сказать правду не смогу. Не доверяю!

Под внимательным взглядом мужчины судорожно сглотнула, медленно положила папку на стол, пододвигая к нему ближе, а потом начала приподниматься с намерением уйти самой, пока можно. Столько страха в последние дни, суеты и физических, непривычных для меня, нагрузок, да еще кровавое голодание… Меня повело в сторону. Чуть взмахнула руками, пошатнулась, но устояла, и именно в этот момент услышала жесткое и бескомпромиссное:

— Сядьте! А теперь быстро назовите причину. Почему вы покинули клан?

Голос севара давил, а слабость не давала сосредоточиться, поэтому устало ответила:

— Хочу выйти замуж по любви, а не по расчету и по приказу отца. Все слишком прозаично. А вы, наверное, себе интриги и скандалы нафантазировали?

Последние слова позволила себе сказать с некоторой долей иронии: все равно уйду отсюда, вот только головокружение прекратится…

— Вам нужна кровь, — уверенно процедил Ош.

— Нужна. Я планировала попросить господина Нейра платить мне заработанное по неделям, а не в конце месяца, как в договоре указано. Если бы мне заплатили… Ладно, это мои проблемы. Простите, Сайлар Нирович, я так понимаю, вампиров вы не очень любите и работать мне у вас дальше вряд ли позволите. Не смею беспокоить вас…

Мою сбивчивую речь севар прервал на полуслове, рыкнув:

— За меня решать не надо! Увольнять вас никто не собирается. Все, что мне требовалось, я уже выяснил. Мне сюрпризы в конторе не нужны, поэтому было важно узнать о вас все. Или основное! Деньги за неделю получите у Нейра, скажете — я разрешил. Пока мы тут оба с ним на месте, разрешаю сходить в аптеку за кровью, а то вы своей бледностью и голодными глазами всех клиентов нам распугаете.

Слушая его речь, чувствовала, как меня заполняет ощущение легкости и счастья. Не уволит! На мгновение он замер, глядя на меня, а я, не сдерживаясь, наверное, сияла восторгом и желанием прыгать от радости.

Ош покачал головой, отчего прямая прядка черных волос скользнула вперед. Уже привычным стремительным движением мужчина заправил ее за ухо и, чуть приподняв уголки губ, добавил:

— С вами разобрались. Теперь займемся делами!

Дальше я делала доклад и демонстрировала новые подписанные договоры. И записывала необходимые указания Сайлара Нировича.

Вернувшись домой, первым делом кинулась к зеркалу. Я испытывала непреодолимое желание поделиться с кем-нибудь всем, что накопилось-за эти дни. И Риса в списке моих доверенных лиц теперь стояла на первом месте. И единственном.

* * *

Н: Приветствую! Ты свободна? Поболтать можем? А то у меня столько всего произошло!

Р: Давай.

Н: Не поверишь, но мой шеф меня удивил. Он оказался жутким и одновременно с понятиями о чести и справедливости.

Р: Странная характеристика… Почему такие впечатления?

Н: Он мрачный, злющий, и голосу него такой, что до печенок пробирает от страха. Хотя ему простительно. В момент нашего знакомства я его чуть не прокляла — пригрозила наложить проклятье мужского бессилия.

Р: И после этого он взял тебя на работу?!

Н: Сама не верю своему счастью! Меня его партнер Людвиг защитил. Пояснил, что меня за эти три дня все их наемники так сильно допекли, что я просто сорвалась.

Р: Это не имеет значения. Раз после такой ситуации в дурь не пошел, значит, нормальный мужик, тебе повезло, держись за это место. Он симпатичный?

Н: Сложно сказать. Он очень высокий и мощный для севара. Сама знаешь, их раса скорее жилистая и среднего роста, а тут я на него снизу вверх смотрю. Еще у него волосы всего лишь до плеч — тоже нехарактерно для их расы. Зато такой хвост шикарный, закачаешься! А еще у него глаза удивительного оливкового цвета, такие внимательные, яркие. Но лицо, в общем, суровое, как и характер. Только губы, чувственные и пухлые, придают его облику немного мягкости, что ли? Не красавец, но очень мужественный тип.

Р: Судя по отзыву, ты влюбилась. Не боишься место потерять?

Н: Я?! Ты что, нет! Рядом с ним у меня поджилки джигу пляшут!

Р: Ага, только рассмотрела и его пухлые губы, и телосложение, и внешний вид. Судя по впечатлениям, он не оставил тебя равнодушной. Осторожнее! Так и до детей недалеко!

Н: Тьфу на тебя! Он не любит анимишек, а я принадлежу к расе вампиров… к его неудовольствию. Главное — не уволил! Так что все хорошо! Ты мне лучше расскажи, как там твои дела с вампиром.

Р: Никудышные у меня дела с вампиром. У него невеста есть и куча запросов. А я не могу его очаровывать, несвойственно это мне. В общем, все плохо. Да еще и прорыв сегодня крупный был. Это меня беспокоит куда больше.

Н: Риса, вампиры — охотники. Так что бери себя в руки и, если он тебе еще нужен, действуй решительнее. Заведи с кем-нибудь видимые отношения. И афишируй их у него на глазах. И пренебрегай им, причем демонстративно. Зацепи его! А что там с прорывом? У меня внутри все обмирает от одной новости о монстрах. Как ты с ними воюешь, я не представляю!

Р: Пробить на ревность и показать мою популярность — это выход. Надо попробовать. Воюем привычно. С монстрами просто, бояться надо людей. Они страшнее. С прорывами все плохо. Детали я рассказать не могу, но теперь Дозор их больше не контролирует, и что будет дальше, предсказать сложно. Пока в опасности только мы, но есть большая вероятность, что скоро станет непросто всему населению.

Н: В каком смысле — не контролирует? Они могут появиться и в городах? Но все густозаселенные территории окружены водой! Ведь все знают, что вода — это защита от монстров!

Р: Да. Но теперь нигде нет безопасности. Хотя в воде еще можно попробовать укрыться. На глубине метров в двадцать…

Н: Все! Спать теперь я не смогу!

Р: Лучше спать в обнимку с мечом или с мужчиной, у которого есть меч! Второй вариант, кстати, предпочтительнее. Но я сегодня устала, так что давай прощаться. Спать хочется. Да и тебе бы отдохнуть не помешало. Завтра шефа охмурять — нужно хорошо выглядеть и иметь ясную голову!

Н: Ну-ну! Риса, ты лучше своим вампиром займись, а то мне кажется, ты трусишь! Спокойной ночи!

Глава 11

Риса Ригал

Лутак нашел меня вечером, когда я уходила с работы.

— Ну ты и… поганка! — начал с порога друг, встретив меня в помещении перед женской раздевалкой.

Хорошо, что я оказалась в нем одна, а то многие услышали бы наш дружеский скандал.

Осмотрев Лутака, я спросила:

— Почему поганка? Смотри, тебе даже лицо не расцарапали.

— Поговори с ней и верни все обратно.

— Что такое? — участливо поинтересовалась я. — Ты к ней привязался?

— Нет! — рявкнул друг. — Но если так дело пойдет, то я переберу всех женщин в отделе. А оно мне надо?

— Ты отвратителен, — снова констатировала я факт.

— Ага, ага. Я отвратительный. Понял, осознал, проникся. Теперь сделай то, о чем я тебя прошу.

— Если дело обстоит так серьезно, я готова пойти на риск быть побитой и поговорить с твоей пассией, но в ответ на услугу.

— Даже не думай! Ты себя со стороны слышала? Одна из лучших защищающих! Побьют ее. Да к тебе обычный мужик заречется подходить, не то что женщина!

— Не нервничай так. Давай лучше пойдем на уступки друг другу.

— Нет, вы это слышали? Уступки! Она мне проблемы создала, притом специально, а решать не хочет!

— Ты же мне не помогаешь. А еще друг называется!

Лутак тяжело вздохнул.

— Хорошо, я согласен тебе помочь. Хотя, видит бог, пожалею еще об этом! Но чтоб завтра же все уладила.

— Конечно-конечно.

Когда друг выходил из раздевалки, у меня уже оформился план, как я буду мирить его с блондиночкой.

* * *

На следующий день я прибыла на работу в прекрасном настроении. И первым делом решила выполнить обещание. Даже не переодевшись, направилась прямиком в кабинет к Лутаку.

Продефилировав мимо его подчиненных, я широко распахнула дверь и воскликнула:

— Подлец!

Друг так и застыл около вешалки с курткой в руках, уставившись на меня круглыми глазами.

— А?.. — выдавил он.

Закрыв дверь, но не до конца, а оставив маленькую щелочку, я продолжила атаку.

— Как ты посмел бросить меня ради нее?!

— Что ты?.. — начал друг, но я не дала ему договорить: еще испортит все.

— У тебя нет сердца!

— Я вообще не понимаю, о чем ты говоришь, — сообщил мне Лутак.

— Как это о чем? Выполняю обещание, — полушепотом ответила я.

— Устраивая мне скандал?

— Конечно, — подтвердила я и, подойдя, ударила его по щеке. Звонко, но не больно.

Друг потер щеку и взглянул на меня как на помешанную.

— Теперь все знают, что если между нами и были какие-то отношения, то с ними уже покончено, — подмигнула я ему.

Лутак посмотрел на дверь и покачал головой.

— Иногда мне кажется, что ты сходишь с ума.

— Не переживай за меня, и увидимся в обед. Помни про свое обещание.

Мрачно на меня взглянув, друг наконец повесил куртку, а я вышла из кабинета под пристальными взглядами окружающих, стараясь сделать вид понесчастнее.

Не зная, что делать, я наконец-то решила последовать совету своей… наверное, подруги и перейти к решительным действиям по охмурению вампира. Если он сошелся с той некрасивой пигалицей, значит, может и поменять предпочтения.

Начну с малого и просто пофлиртую. Удобнее всего это сделать в столовой и не по своей инициативе. Нужна помощь.

В вестибюле управления на глаза мне попался Раш, который улыбался и говорил какие-то глупости очередной дурочке. Подойдя, я широко улыбнулась девушке и оттащила напарника в сторону.

— Мне нужна твоя помощь, — прошептала я Рашу.

Чадар приподнял брови:

— Интересно. И чем я могу пособить прекрасной валькирии?

— Ты прекратишь кривляться? — возмущенно спросила я. — Это очень важный вопрос.

— Ну, хорошо, я слушаю.

— Мне нужно, чтобы ты пригласил Грега Тизла за наш столик в обед.

— Зачем? — удивился напарник.

— Хочу попробовать закадрить, — призналась я: все равно догадается, когда я начну приводить свой план в исполнение.

— Ты? Не смеши меня, — хмыкнул Раш.

— Тебе что, трудно выполнить то, о чем я прошу? — зашипела я на него. — Не ты же кадрить вампира будешь! Чего вредничаешь?

— Хорошо, но ты мне будешь должна желание.

— Да все что хочешь, — пробормотала я, нетерпеливо наблюдая за появившимся в вестибюле объектом своих планов.

— Даешь слово?

— Да.

— Ну, тогда жду тебя в обед, в столовой, за нашим столиком, — сообщил мне Раш, уже разворачиваясь и направляясь в сторону вампира.

Что ж, посмотрим, что из этого выйдет.

В перерыве расположившись за столом, я ожидала, когда подойдут напарник с вампиром. Друг присел рядом и слегка улыбнулся — он предвкушал забаву и собирался получить максимальное удовольствие от представления.

— Риса, надеюсь, ты не против, если мы с Тизлом присоединимся к вам с Тиканом?

Севар рядом со мной напрягся.

— Лутаком, — поправила я, голодным взглядом рассматривая вампира.

— Я очень рад разделить трапезу со знакомым Раша и особенно с его прекрасной защищающей.

Против воли я покраснела, а Раш за спиной вампира закатил глаза. Вот… нехорошая личность!

Все разместились за столом и заказали еду. Наши с напарником порции были больше и калорийнее. При нашей работе по-другому и быть не может — хранителям нужны силы.

Вампир, увидев мою порцию, прошелся внимательным взглядом по моей фигуре. Меня это задело. Выходит, Тизла заботит, насколько я за собой слежу?

Окинув ответным взглядом порцию вампира, я тоже оглядела фигуру интересующего меня мужчины. Красив, но тощеват. Тот понял, что его маневр не остался незамеченным, и примирительно мне улыбнулся. Раш и Лутак сидели с невозмутимыми лицами, но я достаточно знала обоих, чтобы точно сказать — внутри они трясутся от смеха.

Мы вдумчиво поглощали пищу и разговаривали. Ребята, надо отдать им должное, честно поддерживали разговор и постоянно переводили его на меня. Вампир с удовольствием поддерживал темы, делал мне комплименты, но я с грустью замечала, что он постоянно возвращает беседу в деловое русло. К тому, что хотел бы получить от Раша или Лутака.

Поэтому, едва закончив есть, я не прощаясь покинула компанию. Парни с беспокойством смотрели мне вслед, но они меня плохо знают, если думают, что я сдамся.

* * *

День сегодня начался просто потрясающе, по-другому не скажешь. Проснулась я от сигнала уведомления о срочном вызове в управление. Поднявшись с постели, спешно начала приводить себя в порядок. Пока возилась в поисках вещей, чуть не опоздала. Еще и тагар капризничал всю дорогу, всячески выводя из себя. А под конец, в последнюю минуту вбежав на совещание, увидела сияющую физиономию напарника, которая так и лучилась здоровьем и довольством.

— Все собрались? — поинтересовался шеф.

Судя по его настроению, утро не задалось не только у меня одной.

— Вчера меня вызвал к себе глава города и выразил обеспокоенность частыми прорывами чудовищ.

При этом шеф почему-то посмотрел на нас с Сонхой.

— В связи с такой нестабильной ситуацией мы сегодня выезжаем на места происшествий, которые случились за последние полгода. Может, там остались какие-то магические следы; то, что мы не заметили, особенности местности… Все свои наблюдения занесите в отчет. После мы отдадим его аналитикам.

Выслушав объяснения, не совсем поняла, в чем суть нашего задания и почему его выполняют хранители.

— Места между командами распределены, так что можете отправляться. Вопросы?

Я подняла руку.

— Да? — недовольно буркнул шеф.

— Почему мы, а не чистильщики?

— Там не убирать нужно. Там необходимо вспомнить все детали боя: нечисть, что проникла в мир, условия сражений, свои выводы, почему прорыв произошел именно здесь и случались ли за время вашей практики прорывы в похожих местах. Осмотреть местность. А такую работу смогут сделать только сами группы ликвидации. На мой взгляд, проку от этого будет мало, но начальство настаивает. Так что переодевайтесь — и вперед, к порталам переброски.

Другими словами, в связи с нестабильной ситуацией начальство опасается посылать другие отделы: если снова случится прорыв, у нас будет куча трупов. Приказ есть приказ. Мы с Рашем, как и остальные хранители, ворча отправились экипироваться для прогулки.

Нас отправили в зону недавнего проникновения, которая находилась в лесу. Сейчас в воздухе не ощущалось того напряжения, что сгущалось вокруг, когда мы были тут в последний раз. Теперь это спокойное место — луг, травка, деревья, речка недалеко. Сюда бы семьей на пикник выбираться, а не причину прорывов искать.

— Дивное место, — прокомментировал напарник, полностью со мной согласный.

— Куда двинемся? — спросила я у своего нападающего.

— Думаю, можно исследовать периметр и потом углубляться в лес.

— Ладушки, — согласилась я и двинулась направо, намечая траекторию, по которой лучше всего обогнуть деревья.

Но не сделала я и нескольких шагов, как меня ухватили за шиворот и потащили обратно. Я зашипела.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — хмуро поинтересовался Раш.

— Что опять не так?

— Где мы встретимся после разведки?

— Здесь же, — недоуменно пожала я плечами.

— А если ты вдруг найдешь что-нибудь стоящее внимания, то ты?..

— Сообщу тебе. — Раздражение стало сильнее. — Зачем эти ненужные пояснения?

— Ненужные? Хочу напомнить, что совсем недавно ты перепутала…

— Хорошо-хорошо, — прервала я напарника. — Я еще тогда поняла, что поступила неправильно, проявив невнимательность. Всю жизнь будешь мне напоминать об этом?

— Да, — подтвердил Раш.

— Пакость, — пробормотала я.

Чадар только подмигнул.

Сказать, что я наслаждалась природой, нельзя. Во-первых, мы выполняли кропотливое задание. Требовалось все тщательно осмотреть и проверить. Мы не знали, что именно ищем, и поэтому внимания требовалось больше. Во-вторых, мы находимся в одном из самых глухих мест нашей страны, и не стоит забывать, что здесь водятся зубастые и блохастые хищники. Конечно, им не сравниться с тварями из-за грани, но расслабляться не стоит.

К месту нашей с напарником встречи я подходила с разочарованием. Все нормально, ничего необычного на местности нет.

— Бу! — раздалось над моим ухом.

Развернувшись, я увидела того, кого и ожидала увидеть.

— Ты очень громко топаешь, когда подкрадываешься. Тоже мне, нападающий.

Раш хитро сощурился.

— Я и не подкрадывался. Какой смысл?

— Хотел поразить меня? — усмехнувшись, предположила я.

— Тебя я поразил еще при первой встрече, — усмехнулся в ответ напарник.

Тут я совершенно точно поняла, что мы заигрываем друг с другом, и поспешила сменить тему общения.

— Что-нибудь заметил?

— Нет. Это просто глупая затея начальства, которое понятия не имеет, что такое оперативная работа хранителей.

— Тогда давай доделаем ее и отправимся наконец домой. Сегодня наши собираются в таверне «Гар». У Дашари родился сын, и он отмечает с нами.

— Большой счастливчик, — улыбнулся Раш.

Я в этот момент рассматривала лес, но при последних прозвучавших словах повернулась к чадару.

— Ты считаешь это событие счастливым? — с недоумением поинтересовалась я.

— Конечно, — удивился моему вопросу напарник. — Обычно по этому поводу полагается испытывать радость.

— Но ты — заядлый холостяк, постоянно тянущийся к женщинам.

— Хорошо, что не к мужчинам.

Я хмыкнула.

— А ты, Риса, очень плохо знаешь меня с личной, интимной, стороны. Я бы хотел в свое время завести ребенка. Хотя молодость для таких желаний мало подходит.

— Ты себе льстишь, — не смогла удержаться я от шпильки.

Глаза Раша опасно блеснули. Что-то наш разговор снова заходит не туда.

— Думаю, пора прочесывать лес в поисках загадочных улик, — предложила я и быстренько направилась в сторону деревьев.

Сзади послышался смешок, но мое внимание уже привлекла картина окружающей природы. Мы стояли на берегу небольшого пруда, покрытого желто-зеленой ряской и тиной. Скорее даже маленького болотца, судя по кваканью лягушек.

Несколько корявых, с раскидистой густой кроной деревьев сплетались между собой корнями, покрытыми темно-зеленым мхом. В просветах низко склоненных к воде ветвей виднелось голубое небо, а редкие лучики солнца отражались в пруду, рисуя на нем более светлые дорожки.

Я не впечатлительная особа, а то могла бы представить, что деревья похожи на старых ворчунов-леших. Но не верю я в сказки и страшилки. Мне тварей из прорывов хватает.

При дневном свете пейзаж полностью изменился, и в диком великолепии природы можно было увидеть красоту.

— Ты что, здесь корни пустить решила? — донесся до меня голос напарника, его самого из-за кустов видно уже не было.

Я скорчила рожицу, беззвучно передразнивая чадара, и тоже отправилась прочесывать местность.

Никогда не любила лес. Ветки деревьев, густо переплетенные между собой, так и норовили зацепиться за тебя своими сучками. Оцарапать, стукнуть, причинить вред. То ли дело равнины, они дарят чувство свободы.

Внимательно осматриваясь, я шаг за шагом обследовала чуть ли не каждое дерево и кустик. Но ничего не находила. Меня все больше разбирала злость: вместо тренировок мы ползаем по чащобам и занимаемся всякой ерундой.

Занятая мыслями, сама не заметила, как вышла на небольшую поляну, на которой находились развалины какого-то здания. Это может быть интересным.

Я смотрела на стену из тесаного камня и странный проем. Обветшалый и заросший вьюном, он едва был заметен среди деревьев. Кладка во многих местах с течением времени обрушилась. Кое-где корни деревьев вели свою подрывную работу, а мох густо покрывал все сооружение.

Сквозь проем и позади стен, немного возвышаясь над ними, виднелись и другие каменные постройки, хоть обильная растительность и пыталась укрыть старое поселение от чужого взгляда.

Обнаружив что-то интересное, я сразу сообщила Рашу.

— Жди и не лезь туда одна. Я сейчас буду.

Я возвела очи горе и, не послушавшись, отправилась осматривать свою находку. Кучи камней, наваленные около рухнувшей стены, полностью заросли травой, бурьяном и разными колючками, многие из которых ядовиты. Нужно осторожно пробраться внутрь и все осмотреть, чтобы полностью убедиться — здесь ничего нет.

Мне удалось на спине осторожно проползти под колючками и, перевернувшись, аккуратно подняться. Я оказалась в зале. Вернее, когда-то это был зал, а теперь — только каменный пол с порушенными стенами.

— Риса! — сквозь заросли позвал меня Раш.

— Я тут, — сообщила в медальон.

За бурьяном послышались сдавленные ругательства. Напарник недоволен.

— Я тебе говорил оставаться на месте?! — прорычал чадар.

— Ты мне не командир! — огрызнулась я.

— Я старше тебя по званию!

— Но не можешь диктовать мне условия в данной ситуации.

В ответ на это услышала несколько нелестных выражений о себе.

— Я иду к тебе.

— Нет! — воскликнула я.

— Риса… — резким тоном начал Раш, судя по звукам направляясь к кустам, но я перебила:

— Ты не сможешь здесь пробраться. Во-первых, колючками исцарапаешься и тебя парализует, во-вторых, эта оплетающая камни повитель с иголками под твоим слоновьим напором может поломаться и обрушить камни на меня.

— Отойди.

— Ты же сам велел мне быть осторожнее.

В ответ молчание.

— Поэтому ты стоишь там и ждешь, пока я внимательно все осмотрю и выползу обратно.

— Имей в виду, если с тобой что-то случится, например на тебя кто-то нападет или ты чем-нибудь заразишься, я брошу тебя здесь умирать, — проворчал напарник.

— Какой ты надежный и верный, — пробормотала я, шаг за шагом продвигаясь вперед.

Остановившись посереди развалин, разочарованно вздохнула: всего лишь заросли и камни. А я надеялась на что-то исключительное. Что-то, что позволило бы мне думать, что день не пропал зря.

Видимо, судьба услышала мои сетования и решила преподнести сюрприз. Камни под ногами провалились, и я, вскрикнув, полетела вниз на… песок. Тело сковала боль и неприятные ощущения. Несмотря на удачу в виде песочной кучи, падение не было мягким.

— Риса! — послышался крик Раша. — Риса!

От боли дыхание сперло, и я не могла ответить, хотя и очень хотелось.

Послышался шорох срубаемых ветвей, а после — нецензурная брань. Сквозь эти колючки просто так не проберешься, а снизу, как я, чадар не пролезет.

— Раш, — простонала я, — все в порядке. Не подходи, иначе полетишь ко мне.

Напарник затих.

— У тебя есть повреждения?

С трудом поднявшись, я прислушалась к ощущениям и поняла, что, кроме синяков и ушибов, ничего не получила.

— Со мной все нормально!

— Где ты?

Оглядевшись вокруг, присвистнула.

Я очутилась в зале и сейчас разглядывала альков, украшенный изразцами и фресками. Внутри находился каменный саркофаг, по четырем углам которого виднелись углубления: в них наверняка устанавливали факелы во время ритуалов служения неизвестным богам. По бокам от саркофага высились статуи, правда время не пощадило и их, кроша лица и фигуры, так что понять с первого взгляда, кто это, было сложно.

Встала.

— Что там?

— Это похоже на… подземный храм. Отсюда идет коридор в соседнее помещение.

— Риса, я прошу тебя, — начал увещевающим тоном Раш, — оставайся на месте. Я уже вызвал наших ребят из лаборатории. И подкрепление.

— Тут тихо, думаю, можно посмотреть.

— Имей в виду: если там монстр, ты будешь одна. Прояви же наконец благоразумие!

— Раш, я не какая-то неженка, а подготовленный ведьмак. Глупо оказаться внизу и не разведать местность.

С этими словами я двинулась вперед, а Раш снова зашипел ругательства.

Пройдя по украшенному узорами коридору, попала во второе помещение. Оно оказалось последним, лабиринта не было. Но зато обнаружила кое-что другое, отчего, резко развернувшись, побежала обратно.

* * *

Едва достигла зала, в который провалилась, упала в углу на колени. Меня вырвало. Многое я повидала в жизни, но такой мерзости…

— Риса! — заорал Раш. — Попадись мне! Я тебя сам придушу.

А меня снова вывернуло.

— Со мной все нормально, — пробормотала я, едва придя в себя. — Сейчас оклемаюсь.

— Что там?

Сев и прислонившись к стене, немного отдышалась, прежде чем ответить.

— Тут внизу есть еще один зал. И там… там мертвые люди. Их принесли в жертву.

Некоторое время напарник молчал.

— Судя по звукам, что ты издавала, и тому, что довести тебя до такого состояния непросто, там что-то исключительное.

— Да. Внутренности жертв так размазаны, что сложно сказать, кто есть кто.

— Не ходи туда больше.

— И не собираюсь! Единственное, чего я не понимаю, это почему нет запаха.

— Тому может быть множество причин.

— Нет, — мрачно сказала я, и под ложечкой у меня засосало. — Только три. Это я тебе как ведьмак говорю. И все три тебе не понравятся.

— Скоро прибудет подкрепление и вытащит тебя оттуда.

— Поговори со мной. Отвлеки от того, что находится в соседнем зале.

Глупо, конечно, так реагировать, особенно мне, если принять во внимание мою профессию, но тем не менее мне было сильно не по себе.

Раш начал рассказывать мне разные истории из своей службы в Дозоре, смешные случаи. Я понимала, что ему неприятно вспоминать про работу с бывшим напарником, и тем больше ценила то, что он делал для меня сейчас.

Оперативная группа, лаборанты и чистильщики действительно прибыли быстро, но мне эти минуты показались часами.

Первым делом меня подняли наверх, и я сразу оказалась в сильных руках напарника. Он сжимал меня так, что аж кости хрустели.

— Отпусти… — сдавленно просипела я. — Задушишь.

— Тебя мало задушить! Ты хоть представляешь, как я перепугался, когда ты провалилась?! Или когда пошла неизвестно куда, одна, без прикрытия?! Тебя не душить, а пороть надо!

И понеслось… Ближайшие полчаса я слушала возмущения Раша и старалась запомнить некоторые особенно проникновенные высказывания, дабы в будущем использовать самой. Но трепка, что задал мне напарник, оказалась еще цветочками, впереди ждало испытание поужаснее — я должна дать показания и описать всю операцию. Очень надеюсь, что меня снова не вырвет.

Глава 12

Никеа Лавейская

Утро! Впервые за несколько дней радостное, яркое и без уже, кажется, вечного чувства голода. Потянулась, ощущая легкость во всем теле. Солнечные лучики ласково касались обнаженных ног, выглядывающих из-под одеяла, а потом я вдруг заметила в уголке на матрасе маленький серый комочек. Понятно: мышь решила заставить меня делиться не только едой, но и кроватью.

Невольная усмешка при виде столь неоднозначного питомца, который с той ночи три дня назад выбрал меня хозяйкой, переросла в счастливую улыбку. А пускай! Стану неординарной вампиркой, которая содержит не собачек и кошечек, а мышь.

Встала с кровати и пошла умываться, по дороге натолкнувшись взглядом на свое отражение в зеркале. На бледной от природы алебастровой коже выступил слабый румянец, словно рисунок на дорогом фарфоре. Серые глаза уже не светились голодным блеском, скорее сияли здоровьем и радостью. Спутанная с утра грива длинных черных волос, спускающаяся на спину, подчеркивала изящные плечи, мягкий овал лица и прямой, чуть вздернутый носик.

Закрутив волосы в жгут и скрепив их заколкой, бросила на себя последний взгляд перед тем, как заняться утренним туалетом. Хм, мой хозяин вчера сказал, что у меня смазливая мордашка. Тогда меня это обидело и вызвало возмущение, а сегодня… Ну, сегодня я сытая, купленная вчера и выпитая кровь, словно пузырьки шампанского, дарила эйфорию и радость жизни. А в холодильном шкафу есть запас крови, так что жизнь налаживается!

Вспомнился вчерашний разговор с Рисой. Ее замечание после моего рассказа о первой встрече с начальством снова возникло в голове. Хм-м, неужели я и правда отметила в нем мужчину, а не просто хозяина?! Слова столь необычной подруги невольно вызвали в памяти образ Оша и напомнили мои впечатления о нем — симпатичный, харизматичный, сильный, умный и… опасный для меня.

Нет уж, что бы ни говорила Риса, буду держаться от него подальше! Ей легко советовать обратить на него внимание как на мужчину, она сильная и смелая, а я… слабая. И… боюсь.

Села завтракать, положив на блюдечко, стоящее на полу, порцию для Мыша. Ну, так я решила назвать питомца. Должно же у него быть свое имя? Вот и будет теперь Мыш! Малыш уже не боялся меня и, шевеля усами и носиком-пуговкой, запихивал за щеки маленькие кусочки сыра, хлеба и овощей. Мне повезло: непритязательный достался питомец и экономный такой… Как раз мне по средствам.

Одевалась сегодня с особым тщанием. Сделала высокую прическу, выпустив парочку прядок, чтобы они спускались по тонкой белой шейке, подчеркивая ее беззащитность и уязвимость. Поймав себя на желании продемонстрировать эти свои достоинства Ошу, замерла. Ведь так вампиры ухаживают за желанными им партнерами.

Резко подняла руки, чтобы растрепать созданную красоту и сделать все как обычно, а потом медленно опустила их. Пусть так останется! Вряд ли этот мрачный севар обратит на меня внимание как на женщину. Анимишки ему не нравятся, это мне пояснили все кому не лень. А на меня он смотрел весь вчерашний день лишь как на работника, который привносит в его жизнь некоторые помехи и неудобства.

Натянула все то же синее платье с кружевным белым воротником, проверила, все ли в порядке, и отправилась на работу. Мыш остался дома за главного, провожая меня блестящими черными бусинками глаз.

У входной двери звякнули колокольчики, которые повесили по моей просьбе, и я вошла в холл нашей фирмы. Уже привычно приветственно погладила свой стол и занялась подготовкой к рабочему дню.

— Ника, кофе мне, пожалуйста! — прозвучал из кабинета зычный бас Оша.

Покосившись на приоткрытую дверь в кабинет, задумалась, как тот узнал, что это я. Пожав плечами, направилась в небольшую соседнюю комнатку, куда можно войти и из холла, и из кабинета. Там находились холодильный шкаф и маленькая зачарованная плитка для приготовления горячих напитков, которую используют, я так думаю, и для разогрева пищи, если начальство изволит задерживаться на работе.

Спустя несколько минут вошла в кабинет, неся перед собой маленький поднос, на котором стояла на блюдце одинокая чашка, источающая манящий запах кофе, чьи зерна выращивали чуть дальше на юге. Здесь этот крепкий напиток был в моде. А у нас, на севере, чаще употребляли чай.

Ош сегодня был одет в строгий, но легкий хлопковый костюм синего цвета и белую рубашку с кружевными манжетами, выглядывающими из рукавов пиджака. Стильно, модно и дорого, но без пижонства и пафоса. Я невольно отметила, что в цветовой гамме мы оба вполне гармонируем друг с другом.

Он пристально наблюдал за мной, пока я подходила к нему и ставила поднос с чашкой на его рабочий стол.

— Как вы и хотели. Черный без сахара, Сайлар Нирович, — тихо произнесла я.

— Я не кусаюсь, Ника! — с легкой иронией заметил он.

Вскинула на него удивленный взгляд и догадалась, что он намекает на то, что я, поставив чашку на стол, тут же отошла на пару шагов назад.

Не знаю, зачем (видимо, слова Рисы все же что-то во мне зацепили) так же тихо, но без страха ответила:

— Проверим.

Ответом стала приподнятая смоляная бровь Оша.

Моя смелость тут же сбежала, впрочем, как и я. Разбирая бумаги на своем рабочем месте, ругала себя за эту пусть и невинную, но провокацию.

Весь день меня преследовал изучающий, холодный и какой-то оценивающий взгляд начальника. Но сегодня все равно все было замечательно: «петушки», прознав о возвращении хозяина, меня не беспокоили. А Нейр излучал довольство.

Только Хойта ходила, как обычно, с мрачным выражением на лице и сыпала пессимистичными ехидными замечаниями. Прогнозируя, что «Ледяной охотник» еще спляшет на моей могилке джигу! Хотя я к этому уже привыкла и все чаще отшучивалась, что неожиданно повысило мой авторитет в глазах чадарки, если он, конечно, существовал до этого.

У нас с этой женщиной-воином даже установились своеобразные дружеские отношения, что не могло не радовать, учитывая чисто мужской коллектив, в котором нам обеим приходится работать.

Пару дней Ош, казалось, либо проверял меня на вшивость, либо присматривался. Каждый раз, идя к нему в кабинет, я волновалась, что с чем-нибудь не справлюсь и меня все же выгонят с работы.

Но клиенты, которых нам приходилось встречать вместе, оставались довольны — быстрым и своевременным обслуживанием, моим учтивым и вежливым обхождением, неизменной чашечкой сатте, которым я угощала их с разрешения Нейра, и милыми улыбками, которые я расточала для них. Возможно, все это говорило в мою пользу, потому что хозяин молчал и заваливал новыми заданиями.

В субботу рабочий день короткий, а завтра — выходной. Дома накопилось много дел, так что отдых не помешает.

Уже на выходе из конторы меня догнал вопрос Оша, который показался в дверях своего кабинета:

— Чем займетесь в свободное время?

Замерев, оглянулась, болотные глаза хозяина тут же поймали мой взгляд. И не отпускали, пока я неуверенно не ответила:

— Дел дома много. И питомца хочу привести в порядок…

Смоляная бровь уже привычно поползла на лоб, а хвост севара обвился вокруг его ноги.

— А можно полюбопытствовать, кого именно вы завели в качестве питомца? — спросил он с едва заметным весельем в голосе, хотя его изучающий взгляд по-прежнему излучал лишь холод.

— Мышь! — ответила и тут же задрала подбородок, готовясь услышать смех или презрительное недоумение.

Уже обе брови Оша поползли на лоб. Он осторожно переспросил:

— Мышь? Вы их не боитесь?

— Боюсь, но так обстоятельства сложились. Это не я его выбрала, а он меня, — пояснила я мужчине и невольно улыбнулась, вспомнив первую встречу с Мышем.

Сайлар молча посмотрел на меня, а потом пробасил:

— Занятный выбор!

Пожала плечами, отвечая:

— Зато мне по средствам!

Хмурая морщинка разрезала высокий лоб мужчины пополам, а затем он произнес:

— У нас оплата выше, чем у многих в Гирее.

— Да-да, конечно! Я не жалуюсь. Простите, — поспешила я исправить опрометчивый ответ.

Ош, наклонив голову, продолжал молча меня рассматривать, а я поторопилась кивнуть и удалиться.

* * *

Выходные буквально незаметно проскочили мимо. Куча мелких доделок в доме, покупка продуктов и различных мелочей, которые я могла себе позволить, конечно. Занялась небольшим садиком вокруг своего домишки: хотелось, выглядывая из окна, видеть аккуратную красоту, а не заросли чертополоха.

В воскресенье мне удалось помыть Мыша, точнее он этим занялся сам — просто свалился в деревянную лохань с водой, где я отмывалась после работы в саду. Так что, спасая бедолагу, попутно его помыла. А вечером мы с ним, можно сказать, пили чай и заедали плюшками, глядя на закат и радуясь так спокойно прожитому дню.

Мыш уже на законных основаниях сидел на краешке стола и грыз печенюшку из своего блюдечка, как хомячок держа кусочки хрупкими лапками. После купания он напоминал маленький пушистый мячик. А я рассеянно улыбалась, глядя на него.

Вот кто бы знал, что наследница вампирского клана Лавейских — аристократка в энном поколении — будет спокойно и даже с некоей нежностью смотреть на мышь на своем столе и более того — чаевничать с ней?! Если бы мне раньше рассказали, я бы решила, что передо мной безумец, а сейчас… Я свободная и другая — и этим все сказано!

У меня теперь даже подруга имеется, правда, в неосети, но все же… Раньше я большинство своих мыслей держала при себе, а сейчас могу не таясь поделиться ими с Рисой. Хотя, наверное, потому, что она пока нереальна, словно призрак, и находится где-то там, в неосети. Тем не менее она уже прочно заняла свое место в моих мыслях в качестве друга.

* * *

Утром в понедельник я вновь стояла возле зеркала и мучилась, то порываясь украсить себя чем-нибудь, то парой резких движений уничтожая красивую прическу, которую сооружала на голове. Все равно он не оценит и даже не заметит моих глупых наивных ухищрений, призванных заставить его увидеть во мне женщину.

Нет, Риса не права: такому, как он, такая, как я, не нужна и не интересна! Что бы подруга ни говорила!

— Доброе утро, Ника! — зычно прозвучало от дверей.

Подняв голову, перевела взгляд с бумаг на вошедших Оша и Нейра. И если Людвиг приветливо мне улыбался, то на лице хозяина застыла бесстрастная маска пресыщенного циника. Ответив улыбкой ведьмаку, с севаром лишь вежливо поздоровалась.

— Людвиг, необходимо установить табличку с именем и фамилией на стол Ники. А то мы создаем неудобство клиентам, — проворчал севар, направляясь к себе.

Нейр удивленно посмотрел на мой стол, а потом, поджав на мгновение губы, буркнул:

— Веста, сквалыга! Утащила с собой старую подставку для имени. Вот с ней муженек намучается! Прижимистая, дотошная, ушлая… Хотя надо отдать ей должное: исполнительная, пунктуальная и неболтливая, за что и держали здесь так долго. Но утащить табличку для имени — это уже ни в какие ворота!..

Бурча, Нейр даже дверью во двор хлопнул от раздражения на мою предшественницу.

Стоило мне вновь углубиться в работу с документами, как прозвенел колокольчик и в холл зашли двое мужчин. Высокий, симпатичный, здоровый ведьмак и седой, чересчур худой вампир, одетые в форму службы обеспечения безопасности города.

Они неприятным цепким взглядом осмотрели все вокруг, чуть дольше задержали взгляд на мне и, наконец, прошли к столу, за которым я сидела.

— Где Ош? — блеснув клыками, вкрадчиво и тихо спросил вампир.

— Представьтесь, пожалуйста. И можно узнать причину вашего визита? — попросила я.

— Нужда заставляет искать его, красавица! — криво ухмыльнулся ведьмак.

Я под столом протянула руку и прижала ладонь к бугорку-кнопке, прикрепленной к столешнице снизу. Нейр и Хойта мне очень четко пояснили: при любых нестандартных ситуациях или при появлении подозрительных клиентов следует приложить ладонь к кнопке, и тогда во дворе и в кабинете сработает сигнал.

Уже в следующий миг со двора в холл ворвался Нейр, а из кабинета стремительно вышел Ош. И это несмотря на хромоту! Севары отличаются от других рас стремительностью, невероятной быстротой и часто целенаправленно замедляют свои движения, чтобы не выделяться среди остальных. Ош поступал так же, его движения всегда были продуманные, сознательно чуть замедленные.

Оба моих начальника, заметив пришедших, удивленно воззрились на них.

Нейр, видимо еще не выпустив до конца раздражение на Весту, проворчал:

— Приветствуем господ дознавателей. Что привело вас к нам на этот раз? С прошлым нападением на обоз вроде все выяснили!

— Кронус, какие-то проблемы? — жестко спросил Ош, глядя на вампира.

Улыбка ведьмака стала еще более кривой, когда он отметил, что мой хозяин игнорирует его и обращается лишь к напарнику.

— Ош, давай забудем прошлые обиды! В конце концов, я же отпустил твоих парней, когда выяснилось, что они телохранители Демица, а не наемные убийцы… — произнес он, обращаясь к нашему хозяину.

— Ну-ну, Эйк, а моим словам ты сразу поверить не захотел? — ядовито процедил Сайлар.

— Я недавно перевелся в Гирею, сам знаешь. О тебе и твоих ребятах слышал, но лично не был знаком. Кронус мне все подтвердил, и я отпустил их — зачем обиды копить? Я же не держу зла на тебя за то, что вы с Людвигом нашей охране накидали… И вообще, мы тут по делу! — под конец зло ответил Эйк.

Ош мрачно посверлил взглядом дознавателей и кивнул в сторону своего кабинета.

— Ника, кофе всем нам!

Они вчетвером скрылись в кабинете, а я пошла готовить напиток.

— …прорыв случайный, непрогнозируемый, но очень уж странный. Сам посуди: в болоте, вокруг вода. Хоть это спасло от появления жертв среди населения. И вам повезло, что обоз ушел. Немного позже — и вы оказались бы в эпицентре. Но мне нужны ваши впечатления. Может, кто-то увидел что подозрительное?

Когда я зашла, вампир Кронус все таким же тихим голосом вкрадчиво говорил, обращаясь к Сайлару и Людвигу. Поставила поднос на стол и расставила чашки, пододвинув к каждому из мужчин.

— Нет, я сам пару дней назад оттуда вернулся. Сопровождал обоз с ценным грузом. Вокруг моей фирмы в последнее время слишком часто случаются странности, поэтому решил проконтролировать эту доставку лично.

Сайлар замолчал, вместе со мной отметив, что Эйк, в этот момент чуть подавшись ко мне, фактически заглядывает в лицо и, заигрывая, улыбается.

Опустив взгляд, схватила поднос и, коротко кивнув, покинула беседующих мужчин, но пока не закрылась дверь, чувствовала два взгляда: обжигающий — ведьмака и изучающий холодный — севара. Бр-р-р…

Уже покидая нас, Эйк на мгновение замер, посмотрев на меня, стоящую возле шкафа с картотекой. Ухмыльнулся и под неодобрительным взглядом своего напарника-вампира вернулся к моему столу.

Ведьмак обошел преграду в виде стола, приблизился ко мне вплотную, посмотрел сверху вниз и, играя голосом, проворковал:

— Солнышко, приглашаю тебя сегодня на ужин, который, если захочешь, может плавно перейти в завтрак.

— Благодарю, но не могу принять ваше приглашение, — сухо процедила я.

— Хорошо. Не хочешь ужинать — можем поздно позавтракать, — улыбаясь, предложил ведьмак.

Прищурившись, посмотрела на него со злостью и скепсисом.

— Спасибо, но ни на ужин, ни на завтрак, ни на обед, ни даже на полуденный чай я с вами не пойду, — все так же сухо ответила я.

— Почему? Не нравлюсь? — весело спросил он.

— Более чем! Особенно ваши манеры, господин дознаватель! — с мрачной кривой ухмылкой пояснила я.

— А может, все дело в другом мужчине? — наклонив голову набок, полюбопытствовал Эйк.

— Не знаю, о чем или о ком вы говорите! — отпарировала я.

— Ну, хотя бы о том, для кого ты такую чудесную прическу сделала, демонстрируя тонкую вкусную шейку… — предположил он.

Я бросила невольный взгляд в сторону кабинета хозяина и, к своему смущению, заметила Оша, который стоял позади нас и бесстрастно наблюдал за всей картиной, сложив руки на мощной груди.

— Любопытно… — процедил Эйк, тоже повернувшись и заметив севара. — Ну что ж, не буду мешать.

Он коротко поклонился мне, улыбаясь странной понимающей и даже мягкой улыбкой.

— Надеюсь на скорую встречу! — уже в дверях добавил ведьмак-дознаватель.

— Ника, лучше не давайте ему повода за вами ухаживать! В следственном отделе об Эйке, как о большом ходоке по юбкам, легенды ходят, — качая головой и все еще глядя в окно на удаляющиеся спины дознавателей, по-дружески предупредил меня Людвиг.

— Спасибо, господин Нейр, за предупреждение, но оно не требуется. Господин дознаватель меня как мужчина не интересует.

— Договор с «Синтано и К°» готов? — неожиданно спросил Ош.

Его мощный раскатистый голос вызвал вибрацию у меня в груди. Не знаю почему, но сейчас я ощущала неловкость и смущение. Ответив утвердительно, быстро нашла нужную папку и протянула хозяину.

Через час Ош вызвал меня снова. Он стоял прислонившись бедром к столу и опираясь ладонями о столешницу. Минуту посверлил меня изучающим взглядом, а потом осторожно пробасил:

— Ника, хочу вас предупредить…

— Меня не интересуют знакомства с клиентами, сотрудниками фирмы или любыми другими мужчинами, которые к нам заходят! — выпалила я.

До этого я сидела за рабочим столом, анализировала ситуацию и все думала о нашей первой встрече. Он явно переживает за репутацию своей фирмы, сплоченность коллектива и по поводу возможных толков. А тут…

Хотя я не давала повода ведьмаку, но, может, просто по неопытности чего-то не поняла или пропустила намеки? Именно поэтому постаралась побыстрее озвучить свои мысли, пока меня не уволили или не начали говорить об этом, ставя нас обоих в неловкое положение. Или, не дай Сила, заставляя меня извиняться, а то и просить не увольнять.

Ош после моего выступления приподнял в удивлении брови, мгновение помолчал, а потом неожиданно улыбнулся и произнес:

— Проверим! А вообще, я хотел вас предупредить о другом. В последние недели вокруг моей фирмы происходят всякие странности. Нехорошие. Слухи недоброжелатели распускают, на обозы нападают… Короче, разное бывает, поэтому прошу быть впредь предельно собранной и осторожной. Я хочу похвалить вас: сегодня вы правильно сделали, вызвав нас с Нейром. Если у вас в дальнейшем возникнут трудности или подозрения насчет посетителей, зовите не думая!

Слушая мужчину, я невольно следила за движением его чувственных полных губ. Заметила, как между жемчужных крупных зубов блеснул кончик языка, как пару раз дернулся кадык на мощной шее, когда Ош сглотнул. Странно, почему у других мужчин я не замечала таких подробностей? А главное, никогда это так не завораживало меня, как сейчас!

— Вы меня слушаете? — с иронией спросил Сайлар Нирович.

Подняла на него рассеянный взгляд и, мысленно пнув себя за витание в облаках, быстро кивнула и на всякий случай добавила:

— При любых подозрениях сразу вызывать вас или господина Нейра.

Севар еще пару мгновений сверлил меня взглядом оливковых глаз, которые, к моему вящему ужасу, тоже нравились мне все больше, а потом кивком головы отпустил.

Сегодня я с трудом дождалась конца рабочего дня. И мысленно костерила Рису почем зря. Это она виновата, что я наконец рассмотрела в Оше мужчину. Причем весьма привлекательного мужчину! А если он, не дай животворящая кровь, поймет, что интересует меня, — уволит без выходного пособия.

Прибрав на рабочем столе, направилась домой.

Стуча каблучками по мостовой, шла погруженная в свои мысли, скользя взглядом по вывескам лавок и магазинов. Навстречу мне показались верховые, но не только они привлекли мое внимание.

Судя по форме, это стражи Дозора — бравые ребята, которые защищают Айфир от тварей из прорывов. А животные под ними — грозные тагары — жуткие умные ящеры. Прижавшись к стене дома, я с испугом и восхищением наблюдала за тем, как двое всадников проехали мимо, подарив мне по улыбке.

И только когда они скрылись за углом, я наконец отлепилась от стены и продолжила путь. А в мыслях уже прокручивала разговор, который услышала сегодня. Эйк и Кронус ведь говорили о случайных прорывах монстров? Причем в местности, где раньше такого не случалось. Значит, от этого никто не застрахован и впредь?

О, кровь, как же страшно быть одной!

Как только доберусь до дома, первым делом поговорю с Рисой. Она сможет успокоить, ведь она служит в этом жутком Дозоре!

Так что я ускорила шаг, стремясь побыстрее добраться до зеркала и выйти в неосеть.

* * *

Р: Ника, приветствую! Нужно поговорить.

Н: Приветствую. Мне и самой не терпится поболтать с тобой!

Р: Тут не поболтать. Тут больше слушать надо. И расскажу я тебе неприятные вещи. Готова?

Н: Уверена, в твоем исполнении это будет нечто! Так что я вся в твоем распоряжении. Начинай тренировать мою храбрость!

Р: Сегодня были на задании. Исследовали места прорывов монстров и нашли жертвенник с кучей разлагающихся трупов. Но они не пахли. Понимаешь, что это означает?

Н: Не совсем…

Р: Это значит, был проведен магический ритуал с выбросом огромного количества силы. Но вот зачем? Куда она была направлена? Нельзя просто так высвободить столько энергии.

Н: А может, там вампир поработал? И использовал проклятье? Которое запирает запах в его объекте? У нас дома постоянно так на фермах делают. А то территории северных кланов небольшие, часто замкнутые в горах, а там запах разносится очень далеко и привлекает хищников. Особенно зимой, когда голодно. Поэтому наши таким образом обеспечивают безопасность кланов от нападения зверей.

Р: Нет, не такое количество энергии. Там больше ста трупов. А в момент смерти происходит сильный выброс. Но посмотрим. Наши эксперты не просто так свой хлеб едят — разберутся. А я постараюсь отойти от этого ужаса. Хорошо, хоть Раш помог.

Н: Раш — это тот самый красавчик-вампир?

Р: Нет. Это мой напарник, неотразимый красавчик-чадар. От него и от моего друга женщины Дозора без ума.

Н: О-о-о… Так, значит, твой напарник тоже красавчик? А зачем тогда тебе вампир?

Р: Ты же это несерьезно?

Н: Почему? Ты же серьезно предположила, что я влюблюсь в своего начальника… Хоть он и жуткий тип.

Р: Это другое. Раша я давно знаю, мы привыкли друг к другу. Побывали во многих сложных ситуациях, преодолели много препятствий. Он… потрясающий мужчина, но завести с ним роман было бы неразумно с моей стороны.

Н: А может, неразумно упускать такого мужчину? Тем более раз вы так неплохо сработались. Слаженная команда — это прекрасная психологическая совместимость. А это немаловажно и в семейной жизни…

Р: Раш не заводит длительных отношений, только кратковременные интрижки. Это осложнит наши отношения. Он причинит мне боль, а я не смогу его отпустить. Так что лучше и не начинать. К тому же… Мы столько времени вместе, а он ни разу не попытался со мной переспать. Я не в его вкусе. Хотя мой друг считает, что однажды я с ним пересплю — и это без вариантов.

Н: Читая твой ответ, я легко могу сделать вывод, что у тебя к нему гораздо более глубокие чувства, чем ты хотела бы себе в этом признаться! И знаешь, я думаю, твой друг прав!

Р: Ну-ну! Посмотрим. Солидный срок нашего с Рашем знакомства убеждает меня, что вы с моим другом — сказочники-фантасты. Лучше расскажи, что произошло у тебя с тех пор, как мы последний раз разговаривали!

Н: У меня все гораздо прозаичнее. Я завела себе питомца — Мыша! А еще я решила прислушаться к твоим словам и стреляю глазками в сторону своего начальника. Его Сайларом, кстати, зовут. Так вот, мне кажется, что я его не интересую! В какой-то момент я было решила, что он меня приревновал к дознавателю из службы охраны города (тот к нам по делам приходил), но потом оказалось, что я не права. А еще у нашей фирмы какие-то неприятности. Все очень остро реагируют даже на мелочи. А еще нападают на наши обозы, клиентов. Представь: меня сегодня предупредили о том, чтобы я вела себе предельно осторожно и чуть что вызывала начальство! Это нервирует, очень. И страшно!

Р: Нападение на обозы — это очень интересно. У нас по управлению тоже разные слухи ходят. Но пока ничего точно не выяснили. Подождем, может, просто обострение. А насчет начальника ты права, нужно брать быка за рога. У меня, кстати, друга детства тоже Сайларом зовут, и он тоже севар. Так что, если что, могу помочь советом. Так сказать, предположить по аналогии.

Н: А какой у твоего друга характер? Или ты считаешь, что одинаковые имена гарантируют идентичность характеров?

Р: Обычный. Но расы все похожи, ты же знаешь.

Н: Расы-то да, но мужчины все такие разные… Вот взять хотя бы Сайлара и Людвига. Они оба — мое начальство, но абсолютно разные. Нейр — комфортный в общении и работе, а Сайлар похож на огонь в ледяном панцире. Никогда не знаешь, когда взорвется.

Р: Вот и привыкай! Ладно, я побежала. День был трудным и выматывающим.

Н: Ты права, у меня тоже. Пока домой дошла, вся извелась от страха. Хоть и хищница-вампирюга, а темноты боюсь до ужаса!

Глава 13

Риса Ригал

К работе я приступила через пару дней, едва прошла проверки своего физического и магического состояния. И все эти дни, пока таскалась по учреждениям, проклинала начальника и его задание. Конечно, мы выявили существование неизвестной секты, у других групп тоже имелись полезные находки, но все это никак не помогло в поисках разгадки — почему участились прорывы?

Но есть и еще один вопрос, который занимает меня не меньше. Как мне завлечь в свои сети красавца-вампира? И мысли постоянно подкидывают мне совет Ники. Ревность.

Я должна показать, что пользуюсь популярностью, что есть много мужчин, которые не отказались бы быть со мной. И не просто первых попавшихся мужчин, а успешных. Следующая мысль всплыла как картинка — Раш и Лутак. Нужно привлечь их к делу. Друг уже обещал помочь, а напарника я и так потискаю. Без спроса!

Через несколько дней после того как я определилась с планом действий, у нас был запланирован общий сбор всех отделов. Рассевшись группами, мы разговаривали в ожидании начала нудного семинара.

Естественно, я решила не упускать шанс и подсела к Лутаку. Его пассии тут не было, зато был вампир — сидел со своей невестой или девушкой… Или кем там она ему приходится?

— Мне нужна твоя помощь, — прошептала я, наклонившись к Лутаку.

— В чем? — так же шепотом спросил меня он.

— Я хочу заставить вампира ревновать.

Лутак посмотрел на меня как на дуру.

— Риса, как можно заставить мужчину ревновать, если он тебя не любит?

— Ну, он должен увидеть, что я пользуюсь вниманием у мужчин. Ты обещал мне помочь!

Друг хмыкнул.

— Что же не попросишь своего ужасного чадара?

— Он неожиданно заболел перед семинаром.

— Хитрый, зараза, — пробормотал с досадой Лутак. — Хорошо, давай.

Заметив краем глаза, что в нашу сторону покосился объект моей симпатии, я улыбнулась Лутаку и провела по его груди рукой. Мы привлекли внимание, и не только вампира. С любопытством на нас посматривали уже все.

— Возьми меня за руку, — нежно улыбнулась я другу.

— Что? — недоуменно спросил он у меня.

— Возьми меня за руку, дурак! — тихо зашипела я, не переставая улыбаться. — Он на нас смотрит.

— Не только он, — пробормотал друг, сцапав мою ладошку и прижав к своей груди.

— Тебя это смущает? — приподняла я брови.

— Нисколько. — Рука Лутака погладила меня по щеке и заскользила вдоль волос. — Тем более я решил сменить направление своей привязанности.

Заметив, как резко я занервничала, друг рассмеялся.

— Да не ты, чудо.

— И кто же это? — спросила я, положив руки и подбородок на плечо Лутака.

— Его девушка. Я решил отбить ее.

— Ну ты и болва-а-а-ан, — простонала я, уткнувшись в плечо друга.

— Много ты понимаешь!

Я рассмеялась. Теперь у меня есть надежный союзник, а значит, удача улыбнется и в моей жизни появится мужчина. Эх, знала бы я тогда, насколько окажусь права!

* * *

Следующий удачный момент подвернулся с Рашем, когда мы были на общей физподготовке. Поскольку женщин, кроме хранителей, здесь не наблюдалось, Сонха, отработав тренировочную программу, сидел на лавочке и скучал.

Решив не упускать момент, я присела рядом и положила подбородок ему на плечо. Непроизвольно бросилась в глаза ширина и мощь плеч чадара — Лутак нервно курит в сторонке.

Раш покосился, словно пытаясь понять, что именно я задумала.

— Мне нужно, чтобы вампир меня приревновал, — объяснила я свою задумку.

— Так что ж ты сразу не сказала? — напарник обхватил меня лапищей за талию и прижал к себе. — Всегда готов помочь.

Притиснутая к сильному телу, я не могла не отметить его достоинств: у Раша очень красивая фигура.

— И где твой «каприз»?

— Он не каприз! — возмутилась я, прижавшись всем телом к напарнику и из-за его плеча пытаясь взглянуть на вампира. — И он сейчас смотрит на нас.

— Еще бы не смотрел! — хмыкнул Раш.

— Идет сюда! Давай, скажи мне что-нибудь соблазнительное.

Я почувствовала, как напарника просто трясет от смеха.

— Ты сегодня такая неотразимая, — все еще посмеиваясь, промурлыкал Раш.

Посмотрев на него, я хотела ответить какую-то банальность, но не смогла.

— Мне несказанно приятно было слышать это от такого мужчины.

— Какого же? — приподнял брови Раш.

— Сильного… м-м-м… умного… э-э-э… популярного…

Напарник, чуть сощурившись, все еще улыбался мне. Правила игры приняты.

— Просто такая… неординарная девушка, как ты, не может не привлечь внимание. Сразу, как только я увидел тебя, решил: скучно с тобой не будет. И работой я буду обеспечен до конца своих дней, а именно — вытаскивая… э-э-э… спасая прекрасную девушку.

— Смотрю, снова хочешь попасть в лекарское отделение? — едва слышно процедила я.

Поглаживая меня одной рукой по спине, вторую напарник опустил мне на пятую точку, явно провоцируя. Если сорвусь — провалю свой план обольщения, выходит, придется позволить неприличные прикосновения.

Но в эту игру могут играть и двое, и я забралась руками под куртку чадара, еле-еле обхватив его талию.

— Какое счастье для тебя, что девушка может сама о себе позаботиться. И героям нужно отдыхать. Главное — не потерять форму… — протянула я и тут же добавила: — Но это, конечно, не про тебя.

Мы с Рашем так увлеклись перепалкой, что чуть не проморгали тот момент, когда Тизл, для которого и разыгрывалось представление, покинул тренировочный зал. Вампир был очень задумчив. Неужели сработало?

Я тут же выбралась из объятий напарника.

— Неужели бравый герой нас покинул? — спросил Сонха, даже не обернувшись, чтобы проверить свою догадку.

— Да. Как думаешь, у меня получится моя задумка?

— Скорее всего, — сказал Раш.

Я радостно улыбнулась.

— Но толку от этого не будет.

— Почему? — враз посерьезнела я.

— Тебе это не нужно.

— Может, я сама решу, что мне нужно? — начала злиться я.

— Вот увидишь. Ты все это завоевание затеяла из-за моих шуточек насчет твоей личной жизни. Пытаешься что-то доказать себе и мне.

На некоторое время я потеряла дар речи.

— Ты самоуверен до не возможности!

— Главное — я прав, — подмигнул мне Раш, поднимаясь и направляясь на один из матов, чтобы размяться.

А я смотрела ему вслед и думала: «Есть ли на свете еще мужчина с таким самомнением?»

* * *

С момента последнего прорыва минуло уже несколько дней и ничего не происходило. Раньше это был повод радоваться, теперь же между работниками Дозора наблюдалось напряжение. Все ждали, что будет дальше. Были ли последние прорывы случайностью или такое будет теперь повторяться систематически?

Памятуя о том, где могу найти ответы, я отправилась к Лутаку. На улице уже стемнело, но я с работы уходить не собиралась. Тем более что с Никой мы договорились списаться намного позже, она обещала сообщить интересные сведения. А еще меня угнетало одиночество, и потому ничто не мешало утолить любопытство.

Друг тоже находился на работе. Я осторожно постучала в дверь его кабинета и зашла.

— С каких пор ты стучишься, прежде чем войти? — усмехнулся друг, сидя за столом.

— С тех пор как узнала, что ты крутишь романы на работе. Вдруг забегу, как обычно, а тут… м-м-м… занято? Конфуз, однако, будет.

— Зараза, — прокомментировал мои пояснения Лутак.

— Не без этого.

— Зачем пришла? — приподнял бровь друг.

— Ты обещал мне выяснить один вопрос, по поводу прорывов…

— Да, и сдержал обещание. Встретился с некоторыми коллегами и знакомыми.

— И?

— По мнению большинства, прорывы будут продолжаться, не систематически и, возможно, с ухудшением ситуации и увеличением количества.

— Лутак…

— Я знаю. Прорывы были и раньше. Никто не может предположить, почему они начались, как и то, чем закончатся. Ваши рейды по розыску каких-то улик не сильно помогли в исследовании данного вопроса.

Неудивительно.

— Есть опасность подобных спонтанных прорывов и дальше, с этим ничего не поделаешь. Они не имеют никакой схемы и совершенно хаотичны. И тебе придется смириться с этим.

— Надолго?

— Пока сказать очень сложно.

— У меня появилась информация, что на юге тоже зафиксированы прорывы. Спонтанные, с несколькими тварями. Хвала богам Айфира, что не с такими крупными, как в нашем последнем случае. Хотя в любом случае это не типично для того региона, сам знаешь! Также поступила информация, что участились нападения на обозы, причем хорошо охраняемые. И перевозящие крибон! Я не знаю, насколько важна эта информация, и постараюсь быть в курсе событий. Может, это и не связано с происходящим у нас и объясняется происками конкурентов, но сбрасывать со счетов эту версию, думаю, не следует. Интуиция буквально кричит об этом!

Следующего задания я боялась, хотя время показало, что зря. Произошло стандартное нагнетание и через сутки прорыв. Неужели все, что было, — это случайность?

* * *

После последнего задания тревога о работе отошла на второй план. А на первое место вышла навязчивая потребность заполучить желанного мужчину. И для этого я не гнушалась любыми средствами, в пределах разумного, конечно.

Главной в моей стратегии все же оставалась ревность. И, естественно, не моя. Везде, где вампир мог увидеть, я старалась продемонстрировать, что мной интересуются мужчины. Улыбаться коллегам чревато: мы вместе работаем, а вот служащим остальных отделов…

И, конечно, в этих целях я всячески использовала Лутака.

Вскоре после нашего разговора о прорывах я поймала друга в коридоре и, краем глаза наблюдая за вампиром, что разговаривал с нашим начальником, подтащила к себе.

— Что ты делаешь? — возмутился севар.

Ухватив друга за край халата на груди, я подтянула его поближе.

— Ты сейчас пригласишь меня на свидание, — сообщила я Лутаку, продолжая удерживать за воротник.

— Чего?! И зачем я это сделаю?

Оторвав взгляд от вампира, я перевела его на друга.

— Ну ты что, совсем неадекватный? Я имею в виду — понарошку.

— Да, такого в моей истории общения с женщинами еще не было, — иронично заметил друг.

— Вот заодно приобретешь новый опыт.

— Не уверен, что он мне нужен.

— Лу-ута-а-ак… — зашипела я.

— Хорошо! Приглашаю тебя понарошку на свидание.

— Пригласи погромче, и то, что свидание ненастоящее, уточнять не стоит.

Едва сдерживая смех, севар подчинился.

Неожиданно вампир оторвал взгляд от моего начальника и, перед тем как развернуться и удалиться, подмигнул мне. А я, улыбнувшись, на радостях крепко обняла Лутака.

— Риса, а не могла бы ты понежнее меня душить? — пропыхтел друг.

Отпустив севара, я пихнула его ладошкой в плечо. Шутник!

Чего я тогда не заметила, так это пристального удивленного взгляда напарника, который шел по коридору у меня за спиной, направляясь в нашу сторону. И зря.

Некоторое время я старалась спровоцировать вампира приревновать меня, и мне все больше казалось, что с каждым разом успех все ближе. Объект моей осады, проводя время со своей девушкой, все чаще смотрел на меня и не замечал, что его пассия смотрит на моего друга. Увы, пока дальше взглядов дело не зашло, а моя фантазия совсем истощилась. И тут сюрприз преподнес Раш.

На одной из тренировок он между упражнениями подсел ко мне и спросил:

— Я могу поздравить?

Раздумывая в это время о том, что еще можно предпринять и чем заинтересовать вампира, я с непониманием уставилась на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Твои отношения с этим занудным севаром.

— Что за севар? И почему у меня с ним отношения? — совсем запуталась я.

— Риса, ты меня за дурака держишь? — начал раздражаться напарник. — Не хочешь, чтоб я знал, — так и скажи.

— Ты можешь нормально объяснить, что ты вообще имеешь в виду?

— Я о твоем романе с Лутаком.

Несколько секунд я молчала и обдумывала сказанное.

— Нет у меня никакого романа. Лутак — мой друг и помогает мне в завоевании вампира. Это все.

— И поэтому вы на каждом углу заигрываете друг с другом?

— Ты говоришь глупости. Если бы все обстояло именно так, то в коридорах говорили бы о моем романе с ним, а не с тобой. Видимо, твоя помощь оказалась более откровенной.

И действительно, с Рашем в большинстве случаев у нас был в большей степени физический контакт, хоть и шутливый. С Лутаком же только флирт, и то для окружающих. На самом деле мы могли с милыми заигрывающими улыбками обсуждать и прорывы, и какие-то новости Дозора. А вот с Рашем я была осторожна, поскольку мне не всегда удавалось сдержать свою физиологическую реакцию на него.

— Оно и видно. Надеюсь, хоть не забудешь про меня и на свадьбу позовешь?

— Сейчас я готова тебя не позвать, а послать… на следующую тренировку. Пошли, — потянула напарника с лавочки. — Вот увидишь, время покажет, что твои подозрения — глупость. Как, впрочем, и большинство мыслей.

— Ах, так, — хмыкнул Раш и, едва мы оказались на матах, сделал подсечку. Я полетела вниз.

Поднявшись, я оскалилась и бросилась на коварного чадара. Когда-нибудь я его доконаю!

Глава 14

Никеа Лавейская

— Мне требуется самая мощная охрана! Самая-самая! У меня есть средства, так что я могу себе позволить многое, недоступное простым смертным, — вещал сидящий передо мной толстый рыхлый ведьмак. — Вы должны понять, что моя жизнь под угрозой, поэтому я не могу рисковать, нанимая неквалифицированных телохранителей, а вашу фирму мне рекомендовали очень солидные господа. Естественно, с другими я не якшаюсь! И хочу, чтобы моя охрана соответствовала моему высокому положению. Слушалась беспрекословно, четко выполняла указания и вообще…

Пока слушала мужчину, мысленно оценивала его внешний вид, соотнося со словами. Одежда не слишком дорогая, апломбу и гонору много, и даже чересчур, но манеры и поведение… Чувствуется что-то наносное, ненастоящее в этом «солидном» ведьмаке. Уж я-то знаю аристократов и общалась с по-настоящему богатыми господами, а этому субъекту до них — как до северных гор пешком.

— У нас заслуженная репутация! — уверенно заявила я, на грани невежливости прерывая излияния ведьмака.

— И сколько же вы планируете нанять телохранителей? — Со стороны кабинета раздался голос Оша, в котором слышалась едва заметная насмешка.

— Пятерых, не меньше! — все еще с гонором ответил толстяк.

— Сайлар Нирович, позвольте представить вам господина Эодия Мура. Господин Мур — промышленник и срочно нуждается в наших услугах!

Ведьмак повернулся в сторону Оша и быстро оценил моего начальника. Ровнее сел в кресле возле моего стола, стер с лица высокомерное выражение, а взгляд суетливо забегал по сторонам.

— Пятерых? Самых-самых? Ну, если золотой в день — за каждого телохранителя — вам по карману, мы без сомнений тотчас предоставим вам на выбор нескольких, — с бесстрастным выражением на лице произнес Ош.

При этом он с таким насмешливым видом уставился на толстяка, что я невольно захотела улыбнуться.

— Золотой? В день? За каждого? Хм-м-м, а если не самых-самых? — с досадой спросил ведьмак.

— Десять серебряных. За каждого, — все так же спокойно ответил Ош.

— А может, есть еще попроще? — уныло спросил Мур.

С каждым ответом Оша его толстые плечи все сильнее опускались вниз.

— Попроще? Боюсь, более простые телохранители не будут соответствовать вашему высокому положению. Что подумают простые смертные, когда вы, с вашими средствами, наймете не самых-самых?! А позвольте узнать, в какой области вы промышляете? — уже заметно ерничая, полюбопытствовал Сайлар.

Откинувшись на стуле, я наблюдала за ним и толстяком, словно в театре на представлении.

— Э-э-э… Ну, я несколько преувеличил свои возможности… — проблеял ведьмак.

— Ну а все же? Нам в любом случае необходимы точные сведения, ведь вы же понимаете, что охранная деятельность требует точности и осведомленности, чтобы сохранить жизнь и состояние объекта, — насмешливо, но очень профессионально заявил Ош.

— Ну, я как бы… э-э-э… я владелец пекарни на улице Первых Республикантов, — с отчаяньем ответил рохля, а потом быстро добавил, чуть не плача: — Я понимаю, что несколько погорячился с утверждениями, но я действительно сильно нуждаюсь в охране. Моя жена изменила мне с мясником, а я… Я распустил про него нехороший слух… Но он сам во всем виноват! Грязный домогатель до чужих жен! А теперь он грозится меня зарезать. Нет, порубить на паштет! Вы можете это представить?! А особисты из городской охраны смеются надо мной и говорят, что когда мясник начнет меня убивать, вот тогда приедут разбираться!

Мужика заметно трясло одновременно от страха и возмущения.

— Цена вам известна, так что решать вам, — улыбаясь одними глазами, произнес Ош.

— Десять серебрушек? — переспросил Мур с трагизмом в голосе.

Сайлар молча кивнул.

— А нет ли кого-нибудь еще подешевле? — просительно посмотрел на нас обоих пекарь.

— Следователи из отдела дознания по особо жестоким преступлениям! — припечатал Ош, заставив Мура побледнеть.

— Хорошо, я согласен, — понурив голову, ответил рогоносец и сплетник.

— Ника, оформляйте стандартный договор. Впишите в него для охраны объекта имя Питера.

Мур поерзал на стуле и с недоверием, но и с надеждой спросил:

— Вы думаете, одного будет достаточно?

— Более чем! — мрачно ухмыльнулся мой хозяин и, развернувшись, удалился к себе в кабинет.

Мур перестал изображать из себя пуп земли, и мы быстро решили вопрос с оформлением договора.

Затем я вызвала Нейра, чтобы тот провел инструктаж с Муром и нашим наемником Питером.

— Ника, кофе мне, пожалуйста! — уже привычно гаркнул Ош из кабинета.

Прибрав на столе, я приготовила кофе и принесла в кабинет. Хозяин сидел за столом, и мне пришлось подойти к нему практически вплотную, чтобы поставить на стол небольшой круглый поднос с чашкой. Не знаю почему, но в этот раз на блюдечко я положила несколько печенек и вкусную булочку, которую купила сегодня по дороге на работу.

Нечаянно поймала заинтересованный и слегка удивленный взгляд Оша, который, осмотрев мое подношение, в упор посмотрел на меня.

— Спасибо, Ника, а то я сегодня не успел ни позавтракать, ни пообедать. Так что теперь благодаря вам не умру от голода, — пробасил он странно хрипловатым голосом.

Я снова впала в загадочный ступор, залюбовавшись блеском его черных волос, которые он привычным жестом заправил за ухо; болотными глазами, в которых сейчас стали заметны золотистые искорки, и синеватыми из-за проступившей щетины щеками и подбородком. Даже кончики пальцев зачесались от желания провести по ним и узнать, а какие они на ощупь — колючие или еще нет?

— Послушайте, Ника, не надо играть со мной в ваши женские игры! — неожиданно жестко произнес Сайлар.

И именно это помогло мгновенно забыть о моем увлечении его персоной. Вскинув на него испуганный взгляд, ощутила, как смущение горячей волной заливает мои щеки.

— Я не понимаю, о чем вы, Сайлар Нирович. Простите, мне надо отнести смету господину Нейру. Для отчетности.

Ош смотрел на меня холодным изучающим взглядом, словно выискивая ложь в моих глазах или в выражении лица. Затем молчаливым кивком отпустил меня, а я едва сдержалась, чтобы не вылететь из кабинета стрелой.

* * *

Сумерки уже заглядывали в окна — фактически конец рабочего дня. Клиентов я больше не ждала. После неловкой ситуации в обед я старалась не попадаться Ошу на глаза, а если он сам обращался ко мне, то смотрела куда угодно, только не на него.

Собрав вещи и не прощаясь, выскользнула из конторы и направилась домой. И уже на полпути вспомнила, что забыла булочки, купленные утром для вечерних посиделок с Мышем. Пришлось возвращаться.

Странно, почему-то уличная дверь, что вела сразу в контору, была заперта, пришлось обходить через опустевший служебный двор.

Пройдя к своему столу, я неожиданно услышала разговор в кабинете хозяина.

— Знаете, господа, у меня складывается впечатление, что причина вашего визита ко мне не проблема охраны вашего обоза, а нечто другое!

— Может, мы обсудим этот вопрос и с господином Нейром? И вас не будут беспокоить беспочвенные ощущения.

— Думаю, не стоит отрывать моего начальника службы безопасности от его дел. Он вряд ли сможет сейчас присоединиться к нам.

— Ага, значит, вы, Ош, сидите тут один как перст?

— Чего вы хотите? Я уже понял, что вы сюда не за охраной пришли!

— Ты самый глупый севар на всем Айфире! Наш хозяин уже не раз делал тебе намеки — сворачивай свои дела, этот город занят, но ты упорно отказываешься понимать.

— И кто же твой хозяин, хотелось бы мне узнать?

— А это не твое собачье дело! Тебя предупреждали неоднократно, а ты добрым советам не внял. Теперь за это поплатишься!

Я похолодела, слушая мужские голоса. Один из них явно принадлежал Ошу, а второй был мне незнаком. Неожиданно что-то зашуршало, послышался стук, а затем удивленное восклицание и следом — злобные ругательства.

Следующее, что я услышала, был мрачный смех Оша.

— Видимо, ваш хозяин вас, идиотов, не предупредил, что я — единственный на Айфире севар, на которого не действует магия. К сожалению, чаще всего это по жизни доставляет мне неудобства, но иногда, в случаях вроде нашего с вами, спасает жизнь.

— Ошибаешься, севар, нас предупредили! И даже снабдили немагическими болтами к арбалету. Наверняка специально для тебя заказаны. Можешь гордиться! А еще лучше — быстрее сдохнуть!

Больше ждать я не смогла, схватила со стола деревянное пресс-папье и ринулась в кабинет.

Одного взгляда хватило, чтобы уловить обстановку в кабинете хозяина и оценить ситуацию. Сам Ош стоял вполоборота ко мне, чуть в стороне от двери. Ближе к столу застыли двое мужчин-вампиров. Оба в черных длинных плащах с капюшонами. Один держал в руках двухзарядный охотничий арбалет. Явно переделанный: ложе более короткое, ложбинка под болт расширена, чтобы увеличить убойную силу. Я знала это, потому что мой клан зарабатывает охотой и мне приходилось часами выслушивать разговоры отца и братьев о различных видах оружия. И похоже, арбалет заряжен и готов к выстрелу.

Все трое мужчин, заметив меня, напряглись. Незнакомцы, быстро осмотрев, скривились, а Ош явно испугался — не за себя, а за меня.

— Она вам не нужна. Отпустите девушку! — жестко практически приказал мужчинам Ош.

При этом он сделал маленький шажок в мою сторону.

— Посмотрим! — криво ухмыльнулся один из вампиров, наставляя арбалет на Сайлара.

Быстро подняв руку, я укусила себя за палец, пуская кровь, хотя не успела даже придумать, чем помочь хозяину.

Ош стремительно схватил стул и запустил в сторону незнакомцев, но один из них, выбросив вперед ладони, остановил летящий в них предмет (есть у нас, у вампиров, такая способность).

— Беги! — прорычал Ош, обращаясь ко мне и хватая новый стул, чтобы отвлечь от меня внимание.

Я видела, что вампир с арбалетом готовится сделать выстрел. Еще мгновение, и у него будет целых две возможности убить моего хозяина. Я скользнула к Сайлару, одновременно со щелчком спускового механизма, выпускающего смертельный болт, в защитном жесте выставляя ладони.

Болт ударился в энергетическую стенку, которой я прикрыла себя и Оша, и полетел в обратную сторону, задев плечо второго убийцы. А меня отдачей с силой швырнуло на Оша, который без особых церемоний и не очень вежливо толкнул меня за кресло. В следующий миг он смазанным пятном (так велика была скорость его движения) ринулся на незнакомцев.

Я чудом не завизжала, увидев второй спущенный болт, летящий в севара, но Ош на долю мгновения замер, пропуская мимо себя железную смерть, и тут же продолжил движение. Завязалась короткая схватка.

Выглядывая из-за стола, я увидела, как плавным стремительным движением Ош оказался за спиной одного из нападающих, перехватил руку не успевшего среагировать убийцы и воткнул зажатый в той короткий кинжал в грудь второго вампира. И уже потом одним мощным движением свернул шею его подельнику.

Жуткая жуть! От звука ломающихся позвонков меня затошнило, захотелось рухнуть на пол в обмороке, но не получилось. Гадство!

Сглатывая горькую от ужаса слюну, я не могла оторвать взгляд от двух тел наемных убийц, которые некрасиво и жутко лежали у ног севара.

Ош, сильно прихрамывая на правую ногу, обошел трупы и стол и, наклонившись, пошарил под столешницей. Через несколько мгновений в кабинет ввалились Нейр, Хойта и Дарик — один из наших наемников. Осмотрев комнату, меня и хозяина, все трое присвистнули.

— Кронус нас скоро возненавидит! — прокомментировал Людвиг.

— Хм, придется мне все же сходить на свидание с Эйком. Может, он поможет утихомирить главного дознавателя… — неуверенно и мрачно пробормотала Хойта.

— А что, Эйктебя приглашал? — недоверчиво спросил Дарик, почесав давно не бритую щеку.

— А чем я хуже остальных? — злобно уставилась наша воительница на коллегу.

— Я слышал, ему нравятся хрупкие, нежные создания, такие, как наша Ника, — кивнул он на меня, сидящую на полу возле кресла. — А ты его пополам переломить можешь, если он тебя расстроит чем-нибудь.

— Месяц назад, когда они с Кронусом вели дело о покушении на Демица, я была с ним в спарринге. И, знаешь, он — лучший боец, который попадался мне под руку. Так что не думаю, что он меня испугается, — ухмыльнулась довольная Хойта.

— Ника, ты как? — с участием спросил меня Людвиг, присаживаясь рядом на пол.

— Это было ужасно, особенно звук ломающихся позвонков! — просипела я.

— Какого криволапого тагара ты вмешалась?! Тебя могли убить! — проревел Ош.

И именно этот злой вопрос прорвал плотину моих слез. Уже чувствуя, как они ручейками потекли по щекам, ответила:

— Они стреляли в вас! Как я могла остаться в стороне? Ведь они хотели и могли вас убить? Неужели я помешала вам, отведя от вас болт?

Людвиг погладил меня по растрепанным волосам и, как маленькой, пояснил:

— Ош служил в Дозоре, у него профессиональная подготовка для борьбы с тварями, и поверь, нерадивые убийцы с такими пукалками ему не страшны. А вот ты могла пострадать!

— Дарик, вызывай сюда Кронуса, думаю, он здесь быстрее всех разберется. Ника, вам придется остаться, чтобы дать показания, — уже более спокойно и без злости приказал Ош.

А я все плакала. Моя помощь, оказывается, для него помеха, впрочем, как и я сама.

Хойта наклонилась, рассмотрела арбалет, а потом, криво ухмыляясь, заявила:

— Хм-м, двухзарядный, переделанный. Да еще и не магпули, а простой металл. От одного болта ты бы увернулся без труда, Ош, а вот если бы убийца два подряд выпустил — то уже не факт. Так что наша анимишка, вероятнее всего, спасла тебе жизнь!

— И сама под пулю подставилась! — рыкнул в ярости Ош.

— Сай, я чего-то не понимаю… Тебя именно это так бесит? Что она, защищая тебя, подставилась сама? — насмешливо поинтересовался Людвиг.

Думаю, мы все услышали отчетливый скрип зубов севара. Хойта подошла ко мне, протянула руку, помогая встать, а потом предложила:

— Ника, пошли кофейку попьем, нервы успокоим, а то сейчас сюда толпа бравых ребят набьется и начнут донимать вопросами. Так что надо быть во всеоружии.

* * *

— Госпожа Лави, счастлив вновь так скоро видеть вас! — мурлыкнул Эйк, стоило ему появиться в дверях нашей конторы.

Его напарник — Кронус — лишь хмуро кивнул, приветствуя, и тут же прошел в кабинет. А вот ведьмак задержался, присаживаясь на край моего стола, вызвав этим мое раздражение. Ну не люблю я, когда на мой стол кто-то свой зад пристраивает!

За дознавателями заявились криминалисты с чемоданами магических приборчиков и магфотоаппаратом.

— Как вы? — тихо спросил Эйк, наклоняясь ближе и упираясь руками в подлокотники моего кресла.

От такой близости между мной и ведьмаком я почувствовала себя неловко. А еще смогла очень хорошо рассмотреть его глаза — черные озера, в которых тем не менее можно было различить еще более темные точки. Непостижимо, но факт.

— Жива. Думаю, это хорошее успокоительное, — устало ответила ему, едва заметно улыбнувшись.

Наверное, невозможно было остаться полностью равнодушной к океану обаяния, что излучал этот ведьмак. Он придвинул мое кресло поближе, так что теперь я оказалась между его ног. А потом, заглядывая мне в глаза, вкрадчиво спросил:

— Сильно испугались? Ведь стреляли? Угрожали, наверное?

— До ужаса! — честно призналась я.

Даже передернулась, вспомнив все, что произошло.

— Я забыла булочки и решила за ними вернуться. Дверь была закрыта, пришлось обходить через двор. А уже тут услышала разговор. Сайлар Нирович разговаривал с ними как с клиентами, но быстро понял, что эти типы не за охраной к нам пришли…

— Ты к нему по имени и отчеству обращаешься? — перебивая меня, заинтересованно спросил Эйк.

— А как иначе? Ведь он… — попыталась пояснить дознавателю.

Но Эйк снова перебил, услышав мои первые слова и отметив неподдельное удивление на моем лице:

— Занятно! Так-так, а что дальше было?

— А они ему угрожать стали, сказали, что их нанял кто-то, а потом пригрозили убить. Ну и тут я не выдержала, схватила пресс-папье и кинулась в кабинет. Там они и шеф. А он меня в сторону оттолкнул, когда стрелять начали…

— То есть, услышав, что там Сайлара убивать собираются, ты не раздумывая кинулась его спасать, да? — резюмировал мои сбивчивые объяснения Эйк, почему-то глядя чуть в сторону.

Я хотела повернуться, чтобы увидеть, куда он смотрит, но мне не дали. Ведьмак ухватил пальцами мой подбородок, не давая отвести взгляд. Я слышала, как толчется в кабинете народ, но здесь, в холле, мы были одни.

— Эйк, что ты делаешь? Я…

А в следующее мгновение он поцеловал меня. Нежно, но настойчиво. Смакуя мои губы, пробуя их на вкус. В первый момент я растерялась и замерла, испытывая двоякие чувства. С одной стороны, мне нравилось ощущение его теплых губ на моих, но… Гад он!

Резко отстранилась и, размахнувшись, ударила его по щеке.

— Зачем ты это сделал? Я… я не давала повода, а ты… Ты украл мой первый поцелуй, испортил все! Я хотела, чтобы одному! А ты…

Эйк потер щеку, мягко улыбнулся, а потом тихо произнес странную фразу:

— Поверь, это тебе только поможет. Скоро поймешь почему! И мне приятно, что твой первый поцелуй достался мне, я сохраню в памяти его вкус на долгие годы.

— А ты уверен, что они у тебя будут, после того как я с тобой поговорю по-мужски? — раздался вкрадчивый голос Оша.

У меня глаза округлились от страха, и я медленно повернула голову в ту сторону, откуда прозвучал вопрос. Сайлар стоял, широко расставив ноги и хлеща себя хвостом по голеням, что ясно показывало — хозяин в ярости. А сам Ош тем временем уже ядовито продолжал:

— Я слышал, что ты кобель, но не думал, что идиот! В соседней комнате два трупа, она пережила покушение, стрельбу, видела смерть, а ты очень вовремя и, главное, уместно флиртуешь, целуешься… Я смотрю, тебя работа не слишком напрягает. И, главное, понимаю, почему тебя с прежнего места работы выперли!

— Я же не обсуждаю, по какой причине ты ушел из Дозора! — ехидно отпарировал Эйк, затем продолжил: — Зато смотри, Ника уже не о трупах думает, а лишь о том, как бы мне морду расцарапать.

— Эйк, что там с показаниями помощницы? — спросил вышедший из кабинета Кронус.

— Однозначно — самозащита! На Оша совершили очередное покушение, Ника стала невольной свидетельницей. Забыла булочки на работе, вот и вернулась. А когда разговор в кабинете вышел из мирного русла и хозяина попытались шлепнуть, наша вампирочка решила защитить шефа и кинулась на помощь. Все как в романтическом романе, по которым нынче модно постановки в театрах ставить. Знаешь, напарник, они пользуются большой популярностью, особенно у дам. Ты тоже сходи, вдруг встретишь там ту, которая и тебя кинется закрывать своей грудью от арбалетных болтов?

Первая половина монолога Эйка была четкой констатацией фактов и событий, что позволило мне сделать неутешительный вывод: пока мне сочувствовали, попутно выясняли полезную информацию, а потом еще и развлеклись за мой счет.

А вот вторая половина рассказа ведьмака заставила лица Кронуса и Сайлара потемнеть от злости.

— Договоришься когда-нибудь! — беззлобно, но с предупреждением процедил седой, но еще не старый вампир.

— Все всегда случается когда-нибудь! Не я первый, не я последний! — философски заметил ведьмак.

Эйк улыбнулся мне, встал с моего стола, а потом, уже обращаясь к Ошу, холодно спросил:

— Думаешь, конкуренты?

— Почти уверен! Из их слов стало понятно, что заказчик моего убийства страстно желает избавиться от меня и моей фирмы. Они там блеяли насчет того, что этот город — уже занятая территория и мне пришла пора убираться отсюда.

— Видимо, ты наступил на чью-то очень большую больную мозоль, Сайлар, — невесело произнес Кронус.

— Я разберусь, и в ближайшее время! — жестко и, главное, обещая процедил Ош.

— За девочкой своей проследи. Могут из мести напасть на нее или на любого из твоих наемников, — напутал меня предположением Эйк, а потом весело добавил: — Красотку Хойту, так уж и быть, я сам сегодня провожу.

После его последних слов я чуть не рассмеялась, вспомнив недавнее горячее желание Хойты сходить с ним поужинать, а заодно и позавтракать. Мой сдавленный смешок не укрылся от Оша. Встретились с ним взглядами и вместе улыбнулись. Я с замиранием сердца смотрела, как простая улыбка меняет его лицо. Делает моложе, мягче и задорнее.

Мне показалось, он неохотно разорвал наш первый, такой немного личный зрительный контакт и продолжил разговор с дознавателями.

Лишь к ночи все успокоилось. Трупы увезли, криминалисты закончили с обследованием помещения, дознаватели составили протоколы, а наши наемники рассосались по своим делам.

Я улыбалась, глядя на то, как Хойта за спиной Эйка судорожно поправляет на себе, к моему удивлению, милое женское платье и прическу. Он все же решился проводить ее домой, а может, и напроситься на завтрак.

Затем я вернулась от окна к столу и, окинув его взглядом, взяла сумочку и пакетик с булочками.

— Вы готовы идти домой? — послышался из кабинета голос Оша.

— Э-э-э, да, Сайлар Нирович, — неуверенно ответила я.

— Думаю, теперь вам лучше звать меня просто по имени. Сегодня мы с вами свой пуд соли съели, так что можем перейти на более близкий уровень общения.

Сайлар вышел из кабинета, закрыл дверь и только потом повернулся ко мне лицом, проверяя, какое впечатление он вызвал у меня своими словами.

Я же смутилась, особенно после упоминания о более близком уровне общения. И, судя по тому как потеплели мои щеки, Ош заметил мое смущение.

— Я провожу вас до дома, Ника. Уже поздно, и лишние неприятности нам ни к чему. Я прав? — вкрадчиво произнес он.

А я все переваривала то странное ощущение, которое возникло во мне от этого смешения вкрадчивости и глубокого рыкающего баса, которым обладал стоящий передо мной севар.

— Благодарю, Сайлар Нирович, — почти прошептала я от переполнявших меня эмоций и чувств.

— Я же попросил — просто Сайлар, — мягко пожурил меня Ош.

— Хорошо… Сайлар, — вот теперь точно шепотом повторила я.

И так приятно было произнести его имя вслух, словно пробуя на вкус. Очень аппетитное имя, оказывается. Могу и привыкнуть к нему.

Закрыв контору, мы направились вверх по улице в сторону моего дома. Шли молча, но тишина не тяготила нас и не разделяла, она было умиротворяющей и приятной.

Я отметила, что мой спутник заметно хромает, но при этом не обращает на хромоту внимания и не морщится от боли. Сильно захотелось узнать, как и когда он так изувечил ногу, что целители не смогли исправить увечье или вылечить ранение. Но я промолчала.

Мимо проехала конная ночная стража, один из верховых, узнав Сайлара, приветственно ему кивнул.

Ночь уже фактически опустилась на город, зажглись фонари, горожане почти исчезли с улиц, и мы брели вдвоем. Я нечаянно споткнулась, застряв каблуком в очередной ямке, и полетела бы на мостовую, если бы не стремительность Сайлара. Обхватив меня рукой за талию, а хвостом за бедра, придержал, помогая встать ровно и высвободить каблук.

— Спасибо! — пролепетала я.

Хвост севара скользнул вниз, высвобождая меня из захвата, а Ош взял меня за руку и повел дальше. Так мы и шли, держась за руки, до самого моего дома.

Мое счастье длилось до того момента, как Сайлар увидел покосившийся домик, в котором я живу. Его нахмуренные брови дали понять, что увиденное ему не сильно понравилось.

— Вы живете здесь? — спросил он.

Кивнула, пожав плечами. «Мне нечего стыдиться», — уговаривала себя, но чувство неловкости закралось в душу.

Мы постояли минутку, пока Сайлар придирчиво осматривал стоящие рядом дома. Я же поспешила оправдаться, даже не знаю зачем, просто его мнение обо мне было слишком важным.

— Когда я искала жилье, этот домик понравился мне не только ценой, но и расположением. В центре города, рядом нет злачных мест, а вокруг приличные соседи. Через дом от меня живет дознаватель из службы охраны порядка, а напротив — его родители. Через забор живет пожилая чета. И все соседи здесь приличные.

— Приличные — это хорошо, — задумчиво произнес мой шеф, а потом переспросил: — А в каком доме, ты говоришь, живет дознаватель?

— Через дом, вот в том красном доме. А что? — поинтересовалась я.

— Спокойной ночи, Ника. Иди в дом, — ответил Сай.

Несмело улыбнувшись ему, кивнула и пошла домой.

Надо покормить Мыша, а главное — поговорить с Рисой. Мне нужно столько ей рассказать, стольким поделиться…

* * *

Н: Риса, ты дома? Мне нужно срочно с тобой поговорить!

Р: Давай. Я тут и готова общаться. Лазаю в сети и бездельничаю.

Н: Ты не представляешь, что у меня произошло!

Р: Не представляю.

Н: На Сайлара напали прямо в кабинете! Я уже ушла, а потом вернулась: булочки забыла. А там бандиты! А я туда кинулась, думала, увидят меня, испугаются огласки и уйдут. А они стрелять начали и по мне, и по Саю. А я же вампир, мы от себя летящие предметы отвести можем. Ну, я и отвела. А они необычными металлическими пулями стреляли. Представляешь? А Сайлар их обоих убил. Прямо при мне. А мне потом та-а-ак плохо было. И дознаватели приходили. Оказывается, Саю уже некоторое время угрожают, требуют убраться из города, а он ни в какую! Он такой смелый, сильный, умный! Это невероятно жутко было. Он такой стремительный — раз-раз и всех их положил, а меня спрятал за креслом. И вообще защищал всеми доступными способами. А потом и домой проводил.

Р: Ох, Сай… И смелый, и прекрасный, и храбрый, и стремительный… А еще и домой провожает! Золото, а не мужчина. Пропала ты, подруга!

Н: Похоже, ты права, но это лишь добавляет мне печали. Я боюсь, что я ему совсем не нужна!

Р: Значит, покажи, как он заблуждается! Кстати. Я последовала твоему совету и начала осаду вампира с помощью Лутака и Раша!

Н: О-о-о, у тебя такая мощная поддержка, учитывая, что ты раньше писала, что они оба красивые и пользуются успехом у женщин. Уверена, вампир почувствовал себя ущербным и обворованным. Такую девушку уводят!

Р: Да, но оба просто клоуны! Зато Лутак решил отбить его невесту!

Н: Да уж, дружба — великое дело. Ради тебя Лутак на такие жертвы идет! Женщину чужую уводит!

Р: Да у меня тут целые баталии, чтобы на свидание пригласил. Все надо объяснять. Зато Раш развлекается вовсю! Смешной: решил, что я кручу роман со своим другом!

Н: Твой Раш как личность все интересней и интересней для меня становится. А может, он попросту ревнует?

Р: Ой, я тебя умоляю!

Н: Не надо меня умолять!

Р: Не смеши меня. Просто он и Лутак с самого начала друг друга недолюбливали. Как же — два павлина!

Н: А почему двое таких мужчин недолюбливают друг друга? Ты не думала? Может, они оба тебя любят? Везучая, вокруг тебя такие страсти кипят… А вокруг меня только ненормальные клиенты, которые клевету распускают о соперниках, земледельцы или бандиты, стреляющие в беззащитную девушку. И вообще, только Мыш меня и любит, горемычную!

Р: Эх, лучше бы не кипели! Хочу простого женского счастья. А по поводу этих павлинов — не выдумывай. Там просто битвы за охотничьи территории. Рядом с тобой — шикарный мужчина! Наслаждайся. И прибери к рукам, пока за тебя это не сделал кто-то другой.

Н: Да не прибирается он к моим рукам! Хотя Хойта — это наша наемница — говорит, что у Сайлара нет постоянной подруги. Но она также говорит, что он анимишек не любит. Я знаю, он ходит в один из клубов, где развратницы себя предлагают. Слышала, как они с Нейром пару раз об этом упоминали в разговоре. Короче, я не знаю, что думать и что делать. Ой, прости, ко мне пришла соседка — госпожа Сейта. Слава Силе, мне хоть с соседями повезло. Все как на подбор — замечательные, хотя есть и со странностями. Пока. До связи!

Р: Понятно, что ходят по клубам. Он же нормальный мужик. Не вешай нос и делай как я говорю, и все получится! Пока.

Глава 15

Риса Ригал

Мы осторожно крались сквозь небольшой лесок. Казалось, вокруг царят сумерки — высокие деревья с голыми стволами, но широкими густыми кронами не давали солнечному свету пробиться к земле. И приходилось внимательно смотреть под ноги.

Неожиданно выбрались на широкую просеку, по которой бежало множество ручьев. Иногда они сливались в один поток, а потом снова, из-за чудного лесного рельефа, разбегались в стороны, огибая корни деревьев или большие валуны.

Недалеко находилось море, и тем удивительнее было магическое напряжение именно в этом направлении — недалеко от Лукана. Возможность прорыва заметили несколько дней назад и сразу отправили на это место три группы. Неизвестно, какое количество тварей прорвется в этот раз.

Вот и сейчас, распределив между собой опасный периметр, мы кружили по нему в ожидании. Совсем скоро начнется битва.

— Риса, у тебя все в порядке? — раздался из амулета связи голос напарника.

— Да, пока все чисто. Но совсем скоро произойдет прорыв. Ты ощущаешь напряжение?

— Да. Воздух можно резать ножом.

— Значит, следуем плану, — пробормотала я.

Примерно через пару минут после нашего разговора послышался гром — рвалась материя мира. И следом над лесом раздался громкий рык. Вот и монстр, только один ли он?

Но как я ни прислушивалась, ничего нового слышно не было. Значит, один. Легкое задание. Тремя группами мы легко справимся и уже скоро отправимся домой.

Начав подбираться к месту локализации опасности, я связалась с напарником:

— Раш, что будем делать?

— Сегодня мы просто прикрываем. Хотя можно вообще домой отправляться. Чак и Райф прекрасно справятся.

Я с ним согласилась. Эта команда — хорошие профессионалы.

— Давай встретимся у большого дерева. Вторая команда будет прикрывать с моря.

— Договорились.

Уже не осторожничая, я старалась быстрее добраться до места встречи.

Напарник оказался здесь раньше меня и уже занял выжидательную позицию, рассматривая местность. Еще одна группа расположилась недалеко от нас, ближе к воде.

— Интересно, часто мы так будем простаивать на заданиях? — присоединилась я к нему.

— Думаю, пока все не успокоится. В последнее время затишье, и есть неплохой шанс, что все войдет в свою колею.

Эх, жаль, Раш не младенец и его устами не глаголет истина. Примерно через пять минут, когда первый прорыв оказался практически локализован и чудовище почти добили, мы с напарником услышали гром и треск — снова рвалась материя мира.

— Что за?.. Не может прорыв произойти в соленой воде! Это же… противоестественно!

Пока мы с напарником в шоке смотрели друг на друга, раздался всплеск и следом жуткий рев, который и привел нас в чувство. Мы с Рашем со всех ног бросились на громкие звуки. Нам предстала колоссальная по своей абсурдности и опасности картина.

Две твари барахтались в воде и стремились выбраться на берег. Соль оставляла на их телах ужасные раны и покраснения. Обезумевшие от боли и злобы, они рвались в сторону берега, где находились мы, а чуть дальше за лесом — небольшой город.

— Давай поиграем с водой, раз уж мы настолько близко, — предложил Раш, и я согласно кивнула.

Когда мы подобрались к одному из чудовищ на расстояние атаки, оно со своим собратом уже загнало в угол вторую команду и ведьмак в той команде был ранен. Хаотично напитывая магией все, что попадется под руку, он как мог старался не быть обузой для нападающего.

Упав на колени, я прикоснулась магией к воде, скрепляя и выплетая жгуты. Магия сильным потоком выплескивалась из меня, напитывая все вокруг. Пара минут — и я кидаю Рашу полный магии соленый водяной жгут.

Один из монстров уже отвлекся на нас, и второй команде стало полегче, однако плохая новость заключалась в том, что нам с Рашем досталась самая крупная тварь.

Пока я напитывала магией второй жгут, рев монстра раздался совсем рядом со мной. Получив от напарника новые раны, он неожиданно рванул совсем в другую сторону, чем планировалось, и сейчас двигался прямо на меня.

Закончив напитку, я кинула еще один жгут напарнику и бросилась глубже в воду, надеясь, что тварь не зайдет в опасную для себя среду.

А зря! Монстр с безумным видом несся к своей цели, не собираясь останавливаться.

Но тут водный кнут сомкнулся на шее чудища, сдерживая, оттягивая его назад. И план моего нападающего удался бы, будь монстр килограммов на тридцать полегче. В реальности — монстр взвизгнул и, взяв с разбегу чуть вправо, дернул напарника вперед. Раш пролетел несколько метров и шлепнулся у кромки воды недалеко от меня.

Тварь, видя такую удачу, в два прыжка преодолела расстояние до мужчины и попыталась сомкнуть челюсти у него на голове. Помешал водный жгут в руках чадара и, причиняя боль, заставил монстра, пытающегося подобраться к моему напарнику, отступать. Тварь скулила, но не собиралась отказываться от добычи. А жгут все больше истончался, вода текла на лицо чадара, предвещая ему скорую смерть. Сейчас не помогут даже броня и феноменальная сила его расы. Поблизости — ничего полезного, кроме морской стихии. Идти в лобовую атаку на такую крупную тварь глупо, но я поступила еще более безрассудно.

Собрав все магические силы, я прикоснулась к воде. Нельзя пытаться управлять водой в таких объемах, это может убить ведьмака, зато, если все получится, победа будет за нами. Охватив как можно больше воды, я струей направила ее в пасть чудовища.

Раздавшийся визг огласил всю округу, изо рта твари прямо на Раша хлынула кровь, а я, увидев это и деактивировав магию, упала в воду. Сознание практически покинуло меня, когда я почувствовала прикосновение сильных рук, не дающих погрузиться на глубину и тянущих меня в сторону берега.

* * *

По возвращении выбралась я от лекарей не скоро. Доктор Мизели — один из лучших наших специалистов — целый час приводил меня в порядок, и все это время отчитывал за халатность по отношению к здоровью и дару, за неуважение кодекса Дозора, за пренебрежение техникой безопасности.

По мне — какая техника безопасности, когда твоего напарника пытается сожрать зубастая тварь?

По мере перечисления доктором того, что со мной могло произойти, Раш просто каменел и смотрел на меня все более недобрыми глазами.

Едва Мизели отлучился на пару минут, Раш резко спросил:

— Ты совсем ненормальная? Зачем ты пошла на такой риск?

— Чтобы спасти твою шкуру, разумеется. — И, видя, как напарник заскрежетал зубами, подмигнув, добавила: — Радуйся, я, как и многие другие, готова пойти ради тебя на все.

— Ты одна из немногих готова пойти ради меня на все, и я это ценю. Поэтому наказания тебе не избежать.

— Какого еще наказания? — напряглась я.

Но напарник не ответил.

— Жду тебя около медпункта. Одевайся быстрее, нам еще шефа вылавливать.

Настороженно посмотрев вслед нахальному чадару, я как могла привела себя в порядок, и мы направились прямиком к начальству. Причем меня вели, поддерживая под руку, словно я инвалид, а все протесты игнорировали. Жаль, пнуть его я пока не в силах.

— Раш, прошу тебя, успокойся.

— Я совершенно спокоен, — процедил сквозь зубы напарник.

Уже достаточно зная чадара, я возвела очи горе. Даже не постучав, Раш втащил меня в кабинет начальника и захлопнул дверь.

Вархар Саргович невозмутимо поднял взгляд от криминалистического справочника в бордовом переплете.

— Вы знаете, что произошло час назад? — загремел чадар, усадив меня на стул и расположившись рядом.

— Да, мне доложили, — невозмутимо ответил шеф.

— И что вы по этому поводу предпримете?

— Завтра все отчеты о последнем прорыве и всех спонтанных, случившихся за последнее время, будут направлены наверх, в аналитический отдел, и начнется расследование. Жаль, что одну из команд из-за травм придется отстранить, но я уверен, они быстро поправятся и вернутся в строй.

— Вас что, не волнует, какой опасности мы подвергаем себя каждый день, рискуя своими жизнями?!

— Раш… — начала я.

— Сегодня на задании пострадали все три команды! Двойной прорыв! И вы соизволили подать отчеты наверх!

— Сонха, — резко начал шеф, — что ты от меня хочешь? Не было никаких признаков, говорящих о кардинальном изменении ситуации. Теперь мы будем искать пути выхода. Что, по-твоему, нужно еще сделать? Если тебя так пугает риск — увольняйся!

Я положила ладонь на руку напарника и начала легонько поглаживать, пытаясь успокоить.

— Твоя профессия — это только твой выбор. И об опасности ты знал с самого начала.

— Тогда набирайте ряды Дозора! Скоро у вас не хватит людей, чтобы сдерживать прорывы. А насчет увольнения я подумаю.

Взяв меня за руку, Сонха потащил на выход.

— Что ты делаешь? — осторожно поинтересовалась я у злого чадара.

— Тебе нужно отдыхать, так что я везу тебя домой.

Внимательно посмотрев на Раша, я поняла, что спорить бесполезно. Да и отдохнуть действительно не помешает, и не только. Интересно, что скажет Ника по поводу последних событий?

После этого случая я чувствовала себя подавленной. Беспокоилась не только за коллег и Раша, но и за родителей. И ведь не посоветуешь уехать в другой город! Где теперь безопасно, оставалось только гадать.

Через несколько дней после последнего задания случился новый, вполне обычный, прорыв. Ничего особенного или примечательного, и тем не менее ощущение неправильности происходящего не отпускало.

Пострадавшей команде выдали премию, нам — благодарность и новую степень мастерства, что означало повышение. Но эти блага меня не шибко радовали. Возможно, причина в том, что есть вероятность однажды отправиться на работу и больше не вернуться.

* * *

Но, видно, мне было суждено пережить не одно испытание. Через несколько дней после прорыва у половины хранителей начались учения. К нам присоединились и кое-кто из отделов, те, которые планировали в будущем пойти на повышение.

И вот летним погожим деньком мы оказались на природе.

Небольшая зеленая долина в окружении многовековых туй радовала глаз. Тут и там виднелись желтоватые пятна утоптанного грунта — обустроенные тренировочные площадки, которые сейчас были заняты парами, работающими в спаррингах.

Разбившись на команды, мы начали тренировку. На сей раз вампир оказывал мне знаки внимания. Лутак смотрел на это снисходительно, Раш — саркастически. А я… я не могла поверить, что заставила его симпатии измениться.

И наблюдая, как он сейчас сражается, гибкий и красивый, испытывала эстетическое удовольствие.

— Он хочет с твоей помощью получить повышение, — раздался за моей спиной голос Лутака.

Друг, обойдя поваленное дерево, сел рядом со мной.

— Что? Почему ты так решил?

— Потому что слышал его разговор с одним из друзей.

Я почувствовала… отвращение. И все-таки…

— Как это может быть правдой? Я не занимаю высоких должностей…

— Ты — одна из лучших сотрудников Дозора. У тебя есть влияние, о котором ты и не догадываешься, не говоря уже о том, чтобы его использовать.

Я молчала в неверии. В то же время чувствовала себя слишком подавленной и никак не могла осознать услышанное. Неужели мужчина может испытывать ко мне чувства только из-за корысти? Неужели так сложно полюбить такую, как я? Я что, кривая, косая или со мной психологически что-то не так?

Мое мысленное самоуничижение прервала победа вампира и появление на тренировочной площадке Раша. Крупный сильный мужчина с хорошо развитым телом и мужественным лицом, он был не столь красив, как противник, с которым предстояло схлестнуться. Но более чистый душой, даже, можно сказать, благородный и, как ни странно, способный на верность. Да, Раш совсем другой. Я совершенно ясно это видела сейчас, когда они вот так стояли друг против друга.

А потом был спарринг, который я даже не успела оценить, так быстро он закончился. О да, две минуты — и вампир распластался на земле.

Коварные планы вампира, конечно, заставили меня почувствовать разочарование и огорчение, но судьбу наших так толком и не начавшихся отношений решило его поражение. Он слаб. Работая хранителем в Дозоре, будучи сильной женщиной, я не могла быть с таким мужчиной.

Мой любимый должен быть сильнее меня как морально, так и физически, с вампиром же это невозможно. Он мне не подходит. Мои губы скривила неприятная усмешка, разочарование, что я испытывала минуту назад, прошло. Осталось только сожаление о своем одиночестве.

— Риса?

Посмотрела на Лутака.

— Я тебя расстроил?

— Нет, — улыбнулась я. — Все хорошо. И на этот раз ты полностью прав.

— Риса… — рассеянно произнес друг, но я, чуть улыбаясь, уже направлялась на тренировку с… вампиром. Пора показать, какие преимущества дает хорошее питание и спорт. У него не было даже шанса.

Вечером, когда мы уже обустроились с ночевкой на месте стоянки, я сидела у костра и смотрела на огонь.

— Не расскажешь мне, почему так обошлась со своим кавалером? — поинтересовался Раш, появившись непонятно откуда. Он присел напротив меня по другую сторону костра.

Я смотрела на него и улыбалась, не в силах рассказать. Ведь сейчас начнется: «Я тебя предупреждал, что это блажь», «Я же говорил, что он тебя не интересует…»

— Он мне разонравился, — с трудом выдавила из себя и перевела взгляд на костер.

— Это не повод ломать ему ребра.

Вспомнив, что у вампира были за планы, я сказала:

— Повод!

Раш мгновенно посерьезнел.

— И чего я не знаю?

Я не ответила.

— Не скажешь — вытрясу правду из твоего дружка-севара.

— Раш! Не лезь, куда не просят.

— Я жду, — опасно блеснул глазами напарник.

Посверлив его пару минут взглядом, я сдалась и рассказала о планах вампира подняться по служебной лестнице.

— Завтра надо сломать остальные ребра и те, что успели срастись, — заключил напарник.

— Для тебя это не повод ломать ему ребра, — передразнила я напарника.

— А кто сказал, что я сделаю это из-за тебя? Может, мне просто захочется?

С виду Раш был абсолютно серьезен, но в глазах плясали смешинки. Я смотрела на него и не могла насмотреться. Его тело при каждом движении дышало мощью и силой. Так и хотелось прикоснуться, надкусить, попробовать… Э-э-э-э?

Так, стоп, Риса! Что-то твое воображение расшалилось. Не возжелай напарника своего, ибо чревато…

— О чем ты думаешь?

Я вздрогнула.

— Не скажу, — ответила правду.

— Риса… — предостерегающе протянул чадар. В его взгляде зажглось любопытство.

— Нет!

Ни за что не признаюсь! Он мне потом этого не забудет. Наверное, пора искать себе нового партнера, чтобы хоть сбросить сексуальное напряжение. Видно, я дошла.

— Риса… — чадар начал подниматься.

Я усмехнулась и напрямик бросилась к своей палатке, Раш — наперехват. Ему не хватило каких-то секунд. Я закрыла полог, снаружи раздался смешок.

Прислушавшись к ощущениям своего тела, я поняла, что искать временного партнера нужно побыстрее. Не хочется портить наши с напарником отношения. Но сегодня ночью мне будут сниться откровенные сны.

Из мутного сна, наполненного томлением и неудовлетворенным желанием, выдернуло странное ощущение тревоги. Открыв глаза, поняла, что еще слишком рано, время было предрассветное. А вслед за этим послышался сигнал тревоги. Прорыв!

Несмотря на спешку, облачалась в амуницию я методично и не забывая о мелочах. Успела усвоить: поспешишь — тварей собой накормишь!

Выскочив из палатки, заметила Сонху, который, так же как и я, бежал к порталу, который открывал один из ведьмаков.

Мимо, странно подпрыгивая, пробежал Адесис — хранящий Одара. Мне кажется, это единственная пара в Дозоре, где чадар — защитник, а вампир — нападающий.

Причем сам Одар, судорожно застегивая на бегу куртку, неожиданно для себя обнаружил зацепившийся за его ремень чулок. Быстро крутанув головой, удостоверился, что, кроме него, никто этого не видел, отцепил тончайший шелк и бережно засунул за пазуху. Хм, похоже, у этого вечно хмурого вампирюги появилась зазноба, которая провела ночь у него в палатке. Эх, жаль, что прорыв, а так бы уже узнала, кто это такая…

Каждая из групп по очереди, но быстро ныряла в портал. Следом за Одаром и Адесисом прыгнули мы с Рашем, появляясь с той стороны уже готовыми ко всему. Но не к тому, что нас там ждало.

Это оказался Эфнет — каменный город, я была здесь лишь однажды, во время прорыва. Адское местечко!

Сам городок — небольшой, расположен на плоскогорье в центре скалистых гор и окружен несколькими каньонами, ближайшие из которых заполнены водой. Высокие шпили зданий тянутся к облакам. И всюду, куда бы ни падал взгляд, сплошной серый камень. Уныло и серо!

Нас выбросило на самый край одного из каньонов. Здесь уже дрались несколько групп, мы были не первые и, судя по вновь открывшемуся неподалеку порталу, не последние. Защитить город, к которому рвутся твари, необходимо любой ценой.

Я насчитала около пяти групп, но и тварей было не меньше. Огромные — высотой с дом, жуткие и мерзкие, а главное, смертельно опасные.

Одна из тварей, стоило нам появиться с этой стороны, кинулась на нас с явными гастрономическими целями. Я ощутила, как за спиной захлопнулся портал, отрезая пути отступления.

Тут же, присев, начала напитывать острые камни, а потом, улучив момент, закидывала в глотку твари — чтоб у нее несварение случилось!

Не повезло!

Итог мы с Рашем играем в пятнашки с тварью, прыгая с уступа на уступ. Сонха гораздо успешнее меня лупит монстра по плоской здоровой голове напитанной магией плетью, которую я успела перекинуть ему. Куски вонючей плоти разлетаются во все стороны, напарник, чуть не вызвав у меня остановку сердца, подныривает под тварь и буквально вспарывает ее, ловко уворачиваясь в сторону. С одной тварью покончили.

Круто, но опасно!

Краем глаза замечаю, что Одар, сделав жгут из того самого женского чулка, пытается затянуть его у себя на руке, которая безжизненно висит практически на жилах, а кровь хлещет ручьем. Видимо, вторая тварь успела попробовать вампира на зуб. Его хранитель — чадар Адесис — приняв боевую форму, пытается отогнать тварь от раненого напарника.

Мы с Рашем бросились к ним на помощь. А потом я просто не успела даже уловить, как все произошло…

Слишком много внимания уделила окровавленному Одару, споткнулась и растянулась на камнях, зашипев от боли. А Раш в этот момент, не дожидаясь меня, решил пойти в атаку, но тварь одним мощным толчком откинула его от себя.

Дальше для меня время словно замерло. Я видела, как Сонха летит, а его кожа чернеет, готовясь защитить от удара, тело падает на камни, но для чадара это не очень страшно. Особенность их расы — кожа-броня, которая часто спасает их от многих опасностей. За что они и ценятся в Дозоре как нападающие.

Чадар уже начал вставать, но тут две другие группы выгнали на нас свою тварь. И теперь две страшилы — наша и их — решили объединить усилия и буквально задавить нас своей массой. Ведьмаки-защищающие напитанными плетьми гнали тварей к пропасти, не видя, что там Раш. Я кинулась наперерез, используя свою магию и закидывая монстров камнями, хлеща почем зря.

Раш, видимо, решил провернуть свой предыдущий маневр и нырнул под первую тварь, вспарывая ей брюхо и менее защищенную шею. Только он не учел, что за первой тварью бежит вторая. Убитый им монстр грудой мерзко воняющей плоти перевалился через край и полетел в пропасть.

Но за ним шел второй. Ведьмак и его напарник-нападающий ударили по твари с такой мощью, что она буквально рухнула на Раша, погребая под глыбой своего тела. Затем перевалилась через него, загребая лапами и когтями, разрывая кожу чадара, и только потом мы уже втроем смогли добить тварь, навалившись всем скопом.

К распростертому на камнях Рашу я шла на трясущихся от страха ногах.

Он лежал на спине, не двигаясь, весь в крови, еще и не понятно чьей — своей или монстра. Пережить такое давление — это же все равно, что на тебя дом обрушился! — практически нереально. Но я не могла поверить, что Раш мертв.

Упала рядом с ним на колени, не ощущая острых камней. В данный момент отключились все чувства, кроме страха и дикой иррациональной надежды. Трясущимися руками обхватила его лицо и осторожно повернула к себе, вглядываясь в него, ища признаки жизни.

Мне было плевать на то, что происходит вокруг, на тварей, на опасность, которую они несут. И даже на город и его жителей. Сейчас весь мой мир сосредоточился в этом мужчине, который лежал передо мной и не подавал признаков жизни.

Погладила светлеющую кожу его щек, а потом осторожно приложила ухо к груди. Бьется или нет? Бьется, хвала Триединому!

Правда, слабо, рывками, словно раздумывая: стоит ли?

Наклонилась над ним и зашептала:

— Живи! Слышишь, ты только живи! Я же с тобой, и все будет хорошо!

— Пока не закончат с остальными, портал не откроют. Можем не успеть… — глухо высказал надо мною свою тревогу Адесис.

Я лишь на мгновение оторвала взгляд от с каждым мгновением бледнеющего лица Раша, чтобы взглянуть на Одара, который лежал неподалеку. В его лице не было ни кровинки. Этому сейчас даже прямое вливание не поможет, потребуется несколько доноров.

Вновь уставилась на Раша и продолжала гладить его по щекам, размазывая кровь. Но пока я чувствовала их тепло, он жив.

А сама шептала, хотя, похоже, кричала: вон как странно поглядывают на меня ведьмак с севаром из другой группы.

— Живи, Раш, слышишь?! Только не умирай, а то я не знаю, что с тобой сделаю! Я тебя сама прибью, только не умирай!

Слезы градом падали ему на грудь. И лишь когда ощутила всполох магии открытого портала, встрепенулась, помогая подошедшей медицинской службе грузить Сонху на носилки. Так и шла, боясь выпустить его руку из своих. Вдруг не удержу и он уйдет за грань?..

Глава 16

Никеа Лавейская

Что-то влажное и теплое коснулось центра ладони, заставляя выскользнуть из сна. Солнечные лучи еще не достигли кровати, заглядывая пока в углы комнаты и разгоняя там последние ночные тени. Пошевелив пальцами руки, ощутила мягкий мех и улыбнулась, понимая, кто стал моим невольным будильником. Мыш!

Приоткрыв глаза, посмотрела на своего питомца, погладив при этом подушечкой пальца шерстку на его голове. И хотя малыш уже привык ко мне и не церемонился, залезая на стол и угощаясь пищей, которую я ему выкладывала на отдельное блюдечко, все равно, стоило мне протянуть руку и коснуться его, все еще боязливо втягивал голову. И настороженно таращил черные бусинки глаз.

Вот и сейчас, казалось, едва терпел мою ласку, опасаясь возможного удара или боли. Но я продолжала прикасаться к нему, потому что отметила тот факт, что Мыш теперь часто сам старается оказаться как можно ближе ко мне. Иногда замирал возле моей руки и чего-то ждал, а сегодня утром сам вот полез в ладонь за порцией тепла и ласки. Ведь этого всем хочется, любому живому и разумному существу. И мне очень хочется. Э-эх…

С этой грустной мыслью я окончательно проснулась. Потерла лицо ладонями — все же этой ночью отдых был слишком коротким из-за произошедшего вчера — и занялась утренними делами. Мыш тоже принялся умываться, смешно потирая мордочку маленькими лапками.

Этим утром я решила надеть второе свое платье, менее официальное, чем синее, и чуть более открытое. Жаль, что у меня мало одежды, ведь так хочется блистать перед Ошем, а я, к своему расстройству, за вторую неделю работы только теперь позволила себе платье наконец сменить. И вообще, я теперь очень трепетно к одежде отношусь, крайне заботливо и аккуратно. Не то что раньше: посадила пятно — можно забыть и выкинуть.

Сейчас же неизвестно, когда я еще смогу позволить себе пополнить гардероб. Даже самым простым и дешевым. Выяснилось, что живая кровь для вампиров действительно нынче очень дорогая, так что пока моих скромных денег хватало лишь на покупку крови, ну и на всякие мелочи для дома.

Позавтракав и полностью одевшись, я стояла возле старого зеркала и рассматривала себя, анализируя наш последний разговор с Рисой. Невольно оценивая, скользнула рассеянным взглядом по своей стройной фигуре, затянутой в серебристое платье, облегающее до бедер и расходящееся к низу черными клиньями.

Ворот лодочкой довольно сильно открывал плечи и был украшен черной вышивкой, которая, изображая звездопад, спускалась до самой талии. Вместо пояса — широкая черная атласная лента, завязанная сзади большим бантом. Звезды были вышиты и на длинных узких рукавах с черными пуговичками до самых локтей.

Это мое любимое платье, подчеркивающее достоинства моей фигуры — высокую грудь, тонкую талию и, несмотря на некоторую, характерную для вампиров, худосочность, округлые бедра. К тому же оно само по себе красивое и в то же время деловое, без лишней вычурности и пафоса.

Сегодня я вновь собрала свою гриву в высокую прическу, выпустив парочку прядок-завлекалочек. И с удовольствием отметила, что платье и прическа еще сильнее подчеркнули мою бледную алебастровую кожу, тонкую шею и изящную линию плеч. Любой вампир однозначно отметил бы эти мои достоинства, но вот заметит ли Ош?.. Оценит ли?..

Неуверенность раздражала и выбивала из колеи. И все же я вновь решилась довериться опыту Рисы и ее знанию жизни. Как я поняла из нашей переписки, она старше меня. Так, может, и мудрее?..

Стоило выйти за калитку, как меня неожиданно окликнули:

— Доброе утро, госпожа Лави!

Я удивленно воззрилась на соседа-севара, того самого, что служит дознавателем в охране города. И к тому же является сыном соседки, госпожи Сейты, которая не так давно столь любезно подарила мне посуду и пару стульев. С ней мы периодически, но недолго беседовали по вечерам, когда я возвращалась с работы. Его же за все время я видела раза три, и мы лишь проявляли соседскую вежливость, здороваясь кивком головы. А тут он сам ко мне обратился.

— Доброе, господин Седжвик, — осторожно ответила я.

— Вы на работу? — спросил он, словно не замечая моего недоумения из-за его неожиданного интереса ко мне.

— Да, господин Седжвик.

— Нам сегодня с вами по пути, госпожа Ника, я провожу вас, — мягко улыбаясь, не предложил, а скорее уведомил меня о своих намерениях сосед.

— Да? Вы уверены? Я работаю в… — Договорить мне не дали.

— Да! И я знаю, где вы работаете, госпожа Лави. Мы неплохо знакомы с Сайларом и вчера мило так пообщались, — пояснил он.

Седжвик говорил отрывисто, и было заметно, что он и сам спешит, и пытается невольно поторопить и меня. А стоило ему заикнуться о Сайларе и их вчерашнем «милом» разговоре, я вначале покраснела, учитывая, во сколько они могли побеседовать, а потом до меня дошел весь смысл его слов.

— Это он попросил вас меня проводить? — испытывая неловкость, поинтересовалась у соседа.

Тот весело усмехнулся, кивнул, затем подхватил меня под локоток и повел по улице, намекая, что времени у нас у обоих в обрез.

— Не переживайте, госпожа Лави. Сайлар мне все рассказал про последние события. И поверьте, мне совсем не трудно проводить вас до работы, и нам действительно по пути. Но если вам не сложно, давайте завтра все же на полчасика пораньше выйдем, а то я рискую опоздать.

— Вы хотите сказать, что теперь все время будете провожать меня до работы? — опешила я.

— Ну что вы! Как только опасность для вас исчезнет и проблемы у Оша на фирме решатся, надобность в этом отпадет. Ну, или он еще что-нибудь придумает в отношении вашей охраны, — «порадовал» меня Седжвик.

Я лишь молча посмотрела на него и постаралась улыбнуться не так вымученно и смущенно. Для меня столько ни один человек не делал. А для Оша многие поступаются своими планами или временем. Уважают, ценят его дружбу и даже простое сотрудничество. Доверяют его мнению, словам и выводам. Остается лишь порадоваться за него и погрузиться в еще большие сомнения по поводу своего шанса заинтересовать такого мужчину.

Возле конторы меня ждал еще больший сюрприз — Хойта и Эйк. Они так увлеченно целовались, что не заметили нас с Седжвиком, севару даже пришлось покашлять пару раз, чтобы привлечь к нам внимание.

— Эйк, дружище, а ты что здесь забыл? — поинтересовался мой сосед.

Я же увлеченно наблюдала за Хойтой, которая, красная от смущения, спряталась за широкой спиной ведьмака. Обалдеть! Хойта?! Прячется за мужчину?! Невероятно!

— Я тут со свидетелями работаю! — насмешливо ответил Эйк, очень быстро вернув привычный апломб.

— Очень плотно, я смотрю, работаешь, — с сарказмом произнес Седжвик.

Хойта насупилась, быстро забыла о смущении и попыталась с угрозой выдвинуться из-за плеча ведьмака, но ей не дали. Эйк развернулся к ней лицом, быстро чмокнул в уголок рта и проворковал:

— Малышка, вечером увидимся!

«Малышка», услышав обещание ведьмака, только что лужей не растеклась. Ее хмурое лицо тут же дрогнуло, сменяя выражение с недовольства на обожание. И смущение вновь пунцовым цветом зацвело на щеках с милыми ямочками.

Эйк же, подмигнув мне, подхватил под локоть Седжвика и потащил его прочь. А мы с Хойтой стояли, смотрели мужчинам вслед и явно думали каждая о своем.

Чадарка взглядом буквально облизывала ведьмака, а я рассеянно наблюдала за хвостом соседа, который, упруго выгибаясь, смешно дергал в воздухе мохнатой кисточкой.

А у Сайлара хвост гораздо красивее… и толще… и сильнее… и кисточка гуще и аккуратнее. Черненькая такая, блестящая… И ягодицы у него мускулистее и…

Поймав себя на этих крамольных мыслях и сравнениях, сама покраснела не хуже Хойты. Тяжело вздохнула и открыла дверь, проходя в холл: рабочий день начинается. А мне еще надо убедить себя зайти в злополучный кабинет, где вчера вечером лежали трупы убийц. Бр-р-р…

Оказалось, там уже не осталось и следа от недавнего происшествия. Правда, ковер исчез, но это уже не столь страшно.

— Доброе утро! — за моей спиной раздался глубокий, словно далекие раскаты грома, голос Оша.

Я хотела развернуться, но не получилось. Сайлар встал практически вплотную ко мне, а стоило мне вздрогнуть, услышав его слова, тут же, словно успокаивая, положил свои большие ладони мне на плечи.

— Как прошли ночь и утро? — поинтересовался он, все теснее прижимаясь к моей спине.

Я ощутила, как его теплое дыхание шевелит прядки волос, специально выпущенные мной из прически. Не знаю почему, но в этот момент неосознанно, подчиняясь древнему инстинкту, опустила голову вниз, оголяя шею, — так в старые времена молодые вампирки признавали над собой власть суженого.

Поэтому в ответ смогла лишь хрипло произнести:

— Доброе, Сайлар Нирович. Спасибо, все хорошо.

Он поднял руку с моего плеча и провел пальцами по шее, как будто пересчитывая позвонки. А возможно, трогая прядки волос, по крайней мере я ощутила прикосновение к ним. По коже головы и шеи побежали приятные мурашки, особенно в тех местах, где ощущались чуть шершавые подушечки его пальцев.

Замерев, я стояла, боясь пошевелиться и откровенно не зная, что предпринять в такой ситуации. Так приятно и так неловко мне еще ни разу в жизни не было.

— Я же попросил называть меня по имени, Ника, — тоже хрипловатым голосом произнес Ош куда-то мне в макушку.

Я не решалась поверить в то, что он наконец заметил во мне женщину. Теперь главное — выяснить, не в качестве ли благодарности за спасение от болта убийцы? Эта мысль заставила розовые облака счастья перед моими очами растаять, а меня — напрячься. Ведь до вчерашнего вечера он особого внимания мне не уделял…

Медленно высвободившись из захвата, развернулась к нему и, несмотря на то что ощущала, как горят от смущения щеки, прямо посмотрела ему в глаза.

— Я благодарна вам, Сайлар, за заботу. Господин Седжвик сегодня предупредил, что пока у нас тут все не утрясется, по вашей просьбе будет сопровождать меня по утрам на работу.

В оливковых глазах мужчины сверкнули странные искорки, заставившие насторожиться. Он переступил с хромой ноги на здоровую: видимо, она его все еще беспокоит после вчерашнего стремительного выпада. Затем, задумчиво разглядывая меня, криво ухмыльнулся и молча кивнул, принимая благодарность.

На его лице, скрывая все эмоции, проступила маска равнодушия, но хвост, который пушистой кисточкой ритмично и слишком быстро постукивал по голени, выдавал хозяина с головой. Сайлар явно раздражен и раздумывает над какой-то проблемой.

Вымученно улыбнулась и, прижимаясь к нему почти вплотную, протиснулась в холл. Почему-то в этот раз Ош уступать мне проход не торопился…

Вскоре пришел Людвиг, а потом в контору к начальству гуськом потянулись наемники. Еще приходили незнакомые мужики и сразу спрашивали Оша или Нейра. Уже после третьего подобного посетителя меня просветили, что это — осведомители и информаторы.

Ош обещал выяснить, кто стоит за нападением на него, и он держал свое слово.

При виде некоторых типов, смахивающих на бандитов с большой дороги, меня невольно передергивало, но я неизменно вежливо им улыбалась и с прямой, как палка, спиной провожала в кабинет к начальству.

— Послушай, Ош, мы давно знаем друг друга. Я обязан тебе, а ты, смею надеяться, мне. Поверь, ничего подобного не шелестело среди наших. На тебя зуб имеют немногие личности, да и то отморозки полные. Но, сам понимаешь, у тебя такое дело… И всякое может быть. Думаю, это твои конкуренты, а у них свои наемники имеются, и нанимать чужаков со стороны им смысла нет. А вообще по Гирее в последнее время странные слухи ходят. Говорят, сектанты какие-то появились… — услышала я голос одного из загадочных посетителей, когда вносила в кабинет поднос с чаем.

Как мне шепнула пронырливая всезнайка Хойта, это Орус — глава гильдии воров Гиреи. Для него и чай попросили приготовить, и булочки сбегать в соседнюю булочную купить, и сластей разных. Оказывается, главный вор Гиреи — известный сластена.

— Меня сектанты не интересуют. В моем случае явный заказ наемников-убийц. Я знаю, что анимишки под крылом Мейноса работают, а он, как я слышал, твой враг. На меня напали двое вампиров, так что если у тебя есть возможность выяснить, под Мейносом они или залетные, буду должен, — негромко, спокойно, но настойчиво выразил свою завуалированную просьбу Ош.

— Зато мне любопытно, что за слухи. И какие сектанты? — вклинился в разговор Людвиг, сидевший в третьем кресле.

— Да так, всякое болтают! Этих чудиков и раньше хватало — извращенцы, поклонники черной магии, но эти вроде другие. Ну, так поговаривают…

Я подошла со стороны Сайлара и начала составлять на стол чашки и тарелочки с вкусностями. Сама же бросила мимолетный взгляд на старого толстого чадара, который сидел в кресле напротив и пристально меня рассматривал.

Орус огромной тушей развалился в кресле, а я никак не могла понять, как он с такими габаритами своим ремеслом раньше занимался: ведь весьма примечательная личность, а при его профессии это очень большая проблема.

— Твоя красотуля? — кивнув на меня, спросил с усмешкой старый вор, наблюдая за тем, как севар помогает мне расставлять посуду.

После этого вопроса моя рука замерла, так и не успев поставить на стол вазочку с конфетами. Ош осторожно забрал ее из моих пальцев, на мгновение согрев их своим теплом, поставил на стол и жестом отпустил меня.

Уже выходя из кабинета, я услышала его короткий и довольно жесткий ответ:

— Моя! Так что предупреди своих: тронут — закопаю!

Закрыв дверь, я прислонилась к стене рядом и прижала к себе поднос. Мне казалось, только он способен не дать моему сердцу выпрыгнуть из груди. В ушах все еще звучало сказанное Ошем слово — «Моя!».

Спустя минуту я смогла успокоиться, а вслед за этим пришли сомнения и черные мысли. Ведь его ответ можно расценить и как элементарную заботу о сотруднике и вообще новичке в Гирее.

Предупредить мелких воришек, чтобы меня ненароком не ограбили, — это вполне в духе благородного Оша. А может, дело еще хуже и он действительно считает себя обязанным мне за спасение? Тогда все очень грустно и плохо.

Мои внутренние метания прервали. Трое мужчин вышли из кабинета, направляясь к выходу. На улице толстяка ожидала охрана из трех всадников и двуколка, запряженная красивыми статными белоснежными скакунами.

Старый вор любил не только сладости, но и помпезность и всеобщее внимание. Зеваки уже толпились на тротуаре, с любопытством карауля торжественный выход негласного «короля улиц».

Орус, ухмыляясь, снова окинул меня оценивающим взглядом, а потом заставил вновь вспыхнуть смущением и возмущением одновременно.

— Э-эх, хороша девка! Ты же не любишь анимишек, Ош. Почему эта?

— Ты ступаешь по тонкому льду, несмотря на нашу старинную дружбу, — мрачно предупредил вора Сайлар.

— Сердцу не прикажешь, — быстро и дипломатично добавил Людвиг, желая предупредить возможные неприятные последствия.

Чадар усмехнулся, кивнул и, ковыляя, удалился радовать собравшихся зевак. И Орус их ожидания явно оправдал: по ступеням спускался так, словно оставил в нашей конторе лет сто, не меньше. Безразличный ко всему и всем, легко запрыгнул в двуколку, вокруг него тут же засуетилась его охрана, а потом вся эта кавалькада сорвалась с места и понеслась по улице.

— Позер! — беззлобно процедил Ош.

— А что, ему на старости лет развлечься нельзя? Будь к нему снисходительным, говорят, он в юности циркачом был, — весело заметил Людвиг, посмотрев на друга.

— Ну что, Ника, тяжелый сегодня денек? — поинтересовался ведьмак уже у меня.

Я все еще стояла с горящими от смущения щеками, но на меня «король воров» тоже произвел впечатление.

— Есть немного! Хотя скорее непривычно все было. Столько типов… разных, и не знаешь, то ли убивать и грабить пришли, то ли просто по делу, — поделилась я своими впечатлениями.

— Да уж, у нас тут всякое случается… — протянул, улыбаясь, Людвиг.

— А ты молодец, Ника. Со всем справляешься и страха не выказываешь, — неожиданно пробасил Сайлар.

При этом он посмотрел на меня загадочным взглядом. Странно горячим, обжигающим и заставляющим что-то у меня внутри трепетать.

— Благодарю, Сайлар Нир… э-э-э, — пролепетала я в ответ на его похвалу, запнувшись на отчестве. Все же пока еще непривычно вслух называть его просто по имени.

Прозвенели колокольчики, и мы все трое уставились на нового клиента.

* * *

Я все больше запутывалась в своих мыслях и предположениях. Пока начальство рыскало по городу, выискивая информацию о заказчике нападения, я работала в офисе. И раздумывала над непонятным поведением Сайлара.

Два дня подряд Ош каждый вечер провожал меня до самого дома. А встречая утром в конторе, мучил загадочными вопросами типа «как спалось ночью?» и пристальными, какими-то изучающими взглядами.

Мне катастрофически не хватало опыта общения с мужчинами, чтобы понять, чего он от меня хочет. Надо срочно связаться с Рисой. Уверена, она мне все растолкует! Эх, жаль, она последние пару дней занята.

— Ника, мне нужны уточнения, — вырывая из раздумий о насущном, раздался над ухом голос Оша.

Я в его присутствии привычно замерла. Мы оба стояли возле шкафа, я была практически прижата его телом. Сайлар, находясь за моей спиной, вытянул руку и показал лист договора, пальцем второй указывая на один из пунктов.

В таком положении я фактически оказалась в его объятиях. Свежий легкий цитрусовый запах окутал меня, словно уговаривая сделать глубокий вдох. Насладиться им.

— Какие именно? — просипела я.

Хотелось откинуться ему на грудь, расслабиться, но я пока еще держалась.

— Вы не указали количество наемников, требующееся для охраны обоза из Нурции, — вкрадчиво и тихо пояснил он.

— Господин Нейр сказал оставить этот вопрос открытым. Там заказчик не уточнил, сколько повозок будет в обозе и ценность груза, — ответила я.

— Хм-м, прости, милая, не знал, — мягко произнес Ош, тыльной стороной ладони погладив меня при этом по щеке.

Приоткрыв рот от удивления, задрала голову и, повернув немного лицо, заглянула в глаза мужчины. Их оливковый цвет сейчас стал еще насыщенней, а в глубине притаилась теплая лукавая улыбка. Но при этом нисколько не отражалась на полных губах.

Так мы и стояли — тесно прижавшись и невольно рассматривая себя в глазах друг друга. Было так приятно чувствовать его тепло, ощущать крупное тело Сайлара каждым сантиметром своего. Находиться в кольце его рук и надеяться, что этот мужчина никому тебя не отдаст и защитит от всего на свете.

От этой мысли в груди образовался неприятный холодный комок. Очень жаль, но подобные надежды и уверенность — не для меня. Многие неоднократно говорили, что анимишек Сайлар не любит, значит, и мне мало что светит.

Смоляные прямые брови нахмурились, сходясь на переносице. А в болотных глазах появились недоумение и легкая неуверенность. Наверное, мои сомнения и боль отразились во взгляде. Ош сделал небольшой шаг назад, освобождая меня из плена своих рук, а потом молча развернулся и вернулся в кабинет.

Усевшись в рабочее кресло, обняла себя руками, пытаясь сохранить тепло любимого мужчины. Именно сейчас я поняла, что, оказывается, влюбилась в этого севара и даже не заметила, как или когда.

* * *

— Да, придет конец света, и вы все ответите! Поплатитесь за грехи ваши! Ты — проклятое племя, кровопийца, попадешь в нижние пещеры Темного бога, и будут тебя там пытать огнем и каленым железом. Днем и ночью, днем и ночью, и не будет тебе пощады.

Я расширенными от страха и неприязни глазами смотрела на орущего на меня чадара, одетого в грязный засаленный, да еще и кое-где дырявый балахон. Людвиг с одним из наших наемников, Тохой, схватив посетителя за руки, пытались выдворить его из нашего холла на улицу, но этот ненормальный усиленно сопротивлялся. И врожденная сила чадаров ему в том помогала. В итоге мужчины уже полчаса боролись с сектантом, который решил воззвать к нашим душам и направить их к истокам истинного пути.

Я стояла, в испуге прижавшись спиной к шкафу, когда прозвенели колокольчики над дверью. А потом сумасшедший вдруг резко замолчал и медленно осел на пол. За спиной у него стоял Ош. Час назад он ушел на встречу с информатором и вот вернулся. Удачно для нас.

Перешагнув через тело сектанта, севар направился к моему столу, при этом брезгливо процедив:

— Уберите это отсюда! И вообще, Людвиг, когда уже ведьмаки смогут придумать, как начаровывать детектор на разумность? Чтобы подобный сброд не пугал народ и не мешал работать?

— Боюсь, Сай, еще не скоро! Хм, качественно ты его вырубил, на полчаса, не меньше. Мы его подальше отнесем, чтоб вновь к нам не заявился.

Ош кивнул Людвигу и подошел ко мне, приблизившись почти вплотную.

Нейр с Тохой, подхватив сектанта, вытащили его наружу и понесли вниз по улице.

— Сильно испугалась, милая? — неожиданно проворковал Сайлар, склоняясь надо мной и согревая теплом своих глаз.

— Есть немного, — ответила я.

Стоило Ошу оказаться рядом, как страх исчез, а на его место пришли облегчение и расслабленность.

— Ты сразу вызвала Нейра? — спросил Сайлар.

— Да! Как только этот сумасшедший открыл нашу дверь, нажала на сигналку. Людвиг с Тохой появились тут же, но он такой сильный… — пожаловалась я.

— Сумасшедшие зачастую отличаются недюжинной силой, но подобные инциденты случаются редко и не только у нас. От этого никто не застрахован, просто надо быть осторожным и не провоцировать их лишний раз, — успокаивая, мягко произнес Сайлар.

А я, отойдя от одного шока, поняла, что скоро у меня будет второй: длинный шикарный хвост Сайлара, забравшись мне под юбку, поглаживал обнаженные голени, щекоча пушистой кисточкой.

Его хозяин замолчал, приподнял мой подбородок и, заглядывая в глаза, медленно гладил кожу большими пальцами. От скул к губам и обратно. И смотрел пристально так, видимо, следил за эмоциями, которые отражались на моем лице.

Затем, осмелев, положил руку мне на талию, все теснее прижимая к своему телу, заставляя острее ощутить нашу близость. У меня пересохло в горле, так что я сглотнула, а потом, не думая, облизала губы.

Взгляд мужчины, словно прикованный, проследил за кончиком моего языка, а потом Сайлар начал медленно склоняться ко мне. И явно с целью поцеловать!

Я уперлась ладошками ему в грудь и в отчаянье выпалила:

— Прошу вас, Сайлар Нирович, не надо!

— Что именно не надо? — едва заметно напрягшись, осторожно переспросил он.

А я, плюнув на все, ответила честно:

— Я же знаю, вы не любите анимишек… А в последние дни ведете себя так, будто ухаживаете за мной. Может, я неправильно вас поняла, но…

— Нет! Все правильно! Я действительно ухаживаю за тобой. И более того — хочу гораздо большего, — с предупреждающей усмешкой перебил меня Ош.

Прижав кулачки к груди, я жалобно попросила:

— Не надо этого! Я не хочу!

Сайлар словно окаменел, потемнел лицом, а потом мрачно спросил:

— Ты меня не хочешь? Я тебе не подхожу?

Я даже головой замотала от его диких предположений.

— Хочу! И подходите, конечно! Просто я же понимаю… Догадываюсь, что вы из чувства благодарности-одолжение мне делаете. А я так не хочу!

В этот момент мне довелось впервые увидеть на лице севара изумление. Его болотные глаза округлились, и без того продолговатое лицо вытянулось еще больше, а полные губы удивленно приоткрылись.

— Какой благодарности?.. — похоже, все еще не понимая, о чем я, переспросил Ош.

— За вероятное спасение жизни… — заметив, как нахмурились его брови, напомнила я, правда, едва ли не шепотом и уже без особой уверенности в своих словах. — Ну, Хойта же сказала, что от двух болтов вы бы, может, и не увернулись, так что получается… Ну, я и подумала, что вы…

Заметив, как непонимание и недоумение в глазах Оша сменяются разочарованием и злостью, я заподозрила, что, вероятнее всего, в корне не права. И все мои предположения и выводы ошибочны. А главное, я — круглая дура и сейчас именно ею и выгляжу не только в своих глазах, но и в глазах любимого мужчины.

Я не успела открыть рот, чтобы начать извиняться, как мы оба услышали голос Нейра, наполненный веселой иронией:

— Да, дружище, попал так попал! В чем только тебя женщины не обвиняли: и в изменах, и что сердца у тебя нет, и что тебе никто не нужен, и в холодности к партнерше в посте…

— Хватит! — громким басом рявкнул Ош, заставив меня вздрогнуть, хотя он и обращался к Людвигу, так незаметно вернувшемуся в контору.

— А я что? Я ничего! Это же не я тебя обвиняю в том, что ты своим телом благодарности раздаешь. Теперь даже побоюсь тебе услуги оказывать, вдруг ты и мне подобное предложить захочешь?! — едва сдерживаясь, чтобы не захохотать, произнес Нейр.

— Иди ты… работать! — прорычал Ош, злобно глядя на ухохатывающегося друга.

— Пошел уже, не рычи, а то девчонку совсем запутаешь. Видишь, она и правда поверила, что спасла тебе жизнь. А главное, она реально думает, что ты, Ош, уж такой весь благородный и бескорыстный! Клянусь Силой, в ее возрасте быть столь наивной уже поздновато, — практически прорыдал Людвиг.

Теперь зарычала я:

— Зато в отсутствии благородства у вас, господин Нейр, я не сомневалась, так что даже моя наивность имеет свои границы!

Уже открыв дверь во внутренний двор, смешливый ведьмак весело съехидничал:

— Слава Триединому! Значит, не все с тобой так запущено!

Как только дверь за Людвигом закрылась, мы с Ошем остались наедине, и тот не преминул этим воспользоваться, грозно спросив:

— То есть ты не против наших более близких отношений?

В ответ я смогла лишь молча кивнуть, а потом, побоявшись того, что меня неправильно поймут, выпалила:

— Не против! Точнее, согласна!

Ош с облегчением выдохнул, а потом быстро впился в мои губы поцелуем. Жадным и в то же время нежным.

Лишь на мгновение оторвался, чтобы выдохнуть мне в губы обещание:

— Потом обо всем поговорим. Я давно мечтал попробовать тебя на вкус.

Я только согласно кивнула, упиваясь по-настоящему первым поцелуем, да еще и с любимым мужчиной. А поговорить мы и правда всегда успеем.

* * *

Р: Ника… Нужна помощь…

Н: Я тут и всегда готова помочь!

Р: Знаешь, в последние дни вся моя жизнь перевернулась, и я поняла, что мне не с кем даже поговорить.

Н: А я? У тебя теперь всегда есть я! Что случилось, расскажи!

Р: Меня недавно ранили, сильно, и… Раш странно себя повел…

Н: В каком смысле странно? Испугался за тебя?

Р: Да, но прореагировал не так, как обычно. В этот раз он был серьезен и зол. А я… Я начала понимать, что хочу его. И ничего не могу с этим поделать.

Н: Значит, мы с твоим Лутаком не такие уж и фантазеры! И ты будешь с Рашем! А зол, потому что испугался за тебя. Думаю, он к таким чувствам не привык, вот и злится.

Р: Нет. Я ему дорога, но не как любимая женщина. И мои желания тут ничем не помогут.

Н: Ты уверена? Я плохо знаю мужчин, но до последнего времени жила в тесном мирке клана, поэтому межличностные отношения и проблемы, связанные с ними, слишком хорошо мне знакомы. Может, лучше поговорить с ним напрямую? Это часто помогает решить большинство проблем…

Р: Нет. Ты не понимаешь. Я ведь уже давно с ним знакома, а напарник — это та же семья. Не думаю, что что-то изменится. Сейчас он сильно ранен и я сижу около его постели. Не знаю, что со мной будет, если он не выкарабкается. Наверное, из-за этого я и осознала все, что так долго прятала от себя.

Н: Раш ранен? О-о-о… Риса, мне дико жаль, я сожму кулачки наудачу. Но знаешь, я рада, что ты вовремя осознала свои чувства. Лучше поздно, чем никогда! И главное — верь в то, что все у вас будет хорошо!

Р: Вера — это прекрасно, но теперь или я задушу чувства, или нам с Рашем нужно разойтись по другим парам, а мне, скорее всего, придется еще и перевестись в другой город.

Н: Не глупи! Риса, тебе надо обсудить это с ним!

Р: Стыдно и страшно.

Н: Побег — это крайнее средство и, поверь мне, небезопасное! Лучше пережить стыд и страх, но получить шанс на отношения! По древним преданиям, любовь — это особенное чувство, одно из самых сильных. Когда любишь, то на этой земле тебя держит любимый человек, ты готова умереть за него, готова простить то, что другим никогда бы не простила. Готова отдавать, ничего не прося взамен. Любовь поглощает тебя с головой, и ты не представляешь своей жизни без любимого, и никто не в силах заменить его.

Р: Так у меня есть надежда. Если поговорю, останется только безысходность и его жалость.

Н: Не решай за него! Он — взрослый мужчина! И такая надежда будет медленно тебя убивать! Как ты сможешь жить рядом с ним и спокойно наблюдать его «измены»?

Р: Да-а-а… В этом вся проблема…

Н: Эта проблема решается только одним способом! Надо поговорить с ним!

Р: Посмотрим. Пока меня беспокоит, выживет ли он вообще.

Н: Твоя уверенность в нем поможет ему! Главное, Риса, держись сама! Мне даже представить сложно, в каком ты сейчас состоянии. Я бы, наверное, билась в истерике и заламывала руки.

Р: Истерики уже закончились. Сейчас я опустошена и обессилена. А что тому тебя?

Н: А я тоже поняла, что люблю Сайлара. Представляешь, он начал за мной ухаживать, а я его обвинила, что он из благодарности все это делает. Меня обсмеяли и Сай, и его партнер по делу Людвиг. И мягко предупредили, что он не столь белый и пушистый, как кажется на первый взгляд.

Р: Вот! Я же тебе говорила! Не теряйся и прибери мужика к рукам.

Н: Надеюсь, однажды я тоже смогу тебе написать: «Вот, я же тебе говорила, что вы с Рашем будете вместе!»

Р: Посмотрим… Пойду отдохну. Мне скоро понадобится много сил, и в первую очередь душевных. Пока!

Н: Удачи во всем и терпения, Риса!

Глава 17

Риса Ригал

В приемном покое я сидела не просто подавленная — совершенно убитая. Раш в больнице, и в этом виновата я. Я, его защищающая, и не уберегла.

Сейчас врачи осматривают повреждения и пытаются их залатать, но уже понятно, что ближайшие пару дней Раш проведет в больнице.

А я сижу здесь и не знаю, что делать. И раз за разом прокручиваю в памяти картину его ранения. Как я могла это допустить?

Горло сдавили рыдания.

Уже много лет я не плакала, считая себя сильной женщиной, однако теперь мне было больно. За Раша я переживала, как не переживала ни за одного своего напарника.

Подошла медсестра, подсунула успокоительное. Я автоматически выпила. Меня до сих пор трясло. Откинувшись на спинку кресла, невидящим взглядом уставилась в стену, в душе бушевала целая буря чувств. Меня грызла вина.

Сколько я так просидела, сказать трудно. В какой-то момент ко мне подошел врач, и я вскочила с места, уставившись на эскулапа пытливым взором. Пожилой севар, заметив мои метания, похлопал меня по плечу.

— Не стоит так переживать. Не при смерти же ваш напарник! С ним все будет хорошо.

Я не поддалась на уговоры. Этот мужчина не знает всего.

— Как он сейчас?

— Особо порадовать не могу. У него множественные ушибы, ранения, повреждения внутренних органов. Все открытые раны не несли опасности для жизни, мы их зашили и залечили. С помощью магического проникновения восстановили внутренние органы. Но нужно время, чтобы они полностью нормализовали свою работу.

Я прикрыла глаза. Подобное лечение очень дорого, нам его оплачивает Дозор, и тем не менее, если бы мы промедлили, не успели доставить…

— Сейчас все позади, но несколько дней он должен провести в больнице.

Я представила реакцию напарника на это сообщение, и мне стало жаль того, кто ему об этом скажет.

— Раш уже знает?

— Да, — криво усмехнулся доктор. — Он воспринял наше решение без особого энтузиазма.

Надо думать!

— Но в связи с госпитализацией ему нужны вещи. Есть ли какие-нибудь родственники, способные предоставить ему все необходимое?

Я растерялась. За все время, что мы были напарниками, Раш никогда не рассказывал о семье. Есть ли она у него вообще?

— Я точно не знаю, поддерживает ли он отношения с родными, но обязательно выясню это у него. А пока сама позабочусь обо всех его нуждах.

— Тогда можете его навестить. Но недолго!

Получив разрешение, я сразу же поспешила вдоль коридора и, резко остановившись у нужной двери, осторожно ее приоткрыла.

— Заходи уж! — пробасил изнутри Раш.

Я вошла в палату.

В палате находились мой напарник и еще один мужчина. Кивнув ему, я направилась к Рашу.

— Жена пришла? — спросил лежавший напротив чадара вампир.

— Лучше, — усмехнувшись, ответил Раш, внимательно вглядываясь в мое лицо.

Я присела рядом с кроватью на стул для посетителей.

— Только не начинай, — с опаской поглядывая на меня, попросил Сонха.

Я кивнула, всматриваясь в его лицо, анализируя внешний вид и повязки. Чувство вины, тревоги и чего-то еще давило на меня тяжким грузом. Раш со все возрастающим волнением следил за выражением моего лица.

— Ну, Риса, можешь начинать меня пилить, — с тревогой вглядываясь в меня, разрешил напарник. — Как я был неосторожен… И подверг себя опасности…

— Это я тебя подвергла опасности. Не ты должен был себя оберегать. Это моя работа, — тихо сказала я, рассматривая рисунок на постельном белье.

Раш нахмурился:

— Что это за глупости ты здесь несешь? Я что, маленький ребенок, чтобы ты меня берегла?! Мы нормально отработали операцию. Успешно. А то, что я получил травмы… Так, работая в Дозоре, надо быть готовым к таким неожиданностям.

Я кивнула, по-прежнему не встречаясь с напарником взглядом. Пусть говорит что угодно. Знаю, упрек он мне в лицо не бросит, да и считает себя всесильным. Но от этого моя вина меньше не становится. Факты, факты…

— Лучше скажи мне, у тебя есть родственники, которым нужно сообщить о случившемся с тобой?

— Которым нужно сообщить — нет.

Я вскинула голову и посмотрела на Раша, он — на меня. Но каждому было интересно свое. Мне — что у него за история с родными, ему — продолжаю ли я думать «всякие глупости» о своей вине.

Но если Раш ничего мне больше сказать не хочет, то и я лезть в душу и выпытывать не буду. Пока. Напарник, поняв, что не в том положении, чтобы со мной спорить и что-то доказывать, решил тоже обождать с откровенным разговором. Пока.

— Возьми ключи и съезди ко мне домой. Привези все, что нужно, а дальше я сам справлюсь.

— Ты что, думаешь, что я брошу тебя в больнице одного?! — возмутилась я.

— Мне помощь не нужна! Не инвалид, — уперся Раш.

— Значит, ты меня плохо знаешь!

Забрав ключи из сумки, висящей на кровати, чтобы собрать все для него необходимое, сообщила чадару:

— Теперь будешь лечиться, а я позабочусь, чтобы ты ни в чем не нуждался, пока полностью не выздоровеешь.

Хоть как-то заглажу вину.

— Даже в женской ласке? — подколол меня напарник.

— Даже в ней, — подтвердила я, с удовольствием глядя в растерянные глаза чадара. — Ласка — она разная бывает…

Уже направляясь к выходу, я обдумывала план заботы о напарнике, а мне вслед летел его тихий смех.

* * *

Раш жил в небольшом доме (хотя скорее его можно было назвать лачугой) недалеко от границы города. Добралась я быстро. Пять минут езды от городских ворот — и вот чуть в стороне от дороги сквозь кустарник виднеется хибара Раша.

В холостяцком логове напарника я была всего пару раз, тем не менее оно врезалось мне в память. Стены со старой отделкой, потертые полы с уже облезлым рисунком. Комнат в доме было две, и мебель в каждой можно было пересчитать по пальцам одной руки: только самое необходимое.

Войдя в дом, поняла: с моего последнего посещения мало что изменилось. Не заходя на кухню, я сразу направилась к шкафу в спальне. Эта комната буквально «радовала» глаз. Полка, кровать, шкаф — вот и все. Раш объяснял свою любовь к минимализму так: «Убирать меньше». Но, открыв створку и посмотрев на груду вывалившейся из шкафа одежды, пришла к выводу, что и этим напарник не занимается.

Вздохнув от безысходности, я закопалась в эту кучу одежды, пытаясь отыскать необходимое. Дело оказалось непростым, и пока я нашла в доме все, что нужно, прошло часа два. Не понимаю, как можно столько зарабатывать и жить в таких условиях!

Собрав вещи и закрыв дом, я успела заехать в больницу и передать вещи напарнику.

Тот, гримасничая, поймал мою руку и поцеловал в знак признательности за заботу. По телу пробежал ток. Я ужаснулась своей реакции. Чадар лежит в кровати не в состоянии подняться, а я после шутливого жеста готова наброситься на него с нескромными желаниями!..

Нет, определенно нужен любовник. Пожелав напарнику выздоровления, я от греха подальше быстренько откланялась.

Вечер на улице был совершенно волшебным. Тепло, легкий ветерок шевелит листву деревьев, а заходящее солнце освещает крыши домов, придавая городским улочкам незримое романтическое очарование.

Позволив тагару самостоятельно двигаться к дому, задумчиво скользила взглядом по окружающим, но при этом практически ничего не видела. На душе скребли кошки.

Я мысленно перебирала знакомых мужчин, которые подошли бы на роль временного любовника, а перед глазами стояло лицо Раша. Может, сгодится и незнакомый мужчина? Так ничего и не решив, я, совершенно подавленная, добралась до дома, но и там у меня все валилось из рук. С Никой говорить не хотелось, да и вообще не было желания общаться с кем бы то ни было, но мысли о подруге воскресили в памяти наш последний разговор:

«…по древним преданиям, любовь — это особенное чувство, одно из самых сильных. Когда любишь, на этой земле тебя держит любимый человек, ты готова умереть за него, готова простить то, что другим никогда бы не простила. Готова отдавать, ничего не прося взамен. Любовь поглощает тебя с головой, и ты не представляешь своей жизни без любимого, и никто не в силах его заменить».

Это самое я и чувствовала к Рашу — и довольно давно, — только я никак не могла себе в этом признаться. Потому у меня и были проблемы с личной жизнью. Я встречала мужчину, общалась с ним и в то же время подсознательно сравнивала его с Рашем. Для меня сравнение всегда было не в пользу кавалера.

Потому шутки напарника по поводу личной жизни так задевали меня, заставляя доказывать ему и себе, что я способна чувствовать что-то и к другим. Но я себя обманывала.

А сегодня на задании он чуть не погиб. Я до сих пор словно горю, когда вспоминаю, как его ранили. Мой мир сошел с орбиты, когда я решила, что теряю его. Чувство вины? Конечно, оно присутствовало, но породила его именно любовь, а не долг и дружба.

Осознание накрыло меня лавиной, и некоторое время я лежала на диване, сжавшись в комочек и примиряясь с правдой.

А потом представила свое будущее и заплакала.

— Боги Айфира, что же мне теперь делать?

Беспокойным сном я забылась лишь спустя пару часов, и этой ночью мне первый раз приснился любимый мужчина.

Раш Сонха

Я терпеть не могу болеть. Самое для меня плохое в этом — необходимость целыми днями лежать в кровати, совершенно не зная, чем себя занять. Просто агония!

Но в этот раз меня беспокоила еще и Риса. Всегда открытая и непосредственная, сейчас напарница замкнулась и совершенно не шла на контакт. И, главное, я знаю причину: ее грызло чувство вины за то, что меня не уберегла!

Что за дикая у женщин логика? Я — мужчина, а она должна меня охранять… И ведь серьезно в это верит! Единственный ее служебный долг — это обеспечить мне условия для работы, магическую помощь. Что общего это может иметь с моей безопасностью? Но результат ее выводов налицо: теперь она будет мучить себя угрызениями совести, а меня — опекой. Непроизвольно воспоминания перенесли меня в первый день нашего знакомства.

Переезжая в новый город, я ожидал, что перевод принесет мне облегчение. Какими бы ни оказались коллектив и напарник, хуже, чем раньше, уже не будет. И тем не менее я ошибся.

Женщина-защищающая — совсем не то, о чем я мечтал, особенно после того, как представительница прекрасного пола привнесла в мою жизнь столько проблем, разрушив отношения с напарником. Однако при переводе выбора не предоставляют, приходится работать в паре с тем, с кем поставят. Тем более что по документам Риса обладала хорошим уровнем дара и имела неплохие характеристики. Тогда я отнесся к этому скептически, но вскоре понял, как был не прав.

Моя защищающая — хороший специалист, не очень опытный, но опыт приходит со временем. После того как она спасла мне жизнь, я присмотрелся к ней и как к человеку. И за все время ни разу об этом не пожалел. Одна из лучших представительниц прекрасного пола, которых мне только доводилось встречать, — с открытой душой, бескорыстная и преданная. Очень редкие качества для женщины.

Но бывают и у нее сдвиги в разумности мышления, и сейчас как раз один из таких случаев.

Мои размышления прервались, так как открылась дверь и в палату зашла Риса. В первый момент я даже не узнал ее, так плохо она выглядела.

— Что случилось? — спросил я, непроизвольно подтянувшись на постели.

— А? — отозвалась она и, поставив сумки на стул для посетителей, начала методично их разбирать.

Такое ощущение, что у нее кто-то умер или она не спала всю ночь.

— Я спрашиваю: что-то случилось?

— Все хорошо, — ответили мне, даже не взглянув в мою сторону.

Вампир, лежащий напротив, чуть улыбнулся и направился прочь из палаты. Он вчера весь вечер рассказывал мне про свою несчастную любовь и предостерегал от ошибок, а мне даже лень было опровергать его неправильные выводы о том, что мы с Рисой женаты. Но зато теперь я рад, что он оставил нас в палате одних.

— Вчера ничего не случилось? — начал допрос я.

— Нет.

— Ты нормально добралась до моего дома?

— Да.

— Тебя вчера ничего не расстроило?

— Только твое ранение.

— С тобой все хорошо?

— Да.

— И ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Да.

— Ты наконец-то оставила попытки устроить свою личную жизнь?

— Да.

— И родишь мне ребенка?

— Да.

Угу. Вот и поговорили.

— Почему ты не хочешь рассказать, что тебя беспокоит?

Мне не нравилось такое положение вещей. Раньше достаточно было ее подразнить — и она делилась переживаниями, а теперь молчит. Что же произошло? Все ли дело только в ее чувстве вины, с которым я быстро справлюсь, стоит выписаться? Или это ее друг, который никогда мне не нравился?

— Риса, лучше расскажи сама, иначе я начну докапываться.

В ее глазах мелькнуло загнанное выражение и пропало.

— У меня есть теория о том, как происходят прорывы, и я хочу ее проверить.

Теперь, чувствую, загнанное выражение появилось в глазах у меня.

— Нет!

— Что? Почему? — удивилась Риса.

— Что вообще за теория? И как она пришла тебе в голову?

— Вот съезжу, посмотрю и тогда — если подтвердится — скажу тебе.

— Риса… — предостерегающе начал я, — ты совсем из ума выжила? Ты представляешь, как может быть опасно в нестабильной местности? Особенно теперь, когда твари лезут отовсюду? Жить надоело?!

Напарница, замерев, долго на меня смотрела со странным выражением на лице, а потом засобиралась на работу.

— Мне пора. Шеф совсем ненадолго отпустил.

— Ты с ним говорила о своей теории?

— А будет толк?

— Риса, послушай меня хоть раз…

— Все, я пошла, — махнула мне рукой напарница и скрылась за дверью.

А я заскрипел зубами от бессилия.

Риса Ригал

Чувствовала я себя ужасно и утром встала вся разбитая. Есть не хотелось, работать — тоже, но с утра нужно навестить напарника и я, связавшись с шефом, предупредила об опоздании. Пока покупала все необходимое и добиралась до больницы, обдумывала сложившуюся ситуацию.

Несмотря на разговор с Никой, точно знала: у нас с Рашем как у пары будущего нет. Я бы не смогла терпеть его измены, он — мою требовательность. Я отношусь к тому типу женщин, которые охотно приспосабливаются к партнеру, но и к нам кое в чем тоже нужно приспосабливаться. Раш не даст мне стабильности и не пойдет на уступки. Значит, нечего начинать то, что неизбежно придет к концу.

Ника советует поговорить, но если все пойдет не так, как хотелось бы, слова обратно не затолкаешь…

К тому же есть самая главная причина, делающая наши отношения невозможными, — он не испытывает ко мне ничего, кроме дружеских чувств. А значит, чтобы не ставить нас обоих в неловкое положение и не портить тем самым отношения, мне нужно молчать и скрывать свои чувства. Так и мне, и ему будет лучше и легче…

Как только я появилась в палате, напарник сразу догадался, что у меня что-то случилось, и принялся, как за ним водится, выпытывать, что случилось да что произошло…

А как я могу рассказать ему, что произошло, когда так стыдно, что хоть подхватывайся и беги прочь? И когда он перешел к угрозам, положение стало отчаянным. Спасение пришло неожиданно: я вспомнила о своем решении разобраться с этими прорывами. И выпалила ему об этом своем желании, отметив про себя, что действительно нужно этим заняться. Единственным, что могу сделать, чтобы оправдать свою безалаберность и непрофессионализм на последнем задании.

Не скажу, что напарник воодушевился, но мне было все равно. Необходимо сбежать, пока душевный разлад не вырвался наружу. За несколько дней, что он проведет в больнице, я смирю чувства, спрячу, и все будет по-старому.

Первое, что я сделала, это направилась к начальству и написала заявление на отпуск. Нужен мне, в конце концов, отпуск или нет? Тем более наверняка через несколько дней Раша выпишут, и его нужно будет удерживать дома, чтобы долечился. А пока…

А пока я поехала на место одного из прорывов. Что-то не давало просто выбросить его из головы. Забыть, как пройденный этап.

Поле, следы на земле, отголоски чар до сих пор напоминали мне о том, что не так давно здесь было совершено жертвоприношение. Оглядевшись по сторонам, я выбрала ту, откуда появились твари, и направилась туда. Меня одолевало странное ощущение незавершенности, что мы чего-то не заметили. Но, обойдя весь периметр, я не нашла ничего интересного. Ясно, что везде поработали чистильщики, но они убрали только следы борьбы и трупы.

Присев на траву, я решила рассуждать логически. Если вокруг ничего нет, значит, это скрыли, а если скрыли, то… Как бы я стала надежнее всего прятать следы? И поднявшись, снова направилась осматривать территорию. Мой взгляд то и дело цеплялся за кучу наваленных старых бревен. Пожалуй, что-то подозрительное проще всего замаскировать именно там.

Подойдя ближе, я решила разгрести завал: все равно больше ничего подозрительного не нашла, а сдаваться не хотелось. Взявшись напитывать магией деревья, я разрушала их одно за другим, расходуя силу, и когда взорвалось последнее бревно, я была не только до невозможности уставшей, но и грязной, как чушка. Но оно того стоило.

Как только деревья исчезли, я увидела присыпанный землей ход и, упав на колени, начала его разгребать. Быстрее, нужно быстрее найти то, что там скрывают!.. Любопытство просто переполняло меня.

Вот деревяшка, прикрывавшая землянку, отброшена, и я, подобрав и напитав магией большую палку, замирая от страха, прошла внутрь. Зажгла светлячок.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы рассмотреть то, что там находится, — и я опрометью бросилась на выход. Меня вывернуло, и не раз.

В том маленьком, вырытом в земле помещении было совершено жертвоприношение. Такое же, как в храме, найденном нами ранее. И точно так же не было никакого запаха. Совпадение? Или все же преступная закономерность?

Срочно нужно домой и в неосеть! Там точно получится найти что-то стоящее. И спрошу у Ники. У вампиров с ритуалами крови отношения тесные. Одно ясно точно: спонтанные прорывы не случайны. Чудовищам помогают проникнуть в этот мир люди!

* * *

По дороге домой я сделала небольшой крюк и, забыв про свой внешний вид, в первую очередь направилась к Рашу. Зря!

Во-первых, за внешний вид влетело от врача, во-вторых, нужно было видеть выражение лица Раша, когда тот меня увидел.

Он приподнялся, облокотившись о постель, и воскликнул:

— Что случилось? Ты ранена?

А у меня при взгляде на него снова всколыхнулись притаившиеся было чувства. Прикрыв глаза, подумала, что пройдет время, и я научусь с этим жить.

— Со мной все нормально! Так, ты ложись давай, а то не расскажу, где была и что нашла.

Мрачно покосившись на меня, напарник вернулся в горизонтальное положение, и я приступила к рассказу. Слушал меня чадар молча, не перебивая, но как только я закончила, высказал все, что думает о моих умственных способностях, безответственности и безалаберности.

Я понимала, что его слова вызваны заботой и что он желает мне добра, но в свете последних открытий мое сердце кровоточило от неразделенной любви, потому молча поднялась и вышла.

Глава 18

Никеа Лавейская

— Слышал, у вас работают одни профессионалы?

После этого вопроса я пристально посмотрела прямо в глаза сидящему напротив меня вампиру, который зашел в контору буквально минуту назад.

— Да, вы правы. Слухи не врут, — вежливо подтвердила я.

Вампир был одет в дорогой, но, как мне показалось, слишком вычурный костюм. Модные тенденции в этом году требовали от мужчин даже на деловых рубашках кружевных манжет и пышных жабо, пиджак должен быть чуть приталенный, а штаны слегка облегать ягодицы и бедра.

Одежда же вампира была чересчур облегающей, а из-за слишком пышного жабо у мужчины даже подбородка не было видно.

— А эти профессионалы, они в любом деле мастера? — вкрадчивым голосом снова поинтересовался клиент, зыркая при этом по сторонам настороженным взглядом.

Немного напрягшись, переспросила:

— Я не совсем поняла ваш вопрос.

Он снова оглянулся, а потом тихо пояснил:

— То есть они охраняют и обозы, и клиентов, и помещения?.. И даже убить могут?

От его последних слов внутри что-то неприятно засвербело. Протянула руку и, стараясь сделать это незаметно, дважды нажала кнопку под столом — посылая сигнал конкретно в кабинет к Ошу.

И только после этого ответила:

— Наши наемники — профессионалы в любом деле, которое им поручат! Какие услуги хотели бы вы получить от нашей фирмы?

Вампир вздрогнул, увидев, как рядом, незаметно даже для меня, возник Ош. А я поспешила с пояснениями:

— Наш хозяин — господин Ош. А это господин Грокус — наш возможный клиент.

Сайлар встал чуть впереди меня, но все же сбоку. Вампир заметно напрягся под пристальным изучающим взглядом севара.

— Так какие услуги вы хотели бы у нас получить? — пробасил Ош.

— Господин Грокус интересуется, могут ли наши наемники убивать.

— Вы хотите, чтобы убили вас или кого-то другого? — жестко спросил Ош.

Вампир заерзал на стуле и выпалил:

— Меня-то зачем?

— То есть все же кого-то другого, — констатировал Сайлар.

— Ну, понимаете, иногда в жизни возникают трудные обстоятельства или ситуации, когда по-другому нельзя разрешить назревший конфликт…

— Моя фирма подобными вещами не занимается! Вы не по адресу! — жестко прервал вампира Ош. — И советую найти более законный способ решить ваши проблемы. Мой опыт показывает, что эта крайняя мера, которая вам сейчас кажется лучшим выходом, может обернуться против вас.

— Я заплачу, если вы… — вампир вскочил и потянулся к небольшому кожаному саквояжу, висевшему на краешке стула.

Но Сайлар резко оборвал клиента на полуслове:

— За свой совет я, так уж и быть, денег с вас не возьму. Мы вас больше не задерживаем!

И глянул так мрачно, что вампирчик, суетливо подхватив сумку и кивнув мне, быстро удалился.

Ош молча наклонился и нажал сигналку у меня под столом. Буквально через пару мгновений в холл ввалились Тоха и Людвиг.

Последний, оглядываясь вокруг, спросил:

— Что случилось?

— Несколько мгновений назад от нас вышел пижон в голубом костюмчике и с такими же наклонностями. Тоха, проследи за ним, этот типчик пытался для кого-то нанять у нас убийцу. Я хочу знать, кто он, где живет и куда от нас направился, — быстро и равнодушно произнес Ош.

Наемник кивнул и без дальнейших вопросов выскользнул на улицу.

— А зачем нам за ним следить? Ты хочешь сообщить в службу безопасности города о готовящемся преступлении? — удивленно спросила я.

Людвиг хохотнул и, не обращая внимания на предупреждающее выражение на лице начальства, произнес:

— Клянусь Изначальным, ты все-таки неисправима! Наивная, как ребенок! Тоха проследит за этим чудиком, выяснит всю его подноготную и кого он хочет убить, а потом к потенциальной жертве подвалим мы и предложим выкупить сведения, которые спасут ей жизнь. Может, и охрану организуем, а может, просто сведения продадим. Главное — заработаем!

Я уставилась на Сайлара, который, заметив изумление на моем лице, едва заметно поморщился. Словно боялся, что я сейчас устрою истерику или свалюсь в обморок. Я что, кажусь им такой слабачкой? Нахмурившись, решила прояснить один момент:

— А если жертва не захочет вам платить? Или не поверит?

— Тогда сообщим дознавателям, тому же Кронусу или Эйку. Этим тоже надо ставить галочки в план по раскрытию «заказухи», так что мы им окажем небольшую услугу. За которую они потом нам ответную помощь окажут. Девочка, эта сфера деятельности не такая чистая и благородная, как кажется на первый взгляд, — весело пояснил Людвиг.

— Милая, послушай… — пробасил виновато Ош.

— Милая?! О-о-о, я смотрю, у вас наконец все сдвинулось с мертвой точки, — улыбаясь, перебил Нейр. — Ну, ладно, голубки, не буду вам мешать.

— Людвиг, после обеда у нас с тобой спарринг, а то ты разжирел, как я погляжу, — мрачно и с угрозой произнес Ош.

Улыбка Нейра от озвученной перспективы тут же стала кривой и унылой. Ведьмак подмигнул мне и, насвистывая, удалился.

Ош проводил спину Людвига взглядом, а стоило закрыться двери, шагнул ко мне и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но я его опередила:

— Я все понимаю, Сай. Не надо мне, как маленькой, все разжевывать. Я догадываюсь, что деньги с неба не падают — их зарабатывают, и зарабатывают разными способами, и не вижу в этом ничего страшного. И вообще, не такая уж я слабая, в обморок от такой новости не упаду. Я же вампир, хищник. Так что…

Мое словоизвержение прервал Ош, который вытащил меня из кресла и, прижав к груди, пробасил:

— Хищница ты моя маленькая! Ты не слабая, ты просто хорошая и чистая. Мне бы очень не хотелось испачкать тебя реалиями своей работы.

Положив ладошки ему на грудь и поглаживая ткань черного пиджака, тихо спросила:

— Ты сказал мне, что хочешь от отношений со мной гораздо большего, чем просто ухаживания. Это так?

Подняв голову, посмотрела ему в глаза.

Ош согласно, но молча кивнул, а я продолжила:

— Ты хотел бы серьезных отношений или только… хм-м… постельных?

Взгляд его зеленых глаз пробежался по моему лицу, немного дольше задержавшись на губах, а потом, еще теснее прижав меня к себе, он ответил:

— Серьезных! Хотя твоя постель меня тоже очень интересует, но не как самоцель.

Я улыбнулась, чувствуя, как восторг и удовлетворение заполняют меня изнутри. А то вчера мы лишь целовались, а потом Ош просто проводил меня до дома. Правда, там мы тоже целовались, но в гости он так и не попросился. И разговоров, подобных этому, не было.

А мне очень-очень хотелось прояснить ситуацию.

— Я рада! Значит, Сай, мне придется «пачкаться» реалиями твоей работы, потому что я хочу знать, где и как ты проводишь время. Какие опасности могут угрожать тебе. И, если это возможно, быть рядом и помогать тебе во всем.

Пока говорила, даже на цыпочки привстала, чтобы быть ближе и чуточку выше.

— Мне нравится, когда ты зовешь меня по имени, — проурчал Сайлар, наклоняясь к моим губам. — И твои желания и замыслы тоже нравятся, я рад им и только приветствую.

Пальцами зарылась в его черную гладкую блестящую шевелюру, притягивая к себе и отвечая на поцелуй со всей силой первой страсти.

Мы оторвались друг от друга, когда дышать стало уже нечем. Большие ладони Оша захватили в плен мое лицо, заставляя смотреть ему в глаза.

Затем он хриплым голосом даже не спросил, а скорее проинформировал:

— Пойдешь сегодня со мной на свидание.

Я буквально расплылась в довольной улыбке, соглашаясь:

— Пойду!

— И даже не спросишь куда? — весело поинтересовался Ош.

Я заправила ему за ухо черные пряди волос, падающие на лицо, а потом, пожав плечами, так же весело ответила:

— А с тобой — хоть куда!

Лицо Сайлара осветила такая широкая и открытая улыбка, что я невольно засмотрелась на нее. Сейчас он стал похож на счастливого мальчишку, которому подарили долгожданную игрушку.

— Я знаю один потрясающий ресторан и хочу пригласить свою девушку туда на ужин. Ты согласна?

Последнее он спрашивал, вновь касаясь моих губ своими, поэтому я только выдохнула: «Да!» — и отдалась поцелую.

* * *

Я волновалась! Ош оставил меня лишь на минутку, отойдя к метрдотелю ресторана, в который мы пришли. «Золотой Кубок» оказался небольшим, но весьма приятным местечком в уже привычном для меня южном стиле, когда высокие большие окна во всю стену открывают вид на тихую улочку и снующих мимо прохожих. Снаружи под деревянным навесом тоже стояли столики, наполовину скрытые завесой зеленого плюща.

Мы решили разместиться внутри ресторана, тут свет был приглушен и обстановка казалась более интимной.

В ожидании, пока нас проводят к столику, невольно волнуясь, потерла ладошки и мельком бросила взгляд в зеркало напротив.

После обеда я успела забежать домой и переодеться в свое третье, и пока последнее, платье. Серо-розовый шелк струился до щиколоток, а благодаря нижней хлопковой юбке платье казалось пышным. Закрытое спереди, оно довольно сильно открывало спину. Из украшений я надела длинные золотые серьги с аметистами, а на шею цепочку, что декоративным узелком спускалась на грудь. Пусть они недорогие, но зато изящные и красивые.

— Ну что, пошли? Наш столик в самом темном углу, как я и просил, — с веселой ухмылкой «напугал» меня Ош.

— Ты хочешь меня напугать или соблазнить? — игриво спросила я.

— И то и другое, — тихо ответил мой любимый севар, ведя меня вслед за метрдотелем между столиками.

— Я понимаю насчет соблазнить, но зачем пугать? — изумленно поинтересовалась у него.

— Одно другому не мешает, милая. Ты, когда пугаешься, так доверчиво жмешься ко мне… Разрешаешь трогать, касаться… Так что это поможет мне в твоем соблазнении, — честно, хотя и с хитрой ухмылкой ответил Ош.

Я даже приостановилась на мгновение от удивления. А потом, заглянув в болотные смеющиеся глаза своего мужчины, сама тихо рассмеялась.

— Ты великий интриган, Сай!

— Ты мне льстишь, маленькая хищница, но мне приятно.

Уже через мгновение нас подвели к круглому столику, находящемуся в нише, задрапированной красным бархатом.

Усевшись, я обвела ее взглядом и невольно поморщилась.

— Тебя что-то здесь не устраивает? Не нравится? — тут же среагировал Ош.

Сначала покачала головой отрицательно, а потом решила пояснить:

— Нет-нет, все хорошо. Просто у меня с красным цветом связаны не очень радостные воспоминания.

Ош жестом отпустил метрдотеля, а сам попросил:

— Расскажи мне!

— Да ничего такого ужасного или страшного, если ты об этом. Просто мой папа — жуткий приверженец старых вампирских традиций. И весь наш дом был отделан в красном цвете различных тонов. Это утомляет и раздражает, поэтому я его теперь терпеть не могу.

— Хочешь, можем пересесть в другое место? — предложил Ош, положив свою широкую жесткую ладонь на мою руку, лежащую на столе.

Мне стало очень приятно от осознания важности для него моего мнения, моего комфорта.

— Нет, здесь хорошо. Но спасибо за заботу, — ответила с улыбкой своему севару.

К нам подошел официант, предложил меню, и мы ненадолго отвлеклись от разговора.

К сожалению, крови в меню не было. А жажда уже давала о себе знать.

Мы сделали заказ, и стоило официанту уйти, как я неожиданно даже для себя спросила:

— Сай, почему ты так не любишь вампиров? Потому что мы кровь пьем?

Ош откинулся на спинку стула, разглядывая меня, а потом все же ответил:

— В свое время я служил в Дозоре, и моим напарником был вампир — Эниас. В большинстве случаев защищающими являются ведьмаки, учитывая их способность напитывать все магией, но бывает, что берут и вампиров. Если у вампира сильные способности к проклятьям, это помогает в драке с тварями.

Севар замолчал, словно вернувшись в прошлое, и даже голову опустил. Я же сидела как мышка и, затаив дыхание, ждала продолжения рассказа.

— Эниас особой храбростью не отличался, но я почему-то был уверен, что он всегда прикроет мою спину, ведь мы несколько лет были в паре и через многое прошли. А потом я выяснил, что мой напарник — наркоман. И чем больше времени проходило, тем сильнее становилась его зависимость. Он часто тайком ото всех посещал один закрытый клуб, где наркоманам-вампирам наливали щедро сдобренную галлюциногенами кровь. Побочный эффект от такого снадобья — повышенное потребление самой крови. Так организм восстанавливается после эмоциональной встряски от наркотиков.

Я все больше поражалась его рассказу.

— В итоге Эниас тратил всю свою зарплату на наркотики и свежую кровь, а потом начал занимать у меня. И чем дальше, тем зависимость становилась сильнее и глубже, он даже меня пытался просить сцедить для него крови. Я пару раз купился на его глупые сказки, а потом все вскрылось. Я помог ему бросить… так я думал. Он вернулся к работе, а в первый же прорыв выяснилось, что он обманул всех. И меня в том числе. Он был под кайфом, не прикрыл мне спину и подставил под монстра. Глюки заставили его поверить, что тварь слишком огромна, и он бросил меня с ней один на один. Да еще проклятиями кидался и меня зацепил. Тогда меня чуть на клочки не порвали, но помогла вторая группа.

Севар вздохнул.

— К сожалению, было уже поздно. Яд твари вкупе с проклятием Эниаса чуть не отняли у меня ногу. Ее, конечно, спасли, но полностью восстановить мышцы так и не удалось. Со службы комиссовали, и я лишился всего, о чем мечтал и к чему стремился.

Ош замолчал, а я осторожно спросила:

— Служить в Дозоре — это твоя мечта?

На меня взглянули зеленые глаза, в которых сейчас стыли холод и непонятное мне предупреждение.

— Я мечтал о семье. Тогда я еще был помолвлен, но оказалось, что инвалид ей не нужен. И мне тут же дали отставку.

Я возмутилась:

— Ты не инвалид! — а потом тихо спросила, боясь услышать ответ: — Она тоже была вампиркой?

Ош грустно усмехнулся, но ответил:

— Нет. Она севарка. И я рад, что моя хромота не имеет для тебя значения. Это я отметил сразу.

Выдохнула, стараясь сделать это незаметно, а то если бы и девушка была вампиркой, я вообще утонула бы в сожалениях.

Нам принесли заказанную еду, и мы приступили к ужину. И хотя все было вкусно, мне явно не хватало свежей крови. Надо срочно в аптеку сходить, а то запасы у меня закончились.

Сайлар заметил, что я ем без аппетита, скорее просто ковыряю вилкой в своей тарелке, и поинтересовался:

— Все так невкусно?

Я смутилась и молча покачала головой. Под его внимательным взглядом заставила себя положить в рот кусочек мяса и начала жевать.

— Ты давно кровь пила? — вкрадчиво поинтересовался он.

Врать было бесполезно, светящиеся голодные вампирские глаза кого угодно выдадут с головой.

— Я завтра же зайду в аптеку, Сай! — быстро ответила я.

— Я могу поделиться своей. Сейчас, — предложил Ош и пристально посмотрел на меня.

Я бешено замотала головой, чувствуя, как сережки колотятся о щеки и скулы. Учитывая все, что он мне сейчас рассказал про напарника и про то, как делился с ним своей кровью, а теперь еще и я…

— Нет-нет, спасибо! Я завтра же пополню свои запасы. Не волнуйся!

— Боишься, что воспылаешь ко мне страстью? — неожиданно весело поинтересовался Ош.

Я, не понимая, округлила глаза, а он, усмехнувшись, пояснил:

— Я знаю, что если добавить в ваше питье свежей, еще теплой крови, те, кто не в паре и вне брака, начинают испытывать влечение к источнику крови. Особенно если это мужчина и женщина.

Услышав его пояснения, я хмыкнула и, не подумав, ляпнула:

— Да куда уж сильнее!..

Сказанных слов назад не воротишь, но захотелось закрыть рот рукой — а вдруг задержатся?

Довольный Сайлар откинулся на спинку стула, расплылся в самодовольной ухмылке и ответил:

— Я рад. Значит, можешь спокойно пить… меня.

Затем, подхватив нож, резанул себя по ладони, и его яркая ароматная кровь полилась в мой стакан с вином. А я буквально задохнулась от этого вкусного запаха, втянула его в себя, стараясь дышать поглубже.

— Пей, милая, — проворковал Сайлар, с мягкой улыбкой наблюдая за моим лицом. — Хочу, чтобы после этого ужина ты осталась полностью сытой и довольной.

Подалась вперед и, удерживая кровоточащую ладонь двумя руками, подтянула к себе, чтобы осторожно лизнуть, залечивая рану. Не удержалась и слизнула последние капельки, ощущая на языке их пряный живительный вкус.

А потом аккуратно опустила его руку на стол и, отрицательно качнув головой, с сожалением ответила:

— Я не могу, Сай. Не хочу быть паразитом. И напоминать тебе Эниаса не хочу.

Сайлар приподнял руку, рассматривая розоватый след от ранки, а потом перевел взгляд потемневших глаз на меня.

— У тебя очень нежный язычок, мне понравилось. А теперь пей, я так хочу. И поверь, Эниаса ты мне уж точно никогда не напомнишь.

Его слова и голос были наполнены такой уверенностью и странным предвкушением, что я подчинилась. Тем более аромат его крови в моем бокале перебивал запах вина и звал меня пригубить его… Попробовать…

Выпив все до последней капельки, даже облизнулась, зажмурившись, так вкусно было.

— Милая, ты так это делаешь, что я готов каждый день тебе свою кровь предлагать.

Услышав это веселое замечание, я смутилась, тут же ощутив, как загорелись щеки.

— Спасибо, Сай, — буквально прошептала я.

Вместо ответа севар захватил мою руку своими, а потом я почувствовала, как его хвост заскользил по моим лодыжкам, поглаживая и немного щекоча пушистой кисточкой.

Поэтому хрипловатым от возникшего желания голосом жалобно попросила:

— Давай ужинать.

Ош тихо засмеялся, а у меня от его глубокого смеха мурашки по коже побежали… возбуждающие.

— Трусишка, — тихо произнес он, поглаживая своими большими пальцами кожу на моих ладошках.

И все же он выпустил мою конечность, чтобы мы могли приступить к еде. Но чуть позже спросил:

— Ника, я хочу знать, почему ты сбежала из дома. Более подробно! Не люблю неясных ситуаций, и мне важна твоя безопасность. Поэтому, если ты не против, расскажи о себе.

В первый момент, услышав его просьбу, я замерла, а потом все же решилась на честность и полное доверие. Учитывая, что он мне так много рассказал о себе, да еще и кровью поделился…

— Мое полное имя — Никеа Лавейская. Я принадлежу к одному из старейших вампирских аристократических родов севера. У меня есть еще два брата: старший — Димитрус и младший — Корин. Старший — игрок и бабник. Из-за него у нашего клана денежные трудности, а кровь нынче дорогая, вот отец и решил поправить наше положение за мой счет. У нас принято за невесту платить выкуп, а учитывая мое происхождение и тот факт, что я владею сильной магией крови… В общем, на меня уже давно положил глаз один наш сосед — Ронар Аббаз. Он наследник соседнего клана — очень богатого, который может себе позволить купить все, что захочет. И жену в том числе. Меня не спрашивали, хочу или нет, а просто поставили перед фактом — я обязана выйти за него! Если бы ты его знал, то понял бы, почему я решилась на побег. Жестокий, чванливый, эгоистичный… Да меня передергивает от одного его вида!

— Ты могла бы просто сказать «нет», — нахмурившись, произнес Ош.

— Нет! Ты не знаешь мою семью! Старые кланы вампиров живут еще по древним традициям, особенно аристократические семьи. И женщины в них выполняют волю отца и мужа. Если бы меня поймали, даже просто кто-то из клана, меня бы вернули отцу. Налоги на кровь высокие — в кланах она дешевле. Так как наша казна опустела, отцу пришлось поднять налог и для наших вампиров, а мое замужество с Ронаром могло исправить эту ситуацию. Так что в нем заинтересованы все.

— Занятно. И это в наше время… — задумчиво процедил Ош.

Его хвост крепко обвил мои лодыжки, словно он испугался, что я исчезну, и теперь пытался удержать.

— Да, и это в наше время! Клан Аббазов горячо ратует за сохранение древних вампирских традиций и чистоту крови. Они на этом так же помешаны, как и мой отец, если не сильнее. А я… Я подхожу по всем параметрам. Да и Ронар меня хочет.

Ош положил локти на стол и подался ко мне, задавая следующий вопрос и заглядывая при этом в глаза, ловя эмоции:

— А ты?

Я горько хмыкнула:

— Хм. А что я? Я так сильно его «хочу», что сбежала. Я, которая в город-то под охраной ездила и только в сопровождении семьи! Я даже за территорию клана никогда не выезжала одна, а как только мне сообщили, что через неделю свадьба, решилась на побег. Ночью, по лесу и в горах. Ты не представляешь, что я пережила там. Меня волки как добычу гнали, загрызли мою кобылу, а я несколько часов на дереве просидела. А потом бежала, задыхаясь, еще и сумку с вещами умудрялась тащить. А еще я отца обокрала — забрала деньги из его стола. Хоть я и работала на него, зарплату мне все равно не платили, так что в этом случае меня совесть не мучает. Но все равно — ужасно противно было от всего этого. И больно.

— Понятно. А имя изменила, чтобы не нашли? — спокойно поинтересовался Ош.

Я молча кивнула. А потом выпила воды из бокала: от волнения горло пересохло.

— Есть такая вероятность?

На вопрос Оша снова согласно кивнула.

— Ты уверена, что будут искать?

И снова мой кивок.

— Понятно!

Ош еще мгновение посидел, разглядывая скатерть, а потом встал, заставив меня вздрогнуть и посмотреть на него. Я испугалась, что, узнав обо мне все это, он сейчас уйдет, но он поднял меня со стула, а потом сел сам и усадил к себе на колени.

Прижав мою голову к своей груди, прошептал:

— Не волнуйся, все будет хорошо. Я позабочусь об этом.

Всхлипнув, обвила его шею руками и, уткнувшись в нее, замерла, чувствуя, как мои слезинки скатываются ему на пиджак. Я просто наслаждалась таким упоительным ощущением безопасности и покоя, находясь в его руках.

Сайлар приподнял мое лицо за подбородок и начал покрывать его быстрыми легкими поцелуями. Я зарылась пальцами в его черную густую шевелюру, наслаждаясь ее шелковистостью, и сама потянулась к его губам. И мы немного увлеклись.

В реальность нас вернул кашель официанта, который с веселой улыбкой, словно извиняясь, спросил:

— Может, желаете еще вина? Или еще чего… отведать?

Пока я от стыда боялась поднять на него взгляд, Ош весело попросил меню, чтобы заказать десерт.

Зато я поняла, как здорово, что мой любимый севар заказал столик в самом темном и дальнем углу ресторана.

Вернувшись после свидания домой, первым делом кинулась к зеркалу. Меня буквально распирало от эмоций и желания с кем-то ими поделиться. А с кем же еще, как не с подругой?!

* * *

Н: Риса, приветствую! Как твои дела? Как состояние Раша? Я очень волнуюсь.

Р: Дела? Можно сказать, хорошо. С Рашем все в порядке. Он идет на поправку. А вот у меня полный разлад.

Н: Я рада за Раша! И за тебя! Похоже, твои чувства ведут войну с разумом, и пока не ясно, кто из них выйдет победителем. Я буду болеть за твои чувства!

Р: Да что за меня болеть. Я поняла, что влюбилась. Окончательно и бесповоротно. Теперь не знаю, как скрыть свои чувства от него. Меня съедает животный страх при мысли о том, что он узнает.

Н: Ты такая смелая в жизни, а своих чувств боишься как огня. А еще, знаешь, как говорят: легко умереть за кого-то, гораздо сложнее жить ради кого-то. Живи хотя бы ради самой себя. Риса, я тебя очень прошу — скажи ему! А дальше уже можешь бояться, менять все, к нижнему миру, или послать его туда…

Р: Нет, я боюсь. Не хочу… Не могу… Наверное, постараюсь скрыть чувства и плыть по течению. А если не получится — повыдираю все волосы его любовницам и напишу прошение о переводе.

Н: А потом будешь всю жизнь жалеть о том, что так и не решилась сказать ему о своих чувствах! Трусиха!

Р: Думаю, это лучше, чем оставшиеся полжизни лелеять свои комплексы и считать себя полной неудачницей, на которую действительно стоящий мужик даже не посмотрит.

Н: Ха! Хочешь коварный совет от анимишки?

Р: А ты их еще не все выдала?

Н: Не такие коварные! Но, видимо, пришла пора соответствовать образу хищницы!

Р: Ну, не томи!

Н: Запугай до смерти всех его подружек и даже возможных претенденток на его постель! И тогда спустя совсем недолгое время (учитывая описанный тобою его темперамент) он сам приползет к тебе и будет молить, чтобы ты пустила его в свою постель!

Р: Мне не нужно, чтобы он приполз ко мне от безысходности, я хочу, чтобы он пришел, потому что его единственный выход — это я. Но хватит обо мне. Просто посмотрим, что будет дальше. Что у тебя случилось за эти дни?

Н: Ну, смотри сама! Мой трудовой день начался с того, что к нам приходил вампир, чтобы нанять у нас наемного убийцу! Представляешь мой шок?! А еще у меня сегодня было свидание с Сайларом. Риса, он самый замечательный во всем Айфире!

Р: Так, убийцы — это все пустое! Как прошло свидание? То, что он замечательный, позволяет надеяться, что у вас все хорошо?

Н: Из-за этого неудачника, пытавшегося нанять убийцу, Людвиг с Сайларом решили, что я совсем слабачка. Мне кажется, Сай ведет себя со мной так, как будто ходит по полю, усеянному кучей магловушек с проклятьями. А свидание прошло отлично!

Р: Твои первые слова заставляют в этом усомниться. Давай расскажи мне свои тайны.

Н: Хи-хи, Тайны! Какие тайны? Я чиста, как житель верхнего мира…

Р: Давай расскажи мне сплетни, порадуй раненную в самое сердце влюбленную.

Н: Нет, его историю я тебе рассказывать не буду! Даже тебе! Это неэтично! Но осажу одно — его предал друг и бросила невеста. Я их ненавижу и благодарю одновременно. Ненавижу за то, что они сделали ему больно. А благодарю за то, что он в итоге достался мне! Ты можешь представить? Он сегодня предложил мне свою кровь! Просто заметил голод в моих глазах.

Р: Да, мужик попался, что тут скажешь? А в твоем шкафу скелетики есть? А то я тебе уже все рассказала, даже признаваться не в чем, а ты скрытничаешь. Это неэтично!

Н: Ты права. Я беглянка. Сбежала из дома ночью, обокрав родного отца. Как говорят информаторы Сая, «свистнула» у него оружие и немного денег. За неделю до совершеннолетия родители попытались выдать меня замуж за сына главы соседнего и очень богатого клана. Чтобы не повышать налоги на кровь. Продать за нее меня! В результате я — тут. Нищая, но уже не безработная. А главное — счастливая!

Р: Да, у тебя настоящая душераздирающая история! Как же ты решилась?

Н: А вот так, с перепугу! Женишок мой бывший — красавчик, но моральный урод! Ложиться под него — лучше сразу удавиться!

Р: Тогда живи так, чтобы этот гад локти кусал от того, что потерял тебя.

Н: Хм, кто бы говорил! А сама-то что? Я, может, тоже боюсь, что не пара Сайлару! Что надоем ему быстро… Он благородный и добрый, потом будет из жалости терпеть меня всю жизнь…

Р: Это неважно, главное, что вы любите друг друга. Только это имеет значение. Поэтому я желаю тебе счастья и по-доброму тебе завидую. А пока до скорого.

Н: Ну, про любовь мне пока никто не говорил, увы. Но буду ждать сего торжественного момента! Пиши мне чаще, Риса, ты теперь единственная моя подруга и отдушина! Удачи тебе, и Рашу с тобой!

Глава 19

Риса Ригал

Раша выписали через два дня, прописав ему на неделю постельный режим. Естественно, напарник и не думал его придерживаться, но шеф на это время закрыл для него управление. И напарник решил прийти ко мне помириться.

В этот вечер я сидела с другом и обсуждала свою находку. Правда, поначалу Лутак тоже отреагировал немного нервно. Но слова друга так не задевали, и, потерпев его ор минут десять, я наконец-то услышала дельные мысли.

— Конечно, если отбросить в сторону твою глупость, твои находки очень интересны. Значит, прорывы происходят не без чьей-то помощи…

— И мне нужно выяснить чьей.

Друг внимательно на меня посмотрел и спросил:

— А ты уверена, что оно тебе надо?

— Лутак, вот ты вроде умный парень, а задаешь глупые вопросы. Я каждый день рискую жизнью, на последнем задании Раш чуть не погиб. Что значит «оно мне надо»?

— Просто, «умная женщина», ты должна понимать, что это не какой-то сумасшедший от нечего делать ритуалы проводит, а очень влиятельный человек. И присутствие на месте ритуалов крибона тому подтверждение. Сама знаешь, этот минерал под строгим государственным контролем и достать его практически невозможно.

— Практически!

— И ты должна понимать, что за человек должен быть замешан в этом деле.

— Все-таки, я думаю, нужно начать с поиска фанатиков или какого-нибудь тайного общества, которое может этим заниматься.

Друг поморщился от моего предположения, явно с ним несогласный.

— И разузнай, как используегся крибон при ритуалах. Должны же быть у злодея слабые места.

Неожиданно наш интереснейший разговор прервал стук в дверь. Я замерла.

Кто бы это мог быть? Я никого не ждала.

— Ты не хочешь открыть? — поинтересовался Лутак.

— Если это Раш, то ты — мой любовник, — неожиданно для себя выпалила я.

Мне очень хотелось уязвить Сонху, и я не могла понять почему.

Друг от моих слов поперхнулся вином, которое как раз пил, и закашлялся.

— Что?! Зачем?

— Я прошу тебя мне помочь! — прошипела я и направилась к двери.

Чутье меня не обмануло, на пороге действительно стоял Раш.

Приподняв бровь, напарник окинул взглядом мой легкий домашний наряд и ехидно поинтересовался:

— Ты меня ждала?

Осмотрев свои шорты и простую майку, пожала плечами.

— Вообще-то нет, но проходи, — сказала я вслед напарнику, уже направляющемуся на кухню.

Прикрыв дверь, прислушалась к противоестественной тишине в доме и поспешила к гостям.

Чадар и севар сидели за обеденным столом и молча разглядывали друг друга. Они и раньше друг друга не любили, но, похоже, с каждым годом их отношения становятся все хуже.

— Я помешал? — спокойно спросил чадар.

Посмотрев на напряженного друга, я ответила:

— В каком-то роде да.

— Я уже собирался уходить, — сказал Лутак, начиная подниматься. — Проводи меня.

Направившись за другом снова к двери, я обернулась к Рашу, тот смотрел в окно.

— А ну-ка объясни мне, что происходит! — набросился на меня Лутак перед дверью.

Почему я должен изображать перед Сонхой твоего кавалера?

— Это сложно объяснить…

— У меня две научные степени. Думаю, пойму, — сложил руки на груди друг.

Как все сложно…

— Понимаешь, недавно я поняла, что неравнодушна к нему, — прошептала я. — И поэтому хочу, чтобы он решил, что у меня с тобой роман.

Лутак нахмурился.

— М-да, с тобой даже научные степени не помогают! Зачем это тебе?

— Ну ты что, неадекватный? — разнервничалась я.

— Тише. Когда зайдешь ко мне за обещанной информацией, я жду подробного рассказа.

Скорчив рожицу, я закрыла дверь за Лутаком и вернулась в кухню. Раш уже налил себе чаю и, развалившись на стуле, потихоньку его потягивал.

— Чувствуй себя как дома, — с сарказмом предложила я.

— Спасибо. Так все-таки я не ошибся насчет вас с Туком?

— Лутаком, — терпеливо поправила я.

— Так что?

— Нет, мы просто друзья.

— Теперь это так называется? — Ехидство в голосе чадара можно было черпать большим половником.

— Не понимаю, о чем ты… — Я изобразила на лице невинность и полное непонимание.

— А со мной ты тоже дружишь?

В своих подколках Раш зашел слишком далеко!

Резкое движение — и напарник ловит мою ногу в нескольких сантиметрах от своего достоинства. Но зато он ослабил внимание в отношении своего лица, и в следующую секунду мой кулак врезался ему в нос.

— Сам виноват! Нечего меня оскорблять.

— Я только выписался, а ты дерешься. Между прочим, у меня из носа кровь идет!

Мы оба истекали кровью, но каждый по-своему. Моему сердцу больно было слышать такие слова.

— Ты знаешь, где ванная, — холодно ответила я.

Пока напарник приводил себя в порядок, я смотрела на улицу. Начинало смеркаться, в это время суток тени приобретают особенную силу, создавая непередаваемое волшебство. Меняя мир.

Мне нужно лучше держать себя в руках, иначе нам придется прекратить и деловое сотрудничество. А мне так хотелось иметь возможность хотя бы смотреть на него, касаться, находиться рядом…

— У тебя ничего не случилось?

Резко обернувшись, я заметила, что Раш стоит в дверном проеме и смотрит на меня. Какой кошмар! Я даже не услышала, как он приблизился.

— С чего ты взял?

— Ты странно себя ведешь в последнее время.

Сейчас Раш уже не дурачился и был серьезен.

Я встряхнулась и решила перейти к делу. Зачем обсуждать столь опасную тему?

— Ты ведь пришел сюда, чтобы узнать, что я нашла при обследовании мест прорывов?

— Мне, конечно, лучше знать, зачем я пришел, но если ты хочешь поговорить о деле, то я не против, — сообщил напарник, усаживаясь на прежнее место.

Налив нам по чашке чая, я начала рассказ о том, как у меня зародились подозрения, как я отправилась на поиски и что случайно нашла. Раш слушал внимательно, периодически качая головой или морщась.

— Все-таки тебе надо оторвать голову за то, что проделала такое в одиночку, — подытожил Раш, выслушав мой рассказ.

— Мне все удалось, а победителей не судят, — парировала я.

— Тебя не судить надо, а бить! Ты хоть представляешь, какой опасности себя подвергала?

— Представляю. Не забывай, Раш, я — ведьмак и в этом деле понимаю побольше тебя! Поверь мне, я хорошо представляла, чем рискую.

Посверлив меня взглядом, Раш заметил:

— И все равно подвергать себя такой опасности неразумно. В местах, где были последние прорывы, можно найти не только магические следы, но и живых людей, если не тварей. Поэтому дальше исследовать эти прорывы ты будешь со мной.

— Не забывай, Раш, я в отпуске, а ты — нет.

— Не переживай, я решу эту проблему, — усмехнулся напарник. — Давай лучше обговорим план действий…

Раш Сонха

Я вышел из дома Рисы уже поздно ночью и, сев на тагара, неторопливо направился к своему дому.

То, что происходит в последнее время, нравилось мне все меньше и меньше. Я перестал улавливать суть событий, и это меня беспокоило. Хватит сомнений! В принципе я давно все решил. Значит, теперь пора не колеблясь поступить, как считаю нужным, и все.

Скоро все тайны будут раскрыты.

Риса Ригал

После нашего разговора с Рашем я беспокоилась. Сонха ушел в очень странном настроении, и я не знала почему. Догадался ли он о моих чувствах? После своего ранения напарник очень непонятно себя ведет.

Утром у Раша имелись какие-то дела, потому ехать на еще одно место прорыва решили уже во второй половине дня. Напарник хотел сам все осмотреть, будто что в магии понимает. Ну и пусть! Все равно я пока жду сведений от Лутака.

Поэтому с утра я, как обычно в этот день, решила купить любимых булочек, за которыми хожу каждые выходные в одну и ту же лавку. А что такое отпуск, если не отдых? Тем более что надо поправлять свое унылое настроение. И я его поправила — только в худшую сторону.

Пока стояла в очереди, мой взгляд непроизвольно упал на другую сторону улицы, и я застыла, а сердце пронзила боль.

Напротив булочной в маленьком симпатичном кафе за столиком сидел Раш и миловался с какой-то девушкой. Вот и выяснилось, что у него за важное дело с утра!

Первый порыв — подбежать к ним и за волосы оттащить от Сонхи гадкую девицу, но потом я заметила и то, как ласково он касается, гладит руку девушки. Это движение вызвало во мне острое чувство дежавю. И я бы вспомнила, что мне так напоминает эта ситуация, но помешал второй порыв.

Мне захотелось тут же найти своего тагара и одной уехать из города исследовать место прорыва. Вот только как объяснить отъезд Рангу? Признаться в своей ревности невозможно, а устрой я скандал — Сонха сразу догадается.

А потом на место злости пришла апатия, и только боль осталась та же. Идти домой к четырем стенам не хотелось, и я решила побродить по городу и подумать. А осмыслить мне есть что.

В первую очередь надо приучить себя к мысли, что у Раша будут любовницы. Много. И я не буду входить в их число. Мне это не надо, ему это не надо. Поэтому придется привыкнуть.

Заниматься самообманом, как раньше, у меня вряд ли получится, а значит, надо взять себя в руки. Если я буду каждый раз расплываться от боли, как квашня, то Сонха сразу все поймет. Несмотря на все его недостатки, он далеко не дурак.

В этом случае единственный для меня вариант — взять себя в руки и приучаться к мысли о его интрижках и к тому, что меня это не касается. А когда подвернется случай — портить его пассиям жизнь. Это даст мне хоть какую-то отдушину. Только бы остаться непойманной.

И еще одна идея показалась мне разумной. Напарник явно замечает странности в моем поведении и будет искать им объяснения. Чтобы он не догадался, что я влюблена в него, мне нужно убедить его, что я люблю другого. И я, кажется, даже знаю кого.

После того что увидела утром, надо ли говорить, что на еще одно старое место прорыва я в компании Раша отправилась не в самом лучшем расположении духа? Зато полная решимости.

Мы проехали за пределы города в сторону ближайших селений, а там еще несколько километров в глубь проселка — и мы на месте. Там, где впервые был зарегистрирован нестабильный прорыв. По меркам последних событий это было довольно старое место происшествия.

Когда знаешь, что искать, поиски значительно облегчаются. Я сразу начала осматривать местность, прикидывая, где легко можно спрятать следы ритуала. При беглом осмотре на глаза ничего не попадалось, но под пристальным взглядом напарника я, поджав губы, начала скрупулезно осматривать все.

И мое упорство было вознаграждено. Недалеко от места разрыва ткани мира нашлась большая выжженная яма, вся в золе и грязи, но имеющая специфический легкий магический флер. Практически незаметный. Это могло быть все, что угодно, и все же…

Присев и напитав энергией землю, я разметала ее в разные стороны.

— Кх-м…

Обернувшись, увидела Раша, измазанного землей. Я бы сказала, покрытого ровным слоем.

— Э-э-э… прости.

А потом все мое внимание приковало к себе место прорыва. Мы с напарником, бухнувшись на колени, начали тщательно исследовать все вокруг.

Мои выводы подтвердились. Все, как и на местах остальных ритуалов — жертвы, линии, кровь… Вот только здесь они в первый раз оставили улику — крошки и магический фон очень интересного минерала.

Взяв несколько крошек, я растерла их пальцами и поднесла к свету.

— Да, так и есть.

— Что это? — Раш недоуменно рассматривал пыль на моих пальцах.

Посмотрев на напарника, я сказала:

— Ты не поверишь, но это крибон.

* * *

Вечером, едва мы вернулись с прорыва, я решила отследить напарника в местах, где он обычно бывает, и после того как посетила четыре, удача мне улыбнулась. Напарник сидел в одном из тех кафе, где он появлялся со своими пассиями. Девушка напротив него оказалась совсем другой, нежели та, что была утром. Он сидел, улыбался ей, но вид был каким-то отсутствующим.

«Бедняжка… Мысли о расследовании отвлекают», — ехидно подумала я.

Я буду не я, если нахальный чадар хорошо проведет вечер. Так, теперь главное — его отвлечь. Значит, надо найти предлог, чтобы ему позвонить. Ага, мы договаривались завтра вместе пойти к его знакомому, чтобы попробовать раздобыть хоть какую-то информацию, а то до сих пор не знаем, с чего бы нам начать. Вот я возьму и не пойду, уборку дома сделаю.

Набрав номер Лутака, я попросила его отправить Рашу сообщение.

— Нет.

— Ну чего тебе стоит? — заканючила я.

— Потому что я не желаю писать твоему напарнику-идиоту. И почему ты сама не можешь написать?

— Лутак!

На заднем фоне послышалась возня, и друг сказал:

— Хорошо.

И отключился. Интересно, с кем это он проводит время?

Но мысли мои моментально сменили направление, стоило заметить, как официант отозвал Раша. В этом заведении персонал не был одет в форму, потому, войдя в кафе, я направилась в туалет и в коридоре прихватила висевший рядом со служебным помещением грязный фартук.

В полумраке зала я спокойно подошла к столику и принесла салфетки. Аккуратно поставив их на стол, я неаккуратно свалила сумку дамы чадара, и пока та, шипя на меня, наклонилась за ней, я осторожно подлила ей в стакан одно интересное средство, что когда-то брала у Лутака. И с тех пор всегда носила в сумочке.

Удаляясь, я еле-еле успела разминуться с Рашем. Приятного ему вечера. Если, конечно, напарнику нравится ждать своих спутниц возле женского туалета.

Однозначно, вечер не прошел зря!

* * *

У Сонхи словно открылся сезон охоты. Он не пропускал мимо себя ни одной женщины, но, кроме улыбок и флирта, я ничего не замечала, а следила внимательно! Правда, одна из девушек, живущая по соседству с напарником, положила на него глаз и строила серьезные планы.

Стройная темноволосая севарка, очень пластичная и подвижная, вполне могла очаровать Раша. Тем более имея стратегическое преимущество — соседство.

Ревность буквально выжигала дотла, выматывая душу. Раньше я неосознанно глушила неприятные ощущения. Теперь же, когда все поняла, собственническое чувство просто затмевало мне разум.

Ну, нет! Этой гадине не быть с Сонхой, уж я об этом позабочусь. Не зря я работаю в Дозоре и являюсь прекрасным специалистом по уничтожению всяких гадов.

Быстренько разработав план, я дождалась наступления ночи. В этот день Сонха дежурил в Дозоре и дома его быть никак не могло. В доме с другой стороны живут глухие старики, так что даже если девица будет кричать, ее никто не услышит.

Одевшись, словно взломщик, во все черное, я спокойно проникла в дом (спасибо моему другу детства Ошу) и поднялась на второй этаж. Севарка спала и видела уже третий сон, когда моя рука сомкнулась у нее на шее.

Проснувшись, девушка начала вырываться и попыталась закричать, но добилась только того, что стала хрипеть, а я приложила ее о спинку кровати.

— Тихо! — рыкнула я.

Мое лицо было полностью закрыто плотной тканью, и голос звучал достаточно глухо, чтобы остаться неузнанным.

Жертва замерла.

— Завтра ты соберешься, скажешь людям, у которых снимаешь квартиру что тебе срочно нужно куда-нибудь на север, и быстро уедешь из города. Иначе при следующей нашей встрече разговаривать я с тобой не буду. Поняла?

— А с какой, собственно, стати?.. — начала артачиться севарка.

Я сильнее сдавила шею, стараясь, правда, не наставить синяков.

— Поняла?

— Да, — еле слышно прохрипела она.

— Через два дня я проверю.

И, вырубив ее, ушла.

Уже добравшись до дома, я поняла, что наделала. Незаконно проникла в чужой дом! Угрожала! Что со мной происходит?! Не могу же я так отваживать от Раша каждую женщину! Это абсурд!

Но при мысли о другой женщине рядом с ним мой разум мутнеет, и становится ясно одно — мне нужно лечиться!

Приняв решение держать себя в руках, я уже на следующий день, когда меня вызвали в управление на сдачу плановых нормативов, нарушила это решение, жестко проведя спарринг с одной из поклонниц чадара.

Все чаще мелькала мысль о переводе в другой город.

* * *

Вечером Раш пришел в гости. Нам нужно было многое обсудить относительно расследования. Устроившись в гостиной в кресле, я посмотрела на разместившегося напротив напарника.

— Ну что? Какие будем делать выводы?

— В одном я с тобой согласен: ритуалы проводит секта, и если учесть, что подобные спонтанные прорывы происходят по всей стране, то секта крупная. Теперь нужно определить, которая из них, — сказал Раш.

— Большой проблемой это не станет. В нашем государстве всего три секты, в которых достаточно людей, чтобы такое провернуть.

— Откуда сведения?

— Лутак разузнал. Я уже думала об этом и попросила его.

— Значит, нам нужно проверить все три.

— И как ты планируешь это сделать?

— Думаю, под каждую секту нужно разработать свой план. Уверен, специализируются они в разных областях.

— Да, — подтвердила я. — Одна поклоняется природе, другая проповедует аскетизм и изоляцию, а третья — познание себя через плотские удовольствия.

— М-м-м?.. — заинтересовался Раш, а я возвела очи горе.

— У последней очень интересная философия!

— Ничего, у тебя будет шанс с ней ознакомиться, — криво усмехнулась я. — Но с сектой, проповедующей единение, могут быть проблемы.

— Какие? — напрягся Раш.

— Она находится не в Лукане, а в крупнейшем торговом городе нашей страны.

— Как мы можем узнать, действительно ли она там есть?

— У меня в том городе есть одна знакомая.

— Что за знакомая?

— Какая разница? — меня пронзила вспышка ревности.

Раш чуть прищурился.

— Хорошо… — протянул Сонха. — Но есть еще что-то, что тебя беспокоит, и ты мне об этом не сказала.

— Раньше я не была уверена, но последнее место прорыва, которое мы посетили, полностью подтвердило мои догадки. Это одно из ранних жертвоприношений, и сектанты плохо замели магические следы. Они едва заметны, но если знаешь, где и что искать… В общем, все ритуалы, вызывающие спонтанные прорывы, проводились с помощью магического минерала. Крибон добывается далеко на севере, в горах, и под конвоем перевозится в государственные хранилища. Из-за особых магических свойств порталом его не переправить. А уже по нужным точкам он доставляется хорошо охраняемыми караванами. И раздобыть его очень непросто.

Раш присвистнул:

— Как же они смогли его достать?

— Лутак считает, что у сектантов есть влиятельный покровитель, которому это все выгодно. Очень, очень богатый и влиятельный покровитель, с хорошими друзьями.

Напарник нахмурился и сжал кулаки.

— То есть ты поделилась сведениями с этим химическим червем, но не со мной?

— Раш, не ревнуй. Мы тогда с тобой поссорились, и я была на тебя зла.

— Но могла рассказать позднее, — расслабился напарник и добавил: — Больше никогда так не делай.

И было в его голосе что-то такое, из-за чего я сразу согласно кивнула и сменила тему:

— Стойт ли нам идти в Дозор?

— И что ты им расскажешь? Исключительно свои подозрения?

— Но ведь есть доказательства и места преступлений.

— А еще есть влиятельный господин, и мы не знаем, кто он и что у него за друзья.

Вдруг он повлияет не только на секту, но и на ведомства, вставляя палки в колеса и тормозя расследование? Или, зная конфиденциальную информацию, станет лучше заметать следы? Нет, нужны надежные доказательства. Тем более никто не знает, что мы в курсе. Так что у нас в некоторой степени развязаны руки и имеются свои преимущества.

— И что ты предлагаешь?

— Проверить все секты одну за другой — они и выведут нас на покровителя.

— Или отследить поступление крибона.

— Это сложнее. Поэтому начнем с сект.

— Хорошо. Когда приступаем?

— Завтра!

Глава 20

Никеа Лавейская

Стук в дверь отвлек от сборов на работу. Я оправила на бедрах свое серебристое платье, погладила по шерстке Мыша, который с самого нашего пробуждения сидел у меня на плече, цепляясь маленькими коготочками за вышивку, и пошла открывать.

Возникла мысль, что за мной зашел сосед — господин Седжвик. Наверное, он сегодня спешит и хочет пораньше вытащить меня из дому, чтобы сопроводить на работу.

Но, открыв дверь, увидела за ней Сайлара, который стоял, подпирая массивным плечом косяк.

Я тут же ощутила, как мои губы невольно расползаются в счастливой улыбке. Вчера, после такого богатого на разговоры ужина, Ош проводил меня домой, а потом, пожелав спокойной ночи, сразу ушел. С одной стороны, я радовалась, что он не спешит и не настаивает на более близких отношениях. С другой — волновалась: а вдруг он меня не так уж и сильно хочет?

Я бегло оглядела любимого. Сегодня на нем был черный костюм из тонкой шерсти с приталенным пиджаком, а на груди белоснежными волнами красиво лежали воланы жабо. Брюки, заправленные в высокие сапоги, облегали сильные бедра.

Севар стоял спиной к солнцу, и утренние лучи словно оплетали его макушку, создавая иллюзию нимба над головой. Хотя этот мужчина уж точно не походил на эфемерных добрейших созданий верхнего мира. Весь его внешний вид — черные, блестящие, распущенные волосы до плеч; темная даже после бритья кожа на щеках и подбородке; колдовские зеленые глаза — кричал о том, что он скорее прижился бы в нижнем мире — суровом и жестоком.

Сложив руки на груди, Ош не менее пристально рассматривал меня, растянув пухлые чувственные губы в кривую, но довольную ухмылку.

— Так это и есть твой питомец? — поинтересовался он, кивнув в сторону Мыша на моем плече, отчего черные пряди волос закрыли часть его лица.

Мышонок замер, и я почувствовала, как он дрожит от страха.

— Да, это мой Мыш! Прошу любить и жаловать, — волнуясь, ответила я.

— Можно? — спросил Ош, протягивая руку к моему плечу с явным намерением погладить грызуна.

— Только осторожно, он еще маленький и многое пережил, — предупредила мужчину.

Сайлар медленно и аккуратно погладил пальцем Мыша, а потом уже всей ладонью по щеке — и меня.

— Я соскучился и решил сегодня сам проводить тебя до работы, — произнес он тихо.

Протянув руку, я тоже с удовольствием провела ладонью по его гладко выбритой щеке, а потом, подхватив под локоть, затащила внутрь дома.

— Подожди меня минутку, сейчас закончу со сборами, — попросила я.

Погладив Мыша, опустила его на пол, а сама стала укладывать волосы в свободный красивый узел. При этом краем глаза наблюдала за Ошем, который прошелся по дому, рассматривая обстановку.

— Мне не нравится, что ты живешь здесь, да еще и одна! — мрачно вынес он свой вердикт.

Я напряглась и осторожно произнесла:

— Ты знаешь мою историю, мои доходы и…

Договорить мне не дали.

— Думаю, недели на привыкание будет достаточно, а потом тебе лучше переехать ко мне. Там ты будешь в безопасности, да и дом у меня большой и добротный, не то что этот.

Открывая рот как рыба, вытащенная из воды, я не знала, что ответить на такое заявление. Ош остановился у меня за спиной, прижался вплотную, обнимая обеими руками, а потом, наклонившись, потерся носом о висок.

Я смотрела в зеркало, где отражались мы оба, и не могла отвести взгляд от этой картины. Хрупкая бледнокожая вампирка в объятиях нетипично крупного для своей расы смуглокожего севара, хвост которого крепко обвивался вокруг ее ног. Не давая выбраться из плена.

Возникла невольная мысль, что я совсем не знаю этого мужчину. То, что касается работы, это да, но вот какой он внутри и в домашней обстановке? И сейчас по некоторым его поступкам и словам поняла, что в нашей паре ведущим всегда будет он, а главное — мною будут управлять. Ош — как мой отец: все, всех и всегда должен контролировать. И именно в эту минуту, пока еще все не зашло слишком далеко, я должна решить, согласна на это или нет. Потом пути назад, скорее всего, не будет.

Сайлар напрягся и, пытливо заглядывая мне в глаза в зеркальном отражении, неожиданно насмешливо поинтересовался:

— Боишься?

— Есть немного! Просто все слишком быстро между нами происходит. Обычно мужчину уговаривать надо, плавно подводить к браку, а ты через пару недель совместной работы и одного совместного ужина решил, что я должна к тебе переехать, — попыталась я пояснить свою растерянность и нерешительность.

Ош чуть повернул меня к себе, и взгляд внимательных болотных глаз поймал настороженный мой.

— Никеа, я знаю, чего хочу от жизни. А главное — кого и для чего. А чего ты хочешь от меня и нашей с тобой связи? — и, мгновение помолчав, добавил: — Подумай не о сегодняшнем дне, а забеги чуть вперед… Ты видишь в своем будущем меня?

Невольно поддавшись очарованию его глубокого вкрадчивого голоса, представила, увидела и однозначно призналась себе — хочу!

— Вижу! — прошептала ему.

— Вот так и я, милая, отчетливо вижу тебя в своей дальнейшей жизни. И в связи с этим не нахожу причины, чтоб откладывать твой переезд ко мне. В другое время я бы, может, и повременил, но, учитывая нынешние обстоятельства, вероятность опасности как из-за моей работы, так и из-за твоих родственников, нам проще будет жить вместе. А главное — умнее!

Еще испытывая некоторую неуверенность, я все же кивнула, обняла его за шею и, чуть привстав на цыпочки, уткнулась носом в плечо.

А потом, снова посмотрев ему в глаза, уже игриво поинтересовалась:

— Думаешь, уживемся?

Сайлар, приподняв мою тушку над полом, прижал к своей груди, смачно чмокнул в обе щеки и шутливо прорычал:

— Уверен!

— А какие у тебя для этого основания?

— Ты меня хочешь, а главное — я для тебя вкусный, ты сама вчера призналась, поужинав мной, — довольно пробасил Ош.

Я окрутлила глаза, услышав столь весомые критерии оценки нашей семейной совместимости, а потом не выдержала и рассмеялась.

— Насчет этого пунктика я бы на твоем месте, наоборот, волновалась, а не радовалась, — заметила я.

— Ты тоже вкусная, Никеа, так бы и съел всю, — игриво кусая меня за ухо, вновь прорычал Сайлар.

А я хохотала и не могла поверить, что вечно настороженный и хмурый Ош может вести себя как мальчишка.

К сожалению, нам обоим надо было идти на работу, так что, закрыв дом и взявшись за руки, мы направились в контору.

* * *

— Где Сайлар? — спросил Нейр, буквально ворвавшись в холл.

В этот момент Сай как раз вышел из кабинета.

— Что случилось? — тут же поинтересовался он.

— Недалеко от Гиреи напали на наш обоз! Только что прискакал один из наших, — быстро ответил Нейр, садясь на стул возле моего стола, а потом с досадой добавил: — Всего ничего до города оставалось! По его словам, это произошло в излучине Гиры. Там река делает резкий поворот и лес подходит очень близко к тракту. И вообще там что-то странное творится. Главный по обозу просит тебя подъехать, чтобы ты глянул сам.

— Жертвы? — коротко спросил Сайлар Нейра.

— С нашей стороны — нет, хвала силе! Раненые есть, но на этот раз все обошлось. Мои парни не подкачали, а вот среди нападающих есть парочка убитых.

— Хорошо, сейчас выезжаю. Прикажи седлать Ветра, — попросил Сайлар, направляясь к себе в кабинет.

Пока слушала их разговор, смотрела по очереди то на Сайлара, то на Нейра, но стоило им закончить разговаривать, как я воскликнула:

— Сай, можно мне с тобой? У меня сильная магия крови, если что — могу пригодиться.

Ош уже начал качать головой, отказывая мне, но Нейр, пожав плечами, произнес:

— Там все закончилось и, уверен, уже не опасно. А как мне передали, там что-то темное произошло, так что ее способности пригодятся. Может, она просто проверит, использовались ли там проклятья или нет?

Я видела, что Сайлар сомневается и опасается за меня, но он все же неохотно кивнул, соглашаясь, а потом попросил Людвига:

— Подготовьте для нее Тихушницу. И пусть нам с собой дадут перекус какой-нибудь, а то до ночи проездим.

Несмотря на жутковатую ситуацию, я обрадовалась, что поеду с любимым. И, вскочив, начала убирать на столе документы.

Сайлар, оглядев мое серебристое платье, скептически поморщился, но промолчал. Лишь крикнул вдогонку Людвигу:

— Хойту позови! Пусть сегодня администратором поработает.

* * *

Стоило нам с галопа перейти на шаг, чтобы не загнать лошадей, и мне наконец, удалось оглядеться по сторонам. Вокруг простирались поля с одной стороны и ароматные фруктовые сады с другой. А невдалеке виднелись зеленые холмы. Я с удовольствием вдыхала запахи природы и лошадиного пота — запахи свободы. До излучины Гиры, где произошло нападение, еще не меньше часа езды, так что есть возможность поболтать.

— Сай, а какой цвет у тебя любимый? — спросила я, заставив свою кобылу приблизиться поближе к Ветру.

— Черный и синий, а что?

— Просто хочу узнать о тебе как можно больше, — улыбнулась я заинтересованно поглядывающему на меня Ошу.

— А у тебя? — вернул он вопрос.

— А я люблю разные цвета, только не кричащие. Сай, а почему ты коротко стрижешься? Ваша раса так фанатично ухаживает за своими волосами. Чего только не придумано в парикмахерском деле — и все севарами. А ты…

Сайлар, услышав мой вопрос, широкой ладонью взлохматил гладкие черные пряди на макушке, а потом, улыбнувшись, ответил:

— У меня тоже была коса до ягодиц, этим та тварь из моего прошлого и воспользовалась. Зажала лапой и чуть голову мне не откусила. Хорошо, у меня нож в руке был, сам и отрезал косищу свою. И вовремя! Даже откатиться почти успел, а вот нога… Короче, после того случая я их длиннее не отращиваю. Для меня это стало своеобразной платой за спасение. И памятью.

Наклонившись, я вложила свою ладошку в руку Оша, выражая этим жестом поддержку и сочувствие.

Но долго молчать я не умею, поэтому снова полюбопытствовала:

— Сай, но ведь все эти события произошли несколько лет назад, а ты до сих пор был одинок…

Севар ухмыльнулся, сокрушенно качнул головой и произнес:

— Женщины — такие любопытные особы… Ты, заходя так издалека, хочешь выяснить, были ли у меня с тех пор еще серьезные отношения?

Жар смущения опалил мои щеки, но я согласно кивнула.

Неожиданно Ветер вплотную подошел к Тихушнице, и в следующий момент Сайлар притянул меня поближе к себе и поцеловал. А через пару мгновений, освободив из своего захвата, ответил:

— Серьезных не было! Особенно таких, как с тобой!

Пока я отходила от поцелуя и ответа, Сайлар хлестнул мою кобылу по крупу, заставляя ее перейти на галоп, и шенкелями пустил вскачь Ветра, крикнув:

— Надо поторопиться, Никеа!

Скоро перед нами возник лес, обступая неширокий тракт. Высокие деревья вверху переплетались ветвями, образуя то ли арку, то ли тоннель. Солнечные лучи с трудом пробивались к земле, здесь даже днем царили сумрак и прохлада.

Слева от дороги слышался приглушенный лесом шум реки Гиры, и иногда между стволами деревьев виднелись отблески лучей на водной глади. Вокруг царила приятная умиротворяющая тишина, которую нарушали песни цикад и трели лесных птиц.

— Так тихо и красиво и никого вокруг… — восхищенно выдохнула я.

— Ошибаешься, милая, — ухмыльнулся Ош.

Уже через пару мгновений я услышала стук копыт, а потом, оглянувшись назад, увидела догоняющую нас группу мужчин на лошадях. Среди них узнала и старых знакомых — соседа Седжвика и Эйка.

Оба дознавателя заметно удивились при виде меня, но доброжелательно поздоровались, подъехав ближе.

— Зачем ты нашу милую Нику-то с собой взял, Ош? Расстаться уже не в силах? — весело полюбопытствовал неугомонный ведьмак.

Остальные трое незнакомых мне дознавателей с любопытством, но молча поглядывали на меня. Я чувствовала эти взгляды спиной и ловила в те моменты, когда, будто нечаянно, оборачивалась назад или крутила головой по сторонам.

— Ника сильна в магии крови, сам знаешь. Людвиг считает, что она, возможно, сумеет на месте проверить, использовалась ли там вампирская магия или нет. Или заклятья какие-нибудь…

Я вновь обернулась и по выражениям лиц мужчин отметила, что дознаватели согласны со словами Оша. И это успокоило — все эти мужчины не станут считать меня обузой, которая напросилась в поездку от скуки.

А Эйк не унимался, развлекаясь на наш счет:

— Конечно-конечно, я так тебе и поверил, Ош! Другой причины, почему ты держишь рядом с собой эту птичку, просто не существует. И не ты тут же выскакиваешь из своего склепа, стоит только мне или любому другому самцу появиться вблизи очаровательной вампирочки.

Я услышала рычание, которое родилось в груди Сайлара, и поспешила вмешаться:

— Кстати, Эйк, спешу тебя поздравить!

Ведьмак с недоумением посмотрел на меня и спросил:

— С чем?

— Со скорой свадьбой, — флегматично пояснила я.

— Ты что-то путаешь… — неуверенно начал говорить Эйк, но я его прервала:

— Я — нет, может, Хойта напутала?

— А при чем тут Хойта? — уже настороженно переспросил ведьмак.

— Ну как же! Ты идеально ей подошел! Продержался в спарринге против нее целых две минуты и за несколько часов знакомства пал под действием ее чар обольщения. Уже который день и ужинаешь, и завтракаешь, и даже, как я погляжу, обедаешь с ней. Такая верность — и с твоей стороны…

С каждым моим словом Эйк все больше хмурился, а остальные начали хихикать в кулаки.

— Это не то, что кажется со стороны, — попытался увильнуть неожиданно смутившийся ведьмак.

— Не знаю, не знаю, Эйк, как это выглядит с твоей стороны, но я вчера помогала Хойте с выбором свадебного платья, — добила я.

И хотя ничего подобного не было — ни платьев, ни разговоров об этом, — Эйк побледнел, затем покраснел, громко сглотнул, а потом хрипло спросил:

— Ну и как, выбрали уже?

— Знаешь, она опасается пока, а то вдруг в талии потом не сойдется, а деньги уже потрачены… — Я коварно ухмыльнулась, произнося эту фразу с подтекстом.

Мужчины на мгновение опешили, а потом негромко заулюлюкали. Мой сосед, господин Седжвик, хохотнул, наклонился и хлопнул Эйка по спине:

— Наконец-то и ты остепенишься. А то твои вечные подколки всех остальных уже замучили.

Я поймала внимательный взгляд Сайлара, он качнул головой и понимающе улыбнулся. Жаль, Эйк тоже очень внимательный дознаватель, потому что, заметив выражение лица Сайлара, неожиданно расслабился и засмеялся:

— Ладно, в этот раз ты меня поймала, Ника! А то я уже испугался немного…

— А чего испугался, Эйк? Разве это так страшно? Завести семью и детей? Или Хойта не подходит? Мне кажется, она очень достойная и порядочная женщина, — тихо, но уже без смеха спросила его я.

— Я пока не готов к таким кардинальным переменам в жизни, но подумаю над твоими словами, — так же без смеха, серьезно ответил Эйк.

На тракт из-за куста вышел мужчина в форме стража городской службы безопасности. Заметив среди нас дознавателей, он кивнул и отошел в сторону, пропуская нашу группу. Лишь крикнул напоследок:

— По верхам тоже взглядом пройдитесь!

Метров через сто я заметила странное сооружение, висящее на дереве. И оно еще тлело. Теперь ветки деревьев гораздо ниже нависали над дорогой, и, будучи верхом, я смогла подъехать ближе и подробно рассмотреть, что же там такое висит.

На широких разлапистых ветках была сложена пентаграмма из сушняка, переплетенного с зелеными веточками. В центре пентаграммы что-то лежало, и лишь спустя несколько мгновений я узнала мертвые обугленные тушки грызунов. Сухие ветви тоже почти выгорели, а вот зеленые пока тлели, все еще удерживая эту странную конструкцию.

От запаха горелой плоти и шерсти грызунов меня накрыло отвращением и омерзением. Вампиры вообще отличаются очень тонким и чувствительным обонянием, а тут…

Я всеми фибрами души ощущала отголоски темной магии крови. Здесь однозначно потрудился вампир, создавая и активируя проклятье. Но какое? Я так и не смогла понять, хоть и использовала капельку своей крови, пытаясь распознать чужую магию.

— Что это? И главное, для чего? — спросил подъехавший ко мне Ош.

Я заметила, что остальные тоже внимательно прислушиваются, ожидая ответа. Бросила взгляд дальше вдоль тракта и заметила еще одну похожую пентаграмму. Молча двинулась дальше, пока не заметила сам обоз и людей, копошащихся вокруг. А еще — дым, стелющийся по дороге. Словно коварный враг, он припадал к земле, правда, был уже неопасным, рассеиваясь как туман.

Я спешилась, зашла в облачко еще не растаявшего дыма и снова использовала каплю своей крови, изучая призрачного врага. Пытаясь выяснить его секрет. Остальным он уже ничего не скажет, а вот мне, возможно, откроется. Ответом стал легкий озноб, который буквально уговаривал укрыться с головой, свернуться калачиком и не думать ни о чем дурном. А еще была сонливость — легкая, ненавязчивая, неопасная… почти. Но меня не проведешь, не обманешь!

Я стряхнула с себя оцепенение и остатки чужого проклятья, а потом взглянула на Оша, который тоже спешился и стоял неподалеку, и ответила:

— Это пентаграмма с жертвоприношением. Все сделано для того, чтобы усилить проклятье. Я считаю, все это сделано, чтобы усыпить весь обоз. Здесь наложено проклятье вечного сна. Думаю, нападающие хотели усыпить охрану, а потом спокойно забрать товар.

— И у них ничего не получилось, клянусь изначальными! — заявил старый кривоногий и седой вампир, подойдя к нам. — Магия крови во мне хоть и слабенькая, но все же я почуял неладное. По шеям мужикам надавал, а то ишь — спать удумали! А это мой товар, я в него столько вбухал. Хвала силе, наемники быстро очухались, хоть и были как чумные. Эти проклятущие гнусы, которые напали на обоз, надели на лица плотные тряпки, но мы их встретили как надо. Только вон пара раненых, и все, а этих грабителей ваши порубали знатно, парочка так тут и осталась… — клыкасто ухмылялся довольный торговец, глядя на Оша, а потом уже хмуро закончил: — Хотя и мои все дрыхнут, не могу никак разбудить: слабая во мне магия крови.

Я тоже с гордостью улыбнулась, взглянув на Сайлара. И Эйк тут же прошептал мне на ухо:

— Ты сейчас улыбаешься, как курочка-наседка, глядя на своего любимого птенчика, которого похвалили.

Я сконфузилась, но, не утерпев, ткнула острым локтем ему в бок, заставив охнуть. Ха, есть в жизни счастье!

Все остальное время я в расследование не вмешивалась и сидела на седле Ветра, которое для меня предупредительно снял с коня Сайлар.

Правда, мне еще пришлось снять проклятье с нескольких незадачливых охранников, на которых оно все же подействовало. И если бы не я, спать им вечно.

Мы пообедали чуть в сторонке от остальных, а потом, уладив здесь все дела, отправились обратно в Гирею. Обоз дальше будут сопровождать не только наемники и охрана торговца, но и дознаватели. Лишь Эйк поехал с нами, всю дорогу пытаясь достать нас своими шутками.

Уже на подъезде к городу я не выдержала и спросила:

— Ну и что вы по этому поводу думаете?

Эйк, бросив быстрый взгляд на мрачного Оша, ответил:

— Версий, конечно, можно выдвинуть много, но я склоняюсь к тому, что это очередной выпад лично против Сайлара. Так планомерно и целенаправленно берут охраняемые именно твоей фирмой обозы, что возникают вопросы. И много!

Ош не сдержался и прорычал:

— Да думал я уже об этом! И весь город перетряхнул. Пока у меня лишь одна жизнеспособная версия. У меня имеется прямой и очень сильный конкурент в Гирее — Тидрок. Ушлый ведьмак из слабых, но с огромным самомнением и амбициями. В первые годы нашего становления на этом рынке он активно мне палки в колеса вставлял. Потом купить хотел, подмять под себя. Затем я провернул одно дельце, и он, вроде опасаясь меня, пропал на некоторое время. Я даже вздохнул с облегчением, но, видимо, он вновь принялся за свое. Только у меня пока нет никаких доказательств его причастности. И вся гопота криминальная грешит и ссылается на секту, которая вроде как пустила корни в Гирее. Короче, вопросов много и пока ни одного точного ответа!

— Надо проверить, — задумчиво процедил Эйк, выслушав эмоциональную тираду Оша. — Я займусь этим лично и вплотную!

— Буду безмерно благодарен, Эйк, — мрачно произнес Ош.

В таком, не сильно веселом, настроении мы вернулись в контору. А вечером я уже привычно решила выйти в неосеть. Вдруг мне Риса весточку пришлет?..

* * *

Р: Ника? Доброго вечера!

Н: О-о-о, раз ты так написала, значит, он действительно добрый! Тогда рассказывай, в какую сторону склоняется чаша весов, на которых сейчас твои чувства и разум?

Р: Раш меня бесит! Несказанно!

Н: Чем именно? Хотя я догадываюсь… Ты уже ревнуешь?

Р: Да! Этот… нехороший чадар, едва выписался из больницы, снова начал вести привычный образ жизни. Кто бы сомневался! Все как я и говорила.

Н: Ты уверена? Иногда все не так, как кажется на первый взгляд. Я вот тоже думала, что Сай ухаживает за мной лишь из благодарности. В итоге меня обвинили в наивности и глупости! И обсмеяли вдобавок. Знаешь, в первый момент я обиделась, а потом, обдумав все получше, чуть от стыда не сгорела. Так что поспешность еще никого до добра не доводила, как всегда говорит моя мама. Раньше я не верила, а теперь точно знаю — правда!

Р: Какая поспешность, когда он с девками флиртует?! Я предполагала, что именно так и будет, но все равно больно. Мои чувства толкают меня на непозволительные поступки.

Н: Ну, тогда приступай к выполнению моего наиковарнейшего вампирского плана!

Р: Угу, уже приступила. Забралась к одной севарке в дом. Напустила на нее страху. Было бы смешно, если бы не было так грустно. Надо что-то менять.

Н: Это только начало. Ты идешь правильным путем! Любая женщина, которая взглянет на Раша, должна пугаться его вида или присутствия рядом с ним. Потому что сразу будет думать о тебе и твоем возмездии — жутком и неотвратимом!

Р: Ника, я человеку чуть здоровье не попортила. И забралась в чужой дом. Так нельзя, надо знать границы.

Н: Я смотрю, твои границы легко сдвигаются. Может, проще поговорить?

Р: Может. Но, как получится, не знаю. Сейчас я стараюсь больше думать о прорывах и как разгадать загадку, связанную с ними.

Н: А у нас сегодня вообще кошмар слупился! Представляешь, я ездила с Саем на место преступления! Правда, он меня брать не хотел, но Людвиг уговорил. Я же вампир, а значит, спец по проклятьям.

Р: И?

Н: Что и? На охраняемый нашими наемниками обоз напали. Причем с использованием странных ловушек с проклятьями забвения. И накладывав их вампир с довольно сильным даром. А еще у нас в городе про сектантов заговорили… Как детей растить в такой обстановке?

Р: Да, сейчас везде и у всех проблемы. Но посмотрим, что можно с этим сделать. Убегаю, напишу через пару дней.

Н: Удачи, подружка!

Глава 21

Риса Ригал

Из хранителей нам с Рашем пришлось переквалифицироваться в следователей. На первое свое дело мы отправились с некоторой опаской.

Начать решено было с самой известной в городе секты. Ее адепты проповедовали аскетизм и совершенно не скрывались. Но затворнический скрытный образ жизни как ничто иное мог помочь достать редкий минерал, а самое главное — сохранить секрет. Как Раш выяснил из своих источников, их основная штаб-квартира находилась за городом. И, экипировавшись как настоящие взломщики, мы сейчас из-за кустов рассматривали сию неприступную крепость.

— Как мы туда проберемся? — недоуменно спросила я у Раша.

— Женщины… Всегда бежите от опасностей.

Подумав над этим заявлением, согласилась:

— Да. Я же не дура, чтобы лезть в заведомо проигрышное дело.

— А мы и не лезем.

Еще раз осмотрев большой трехэтажный каменный дом, окруженный забором, я сильно засомневалась.

— Ты понимаешь, что если мы попадемся, то нас зароют недалеко отсюда? Может, стоило хотя бы предупредить кого-то, что мы здесь?

— Не бойся, я с тобой, — сказал Раш и начал тихо пробираться сквозь заросли, подкрадываясь ближе к дому.

— И я с тобой, в этом-то и весь ужас, — двинулась я следом за напарником. Естественно, пробирались в дом мы не средь бела дня, а ночью, как настоящие взломщики. Если нас поймает стража, то запись о бандитизме будет очень эффектно смотреться в моем личном деле в Дозоре. Но раз уж начали расследование, нужно довести его до конца.

Для проникновения мы выбрали задний фасад дома, и мой замечательный напарник решил, что мне нужно напитать магией забор.

— Раш, ты понимаешь, что если я напитаю магией камень, то его разорвет?

— Да. Но, чтобы сильно не шуметь, ты будешь откалывать камень по кусочкам, а я с дерева буду следить, чтобы периметр был чистым, и если замечу кого, подам тебе сигнал через амулет.

— Надеюсь, ветка под тобой обломится, — пожелала я Рашу.

— Я тоже тебя люблю, — подмигнул мне напарник, уходя, мое же сердце замерло, пропуская удар, а затем вновь понеслось вскачь.

Возьми себя в руки, Риса, не будь наивной!

Положив руки на каменную стену, я начала процесс разрушения забора. Добилась какого-то ощутимого результата часа через два.

Напарник, в третий раз подойдя ко мне, недовольно заворчал:

— Я не пролезу в эту дыру.

— Тебе придется постараться, потому что, если я буду возиться здесь дальше, быстрее рассветет, чем я закончу, — зашипела на чадара я.

Оглядев плоды трудов своих, несмотря на усталость, осталась довольна результатом и, вздохнув, поползла в дыру.

— Ты куда? — зашипел на меня Раш, удерживая за бедра.

Не сказала бы, что ощущения мне не понравились.

— Внутрь. А что такое?

— Сначала полезу я.

— Глупости!

И, отпихнув руки напарника, шустро проползла внутрь периметра.

Не слушая ругани Раша, я опустилась на колени, чтобы ему помочь. И не зря. Едва руки напарника появились с этой стороны, как плечи застряли.

— Я не могу пролезть дальше.

— Совсем?

— Не знаю, но развернуться негде.

Взяв Раша за руки, я потянула его на себя, и через несколько минут упорных попыток втащить напарника он оказался внутри.

— Не могла побольше дырку сделать?

— Не нравится — лезь через магический периметр поверху.

Поморщившись, напарник бегом направился к стене дома, я — за ним.

— Ты хоть знаешь, как туда проще всего пробраться?

— Через кухню, естественно.

— И ты думаешь, можно так легко войти и выйти?

— Да. Если они действительно следуют тем правилам, которые проповедуют, то сейчас все должны спать.

Легко вскрыв замок двери заднего входа, напарник быстро скользнул в темноту. А я, разглядывая открытую дверь, задавалась вопросом: как много я все-таки еще не знаю о своем напарнике?

В доме царили тишина и полумрак. Кое-где мерцали магические огоньки, давая минимум света, достаточный для того, чтобы нормально передвигаться. Вот лестница. Мы поднимаемся наверх. Второй, третий этаж… Вдоль по коридору, поворот, снова вперед и вот за следующим углом нужная дверь!

Но ее охраняют два охранника.

Прислонившись к стене, шепотом спросила у Раша:

— А ты уверен, что он здесь?

— Ну не в жилых же помещениях его прятать. И не на кухне.

— Но все-таки?

— Риса, ты сама мне говорила, что крибона для ритуалов нужно много.

Единственное место в этом доме, где его можно скрыть, это хранилище. Потому что, если его заметят, утечка информации гарантирована.

Подумав над его доводами, вынуждена была признать их разумность.

— Их нужно выманить сюда. Идеи есть?

Пожав плечами, я присела и прикоснулась руками к полу. Напитав доски магией, позволила свечению энергии стать сильнее.

Около двери послышалась возня, охранники посовещались, и следом мы услышали осторожные шаги. Стоило охраннику завернуть за угол, как Раш схватил его и бесшумно вырубил. Тело осело на пол.

Свечение все не прекращалось, первого охранника не было ни видно, ни слышно, и второй охранник решился на смелый шаг, а именно — пойти и посмотреть, что же происходит. Через две минуты Раш уложил бравого охранника рядом с его товарищем.

— Теперь вперед, — вполголоса сказал чадар.

Приблизившись, я внимательно осмотрела дверь.

Ни замков, ни засовов — никакой защиты, кроме охранников.

— Раш, что-то здесь не так.

— Да. Но стоять и ждать неизвестно чего тоже не выход.

Не получив от меня ответа, напарник толкнул дверь. Она открылась, и мы увидели…

Кладовку. Другими словами не описать.

Один за другим выстроились в ряд шкафы, забитые всяким хламом. С краю расположился какой-то алтарь с книгой на нем. Только не говорите мне, что они тут ритуалы совершают!

Первым делом мы бросились все обыскивать. Каждый уголок, каждый мешочек… Ничего! Пока я простукивала пол и стенки в поисках тайника, Раш исследовал алтарь.

Подбираясь в своих исследованиях к дверному проему, я услышала вой сирены и от неожиданности буквально подпрыгнула.

Раш стоял и смотрел на меня круглыми глазами.

— Что ты сделал? — зашипела я на напарника.

— Я только книжку поднял!

Сделав несколько пассов руками, увидела отходящие от манускрипта линии силы.

— Дурак! Бежим!

И, схватив чадара за руку, потащила его в сторону выхода. А на лестнице уже слышались шаги.

— В окно! — рыкнул Раш.

— Ты что, дурной?! Мы на третьем этаже!

Тем не менее напарник уже выбил локтем стекло и раму и, схватив меня в охапку, прыгнул в окно. Я взвизгнула, а сумасшедший чадар, приземлившись на крышу более низкого корпуса здания, побежал по ней дальше.

Я пыталась вырваться, но мне не дали, справедливо полагая, что со мной на руках получится быстрее.

Приземлившись на небольшой участочек крыши первого этажа, Раш посмотрел вокруг и сказал:

— Прости.

Я не успела ничего понять, когда меня бросили вниз, а потом над моей головой сомкнулась вода. Вынырнув, я начала как можно скорее выбираться из мелкого пруда. А за забором уже слышался топот ног. Большого числа ног!

Добежав до дыры в заборе, я, не знаю как, одним движением выскользнула наружу и, едва появился напарник, вытащила его за руки. То ли нам помог адреналин, что мы так слаженно уносили ноги, то ли удача, но когда бежали в направлении леса, погони за нами не наблюдалось.

— Стоп! — простонала я, когда мы уже прилично углубились в чащу.

— Что такое? — остановился напарник.

— За нами никто не гонится, — прокомментировала я очевидное, пытаясь отдышаться.

— Я не был бы в этом так уверен.

— А я уверена! — отрезала я. — Нет смысла нас преследовать. Их драгоценная книга осталась у них.

— Одно можно сказать точно: все закончилось хорошо и одну из сект можно исключить.

— Ты с ума сошел?! — закричала я на Раша.

— Что? — недоуменно уставился на меня он.

— Ты бросил меня в пруд за несколько метров от крыши! — не скрывая обвиняющих ноток в голосе, зарычала я.

— Риса, я чадар, и у меня феноменальная сила. Ты сомневалась, что я докину?

— Да! Никогда, никогда больше так не делай!

Раш на это просто рассмеялся. Он стоял весь мокрый, как и я, и широко улыбался, сверкая зубами, а в глазах светился азарт. Я любовалась им и не могла налюбоваться. Казалось, если отведу от него взгляд, мое сердце остановится.

— Риса? — позвал он каким-то странным тоном.

— Нам нужно поскорее добраться до города. А то холодно, и ночь… — я опустила взгляд.

Сердце больно кольнуло… но не остановилось.

* * *

Домой меня привез Раш. Совершенно деморализованная последними событиями и загадкой прорывов, я предложила напарнику выпить. Тот, немного подумав, согласился.

Поглядывая на мерцающие картинки в маговизоре, я неспешно потягивала вино и вскоре, не рассчитав своей дозы, сильно опьянела. Раш, лежа рядом, смаковал свой напиток, но делал это гораздо разумнее меня.

Вскоре напарник повернулся ко мне и предложил помочь с укладыванием спать.

— Не-е-е, я еще полежу… И к тому же не доверяю тебе.

Раш прищурился.

— Когда это я давал тебе повод сомневаться в себе?

— А он нужен?

Я была не права и понимала это, но сейчас мне было плохо, и я не думала о том, что говорю. Осушив бокал, почувствовала, как все вокруг поплыло, и, откинувшись чуть назад, прикрыла глаза.

— Ну, чтоб тебя не разочаровывать… — усмехнулся Раш.

И только я повернулась спросить, в чем он не хочет меня разочаровывать, как его рот опустился на мой.

Шок.

Языком Раш осторожно провел по моим сомкнутым губам, заставляя их чуть приоткрыться. Поцелуй получился очень легкий, мягкий и… неожиданно сладкий. С терпким вкусом вина.

— Что?.. — начала я, но мужчина рядом со мной снова меня поцеловал, теперь уже раскрывая губы, глубоко, жадно.

Я хотела отстраниться, но не смогла. Поцелуи будоражили кровь, неимоверно возбуждали, заставляя тело плавиться в сильных руках. Одна мужская ладонь крепко прижимала меня к сильному телу, а вторая сжала грудь, чуть ее сдавив.

По телу пробежал ток.

Раш прервал поцелуй, давая мне глотнуть воздуха, и склонился к шее, целуя ее нежный изгиб. Несмотря на бурный отклик моего тела на ласки, я должна остановить то, что сейчас происходит. Пока не поздно…

Отстраняя руки чадара, ласкающие мою грудь, попыталась возразить:

— Раш, нам нужно остановиться, пока не поздно.

Оторвавшись от моей шеи, напарник тихо проговорил:

— Нет, Риса. Я собираюсь склонить тебя к близости. Если ты этого не хочешь — сможешь меня остановить, если не остановишь — я тебя возьму.

Задохнувшись от такой наглости, хотела возмутиться в ответ, но мужские губы снова накрыли мои, жарко целуя, снова утягивая в водоворот желаний.

Еще никогда, ни с одним мужчиной, я не испытывала ничего подобного. Хотя Раш был прав, пожелай я его остановить — остановила бы, но выпитое вино кружило голову, а нахлынувшая страсть оглушала. Против воли я отвечала на его поцелуи и уже скоро почувствовала, как Раш стаскивает вниз с моих плеч утягивающую кофту, под которой не было надето ничего, тем самым сковывая мои руки и мешая движениям.

Едва чадар сжал вершинки груди, сильно, но не причиняя боли, лишь позволяя почувствовать наслаждение, по телу словно пробежал электрический ток. Пока я хватала ртом воздух, Раш склонился к шее и, страстно поцеловав ее, переместился немного вниз, его губы вновь коснулись моей груди.

— Ум-м-м-м… — не смогла сдержать я стон.

А Раш, не переставая ласкать грудь, медленно нежным движением опустил другую руку мне на попу и сильно сжал. Несмотря на резкость, прикосновение мне понравилось, кожа стала чувствительной и на любое поглаживание отзывалась дрожью во всем теле.

Мужская ладонь неторопливо поползла еще ниже, и я, движимая последними остатками здравого смысла, попробовала сжать ноги. Бесполезно. Раш зафиксировал одну мою ногу своим коленом, и его рука без труда проскользнула мне под юбку, легко находя свою цель.

От нежного прикосновения к лону я вздрогнула и непроизвольно выгнулась, предоставляя нахальному чадару более удобный доступ для ласк. А Раш тем временем перешел к более сильным прикосновениям, иногда даже чуть покусывал шею. И одновременно ласкал меня снизу, бесцеремонно трогал везде, где хотел, время от времени проникая внутрь.

Если раньше я еще сопротивлялась, то теперь была согласна на все.

Уловив мою капитуляцию, Раш подцепил полностью сползшую кофту и юбку с бельем и одним резким движением снял все разом, просто потянув одежду вниз.

Теперь я лежала перед ним совершенно голая. Он быстро разделся сам и вновь присоединился ко мне на большом мягком лежаке.

Действия напарника были быстрыми и умелыми, и не успела я опомниться, как он придавил меня сверху своим телом. При этом я отчетливо ощущала его желание.

Понимая, что через мгновение уже ничего нельзя будет изменить, я постаралась выскользнуть из-под него, но… ничего не получилось. Чадар, обхватив меня рукой за шею, прижал к себе и крепко, невыносимо сладко поцеловал. Одновременно с этим он, другой рукой придерживая мое бедро, резко, без предупреждения, вошел в меня.

Наслаждение, пронзившее мое тело, оказалось сильным и даже немного болезненным. Я громко застонала прямо в губы Раша, который, не прерывая поцелуев, двигался навстречу. И я, отбросив и все свои опасения, и здравый смысл, отдалась страстному танцу любви и власти сильного мужчины.

Сколько времени прошло с начала наших игр, я не знаю. Наслаждение периодически усиливалось, толкая к грани, но Раш словно улавливал эти моменты и менял ритм движений, не позволяя окунуться в блаженство. Я рычала и от разочарования царапала его спину, желая все сделать по-своему, но мне не позволяли.

Наконец напряжение стало невыносимым и я, не выдержав и закричав, переступила грань, отдавшись чистому удовольствию, отметив краем сознания, что и Раш присоединился ко мне.

В реальность я возвращалась медленно, хмель выветрился окончательно, оставив тяжесть в голове, по телу растекалась приятная усталость.

— Зря мы это сделали, — пробормотала я.

— Нет, не зря. Давно пора было, но понял я это только на днях.

— Физические желания — это еще не все.

— Да? Несколько минут назад ты так не думала, когда…

Не дав договорить, я ударила его в бок, но руку практически мгновенно перехватили и скрутили, придавив меня к постели тяжелым телом.

— Что тебя так задевает? Что я прав?

— Ты не прав! Все закончилось!

Раш усмехнулся и немного подвинулся, чтобы я тоже почувствовала, как заблуждаюсь…

А потом хрипло многообещающе шепнул:

— Все только началось.

От мысли о продолжении мое тело снова предательски заныло, и, разозлившись на чадара еще больше, я воспользовалась тем, что он ослабил хватку, и ударила его по щеке, полоснув ногтями.

Он словно не почувствовал боли, зафиксировал мои руки и, крепко поцеловав, вошел в меня снова. По телу опять побежала дрожь наслаждения…

Ночь будет долгой…

Глава 22

Никеа Лавейская

Кивнула на прощание соседу, который, махнув мне рукой, пошел дальше по улице, спеша на службу, и открыла дверь нашей конторы, проходя в холл. Сегодня утром Ош за мной не пришел, зато Седжвик уже привычно встретил и проводил до самого места работы.

Положила сумочку на стол и неожиданно услышала из кабинета приглушенные голоса — женский и мужской. Причем последний явно принадлежал Ошу, а вот женский…

В сердце что-то неприятно кольнуло. Я тихо подошла к кабинету и открыла дверь, замирая на пороге и разглядывая занимательную картину. Сайлар стоял возле кресел и держал за плечи красивую незнакомую севарку. Хвост посетительницы все пытался переплестись с хвостом Оша, а длинный красавец Сая ловко ускользал из ловушек.

Сама женщина, положив ладони на грудь Оша, пыталась прижаться к нему всем телом и даже на цыпочки привстала, чтобы оказаться как можно ближе к его губам.

Вся их поза буквально кричала о том, что они давно, очень хорошо и довольно близко знакомы. Думаю, слишком близко!

Ош, одетый в привычный деловой костюм черного цвета, стоял неподвижной скалой, а женщина, облаченная в облегающую черную водолазку, которая очень четко обрисовывала ее объемный бюст, и длинную юбку с красными цветами по черному фону, льнула к нему словно лиана. Они вместе выглядели красивой и очень гармоничной парой, но от этой красоты на душе стало еще хуже.

Снова кольнуло сердце, но в этот раз — будто кинжалом по самую рукоятку. Замерев, я во все глаза смотрела на них. Спустя мгновение Сайлар заметил меня. И именно в этот момент я поняла, почему он держит женщину за плечи. Легко и без раздумий отодвинув ее от себя и удерживая упирающуюся красавицу слегка на расстоянии, он многозначительно посмотрел на нее и произнес:

— Знакомься, Милис, это — моя невеста Никеа!

После этих слов он убрал руки с плеч незнакомки, а потом протянул ладонь мне, предлагая подойти к нему. Самой! Сделать выбор! Довериться! Нет, поверить!

И я решилась!

Слово «невеста» несколько оглушило меня, впрочем, как и Милис. Но я быстро пришла в себя и шагнула к Ошу, вкладывая свою ладошку в его руку. Хотя скорее вцепляясь в нее мертвой хваткой собственницы. Слишком сильны еще во мне были потрясение от увиденного и боязнь потерять любимого.

Сайлар почувствовал это и словно обернул меня своими объятиями. Теперь я стояла между ними, прижимаясь спиной к его груди.

— Милая, позволь представить тебе мою старую знакомую — Милис Вейс, — пророкотал Ош у меня над ухом, обдав теплым дыханием.

— Мы встречались… какое-то время, — мило улыбаясь, заявила севарка.

Я заметила, как ее хвост раздраженно бьет по голеням, и мстительно ухмыльнулась, глядя ей в глаза. Ведь теперь с ним я!

— Давно! — ледяным тоном добавил Ош.

Я ощутила, как он напрягся: видимо, боится моей реакции на возможную соперницу.

— Сай, мне нужно поговорить с тобой наедине! — капризно заявила Милис.

При этом она словно невзначай поправила подол юбки, демонстрируя длинные ножки, обтянутые брюками для верховой езды. Присев на ручку кресла, положила ногу на ногу и, добавив поволоки взгляду, вновь посмотрела на Оша.

Мой женишок не зря славился хладнокровием. Он равнодушно, даже с некоторой ленцой в голосе, заявил:

— Милис, сокращать мое имя имеют право только близкие или друзья, и тебе об этом прекрасно известно. В этот круг ты не входишь. И никогда не входила. Если ты хочешь сообщить что-то важное, можешь сделать это при Нике. Я ей полностью доверяю.

Раздраженно фыркнув, девушка резко встала, одернула юбку и уже собралась сказать — судя по выражению лица, — что-то не слишком вежливое. Но в последний момент передумала и, вновь включив «ласковую мурлыкающую кошечку», жалобно попросила:

— Понимаешь, Сайлар… Ты же знаешь, я вдова. Теперь. А жизнь нынче дорогая… И мне нужна твоя помощь. Я подписала закладную, а платить банку по долгам не в силах. — Она пустила одинокую слезу и добавила трагичности в голос: — Ссуди мне некоторую сумму денег… Я потом, конечно же, отдам.

Во мне росли раздражение и гнев. Сейчас я была готова когтями вцепиться в эту кошку драную и подпортить ей личико, но Сайлар меня опередил.

— Милис, а что, ты уже устроилась на работу? — ровным голосом поинтересовался он.

— Ты с ума сошел?! Приличные женщины не работают! — возмутилась севарка.

А я опешила от ее заявления. А я тогда кто?

— Знаешь, Милис, я не настолько богат, чтобы бросать деньги на ветер, — мрачно хохотнул Ош.

Севарка раздраженно фыркнула и, направляясь к двери, выпалила:

— Ты всегда был скупым, холодным и бесчувственным!

Дамочка хлопнула дверью, а я, довольная ее уходом, развернулась в руках Сайлара и, поправив у него на груди воланы рубашки, пробурчала:

— А по мне, так самый лучший!

— Ты меня еще всего не распробовала, а вдруг тоже так думать будешь? Не боишься? — склонившись надо мной, пророкотал довольный Ош.

— Сай, по этим трем пунктам я уже сейчас могу сказать, что она ошибается! Ты не скуп: это показывает зарплата всех твоих работников. Ты не холодный, а очень даже теплый, и темперамент у тебя довольно-таки горячий, просто ты умело это скрываешь. И ты не бесчувственный: в первую очередь ты спрашиваешь, есть ли жертвы, а уж потом — какой ущерб и что мы потеряли.

По ходу моей речи севар все крепче прижимал меня к себе, вглядывался в мои глаза, а потом неожиданно произнес:

— Ты слишком хорошо обо мне думаешь. Но я не буду тебя разочаровывать, опровергая те доводы, которые ты сейчас привела в мою защиту. Просто поверь: все это не альтруизм и не забота о других.

— Да? — неуверенно спросила, тоже заглядывая в его болотные глаза и словно растворяясь в их глубине.

— Да. Ника, я боюсь, что ты очень быстро во мне разочаруешься, а я слишком крепко тебя… сильно привяжусь и…

Я не дала Ошу закончить, закрыла ладошкой ему рот и тихо сказала:

— Я несколько минут назад так испугалась, ты не представляешь, Сай! Чуть не умерла на месте!

Он, озадаченный, переспросил, тут же нахмурившись:

— Испугалась? Чего?

— Этой женщины! Испугалась потерять тебя. И сейчас все еще боюсь! И поверь, этот страх гораздо сильнее любых разочарований из-за неоправданно завышенных оценок твоего благородства.

— Поверь, родная, я боюсь того же! Только гораздо сильнее. Потому что у меня уже был печальный опыт в отношениях и повторять его не хочется, — произнес Ош неожиданно хриплым от волнения голосом.

— Папа всегда говорит, что мужчине бояться не пристало. Страх — это удел женщины, так что ты всегда должен быть уверен в себе, — весело заявила я, заправляя черную прядку за ухо Ошу.

— Он не боялся, и в итоге ты от него сбежала. Так что лучше уж я побоюсь немного, но зато от меня ты не сбежишь.

Мгновение помолчав, Ош все же уточнил: — Ведь не сбежишь же?

— Никогда! Клянусь! — уверенно ответила я и потянулась за поцелуем.

Сайлар приподнял меня над полом и мягко, нежно коснулся моих губ своими. Меня сейчас словно успокаивали и благодарили. Хотя это продлилось недолго. Вскоре ему снова надоело играть в благородство, и он резко углубил поцелуй, захватывая власть надо мной.

Я обвила его шею обеими руками, прижимаясь к нему всем телом, покусывая губы и с не меньшей страстью отвечая на поцелуй. Так увлеклась, что прокусила ему губу, но Сай даже не дернулся и не отстранился, когда мы оба ощутили на языке вкус его крови. Ум-м, какой вкусный поцелуй — зажигающий кровь и буквально заставляющий плавиться наши тела.

— Кхе-кхе! Вы меня простите, любезные, но боюсь вас обоих разочаровать — этот кабинет, да еще с дверями практически нараспашку, для ваших занятий не слишком подходит!

Голос Людвига заставил нас обоих замереть. Его приход остудил наш пыл получше ведра холодной воды. Я тут же осознала, что лежу на диване, а на мне — Сайлар. Причем в весьма недвусмысленной позе. Жар смущения ошпарил щеки, шею и уши, я не знала, как посмотреть в глаза нашему безопаснику.

— Людвиг, выйди, пожалуйста, на минутку. Ты мне невесту смущаешь! — со смехом пророкотал Сайлар, сползая с меня на диван, а потом на пол.

Я же очень хорошо прочувствовала, насколько сильно наш поцелуй завел моего любимого. Это еще больше добавило жару моим щекам, да и между ног тоже.

— Сай, давай вы потом помилуетесь. У меня для тебя не очень хорошая новость, — устало заявил Людвиг.

Я тут же села, быстро оправляя платье, а Сай прислонился к моим коленям, так и оставшись сидеть на полу.

— Что? — коротко бросил Ош.

— Обоз с крибоном. Сегодня утром на него напали, требуется твое присутствие. Сам понимаешь, правительственный заказ и охрана, совмещенная с их службистами. Прости, расстрою, но в этот раз есть жертвы. Не наши, правда, но от этого не легче. Ну да хоть груз цел и невредим.

Сайлар потер лицо ладонями, раздраженно взлохматил волосы, посмотрел внимательно на Людвига и недоверчиво переспросил:

— Напали на летучие поезда? При такой мощной охране? Это же глупость! Или самоубийство. Чего они добивались?

Людвиг промолчал, но взгляд Оша заставил поторопиться с продолжением:

— Что еще? Не тяни!

— У меня есть информация от Кронуса, их тоже вызвали. Так вот, им сообщили, что, оказывается, агентство по правительственным закупкам и поставкам крибона, чтобы минимизировать возможную опасность, в этот раз организовало два обоза. Сам знаешь, в последнее время все только и толкуют о сектантах, балующихся с чарами. Так вот, вторая контора, с которой заключили контракт на охрану, — фирма Тидрока.

— И что с ним не так? На них тоже напали? — Ош напрягся и чуть подался вперед.

— Не поверишь, но этот нехороший ведьмак решил, видимо, сэкономить и отправил обоз с крибоном наземным путем. Итог — всю-охрану перебили, используя тот трюк с проклятьями забвения. А весь крибон — исчез!

Выслушав Людвига, Ош мрачно усмехнулся и задумчиво произнес:

— Ну что ж, значит, мой вызов на место — лишь необходимая формальность. А вот Тидрока за его жадность и непредусмотрительность потрясут основательно!

Мужчины согласно помолчали, а потом Ош поинтересовался:

— Кто из наших пострадал и насколько сильно?

— Трое. Один в тяжелом состоянии, с ним работают целители. Мне сказали, что скоро будет как новенький.

Сайлар кивнул, принимая информацию к сведению, посидел пару минут молча, а потом неожиданно предложил уже мне:

— Ника, поедешь снова со мной?

У меня от его предложения аж дух перехватило. Я радостно кивнула, соглашаясь. Нейр же покачал головой и ехидно заметил:

— Не прошло и недели с вашего воссоединения, а вы уже неразлейвода и сладкая парочка.

— Не завидуй, дружище! Найди себе свое счастье! — усмехнулся Ош.

А я в душе ликовала и не знала, куда глаза прятать, чтобы это так сильно заметно не было. Людвиг, покачивая головой и улыбаясь, встал и ушел. И в этот момент Сайлар добавил, очень пристально посмотрев на меня:

— Ника, это трехдневная поездка. И нам придется заночевать в таверне или гостинице.

Замерев, посмотрела на своего мужчину. Оценила, с каким вниманием и нетерпением он ждет ответа, и осторожно спросила:

— Ты намекаешь, что нам придется остановиться в одном номере? — и после согласного кивка Оша добавила: — Это будет репетицией нашей совместной жизни?

Сайлар слегка нахмурился, но поднял руку, погладил меня по щеке и заявил:

— Репетировать уже поздно, а вот начать — самое время!

Я скептически посмотрела на него и ехидно поинтересовалась:

— В таверне? Ты правда считаешь, что свою первую ночь с мужчиной лучше провести именно там?

Сайлар привстал, оперся кулаками по обе стороны от моих коленей и, приблизив свое лицо к моему, весело произнес:

— Я закажу номер для новобрачных! — и, чуть помолчав, искушающим голосом добавил: — Поверь, такой первой ночи ни у кого не было! Расследование нападения на обоз, господа дознаватели с их опросом на возможную причастность, а потом — номер для новобрачных…

— А ты мне там накапаешь полстаканчика… крови? Чтобы уж совсем стало здорово? — насмешливо спросила я.

Ош быстро проверил мои глаза на голодный блеск, убедился, что светятся, и прорычал:

— Никеа, какого изначального ты нормально не питаешься? Хочешь, чтобы начались проблемы со здоровьем?

Пришлось срочно извиняться и каяться:

— Сай, прости, запасы кончились, а я забыла зайти в аптеку. А вчера мы весь день проездили и…

Ош поднялся, обрывая мои стенания:

— Поехали! У меня здесь есть запасные чистые вещи. Так что сейчас заедем за твоими, а по дороге заскочим в аптеку за кровью. И обещаю накапать тебе целый стаканчик своей свеженькой по первому же требованию. — Последнее он произнес, уже игриво прижимая меня к себе.

— Не думала, что у сотрудников контор вроде твоей бывает столько поездок и беготни. Особенно у хозяина! — пожаловалась я, уже выхода на улицу.

— Волка ноги кормят! — хохотнул Ош. — И это хорошо, что у нас уже обширная клиентская база. А вот в первый год я в конторе почти и не бывал. Только помощница там оставалась. Потом Людвига встретил, и все постепенно стало налаживаться. Сейчас к нам сюда заходят лишь продлить постоянные контракты либо редкие новички да обыватели — как тот пекарь с мясником. Но мотаться по Гирее все равно часто приходится.

* * *

Я устала, сильно. До нужного города мы добрались лишь к середине ночи. Пристроив лошадей на конюшне, прихватили вещи и направились внутрь довольно большой с виду таверны. Ош пояснил, что здесь она — самая дорогая и респектабельная. И обслуживает в основном гостей станции «летучек».

— Вот ключи от запрошенного номера, господин Ош. Рад снова видеть вас, да еще и в компании супруги, — улыбаясь глазами, протянул нам ключи хозяин таверны — седой темнокожий чадар.

Из их диалога я поняла, что Ош нередко здесь бывает и его знают.

За нашими спинами хлопнула дверь, и в холл вошли трое ведьмаков бандитской наружности.

— Номера нам, быстро!

Я отметила, как занервничал хозяин, только что так благодушно улыбавшийся нам. А потом напряженно ответил:

— К сожалению, мест нет!

— Снова нарываешься? — злобно спросил один из мужчин.

Ош незаметно переместил меня себе за спину, но продолжал стоять у стойки и наблюдать за происходящим.

— В прошлый раз вы не оплатили вашего проживания… — попытался возмутиться хозяин таверны.

Но его прервали:

— Ты свою халупу в порядок приведи, тогда и платить будем.

— Мест нет! Последний номер только что заняли. Все! — напряженно ответил чадар.

И я заметила, как он шарит под стойкой, что-то разыскивая.

— Как заняли, так и освободят!

Один из ведьмаков подошел к нам и, протянув руку, хотел схватить ключ от нашего номера.

Сайлару надоело быть сторонним наблюдателем. Я с трудом уловила момент, когда он, схватив со стойки карандаш, ткнул острым концом в подмышку наглому ведьмаку, предварительно вывернув руку. Тот скрючился и заорал от боли, не в силах шевельнуться.

Второй бандит бросился на помощь другу, но, получив от моего любимого севара удар башмаком по колену, тоже оказался на полу в плачевном состоянии. Третий лишь дернулся, но благоразумно замолчал и остался стоять на месте.

— Чтобы через минуту вас здесь не было! И запомните на будущее — это моя территория! — абсолютно спокойным ледяным тоном приказал Ош, выпуская из захвата руку бандита и убирая карандаш от его подмышки.

Ведьмак, поскуливая, растирал больное место все время, пока вставал и отходил в сторонку.

Затем все трое молчком покинули таверну; правда, на прощание один все же обернулся в дверях и прорычал, обращаясь к Ошу:

— Мы еще встретимся…

— И тогда ты пожалеешь об этом! — прервал Сайлар.

Дверь хлопнула, впустив в холл ночную прохладу, а хозяин произнес:

— Да уж, господин Ош. Уже второй раз нас выручаете в такой вот глупейшей ситуации. Сами понимаете, станция «летучки» — богатых господ много и шушеры вокруг них — тоже. Вот и попадаются такие вот «гости». Бывает.

— Вам охрана хорошая нужна, — бесстрастно заявил Ош, беря ключ и подталкивая меня к лестнице на второй этаж.

— Нужна, — тяжело вздохнув, согласился нам вслед чадар.

— Завтрак и обед по желанию Никеи завтра доставите в номер. А сейчас, если можно, легкий ужин на двоих.

Услышав указания Сайлара, с тревогой спросила:

— А ты… куда?

— Сейчас поужинаю с тобой, ты баиньки ляжешь, а я к дознавателям. Нужно все побыстрее выяснить и разобраться, что там и к чему. Утром навещу наших ребят, а потом, вероятнее всего — к обеду, вернусь в таверну. Так что ты отдыхай, милая. Пока…

— А ты когда намерен отдыхать? — возмутилась я.

— Не переживай, способность к выполнению супружеских обязанностей не пострадает, если я немного не посплю.

— А ты, я смотрю, шутник, оказывается, — мрачно прокомментировала я его слова.

— Прости, родная, привык к мужикам и их шуткам. Да и устал немного, вот и страдает мое чувство юмора, — улыбнувшись, мягко ответил Ош.

Мы зашли в номер. Он оказался действительно роскошным — большим и уютным. Все стены задрапированы тканями в бежевых тонах. Тяжелые портьеры, балдахин над огромной кроватью и пушистый ковер — персикового цвета. Плюхнувшись в глубокое мягкое кресло, я смущенно посмотрела на Оша, а потом на кровать. В одном экземпляре, так что теперь уж точно не отвертеться!

Краем глаза заметила приоткрытую дверь в ванную, где все сияло позолотой. Помыться хотелось до зуда кожи, но лучше я сделаю это потом — одна.

Вскоре нам принесли легкий ужин, а потом Ош ушел по делам, оставив меня отдыхать.

* * *

Обед давно прошел, близился вечер, и закатные лучи уже робко заглядывали в окна нашего номера. Я помылась, распустила и тщательно расчесала свои длинные черные волосы. Теперь они густой волной закрывали мне плечи и спину, достигая талии. Надела короткую шелковую рубашку на бретельках и пеньюар — то единственное красивое и не столь необходимое, что я позволила себе взять при побеге из дома. И вот сейчас оно мне очень пригодилось.

И в ожидании Оша из угла в угол мерила шагами номер. А его все не было и не было.

Стук в дверь привлек мое внимание. А уже через пару мгновений я впустила в номер Сайлара. Оглядев меня с ног до головы, он весело улыбнулся, заметив мое смущение и неуверенность, а потом все так же молча направился в ванную.

Закрывая дверь, произнес:

— С делами разобрался, с ранеными все нормально. Я в службе дознавателей даже подремать умудрился, так что теперь очень рад, что ты меня ждешь…

Пока Ош мылся, я села на кровать, все сильнее волнуясь. Мне стало страшно при мысли о том, что должно произойти. Нет, я, конечно, знаю, как все происходит, но ведь участвовать в этом мне еще не приходилось.

Щелкнула задвижка, и Ош вышел из ванной — в одном полотенце на бедрах. Мощный хвост с шикарной черной кисточкой плясал из стороны в сторону, а мне дико захотелось посмотреть, откуда он растет. От этой мысли нервно хихикнула.

А потом подняла взгляд на Сайлара и громко сглотнула. Оказалось, у моего севара скульптурно вылепленная мускулистая фигура с широкими плечами и узкими бедрами. С еще влажных волос капелька воды упала ему на грудь, скользнула по плоскому животу и, добравшись до темной дорожки, начинающейся от пупка, блеснув, стекла вниз к краю полотенца, которое едва держалось на бедрах и недвусмысленно топорщилось в нужном месте.

При осмотре я заметила несколько жутковатых шрамов на ноге Оша, но они вызывали лишь сочувствие, никак не жалость или отвращение. Мой взгляд, спустившись вниз, снова поднялся к полотенцу.

Сильное красивое мужское тело — и все мое! Эта мысль грела изнутри и одновременно пугала еще сильнее. Уж слишком сильно там топорщится! Да и взгляд зеленых глаз Сайлара уж больно плотоядный. Кто тут хищник в конце концов — вампирка или севар?!

Не отрывая взгляда от его лица, подобрала под себя ноги и начала медленно отодвигаться от мужчины, забираясь все дальше на кровать.

— Боишься? — с нежностью в голосе спросил Ош.

— Ага! — покаянно кивнула я.

— Не бойся, милая, я буду терпелив.

— А вдруг больно будет?! — пожаловалась я.

Сайлар тоже забрался на кровать и, медленно наступая, пополз ко мне, а я — от него. Пока не уперлась спиной в мягкую спинку кровати.

При этом засмотрелась на кисточку его задранного кверху хвоста, которая покачивалась чуть ли не над головой Сайлара, и отвлеклась от нее, только услышав:

— Чуть-чуть, может быть, но потом все будет приятно. Я постараюсь, чтобы тебе понравилось.

Коленом он наступил на край полотенца, и оно свалилось. А я смогла наконец более подробно рассмотреть, откуда растет у севаров хвост.

— Ты сейчас на кошака похож, — хихикнула я, все сильнее запахивая халат.

— Может быть, может быть, — усмехнулся Ош, мягко высвобождая из моих цепких ручек полы халата, который пытался с меня стащить.

Наконец ему это удалось, и он тут же прижался ко мне крупным мускулистым телом, отчего у меня дыхание перехватило. Происходящее было таким необычным, будоражащим.

Незаметно для себя я оказалась зажатой между его бедер, и мы так и стояли на коленках, цепляясь за руки друг друга. Я невольно опустила взгляд и теперь, приоткрыв рот, рассматривала торчащую упругую, довольно внушительную плоть.

Не задумываясь, протянула руку и с любопытством коснулась уже влажной головки, проведя по ней пальцем. И тут же ощутила, как этот занимательный орган дрогнул под моей изучающей ладошкой, а потом и вовсе толкнулся в нее. Словно уговаривая коснуться еще раз, изучить получше…

— Малышка моя, — хрипло шепнул Сайлар, задирая мою рубашку и снимая ее совсем.

В первый момент захотелось прикрыться, обнаженной меня еще ни один мужчина не видел. Разве что в младенчестве. Но Сайлар не разрешил, он любовался моим телом, изучал сначала руками, а потом и губами.

Резко вытянулся на кровати, одновременно укладывая меня рядом с собой, а потом навис сверху, внимательно следя за эмоциями, которые мелькали на моем лице.

Его большие ладони заскользили по моему телу, обхватили грудь и слегка смяли, потом потерли пальцами соски, и я задохнулась от непривычных, но таких приятных ощущений. Неуверенно и все еще боясь чего-то, тоже начала его касаться. Гладила плечи, лицо, а потом потянулась за поцелуем.

И снова тот самый вкусный поцелуй с его кровью, и я опять теряю ощущение реальности. Только в этот раз, мне кажется, он сам специально поранил губу о мой клык. Вскоре я сама терлась о Сайлара всем телом. Подставила грудь его губам и услышала собственный стон удовольствия, когда он втянул в рот темную горошинку.

Почувствовала, как его хвост скользит между нашими телами, тоже лаская меня, щекоча ступни и бедра пушистой кисточкой. Я утонула в поцелуях и ласках и очнулась, лишь когда ощутила короткую острую боль от сильного резкого вторжения.

Заметив, как резко распахнулись мои глаза и услышав болезненное шипение, Сай, извиняясь, прошептал:

— Вот и все, родная, теперь больно быть не должно.

Выждал пару мгновений и начал медленно, но уверенно двигаться, глядя мне прямо в глаза. Толчок, еще толчок, боль уходит, а вместо нее меня заполняют томление, напряжение и ожидание… Ожидание чего-то непонятного, но очень желанного.

Толчки участились, стали резкими, сильными. Вскоре я сама вскидывала бедра ему навстречу, желая унять напряжение, достичь разрядки. Я слышала наше тяжелое дыхание, до безумия возбуждающие влажные звуки нашего слияния.

Полуприкрыв глаза, смотрела в лицо Сайлара и видела, в каком он сейчас напряжении, даже капельки пота на висках выступили. Ощутив, как во мне усиливается волна наслаждения, я даже зарычала, пытаясь унять его. Сай еще больше ускорил движения, с каждым ударом наполняя меня до отказа, и наконец я достигла пика.

Выгнулась всем телом, чувствуя, как от невыразимого облегчения и наслаждения меня сотрясает мелкая частая дрожь. Я даже захныкала от удовольствия. А Сай в это время вообще, казалось, с ума сошел, со всей силой и мощью врезаясь в мое тело.

Еще пара движений, и он громко зарычал, уткнувшись носом мне в шею. Правда, придерживая локтями свое тело чуть на весу. Я ощущала, как он толчками изливается внутри меня.

— С тобой так и умереть не страшно, малышка! — шумно выдохнул Ош мне в плечо.

Затем скатился с меня и, устроившись на боку, подгреб к себе поближе. Накрыл одеялом, валяющимся в ногах, и, обняв рукой под грудью, расслабился.

Спустя минуту я услышала:

— Спасибо!

— За что? — спросила я, даже не пытаясь выбраться из его захвата. Слишком довольной и расслабленной себя ощущала, хоть и саднило немного внутри.

— За то, что теперь ты только моя! — получила короткий ответ.

— Это почему? — изумилась я.

— Мы не предохранялись, а согласно известному тебе всемирному закону Айфира, беременность — это однозначно брачные узы. Так что по приезде сразу переезжаешь ко мне!

Судорожно посчитала дни и с облегчением выдохнула:

— А беременности не будет! У меня неопасные дни!

— Да? — услышала я его недовольный возглас. — Значит, в следующий раз будет! Так что все равно нет смысла откладывать.

— Ты ненормальный? — опешив, полюбопытствовала я.

— Нет! Со мной-то как раз все нормально. А вот ты, судя по всему, не в своем уме. Раз от такого счастья, как я, отбрыкиваешься! — ехидно отпарировал Ош, еще крепче прижимая меня к себе.

Я расхохоталась, развернулась и, обняв, уткнулась ему в грудь.

— Хочу быть нормальной, так что больше не буду отнекиваться от своего счастья. Убедил!

— Я рад, что так быстро удалось тебя образумить, а то спать очень хочется. Но ты сильно не расслабляйся: чуть отдохну и снова начну убеждать тебя в том, что я — твое сокровище и меня надо беречь и любить, — сонным голосом проворчал мой жених.

А я потерлась щекой о его грудь и тихо прошептала:

— А я уже люблю…

Меня услышали! Нависли надо мной, заглядывая мне в глаза, внимательно высматривая в них что-то. А потом хрипло переспросили:

— Правда любишь?

Прикусив губу, сильно волнуясь, кивнула, а потом тоже шепотом добавила:

— Правда люблю!

Он расплылся в самодовольной ухмылке и… полез на меня. Гад! И это вместо того, чтобы сказать, как сильно он меня любит!

Спустя некоторое время я решила, что это, наверное, было такое своеобразное ответное признание в любви, потому что старался он в этот раз знатно!

* * *

Р: Ника! Представляешь, заниматься расследованием так увлекательно и опасно! Мы тут от раздетых преследователей еле ноги унесли!

Н: А вы тоже голыми были?

Р: Нет, мы голыми были потом!

Н: О-о-о-о! Так у вас все отлично? Что-то произошло?

Р: Да, произошло. Мы… стали ближе. Но вот что будет дальше, не знаю. Думаю, сейчас переломный момент, и я боюсь загадывать. Поэтому не будем обо мне, не давай мне надежду большую, чем она уже есть. А то, если все плохо кончится, боюсь, не переживу! Расскажи лучше, как там у вас с Сайларом!

Н: У нас? А меня сейчас разорвет от счастья! И хотя мне неловко, потому что у тебя пока все зыбко, но… и-и-и… я лишилась невинности!

Р: Ого! Поздравляю! Как это было? Где? Он усыпал тебя цветами, спел серенаду и взял штурмом замок?

Н: Нет, просто позвал меня с собой! У нас снова было нападение на обоз. Только с крибоном. Наши отбились, а вот другая контора, охранявшая второй обоз с крибоном, лишилась его, и у них есть жертвы! Короче, Сайлар решил совместить поездку на дознание с соблазнением меня. Он снял потрясающий номер для молодоженов, а в гостинице на нас напали бандиты. И хотя это, конечно, было ужасно, но и захватывающе. Мой Сайлар сильный, стремительный, непобедимый мужчина. Я любовалась им, пока он дрался. А потом… А потом согласилась стать полностью его! И душой и телом! Ух-х! И не пожалела о своем решении. Риса-а-а-а! Он самый лучший на свете!

Р: Вот! Чтобы завоевать женщину, нужно продемонстрировать, как ты костыляешь всяким неудачникам. Это так романтично! Настраивает на интимный лад.

Н: Как ни удивительно, но оказалось именно так! Я — пещерная женщина, и у меня пещерный мужчина, но зато самый лучший! Я сделала правильный выбор! Ой, меня Сайлар зовет, прости!

Р: Беги. Напиши, как появится минутка.

Глава 23

Риса Ригал

Утром, проснувшись, я долго не хотела открывать глаза. Во мне бушевала целая буря чувств. Мне было страшно от того, что мы сделали и сколько раз мы это делали. Мне было стыдно, ибо воспоминания о жаркой ночи и сладких поцелуях так и стояли перед глазами. Я не хотела открывать глаза и показывать, что проснулась.

Неожиданно теплые губы прикоснулись к щеке легким поцелуем.

— Я знаю, что ты уже проснулась, и нам нужно поговорить.

Во мне все сжалось. Такие слова от него, наверное, слышит каждая его любовница.

— Хорошо, — согласилась я.

У Раша завибрировал амулет.

— Да? — ответил напарник.

Некоторое время он просто слушал, а потом сказал:

— Хорошо, мы подъедем в течение часа. Да, я тебя понял. Нет, не нужно звонить, я ей передам.

И отсоединился.

— Кто это? — спросила я, стараясь побыстрее натянуть одежду.

— Либер. Несмотря на то что из Дозора он ушел, полезные знакомства остались, — сообщил мне чадар, завалил меня на спину и жарко поцеловал в губы.

Не ответить я не смогла, да и можно позволить себе насладиться последним поцелуем. Запомнить вкус губ, нежность, страстность…

Первой прервав поцелуй, пока он не завел нас дальше, я пробормотала:

— Остановись. Нельзя, чтобы это зашло еще дальше, чем есть сейчас.

— Что ты подразумеваешь под словом «это»? — нахмурился Сонха.

— Наши отношения. Эта ночь была волшебной, но ею все и должно закончиться. — И я прошмыгнула на кухню.

— Что за глупости ты говоришь? — спросил, нахмурившись, Раш. — Ничего не закончится. И вообще, я считаю, что мне нужно переехать к тебе.

Услышав такое, я пролила горячий напиток на стол. Чадар, отобрав чайник, развернул меня к себе и крепко поцеловал.

— Не нужно меня убеждать в незначительности того, что произошло сегодня ночью. И ты, и я знаем, что это не так. Поэтому не упрямься. Естественно, что у нас будут новые притирки на работе в связи с нашими отношениями, но приспособимся — это вопрос времени.

— Ты серьезно настроен изменить наши отношения?

— Они уже изменились, и далеко не вчера, — улыбнулся Раш, снова целуя меня.

— Нам нельзя опаздывать, — пробормотала я, едва удалось глотнуть воздуха.

— Значит, не будем терять времени, — сказал чадар и, усадив меня на стол, снова поцеловал.

На встречу мы все-таки опоздали. Хотя Либер и не сообщил нам никаких новых сведений, тем не менее он поделился интересной информацией вроде адресов, мелочей, могущих помочь в расследовании, списками членов сект и людей, которым под силу достать крибон. Одно из имен очень меня заинтересовало. Нужно будет узнать о нем у Ники.

Но главное, вернувшись в город после визита к бывшему коллеге, я ощущала себя окрыленной. Я и Раш — кто бы мог подумать?

А ведь то, что ранее казалось далеким и недостижимым, теперь было на расстоянии вытянутой руки. Я могу поцеловать его, когда захочу, показать, что он мой, и только мой, что теперь нас связывают отношения. А самое главное, я имею полное право придушить и в прямом, и в переносном смысле любую женщину, что позарится на него.

Завернув за угол и войдя в кафе, где должен был ждать Сонха, я увидела напарника, на коленях которого сидела девица и что-то ему втолковывала, а он хмурился.

— Нет.

Единственное слово, что я услышала, подойдя к ним ближе.

Внутри разлилась боль. Какая же я дура, если думала, что наши с ним отношения что-то изменят! Любовь зла, она делает человека дураком!

— Я вам не мешаю? — холодно поинтересовалась я.

Чадар поднял на меня глаза и все понял. Я лишь отметила, что он пытается отпихнуть от себя девицу. Позер!

Один из самых мощных представителей расы, отличающейся необыкновенной силой, не может справиться с женщиной. Ко-о-он-не-ечн-но-о!..

Видно, заметив, что я собираюсь уйти, чадар резко отстранил от себя дамочку, и та вскрикнула:

— Ой!

— Я предупреждал, — напряженным голосом сказал Раш.

— Ты стал грубым, — скривила ротик севарка.

— Думаю, это был намек, что тебе пора, — вклинилась я в диалог, присаживаясь напротив Раша.

— Ты только напарница, поэтому не лезь, куда не просят, — начала хамить девица.

Знает, кто я?

Напрягшись и прищурившись, я тихо пообещала:

— Выкину в окно.

Зная, кто я и кем работаю, а также оценив наличие оружия, девица, фыркнув, пошла на попятную, развернулась и, бросив еще один взгляд на напарника, удалилась, покачивая бедрами.

— Устроишь скандал? — внимательно глядя на меня, спросил Раш.

Этот вопрос взбесил меня просто неимоверно! Как будто повод никакой и я раздуваю из теции тагара.

— Нет. Мне стоило догадаться, что на верность ты не способен. Это моя ошибка, и я ее исправлю.

Я увидела, как после этих слов поджались губы Раша и он чуть прищурился.

Я же спросила:

— Надеюсь, сегодняшний ночной инцидент не повлияет на наши с тобой профессиональные отношения?

— Ни в коем случае, — резко ответил Раш, и я поняла, что он очень зол.

Как же больно!

— Но если ты полагаешь, что из-за этого случая я позволю нашим отношениям угаснуть, то глубоко заблуждаешься! — прорычал чадар.

— А у тебя нет выбора. Я уже все решила.

— Ну-ну! Ты разозлилась из-за этой девушки, и я понимаю почему. Ты хотела, чтобы я сделал ей больно, отшвырнув?

— Вместо этого ты сделал больно мне.

Я заметила, как окаменело лицо чадара.

— Ты взрослый человек, Раш, и сам в состоянии определить приоритеты. Ты знал, что я увижу, и знал, что этим сделаешь мне больно, особенно после утреннего разговора. Ты сделал свой выбор, я — свой. Я не мазохистка, чтобы сознательно идти на боль.

— Раньше тебя это так не затрагивало.

— Раньше нас связывали другие отношения, и хотя прежними они уже не будут, тем не менее вернутся в старое русло.

— Это вряд ли. Я даю тебе слово, что подобное впредь не повторится и единственная женщина, о которой я буду думать, — это ты. И блюсти буду в первую очередь только твой душевный покой. Ты ведь это хотела от меня услышать?

От его снисходительного тона злость практически задушила меня.

— Раш, ты не создан для верности одной женщине. Поэтому сделаем так, как предложила я, — поднялась я со стула, давая понять, что разговор закончен.

— Я принимаю вызов. Ты — моя, всегда была моей и моей останешься. Не забывай об этом.

На это я просто покачала головой и пошла на выход.

— Лапуля… — донеслось мне вслед.

Очень самоуверен, но посмотрим, насколько его хватит.

Раш Сонха

Наблюдая, как Риса покидает кафе, я поморщился от досады. Приставучая девица все мне испортила.

А потом улыбнулся: тем интереснее будет завоевать Рису. Прошедшая ночь без преувеличения была самой лучшей в жизни, и я не намерен просто так отпускать от себя свою женщину. Я учел ошибки, и теперь нужно просто поступать по-своему.

Если женщина делает глупость, долг мужчины — направить ее по нужному пути. Риса сама не понимает нашего счастья, а значит, надо просто поставить ее перед фактом — вместе нам всегда будет лучше, чем по отдельности.

Я это давно понял, а то, что недавно чуть не потерял ее, окончательно для меня все прояснило. Жизнь слишком коротка, и нужно ловить момент. К тому же пора обзавестись детьми, моложе я не становлюсь. Кстати, еще один рычаг давления на нее. Лапуля пока не осознала, что прошедшая ночь уже могла принести свои плоды, а значит, по закону она должна будет выйти за меня.

«Нет, жизнь определенно хороша», — подумалось мне, и я пригубил кофе, любуясь опускающимися на город сумерками.

Риса Ригал

После ссоры с Рашем на душе было тяжело — словами не передать. Мне нужен был друг. Предположив, что в выходной друг сидит дома, я отправилась прерывать его отдых.

Но Лутак коротал вечер не один, это я поняла сразу, едва друг открыл дверь.

— Я не вовремя? — Мои брови приподнялись вверх.

— Да. Тебе что-то нужно?

— Поговорить.

Присмотревшись к моему лицу, друг вздохнул и пригласил:

— Заходи.

— Ты знаешь, я не хочу мешать…

— Помешала бы, если бы пришла на час раньше, — проворчал Лутак, втаскивая меня в дом.

Я как раз раздевалась, когда со второго этажа спустилась любовница друга, и у меня в прямом смысле слова упала челюсть. Невеста вампира, на которого я в свое время положила глаз. В очередной раз убеждаюсь, что Лутак умеет добиваться своего.

Пристально посмотрев на меня с некоторой долей любопытства, девушка по-прежнему молча страстно поцеловала севара и, махнув ему ручкой, вышла из дома.

— К-х-м. Я и правда очень удачно зашла.

Совершенно меня не смущаясь, Лутак, по пояс раздетый и босой, прошел на кухню, крикнув:

— Проходи! Чай будешь?

— Да.

Усевшись в небольшой кухне за добротный деревянный стол, покосилась на друга.

— И давно ты с ней спишь?

— Уже прилично. А ты с Сонхой?

Услышав такой вопрос, я подавилась выпечкой.

— Совсем недавно, — ответила, прокашлявшись.

— Стареет. Я думал, он гораздо быстрее приберет тебя к рукам.

— С чего?..

— Я мужчина, Риса, и с первого дня, как ты мне сказала, что стала его напарницей, я тебе прямо сообщил — ты будешь спать со своим чадаром, но не думал, что он так долго продержится.

— Мне страшно, — прошептала я.

Лутак пристально на меня посмотрел:

— Как он повел себя с утра, когда вы проснулись?

Я покраснела.

— Нет, я имею в виду, когда совсем проснулись и выбрались из постели.

— Пошли поесть.

— И он сказал…

— Что намерен переехать ко мне.

Теперь брови поползли вверх у Лутака.

— Никогда не думал, что скажу это…

Моя душа ушла в пятки.

— Но ты попалась.

— Что? — не поняла я.

— Твой чадар решил остепениться. Хотя мне и самому в это слабо верится.

— Ты бредишь, — сообщила я очевидное.

— Посмотрим, — хмыкнул друг, ставя передо мной чашку с чаем. — А теперь расскажи, что у вас там с расследованием…

* * *

Следующее утро оказалось полно неожиданностей. Начать стоит с того, что меня разбудил стук, так еще и, открыв дверь, я оказалась в руках Раша, который меня поцеловал.

В первые секунды я растерялась от такого приветствия, а потом начала бороться и сопротивляться. Но где мне было справиться с мужиком вдвое тяжелее меня.

Единственное, чего я добилась, так это того, что меня притиснули к стене и запустили руку под кофту. При первых же прикосновениях к груди я начала плавиться.

Но все-таки вчерашний разговор был довольно свеж в памяти, поэтому я, притворившись, что смирилась, дождалась, когда поцелуй станет мягким, и сбила Раша с ног боевым приемом.

— Никогда больше не смей трогать меня без разрешения!

А чадар сидел на полу и широко мне улыбался.

— Лапуля, с тобою не соскучишься.

— Не называй меня так, — процедила я сквозь зубы.

— А что до твоего разрешения, то посмотри на себя в зеркало, — проигнорировали мое возмущение.

Против воли бросив взгляд в зеркало, по которому еще вчера разговаривала с Никой, я вздрогнула. Припухшие губы, лихорадочно блестящие глаза и вполне логичная на близость желанного мужчины реакция тела.

— Это я после сна такая растрепанная, — пробормотала я и сбежала на кухню.

Следом за мной там появился и Раш.

— Чему обязана честью видеть тебя в такую рань? — поинтересовалась я, делая себе и напарнику бутерброды.

— Естественно, чтобы решить, куда двигаться в наших поисках дальше.

— Думаю, нужно проверить следующую секту, которая имеется в нашем городе. Вчера я поговорила с Лутаком…

Неожиданно чадар оказался позади и облокотился руками о стол по бокам от меня. В затылок жарко дохнули:

— Скажи мне, Риса, когда ты ходила к своему… м-м-м… другу?

Я замерла.

— Вчера, сразу как рассталась с тобой в кафе.

— Ты с ним спишь?

— Это тебя не касается!

— Меня касается все, что касается тебя. Либо ты мне ответишь, либо я выясню сам.

Я промолчала и начала раскладывать на хлеб мясо.

— Поставь, пожалуйста, чайник.

К шее прикоснулись губами.

— Что ж, будь по-твоему.

* * *

Мы с Рашем стояли напротив загородного особняка. Была уже глубокая ночь, а мы смотрели на ярко освещенное здание и размышляли: как туда попасть?

Уже несколько пар беспрепятственно вошли внутрь.

— Давай и мы попробуем зайти.

Раш как-то странно на меня посмотрел.

— Что? Попытка не пытка.

Усмехнувшись, напарник взял меня под руку и направился прямо ко входу.

Дверь нам открыл вежливый мужчина в длинном черном плаще и… голый.

Моментально подняв глаза к его лицу, я старалась их больше не опускать.

Раш рядом закаменел и сквозь зубы процедил:

— Можно нам приобщиться к вашему обществу?

— Вы принимаете естественность?

Я закивала.

— Тогда проходите.

Мы с чадаром оказались в просторном длинном холле, в который со всех сторон выходило множество дверей.

— Вот, самая крайняя дверь. Там нужно раздеться и переодеться в плащ, после этого можете выбрать любую из комнат.

Сообщив это, странный дворецкий удалился. А я в полном ужасе смотрела на Раша.

— Пошли, — потащил меня за руку чадар в боковую дверь.

— А может, я так? — в панике спросила я, тщетно ища пути выхода из ситуации.

— Меня тебе нечего стесняться, а потом «нечаянно» прикроешься. Но на всякий случай лучше раздеться.

Вздохнув, я вошла в комнату, которая была своего рода гардеробной с вешалками, полными различной одежды и плащей, и начала нерешительно снимать с себя кофту.

— Что с тобой, Риса? Раньше ты спокойно раздевалась в моем присутствии. Что же изменилось? — мурлыкнул Раш, шустро разоблачаясь.

Сжав зубы, я начала раздеваться быстрее.

Раньше у меня не было близких отношений с несносным чадаром, а теперь как бы не попасть в его ловушку. Едва я скинула последнюю деталь одежды, как сильные мужские руки опустили на мои плечи черный плащ.

Развернутв к себе, Раш серьезно посмотрел на меня, а в глазах у него в это время бушевала буря эмоций. Склонившись, он прильнул к моим губам. Конечно, я могла оттолкнуть его и обязательно так бы и сделала, но не захотела. Вместо этого я жарко ответила на поцелуй, смакуя и запоминая его вкус, словно нам грозит вечная разлука.

Не знаю, чем бы это закончилось (но точно не расследованием), если бы в дверь не постучали. Оторвавшись от чадара и завернувшись в плащ, пулей вылетела за дверь, чуть не сбив кого-то с ног.

«Сосредоточься, Риса, сосредоточься!»

Как ни странно, после поцелуя Раш не шутил и ничего помимо того, что относилось к делу, мне не сказал. Да и зачем, все и так ясно. Поэтому мы слаженно и практически в молчании прочесывали дом, отмечая мельчайшие детали, но присутствия крибона не обнаружили.

Для меня жестокое разочарование смягчилось приятным открытием. Сколько в этот вечер я повидала обнаженных людей — не счесть, но ни один мужчина впечатления на меня не произвел. Да и взгляд Раша скользил по женским телам с безразличием.

Домой я вернулась очень довольная.

Раш Сонха

Сегодня, после посещения публичного дома, который почему-то считают сектой, я полностью уверился в том, что мне нужно. Это Риса. Но на пути к получению желаемого было одно препятствие, а значит, его необходимо устранить.

Я стоял на пороге нужного мне дома. После моего стука за дверью послышались шаги, она открылась…

И, толкнув хозяина дома в грудь, я зашел внутрь и закрыл дверь. Севар, усмехаясь, стоял посреди холла.

— Что-то ты долго, я ждал тебя раньше.

— Значит, ты знаешь, зачем я пришел. Я хочу, чтобы ты исчез из жизни Рисы раз и навсегда.

— А сама Риса в курсе твоих требований?

— Она переживет!

Лутак прищурился:

— Нет.

Молниеносно метнувшись, я схватил этого гада за горло и поднял вверх. Руки покрыла броня, делая меня еще сильнее.

— Это причинит ей боль, и я так не поступлю, — просипел севар.

Я ожидал этого. А по реакции севара только сейчас увидел, что отношения между ними еще более крепкие, чем я полагал. Да и Лутак, обладающий врожденной стремительностью, мог от меня увернуться. У него было тактическое преимущество, но он им не воспользовался. А значит…

— Если я замечу с твоей стороны хоть единый жест или взгляд, который позволит мне предположить нечто большее, чем дружбу, я тебе ноги выдерну и засуну…

— Понял. Но если уж мы заговорили об этом… А ты хоть раз замечал?

Обдумав вопрос, я великодушно отпустил севара, и тот полетел на пол.

— Живи… пока.

Жаркий летний вечер встретил меня духотой, едва я вышел на улицу. Ответы, которые я получил, меня удовлетворили, но все-таки нелишне укрепить позиции, а для этого не мешало бы покинуть город, отдалившись от ненужного… окружения. Тем более что и повод хороший есть.

Глава 24

Никеа Лавейская

Мерное покачивание, трели птиц и равномерный стук любимого сердца у меня под ухом выманили из сна. Открыв глаза, потянулась, тут же ощущая, как сильные руки Сайлара чуть крепче сжимаются вокруг моей талии, удерживая от падения с седла. Я ехала вместе с любимым на его Ветре. Моя Тихушница, привязанная к его седлу, трусила немного позади и сбоку.

На тракте мы были не одни. Медленно тянулись торговые обозы — их мы обгоняли; верховые иногда быстро мелькали мимо, а иногда скакали, как и мы, неторопливой рысью.

— Выспалась? — с заметной нежностью в голосе поинтересовался у меня Сай.

Я руками обвила шею любимого, заглянула в прищуренные болотные глаза и шепнула:

— Да!

— Сильно я тебя ночью измучил? — насмешливо поинтересовался мой мужчина.

— К таким мучениям можно с удовольствием и привыкнуть, — весело отпарировала я.

Ош приподнял смоляную бровь, словно бы удивляясь, но утолки его губ невольно дрогнули в самодовольной ухмылке.

Сразу после завтрака в таверне мы отправились домой. Все нюансы с дознавателями по поводу нового нападения Ош утряс, а нас в Гирее дела в конторе ждут, да и Мыш один дома. И хотя перед отъездом я насыпала ему много корма, но оставлять бедного мышонка одного дома не хотелось.

— Сай, ты так и не рассказал, что там случилось, — решилась расспросить своего почти мужа.

Хотя данное определение для этого конкретного мужчины, да еще и по отношению ко мне, вызывало внутренний трепет и восторг. Мой жених! Почти муж! Невероятно!

Сайлар, наклонив голову, внимательным взглядом посмотрел мне в глаза, а затем мрачно ответил:

— Все по отработанной схеме. Как и в предыдущие разы. Правда, «летучки» от различных проклятий защищены артефактами, чтобы диверсии исключить. Недаром же полет на поезде — недешевое удовольствие…

— И что? — не поняла я хода мыслей Сайлара.

— А то, что нападавшим на наш груз и охрану пришлось действовать грубой силой и в лобовой атаке. Как итог: есть раненые, но крибон цел и вовремя доставлен по назначению. Для нас это — крепкая, надежная репутация! В отличие от того же Тидрока, моего главного конкурента в Гирее. В последнее время и на него участились нападения, но его наемники со своей задачей по охране как-то слишком слабо справляются. Раньше подобного за ним не наблюдалось. Странно все это…

— А может, и правда сектанты в этом замешаны? — с тревогой поинтересовалась у любимого.

— Не знаю. Мне сложно поверить в сектантов, Никеа. Хотя вчера на дознании мне задавали и этот вопрос. Как выяснилось позже, на обоз Тидрока напали с использованием той же самой уловки с сонным проклятьем. И в их случае заснули все, там в охране не было ни одного вампира, и магию крови никто не учуял. Да и среди служащих Дозора слухи сейчас ходят, что найдены несколько захоронений, где совершались жертвоприношения. Так что версию о сектантах со счетов не сбрасывают…

— Я боюсь, Сай! — удрученная своей слабостью и страхом, шепнула я.

При этом всем телом прижалась к мужчине, крепче обвивая его шею.

— Милая, я уже обожаю те моменты, когда ты боишься, — проурчал Ош, зарываясь в мои распущенные сегодня черные волосы пальцами и притягивая мое лицо к себе для поцелуя.

Мне впервые в жизни было плевать на то, что мы едем по общему и довольно оживленному тракту. Я наслаждалась чувственными нежными губами Сайлара, отдавалась во власть его языка, ведущего себя так по-хозяйски. И млела от счастья принадлежать этому сильному умному мужчине.

К сожалению, целовались мы недолго, обстоятельства не располагали.

— Сай, у тебя нога не болит? А то я несколько часов с тобой еду и, боюсь, отсидела тебе все конечности, — участливо поинтересовалась я, погладив больное бедро Оша.

— Нет, своя ноша не тяготит, поэтому не болит, — тут же ответил Сайлар, а потом, забравшись своим хвостом мне под юбку и поглаживая кисточкой уже мои бедра, хрипло на ухо пробормотал: — Но если ты меня еще так погладишь, и чуть подольше, то у меня в паху заболит.

Я смутилась, тут же убрав свою ладонь с бедра Оша. А вот он свой шаловливый хвост у меня из-под юбки убирать не стал, заставляя гореть мои щеки.

Пару раз за время путешествия нам в пути встречались знакомые Оша, которые некоторое время ехали рядом и беседовали с ним. И с большим любопытством рассматривали меня, ведь Сайлар сразу представлял меня как невесту. Видимо, его репутация холодного циничного мужчины, к тому же на дух не переносящего анимишек, широко известна в обществе. А тут я — вампирка, да еще и невеста.

* * *

Наши лошади застучали копытами по камням моста, перекинутого через каньон, соединяющий остров-город Гирею с, так сказать, материком.

Внизу шумела горная река, водяная пыль поднималась вверх, образуя над мостом туман, а мы, как и другие гости Гиреи, с облегчением в него окунались. Вода — это защита от монстров из прорывов. Так что каждый житель Айфира, оказавшись в водном царстве или вблизи любого водоема, мог чувствовать себя в безопасности хотя бы от этой напасти.

Проехав в главные городские ворота, мы направились вниз по улице. И в этот момент Ош спросил:

— Родная, ты сильно устала?

— Нет, а что? Хочешь в контору заехать? — поинтересовалась я.

— Хорошо, что не устала. В контору чуть позже заскочу, уже без тебя. А сейчас мы с тобой займемся твоим переездом ко мне, — серьезно ответил Ош.

Я неуверенно спросила:

— А зачем сегодня? Можем же и на выходных…

Ош прервал меня безапелляционным голосом, сказав:

— Никеа, я хочу быть уверенным в твоей безопасности. Также хочу всегда точно знать, где ты находишься. И главное — спать ты должна в моей постели. — Лишь в конце он уже более мягко и немного игриво добавил: — Не смогу больше спать без тебя, малышка.

Я улыбнулась и согласно кивнула, отчего черные пряди, словно полог, укрыли от меня мир. Заправив волосы за уши, пустила Тихушницу в галоп.

— Тебе так не терпится в мою постель? — с веселой насмешкой спросил Ош, поравнявшись со мной.

Рассмеявшись, с намеком отпарировала:

— Нет, поужинать! Ты такой вкусный!

До моей избушки мы так и ехали посмеиваясь.

Вещей у меня, как оказалось, катастрофически мало. И было неловко от того, что невеста готовится вступить в мужнин дом всего с двумя сумками приданого да с мышонком на плече. А все остальные мелочи: шторки, матрас, посуду и стулья, подаренные соседкой Сейтой, — я оставила в этом доме. Может, новому жильцу пригодятся.

Мое мрачное настроение не осталось незамеченным Сайларом. Когда я вышла из дома и закрыла дверь, заметила, как он закрепляет мою вторую сумку к седлу Ветра и о чем-то тихо беседует с соседом Седжвиком. Я вежливо и немного смущаясь поздоровалась с ним, а в ответ меня горячо поздравили с обручением.

Сай подсадил меня в седло Тихушницы, сам запрыгнул на Ветра и попрощался с соседом. Правда, Седжвик на прощание произнес:

— Ош, не волнуйся, я проверю эту информацию, и, если что-то выяснится, зайду к вам в контору.

Еще раз помахав на прощание, мы направились прочь.

— Это он о чем? — отъехав подальше от соседа, спросила я.

— Я попросил его разузнать любую информацию, касающуюся Тидрока и его связей. Мне не дают покоя эти нападения на его обозы и такая легкость при их захвате.

— Может, он не настолько хорош в своем деле, как ты? — недоуменно буркнула я. Все же усталость сказывалась.

— Мне, конечно, приятно, что ты так думаешь, но поверь, в моей сфере лучше не витать в заоблачных далях, а смотреть правде в глаза. Тидрок не настолько глуп и слаб, чтобы допускать подобные огрехи. Поэтому меня все происходящее так и настораживает.

Он замолчал, и дальше мы ехали, каждый думая о своем. Я переживала о том, как это — жить вместе с Ошем, а вот Сай явно размышлял о нападениях, судя по бровям, хмуро сомкнувшимся на переносице.

* * *

— Это твой дом?! — с восторженным придыханием спросила я.

Жилище Оша находилось в тихой части Гиреи, почти на самом ее краю. Но здесь царило умиротворение и солидность. Дома как на подбор все добротные, каменные, с заборами, обвитыми плющом и разными цветущими растениями.

Было очень заметно, что здесь проживают богатые горожане либо государственные служащие с высоким статусом. И в то же время я не замечала пафоса и вычурности, каждый хозяин на этой улице стремился украсить дом зеленью и цветами, а не колоннами и мрамором.

— Это наш дом, Никеа! — произнес Ош, довольный впечатлением, которое произвел на меня дом.

— Он такой красивый, уютный и… большой, — испытывая волнение, прошептала я.

— Я рад, что твой новый дом тебе нравится. Ведь, по сути, теперь ты будешь о нем заботиться и вести хозяйство, — так же тихо, но проникновенно заявил мой мужчина.

Ош закрыл за лошадьми ворота и, оставив меня на пару минут, завел животных в пристройку, видневшуюся сбоку от дома. Оглядываясь по сторонам, я хорошо видела, что Сайлар — рачительный хозяин и следит за своей собственностью. Впрочем, нет ничего удивительного: он ко всему относится добросовестно и с большой ответственностью.

Успокаивая сидящего у меня на плече Мыша и поглаживая его по головке, поднялась на веранду, проемы которой украшали цветные витражи. Провела ладошкой по перилам лестницы, здороваясь с домом, знакомясь с ним.

Рядом шмякнулись мои объемные сумки, а потом раздался голос Оша:

— Ну что ж, давай сделаем это! — С этими странными словами он открыл дверь нараспашку, а потом подхватил меня на руки и занес в дом.

Я лишь успела вскрикнуть и перехватить Мыша, чтобы тот не свалился с моего плеча на пол.

Мыш дернулся у меня из рук, перебрался на Оша и, цепляясь за одежду мужчины, скатился вниз. А потом, словно кот, пошел знакомиться со своим новым домом. Это выглядело так забавно, что мы оба рассмеялись.

— Иди осмотрись, милая. Я позабочусь о лошадях, — пробасил Сайлар.

Сам же вернулся за моими вещами, а потом ушел в конюшню.

На первом этаже обнаружилась просторная кухня, залитая светом. Я отметила, что здесь все выглядит так, как будто ею почти не пользуются. Ничего, я это исправлю! Дальше шла гостиная с огромным каменным камином. Арочные окна с витражами и двери выходили в сад, утопающий в зелени и цветах.

Сама гостиная радовала взгляд внушительной тяжелой мебелью из массива светлого гирейского дуба, мягкими креслами и диванами и несколькими картинами в стиле расцвета золотого века Айфира. Тогда художники любили рисовать эпические битвы и сцены из жизни верхних и нижних миров, как они себе их представляли.

После гостиной я обнаружила гостевую комнату и небольшой туалет.

По широкой дубовой лестнице поднялась на второй этаж. Здесь имелись четыре комнаты: кабинет Оша и три спальни. Судя по внешнему виду и некоторой захламлённости, центральная из них — теперь наша общая спальня. Я даже присела на огромную кровать с массивными столбиками и ошарашенным взглядом еще раз осмотрелась.

Почти всю стену занял гардероб. Радовало то, что наполовину он был свободен, так что место своим вещам я найду без проблем. В углу — еще один камин, поменьше. В стене напротив я увидела дверь и, открыв ее, обнаружила ванную комнату, из которой еще одна дверь вела в соседнюю комнату.

— Там сделаем детскую! — раздался позади меня голос Оша.

— А может, я сама там поселюсь? — спросила я, повернувшись к нему.

— Нет, ты поселишься здесь! Я считаю полнейшей глупостью бегать по ночам к своей жене в соседнюю комнату, — тут же настойчиво и уверенно заявил Ош.

— А мои родители живут в разных комнатах, — с горечью и грустью ответила я, а потом попросила: — Сай, пообещай мне, что у нас все будет по-другому.

— Обещаю, — кивнул Ош, а потом весомо добавил: — У нас все будет по-другому, потому что они не любят друг друга. И, судя по твоим рассказам, никогда не любили.

— А мы? — тихо спросила я. — Я люблю тебя, а ты?

Ош подошел ко мне вплотную, приподнял лицо за подбородок и, внимательно глядя мне в глаза, ответил:

— Я люблю тебя.

У меня в груди как будто что-то вспыхнуло, загорелось, и жар начал разливаться по венам. От счастья хотелось и плакать, и смеяться, но я просто стояла и, все еще не веря, смотрела в болотные глаза Сайлара.

— Правда? — переспросила его.

— Не веришь? — в удивлении приподнял он смоляную бровь.

— Боюсь. А вдруг — нет? — тихо ответила я, неуверенно улыбаясь.

— Глупышка, а зачем бы еще мне жениться на тебе? — уже весело спросил Сайлар.

— Потому что любишь?! — неуверенность отступила, во мне рождалось новое чувство — желание провоцировать и соблазнять.

— Именно! — заявил Ош, при этом наклоняясь за поцелуем.

— Хорошо, тогда я мыться пошла, а то от нас лошадиным духом за версту несет.

— Фу, какая ты прагматичная и приземленная, а как же любовь? — ехидно прокомментировал мое заявление Ош.

— Любовь вечна, а чистота преходяща, — отпарировала я, закрывая перед носом мужа дверь в ванную. — И можно сегодня ты ужин приготовишь… в последний раз?

— Клянусь изначальным, я думал, женюсь на послушной добропорядочной женщине, а в итоге мне досталась хитрая, кровожадная вампирка, да еще и эксплуататорша! — громко и наигранно трагично взвыл Ош.

Я же, включая воду в ванной, заявила:

— Поздно метаться, женишок! Раньше смотреть внимательнее надо было, а теперь иди готовь ужин, иначе подзакушу тобой.

Спустя час мы, оба вымытые и одетые в халаты, сидели на кухне друг напротив друга и молча ели. Я жутко удивилась, обнаружив, что Сайлар забил холодильный шкаф кровью для меня. Заботлив-ы-ы-й!

Поэтому сейчас я сидела уже совершенно сытая, хотя и продолжала жевать фруктовый салатик, который сама сделала. Есть бутерброды Оша не сильно хотелось, но я себе клятвенно пообещала, что больше мой мужчина всухомятку питаться не будет. Так ему об этом и заявила, вызвав довольную улыбку.

Забросила в рот очередную виноградинку, с удовольствием прожевала и только потом заметила, что Ош не ест, а наблюдает за мной. И уж больно голодным взглядом, хотя на его тарелке еды уже не осталось.

— Что? — спросила я почему-то хриплым шепотом.

— Пошли спать, милая, — интригующим тоном протянул Ош.

Я поняла, что меня ждет в скором времени, и смутилась. Одна ночь, проведенная с ним, не в состоянии отучить стесняться своего обнаженного тела и его тоже. И даже разговоров об этом.

Сайлар встал и, взяв меня за руку, повел наверх. Пока шли, его хвост ласкал мои икры, затем бедра, а потом…

— Сай, ты извращенец?! — взвыла я.

— Нет, это ты невинная малышка. Поверь, некоторые женщины, наоборот, любят интимные игры с хвостом и…

— Силы небесные, оставь эти грязные подробности! Мне не интересно, — ревниво прорычала я в ответ на откровения Оша.

Он же, довольно мурлыкнув, подхватил меня на руки и, чуть прихрамывая, быстро понес в спальню.

— У тебя такая нежная, шелковистая кожа, упругая грудка и такие твердые бутончики-вершинки… — хрипло шептал Сайлар, покрывая меня короткими поцелуями.

От его слов я все сильнее возбуждалась, было очень приятно сознавать, что мое тело так его восхищает.

Несмотря на испытываемую мной неловкость, шаловливая черная кисточка скользила по моей бледной коже, лаская, щекоча и оставляя за собой дорожку из возбуждающих мурашек.

Мне казалось, что хвост и его хозяин действуют каждый сам по себе, но с одной-единственной целью — доставить как можно больше удовольствия мне.

Большая ладонь Оша обхватила и приподняла холмик груди, а его губы накрыли темную сморщенную горошинку соска, заставляя меня охнуть от удовольствия.

Второй рукой он накрыл мое лоно, проникая пальцами внутрь и вызывая тихий всхлип наслаждения и нарастающее напряжение. Я так быстро распалилась, что не могла уже просто лежать на месте, тянулась к его губам, рукам и даже проказнику-хвосту.

Мечтала о большем и просила об этом:

— Сай, я больше не могу… Так хочется тебя внутри.

— Только попроси — и ты все получишь, родная, — пробасил прерывисто Ош.

Он устроился между моих бедер и начал проникать внутрь. Медленно, осторожно, но неизбежно. Мне казалось, я чувствую каждую его пульсирующую венку, весь рельеф, и я отвечала на каждый его рывок, двигаясь навстречу.

В комнате слышалось наше хриплое дыхание и звуки слияния, и каждый звук увеличивал мое желание, напряжение внутри меня росло. Довольно скоро меня накрыло волной наслаждения, и я, стиснув зубы, застонала, ощущая, как обхватываю плоть Сая все сильнее и плотнее. Он не устоял перед этим и достиг пика сразу после меня.

Продолжая оставаться во мне и нависая всей своей массой сверху, хрипло произнес:

— С тобой это невероятно. И, похоже, мне никогда не будет достаточно одного раза. Хорошо, что у нас вся ночь впереди.

Я лизнула влажную, соленую от пота шею Сайлара и, обняв его руками за спину, жалобно пропищала под ним:

— А может, поспим, а? Завтра столько работы в конторе…

— Хитрая кровожадная вампирка, да еще и ленивая, — смеясь, пробасил Ош.

— Зато вся твоя! До кончиков вампирских клыков! — отпарировала я.

— Поцелуй меня на ночь, — попросила я пару минут спустя.

— А может, мы еще один раз?..

— Спокойной ночи, Сайлар!

— Нет, ну мы по-быстрому…

— Завтра столько работы…

— Ну, я очень хочу.

— Сай, ты совсем обнаглел? Ой! Ты куда полез?! Убери руки! Нет, не надо там… Ай! Да ладно, делай как хочешь…

— Поверь, тебе понравится.

Уже засыпая после повторного слияния, ощущая, как крепко прижимает меня к себе Сайлар, заметила Мыша. Мой маленький питомец забрался на тумбочку с моей стороны кровати и залез в плетеную корзиночку с перинкой, которую я ему недавно сшила. Вскоре вся моя семья спала.

* * *

Н: Сегодня переехала к Сайлару!

Р: Ого! Вы женитесь? На свадьбу пригласишь?

Н: Он один раз сказал, что любит! А я целыми днями ему о своей любви твержу. Я бесхарактерная! Он командует мной как хочет, а я — бек-мек и «хорошо, дорогой, так и сделаем»! Обязательно пригласим!

Р: Это прекрасно! А у меня тут многое случилось.

Н: Только, умоляю, не говори, что вы уже поругались! Я не перенесу!

Р: Ну, так сразу и не расскажешь. Мы… мы… В общем, наши отношения развиваются. После того первого раза я постаралась вернуться к прежним отношениям, но не тут-то было.

Н: Раз «не тут-то было», значит, твой Раш уже мне сильно нравится! Уважаю… его!

Р: Это ты зря. Он мне сказал, что собирается строить со мной отношения, а потом я застала его в кафе, целующегося с другой.

Н: А может, это она его целовала? А он был категорически против? Я тоже застала Сая с бывшей подружкой. Ну и что? Зато тут же выяснила, что я — его невеста, а это — бывшая, которая хотела денег занять в очередной раз. Я чуть волосы ей не выдрала, но она сама ушла… когда Сай ей отказал в средствах.

Р: Да, Раш так и сказал. Но мне-то больно!

Н: Ты абсолютно не уверена в себе, впрочем, как и я. Это плохо, потому что не знаю, что посоветовать в таком случае…

Р: Депо не в уверенности. Просто постоянно мучиться и сомневаться в нем — это не дело. Я посоветовалась с Лутаком, он мне заявил, что с самого начала знал, что так будет. Друг считает, что Раш меня никуда не отпустит. Наглый чадар тоже так говорит, но я не безвольная кукла, чтобы помыкать мною.

Н: А он так сильно помыкает?

Р: Нет, просто он властный до безобразия и всегда идет напролом. Я даже раньше не представляла насколько. А еще они недавно столкнулись с Лутаком и я боюсь за друга.

Н: Думаю, они найдут общий язык Если ты им обоим дорога.

Р: Надеюсь. И скоро мы в связи с расследованием уезжаем в другой город. Может, это что-то прояснит между нами и поможет им примириться?

Н: Вы все расследуете эти прорывы необъяснимые? А у нас тоже расследование идет. Кто-то нападает на наши обозы. Да и у других тоже ситуация не лучше. Секта еще эта неизвестная… Сай нервничает очень, но не подает виду, чтобы меня не расстраивать.

Р: Да, и у нас уже есть предварительные результаты. Но надо довести все до конца. После командировки спишемся!

Н: Удачи, и не пропадай надолго, я волнуюсь теперь и за вас!

Р: Постараюсь!

Глава 25

Риса Ригал

Расследование привело нас с Рашем в Пирею, торговый город, расположенный среди зелени и водопадов и отделенный извилистым каньоном, через который перекинут длинный мост.

Прибыли мы в Гирею ближе к вечеру и первым делом отправились искать гостиницу. Нужно же где-то ночевать. Но я не учла, что сейчас в городе проходят ярмарки и свободные места проживания найти очень сложно. А вот хитрый чадар все очень точно рассчитал.

При регистрации, услышав, что нас с напарником поселят в одной комнате, я тут же возмутилась:

— Почему в одной комнате? Нам нужно в разных!

Мужчина за стойкой пожал плечами:

— Осталась только одна. Если хотите спать отдельно, то только на полу или на улице.

Хам!

Взглянув на Раша, я не могла не заметить, что тот очень доволен ситуацией, и не могла не понять, что это значит для меня.

— Ну, на полу точно не я спать буду, — сообщила ему и направилась наверх.

Номер оказался маленьким, да и мебели в нем было совсем ничего. Кровать, стол, стул. И если последние два меня не волновали: мотаясь по городу, мы нечасто будем ими пользоваться, то довольно узкая кровать смущала. Придется за нее воевать.

Едва я приняла это решение, в комнату вошел чадар с нашими вещами.

— Уже устраиваешься?

— Ты спишь на полу!

— Нет, — спокойно ответил чадар.

— Раш… — начала заводиться я.

Быстро подойдя ко мне, он обнял меня и прижал к себе.

— Риса, давай смотреть правде в глаза. Наши отношения будут продолжаться. Во всех смыслах.

Почувствовав бедром возбуждение чадара, я попыталась вырваться, но это было все равно что бороться со скалой. Он крепко держал меня в своих объятьях, а потом еще и поцеловал в шею.

— Отпусти немедленно! Если ты думаешь, что я еще раз займусь с тобой сексом, то ты глубоко заблуждаешься! — прошипела я.

Снова поддаться поползновениям Сонхи было бы с моей стороны большой глупостью.

— Правда? — поцелуй в ушко. — А помнишь о своем обещании мне?

Я замерла. То слово, что я дала Сонхе в обмен на услугу с вампиром…

— Хочу тебя, — сообщил мне напарник, сажая меня на стол.

— Ты что, собираешься здесь?.. — посмотрела я на стол, подсознательно замечая, что дверь напарник запер.

Но мне закрыли рот поцелуем и начали медленно стаскивать с плеча бретельки. Я помнила про свое слово, да и поцелуй пьянил. Мои мысли тут же перетекли в другую плоскость, тело стало непослушным, а внизу живота заныло.

Раш же времени зря не терял и, одним рывком до пояса стащив белье с кофтой, тут же приник к груди. Тело словно ударило током, и я начала хватать ртом воздух. Наслаждение оказалось непередаваемым.

Запустив руку в волосы чадара, я теснее прижалась к нему, и он, поняв, что удерживать меня уже не нужно, второй рукой начал ласкать другую грудь. Я выгнулась и отдалась ласкам и наслаждению, что разливалось по телу.

Поласкав грудь, Раш начал расстегивать брюки и стаскивать их с меня. Я помогала как могла. Пара секунд, и я сидела на столе в одной майке, болтающейся на талии. В то же мгновение мои губы снова смяли, страстно целуя. Я ответила, не уступая пылом Рашу. Так мы и целовались, жадно лаская друг друга.

Я сидела на столе, обхватывая чадара ногами, что ставило меня в заведомо уязвимое положение, чем Раш и воспользовался, опустив руку вниз, поглаживая и проникая внутрь.

Я снова начала задыхаться от ощущений, извиваясь в руках Раша. Чувство реальности я уже потеряла, осталось лишь наслаждение.

Тишину комнаты нарушали только мои всхлипы, стоны и тяжелое дыхание Раша.

Звякнула пряжка ремня, и наглый чадар резко вошел в меня, бесцеремонно расположив меня так, как ему больше нравилось. Болезненное наслаждение тут же пронзило тело, и, вцепившись руками в Раша, я выгнулась, чтобы мужчине было удобнее меня брать. Я не думала, лишь извивалась, стараясь получить как можно больше наслаждения, подстраиваясь под жесткие толчки Раша. Развязка неумолимо приближалась, но я никак не могла ее достигнуть.

Когда ощущения стали практически болезненными, я попробовала перехватить инициативу, чтобы самостоятельно приблизить грань, но мне не дали. Разочарованно застонав, я вцепилась зубами в плечо Раша, царапая его спину ногтями. Но и это не помогло. Чадар продолжал двигаться резко, сильно, глубоко, но не спешил подарить нам наслаждение.

Я еще раз укусила его, царапнула, но болезненное наслаждение все нарастало, тело натянулось и выгнулось как струна, я дрожала от напряжения и практически молила.

Раш впился поцелуем в мои губы, сделал последний резкий толчок, и меня затрясло от нахлынувшего наслаждения, наконец перебросив за край.

Через минуту затихнув, я все еще вздрагивала и держалась за Раша. Мое тело продолжало пребывать в напряжении, а я не могла поверить, что такая близость возможна.

Раш, поддерживая мое подрагивающее тело руками, прикоснулся к губам нежным поцелуем и перенес на кровать. Интересно, мое обещание что, включает в себя всю ночь, до утра?

* * *

Утром я проснулась раньше Раша и каждой клеточкой своего тела ощутила все прелести активно проведенной ночи. Торопливо одевшись, сбежала вниз завтракать.

Когда я уже пила кофе, ко мне присоединился Сонха.

— Прекрасное утро!

Напарник практически светился. Я была с ним полностью согласна, но не признаюсь в этом и под страхом смерти.

— Нам нужно поторапливаться, а то много дел предстоит сделать, чтобы выйти на людей, которые затеяли все эти прорывы. Также нужно отследить похищение крибона. Значит, пора обходить охранные агентства.

— Успеем. Нужно же поесть с утра.

Возведя очи горе, я стала терпеливо ждать, наблюдая, как Раш медленно и методично поглощает пищу, кидая при этом на меня такие взгляды, что скоро я сидела вся красная.

Впечатления прошедшей ночи, которые я старалась загнать поглубже и не вспоминать, всплывали одно за другим. Эти его донжуанские уловки…

Едва Раш доел, я вскочила и направилась к выходу.

— А документы с адресами ты брать не собираешься? — поинтересовался Сонха, направляясь следом.

— Уже!

Поймав мою руку и переплетя наши пальцы, чадар прокомментировал:

— Какая предусмотрительная! Ну, пошли.

Как я ни старалась вырвать руку, ничего не получалось.

Гирея оказалась на удивление интересным городом.

Достаточно широкие улицы, мостовые которых были выложены тесаным камнем, двух- и трехэтажные дома из светлого песчаника, а глядя вверх, я видела голубые крыши. Наверное, если смотреть сверху, город можно было бы назвать голубым, так много крыш выкрашено в этот цвет.

Мимо сновали горожане разных рас, но всех их объединяло одно — улыбчивые лица. Южане славились своим гостеприимством, темпераментом и голосистостью.

Мы с Рашем как раз проходили мимо двух столкнувшихся повозок, возницы которых словно петухи накинулись друг на друга. Правда, спустя минуту громкой ругани оба уселись на одну из телег и принялись крутить самокрутки. Судя по запаху, это — маш. А ведь у нас на севере он вообще запрещен, уж слишком непредсказуемый веселящий эффект дает. А тут прямо на улице…

Хм-м-м… Торговый центр — что с него возьмешь?!

Первое агентство мне не понравилось сразу. Расположенное в обшарпанном здании на окраине города, оно сразу наводило на размышления: как такой конторе могли выдать лицензию на право охраны крибона?

И тем не менее факт оставался фактом.

Войдя внутрь здания, я наткнулась взглядом на секретаршу, что быстро нам улыбнулась, при этом задержав взгляд на Раше, и спросила:

— Вам назначено?

— Нет. Но, думаю, ваш начальник нас примет, — сказал чадар и показал удостоверение Дозора.

Улыбка девушки стала натянутой.

— Я сейчас доложу. — И она упорхнула в соседнюю с приемной комнату, чтобы появиться буквально через минуту.

— Проходите.

Кабинет начальника оказался ничуть не лучше самого здания или приемной, но за столом сидел вампир с открытым взглядом и располагающим лицом.

Кивнув нам, он представился и спросил:

— Вальс Руф. Чем могу помочь сотрудникам Дозора?

— Нам нужно знать, часто ли в последнее время нападают на обозы, перевозящие крибон?

Руф приподнял в удивлении брови и, внимательно разглядывая нас, о чем-то раздумывал.

— В этом году мы охраняли лишь три обоза с крибоном, и за это время произошло одно нападение. Моя компания старается не связываться с такими сложными и проблемными заказами. У нас в городе есть два конкурента, которые постоянно занимаются охраной крибона.

— Можем ли мы взглянуть на заказы? Хотя бы общую информацию? — наудачу поинтересовалась я.

— Нет, — покачал головой вампир.

Такой же ответ мы получали, обходя одно агентство за другим. Все были вежливы, рассказывали общую информацию и ничего больше. Когда остались две охранные фирмы, на которые приходится около восьмидесяти-девяноста процентов правительственных заказов, мы уже потеряли всякую надежду — и не зря.

Зайдя к одному из двух лидеров по охране государственных заказов, столкнулись с явным пренебрежением и недоброжелательностью. Глава агентства с нами даже разговаривать не стал, а секретарь быстро, хоть и деликатно, выпроводил нас за порог.

Идя по улице, я кипела:

— Вот траки! Уверена, они нечисты на руку!

Рука чадара обвила мою талию.

— Как тебя проняло, — пробормотал он.

Попытавшись вырваться, я в который раз поняла: это бесполезно. Чадар постоянно ненавязчиво давал понять, что между нами есть очень личные отношения, и поступал по своему усмотрению, совершенно не считаясь с моим мнением. Сразу вспомнилась прошлая ночь, лицо запылало.

— Нам стоит идти в последнее агентство? — спросила я, чтобы отвлечься.

— Конечно. Несмотря на то что уже вечер, думаю, они еще не закрылись.

Последний пункт нашего назначения выглядел вполне прилично. Правда, вывеска, висящая на цепях, местами оказалась заляпанной грязью и прочитать имя владельца так и не удалось. Виднелись лишь последние буквы «…ш и Ко». Сложно объяснить почему, но эта надпись заставила что-то в моей душе шевельнуться. Предчувствие?

Длинный кирпичный фасад конторы агентства тянулся вдоль улицы. Это было двухэтажное здание с широким крыльцом и коваными перилами, над которым висела та самая интригующая вывеска с вензелями из металла по бокам.

А затем шел внушительный забор, в котором чуть дальше виднелась неприметная калитка и большие двустворчатые ворота.

Мы с Рашем поднялись по высоким ступеням и, открыв стеклянную дверь, прошли внутрь.

Быстро и профессионально осмотрев уютный вместительный холл-приемную, я заметила, как из-за стола навстречу нам медленно встала темноволосая девушка, приветственно кивнула и в ожидании уставилась на нас.

Явная вампирка: характерно для их расы невысокая, довольно хрупкая фигурка. Строгое голубое платье с кружевным воротничком подчеркивало ее большие, выразительные серые глаза, в которых сейчас светилось неприкрытое любопытство и некоторая настороженность. Овальное личико с нежными чертами. Пухлые губы сейчас чуть приоткрыты, словно она не решается начать разговор первой.

Раш подтолкнул меня к столу девушки, и я заметила медную табличку, которая гласила, что сие пугливое создание зовут… Ника Лави!

От неожиданного озарения даже головой тряхнула — ну не может все быть так просто и хорошо! Ника Лави?!

Не сдержавшись, довольно ухмыльнулась, еще раз осмотрела подругу внимательным взглядом, а потом весело поинтересовалась:

— Ника Лави?

Девушка с уже напряженной улыбкой согласно кивнула и спросила:

— Да! Могу ли я чем-нибудь вам помочь? С какой целью вы пришли?

Все еще до конца не веря в происходящее, произнесла:

— Ну что ж, подруга, приятно увидеть тебя вживую. А я — Риса Ригал!

Ника замерла статуей, на лице которой читалось явное изумление.

Спустя мгновение мы обе улыбались и тискали друг друга, не обращая внимания на Раша, который в отличие от нас хмурился.

После того как прошли удивление и шок, я по странному наитию спросила:

— А твой Сайлар, случаем, не носит фамилию Ош?

Подруга неуверенно улыбнулась и согласно кивнула. А я, чересчур довольная, ухмыльнулась, радуясь правильным догадкам и интуиции, и загорелась желанием увидеть Сайлара.

— Ника, давай я зайду без доклада? Твой Ош — тот самый друг детства, о котором я тебе говорила. Хочу сделать ему сюрприз!

Нетерпение переполняло меня, так хотелось увидеть, как изменился за это время хитрый севар.

Вампирка вновь кивнула, и я рванула по направлению к кабинету, но меня остановили сильные руки. Нахмурившись, я повернулась к Рашу:

— Что?

— Ты ничего не забыла?

— Нет, — подумав, ответила я.

— А рассказать мне, кто такой Сайлар?

— Да? Сейчас вот встанем под дверью, и я начну повествование. Ты же слышал, это мой друг детства. Остальное — потом, — отмахнулась я.

По лицу чадара хорошо было видно — мой ответ ему не понравился, но я уже открыла дверь и тихо скользнула внутрь.

Сайлар сидел за столом и изучал какую-то бумагу. Уловив мое появление, он грозно сдвинул брови, поднял голову и застыл от удивления.

— Риса?!

— Не ждал?

Севар встал из-за стола, а я, подбежав, бросилась в раскрытые объятия. Меня крепко сжали, как в детстве, и нехотя отпустили. Я же придирчиво осмотрела друга.

— А ты постарел!

— Ну что ты, ничего не приукрашивай, пожалуйста, — с ухмылкой протянул севар.

— Не буду. От меня ты всегда услышишь только правду, — с этими словами я уселась в кресло.

— Надеюсь, нам будет дозволено прервать столь трогательную встречу? — с сарказмом протянул от порога Раш.

Из-за его массивной туши пыталась выбраться Ника. Сайлар напрягся, оценивая чадара, а Раш не спускал взгляда с моего друга детства. Очень трогательная сцена.

— Сайлар, Ника, позвольте представить вам моего напарника Раша.

— Того самого? — раздался из-за спины чадара вопрос, заданный тоненьким голосом Ники.

А сама она при этом безуспешно пыталась проскользнуть мимо Раша.

— Раш, дай наконец девушке пройти!

Напарник отошел от двери и сел в кресло, соседнее с моим, потом, несмотря на мое сопротивление, перетащил меня к себе на колени.

— Девушке нужно сесть, — пояснил мне напарник.

Посмотрев на расположившуюся в соседнем кресле улыбающуюся Нику, я заметила:

— Она могла бы и на коленях Сайлара посидеть. А мы все-таки гости.

Вампирка залилась краской, укоризненно на меня посмотрев. Стало стыдно, и я смирилась с тем, где нахожусь.

— Ну, раз все всё выяснили, то не просветите ли меня, что происходит? — угрожающе спросил Сайлар. — И откуда, Риса, ты знаешь… м-м-м… некоторые подробности моей личной жизни?

— Ну, если коротко, то я знаю всех присутствующих в комнате. Ника знает меня и тебя, но не знает Раша, как и ты. Раш не знает никого, кроме меня, — ушла я от ответа.

— Шикарно! — прокомментировал напарник.

— Согласен, — заметил Сайлар. — Риса, ты так и не ответила, откуда ты знаешь Нику?

— Не твое дело, — поджала я губы и упрямо приподняла подбородок.

Севар, со времен детства помня это мое выражение лица, понял, что от меня ничего не добиться, и перевел взгляд на Нику.

— Мы познакомились в неосети, — пожала плечами вампирка. — И подружились.

— Поэтому она знает… Это понятно… Подружились… — бормотал севар.

Раш несколько расслабился: видно, то, что он увидел и услышал, убедило его — ревновать не стоит. А жаль, я так старалась!

Сайлар облокотился о стол и, сцепив пальцы в замок, спросил:

— Что привело вас ко мне? Я так понимаю, ты ведь не повидать меня приехала? Верно, Риса?

Я переглянулась с Рашем.

— Нет. Нас привело в этот город расследование. Лучше будет, если Раш расскажет.

Обменявшись с севаром очередными оценивающими взглядами, чадар начал повествование, а когда закончил, в комнате воцарилось молчание.

— М-да, Ника. Оказывается, мы с тобой знаем лишь маленькую часть большого дела, — прокомментировал рассказ друг.

— Что за «маленькая» часть? — прищурившись, поинтересовалась я.

Теперь пришла очередь Сайлара рассказывать о последних событиях в его жизни.

— Я полагаю, что за всеми этими событиями стоит мой конкурент Тидрок. Именно он и не пожелал с вами общаться.

— Почему? — спросила я друга. — То есть я с тобой, конечно, согласна, но зная тебя, делаю вывод, что ваши подозрения основаны не на интуиции, а на фактах.

— Человек, который организовывает нападения, имеет цель и возможности. И если цель нам теперь совершенно ясна, то стоит задуматься: кто может организовать столь частые нападения на обозы, которые постоянно меняют маршруты? Человек, имеющий шпиона в рядах охраны. Кто может организовать минимальные потери со стороны людей, охраняющих обоз? Кто может устроить так, чтобы ритуалы с пентаграммой совпали с приближением обоза, и проконтролировать события? Сам глава охранной фирмы.

Убедительные доводы.

— Но в свете предоставленной вами информации становится совершенно ясно, что в одиночку он такое дело провернуть бы не смог, — добавил севар.

— Согласен, — кивнул Раш. — Основываясь на этих фактах, можно точно сказать: центральная часть всей истории — секта. Они, получив крибон, проводят ритуал за ритуалом, создавая искусственные разрывы в ткани мира. Над ними главенствует тот, кто контролирует и организовывает прорывы. Тидрок поставляет крибон.

— Осталось выяснить, кто организовывает нападения, — подытожила Ника.

— Да, — подтвердила я. — То, что расследования по розыску нападающих на обозы продвигаются так медленно и несогласованно, должно иметь свои причины.

— Нужно искать слухи среди своих. Такие действия однозначно должны вызвать кривотолки, нужно поспрашивать, — предложил вариант Раш. — Здесь есть место, где собираются дозорные и другие служащие?

В ответ Сайлар криво улыбнулся:

— А то! Но если мы хотим что-то узнать, идти туда нужно мужской компанией.

Глава 26

Никеа Лавейская

Это утро выдалось таким необычным, таким эмоционально вкусным, что хотелось продлить его подольше. Все же просыпаться в объятиях любимого мужчины — это нечто! Волшебное и приятное!

Сайлар спал на животе, одновременно прижимая меня к своему боку, и негромко смешно сопел. Осторожно выбралась из его захвата и, прежде чем встать с кровати, поцеловала в плечо.

Можно было бы сразу идти умываться, но я не смогла отказать себе в удовольствии кинуть на него еще один восхищенный взгляд. У моего мужчины широкая мускулистая спина, узкая талия, забавный хвост и упругие ягодицы, по которым так и хотелось провести ладонью, погладить. И сильные, хорошо развитые ноги, которые тоже восхищали меня, несмотря на глубокие шрамы. Сзади шрамов было много меньше, чем спереди, и все равно они, на мой взгляд, лишь добавляли Ошу мужественности.

Тихо вздохнула, чувствуя удовлетворение собственника, обладающего сокровищем, которого нет ни у кого другого, а затем встала. Накинув халат, решила посетить туалет внизу, чтобы дать Саю поспать еще немного.

А пока приготовлю ему сюрприз в виде завтрака.

Мой севар очень любит жареный бекон, это я уже отметила. Впрочем, он многое любит, так что моей фантазии есть где разгуляться.

Пока готовила пышный омлет, поджаренные ломтики бекона и круглые сладкие оладушки, поймала себя на том, что напеваю незамысловатую песенку. На плите все весело шкворчало, душа моя пела от счастья, и я даже пританцовывала из-за скопившейся во мне энергии.

Тем более запасы, сделанные Ошем, позволили мне утолить нужду в крови и не испытывать голода.

Накрыв на стол, я выложила омлет на две тарелки. Добавила к нему сочащиеся жиром ломтики бекона и оладушки со сметаной. И в этот момент услышала:

— Никеа, при таких завтраках я скоро стану похож на того пекаря, жена которого изменила ему с мясником.

Вздрогнув от неожиданности, обернулась и увидела Сая, который крепким плечом подпирал дверной косяк и, улыбаясь, наблюдал за мной.

— Ну, тебе этого можно не опасаться! — заметила я.

— Потолстеть?

— И потолстеть тоже! Хотя я имела в виду даже гипотетическую измену с моей стороны. Во-первых, я люблю, и тебя мне более чем достаточно, чтобы чувствовать физическое удовлетворение. А во-вторых, я не знаю, в курсе ли ты, но после брачного обряда, когда мы смешиваем нашу кровь с кровью суженого, налево ходить не хочется. Брачный алтарь в любом вампирском храме — это напитанный ведьмаками артефакт. Смешивание крови гарантирует стопроцентную верность. Правда, я слышала, что так бывает только у чистокровных вампиров, а как действует на другие расы — не знаю. Так что это мне надо переживать о твоей верности, а не тебе!

Последнее я сказала с небольшим вызовом и непонятным страхом в душе. Я только сейчас об этом задумалась и от подобных мыслей почувствовала себя неуютно. И, думаю, Сайлар это заметил, потому что подошел ко мне и пробасил прямо в макушку, крепко прижимая к себе:

— В моем роду все мужики верные. И я не исключение! Так что просто верь мне, я никогда не предам тебя!

С облегчением выдохнула, подняла лицо и посмотрела в любимые болотные глаза. В них явственно загорелось желание, и Ош впился в мои губы, целуя и лаская языком.

Ответное желание во мне разгорелось неожиданно быстро, стремительно разливаясь по венам и отключая рассудок. Остались лишь инстинкты — подчиниться своему хищнику, подставить горло и позволить ему насытить свой голод и утолить мой.

Стена прохладно коснулась моей спины, ногами я обвила талию Сайлара и крепко вжалась в его тело. Ощутила, как он рывком высвободил из штанов свою плоть и буквально врезался в меня со всей силой и мощью.

Его рык и мои всхлипы наполнили кухню, а мы стремились только к освобождению от растущего внутри нас напряжения. Толчки Оша участились, вновь переходя в стремительные, отрывистые, на грани боли и наслаждения, но я хотела именно так. И снова внутри что-то словно взрывается, а облегчение и горячая нега устремляются по телу, омывая каждую клеточку невыразимым удовольствием. А вслед за мной рычит и Ош, делая последний рывок и буквально задрожав всем телом.

Еще пару минут мы простояли вот так — прижавшись, слившись в единое целое, и только потом Сайлар позволил мне опустить ноги и встать самостоятельно.

— У меня такого никогда и ни с кем не было, Никеа, — хмуро обронил Ош, отворачиваясь от меня и застегивая штаны.

— А почему тогда ты хмуришься? — голосом, еще хриплым после пережитого, спросила я, сразу напрягшись.

Сайлар стоял спиной ко мне, а потом медленно повернулся и, глядя мне в глаза, ответил:

— Это пугает! Пугает возможностью потери…

Я облегченно выдохнула и птичкой вспорхнула в его объятия.

— Я вся твоя, навсегда, так что тебе нечего бояться! И вообще, пойдем к столу — хочу накормить своего любимого мужчину. Мама говорит, что когда мужчины сытые, они умиротворенные и на многое согласные.

— Какая коварная и одновременно мудрая у тебя мама, — уже весело заявил Сайлар.

Мы быстро позавтракали, причем мой мужчина ни слова не сказал, когда Мыш уже привычно залез на краешек стола за своей пайкой. А затем мы пошли собираться на работу.

* * *

Я закончила проверять и пополнять картотеку, делая плановый отчет для Оша. Сайлар предупредил, что, вероятнее всего, у нас возможна проверка государственным учреждением, которое выдает лицензии на перевозку крибона. А то нападения и жертвы — это не шутки, и происходящее затрагивает интересы нашей республики. И не только ее!

В этот момент в контору зашла интересная пара: очень крупный мощный чадар устрашающего вида с зачесанными назад черными волосами и высокая, но стройная ведьмачка с темными каштановыми локонами, заплетенными в тугую косу.

Ее черные большие глаза без белков обвели внимательным изучающим взглядом наш холл, а потом остановились на мне. Чадар таким же жутковатым профессиональным взглядом пробежался по стенам, дверям и мебели и тоже уставился на меня.

Я привстала, изображая на лице приветливую улыбку, а сама гадала, стоит ли нажать сигналку под столом и представляет ли эта удивительная парочка угрозу.

Они были одеты в гражданскую одежду. Мужчина — в свободного покроя хлопковый пиджак и брюки и обтягивающую мощный торс водолазку. На женщине были милая темно-синяя рубашка без лишних украшений и длинная юбка черного цвета, из-под которой виднелись облегающие штаны. Исходя из выбранной ею одежды, я предположила, что она часто ездит верхом.

А еще по их взглядам и движениям я пришла к выводу, что они слаженная команда или… пара!

Девушка бросила взгляд на мою табличку, установленную на столе не так давно, и вдруг с ее лицом произошла резкая метаморфоза. Она замерла, будто пораженная какой-то посетившей ее неожиданной мыслью, тряхнула головой, словно отметая невероятное, а потом неожиданно усмехнулась.

И такая ехидная и торжествующая была у нее ухмылка, что я внезапно испугалась. А вдруг меня семья нашла, а эти двое — подосланные папой ищейки?

Я уже потянулась к сигналке, когда девушка, все еще как будто сомневаясь, задала вопрос:

— Ника Лави?

Я, уже не скрывая напряжения, но пытаясь удержать натянутую улыбку, согласно кивнула и спросила, чем могу им помочь. Слишком уж неоднозначная парочка. И девушка, и мужчина похожи на двух хищников, которые в паре загоняют добычу.

А девушка, улыбаясь, произнесла:

— Ну что ж, подруга, приятно увидеть тебя вживую. А я — Риса Ригал!

Я в шоке застыла, испытывая изумление, и в то же время во мне зрела четкая уверенность. Девушка не врет, а значит… передо мной моя подруга!

Преодолев неловкость и первоначальный ступор, я быстро вышла из-за стола и подошла к Рисе. Мы довольно глупо улыбались друг другу и жали руки. Сила, неужели это она?! Та, с которой мы так много беседовали и столько сокровенного обсуждали?! Фактически, моя единственная подруга на всем Айфире!

Спустя пару минут я заметила, как загорелись черные глаза Рисы: ей явно пришла в голову новая идея. Поинтересовавшись фамилией Сая, она тут же с невероятным воодушевлением и хитрой ухмылкой выдохнула:

— Ника, давай я зайду без доклада? Это же мой друг детства, сделаю ему сюрприз!

Внутри меня тут же шевельнулся червячок ревности. Но я мысленно дала себе подзатыльник, вспомнив о чувствах Рисы к ее напарнику Рашу. Потому лишь согласно кивнула и взглядом указала на соседнюю дверь.

Эта неугомонная на всех парусах рванула в сторону кабинета. А за ней двинулся ее спутник, который, словно гора, перекрыл мне весь обзор. И совершенно не обращал внимания на мои жалкие попытки пробраться мимо него.

Зато это дало мне возможность рассмотреть его длинную толстую косу, спускающуюся до ягодиц. А точнее, определить, что металлические и деревянные украшения, воткнутые в нее, имеют продолжение в виде тонких стилетов. Жуткий мужик — если носит такое!

В этот момент он громоподобным голосом с едва заметными раздражением и ревностью заявил:

— Надеюсь, нам будет дозволено прервать столь трогательную встречу?

Я заметила, что Сайлар напрягся, оценивающим взглядом сверля застывшего передо мной чадара. Не как соперника за внимание женщины, что тут же успокоило меня, а как вероятного противника.

С весельем и задором Риса плюхнулась в одно из кресел и заявила, что хочет представить нам своего напарника Раша — этого жуткого, обвешанного оружием великана.

— Того самого? — вопросила я, выглядывая из-за спины Раша и безуспешно пытаясь протиснуться мимо него.

Что ж он такой громадный-то?!

Риса, вальяжно развалившись в кресле, потребовала у этого грозного мужчины, из-за которого заикание можно заработать, если он только нахмурится в твою сторону, чтобы меня пропустили в комнату.

И самое невероятное — он послушался!

Напарник отошел от двери и с явным вызовом во всей своей позе сел в соседнее с ней кресло, а потом, не обращая внимания на сопротивление Рисы, усадил ее к себе на колени. Причем, не смущаясь, заявил, что кресло освободил для меня. Нагле-е-ец!

Я быстро проскользнула поближе к Сайлару и тоже присела в кресло — соседнее.

Посмотрев на меня. Риса выдала:

— Она могла бы и на коленях Сайлара посидеть. А мы все-таки гости.

Я ощутила, как вспыхнули от смущения мои щеки, и укоризненно посмотрела на подругу. Теперь покраснела она.

И в этот момент Сайлару надоело быть просто наблюдателем, и он с угрозой в голосе потребовал объяснений. Причем предложение Рисы о его коленях подсказало севару, что его подруга в курсе наших с ним отношений.

Мой любимый в этот момент не смотрел на меня, все его внимание было сосредоточено на подруге детства. А я напряглась, чувствуя неловкость от сложившейся ситуации.

Риса решила потренировать нервы наших мужчин и ответила очень расплывчато. Что заставило Сая и Раша объединиться и приняться выуживать информацию. И, видимо, Сайлар неплохо знал свою подругу детства, потому что быстро перевел вопрошающий взгляд на меня.

Еще больше смутившись, пожала плечами, признаваясь:

— Мы познакомились в неосети. И подружились.

— Поэтому она знает… Понятно… Подружились… — пробормотал Сай, сверля меня взглядом.

Я отметила, что, услышав мой ответ, напарник Рисы расслабился, откидываясь на спинку кресла.

Сайлар неожиданно тоже расслабился, одарил меня теплым, уже ласкающим взглядом, а потом переключился на гостей. Облокотившись о стол и сцепив пальцы в замок, он продолжал разговор уже спокойно и немного флегматично.

Сидя в кресле, лишь краем уха прислушиваясь к разговору остальных, я скорее анализировала свое впечатление от происходящего.

Разглядывая Рису, которая сидела на коленях Раша и неосознанно играла с его косой, сравнивала с тем образом, который сложился в ходе общения через неосеть. Я практически не ошиблась!

Ее резкие максималистские суждения, отсутствие страха при высказывании своего мнения или при реализации своих желаний нарисовали мне образ сильной, уверенной в себе женщины. Единственное, мне почему-то казалось, что она — жгучая брюнетка. А оказалось — шатенка. Причем в ее шоколадного цвета волосах мелькали блестящие медные прядки, которые иногда вспыхивали в лучах солнца.

А еще, наблюдая за ней и ее напарником Рашем, я увидела и другую ее сторону — внутреннюю мягкость и нежность. Правда, почему-то я уверена, что эти ее качества можно увидеть или почувствовать, только когда она среди близких или с любимым.

Но то, что она любит Раша, — несомненно!

Пока огромный чадар рассказывал их историю, он (не думаю, что осознанно) тискал Рису. Поглаживал ее плечи, руки. Старался хоть на мгновение зарыться носом в ее волосы и, мне кажется, готов был практически дышать ею.

В мои размышления вклинился Сайлар, который присел на подлокотник кресла и тут же заграбастал мою ладонь. И по моей руке к сердцу тут же побежали токи любви и тепла. О, Сила, как же я люблю этого севара!

Риса увлеченно встревала в рассказ Раша, и мне показалось, что она специально его перебивает, чтобы лишний раз спровоцировать. Вот так, препираясь и тиская друг дружку, они наконец закончили рассказ.

Затем Ош поведал о наших приключениях и делах в фирме. Теперь я слушала уже более внимательно, хотя скорее потому, что наслаждалась звучанием голоса Сайлара. И, судя по хитрой всепонимающей ухмылке Рисы, она меня раскусила.

Пришлось встряхнуться и полностью включиться в беседу. Как раз успела к самому важному, чтобы резюмировать.

— Осталось выяснить, кто организовывает нападения, — подытожила я.

Вслед за моими словами Раш глубоким сильным голосом предложил, глядя при этом исключительно на Сайлара:

— Нужно искать слухи среди своих. Такие действия однозначно должны вызвать кривотолки, нужно поспрашивать. Здесь есть место, где собираются дозорные и другие служащие?

В ответ Ош улыбнулся непривычной мне кривой многозначительной ухмылкой. А затем произнес:

— А то! Но если мы хотим что-то узнать, идти туда нужно мужской компанией.

Мы с Рисой обе, нахмурившись, наблюдали за быстрыми сборами мужчин. Вот что-то не нравится мне, что наши мужчины идут туда, куда нам нельзя.

Раш и Сайлар, чмокнув нас в щеки, быстро ретировались. А мы остались наедине.

— Может, погуляем? А то сидеть здесь и ждать их возвращения никакого терпения не хватит! — почти прорычала Риса.

Я согласно кивнула и с готовностью поднялась.

— Я сейчас Хойту попрошу мое место занять — вдруг какой-нибудь клиент заявится? И Людвига предупрежу, что мы все ушли.

— Людвиг — это кто? — полюбопытствовала Риса.

— Помнишь, я тебе про господина Нейра рассказывала? Партнера Оша? Так вот это он и есть.

— Хм-м, надо бы взглянуть на этого Людвига. Очень уж любопытно посмотреть на того, кто решился принять на подобную работу такую, как ты…

— Какую такую? — прищурившись и усмехнувшись, спросила я.

— Сама знаешь! — отпарировала Риса, выходя в холл.

Я закрыла кабинет и быстро сходила во двор, предупредив Нейра и заставив Хойту занять мое место.

Мы вышли на улицу и направились по брусчатой мостовой вниз, в сторону городского парка.

— Ты есть хочешь? — поинтересовалась Риса.

— Пока не очень, можем чуть позже заглянуть в какое-нибудь кафе. Правда, я волнуюсь: а вдруг Сай с Рашем вернутся рано, а нас нет?

Риса мрачно хохотнула:

— Смеешься? Я почти уверена, что Сайлар повел Раша к своим сослуживцам в таверну, где собираются представители городских спецслужб. Только там можно выяснить все городские секреты, узнать слухи и сплетни, и именно туда лучше ходить без своих женщин. Что Ош, что Сонха слишком ревнивы для этого.

Кивнув, я взяла Рису под руку и поделилась впечатлениями:

— Знаешь, я не думала, что твой напарник такой…

— Какой такой? — тут же, подтрунивая, переспросила Риса, тем не менее довольно улыбаясь.

— Сама знаешь! Огромный!

Риса захохотала, а потом уже более серьезно ответила:

— Знаешь, я только сейчас поняла, что с другим бы я быть не смогла. Только Раш такой большой и сильный, что рядом с ним ощущаешь себя слабой женщиной. Его так приятно обнимать… А главное — он спокойно, без надрыва, носит мою тушку.

Последнее подруга добавила уже с усмешкой.

— Риса, а ведь, мысленно представляя тебя, я почти не ошиблась. Правда, думала, что ты брюнетка, а оказалось, скорее шатенка. И вообще красотка, и это при такой-то работе! Как ты вообще там служишь?

— Нормально служу! Они меня хорошо знают и в курсе того, что я не злая, но память у меня отличная! Так что меня предпочитают не задевать. Да и тень Раша за моей спиной отбивает к этому охоту. А знаешь, Ника, я тебя тоже себе примерно так представляла. Хотя ты еще более хрупкая и бледная, чем я думала. Как фарфоровая статуэтка.

— Это плохо или хорошо? — спросила я неуверенно.

— Ну, судя по довольной физиономии Сайлара, он на седьмом небе от счастья, что нашел себе домашнюю девочку, которую можно вечно опекать и командовать ею.

Теперь уже я захохотала:

— Ты не поверишь, но он мне честно в этом признался. Что специально пугает меня, чтобы я к нему, испуганная, прижималась и искала защиты. Ну не гад ли?

Довольные жизнью, мы дошли до парка. Вокруг царило оживление. Молодые мамочки прогуливались с малышами, пожилые пары просто гуляли, иногда, встречая соседей или друзей, останавливались и заводили беседу.

Солнце светило еще ярко, хоть и приближался вечер. Иногда мы отмахивались от пестрых бабочек или мошек, что летали между деревьев и кустарников, облепленных цветами с густым насыщенным запахом.

Риса наклонилась, сорвала с клумбы цветок и так и шла, вдыхая его аромат.

— Риса, ты знаешь Сайлара много лет. Скажи мне, ему можно доверять? Я имею в виду, способен он на верность? А то мне так страшно, я ужасно боюсь его потерять.

Риса погладила мои пальцы, держащие ее за локоть, и уверенно, без раздумий ответила:

— Вот в ком в ком, а в Сайларе я не сомневаюсь. У него чересчур болезненное отношение к понятию доверия и верности. Я не знаю, рассказывал он тебе о своем ранении или нет… — Я кивнула, и Риса продолжила: — Ну вот, значит, ты в курсе, что с ним произошло и как с ним поступили. А ведь Сайлар до самого того случая поддерживал Эниаса, доверял ему, помогал и защищал от других. А потом, после ранения, еще и эта стерва хвостатая его бросила. Так что, поверь, Ош будет тебе однозначно верен. Для него это слишком важно!

— Мне кажется, что о Раше ты с такой уверенностью сказать не можешь, — осторожно заметила я. — И тебя это напрягает?

— Я готова придушить и его самого, когда он смотрит на других, и этих вертихвосток, что глазеют на моего мужчину, — расстроенно проворчала Риса.

— Подруга, не могу сказать о всей вашей жизни, но почему-то мне кажется, ты ошибаешься на его счет. Он на тебя та-а-ак смотрит, что все вокруг вот-вот воспламенится. И с такой нежностью. А еще он, не задумываясь, неосознанно ласкает тебя, касается. Мне показалось, что у него даже своеобразная потребность в этом.

— Ну, твои слова — да ему бы в душу, — неуверенно, но явно обрадовавшись, ответила Риса.

В этот момент я увидела смутно знакомого мужчину, и внутри у меня все похолодело. Присмотревшись, все еще надеясь, что обозналась, — в конце концов, что ему тут делать? — вынуждена была признать: не ошиблась. Чуть впереди по параллельной дорожке шел Ронар Аббаз.

Только он как-то странно себя вел. Шел, пряча лицо в высоко поднятый воротник длинного черного плаща, в широкополой фетровой шляпе, и как-то резко, нервно крутил головой, словно боясь чего-то. Я и узнала-то его по слишком характерной походке и черной трости с золотым набалдашником в форме черепа монстра.

Испугавшись, что он меня увидит, цепко схватила Рису и потащила прочь с дорожки в кусты.

— Ты чего? — недоуменно спросила Риса, следуя за мной словно на поводке.

— Давай уйдем отсюда быстрее, — тихо, испуганно попросила я.

— Да что случилось? — напряглась подруга.

Я заметила, как Ронар остановился, быстро огляделся по сторонам, достал из кармана листок и изучающе уставился в него.

— Вон тот мужчина — мой бывший жених, Ронар Аббаз. Он наследник одного из старинных и самых богатых вампирских кланов. И его здесь быть не должно. Только если он, конечно, не выследил меня и не хочет вернуть родителям и… себе! И вообще, он ведет себя странно. Как шпион какой-то.

— Так давай проследим за ним и выясним, что он забыл в Гирее. А ты мне пока все в подробностях расскажешь, подруга!

Мои сомнения отринули как несущественные. Риса заявила, что, пока она со мной, мне ничто не угрожает. И прозвучало это так уверенно, что я поверила ей безоговорочно.

Вот так я превратилась в ищейку. Пока мы тенями следовали за Ронаром, я успела рассказать свою историю более подробно, чем в нашей переписке.

На что Риса только хмыкнула:

— Ну, я же сказала, что Сайлару повезло найти беспомощного птенчика, которого надо ото всех оберегать и защищать. Это вполне в его духе.

— Ой, а сама-то! — ехидно отпарировала я, намекнув ей на недавние слова о Раше и его силе.

Риса Ригал

Слежка привела нас в кафе на окраине района. И там у нашего объекта была назначена очень интересная встреча. С Тидроком!

— Риса, нас заметят, — взволнованно прошептала мне Ника, пока мы издалека наблюдали за Аббазом и Тидроком.

— Да нас из-за тебя уже два раза чуть не заметили! Но посмотри, проследили мы за вампиром не зря. Скажи мне, зачем ему встречаться с Тидроком? Они знакомы?

Ника замерла, а потом подозрительно протянула:

— Не знаю… Вообще очень странно, что Ронар в городе, сейчас для кланов самое напряженное время года. А ты уверена, что это Тидрок? А то я не знаю, как он выглядит, я же его не встречала ни разу.

— Уверена! И, значит, не просто так. Пошли!

— Куда? — заупрямилась подруга.

Но я уже повлекла Нику через дорогу к кафе и так, сопротивляющуюся, и втолкнула внутрь.

— Не мешай мне, заметят, — сказала ей.

— Нас и так заметят! — прошипела Ника, пытаясь пониже на лоб натянуть свою широкополую фривольную шляпку.

Судя по вещам, мужчины заняли самый дальний столик, стоящий практически впритык к служебным помещениям.

Подтолкнув Нику в нужном нам направлении, я воспользовалась тем, что подозреваемые у стойки выбирают себе еду, зашла за перегородку, где начинались служебные помещения, и, затолкав напуганную вампирку под стол, залезла сама. Скатерть надежно скрыла нас от посторонних глаз.

— Ох, Риса, у нас будут неприятности… — придушенно зашептала подруга.

Я с ней категорически не согласилась. Проблемы будут, если мы упустим свой шанс.

— Тс-с-с!

Некоторое время не было ничего слышно, кроме шарканья ног персонала. А потом послышался звук отодвигаемых стульев и звон посуды.

— Ты уверен, что это удачное место для разговора?

Судя по тому, как нервно вздрогнула Ника, голос принадлежал Аббазу.

— Вполне. Посмотри по сторонам: никого знакомого, можно культурно посидеть, поесть и все спокойно обговорить.

Значит, этот голос принадлежит Тидроку. Несмотря на то что мужчины говорили вполголоса, слышимость была просто прекрасная.

Попались!

— Последние наши прорывы прошли очень успешно. Остался самый крупный. Ты уже доставил для него крибон?

— Да. Все на месте и готово. Осталось дождаться, когда секта прибудет в Лукан. Там, в двух часах езды на север от города, рядом с деревушкой Брен, уже расчистили место и выкопали яму, что поможет потом замести следы. До достижения нашей конечной цели осталось совсем немного.

— Кто бы мог подумать, что для уничтожения Лукана потребуется столько прорывов и затрат, — недовольно протянул Аббаз.

— Зато месторождения бериллия, которые находятся в земле рядом с городом, после разработки окупят все, — успокоил партнера Тидрок, а потом злорадно добавил: — И ни один мертвый океан не остановит монстров и, соответственно, реализацию наших планов!

— Эти земли сначала купить надо, — раздраженно напомнил подельнику вампир.

Мое тело затекло, и я, скрючившись в три погибели, ерзала, чтобы хоть как-то уменьшить дискомфорт и покалывание в ногах.

— После нескольких прорывов, особенно вблизи города, это будет просто. Никто не станет жить в развалинах.

— Но столько было затрачено на организацию прорывов в других частях света, — снова проворчал вампир.

Я отметила, что Ника сидит, закрыв ладонями рот и выпучив от страха глаза. Главное, чтобы дышать не забывала, а то компаньон в полуобморочном состоянии мне сейчас не очень нужен.

— Это было необходимо. Нельзя привлекать внимание к Лукану. Никто не должен знать, что мы интересуемся городом и особенно чем этот интерес вызван. Это месторождение слишком ценно, — резким тоном высказался Тидрок.

— Хорошо-хорошо. Но, может, приступим к тому, ради чего мы встретились? — нетерпеливо спросил Аббаз.

На самом интересном месте их прервал официант: он, скорее всего, услышав мою возню, заглянул под стол.

Стремительно протянув ему деньги, я прошептала:

— Ты нас не видел!

Парень оказался понятливым и тут же исчез. Ника едва слышно всхлипнула от облегчения.

А в это время мы услышали, как наши злодеи поднимаются.

— Пойдем в туалет. Лучше там.

Странная фраза.

Вытащив Нику из-под стола, я на полусогнутых потащила ее вдоль коридора.

— Ты куда? — в ужасе зашипела вампирка.

— В туалет, — пояснила я. — Давай быстрее, они сейчас пойдут по коридору и увидят нас.

— Что?.. — воскликнула Ника и, прежде чем я успела закрыть за собой дверь в туалет, прошипела: — Но это же мужской туалет!

— Не переживай, суть использования одна.

Подойдя к закрытым кабинкам, я выбрала самую свежую и, нацарапав на двери магией «На ремонте», втолкнула туда Нику.

— Что ты делаешь? — уже практически прорычала девушка, тем не менее забираясь на унитаз и изображая птичку на жердочке. И освобождая место мне.

— Провожу разведку. Прекрати уже шуметь, испортишь всю операцию!

Услышав, как открылась входная дверь, мы притихли. Мужчины вошли, проверили кабинки, потом тишину нарушил голос Аббаза:

— Ты уверен?

— Нет тут никого. Ты в последнее время стал параноиком.

— Да, наверное. Тогда не медли, — нетерпеливо заметил вампир.

— Это не так просто. Мне еще нужно достать, — приглушенно ответил Тидрок.

Послышалось шуршание материала, глаза Ники округлились.

Зажав ей рот из страха, что она нас выдаст, я прислушалась, но, кроме сопения, ничего не услышала.

— Все, — удовлетворенно выдохнул Тидрок.

— Ну наконец-то. Давай теперь помоги мне.

— Только аккуратнее, еще повредишь.

— Запихивай уже, — воскликнул нетерпеливо вампир.

Снова возня и пыхтение. О том, что, возможно, сейчас происходит в туалете, я старалась не думать. Минуты бежали, и мне уже казалось, это никогда не закончится, когда я услышала:

— Все. Теперь я спокоен, — сказал вампир.

— Давно бы отдал документы. Но ты со своей паникой и конспирацией побил уже все рекорды, — с досадой сказал Тидрок. — Давай помоги прикрепить тайник сбоку.

Снова возня, и следом хлопнула дверь — мужчины вышли.

Ника, спрыгнув на пол со своего насеста, рванула к выходу.

— Куда? — шепотом спросила я. — Надо подождать. Вдруг вернутся?

Переждав одного из посетителей отхожего места, мы с Никой выбрались на улицу. Несмотря на то, где мы провели последние несколько минут, глаза у нас горели от новых открытий.

Думаю, можно догадаться, чьи новости окажутся интереснее — наши или наших мужчин.

Никеа Лавейская

Вернувшись домой, я только и успела, что приготовить ужин и принять ванну, смывая нервное напряжение после недавнего происшествия, как громко хлопнула входная дверь.

Я буквально слетела по лестнице вниз, чтобы увидеть, как Сайлар нетрезвой покачивающейся походкой, цепляясь хвостом за все выступающие предметы, прошел в прихожую и начал разуваться. С превеликим трудом, но это ему удалось.

Запахнув шелковый пеньюар, я завязала поясок и подошла к нему. Ох, от моего мужчины разило, как от гарнизона солдат после попойки.

Завидев меня, он пьяно улыбнулся сквозь завесу прядей черных волос и проворковал:

— А вот и моя любимая женушка! Встречай мужа, женщина, я вернулся с дела!

— С попойки, ты хотел сказать! — ехидно поправила его.

И все равно мне приятно было услышать, что Ош считает меня любимой женушкой.

— Ик! — согласно кивнул севар и, придерживаясь за стену, направился в мою сторону.

Я впервые видела, чтобы его мощный хвост с шикарной кисточкой, словно метелка, тащился за ним по полу.

Тяжело вздохнув и стараясь не думать, как он потом это воспримет, укусила себя за палец, пуская кровь, и бросила в него проклятье трезвости. Последствий возлияния это не снимет и похмельем он завтра все равно страдать будет, но по крайней мере сейчас станет трезвым. Не выношу пьяных!

Затем, решительно подхватив его под локоть, отправила в душ мыться. Мое вампирское коварство никак не прокомментировали. Чистый Ош лишь криво хмыкнул, глянув на мою взволнованную в ожидании выволочки за наложенное проклятье мордашку. А после смиренно пошел за мной на кухню ужинать, а то, судя по всему, пить они пили, а вот закусывать забывали.

Наблюдая за тем, как Сайлар ест, я, несмотря на ситуацию, умильно любовалась им. Я очень быстро привыкла к этому дому, как к своему. И слишком сильно полюбила Оша.

И даже этот жизненный эпизод доказал мне, что мы — идеальные половинки. Потому что мой мужчина дома, и пусть пьяный и с трудом, но он пришел! Ко мне! Фактически приполз! А это дорогого стоит.

Уложив его в постель, хотела уже уйти, чтобы прибраться на кухне, но мне не дали. Сайлар дернул меня за руку на кровать, подмял под себя и начал покрывать мое тело горячечными поцелуями, шепча хриплым голосом:

— Девочка моя… любимая… желанная… Я не смогу заснуть без тебя и без этого… Хочу тебя… Всю хочу и всегда…

Раздвинул мне ноги коленом и ворвался резко, одним мощным толчком. Несмотря на свое состояние, он добился моего крика в тот момент, когда меня накрыло наслаждением, а затем и сам с ревом излился.

А потом уже привычно завалился рядом, подгребая меня к себе поближе. И всю ночь я слушала заливистый храп. А я и не знала, что он так громко храпеть умеет. Но, очевидно, алкоголь, несмотря на проклятие, поспособствовал проявлению подобных талантов.

Видимо, придется мне запретить ему подобные походы без жены!

Риса Ригал

Увы, эффектно поделиться своими находками у меня не получилось. Вернувшись в гостиницу уже глубоким вечером, я обнаружила, что Раша еще нет. Вот интересно, где это они столько времени добывают информацию? Или совсем не информацию?

Когда напарник показался на пороге комнаты, я уже дошла до точки кипения, и, едва он с улыбкой направился ко мне, я, уперев руки в бока, осведомилась у достойного чадара:

— И где это столько времени тебя носило?

Напарник, ничего не говоря, подхватил меня на руки и потащил в постель.

— Раш, ты пьян! — возмутилась я, прижатая сильным телом к кровати.

— Ага, — согласился чадар. — От любви к тебе.

— Ну-ну!..

Не дав мне больше ничего сказать, Раш поцеловал. Страсть тут же вспыхнула во мне, и я жарко ответила на поцелуй.

Губы чадара спустились на шею, нежно поцеловали пульс, а руки уже вовсю гладили и ласкали тело. Грудь стала очень чувствительной, ощущения обострились, и между ног возникло томление.

Пока разум окончательно не поглотила страсть, я быстро магически просканировала ауру чадара, дабы узнать, не покушался ли он на других женщин. И, получив отрицательный результат, крепко поцеловала своего мужчину.

До утра еще далеко.

Глава 27

Риса Ригал

Разбудил нас стук в дверь.

— Да? — сонно отозвался чадар, сильнее обнимая меня и потягиваясь.

— К вам гости! Господин Сайлар и госпожа Никеа, — послышался голос служанки.

— Чтоб им икалось! — пробормотал Раш и уже громче добавил: — Сейчас спустимся!

— Чего ты ворчишь? — спросила я, лениво нежась в объятиях мужчины и наслаждаясь каждой секундой.

— А зачем их нелегкая с утра принесла? Я бы лучше провел день с тобой.

Стукнув чадара по плечу, напомнила:

— У нас расследование.

— Все равно много мы вчера не узнали. Нужно думать, где достать побольше фактов.

— А вчера по твоему виду можно было заключить, что вы как минимум заговор раскрыли.

Усмехнувшись, Раш поцеловал меня в шею, рукой забираясь под майку.

— А вот мы с Никой узнали вчера много интересного. Можно даже сказать, расследование завершено, — обронила я, выгибаясь.

— Что? — замер чадар.

— Да-да? — хитро прищурившись, переспросила я.

На лице напарника отразилась жестокая борьба. Наконец долг победил, и Раш со стоном поднялся.

— Рассказывай.

Лукаво усмехнувшись, я начала с чувством, с толком, с расстановкой пересказывать вчерашние события, одновременно одеваясь.

Едва я закончила, как Раш обнял меня и, поцеловав, сказал:

— Ты просто прекрасная шпионка! И это наводит меня на разные идеи.

— Лучше подумай над тем, что мы будем делать дальше. — С этими словами я потащила уже одетого чадара вниз.

— Дальше все проще простого.

Ника и Сайлар сидели в обеденном зале и уже что-то жевали. Внешний вид моего друга детства подсказал, что он вчера тоже изрядно напился. И это не прошло бесследно. Глаза красноватые, и лицо слегка помятое.

Зато Ника лучилась довольством и подкладывала жениху все новые кусочки жареного бекона.

— Доброе утро, — улыбнулась я.

— А вы не торопились, — недвусмысленно заметил Сайлар.

— Если бы мы не торопились, вы бы нас не дождались. Мне рассказывали новости.

— А вчера что же? — хмыкнул севар.

— Не до того было, — самодовольно заметил Раш.

— Мы вам не мешаем? — весело поинтересовалась Ника.

— Да, может, перейдем к более важным вещам? — поддержала я.

— Если более важные вещи — это расследование, то в нем благодаря вам все ясно, — сказал Сайлар, а потом, отложив вилку, добавил: — Последнему, самому крупному прорыву нужно помешать.

— Это можно осуществить только с помощью Дозора и стражи. Для этого всем нужно отправиться в Лукан. Мы с Рисой займемся передачей доказательств следствию, а вам придется отыскать место ритуала и приготовить ловушку, — сказал Раш. — После того как мы сегодня раздобудем еще кое-какую информацию, я предлагаю сделать следующее…

Никеа Лавейская

— Странно! Для вампира такого статуса, как Ронар, остановиться в этой дыре… — пробормотала я, оглядывая гостиницу самого непрезентабельного вида.

— Твой несостоявшийся женишок, наверное, решил, что это лучшая идея для конспирации. Поселиться в такой дыре! Правда, не учел, что его внешний вид и снобистские замашки сразу обратят на себя внимание местных обитателей.

О местонахождении Аббаза нам за вознаграждение сообщили мелкие воришки. Не зря, ох, не зря Сай держит в Гирее обширную информаторскую сеть. В этом я успела уже в который раз убедиться. Мало того что всего за сутки нам нашли Ронара, но еще и немного его ограбили. Как криво ухмыльнулся Ош, рассказывая об этом, «для деморализации и подготовки почвы для будущего допроса».

Меня с собой Ош взял, чтобы я смогла опознать Ронара, а то в нашем случае ошибиться недопустимо! А также припугнуть его проклятьем. Уж бывший жених-то прекрасно осведомлен об уровне моего дара и способностях в этой области.

Серебряная монетка перекочевала в руки паренька, который указал нам нужное место, и мы тенями зашли в гостиницу. Пока по скрипучим деревянным ступеням поднимались на второй этаж, я судорожно сжимала руку Сая, боясь всего на свете.

— Не бойся! Он один, на улице караулят пара моих людей, так что непредвиденных ситуаций возникнуть не должно. А уж я позабочусь, чтобы этот анимишка до тебя и пальцем не дотронулся!

Согласно кивнула, но бояться не перестала. В подобной передряге я в первый раз, но, учитывая мой новый статус невесты или почти жены владельца охранной фирмы, думаю, что не в последний!

Хозяину таверны за глухоту и немоту Ош заплатил сразу и даже доплатил на непредвиденные расходы. И эти самые расходы не замедлили появиться.

Ош подошел к нужной двери, прислушался, приложив к ней ухо, а потом, недолго думая, со всего размаху высадил ногой. Хм-м, хлипкие же у них тут двери.

Ронар, одетый лишь в махровый халат, сидел в кресле, испуганно поджав ноги и пялясь на нас. К такому неожиданному визиту он явно был не готов, но достаточно быстро пришел в себя и ринулся к тумбочке. Там лежал пистолет с магпулями.

Ош задвинул меня себе за спину и, скрестив руки на груди, весело предложил:

— Ну, давай, стреляй! Так даже проще…

Что именно будет проще, я не поняла, как и Ронар. Он выстрелил несколько раз. Я даже пугаться не стала. Какой смысл, если на Оша магия не действует? Вот и эти сгустки чар рассеялись, так и не долетев до груди севара. А после этого Ош стремительно метнулся к противнику.

— Ну вот, теперь у меня есть законный повод свернуть тебе шею, анимишка!

— А что, раньше совсем никаких не было? — взволнованно спросила я.

— Ну почему же, родная, были! Право сильного, например… Эти же такое право пытаются использовать? А у нас теперь к нему и попытка убийства прибавилась, так что не отвертится!

Рассказывая все это, Ош поясом от халата привязывал к стулу ошеломленного Ронара, который, брыкаясь, прошипел:

— Ты? Никеа?! Никак не ожидал тебя увидеть в подобной компании. А всегда такой Пугливой невинной паинькой прикидывалась. Но ничего! Я сообщу твоим родителям, где ты, и поверь, твой папаша сам мне тебя на блюдечке принесет! И вот тогда ты у меня пресмыкаться будешь. На коленях заставлю ползать и прощение вымаливать, дрянь!

Большего он сказать не успел. Ош резким хлестким и наверняка очень болезненным ударом двинул ему по губам. Я заметила, как губы в нескольких местах лопнули, и теперь вампир пытался не захлебнуться своей собственной кровью.

— Скажешь еще хоть одно слово по поводу моей жены — умрешь! Я найду, у кого еще добыть информацию!

Даже на меня смертельно ледяной голос Оша произвел неизгладимое впечатление. Наверняка на монстрах из прорыва тренировался! Так что и Ронар замер и мрачно, но со страхом в глазах смотрел исподлобья на нас.

А Сайлар продолжил:

— А теперь, мразь, давай уточним: твой клан и мой конкурент Тидрок задумали заграбастать огромную территорию, на которой построен Лукан, чтобы все залежи бериллия достались вашей предприимчивой компании. Для этого вы и прорывы организовываете, и секту вон собрали. Осталось дождаться, когда все сектанты прибудут в Лукан. А там, в двух часах езды на север от города, рядом с деревушкой Брен уже подготовлено теплое местечко и яма выкопана…

С каждым словом Оша Аббаз бледнел и словно съеживался. Теперь он с ненавистью смотрел на меня и со страхом на моего жениха.

— Это все вранье! Я не имею к этому никакого отношения! — прорычал он неожиданно.

Ош, заметив взгляды Ронара в мою сторону, подгреб меня поближе к себе и начал поглаживать, массируя мою шею, заставляя инстинктивно откидывать голову, подчиняясь ему. Традиции и правила слишком сильны в наших древних кланах, и этот жест считается очень интимным, а Ош выставляет его напоказ перед Ронаром. Во мне родились обида и злость, но высказаться я не успела.

— Ты пожалеешь, животное, что коснулся ее. Она — моя! Она с рождения предназначалась мне, а ты ее испачкал своими грязными руками. Но ничего, придет час, когда ты заплачешь кровавыми слезами. Вы все умоетесь своей кровью! Сейчас мы, представители высшей расы, должны платить за кровь, а скоро вы сами будете предлагать нам ее. Как плату за жизнь! И раса вампиров вновь возвысится над всеми! И этот глупец — ведьмак Тидрок — тоже поймет, как он ошибался, считая, что он и его приспешники верховодят всем!..

Ронар выплевывал слова вперемешку с яростью, ненавистью и кровью из разбитых губ. А Ош больше не гладил меня, а просто прижимал к своему боку. Правда, слишком крепко!

— Мне нужна дата сбора, — бесцветным убийственным тоном прервал он излияния Ронара.

— Да я лучше сдохну, но не скажу! — мотнул головой вампир.

— А я наложу проклятье полового бессилия, — равнодушно процедила я, а потом добавила: — Нет, лучше пусть тот огрызок в твоих штанах вообще отвалится. Это малая плата за те смерти, которые произошли по вашей вине!

Ронар замер, как кролик на разделочном столе, глядя на меня в упор. Уж я-то хорошо успела изучить этого тщеславного сноба. И слухи тоже слышала. Аббаз всегда кичился своими победами у женщин.

Вампир молчал, а я, больше не раздумывая, клыком вспорола подушечку пальца и направилась к нему, капая по дороге кровью — для большего эффекта.

— Дрянь, дрянь, дрянь!.. Не подходи ко мне! А-а-а! Ладно! Через три дня состоится главный прорыв, но вам это уже не поможет! Вы не успеете, вы ничего не успеете! А я еще спляшу на ваших могилках. Когда монстры из прорыва сметут все на своем пути…

— Упс! — с едкой усмешкой воскликнула я, специально уронив несколько капель своей крови на бедра Аббаза, затем окровавленным пальцем нарисовала на его животе нужную руну и прошептала заклинание проклятья. — Прокляла тебя на мужское бессилие и переборщила немножко. Теперь точно отсохнет. Прости, я нечаянно! Почти!

Ош, слушая вопли Ронара, поморщился, а потом затолкал ему в рот кляп. Содрал с кровати простыню и спеленал вампира, словно гусеницу в кокон.

— Пошли, его скоро заберут, я послал весточку Эйку и Кронусу. Пока все не решится, посидит у стражей в холодной и темной камере, — проворчал мой севар.

Прикрыв дверь, мы быстро удалились.

Уже на улице Ош взглянул на меня и весело заметил:

— А ты жестокая! Надеюсь, на меня ты так никогда не рассердишься?

— В этом отношении можешь не бояться, но так, как вчера, ты ходить по тавернам больше не будешь! Или я позабочусь о проклятье вечной непереносимости алкоголя!

— Что?! Я домой пришел почти трезвым! И на своих двоих!

— На своих троих — если быть совсем точными! Если бы не хвост, ты бы вообще не пришел, а приполз! Но меня не это беспокоит.

— Тогда что не так?

— Сай, ты храпишь, как пьяный тагар!

— Ника, а ты уверена, что хоть раз в жизни видела пьяного тагара?

— Этой ночью в своей постели!

— Ты преувеличиваешь! — Сайлар под конец уже хохотал, а потом подхватил меня и закружил на месте.

— Сай, нас Риса с Рашем ждут! Мне жутко интересно, что они там у Тидрока выяснили.

— Узнав Раша немного поближе, думаю, он его вырубил, взвалил на плечо и забрал с собой. Просто на всякий случай!

Так, пикируясь, мы направились домой.

Риса Ригал

Дом, в котором жил Тидрок, сложно было назвать скромным жилищем, скорее он напоминал особняк зажиточного человека.

— Может, тоже открыть свое дело? — задумчиво протянул Раш.

— Это такие проблемы… — хмыкнула я.

Мы стояли перед жилищем одного из двух заговорщиков и подумывали, как туда лучше проникнуть. Много охраны Тидрок не держал, всего два чадара. Не боялся мужчина нападения — и зря.

По воле случая нас сегодня пригласили на собеседование по поводу работы. Раш договорился, чтобы встреча проходила не в офисе. Поэтому едва мы спокойно вошли в дом, как нас пригласили к хозяину.

Он сидел в кресле и задумчиво просматривал какие-то бумаги. Вскинув на нас взгляд, он нахмурился:

— Вы недавно заходили ко мне в агентство. Работники Дозора.

Ни слова не говоря, я бросила парализующую маг-сеть. Ох, если дело не выгорит, как я в Дозоре отчитаюсь за использование этого артефакта? Меня посадят, несомненно.

Пока я переживала, Раш вынул из-за пояса веревку и принялся методично обматывать ею нашего героя.

— Давай так. Ты нам отдаешь документы, которые получил вчера днем в туалете, мы их забираем и уходим.

Сказать, что Тидрок удивился нашей осведомленности о бумагах, это не сказать ничего. А в следующую секунду его лицо приняло упрямое выражение. Умрет, но перспективные деньги не отдаст. Что ж, его выбор.

— Риса, приступай.

Пробудив силу и напитав энергией зеркало, я поднесла его к стене, и она стала прозрачной. Поиски начались. Ближайшие два часа я ползала сначала по кабинету; а потом и по всему дому под предлогом того, что хозяин мне разрешил. Раш — талантливый мужчина и не такое заставит подтвердить.

Тайник обнаружился в туалете. Банально. Надо было в первую очередь идти туда, но я думала, что документы спрячут получше, а тут… Все гениальное просто.

Отколупать их из туалета было сложнее. Как этот дурак их замуровал, не знаю, но я не смогла пробиться даже с молотком. Пару раз стучались слуги — но кто бы им открыл?

Пока не применила магию, добыть не смогла.

Вылетев из отхожего места, я на радостях сбила с ног всех, кто находился рядом, и понеслась в кабинет.

— Нашла! Что дальше? — спросила я чадара.

Раш размахнулся и, ударив Тидрока по голове, заставил его отключиться.

— Дальше напитай магией мне горло, чтобы голос изменился.

— Раш, ты ведь понимаешь, что это незаконно? И больно для тебя?

— Потерплю.

Подойдя, я положила руки на мощную шею Раша и, посмотрев ему в глаза, замерла. Не хочу делать ему больно.

Чадар мне подмигнул:

— Смелее!

Я слегка напитала кожу и сделала привязку к Тидроку.

— Все-таки ты хочешь, чтоб меня посадили…

— Не переживай, я буду тебя навещать, — ответил мне Раш чужим голосом.

Используя лежащий на столе амулет, чадар предупредил охрану, чтобы гостей с подарком пропустили не досматривая.

Только связь прервалась, я тут же убрала руки.

— А ничего…

— Даже не думай, что я сделаю это еще раз!

Наклонившись ко мне, чадар крепко меня поцеловал, а затем стал закатывать хозяина дома в ковер. Уже через несколько минут мы бодро покинули столь гостеприимный кров, прихватив с собой трофеи.

Теперь можно переходить к следующему этапу плана.

Никеа Лавейская

Аббаз оказался прав. Мы опаздывали. Слишком опаздывали! Лишь под утро третьего дня добрались на «летучке» до Лукана. Я впервые видела этот город, и он поразил меня своими размерами и красотой.

Станция находилась вне городских стен и самого острова, на котором построен этот удивительный древний город. Я слышала, как плещутся волны Мертвого океана, воды которого омывают Лукан и защищают его от нашествия монстров. Свежесть морского воздуха оттенялась ароматами леса, который в отступающих предрассветных сумерках виднелся недалеко от воды.

— Нас уже ждут! — тихо заметил Ош.

Он указал рукой за пределы станции, где поджидали несколько мужчин в форме Дозора.

Ветер и Тихушница шарахались от тагаров, на которых ехали дозорные, и всю дорогу до нашей цели лошадей приходилось крепко держать.

Всей группой мы въехали в естественную аллею из тисовых деревьев с очень густой кроной. Сюда рассвет проникнет еще не скоро, и казалось, что кругом царит ночь. Лишь далекий рокот волн, доносившийся даже сюда, да стук копыт о дорогу нарушали окружающую нас тишину.

Мне стало страшно, почему-то вспомнился мой побег из клана.

Но тогда я была одна, а сейчас рядом Сайлар, он никому не даст меня в обиду.

Мои размышления прервали. Из-за кустов бесшумной тенью выскользнул еще один дозорный, который тихо, но четко произнес:

— Здесь уже побывала парочка сектантов. Привезли на телеге троих мужчин в бессознательном состоянии. Скорее всего, накачанные лекарством или под чарами. Думаю, скоро подтянутся остальные участники. Так что можем начинать подготовку. И лучше с этим поторопиться.

Все спешились и, привязав животных в укромном месте, скрытом от нечаянных глаз, направились вниз по склону.

Пока не увидела огромную, прикрытую ветками пентаграмму, в центре которой уже лежали испещренные черными рунами тела людей, я все никак не могла поверить… Поверить в настолько великую власть жадности над разумом, которая допускает зверские убийства, вызов монстров и разрушение целых городов.

Вернув все на место, чтобы никто из сектантов не заметил вмешательства, стала собирать ветви для своих усыпляющих пентаграмм. В этом мне активно помогал Сайлар, впрочем, как и остальные: они с полуслова поняли, что надо делать. Уже совсем скоро ловушка была готова!

Положив в центр каждой пентаграммы тушки мертвых грызунов, наложила проклятье забвения и усыпления. Теперь, чтобы их активировать, достаточно только зажечь пентаграмму.

Закончив с подготовкой, мы залегли в кустах. Причем мне под страхом самого страшного наказания запретили покидать это место. Что бы ни случилось! Сайлар сверкал глазами и нервно дергал хвостом, шипя мне на ухо и вдалбливая свой приказ — ни шагу вперед! Назад в город можно, вперед — нельзя!

А уже через полчаса начали подтягиваться сектанты — несколько десятков мужчин в темных балахонах. И понеслось!

Я расширившимися от ужаса глазами наблюдала за их подготовкой. Вот они выложили еще одну огромную пентаграмму, на этот раз зелеными сверкающими камушками, кажется, чистейшими крупными изумрудами. Вот встали по углам, и по полю полилась заунывная песня-речитатив заклинания вызова.

У меня по коже побежали мурашки, а волосы встали дыбом. Я заметила, как наши, натянув на лица поглотители, активировали нашу ловушку, и вскоре призрачный дым, словно вязкий туман, стелясь поземкой по траве, пополз в сторону сектантов. А они в этот момент рисовали дополнительные значки на телах жертв и в каждом луче пентаграммы, щедро сдабривая ее кровью. Своей пока.

Туман, добравшись до сектантов, змеей пополз вверх по их ногам, и скоро их движения стали медленными, вялыми, неохотными. Первыми начали оседать те, что стояли в круге защиты, а самыми последними — непосредственные участники прорыва.

Я почти возликовала и успокоилась. Похоже, мы все-таки справились, победили!

И все же упорства сектантам было не занимать. Пентаграмма успела активироваться, но в тот момент, когда один из них, покачиваясь и уже фактически засыпая, занес кинжал над жертвой, в него впился магический болт из арбалета.

Я вскрикнула, пытаясь предупредить, что так делать нельзя, учитывая активированную пентаграмму. Ведь заклинанию все равно, чья кровь в нем прольется и кем будет жертва.

А дальше начался полный кошмар. Дозорные выскакивали из своих засад и неслись к сектантам, начинающим очухиваться от криков и возни. Завязался бой. Я, закусив кулак, со страхом следила за Сайларом, который стремительной смертоносной тенью носился в самой гуще. И именно в этот момент мы все ощутили откат — по нервам, по всему телу и каждой его клеточке.

Это трескалась материя нашего мира. Начинался прорыв! Мы не успели, не справились!

Риса Ригал

Портал выкинул меня и Раша на место засады последними. А там было весело.

Мне хватило двух минут, чтобы понять, что план не сработал так, как предусматривалось, и секте все же удалось провести ритуал. Как же так? Ни в коем случае нельзя позволить, чтобы чудовища массово прорвались в наш мир.

Отметив, что в материи мира пока только одна трещина и вылез всего один монстр, я, практически не думая, бросилась в самую гущу событий.

— Риса, стой! — закричал Раш, но я не могла позволить себе такую роскошь, как потеря времени.

Увидев неподалеку Нику, я подбежала к ней и на ходу прокричала:

— Нужна помощь!

К моему удивлению, вампирка последовала за мной быстро и не задавая лишних вопросов.

Обогнув по дуге поле битвы, мы подбежали к месту нестабильного ритуала и уставились на горящий зеленым минерал. Ситуация патовая, если только…

— Ника, ритуал на крови провести можешь?

— Да!

— Тогда начерти впитывающую пентаграмму. Нужно убрать отсюда все чары. Высосать всю энергию. А я займусь крибоном.

Ника молча кивнула и, упав на колени, полезла за кинжалом.

Посмотрев, как складывается ситуация с монстром, я убедилась, что его скоро добьют, и, пробудив свой дар, шагнула в пентаграмму.

В то же мгновение голову словно сжали тисками, и я, закричав, упала на землю. Дотянувшись рукой до светящихся зеленых камушков, стала выбрасывать их из пентаграммы. И чем больше выбрасывала, тем легче мне становилось.

Справа бесновался монстр раза в два крупнее обычного, а хранители пытались его добить. Стража оттаскивала заснувших сектантов, чтобы их не передавили в пылу боя, и отлавливала сообщников Аббаза и Тидрока. А я все бросала и бросала камни.

Когда последний улетел прочь, сил практически не осталось. Обессиленная Ника без сознания лежала рядом, ее пентаграмма разгоралась все ярче и ярче, буквально залитая кровью вампирки.

— Что вы здесь делаете?.. — начал подбежавший к нам Сайлар.

— Хватай ее и быстрее бежим!

«Кажется, все же что-то не учла», — подумалось мне, когда в небо ударил столб света, снося магической волной всех в округе.

Ритуал завершен, прорыв приостановлен, операция по захвату преступников сорвана.

И оно того стоило!

* * *

— Вы что, совсем обалдели?! Важнейшая операция сорвана. Весь план тагару под хвост! И из-за чего? Из-за просчета ведьмака!

Первый раз я видела, чтобы наш начальник так орал.

После того как я прервала ритуал, а Ника исключила все чары на месте прорыва, магическая отдача накрыла местность на несколько километров вокруг. Все поднимались с земли оглушенные и дезориентированные. Меня до Раша донес Сайлар, у которого на одном плече висела я, на другом — Ника.

Сгрузив меня с рук на руки напарнику, друг ретировался, чтобы более-менее очухавшийся чадар провел со мной воспитательную беседу.

Медленно приходящие в себя хранители стали приближаться к зверюге, чтобы проверить степень ее активности. Но, по-моему, она не пережила волну. Стражники продолжили заковывать виновных в кандалы.

Поэтому я совершенно не понимала, почему начальство так орет.

— Прошу учесть, что дело раскрыто благодаря нам, — напомнила я, кто тут герой.

— Я помню, что вы приходили ко мне со своими подозрениями, но неужели вы думали, что только вас заботила ситуация с прорывами? Целое ведомство занималось этим вопросом.

— Не очень успешно, — ехидно заметил Раш.

— Ваши сведения были добыты только потому, что вам повезло!

— Не повезло бы нам — Лукана сейчас не было бы, — возразила я.

— Только поэтому вас не уволят со службы и вынесут благодарность. Невзирая на то что вы чуть не перебили половину своих сослуживцев и стражи города.

— Ритуал нужно было остановить, — нахмурился Раш.

— И без вас специалистов хватало! — прорычал начальник.

— Что-то я никого не видела!

— Смотреть нужно было лучше!

Решив не спорить с шефом, мы еще с полчаса послушали мораль, записали показания, выслушали благодарность, которую сквозь зубы выразили нам, и отправились искать Сайлара и Нику. Закончили они со своими показаниями или нет?

Едва я вышла из кабинета начальника, как позвонил Лутак.

— Да?

— Ну, спасибо, подруга, удружила!

— Что еще?

Я устала, вся грязная и мечтаю поскорее вернуться домой.

— Меня подняли и отправили на ваш прорыв. Как, ты себе представляешь, мы должны это разгребать?! Тут же все сметено и перевернуто!

— Что сказать? Судьба твоя такая. И не стоит меня благодарить, что у тебя остался дом, в который можно вернуться! — рявкнула я и отключилась.

Поиски интересующей нас парочки не заняли много времени, их отпустили раньше нас, и они уже сидели в вестибюле управления и ждали нашего появления.

— Что это вы не идете отдыхать? — нахмурился Раш, как только они поднялись при нашем появлении.

— Ника отказывается идти к моим родителям в таком виде, — Сайлар жестом указал на окровавленное, мятое и грязное платье девушки. — А в отеле, особенно поздней ночью, сложно найти «все необходимое», чтобы привести себя в порядок.

— Значит, переночует у меня, — сообщила я, довольно улыбаясь.

Рашу совсем не понравилось мое решение.

— Риса… — начал он, но я его прервала:

— Сайлар, вы с Никой не подождете нас на улице?

Друг перевел взгляд с меня на напарника и, понимающе улыбнувшись, без слов повел Нику прочь.

Раш уже понял, что ничего хорошего я не скажу, и занял оборонительную позицию, сложив руки на груди.

Я сначала осмотрела пустой вестибюль и постаралась подыскать подходящие слова.

— Раш, ты же понимаешь, что наши отношения развивались на фоне стрессовой ситуации…

Чадар выгнул бровь, ожидая следующего моего довода.

— И, думаю, теперь им пора закончиться.

— Нет, — сказал напарник и направился на улицу.

— У меня есть доводы! — крикнула я ему вслед.

— И у меня. Например, твоя возможная беременность.

Я замерла на месте. Через пару минут вернулась Ника, подхватила меня под руку и, что-то успокаивающе нашептывая, повела к тагару.

Мне нужна помощь, а еще лучше — совет.

* * *

Когда Ника появилась на кухне моего дома чистая и счастливая, я позавидовала ее беззаботности.

— Ужинать будешь?

Вампирка словно прислушалась к себе.

— От крови не отказалась бы и от булочки с корицей и кофе.

Улыбнувшись, я заметила:

— Ну, крови не обещаю, а вот булочки имеются, хоть и не первой свежести.

— Сейчас подойдут и такие.

Пока я разливала горячий напиток и выкладывала сладости с хлебобулочными изделиями, Ника внимательно за мной наблюдала.

— Риса, что тебя беспокоит?

— Раш.

Девушка засмеялась:

— Это я уже поняла. Ну а конкретно?

— Самый большой мой страх, что я забеременела.

— Ты не хочешь от него ребенка?

— Не в этом дело. Я боюсь, что Раш на мне женится, как и положено по закону, а потом будет от меня гулять.

— У тебя есть причины так думать?

— Я с ним долгое время знакома, и раньше он постоянством не отличался.

— На мой взгляд, если бы он не планировал с тобой серьезных отношений, то подстраховался бы в плане детей.

— А если он решил жениться на мне и завести детей, но не планирует хранить верность?

Подруга с демонстративным сомнением осмотрела меня, а потом выдала:

— Такая смелая, борешься с чудовищами, а в личных отношениях такая трусиха.

— Не то слово, — печально подтвердила я. — У тебя с Сайларом все было просто?

— Смеешься? Ты же помнишь, я рассказывала, как он меня презирал, потом игнорировал, потом холодом обдавал при каждой встрече. Хотя долго он против моего обаяния не продержался. Но ты знаешь, он такой тиран и собственник. И теперь на всех рычит, стоит им ко мне подойти. И вообще действует со мной нахрапом. Я пытаюсь возражать, но с Саем это просто бесполезно.

— И что вы теперь намерены делать?

Ника тяжело вздохнула, но тут же расплылась в счастливой улыбке, блеснув белоснежными клыками.

— Пожениться! Сай все сделал для того, чтобы у меня не было другой альтернативы. Так что придется рискнуть и вверить ему свое сердце и тело в безраздельное пользование.

— Кто не рискует, тот не пьет хмелюху? Тогда, пожалуй, рискнем. Время рассудит.

Я не знала, что ждет меня или Нику в будущем, но в одном можно быть уверенной — в нашей жизни начался новый этап, новое начало. Значит, надо набраться смелости и шагнуть в него.

Глава 28

Риса Ригал

Утром в гости пришли Раш и Сайлар. Последний — забрать свою невесту, дабы познакомить ее с родителями. Что ж, желаю ему удачи. Если бы у меня в личной жизни все было так просто, как у друга.

За последнее время со мной произошло много событий, и я с трудом представляла, что мне делать дальше. Раш — это моя проблема, очень-очень большая проблема, которая вторглась в мою жизнь и теперь хозяйничает в ней.

А ведь закончилось не только расследование дела о прорывах, через три дня закончится и мой отпуск, и впервые мне не хочется выходить на работу. Послышался щелчок закрываемой двери, и следом мою талию обвили руки Раша, а в шею уткнулся нос.

— Ну, давай начинай.

— Что? — напряглась я.

— Ну, ты же сейчас начнешь говорить глупости. Что все это между нами несерьезно, что нам нужно расстаться…

— Нам нужно расстаться! — я попыталась вывернуться из рук Раша, но мне не дали.

— А ты знаешь, — начал Сонха, и моего ушка коснулось теплое дыхание, — в результате того, что мы с тобой делаем, бывают детки.

Рука напарника сместилась с талии на мой живот. Я замерла. За всеми этими событиями я забыла спросить у Раша, предохранялся ли он. Есть такая физиологическая возможность у чадаров.

— А ты?..

— Нет.

— Но…

— Да, есть очень большая вероятность. Знаешь, что случится, если ты забеременеешь?

Я выйду за своего чадара замуж. Сердце от этой радостной новости встрепенулось и часто забилось, гормоны тут же пустились в пляс. Но гормоны — дураки!

Пока мои мысли хаотически метались, сменяя одна другую, Сонха тем временем развернул меня к себе и жарко поцеловал. Я тут же растаяла в его руках и застонала. Очень давно мы не были вместе. Слишком давно!

Если где-то на задворках сознания и была мысль о сопротивлении, то под умелыми руками и губами растаяла без следа. Только…

Оторвавшись от губ чадара, я прошептала:

— Пообещай мне, что будешь предохраняться…

— От всего непредвиденного и незапланированного? — хмыкнул Раш.

— Именно! — воскликнула я.

Губы чадара спустились к шее и теперь нежно целовали пульсирующую жилку. Руки пустились в путешествие по телу, сжимали, ласкали, гладили…

— Обещаю…

* * *

На оставшиеся три дня моего отпуска Раш практически переселился ко мне. Ну, это я думала, что на оставшиеся три дня, и позволила себе расслабиться, решив, что выйдем на работу — там и посмотрим.

Все три дня чадар в прямом смысле слова не отрывал от меня рук. Либо придерживал за талию, либо обнимал — в общем, постоянно был со мной ласков и нежен. Но чаще всего мы не вылезали из постели. Раш обещал, и я была уверена, что он сдержит слово, а значит, можно позволить себе расслабиться.

Но имелась и ложка дегтя. Меня волновало, как он будет реагировать на других женщин, как будет с ними общаться. И самый важный вопрос: будет ли мне изменять? Хотя разговор с Никой и добавил мне уверенности, но неопределенность сводила с ума.

Эти три дня были райскими, однако время бежит вперед, и вот утром, совершенно не выспавшись и собираясь на работу, я неожиданно замерла, поняв, что мне кажется странным.

На моей кухне, как у себя дома, хозяйничал мужчина. А я не чувствовала ни капли протеста против этого. Началась каждодневная бытовая рутина, но моя жизнь изменилась безвозвратно, и мне нравились эти изменения.

— Чего сидишь? — Меня сильно и быстро поцеловали в губы. — Пошли на работу!

И, бесцеремонно стащив со стула, меня потянули во двор. На работе ничего не изменилось — все те же люди, все те же стены. То, что мы с напарником явились на работу вдвоем, никого не удивило, к тому же все хотели поподробнее расспросить нас про последние события.

А потом я не дала Рашу шанса шокировать наших коллег. Отработав стандартную тренировку, я перед учениями сбежала к Лутаку. Вошла, как обычно, не постучав, и замерла. Друг целовался с невестой небезызвестного нам вампира.

Или уже не невестой?

— Риса, что ты?.. — начал друг. — Ты по делу?

— Поболтать.

— Увидимся попозже, — протянула девица и, страстно поцеловав севара, скользнула мимо меня, наградив предупреждающим взглядом.

«Поняла. Твое. Не трогать», — усмехнулась про себя.

Лутак с раздражением смотрел на меня, всем своим видом выражая неудовольствие.

— Присаживайся, — показал севар на кресло напротив стола, опускаясь при этом на свое место. Я воспользовалась предложением и с удовольствием расположилась, с улыбкой посматривая на друга.

— Не знаешь, почему ты меня сейчас так раздражаешь?

— Нет, — продолжая улыбаться, ответила я.

— Так и думал. Что хочешь?

— Может, я просто так зашла.

— Ты просто так никогда не заходишь. Итак?

Вздохнув, призналась:

— Прячусь от Раша.

— С чего бы это? — приподнял бровь севар.

— Не знаю, — пробормотала я и, понизив голос, добавила: — У меня есть подозрение, что он хочет предать наши отношения гласности.

— А ты этого не хочешь? — также перейдя на шепот, спросил севар.

— Если в двух словах, я опасаюсь, что он покрутит со мной роман, а потом или бросит, или изменит. И я останусь одна, без мужчины и напарника. Да к тому же из-за слухов и разбитого сердца придется переводиться в другой город.

— Да-а-а… Поэтому ты решила проблему, спрятавшись у меня? Это для того, чтобы твой чадар мне ноги повыдергивал?

Я поморщилась:

— Раш знает, что мы друзья.

— Не спорю. А я знаю, что если ты дашь ему повод для подозрений, то мой опорно-двигательный аппарат превратится в упорно-ползающий.

— Лучше посоветуй что-нибудь!

Лутак прищурился.

— Эк тебя проняло. Да ты влюбилась! И притом сильно.

— Не то слово, — подавленно подтвердила я.

Некоторое время друг молчал, а потом сказал:

— Хочешь совет — мне нужна информация.

— Какая? — подозрительно спросила.

— Как часто вы видитесь?

— Он перебрался ко мне. — И, видя, как вытянулось лицо Лутака, добавила: — Временно!

— Ну да! А что он тебе говорит по поводу ваших отношений?

— Что я могу забеременеть и что болтаю всякие глупости.

— Он — твой, со всеми потрохами.

Я замерла.

— Почему?

— Потому что если бы это было не так, он бы предложил тебе временные отношения, и все. Или переспал бы с тобой и бросил, как поступал до этого с другими. Прекрати делать глупости — живи и наслаждайся.

Наш разговор прервал вызов амулета: пора на сборы.

* * *

Вечером, возвращаясь после изнуряющих учений, я совсем не ждала от своей жизни сюрпризов. Измученная и уставшая, я приняла душ, переоделась и отправилась на поиски Раша. Как выяснить, собирается он ко мне или к себе? В коридоре, на пути к мужской раздевалке, меня перехватил знакомый вампир.

— Здравствуй, — улыбнулся он, появившись словно из ниоткуда, и преградил мне дорогу.

— Приветствую, — растерянно ответила я.

— Что прекрасная девушка делает сегодня вечером?

— Идет домой, — честно ответила я, уже понимая, куда клонит вампир.

— Может, составишь мне компанию и мы где-нибудь поужинаем? — обаятельно улыбнулся мне этот искуситель.

Хорош, но меня не волнует.

— Как такие вещи может предлагать занятой мужчина? И не боишься разориться? Ем я много, — хмыкнула я.

— Я? Занят? Не-е-ет… Совершенно свободен. И такая прелесть, как ты, не обидчива, ведь так?

Я хотела отшить его, честно, но… но сзади меня прозвучал вопрос:

— Я тебя предупреждал?

Очень удачно я повернулась к Рашу, как раз давая ему возможность размахнуться и со всей силы врезать вампиру по носу. Вампир упал, а приподнявшись, мрачно на нас покосился, ощупывая свой раненый нос. Трус! Скривив губы, я повернулась к чадару и, взяв его за руку, повела прочь. А то еще пойдет бить лежачего…

— Пригласишь меня к себе? — как ни в чем не бывало спросил Сонха.

— Да.

Едва мы вышли, в лицо пахнуло теплым воздухом города. Небо уже начинало окрашиваться в закатные тона.

— А если я захочу остаться на ночь? — провокационно спросил чадар.

— М-м-м-м… — стрельнула я глазами в Раша. Его взор вспыхнул в ответ. Успеем доехать до дома?

* * *

Через день мы с Рашем отправились провожать Сайлара и Нику на поезд. Они закончили все свои дела в нашем городе и отбывали домой. Как я поняла, знакомство с родителями прошло довольно гладко, и теперь парочка влюбленных могла полностью отдаться своему счастью. Везунчики!

Сайлар рядом с вампиркой становился заметно мягче, спокойнее, она рядом с ним — увереннее, смелее, счастливее. Я была искренне рада за новообретенную подругу и старого друга.

Обнимая Нику, пожелала счастья и шепнула:

— Напиши мне, перетрем Сайлара.

Ника подмигнула и отошла. А вот друг, обнимая на прощание, шепнул уже мне:

— Если проморгаешь этого мужчину — будешь большой дурой.

— Вот спасибо!

— Пожалуйста. Обычно мои советы стоят денег, — рассмеялся севар, — но для тебя совершенно бесплатно.

Наблюдая, как поезд уносит ввысь наших друзей, я прижалась к чадару, который меня обнял, утешая.

— Буду скучать, — пробормотала я.

— Не дам, — подмигнул Раш, и, любуясь его искрящимися весельем глазами, я гадала, как можно так сильно влюбиться в мужчину.

Несколько дней прошли без серьезных изменений, Раш так и продолжал ночевать у меня, и даже по большому счету жить. Я не возражала и не гнала его. Зачем, если я очень довольна тем, что каждый вечер мы идем домой вместе, едим, дурачимся, читаем, разговариваем, проводим досуг рядом друг с другом. И утром, совершенно не выспавшиеся и сонные (по крайней мере я), вместе отправляемся на работу.

Но история с прорывами забылась довольно быстро. Всю правду о ней общественности не сообщили, а опасностей в Дозоре и так хватает. Вот и управление полностью поглотили трудовые будни, а я стала замечать, что девушки начали проявлять повышенное внимание к моему напарнику.

Смирив поднимающуюся изнутри ревность и сдерживая порывы подойти и повырывать соперницам волосы, я наблюдала за Рашем. Как он отреагирует на их внимание?

К чести Сонхи, тот держался вежливо, отстраненно и на расстоянии. И вот в очередное утро, когда одна из девиц, несмотря на кучу народа в вестибюле, слишком уж многое попыталась себе позволить, я подошла к Рашу. На работе он не мешал мне бегать от него и скрываться.

А сегодня повернулся и, сдерживая улыбку, пошутил:

— Поцелуешь?

И я поддалась порыву, интуиции, женскому чутью и черт знает чему еще. Обхватив Раша за шею, я притянула его голову к себе и страстно поцеловала. И сразу почувствовала радостный отклик, ничуть не уступающий по страсти моему. Сколько мы целовались, трудно сказать, но, когда отлипли друг от друга, девицы рядом не было.

— Наконец-то! — воскликнул главный насмешник нашего управления Ронаут. — Мы уж думали, не дождемся.

Товарищи вокруг улыбались, посматривая на нас, а я, довольная и счастливая, думала: «Да гори оно все синим пламенем, и этот риск тоже! Зато теперь у меня есть полное право переломать ноги любой девице, покусившейся на Раша. И я это обязательно сделаю!»

* * *

Спустя неделю случилось то, чего я так опасалась. Пришла весточка от мамы. Она приглашала меня в гости на свадьбу моей двоюродной сестры и спрашивала, как мои дела, как личная жизнь, приедет ли кто со мной?

На мое несчастье, Раш заметил письмо до того, как я успела его спрятать. Пробежав глазами страницу, чадар посмотрел на меня выжидающе.

— Ты поедешь?

— Не-е зна-аю-ю-ю… Я так не люблю все эти семейные встречи, — пробормотала я, думая, какую причину придумать, чтобы не ехать.

— А я считаю, тебе стоит поехать. И я с удовольствием познакомился бы с твоими родителями.

Я замялась. Взгляд Раша стал недобрым.

— Что, будешь прятать, словно я твой скелет в шкафу? — рыкнул чадар.

— Почему сразу скелет? — окинула я взглядом фигуру напарника. — Я могу познакомить тебя с ними, заочно они про тебя уже знают.

— Про твоего напарника, — зловеще протянул чадар.

— А что я должна им сказать? — перешла я в наступление. — Что мы вместе… живем?! Они совсем не этого сообщения от меня ждут! Или ты готов на мне жениться?

— Да хоть завтра, — сложил на груди руки Раш.

Я отмахнулась:

— Это несерьезно! Идти на принцип из-за обиды не стоит. Ты же взрослый мужчина!

— Я совершенно серьезен, — мрачно сообщил Сонха.

Я смотрела на мужчину, стоящего напротив меня, и понимала: он не шутит.

— Почему? — прямо спросила я.

— Потому что я тебя люблю и хочу, чтобы ты родила мне детей.

— Раш, не могу поверить! Столько лет знакомы, и ты ни разу не проявлял никаких чувств. С чего вдруг вспыхнула любовь?

Чадар усмехнулся:

— Вот согласишься выйти за меня — расскажу все как есть, поэтапно, — и, повернувшись, бросил: — Мы опоздаем на работу.

— Раш! Раш! Не будь врединой. Что ты имел в виду?

— Пойдешь за меня?

— Нет. Расскажи мне!

— А вообще, все правильно. Зачем мне тебе что-то рассказывать, чтобы добиться согласия? Ты, скорее всего, уже беременна от меня и скоро сама согласишься.

— Раш!

* * *

К родителям мы прибыли вечером. Чадар, довольный поездкой и тем, что едет со мной, пытался растормошить меня и прогнать уныние и хандру. Но все было без толку, ибо я прекрасно понимала: как толькоимама услышит о серьезных отношениях — меня изведут.

Она очень давно пытается выдать меня замуж, но пока все ее попытки проваливались. Теперь же она возьмется за дело всерьез, и это меня убивало. Дверь нам открыл папа и, увидев, что я не одна, удивленно приподнял брови, но ничего не сказал.

— Добрый вечер, дочь. Проходите.

— Приветствую, па. Это мой… мой… мужчина, с которым я встречаюсь.

— Ты забыла сказать, еще и твой напарник.

— Так это тот самый напарник, который постоянно «осложняет твою жизнь и капризничает»?

Услышав такое, Раш медленно развернулся ко мне, вопросительно приподняв бровь. Выражение лица не предвещало мне ничего хорошего.

— Да, действительно он, — хмыкнул отец, направляясь в гостиную. — Мама на кухне.

Отведя взгляд от Раша, я крикнула:

— Мамочка, ты где?

И поспешила на поиски. Чадар отправился следом. Моя родительница на кухне готовила какие-то угощения.

— А я думала, это у Тианы свадьба. Она что, выходит замуж из нашего дома?

— Ну ты же знаешь, по традиции женщины должны принести на свадьбу кулинарные шедевры, а мужчины — боевые или охотничьи трофеи. Так как от тебя шедевров ждать не приходится, вот, пришлось самой. Так что помощь не помешала бы.

Тут мама повернулась в мою сторону и заметила Раша:

— Риса, что же ты не предупредила, что у нас гости? Познакомь же нас.

— Мама, это Раш, мой мужчина и…

— Напарник… — протянул сладким голосом чадар, приветливо улыбаясь моей маме.

— И между вами все серьезно? — улыбнулась в ответ родительница.

— Мама!

— С моей стороны — да, но я никак не могу уговорить вашу дочь выйти за меня, — тяжко вздохнул Раш, чем сразу завербовал мою маму в союзницы.

— Риса!

— Ой, мамочка, я так устала! Ты не покажешь нам комнаты?

Поджав губы, хозяйка дома повела нас наверх.

— Раш, вы должны быть настойчивее. Риса, несмотря на ее работу, очень пуглива в близких отношениях. И унаследовала от отца строптивый нрав!

— Мама!

— Уважаемая мадам Ригал, я сделаю все возможное, чтобы уговорить ее.

— Вот и славно!

Я шла рядом и угрюмо молчала. Эти три дня будут очень трудными! Мама проводила нас в мою комнату со словами:

— Ужин в семь.

— Подожди! А вторая комната?

Родительница покачала головой:

— На свадьбу приехали родственники, и места больше нет. И не надо рассказывать, что ты смущаешься, — намекнула она на наши с Рашем отношения.

И эта женщина — моя мать?!

Едва дверь закрылась, оставив нас одних, я заметила, что Сонха внимательно рассматривает мою комнату. Трогает вещи, пролистывает книги, рассматривает одежду…

— Тебе интересно?

— Конечно. Ведь все это рассказывает о тебе.

Покачав головой, я отправилась в душ, а когда появилась снова, переодевшись к ужину, Раш, тоже полностью готовый, что-то листал. Присмотревшись получше, я поняла, что это мои девичьи записи по тренировке своего дара.

— Раш! Прекрати!

Чадар поднял на меня взгляд.

— Ты очень много трудилась.

Выхватив у него тетрадь, я запихнула ее обратно в стол.

— Пойдем на ужин. После сегодняшнего заявления тебе предстоит пережить нападение похлеще прорывов.

— Не бойся, справимся, — рассмеялся Сонха, и мы пошли.

Ну, держался чадар и правда молодцом: пока мои тетки его допрашивали и пытались выведать информацию о нас, он умело уходил от ненужных вопросов, охотно отвечал на нужные и вел мою осаду.

Мама всячески поддерживала Сонху, а папа придерживался нейтралитета. Значит, против брака с Рашем возражать не будет. Но я подозревала, что все не так просто, и когда мы поднялись в комнату, поняла, что не ошиблась.

Обхватив меня сзади руками, коварный мужчина направился со мной в сторону кровати.

— Раш… — позвала я.

— Да? — обожгли мне ушко горячим дыханием.

— Ты понимаешь, что мы находимся в доме моих родителей? И нам нельзя как раньше…

К моим губам прижались, не дав мне договорить. Все благие мысли покинули меня сразу же, и я окунулась в наслаждение.

Когда в голове чуть-чуть прояснилось, я заметила, что меня уложили на постель, а чадар раскладывает по углам комнаты какие-то камушки. Присмотревшись, я поняла, что это изоляционный минерал.

— Раш, что ты задумал?

Это должно было бы взволновать меня сильнее, но мысли все еще путались. Раш умел овладевать моими чувствами, заставляя забыть обо всем, словно с помощью какой-то неизвестной магии.

От мягкого смеха чадара по телу пробежали волны возбуждения. И я ничего не могла сделать, чтобы подавить в себе нарастающее желание.

Пока я пыталась сосредоточиться на подавлении собственных чувств, Раш повалил меня на спину, и не успела я оглянуться, как он привязал одну мою руку, обездвижив тем временем вторую.

Легко стащив с меня летнее платье на бретельках и развязав тесемочки белья, он без труда снял с меня все.

— Раш, отпусти меня немедленно!

— Кричи, родная, кричи, — тебя все равно никто не услышит.

Пока он привязывал мою левую лодыжку, взгляд его пронзительных глаз обегал мое обездвиженное тело, начиная от широко разведенных ног.

Потребовалось совсем немного времени, чтобы чадар скинул с себя одежду и лег сверху, жарко целуя.

Руки заскользили вниз по телу, лаская, не пропуская ни одного уголка.

— Выйдешь за меня?

— Нет, — сквозь зубы процедила я.

От ласк перехватывало дыхание, в голове мутилось.

Спустившись ниже, он пробежался ласками по самому чувствительному месту и слегка проник внутрь одним пальцем. Едва он это сделал, тело бессознательно ответило ему, а у меня вырвался стон.

Лукаво улыбаясь, Раш ласкал меня, я задыхалась, стараясь приподнять бедра настолько, насколько позволяли путы.

— Не передумала? — промурлыкал он. — Выйдешь за меня?

Я лишь отрицательно замотала головой.

Чадар прищурился, мышцы на его груди и руках напряглись. И он изменил ласки на медленные движения — внутрь-наружу…

— Ты и так уже моя, — напомнил он мне. Возбужденное состояние предательского тела не вызывало никаких сомнений. — Твое сопротивление лишь отсрочивает неизбежное, — и добавил второй палец, заставив меня задохнуться.

Его слова эхом отдались в голове.

— А если я соглашусь, а едва выйдя за дверь этой комнаты, брошу тебя?

Раш добавил третий палец, дразня увеличением давления, но мы оба знали, чего хотим в действительности.

— Сама-то в это веришь?

Я стояла перед непростым выбором — или не давать согласия на брак и тогда Раш может ласкать меня так часами, или согласиться. Но я пока не уверена, что готова связать свою жизнь с его.

Поэтому мотнула головой, отвечая:

— Нет.

— Значит, продолжим, — заключил он.

Мое сердце часто забилось при этих словах, и я застонала от очередного движения Раша. Он и не думал прекращать ласки.

Тело замерло в диком напряжении. Чадар довел меня до грани, еще одно движение — и я перешагну черту, и он это знал.

Слегка лаская, он специально не прикасался ко мне в других чувствительных местах. Тело уже дрожало…

— Пойдешь за меня?

Я снова мотнула головой, мои ноги напряглись и задрожали от возбуждения, дыхание стало резким. Сладкая мука, которая могла длиться всю ночь.

Я всхлипнула. И начала шептать, что хотела бы сделать с Рашем. Тот продержался пару минут, а потом, усилив ласки, перебросил меня в наслаждение.

Мне кажется, я была уже не в себе, потому что от удовольствия слезы навернулись на глаза.

И из меня начали вырываться слова. Я обещала ему все, что он только хотел, а ощутив внутри, едва не сошла с ума, прижимаясь к этому мужчине, как никогда в жизни. И пусть катятся мои опасения, я не в силах больше бороться с собой и с ним.

Раш замедлил движения, страстно целуя и спускаясь губами вниз по шее к плечу, где и поставил засос.

Во мне все задрожало, откликаясь на его движения, и я погрузилась в блаженство во второй раз.

Раш замер, присоединившись ко мне, не в состоянии отвести от меня взгляда.

Отвязав и поцеловав меня, чадар шепнул:

— Помни, ты дала мне слово. — А я в ответ, счастливо улыбаясь, куснула его за плечо.

* * *

Я сидела на граве и смотрела на танцующие пары. Свадьба сестры была, как и подобает, красивой и пышной. Много гостей, много родственников, вокруг цветы. Столы чуть в стороне завалены подарками, различными яствами и трофеями. На мой взгляд, так себе, но…

К общему веселью я не присоединилась: после прошлой ночи тело болело. Она была очень… волнующей. И сегодня я сидела в закрытом платье, выбранном, дабы прикрыть все засосы, и совсем не танцевала. Раш, насмешливо на меня посматривая, отошел положить себе еды. Коварный расчетливый чадар.

За прошедшую ночь я наобещала ему лет на десять вперед, и с утра он счастливо сообщил всей моей родне, что теперь я — его невеста. А те и рады, что есть новый повод погулять и что меня пристроили.

Неожиданно ко мне подбежали племянники — дети другой двоюродной сестры, по отцовской линии. Они «убивали чудовищ». Соседские мальчишки играли вместе с ними, пока родители праздновали и отдыхали.

Прислушавшись, я расслышала, как один из них сказал:

— Я тебе говорю, он самым сильным был. И убила его моя тетя. Она в Дозоре работает и напарница самого Сонхи!

— Да сочиняй! — ответил ему приятель.

Я закатила глаза. За последнее время прорывы прекратились. Я не заблуждалась насчет того, что они совсем исчезнут, законы мира не изменить, но теперь они будут снова в определенных местах, по одному и в срок.

Задумавшись, не заметила, как детвора подкралась ко мне ближе. Самый старший мой племянник, выйдя вперед, спросил:

— Тетя Риса, а почему начались прорывы? И правда, что их теперь не будет?

Я улыбнулась:

— Будут, конечно, но… не так часто, как раньше. Теперь Дозор снова сможет их сдерживать. А вот почему начались… — понизила я голос. — История эта давняя.

Дети притихли.

— Первое прорвавшееся чудовище убил силач-чадар, — я решила рассказать им байку нашего управления. — Чадары — самые сильные, а он был сильнее всех. И вот, покрывшись броней и убив большое чудище, тот герой спас свою деревню и прославился. Тогда же он сказал, что ткань мира начала рваться, чтобы подготовить мир к чему-то большему, к будущему, в которое нас направит Дозор и поведет за собой, охраняя.

Вся детвора смотрела на меня, затаив дыхание. А я седьмым чувством ощутила, что Раш рядом, но не показывается.

— Вот так спас нас от первого чудовища чадар, который был сильным снаружи и ранимым внутри.

— Чадары ранимые? — спросил один из мальчиков. — Они ведь такие большие! И с броней.

— А броня им нужна именно для того, чтобы скрывать свою чувствительность. Их так легко ранить, они такие нежные.

Ребята засмеялись и, выкрикивая какие-то имена своих друзей и то, что их, нежных, надо уронить, понеслись дальше. А рядом со мной опустился нежный чадар.

— Значит, нежный и ранимый?

— Подслушивать нехорошо, — ответила я, пытаясь не улыбнуться.

— О да, я могу быть очень нежным… — протянул Раш. По моей спине побежали мурашки от возбуждения.

— Сейчас я встану и больно тебя уроню.

Рассмеявшись, Сонха обнял меня и притянул к себе.

Как и свою тарелку с едой.

— Кстати, ты ничего не забыл?

— Ум-м? — промычал Раш, грызя мясо.

— Ты обещал: если я соглашусь выйти за тебя, рассказать про то, откуда у тебя чувства ко мне.

— Ум-м-м? — вопросительно промычал Раш, откусив еще кусок.

— Да. Я жду!

— Но ты же согласилась не по доброй воле.

— Это частности!

— Ну… Когда мы познакомились, ты мне не понравилась.

— Да, я помню. Ты сказал «страшная и противная».

— Увидев, что мне дали в напарницы красивую женщину, к тому же неглупую, я сразу понял, что затащу тебя в постель, — совершенно серьезно произнес Раш, и я выпала в осадок.

— А мне так не нужны были сложности с новым защитником, что, понятное дело, я был зол. Но ты была скрытная, осторожная, колючая. В общем, не из тех, кого я обычно соблазнял. Выбора тоже особого не было, и я решил попробовать.

Ну надо же, а я и не представляла, как оно было на самом деле!

— А потом ты спасла мне жизнь, и я решил, что не обижу тебя. Начал привыкать, мы притерлись…

— И?

Раш молчал.

— И?

— Это из-за меня Ликар и Драк не стали с тобой встречаться.

Два моих самых настойчивых ухажера? Как раз те, к которым я проявила повышенное внимание?

— Почему? Это ты их отвадил?

— Они тебе не подходили.

— Чем?

— Мы сейчас будем разбирать твои прошлые отношения?

— Ладно, разберем их позже, — зловеще произнесла я. — Дальше.

— А понял, что ты мне небезразлична, я недавно, когда тебя чуть не убили. До этого серьезных увлечений у тебя не было отчасти благодаря мне. Но осознал я это, лишь когда ты умирала на моих руках. Так страшно мне никогда не было! Всегда привыкший все контролировать, в тот момент я ничего сделать не мог.

— И что?

— Тогда я решил, что раз так глупо попался в твои сети и влюбился, то надо что-то решать.

Он меня любит!

— Не могу же я быть страдальцем! Нет, это не моя роль. План был прост — соблазнить и сделать так, чтобы ты забеременела. Но и тут все пошло наперекосяк. Мы оказались в самой гуще расследования странностей последних прорывов, а потом пострадал я, и ты стала вести себя очень странно.

О да! Странно — не то слово!

— Я подумал, что у тебя роман… с Лутаком.

— Что?!

— Да, он идиот, но любовь зла.

— Раш!

— Так вот, я решил убить этого севара и экстренно затащить тебя в постель. С твоим другом у нас, как ты знаешь, был разговор — думаю, он меня понял. А в отношении тебя я своего добился, — подытожил Раш и крепко поцеловал меня.

— Ну, знаешь, я обещала выйти за тебя, но не обещала когда, — хитро прищурилась я.

— Вот сегодня ночью это и выясним, — поцеловал меня в шею Раш, давая волю рукам.

По телу мгновенно разлилось желание, и, повернув голову чуть вбок, я поцеловала своего чадара. Пусть только попробует от меня теперь куда-нибудь деться! Найду и соблазню!

* * *

Я сидела на траве и смотрела на танцующие пары. Моя свадьба была, как и подобает, красивой и пышной. Много гостей и родственников, вокруг цветы. Столы чуть в стороне завалены подарками, яствами и кучей трофеев. Так как у нас на торжестве присутствовал чуть ли не весь Дозор, на подарок самой яркой паре не поскупились. Каких только костей чудовищ тут не было… Дети были счастливы. А через две недели после того, как я вышла за Раша, состоялся интересный разговор…

Глава 29

Никеа Лавейская

Вот и закончились наши девичьи посиделки. Я оглянулась на закрывшуюся дверь дома Рисы и, все сильнее нервничая, посмотрела на Сайлара.

— Ты чего такая бледная? Голодная? — тут же спросил он, проверяя подпруги у Ветра и Тихушницы.

Сначала согласно кивнула, а потом, тяжело вздохнув, поделилась сомнениями и страхами:

— Боюсь! Я, конечно, привела себя у Рисы в порядок и выгляжу прилично, но все же не для знакомства с твоими родителями.

— В этом синем платье с белым воротничком ты прекрасно выглядишь! Респектабельно и в то же время — сама невинность. Как учительница по этике в заведении для девочек из аристократических семей.

Сайлар, пока говорил, закончил заниматься лошадьми и подошел ко мне вплотную. Обнял за талию и прижал к себе, делясь теплом и уверенностью. Я ехидно спросила:

— Да тебе-то откуда знать про заведения для девочек из аристократических семей? — а затем уже грустно добавила: — Ты меня любишь, поэтому я тебе в любом виде нравлюсь. А твои родители более пристрастны… ведь ты же их единственный и любимый сын! И, по их мнению, для тебя не каждая женщина подойдет!

— Детка, чего ты боишься? — участливо спросил Ош, пытаясь поймать мой взгляд.

Я положила ладони ему на грудь, уткнулась лбом в плечо и только после этого глухо произнесла:

— Что они меня не примут. Ведь я анимишка, а из-за представителя моей расы ты пострадал. Более того, чуть не умер! А если они меня не примут, ты меня разлюбишь…

— Клянусь Изначальным, Ника, какой же ты еще ребенок! Да они тебя на руках носить будут! Моему отцу уже под сотенку, а мама всего на десять лет моложе его. Они мечтают о внуках, а, как ты правильно отметила, их единственному сыну — сорок, и он не женат. И если бы я не встретил тебя, еще неизвестно, когда бы сподобился жениться. Да любой, кто тебя хоть немного узнает, сразу полюбит. И, уверен, мои родители не станут исключением. Родная, мне неважно, кто и что думает о тебе или о нас, я люблю тебя и никогда не брошу. Ну что, поехали? Они ждут этого знакомства с не меньшим волнением. Утром, когда я уезжал за тобой, мама не могла найти себе места и не знала, за что хвататься.

Зарывшись пятерней в мои волосы на затылке, мягко заставил посмотреть на него. А я с облегчением улыбнулась, погладила кончиками пальцев небритую щеку любимого и согласилась:

— Поехали! Лучше быстро отмучиться, чем долго бояться и ожидать в неизвестности.

Сай громко расхохотался и заявил:

— Я потрясен, честное слово! Ты без страха едешь со мной на места преступлений, сохраняешь спокойствие во время драк и нападений. Более того, ты совсем недавно, не раздумывая ни мгновения, кинулась вместе с Рисой в смертельную авантюру по деактивации прорыва. Отдала чуть ли не всю свою кровь на это. А сейчас трясешься от страха в ожидании встречи с моими родителями. Уму непостижимо!..

Я попыталась оправдаться, хотя даже для меня собственный лепет звучал неуверенно:

— Потому что во время заварушек я всегда знаю, что ты рядом и я в безопасности. А сейчас… Это же твои родители!

Сайлару надоело уговаривать. Он подхватил меня за талию и подсадил в седло Тихушницы. Сам легко и стремительно запрыгнул на Ветра и, пустив лошадей рысью, с уверенной улыбкой произнес:

— Знаешь, лучше я тебе это докажу, чем мы будем и дальше стоять тут и препираться.

Я лишь понуро кивнула головой.

Мы не торопясь ехали по улицам Лукана, что позволило мне любоваться городом и наблюдать за его жителями. Родители Сайлара жили на другой стороне острова, и мы потратили не меньше двух часов на дорогу к ним.

Когда я увидела большой двухэтажный добротный дом, тут же сравнила его с нашим. Очень уж похожи. Сразу видно, на что ориентировался Ош, когда строил свое семейное гнездо.

Мы подъехали к калитке и, спешившись, привязали лошадей. Мне почему-то показалось, что Сай тоже волнуется перед встречей с родителями. Тут в саду возле дома я увидела мужчину с большими садовыми ножницами в руках, он ковырялся в розарии. Заметив нас, мужчина выпрямился, держа в защищенной перчаткой руке целый букет роз. А я, удивившись, тихо спросила Сайлара:

— Это твой папа?

— Да, — мягко улыбнулся он.

— Так он чадар?! Теперь я понимаю, в кого у тебя такие несвойственные севарам рост и комплекция.

Ош приглушенно засмеялся, а потом пояснил:

— Сама знаешь: кто в паре доминирует, в того и дети пойдут. После моего рождения выяснилось, что мама и папа равны по силе духа. Может, как раз потому, что они долго не могли определиться, кто в их семье главный, на свет успел появиться лишь я один. Да и то нестандартный такой… Слишком крупный для севара, и магия меня не берет…

Я же вновь с некоторой долей ехидства в голосе заметила:

— Зато как тебе повезло, правда? Ведь в нашей семье точно известно, кто главный… — а потом с тяжелым вздохом добавила: — Да уж, моему отцу будет чрезвычайно сложно принять тот факт, что род вампиров Лавейских я теперь продолжить не смогу.

Сайлар не успел ничего сказать в ответ, потому что к нам подошел его отец, чьи смоляные короткие волосы, щедро разбавленные седыми прядками, подтверждали — сотню лет этот мужчина прожил. В руках он держал красивый букет роз; парой движений очистив их от шипов, протянул мне со словами:

— Добро пожаловать в нашу семью, девочка! Меня зовут Хериш Ош и я — отец твоего жениха.

Чадар улыбался, а в его голубых глазах светились радость и волнение. Так, похоже, все-таки не одна я нервничаю по поводу этой встречи.

Я приняла букет, вдохнула его аромат, а потом, смущаясь, ответила:

— Благодарю, господин Хериш. Я — Никеа Лавейская, и для меня честь войти в вашу семью.

— Зови меня по-родственному — дядя Хериш, — тут же предложил чадар. — И пойдемте в дом, мать уже заждалась вас.

Теперь оба мужчины шли по бокам от меня и твердо держали под локти, словно я могу упасть под тяжестью букета или ненароком сбежать. Хм, видимо, Сайлар пошел в отца во многом, и не только дом строит как он, но и точно так же любит все контролировать.

В окне мелькнул женский силуэт, и буквально через полминуты широко распахнулась входная дверь. В проеме показалась стройная, красивая и еще довольно молодо выглядящая севарка. Свои длинные шикарные волосы она уложила в замысловатую прическу, а из-под черной челки на меня смотрели такие похожие на Сайларовы зеленые глаза с желтыми искорками. Хериш пробасил ее имя — Арея, а затем представил меня.

Вскоре все сидели за богато накрытым столом. И хотя по дороге сюда мы заехали в аптеку и купили мне крови, все равно я была немного голодна. Так что не торопясь, как и предписывает этикет, маленькими кусочками поглощала пищу. Вкусно!

Постепенно за столом завязалась на первый взгляд непринужденная легкая беседа ни о чем, но уже скоро я поняла, что меня в буквальном смысле допрашивают. Ненавязчиво, исподволь — про семью, мою жизнь, увлечения и причину побега.

Чем дальше, тем все сильнее я напрягалась, а потом не выдержала и осторожно поинтересовалась у обоих родственничков:

— А вы чем в жизни занимаетесь? В Дозоре не служите? Или, может, в службе безопасности Лукана?..

Оба насторожились и синхронно спросили:

— А что?

— Ну, я так, просто спросила. Вдруг в свое время Сайлар по родительским стопам в Дозор служить пошел?..

Мой любимый севар не выдержал и рассмеялся. И сквозь смех пояснил:

— Мама, папа, просто вы с таким остервенением ее допрашиваете, что подобный вопрос возник бы у любого.

Я смутилась от того, что меня сдали с потрохами, и не знала, куда смотреть. А Хериш и Арея лишь улыбались, расслабленно откинувшись на спинки стульев. Они в этот момент были так похожи, что стало понятно: эта парочка даже думает одинаково и действует, соответственно, тоже. За годы совместной жизни, наверное, и мысли друг друга угадывать научились.

— Ника, выпей морковного соку. Он полезный! — посоветовала, как приказала, Арея.

— Спасибо, но я не люблю морковный сок, — отказалась я с мягкой извиняющейся улыбкой.

— Отговорок не принимаю! Овощи полезны для здоровья! — твердо настаивала моя будущая свекровь.

— Да я пока на здоровье не жалуюсь, — чувствуя неловкость, попыталась вновь отвертеться от сока.

— Зато будущему малышу это необходимо! — огорошила меня Арея.

Чувствуя, как горят от смущения щеки, стиснула руки под столом в кулаки и пролепетала:

— Так я вроде и не в положении еще…

— Сегодня — нет, а завтра все возможно. Лучше подстраховаться! — безапелляционно заявила она.

Что же это такое?! Дома терпела отцовский домострой, Сайлар тоже любитель покомандовать, а тут еще и его родственники приказывать намереваются?.. Сжав еще сильнее кулаки и опустив взгляд, я твердо и категорично ответила:

— Благодарю, но морковный сок я не люблю и пить не буду. А о здоровье будущего малыша позабочусь, употребляя другие полезные продукты. Когда придет время!

К моему изумлению, Арея нисколько не обиделась на меня, а довольно улыбнувшись, высказалась:

— Хвала богам, у тебя имеется характер! Я уж испугалась, что Сай тебя в бараний рог скрутит своими тиранскими замашками.

— Мама! — возмутился ее сынок.

Зато я обменялась с ней понимающими взглядами. Мое волнение и страх, что меня не примут в этой семье, улетучились, как утренний туман. И теперь я вела беседу гораздо свободнее и непринужденнее.

И, как выяснилось, я оказалась права в своих догадках. Оба родителя Сайлара работают в службе безопасности города. В разных сферах, но на высоких должностях. Вот чую я, что мои дети праздную и спокойную жизнь тоже вести не будут…

За последующие три дня меня еще несколько раз испытывали на прочность, но командовать собой я позволяла лишь Сайлару, да и то потому, что люблю и мне просто приятно ему угодить. Но время, проведенное с родителями Сая, дало надежду, что у меня теперь появилась новая надежная крепкая семья, которая не даст в обиду ни меня, ни моих детей.

* * *

Мы стояли на платформе «летучки» и прощались с друзьями — Рисой и Рашем. Подруга обняла меня и шепнула, чтобы я связалась с ней позже — обсудить наших мужчин.

Затем я с тщательно скрываемой ревностью с улыбкой наблюдала, как Риса обнимала Сайлара и они шептались о чем-то. Заметила, что Раш тоже недоволен тем, как посторонний мужчина хватает его подругу. Пусть и не соперник, но все же… И мысленно усмехнулась: моя ревность при виде чужой тут же исчезла. Я умею видеть чужие ошибки и учиться на них.

А когда поезд взлетел, ощутила грусть от расставания с единственной подругой. Приникнув к груди Сая, обняла за талию, упиваясь его теплом и самим присутствием любимого рядом. Неожиданно вспомнила, как я вот так же летела в поезде первый раз, убегая от навязанной судьбы и нежеланного брака. И тех пассажиров, что летели вместе со мной. А ведь сейчас, возможно, кто-то точно так же наблюдает за нами…

— Ты не голодна? — тихо над ухом спросил любимый.

— Нет, — ответила я, поднимая взгляд на своего севара.

— Твой страх прошел, Ника? Мои родители не так страшны, как ты себе воображала? — улыбаясь, поинтересовался он.

— Они — жуткие тираны, но вы втроем так сильно похожи, что я уже их люблю. В такой компании ничего не страшно, они любого недоброжелателя и самого злобного врага напугают.

Сайлар с полминуты сверлил меня взглядом, а потом не выдержал и рассмеялся:

— Я им скажу об этом. А то они как раз переживали, что показали себя не с лучшей стороны со своими замашками дознавателей. Что делать — привычка!

Когда внизу показались знакомые голубые крыши Гиреи, я ощутила небывалый подъем и радость. Мы дома! Что может быть лучше?!

Дождавшись, когда выгрузят наших лошадей, мы сразу направились домой. С Людвигом Нейром Сайлар несколько раз говорил по неосети от родителей. Так что мой любимый начальник организовал нам обоим пару дней отпуска для завершения важных дел. И первое из них — брачный обряд по традициям вампиров. Сайлар мотивировал это потаканием мне, но я почему-то решила, и не без оснований, что благодаря этому обряду он просто пытается обеспечить себе мою абсолютную верность.

Весь следующий день я потратила на хождение по магазинам. Самое удивительное, что мой жених вызвался меня сопровождать. Я приобрела красное платье для завтрашнего обряда, туфли на высоком каблуке и малиновый палантин, которым следовало прикрывать волосы и плечи, — все как полагается. Помимо этого Сай уговорил меня приобрести новый гардероб и множество необходимых в повседневной жизни вещей, которых вот уже несколько недель после побега я была лишена.

Совершая очередную покупку, я с улыбкой заметила:

— Твоя бывшая подружка Милис была не права. Ты не скупой и не жадный. Ты — транжира!

Сайлар, успевший расплатиться за совершенно лишний и не сильно необходимый мне набор шарфик-перчатки-шляпка, повернулся ко мне, обласкал взглядом своих оливковых глаз и удивительно мягко практически проворковал:

— Нет, это ты ошибаешься! А Милис права, я скупой. Просто все это ты будешь носить для меня, а для себя мне ничего не жалко!

Я с досадой шлепнула его ладошкой по плечу, но не выдержала и рассмеялась. А потом проворчала:

— И чтобы не лишиться потраченного, ты завтра потащишь меня в храм вампиров, да? Привяжешь к себе кровью?

Сайлар усмехнулся еще шире и честно ответил:

— Смотри-ка, ты начала видеть меня таким, какой я есть, без прикрас. Еще не передумала?

Закусила клыком губу, посверлила севара взглядом, отчего его ухмылка медленно пропала, а в глазах появилось напряжение, а потом не выдержала, расплылась в улыбке и, покачав головой, ответила:

— Я никогда не идеализировала тебя, но полюбила почти сразу — как только перестала бояться. Так что не передумала и не передумаю никогда!

Не обращая внимания на лавочницу и ее помощницу, Сай склонился надо мной, заключил мое лицо в ладони и поцеловал. Крепко, вкусно, забирая воздух и саму душу…

Затем, отстранившись, с любовью смотрел на меня, пока я пыталась отдышаться, цепляясь за него.

* * *

Небольшой вампирский храм Гиреи, расположенный вне стен города под одним из холмов, начал медленно окрашиваться в красные цвета заката. Народу почти не было, в городах в нынешнее прогрессивное время вампиры нечасто посещают свои храмы и приносят свою кровь в дар богам. Лишь во время традиционных праздников да брачных обрядов эти темные каменные стены слышат эхо шагов и чьи-то голоса.

Жрец и пара совсем юных мальчиков-служек окуривали алтарь благовониями, а мы с Саем стояли на коленях, опустив головы. Сладковатый дымок таинственным призрачным водопадом спускался по древнему камню вниз и окутывал наши склоненные головы. Очень скоро я утратила чувство реальности, слыша лишь голос жреца и ритуальные песни мальчиков-вампиров.

Нас заставили подняться на ноги и вплотную приблизиться к алтарю, на который сверху из круглой дыры в куполе храма лился красный свет заката. Отражаясь в отполированной до блеска каменной поверхности, он напоминал пламя. Лишь в центре алтаря выделялись древние руны, над которыми мы оба надрезали наши ладони и окропили их своей кровью.

Резкая боль в руке сменилась теплом, которое, становясь все сильнее, начало распространяться по всему телу. Через несколько мгновений я ощутила, что горю уже вся, и испуганно прильнула к Сайлару, сжимая своей ладонью его руку. И действительно, как и рассказывала мне в свое время мама, огонь в крови потух, сменившись ласковым теплом.

А краем уха услышала последние слова жреца:

— И пусть это тепло соединит ваши души, обогреет в горе, добавит счастья в час радости и подарит продолжение в виде новой жизни. Будьте едины, дети Айфира!

Мы с Саем, еще ошалелые от проведенного ритуала и испытанных ощущений, вышли из храма. Последние лучи светила ослепили нас красным светом, заставили зажмуриться и в качестве поддержки неосознанно вновь схватиться за руки.

Проморгавшись, повернулись лицом друг к другу и встретились взглядами. И так и стояли, все еще не в силах поверить, что теперь мы действительно муж и жена, до самой смерти.

Я, под впечатлением от случившегося, с восторгом поделилась:

— Сай, это было невероятно! В какой-то момент я думала, что сгорю, а потом твоя рука в моей ладони успокоила, охладила, а потом согрела, как мне кажется, саму мою душу!

— Знаешь, любимая, со мной было так же. И мне интересно: это нормально для представителей других рас? — удивленно улыбаясь, поинтересовался Сайлар.

Позади нас раздался голос жреца:

— Нетипично, вы правы, господин Ош. Так бывает, когда у вампира в паре сильный дар к магии крови. Этот дар усиливает ритуал, распространяет клятву верности и на партнера, который не является вампиром. Так что поздравляю, госпожа Никеа, ваш муж будет так же хранить вам супружескую верность, как и вы ему. Уверен, это скрепит ваш брак, как ничто другое!

Последнюю фразу жрец произнес с большой долей ехидства, неожиданно весело поглядывая на нас. Подмигнул с хитрецой и. насвистывая, удалился в сторону виднеющихся чуть ниже храма жилых построек.

Сайлар изумленно посмотрел на меня, а я расхохоталась. Сквозь смех заявила:

— Вот уж теперь точно: ты вкладываешь свои деньги в меня, а значит, в себя. Без вариантов. Мы отныне неразлучны!

Муж хмуриться и предъявлять претензии не стал, хотя я внутренне и опасалась такой реакции. Об этой маленькой особенности, тоже рассказанной мамой, я не решилась сообщить ему до ритуала. Все-таки я — коварная анимишка и никакие хитрые приемы, полезные для получения личной выгоды, мне не чужды! Когда Сайлар перестанет меня идеализировать, то сможет это понять.

Посверлив меня задумчивым взглядом, Ош сгреб меня в охапку и зацеловал чуть ли не до смерти.

— Я все равно люблю тебя! — хрипло выдохнул он после поцелуев.

Ага, много времени, чтобы просчитать меня, ему не понадобилось!

— Я тебя еще сильнее!

Довольные собой и друг другом, мы верхом отправились домой. Впереди еще брачная ночь ждет!

Но стоило нам с бокалами вина разместиться в гостиной перед горящим камином, в дверь громко постучали. Такое ощущение, что ногами.

Сайлар нахмурился, встал и пошел к двери, я решительно последовала за ним.

Когда он распахнул двери, я испуганно ойкнула, а потом только широко раскрытыми глазами наблюдала за тем, как, не спрашивая разрешения, в прихожую ворвался мой отец. За ним чинно проследовала мама, как всегда, в длинном шикарном платье бордового цвета.

— С кем имею честь… — хмуро начал Сайлар.

Но отец оборвал его:

— Ни один севар чести не имеет! Никеа, собирайся, ты едешь домой. Погуляла, маленькая дрянь, и хватит с тебя!

— Ни один севар не продаст свою дочь за еду или долги, тем более чужие! Так что не вам говорить об отсутствии чести, господин Лавейский, — ледяным тоном заявил Сайлар, резко захлопывая при этом хвостом дверь.

Мама удивленно вскинула брови, рассматривая Оша. Я же тряслась от страха. Отец всегда меня пугал, а сейчас он был в бешенстве. В этот момент я мысленно ругала себя за то, что решилась, когда была у Рисы, побеседовать по неосети с мамой. И в общих чертах рассказать о себе. Они так быстро нашли меня здесь, а ведь я лишь город назвала и сообщила, с чем связана деятельность моего жениха… Ой, вот дура-то! Я хотела успокоить маму, а она… вновь предала.

Незажившая старая рана снова вскрылась и закровоточила. Я не вслушивалась в перепалку отца и Сайлара, а они уже говорили на повышенных тонах.

— Да я тебя в порошок сотру! Я аристократ в энном поколении, приближен ко двору! Да я… — кричал отец, брызгая слюной.

Сайлар, нависая всей своей внушительной массой над моим жилистым низкорослым отцом, глухо рычал:

— Клыки обломаете, папаша! Я и не таких опускал с небес на землю. Этот город — моя территория, и здесь я — король! Половина Дозора — мои друзья, а другая — приятели или должники. Куча торговцев и крупных банков — мои клиенты. Только шевельните пальцем, чтобы навредить мне или Никее, и я вас по миру пущу в одних кальсонах!..

Мужчины бы еще долго выясняли, кто круче, но мама оценивающим взглядом прошлась по моему свадебному красному платью и собранной на макушке гриве волос, прикрытой малиновым палантином, и громко заявила:

— Оттис, мы опоздали, дорогой!

Папа замолчал и, раздраженный тем, что его прервали, спросил:

— О чем ты?

Мама едва заметно мягко улыбнулась мне, а папе ответила:

— Они прошли брачный обряд. И, судя по ее наряду, в храме вампиров по нашим традициям. Так что Никеа больше не сможет служить твоим великим целям. И пополнить нашу казну выкупом тоже… И разводиться ей смысла уже нет.

— Да кто бы ей позволил? — прорычал Ош.

Он подошел ко мне и яростным собственническим жестом обхватил за талию, крепко прижимая к себе. А у меня от этого жеста на душе стало легко и тепло. И пусть моим мнением тут вообще никто не интересуется, сейчас не тот момент, чтобы обсуждать это с Сайларом.

Отец посмотрел на меня злым взглядом и прошипел:

— У тебя есть выбор. Либо ты отказываешься от этого хвостатого животного и возвращаешься домой, либо у тебя больше нет семьи. Ни отца, ни матери… В моем доме севаров никогда не будет!

Я в шоке уставилась на отца, при этом краем глаза отметив, как побледнела и удивленно посмотрела на него мама. Но промолчала, даже не взглянув на меня.

Рука Сайлара на моей талии напряглась и превратилась в камень. Я судорожно вздохнула, а потом пустым бесцветным голосом ответила:

— Значит, у меня больше нет отца. И мое родовое имя отныне Ош! — Я сняла фамильное кольцо и кинула родителю, но он успел его поймать. А я с угрозой добавила: — Моих детей никто не назовет хвостатыми животными, иначе я перегрызу за это глотку!

Отец постоял с минуту, изучая нас, потом молча развернулся и, открыв дверь, вышел.

Мама последовала за ним, но у дверей повернулась боком, так, чтобы отцу не было ее видно, улыбнулась и одобряюще подмигнула. Затем, быстро проверив и убедившись, что отец, не оглядываясь, идет к карете, шепнула:

— Поздравляю вас! Спишемся немного позднее… Когда он успокоится.

Грациозно выплыла на крыльцо и, не оборачиваясь, направилась к ожидающему ее мужу.

Сайлар закрыл дверь, подошел ко мне и крепко обнял, прижав к себе. Несмотря на то что мама не отказалась от меня, было больно. Уткнувшись в грудь мужа, я стояла и плакала. Когда слезы закончились, в груди возникла странная звенящая пустота.

Сайлар подхватил меня на руки и отнес в спальню. Мы долго лежали в обнимку, а потом мой муж начал медленно раздевать меня, целуя всюду. И шептал нежности и слова любви, заполняя пустоту своим теплом. Очень скоро тот самый огонь, что опалил нас в храме во время обряда, разлился внутри меня, но не обжигал, а все сильнее заставлял прижиматься к телу Сая. Умолять потушить его, соединиться как можно плотнее, сильнее. Почувствовав его в себе, испытала невыразимое облегчение, а затем наши тела начали двигаться в древнем танце любви, мы отдавались ему всем телом, вместе достигнув самого пика наслаждения и разрядки.

А потом лежали, крепко сжимая друг друга в объятиях, словно боясь потерять, и постепенно успокаивались.

Уже засыпая, но так и не разжав объятий, я удовлетворенно и немного удивленно прошептала:

— У меня такое чувство, что я вечность люблю тебя. Что я ждала только тебя. И сейчас я ощущаю себя полностью цельной. И счастливой, как это ни странно после встречи с отцом и мамой. Только потому, что ты рядом!

Сайлар закинул на меня ногу, подгреб еще ближе и, полностью расслабившись, проворчал:

— Ты это только сейчас поняла, а я, можно сказать, на второй день нашего знакомства. Представляешь, каково мне было? Понять, что встретил свою любовь. А ты пугливая, робкая, но иногда такая острая на язык. Я чуть не поседел, пока подводил тебя к мысли, что я — твоя судьба! И меня нужно любить, холить и лелеять…

— А меня? — встрепенулась я.

— Тебя я и так люблю, холю и лелею. Куда уж больше? — сонно ответил он.

Положил лапу мне на грудь, помял, а потом, довольный, засопел у меня над ухом.

А я, еще немного полежав, заснула с улыбкой на устах, потому что мое счастье спит рядом. Меня любят, я люблю, а что еще в жизни надо? Учитывая, насколько она хрупкая, эта жизнь.

Эпилог

Н: Приветствую тебя, любимая подруга!

Р: Ого! Появилась, наконец! Ты чего пропала на две недели?! Я же волновалась!

Н: У меня тут сразу две новости! Помнишь, я тебя год назад представляла нашему знакомому дознавателю? Такому наглому обаятельному ведьмаку Эйку? Так вот, представляешь, он наконец сподобился сделать предложение нашей Хойте. А я теперь — подружка невесты. Мы две недели пытаемся выбрать ей платье свадебное. И я никогда не думала, что она окажется настолько придирчивой в этом вопросе. А ведь до встречи с Эйком она ходила как ты — в костюме наемницы или служащей Дозора! Кошмар, как меняется женщина, встретив любимого мужчину! А вторая новость — ко мне мама приехала погостить! Она ради этого поссорилась с папой. Я не думала, что она пойдет на такое ради меня и нашего с Саем сына. Хотя вчера мама по секрету мне сказала, что всегда была неравнодушна к севарам, а наш хвостатый сынок с первого взгляда покорил бабушкино сердце. Как будто ей двух внуков от моего старшего брата не хватает!..

Р: А мои меня окончательно достали по поводу службы в Дозоре, и я с ними поругалась. «Молодая мать не должна рисковать своей жизнью. Как твои сын и дочь будут без тебя, если что случится?» А я не могу по-другому, и Раш без меня уже не сможет. Не бросать же мужа на произвол судьбы?!

Н: А тебе самой не жаль, что твои близнецы большую часть времени проводят с твоими родителями?

Р: Они проводят его со мной. Я на задании провожу не больше времени, чем остальные люди на работе. Так что в этом плане меня и детей все устраивает. Их папа с нами согласен. Раш продолжает подтрунивать надо мной, что это теперь моя пожизненная обязанность — его охранять!

Н: Да уж, при такой работе, как ваша с Рашем, я хорошо понимаю, почему ты не хочешь уходить из Дозора. Сайлар тоже считает, что лучше тебя никто спину Раша не прикроет. А уж твой муженек из кожи вон вылезет, но не позволит с твоей головы и волосинке упасть.

Р: Раш считает, что охрана нужна не от монстров (тут он мне свободы не дает), а от посторонних женщин. Вот в плане этой охраны, по его словам, я могу себе ни в чем не отказывать.

Н: О-о-о… Я почему-то не сомневаюсь, что ты с ним в этом солидарна и ни в чем себе не отказываешь. Как, кстати, с последней жалобой на тебя? Разрешилось все? Той вампирке сумели перекрасить волосы из зеленого в нормальный цвет?

Р: Конечно! Какая женщина себе в таком откажет, да еще с моей подготовкой! Поэтому не сомневайся, Раш в полной безопасности. Относительно жалобы сдвигов нет. Начальство в женские дрязги мало лезет. А Лутак — прекрасный профессионал, его средства просто так с волос не смоешь. А может, вообще не смоешь…

Н: мр-р-р-руак-к-кп…

Р: Что это?

Н: Упс. Прости, это сынуля сбежал от бабушки и решил присоединиться к нашего переписке.

Р: Его сообщения интереснее твоих и заставляют задуматься!

Н: О чем? Что пора бы ему учиться писать не на стенах красками и не на папиных костюмах кашей? Сайлар уже сейчас пытается начинать, но Эрику всего год, так что… Но мой муж не отчаивается! Он видит гений своего первенца во всем, что бы тот ни делал.

Р: Пора бы ему расшевелить тебя и Сая. А то где второй ребенок? Совсем обленились!

Н: Риса, подруга, всего два года прошло с нашей свадьбы! Эрику год, можно мне хоть немного отдохнуть? Ты настоящая подруга Саю, вы спелись… нет, вы сговорились за моей спиной! Он меня уже замучил просьбами родить ему девочку, как у Раша.

Р: Вот и порадуй мужа. У вампиров это первое дело…

Н: Я мужа радую каждый день! Но всему есть предел. Когда вы приезжали с близнецами полгода назад, Раш обозвал Сайлара слабаком. И все потому, что у твоего громилы вышло родить сразу двоих, а мой лишь на одного настарался. И теперь Сай нервничает. Так что во всем твой Раш виноват! И вообще, лучше расскажи мне, чем закончилась последняя ссора Лутака с Рашем. Они друг друга еще не прибили?

Р: Нет, но мне жизнь осложняют как могут. Ты ведь помнишь, весь сыр-бор разгорелся из-за того, что Лутак пригласил меня на свою свадьбу с той невестой вампира, которого я собиралась соблазнить. А Раш мало того, что Лутака не переносит, так еще и та история все еще у него в печенках сидит. Постоянно заводится из-за этого. Так что пока спорим, хотя и достигли некоторых договоренностей. Я не заставляю его влезать в костюм, он смотрит (цитирую) «на ужасную физиономию моего друга» целый вечер.

Н: Ой бедняжечка-а-а-а! А я бы его еще и рубашку с жабо заставили надеть и отомстила бы за Сайлара, нацепив на него бабочку! Потерпел бы!

Р: Кто о чем, а хромой о костылях.

Н: Просто наши мужчины слишком любят быть везде самыми первыми, самыми сильными и умными, а главное — единственными!

Р: И Раш задел больное самолюбие твоего любимого. Зато теперь Лутак наступил на больную мозоль самого Раша. Как говорится, круговорот пакостей в природе!

Н: Риса, приезжайте к нам через месяц в гости. У нас сейчас весна, скоро лето будет. Тепло, фрукты, ягоды — все что нужно для детей, Сайлар приобрел нам загородный дом на озерах. Так что отдохнем все вместе. В прошлый раз было так здорово!

Р: Договорились. Надо выгулять своих, да и от родителей отдохнуть. Как только дадут отпуск, так подробнее обговорим. Все, меня муж зовет. Счастливо и до связи. Твои советы все это время с момента нашего знакомства поддерживали и направляли меня. Кто знает, как бы все повернулось, если бы не они…

Н: Риса, твоя дружба, поддержка и советы помогли мне выстоять в трудное время и многому научили. А главное, ты — такая же моя опора в жизни, кик и моя семья — Сайлар и Эрик. Я люблю тебя!

Р: Да, никогда не знаешь, как повернется жизнь и что поможет в трудную минуту. Поэтому… спасибо тебе — за твой совет онлайн!

Content

Наталья Косухина
Ольга Гусейнова
ТВОЙ СОВЕТ ONLINE

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Эпилог