Элина Обухова

ШАССА

Пролог

Худощавый мужчина с резкими чертами лица, задыхаясь от усталости, бежал по лесу. Вдали слышались крики солдат и громкое шипение нагоняющих его шасс. Он в очередной раз оглянулся, а достигнув неприметной полянки, произнес слова. Послышался рокот и открылся вход в небольшую пещеру.

— Уже скоро… Совсем скоро… — пробормотал человек, утешая самого себя. Он торопливо вбежал в пещеру и закрыл вход. Прислонившись спиной к каменной стене, он на некоторое время закрыл глаза, а потом часть стены в самом темном углу пещеры стала вязкой, как трясина, стекла и впиталась в пол. Неизвестный открыл глаза и стрелой метнулся в открывшийся проем. Каменная преграда с чавканьем волной поднялась и снова все стало как и было все двадцать лет назад.

В центре небольшой комнаты был постамент с характерной выемкой в центре, больше всего подходящей для какого-то кольца или медальона.

Мужчина стянул с себя куртку, разорвал подкладку. На пол выкатилось небольшое кольцо-печатка со странным гербом. Человек осторожно вставил его в выемку на постаменте, затем произнес несколько слов на шипящем языке и улегся на пол, сложив руки на груди. Его дыхание сначала выровнялось, а потом… и вовсе пропало!

Прошло 15 лет.

Небольшая комната в пещере озарилась яркой вспышкой. В центре этой комнаты стоял каменный постамент, а у подножия лежало существо, больше похожее на мумию, чем на живого человека! А в том, что он живой, не было никакого сомнения: «мумия» пошевелилась и с трудом, но все же села. С отвращением рассматривая себя, она проскрежетала:

— Ну и вид… Потребуется много жизней, чтобы хоть отчасти восстановить то, что было раньше! — потом говоривший посмотрел на вновь загоревшееся кольцо.

— Значит, таки родился настоящий наследник… — кольцо так манило — протяни руку и надень, и тогда… Но иссушенные губы искривились в улыбке:

— На этот раз меня так просто не поймаешь… Я подожду, сколько надо — столько и подожду…

* * *

Иногда бывает так, что боги развлекаются тем, что подталкивают человека к нужным им действиям. Немногие могут сопротивляться, еще больше раззадоривая вершителей судеб мира, и уж совсем единицы могут играть с ними на равных. Боги созданы для того, чтобы ткать полотно судьбы, состоящее из многих переплетающихся нитей — судеб различных людей. Однако это лишь видимость — судьба прядет себя сама. Лишь сами люди определяют свои судьбы, а вовсе не боги или демиурги — создатели миров.

* * *

Забавно то, что многие власть предержащие мнят себя великими интриганами, упиваются тем, что, как им кажется, управляют людьми, мнят себя великими кукловодами, не замечая того, что сами становятся пешкой в руках «куклы».

Выдержка из Книги Судеб

Боги имеют обыкновение исполнять любое, пусть самое мимолетное, пусть невыполнимое, даже безумное, но яркое и сильное желание, и затем смотреть, что будет дальше.

Действительно, разве не бывало у вас самих — на миг, всего лишь на одно бесконечное мгновение вы поняли, что вот она — ваша цель, вы осознаете, к чему стремитесь в беспорядочном метании по жизни, — но тут же прозрение заслоняется рутиной и повседневностью. И обычно исполнение такого желание весьма отличается от того, как представляет это проситель.

«О богах, их увлечения и слабостях», Риоло Храбрый (правда храбрый — раскрывать слабости богов — не каждый решится).

Часть 1

Саишша

Я медленно ползла по коридору по направлению к Залу Учеников. У меня было назначено дополнительное занятие по некромантии. Учитель Сашшимес тер Линь[1] говорил, что требуется больше упражнений, иначе могу не справиться с даром…

Тахешесс[2], для чего мне это, если я постоянно контролирую себя?! Если я не могу прожить и дня без постоянного страха за то, что произошло давным давно…

Ай, как чешуя чешется! Скоро линька, а значит, мне придется неделю без общества сидеть, иначе прибью кого-нибудь.

Но вот и Зал Учеников. Встречает меня Учитель собственной персоной.

— Темных тебе дней, Саишша. Давай начнем урок. Сегодня мы отработаем упражнение Теурусса, то самое. Ты готова?

Глупый вопрос. Как будто он не знает.

— Конечно, Учитель. Как и всегда.

Я начала плести заклинание, а Учитель страховал. Если что-то пойдет не так, последствия будут минимизированы. Ну, разве что пол в Верхних покоях дрогнет… Да шучу я, шучу! Не дрогнет, там ведь защита как в Сокровищнице стоит…

Внезапно я услышала зов. Нет, не так — зов. Он манил и притягивал меня, хотелось оказаться как можно ближе к его источнику, и впитывать мелодию зова всей чешуей…

В голове не было ни одной связной мысли, кроме стремления добраться до источника этой чудесной мелодии, которая околдовывает, манит, кружит голову…

Выползя из пещер, я оказалась на светлой полянке, залитой солнечным светом. На ней стояла группа людей. Я развернула височные гребни. А, нет, не только людей. Там был еще и наар[3].

Высокий, мускулистый, брюнет, да еще длинноволосый! Будь он одним из нашего народа, влюбилась бы сразу же! Волосы, кстати, заплетены в косу. Длинную. Красивую…

Хм, он еще и черноглазый… На лице, на правой щеке уродливый шрам. Судя по всему, он оставлен когтями какой-то нежити. Почему я решила, что это нежить его подрала? Так это проще простого, нежить всегда после себя рваные раны оставляет, которые потом очень тяжело заживают. После них остаются узловатые белые рубцы, как у нашего Хранителя читального зала. Он тоже однажды повстречал какую-то сильную нежить… Как интересно… Но мелодия зовет, не дает отвлечься на другие мелочи…

И тут я заметила дудочку в руках одного из них. Что?! Это Охотники?! Как они нашли нашу пещеру, мы же укрывали ее, как только могли!..

Я нырнула в кусты и поползла отсюда. Быстро, со всего хвоста, вздыбив все гребни и головные шипы, потому что хорошо помнила, что происходит с теми, кого нашли Охотники…

Вылетев на полянку, я остановилась и стала сканировать пространство. Никого… кажется, оторвалась. Слава тебе, Шаирэссар[4]!

Внезапно правую сторону головы обожгло болью. Закапала темная кровь… Я с гневным шипением схватилась за шипы. Я эту красоту десять с половиной циклов растила!!! Кто пос-смел?!

Передо мной на поляну вышел наар. Как же хочется стереть ухмылку с его рожи! Подсечка хвостом, пустить «Шепот», затем «Дыхание Ночи»… А, Тахешесс, на него не действуют заклинания! Тогда хвостом! На тебе, на!

Отбил, смерд! Лопатку кольнуло, но я не обратила на это внимания. Но уже в следующую минуту веки налились тяжестью, и я потеряла сознание…

Норд

Я стоял на поляне, пока дудочник выманивал шассков из их логова. Ну же, давайте побыстрее! Так хочется увидеть, каковы вы на самом деле!

Но вот и они. Проход настолько узок, что шасски могут проползти только по одному. Это позволяет рассмотреть их каждого по-отдельности. Все голубых или синих цветов. На головах странные шипы, они длинные (около метра) и как будто из проволоки. Да еще и светятся!

Но тут появилась следующая шасска, и я будто онемел. Снежно-белая кожа мягко светилась, глаза без зрачков цвета зеленого некромантского пламени напоминали звезды. Шипы на голове шасски светились изумрудным светом, чешуя хвоста переливалась всеми оттенками зеленого, от светлого, почти белого на животе, до темного, с искрой на спине. На висках, а так же вдоль спины и хвоста раскрыты полупрозрачные гребни. Они радужные!

Только одно несколько портило ее внешность: горбинка на носу, словно его уже когда-то ломали. Однако на фоне ее красоты это только придавало ей некий шарм. Должно быть, если бы шасска не имела этого маленького недостатка, она выглядела бы красивой куклой, которыми играются дети аристократов. Статуя, а не живое существо.

Окинув нашу группу задумчивым взглядом, шасска направилась в колонну других, покорных воле чарующей мелодии, но тут ее глаза остановились на дудочнике. В них полыхнула ненависть, и шасска стрелой метнулась в лес. Куда?!

Я рванулся за ней. От ее довольно длинного (около четырех метров!) хвоста оставался четкий след. Впереди я заметил просвет. Замедлил движение и, ступая очень осторожно, выбрался на поляну. Шасска замерла посередине, будто прислушивалась к чему-то. Я взмахнул мечом, целясь срезать несколько стоящих дыбом шипов. Потом прикреплю куда-нибудь, получится красивое украшение.

Издав гневное шипение, шасска схватилась за концы обрезанных шипов. Я подошел к ней поближе, на всякий случай, держа наготове меч. Эта чокнутая стала на меня бросаться! Точно ненормальная! Бросила парочку заклинаний. Ха, ничего этим не добьешься! Эти заклинания через меня как через воду проходят! Стоп, шасска колдует?! У них же нет способностей к магии!

Сзади шасски показались наши. Ловчий стрельнул усыпляющим болтом. Это правильно, такую красоту можно и пожалеть. Глаза шасски притухли и она мешком свалилась на землю.

Застегнув анти-магические браслеты (я предупредил командира об этом феномене) и, связав шассе руки цепью из митрилла, мы погрузили ее в фургон. Затем стали свежевать других. По пути ко входу в их логово я подобрал те шипы, которые срубил у изумрудной. Они медленно тускнели, пока не превратились в обычные серые палочки. Жаль, так красиво было…

Погрузив шасску в фургон, ко мне подошел командир. У нас не принято было называть в командах друг друга по именам, ведь шасски далеко не одна раса нелюдей. Некоторые могут убить даже наара, поэтому состав команды довольно-таки часто меняется, благо, что новобранцев всегда хватает.

— Будешь сидеть с этой шассой, пока не приедем в город, — сказал командир.

— Почему я?! Ладно, посижу. А если очнется? — спросил я.

— Ну, покорми, что там им еще надо. В-общем, сам разберешься! Сбежит — головой ответишь! Такой экземпляр нужно подарить Верховному Инквизитору, тогда может, повышение получим, — пояснил командир.

Залезая в фургон, я заметил, что шипы шасски стали похожи на обычные волосы, разве что слегка мерцающие. Почему они опали? Не понимаю. Да и светятся не так сильно. Тут они вспыхнули нестерпимо ярко, шасска резко села и ощерилась. Уже развязалась?..

Странно, шипы опять встали… Опа, а у нее в «прическу» бусины вплетены! Интересно посмотреть…

— Тихо, тихо, не буянь! — успокаивающий тон, демонстрация пустых ладоней, — Если будешь вести себя плохо, будет больно! Понятно?

Яростные глаза опустились, шасска забилась в самый дальний уголок фургона. Ее волосы светились так ярко, что освещали весь фургон.

— Покажи мне свои волосы, а? Интересно!

Молчание. Я даже уже хотел повторить свою просьбу, как вдруг услышал:

— Обойдеш-шься! — далее шло какое-то шипение, видимо, мат. Она умеет разговаривать?!

— Почему? Ведь такая простая просьба! — я искренне недоумевал, — Давай так, я принесу тебе поесть, а ты покажешь мне волосы? Идет?

— Идет! — через силу.

Быстро сбегал наружу за едой себе и шассе, благо уже было обеденное время.

— Что, очнулась? — спросил капитан.

— Ага. Вон, поесть захотела.

— И как она в целом?

— Нормально, до столицы продержится. Может, даже товарный вид сохраним.

Вернувшись, я сунул шассе миску, но она озадачила меня вопросом:

— А где остальное?

— Что — остальное? — удивился я.

— Ну, ложки, вилки. Что вы за деревня такая? — с презрением. А сама-то!

— А ты не задумывалась, что в походе не до вилок и ложек? — я, издевательским тоном.

Засопев, шасска отвернулась спиной и занялась едой. Э, а волосы?

— Смотри, если интересно, — бросила через плечо.

Ну, ладно. Пересев на корточки, стал перебирать ее шипы. Удивительно, но они мягкие и походят на шелк! Рассмотреть бусины не получилось, они жглись, когда я к ним прикасался. А взгляд с них как-бы соскальзывал[5]. Кстати, только сейчас заметил, что у нее не кожа, а мелкая чешуя на туловище.

— А почему они гаснут, когда их отрезаешь? И кровь у тебя все еще течет. Странно…

— Потому что, как ты заметил, наши шипы питаются кровью. Нет крови — нет жизни. Ну ладно, хватит! Насмотрелся! И вообще, чего это ты такой добрый? Другие бы и пальцем не пошевелили, а этот еды принес, шипами интересуется! С чего бы это?

— Просто интересно. Я вообще, шасс впервые вижу!

— Ну и отвали тогда! Любуйс-ся ис-сдали!

Саишша

Точно, линька скоро… Вон, даже на шипение сбилась.

А парень вроде нормальный, может, и сбежать получиться. Значит, нужно засунуть свою линьку туда, где солнышко не светит, и птички не поют, и попробовать втереться к нему в доверие. Что-что? Куда засунуть?! Я вообще то глухой забой имела ввиду…

А какой у него голос оказался… Сильный, такой… такой… ну, мужской! Хотя и так понятно, что не женский.

Но все-таки, какие эти люди отсталые! Мало того, что еду руками едят, так и готовят так, что от одного взгляда рвотный рефлекс срабатывает!

Сдались ему мои шипы! Раньше думать надо было, когда мечом махал! Хорошо хоть кровь остановилась! Отрастут они еще нескоро, дайте боги года через три достигнут той длины, которая была у них до сегодняшнего дня.

А теперь неплохо бы было поразмышлять над своим положением. Что там нам преподавали в родном клане? Цитирую: «…опасайтесь Охотников, и если вас везут живьем, кончайте жизнь любыми способами. Всю добычу свозят в столицу к Верховному Инквизитору, и если есть живые сородичи, устраивают кровавые игрища…»

Значит, к Инквизитору… Помню, нам показывали в новом клане картинки, какие игры предпочитает инквизиция. Пол-зала[6] кошмарами мучилось…

Значит, нужно бежать, причем очень и очень быстро. Ночью могу «засветиться», причем в прямом смысле слова — чешуя и шипы ой как ярко светятся…

Днем? Возможно, только нужно выпросить сон-траву. Нет, это не пойдет, хотя план хорош. Может, берегинь попросить? Берегинь — это такая интересная травка, которая убивает всех, кто вдыхает ее дым. Скажу, что нужно в кусты, а там… Хвост длинный, никто не заметит, как я кину связку трав в костер…

Так, а когда все умрут, быстро ползем в лес. Жаль, колдовать нельзя, митрилл все блокирует, значит, заметать следы будем вручную.

Нужно отползти на максимальное расстояние, а потом позаимствовать чью-нибудь берлогу или попросить лешего. А потом переходами, на пределе сил и возможностей, в Темную Империю. Лешие всегда нам помогали, так что не обидят… Оковы в первой же лояльной деревне можно снять, потом отработаю чем-нибудь.

К слову сказать, угрызения по поводу того, что я позорно сбежала, меня не мучали. На собственном опыте знаю, что бывает с теми, кто попадается Охотникам. В прошлый раз еле вырвалась… Да и не родной мне клан Линь…

Надо же, не заметила, как за размышлениями пролетел день. Уже поздний вечер. Ладно, пора спать. Ха, а этот наар не может уснуть, когда яркий свет! Вот глупый, нет чтобы третье и второе веко опустить, и спи себе сколько влезет!

Сама же я с комфортом устроилась в кольцах своего хвоста. Решив его немного помучить, опустила только два века, а внешнее оставила открытым. Вот так! Теперь он в полной уверенности, что я за ним пристально наблюдаю. Впрочем, когда я усну, шипы потускнеют, и если он не полный дурак, то догадается, что это значит…

Саишша

Ночь прошла спокойно. По крайней мере, для меня, хи-хи… Решив еще больше осложнить жизнь своему «охраннику», я завязалась тренировочным узлом, потянулась и протяжно зашипела-засвистела.

Наар подскочил, как ужаленный! Нет, честно, это надо видеть! Глаза квадратные, волосы дыбом, меч наизготовку…

И тут он увидел меня. А чегой-то он застыл как истукан? А, я еще из позиции «Узел» не вышла! Ну, что ж, развязываемся…

Так, а теперь какую-нибудь выходку:

— Покорми меня-я…

— А… Сейчас…

Ну наконец-то он из ступора вышел! Что он, интересно, такого увидел? Я есть хочу!

Наконец-то! Дождалась! С голоду помереть можно, честно! Стоп, а что я буду есть, когда сбегу? А, у лешего попрошу.

— На, держи, — протягивает миску. — Почему у тебя чешуя потускнела?

— Умираю, — равнодушно. Только бы не переиграть, только бы не переиграть! Как удачно, что у меня началась линька, не придется прикидываться больной.

— Что?! Почему? — он действительно такой наивный или прикидывается? По-моему, все кристально ясно!

— А ты действительно считаешь, что я предпочту смерти участие в ваших игрищах?!

— Откуда ты знаешь, куда мы тебя везем? Но это не важно, важно то, что ты скоро умрешь! Так, сиди здесь, я скоро вернусь!

Когда я выглянула за занавеску, мне в лицо сразу уперлось копье. Ла-адно, не хотите выпускать — не надо!

Норд

Весь взвинченный, я шел к Капитану. Как все-таки жаль, что мы так мало знаем о шассках! И как мне теперь оправдываться, если она в процессе копыта отбросит?

— Капитан! Там шасска говорит, что помирает. Что делать?

— А почему ты у меня это спрашиваешь? У шасски спроси! — ой, не проведете вы меня! Поперек начальства лезть, это ж меня быстро на место поставят!

— Ну так вы же давно шасс ловите, а я только недавно увидел их, значит сначала нужно у вас спросить.

— Ну, ладно… Пойдем телепортами и скоро будем в столице. Надеюсь, к этому времени змеелюдка не умрет, — как-то не нравится мне этот задумчивый взгляд, как бы беды не случилось.

Возвратившись в фургон, я застал шасску за потрошением своего вещ-мешка.

— Эй, ты чего творишь?! Это мое!

— А что мне, по-твоему, с голоду помереть надо, да? Я тебя о чем просила? Еды принести! И где она, эта еда? Того, что ты мне принес, мне мало! Я так с голоду помру! — да она меня просто из себя выводит! И довольно успешно, кстати говоря.

— Будешь без еды весь день сидеть. Чтоб не повадно было!

Она насмешливо фыркнула и уползла в угол. Вместе с моей сумкой! А у меня там…

— Вещи верни!

— Подавис-сь! — бросила, сволочь такая! Еле поймал!

Уселся около входа, стал смотреть на шасску. Гадина, всю ночь спать не давала! То смотрит так, будто душу вытягивает, то светом своим мешает. Я из-за нее полночи не спал!

А утром что устроила? Это риторический вопрос, но сам себе я отвечу — гадость! Только проснулся от ее шипения, как тут же, «вид», что называется! Одежды ведь они не носят! Но ведь красивая, змея…

Я воспользовался случаем и пригляделся к ней получше. Н-а, насчет красоты я немного ошибся. Лицо у нее действительно красивое. Однако теперь я смог заметить ее болезненную худобу и выступающие ребра. А так же почти полное отсутствие груди. Однако по отношению к другим змеелюдам, которых я сегодня видел, она была красоткой, потому что их облик был еще более нечеловеческий.

И еще я заметил, что у нее накачанные мышцы, как будто она училась драться. А я, знаете, не сторонник мнения, что женщина может быть воином. Боец — это мужчина, а женщина должна сидеть тихо у камина.

Хм, эта явно никогда не стала бы сидеть у очага в дома, скорее она заставила бы мужа делать женскую работу. Впрочем, она все равно скоро умрет, и в этом я помочь ей не могу.

Кстати, другие шасски в большинстве своем разбежались. Остались только те, которые по размерам еще меньше, чем эта. Дудочник по дороге рассказал, что самыми «проблемными» как раз были именно женщины. Мужчины же в основном так и не могли вырваться из-под колдовской мелодии. Однако их «подруги» непременно вытаскивали своих кавалеров. Несколько шасск женского пола осаждали дудочника, заставляя его прекратить мелодию, а остальные нещадно били мужчин по разным частям тела.

Впрочем, это зависит от того, какого уровня дудочник — если ему хватает воздуха вести мелодию почти непрерывно, то шасски будут покорнее ягненка — по крайней мере, мне так рассказывали ветераны инквизиции.

Саишша

Тахешесс, Тахешесс, Тахешесс! Надо же было так схватить себя за хвост![7] Да не просто схватить, а со всей дури дернуть!

Зачем сказала, что умираю? Надо было в кусты попроситься, тогда бы прокатило. Теперь без еды останусь, да еще и охрану наверняка удвоят… Что же делать, что же делать? В голову ничего не приходит. А может, посмотреть через второе веко? Вдруг лазейку найду?

С-с-с!!! ****, ***, *** эти браслеты! Посмотрела, что называется! Глаза так обожгло, что мало не покажется!

Может расковырять сам браслет? Попробуем…

Ни-че-го! Абсолютно! Браслеты при попытке их расковырять жгут руки каленым железом.

О, мы въехали в какой-то город. Спросим, как называется и подумаем над своим положением…

Город называется Вифт. Дурацкое имя, не то, что наши пещеры, вот у них-то звучные названия: Даан'Азар, Саиш'Сейаш, Мессар'То, Госс'Висшь…

Стоп, потянуло магией… Ха, выходит, ваши браслеты не всемогущи, и чутье заблокировать мне не смогли!

Итак… Магия, разумеется светлая. Там еще что-то с перемещениями, но я не разберу. И мы к ней приближаемся, значит это портал!

Тахешесс, ****, ****, ***!? ****, ***, *****!!!

Что же делать, что же делать!? Выскочу наружу — заколят копьями, по ту сторону портала — тоже самое. Что делать!?

Эй, боги, помогите мне! Я потом каждому из вас жертвы принесу, только помогите мне выбраться отсюда живой и невредимой!

С-с-с! Как больно-то! Они там что, совсем хвосты не отпускают? Могли бы знать, что на нас плохо влияют телепорты!

Впрочем, о чем я говорю! Охотникам глубоко наплевать, как себя чувствуют шассы. Лишь бы довезти живыми и относительно целыми…

Та-ак… судя по цокоту копыт лошадей, везущих фургон, мы уже где-то в крупном городе.

— Мы где?

— В столице.

Я впала в ступор. В голове крутилась мысль: «Вот и все… Вот и все…»

Не знаю, сколько я так просидела, но очнулась, когда меня затолкнули в камеру.

Так, прекращаем саможаление! Этим я себе не помогу! Браслетов и цепочки нет… Значит камера обита митриллом. Но проверить нужно. Так, небольшой поисковик…

По нервам резануло болью, я сразу рассеяла заклинание. Я не дура и все поняла. Похоже, что все-таки придется «позабавить» Верховного Инквизитора…

Свернувшись клубком, я забылась тяжелым сном…

Норд

Когда мы отвели шасску в камеру, меня сразу вызвал Верховный Инквизитор. Команда куда-то пропала, поэтому пришлось идти одному.

Кабинет Инквизитора был оформлен в мрачных тонах, призванный давить на собеседника.

Да и сам Верховный Инквизитор был довольно-таки неприятным и даже несколько… пугающим.

Это был высокий худощавый человек, на лице которого всегда отражалось только равнодушие. С приходом его власти церемониальные одежды приобрели мрачные цвета, и в них Инквизитор смотрелся еще более пугающе.

Войдя, я преклонил колено и застыл, не смея говорить. По этикету, открывать рот можно только тогда, когда заговорит Верховный Инквизитор.

— Я наслышан, что вы поймали редкой красоты шассу, — прозвучал сухой надтреснутый голос. — Какого цвета ее чешуя?

— Зеленого, ваше Святейшество, — ни малейшей тени непочтительности, будь иначе — наказание последует незамедлительно.

— Зеленого!? Ты уверен!? — странно, чем его так взволновал цвет чешуи?

— Да, зеленого, с оттенками пламени некромантов.

Воцарилось долгое молчание.

— Мне жаль так поступить, но твою команду нужно казнить. Вы были хорошими Охотниками… Тебя самого мы используем в Игрищах. Неплохое развлеченьице получится, — сухая усмешка исказила лицо старика, — Стража, отведите его в камеру к шасске.

Что?.. Как казнить!? Нельзя, не надо!..

Тут меня накрыла темнота, а очнулся я уже в камере, причем без оружия. Голова слегка гудела, но это вполне можно потерпеть.

— Ну, вот мы и встретились! — этот радостно-злорадствующий голос породил смутные воспоминания. Да это же шасска!

— Ты тоже… здесь?

— Ага. Тебя запихнули сюда после обеда. Потом ты пролежал здесь еще шейге минут, прежде чем очнуться.

— Что значит шейге? Покажи на пальцах, — значит, десять минут. Видимо, меня приголубили мешочком с песком, поэтому голова не болит. Вполне в духе Инквизиции: быстро, дешево и качественно.

— Стража что-нибудь говорила про меня?

— Да, сказали, что ты будешь участвовать в Игрищах.

— Нам полный *****…

— Согласна, а еще Тахешесс, ***, ***, и еще много чего другого. Но, может, лучше подумать, как отсюда выбраться, чем материться? — она издевается!

— Может, у тебя еще и план есть?

— Есть. Но раз уж мы оказались в одном ходе[8], то предлагаю тебе перейти в мой Внешний[9] круг, — торжественно.

— Что такое Внешний круг?

— Друзья и сотрудники, пустая ты порода! Согласен?

— Согласен!

Саишша

— Согласен!

— Вот и отлично! Тогда слушай план… — если честно, то введение сего наара в мой Внешний круг меня совсем не прельщало. Но чего только не сделаешь ради жизни!

Похоже, боги услышали мои молитвы! И если одна я не могла ничего сделать, то хотя бы с одним помощником можно и до Темной Империи добраться![10]

Теперь о моем плане. В результате долгих прений, криков (шепотом), и мата вышло следующее: Когда наступает ночь, мы устраиваем несильный ор, только чтобы стража услышала. Затем наар зовет стражу — типа я лежу и не шевелюсь. Зашибли. Стража заходит сюда, наар глушит тех, кто останется за дверью, я — тех, кто зашел в камеру.

Затем я набрасываю на себя и одежду наара личины и мы дожидаемся смены караула. Трупы стражей тоже замаскируем, но не в камере, а у стеночки, потому, что в камере все заклинания без привязки развеиваются.

Потом идем в кабак «В столице», а оттуда через окошечки на кухне выбираемся на задний двор. Там мы спускаемся в канализацию и выходим за черту города. Потом добредаем до любого леса, и прячемся там. Следующей ночью мы опять идем.

А дальше тихими переползаниями до Темной Империи.

Спросите, откуда такая подробность в плане? Так этот наар город как свой хвост знает!

В одном мы все-таки сошлись единогласно: план может исполниться, только если весь сонм богов будет смотреть на нас с небес.

Уже устраиваясь спать, решила узнать его имя:

— Тебя как зовут-то?

— Норд, — зевая.

— Саишша.

Так, все, спа-ать…

Норд

План был дурацким. Но другого не было. Так что пришлось придерживаться этого.

Утром меня растолкала Саишша и едко поинтересовалась: «Долго ты еще будешь дрыхнуть!?» Пришлось вставать.

Орали мы знатно. Ну, на мой взгляд. Но Саишше все было мало. Она постоянно держала гребни раскрытыми, и будто к чему-то прислушивалась.

Но, наконец, после особо душераздирающего вопля: «Спасите!!!» и горлового бульканья дверь… снесло.

Ворвалась вся стража, но я сориентировался и захлопнул дверь. А когда обернулся, то так и застыл…

Шасска… танцевала, другого определения я не подберу. То, как она двигалась… это были нечеловеческие движения. Да что там, человек вообще не может так изогнуться!

Стражников она убила. Перерезала горло когтями троим, а остальных размазала хвостом по стеночке. Потом мы вытащили уцелевшие трупы в коридор и уложили рядком у стеночки, чтобы о них не споткнулась смена.

Только мы захлопнули дверь и шасска набросила на нас личину, как появился караул. Поприветствовав нас, они, обмениваясь сальными шуточками, встали напротив двери и по сторонам от нее.

Мы почти бегом пошли к выходу. Как нам все-таки повезло, что я выучил карту замка Инквизиции наизусть!

Вот и выход.

Кстати, теперь я был в форме стражника, а шасска выглядела как бородатый «шкаф». Сзади нас шествовала еще тройка личин, которые вели себя почти как настоящие. Если не приглядываться, то полное ощущение, что это обычные люди.

Через два поворота шасска воровато огляделась и… рассеяла личины недостающих стражников. На месте, где они стояли, образовалось несколько зеленых искорок. Саишша поймала их в ладони, а когда разжала пальцы, искорок уже не было.

Через ворота нас пропустили беспрепятственно. Даже странно, лично я боялся, что нас задержат еще на выходе из камеры.

По дороге к кабаку, я заметил, что шасска явно нервничает.

— Ты чего? — спросил я.

— Хвост… он длинный, я боюсь, как бы его кто-нибудь из ранних прохожих не задел. Тогда моя личина развеется, а другую я навесить не смогу, сил не хватит.

— Почему? Ты же не колдовала с тех пор, как мы тебя взяли в плен, — сказал, и тут же осекся. Кто меня за язык только дернул!

Она зло посмотрела на меня и прошипела: «Митрилл высасывает энергию! И помни о том, что личина изображает мужчину!»

Ох ты ж! Чуть не засыпался! Правильно говорят: молчание — золото.

Войдя в кабак, мы стали протискиваться на кухню. Нас никто не замечал.

— Почему нас никто не замечает? — шепотом спросил я у шасски.

— Я навесила заклинание незаметности, но очень слабое. Говори шепотом, от громких звуков оно разрушается. Я услышу.

Н-да… Вот попали так попали!

Но, как бы то ни было, а на кухню мы пробрались. Осторожно лавируя между кухарками и подавальщицами, мы пробрались к окошку. Я полез первым. Затем шасска.

Не оборачиваясь, я пошел дальше, показывая путь.

— Норд! — зашипели сзади. — Стой! Стой, Тахешесс!

— Ну, что там случилось?

— Я застряла! — с мукой в голосе.

Я обернулся, посмотрел на это «великолепие», и стал ржать. Нет, видели вы бы это зрелище! Здоровый мужик наполовину застрял в окне и материт тебя на все лады. Такие перлы, такие выражения! О-о, это как же надо изогнуться, чтобы такое сделать!

Тут из помещения раздался крик.

— Идиот, ***, ты разрушил «незаметность» своим смехом! — зашипела на меня Саишша.

Вспомнив, зачем мы здесь, я схватил Саишшу за плечи, уперся ногой в стену и потянул на себя. Та-ак, поднажмем!..

Е… какая эта шаска все-таки тяжелая! Всю нижнюю половину тела отдавила!

Выбравшись из заднего двора, мы побежали по направлению к ближайшему люку канализации. К слову сказать, их было не так уж и много, так что ближайший будет… через десяток улиц.

Случайно бросив взгляд на шасску, я зашипел:

— Саишша!

— Что?

— Личина развеялась!

Саишша

Плюнув на гордость, подхватила Норда и закинула себе за спину. Повозившись, он устроился поудобнее.

Прошипев «Держись крепче» я перешла на ускорение. Но ускоряться я могу только на несколько минут, по крайней мере, на этой ступени развития.

Над височными гребнями то и дело раздавались вопли: «Направо, налево, прямо, да не туда, а вон в тот переулок!»

Люди, которые рано вышли на работу, шарахались от нас в стороны. Видимо, то еще было зрелище.

Я неслась не сбавляя скорости, пока впереди не показалась деревянная будочка. Норд заорал: «Стой, шасска! Мимо проскочишь!»

Выломав дверь этой будки, я попробовала приподнять металлический круг, который находился в середине этого помещения. Разогналась! Он оказался таким тяжелым, что я едва яйцо не отложила![11]

Что ж, поступим проще… выпустив когти на всю длину, я скоренько вырезала в этом люке круг. Получилась симпатичная дырка с оплавленными краями. Тахешесс, если когти уже раскалены, значит, скоро чешуя сползать будет. На непрекращающийся зуд я уже не обращала внимания

Сбросила в дыру Норда, затем соскользнула сама. Приземлилась я на наара… Бедный… Я же тяжелая, наверное…

Ну, раз ты все равно без сознания, то я позаимствую у тебя немного энергии. Нет, честно, совсем-совсем немного…

Аккуратно надрезав наару запястье, принялась пить кровь. Когда оторвалась от сего «увлекательного» занятия, произнесла слова активации и тут же ощутила поток силы.

Приставила кусок люка на место, вплавила заклинанием «возврата». Затем затянула и продезинфицировала надрез на запястье у Норда. Потом долбанула его «Общеисцеляющим», взвалила на спину и позволила себе осмотреться.

Тахешесс, мы оказались на самом кончике хвоста![12] Оказалось, что приземлились мы на единственном относительно сухом пятачке, а все, что дальше, описывалось кратким словом «река». Догадайтесь сами, из чего она состояла…

Так, проанализируем мое состояние… Чешуя сползать начнет часов через пять, значит нужно плыть как можно быстрее. Как все-таки мне повезло, что я люблю воду, поэтому плаваю в совершенстве.

Завела руки Норда себе на талию, связав их вместе его поясом — чтоб не соскользнул. Потом осторожно зашла в… пусть все же это будет вода. Так, дна нет, значит, плывем.

Как хорошо, что пока туннель прямой. Если будут развилки, могу заблудиться. О, Норд очнулся.

— Ты как?

– ***!!! — какой хриплый голос… Я ему ничего не раздавила?

Интересуюсь этим вопросом. На что мне долго и эмоционально рассказывали, что, где и как у него болит. А заодно какими дремучими путями на свет появилась я и мои родственники до десятого шипа. Какой богатый словарный запас…

— Ты с-снаешь, куда повораш-шивать, если вс-стретится рас-свилка? А то у меня с-скоро линька, и нуш-шно как мош-шно быс-стрее найти тихое и с-спокойное мес-сто.

— Нет.

Норд

— А?..

— Говорю, не знаю.

Шипение, без перевода понимаю, что мат.

Выговорившись, шасска устремилась вперед. Подергав руками, я понял, что меня привязали. Ну, при той скорости, которую она развивает, я думаю, это будет не лишним.

— Не называй меня шасской.

— Что? Ты о чем? А почему? — не сразу понял, что Саишша сказала. Задумался о настоящем.

— Потому что это неправильное название моего народа. Правильно говорить шассы.

— Хорошо, не буду. А полные имена у вас есть?

— Есть конечно.

— А у тебя какое?

Она ненадолго замолчала, будто решаясь на что-то, и, наконец, выдохнула:

— Сьяма Сен Саишша тер Сишша-Линь из рода Ха рэссов[13], последняя представительница рода Некромантов!

Я, если честно, окосел. Представительница легендарного рода Некромантов, который исчез более пятиста лет назад?! Сколько же ей лет?

— А сколько тебе лет?

— Почти сто десять циклов[14], то есть около пятидесяти пяти лет. Каждый новый цикл исполняется после очередной линьки.

То есть она младше меня на год? Тогда почему Клан Некромантов считают вымершим пятьсот лет назад? На этот вопрос шасса ответила, что ее клан ушел в горы, где долгое время скрывался от Охотников, а потом его все же нашли и убили всех представителей, кроме ее самой и ее матери, но она смогла бежать а мать осталась и умерла на Игрищах.

После этого мы надолго замолчали, думая каждый о своем.

Примерно через полчаса показалась первая развилка. Шасса стала нарезать круги на одном месте и раскрывать-закрывать гребни. Наконец она определилась с направлением и уверенно свернула налево. А я ощутил, что руки стали затекать. Тогда я начал ерзать руками, пытаясь вывернуть хотя бы одну.

— Ты что делаешь?

— Руки затекли.

— А… тогда осторожнее, не слети, — и она когтями рассекла веревку, или чем она там связывала меня. От неожиданности я чуть не соскользнул с нее.

— Я же сказала, держись крепче!

— Так руки затекли!

— И что?

— Больно!

— Да? — от искреннего удивления я чуть не свалился с хвоста повторно.

— Да!

— Не знала…

Через час это… мучение закончилось. Мы выплыли из небольшой пещерки в русло реки. Проплыв еще немного по течению, мы вылезли… нет, скорее выползли — ведь я был все еще на спине у шассы — на берег.

Недалеко виднелся лес, а пространство до него было занято зеленой травкой. Берег был пологим, причем сначала шел мелкий песочек, и уже потом постепенно сменялся почвой с разнообразной растительностью.

Шасса отправилась отмываться, а я развалился на берегу и стал наблюдать редкое и увлекательное зрелище, называется «Линька шассы». А посмотреть было на что, после того, как она содрала слой тусклой чешуи, ее бюст увеличился в два раза. А одежды, я повторюсь, она не носила…

Саишша

Пока я с удовольствием сдирала с себя старую чешую, Норд пристально меня разглядывал. В конце концов я не выдержала и прямо спросила, чего он такого интересного увидел, на что тот смутился и покраснел. С чего бы это?..

Когда я закончила купаться, я вылезла на берег и, наклонившись над водой, стала изучать свое отражение.

Ну, начнем с того, что шипы увеличились на двадцать сантиметров, и бусины тоже изменились. Теперь на них показано, что я ношу приставку «тер».

Чешуя засверкала еще ярче, когти — стали еще длиннее (сантиметров десять теперь) и острее. Уши окончательно заострились и стали похожи на эльфийские, кстати, бюст тоже заметно увеличился. Теперь придется носить одежду…

В ответ на приступ раздражения язык уколола пара клыков. Раскрыв рот, я с интересом стала изучать парные ядовитые клычки. Если верить прочитанным мной в родном клане книгам, то яд регулируется самим «владельцем», а вот вылезать они будут после каждого приступа раздражения.

Ну, и лицо приобрело некоторую… доконченность, что-ли. Вот, пожалуй, и все.

Когда вылезла на берег, решила потренироваться, чтобы узнать возможности своего обновленного тела. Так, сначала упражнения на гибкость, потом пара приемов самозащиты, потом «Танец с тенью»…

Рывок вперед, удар хвостом, отскок назад. Поклон воображаемому противнику, затем молниеносный удар когтями и сразу же отвлекающий прием. Пустить обманку заклинания, уклониться, подпрыгнуть вверх, хлестнуть самым кончиком хвоста… Уклоняясь, прогнуться назад до треска костей, и сразу же как пружина рвануться вперед, нанося рубящий удар…

Вот и все, тренировка закончена. Как быстро, раньше подобные упражнения мне давались очень тяжело. Видимо, это из-за линьки.

Та-ак, а чего это Норд смотрит квадратными глазами? Он что, тренировок никогда не видел? На мой закономерный вопрос ответили, что: «Таких — нет!». Интересно, что значит «таких»?

Когда Норд более-менее отмылся, наступило позднее утро. Поторапливая его, нервно ползала взад-вперед по берегу. Тахешесс, придется опять сажать его на спину, иначе передвигаться будем как саиры[15]. Нас наверняка уже хватились! Заклинание личины на трупах стражников без привязки развеется около полудня, но видела нас треть города… Значит, все очень и очень плохо!

Поэтому, когда наар вылез на берег, я схватила его в охапку и поползла в сторону леса, на ходу пристраивая его за спиной. Он еле успел подхватить самое дорогое — штаны.

— Гадина-а, одеться дай!

— Жизнь дороже, по моим расчетам, с минуты на минуту здесь будут стражники! — о, притих, видимо, допер, что будет с нами, если нас поймают.

Вломившись в лес, собрала остатки резерва и навесила восстанавливающее заклинание с привязкой на деревья. Теперь энергию оно будет черпать прямо из ауры леса.

Сама же, развернув гребни, стала сканировать лес. Ну же, нам бы хоть низину какую-нибудь, хоть что-нибудь… О, есть болото! А в центре — островок. Похоже, зря мы отмывались от канализации…

Не обращая внимания на вскрики Норда, напролом проламываюсь сквозь чащобу. Плевать, заклинание все восстановит.

Вот и болото. Так, выломать себе ветку, чтобы знать, где плыть, а где ползти. Наскоро ободрав с нее ветки и листья, я наугад ткнула в трясину. Ага, дно есть… Что ж, поползли…

Мат сзади все не прекращается. Ладно, пусть ругается, пока я добрая… Но впредь подобного не потерплю!

Через час мучения кончились. Мы выбрались на полусухой островок. Слава вам, боги! Теперь можно чуть-чуть отдохнуть…

Нет, правда, совсем немножко…

Я не сплю…

Я не…

Норд

Проснулся я от завываний своего желудка. Саишша еще не проснулась. Все лицо, руки и плечи болели, ссадины от веток горели огнем. Что касается желудка, то у меня было ощущение, что он на позвоночник наматывается.

Стал будить шассу. Сначала начал трясти за плечи. Ноль реакции. Потом поочередно попробовал разные методы воздействия, как то: облить водой, подергать за головные шипы и височные гребни, попинать хвост, похлопать по щекам. Ни-че-го!

Хм… А если подергать за уши? Я слышал, что кончики ушей очень чувствительное место.

Осторожно оттопырил ее правый височный гребень и, взявшись за кончик заостренного ушка двумя пальцами, дернул.

Че было-о…

Во-первых, мне разбили нос (но не сильно), потому что Саишша ОЧЕНЬ резко подскочила вверх.

Во-вторых меня обматерили на двух языках.

Ну и в-третьих, мне пригрозили, что «…еще раз так сделаешь, и я оторву твои собственные уши и еще кое-что к Тахешессовой бабушке!!!»

Тем не менее, цель была достигнута.

Когда буря миновала, я поинтересовался, что мы будем есть. Меня далеко и образно послали, сообщив, что я мужчина и должен добывать еду, а она ее только готовит. Как будто я сам не знаю…

Посидели, помолчали. Потом Саишша попросила:

— Найди мне тут пару прутиков.

— Зачем? Обгладывать будешь? Да и потом, тут — это где? Болото же!

— Иди ты… Нет, буду лешего звать. Они моему народу всегда помогали.

Ну, поискал, принес. Шасса стала что-то чертить на земле. Приглядевшись, понял, что это круг вызова. В родном доме нам показывали. Вписав в него руны, Саишша начала читать заклинания:

— Саи' ишши, саи' ишша, смес-ска, шваис-са, Саи' ишши.

Круг полыхнул ярко зеленым, в нем появился мрачноватый дедок. В-принципе, его можно было бы принять за обычного человека, если бы его волосы и борода не были бы травой.

— Чего надобно? — пробасил дедок.

— Не откажи в помощи, Властитель леса, — почтительно поклонилась ему шасса, — Покорми, спать уложи, дорогу покажи…

— И денег дай, — вставил я.

Шасса поперхнулась, а дедок неожиданно засмеялся. Мы с Саишшой удивленно переглянулись, не понимая, что так рассмешило лешего. Отсмеявшись, он сказал:

— Давно я так не смеялся… Ладно, что ж я, не понимаю что ли? Нелюдь всегда нелюдю поможет… Так, хватит разговоров! Вы ведь голодные, верно? Айда за мной, шасса!

Саишша закинула меня за спину, и я занял уже ставшее привычным место. Потом леший хлопнул в ладоши и открыл провал в пространстве. Шасса чего-то скуксилась, но послушно последовала за ним. Вышли мы около огромного дерева. Дедок пнул дерево три раза и в нем открылся проход.

Зайдя туда, мы оказались в просторном и светлом помещении. Поискав светильники, я ничего не обнаружил. Не понял, а как тогда освещается помещение?

Но все мое внимание сразу же привлек стол, стоящий в центре. На нем был ЕДА…

Саишша

Наконец-то я наелась досыта! Я уже почти забыла, какого это — есть вдоволь…

Все время, пока мы ели, леший сидел в сторонке и задумчиво за нами наблюдал, изредка похмыкивая в бороду.

Когда я спросила его, чем мы так интересны ему, он ответил, что впервые видит настолько оголодавших. Н-да… В чем-то он прав. Вон уже ребра выпирают.

— Есть ли у вас, где помыться? — Норд. И правда, а то грязные, как не знаю кто.

— Есть озеро с водопадом, пойдет?

— Да! — это уже я, — Только прямо сейчас, можно?

Вместо ответа леший ухмыльнулся и поманил нас за собой. Выведя нас наружу, он показал в сторону просвета между деревьями и сказал: «Через полсотни метров в ту сторону».

Я бросилась туда первая. За мной Норд, с криком: «Подожди, шасса!»

В итоге вылетели к озеру мы одновременно, только наар остановился, а я с восторженным визгом плюхнулась в воду. Как же хочется отскрести с себя всю грязь, чтобы моя чешуя вновь засияла!

Нырнув, вырвала пучок водорослей и стала натирать ими свой хвост. Норд тоже баламутил воду где-то на мелководье.

Раскрыв жабры, решила не вылезать из-под воды, а помыться на дне.

Через час удовлетворенно оглядела дело рук своих. Моя чешуя вновь блестела и сверкала, а шипы аккуратно расправлены и заново переплетены. Бусины я тоже начистила песочком. Теперь можно немного поиграться!

Осторожно всплыв наверх, я решила не высовываться, а сначала осмотреться. Так и есть! Норд развалился на берегу в новой одежде и беседует с лешим.

Но тут меня заметили, и продемонстрировали какой-то сверток, крикнув, что не отдадут, пока не выйду на берег. Отдай-отдай-отдай!

Погоняв наара по берегу, я все-таки получила желанный пакет, и, развернув его, увидела темно-зеленую тунику с рукавами три четверти и глубоким вырезом. На спине был разрез, скрепленный вверху золотой пуговичкой. По подолу тоже шли довольно длинные разрезы — до пояса, а подол, рукава и ворот были украшены замысловатой вышивкой золотыми нитями. Ошарашенно посмотрев на лешего, я пролепетала:

— Это слишком дорого… Я не могу… Может быть, что-нибудь попроще…

— Да бери, бери! — Леший махнул рукой, — эту тунику мне одна шасса сделала, в подарок за помощь. Так что шассе и носить.

— Спасибо вам огромное! — от души поблагодарила я Властителя леса, — Тогда я пошла переодеваться!

Норд

Надо признать, что туника была и сама по себе произведением искусства, но когда ее одела Саишша…

Неземное существо, появившееся на пороге дерева-комнаты, больше напоминало богиню, чем шассу. Одежда была сделана словно именно для Саишшы и сидела как влитая. Вырез выгодно подчеркивал грудь, вышивка придавала некую роскошь и лоск, в общем-то, простой вещи.

Сама шасса и так была прекрасна, но все вместе это смотрелось… потрясающе!

Повернувшись так и этак, Саишша стала вопросительно на нас смотреть. Не дождавшись никакой реакции, она недовольно поинтересовалась:

— Ну и что вы такого увидели, что потеряли дар речи?

— Да ты сама понимаешь, насколько прекрасна?! — трагически вопросил ее я.

— Нет, не понимаю, поэтому внятно объясните мне, в чем причина вашего молчания. Мне хоть туника идет или нет?

— Идет, конечно! — вместо меня ответил леший, — Твой спутник просто хочет сказать, что ты настолько красива, что это завораживает.

— Правда? — засмущалась шасса, — В таком случае понятно, почему вы так долго не реагируете, стоит мне искупаться и приодеться.

Опять ехидничает! Да что ж это такое?!

— Господин Властитель леса, с вашего позволения мы переночуем здесь, а утром пойдем в сторону Темной Империи. У вас есть карта?

— Есть, конечно. Я вам ее отдам, а еще еды и сменной одежды в дорогу соберу. Устраивайтесь здесь, скоро вечер.

Когда леший вышел, я спросил у Саишшы:

— Саишша, а почему он так о нас заботится? Мы ведь даже отблагодарить его ничем не можем.

— Ну, это просто. Мы ведь в Светлой Империи, так? Вот вся нечисть и нелюдь друг другу и помогает. Конечно, если личные счеты или кровная месть, то можно просто пойти мимо, но если уважаемой причины нет, то любая нелюдь должна помочь, и ничего не взять взамен. Может так случиться, что завтра уже тебе помогут спастись от облавы. Единственные, на кого закон не распространяется, это вы, наары, и еще эльфы. Вы почти как люди, а эльфы слишком сильны, чтобы светлые с ними цапались. Да и не выходят они почти из своего Леса.

— А в Темной Империи этот закон тоже действует?

— А вот там уже посложнее. В Темной Империи любое разумное существо обязано тебе помочь, но потом ты должен отдариться или отработать помощь. Причем цену за спасение назначает тот, кто помог, а не тот, кому помогли. Исключение составляют аристократы, к коим я теперь отношусь. Но если цена слишком высока, то спасителя могут посадить в темницу, за использование ситуации и рабовладельчество.

— А почему ты аристократка?

— Как много вопросов… Я отвечу тебе завтра, а сейчас спать.

— Змея! — возмущенно воскликнул я. И не стыдно ей мучить меня любопытством!

— Я такая!..

* * *

Утром леший вручил нам тугие вещмешки, дал карту, и отправил в леса. Когда затворился проход в дереве, мы достали карту и стали вдумчиво ее изучать, каждый со своей стороны. Шасса посчитала, что так мы быстрее проложим маршрут.

В пятый раз столкнувшись лбами, я не выдержал:

— Дай мне карту, знаток земель! — отобрал и развернул карту, быстро прикинул маршрут и прокомментировал, — Е… Как далеко эта Темная, идрить ее через коромысло, Империя!..

— А что такое? — забеспокоилась шасса, и, отобрав у меня карту, стала тщательно ее изучать. Потом она призадумалась и сказала:

— Норд, мы полные идиоты. Прежде чем прокладывать маршрут, нужно подумать, под каким прикрытием идти по всем этим деревням, селам и пятью городам.

— А что тут думать? — удивился я, — ты накинешь на себя личину лошади, а я одену платок на лицо. И уже на платок и одежду ты будешь накладывать личину.

— А кем ты будешь представляться, ты не подумал? И то, что я еще резерв не восстановила, ты тоже не учел? — ядовито поинтересовалась шасса.

Да, задачка… О, придумал!

— Саишша, а давай пока пойдем лесом, а? И когда ты восстановишь резерв, мы пойдем по дороге, — по моему, идея просто замечательная.

— А если пойдет дождь? А если в пыли отпечатается след от моего хвоста?

— Ну, если дойдет до этого, то мы вернемся в лес, и обойдем это место, а потом снова выйдем на дорогу, разумеется, прежде заметя следы, — продолжил убеждать шассу я.

— Ну, хорошо, а вот как в городах? Ведь если не пользоваться телепортами, то путешествие растянется на цикл! — уже сдаваясь, спросила она.

— Ну, тогда ты накинешь морок, ведь мороки осязаемы? — добил Саишшу я.

— Да осязаемы… Ладно, ты меня убедил! А вот как мы деньги добывать будем? Ведь даже с телепортами мы будем месяц до Темной Империи добираться!

— Ну… — я ненадолго задумался, — О, придумал! Зарабатывать будем в деревнях, я буду представляться паладином, но браться лишь за дела, связанные с некромантией. Ты ведь из рода некромантов? Вот и будешь выполнять работу, а я буду тебя прикрывать!

— На все у тебя ответ есть… — проворчала шасса, — Ладно, какая там первая деревушка?

— Первая называется Большие мухоморы! Но сначала лес, пройдем километров двести-триста… А потом свернем к этой деревне. Силы у тебя к тому времени восстановятся?

Подсчитав что-то в уме, Саишша кивнула.

— Ладно, садись за спину, так быстрее будет, — вздохнула она, — Совсем скоро я в ездовую шассу превращусь!

— Терпи, Ловчий, Капитаном будешь! — пошутил я, и тут же прикусил язык, увидев, как помрачнело лицо шассы. В полном молчании мы тронулись в путь.

Саишша

Эта шутка Норда разбередила во мне душевные раны… За все это время я как-то забыла, что Норд относится к моим врагам — инквизиторам. Погруженная в свои размышления о прошлом, я не сразу отреагировала на его оклик.

— Саишша!

— Что? Не видишь — я в печали! — раздраженно огрызаюсь. Вот чего ему стоило держать язык за зубами, а?

— Я хотел извиниться!

— Прощаю! А теперь дай подумать! — Да, знаю, грубо. Но, в конце концов, он сам виноват!

Судя по карте, к деревне Большие поганки нам еще дня два. Но это если выкладываться по полной и на при моей скорости. За это время я как раз успею восстановить резерв. Так, а как бы ускорить его заполнение? О, знаю! Нужно провести канал перекачки маны от леса до меня, и тянуть энергию из его ауры.

Так, осторожно, нежно, а то все энерго-нервы выжжет к Тахешессу… О-о-о!.. Кажется, будто вечность к маг-роднику не подключалась! Сила лилась широким потоком и мгновенно усваивалась мной, а ведь резерв после линьки у меня должен увеличиться!.. Это какой же теперь у меня энергозапас? Как у архимага, наверное…

Только нужно еще научиться управлять таким большим количеством силы, иначе… Пол-леса к Тахешессовой бабушке спалит получившимся взрывом! А лес ого-го какой!

Остаток времени до вечера я провела в раздумьях о нашем с Нордом нерадостном настоящем в Светлой Империи и мечтах о развеселом будущем в Темной Империи. Парадокс, не правда ли? А нерадостное настоящее потому, что инквизиторы, если вцепятся, никогда не бросят след! Проще их убить!

Получается, что ни форы во времени, ни каких либо других преимуществ мы не имеем.

Значит, придется действовать ОЧЕНЬ продуманно, взвешенно и осторожно. А еще бежать со всего хвоста, потому что, не ровен час, догонят. Тогда… Ой, лучше не думать, что будет тогда.

Выбрав подходящую полянку для привала, мы распределили обязанности. По-идее, поровну. В итоге мне досталось принести воды и приготовить кашу из той крупы, что дал нам леший. Знать бы еще, как готовить ее, эту самую кашу…

Нет, я вообще то готовить очень люблю, но только выпечку или алхимические препараты.

Кстати, кроме крупы он дал нам еще кучу полезных и не очень травок, чему лично я очень обрадовалась, сменную одежду и обувь для Норда, ножи, котелок, пять вместительных фляг с водой. Еще немного мыльного корня и всяких отваров для блеска и увлажнения чешуи.

Норд же выбрал самое, на мой взгляд, легкое: собрать сухих веток для костра, поохотиться, подготовить себе лежанку на ночь. Вот лодырь-то! Нет, чтобы бедной шассе помочь справиться с непосильной для нее задачей!

Ну, костер я худо-бедно развела, попросту кинув в горку веток ма-аленький пульсарчик. Ветки красиво вспыхнули зеленым пламенем и в одну секунду прогорели до углей. Норд посмотрел на это, плюнул и пошел собирать дрова заново.

Через час он вернулся, неся вместе с дровами еще и птичку. На мой вопрос, чем он ее умертвил, ответил, что она сама свалилась ему на голову. Хм, а ее есть-то можно? Или это леший развлекается?

Но осмотр птичка выдержала, и Норд, прямо-таки светясь ехидством, торжественно вручил птичку мне. Не поняла, а что мне с ней сделать? Ах, разде-елать? Ну, берегись!..

Перво-наперво я красиво разложила птичку. Ну, крылья в стороны, ножки растянуть. Покопавшись в мешках, я нашла полный комплект ножей в кожаных ножнах.

Выбрав самый большой, я пришпилила им грудь птички к земле. Затем еще парой таких же ножей пронзила крылья птички.

Норд за спиной нервно икнул. Ничего, потерпишь! Использовав не требующее много маны заклинание «Трещины», я по пояс закопала наара в землю, так сказать, чтобы видел и знал, каким мучениям подвергают птичку его необдуманные действия (мне отдал).

Полюбовавшись на свое творение, я взяла ножик поменьше и отпилила им обе ноги у птички. Сзади тихо просят не изгаляться над трупом бедной птички и отдать ее Норду. Гордо отказываюсь.

Самым тонким ножиком проткнула пузико несчастного трупика. Потянула вниз. Из дырки вывалилось что-то желтое. Потянув, вытащила еще и кишечник. Затем стала вытаскивать по очереди все органы, сопровождая каждый восторженным возгласом. Сзади слышатся надрывные стоны, периодически перемежающиеся булькающими звуками.

Выпотрошив птичку, сунула ее в костер и сразу же вытащила. Критически осмотрев, решила, что перьев все же многовато. Еще раз сунула, подержала секунд пять-шесть, вытащила. М-да. Птичка явно подкоптилась. Но зато перья все сожглись!

Взяла самый большой нож и, пофехтовав им для устрашения, нарезала туловище птички тонкими ломтиками. Сзади уже дико кричат, умоляя прекратить психологическую экзекуцию. Великодушно развеиваю заклинание, Норд опрометью бросился в кусты. Что он там делал, не знаю, но вернулся сильно зелененький.

К тому времени я уже пожарила две ножки и насаживала на палочки ломтики мяса, чтобы установить их над костром.

От мяса Норд почему-то отказался. Неужели на него так подействовало зрелище под названием «Потрошение»? Нужно учесть на будущее.

Сама я с удовольствием умяла сразу две порции — мою и Норда. Остальное запасливо завернула в листья лопуха и уложила в свой вещмешок. Потом съедим.

За всеми этими заботами я не заметила, как наступила ночь. Прислушавшись к себе, я решила, что моих сил достаточно для установки охранного круга, ведь все это время я была на потоке и прилежно впитывала в себя ману.

Очертив круг, я прошипела-просвистела несколько заклинаний на своем языке. Вот и все. Теперь любой, кто захочет переступить через круг, получит удар молнией.

* * *

Проснулась от громкого вопля. Продрав глаза, увидела слегка подкопчённого наара, который стоял одной ногой на черте круга.

Поинтересовалась, что это сейчас было. Мне очень эмоционально ответили, что хотели отойти в кустики. Утешила его, что возможно, от того, чем все мужики дорожат, ничего и не осталось — сгорело. Все-таки удар был сильный.

Норд резко побледнел и принялся судорожно ощупывать себя на предмет наличия сего предмета. Вопя: «Да я пошутила, пошутила!» я начала уматывать от разъяренного наара. Разумеется, в пределах круга, что сильно стесняло мои маневры.

— Я тебя придушу за такие шутки!!! — рычал он

— Я… ха-ха-ха… не хотела!.. Нет, правда! Ха-ха-ха! — смеялась и оправдывалась одновременно я.

— Ты еще и ржешь?! — вконец обозлился он

Ну, в конце концов, он меня поймал. Я вырывалась, как могла, но он держал меня, будто от этого зависела его жизнь. Путем жутких угроз (обещал защекотать) я пообещала, что буду устанавливать круг в пределах пресловутых кустиков, чтобы можно было сходить без таких вот последствий.

Наконец, мы снова улеглись спать.

Норд

Эта шасса меня вконец доконает! Вообще стыд потеряла! Этак сердце не выдержит! Пошутила она, называется!..

Утром шасса все еще подхихикивала, но вела себя вполне адекватно, а то я боялся за ее психическое здоровье. Еще бы, так ржать над весьма веской угрозой…

Позавтракали мы мясом той птички, трупик которой она зверски замучила вчера. Даже сейчас меня немного тошнило от воспоминаний, что эта… змея вытворяла с останками несчастного животного.

После завтрака Саишша бережно завернула оставшийся небольшой кусочек мяса в листья какого-то растения и уложила в свой мешок. Голодающая, блин!

— А это растение безопасно? — подозрительно поинтересовался я.

— Да. Это же обычный лопух, чего в нем страшного? — кажется, удивилась она вполне искренне.

— Скажи… а зачем ты устроила «представление» из потрошения той птицы? — немного помявшись, задал я мучивший меня вопрос.

— Эм-м… Ну, во первых, я не умею разделывать мясо, — спокойно ответила она, — А во вторых… хотелось тебя позлить, — призналась она после секундной заминки.

— Э-э-э… — опешил я, — За что?

— Так ты самое легкое себе выбрал! — возмутилась она.

— То есть как самое легкое? — даже слегка обиделся я. Заботишься тут о ней, благородство мужчины проявляешь, а она?..

— То есть ты хочешь сказать, что тебе хотелось бы выполнять мои обязанности? — уточнил я.

— Да! Может, обменяемся? — просительно протянула она.

— Да с радостью! Забирай себе мои обязанности, только больше такого не устраивай! — облегченно сказал я. Ну, хоть одна проблема решена.

Неожиданно шасса насторожилась. С негромким хлопком раскрылись гребни на висках и спине, с металлическим щелчком выдвинулись когти. Что случилось? Погоня?..

Внезапно Саишша схватила меня за плечо и резко швырнула в кусты. Сама же она заползла на дерево. Да-да, заползла! Уж не знаю, как шасса смогла это сделать, но теперь она восседала в гуще кроны, почти невидимая, если не особо всматриваться!

Не понимая, чего хотела от меня Саишша, я все-таки попытался поудобнее и, главное, понезаметнее устроиться в кустиках. Тех самых, из-за которых вчера ночью мы повздорили…

Тут на поляну выскочила довольно большая группа людей, вооруженных полуторниками, а некоторые и топорами. По особым нашивкам я понял, что это отряд Инквизиторов. Их высылали, только если Охотники уже не справлялись. Чем же мы так не угодили Верховному Инквизитору, что он отправил на наши поиски настолько искушенных бойцов? Или это из-за шассы?

И тут Саишша ударила. Я не знаю, как она это сделала, но половина бойцов полегли как подкошенные.

Остальные быстро построились кругом и ощетинились оружием. На секунду воцарилась тишина… И тут в середину этого круга свалилась шасса. Взмахнув правой рукой, она перебила шею у ближайшего инквизитора. Выхватив у мертвого тела оружие, она повернулась к своим противникам. Это рассказываю я долго, на самом деле всего это заняло не более двух секунд.

Однако инквизиторы моментально среагировали и сомкнули кольцо вокруг шассы, а я рванулся ей на помощь, схватив чехол с ножами, благо он как раз еще не был упакован и лежал рядом с мешками на травке. Метнув пару ножей в тех, кто стоял ближе всех, я выхватил оставшиеся и отвлек на себя внимание остальных. Этим воспользовалась Саишша: взмахнув мечом, она снесла головы сразу двух стоявших рядом с ней инквизиторов.

Н-да… Размахивала мечом она явно в первый раз. Хотя некие навыки присутствуют, значит, оружие ей не чуждо…

Остальные, будто опомнившись, как по команде накинулись на змею: двое наседали по сторонам, а один подбирался сзади.

Еще один решил избрать своим противником меня. Зря, ой зря… Швырнув один нож в того, который нападал на шассу сзади, я другим быстро укокошил своего противника. Не так-то просто отмахаться от летящего ножа тяжеленным двуручником!..

Тем временем Саишша закончила со своими, и теперь стояла, оперевшись на меч и тяжело дышала.

Без слов мы собрали вещи и, захватив пару мечей для нас самих и на продажу в будущем, отправились прочь, как можно дальше от этого места.

Уже на спине у шассы я вспомнил, что спрашивал о том, почему Саишша считает себя аристократкой. Однако прежде чем спрашивать, решил поразмышлять сам.

Итак, что я знаю про ее клан? Она говорила, что его уничтожили. Если представить такую же ситуацию у людей, то, понятное дело, аристократией себя тот человек назвать бы не смог. Значит… значит, у шасс все происходит в порядке очереди для всех сословий, если, конечно, сословия у них есть?

Тогда, получается, раз все «претенденты» выбыли, Саишша становится аристократкой, а раз она осталась одна из своего клана, то получается… А получается, что она королева. Ну и дела!

Однако… Если сопоставить некоторые особенности ее поведения, то можно сделать вывод, что она и до истребления ее клана состояла в рядах аристократии. Как много у тебя тайн, Саишша… Я обязательно разгадаю их!

* * *

Днем мы остановились на привал. Если честно, то никакого удовольствия от путешествия на шассе я не испытывал. Ну, сами посудите: скорость огромная, ветки по лицу и плечам бьют, плюс еще, когда на шассе сидишь, все ее движения чувствуешь. Вобще-то, это очень интересно: когда смотришь со стороны, ничего не заметно, а вот когда вот так вот прижимаешься, то кажется, будто ее тело — одна сплошная мышца. Каждое движение, даже простой поворот головы мощно отдается аж до самого хвоста!

Кстати, шасса, кажется, на самом деле решила поменяться обязанностями. Сразу, как только остановилась, ссадила меня и попросила развести костер. Я ответил, что так мы можем выдать себя. После чего шасса сказала доесть птичку и, с тяжелым вздохом, уползла.

Вернулась где-то через час, чем-то сильно недовольная. На мой вопросительный взгляд никак не отреагировала. Ладно, мы пойдем другим путем!

Втянул носом воздух, попытавшись разобраться в разнообразных запахах, витавших вокруг. Кстати, шасса пахла сладковатым запахом смерти и одновременно какой-то травкой… А, знаю, можжевельник! Ну, хоть что-то из курса травологии, который проводился у нас дома, помню. До чего докатился — лопух не узнал.

Вздохнул еще раз, на сей раз уловил еще и слабый аромат сырого мяса. Ага, значит, она съела кого-то сырым. Фу, так вот почему она была недовольна.

Тем временем шасса уже приготовилась и ждала только меня. Сев ей за спину, не удержался и провел языком по ее шее. А что такого? Я так лучше запахи чувствую!

Саишша вздрогнула, но ничего не сказала. Только стала пробираться сквозь самый бурелом. Мстила, не иначе. Знала ведь, что все отогнутые ее телом ветки бьют по мне!

Увернувшись в очередной раз, случайно бросил взгляд назад, да так и замер, удивленно глядя на то, как довольно быстро «затягивается» на земле след от ее хвоста и выпрямляются помятые ветки.

— Саишша, а это нормально? — уточнил я у шассы.

— Нормально что? — обернувшись, уточнила она. Посмотрела некоторое время на то, как медленно исчезает довольно-таки заметная колея от ее хвоста, потом удовлетворенно кивнула, и… преспокойно поползла дальше! Причем, так и не ответив на мой вопрос.

Не дождавшись ответа, я настойчиво повторил свой вопрос. Вздохнув, шасса все же соизволила дать мне объяснения:

— Когда мы с тобой влетели в лес, я из остатков резерва слепила заклинание «Восстановления». Причем с привязкой на ауру леса. По моей просьбе, леший закольцевал его на нас, но привязку пришлось снять, поэтому, как только оно выдохнется, я установлю новое, более мощное. Благо резерв у меня восстанавливается быстро. Так что это нормально.

— А насколько твой резерв восстановился? — не удержавшись, полюбопытствовал я.

— Примерно на треть, — последовал краткий ответ.

До следующего привала мы практически не разговаривали, так перебрасывались изредка отдельными репликами.

Саишша

Я ползла, выдерживая ровный темп, и остановившись на ночлег, сразу же достала карту — подсчитать, сколько еще осталось до этих Больших поганок. Но сначала нужно принести дров на костер и поохотиться. До сих пор во рту стоит привкус сырого мяса. Нет, конечно, в исключительных условиях мы, шассы, вполне можем питаться сырым мясом, но, как и все нормальные и здравомыслящие существа, мы предпочитаем питаться нормальной едой.

Сначала я притащила кучку довольно больших веток — это дрова. Потом принесла воды. Благо река недалеко. И только потом приступила к охоте. На сей раз, я решила нацелиться на молодого кабанчика, который как раз пробегал в десяти километрах от сюда.

Развернув гребни, я быстро ползла параллельно пути добычи. Наконец, обогнув его, я притаилась в стороне от звериной тропы, по которой, оказывается, и бежал кабанидза.

О! Запах добычи стал сильнее. Вот и он. Приготовились, бросок! Хвост действовал сам, на уровне рефлексов. Еще бы, ведь я столько времени провела на уроках охоты.

Без особых усилий подняв его, благо он еще не вырос до взрослых размеров, я поползла в обратном направлении.

Через двадцать минут я уже сгружала добычу с рук на руки Норду, который лишь удивленно присвистнул, увидев мою добычу. Вновь развернув височные гребни, я попыталась определиться с направлением течения реки. Ага, кажется, она где-то на севере… Захватив фляги, я отправилась купаться. Я уже говорила, что люблю воду? Заодно и у водяного спрошу кое-чего о схронах нелюдей, при условии, конечно, что его еще не выжили из реки инквизиторы.

Сказав Норду оставить мне еды и укладываться спать без меня, я очертила защитный круг, добавив парочку изменений в его конструкцию. Например, теперь те, кто находился в нем на момент его сотворения смогут беспрепятственно выити и зайти. Ну, и еще сигналку установила, чтобы не пропустить появление инквизиторов, буде таковые появятся.

Удостоверившись, что все дела сделаны, я предупредила о круге Норда и отправилась по направлению к речке. Через каких-то полчаса я уже была там. Сперва я прополоскала и набрала воды во фляги.

Затем попыталась провести ритуал вызова водяного.

— Саи'сишш, Саи'сушш, смес-ска, шваис-са, Саи'сишш.

— Чего надобно? — угрюмо поинтересовался Хозяин реки у меня, возникая посередине круга вызова. Он выглядел молодым парнем, циклов на пятьдесят, со светлыми волосами и довольно приятными чертами лица.

— Просто хотела удостовериться, что у реки есть Хозяин, — честно ответила я, — А так же задать несколько вопросов относительно схронов.

— А что мне будет за это? — ядовито осведомился водяной. Все правильно, я ведь не в бедственном положении, и требование о плате за помощь вполне ожидаемо. Что ж, поторгуемся!

— А что ты хочешь?

— Умная… — с оттенком восхищения протянул водяной, с уважением глядя на меня. Это хорошо, значит, признал равной, — Поставь здесь щит от инквизиторов, и я не только скину тебе мыслеобраз схронов, но и обеспечу древним саи'шессом[16].

— Да, я согласна! — не раздумывая приняла его предложение я. Люди никогда не поймут такого трепетного отношения к оружию, которое принято у нас. Для нас собственное оружие является сестрой или братом, которых мы холим и лелеем. Именно поэтому мы так негативно (мягко говоря) относимся к тому, чтобы кто-то даже просто долго или пристально посмотрел на саи'шесс.

Тем почетнее получить саи'шесс в награду, подарок или по достижении определенной ступени. Чаще всего саи'шесс получают как раз на сто десятую линьку, ведь именно тогда все движения доводят до автоматизма и организм достигает пика своего развития. Причем выбирают обычно из саи'шессов предков, очень редко когда делают новый.

Каждый владелец ставит зарубку на древке и выжигает свое полное имя, а затем зачаровывает эту надпись так, чтобы под ней появлялись точки — по количеству убитых им.

Неудивительно, что я схватилась за возможность получить саи'шесс, а уж тем более древний. Иногда бывали такие случаи, когда в момент смертельной опасности оружие помогало своим хозяевам одержать победу или же выжить. Просто давало знания о разных приемах, которые использовали его предыдущие владельцы.

Водяной насмешливо усмехнулся, прекрасно понимая, что творилось сейчас у меня в душе.

— Сначала плата! — потребовала я. Хозяин речки пожал плечами, и нырнул в реку. Отсутствовал он минут десять, не больше. Я тем временем начала чертить пентаграмму защиты.

Вынырнул водяной не один, а с несколькими русалками. В ответ на мой удивленный взгляд он только смущенно пробурчал:

— Сами увязались.

— Ладно. Все равно они не помешают мне, — забрала у него саи'шесс, любовно пробежавшись пальцами по резьбе, оставшейся от прежних владельцев. Как их много…

Но нужно вернуться к реальности и завершить начатое. Привычно забрасываю саи'шесс себе за спину и дорисовываю пентаграмму.

Затем встаю в центр и призываю силу. Теплое и родное для меня некромантское пламя заплясало на руках. Водяной и русалки, кучкой сбившиеся позади него, отшатнулись.

Шепчу слова древнего, как мир заклятия, про себя молясь, чтобы резерва хватило. И тут пентаграмма вспыхнула зеленым пламенем. Я стала говорить уже в полный голос, одновременно вливая силу в медленно формирующийся заслон. Только бы силы хватило…

Последние слова уже буквально кричу, но так и задумано, все правильно. Завязываю заклинание на водяном, легко сломив его сопротивление.

Фу-ух, дело сделано. Можно покинуть пентаграмму. Пламя неохотно затухает, и, в последний раз прильнув ко мне, окончательно гаснет.

Старательно затираю линии пентаграммы. Ни к чему оставлять ее… Резерв почти пуст, но это невысокая плата за свое оружие. Не обращая внимание на ошалевших водяного с русалками, я высасываю как можно больше маны из канала за раз и специальным заклинанием выжигаю зарубку и свое имя, а потом накладываю другое заклинание. Издаю удовлетворенное шипение, наблюдая, как под моим именем появляются двадцать четыре точки. Все правильно, стольких я убила.

Теперь очередь за второй частью платы. Подхожу к водяному и требовательно смотрю ему в глаза. Он без слов все понимает и послушно направляет мне мыслеобраз с расположением всех схронов нелюдей.

Опустив первое веко, бегло просматриваю его. Так, ближайший схрон будет через день пути от Больших мухоморов. Значит, остановимся там на ночлег.

Но… я не завершила дела здесь. Нажав на выступ резьбы вверху посоха, раскрыла лезвия. Взмахнула раз, другой — идеально! Закрыв посох, снова закинула его за спину.

— Можно я тут искупаюсь? — вежливо спросила у водяного.

— Да-да, конечно, — небрежно отмахнулся он, ощупывая защиту.

Я же быстро стянула тунику и повесила ее на ветку дерева. Затем вошла в воду. Остаток времени до полуночи мы с русалками провели очень весело и шумно.

Выбравшись на берег, мы сохли и травили байки. Ну, то есть, я сохла, а они травили.

Чего только они мне не рассказали! И про жизнь немилую, и про курьезные случаи с их водяным. Ну, в конце концов, мы перешли на извечную женскую тему — мужики. Они рассказывали, как и кого из людей закадрили, я — как у нас принято ухаживать. В-общем, засиделись мы надолго. У них даже нашлась выпивка! Выпили немного… А я сказала, что немного! Ну и что, что это был самогон? Главное, что всего пять бутылок…

Где-то около четырех утра я по синусоиде поползла обратно. Относительно быстро добравшись до нашей с Нордом стоянки, я завалилась спать, крепко обнимая свое верное оружие. А в том, что мы будем верны друг другу, я не сомневалась.

* * *

Утром я проснулась с жестоким похмельем. Как голова-то боли-ит… Страшная сухость во рту. Вот так и осознаешь, что самые острые угрызения совести — похмельные. О-о-о… Кто так орет?! Кто тут самоубийца, я спрашиваю?!

— Вставай, алкоголичка начинающая! Быстрей! А то без тебя уйду! — надрывался… очень, ОЧЕНЬ нехороший наар.

— Иди… — из последних сил хриплю я и с облегчением закрываю глаза. Норд в шоке, я предаюсь мечтам о спирте. Слышно какое-то копошение, видимо наар собирает сумки. Наконец-то дошло, что меня лучше не тревожить.

В голову как будто поселили орду гномов, которые усердно стучат своими кирками изнутри по моей бедной черепной коробке… О-о-о… Как мне плохо… Ну почему, почему эти ***** маги древности не изобрели антипохмелина?!?! Из вчерашнего… почти ничего не помню. А, нет, всплывает воспоминание, как мы с русалками устроили кантование водяного на пикантные темы. И… и все.

— Держи, попей, а то совсем никакая, — беру все слова обратно! Это самый лучший наар в мире! Чуть приподняв голову, пью. На любое шевеление в черепушке взрывается состав Мооло'това. Кто такой Мооло'тов? Да был проездом в клане Линь такой алхимик… Молодой, горячий. И придумал он однажды такой взрывчатый составчик, что я потом его час от стенки лаборатории отскребала. Спросите, что я там делала? Так мы вместе его делали, но Мооло'тов первый сообразил, что нужно все встряхнуть… хорошо хоть за малахитовый стол спрятаться успела.

Немного полегчало… Потихоньку сажусь, упираясь для верности спиной в дерево. Осторожно приоткрываю глаза. Зачем так ярко светит солнце? Выключите!

Вижу ухмыляющегося Норда, но в глазах читается сочувствие. Правда, напополам со злорадством, но все же… Видимо, тоже напивался.

Норд

Заявилась эта шасса с рассветом. От нее так сильно несло перегаром, что мне поплохело, а я ведь в двух метрах от нее лежал! Где она напиться успела?! С собой она несла какую-то палку, которая крепилась на двух ремешках сзади, на спине. Так, а где фляги? Улеглась она спать пьяно хихикая и в костер. Не, честно! И вот, картина маслом: я вскакиваю и стою в шоке, а она в горящем костре лежит… и дрыхнет!!! И ничего не чувствует!!!

Кстати, ее туника тоже не горит. Зачарованная она, что ли? Хотя, если ее делала шасса, то она должна была предвидеть такой случай.

Досыпать я не ложился, начал собирать сумки. Дождавшись, когда костер потухнет, я начал будить Саишшу. Мои увещевания она проигнорировала. Тогда я начал угрожать, что оставлю ее здесь, что тоже результата не дало. Сообразил, что у шассы, должно быть, дичайшее похмелье. Дал воды. Она (шасса, а не вода!) морщится, но воду пьет. Потихоньку приходит в себя. Вон, даже села. Шипы у нее стоят дыбом, но тусклые. Выражение лица страдальческое.

— Но-орд. Но-орд… Норд! У тебя выпить есть? — с надеждой вопрошает эта начинающая алкоголичка.

Не, я понимаю, что с перепою голова не варит, но чтоб настолько! Где я ей сейчас алкоголь возьму? Знать бы, где она сама его взяла? Что значит, «я мужчина»? Я знаю, какого я пола! Но потакать твоему пьянству не буду.

Страдальчески вздохнув, шасса попросила «посидеть еще полчасика» и поведала мне крайне любопытную информацию. Выяснилось, что теперь мы, то есть Саишша, знаем расположения каких-то схронов. Это, кажется, вроде убежища для нечисти. Это, бесспорно, плюс. А вот резерв у Саишшы совсем исчерпан, это уже большой минус. Ну, и еще она нашла себе какое-то оружие, показывать которое отказалась наотрез.

Прикинув в уме время, прошедшее с момента уничтожения отряда инквизиторов, я пришел к неутешительному выводу, что через день, максимум полтора, Верховный Инквизитор узнает о провале своих «палачей».

Фора у нас будет примерно в полдня, но это если только мы двинемся прямо сейчас, а это не предвидится. Поразмыслив, я решил не заходить в Большие Мухоморы, а идти сразу к ближайшему убежищу, простите, схрону. Достав из сумок карту, я потребовал у шассы указать место, где расположен этот самый схрон. Странное название… Непривычное.

Проложив оптимальный маршрут, я высчитал, что пешим ходом это будет около шести часов. Если учесть, что сейчас позднее утро, то подойдем к нему мы ближе к вечеру. Затем укроемся там и переждем погоню, если ее все-таки вышлют. Мало ли, может, Инквизитор решит, что нас убили, но все погибли? Идея, конечно, бредовая, но лучше бы было так…

О, а Саишше, кажется, полегчало. Пытается встать. Я подхожу и помогаю, а фактически держу ее туловище на руках. Хвост внизу мотается. Положив руку мне на плечи, шасса пытается самостоятельно утвердиться на земле-матушке. Чем она думала, когда так напивалась?! Она же идти, то есть ползти не может! Мы так до схрона только через год доберемся!

Со стоном шасса схватилась за голову. Больно? Ну, будешь этой самой головой в следующий раз думать. Так как Саишша уже достаточно крепко стоит на хвосте, я отхожу на несколько шагов, готовый, впрочем, подхватить ее, если она начнет падать.

— А какое-нибудь заклинание ты применить не можешь? — интересуюсь отнюдь не из праздного любопытства, нам сейчас трезвая… гм… и не болящая голова жизненно необходима.

— Не-ет! — стонет Саишша, — Будь так, я бы сразу это использовала! Ладно, я уже могу двигаться, пошли! Только вещи сам понеси…

Какая самоотверженность… Я восхищен, честно! Видно ведь, что у нее голова на части раскалывается, но она идти куда-то собралась!

— Ты точно сможешь идти? — беспокоюсь я.

— Да, у нас регенерация хорошая, к вечеру все должно пройти. Чтоб я еще раз… — отвечает Саишша, морщась.

— Не давай невыполнимых обещаний! — хмыкнул я и, обвешавшись сумками с ног до головы, первым продолжил путь.

Около часа мы постоянно останавливались, так как шассу постоянно выворачивало, и даже когда в ее желудке ничего уже не осталось, она страдала от спазмов. Затем ей стало лучше, и мы могли продолжить путь без таких частых остановок. Поэтому к обеду она чувствовала себя вполне сносно, но от еды отказалась.

После краткого перекуса я сверился с картой и, определив направление, уверенно двинулся по направлению к опушке, на которой должен быть расположен вход в схрон.

Еще примерно через три часа шасса пришла в себя окончательно. Поэтому я без зазрения совести сгрузил половину мешков на нее. Она страдальчески вздохнула, но поползла дальше нагруженная, не забыв послать мне «добренький» взгляд.

Ну, вот мы и добрались до этой опушки. И где?.. Риторический вопрос. Никаких, ну вот абсолютно никаких следов какого-либо укрытия. Так, несколько довольно больших камней, поросших мхом. И все.

— Ну и где тут укрытие? — раздраженно поинтересовался я после двадцати минут поиска. Во время него я ощупывал и ковырял камни как только мог, а эта змея даже пальцем не пошевелила, чтобы мне помочь!

Шасса насмешливо взглянула на меня и, ничего не ответив, выползла на середину полянки, раскинула руки и… запела.

Это было прекрасно, завораживающе, восхитительно… Песня выворачивала душу, приказывала, умоляла, звала. Слов я не понимал, да и к чему они?.. Странное чувство спокойствия и отрешенности накрыло меня. В голове кто-то нашептывал: «Зачем ты живешь? Разве есть смысл в жизни? Послушайся меня, растворись, выпусти на волю свою душу! Я обещаю тебе покой…»

Я почти согласился, но внезапно шепот исчез, а вместе с ним и чарующая мелодия. Все осознавалось как в тумане. Смутно помню, что Саишша тянула меня куда-то, кажется, она все-таки открыла схрон. Покорно иду за ней, меня усаживают на сухой земляной пол, обеспокоенно заглядывают в глаза. Пытаюсь успокоить ее, глажу по щеке. Шасса недовольно качает головой, но оставляет меня в покое и закрывает схрон. Темно… но зрение уже адаптировалось, я вижу, как Саишша разжигает костер. Как же я устал…

* * *

Проснувшись, долго глядел в потолок и пытался вспомнить и осознать, что это такое вчера было. Никаких идей в голову не приходит. Кстати, чувствую я себя довольно сносно, по крайней мере, голова не болит и не кружится.

Пытаюсь встать, но наваливается такая слабость, что остаюсь в полулежащем положении.

Оглядевшись, понял, что один. Костер горит, значит ушла Саишша недавно и, скорее всего, на охоту. Хочется пить. Тянусь к сумкам, которые аккуратно сложены у стены, но тут замечаю лежащие рядом с собой фляги. Те самые, которые Саишша где-то посеяла. Видимо, нашла. Надо будет спросить, где она все-таки была…

Не сразу отвинтил крышку у фляжки, так как руки дрожали. Жадно пью, осушив сосуд в несколько глотков. Жажда такая, что, кажется, реку в себя волью, и еще место останется. Подползаю к костру. Только сейчас обратил внимание, что нахожусь в какой-то пещере. Пол земляной, но сухой и теплый. Стены гладкие, потолок довольно-таки высоко, примерно в два моих роста. Конец пещеры теряется в темноте, но точно есть какая-то отдушина, иначе я бы задохнулся из-за недостатка воздуха.

Удобно устроившись у костра, начал размышлять. Что это было? Что за песня? Заклинание? Да нет, они на меня не действуют. Тогда что? Вопросы, вопросы, и ни одного ответа… Некстати вспомнились собственные размышления о принадлежности Са к аристократии. Кем же ты была? Припомнив первые дни нашего общения, я начал анализировать поведение шассы. Стресс выбил ее из колеи, значит, сначала ее поведение точно было настоящим. Это потом она одела маску, причем носит ее до сих пор.

И тут меня осенило. А что, если она и так была наследницей?! Вспомнилось, как она требовала столовые приборы. Значит, для нее это было обыденностью. Да даже сейчас, в походных условиях, Са ест не руками, а заворачивает еду в листья, и только потом берет. Говорят, что то, как человек ест, может многое рассказать о нем. Шассы не люди, но все же…

Да и магия… В книгах написано, что шассы не владеют магией. Так как же Са может колдовать? И ведь амулеты она тоже не использует, я бы заметил.

Тут послышался скрежет, и в стене пещеры появился довольно-таки большой проем. В него тенью скользнула шасса, неся в руках связку еще живых зайцев. Что она собирается делать?

Саишша

Затянув песню открытия, я совсем упустила из виду Норда. Мелодия захватила меня, и я наслаждалась каждым мгновением песнопения. Поэтому так перепугалась, когда ощутила близкую смерть. Обернувшись, я увидела Госпожу[17], которая укоризненно качая головой, указала мне на оседающего наара. Спохватившись, быстро завершила песню. Не обращая внимания на рокот открывающегося прохода, я бросилась к Норду. Он лежал и почти не дышал. Мертвенная бледность разливалась на его лице.

Кинув умоляющий взгляд на Смерть, я приготовилась к передаче энергии. Госпожа укоризненно вздохнула, но провела между мной и Нордом канал. Я поспешно стала перекачивать через него энергию. Слава тебе, Геката! Наар задышал ровнее, бледность на лице понемногу отступала. «Желание, одно желание — вот цена!» — шепнул тихий и такой родной голос у меня в голове. Я вздрогнула. В прошлый раз это обернулось трагедией, а чем сейчас? Но цена назначена, нужно просто ждать. Скоро боги объявят мне свою волю…

А теперь нужно затащить Норда и все вещи в проход схрона. Наар был еще немного заторможенный, но скоро придет в себя. Я на это надеюсь.

Просидев с Нордом еще всю ночь и утро, я отправилась на охоту, заодно завернув к реке и забрав фляжки у водяного, которые забыла вчера.

Теперь нужно рассказать, почему моя песня оказала на наара такой эффект. А для этого нужно заглянуть в прошлое.

Давным-давно существовали огромные змеи-демиурги. Было их десять. Это они создали наш мир. Да-да, миров много, это уже доказано, а вы не знали? Но, так или иначе, но перед тем как уйти в другие миры они создали наш народ. Видимо, узрели, что творят нецивилизованные люди и нелюди и ужаснулись. Мы должны играть роль своеобразных хранителей. Клан Хранителей(Сумешш) занимается людьми и прочими двуногими, — не в обиду Норду будет сказано, — Лесной клан(Митсаа) — природой, а Некроманты… ну, догадайтесь? Правильно, на нас скинули самое тяжелое — тогда еще слишком диких нелюдей и нечисть. Есть еще другие кланы, но они так, поддержка.

Так вот, мы, шассы из этих кланов, используем не только распространенные заклинания, но и поем. Причем этими песнями можем сделать что угодно. И нас никто не остановит, потому что мы меняем само мироздание. Содержание тут не важно, главное — эмоциональный настрой. Но мы прибегаем к этому очень редко, так как можем чисто случайно убить, в буквальном смысле «запевшись» и потеряв контроль. Говорят, что многие после потери контроля сами растворялись в мелодии, но я в это не особо верю. Возможно, они, эти шассы, сами хотели уйти из жизни?

Вспомнив, что мне еще богам жертвы приносить, я поймала с десяток диких кроликов и, связав их заклинанием обездвиживания, перетаскала в схрон. В каждом таком убежище обязательно есть малые алтари для всех богов. Кстати, теперь уже не надо было каждый раз петь, чтобы открыть проход. Достаточно было сказать «Откройся» или «Закройся», но только на родном языке.

Когда я вернулась, Норд уже очнулся и теперь полулежал на животе около костра. Слава богам, с ним все в порядке!

Сгрузив свою ношу в уголок, я поспешно приблизилась к Норду. Тот изучал меня странно задумчивым взглядом. Что такое? Неужели он до чего-то додумался? Как жаль, что нет таких заклинаний, которые позволяют читать мысли!

— Ну, ты как? Хорошо себя чувствуешь? Ничего не болит, голова не кружится? Ноги не немеют? — засыпаю вопросами наара.

— Да нет, только слабость сильная, — рассеянно отвечает он. Ну, это нормально, — А зачем тебе столько кроликов?

— Богам жертвы, — равнодушно отвечаю я. Меня жертвоприношением не испугать. И не такого насмотрелась.

— Жертвы?! — ну да, а что его так удивляет? — Живых зверей?!

— Да, — терпеливо, как маленькому разъясняю ему, — В благодарность за наше спасение я обещала богам жертвы.

— А разве тут есть алтари? — задал вопрос немного успокоившийся Норд.

— Конечно, есть, — усмехнулась я. Он как новорожденный, честное слово! — В каждом схроне есть малые алтари для всего пантеона темных и светлых богов.

Наар стал хватать воздух ртом, округлившимися от ужаса глазами смотря на меня. Привыкай, с Некроманткой общаешься! В конце концов, ради жизни можно и потерпеть. Боги не любят, когда их злят.

Пройдя во вторую пещеру, я мановением руки зажгла светильники. Вспыхнули сразу все, что подтверждает мой долг богам. Начнем с темного пантеона.

Подойдя к алтарю Тахешесса, я начертила специальным мелком, который лежал на алтаре, круг жертвоприношения и, вписав в него руны, положила в центр одного из зайцев. Ненавижу подобные ритуалы…

Достав саи'шесс я затянула речитатив-молитву. Окончив, отвернулась, и наугад ткнула в бешено дергающегося кроля. Короткий взвизг, и все стихло. Вот и все…

Проделав такую же процедуру с остальными алтарями, я остановилась перед жертвенником, посвященном Госпоже Гекате. Ее нужно отблагодарить особо…

Запев полную молитву-благодарность, я начала осторожно чертить круг. Но вот руны в него вписала совсем другие… Хагалаз, Танар, Ис, Вуньо… Символ смерти-жизни и сразу же благодарности… Готово.

Теперь только пролить кровь несчастного животного. Все, теперь первая часть моего долга выполнена. Осталось желание Госпожи. Что она потребует? Ведь для богов мы игрушки, которыми можно лишь развлекаться. Правда, тех, кто развлечет богов и останется при этом в живых награждают воистину с божественным размахом. Но таких случаев единицы.

Возвратившись в основное помещение схрона, я увидела сильно бледного Норда. Молча свернулась клубком перед костром, понимая, что сейчас наару нужно подумать.

— Са… — я дернулась, когда он меня так назвал. Так меня называла мама… — Скажи… тебе их не жалко?

— Жалко… — шепотом, боясь спугнуть это чувство доверия, которое впервые возникло между нами.

— А… — он запнулся, чуть покраснел и продолжил, — ты стихи какие-нибудь знаешь?

Я, если честно, немного оторопела сначала от такого вопроса. Но ничего не сказав, задумчиво опустила руки в костер. Больно не было, чешуя моего народа прекрасно защищает от огня. Но тепло ощущалось, и я часто так делала в детстве, когда мама меня не видела. Она вечно ругала меня за то, что я могу пожечь еще не затвердевшую чешую.

Перебирая в памяти стихотворения, которые учила в детстве, я решила остановить свой выбор на одном из тех, которые как раз посвящены огню. Набрав в ладони пылающих углей, я начала читать свое любимое стихотворение.

Огонь — великая стихия,

Ведь он живёт в сердцах людей,

Он где-то тухнет, где-то вечен,

Он сила, смысл всех идей….

Он может вспыхнуть, словно феникс,

Или взорваться, как звезда,

Иль тускло тлеть, как древний факел,

Но есть он. Правда, — вот она!

«Огонь и сталь!» — затем удар бича,

«Огонь и сталь!» — боль, крики, стоны,

«Огонь и сталь!» — и серебристый взмах меча,

«Огонь и сталь!» — мы в бой идти готовы!

Когда я закончила, мы с Нордом еще долго молча сидели у костра, боясь нарушить такое приятное молчание.

* * *

Утром я сразу же, как только проснулась, достала карту. Так, первое, что нам нужно — это высчитать, сколько прошел возможный отряд инквизиторов. Второе — высчитать самый краткий путь к Границе. Со вторым справилась без особых проблем, только вот под конец пути нам придется пересечь Гиблые болота. По слухам, туда меньше, чем отрядом в полсотни человек лучше не соваться. Ну, нам не выбирать…

А вот со вторым возникли проблемы. Я не знала, кого выслали нам в погоню — паладинов (не дай Шаирэссар!) или отряд инквизиторов, как в прошлый раз. Паладины передвигаются быстрее, чем даже мы, потому что в них искусственно смешивают кровь почти всех нелюдей, способности которых желательны для сверхчеловека. И, воистину, Инквизиции удалось его создать…

Фактически, паладины такая же нечисть, как и мы, но она нужна палачам. Но держат их, как зверей, в клетках…

Но лучше рассчитывать на худшее, а надеяться на лучшее. Так, наша скорость…

От вычисления меня нагло оторвали, слава Шаирэссару, я успела рассчитать расстояние. Кстати, выходило, что они скоро будут здесь… Ну, чего тебе там надо?

Оказывается, Норд есть хочет. На охоту меня послал. Я решила его тоже припахать к труду и обороне и сказала решить, как нам поступить: идти прямо сейчас или же пропустить паладинов вперед.

Озадачив Норда, я планировала, что мне быстро попадется какая-нибудь дичь, но этого не случилось. Леса будто вымерли, ни птички, ни даже самого мелкого зверька. Было тихо, как в гробу.

Н-да, нехорошее сравнение, потому что так может быть, только если есть кто-то, кто несет в себе частичку чистой смерти. Это не я, тогда… паладины. Так быстро? Что ж, какой-то деревне не повезло, ее пустили на подпитку.

Значит, вопрос решен, пересидим в схроне. Так, посмотрим резерв. Восстановлена примерно треть, если что — не отмахаемся. Да я в любом случае на равных только с одним паладином смогу быть, а если их несколько пошлют…

Но нужно запастись едой и водой, пока есть время. У животных очень хорошее чутье, за многие километры они чуют опасность…

Раскрыв гребни на спине и висках, чтобы не пропустить приближение паладинов, я наскоро плету «Манок», настраивая распространение действия на годовалых кабанов. Пока работает заклинание, молнией метнулась в схрон, забрала парочку пустых фляжек, а так же вытряхнула из одного мешка еду, которую нам дал с собой леший. Наложив на него вывернутый наизнанку слабенький щит, помчалась к реке. Быстро набрала воду в фляги, потом в ставший непромокаемым мешок. Так же быстро вернулась в схрон, сложила все и поползла к своему «Манку».

Перед тем, как выскочить на прогалинку, где я его оставила, я осторожно просканировала пространство. Фу-ух, никого. Подойдя поближе, увидела парочку кабанчиков. Ну, столько хватит. Хотела уже перерезать им горла, но передумала. А вдруг паладины сумеют выследить нас по запаху крови? Поэтому я просто и без затей сломала им шеи.

Взвалила себе на плечи. Ох, как-кие они тяжелые… Есть предел даже для шасс. Деактивировав заклинание и впитав в себя остаточную силу, я, покряхтывая, поползла к нашему убежищу. Внезапно я замерла, словно наткнулась на невидимую стену. На краю сознания маячило неясное предчувствие… Тут меня словно «Молотом» по голове шарахнуло. Это же паладины! Со всей возможной скоростью я помчалась к схрону. У меня будто крылья выросли. Никогда не подозревала, что могу такую скорость развивать!

Влетев в пещеру, быстро затворила ее и лихорадочно стала творить маскирующие заклинания, безжалостно вычерпывая только-только на половину наполнившийся резерв. Плевать, жизнь дороже! Шаирэссар, как же страшно!.. За себя, за Норда, за кланы, последней представительницей которых осталась лишь я…

Норд, похоже, все понял. Насторожился, в любой момент готов вскочить и броситься в атаку или куда подальше, в зависимости от обстоятельств. Умный, и, похоже, тоже носит маску, как и я. Осторожнее с ним надо быть, осторожнее…

Закончила я, когда резерв был исчерпан почти до дна. Обессиленно привалилась к стене, мрачно размышляя, что такими темпами мне запас сил никогда не восстановить.

Просидев так немногим больше часа, я поняла, что дольше терпеть пытку неизвестностью не смогу. И канал, по которому я подпитывалась от леса, пришлось отключить. Паладины могут отследить по колебаниям маны, где находится ее приемник. Тахешесс, куда ни кинь, везде обвал! Что теперь делать? Сидеть и ждать я больше не могу, восстановление резерва идет медленно, и не до разговоров сейчас. А, впрочем… Нет, это безумие. Хотя…

Развернув гребни и погрузившись в состояние транса, я попыталась проделать один трюк, которому научилась по одной из книг запретной секции клановой библиотеки. Но сложность состояла в том, что действия я знала только в теории. К тому же, такие ритуалы считались крайне рискованными, и процент выживших и не сошедших с ума крайне мал. Примерно так десять на девяносто. Зато те, кто выжил… становились просто идеальными шпионами. Это ж просто находка, существо сидит в одном месте, но сознание его в другом, и заметить его может только такой же, как он. То есть освоивший технику выхода из тела.

Погрузившись в самый глубокий транс, на который была способна, я представила, что вылетаю из своего тела. Это оказалось неожиданно легко. Но вот потом…

Я оказалась в буйстве красок и запахов. Их было так много, что я просто терялась в них. Некоторые были мне знакомы, другие совсем неизвестны. Вот скажите, как может пахнуть надежда? А страх? Опасение? Жажда добычи? Каждый хотелось попробовать, пощупать, рассмотреть поближе…

Стоп! Жажда добычи? Откуда? Именно этот резкий диссонанс между запахами эмоций Норда и агрессивным, удушающим запахом жажды крови привел меня в чувство. Я мгновенно вспомнила, кто Я и зачем Я здесь. Где это — здесь — мое сознание не уточнило.

Следуя за этим резким запахом жажды крови, я покинула пещеру. Да-да, пролетела сквозь камень! Невероятно!

Тут же я замерла испуганным зверьком, потому что прямо предо мной стоял паладин. Это был высокий худощавый человек, с мышиного цвета волосами и абсолютно белыми глазами. Его ноздри раздувались, он принюхивался к запахам — я тоже их увидела — которые все-таки просачивались сквозь плотно пригнанный — снаружи было незаметно — валун, закрывающий вход.

Как ни странно, он меня не заметил. Вспомнив, что я должна быть невидима, я осторожно обошла его. За ним стояло еще двое. Трое, значит… Ах да, как я могла забыть — они всегда ходят тройками, шестерками и дальше по нарастающей.

Второй из них выглядел как молодой симпатичный парень с короткими, совершенно седыми волосами, а второй — как типичный ботан. Только мышцы выпирают, а так — ну чисто заучка. И глаза — глаза у них были абсолютно белые.

Хм, интересно, если окружающие меня не видят, то я себя вижу? Посмотрев вниз, я ничего не увидела. Было так странно ощущать себя только некой точкой разума, без тела…

Тут паладин, стоявший перед входом в пещеру, глубоко втянул носом воздух и стал водить руками по камням. Холодея от ужаса, я увидела, что мои слабенькие заклинания легко рвутся под его ладонями. Не знаю, что меня тогда толкнуло, но я стремительно подлетела к булыжникам и распласталась по ним, желая закрыть собой вход. Нельзя пустить их сюда, нельзя! К моему удивлению, у меня легко получилось разлиться тонкой пленкой по камням. Я словно смотрела теперь из миллиона точек одновременно, что ввело меня в ступор.

Когда я более-менее разобралась со своими странными вывертами сознания, паладины уже отошли на край поляны и о чем-то тихо разговаривали. Я подлетела поближе, кое-как собрав себя в одну точку. На меня вдруг навалилась страшная усталость. Казалось, что проспишь не одну неделю, прежде чем отдохнешь.

— Ну, Найт, узнал, что тут? Объекты не проходили? — спрашивал седой того, который камни ощупывал.

— Ничего, только старый схрон нечисти, — небрежно отмахнулся тот, — Каково дальнейшее направление?

— Пойдем в сторону темных, как нормальная нечисть, эти должны отправиться туда. Потом заблокируем границу с нашей стороны.

Затем они, не сговариваясь, быстро побежали, сходу взяв высокий темп.

С облегчением я вернулась обратно в пещеру. Норд оказался около меня, тряс мое тело за плечи и звал по имени. В его эмоциях преобладали нотки беспокойства и страха за меня. Я уже собралась вернуться, но вот не знала, как это сделать! В тех записках, где я нашла этот способ, был написан только способ, как выйти из тела, а как войти ни слова. Меня охватил панический страх. А что, если я так никогда и не смогу вернуться обратно?! Попробуем методом тыка… Может нужно просто пожелать?

Ну, с желанием вернуться у меня все в порядке, значит, что-то другое. Слабость почти валила с ног. Я сообразила, что это как у новичка-мага, который просто с непривычки валится с ног после одного-двух заклинаний.

Так, так, нужно успокоиться. Что я представляла перед выходом из тела? Что я из него вылетела. Значит, нужно попробовать «влететь».

Осторожно потянувшись к своему телу, я с облегчением осознала, что я нахожусь, собственно, в нем же. Слабость никуда не делась, но теперь меня еще и клонило в сон. Буркнув Норду: «Все в порядке», я провалилась в мир сновидений…

Норд

Когда шасса влетела в пещеру, я уже начал кое-что подозревать. А когда она стала в срочном порядке таскать припасы, я окончательно уверился в том, что самые худшие предположения оправдались. Но кто же может так быстро передвигаться, что нагнал нас уже через два дня?

Шасса тем временем стала шептать себе что-то под нос, делая руками непонятные пассы и складывая хвост в разные фигурки. На ее волосах и гребнях плясали зеленоватые искорки. Когда она закончила, я напрягся, готовый в любой момент отстаивать свою жизнь. Тишина была почти оглушающей, как ни парадоксально это звучит. Она давила на уши и мешала успокоиться.

Так мы просидели где-то час. Хотя мне это показалось вечностью. Внезапно глаза Саишшы начали тускнеть, пока не стали абсолютно черными. Затем она перестала дышать и сползла по стенке на пол. Я тут же кинулся к ней и стал трясти за плечи. Через некоторое время ее шипы и чешуя стали гаснуть, но быстро разгорелись вновь. Через десять минут она вроде бы очнулась, но, буркнув мне что-то неразборчивое, мгновенно уснула. Я же отсел обратно к стене и стал задумчиво смотреть на шассу. Как же много ты скрываешь…

Вот интересно, что это сейчас было? Транс? Кто его знает. Да и когда свечение Са почти погасло… Насколько я разобрался, шипы тускнеют только когда она спит, но на сон это не похоже. У своих наставников в казарме инквизиторов я видел доспехи из тусклой чешуи, да и шкуры шасс из клана Са после свежевания были тусклыми. Получается, альтернатива сну — смерть. То есть она только что чуть не умерла?! Но… от чего? Никаких видимых повреждений, ничего!

Вздохнув, я принялся разделывать тех кабанчиков, которых Са скинула на пол пещеры.

М-да. Разделывал первого часа два. В итоге: весь перемазавшийся кровью и внутренностями, сижу рядом с растерзанным кабаном. Кабан вопиял о моей жестокости и садизме. Начинаю задумываться о том, что еще больший извращенец, чем шасса. Э, э, вы чего?! Я ничего такого не имел в виду!!! Я все ее птичку не могу забыть!!! Зверски замученную.

С тяжелейшим вздохом я принялся за второго кабана. С ним дело пошло легче, потому что я уже примерно знал куда тыкать ножом можно, а куда нельзя. Ну, наконец, и с этим делом покончено. Тыркаюсь во второй пещере (та, что с алтарями) в надежде найти воду и помыть… ся. Целиком. Ну, не из фляжек же себя поливать, в самом деле! Мы ведь неизвестно сколько здесь просидим.

От поисков хоть какого-нибудь подземного родника меня оторвало истерическое хихиканье. Пулей лечу в главную пещеру, застаю там шассу, которая истерически храпит лицом к стене, постоянно сбиваясь на ржач. А ведь спала она свернувшись клубком!

Рывком переворачиваю ее лицом к себе, заключая в радостные объятия. А ведь я действительно рад видеть ее живой и здоровой! Так, а над чем она ржет? Надо мной?! А почему? Сквозь смех мне рассказывают, что она за ним вне тела немного понаблюдала. Что значит вне тела?

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — немного угрожающе спрашиваю я ее.

— Э-э-э… Нет! — смех как отрезало, сама Са пытается ненавязчиво освободиться от моих рук. Без вопросов ее отпускаю. Выжидательно смотрю на нее.

— Точно? Мне перейти к пыткам? — полушучу, но, как известно, в каждой шутке…

— А к каким? — загораются живым интересом глаза Са. Ума не приложу, как я разбираю ее эмоции, ведь лицо у нее практически неподвижное, и глаза без зрачков. Но вот сейчас я отчетливо понимаю, что она смотрит на меня с насмешливым интересом, ожидая моего рассказа о пытках.

— Ну-у… Я тебя во внутренностях вымажу! — она же девушка, так? Значит, испугается!

— Ну-ну. Попробуй! — с веселым изумлением. Видимо, считает, что я немного того. Или не немного…

Тем не менее, набираю полные ладони этой мерзости и вываливаю их на хвост Са. Открыв рот, смотрю, как это соскальзывает вниз, не оставив ни малейшего следа на сверкающей чешуе шассы. Заметив мой недоумевающий взгляд, мне пояснили, что на чешуе ее народа грязь практически не задерживается.

Сев, раздраженно смотрю на нагло ухмыляющуюся Са. Меня так ласково-ласково, как слабоумного, спрашивают, чего я забыл в святилище. Злобно огрызаюсь, что искал озеро с водопадом и выпивкой, а то заскучал. Рассмеявшись, Са поднялась и, все еще покачиваясь от слабости, указала на неприметный выступ, за которым скрывался довольно извилистый проход в небольшой зальчик, посреди которого находилось довольно-таки глубокое и холодное озеро.

Не дожидаясь меня, Са сама с восторженным воплем влетела в озеро и, нырнув, вылетела совсем с другой стороны, а не откуда я ее ждал. Спихнув меня в озеро, она стала меня подтапливать. Я яростно сопротивлялся и, в конце концов, мне удалось освободиться. Я тут же отплыл подальше и стал брызгаться в нее. Завязался целый бой!

Когда я ее почти победил, она подсекла меня хвостом и снова начала топить. Ах ты!.. Нырнув, я проплыл под кольцами ее хвоста и выскочил из воды за ее спиной. Схватив ее за талию, перекинул на спину и придавил на дно. Тотчас же на ее шее раскрылись жабры. Так вот оно что! А я то думал, как она тогда просидела в озере лешего час без воздуха.

Наклонившись поближе к воде, чтобы лучше видеть через толщу жидкости, я уселся на нее верхом и, заблокировав ее руки, стал ощупывать и осматривать ее жабры. К слову сказать, действовал я осторожно, и особо не усердствовал. Са тем временем немного побрыкалась, но вскоре успокоилась и только сверкала своими зелеными глазами. Мол, не переусердствуй, а то быстро успокою. Посмертно.

Я тем временем перешел от жабр к ее височным гребням. Рассмотрев их, я осторожно отогнул гребни. За ними были маленькие заостренные ушки. Ну, это я уже видел, поехали дальше.

Но «поехать дальше» мне не дали. Резко взмахнув хвостом, шасса сбросила меня с себя и подкинула вверх, хохоча при этом во все горло. Я заорал и плюхнулся обратно в озеро, дойдя чуть не до дна. Хм, а оно глубокое, оказывается. Е-мое, о чем я думаю?! А потом меня снова подкинули. Когда я приземлился во второй раз, я увернулся от ее хвоста и позорно сбежал в главную пещеру, уже оттуда крича, что сдаюсь на милость победительницы.

Са расхохоталась и сказала, чтобы я больше так не делал с шассами, если не входишь в их Внешний круг. Могут обидеться. До сломанных конечностей. Меня аж дрожь пробрала от таких подробностей.

Вернулся в зал с озером я уже с двумя полотенцами — для себя и для Са. Но та отказалась, сказав, что сама высушит себя заклинанием. Ну, хозяин барин (точнее, хозяйка). С удовольствием закутавшись сразу в оба полотенца, я отправился греться к костру, так как озеро было холодное. Но я это же говорил. Спустя полчаса вернулась шасса.

— Ты чего так долго? — спрашиваю, одновременно снимая полотенце. Придвигаюсь ближе к костру.

— Развлекалась. Плавала, — ленивым тоном отвечает Са, потягиваясь всем телом и сворачиваясь в клубок, положив голову и руки на кольца своего хвоста.

— Ты не ответила на мой вопрос: ничего не хочешь мне рассказать?

— Нет, но ты вполне можешь задать мне несколько вопросов. Обещаю ответить на них правдиво, — напряженно размышляю, чтобы такого спросить.

— Первое: почему на меня так подействовало твое пение; второе: что значит вне тела; и третье: кто за нами гонится. Вот, три вопроса, и на них ответь правдиво.

— Это все вопросы? — голос напряженный, значит, насторожилась.

— Нет, не все. Есть еще несколько, касающихся твоего прошлого, — хвост Са метет и стучит по полу, высекая искры. Значит, злится. Плохо.

— Ладно! — прошипела она, — слуш-шай внимательно, — рот у нее уже не закрывался, так как вылезли длинные клыки. Идрить твою через коромысло, откуда они взялись?! А вдруг ядовитые? — Мы издавна умеем магичить не только заклинаниями, но и песнями. Забывшись, мы можем убить всех, кто окружает нас, кроме тех, кого оберегаем чисто автоматически. «Вне тела» означает, что моя душа покинула свое тело. А гонятся за нами паладины.

От последнего меня прошиб холодный пот. Вот ведь!.. И чем так ценна Са, если ради нее выслали паладинов? Ведь не я же так интересен Верховному Инквизитору. Хотя…

Что касается ответов на предыдущие вопросы, то тут Са еще больше все запутала. Ладно, от следующего вопроса тебе не отвертеться!

— А где ты умудрилась напиться, откуда достала свое оружие и кем была в прежнем клане? — зажмурившись, выдохнул я. А ну как убьет за такие вопросы?

Воцарилось долгое молчание. Я приоткрыл один глаз и сразу же распахнул оба. Потому что шасса нависала надо мной, выпустив клыки и когти. С клыков капал яд, шипы стояли дыбом, а в глазах отражалось тако-ое… Я вжался в стену и с ужасом смотрел на нее, молясь всем богам, каких знаю, чтобы меня сейчас не убили за неправильные вопросы.

Саишша

Я нависала над Нордом и изо всех сил старалась прийти в себя и успокоить желание свернуть шею этому наглому наару. Было большое искушение переломать ему руки-ноги, вырвать язык, треснуть камнем между ног… Хотя последнее, наверно, слишком жестоко. Посмотрев в глаза Норда, я нехотя отползла обратно. Тот облегченно выдохнул и сам отодвинулся обратно.

Вот кто меня дернул за язык разрешить ему задавать вопросы?! Теперь, хочешь-не хочешь, а отвечать придется.

— Напилась я у водяного, оружие достала там же, а в клане… в клане я была наследницей, — минимум информации, чтобы точно ни до чего не додумался. Хотя с его-то мозгами… А откуда у него, собственно, такие мозги? Нет, не как они у него в голове образовались, но ведь разум у него натренированный. Оперируя таким малым количеством фактов очень трудно собрать картинку, а вот он сумел и, по-видимому, сейчас его умозаключения подтвердились. Вот… Тахешесс!

Свернувшись клубком, я отвернулась к стенке, показывая, что разговор окончен. Норд понятливо не стал настаивать. А он смелый, в тот раз парочка Охотников не сдержалась и… хм… в общем, у них был острый приступ недержания, прошу прощения за тавтологию.

Пока поразмышляем… Вспомним первые дни нашего знакомства. Он был очень любопытен. И сам говорил, что никогда представителей нашего народа не видел. И что нам это дает? Ничего нам это не дает. Но вот вертится на краю сознания какая-то очень незначительная деталька. Очень маленькая, но крайне важная… Нет, не помню.

Что еще? Ну, абсолютно точно могу сказать, что он очень любопытен. Еще… хороший боец, хотя сразу и не скажешь. Значит, профессионал, только они могут скрыть свой настоящий уровень. Но вот если вспомнить парочку приемов, которые проскользнули в его манере боя, то можно предположить, что он из знати. Только там обучают такой специфической манере ведения боя — один против всех. На случай восстания собственной дружины против их сеньора.

Как я уже говорила, мозг хорошо развит. Причем, именно на сопоставление фактов и «сбор мозаики», когда нужно, оперируя малым количеством фактов восстановить, например, картину заговора.

А, наконец-то вспомнила! У него речь правильная, без всяких ы-каний и гы-каний, а еще он явно знал, что такое столовые приборы.

Как все-таки хорошо, что в каждом клане преподают расоведение и вдалбливают в наши головы основную информацию о других народах! Вот когда пригодилось, а мы вместо лекций в Алхимическую пещеру с Мооло'товом бегали.

Ну, что я знаю абсолютно точно, так это то, что нам надо выжить. Вот доберемся до Темной Империи, устроимся, и вот тогда можно думать, кто есть кто и устраивать допросы с пристрастием…

Незаметно для себя самой я уснула.

…Полигон Некромантов. Давно забытая картина детства… Рядом стоят Учитель и мой старший брат Миссар. Мне шестьдесят восемь циклов. Я должна выпустить на свободу некромантское пламя Хранителей.

— Сай, в этом нет ничего страшного! Ты просто выпусти его, и все, — маленький шасс уговаривает другую шассу. Она вся дрожит от страха.

— Нет, Исс, я боюсь! А вдруг со мной будет как с теми древними? Нет, я не буду! — я очень, очень боюсь выпускать некромантское пламя. Вдруг я не совладаю с ним, и меня разорвет на кусочки?!

— Ты сможешь, Сай, я же смог! Учитель, ну скажите ей! — в отчаянии обращается Исс к нашему общему учителю.

— Сьяма Саишша сит[18] Сишша! С тобой ничего не случится! Все прошли через это, и ты тоже пройдешь! Потом еще смеяться будешь. Давай, иди в круг.

Вся дрожа аж до кончика хвоста, я вползаю в круг проявления. На нем стоят специальные чары, которые облегчают выход пламени. Как страшно…

Я раскинула руки в стороны и, дрожа, обратилась к той силе, которая жила в моей крови и все настойчивей требовала выхода наружу. Но тут… Завораживающая мелодия, казалось, была материальна, она приказывала идти за собой, и неповиновение было жестоко наказано.

Ползя по направлению к выходу, я пыталась успокоить свой огонь. Он рвался сквозь кожу, горячил кровь и постепенно собирался в руках, обжигая кончики пальцев.

Перед тем как выползти на свет Шаирэссаров, я спряталась под каменный козырек входа. Нужно сначала осмотреться, как учили. Все-таки это мой первый выход на поверхность, нужно все сделать по правилам!

Осторожно выглянув, я остолбенела, а чары волшебной мелодии истаяли в тот же миг. ТАМ были мои родители, моя родня, мои сородичи! ИХ убивали странные существа, у которых даже не было нормального хвоста, а только какие-то нелепые подпорки!

Я погрузилась в какое-то странное оцепенение, и очнулась только тогда, когда в живых осталась только моя семья — отец, мать и три старших брата. Я не верила своим глазам и все повторяла про себя: «Это неправильно, неправильно! Нет!»

Когда один из них занес меч над Иссом, будто что-то взорвалось во мне. Кровавая ярость затопила весь мой разум.

— БУДТЕ ВЫ ПРОКЛЯТЫ!!! ГОРИТЕ ВСЕ ЯСНЫМ ПЛАМЕНЕМ!!!

Некромантский огонь вырвался не из рук — из всего моего тела! Он испепелил ближайших ко мне существ, прокатился страшной волной дальше, выжег и сплавил землю. Из всех, кто был на поляне, уцелели только я и мать с отцом. Из груди Исса торчала рукоять меча, а сам он удивленно смотрел на стекающую кровь.

— Нет Исс, не умирай! — бросилась я к нему, но его шипы уже померкли. — Не-е-ет!!!

— Не-е-ет!!! Не надо! Не умирай! — я с воплем проснулась и несколько минут беспорядочно молотила хвостом по всему окружающему. Придя в себя, я обратила внимание на сдавленные стоны, доносившиеся от стены пещеры. Кажется, там спал Норд. Да чем он там занимается, в конце-то концов?! Уж больно стоны сладострастные.

Резко повернувшись, я увидела прелюбопытную картинку: Норд, наполовину размазанный по стенке, наполовину придавленный моим хвостом, пытается собрать себя в кучку. Хм… Судя по его стонам, собирать себя он будет аж до утра, если вообще соберет.

Думаю, стоит ли помогать ему, или нет. Решила, что стоит, поэтому со вздохом одолжения убираю свой хвост с задыхающегося наара. Кошмар уже подернулся пеленой забытья, поэтому я могла действовать адекватно. Так бывает каждый раз, когда мне напоминают о прошлом…

Вытягиваю постанывающего Норда и тихо напеваю незатейливую мелодию, желая вылечить и усыпить этого мужчину.

Когда наар уснул, а дыхание его выровнялось, я свернулась клубком у дальней стены и попыталась вновь выйти из тела. Как ни странно получилось легко, даже в транс входить не надо было. И искушения потрогать-рассмотреть, а то и вовсе остаться не было. Ну, то есть желание все потрогать-рассмотреть осталось, но в пределах нормы, как у ребенка, увидевшего новую игрушку. Правда, в эмоциях Норда произошли изменения. Теперь там не было беспокойства, зато было много боли и любопытства.

А может, приуменьшить это любопытство? Ну, чтоб он не так лез с расспросами? Хотя, нет, не надо. Я же умею только входить-выходить, ну и перемещаться. Еще, кажется, становиться щитом. Но это так, на уровне инстинктов. По-настоящему я только пустая порода в этой области. Вдруг Норд овощем останется? Мне этого «счастья» не надо, даже не предлагайте!

Может, поэкспериментировать с эмоциями животных? А что, здравая идея. Но сначала нужно осмотреться снаружи, узнать, сколько времени прошло, и насколько продвинулись вперед паладины.

Пролетев сквозь стену, я с изумлением увидела, что уже полдень. Н-да, я, похоже, недосчитала время. Мы находились в пещере схрона дольше, чем планировали.

Но ближе к делу, или, как говорит Мооло'тов, «ближе к телу». Он вообще шутник… Как хорошо, что он из другого клана, из клана Хранителей. Он уехал незадолго до того, как к нам пришли Охотники. Когда я попала в клан Линь, к ним как раз приехал по обмену наследник Лорда клана Сумешш. Сила тянется к силе, и мы с ним стали друг для друга мис'са'саарэй[19].

Прислушавшись и попытавшись раскрыть гребни, как будто я нахожусь в своем теле, я почти сошла с ума. На меня обрушилось всей своей мощью ЗНАНИЕ. Я знала почти все, что происходило на материке! Кое-как я попыталась уплывающим сознанием сформировать мысль о лесе, где я сейчас находилась. Тот час же океан информации ослаб, став всего лишь горным водопадом. Сразу стало в миллион раз легче, будто меня придавили огромной горой, а потом заменили ее просто большим валуном. Теперь я знала все только об обитателях этого леса, но это тоже было не комильфо.

Попробовав прочитать Норда, я наткнулась на крепчайшую стену. Да что же это такое?! Ничего о нем не знаю, а тут еще и какой-то умелец постарался, да так, что ведь не пробьешься!!!

Ладно, вернемся к делам насущным. Сосредоточившись, я подумала о паладинах и представила себе лицо одного из них. Бурный водопад иссяк, превратившись в ручеек. Так-так, они уже выходят из дальнего конца леса… О, я ощущаю множество смертей в той стороне. Похоже, они опять высосали жизнь из живых существ.

Ладно, еще немного — день-полтора — и пойдем по дороге. Но, думаю, пока к каналу перекачки маны подключаться не надо. Вдруг паладины и на таком расстоянии колебания силы чувствуют?

Вернувшись в пределы пещеры, я попыталась мысленно свернуть гребни. Знание сразу же исчезло. Слава Шаирэссару, я уж думала, что все время, когда я покину тело так будет.

Так, а теперь можно немного поиграться! Вокруг меня множество эмоций и чувств, от мелких червячков, до самого камня! Да, он, оказывается, тоже что-то испытывает! Поверить не могу!

Пытаюсь как-то повлиять на камень. Судя по всему, на данный момент он спокоен и спит. Хм, нужно разбудить его…

Эмоция спокойствия имела вид зеленого тумана, который стелился по стенам пещеры. Я попыталась окрасить его в фиолетовый цвет. Интересно, что получится? Потихоньку касаюсь своим сознанием этого тумана и представляю, как мы вместе окрашиваемся в насыщенный фиолетовый цвет. Не знаю, сколько времени это длилось, но вскоре мне захотелось что-нибудь нарисовать, или изобрести новое заклинание, да что угодно, главное — сотворить что-нибудь красивое! Не став в этом себе отказывать, я отлетела от стен и принялась перемешивать и составлять разные композиции из эмоций леса. Они пробивались даже сюда, настолько были сильны!

Случайно бросив взгляд на стены, я ошеломленно замерла: стены покрывал уже не зеленый, а фиолетовый с примесью красного туман! Неужели у меня получилось?! И тут я явственно ощутила недовольство. Кто-то сильно гневался, что его разбудили. Он высказывал свое недовольство эмоциями, но мне и этого хватало. Попытавшись приникнуть к туману, я потерпела поражение. Туман вырастил огромные иголки, которые пронзили меня в нескольких местах. А-а-а, больно!!! Как же больно! Взмахнув мысленно рукой, я полоснула воображаемыми когтями по туману. Он сразу же отпрянул и вырвал из меня свои иголки. Скуля от боли, я вошла обратно в свое тело и сразу же скорчилась на полу, чувствуя, как боль становиться все сильнее.

Норд

После приснопамятных вопросов Са свернулась клубком, показывая, что разговор закончен. Как теперь обратно ее доверие возвращать — не знаю. Я тоже улегся спать, но уснуть мне было не суждено. Так я пролежал довольно долгое время, как вдруг Са заорала дурным голосом на своем родном языке. Я приподнялся на локте, и тут ее хвост впечатал меня в стену. Боль была адская, мне даже показалось, что у меня что-то сломалось, а внутренности превратились в кашу.

А эта *** не убрала свой хвост, а придавила им меня еще сильнее!!! В глазах стало темнеть, я, кажется, терял сознание. Тут вдруг как-то сразу полегчало и я, приоткрыв глаза, увидел склоняющуюся надо мной Саишшу. Потом меня вытянули на полу и развели руки в стороны, что-то тихо напевая. Боль медленно уходила, и я провалился в забытье…

Проснулся от стонов и скулежа. Все тело немного ломило, но в целом чувствовал я себя нормально. Если честно, я думал, что не выживу.

Сев, я обнаружил источник этих звуков. Са свернулась в клубок, и именно она скулила. Перебравшись к ней, я спросил:

— Что случилось? Или ты так расстраиваешься, что меня раздавила?

— Не-ет! Я ведь только разбудить его хоте-ела! А он меня иглами! Теперь боль адская! Терпеть не могу.

— Так, я ничего не понял. Кого ты хотела разбудить, зачем и где у тебя болит? — эта шасса меня с ума сведет! Местами она умудренная годами, а местами как девчонка! И как вот ее понимать?!

Са тем временем распрямилась и ткнула в грудь и шею. Осмотрев шею, я ничего не нашел. Грудь осматривать не стал — неприлично, хоть и хочется.

— У тебя там ничего нет! — раздраженно просветил я ее.

— Так ведь меня мента-ально прошили! Вполне вероятно, что на теле следов не остае-ется! — кажется, боль идет приступами. С каждым Са начинает подвывать. Так, нужно засечь, через сколько времени будет следующий. Тьфу, она же не рожает! Вот ***, что теперь делать?!

— Может, тебе каких-нибудь трав заварить? — неуверенно предложил я. Надо все-таки выспросить у нее, что значит вне тела и что делать в таких случаях! Ведь ничего не зная, я и помочь не могу!

— Возможно… Да! Завари настой тысячелистника с мореной белой! Они должны снять боль и приступы. Только, ради Шаирэссара, быстрее, пока я еще контролирую свои вопли! Можешь даже просто залить водой!

— А как они выглядят?! — завопил я, роясь в ее мешке. Нашел какие-то мешочки, развязал — травки. Сунул их под нос шассе, уточняю:

— Эти или другие? — ей потребовался один взгляд, чтобы распознать этот силос и завопить:

— Нет, *** тебя так и раз-этак!!! Это малина и чабрец! На номера смотри. Нужные под номером десять и двадцать три.

А действительно, на мешочках разные цифры нарисованы! Как это я сразу не заметил? Стоп, не отвлекаемся!

Найдя нужные, я все же еще раз проверил траву у шассы, которая к тому времени опять свернулась в клубок и непрерывно стонала. Покидав в котелок сразу по половине имеющихся трав, я залил все это водой из фляги и протянул Са.

Та обхватила котелок обоими руками и… вспыхнула! Ого! Ни чего себе! Са горела ярким зеленым пламенем, и быстрыми глотками пила кипящую жидкость. Жар был нестерпимым, поэтому я поспешно отскочил на три шага. Но даже отсюда ощущался смертельный жар некромантского пламени. Вот это сила! Даже у придворного некроманта не было такой мощи!

Тем временем шасса здоровела на глазах. Она уже допила свой отвар, но не потушила свой огонь, а задумчиво раскачивалась из стороны в сторону.

Наконец она додумалась до чего-то и, повернувшись ко мне, потушила зеленое пламя и передала мне котелок со словами:

— Пойди, прополоскай в озере и травки выброси.

— А ты уже поправилась? — спросил я очевидное, — Так быстро?

— Я и сама не ожидала, что огонь поможет мне убрать последствия поединка, — непонятно ответила шасса.

Какого поединка? Какой огонь? Этот зеленый, что ли? Столько вопросов!!! Как я буду ответы из Са выбивать?! А выбить нужно, иначе я загнусь от любопытства!

Быстро помыв котелок и, воровато оглядевшись, выбросив в воду и разваренную до неузнаваемости неаппетитного вида кашицу, я со спокойной душой вернулся в пещеру.

Когда я вернулся, Саишша стояла в очень странной позе: раскинув руки, она тесно прижималась к стене и словно обнимала ее. Ее лицо выражало настороженность, но постепенно разгладилось и приняло выражение умиротворенности. Я с интересом за ней наблюдал. Через пять минут мне это надоело, и я потыкал ее в бок. Эффект превзошел все мои ожидания: шасса затряслась, заорала, отлепилась от стенки и, стремительно развернувшись, отвесила мне оплеуху. Ах да, совсем забыл сказать: все эти действия сопровождались нехилым зарядом электричества. Вон, у Са до сих пор молнии в шипах сверкают.

— Ты чего? У нас обвал?! Или, может, потоп случился?! — постепенно заводясь, въедливо начала она.

— Не, не, ничего такого… Просто… — неуверенно начал оправдываться я. А Са тем временем распалялась все больше:

— Меня в таких случаях можно беспокоить только при исключительных обстоятельствах!!! У меня открытие века, а ты!.. ты!.. Сбиваешь меня с мысли!!!

— Каких обстоятельствах? — робко спросил я, все еще находясь под впечатлением.

— Ах, в каких?! — совсем вышла из себя шасса, даже клыки показались. Ну ладно, не просто показались, они просто таки распирали ее рот, она даже закрыть его не могла, — Если у тебя из задницы будет торчать ближайшее дерево, или ты припрешься со своей головой подмышкой, вот тогда ты меня беспокоить можешь!!! А в других случаях ты даже дышать в мою сторону не должен! Ты вообще чем думаешь?! Пресловутой пятой точкой?! Мага вообще нельзя прерывать за работой! Меня чуть электричеством не убило!!! А у меня было открытие века!!! Нет, ну ты понимаешь? Меня чуть Госпожа Геката в свои чертоги не призвала!

Я виновато втянул голову в плечи. Ну вот не учили меня взаимодействию с магами, тем более шассами с больным воображением! Судя по всему, она немного остыла, раз говорит более спокойным тоном.

Хм, а в интересном виде она мне приказала являться… Но вопрос — КАК?! Как в относительно маленькой пятой точке может поместиться дерево?! Тьфу, о чем я думаю?

Усадив Са поближе к костерку, я вручил ей в руки котелок, вылил в него воды из фляги, затем сыпанул туда травки, которые первыми попались под руку. Забрав котелок, я установил его над костром и уселся напротив шассы.

Через пятнадцать минут этот НЛО (Неизвестный Лиловый Отвар) был готов. Я всучил его Са и уселся напротив, думая, как бы помягче начать разговор. Шасса тем временем не глядя хлебнула и… закашлялась в корчах на полу пещеры. Да что ж это такое?!

В итоге: я бегаю, ору: «Да что с тобой, мать твою, происходит?!»; Са на полу корчится, в сторону мешка с травами ползет и матерится сквозь слезы.

Ну, я не дура-ак, я этот мешок прямо ей и бросил. В итоге… убил. Ну, так мне кажется. С запозданием вспомнил, что в сумке еще было оружие того отряда Инквизиторов. А оно, блин, тяжелое…

Хотя нет, мертвые не могут так ругаться. Я даже заслушался… Хм, а она довольно прилично научилась на нашем[20] языке ругаться! Раньше все на своем да на своем. Ниче непонятно не было! А-а-а, не виноват я!!! Я не специально!

Са вскочила и, разъяренно шипя и рыча, стала гоняться за мной по всем трем пещерам. На бегу она умудрялась пережевывать нужные травы из мешка, который не выпускала из рук, и к концу забега она уже не кашляла и не корчилась в судорогах. Соответственно, ее скорость увеличилась, и мне пришлось проявлять чудеса акробатики, чтобы увернуться от ее бросков. Причем, меня еще и этим самым мешком пытались по голове стукнуть!

А-а-а, у нее клыки вылезли! Значит, хана мне. Если у Са вылезают клыки, значит, она находится в состоянии крайней злобы. Да не виноват я!..

На бегу, во время одного из моих пируэтов я случайно задел выступ на стене молитвенного зала. Раздался скрежет, и часть стены отъехала в сторону. Я с воплем провалился в открывшийся проход. Са неторопливо вползла за мной, держа на готове сгусток зеленого пламени. Ее взгляд был неотрывно прикован к чему-то, расположенному за моей спиной.

Я обернулся и застыл, потеряв дар речи…

Саишша

Эта ****, **** и *** точно хочет проводить меня в покои Госпожи![21] Нет, я вам точно это говорю. В последний день меня уже несколько раз пытались умертвить самыми разнообразными способами! То собьют с концентрации во время моего контакта со схроном, когда я пыталась помириться с камнем, то дадут Тихую Смерть — яд, который используется наемниками для мгновенного умерщвления жертвы. Слава Шаирэссару, на наш народ не все яды действуют. А если и действуют, то ослабленно или вообще по-другому. Например, дадут яд замедленного действия, а подействует как быстрое слабительное.

Но это все лирика. И вот сейчас, стоя перед потайной пещерой, я благодарю судьбу, за то, что меня дважды чуть не убили. Ведь иначе Норд не нашел бы тайника, в котором лежало… родовое кольцо Некромантов[22]. Наше кольцо. Мое. Утерянное больше ста циклов назад. И сейчас я с необыкновенной ясностью понимала, что оно принадлежит мне и признает меня. Скользнув внутрь, я погасила пульсар.

Вся небольшая площадь комнаты озарялась зеленовато-синим светом. В центре был каменный постамент с половинкой колонны. На самой колонне было вырезаны пиктограммы из истории моего клана. Выступающие части были покрыты тонким слоем серебра. Узнаю нашу работу…

Воспоминания, было, всколыхнулись, но я привычным усилием загнала их вглубь сознания, уделив внимание срезу колонны. В нем была полукруглая плоская выемка, в котором как раз и лежало мое кольцо. Оно было отлито из небесного камня с примесью серебра. На нем было выгравирован наш герб: оскалившаяся саарэй[23], нежащаяся в языках пламени. Что интересно, на кольце огонь почти не заметен, но на сургуче отпечатывается отчетливо. Точно помню, папа еще специально обращал на это мое внимание… По краям кольца шла надпись на моем языке: «Наше призвание — дарить спасение от жизни».

Протянув руку, я ласково погладила саарэй. Мне показалось, или она действительно шевельнулась, будто нежась под хозяйской лаской? Нет, все же, кажется, показалось. Я резко подняла кольцо вверх и замерла, напряженно сканируя пространство на предмет различных сюрпризов вроде смертельных заклинаний. Ничего… Я быстро надела кольцо на указательный палец правой руки. В душе разлилось тепло, и откуда-то пришла странная уверенность, что все будет хорошо.

В полном молчании я вернулась в главный зал, не забыв нажать на тот же выступ и закрыть тайник. Норд следовал за мной, пока я ломала голову над тем, каким образом очутилось кольцо в этом схроне. Хотя за сто циклов могло многое произойти… Видимо, это так и останется загадкой прошлого.

Но в скором времени меня не волновала эта проблема. Во первых, мое кольцо не снималось. И даже не поворачивалось. Ну вот ни в какую. Ладно, оставлю его на пальце, может, это его свойство. Удобно — не потеряю.

Во вторых — костер погас. От него остались одни едва тлеющие угольки. Н-да… Сделать запас веток мы не догадались. Впрочем, моего свечения достаточно, чтобы заменить костер.

Свернувшись клубком, я задумалась об этой загадке истории, но меня отвлек Норд. Он в приказном порядке потребовал рассказать ему о кольце и что я подразумеваю под словосочетанием «вне тела». Вот упертый… И неймется же ему!

Злиться уже не было сил. Со вздохом я кратко поведала наару о том, что теперь могу покидать свое тело. Далее кратко рассказала о родовом кольце. Он отстал и надолго задумался, я же рассматривала наара и наслаждалась эстетически. Красивый, зараза…

Остановив взгляд на его руках, я некоторое время не могла осознать, что вижу. А затем с шипением подскочила и схватила Норда за руку, обвив хвостом, чтоб не шевелился и не мешал. Послышался хрип, и я чуть разжала кольца, чтобы наар не задохнулся. Но!!! Главное!!! На его указательном пальце было кольцо!!! Такое же, как у меня! Ну, то есть, герб был другой, но само кольцо!.. Кольцо-печатка! Значит, он точно принадлежит к аристократии. Но возникает закономерный вопрос, — за каким он сбежал и нанялся Охотником? То, что сбежал, сомнений не возникает — никакая «благородная» мамаша не отпустит сынка даже на прогулку без охраны. И герб я не знаю… Да что за невезение?!

И ведь не расскажет, гад такой! Сама такая!

— Откуда у тебя это кольцо? Чей герб на нем изображен? Какое твое полное имя? — суровый тон и мрачная решимость в моих глазах прочно убедила Норда том, что я сумасшедшая. По крайней мере, его непередаваемый взгляд я поняла так.

— Ничего не буду отвечать! — прохрипел он, — Ты мне о своем прошлом не рассказываешь, вот и я не буду!

Я зло зашипела и даже всерьез задумалась над возможностью применения пыток. Так и представляю: он, распятый на кровати, и я над ним, со зверским лицом и угрожающим тоном говорящая: «Отвечай, какого ты рода-племени, иначе выйду за тебя замуж!!!».

Что-то меня не в ту шахту занесло. Какая, Тахешесс ее забери, кровать? И к чему тут «выйду за тебя замуж!»?! Чудны дела твои, Госпожа!

Неохотно разжав кольца своего хвоста, я кинула на Норда уничижающий взгляд и свернулась клубком у стены, показывая, что разговаривать не буду. Да, знаю, что виновата, но… я обиделась!

Потирая ребра, Норд устроился подальше от меня, у противоположной стены. Улегся морд… лицом к стенке и сопит в две дырки. Ну ка, ну ка… Развернув гребни я начала сканировать пещеру. И что же? А оказывается, наар умеет неплохо притворяться. Вон, если только дыхание слушать, даже и не поймешь, что он не спит. А вот сканированием все видно, и как он себя чувствует, и какие эмоции испытывает.

Стоп, раньше ведь я не могла определять эмоции, только состояние здоровья. Неужели кольцо подействовало? Ну на-адо же… Не ожидала… Хотя раньше я не акцентировала на этом внимание, но отец всегда знал и умел больше, чем обычный шасс. Возможно, так и задумано? Кто знает, кто знает…

Кстати, помириться со схроном у меня получилось. «Камушек» долго извинялся, и оправдывался, что перепутал меня с кое-кем. С кем, говорить отказался. Ну, то есть, как говорить — обмениваться мыслеобразами.

Ну, раз зашла об этом речь, думаю, самое время «выйти в астрал». Легко выскользнув из тела, я вылетела наружу и хорошенько осмотрелась. Хм, ну, вроде ничего особенного нет, все спокойно и тихо. Надо проверить, как там паладины. Я думаю, они уже вышли из леса. Значит, досиживаем до вечера и выдвигаемся. Провизии уже совсем не осталось, куда только девается? Хотя я же ем много, занятия вне тела отнимают кучу сил.

Осторожно, крайне осторожно развертываем гребни… Потихонечку, полегонечку… Есть! Ура! Получилось! Вычленив из мешанины информации нужные сведения, я узнала, что паладины уже в ста семи километрах от западной границы леса.

А снаружи уже поздний вечер! Хм, ну, можно прямо сейчас выйти. А что? Лес длиной где-то километров пятьсот, мы в середине. Двести пятьдесят плюс сто будет триста пятьдесят километров. Округлим до четырехсот, так как двигаться будем медленно, вежливо пропуская паладинов вперед. Хм, а если они от границы Светлой и Темной империй назад повернут или там же засаду сделают? Или догадаются, что мы следом за ними тихим сапом передвигаемся?

Ну, тогда мы опять-таки вежливо пропустим их назад и пойдем дальше на всех парах. И вот пусть только попробуют они на нас напасть в Темной Империи! Там законы строгие, мне русалочки рассказали. А что еще они мне рассказывали про Темную Империю? Ну ка, ну ка, вспомним…

Вроде бы там надо для вступления в гражданство получить паспорт — тонкую стеклянную карточку, носимую на шее. В стекляшку вкладывалось особое плетение, которое при подаче особых импульсов высвечивало трехмерную иллюзию, а так же основные данные существа, на которое паспорт записан. Магия крови, кажется, то есть подделать этот самый паспорт нельзя.

Крайне полезная и нужная штука. Никогда не теряется и служит пропуском и разрешением одновременно. Если есть какие-либо изменения в данных, то нужно вносить их в специальных пунктах. И если побежкам его дают бесплатно, то новый влетает в копеечку. Н-да…

Вернувшись обратно в тело, я подъела остатки мяса кабанчиков и, толкнув хвостом Норда, стала собирать сумки. Так, первым делом переложим травы в отдельный мешок, туда же положим фляги с водой. Ножи отдельно, оружие отдельно, его вообще я понесу, наару я в этом вопросе теперь не доверяю.

Вкратце рассказав Норду о том, что узнала и о том, как дальше жить будем, я послала его… собирать сумки. Куда? Куда его послать надо было?! Он же там не поместится! Это невозможно с точки зрения анатомии! Что-что? Невозможное возможно? Ну, если вопрос та-ак ставить…

И вот — настал эпический момент. Я стою, и я спокойна. На мне сидит Норд, он тоже спокоен. Весь обвешан сумками с нашими вещами. На мне висят сумки с оружием и травами. Чего-то ждем. Норд кашлянул, а потом неуверенно сказал: «Ну… поехали?»

Я и поехала. Я так поехала, что еще битых полчаса объясняла наару, что я не лошадь, чтобы мне «поехали» говорить. Норд все осознал, извинился, и мы все-таки выбрались наружу.

За всей этой кутерьмой со сборами мы потратили много времени. Поэтому вышли мы уже где-то ранней ночью. Но это не было проблемой ни для меня, ни для Норда — и он, и я могли видеть в темноте. Плюс еще мой свет. Так что передвигались мы с той же скоростью, что и днем.

Во время пути практически не разговаривали. Остановились только под утро, и Норд сразу же завалился спать. Н-да, не привык еще к ночному режиму. Я же отправилась на охоту и в скором времени поймала двух кролей, одного из них съела сразу, сырым (очень есть хотелось), второго отнесла на облюбованную нами полянку и, обездвижив его заклинанием, заснула.

Проснулась ранним вечером. Норд уже встал и чего-то химичил над костром. Стоп, когда он костер успел сварганить? Оглянувшись, выругала себя самыми… м-м… некультурными словами. Это ж надо было настолько себя не контролировать, что не только забыть, что передвигаться надо медленней, но и сигналку забыть поставить?! Хорошо хоть, кролика додумалась обездвижить. А то сидели бы голодные.

Ладно, отставить самобичевание. Пора покинуть бренное тело и отречься от мирских благ! Привычно выскальзываю из тела и систематизирую информацию. Так, вот сведения о наших паладинах. Угу, угу, они уже на расстоянии примерно в пятьсот километров от западной границы леса. Они там что, все время кого-то жрут, что ли?! Во гады, а? Ладно там, люди, за них я не в претензии, но звери?.. Паладины же сами нечисть, так пусть уважают границы частной территории!

Но это не является первоочередной задачей. Хотя, конечно, жалко животинок… Так, стоп, не раскисаем! Как учили наставники, собраться и идти к цели, невзирая на препятствия и моральные терзания! Вот таким путем мы и пойдем.

Поприветствовав Норда, я урвала половину зайчика, но мне этого показалось мало, поэтому я опять отправилась на охоту. То есть, снова. Наведавшись к норам, где селились ушастые, я путем ультразвукового свиста быстро поймала еще трех.

Принесла наару, слезно попросила пожарить, и побыстрее. Тот не стал отнекиваться, и еще себе добавки взял. Правильно, мужчины должны много есть, иначе не смогут защитить женщин. Хотя сейчас женщины часто могут и сами защититься — измельчали мужчины, измельчали-с…

Остатки я завернула в листья лопуха. Замаскировав кострище, мы отправились дальше. В деревни решили не заходить, мало ли, может, ориентировки уже разошлись по всей стране.

Норд

Эта неделя слилась для меня в сплошной кошмар. Ощущение времени потеряно. Кажется, будто прошло не меньше месяца. Организм никак не мог привыкнуть к движению по ночам, и я постоянно падал с Са, которая, кстати, чувствовала себя не лучше. Она не говорила, но я-то видел, что ей тоже тяжело, и, кажется, даже тяжелей, чем мне. Ведь я практически постоянно сидел у нее на спине, а она все время ползла, охотилась и магичила. Постоянно ставила сигнальный круг, маскировку и сканировала окружающее пространство с помощью своих височных гребней.

Теперь ее чешуя не ярко сверкала зеленым и малахитовым цветами, а лишь тускло светилась. Ее шипы были мягкими и похожими на обычные волосы даже во время бодрствования.

Дня два назад Са мне сказала, что паладины догадались, что их нет у границы, и повернули назад. Не представляю, как мы с ними не встретились, но факт есть факт. Они искали наши следы на границе леса, в то время как мы уже приближались ко второму городу. Первый мы решили пропустить, так как не факт, что паладины не догадаются поискать нас там.

Так что пользоваться телепортом будем во втором городе, который, кстати, называется Дриндт. Язык сломаешь… Да, это гораздо более длинный путь, но и более безопасный.

Еще через день, то есть ночь, мы подошли к стенам Дриндта. И стали думать, под каким прикрытием идти. Выдвигались абсолютно абсурдные предложения. Например, подойти в открытую. Это Са. Или как единственный уцелевший Охотник, везущий в подарок Инквизитору шассу. Это тоже она. Или же я должен был подойти к стражнику, контролирующему ворота и признаться ему в любви, а пока будут разбираться, она тем временем проберется к портальной площадке. На этом я застыл с выпученными глазами и отвисшей челюстью. Перед глазами так и стояла картина, как похотливо улыбающийся стражник тащит меня к себе в постель. Бр-р! Гадость какая!

На этом мое терпение кончилось, и я в приказном порядке заставил Са навесить на себя и меня личину людей, попросив сделать ее объемной и ощутимой.

Са долго думала, делала какие-то расчеты прутиком на земле. Но наконец, она кивнула и попросила меня замотать себе голову рубашкой, оставив щель для глаз. Я уже собрался стаскивать свою собственную, но меня остановил оклик шассы, которая ехидно-въедливо поведала мне о том, что проще взять сменную рубашку. Я смутился и постарался побыстрей исполнить ее указания.

Удовлетворенно кивнув, Са начала что-то шептать себе под нос, одновременно делая пассы руками и хвостом. Выглядело это… завораживающе. Такая пластика, такая координация движений, что просто дух захватывает! Когда она колдует, такое ощущение, что она танцует под известную одну ей мелодию.

Через пару минут Са внимательно оглядела меня, кивнула каким-то своим мыслям и опять начала что-то чертить на земле. Я пригляделся. Хм, хрень какая-то. Ну да ладно, лишь бы результат был, а способ неважен.

Шасса тем временем снова начала танцевать, только теперь с ее рук периодически соскакивали зеленые искры, которые постепенно превратились в маленькие язычки пламени. Красиво…

Постепенно контуры Са размылись и, медленно проясняясь, обрисовали силуэт хрупкой человечки. Тонкая фигурка, миловидные черты лица, рыжие волосы, огромные зеленые глаза. Нормально, в общем, хотя слишком ярко, на мой взгляд. Только кольцо осталось на месте.

Подойдя к ней, я попытался ощупать ее ноги, за что сразу же получил по рукам. Мне крайне возмущенным тоном поведали, что я прихожусь ей братом, а не женихом, и за ноги щупать не должен. Я вдумчиво покивал, пропуская ее слова мимо ушей. Все равно я уже удостоверился, что ноги ощущаются как нормальные конечности, а не как хвост.

Тем же утром мы подошли к воротам города одними из самых первых. С нас потребовали медяк за вход, и, пока я костерил себя последними словами, Са полезла в сумки и… достала кошелек! Полный серебра!

Са кинула стражникам у входа несколько монет и о чем-то с ними переговорила. Покивав, она поблагодарила их и с довольным лицом вернулась ко мне.

Отойдя от ворот, я первым делом спросил ее:

— Откуда?!

— Это иллюзия — через два дня развеется, — тихо ответила шасса, уверенно ведя меня по улочкам. Откуда только направление успела узнать?

— Куда мы идем?

— В дешевый трактир, где можно отработать еду. Поглядывай по сторонам.

— Чем отработать? — дотошно спрашивал ее я.

— Натурой, — спокойно ответила Са. Я поперхнулся и, откашлявшись, выпалил:

— Чем?! Да ты в своем уме?! Только посмей!!! — Са удивленно взглянула на меня.

— Это ты в своем уме? На что мы жить будем? Тем более что работать буду я, а не ты!

— Это мерзко и отвратительно!!! — заорал на нее я.

— Колдовство — великая сила! Искусство не может быть мерзким! Даже некромантское!!! — тоже заорала шасса. Та-ак, а при чем здесь магия?

— Са, давай успокоимся и разберемся, — уже нормальным голосом сказал я, заметив, что на нас пол-улицы обернулось, — по-видимому, мы не так друг друга поняли. Давай сначала. Что ты имела в виду под «натурой»?

— Да магию, конечно! Я что-нибудь наколдую за ночлег и еду! А ты что подумал?

— Э-э-э… — протянул я, лихорадочно размышляя, что бы такое соврать, чтобы не обидеть Са, — Понимаешь… я имел в виду… это не то, что ты подумала… ну, то есть…

Са втянула носом воздух. Ее лицо перекосило от с трудом сдерживаемой ярости. Видимо, она все-таки догадалась, что я подумал. П***ц мне…

Я покаянно опустил голову… чтобы тут же вскрикнуть от обжигающей боли в щеке. Са, влепив мне пощечину, молча развернулась, и пошла дальше, а я остался стоять посреди улицы, держась за щеку.

Потряся головой, я побежал за Саишшой. Крепко она меня приложила. Даже в голове зазвенело. Добежав до шассы, я молча пошел рядом, приноровившись к ее стремительному шагу. То есть по лзу. То есть… а, пусть пока будет шаг!

Через двадцать минут мы подошли к полуразвалившемуся зданию трактира. На нем висела покосившаяся вывеска, надпись на которой гласила: «Пьяный Охотник». Са хихикнула и пробормотала: «Говорящее название…»

Я хотел по-тихому войти и сесть где ни-будь в уголочке, но мне помешала шасса. Она пинком распахнула дверь и заорала на всю обкуренную комнату:

— Ну что, салаги, не ждали?! — ответом ей был дружный гул голосов, которые приглашали ее скрасить им вечерок. Я аж передернулся от отвращения.

Саишша

Должна сказать, я знала, что делаю. Мол мне рассказывал, что с такой публикой можно и нужно общаться только таким образом. А у него опыт большой, он-то на десять циклов меня старше. Его выпускали в Темной Империи «погулять» — ведь мой клан и клан Линь единственные, убежища которых находятся на территории светлых.

Проталкиваясь к хозяину, я внутренне сгорала от страха, что моя личина спадет. Но пока все обходилось.

Из Норда я вылепила бородатого шкафа, а на себя примерила облик серой мышки. Сложнее всего было с хвостом. Я долго думала, как наложить личину, пока не догадалась, что нужно прилепить заклинание отвлечения внимания. Теперь в каждом человеке будет появляться желание обойти тот кусок пространства, где расположился мой драгоценный хвост. И я не иронизирую!!!

Об отвратительнейшей выходке наара я, если честно, почти не вспоминала. Во первых, сейчас нет времени. Во вторых, я и так могу показать, что обиделась. Ну а в третьих, кто ж знал, что у него только два инстинкта: ням-ням и тык-тык?! Хотя очень обидно, конечно. Неужели он настолько низкой обо мне оценки?

Протолкавшись к стойке, я тихо спросила у трактирщика:

— Кореша есть? — он без слов меня понял и, зыркнув по сторонам глазами, буркнул:

— А как же. Вон тот столик, Кинжал, щипач, лучший в своем деле… но поторопись, он здесь долго не задержится… И, знаешь… поосторожнее с ним, — на этом месте трактирщик как-то странно ухмыльнулся. Значит, здесь только мелкие воришки трутся, исключая, конечно, профессионалов.

Подошла я к тому столику вся злая и взвинченная. По пути — а идти пришлось через все помещение! — меня уже несколько раз пытались ущипнуть за пятую точку, шлепнуть по ней же и даже предложили скрасить вечерок. Вот…****!!!

У нашего народа вообще почитание женщин очень развито, и обидеть шассу — тягчайшее преступление. За это мстят не глядя — кто, что и по какому поводу.

Тем более — если оскорбление было фривольного тона. За это сразу убивают, причем крайне жестоко и мучительно. Исключение — если тот нехороший шасс входит во Внутренний круг и оскорбление было наедине. Тогда ничего не будет, если только шасса сама не расскажет.

Пробравшись к искомому, я поинтересовалась:

— Можно? — затем, не дожидаясь разрешения, плюхнулась на стул и, махнув рукой Норду — чтоб шел и садился, а то он все в дверях торчал — поерзала, устраиваясь поудобнее. Неудобно мне сидеть на человеческих стульях — хвост мешает!

Совершенно трезвый молодой парень поднял голову — а ведь рядом с ним стоял почти пустой кувшин! — и меня словно молнией пронзило. Это был тот самый седой парень из паладинов! Идрить твою (то есть тебя!) через коромысло, да всем этим трактиром, и еще Норда припашу!

Мысли сразу же заскакали как бешеные. Так, так нужно собраться… Через две минуты я была почти полностью спокойна и уже даже имела план действий! Но… сначала нужно отослать Норда, маловат он еще для таких игр.

— Дор-рогой, — ласково прорычала я, мило оска… улыбнувшись. Наар вздрогнул и подозрительно на меня покосился — видать, не ожидал, что я его так когда-нибудь назову, — Пойди на улицу, проверь лошадей.

— У нас… А-а-а, конечно, у нас много лошадей — целая куча! — с изрядной долей сарказма протянул Норд, но остался на месте, — Дор-рогая, — пародируя меня, протянул наар, — лошадей я сдал, а проверял буквально несколько секунд назад!

— А ты сходи, еще раз проверь! Здесь такие ловкие воры, такие ушлые — за пару мгновений добро уведут и не найдешь их потом! — уперлась я. Паладин заинтересованно за нами наблюдал.

— Да ты не беспокойся, змейка ты моя — я на них охранное заклинание навесил! — ласково продолжил забрасывать меня «дурацким золотом»[24] Норд.

— Я не твоя с-смейка, — зашипела в ответ я. Клыки стали медленно вылезать изо рта — в нем места уже не хватало. Я уже с ними замучилась — как разозлюсь — сразу лезут!

Вернемся к насущному. Вот ведь существо — врет и не краснеет! Ведь всем известно, что наары — магически инертные существа.

Тут в нашу «милую семейную перепалку» вмешался паладин, про которого мы как-то забыли:

— Когда свадьба? — невинно поинтересовался он и заржал, ввергнув нас этим в ступор. Кстати, голос у него оказался вполне себе обычный, не какое-нибудь рычание или шипение. Надо же…

Пока мы с Нордом кидали друг на друга полные ужаса взгляды, он отсмеялся и стал способен к конструктивному диалогу.

— Кхм, кхм, — откашлялась я, — Итак…

— На *** вы нас нагнали, — вмешался Норд, — Лень было вперед пропустить?!

— Да, совсем вежливости разучились! — поддакивала я, про себя костеря наара на все лады, за то, что он без спроса влез в мой диалог с паладином, — Так с чем вы к нам…

— Приперлись! — вставил свое веское слово Норд. Я, не обращая внимания на него, продолжала:

— И что вам от нас…

— По***сь!

— Да заткнись ты уже!!! — рявкнула я на наара, одновременно накладывая на рубашку, которой он замотал себе голову «Печать Безмолвия» — заклинание, абсолютно не пропускающее звуки.

— Ну, как сказать… — тем временем протянул паладин, — Может, сначала познакомимся? Я вот, например, Сим.

— Я — Саишша, а он — неблагодарная скотина, — пошутила я, нервно сканируя пространство на предмет других паладинов и игнорируя Норда и то, что он меня душит.

— Прекратите душить эту ни в чем не повинную… шассу, и да, вы можете снять рубашку с лица.

Ну, в принципе, я не удивлена, что он видит сквозь иллюзии — ведь в нем столько крови понамешано, что и это качество может затесаться. Куда больше меня волнует вопрос — почему нас по-тихому не прибили, а специально вышли на контакт? Это более чем странно.

А вот Норд в ступор впал. Н-да, не привык еще к таким разочарованиям.

— Будьте любезны все же ответить на наш вопрос, — немного нервно спросила я, метя хвостом по полу. Спохватившись, поставила защиту от прослушки. Паладин остановил меня небрежным взмахом руки:

— Не трудитесь, я уже поставил.

— Перестраховка, — кратко ответила я.

— Ну, а насчет того, чего нам от вас понадобилось… Начну издалека. Понимаете, Инквизиторы держат нас в крайне плохих условиях. До моего возраста доживают не все…

— А сколько вам лет? — перебила его я.

— Шестьдесят четыре, — с улыбкой ответил тот. Интере-есно шассы поют… Ну, братику сейчас должно быть шестьдесят пять, так что могла бы и не удивляться.

— Неплохо сохранился! — присвистнул Норд. Он успел снять рубашку, — Раритет!

— С вашего разрешения, я продолжу, — я кивнула. Тут подошла разносчица, и Сим заказал еще три кружки пива. Ну-ну, на меня алкоголь замедленно действует! — Так вот, нас такой порядок, естественно, не устраивает. Правда, только единицы смогли убежать. И наша тройка решила воспользоваться предоставленным нам шансом, — тут нас опять прервали, и дальнейший разговор протекал за кружкой довольно кислого пива. Норд, правда, пытался отобрать у меня алкоголь, но я честно отстояла его в неравной битве, — Мы решили присоединиться к вашей «прогулке» и сбежать в Тёмную Империю, а вы ведь туда направляетесь? — уточнил Сим. Я кивнула, — Ну вот мы и хотели попросить у вас помощи, а то мы ничего об окружающем мире практически не знаем, плюс на нас стоит клятва, ограничивающая наши действия.

— А с чего вы решили, что я смогу снять с вас эту клятву? — начала я, но тут же замерла от потустороннего голоса, возникшего у меня в голове. Этот голос прошептал: «Прими их предложение, Саишша, я помогу тебе. Контракт Инквизитора истекает, а платы так и не было. Это мое желание». Госпожа… Ну что ж, придется исполнять данное слово насчет желания. Встряхнувшись, я уверенно сказала:

— Мы с радостью примем ваше предложение, но… на моих условиях! — хищно оскалилась я. А вот здесь уже я главная! — Для начала, вы принесете мне Ведьмину клятву[25], и если вас устраивает такое сотрудничество, то мы поговорим о месте встречи. Вы же понимаете, что вот так, без гарантий, ничего не получится. В свою очередь, обещаю, что буду пользоваться клятвой только в самых крайних случаях.

Паладина перекосило, но, скрипя зубами, он согласился. Умный мальчик, знает, когда можно командовать, а когда нельзя.

— В таком случае, обсудим дальнейший план действий, — я мило улыбнулась, — Одолжите нам немного денег, мы встретимся в городе… — я покопалась в наших сумках, которые Норд поставил под стол, достала карту и расстелила ее на столе. Так… так… ага, вот! Нашла!

— Встретимся в городе Улейнс! — уверенно сказала я, указывая на точку на карте, — Если по каким-то причинам встреча не произойдет, то мы будем ждать вас в этом лесу, — я очертила пальцем контуры зеленого пятна, — Я вас найду. Если по истечении трех дней мы не встретимся, то мы отправимся дальше без вас.

Сим внимательно рассмотрел карту, будто запоминая ее. Потом кивнул, достал из кошеля на поясе золотой и сказал:

— Мы согласны. Вот, этого вам хватит не только на оплату телепорта, но и на закупку еды и вещей, — я недоверчиво взвесила монету на руке, даже на зуб ее попробовала. Настоящая! Это же целое богатство!!!

— Спасибо! — искренне поблагодарила я Сима и первой вскочила из-за стола.

— Ты куда? — обеспокоился Норд. Он и Сим решили остаться здесь и «пообщаться по-мужски». Интересно, это как?

— За покупками, — крикнула я ему, спешно пробираясь к выходу и уже мечтательно подсчитывая, сколько денег можно выделить для своего личного пользования… Но сначала нужно закупить вещи первой необходимости. Так, мне нужно сделать расчеты.

Вернулась к столу, достала бумагу и карандаш, мимоходом отметив, что нужно купить и эти крайне необходимые вещи, и стала вспоминать, какие вещи нам нужны, а без каких можно и обойтись, какие вещи могу сделать я, а какие можно только купить.

Через полчаса я уже удовлетворенно перечитывала результат своих трудов. Довольная, прихватила деньги и список, попросила Норда сильно не напиваться и умотала.

Выйдя на улицу, первым делом отправилась за одеждой. Зашла в первый попавшийся магазин и не пожалела! Там по мизерным ценам продавались вполне приличные, даже красивые вещи. Подобрала себе две туники без особой отделки темно-зеленого цвета. Но сидели они на мне красиво. Надо бы потом их заговорить, чтоб не горели и не так сильно грязнились и рвались.

Дальше по списку шли: продукты, некоторые травы, которые я сама не могла собрать, спальник для Норда, метательные ножи для него же, еще одна сумка, настойки, повышающие скорость реакции и возвращающие жизненные силы, карандаш, бумага, магическое стило (специально замагиченная палочка, которой наносят руны на амулеты) и еще много всяких мелочей.

В итоге после всех закупок у меня осталось целых пятьдесят серебрушек! Подумав, я отделила десять и спрятала в сумку — это наш НЗ. Затем решила потратить некую сумму (маленькую! Жадность моя, я сказала маленькую! Ну ладно, среднюю…) на себя и женские мелочи.

Для начала завернула в тот же магазин одежды и взяла там еще один удобный кожаный рюкзак с множеством кармашков. Потом зашла в оружейную. Сначала я думала, что не найду себе никакого дополнительного оружия — ну, чтобы иметь еще что-нибудь кроме саи'шесса, но тут я увидела… их! И просто влюбилась в это оружие!

Вы никогда не слышали, что опытные воины могут убивать даже картами? Я вот слышала! И даже видела! Мой Учитель из родного клана владел таким искусством. Ну, и меня кое-чему обучил. Конечно же, карты были сделаны не из бумаги, а из очень тонких пластинок железа, но сам факт!..

Так вот, я увидела комплект таких карт! И, разумеется, сразу потребовала у продавца назвать цену. Когда ее услышала, у меня появилось сильное желание удариться головой об стену. Потому что стоили эти «карты» целых десять серебряных монет! Это из чего они сделаны, из золота, что ли?!

Но заплатила не торгуясь. Оружие хорошее, а денег у нас пока достаточно.

Потом забрела в магазин красоты. Там приобрела несколько зелий, которые увлажняют и смягчают кожу. Выбрала самые сильные, у меня ведь чешуя, а не тонкая человеческая кожица. Это съело еще три серебряных монеты. Еще купила одну любопытную мазь — она была прозрачная и переливалась. Но при нанесении на кожу она впитывалась и покрывала ту область кожи, куда ее нанесли, красивым узором, отражающим суть характера.

И осталось у нас тридцать три монеты, плюс еще НЗ. Это хорошо, это просто чудесно!

Вернувшись обратно, застала напившегося Норда, лежащего мор… лицом на столе. Точно, говорящее название у этого трактира!

Немного поругала этого гада паладина, который споил Норда. Потом плавно скатилась на самого наара, который не мужик, раз не может отказаться от выпивки. К моей тираде тем временем прислушивался весь зал, а я уже закончила ругать слишком крепкое пиво и пыталась затащить Норда по лестнице.

Мало того, что я сама для хождения по лестнице не приспособлена, так еще и эту свинью и сумки тащить!

— Помочь? — спросил неизвестно откуда взявшийся Сим. Ух ты, да он когда стоит, выше меня на голову! А ведь я выше Норда, а он далеко-о не маленький!

— Еще бы! — я возмущенно на него уставилась и поползла договариваться о комнате на ночь. С нас содрали пятьдесят медяков, но я особо не торговалась. Не до этого было. Мне ведь еще по лестнице взбираться и завтра спускаться… Вот ужас то… Может, я лучше через окно?

Тут меня сзади подхватили на руки и, подцепив невидимые кольца моего хвоста, понесли наверх. Это оказался Сим, за шею которого я сразу же уцепилась. А вдруг уронит — что мне, с лестницы колобком катиться?

Кстати, нес он меня как будто совсем без усилий. Хм. В жизни не поверю, что я такая легкая. Интересно, а как это отразилось на личине? Нет, в смысле он нес меня как будто я обычный человек, или мои ноги болтаются внизу, проходя сквозь его тело? Судя по реакции окружающих, выглядит все нормально.

Донеся меня аж до нашей с Нордом комнаты, Сим аккуратно поставил меня на хвост и, попрощавшись, ушел, добавив, что зайдет утром снести меня вниз. Я кивнула и, зайдя в комнату, стала сортировать и раскладывать по мешкам наши вещи.

Сим

Полторы недели назад Верховный Инквизитор (с каким удовольствием я бы вырвал его сердце!!!) вызвал нашу тройку к себе в кабинет и имел с нами длинный разговор. Суть его сводилась к тому, что нужно разыскать двух объектов и убить их, быстро и тихо. Немного смущало то, что полномочия выдавались максимальные, и даже была обещана награда (чего до этого никогда не случалось): абсолютная свобода на двенадцать часов. Этого времени было бы достаточно, чтобы уйти далеко к границе. Мы, не раздумывая, согласились.

Однако объект нас смутил — шасса и наар. Что бы ни говорили про нас, паладинов, но своя честь и гордость у нас все-таки есть. Интерес так же вызывало то, почему их не убила команда специально натасканных инквизиторов, а так же почему это так важно для Верховного. Он чуть слюной не брызгал, когда рассказывал нам об объектах.

И все прошло бы как по маслу, но все изменил один подслушанный разговор…

Мы шли мимо покоев Верховного, в подземелья, где располагались наши клетки, чтобы собрать смену одежды и оружие, когда наш чуткий слух уловил обрывок разговора между другой тройкой — нашими конкурентами — и Инквизитором:

— …убьете их, когда они уничтожат вот этих двух объектов и вернутся обратно. Убить надо так, чтобы они не узнали вас.

— Мы не можем убивать своих же.

— Я думаю, что для тройки Найта вы сделаете исключение. А теперь идите, готовьтесь, и не показывайтесь им на глаза.

Мы ускорили шаг, стараясь завернуть за угол до того, как нас увидят наши будущие убийцы. Фу-ух, успели. Быстро собрав все свои вещи, покинули город. За городской чертой простирался лес — это с западной стороны — и поля с деревнями — это с восточной, южной и северной сторон.

Мы решили идти через лес, так как если бы были на месте этих беглецов, мы бы поступили точно так же. Единственное место, где нелюди обладают такими же правами, как люди — это Темная Империя. Так что это было просто.

Зайдя глубоко в лес, мы поставили «Полог Безмолвия» и решили хорошенько обдумать ситуацию.

— Что делать будем? Исполнять приказание? — первым нарушил молчание Найт — глава нашей команды.

— Ну не-ет, гораздо полезнее будет сговориться с той тройкой, которая будет преследовать нас, — предложил Люц — наш «мозг».

— Думай, о чем говоришь! — прикрикнул на него Найт, — Они уже согласились убить нас! Тем более они наши противники.

— А может, попросить помощи у тех объектов, которые нужно убить нам? — брякнул я. На меня посмотрели, как на идиота, — Что я такого сказал?

— А это идея! — нехорошо заблестели глазки у Найта. Он у нас дядька с выдумкой и юморком, даром, что самый старший из нас — ему восемьдесят семь, — Вот ты с ними и договоришься! — радостно заключил он.

— Да вы че?! Я ж с ними в жизни не договорюсь!!! — вскочив, заорал я.

— Договоришься. Соглашайся на любые условия.

— Да, правда. Они нам помогут устроиться в этом мире, а мы поможем им добраться до этого самого мира, — подключился к уговорам Люц.

— Я не спорю, но почему я?!! — взвыл я.

— Потому что по меркам людей ты симпатичный молодой парень, и девушка тебе скорее поверит, — привел довод Найт.

— Но я паладин!!! А она — шасса!

— О-о, да у кого-то комплекс неполноценности! — ехидно протянул Люц. Этого я стерпеть не смог, и… согласился.

Дальше мы пытались их догнать. Естественно, пользуясь неограниченным доступом. И даже почти были уверены, что нашли, но… следы исчезли. Тогда мы решили поймать их на границе, и даже уже отмахали приличный кусок расстояния, когда Люц, все время раздумывающего над причиной пропажи следов, осенило — либо шасса, либо наар владеют техникой выхода из тела.

Мы повернули назад и прикинули, что бы сами стали делать на их месте. Потом Найт и Люц остались в небольшой гостинице, а меня отправили парламентером, как и задумывалось.

Я решил немного понаблюдать за ними, прежде чем выходить на откровенный разговор. Вычислить их оказалось несложно. Но когда я увидел шассу, я понял… что пропал.

Паладины однолюбы, если можно так сказать. Мы не можем полюбить — мы выбираем себе Равную. И тогда девушка попадает под нашу опеку до конца своей жизни. Мы никогда не отречемся от нее, и будем верны даже больше, чем самому себе.

И в тот момент я понял, что эта шасса — моя Равная.

Большинство паладинов в таком случае пытаются мириться с ежедневной болью, но я решил хотя бы попытаться заслужить ее внимание, а может и… любовь?

Внезапно шасса и наар остановились прямо посреди улицы и стали орать друг на друга. Жаль, что я не могу услышать, что они говорят — слишком далеко. Тут шасса влепила пощечину наару и, развернувшись, пошла дальше. Кровь вскипела в жилах — да как он посмел ее обидеть?! Я с трудом остановил зарождающееся желание крови — это наши союзники, их нельзя убивать.

На них были наведены иллюзии, но я могу смотреть сквозь них. Меня рассмешило то, как шасса смогла найти выход из сложной ситуации — для конспирации нужно навесить личину, но наары невосприимчивы к магии. Надо же, с фантазией у нее полный порядок — она замотала голову наара рубашкой. Оригинально!

Без труда вычислив направление их движения, я к их приходу уже сидел за столиком в том трактире, куда они направлялись. Меня тут уже знали, так как я довольно часто возвращаясь с заданий подрабатывал в этом городке воровством.

Заявилась шасса с шумом и грохотом — видно, что она знает, как себя вести с подобной публикой. А вот наар наоборот, немного побаивается. О чем-то переговорив с трактирщиком, шасса направилась в мою сторону. Какая удача!

Все время, как она пробиралась туда и обратно, я сидел со стиснутыми кулаками, сдерживая ярость. Теперь я понял, почему другие «однолюбные» расы говорят: «Равная одновременно и бесценный дар, и ужасное проклятие». Расслабился я только когда она добралась до моего стола. Усадив рядом с собой наара, она собиралась начать разговор, но вдруг застыла, как вкопанная. Чтобы справиться с собой ей потребовалось лишь несколько минут. Вот это выдержка!

Поставила полог — значит, не доверяет окружающим. Судя по манере общения, неглупа и хозяйственна. Не ошиблось мое Я, она на самом деле достойная девушка. И торговаться умеет, потребовала клятву и деньги на проживание-пропитание. Хотя условия, конечно… мягко говоря, не кайф. Судя по всему, они со своим спутником давно уже спелись, что называется, и успешно вели разговор вдвоем, отвлекая меня от важного в нашей беседе. Интересно, насколько они спелись и сильно ли она расстроится узнав о «случайной» смерти этого наара?

Когда Саишша отправилась за покупками, мы с ее спутником решили «поговорить по мужски», и мы вполне нормально посидели. Оказалось, что его зовут Норд. Правда, что пить он совершенно не умеет. В то время как я был лишь немного пьян, он уже был в состоянии «не стояния». Я решил подождать Саишшу, чтобы посмотреть на ее реакцию. Вернулась она через два часа.

Увидев картину «Пьяный Охотник», она долго и забористо ругалась, причем попало не только мне и Норду, но даже пиву, которое оказалось слишком крепким! В этот момент я высунулся с предложением помочь, Саишша не отказалась. Я занес не только Норда, но и их сумки. Потом на руках отнес Саишшу в ее комнату, так как сама она добраться на второй этаж явно не могла. Оказывается, это так приятно, носить на руках любимую!

Попрощавшись, побежал к своей команде, прогоняя в голове воспоминания вечера, особенно тот момент, когда я нес Саишшу на руках, а она обнимала меня за шею. К той гостинице, где остановилась наша команда, я подошел с самой счастливой улыбкой на лице. Парни, конечно же, заметили мое настроение, но вопросы задавать не стали.

Вместо этого мне пришлось по десять раз пересказывать эпическую сцену заключения союза между паладинами и нечистью, то есть нелюдью. Особенно их волновал вопрос — снимет ли Саишша с нас клятву? И если да, то когда?

Я сказал, что завтра узнают все сами и отрубился.

Саишша

Проснулась я рано, и сразу же начала приводить Норда в порядок. Он лежал с закрытыми глазами, и лишь изредка постанывал.

— Что, лежишь? И кто из нас теперь алкоголик? — съязвила я. Норд шёпотом матюгнулся и попросил меня не орать так сильно. Но я продолжила издеваться:

— Ты, наверное, сейчас кушать хочешь? Или нет, ты хочешь выпить, да? — я едва успела подставить свернутый чашей слабенький щит, а то бы Норд уделал весь пол. Когда приступ прошел, я, недолго думая, выплеснула его содержимое в окно и расплела плетение щита. Снаружи донесся вопль. Я осторожно выглянула, и узрела Сима, у ног которого расползалась неаппетитного вида жижа. Ой…

Решив пошутить, я как бы в досаде стукнула кулаком по подоконнику и, сплюнув, произнесла:

— Да что ж!.. Промахнулась! — глаза Сима стали квадратными. Я поманила его, чтобы он поднимался сюда. Сама я стала навешивать на себя сумки. Через несколько минут появился Сим. Я попеняла ему за моего товарища, которого «ты бессовестно споил!!!». Он извинился, снес меня и сумки на первый этаж и помог спуститься Норду.

Как-то незаметно получилось, что к телепортам мы пошли вместе. Причем Сим отобрал у меня все сумки, так что я пошла налегке. Норду я дала той самой настоечки, и похмельные симптомы снизились у него до приемлемого уровня — то есть ходить и разговаривать он мог без посторонней помощи.

Проходя мимо оружейной, я вспомнила, что нам надо продать оружие инквизиторов. За два двуручника и один топор я выручила золотой — оружие оказалось отменного качества и зачарованное на остроту и прочность. Хотела еще и лук купить, но пришлось вместо этого покупать меч наару, который очнулся от своих грустных дум по поводу: «Да ни в жизнь больше!..»

Зараза.

Выйдя на главную площадь, мы заняли не слишком длинную очередь к порталу, который вел в Улейнс. Не длинной она была потому, что в основном люди стремились в столицу, а не в провинциальный город. Кстати, паладинов я в этой очереди не заметила.

Через двадцать минут я уже стояла перед каменной аркой со слепящим белым светом внутри. Задержав дыхание, я скользнула сквозь этот свет.

Сразу закружилась голова, по нервам резануло болью, но сразу отпустило, как только я вывалилась уже по другую сторону портала. А вот головная боль осталась. Да еще такая сильная, что я даже равновесие потеряла — спасибо Симу, подхватил и поставил на ноги. Три ха-ха — я еще в личине. Я огляделась.

Мы находились на почти такой же площади, но почему-то сразу становилось ясно — этот город находится рядом с Гиблыми болотами. Может быть, потому что все люди носили оружие?

Мы потихоньку пошли к воротам. Я заметила тревожный взгляд паладина, но списала это на то, что он боится, что клятва может сработать даже от такой невинной помощи.

Через несколько минут головная боль прошла, и мы ускорились. Быстро покинув город, мы прошли поле с посевами, вышли за пределы пригорода и остановились на опушке редкого ельника.

Первым делом — удостоверившись, конечно, что нас никто не видит — сняла личины, а оставшуюся энергию втянула — запас карман не тянет. Норд с большим облегчением снял с лица надоевшую ему рубашку, а я решила посмотреть, где паладины.

Я опустилась на землю и, попросив подождать минутку, вышла из тела. Привычная картина открылась мне. Буйство красок и эмоций! Хотелось бы задержаться тут подольше, но нельзя — нужно найти остальную часть нашей компании. Уже нашей.

Раскрыв мысленно височные гребни, я отфильтровала информацию и настроила «поисковик» на паладинов. Ага, ага, они уже покинули город и находятся почти в том же месте, где и мы, только километром левее.

А теперь надо подумать, как я буду снимать клятву с паладинов. Если Госпожа сказала, что поможет мне, нужно найти точку максимального фокуса ее силы — то есть кладбище. Желательно, «действующее». То есть, на котором по прежнему хоронят.

О, есть тут одно неподалеку! На нем же и остановимся на ночлег. И не надо мне говорить о том, что «нельзя тревожить покой мертвых». А мертвым живых беспокоить, значит, можно? Это я зомби и упырей имею в виду.

Заодно и подпитаюсь — ведь кладбище — рай для некромантов. И еще там же зачарую свои метательные карты. На каждую пластинку нанесу руны против всех видов нечисти, а еще свяжу их ментально со своей аурой — это чтоб они меня же не резали. Так же нужно зачаровать туники и сумки, плюс еще Ведьмина клятва… Мы, похоже, жить на этом кладбище будем!

Да не, мне-то все равно, но вот, боюсь, остальные этого не оценят.

Переключив свое внимание на паладинов, я обнаружила, что они уже стоят рядышком и о чем-то говорят с Нордом. Ну ка, ну ка, послушаем…

— Норд, а это вот нормально? — кивнул один из них на мою тушку. Кажется, это Найт. Они уже познакомиться успели?

— Да, у нее бывает. Кажется, она в такие минуты даже не дышит, — утвердительно кивнул Норд. Вот гад, сдает своих же!

— Люц, а что она вообще делает в таком состоянии? — уточнил Сим.

— Если я не ошибаюсь, то она сейчас вне тела, — ответил тот самый ботаник, — То есть, грубо говоря, ее разум сейчас витает где-то, может даже на соседнем континенте.

— А может, и здесь, и слушает все то, что мы говорим, — закончил Сим.

— Да, может быть и так, — согласился Люц.

— А как определить, что она тут? — спросил Найт.

— А никак! — ухмыльнулся Люц, — Разве что она сама захочет показать нам это.

— То есть Са в любой момент может подслушать, что мы говорим, а мы даже не сможем определить этого?! — воскликнул Норд.

Мне почему-то стало смешно, и я расхохоталась, а потом представила, что погладила всех четырех по голове и, чтобы закрепить впечатление, прошептала им в уши: «Молодцы, догадались!»

Они заозирались, и стали возмущенно высказывать мне, кто я есть. Я еще немного похихикала, а потом быстро вернулась обратно в свое тело. Потом проверю кое-какие мыслишки, а сейчас есть дела поважнее.

Открыв глаза, я увидела четыре перекошенные рожи, которые молча смотрели на меня.

— Что? — спросила я, внутренне напрягаясь.

— Дорогая Саишша, больше так не делайте, хорошо?! — буквально прорычал Найт.

— Ты, — автоматически поправила его я и потянулась всем телом. Что ни говори, а ощущать свое тело очень приятно. Поднявшись, я спросила у паладинов и Норда:

— Есть идеи или пожелания, куда идти? Нет? Прекрасно! Тогда пошли!

— Куда? — осторожно поинтересовался Люц.

— В конец хвоста. То есть, на кладбище, — ответила я.

— Куда?! — хором воскликнула мужская часть нашей гоп-компании.

— Вы глухие? — поинтересовалась я, — На кладбище, конечно! Все же я некромантка, и мне, чтобы снять и наложить клятвы, нужна подпитка. А кладбище — это рай для некромантов. Там такие милые крестики…

Их передернуло. Что я такого сказала?

Пожав плечами, закинула себе на плечи сумки и отправилась на юг. Раскрыв гребни, просканировала пространство. Так, за мной четыре ауры — это мужики бегут. А впереди я ощущала эманации того самого кладбища. Правда, очень слабо.

Через полчаса мы уже стояли рядом с оградкой кладбища. Я первой пролезла внутрь и сразу же начала всасывать окружающую меня энергию. Почему-то никто, кроме некромантов не может использовать для подпитки энергию смерти. А вот некроманты, наоборот, могут использовать любую ману.

Паладины и Норд почему-то насторожились. Чего это они? Разве они не чувствуют, что здесь нет никого опасного? Это же даже постороннему взгляду будет видно — если на кладбище завелся, например, кадавр, то множество могил будет раскопано.

— Расслабьтесь, — бросила я им, уже ища в сумке ножи — чтобы чертить пентаграмму, — Здесь никого опасного нет. Так, может, бродит парочка не упокоенных на другом конце кладбища.

— Мы все же будем настороже, — напряженно ответил за всех Найт, вглядываясь в покосившиеся ряды крестиков и монументов.

Пожав плечами, я стала вспоминать, как нас учили снимать клятвы. Мозг сразу же стал кристально ясным — это особое состояние, когда стираются границы морали, и остается только желание выполнить поставленную перед собой задачу.

— Клятву закрепляли жертвой? — неужели это мой голос? Такой сухой и холодный. Теперь я не привычная Саишша, а властительница мертвых.

— Нет, использовали только магию нашей крови.

— Отлично, — я обратилась к своей Госпоже с просьбой о помощи. Ну же, ведь ты обещала…

Тут что-то темное, сильное, властное стало смотреть через мои глаза, шевелить моими руками, пользоваться моей силой…

Смотрю, словно со стороны — мои руки чертят незнакомую мне пентаграмму. По привычке анализирую и запоминаю.

Затем влить немного — совсем капельку — силы в контур. Протянув руку назад, втаскиваю тормозящего Люца и ставлю в центр. Обвиваюсь хвостом вокруг него, туловищем застываю напротив. Беру за руку, читаю заклинание на родном языке:

— Саима сьярр торенго. Акседо, кадав, миетро. Сушшет.

Пентаграмма вспыхивает нестерпимо ярко. Чувствую ее жар. Вливаю свою силу, но лишь наполовину. Полоснув все еще зажатым в руке ножом по ладони Люца, стряхиваю темные капли на землю. Пентаграмма заполнена до конца.

Опускаю первое веко. Вижу оплетающее ауру паладина заклинание и поводок, тянущийся вдаль. Вот ты где, родимая… Осторожным мысленным движением подцепляю паутинку, затем обрываю поводок и стягиваю с ауры Люца эту сеть. Готово. Теперь вторая клятва.

Читаю текст, одновременно выстраивая уже свою вязь клятвы. Действую не в пример осторожнее тех людей, которые просто врезали плетение клятвы в ауру паладинов. Накидываю ее на явно нервничающего Люца. Он боится, это видно по всполохам ауры. Интересно, как я выгляжу со стороны?

Трети резерва как не бывало. В пентаграмме почти ничего не осталось. Выпихнув Люца, снова заполняю контур своей силой, затем втаскиваю следующего — не обратила внимания, кого — и повторяю свои действия. Потом еще раз.

Благодарю ту силу, которая помогла мне. Госпожа шепчет, что я хорошая ученица. Смущенно улыбаюсь в ответ. Наконец чужое присутствие совсем исчезает.

Только тут обращаю внимание на то, что резерв почти пуст. Навалилась страшная усталость, как в тот раз, когда я впервые вышла из тела. Хочется спать, или хотя бы лежать и не двигаться. Падаю на землю и сворачиваюсь в клубок, не обращая внимания на орущих и трясущих меня Норда и Сима. Спа-ать…

Сим

Вот так сюрприз сегодня преподнесла нам Саишша! Вне тела, ну надо же — вне тела! Вживую увидеть процесс, и даже почувствовать и услышать! Хотя несколько огорчает то, что она, если захочет, сможет узнать о любых наших разговорах.

Хм, кладбище. Не понимаю, что здесь такого особенного. Ведь после смерти никакой жизненной энергии не остается, так чем подпитываться тогда? Наоборот, эманации смерти давят на сознание, создается ощущение, будто из какой-нибудь могилки счас как выпрыгнет мертвяк и пойдут клочки по закоулочкам… от нас.

А вот Саишша чувствует себя как рыба в воде. Ей, похоже, даже нравится эта атмосфера ужаса. Вон какое у нее лицо умиротворенное. Но тут что-то случилось. Сначала ее лицо приняло равнодушный вид, какой бывает у наемных убийц. А потом я просто физически почувствовал исходящую от нее мощь. А от ее голоса даже вздрогнул — настолько он был холодным и противоестественным.

Сам ритуал проходил в гробовой тишине. Но Саишша, казалось, этого не замечала — она просто делала работу. Вот меня втащила в круг такая с виду слабая рука. Заглянув в ее глаза, я отшатнулся. Это уже была не Саишша — это было что-то древнее, что-то такое, что может только из-за приступа раздражения уничтожить все это кладбище.

Я вздрогнул от мимолетной боли, когда нож прошелся по моей ладони. Почувствовал какую-то… освобожденность от того, что клятва больше не сдерживала меня. Тут же ауры ласково коснулась другая сетка, но она не причиняла неудобств и не давила на сознание. Она скорее была сторожем, который тихо сидит на задворках сознания. Однако в нужный момент он хладнокровно вонзит нож тебе в спину… в нашем случае в мозг и ауру. И так же хладнокровно он убьет и остальных.

Похоже, Саишша далеко не настолько безобидна, как показалась мне в начале. Уверен… Теперь уверен, что всем оружием, которое лежит в ее сумке и висит за спиной она умеет пользоваться не хуже нас.

Меня выпихнули из пентаграммы, а Саишша тут же свернулась клубком. Норд и я бросились к ней и стали тормошить ее. Люц остановил нас, сказав:

— У нее магическое истощение, она все равно сейчас не проснется. Если хотите помочь, найдите что-нибудь сладкое, и желательно побольше.

Я задумался.

— А ягоды подойдут? — уточнил Норд.

— Ну да. Так что вы идите, а я тут в нее немного силы закачаю.

И мы пошли. Для начала мы решили подумать, как искать эти самые ягоды. Норд предложил вызвать лешего, на вопрос: «А ты умеешь?» почесал затылок и сказал, что нет, но видел, как это делала Саишша.

Я сплюнул и объяснил ему, что не смогу повторить ее действия, потому что она наверняка использовала силу смерти, а я такое делать не могу.

И мы решили просто побродить по лесу — авось наткнемся на какую-нибудь ягодную полянку. Так и вышло. Через полтора часа мучений мы набрели на обширную полянку, усыпанную кустами с мелкими белыми цветочками. Набрали много больших черных ягод. Но на вкус их не пробовали, здраво рассудив, что ягоды могут быть только сладкими.

Когда мы вернулись, Саишша уже очнулась, Найт ушел на охоту и Люц разводил костер. Мы гордо презентовали шассе кульки из листьев, и пошли тоже разводить костер. Точнее, я пошел разводить костер, а Норд пошел разделывать оленя, которого принес уже вернувшийся Найт.

Саишша бодро ползала вдоль оградки и чего-то искала. В руках она держала кулек с ягодами, которые по одной закидывала в рот. Тут ягоды заметил Люц, и сразу же полез их проверять. То, что Саишша уже схрумкала половину, его не волновало.

Когда Люц увидел, что мы принесли, он так разорался, как будто кто-то разбил его любимые колбочки с отварчиками. Мы подошли и поинтересовались, в чем дело.

— Вы, — Люц ткнул в нашу сторону пальцем, — собрали морник! Да люди и большинство нелюдей умирает от одной ягоды!!! Са, ты себя хорошо чувствуешь? Голова не кружится? Ты же разбираешься в травах и ягодах, почему ты стала есть?

— Потому что на шасс почти никакие яды не действуют! — раздраженно ответила Сай. А что? Ему можно называть ее сокращенным именем, а мне нельзя? — И вообще, чтоб ты знал, ягоды морника очень сладкие, так что резерв восстанавливается очень быстро! Из него специальное варенье делается.

Люц впал в ступор, смотря на то, как Сай ест этот самый морник. А та тем временем уже отвернулась и спокойно продолжала что-то искать уже рядом с могилками. Я подошел к ней и спросил:

— Что ты ищешь?

— Максимальную точку силы. Если я буду находиться в ней, то резерв восстановится быстрее раза в два, а то и в три. Одновременно я смогу делать амулеты и зелья, которые нам нужны.

— Может, чем-нибудь помочь? — предложил я. Сай покосилась на меня, о чем-то размышляя.

— Да, — наконец ответила она, — Принеси мою сумку из черной кожи. И еще магическое стило. И еще попроси Люца собрать вот такие травки, — она продиктовала мне список. Я это не запомню! Пользуется тем, что она моя Равная. Хотя пока об этом и не знает.

Сначала я пошел к Люцу, продиктовал ему список, затем начал искать магическое стило и черную сумку. Сумку я нашел быстро, а стило никак не мог найти. Пока допетрил, что можно было использовать поисковое заклинание, переворошил уже больше половины. Ну, сплел, задал параметры. И что? Оно оказалось в том же черном рюкзачке. Пытаясь не материться, отнес все Сай. Меня поблагодарили кивком и мимолетной улыбкой. Я тут же простил Саишше то, что пришлось перерывать почти все сумки.

Она сидела в кольцах своего хвоста в тетраграмме, — кажется, это так называется, — и вычерчивала какие-то знаки в ее лучах. Линии тетраграммы периодически вспыхивали. Посмотрев магическим зрением, я увидел, что одновременно со вспышками ее аура получает порцию энергии. Этакий магический насос получился.

Усевшись рядом, я стал наблюдать. Сай достала набор металлических пластинок, поколдовала над ними, и вот она уже держит в руках обычные карты. Для чего ей это?

Дальше Сай расписывала карты рунами против нечисти. Причем иллюзию изменяла так, чтобы она отражала надписи на железе. Затем Саишша закачала в каждую пластинку немного маны и поставила простенький самовосстанавливающийся накопитель. Затем еще немного подумала, и установила «спусковой крючок». Хм, судя по всему, руны против нечисти должны срабатывать только когда эти «карты» соприкоснутся с плотью или кровью.

Саишша тем временем связала карты аурами в один предмет.

— Зачем это? — спросил я.

— Как зачем? — удивилась она, — Если они потеряются, то я смогу их найти — они сами прилетят.

— А еще что-нибудь будешь ставить?

— Ну да, поставлю свою метку — это чтоб меня не резали.

— А у тебя есть, чем ставить? Для этого обычно используют родовые перстни. У тебя такой есть?

— Есть, — Сай показала мне серебряный перстень-печатку, а затем последовательно стала прикладывать его к пластинкам. Магическим зрением я видел, что на них появляется отпечаток ее ауры, который выглядел как зеленое пятнышко, очертаниями похожее на свернувшуюся в клубок змею.

Интересно, откуда у нее родовой перстень? Не аристократка же она! Со свойственной этим «хозяевам жизни» манерой поведения я хорошо знаком.

Может, прямо спросить? Да ну, не расскажет ведь. Я уже успел ее немного узнать, такая будет оберегать свои тайны до последнего.

Сай тем временем перешла к укреплению одежды. Я мысленно присвистнул. У вещевиков — тех, кто как раз и занимается укреплением одежды и предметов — никогда не было отбоя от клиентов, и их услуги стоили довольно дорого. И дело не в том, что это требовало больших энергозатрат, но большой концентрации, которую нужно было удерживать довольно долгое время. Это о многом говорит — например, о том, что Саишша на уровне владеет энергопотоками, и степень концентрации у нее очень высокая. Неудивительно, что она научилась выходить из тела.

Саишша подняла на меня взгляд и улыбнулась. Я невольно улыбнулся в ответ. Подошел Люц, держа подмышкой охапку непонятных травок, цветов и кореньев. Саишша благодарно кивнула ему и попросила принести еще котелок с водой, благо у нас теперь их было два — наш и Саишшы с Нордом. Кажется, она очень любит алхимию. Возьмем на заметку, чем можно ее обрадовать.

Наблюдать за Сай оказалось совсем не скучно. Я попросил ее провести мне ликбез по тем травкам, которые ей принес Люц. Она охотно принялась рассказывать и показывать, что, для чего, и как готовится. Я пропускал это мимо ушей, блаженно наблюдая за ее руками, губами, сияющими глазами, которые никак не отпускали меня из своего плена…

Из ступора меня вывел Найт, хлопнув по плечу и спросив нарочито громким голосом:

— Ты есть будешь? — Сай запнулась и недовольно взглянула на нарушителя идиллии. Я с тяжелым вздохом встал и, извинившись перед Саишшой, пошел к костру.

Усевшись, возмущенно посмотрел на парней, которые в свою очередь тоже стали буравить меня подозрительными взглядами и о чем-то перешептываться. Люц взмахом руки поставил защиту от прослушки, не обращая внимания на разочарованный вздох Сай, который был слышен даже в пяти метрах от нас. Я изумленно обернулся, но Саишша уже невинно помешивала веточкой какой-то травы в котелке. Я бы даже поверил, если бы не чересчур сосредоточенный вид Сай и то, что вода в котле была холодной. Та уже сама поняла, на чем засыпалась и, раздраженно сплюнув, оставила попытки узнать, о чем мы сейчас будем говорить.

Я добавил к защите Люца свою, не обращая внимания уже на возмущенно-разочарованный возглас Сай.

Найт одобрительно покивал, но парни продолжали молчать и коллективно поедать меня глазами.

Сай крикнула, что если они продолжат молчать, то она тоже примет участие в собрании. Норд ответил, что это чисто мужской разговор, но Саишша сказала, что: «…с удовольствием сделаю вас всех девочками!»

Найт хихикнул, оценив шутку-полу угрозу. Я прямо спросил:

— Ну? Зачем звали, оторвав от увлекательного рассказа про особенности здешних трав?

— Как будто ты что-то помнишь, — тихонько проворчал себе под нос Норд.

— Саишша — твоя Равная? — брякнул Люц. Я закашлялся. Неужели это так заметно?!

— Да… То есть, нет!!!

— Да!!! — заорали все трое.

— А я тебе говорил, что она его Равная, а ты — «влюби-ился, влюби-ился!» — хлопнул по плечу Норда Найт.

— Говорили же тебе — паладины не могут влюбиться в привычном понимании этого слова! — вторил ему Люц.

— Так вы что, все знали?! — заорал я, — Почему мне не сказали?!

— Что не сказали? — возникла рядом Сай. Она уже была в пределах полога, так что могла нас слышать. Как она так тихо подкралась?

— Что он… — хором начали эти… ***!

— ЗАТКНИТЕСЬ!!!!!! — заорал уже я, да так, что все зажали уши, а защита треснула.

— А ты им рот не затыкай! — в ответ заорала на меня Саишша, — Я хочу услышать, что они начали говорить! У меня, видишь ли, любопытство взыграло! Жрет меня поедом, сил нет!

— Вот и заткни его… куда-нибудь! — смутился я. Нельзя материться при любимой, — И вообще, иди ка ты доваривай свое зелье!

— Скати-ина! — с непередаваемой интонацией, воскликнула Саишша и с достоинством королевы уползла обратно в пентаграмму.

— Ну прям семейная сцена! — тихо выдохнул Найт, восхищенно глядя на обиженно свернувшуюся в клубок Сай.

— Ага! — Люц ошалело покрутил головой, — Ну никто, никто еще не позволял так с тобой разговаривать, а она!.. Теперь я понимаю, кто в вашей семье будет главным! Точнее, главной, — поправился он.

Я зарычал от бешенства, а эти гады еще позволили себе хихикнуть! Кровавая пелена потихоньку опускалась на мой разум.

— А свадьба когда будет: сейчас или в Темной Империи? — ехидно полюбопытствовал Норд. Это стало последней каплей. Ничего не соображая, я бросился на них, желая порвать шею и увидеть, как в их глазах появится страх…

Саишша

Скоти-ина! Гад! Не дал мне послушать, что будет дальше! Ничего, если немного расширить трещину в пологе, но не разрушать его, то все будет прекрасно слышно! Секреты, значит…

Я с детства ненавидела, если кто-либо что-нибудь от меня скрывал. Тогда-то я и научилась подслушивать, подсматривать и поняла, что информация — это власть! И этой власти у тебя должно быть как можно больше, чтобы можно было пользоваться услугами нужных шасс, чтобы к твоему мнению прислушивались. Но этим можно было пользоваться с оглядкой, потому что информация в любой момент может устареть, или, что самое страшное для репутации неудачливой шантажистки — оказаться дезинформацией. Тогда — позор.

И признавала право на личную информацию только у тех, кто входил в мой Внутренний круг, а у остальных, вольно или невольно, но ничего неизвестного от меня быть не должно.

Поэтому я сильно разозлилась, когда паладины и Норд сговорились и утащили моего Сима на приватный разговор. Стоп, с каких пор он стал «моим»? Мы же знакомы от силы два дня, да и то не полных! Ладно, не суть.

Так вот, эти сво… нехорошие нелюди (причем слово «нелюдь» здесь отнюдь не ругательство, а констатация факта!) решили утаить от меня некую информацию. Непорядок! Нужно исправить сей факт! Но… они поставили двойную защиту!!!

Я потихоньку, накинув на себя заклинание безмолвия и скрыта, пересекла границу полога. У паладинов и Норда тем временем события развивались стремительно. Самое обидное, что Сим меня выпроводил. Ну ничего, как я уже говорила, нужно лишь расширить трещину…

Сим зарычал. Что-то не так. Резко пахнуло яростью и жаждой крови, как в тот раз, когда я впервые вышла из тела и увидела паладинов. Я обернулась. Тут Сим неуловимо быстрым движением схватил Норда за горло и… и ни чего. Тут я осознала, что стою рядом с ним и вцепилась в его руку, которая как раз сдавливает шею Норда. Тот хрипел и пытался разжать пальцы паладина. Сим от чего-то не спешил рвать и метать, а лишь молча стоял и молчал, глядя на меня.

Тут я заговорила тихим, мягким голосом, глядя в его глаза и используя внушение на полную мощность:

— Сим, ты же хороший, правда? Ты же не убьешь Норда? Ты же такой добрый, что простишь его, верно? Он ведь не хотел тебя обидеть, он просто не следил за своим языком, — глаза Сима приобрели почти осмысленное выражение, и я продолжила говорить, чувствуя, как ослабевают от упадка сил мышцы хвоста, — Сим, отпусти его шею, пожалуйста. Он больше не будет тебя обижать. Сим, ты же хороший, ты же послушаешь меня, верно?

Я уже висела на его руке, когда он, наконец, расслабил пальцы и отпустил шею уже синего Норда. Я мешком свалилась на землю — хвост не держал. Облегченно выдохнули Люц и Найт, которые испуганными мышками застыли, пока я убеждала Сима не убивать наара. Сам же виновник нашего беспокойства только потряс головой, будто изгоняя какие-то мысли и слегка извиняющимся тоном произнес:

— Простите. Был в ярости.

— Да я уж понял, — прохрипел Норд с земли. Он часто и глубоко дышал, боясь поверить в то, что это отнюдь не последний миг его жизни.

Все как-то расслабились и задвигались, а я… я медленно уползала в обморок! С радостью нырнув в спасительные объятия темноты, я блаженно растянулась на земле.

* * *

К счастью, во время обморока кто-то — наверное, Люц, — подпитал меня, поэтому я проснулась во вполне бодром расположении духа. Потянувшись, я изогнулась, позволяя себе понежиться на солнцепеке… Тепло, хорошо…

Стоп, какой солнцепек? Я же утром проснуться должна!

— Са. Саишша, вставай, — прошептали мне на ухо. Давно меня так не будили…

— Норд, я уже бегу… Просто ты этого не видишь… — сквозь сон пробормотала я, привставая на локте. Норд сидел на корточках и его лицо располагалось всего в нескольких сантиметрах от моего.

Я села, потом поднялась, снова потянулась и задрала голову вверх, пытаясь определить время по расположению солнца Тахешесс, я должна была встать уже два часа назад!

Оглядевшись, я заметила насмешливо взирающего исподлобья на меня Найта — он точил нож. Показуха… Я презрительно сплюнула. Похоже, это было единственное оружие, которое им разрешили. И еще они в опале, последние паладины, которых я видела был вооружены гораздо лучше.

Интересно, где находятся Люц и Сим? Непорядок! Я развернула гребни и насторожилась. Ага, они, похоже, охотятся. Их перемещения что-то мне напомнили… Конечно, это же загонная охота! Все отлично.

— Почему ты меня не разбудил? — шепотом поинтересовалась я у наара, подходя вплотную к нему. Он слегка вскинул брови, я подмигнула ему, он прикрыл глаза. И для меня и для него лучше разыграть из себя пару, по крайней мере, на некоторое время, до тех пор, пока мы не станем доверять этим паладинам.

Я подцепила его длинную косу и стала водить кончиком по своей ладони.

— Так тот светленький не дал, — он выругался, я нахмурилась, — Говорит, что они все равно никуда не торопятся.

— Поня-ятно, — медленно протянула я. Похоже, нервишки у мальчиков получше оказались, чем я предполагала. Оно и понятно, чего только они не навидались за свою долгую жизнь…

— Мы погуляем, — я мило улыбнулась, обернувшись к внимательно наблюдавшему за нами паладину. После чего я степенно удалилась в кусты под руку с Нордом.

Когда мы отдалились от кладбища на десяток метров, я забросила Норда себе за спину и быстро поползла по направлению к реке. Когда мы оказались там, я демонстративно грубо скинула его с себя. Норд понятливо усмехнулся мне с земли.

— Ну и для чего этот спектакль? — поинтересовался он, растянувшись на земле и закидывая руки за голову. Я начала стягивать с себя одежду, мужчина заинтересованно за мной наблюдал. Повернувшись к нему спиной, я с визгом бросилась в воду.

— Так для чего? — повторил свой вопрос Норд.

— Ты видел, как на меня смотрел Сим? — спросила я у него. Стеснения я не испытывала. Я ему позволила, — точнее, так получилось, — присутствовать при своей линьке, а это многое значит для нас, шасс.

— Мне не хотелось бы обзаводиться женихом или, того хуже… мужем, — я поморщилась. Не то что бы я была против самой мысли о свадьбе и совместном проживании с кем-либо, просто… я слишком сильно обожглась в последний раз. И больше подобной ошибки я не допущу.

Я окунулась с головой, вынырнув минуты через две и продолжила разговор:

— Хм… И ты решила, что я подхожу на роль временного прикрытия? — иронично осведомился у меня Норд.

— А почему нет? — пожала плечами я, — С виду ты вроде симпатичный, характер у тебя вроде нормальный, так что все логично. Тем более, как нормальная девушка я должна страшно бояться паладинов.

— И как, страшно? — поинтересовался у меня наар. Похоже, он не очень-то против моей затеи.

— Аж жуть, — ухмыльнулась я.

— Но тебе ведь нравиться тот, седой? — вдруг спросил Норд.

— Какое отношение это имеет к нашей беседе? — холодно спросила я, выбираясь на берег. Сплела заклинание, на меня подул поток теплого ветра.

— Просто спросил. Хотя я уже понял, — Норд поднялся, — Ты глаз от него отвести не можешь! — поддразнил он меня.

— Норд, он мне нравится, как друг, как воин, возможно даже как мужчина, — я пожала плечами, — Даже без «возможно» как мужчина. Ты видел его плечи? — я мечтательно улыбнулась, но тут же оборвала себя, заметив понимающую ухмылку Норда, — Но ты об этом, конечно же, промолчишь? — скорее утвердительно, чем вопросительно проговорила я, спохватившись и подумав, что я выбрала не то место и время, чтобы рассказывать о типе нравящихся мне мужчин. Натягивая рубашку, я воспользовалась случаем привести в порядок свое лицо — теперь на нем отражалась маска а-ля «благородная ледя».

— Знаешь, я не уверен… — задумчиво проговорил он. С металлическим щелчком выскочили когти.

— Да понял я, понял, — примирительно поднял руки он. Я сделала ему жест, чтобы он забирался мне на спину, — Ты бы лучше не начинала этот спектакль, — заметил он, сжимая мои бедра коленями, — Если Сим влюбился в тебя, я бы на твоем месте ему ответил.

— Я надеюсь, что тебе хорошо и на своем, — сухо ответила на это я, — И еще ты не полезешь ко мне с поцелуями и объятиями.

Он рассмеялся в ответ.

Норд

Саишша меня удивила. Впрочем, мне не казалось, что это лучший выход — по крайней мере, для меня. Сим как увидел меня под ручку с Саишшой, так и простоял несколько секунд столбом. Однако этим его реакция и ограничивалась. Но мне реально стало страшно от того взгляда, которым он меня наградил. Такое ощущение, что заглянул в глаза смерти. По спине пробежался предательский холодок. В глазах паладина я прочел свою долгую и мучительную смерть от его рук.

Саишша предложила отправляться дальше, но Найт возразил ей, что торопиться им некуда и вообще надо бы кое-что купить в городе. Когда она поинтересовалась, что, он ответил ей, что это не ее дело. Сим тогда нахмурился но ничего не сказал. Саишша мило улыбнулась и заявила, что «Да, это не мои проблемы! Вы совершенно правы, Найт!» Потом она гордо повернулась спиной к раздумывающему на тему: «„терши“ — это оскорбление или нет?» паладину и удалилась вглубь кладбища. Изумительно! Куда делась вздорная девчонка, место которой заняла светская дама — не побоюсь этого слова! — которая держалась с восхитительным высокомерием?

Ее не было целых два часа. Потом разом поднялись покойники и стали стягиваться к нам. Жуткое зрелище — полусгнившие тела, обнажившиеся кости… Твари.

— Это что?! — Люц.

— Видимо, это месть Саишшы, — хмыкнул я. Мы встали спина к спине.

— Лежать!!! — раздался крик на все кладбище. Вдали полыхнуло зеленым огнем. Потом снова раздался крик, полный ярости:

— Я хозяйка! Я!!! А! — еще одна вспышка. Мертвецы полегли все и ползком стали закапываться в свои могилки. При этом они пытались еще и отползти подальше. Наши головы, как по команде, повернулись в сторону еще одной вспышки.

— Посмотрим? — напряжено предложил Сим. Да я сам стал беспокоиться за шасску… простите, шассу.

— Дав… — начал Люц, но тут вдали раздался — опять!!! Сколько можно орать?! — крик ужаса и дикой злобы, которая ищет и не может найти выход. Крик был определенно мужской, так что это не Са. Хоть одна хорошая новость… Я шагнул в ту сторону, но тут Найт охнул и указал в сторону. Там, прислонившись спиной к дереву, стояла Саишша. На ее губах играла легкая улыбка, лицо было залито кровью — не понять, своей или чужой. Рубаха изодрана в клочья, на животе на глазах заживают порезы. Левая рука безвольно болтается, похоже, вывих плеча.

И при этом ее лицо имело вид довольный, как у кота, объевшегося сметаной. И та самая улыбочка, от которой сводит зубы от желания врезать этой шассе в челюсть!

— Не мое дело, не мое дело, — мягким тоном передразнила Найта Са, — А сказать, что к вам ичка прицепилась — так нет, гордые мы! Мне даже интересно, как вы выжили с такой коммуникабельностью до сих пор? — в ее вкрадчивом голосе было столько иронии, что хотелось удавиться даже мне, хотя я был тут совсем не причем.

— Впрочем, что вы стоите тут, как верстовые столбы — присаживайтесь, присаживайтесь, — Са издевательски усмехнулась. Приманив свой мешок, она стала рыться в нем, наконец, нашла какой-то пузырек и залпом выпила его. Я ойкнул: на ее спине, вцепившись в ткань скрюченными пальцами, висела уродливая конечность. По замыслу Симаргла это должна быть рука, однако не просто же было опознать эту часть тела.

— Саишша, у тебя рука на спине, — заметил хладнокровный Найт.

— Да? — рассеянно отозвалась она, глотая очередной эликсир и заедая его пригоршней каких-то травок. Судя по ее скривившемуся лицу, эта смесь была далеко не сладкой, — А я-то думаю, почему тяжесть такая?

Она извернулась и отцепила конечность, некоторое время поразглядывала ее, потом со словами: «Засушить, что ли?» — отбросила за спину. Я поразился ее выдержке.

Сим

Когда я увидел вышагивающих — или, точнее, выползающую Саишшу и плетущегося Норда, — под ручку, мне показалось, что сейчас убью его своими руками и не постесняюсь никого! С огромным трудом я удержал равнодушное лицо и усмирил ярость и жажду крови.

Потом вгляделся в Норда и понял, что он не особо весел и доволен своим положением. Скорее, замучен и на меня поглядывает с опаской. Я поймал его взгляд и постарался передать все, что сделаю с ним потом, наедине. Он ощутимо вздрогнул.

Найт, похоже, решил испытать наара и змеелюдку на прочность. Норда он довольно скоро оставил в покое, а вот Саишша вызывала у него нешуточный интерес. Действительно, интересный метод защиты. Причем она каким-то непонятным образом умудрялась выставлять виноватыми нас всех! Включая своего наара! «Удавил бы его» — с тихой яростью подумал я.

А как красиво Саишша послала Найта — без слов, истинная аристократка. Хотя по-моему она училась себя так вести не в младенчестве, а позже. Возможно, она тесно общалась с представителями «высших» слоев общества. Что-то не вяжется теория о ее «аристократистости» с ее обычным поведением.

Дикие выкрики с дальней части кладбища насторожили меня. Я уже хотел хотя бы пойти и посмотреть — не то что помочь — но тут Саишша сама показалась. Создатель, в каком она виде! Однако ее хладнокровие меня приятно поразило — есть шанс, что она не пошлет меня в грубой форме со своими намерениями.

«Могли бы сказать, что к вам ичка прицепилась!» — передразнил я ее про себя. Она про понятие «мужская гордость» слышала, мне интересно?! Да-да, нам, великим и ужасным паладинам было стыдно признаться в том, что не упокоили банальную ичку. Это такая нечисть, которая напоминает человекоподобного медведя, обросшего густой черной шерстью. Ее конечности жутко искривлены, и не просто опознать в отрубленном виде ту или иную часть тела той нечисти. Кстати, она возникла в конце Древней войны — так, для общего развития.

Конечно, толком мы ничего не знали не только о древней войне, но и о современном мире. Однако нас обязательно учили грамоте и письму. Почему так делают — только Великий Инквизитор и знает, причем в прямом смысле слова. Так же нас пытаются обучать языкам и «неубивательной» магии. Очень тихо ходят слухи среди наших клеток, что нынешний Инквизитор работает над новой, более совершенной расой. А для нового народа нужны грамотные люди… паладины, или эволюция превратится в деградацию.

Что-то я отвлекся. Но манера общения Найта с Саишшей мне все равно не нравилась и постоянно вызывала глухое раздражение. Жаль, что я даже не смог бы внятно объяснить остальным членам своей тройки, что меня бесит и почему им нельзя вести с себя с Саишшой как обычно с представителями других рас — исключая, конечно, надзирателей и прочих «вышестоящих».

Выдержка шассы меня приятно порадовала, как я уже говорил. Вот еще один пример: Люц принялся расспрашивать, как Сай… Саишша умудрилась остаться относительно целой при стычке и ичкой. Она так строго на него посмотрела, что он сразу же заткнулся. Она продолжила копаться в своем черном рюкзачке и между тем проговорила:

— Люц, ты же знаешь, что когти ички ядовиты, верно? — Люц кивнул.

— Так вот, по моим подсчетам, если я не сбилась, мне осталось примерно шесть… уже пять минут, — Люц слегка сбледнул. Мне тоже поплохело. Шасса тем временем нашла нужный пузырек и залпом выпив, на несколько секунд замерла с прикрытыми глазами, дожидаясь, пока не подействует противоядие. Наконец она открыла глаза и весело ухмыльнулась:

— Дышать, дышать не забывай-то! Ничего бы… почти ничего не случилось бы со мной, — ее бледная улыбка стала шире, — На шасс не действуют почти никакие яды. Только неприятные побочные эффекты от особо сильных… Недаром мы самые живучие даже по сравнению с вами, — уже спокойно заметила она.

— Ах ты… ты! — задохнулся от ярости Найт.

— Да, я, — хладнокровно согласилась Саишша, откидываясь назад спиной на ствол дерева и сворачиваясь в клубок, — И благодаря твоему упрямству и проверкам мы действительно останемся здесь на этот и последующий день! — злобно прошипела она. Я поглядел на нее магическим зрением и ужаснулся: она даже часть ауры захватила! Ее резерв был выпит до дна, полное магическое истощение. Я даже ощутил к ней мимолетную жалость, тут же подавив это чувство — я как чувствовал, что такая сочувствие может принять за оскорбление. Но все равно — только восстановилась хоть на чуть-чуть, как тут же еще сильнее ослабела.

— Между прочим, если бы не некоторые… личности, я была бы готова к бою и могла бы сразу применить надлежащие заклятия и не было бы таких последствий, — на Найта было жалко смотреть. Потерянное выражение покрасневшего лица, видимо, доставило Саишше некоторое удовлетворение и она смягчилась:

— В любом случае… Какое сегодня число? Самое время для скромного творческого мероприятия, так же известного как диверсия, — она заговорщицки усмехнулась. Люц всколыхнулся было, но шасса отрубила все его вопросы жестким:

— В полночь все увидишь!

Затем она свернулась клубком и, по видимому, уснула. Я заметил на ее спине непонятный посох и, мельком оглянувшись на товарищей — ну надо же, как я их назвал! — протянул было руку, чтобы осторожно вытащить эту палку из сплетения ремешков у шассы на спине, как она гибко изогнулась дугой, и мои пальцы зачерпнули лишь воздух. Но главным было не это! Главным было то, что посох… изогнулся вместе с ней!!! Как такое может быть?!

Саишша же оглянулась, укоризненно посмотрев на меня, оттолкнулась рукой и, подпрыгнув на полтора метра, уцепилась рукой за самую нижнюю ветку, затем проворно взобралась еще на одну. При этом хвост ей вовсе не мешал, наоборот — она весьма успешно им пользовалась. Забравшись на третью по счету ветку, она потянулась, затем кинула на меня насмешливый взгляд и снова отправилась в мир сновидений. Я прищурился. Показушница еще та — когда она потягивалась, такими мелочами, как страховка она не озаботилась; в результате она чуть не упала нам на голову.

Саишша

После того, как меня грубо отшили я удалилась вглубь кладбища. Ха, «не мое дело» — видали? Что за неуважение, не пойму. Вроде я ничего такого не делала, чтобы такой прессинг устраивать в мою честь. Впрочем… не я одна такая умная. Почему я решила, что паладины не могут просто устроить нам «проверку на вшивость», что называется? Ну ла-адно… Тахешесс, почему от Норда отстали быстро, а вот ко мне все еще цепляются? Впрочем, о чем я говорю — мы знакомы всего лишь два дня фактически. Так что спектакль еще не окончен…

Я машинально сбрасывала в землю искры огня — чтобы не было неконтролируемого всплеска. Иногда бывает, что некромант — или стихийник, в этом вопросе мы равны, — слишком редко пользуется своим огнем, или слишком много его накопил, или испугался, или расстроился — да мало ли?.. И вот тогда огонь, наполняющий его ауру, вырывается наружу. Понятное дело, что после этого на расстоянии порядка десяти метров минимум остается только черное выжженное пятно, и, главное, никого вокруг… (в этом месте полагает произнести последнее слово шепотом и обвести пространство рукой).

Кладбищенская земля жадно впитывала силу. Я поморщилась. Ну вот что за дураки эти Светлые! Разве может земля как следует принять мёртвых, если ее не попросит некромант? Наверняка горожане при захоронении лишь отпевали — вещь нужная, признаю, — покойника, а полагающиеся магические ритуалы проводились священником или вообще были заменены на пир по случаю. Люди… Им бы только пожрать. А кто жертву предкам приносить будет? Как земля следующей весной будет возрождаться, если предки, кости которых лежат в земле, недовольны своими потомками. Рано или поздно природные ресурсы иссякнут и потомки присоединятся к своим предкам, и тогда те спросят с них.

Жаль только, что что почти никто в Светлой Империи не прислушивается к здравомыслящим советам — разве что только на границе, в тех местах, где горный хребет, отделяющий Светлых от Темных становится совсем низким — но все равно высота немалая. Однако там иногда ходят караваны.

Тут я оглянулась и не заметила, как забрела в совсем дремучую часть кладбища. Везде поросли колючие кусты — по моему, то ли барбарис, то ли просто кустарник… В любом случае, колючки были величиной с палец! Я не особо обрадовалась, обогатив мир на пару идиоматических выражений. То что я вся покрыта чешуей меня не спасло — на плече появилось несколько темных капелек. Я повернула голову и слизнула их. Чешуя на торсе у моего народа совсем тонкая, особенно рядом с жабрами, гребнями и в подключичной ямке. Тонкая и чувствительная. Это только ниже тазовых костей начинаются крупные чешуи, которые почти никаким оружием не пробить.

Так же все дорожки заросли деревьями — если в относительно новой части обители мертвых деревья встречались довольно редко — и то как украшение вместо памятника, — то здесь прямо редкий лес какой-то. Вот мне интересно, сколько всего по площади занимает этот погост?

Могильные плиты почти отсутствовали — в основном перед утоптанной землей возвышались небольшие валуны — Норду по пояс. А он высокий для человека… тьфу, наара. Теперь понимаю, почему в Светлой Империи разрешено жить этому народу — он почти неотличим от людей. Еще во времена молодости моего отца — он рассказывал, — производились дебаты насчет того, стоит ли признавать вообще нааров как отдельный народ, или квалифицировать как побочную ветвь орков — да-да, были такие глупцы, которые считали орков и нааров происходящими из одного корня! — или людей.

Однако, пока шли споры среди ученых мужей, наары и сами преспокойно завоевали себе королевство, потом смешались с местным населением — или вытеснили его, я точно не помню, как описывалось все это в учебнике, — и пришлось всем мириться с тем, что появилась еще одна народность, так как быть на положении второго сорта наарам явно не понравилось. Особо упрямым пришлось заплатить за знания своей собственной кровью — новая раса не постеснялась и объявила войну всем не согласным. Потом, конечно прошла Древняя война, и получилось то, что есть сейчас. Изменения если и были, то незначительные.

Вообще, пока я постигала всемирную историю, мне с момента Древней войны казалось, что наш мир словно… заморозили? Никаких особо сильных войн с того времени не случалось, государства тихо варились в собственном соку и не замечали, как время летит вперед. Проходили века, тысячелетие вот уже пролетело, а все осталось так же, как было полторы тысячи лет назад. Ну что же, не стану делать громких заявлений: «С моим правлением тихой жизни придет конец!» — и прочее в том же духе. Мне сейчас не будоражить мир нужно, а выжить бы попытаться.

Я с любопытством подошла к более-менее сохранившемуся камушку и наклонившись к нему, стерла с едва-едва видневшихся букв наверное, вековую пыль. Не удержалась и чихнула — ну аллергия у меня на пылюку, ну что я могу сделать?!

Рассмотрев надпись, украшающую могильный камень, я присвистнула. Этим могилам около четырехсот лет! Кажется… ага, теперь я поняла — надгробные плиты были только у старост деревни… стоп, какой деревни?! А, да, это четыреста лет назад было — вполне может быть, что тогда этот город и основали.

А эта могилка принадлежала обычному зажиточному… деревнянину? Тахешесс, просто жителю деревни! Ну, если это убожество называлось зажиточным, то я прямо и не знаю…

Я окинула взглядом совсем не стройные ряды могил. Да, так и есть — если присмотреться внимательнее, то можно было заметить, что каменных могил не так уж много. Большую часть занимали простые, почти до нуля утоптанные холмики.

Уже собралась возвращаться назад — не дайте боги заблудиться, да меня на смех подымут — некромант заблудился на кладбище! — как тут я почувствовала движение воздуха за спиной. Я резко обернулась, раскрыла гребни, хлопнув ими, как большим куском ткани. Руки сами метнулись за спину, я выхватила саи-шесс и пробежалась по нему пальцами, раскрывая лезвия. Родной мой, не подведи…

Я почти физически ощущала, как сгустилось напряжение в воздухе. Снова легкий — почти неосязаемый ветерок. На этот раз я успела обернуться и заметить непонятную тень. Я приготовила парочку убойных заклинаний. Когда напряжение уже можно было черпать ложками, откуда-то сбоку выскочило черное пятно. Я наугад полоснула саи-шессом, и тут же по ребрам полоснуло болью. Я вскрикнула. Затем развернулась и, затаив дыхание, ткнула лезвием саи-шесса назад, за спину. Раздался вой. Я кинула за спину одно заклинание, потом развернулась, отскакивая назад и запустила еще.

Мимолетного взгляда мне хватило для того, чтобы мгновенно узнать нечисть. Ичка, судя по всему, в самом расцвете сил. Я конвульсивно дернула пальцами, на автомате сплетая узор заклинания. Затем швырнула его прямо в морду уже поднявшейся дряни и ткнула посохом в колющем ударе. Ичка взвизгнула, так как я попала в чувствительный нос. Огонь вырвался из моих ладоней, опалив бросившейся на меня твари шерсть.

Ичка отскочила и я на миг потеряла ее из виду. Через секунду мен схватили за шкирку и стали мотать туда-сюда. Я пыталась достать лапу ревевшего чудовища, но не могла дотянуться… Сейчас, еще немного! Вой твари, которой отрубили руку сопроводил мое освобождение. Я забросила руку за спину и бросила фаербол. И тут откуда-то из глубины моей души поднялась холодная ярость. Да что это такое?! Чтоб какая-то мелкая нечисть трепала меня за шкирман, как нашкодившего щенка?!

Обернувшись, я заорала:

— Я Хозяйка, тварь!!! — та на миг остолбенела — видимо, не каждый день ей попадались такие невежливые и шумные жертвы, — но через секунду бросилась вперед. Однако этой секунды мне хватило, чтобы сплести по мгновенно вспыхнувшей в мозгу формуле соответствующее заклятие, зажать его в кулаке и запихнуть прямо в горло нечисти. Правда, вместе с заклинанием запихнулась еще и моя рука по локоть — но «это такие мелочи, правда?» — истерически хохотнула какая-то часть моего сознания.

Чудовище билось, пытаясь отрыгнуть или выцарапать мою руку у себя из глотки, но я вцепилась в нижнюю челюсть и рванула вниз. Что-то хрустнуло — надеюсь, у ички. В плече на миг вспыхнула жуткая боль, обжигавшая руку при каждом рывке морды твари. Я не сдержалась и заорала от боли. Через полминуты конвульсии чудовища сошли на нет. Я осторожно вытащила руку из пасти. Вся кисть была в вонючей слюне нечисти, я оторвала подол от своей туники и, как могла, почистилась.

На спине что-то висело и неприятно оттягивало плечо. Я поплелась обратно, опираясь на саи-шесс. За несколько метров до предполагаемого местонахождения нашей стоянки я забросила сложенный посох за спину и приняла бодрый вид. Резерв был пустой, меня мутило. Еще и противоядие надо бы принять… Мне-то, конечно, ничего не будет, однако мне хотелось ы подстраховаться от побочных эффектов.

Опираясь на дерево — чтобы не упасть от слабости, — я разнесла Найта в мелкий щебень, затем выпила противоядие, увернулась от загребущих ручонок Сима и забралась спать на дерево.

* * *

Проснулась где-то ранним вечером. Завалилась головой назад, притормозила в локте от земли и оперевшись на руки, потянулась. Судя по всему, плечо и царапины на животе пришли в норму. Обозрела мир — ничего себе так, прикольно, когда на все вверх ногами смотришь! На стоянке был только Сим. Он с интересом уставился куда-то в область моего живота. Я непонимающе посмотрела на него: грудь закрыта — я проверила. Он ответил, заметив мой вопрошающий взгляд:

— У тебя ребра видны.

— И что? — я спрыгнула и еще раз потянулась, подложив голову боком на вытянутые и сложенные вместе руки.

— Ты тощая, как сушёная рыба, — пояснил он. Я обиделась:

— Ну спасибо! — поднялась, немного порылась в своем мешке и вытащила банку с раствором мыльного корня и сменную рубаху.

— Саишша, я не то хотел сказать… — начал было Сим, но я прервала его мрачным:

— Не оправдывайся. Во первых, я знаю, что не красавица. А во вторых, мне действительно нужно привести тело в форму, — я вздохнула. Раньше, до того, как мне сломали нос, после чего он приобрел характерную горбинку, я обладала идеальной внешностью по меркам моего народа. После этого случая я превратилась в уродину, потому что мое лицо приобрело способность показывать живые эмоции, а не кукольные, чем лично я очень довольна!!! НО! Сородичам это не понравилось, посему…

— Возьми полотенце, — буркнул чему-то расстроившийся Сим.

— У нас-с нет, — тихонько прошипела я. Не со злости, а потому что он мне в этот момент очень понравился — такой немного грустный и обиженный. Я подошла и постояв немного, присела рядом и коснулась его плеча своим плечом. Он удивленно посмотрел на меня. Я слегка подпихнула его плечом. Он понял и толкнул меня в ответ. Так мы игрались несколько минут пока он не свалился на меня, придавив к земле. Я хватанула ртом воздух, так как он оказался страшно тяжелым. Слава Шаирэссару, он быстро среагировал и приподнялся на локтях, позволив мне выбраться из-под него.

— Ты краснеешь! — удивленно воскликнула я. Какой он миленький! Правда я тот час де себя одернула — он паладин, а не Мол!

— Не правда, — невнятно промычал он, усаживаясь рядышком. На его рубахе спереди было хорошо заметное пятно — кажется, это я его испачкала.

Извини, — я поднялась.

— За что? — он тоже поднялся.

— Я тебя испачкала, — я указала на пятно.

— А, да не, это от болта открылась ранка, — отмахнулся он. Я прищурилась. Вылечить или не надо?

— Раздевайся, — бросила ему я. У него вытянулось лицо от удивления. Однако он послушался меня и расстегнул несколько верхних пуговиц.

— Дальше, дальше, — подбодрила его я, доставая из своего рюкзака обезболивающее и еще кое-какую травку.

— Садись и откинься назад, — приказала ему я. Протянула пузырек, — Выпей полглотка.

— Что это? — он покачал закупоренный фиал в ладонях.

— Чтобы не сильно больно было, — я усмехнулась.

— Я и так потерплю, — он протянул мне склянку. Я пожала плечами:

— Ну и дурак, — потом осторожно осмотрела края раны.

— Кто тебе рану чистил? — поинтересовалась я. Маленькая, но глубокая дырочка от арбалетного болта. Странно, должна была затянуться сразу же после, того, как болт выдернули.

— Сам, — коротко отозвался он.

— Скажи себе спасибо, — заметила я, — Ты хорошо постарался, но тут яд. Правда, твоя регенерация его почти нейтрализовала.

— Я знаю, — прошипел сквозь зубы он — я коснулась краев раны пальцами. Хм, что же это?

Затем я слизнула капельку крови с края раны, подержала во рту, покатала на языке, сплюнула. Кисло, и еще послевкусие горьковатое, вяжущее рот. Просто, но действенно:

— Это семилистник игольчатый, — пояснила я впавшему в транс паладину. Так, что у нас есть из противоядий… И если смешать это, вон то и плюнуть, то получиться как раз то зелье, которое нам нужно.

— Я бы не отказался, чтобы меня так же эротично полечили, — заметил появившийся из кустов Люц.

— Если у тебя есть на примете девушка, практикующая Моргантэ, — усмехнулась я. Он с интересом на меня уставился. Я как раз перевернула и тонкой струйкой направила жидкость в рану.

— Что, правда травилась? — неверяще повторил он. Я кивнула, — Кстати, зачем ты туда плюнула?

— Наша слюна используется в большинстве «легких» противоядий, — пояснила я, наблюдая, как пениться жидкость, удаляя яд. Края раны почти тут же сошлись и через полминуты уже даже шрама не осталось.

— Уважаю, — протянула я, с восхищением смотря на паладинов. Это ж какая у них регенерация, я балдею!

— Ладно, мальчики, не поминайте лихом! — я сделала им ручкой и направилась в сторону реки. Как хорошо, что мы от нее не удаляемся! Наоборот, как будто даже ближе стали… Ну да ладно, главное, что далеко ходить не надо.

Вот время летит, а? Только сегодня утром сюда же ходила вместе с Нордом, а уже вечер и ощущение, что прошло по-минимуму два дня!

Долго оттирала себя песком, погрузившись с головой. Какое наслаждение — быть чистой. Как там говориться у человечек: «Дайте нам платье, красивые туфли, косметику и украшения — и мы горы свернем!» То же самое у всех женщин мира, по-моему. Когда мы красивы, мы чувствуем себя увереннее.

Вернулась я примерно через час. Все ребята были на месте. Я поманила к себе Норда и стала тихо расспрашивать его о плане замка инквизиции. Для того, что я планирую, это важно. Вдруг там капитальный ремонт сделали?

— Ну, за те десять лет, что я там учился я у изучил его основательно, — задумчиво произнес он и стал рисовать на песке план, — А с чего ты решила, что в замке должна быть перестройка?

— После моего последнего визита — обязательно, — заверила его я.

— Много чести — перестраивать замок из-за одной змеелюдки, — вмешался в наш разговор Найт. С-смеелюдки?! Да что он себе позволяет?

— А это не твое дело, двуногий, — в тон ему ответила я.

— Почему «двуногий»? — обиделся он.

— А почему «змеелюдка»? — бросила ему я, — Между прочим, мы с Инквизитором настолько сильно не поладили в последний раз, что снесли правое крыло замка, — я мечтательно улыбнулась — я хорошо его тогда приголубила куском стены по затылку! Аж гордость за себя появилась, учитывая, что я тогда была ситшой.

— Правое крыло замка, говоришь? — прошептал Люц.

— Мы помним это, — завершил Сим за всех.

— Я рада, — я ухмыльнулась. Тщеславие — порок мой… Вскинув голову, заметила, что небо затянуло тучами. Ну нет, меня это не устраивает! Прошептала слова простенького «ветродуйного» заклинания. Поднялся сильный ветер, я поморщилась — опять много силы вбухала, больше, чем требуется.

— Я слышал, что правое крыло разнес архимаг, — задумчиво сказал Найт.

— Нет, просто я до того, как пошла в гости к инквизиции как раз изучала разумное расходование маны, — рассеянно ответила ему я, — Вообще, сейчас одной искры моего дара хватит на то, чтобы заставить подняться всех мертвецов новой части этого кладбища.

— Почему новой? — полюбопытствовал Сим.

— Поточу что неразложившихся мертвецов поднимать легче, чем голые кости, — ответила я, сосредоточенно поднимая заклинание вверх. Выше… Еще выше… Вот так, пойдет.

Тучи медленно уносились в сторону города. На землю опускалась тьма. Проглянула луна. Половина, то что надо, хотя при полнолунии было бы лучше. Я просканировала гребнями пространство. Неплохо, неплохо — здесь есть подходящее место.

Изучая карту, я удовлетворенно кивнула — изменений было не так уж много. Потом я вытянулась по направлению к ближайшей могиле. Умостившись там, чтобы мне было комфортно, я приступила к ритуалу.

Начала рыть руками ямку в земле. Вскоре она достигла достаточных размеров — две ладони в длину и столько же в ширину. Ребята молча наблюдали за мной, глядя как на сумасшедшую. Я опустила руки в углубление и осторожно отпустила свой внутренний огонь. Зеленое пламя вырвалось из моих ладоней и вскоре заполнило яму доверху. Я уперлась руками в землю по обе стороны от небольшого костерка и зашептала:

За дверью пьяный священник

Готовит Божьи слова,

Чтобы несчастный тот пленник

ИСПОВЕДОВАЛСЯ!!!

Пламя стало гладким и прозрачным — словно зеркало и в нем стало — будто сквозь туман, — проступать большое помещение. Различные пыточные агрегаты, корчащиеся от невыносимой боли люди. Воздух наполнился криками боли. Я мотнула головой — не то.

Чтобы босым перед Богом

На суд тот смог бы предстать.

Чтобы прощен был народом,

Который будет орать…

Уже другое помещение — в нем сидят люди в белых сутанах, скрипят гусиными перьями. Канцелярия. Уже близко.

Своей душе не хозяин,

Забывший имя и род,

Не выдавший свои тайны,

За что теперь и умрет!!!

Вот оно! В огне отразилась комната с каменными стенами, тонким ковром на полу и столом посередине. По периметру стояли шкафы с книгами. За столом сидел тощий человек с сухими чертами лица. Я довольно улыбнулась. Великий Инквизитор.

Старайся быть неслышным,

Стань незаметной тенью.

Во мраке кто-то дышит —

Ждет доброго знаменья.

Не успела! Инквизитор в «зеркале» резко поднял голову и вперил свой взгляд в мои глаза. Я закусила губу и взглянула на ребят. Они заинтересованно пялились в огонь.

Я опустила пальцы в огонь и стала помешивать по ходу солнца, говоря при этом:

— Чтоб ты сдох, карась сушеный… Чтоб неудача сопутствовала тебе во все твоих начинаниях. Жгу огнём все члены и получены твои, все суставы и полусуставы, все жилы и полужилы, всю плоть и полуплоть. Заклинаю саарэй всемогущими, богами всемогущими… — я забыла слова. Тахешесс, как невовремя! Заговор нельзя прерывать, иначе не подействует. Я прикусила губу, думай, думай! Я затараторила, придумывая слова на ходу:

— …дочерьми саарэй и сынами богов! Чтоб тебя несварение замучило, ирод… — я сбилась, так как Люц покрутил пальцем у виска. Я прищурилась. Есть у меня пару куплетов…

— Пусть будет свет ему как тень, а тишина как крик,

А все дороги ночь и день пускай ведут в тупик…

Я закрываю все пути ключами всех замков,

И в злой тропической пыли не разглядеть следов…

— Слово мое крепко! — Я выдохнула последние слова, окунувшись головой в пламя.

Прошептав слова, я быстро вынырнула и отшатнулась от вопля:

— Тва-арь! Я до тебя доберусь, поняла?! И тогда рассчитаюсь за все!

— Просто музыка для моих ушей, — прошипела я, укладываясь поудобнее и заинтересованно наблюдая за метаниями Инквизитора. Люц восхищенно присвистнул, выражая одобрение. Норд же посмотрел на меня с опаской:

— Сдурела? Он же величайший маг!

— Да конечно! — возмущенно воскликнула я, — Ни один маг в жизни не сравниться с самым завалящим шассом, а я хоть чего-нибудь да стою! В своей профессии, разумеется. С гордостью могу тебе заявить, что лет десять уже накладываю на него проклятия! Правда, он тоже не дурак, — неохотно добавила я, — и исправно проклинает меня тоже. От души, главное, я это чувствую! — я хмыкнула.

— Интересно, а ты так каждый день можешь? — поинтересовался Сим придвигаясь ближе.

— Увы, только раз в несколько месяцев. Для этого нужен особый день, — я печально вздохнула и опустила ладонь во вспыхнувший огонь, втягивая его внутрь.

— Как это у тебя получается? — поинтересовался Люц.

— Что получается? — я улеглась на бок, лицом к костру.

— Ну, всякие манипуляции с огнем. Он же зеленый!

— Он часть меня, — ответила я ему, — Это естественно для представителей нашего народа. Не могу объяснить… Ведь ты же не можешь объяснить, как ты думаешь или дышишь, верно?

— Интере-есно, — протянул Люц, погрузившись в свои мысли. Я посмотрела в небо. Тучи снова нависли над нами тяжелой свинцовой пеленой. Они были похожи на слежавшиеся комки ваты, только темно-серого цвета. Похоже, ночью будет целый ливень. Это печально — я опять промокну и замерзну. А братика чтобы погреться нету!

Эх, как там он? Скучает, наверное. А вот мне недо этого, хотя вот выдался моментик. Странные у меня мысли, однако — я усмехнулась и снова забралась на дерево и закрыла глаза. Надо поспать — сон поможет мне набраться сил и восстановить резерв.

Сим

Саишша снова забралась на дерево и отвернулась к нам спиной. Спустя полчаса я понял, почему она это сделала.

Сначала ударил гром, сверкнула молния. Потом ливень стеной обрушился на нас. Единственное почти сухое место было под деревом, на котором спала шасса. Мы не сговариваясь перетащили туда вещи. Честно говоря, было несколько неприятно сидеть буквально на могиле — дерево-то было вроде памятника! — но ничего не поделаешь.

Нам места под деревом не нашлось — пришлось мокнуть под дождем. И еще пришлось стоять, так как сидеть на раскисшей жиже, в которую превратилась земля не очень-то хотелось — это мягко говоря.

Ливень, похоже, слегка «подустал», и превратился в обычный сильный дождь, который нудно лил, размывая комья кладбищенской земли. Я был мокрый насквозь, но меня это мало беспокоило. Люц выругался и перевесил сумки на ветки, так что мы теперь могли сидеть. Я прислонился затылком к стволу и устало прикрыл глаза, вспоминая то, как Саишша лечила меня. После того, как она удалилась, я некоторое время не мог прийти в себя. Люц тактично — ха! — помолчал, пока я не смог внятно разговаривать.

Я вздохнул. Ну чего мне стоило держать язык за зубами! Это же девушка, а я ей: «Ты тощая, как вобла»! Не удивительно, что она обиделась. Впрочем, оказалось, что она легко остывает. Я внутренне усмехнулся. Если так, то она простит мне мои ошибки, которые я могу допустить, общаясь с ней. И еще придется учиться на ошибках Люца и Найта — Норд, похоже, вполне сдружился с ней и следит за языком. Интересно, а у нее есть парень? Ну, из шасс? Надеюсь, что нет, а если да, то она не очень расстроится, если я убью его. Саишша только моя, и точка.

К утру дождь стал постепенно затихать, а вскоре и вовсе прекратился. Тучи быстро рассеялись, проглянуло солнце. На земле остались лужи и, отражаясь от них, солнечные лучи образовали радугу, которая выгнулась подобно маленькому цветному мостику. Саишша все еще спала.

Она почти не шевелилась, только съеживалась еще больше, когда на нее падали просочившиеся сквозь листья капли. Я чуть не поддался желанию стащить ее на землю и прижать к себе, согревая и закрывая от враждебного мира. Однако я удержал себя — это было бы очень необдуманно. Сай знает меня всего пару дней, для нее это недостаточный срок для того, чтобы начать отношения.

Ребята тоже задремали. Меня жестами попросили заняться охраной. Я сорвал травинку и засунул кончик себе в рот, покусывая и размышляя. О ком? Глупый вопрос, честно…

У Сай есть печатка с гербом. Это опровергает мое суждение о том, что манерам аристократии она научилась во взрослой жизни. Если судить по ее обычному поведению, то она примерно на уровне человеческих семнадцати — девятнадцати лет. Однако змеелюды весьма отличаются от людей и даже от эльфов. С ним можно сравнить дроу, но и они похожи на шасс лишь частично. Иногда в ее действиях проглядывает мудрость взрослой женщины, правда, пока довольно редко.

Насколько я умел анализировать и думать, шассы похожи на всех обитателей мира понемногу. От каждой из рас шассы взяли самые лучшие качества. От светлых эльфов — красоту и долгую жизнь; от дроу — хитрость и жестокость, точнее, умение идти по головам ради своей цели; от орков — силу. Список можно продолжать до бесконечности… Иногда мне кажется, что шассы — это, так сказать, «природный» сверхчеловек. Этому находится масса подтверждений, возьмем для примера хоть Сай: змеелюды с возрастом увеличивают свои способности, а мы только можем развить до предела и поддерживать в этом состоянии. Змеелюды живут очень долго, и к своим пятидесяти годам они вполне могут победить паладина — в этом я уверен. Боюсь даже встречаться с шассами, которым столько же лет, сколько и мне — на что они способны? Саишша цепляется за жизнь не хуже Найта, а он в этом спец, если сумел дожить до восьмидесяти лет.

И все же, все же… Сай еще девушка, молодая, притом. Почему она не боится нас? Наоборот, поддерживает общение. Норд раньше видел паладинов, знает, что мы вполне нормальные. Так что это объяснимо. А вот Саишша… Впрочем, она что-то говорила на счет того, что уже попадала в замок инквизиции и даже разрушила часть строения. Я помню, как лютовал Великий Инквизитор после этого — его прессинг докатился и до нас, тогда мне пришлось несладко. Впрочем, скоро мне и другим свободным от заданий паладинам пришлось отстраивать замок заново. Помнится, тогда тоже кого-то из нас посылали за объектами и еще тогда сбежал один из паладинов — сразу после того, как обрушились перекрытия и стены правого крыла рухнули. Кажется, это был экспериментальный образец — его скрестили с дроу.

Ну и когда тройка — слава Создателю, на наша! — вернулась с пустыми руками — какие только версии по поводу провала не ходили по нашему подземелью! — наказали не только их, но и всех паладинов, которые были на тот момент в замке. И если Саишша на самом деле была виной всей этой катавасии, то это из-за нее на моей спине появились три лишних шрама. Впрочем, сейчас я не жалею об этом. Мало того, что это моя Равная, так она своим поступком еще и дала мне понять, что можно как-то выбраться из этого ада, убежать, скрыться. Была бы сноровка и желание… Но сейчас, знаете, я немного радуюсь этим шрамам — Саишшу же не поймали, она живая, сопит на ветке чуть выше меня. Значит, все хорошо, а с остальным я справлюсь…

Тут Сай повернулась на другой бок и чуть не свалилась на меня сверху, уцепившись кончиками пальцев. Я ухмыльнулся. Ее голова с осоловелыми и очень удивленными глазами повисла прямо перед моим лицом. Я кивнул — мол, здравствуй. Она тоже кивнула и извиняюще улыбнулась — «Прости, что потревожила». Я посмотрел наверх — «Обратно полезешь?» Она помотала головой и аккуратно спустилась, оставив большую часть своего хвоста на дереве. Посмотрела на спящих ребят и жестом показала мне, чтобы я отправлялся спать — она сама посторожит. Я помотал головой — не хочу, да и могу не спать несколько дней. Лучше поговорю с ней и попытаюсь узнать ее получше.

Шасса устроилась полулежа, совсем близко от меня, мы едва ли не соприкасались телами — похоже, она это сделала, чтобы не мешать спать остальным. Я только обрадовался этому. Однако она явно не была настроена на разговор, или не хотела начинать первой. Сай отстраненно смотрела в сторону могил, изучая кресты и памятники. Сейчас, когда она замерла — только грудь едва-едва приподнимается при очередном вздохе, — она походила на статую.

— Саишша, — тихонько позвал ее я. Она слегка повернула голову и посмотрела на меня, — Поговори со мной, — неловко попросил я.

— О чем? — почти не разжимая губ спросила она. Я подумал было, что она не хочет общаться, но ее тон был вполне благожелательным.

— Расскажи мне о себе, — попросил я.

— Как твоя рана? Не беспокоит больше? — сменила тему она. Я поджал губы:

— Нет, спасибо за заботу, — если она и уловила сарказм, то виду не подала. Я снова прикрыл глаза, подумав про себя, что если — только если! — она согласиться принадлежать мне, то я обязательно попытаюсь еще раз расспросить ее. Может быть, даже тактично.

— Как ты знаешь, мне пятьдесят пять лет, или сто десять циклов, — я вздрогнул, услышав ее шепот, а она продолжила рассказ:

— Я из второй кладки, самая младшая. У меня было еще пятеро братьев, но сейчас они все мертвы. Происхожу я из клана Сишш… э-э-э, как бы перевести…

— Некромант, — решил я блеснуть знанием языка.

— Верно, — полуудивленно заметила она, — При моем обучении делали ставку на то, чтобы сделать из меня Дайкинири. Но знаешь, я этому не протестовала потом, в дальнейшем, а наоборот, настаивала на том, чтобы меня обучал в таком же порядке. Плюсы моего будущего положения тогда перевешивали минусы, и теперь я убедилась в том, что я поступила в высшей степени дальновидно, настояв на обучении воинскому искусству! Но я отклонилась от темы… Соответственно моему положению — меня ведь готовили для династического брака — своими детьми Лорд жертвовать не хотел, ха! — и спектр наук был весьма широк. Риторика, история древняя и нынешняя, языки, магия, искусство убивать и еще куча скучных и не очень предметов, — она усмехнулась.

— Что значит «Дайкинири»? — воспользовался я паузой.

— Дайкинири — не-женщина, воин в женском теле, — она задумалась, — Дайкинири… обладает большими правами, чем обычная нири, то есть…

— Женщина, — перебил ее я.

— Девушка, — улыбнулась она, — После того, как произошел мой первый всплеск, а точнее, во время него, город нашего клана перестал существовать. Уцелевшие — их, кстати, было довольно много, я потом узнала, — сейчас находятся в столице всех серпентеров.

— Серпентер — змея, — перевел я и задумался. Она терпеливо ждала, пока я вновь не обращу на нее свое внимание:

— После этого я некоторое время бродила с наемниками, а потом перешла в клан Линь. Там я завершила свое начальное обучение. Заимела братишку, провернула парочку махинаций — и вот, я перед вами! Нервное и злобное существо с черным юмором, — она снова улыбнулась.

— Не сказал бы, что нервное и злобное, — возразил ей я, — да вот с юмором у тебя все в порядке, по-моему. Хотя закидоны бывают у всех, и у меня в том числе…

— Интересное слово, — задумчиво протянула она. Я спросил:

— Как мне тебя называть?

— В смысле? — не поняла она.

— Не змеелюдкой же, — пожал плечами я.

— Ну… меня вполне устраивает, если мой народ ты будешь называть шассами — как называем мы сами себя, — или серпентерами, как ты перевел, змеями. Это мне нравится гораздо больше, чем «чешуйчатые», — она усмехнулась, — Но меня можно называть и по имени и даже, — тут она сделала торжественную мину и перешла на драматический тон:

— И даже, если захочешь, можешь сократить его! — она не выдержала и уткнулась лицом в локоть чтобы заглушить душивший ее смех. Ее лопатки мелко затряслись, впрочем, через минуту она успокоилась. Я тоже растянул губы в улыбке.

— А знаешь, ты первый, кто спросил меня, как можно меня называть. Первый, кто с уважением относится к этому вопросу, — помолчав, добавила она.

— Это же я! — слегка поклонился я. Выглядело это комично, и Сай опять уткнулась в локоть, сотрясаясь всем телом. Я радовался, как ребенок — она смеется!

— Ты здорово пела, — заметил я, когда она успокоилась.

— Это разве песни? — протянула она, — Это заклинания… Вот настоящие песни — это…

— Спой, — это прозвучало слишком резко, но она не обратила на это внимания, задумчиво уставившись сквозь меня. Наконец она кивнула своим мыслям и тихонько запела:

В час туманный, предрассветный,

Спящий город мы покинем…

Ее голос изменился. Теперь он звучал то страстно, то нежно, то взмывал ввысь, то падал в бездну. Она играла со звуками и словами, выстраивая свой мотив. Я прислушался к словам:

Ты узнаешь, что возможно

Здесь не думать о разлуке,

И не вздрагивать тревожно,

И не маяться от скуки…

Песня была страстная, голос Саишшы выразительным, все это привело к тому, что мы прижались друг к другу почти вплотную. Я осторожно приобнял ее за плечи, а она не оттолкнула мою руку.

Очарованный скиталец,

Только ты сумеешь вспомнить,

Этот прошлый жизни танец,

Что дано тебе исполнить.

Ты ведь видишь, мы с тобою,

Не отбрасываем тени —

Это царство Привидений!

Я выдохнул сквозь зубы — как же хотелось дотронуться до нее, ощутить запах ее волос, уткнуться головой в макушку или… я представил, как покрываю ее тело поцелуями, как она выгибается от удовольствия в моих руках…

Я порывисто вздохнул и осторожно отпустил Саишшу, опасаясь, как бы она не заметила моего состояния. Это не любовь, это что-то другое, это… желание. «Нет!» — я сжал зубы. Саишша достойна любви. А свои инстинкты нужно уметь усмирять и подавлять низменные желания.

Саишша не заметила или сделала вид, что не заметила, что я убрал руку с ее плеч. Допев, она секунды две молчала, а потом спросила у меня:

— Как тебе песня? Настоящая песня.

— Восхитительно, — честно признался я.

— Я рада, что тебе понравилось, — улыбка на мгновение озарила ее лицо.

* * *

Этот день нам пришлось провести на кладбище, так как уходить с него Саишша отказалась наотрез. Найт некоторое время спорил с нею, но затем посмотрел на нее — она едва на… хвосте держалась, сплюнул и решил остаться здесь, пообещав ей, что когда мы таки сдвинемся с места, он ее жалеть не будет. Сай промолчала, но на ее лице ясно читалось: «Кто еще кого жалеть будет!» Я только усмехнулся.

И сейчас Люц, Норд и Найт развлекались разговором, я же развлекался тем, что наблюдал за медитирующей шассой.

Она сидела в пентаграмме в какой-то замысловатой и странной позе с закрытыми глазами. Теперь она полностью напоминала статую, не двигающуюся, не дышащую, не проявляющую свою скрытую жизнь даже биением пульса. Интересно, а он прощупывается?..

Взглянув на нее магическим зрением, я увидел прямо противоположную картину: ее аура светилась энергией, процессы восстановления были ускорены в два-три раза, энергопотоки дрожали от перенапряжения, прогоняя через себя огромные массы маны. Прищурившись, я разглядел, что все потоки продублированы три раза. Нет, я это заметил еще в первый раз наблюдений за нею, но не придал этому значения, удивившись лишь мимоходом — куда такое бесполезное нагромождение магических структур? Зато теперь я понял, почему она тратила время и титанически напрягала волю, чтобы вырастить себе дополнительные «русла для энергии», как называл их маг-учитель у инквизиторов.

Сравнение было точным, энергопотоки действительно напоминали реки, однако «разливы», которые каждую весну бывали на реках, здесь могли произойти в любую минуту, если всего лишь на гран превысить максимальное количество прогоняемой энергии. Что произойдет тогда с магом? Ну… ему будет очень больно… мягко говоря.

Воздух вокруг ауры Сай буквально искрился от напряжения, а вскоре до меня донеслось тихое гудение. Она хочет нас выдать?!

— Люц, — тихо произнес я, — Что она делает? — и кивком указал на Саишшу. Люц внимательно посмотрел на застывшую шассу.

— Медитирует.

— Она нас выдаст.

— Посмотрите на общий фон, посоветовал Найт. Я взглянул — и что же? Оказалось, что то огромное количество энергии, которое прогоняла сквозь себя Саишша, почти никак не влияло на общий магический фон.

— Как такое возможно?! — Выпал в осадок Люц.

— Эта энергия не воспринимается обычными магами, — сухо обронила статуя по имени Саишша не открывая глаз. И снова все стало как было. И все-таки есть у нее пульс или нет?

Ребята вернулись к разговору, я вновь уставился на Сай. Теперь это никого не удивляло. Я хмыкнул, недолго же мне удалось скрывать свои чувства, по-крайней мере для ребят они стали очевидными.

Однако наблюдения оказались весьма любопытными. Саишша спешно перекраивала свое тело — вот что я понял из того, что увидел. Однако, хоть ее операции были выполняемы с довольно большой скоростью, они все равно выполнялись с максимальной осторожностью и с принятием всех мер безопасности.

Впрочем, изменения были не фатальными — я имею ввиду выращивание дополнительны органов, например, — Сай всего лишь восстанавливала то, что было о того, как на ее клан напали Охотники.

Во время обеда Саишша не пошевелилась, поэтому есть пришлось без нее. Впрочем, не было явных признаков, что она голодная. Напротив, ее вид просто таки поражал своим здоровьем — у нее исчезли запавшие глаза, плечи выпрямились, и худоба тоже пропала. Шея перестала напоминать тонкую тростинку. Я невольно залюбовался ею. А что еще делать? Тоже магичить что-нибудь я не могу — энергию, которой пользуется Сай, я воспринимать не могу, а если буду излишне часто пользоваться своей собственной, то нас быстро засекут.

Норд и остальные ребята все еще общались, причем с неослабевающим интересом. Правда, в основном рассказывал Норд.

Я пристально посмотрел на Сай. Ничего не могу с этим поделать — хочу проверить, бьется ли жилка на ее шее! Однако надо быть честным сам с собой — я просто хочу ее обнять.

Только глубоким вечером Сай очнулась. Потянувшись и сделав несколько упражнений, она устроилась спать. Ужин-то мы уже съели. Так что есть ей было нечего. Это люди могут съесть кусок мяса и ходить весь день бодрые и готовые ко всему. Нелюдям в этом смысле сложнее — чем больше масса тела и чем больше магический резерв, тем больше мы едим. Впрочем, все уже привыкли к этому и все довольные — не рыпаются.

Мы еще поговорили — на этот раз я участвовал в беседе, — и затем тоже улеглись спать. Под конец раздухарившийся и свыкшийся с ролью барда наар рассказал достаточно комичную историю своей любви. Из этого я понял только одно — женщины любят настойчивых. Ну не знаю, не знаю… Но попробую.

Саишша

Проснулась я среди ночи. Лежать мне было мягко и удобно, а хвостом я обвивала что-то теплое. Я решила не вставать, а полежать и прислушаться к обстановке. Тишина… Только что-то размеренно дышит рядом. Я приоткрыла глаза…

Мой вопль потряс всех. Паладины вскочили, как будто их поднял сигнал тревоги, Норд сразу схватился за оружие, а Сим уже был на ногах и настороженно осматривался.

— Ты спал со мной?! — я схватила Сима за грудки и поднялась на хвосте, таща его за собой. В этот раз выдвинулись не только клыки, но и когти, пропоров рубашку этого озабоченного.

— Еще нет, — немного нервно ответил Сим, — Ты чего орала?

— Ш-што с-сначит «еш-ше нет»?! — в ярости прошипела я, чувствуя, как встают дыбом шипы, а огонь вырывается из-под чешуи пока еще маленькими зелеными язычками.

— Я хотел бы исправить это упущение, — пояснил Сим. ***!!!

Из маленьких язычков пламя превратилось в настоящий пожар, закрывая меня с Симом от ненужных зрителей раскаленной огненной стеной. Сим как будто не замечал жара ревущего пламени, спокойно смотря на меня.

— Так чего ты орала? — переспросил он.

— Ты с-спал с-со мной!!!

— Да нет же, — немного устало повторил паладин, — Я всего лишь уложил тебя рядом с собой.

— Ах, всего лишь?! — взвыла я.

Тут Сим обнял меня и попытался поцеловать. Попытался, потому что рефлексы сработали вперед меня, и я, перейдя на ускорение, впечатала его в ближайшее надгробие. Яростно зашипев, я выхватила саи'шесс и… и тут меня ударили чем-то по голове. В глазах устроили танцы искорки, а пламя мгновенно погасло. Я чуть пошатнулась, но устояла.

— А я говорил, что она будет против! — раздалось сзади.

Обернувшись, я увидела стоящего с котелком Норда. Который медленно пятился. От меня. От жалости к самой себе я разрыдалась, чего не случалось уже циклов девяносто. Сначала тихий плач перешел в крупномасштабные рыдания, с шипением, воем и матюгами по поводу и без.

Не помню, что дальше было. Кажется, Сим все же отлепился от надгробия и принялся утешать и извиняться одновременно. Норд за компанию с ним сидел рядом и пытался доказать, что он вовсе не от страха пятился. Я их не слушала, и рыдала, выплескивая со слезами обиду на Норда, который боялся меня, на Сима, который распустил руки, и вообще на весь белый свет, который позволил такому случиться…

* * *

Кажется, я все же уснула. Проснулась в такой же обстановке. Я опять лежала на чем-то теплом и мягком. Чувство дежавю…

Я решила не устраивать истерик — лучше погадать, кто все же рискует «уложить меня рядом с собой». Опять Сим, что ли? Ну, я ему…

Открываю глаза, пытаюсь рывком вскочить… не отпустили. Сим. Ну, кто же еще… Сидит рядом, смотрит на меня, улыбается, прижимает к своей груди. Злобно щурюсь, оглядываюсь. Мы где-то в глуши кладбища. Так, а где остальные? Адресую этот вопрос Симу. Тот улыбнулся еще шире и начал рассказывать:

— Сай, ты только не обижайся и не сердись, пожалуйста. Я тебе все объясню.

— Только побыстрей, а то я за себя не отвечаю! — предупредила его я.

— Уже бегу, так бегу, что аж спотыкаюсь! То есть рассказываю. Видишь ли, ты теперь моя девушка.

— ЧТО?! — мой вопль заставил взлететь тех воронов, которые до этого мирно сидели на ветках деревьев и крестиках.

Я еще раз попыталась вырваться, но меня удержали. С-с-с… Какая же у него сила, чтобы меня удержать? Я же далеко не самая слабая в физическом плане.

— Я же тебя попросил, чтобы ты не злилась! — раздраженно сказал Сим, переворачиваясь и фиксируя мне руки над головой. Теперь он фактически лежал на мне и, сколько бы я не дергала руками, освободить мне их так и не удалось. Пришлось только зло шипеть и зыркать глазами.

— Как мне интересно после такого не злиться?! Да это наглое домогательство!

— Отнюдь. Я никаких действий не предпринимаю, а только прошу дать мне объясниться.

Я замолчала, потому что сказать было нечего. Сим подобнее устроился на мне и начал рассказывать:

— Как я уже сказал, ты теперь моя девушка. И не сердись, я не такой уж и плохой. Сначала я хотел долго и кропотливо тебя завоевывать, но парни как-то узнали, что я в тебя влюбился. Чтоб их!.. Только помешали мне! Так вот, они мне надавали кучу советов, сводящихся к тому, чтобы «…на плечо закинуть и вперед, к храму!». Сим явно передразнивал кого-то. Хм, и я даже знаю кого.

— Наше магически инертное сокровище посоветовало? — деловито уточнила я. Ну попадись он мне!..

— Как ты догадалась? — удивился Сим.

— А ты актер хороший, — ответила я, безмятежно улыбаясь. Вот, блин! Исполнилась моя детская «мечта» — признание в любви на кладбище молодым и привлекательным парнем. Вот угораздило-то…

А впрочем, тут наверняка можно найти какую-нибудь положительную сторону. Ну, например, я так поняла, что он за меня и в огонь, и в воду теперь. Да и потом, Сим привлекательный молодой и сильный ша… паладин. Ну и что, что он паладин?! Любовь зла… Так что, может, согласиться на «отношения»? А то мне уже сто десять циклов, а нормального парня так и не было. Меня уже черным хвостом[26] звать в приемном клане стали.

— Я согласна!!!

Сим дернулся и уточнил:

— С чем?

— Я согласна стать твоей девушкой.

— Что, правда? — выдохнул он. В его голосе было столько надежды, будто это было главнейшим событием в его жизни. Я даже смутилась.

— Теперь ты — мой Внутренний круг, — сообщила я Симу, ткнув пальцем в его грудь. Да она у него твердая, как камень! Ничего себе пресс! — Только я не понимаю, чем ты радуешься?

— Саишша, ты не понимаешь — для любого паладина то, что девушка согласилась принадлежать ему — радость, я даже слов не подберу, чтобы описать свое счастье!

— А, так вы однолюбы, что ли? — наконец поняла я. Ну, шассы тоже такие, так что нечего бояться.

— Да! Наконец-то ты додумалась!

Мне на глаза попалась его рубашка, точнее, дырки в ней. Я решила, что неплохо бы их заштопать. Ну и что, что у нас нет ни иголок, ни ниток? У нас есть магия! Заодно посмотрю, как мой… парень, наверное, выглядит без одежды. Эй, я не то имела в виду! А только его пресс! Интересно же посмотреть, как выглядят мышцы, которые по ощущениям, как камень.

— Снимай рубашку, — в приказном порядке попросила я Сима. Тот почему-то совсем не сопротивлялся. Ему это, по-моему, даже нравится. Надеешься на интим? Обломишься, только после свадьбы! Если она вообще будет, эта свадьба.

Ух ты!!! Какие у него плечи! А пресс! А грудь! А шрамы, которыми просто усеян его торс, лишь добавляют ему красоты. Вот это мужчина!!! Теперь понимаю, что значит выражение человеческих женщин: «Шрамы украшают мужчину». Я вывернулась из-под него и, опрокинув на спину, сама нависла над ним. Рассматриваю шрамы, гадая, откуда они. Провела по одному из них пальцами. Хочется поцеловать каждую из этих отметин. Госпожа Геката, неужели я сама влюбилась? Ну, тогда я тем более не против стать девушкой этого паладина.

Потряся головой, вернулась к рубашке. Нет, все только после свадьбы! Вот пусть сначала женится, а потом хоть до утра! Н-да. Применив простенькое заклинание сращивания, «зашила» таким образом дырки. Решила еще и заговорить, мало ли? Мне теперь Сим только живым нужен, и больше ни в каком другом состоянии! Хм, а если сделать еще и непробиваемой эту рубашку? А что? Тогда лучше петь, а то спадет заклинание в самый неподходящий момент.

И петь я буду на родном языке, потому что завязывать песню буду на чувства! Пусть Сим думает: что это я пела?

«Не хватит всех на свете нежных слов,

Чтобы описать мою любовь.

И по ночам не плакать по мелочам —

Ты как время лечишь мою печаль.

Знаю я, любовь моя взаимна.

Женщина прекрасна, когда любима.

Ты волшебный, ты с другой планеты,

Ты из моей мечты![27]»

Посмотрев магическим зрением, увидела, что рубашка не просто стала прочной и непробиваемой, но теперь заклинание и не снять даже! Госпожа Геката, пусть мне это только снится!

— Надевай, — постелила рубашку на Сима, чтобы прикрыть красоту. И я не иронизирую! Я вообще голову теряю, как кину взгляд на его торс. Особенно обнаженный. Сплошной соблазн, а не мужчина!

Разочарованно вздохнув, он принялся одеваться. А я застыла от пришедшей мне в голову мысли.

— Сим, что бы сделал Инквизитор, если бы вы не вернулись?

— Идрить… то есть, какой он нехороший человек! — моментально ухватил нить моих размышлений Сим, — Он бы выслал вслед еще тройку. А если бы они не справились, то послал бы две тройки. И так далее… — он задумался. Что-то прикинув в уме, он пояснил мне, — Понимаешь, мы обычно возвращаемся как можно позже, сама понимаешь почему. И обычно этот срок составляет три — четыре дня сверху. Прошло чуть больше полторы недели, это примерно тот срок, когда мы должны были вас уничтожить, с учетом того, что вы двигались очень быстро.

Он перевел дыхание и продолжил:

— Получается, что еще три — максимум четыре — дня и Инквизитор вышлет еще тройку. Но предпочтет перестраховаться и наверняка по нашим следам пойдут сразу две, а то и три команды. То есть надо срочно подниматься и идти дальше.

— Так пошли, чего сидишь! — я уже была на хвосте. Сим тут же вскочил и, приобняв меня за талию, прошептал:

— Не могу отказать себе в одном маленьком удовольствии…

— Каком? — внутренне замирая, спросила я.

— В маленьком, — прошептал Сим, притягивая меня еще ближе. Странное дело, мне совсем не хотелось сопротивляться. Наоборот, захотелось положить ему руки на плечи, что я и сделала. Сим удивленно поднял брови и начал медленно наклоняться к моему лицу. Я закрыла глаза, обмирая от счастья.

Легкое прикосновение к моему носу и… все. Я открыла глаза и обиженно посмотрела на ухмыляющегося Сима.

— А дальше?

— А дальше будет только тогда, когда мы перейдем границу! — все еще смеясь, ответил этот негодный паладин. У-у-у, я отомщу тебе! Вот ведь вроде понятно, что он имел в виду, но он сказал это та-аким тоном, что получился какой-то совершенно неприличный намек! Где он только всему этому научился?

— А где остальные? — чуть отстранившись, спросила я.

— А они ушли дальше в лес: я сказал, что мы их догоним.

— Могу себе представить, что они подумали! — я раздраженно хлопнула Сима по плечу, — Да ты пошляк-с, дорогуша!

— А ты только сейчас до этого додумалась? — заулыбался тот, — Да, кстати, на дорогушу я не согласен, а вот на дорогого — вполне!

— Будет тебе «дорогой», — смущенно ответила я, — Только ты не забыл, где мы и что мы?

— Забыл, — повинился он, покаянно опуская голову, но я успела заметить мелькнувшую на его губах улыбочку.

— Тогда хвост… и ноги в руки — и вперед!

— Слушаюсь, моя любимая госпожа! — вытянулся во фрунт Сим. А то я не вижу, как твои глаза смеются!

— Поймай меня, красавчик! — шепнула я и… поползла со всего хвоста в сторону едва ощущаемых благодаря височным гребням мною остальным паладинам и Норду.

— Ах так! — взвыл за моей спиной Сим. Я оглянулась: Сим мчался огромными скачками, и вскоре почти сравнялся со мной. Но я поднажала и в итоге мы не только догнали, но и перегнали парней. Какие говорящие были их глаза и лица! Я умиляюсь!

— Сим, мы их перегнали!!! — заорала я, взбираясь от греха подальше на ближайшее дерево. Добравшись до второй ветки, я свесилась с нее же и стала ждать Сима. Тот не заставил себя долго ждать — вылетел через несколько секунд.

Несколько секунд мрачно смотрел на меня, потом скрестил руки на груди и многообещающим для меня тоном сказал:

— Что ж… Подождем…

Норд

После того, как меня чуть не придушили, Са рухнула в обморок. Причем на лице у нее была така-ая улыбочка!.. Будто вслух говорящая: «Как вы меня достали, детишки!»

После чего Сим перенес ее в пентаграмму, а мы все-таки поели, хотя горло у меня отзывалось болью на каждый глоток. Сим вернулся в нашу компанию уже вполне вменяемым. Даже еще раз извинился за то, что принялся душить.

После чего я давал ему советы на примере своей личной жизни, так как у паладинов она как таковая отсутствовала. Я даже выдвинул гениальную мысль о том, что надо ее прямо сейчас — и в храм. На мрачный вопрос Сима: «А потом?» я развел руками и пояснил: «А что потом? Брачная ночь!»

На меня зашикали, потом осадили сильно задумчивого Сима, который начал вслух размышлять, каким образом объяснит Са появление нежданного мужа. Люц вякнул, что Саишша вряд ли обрадуется этому самому мужу, но на него тоже зашикали.

Тем не менее, советы он послушал и даже переложил Са к себе под бок, когда мы укладывались на ночлег. И где-то в полночь (самое некромантское время!) Са очнулась.

Ее вопль поднял всех, а то как она запулила Сима в надгробие, произвело впечатление тоже на всех, даже на паладинов. Но вот когда она выхватила из-за спины свое оружие, я понял, что она не просто в ярости — она в бешенстве.

Люц вякнул: «А я говорил, что она будет против!», я решил действовать. Схватил котелок, долбанул Са по голове. Думал — вырубится, но нет! Она обернулась, и я понял — это смерть моя. Таким взглядом она на меня не смотрела еще со времен тех самых вопросов. Я попятился.

Са неожиданно расплакалась, и потом пришлось мне и Симу ее утешать. Она успокоилась только через два часа! Сим сказал, что проведет решающий разговор, и отослал нас вперед. Боюсь даже представить, чем они там занимаются… Уж точно не интимом — я уже немного изучил характер Са, она бы дождалась до свадьбы, устроив своеобразное испытание будущему супругу.

Какого же было наше удивление, когда Саишша пролетела мимо нас на немыслимой скорости, а за ней почти одновременно появился мчащийся огромными скачками — почти два метра! — Сим.

Они пролетели, будто их и не было — такая у них была огромная скорость! Впереди донесся крик, что они нас перегнали. Мы решили поторопиться, и через неполную минуту уже стояли под деревом, на котором обосновалась Са. Сим стоял под ним, скрестив руки на груди и мрачно повторяющим:

— Слезай… Слезай… Саишша! Не мотай мне нервы!

— Не слезу… Не слезу… Сим! Я не мотаю, а перематываю себе, а то мои уже закончились!

— Вы, я смотрю, уже помирились! — осторожно поинтересовался я и тут же пожалел об этом, когда на мне столкнулось два возмущенных взгляда.

— Мы и не ссорились! — возмутилась Са. Сим согласно покивал, уже примериваясь, чтобы забраться наверх.

— Сим! Не смей! Не лезь! А то я тебе шишку в известное место запихаю! — запаниковала шасса.

— Почему? — пропыхтел паладин, устроившись на первой ветке и задрав голову вверх, чтобы лучше видеть Са.

Мы тем временем уже разбивали лагерь, так как это, похоже, затянется надолго.

— Потому что можешь упасть и сломать шею! Ладно, я — у меня хвост есть, а ты? Чем ты цепляться будешь? Я лучше сама к тебе слезу, — Са, в подтверждение своих слов, стала спускаться, что удалось ей не в пример быстрее, чем Симу. Будто тень мелькнула — и вот она уже лежит, вытянувшись всем туловищем на оставшемся куске ветки.

— Какая забота! — саркастически протянул Сим, опираясь спиной о ствол ветки, — А ты не забыла, что я самое опасное существо Светлой Империи, и вообще кровожадный убийца?

Са пристально оглядела паладина, а потом покачала головой и как бы в пространство протянула:

— Кровожадность на лицо…

— Так она согласилась? — как всегда не вовремя влез Люц.

— Да согласилась я, согласилась… — проворчала шасса, даже не пытаясь перекрыть громкие поздравления Люца и более сдержанные — меня и Найта.

— Да, Сай теперь моя! — собственнически протянул Сим.

— Прежде всего, я своя собственная, и лишь потом я буду принадлежать своему мужу, — парировала шасса.

— А мне? — растерянно спросил Сим.

— Как говорится, сначала женись…

— Не отпущу тебя до утра, а то и до полудня! — мстительно прошипел паладин.

— Интересно, насколько у них все далеко зашло? И кстати, они не поубивают друг друга в пылу ссоры? — тихо спросил у Найта я.

— Понятия не имею. Впрочем, милые бранятся — только тешатся, — так же тихо ответил мне паладин.

— Эй, мы все слышим! — в один голос воскликнула будущая ячейка общества — это я про Сима и Саишшу.

— А вы уши заткните, — посоветовал им Люц.

— Так, у нас есть для вас ужасная новость. Рассказывать? — перешла на деловой тон Саишша.

— Конечно.

Са кратко изложила нам, какая печальная участь нас будет ожидать, если мы здесь задержимся.

— Ты не одинока в своих суждениях, — спокойно ответил в ответ ей Найт, — Я давно это подозревал.

— Вот ты и придумаешь, что нам делать! — радостно заключила шасса.

— Почему я?! — мигом растерял все свое спокойствие Найт.

— Потому что самый старший, — ехидно протянула Са, — И потом, вы мужики или кто?

— Или кто, — тихо пробормотал про себя я.

— Что, правда?! — мигом повернулась ко мне Саишша.

— Нет! — рявкнул я. Остальные уже ухохатывались, всхлипывая от смеха.

Са тем временем о чем-то задумалась, затем согнала со своей ветки Сима. Приманив заклинанием свой черный рюкзачок, она вытащила из него кипу листков бумаги и карандаш. Затем быстро что-то застрочила, изредка отрываясь от этого занятия и задумчиво смотря в небо и грызя карандаш.

Мы некоторое время наблюдали за ней, затем начали обсуждать, что делать. Саишша тем временем раздраженно сбросила на землю пару густо исписанных листков. По иронии судьбы, они попали в нас. Я подобрал один из них, мельком просматривая и одновременно слушая ругательства Найта. На них стройными столбиками были нарисованы непонятные символы.

Однако вскоре нас прервали повторно. На этот раз на нас сбросили уже пять листиков, плюс это сопровождалось отборными комментариями Са. Она желала «всего хорошего» некоему «коэффициенту», и угрожала ему, что все-таки разделит его на основу. Бедный коэффициент…

— Слушай, ты! Хватит на нас свои вычисления выбрасывать! — вскочив, заорал Люц.

— У меня открытие века! Люц, ты только представь, какие перспективы откроются!.. Но это будет, только если вы не будете мне мешать.

— Лучше не беспокойте ее сейчас, а то она вам расскажет, в каких случаях ее можно беспокоить, — посоветовал я.

— А что будет? — заинтересовался Сим. Я с превеликим удовольствием поведал паладинам, в каком виде можно являться к Са, когда она работает. Ржали до упаду…

— ЕСТЬ!!!!!! — вопль Са переломил ветку (как такое возможно?!), а так как переломилась именно та ветка, на которой Са сидела… И все это — и сама шасса, и злополучная ветка, и бумага, и карандаш, который заехал мне по лбу — упало в костер, который нас дернуло развести именно под этой веткой. Н-да.

И что примечательно, Саишша кинулась спасать не себя любимую, а свои записи! Вот что наука с вроде бы разумными существами делает… Ключевое слово — «вроде бы».

— Мой коэффициент! Люц, лови! — как он, интересно, поймает, если в него кинули не книгу или хотя бы аккуратно сложенную стопочку листов, а беспорядочную кучу? А Са тем временем срывала с тлеющих веточек оставшиеся записи (она их, оказывается, на сучки накалывала) и швыряла их Люцу, который еще с предыдущими не разобрался. Рыбак рыбака…

А вокруг этого бегаем мы — Сим, Найт и я. В общем, было шумно и весело.

Наконец, разобрались. Бумажки Саишшы изучал Люц, издавая восторженные возгласы через каждые пять минут. Он как ребёнок, ей-богу! Радуется непонятно чему.

Ветка догорала в костре в виде дров, на костре жарился олень(!), а Саишша сидела на коленях у Сима и рассказывала нам, что она таки придумала и из-за чего весь сыр бор.

Выяснилось, что она догадалась, как можно поменяться телами. Мы выпали в осадок. Настолько, что я лично еще минут пять смотрел в пространство, переваривая эту новость.

— А?! — Найт уронил челюсть. Саишша пальцем захлопнула ему рот. Она явно получала удовольствие от нашего ошеломления.

— Саишша! Это невероятно!!! Ты должна обучить меня технике выхода из тела, чтобы я сам мог попробовать! — это Люц очнулся.

— Если сможешь — пожалуйста. Только я пока не всему тебя научу, а то захлебнешься, — непонятно ответила Са.

— Да хоть чему-нибудь! Нет, ну надо же!.. Поддерживание функций тела во время отсутствия души с помощью маны! Как ты догадалась?

— В моем клане… родном клане, были записки одного из участников Древней войны27.

— Участника чего?! — выдохнул я.

— Древней войны. Так вот, этот ветеран был умным человеком, и записал свои размышления на «шифре Лордов», но записал ведь! Я когда-то их прочла, и там были вот эти выкладки, а так же вскользь упоминалось, что возможна перемена тел. Причем возможна для решения определенных проблем, — какие проблемы она имеет в виду?

— Постой, но разве нельзя поменять тела просто так, без умения выходить из тела? — поинтересовался Люц, по-новому глядя на листочки Са.

— Можно, но ты ведь знаешь, что покинутое тело мгновенно умирает, а новая душа не всегда приживается, не говоря уж о том, что получившееся… гм… существо, обречено всю жизнь делить черепушку на двоих.

— Верно… — отстраненно протянул Люц, в свою очередь что-то карябая на листочках шассы.

— А этот способ позволяет полностью поменяться телами! И душа-владелец либо переместится в твое собственное тело, либо в астрал, где ее, скорее всего, ждет растворение, либо останется делить тело на двоих.

— Но чем нам это поможет? — спросил Найт.

Саишша мученически подняла лицо к небу, будто спрашивая у богов «За что мне такие тупые паладины достались? За какие такие прегрешения?»

— Вот скажите мне, что будет с телом, если его душа пропадет?

— То есть, как пропадет? Совсем, что ли? — очнулся Сим. Все это время, как мне кажется, он нас слушал даже не в пол — в четверть уха, настолько у него было блаженное лицо. Н-да, что с людь… наа… паладинами любовь делает.

— Совсем. Абсолютно. Безвозвратно. Навсегда, — ласково сказала ему шасса.

— Ну… э-э-э… Я думаю, что в нее что-нибудь другое вселится!

— В общем-то, да, такое может быть. Но достаточно редко. В основном тело тоже умирает, — оторвался от вычислений Люц.

— А что будет в нашем случае, как думаешь, Люц? — поощрительно улыбнулась тому Са. Мне кажется, или она нас просто подталкивает к определенному выводу? Сим недовольно засопел, когда заметил улыбку Са, но она ласково подула ему в ухо и он успокоился. Это что — то, что она ему в ухо дунула, означает любовь до гроба? Чудны дела твои, Симаргл[28]…

— А в нашем случае возможен полный контроль тела. И потом, когда душа-переселенец уже покинет его, оно умрет. А потом… — Люц побледнел, его перекосило, — Потом переселенец может либо вернуться обратно в свое тело, либо… Саишша… тебе не говорили, что у тебя просто талант к изобретению способов убийства?

Меня словно пронзило. Саишша ведь некромантка. Куда проще не ждать, когда паладины выйдут на честный бой, а умертвить их по-тихому. Шасса же в плюсе останется — заимеет тихих, послушных и очень сильных зомби.

— Говорили. И не раз. Вообще, наш род этим и знаменит, что почти в любой похожей ситуации сможет найти вариант, как убить не убиваемых.

Но ты упустил один момент. В другом случае тело становиться упырем. Паладины вообще, по-моему, не пригодны для некромантии. Слишком много разной крови. Ну, то есть, поднять то я труп, наверное, смогу. Но получится в лучшем случае упырь, в худшем — кадавр. Смотря, насколько покойный цеплялся за жизнь, а так же успел он увидеть своего убийцу или нет.

Так что вам решать, воспользоваться ли этим способом, или «выходить на честный бой».

Найт под конец этого диалога молчал, и было видно, что у него в голове происходит напряженная работа мысли. Жизнь или честь, вот в чем вопрос?

Повисла тяжелая тишина. Все обдумывали слова шассы, а лично я все прокручивал и прокручивал в голове слова Саишшы: «Говорили. И не раз. Мой род этим знаменит…» Мне почему-то показалось, что все думают о том же.

— А ты уверена, что у тебя вообще получится поменяться телами? — чтобы хоть как-то разрядить обстановку, спросил я. На меня уставились яркие зеленые глаза, в которых читалась странная задумчивость. Похоже, Саишша предвидела нашу реакцию.

— Нет. Но попробую прямо сейчас.

Сим

Если честно, то я боялся предстоящего выяснения отношений до дрожи. Смешно сказать: машина смерти, а боится отказа со стороны девушки.

К моему удивлению, Сай не только не послала меня подальше со своими заявлениями, но и согласилась, кажется, вовсе не из страха. Меня это настолько обрадовало, что я с огромным трудом согнал со своего лица счастливую улыбку. Правда, я несколько удивился, когда Сай потребовала снять рубашку. Что скрывать, надеялся я, надеялся…

Все оказалось намного прозаичней: Саишша починила мне дырки, которые оставила своими когтями. Но хоть при поцелуе не отшатнулась, и то ладно.

Правда, я решил и дальше действовать крайне осторожно: мало ли, вдруг она передумает?

А вот «комплимент» Люца мне не понравился. Ну, придумала Сай способ убийства паладинов, так все мы не без греха, и я особенно. Я никогда не говорил остальным членам своей команды, но ведь меня посылали с… как сказать… особенными заданиями… Например, когда у «дорогого и любимого дедушки» внезапно случался сердечный приступ. Или если молодой и симпатичный паладин нравился светским барышням. И приходилось идти, и терпеть, терпеть, терпеть…

Все бывает в этом мире. Так что я даже удивился бы, если б у моей Равной не было бы темных сторон жизни.

Сай, похоже, ждет реакции с нашей и особенно с моей стороны. Спина напряжена, хотя это не заметно с виду. Я прижал ее чуть крепче, словно говоря: «Я с тобой, я тебя не брошу и люблю любую». Сай расслабилась и обвела взглядом остальных.

Норд произнес что-то насчет перемены тел. Сай ответила. Я не вслушивался — я просто теряю голову в ее присутствии — хочется прижать ее и никогда не отпускать, унести куда-нибудь подальше, от всех любопытных взглядов и… что-то меня не туда занесло. Рано еще об этом думать.

Тут Сай обмякла, а Норд испуганно дернулся и схватился за голову. Его глаза расширились, когда он тоже безвольно рухнул на землю.

Тут Саишша дернулась, одновременно с Нордом, затем они синхронно сделали движение, будто приподнимались на руках. То есть, Норд приподнялся, а Саишша только вытянула руки.

Потом вроде бы все нормализовалось. Все вместе это заняло не больше минуты. А потом поведение Саишшы резко изменилось.

Сначала она принялась ощупывать свою грудь, заглядывать в ворот, при этом ее лицо приняло ошеломленное выражение, и она все время бормотала: «Я что, теперь женщина?! Я?! Женщина?! Нет, быть того не может!!!»

Норд же крайне неуверенно попытался подняться на ноги, но упал. Выражение его лица было одновременно и торжествующим, и таким же растерянно-ошеломленным, как и у Саишшы.

— Ты чего? — прошептал я на ухо Сай.

— Извращенец!!!

— Не понял?

— Норд! Хватит пугать Сима! — рявкнул… Норд с земли. Он так, кстати, и не поднялся на ноги, поэтому просто лежал на одном боку, подперев голову рукой.

Люц вскочил и стал орать на Норда:

— Са, ты что творишь?! Совсем с ума сошла, да? А если бы не получилось?! А если бы Норд растворился?!

— Ничего бы не растворился! Я лично его в руках перенесла! Все проконтролировала до мелочей, — отозвался почему-то Норд. Я схватился за голову:

— Да объясните же, что происходит?! — взвыл я почти одновременно с Найтом.

— Все просто. Саишша поменялась телами с Нордом, наплевав на всю технику безопасности, и вообще никого не предупредив об этом! Полюбуйтесь на результат! — Люц картинным жестом обвел всю поляну.

— Что, правда? — изумился Найт. Я чуть слышно застонал, прощаясь с мечтой о том, что Сай будет спать на моем плече. Боюсь, что при нынешних обстоятельствах выглядеть это будет… странно.

— Ага. Но раньше, чем я научусь ходить на ногах, я отсюда не выйду! — «Тогда учись поскорее!» подумал я, отпуская Норда в теле моей любимой. Тот все еще ощупывал грудь Сай и не мог отойти от шока.

— А ну-ка… — вдруг пробормотала Сай, и тут же Найт схватился за голову и заорал:

— Нет! Не смей! Вон отсюда! Вон! — затем некоторое время помолчал, будто прислушиваясь к себе, и наконец, произнес:

— Ушла.

Сай поднялась, балансируя на двух ногах, затем крайне неуверенно сде… лал, наверное, первый шаг, затем второй, третий… Через десять минут Сай уже уверенно расхаживала по поляне. Мы с огромным интересом за этим наблюдали, даже настоящий Норд, который все-таки отошел от пережитого потрясения.

Но походка и движения тела Норда изменились — в них появилось больше женственности, плавности и некоторые змеиные повадки. Например, она передвигалась скользящим шагом, и будто стелилась над землей, чего раньше я за Нордом не наблюдал.

Удовлетворенно кивнув, Сай прикрыла глаза, и тут же Норд мешком свалился чуть ли не в костер. Спасибо Люцу — он все еще стоял посередине места нашего привала — подхватил и уложил в сторонке. Сай на моих коленях тоже сползла чуть ниже, но я вовремя ее подхватил. Тотчас же она встрепенулась и, заглянув в ее глаза, я понял, что это уже моя, привычная Саишша, а не Норд.

Тот же рывком сел и полез в штаны — проверять, наверное. Сай хихикнула и положила голову мне на плечо. Правда, тут же ее отдернула и смущенно потупилась.

— Ну, так я не понял, проблема с погоней решена или нет? — уточнил Найт.

— Знаешь… по-моему, все-таки нет. Ну, то есть, не совсем, — поправилась Сай, увидев наши ошеломленные лица. Что ж это — все наши телодвижения и дебаты — зря?

— Поясни, — потребовал Люц, снова лихорадочно просматривая записи и делая пометки на полях.

— Вот смотри, с Нордом я телами поменялась, так? А с Найтом — нет. Закономерный вопрос: почему?

— Эффект неожиданности? — предположил Люц.

— Ты сам-то в это веришь? — хмыкнула шасса, — Нет, тут что-то другое… Может, природная сопротивляемость? Самый логичный вывод.

— Н-да? — недоверчиво протянул Люц. По его горящим глазам я понял, что он теперь из Сай всю душу вытрясет, но научится выходить из тела. Ученые, блин… Оба.

— А что? Вполне возможно, — подтвердила Сай, но тут же помрачнела:

— Только получается, что все равно придется сражаться. Ну, хоть не со всеми, — вздохнув, подытожила Саишша, — Ну, половина через астрал, это точно, еще парочка — если подберу достаточно сильные яды или проклятия. Хотя можно просто совместить все вместе… Тогда остаются примерно трое. Расклад явно неудачный. Нужно что-то еще… Так! Чего мы сидим? Встаем и чешем вперед, а то пока мы тут языками алмазы полируем, — Найт хрюкнул от смеха, когда понял, что шасса подразумевала под этим выражением, — наши «друзья» уже половину Империи пробегут.

— Так вечер уже! Куда идти-то? Спим, а рано утром уже и пойдем, — удивился Норд. О, он очнулся!

— А, кстати! Паладинам вообще сон нужен? Ну, если подпитку используете? — она что, знает, что мы жизнь высасываем?! Капец!

— Естественно, нужен! Но меньше — часа два-три.

— Угу, угу… — о чем-то размышляя, покивала Саишша, потом снова встрепенулась:

— Люц, а на вас какие яды действуют? Я наше оружие смажу.

— Ну-у… Я даже не знаю…

— Врешь! — Саишша усмехнулась, скрестив руки на груди, — А то я не знаю, что у Инквизиторов в подвалах творится! Вас так готовят, что вы своим телом владеете в совершенстве и досконально знаете, как и на что оно реагирует.

Люц отшатнулся. Да и мне стало… неуютно. Неприятно, когда твой собеседник знает твое неприглядное прошлое. Да и выдавать свои слабости тоже не хочется. Похоже, Саишша тоже может быть жестокой. Глупо было бы ожидать иного…

Сглотнув, Люц перечислил некоторые яды, но не все. Саишша насмешливо усмехнулась, но ничего не сказала. Только легко соскользнула с моих коленей и зарылась в сумках. У нее что, яды под рукой есть?!

Мы с суеверным ужасом следили, как на траву выкладываются несколько бутылочек с готовыми ядами. Затем Сай выхватила из-за спины посох, на что-то нажала и из его концов выскочили два длинных лезвия. Мы синхронно вздрогнули. Затем Сай достала набор ножей в кожаной перевязи. Потом достала свои металлические карты. И начала тщательно, не пропуская ни единого сантиметра лезвий, размазывать пальцем яды — она их смешала!!! И оружие ее не резало! Она спокойно водила пальцем по острейшей кромке, и на чешуе даже царапины не появилось!

— Откуда?! — придушенно прохрипел Найт.

— Я предпочитаю перестраховаться. Тем более, я тогда не была уверена, что у меня хватит резерва наложить и снять клятвы с трех паладинов за один раз, — совершенно хладнокровно протянула Саишша.

— В любом случае, вам-то чего бояться? — насмешливо спросила она через десять минут, убирая оружие. Все это время мы сидели в гробовом молчании.

— Э-э-э…

— Понятно, можешь не объяснять! — перебила его Сай.

— Надеюсь, там, — Норд кивнул на рюкзак Сай, — нет ядов, действующих на нааров?

— Ты меня за кого держишь? — возмущенно воскликнула Сай. Норд с облегчением вздохнул, но шасса тут же добавила:

— Конечно, есть! Несколько вариантов! У меня вообще для каждой расы яды есть! И для своих — тоже! Я вообще яды люблю. Особенно их готовить. Вот, бывали времена… Так, вам этого точно знать не надо! — тут же спохватилась Сай.

— Чего — не надо? — тихим злым голосом произнес Найт. Ой, сейчас мою Равную будут убивать, — Ты с нами в игрушки не играй! Рассказывай!

Я даже не протестовал, так как понимал — это наши жизни, мало ли какой пузырек «случайно» опрокинется над котелком.

Саишша

Тут я разозлилась. Точнее, впала в ярость. А у меня и моего отца была такая отличительная черта: чем больше мы злились — тем тише мы говорили. Особенно это касалось, если отец впадал в ярость. Тогда он скатывался на шипение-шелест, и этот могильный голос пугал чуть ли не до смерти, до панического ужаса.

И тут я почувствовала, как через меня что-то другое говорит. И оно, это что-то, видело и знало больше чем я, намного больше. Оно видело и жестокость, и милосердие, оно наблюдало за шассами со времен сотворения мира. И оно не терпит, если с его владельцами так обращаются.

— Кто ты такой, чтобы мне приказывать? — тихим шелестящим шепотом спросила я Найта. По коже пробежались маленькие язычки зеленого пламени, — Неужели я должна оправдываться перед вами? Я?! — я просто физически ощущала, как от моей ярости встают мертвецы на ближайших кладбищах. А эта особенность — уже от мамы…

— Неужели ваша память настолько коротка, что вы забыли, кто помог в Древней войне? Неужели вы забыли, что мы всегда держим слово, и чтим своих союзников? — Куда-то меня не туда заносит. Мой голос упал до какого-то потустороннего шелеста, его почти не было слышно даже в окружающей меня могильной тишине. Паладины и Норд съёжились на своих местах, и видно было, что они с трудом сдерживаются, чтобы не убежать. Я неприятно усмехнулась. Помню, помню, как слишком наглые послы так же съеживались перед моим отцом.

— Неужели вы бросили на меня подозрения, только лишь из-за моего увлечения? Вы, уж определитесь — хотите вы драться с равным количеством соперником, или же героически погибнуть, но зато «все по честному»? Вы заигрались, милейшие. Вы далеко не самые сильные, на одну силу всегда найдется еще одна. Или вы этого не понимаете? Если понимаете, тогда почему вы отказываетесь от решения проблемы, которое вам преподносят прямо на блюдечке?

Я втянула носом воздух. Узнаю этот сладковатый запах мертвечины. Очень скоро сюда придут мертвые и встанут на колени, и будут так стоять, пока моя ярость не уляжется. И дар, и проклятие. Круто развернувшись, я рывком перешла на ускорение и поползла со всей возможной скоростью прочь, прежде кинув за собой сбивающее со следа заклятие. Не найдут они меня, не найдут… Пока сама к ним не выйду.

Не знаю, сколько времени я так бездумно ползла куда-то, но, в конце концов, силы меня покинули, и я покатилась по земле, так как мышцы хвоста резко расслабились. Остановилась я лицом в небо. В него и стала бездумно смотреть, чувствуя, как по щекам катятся слезы. Ну за что? Ну за что?!

Ну почему от меня не отвернулись только моя семья и мис'са'саарэй?! Ну неужели я настолько ужасна? Я не верю, что бы ни нашлось кого-то, кто просто полюбил бы меня, без выгоды!

Почему я должна все время терять тех, к кому привязалась? Ну почему, стоит мне показать темную сторону, все от меня отворачиваются?!

Не знаю, сколько я так пролежала, смотря в бесконечное черное небо. Но потом мне в голову вдруг пришла мысль о том, что неплохо бы поглядеть, чем там занимаются паладины и наар. Все же свои, «союзники», как я недавно говорила. Привычно выскользнула из тела. Попросила деревья оградить меня от всего, что снаружи. Потом тоже привычно вычленила информацию о местонахождении ребят, и полетела в том направлении.

А вот там меня ждал сюрприз. И паладины, и Норд лежали связанные на земле, аккуратно сложенные в ряд. Причем, связаны цепочками. Хм, кажется, сплав митрилла еще с чем-то. Видимо, блокирует магию и силу. Благо, рты им не заткнули. У Норда разбито лицо, у остальных сбиты костяшки, и у Люца, кажется, еще рука сломана. Рядом устраивались девятеро незнакомых паладинов, один из которых сидел рядом с Симом на корточках и водил ножом по его телу, но Сим пока молчал. С-с-с!!!

Мое шипение, казалось, пронеслось через всю поляну. Наши ошалело закрутили головами, в их глазах проглядывала надежда. Чужие паладины мгновенно вскочили, схватились за оружие. Тот, что пытал Сима, отвлекся, что позволило мне вырвать из его руки нож и растереть в порошок. Все наблюдали за этим круглыми глазами. Стоп, как это у меня получилось? И где мертвые? А, чужие паладины их перебили. Понятно.

Вхожу в тот самый некромантский транс. Это дает еще больший эффект, чем ожидалось. Голова холодная, мысли приобрели остроту саи'шесса, а скорость и продуктивность мышления увеличились в разы.

Цель: обезвредить… нет, убить. Глубоко внутренне содрогнувшись, снимаю последние моральные ограничения. Почему-то все окружающие в этот момент разделились для меня на Своих и Чужих. Наплевать.

Итак, что мы имеем? Сначала яд, потом, кстати, нужно наказать своих, чтобы больше доверяли. Но если я примусь доставать колбы из рюкзака, то чужие насторожатся… А что мне мешает напеть свойства яда на то, что чужие готовят?

Торжествующе усмехаясь, наклоняюсь над нашим котелком. Замираю, потому что слышу голос того, кто пытал моего. Кто такой — «мой»? А, Сим…

— Видимо, за тобой очень сильные силы стоят, парень, раз защищают. Кто это, не знаешь? А ведь силы действительно огромные, вон как нож размолотило, а он, между прочим, зачарованный был.

На лицах своих проступило огро-омное удивление. Ну да, а они-то думали, что я слабая. Просчитались.

Пожав плечами, чужой паладин вышел на середину поляны и громко и четко начал говорить. Похоже, он у них главный — остальные почему-то молчали.

— Покажись! Оставь нам их, — кивок в сторону своих, — и мы принесем тебе жертвы, — я насмешливо хмыкнула, он услышал, крутнулся на месте, — Не хочешь жертв? Может, что-то материальное? — я хихикнула.

— И рабы тебе не нужны? — задумчиво произнес он. Чтобы он не принялся вновь пытать своих, прошептала:

— Продолжай…

— Значит, рабы нужны? — он понимающе усмехнулся. Свои почему-то ужаснулись. Это отчетливо было видно в их аурах. Вот смешные! — Может, души?

— Сколько?

— Десять, — быстро сказал чужой.

— Мало… — притворно-сожалеюще выдохнула я. В моих мыслях тем временем шла напряженная работа, я раздумывала, какие песни использовать вместо яда.

— Расскажи хоть, кем они тебе приходятся, если ты такую цену за них заламываешь? — присел на корточки чужой.

— Сиэшш, каинаре, гиаман, тиэстра[29], — я немного помолчала, потом выдохнула, — Льен-до[30].

— Я не понял, к сожалению, но может, ты подождешь, и предложу тебе что-нибудь равноценное тройке паладинов и одному наару?

— Один час-с…

Затем я полностью сосредоточилась на их вареве. Лучше всего тут подойдет такая песня, где есть слово «убью» — мне же такой эффект надо.

Я тебя любя

Искусаю в кровь,

Никаких следов

На утро не отыщешь.

Я убью тебя,

Вот и вся любовь,

Берегись, ищу,

Ищу глазами хищными[31].

Мне показалось, или это тоже услышали все? Плохо. Мне не нужны свидетели. И еще плохо то, что я пела это на общем. Значит, они поняли. Ну да ладно, пусть гадают, что это значит.

Сканирую височными гребнями воду. Теперь яд в ней точно присутствует. Теперь только ждать.

Подлетаю к Симу. Чувствует себя неплохо, но порезы внушают опасение. Их края опухли и покраснели на сантиметр от края раны. Да и сами порезы довольно глубокие — сантиметра два точно.

Ладно, когда чужие умрут, вернусь в тело и вылечу. А пока ждем. Умостившись на груди Сима, я впала в какой-то полусон-полу транс, и при этом впитывала энергию из окружающего пространства.

Чужие через десять минут задвигались, зашевелились. Стали есть. Только чужой-главный ушел в лес. Следую за ним. Охотится. Ест сырое мясо. Гадость.

Вернулся, уселся рядом с пленниками, но пытать не пытается. Боится, значит. Это хорошо. Думает, наверное, кто стоит за ними и как его задобрить.

Еще через двадцать минут все, кроме главного уснули. Странно. Подлетаю к одному из них, раскрываю гребни, отсеиваю информацию. Мертв. Хм. Странно. Неужели такой эффект получился? Нужно обязательно сохранить эту водичку, пригодится в будущем.

Главный что-то заподозрил, встал, прошелся, попинал тех, кого я не проверила. Не реагируют. Тоже, что ли? Не верю, что так легко. Быть того не может!

В любом случае, это отличный момент для нападения. Он один, может, справлюсь. С потерями, но все же…

Быстро лечу в свое тело. Вскакиваю уже в нем, ускоряюсь и, работая в ускорении, направляю ману на поддержание скорости.

Через десять минут уже около поляны. Набрасываю скрыт, осторожно приближаюсь к месту привала. Раскрываю гребни… один чужой. Это хорошо. Жаль, что он так и не попробовал моего «супчика». Ух ты, а я ведь еще в некромантском трансе! Вот и не буду из него выходить, мне сейчас кристально ясный мозг нужен.

— Ты здесь? Выходи, сразимся, если они так тебе дороги, — чужой-главный встает, выходит на середину поляны. Спокойно выползаю на середину, мы стоим в паре метров друг от друга.

— Шасса из королевского рода! — он присвистнул от удивления. Тахешесс, как он догадался?!?! Если только…

Норд воскликнул «Я прав!», паладины тоже удивленно присвистнули. Чужой кивнул на мой перстень и спросил:

— А остальное где? — а про родовые украшения-то он откуда знает?!

— Не знаю. Да мне, в общем-то, все равно. Неуч. Я из рода Лордов.

— Какая разница? — выпускаю когти на полную длину, ласково ему улыбаюсь, чувствуя, как клыки медленно увеличиваются в размере. Он тоже ласково мне улыбнулся, плавно перетекая в боевую стойку.

Ударил первым, я второй.

Давай поспорим?..

Удар когтями, вверх и влево, уклониться от ножа. Застываем на тех же местах, смотря друг другу в глаза. Его ускорение… седьмой уровень. Максимально для меня — шестой. Седьмой… после следующих десяти линек. Жалко… А впрочем…

Еще удар, перехватить руку, обвить хвостом ноги, сжать так, что слышен хруст костей. Сжимающаяся на шее рука. Раскрутилась, вырвалась, опять стоим. Ждем, оцениваем противника.

Выпускаю огонь, наполовину выхожу из тела, мозг кипит, тело плавится, захожусь в крике боли, ощущая, как перестраивается мое тело, выворачиваются суставы… увеличиваются способности.

Боль оглушает, кажется, будто эта пытка длится вечно. И никуда не деться от этой жуткой, всепоглощающей, перемалывающей каждую косточку боли…

Падаю на землю, на губах чувствую что-то соленое, с металлическим привкусом. Но боли больше нет, и это приносит облегчение, хотя ее отголоски все еще звенят в моем сознании. Чужой подходит, приподнимает голову, смотрит в широко открытые, ничего не видящие глаза. Отпускает, встает и отходит в сторону.

— Поломалась, — сквозь зубы. Явно разочарован. Медленно прихожу в себя. Рывком вхожу в некромантский транс, из которого меня выкинул приступ боли, врубаю ускорение. Приподнимаюсь на руках, сажусь. Он замирает, все еще не веря, но не поворачивается. Мое ускорение — восьмой уровень. Много. Перестаралась. Но мне хватит. Вскакиваю, он таки оборачивается, и тут же мой хвост проламывает ему грудь. Слышу треск ребер, мельком удивляюсь тусклому цвету своей чешуи.

Его относит назад, из груди торчат осколки ребер, на губах кровавые пузыри. Глаза смотрят спокойно и чуть сощурившись.

Встает, не обращая внимания на кровавую кашу вместо груди. Замираем, затем он прыгнул первым. Я улыбнулась и прыгнула второй.

Врезаться в тело, почувствовать железные руки, обхватывающие за талию. Глаза сверкнули, он улыбнулся. Все время поединка мы молчим, и невольные зрители тоже… молчат.

Притягивает к себе, заключая в смертельные объятия. Ребра трещат, я впиваюсь клыками ему в шею, прямо в вену, впрыскивая яд. Полоснуть когтями по рукам, вырваться, приземлиться на свернутый в кольца хвост. Тут же оттолкнуться, перелететь его, разворачиваясь в полете и приземлиться лицом к лицу — он тоже успел обернуться.

Бросок, удар, опять перехватить руку, зубами вырываю нож, сломать пару оставшихся целыми ребер… Чувствую его вторую конечность у себя в груди, у сердца, чуть позже вспышка боли. Пробил насквозь…

Отталкиваюсь, увернуться от телепатической волны, оставившей воронку в земле. Еще вбок. Вверх и влево. Посылаю такую же волну, скалюсь. Вляпался в загустевший воздух, но тут же разряжает его, прыгает на меня. Вправо, обхватить хвостом, его движения замедлились, яд подействовал. Сжать так, что тело от коленей и до груди превратилось в кровавую кашу. Кусаю за шею с другой стороны, впрыскивая яд во второй раз. Перед этим выплевываю нож, втыкаю его в ухо чужому.

Отпускаю, сердца бьются как сумасшедшие, резерв наполовину опустошен, организм судорожно пытается срастить дыру слева. Хорошо, что у меня есть второе сердце. Наблюдаю за агонией чужого, ловя на себе ошарашенные взгляды своих. Улыбаюсь.

— Кто ты? — хрипит из последних сил. Смотрит требовательно. Надо добить.

— Леди, — подползаю ближе, выпуская когти, которые уже успела втянуть, несколькими точными ударами отрубаю голову. Смеюсь, не знаю почему. Наверное, потому что переросла себя — ведь он был сильнее. Выхожу из режима ускорения и транса. Падаю на землю, пошел откат. Медленно проявляются эмоции. Перестаю смеяться и целеустремленно ползу к своим вещам, которые сбросили в неопрятную кучу.

Выискиваю среди них те, которые повышают мозговую и физическую активность, пью все и сразу. Потом наготовлю еще, а мне сейчас надо в себя прийти и еще Сима вылечить — похоже, на ноже был какой-то яд. Края разрезов почернели, но это не заражение крови, это точно.

Регенерация резко ускорилась, осматриваю свою рану. Н-да. Не знаю как, но тот паладин пробил мою чешую насквозь, и еще, кажется, со спины дырка есть. Ну да ладно. Хм, мне кажется, или это не нормально — говорить «ну да ладно» при такой ране? Боль медленно возвращалась, рискуя отключить меня от действительности. Стоп, стоп, собрались, мне только обморока не хватало! Вытряхиваю всю сумку вместе с рюкзаком, лихорадочно ищу обезболивающее.

Нашла! Спасибо лешему, дал самое сильное. Выхлестав почти половину, затыкаю пробкой и ползу к Симу.

— Я же говорила, мы своих не бросаем! — торжествующе бросаю находящимся в ступоре Найту, Люцу и Норду. Не буду пока их развязывать, мешаться только будут.

Закрываю Симу рот ладонью, шепчу заклинание «Инея». Когда отняла руку, увидела, что его щеки и губы до подбородка покрыла изморозь. Любопытно, ведь я просто хотела, чтобы его губы смерзлись, и он не мог говорить!

Осторожно ощупываю порезы. Сим морщится, мычит.

— Терпи, — высасываю кровь из особенно глубокого пореза, пытаюсь на вкус определить, какой яд был на ноже. Похоже… Солнечный луч. Еще один яд, который, по моим прикидкам, действует на паладинов. Сплевываю кровь, полоскаю рот водой из фляжки.

Спасибо тебе, Госпожа, что у нас такая строгая учительница по ядоведению была. У нее контрольные проходили так: мы принимали яды и готовили сами себе противоядия. Или зачеты: определите яд по вкусу и запаху.

— Вот что, больной. На ноже был яд. Да-да, и нечего так пугаться. Солнечный луч, знаешь? — глаза Сима расширились от ужаса, Люц воскликнул что-то нечленораздельно-матерное, — Так вот, у тебя есть два выхода. Первый: ты плюешь на безопасность и позволяешь мне тебя вылечить. Второй: ты умираешь в муках через два дня. Лечим? — Сим судорожно закивал, — Вот и прекрасно! Пей, — ткнула горлышком обезболивающего ему в губы, снимая заклинание. Сим послушно сделал несколько глотков.

Развязываю, сдираю с него рубашку, расстилаю на земле. Перекладываю на нее Сима, засучивая рукава своей туники. Роюсь в рюкзаках, нахожу свою одежду, рву одну из них на полосы и забинтовываю дыру в левой половине груди. Наскоро, но чтобы кровь не капала. Затем оставшимися лоскутами растягиваю руки Сима между двумя колышками.

— Зачем это? — подозрительно осведомился Люц.

— Ему будет больно. Это не простой яд, его сложно вывести.

— А ты точно знаешь противоядие?

— А я сама — одновременно и яд, и противоядие. Но рецепт знаю.

Выбираю нужные травы, вешая тем временем на Сима плетение очистки крови. Не поможет особо, но распространение яда задержит.

Сортирую пузырьки и колбочки. Сильные яды и все противоядия — влево, нужны. Настойки для поддержания энергии — туда же. Редкие — туда же. Остальное без жалости выливаю на землю, очищаю от остатков заклинанием. В один из пузырьков наливаю остатки того самого «супчика», подписываю первым попавшимся угольком от костра. Влево.

Затем очищаю котелок, выливаю в него воду из фляжек. Зажигаю костер зеленым пламенем, раскаленным до максимума. Вода почти мгновенно вскипела. Без раздумий перешла на восьмое ускорение. Почему-то стало важно, чтобы Сим жил. И плевать, что только-только схватившаяся рана может открыться.

Кидаю в котелок травки, через минуту снимаю с огня, выливаю в первую попавшуюся пустую колбу. Это первая часть.

Очищаю воду, надрезаю запястье, тщательно отмеряю пятнадцать капель крови. Потом вырываю ороговевшую чешуйку из хвоста, измельчаю заклинанием и высыпаю в котелок. Остужаю воду тем же самым «Инеем», не реагируя на вопросы Люца.

Перелить во второй пузырек. Затем вылить воду, выпустить клыки и постараться довести себя до состояния такого бешенства, чтобы яд закапал. В прямом смысле слова.

Мысли о том, что паладины как дети малые и Сим — скотина, не привели к злости. Тогда вспомнила то, как Сим попытался поцеловать меня на кладбище и свои эмоции в тот момент. Это подействовало. Наклоняюсь над котелком и, когда упали первые две капли, отшатываюсь назад. Кажется, больше не упало. Ловлю капли все еще сочащегося яда в пустую колбочку. Затыкаю, надписываю тем же угольком. Рассматриваю на свет — интересно же. Похож на обычную воду.

Открываю первую и вторую колбу с частями противоядия. Одновременно выливаю синюю и черную получившиеся жидкости в кипящий и похожий на масло яд. Помешиваю пальцем, ибо больше нечем. Жидкость медленно светлеет, становится прозрачно-зеленой. Теперь она похожа на зеленое и очень густое масло. Довольно улыбаюсь.

Рана все-таки открылась. Морщусь от далеких отголосков боли. Обезболивающее будет действовать еще пять часов. Сую бутылочку с ним Симу, он пьет. Затем переношу котелок поближе к паладину. Выкапываю ямку, устанавливаю раскаленную посудин туда. Втягиваю в себя пламя. Затем сую в рот Симу палку, поясняя, что это чтоб он язык не откусил. Он говорит, что ему это не нужно. Пожимаю плечами и отбрасываю палку в сторону.

Разрываю вторую тунику на тряпки. Смачиваю одну из них в кипящей жидкости.

— Будет больно, — предупреждаю Сима, надеясь, что он таки разрешит сунуть себе в рот кляп. Тот мотает головой. Ну-ну. Прикладываю тряпочку к порезу с черными краями. Сим бешено заорал, задергался.

— Тихо, тихо, — успокаиваю его я, протирая следующий разрез. Действую уже без ускорения, так как резерв пуст, — Уже скоро. Потерпи еще немного.

— А-а-а-а!!! Не надо! Да лучше сдох… — запечатываю ему рот ладонью.

— Не надо так говорить. Вредно. Тем более, я предупреждала — возьми палку в рот.

Смачиваю вторую тряпку во все еще кипящей жидкости. Протираю третий извилистый порез. Из горла Сима вырвался звериный вопль боли, он рванулся, я навалилась на него, удерживая на месте.

— Тихо-тихо-тихо. Все хорошо, скоро я закончу. Потерпи. Что ты как маленький? Ладно, я, а ты? — прикусила язык от острого взгляда Найта. Подозревает что-то, гад!

— А по-другому нельзя? Масло кипящее, а не противоядие! — не выдержал Норд.

— Нет. Противоядие будет действовать только в горячем виде, причем лучше всего именно кипяток, — приподняв котелок, подкладываю под него в ямку маленький, раскаленный до предела фаербол.

Намочив еще один кусок своей одежды, протираю оставшиеся порезы, не обращая на крики и дерганья Сима никакого внимания. Из уже обработанных порезов толчками выходила черная кровь с ядом.

Вот где пригодилось мое хобби. Никогда не могла представить — да что там, у меня и мысли такой даже не возникало, — что я буду когда-либо использовать эти навыки. Тем более, лечить паладина, причем любимого. Теперь я в этом точно уверена.

До сих пор не разобралась в моем к нему отношении. Кажется, что люблю, а вот в следующее мгновение убить готова. Но, кажется, все же люблю, ведь жертвую же я ради него своим здоровьем.

Обработав все порезы, еще раз протерла почти не сочащиеся раны сначала смоченной в противоядии тряпкой, потом сухими лоскутами, которые остались от моей одежды.

— Я позаимствую пару ваших рубашек, — бросила паладинам и Норду.

Разорвав зубами на бинты, поменяла повязку себе, потому что моя промокла насквозь и почти не задерживала кровь. Потом перебинтовала грудь и живот Симу. Вздохнув с облегчением, перерезала веревки когтями, сунула в руки обезболивающее, затем освободила остальных.

— Уберете тут или найдете новое место. Мои вещи трогать только Люцу, а то отравитесь. Поохотьтесь, Сима теперь нужно кормить очень плотно. Трупы сожгите. Копать замучаетесь. Что еще?.. А! Симу постельный режим. Лежать, есть, и спать, и больше ничего.

Свернувшись клубком, я сразу же уснула. Наконец-то отдых…

Сим

Воистину, моя Равная страшна в гневе! Голос, которым она отчитала нас за недоверие пугал до дрожи. Хотелось закопаться под землю, забиться в самый темный угол, да хоть куда-нибудь, лишь бы не слышать этого могильного шелеста…

Отчитав нас, словно малолетних, Саишша круто развернулась и тенью скользнула в лес. Я было подорвался за ней, но потерял след в двух метрах от поляны. Вернувшись обратно, я спросил у парней:

— Ну? Что будем делать?

— Не знаю, — вздохнул Норд.

— Мы ее сильно обидели, — изрек печальным тоном Люц.

— А я мертвяков учуял, — невпопад брякнул Найт.

— Где? Что? Как? — воскликнули мы одновременно.

— Совсем рядом. Они окружают нас. Но ведут себя как-то странно. Кажется… Надо посмотреть.

Вскочив, он скрылся за деревьями. Через десять минут появился и вид имел ошарашенный. «Ну что?» — беззвучно спросил его я.

— Да ничего! — с неожиданной злостью ответил Найт, — Там куча мертвяков. Они стоят на коленях.

— И все?! — не поверил Норд.

— Да! И больше они ничего не делают. Только стоят. Будто прощение вымаливают.

— Точно! — сообразил Люц, и, видя наши недоумевающие лица, пояснил:

— Саишша же некромантка, верно? Вероятно, мертвяки реагируют на ее настроение. Исходя из этого, можно предположить, что во время всплесков эмоций они поднимаются непроизвольно и стягиваются к ее местонахождению.

— Верно! — раздался чужой голос. Из-за деревьев вышло шестеро паладинов. Мы быстро встали спина к спине, сразу войдя в режим ускорения, Норд выхватил ножи. Не утруждая себя дальнейшими разговорами, на нас набросились всем скопом. Сначала выбыл Норд, которого долбанули лицом о дерево, потом Люц, которому, кажется, сломали руку и так же оглушили ударом в шейный позвонок. Остались Найт и я. Тут появилось еще трое и нас в двенадцать рук скрутили. Уложив рядом, перетянули руки цепочкой из митрилла и чистого железа. Обложили со всех сторон, гады… Теперь ни колдануть чего, ни порвать цепи.

— Совершенно верно, — повторил один из паладинов — Нил, который был карающей рукой в крепости Инквизиции. Его боялись даже паладины, потому что он был единственным из всех, кому подсадили кровь демонов, — Ваша подружка действительно может управлять мертвяками без заклинаний. Такая способность встречается крайне редко, чтоб вы знали. Парни, — махнул он рукой, — Ставьте лагерь. Мы подождем некромантку.

— А теперь мы поговорим, — сказал он, присаживаясь около нас на корточки и доставая из железного футляра на поясе… обычный нож. Странно, очень странно… Разрезав спереди мою рубашку, он стал водить ножом по моей груди. Больно было, но терпеть было можно. По сравнению с пытками это — царапины.

— С-с-с-с!!! — по поляне прокатилось шипение. Неужели Сай сюда заявилась? Нет, ее надо прогнать, против девяти — она не выстоит.

Тут нож вырвался из рук Нила и размолотился в пыль. Эт-то как?!..

А потом Нил стал уговаривать Саишшу отдать нас ей. Меня больше всего поразило то, что он назвал ее могущественной силой.

После их разговора в воздухе некоторое время звучала песня. Яркая, живая… злая. Я устало прикрыл глаза. Порезы болели, их будто жгло огнем.

Минут через сорок все уснули, кроме Нила и нас. Он подошел к ребятам, пару раз пнул и неожиданно выругался. Тут он обернулся, и пригласил Сай выйти. Она все же пришла?..

Что?! Она королевского рода?! Да быть не может! Хотя… может. И еще как.

Потом они стали сражаться. В полной тишине. Горло сжало спазмом, я не мог поверить, что Сай способна так двигаться. Страх… Я уже забыл, когда в последний раз боялся за кого-нибудь. Да никогда, точнее говоря.

Внезапно Сай почему-то дико закричала, рухнула на землю и ее чешуя потускнела. Сердце, или что там у меня в груди, кажется, словно в мясорубке проворачивали. Нил подошел к ней, потом бросил сквозь зубы «Поломалась» и отошел. Так бывает — когда паладины превращаются в машин без души. Тогда для них все становятся игрушками, с которыми приятно подраться — поиграть.

Тут Сай приподнялась и вскочила. Я, не веря в происходящее, перешел на ускорение и все-равно не мог уследить за ней — ее движения были настолько быстры, что даже на седьмом уровне я видел только размытую тень.

Она его убила?! Она его убила… А в груди дыра насквозь. Подходит, осматривает царапины, в которые словно кипящий металл налили. Заморозила мне губы. Яд?! Естественно, лечим!

Само лечение я плохо запомнил. Помню только то, что было очень больно. Как будто снова в подвалы Инквизиции вернулся… И шепот Сай на ухо.

Очнулся, когда Саишша сунула мне в руки склянку с какой-то жидкостью. Отпил, и боль медленно отошла на задний план. Так это обезболивающее! Допиваю и пытаюсь встать, чтобы подхватить Сай, свернувшуюся клубком на земле. Но не смог — навалилась жуткая слабость. Люц кинулся ко мне и начал что-то втолковывать о постельном режиме. Не слушаю его и подгребаю себе под бок Саишшу, только сейчас заметив, что все туловище перебинтовано. Так и засыпаю, уткнувшись носом в макушку моей Сай с пока мягкими шипами.

* * *

Проснулся глубокой ночью. С момента той памятной встречи с нашими «сородичами» прошло четыре дня. Мы отошли подальше, но дальше продвигаться не стали — обессиленные, со сломанной рукой Люца и бессознательной Саишшой мы бы далеко не ушли, тем более стали бы легкой добычей.

Некоторое время лежу, вспоминая прошедшие дни. Все это время Сай спала, как убитая. Растормошить ее удавалось только для принятия пиши и еще когда ее потукневшая чешуя стала сползать. Она содрала ее и снова провалилась в сон. Люц запасливо прибрал все себе, пояснив, что чешуя шасс ценится на вес золота.

Однажды мне даже показалось, что она совсем не дышит. А когда наклонился проверить, со стороны костра с ребятами послышался смешок. Дураки… Быстро распрямившись, пошел обратно. Все равно я уже узнал, что хотел. Люц потом сказал, что это из-за сильного истощения, как магического, так и физического.

Потом сел и принялся осматривать себя. Порезы уже зажили, и теперь на их месте красовались очаровательные шрамы — тонкие и почти незаметные. Вообще странно, что у меня все тело в шрамах, а лицо и ладони — чистые. Ну, тут уж не выбирать. Руки-ноги на месте, и то ладно.

Все это время я исправно пользовался возможностью загрести Сай в свои объятия и уложить на ночь рядом. Сначала меня обвивали хвостом — видимо, по привычке, но потом шасса стала довольствоваться лишь тем, что перекидывала через меня несколько раз свой хвост. Так было гора-аздо удобнее. Послышался вздох, такой бывает, когда выспавшийся человек потягивается всем телом, от всей уши, что называется. Я повернул голову, так и есть: Саишша извивается и жмурит глаза в томной неге.

— Сай, ты очнулась! — радостно обнимаю шассу и притягиваю к себе, не обращая внимание на вялое сопротивление.

— Ага, и что? — немного недовольно спросили меня. Понял-понял, не дурак: убрал руки.

Взмахом руки ставлю «Полог безмолвия», теперь можно спокойно говорить, не опасаясь перебудить нашим громким шепотом всю округу.

— Пока ты спала, мы перешли немного дальше. Теперь мы в четырех днях пути от Гиблых болот. Когда ты придешь в себя, мы отправимся дальше, — продолжил рассказывать новости я, — Кстати, твое сердце почти зажило.

Ложусь на спину, кладя ее на себя. Шипит, морщится, слезает, но укладывается рядом. На мой недоуменный взгляд пояснили:

— У меня еще не все зажило, и потом — я стесняюсь так лежать!

— Расскажи, что было еще нового?

— Ну, Люц собирает травы, чтобы я приготовила кое-что от галлюцинаций. Как-никак, а в болота идем. Мало ли что там может быть. Я уверена, что там может встретится туман, который навевает потрясающе реальные видения, за которыми ты пойдешь в трясину.

— А в обход нельзя? — тут же сам отвечаю на вопрос, Сай заметила, что я догадался, усмехнулась и промолчала. Конечно же, нет, через болота опаснее, но ведь намного быстрее!

— Грудь не болит? — ляпнул, не подумав. Болит, конечно! Сай ведь насквозь прошили. Обращаю внимание на то, что чешуя у Саишшы вновь нормального цвета.

— А что у тебя с чешуей было?

— Отвечаю на первый вопрос: болит, только если рану потревожить. С костью и сосудами все в порядке — срослись, как было. Организм у меня умный. Может, шрам останется. Но меня это не волнует.

— И правильно, — вставил я, — Ты и так очень красивая.

— Правда что ли? — изумилась Сай. Такое ощущение, что ей никто до этого приятного не говорил. Помолчав, она продолжила, — Теперь про чешую. В тот момент я поняла, что моего ускорения никак не хватит, чтобы перегнать того чужого. И я отдала команду организму на перестройку.

— И что это поменяло? — с затаенным страхом спросил я. А если какие-то осложнения?

— Ну, чтобы перейти на седьмую скорость, мне потребовалось бы еще десять циклов. А восьмую — еще двадцать — двадцать пять. Получилось, что внешность у меня осталась та же, а развитие такое, будто мне уже сто двадцать пять циклов.

— Это шестьдесят два? — уточнил я, мысленно переведя числа.

— Угу, — утвердительно кивнула Сай.

— Ну, теперь ты почти моя ровесница!

— Но ведь мне по-прежнему сто десять!

— Сколько?! — подскочил я от удивления, в немом ужасе воззрившись на Сай.

— Циклов, — уточнила Саишша.

— Фу-ух, — я облегченно упал обратно, зашипев от короткой боли в затылке, которым долбанулся об землю.

— А чего ты испугался? — едко спросила Саишша. И глазами сверкнула, мол, ты расскажи, а я послушаю. И заодно какой-нибудь ехидный комментарий по этому поводу отпущу.

— Не скажу, — я тоже умею так ехидно улыбаться. Зато как вытянулась ее физиономия!..

— Да будут они там делать что-нибудь или нет?! — раздался шепот в тишине ночи. Мы удивленно переглянулись, — Я уже устал ждать, когда они там перейдут к действиям!

— Подсматривать — нехорошо, — мудро заметил Норд из-под одеяла. Ну ладно, его я пощажу — буду бить не слишком сильно.

Тут Сай резко, почти злобно обняла меня и положила голову мне на плечо, так, что ее лицо не было видно этим… сволочам!

— Нет, ты только посмотри, какие наглые!!! — прошептала она мне на ухо.

Я в свою очередь обнял ее одной рукой и положил голову уже на ее плечо — так, чтобы уже меня не было видно этим любителям развлечений.

— Да, наглость так и прет. Что делать будем? — прошептал я, делая вид, будто целую Сай в шею.

— Разыграем представление! — прошептала та, естественно, так, чтобы этого не заметили нежелательные наблюдатели, — И потом я с радостью отдам их тебе на растерзание.

— Что-то они на одной фазе застряли. Может, поторопить их? — это Люц! Я эту скотину в любом обличье узнаю!

— Подсматривать — плохо, — напряженно отозвалась спина Норда, — Мне одного раза хватило, не хочу опять от Сима люлей получить.

Тут Сай легонько куснула меня за шею. Из груди невольно вырвался короткий еле слышный стон. Надеюсь, Саишша не услышала, иначе позора не оберешься.

— О, Сим уже стонет, значит, скоро начнется, — а это Найт, зараза такая! Стоп, если он слышит, то… Я покосился на Сай. На моих щеках уже можно было яичницу жарить, а той хоть бы что! Спокойно продолжает играть свою роль.

— Судя по вашим комментариям, у них там дело далеко зашло. Знаете, я уже не уверен в том, что подсматривать — нехорошо. Как бы повернуться, чтобы видно было?..

— А ты как будто во сне, — сердобольно посоветовал Люц.

Я заметил, что Сай стала потихоньку выплетать заклинание, которое переместит на каждого, кто вне полога несколько литров ледяной воды. Посмотрев на полог, я удивился — ведь он был почти разрушен! Значит, это кто-то из своих постарался. Ну, я им!.. А пока быстро доплетаю его в исходное состояние, иначе водичка и на нас выльется — полога ведь почти нет, так, жалкие обрывки.

Плюх! Это сработало заклинание Сай. Тут же любители подглядывать вскочили, вопя от неожиданности, и попытались сделать вид, будто только что проснулись:

— Вы чего?! Вам тоже такой душ устроить? Совсем, что ли?! — это Норд возмущается.

— Я лично запихаю ближайшее молодое деревцо в пятую точку той заразе, которая нам это устроила!!!

— А я с удовольствием разукрашу ваши хитрые рожи синяками и фонариками! — вмешалась Сай. Парни заткнулись и понуро уселись на свои места.

— А я с удовольствием сломаю пару-другую рук или ног. Чтоб неповадно было! — поддержал ее я.

— Ну зачем так жестоко, Сим? — не согласилась со мной Сай. Ребята было воспряли духом, но Саишша их добила:

— Я вообще за то, чтобы свернуть им шеи! Быстро и относительно безболезненно.

— Может, не надо так строго? — попытался урезонить ее я. Чего доброго, исполнит свою угрозу — с нее станется, — Нам все-таки союзники нужны, а не трупики.

— Вот и будут у нас союзники — тихие, молчаливые, и не сующие нос куда не просят! И вообще, я, может, на вас до сих пор обижаюсь за ваше недоверие! А вы?

— Может, не надо настолько далеко заходить? Я думаю, что обычного внушения им хватит, — спросил я, пропустив мимо ушей вторую реплику Сай.

— Да, мы уже встали на путь исправления! Мы обещаем больше не совать нос никуда! — истерически отозвались Найт с Нордом.

— Ага, вы всю голову засунете! — язвительно отозвалась Саишша.

— Ладно, ты посиди тут, а я пойду и разберусь, хорошо? — попросил я шассу, вставая.

— Иди, только без особого членовредительства!

— Не бойся, по этой части тела я бить не буду! — я ухмыльнулся.

— Пошляк! — полетел мне в спину возмущенный вопль.

* * *

Спустя десять минут все было кончено. Ну, то есть, парней я, конечно, побил немножко, но без особого рвения. А что? Пусть не лезут, куда не просят!

И вот мы, уже помирившиеся, сидим у вновь разожженного костра, который, оказывается, во время наших разборок потух. Я держу на коленях Сай, Норд осторожно ощупывает шишку на лбу, Найт, морщась, потирает бока, а Люц сидит с фонарями на обоих глазах. Я ему фонарей поставил, как и просила Сай. Кстати, рука у него, оказывается, уже зажила. В который раз убеждаюсь, что наша регенерация — это что-то с чем-то.

— Не, ну просто интересно, как у вас там все! — оправдывается Найт.

— А я вообще был против! — вставляет Норд.

— Ага, я слышала, как ты раздумывал, «как бы понезаметней повернуться»! — насмешливо ответила на это Сай.

— Ну-у… — покраснел Норд.

— И потом, если у вас своей личной жизни нету, так не мешайте другим ее выстраивать! — добавил я.

— Какая личная жизнь?! Лес, болота, любопытные в огромном количестве, а ты про личную жизнь говоришь! — возразила Саишша.

— Вот! Так что сами виноваты! — поспешил вставить свою реплику Люц.

— Ах, мы еще и виноваты?! — я начал приподниматься, чтобы накостылять ему по шее, но Сай удержала меня за рукав.

— Ладно, проехали. Сейчас главное — наш будущий переход по болоту. Но чтоб впредь такого не было, иначе с каждым из вас проделаю что-нибудь… интересное, вроде того, в каком виде можно ко мне являться.

— Ой, боюсь-боюсь-боюсь! — затряс вытянутыми вперед руками Норд.

— Бойтесь меня, ибо я есмь сила!!! — подыграла ему Саишша, вставая в позу гордого полководца — спина гордо выпрямлена, одна рука заложена на спину, вторая вытянута вперед, будто Сай указывает на свои победы. М-да… Так и живем. Дурдом какой-то…

— Так, вернемся к делам насущным, — голос Сай сразу стал деловым, — Перво-наперво нам нужно провести ревизию продуктов, вещей и мои и Люца скляночки-баночки тоже нужно рассортировать, ибо я сама не знаю, что где у меня лежит.

— Да как так можно?! — возмутился Люц.

— Очень просто. Мы с Молом как-то в беспорядке работали, и ничего — не отравились же! Ну, а взрывы… это так и задумывалось!

— А Мол — это кто? — осторожно поинтересовался я.

— Мой мис'са'саарэй, — отмахнулась Саишша. Как будто мне понятней стало!

— У нас крайне мало одежды, остались только твои яды, а наши вещи остались у Инквизиторов.

— Класс… — пробормотала Сай, о чем-то думая и мечтательно устремив взгляд в небо, — Так, нам нужно много еды, оружие для вас и еще куча ядов для тех, кто водится на болоте.

— А кто там водится? — поинтересовался Найт.

— Лучше тебе не знать, меньше знаешь — крепче спишь, — отмахнулась Саишша.

— Ну, яды ты сама приготовишь, одежду мы купим, а вот с оружием придется туговато — денег может не хватить, — включился в общую трудовую деятельность Норд.

— Ну-у… Неужели у тех паладинов, которые лежат на полянке, нет никакого оружия? Не верю! — озадачилась Сай.

— Нет, оно конечно есть, но на нем метка Инквизиции — нас могут найти, — сказал я, притягивая Сай к себе за талию и усаживая на колени. Та этого даже не заметила, погрузившись в какие-то свои раздумья.

— Идея!!! — внезапно воскликнула она. В последние дни я уже научился бояться, когда Саишша говорит «Идея!!!», — Можно взять что-нибудь из оружия, что полегче, и выбросить в Гиблые болота. Наверняка Инквизитор подумает, что мы там утонули. Хотя проверку выслать может… но она хоть не так быстро двигаться будет, нет? — и Сай уставилась на нас, ожидая одобрения либо порицания ее предложения.

— Идея хорошая, но, боюсь, придется от нее отказаться. Оружие зачаровано, и, скорее всего именно на такой случай — не ты одна такая умная, — хмыкнул Найт.

— Ладно, а почему тогда вам не дали оружие? — допытывалась шасса.

— Просто так! — рявкнул Люц. Не очень хотелось вспоминать свой провал, когда мы наполовину ослушались приказа и нас лишили оружия и провели… «беседу», приказав убивать в дальнейшем голыми руками… или зубами.

— Понятно, значит, в опалу попали… — как она нас так легко просчитывает? Похоже, Нил не врал — она из королевского рода.

Резко вскочив, Сай закопалась в своей сумке и через десять (!) минут вытащила большую карту.

— Да вы, смотрю, подготовленные сбежали! — высказался Найт, — Давно хотел спросить: откуда все это? — он широким жестом обвел сумки Норда и Саишшы, — Неужто кого ограбили по дороге?

— Нет, когда от вас спасались, леший помог, — не отрываясь от карты, ответила Саишша.

— Что, просто так?! — изумились мы хором.

— Закон нечисти, не слыхали? Норд, расскажи им то, что я тебе рассказала, этого будет достаточно. Но, Госпожа, как дети малые! Элементарных вещей не знаете! — Саишша оторвала голову от карты и в ошеломлении на нас уставилась, — Ладно, Норд, он наар, ему эти знания не нужны, но вы-то… — она в изумлении покачала головой и снова уткнулась в карту.

Дальше мы выслушали короткую лекцию на предмет взаимопомощи. Меня это ввергло в шок, честное слово! Зачем кому-то помогать, если он тебе ничем отплатить не может? Нет, ну если это твои близкие — тогда понятно. Но если это абсолютно чужое для тебя существо, которое никаких полезных перспектив не может нести в принципе — тогда зачем?

Сай тем временем закончила изучать карту и сказала:

— Вот что, друзья, сначала мы пройдем болота, потом укроемся в одном из схронов для нечисти… — тут ее перебил Люц:

— А мы знаем, что это такое! — и радостный оскал Сай в ответ:

— А я знаю, что вы знаете!

— Откуда?! — изумился Найт.

— Сам догадаешься или помочь? — небрежно осведомилась Саишша.

— Да понял я уже, понял, — раздраженно отозвался тот. Злится, что «яйца курицу учат». Или никак не может забыть, что Сай нас водила лишние две недели с помощью своего «вне тела» — до сих пор не понял, что это такое, если честно.

Я от участия в разговоре воздержался, что уже стало входить в привычку и у меня, и у остальных. Да и зачем? Все равно у меня никаких конструктивных идей нет, а так я могу спокойно находиться рядом со своей Равной.

— Так вот, возвращаясь к прерванному разговору: мы укроемся в старом схроне и придем в себя. Не знаю, сколько времени это может занять, но дня два, не меньше — и это если повезет.

— Ты так говоришь, будто бывала там, — перебил ее уже Норд, потом запнулся и шепотом продолжил:

— Бывала ведь? Я прав?

— Бывала, — процедила Сай, прожигая его яростным взглядом, — И мне это «путешествие» до сих пор в кошмарах снится!

— А ты не преувеличиваешь на счет того, что это так трудно? — осторожно спросил Найт.

— Нас было пятеро! Причем все, кроме меня были взрослыми, состоявшимися шассами, и их способности были выше, чем даже у меня сейчас! А выжило двое!!! Я!!! И еще… мать! И ты считаешь, что я преувеличиваю?! — от ее крика осыпаются сухие листья. Поглаживаю ее руку, пытаясь успокоить. Сай всю трясет, глаза расширены от заново пережитого ужаса и смотрят в одну точку. Через минуту все проходит.

— Я в порядке, просто… воспоминания накатили, — мягко, но настойчиво отбирает руку и возвращается к запихиванию карты обратно в рюкзак.

— Мы все понимаем. И ты это… извини.

— Да ничего, — наигранно равнодушно отмахивается Саишша.

Вздохнув, она устраивается рядом со мной. Обрадованно пересаживаю ее себе под бок.

— Так вот, мы перейдем эти про клятые болота, отлежимся, и пойдем к моему родному клану. Там раздобудем оружие и еще кое-что. Одежду, если она осталась, только верхнюю найдем. Штанов и нижнего белья на вас не будет — у нас строение тела другое. Придется эти детали гардероба в деревнях покупать.

— Какое оружие? — практично уточнил Норд.

— Тренировочные саи'шессы, может, еще пара мечей отыщется. Но мечи — редкость. И еще, может, метательное что-нибудь отыщем, но не ножи, это точно.

— Почему не ножи? — удивленно протянул наар.

— Потому что. Мы используем другие виды метательного оружия — более экзотические. Но вам, — кивок в сторону Найта и Люца, — подойдет, я думаю.

— Почему тренировочные — они же наверняка затупленные? — поинтересовался Люц.

— Ну не именное оружие же! — всплеснула руками Сай, — И поймите, это не недоверие, просто у нас другое отношение к саи'шессам, чем может быть у вас. Для нас мало что может быть дороже именного оружия, разве что семья или близкие друзья. Но тренировочные ничуть не хуже, разве что на них клейма нет. Мы не тупим оружие.

— А как же вы тогда учитесь? — изумился я.

— А очень просто — пропустишь удар — и ты трупик, — ухмыльнулась Сай. Но у нас очень хорошие лекари, поэтому нерадивые ученики отделываются только парой-тройкой шрамов.

— Нерадивые? — уцепился за эту оговорку Найт.

— Да. Нормальные учатся уворачиваться еще до начала настоящего обучения. Но хватит об этом. Еще возьмем кое-что из лабораторий и личных покоев, и обязательно в магическое стекло[32] все эликсиры перельем. И еще я кое-что для себя возьму, — помолчав, Сай заключила:

— В общей сложности, мы все это будем собирать в течение двух дней, то есть задержимся мы дня на три. А теперь все, я — искупаться, а то уже утро на дворе.

И правда, уже светает. Скоро рассвет. Надо же, как много времени прошло с момента моего пробуждения, а я и не заметил.

— Куда? — спросил Найт, — У нас вода во фляжках кончается, а она купаться собралась.

— Тут река неподалеку.

— Река?! Где? Почему ты нам раньше не сказала? — аж подскочил Люц.

— Я думала — вы знаете. Неужели у вас нет способности сканировать местность? Я думала… ладно, забудьте.

— Что ты думала? — продолжил вытряхивать информацию из Сай Люц.

— Люц! Уймись. А мы пошли купаться, — осадил я его, вставая.

— Почему это «мы»? — возмутилась Сай, продолжая сидеть на земле, — Я одна пойду!

Я наклонился к ней и прошептал на ухо:

— У меня есть к тебе парочка личных вопросов, и если ты не хочешь, чтобы я силком отнес тебя подальше от любопытных глаз и ушей, то пойдешь сама и добровольно. А не то я за себя не отвечаю, — и я наградил ее фирменным взглядом убийцы.

Сай хмыкнула и ответила мне таким же, но плавно переведя его в оценивающий. Скользнула взглядом по ногам, туловищу, многозначительно задержала взгляд на шее и подняла томный взор на мои губы. Облизнулась и… отвернувшись, направилась куда-то в сторону деревьев. И с такой грацией и… обольстительностью, если не сказать больше, она это сделала, что мы все издали один и тот же восхищенный вздох.

Я был полностью и бесповоротно деморализован. Так и стоял, ошарашенный, пока Сай не скрылась за деревьями.

— Какая женщина… — мечтательно вздохнул Норд, но наткнувшись взглядом на мой кулак, которым я многозначительно покачал у него перед носом, быстро продолжил:

— … не любит наряжаться?

— Иди за ней, иди. И прямо сейчас. А то упустишь свое счастье и будешь потом… страдать. От неразделенности, — посоветовал мне Люц.

— Скорее уж от неудовлетворенности, — хохотнул Норд.

— Знаете что… — начал я, и все тут же заткнулись. Я удивленно посмотрел на них и продолжил:

— Я, наверное, последую твоему, Люц, совету.

— Ты только поосторожнее там, — напутствовал меня Найт, пытаясь кашлем замаскировать душивший его смех.

— Ага… А то вдруг травки какие понадобятся — я враз достану, — влез Люц. Я крайне подозрительно на него уставился, особенно меня беспокоила его улыбка до ушей. Найт уже кашлял так, будто на него нашел острый приступ бронхита, который в принципе у паладинов не бывает.

— А я знал, что когда-нибудь это произойдет! — вдруг громко и прочувственно произнес непонятно к чему эту фразу Норд. Кашель Найта стал надрывным, а мне в голову закрались нехорошие подозрения. Ах вы, гады!.. Ну я вас!

— Да я не за этим иду, олухи! А поговорить!

— Ну да, это, конечно, конечно… — они явно мне не верят. Блин!

— Я сказал, не за этим, значит, не за этим, сердобольные вы наши! У меня складывается ощущение, что вы когда-то зарабатывали себе на жизнь тем, что новобрачным свечку держали! Сводники! И без вас разберемся! — сплюнув, я побежал за Саишшой. И ведь на самом деле хотел поговорить. Да кто ж теперь поверит — эти сводники наверняка в красках живописуют Сай, как я рвался к ней, что прямо там и… Вот… поубивать бы их всех! А потом оживить и еще раз поубивать!

Саишша

Идею с тем, чтобы затариться в моем клане, я, если честно, долго не хотела предлагать. Осматривала ее со всех сторон, пока не убедилась, что это лучший из всех выходов. Слишком свежи еще воспоминания и боль потери… слишком…

А пока я спокойно стирала свою одежду, глубоко и искренне надеясь, что Симу хватит мозгов не идти за мной — а то я девочка горячая — спалю на… фиг. Кхм, кхм.

— Ой… — раздалось вдруг сзади. Я, взвизгнув, резко поднялась на хвосте, прикрывшись мокрой туникой. Оказалось, что у Сима мозгов таки не хватило. Вон он, стоит, красавчик, спиной ко мне, светит красными ушами. Ну я тебе…

Приблизившись к нему и застыв тенью за его спиной, я спросила:

— Сима… ты чего здесь забыл? — приближаю голову так, что мое дыхание ерошит ему волосы на затылке. Мне Мол рассказывал, как можно склонить мужчину к определенным действиям. Жаль, я тогда не понимала — зачем.

— Да вот… Спросить кое о чем хотел.

— И о чем же? — добавить в голос побольше томных ноток, мой голос завибрировал и приобрел легкую хрипотцу.

— О разном, — расплывчато отозвался Сим. А кулаки сжаты, значит, пошла реакция, пошла, родимая! Только надо не переборщить, а то получу я не месть, а озабоченного мужика и никого рядом.

— Поконкретнее, пожалуйста, — я положила голову ему на плечо и слегка куснула за шею. В прошлый раз это привело к неожиданному эффекту, а сейчас?.. Нет, только губу закусил и дышать стал глубоко и тяжело.

— Саишша… — голос хриплый. Пора заканчивать, а то я слишком далеко зашла, как бы не пожалеть потом!

Сим резко развернулся и, встряхнув меня за плечи, сказал:

— Не делай так больше. Ты даже не представляешь, как мне тяжело сейчас сдержаться, так что не играй с огнем.

— Не буду, — пискнула я, поспешно складывая руки на груди, чтобы прикрыть свои округлости, потому что мокрая после стирки туника наоборот, не прикрывала, а облепила мою грудь со всех сторон.

— Вот и хорошо, — Сим усмехнулся. А я чисто из вредности добавила:

— Но вот после свадьбы… — и мечтательно закатила глаза. Госпожа, какая свадьба?! Я что, с ума сошла? Так, туника сползает, а подтянуть ее нет возможности — руки зажаты.

— Нашей? — Сим притянул меня поближе.

— Наверное. Может, кто-нибудь отобьет меня у тебя, и останусь я без тебя, такого красивого, — что я несу? Вот что я несу?! У меня мозги набекрень слетели? Сим прищурился и посмотрел мне прямо в глаза:

— Никто. И никогда. Ты только моя, — прошептал он. Я, как завороженная, кивнула. Какие у него глаза… Я растворяюсь в них, теряя разум, оставляя только чувства… И… мне кажется… что я… его…

Сим обнял меня еще крепче и начал склоняться к моим губам… Тут моя туника сползла окончательно, явив на обозрение мою далеко не маленькую грудь. Я с визгом отпрянула от Сима и прикрылась и руками, и хвостом одновременно. Даже в воду умудрилась войти, и сидела там, выставив на поверхность одни глаза — вместо носа я дышала жабрами.

А моя одежда осталась лежать у ног Сима и этот… эта… в общем, *** этот, подобрал ее и повесил на ветку. Далеко от воды! Теперь мне пришлось бы выйти из воды, чтобы достать свою одежку. Сам же он хладнокровно начал снимать рубашку и штаны.

— Сим! Ты что делаешь?! Я… Я против!!! Вот! Я несовершеннолетняя!

— Да ну? — ухмыльнулся тот, снимая штаны и оставшись в одних трусах, — Я, вообще то, собрался поплавать, а не то, что некоторые — не будем называть их имен — подумали!

Я его не слушала. Я во все глаза пялилась на его тело. Я уже говорила, что у него грудь красивая? Я это еще раз скажу! И еще раз… Издав восхищенный вздох (точнее, бульк), я подплыла поближе, чтобы лучше видеть. Какие у него ноги! О, Госпожа, теперь я понимаю старших девочек из клана Линь, которые подсматривали за мужской купальней. Все, срочно выхожу за него замуж! Срочно!!!

А Сим, гад, стоит в позе Аполлона, и еще ухмыляется! Усмехнувшись про себя, я… обрызгала его водичкой. «Звезда в шоке», называется. Был у нас в новом клане один из сыновей Лорда, так он, когда его обучаться владению саи'шессом отправили, тоже такую мор… такое лицо сделал.

— Ах ты!.. — заорал он и, рыбкой прыгнув в воду, вынырнул неожиданно совсем рядом от меня. Я заорала и вновь плеснула в него водой, поспешно ныряя и не отнимая рук от самого ценного — груди. Не хватало только, чтобы он меня в обнаженном виде видел.

Обернувшись, я увидела, что он не отстает от меня. Ах та-ак?.. Ну, я тебе покажу скорость шассы, которая обожает воду. Меня даже наш учитель не мог поймать, а тут всего лишь паладин!

Через час реке явно вздумалось выйти из берегов, так мы разыгрались. В ход шли: водные и воздушные заклинания, хвост и руки, Сим даже ухитрился использовать разлапистую ветвь елки, которую отломал, убегая от поднятой мной волны. В итоге… ветка сломалась — Сим упал. Но в воду! После чего встал, грозно (ему так показалось) посмотрел и… снес меня компактным цунами. Меня донесло аж до полянки с остальными парнями, которые были явно в шоке. Еще и костер залило… Я поднялась, извинилась и стрелой метнулась обратно.

К своей чести, скажу, что свою грудь я ему так и не показала. Да-да! Сама удивляюсь, как это я умудрилась заклинания плести одной рукой? Но… факт есть факт.

Когда я вернулась, я была злая. Сим стоял по пояс в речке и нахально улыбался, уперев руки в бока. Я улыбнулась ему в ответ и, плюнув на приличия, стала плести заклинание двумя руками. Сим успел издать восхищенный вздох, после чего его накрыло, наверное, тонной воды.

Правда, уже через несколько секунд он выскочил из-под этого водопада и, схватив меня в охапку… прыгнул обратно. Я завизжала от неожиданности и спрятала лицо на груди у Сима. Тот, будто только этого и ждал, подхватил на руки и вынес из-под получившегося водопадика и вынес меня на берег.

— Ну что? — уложив меня на берег и нависнув надо мной, спросил паладин.

— Что — что? Это я тебя спросить должна — что? — пропыхтела я, пытаясь прикрыться обратно. Сим упрямо отводил мои руки в стороны, утверждая, что ему так лучше видно.

— А мне стыдно! — протестовала я.

— Да брось, я все равно все там, — Сим закатил глаза, показывая — где именно находится это «там», — видел. Чего скрывать-то?

— Ну, тебе может и нечего, а мне есть что! — заупрямилась я.

— Ну, Саишша, ну не лишай меня такого привлекательного зрелища! — взмолился Сим.

Я извернулась и выползла из-под его ручонок, стрелой метнувшись к ветке с туникой и попытавшись ее надеть. Попыталась, потому что «стрелой метнулась» я на максимальном ускорении и… ну, в общем… кранты моей последней одежке. Я ее порвала, потому что скорость слишком большая. Когда она на мне, то ничего, а когда пытаешься ее надеть… М-да. И в чем мне теперь ходить?

— Сим, что у вас по рубашкам? — по-прежнему прикрываясь руками.

— Ну-у, у меня парочка, у Найта с Люцом и у Норда много. А что? — он, оказывается, отвернулся, поэтому не видел, что моей туники больше нет.

— Я тунику порвала, — как можно более жалобно тяну я.

— Как?! — в шоке обернувшись и изучая меня в лохмотьях одежки. Надеть-то я ее надела…

— Я на ускорении была, — вздыхаю, поправляю единственный целый клочок одежды и перемещаю его на бюст, чтобы хоть что-то прикрыть.

— А! Понял, сейчас вернусь, — торопливо одевается, и уходит в сторону полянки с оставшимися членами нашей компании. Интересно, а почему они не прибежали сюда после того, как меня вынесло к ним? И даже подсмотреть не попытались. Ни за что не поверю, что у них внезапно взыграла совесть.

— Я вернулся! — объявляет это так, будто он — солдат, вернувшийся с войны, когда его уже не чаяли увидеть и невеста, обещавшая ждать, уже подбирает себе нового жениха.

— Спасибо. И отвернись! — беру протянутую простую белую рубашку, для верности отворачиваюсь сама и быстро натягиваю. Велика на Тахешесс знает сколько размеров. Ну у кого-то и плечи! Вот что значит — широкая спина. Н-да. Бронированная. Рукава пришлось подвернуть до локтей, но посмотревшись в речку вместо зеркала, я осталась довольна. Хотя вид у меня — более чем странный. Быстро накладываю заклинание не горения, а то при моем образе жизни я загораюсь почти каждый день!

— Тебе очень идет моя рубашка! — гордо. Так это его рубашка?! Ужас.

Снова смотрюсь в речку, и думаю — что обо мне парни подумают. Госпожа… спаси!

— Н-да. Угу, — вижу, как сзади подходит Сим. Сравниваю то, что на нем и ту одежду, что он принес мне. Называется «Найди хоть одно отличие». Дурдом какой-то. Нервно хихикаю, представляя, что бы мне сказал на такое положение вещей Мол.

— Ну что? — поворачиваюсь и требовательно смотрю в глаза Симу. Так, не расслабляемся, не тонем! И что, что тону я в глазах? Сказано — не тонуть, значит, плаваем!

— Что — что?

— Это моя фраза. Что сказали на это остальные? Как на мне сидит рубашка? — вот тугодум-то! Мол бы уже сто раз сообразил, о чем я спрашиваю. Но он на то и мис'са'саарэй, чтобы понимать меня с полуслова, так же как и я — его.

— А. Рубашка сидит хорошо, я уже говорил. А ребята многозначительно переглянулись, — и еще подмигнул мне, гад! У-у-у, нравственной цензуры на тебя нет!

Гордо шествую на полянку, пока улыбающийся чему-то своему Сим идет впереди, предвещая мой триумфальный выход на публику. Меня одно интересует: как смогла порваться заговоренная туника? Может, потому что ее наговоры исчерпали себя, когда меня тот чужой паладин прошил насквозь? А что — может быть. Тогда надо будет влить побольше маны в одежду, а то, что ж это — одноразовые туники получаются? Да и жалко очень ту зеленую, очень уж красивая одежда была.

Ладно там, один раз зашить — как я поступила, когда пришла в себя, но выбрасывать? Не-е, я не согласная!

Парни ничего не сказали, но их взгляды были настолько красноречивы… Нервно комкаю ткань на животе, особенно меня настораживает подозрительно довольный Сим. С чего бы это? Надо у Норда спросить — он мужчина и больше нас всех знает об обычаях людей.

— Как костер? — спрашиваю, чтобы хоть как-то разрушить тишину, повисшую после нашего появления.

— Э-э-э… нормально. Видишь — снова зажгли, — нервно ржу, сама не знаю почему. Стресс, наверное. Может быть, именно поэтому на прикосновение к плечу я швырнула фаербол. Пытаюсь судорожно втянуть пламя обратно, но поздно — шарик впечатался в Сима и поджег его целиком.

Тот было дернулся, но почему-то замер и прислушался к себе. А его одежда потихоньку осыпалась пеплом…

— Сим! Потушись! С тебя одежда осыпается!

— А я не горю… — медленно. Посмотрел на свою руку, — Я не ощущаю жара от огня!!! Это что такое?! — мне сунули под нос горящую конечность. Я застонала и с силой врезалась головой о ближайший ствол дерева. Не может этого быть! Ну не может!!! Ну ни-как!

Не могу я настолько в него… чтобы такие последствия были! Чтобы огонь даже принял! Еще раз ударяюсь головой о дерево. На третьем разе меня осторожно отстранили от ни в чем не повинного дерева и стали ощупывать мой многострадальный лоб, вопрошая о моем психическом здоровье. Огонь радостно перекинулся на меня, и теперь мы с Симом горели вместе.

Устало втягиваю пламя обратно в тело. Надо подумать. Рывком выхожу из тела. Надо заняться чем-нибудь отвлекающим. Например, вспомнить о тех задумках, которые я планировала. В частности, о моем родовом кольце. Привычно фильтрую информацию, и тут… меня накрыло.

Пещера отца и матери. Везде висят лампы — закапсулированное пламя. В центре, в небольшом каменном бассейне, усыпанном мягкими подушками, я вижу отца с мамой. Они сидят рядом, чего я уже давно не видела. Странно, я наблюдаю будто со стороны. Неужели?..

— У меня в последнее время появилось плохое предчувствие, Иссида, — я почти забыла, как звучит голос отца.

— И у меня. Ты думаешь, что будет что-то очень плохое?

— Да. У меня такое ощущение, будто надвигается сильнейшая буря. Я думаю, что это начинается игра богов. И мы в этой игре не нужны.

— Тогда нам нужен наследник.

— Или наследница, — соглашается отец, — Приглядись к нашим детям. Может быть, кто-то из них сможет заинтересовать богов, раз они затеяли игру? — какая игра? Какие боги? Стоп, потом обдумаю информацию, надо сначала дослушать.

— Если это и вправду так, то нужно спрятать наши родовые артефакты. Наследник должен их одеть. Жаль, что мой дед поверил кому не надо, и потерял кольцо. Без него наследник будет слабее. Возможно, наш клан сотрут с лица земли, — тон отца спокоен и сух. О чем он говорит?

— Не может этого быть! Не может ведь, так? Боги не могут этого допустить! Никто им не позволит этого, саарэй следят за нашим миром! — от волнения моя мама схватила отца за руки.

— У саарэй свои проблемы. Но я уверен, что рано или поздно боги получат по заслугам. Проблема в том, что это может случиться поздно, а не рано. Меня волнует другое: Госпожа. Она шептала мне, что Саишша подает надежды. Не значит ли это, что… Ты сама знаешь, что это означает, — отец горько улыбнулся.

— Саишша?! Но она еще совсем маленькая! Ей еще шестьдесят восемь, у нее только-только наступает пора огня!

— Я думаю, она рано повзрослеет, — еще раз криво улыбнулся отец.

Тут раздалась тихая и до боли знакомая мелодия. Родители встрепенулись, и было дернулись поползти к выходу, но отец окутался зеленым пламенем и начал стучать по стене. Я лихорадочно запоминала последовательность. Тут часть стены отъехала в сторону и открылась небольшая ниша, в которую отец и мать поспешно сложили самые главные артефакты. Бухнув туда еще несколько тяжелых томов, отец и мать обреченно поползли по тоннелям, уже не пытаясь противостоять жестокой мелодии.

— А я еще надеялся на небольшую отсрочку… — прошептал помертвевшимими губами отец.

Я закашлялась и захрипела, очнувшись уже в своем теле. Воздуха не хватало. Похоже, я забыла, как дышать… Хватая ртом воздух, я размышляла. Что это было? Как это связано с кольцом? Что за игры богов? Тут же меня накрыло другое видение…

Гиблые болота. Мы — я, мой отец, мать и еще два старших брата — как раз убегаем от одной твари, которая питается магией. Она охотится за… родовым артефактом?! Неужели отец не все в тайник сложил? Нет, остался еще один — женский обручальный браслет.

— Иссида, выброси его!!!

— Куда?!

— Да хоть в трясину! Туда эта тварь не полезет! — отец бросил маленький фаербол, который на время отвлек тварь. Мама торопливо сдергивает браслет и наугад зашвыривает его подальше. Все правильно — их любовь давно прошла и теперь браслеты снова стали материальными, а не просто татуировкой на коже. У правителей они вообще почти у всех так и остаются украшениями.

Снова короткий приступ удушья, затем прояснение сознания.

— Сай! Саишша, быстро приходи в себя! Мне не нужен твой хладный трупик на руках, я с ним в храм не пойду! — голос Сима доносился как сквозь вату. Я медленно открыла глаза и узрела уже одетого Сима, который держал меня на руках и тряс за плечи.

— Да в порядке я, в порядке, — я рывком села, вспомнив о том, что этот наглый паладин уже забрался в мое сердце настолько, что даже огонь его теперь не жжет! Вот что значит — в огне не горит, и в воде не тонет. Осталось только медные браслеты пройти и будет у меня личная бронированная спина, за которой очень удобно спрятаться.

Вопросы, вопросы… И еще надо разобраться с текущими проблемами, как то: кто такой Норд, как выжить и устроиться в Темной Империи, устроить паладинов, перейти Гиблые болота… И найти там мой браслет. Я почти с ненавистью посмотрела на кольцо. Так это оно показало мне видения?.. Интере-есно шассы поют…

— Сим, что ты знаешь о божественной игре? Ребята, если кто что знает — выкладывайте сейчас.

— Я знаю, — подал голос Норд. Он мгновенно понял, что сейчас не время для глупых вопросов, — Когда богам становится скучно, они избирают смертных и играют их судьбой. Такая «забава» может продолжаться много лет или даже веков, когда действия избранника приводят к глобальным последствиям. Очень часто бывает, что избранный умирает, и тогда боги выбирают новую игрушку. Обычно из ближайшего окружения предыдущего избранника. Демиурги-создатели нашего мира приглядывают за ними, чтобы они не выходили за «рамки приличий». При этом они и сами не гнушаются «сыграть». Нередко боги заключали союзы с предприимчивыми игрушками. Еще боги затевали игру ради исполнения договоров, которые задолжали им смертные.

— А перехитрить богов можно?

— Были прецеденты. Правда, редко. Очень, очень редко рождались существа, которые были способны играть с богами на равных.

— Ты во что вляпалась, Сай? С богами не поладила? — эх, Сим, я пока помолчу. Однако так приятно, что о тебе кто-то заботится.

— С богами у меня, слава им же, все в порядке, — я хмыкнула, — А вот с тобой нет. В вкратце, ты теперь можешь не бояться моего пламени. Уж не знаю почему, но оно теперь тебя жечь отказывается. Так что надо будет тебе заговорить одежду, а то будешь после каждого воспламенения голышом бегать, — я немного слукавила, но, по моему глубокому убеждению, знать о моих чувствах Симу пока рано.

— Если наедине с тобой, то я не против! — ухмыльнулся тот.

— Пошляк!

— Сама такая!

— Я-то тут причем?! — опешила я.

— Так ведь после того, как ты мне одежду сожгла, у меня штанов не осталось! Любой фаербол в твоем исполнении может стать фатальным для моей гордости!

— А, ну если для гордости — то ничего, — не осталась в долгу я. Найт, Норд и Люц с упоением следили за нашей пикировкой.

— Мальчики! Вы почему молчите и не защищаете меня от наглых приставаний?

— Я не наглый! А если тебе неприятно, могла бы сказать! — ой, я, кажется, его обидела. Смотря в его мрачнеющее лицо, я попыталась смягчить свои слова:

— Да я пошутила! Мне приятно! Я, может, вообще… А, пропади оно все пропадом! — тут я прикусила себе язык и сделала то, что мне так хотелось. А именно: обвила руками шею паладина и поцеловала его куда-то чуть ниже носа. Нетрудно догадаться, куда я попала.

Сим сначала опешил, будто боялся, что я его сразу же оттолкну, а потом уверенно начал помогать, и даже совсем взял ситуацию под свой контроль. А я плавилась в его объятиях, растворялась в глазах и совсем не обращала внимание на то, что происходит вокруг. Мысли постепенно улетучивались, глаза автоматически закрылись. Воздуха стало не хватать, но я сориентировалась и приоткрыла жабры. Спустя еще двадцать секунд поняла, что у Сима они тоже есть, иначе бы этот самый лучший в моей жизни поцелуй не длился бы так долго.

Кровь в венах вскипела, пламя вырвалось из-под кожи, охватило и меня, и моего Сима. А поцелуй становился еще чувственней, сердца стучали как бешеные… В эту минуту мне показалось, что нет никого, кроме меня и Сима. И весь мир — только для нас. Кажется… я окончательно… влю… билась…

— Эй, я понимаю, что любовь, но об одежде вы подумали?! — неохотно отрываюсь от губ паладина и ищу нарушившего наш покой взглядом, который прямо намекает на реки… нет, на моря крови. Сим же прижимает меня еще крепче и, кажется, абсолютно счастлив, впрочем, как и я. А я, глупая, еще не верила рассказам старших девочек о том, что они чувствовали… А впрочем, какая разница? Это мой поцелуй, мое счастье, и мой самый любимый паладин.

— О какой одежде? — интересуется Сим. Злость улеглась, оставив после себя умиротворение.

— О твоей, целовальщик ты наш! — сердится Найт, — Вы горели во время своих поцелуев! Одежда почти вся в лохмотья превратилась! Где теперь замену брать?!

Сим усмехается и, не обращая на Найта внимания, шепчет мне на ухо:

— Кажется, я догадался, почему меня твой огонь не берет.

Мысленно ругаюсь. Почему-то мне совсем не хочется, чтобы Сим знал о моих чувствах к нему. Тут замечаю, что одежда Сима превратилась в обгорелые обрывки, а моя — наоборот, целехонька. Неожиданно мне стало весело-весело, потому что я вспомнила ту самую реплику Сима о гибели его гордости.

— Норд, глянь на карте — есть тут какая-нибудь деревня? Одежда благополучно улетела в конец хвоста.

— Я так и знал, что этим все закончится! Сейчас посмотрю… Есть. Но далеко. На окраине леса, но мы в него не очень глубоко ушли. Деньги дай!

— Сколько?

— А я почем знаю? Ну, наверно, серебрушку.

— Сам возьми. В черном рюкзаке. Сим скажи ему свои размеры. И мне подбери чего-нибудь, размеры на себе покажешь, — прикрываю глаза. Дурдом какой-то. Обязательно надо всем заговорить одежду. И что самое интересное, нижнее белье у Сима не сгорело! Госпожа Геката, о чем я думаю? Надо делом заняться, тогда все ненужные мысли улетучатся сами собой. Может, попытаться раскинуть карты на будущее? А что, нас учили.

Открываю глаза, слезаю с колен Сима и ползу к своим сумкам. Достала карты, чуть поправила иллюзию. Тасую колоду, думая, о чем бы спросить судьбу. Мальчики за мной внимательно наблюдают. Любопытные…

Знаю, спрошу о том, как будет протекать остальная часть нашего пути. Раскидываю карты в четыре кучки, перемешиваю, пытаюсь вспомнить то, чему нас учили в клане Линь. Но внезапно я поняла, что что-то не так. Присмотревшись, я увидела, что расклад совсем не тот, который я планировала и карты совсем другие. Опустив первое веко, заметила, что на них после моих рук, которые почти против моей воли перетасовывали, раскладывали и вновь собирали пластинки железа, замаскированные под колоду карт, остаются едва видимые следы. И, похоже, это вновь вмешательство богов. Ну, что же, послушаем, что они скажут…

Счастье в жизни предскажет гаданье,

И внезапный удар роковой.

Дом казенный с дорогою дальней,

И любовь до доски гробовой.

Карты старые лягут как веер

На платок с бахромой по краям,

И цыганка сама вдруг поверит

Благородным своим королям.

Ну что сказать, ну что сказать,

Устроены так люди,

Желают знать, желают знать,

Желают знать что будет[33].

Туз, король, валет, джокер, шесть — огромная неожиданность, которая может, однако, привести к моей смерти. Медленно вспоминаются забытые за ненадобностью образы. Дама пик и сразу же черви — присоединение человека, материнский инстинкт. При чем здесь это?

Туз, девять, оба пики — тяжелые физические ранения. Пустышка, Геката, семерка — покровительство богов, извилистая судьба. Тут же изображение Тахешесса, тоже пустышка — похоже, и он мне благоволит. Ну-ну… Черви дама, черви валет, такой же масти король — большая любовь в будущем, соперник. Это что, за меня кто-то сражаться будет? Зря, ой зря…

Пустышка, Шаирэссар, пустышка, джокер — потеря и возвращение души. Интере-есную боги мне судьбу показывают. Опа, свадьба! С темной сущностью… Это кто? Не знаю. И тут последняя карта в раскладе показывает мне совсем уж непонятную картинку — Тахешесс отвешивает поклон змее-демиургу. Кажется, мой отец под словом «саарэй» имел в виду именно их. А саарэй-то с зеленой чешуей… Это что, я?! Не может быть! Откуда вообще такие картинки в моих иллюзиях взялись?! Боги-боги, как вы меня достали…

В голове раздался тихий смешок, и ненавязчивое ощущение чужого присутствия пропало. Значит, игра? Значит, предлагаете сыграть? Не жалуйтесь потом!!! Запрокинув голову, я неожиданно громко и четко ответила на негласное предложение:

— ДА! — в небе громыхнуло, и пошел дождь из подозрительно быстро собравшихся туч. Я усмехнулась.

— Саишша, что ты увидела? — Найт взмахом руки поставил полог от дождя. Посмотрев на карту, которая выпала последней, я увидела обычную шестерку.

— А где Норд? Уже ушел? — а, нет, вот он. А вот Люца нет. Видимо, он пошел.

— Нет, я тут, — крайне мрачным тоном, — Вместо меня Люц отправился, потому что я заболеть могу, а ты меня посылаешь! — он запнулся, видимо, сообразив, что сказал.

— А я тебя по жизни посылаю! — хихикаю.

— Ага, бесчувственная ты! Дождь, снег, метеориты падают, гром гремит, а ты меня куда-то посылаешь! — выкрутился Норд. Откуда он метеоритный дождь то взял? Может, у него галлюцинации? От голода. А то я как проснулась, так и ничего не ела.

— Я не бесчувственная! Знаешь, как бывает: пошлешь кого-нибудь, а потом переживаешь, думаешь — дошел, не дошел…

— И часто такое бывает? — включился в нашу пикировку Сим.

— Да постоянно! — новый взрыв смеха со стороны Найта. Он, бедненький, обхохатывается с нас, а сам повода для смеха не дает.

— Вы мне лучше скажите, кто у нас за продовольствие отвечает? — переглянулись, лица приняли озадаченное выражение.

— Да, знаешь… Как попало получается, — виновато пожал плечами Норд.

— Поня-ятно, — процедила я. Ну, вот действительно — как дети! — Значит, добытчиком будет Найт, как самый старший! — я ехидно улыбнулась и скрестила руки на груди, показывая, что от своего решения не отступлюсь ни за какие драгоценности.

Тот тяжело вздохнул и предпринял попытку слинять от назревающего разбора полетов:

— Я того… этого… поохотиться пошел! Вот! — и убежал, только ветки качнулись там, где он прошел. Я некоторое время смотрела в ту сторону, где он скрылся, понимая, что и паладинов, и Норда еще воспитывать и воспитывать. Да их, похоже, по любому поводу обязательно подгонять надо! Ладно, приступим к раздаче люлей остальным:

— Так, а кто у нас за охранный круг и обустройство места привала отвечает? — парни потупились. Они что, совсем за своей безопасностью не следят?! — Вы что, не с-ставили охранный круг?!

— Нет…

— Вы с-совс-сем с-с-с ума с-сошли?! Мужш-шины, нас-сывается!!! Вы с-совс-сем бдительность потеряли?! Рас-слабилис-с-сь! — я несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться и не начать крушить здесь все подряд, а конкретно — этих двух ситшов[34], — С-сначит так. На вас отныне будет закреплена обязанность защитного круга и обустройства места привала. Все понятно? С-ситшы!

— Но привал уже устроен, — робко сказал Норд. После моей отповеди они растеряли все свое веселье. Я усмехнулась:

— А защитный круг? Сим, не бездельничай, я дважды повторять не буду! — тот подскочил, как ужаленный, и рекордно быстро установил полог против нескольких факторов: ветра, холода и чужаков. Молодец какой! Быстро урок усвоил.

Тут оказалось, что все дела уже сделаны, и передо мной во весь рост встала проблема скуки. Мне буквально было нечем себя занять. А мой не привыкший к длительному отдыху и заточенный на непрерывную работу разум требовал хоть какого-нибудь занятия. Задумчиво посмотрев на карты, которые все еще держала в своих руках, я просияла, и широкая улыбка озарила мое лицо. Я же хотела потренироваться на досуге? Вот и потренируюсь!

Для начала я просто «поиграла» одной пластинкой, привыкая к балансировке и необычной форме оружия. Металлическая пластинка скользила между пальцами, перелетала из одной руки в другую, пока я не добилась автоматичности движений. Отвлекшись на минутку, я поискала цель. Задержала взгляд на этих ситшах — я решила пока называть всю эту гоп-компанию именно так, до тех пор, пока они не докажут, что они уже выросли — но с неудовольствием перевела свой карающий взор на ближайшую ветку. Попаду или нет?..

Быстро размахнувшись, качнула карту в пальцах и отправила в полет. Попала, но в ствол, а не в ветку, как планировала. Целиться надо лучше! Однако, какая заточка у этих пластин — на половину в дерево вошла! Надо пристреляться…

Сим

В голове у меня творилось Создатель[35] знает что. Я все еще никак не мог осознать факт того, что меня Сай меня поцеловала. Меня?! Поцеловала?! По своей воле? Да как такое может быть? Я же… я кто? Я — паладин. Вспомнились слова Люца о том, что у «кого-то комплекс неполноценности». А, может, мне полечиться как-нибудь? А?

Сначала, я, надо признать, растерялся, и даже немного испугался. Очень уж неожиданно это произошло. Потом ошеломление прошло, и я уже и сам руководил процессом. Но целуется она божественно… вот интересно знать, где она этому научилась, и сколько у нее до меня парней было? Ревность подняла голову, но я пинком загнал ее обратно вглубь сознания.

Ха, да теперь, наверное, я самый счастливый паладин! Только после того, как Сай устроила нам разнос — кстати, вполне справедливый — я поверил, что она на самом деле целовала меня по-настоящему, а не в шутку. Да я даже надеяться на такое не смел… Но больше никаких поползновений предпринимать не буду — боюсь, что она испугается. То она сама начала, а то я.

Сама Сай тем временем развлекалась, метая свои звездочки — извините, карты. А мы с Нордом посвятили себя разговору о том, как он познакомился с Саишшой. Ну что я могу сказать… Оч-чень познавательный разговорчик вышел. Судя по некоторым обмолвкам наара, раньше — до того, как стал Охотником — он был птицей высокого полета. Это сразу видно — я такой братии навидался на долгие годы вперед.

Но вот что странно — Саишша не предпринимает никаких попыток узнать происхождение Норда. Насколько я ее успел узнать, она не терпит утаивания информации у окружающих, причем свои тайны она прячет. Позиция, конечно, интересная и удобная, но только с ее стороны.

Разговор затянулся на полчаса. За это время Сай закончила упражняться и оценивающе взглянула на нас, решая в уме, подходим мы или нет как мишени. Мы отодвинулись. Потом переглянулись и снова отодвинулись. По мере нашего продвижения — точнее, отодвижения — брови Сай поднимались выше и выше, пока ее лицо не приняло крайне удивленное и возмущенное выражение. Она с негодованием уставилась на нас.

— Что? — одновременно спросили мы с Нордом. Потом переглянулись и так же одновременно спросили:

— Ты что-то хотела?

— Я хотела предложить вам сыграть, — процедила шасса, не отрывая от нас хищного взгляда.

— Во что? — уточнил я.

— В карты. В дурака, — ответила Сай, устраиваясь напротив нас и тасуя свои металлические пластинки. Расслабив глаза, я увидел, что на них висит иллюзия, изображающая обычные игральные карты.

— На что? — это опять я. Нет, ну интересно же, что она предложит!

— На разд… — начал Норд, но поперхнулся и замолчал, узрев мои выпученные глаза. Да я и так в одних «семейных» сижу!!! Во дает, сказанул так сказанул…

— То есть, на желания, — поправился прокашлявшийся наар. Сай усмехнулась истинно змеиной улыбкой — столько превосходства и иронии в ней было — начала сдавать карты, предварительно изменив заклинание, чтобы они не резали нам руки.

Первую партию выиграл я. Потом снова я. Ха, вот и пригодилось мне умение обыгрывать стражников у наших клеток — получить дополнительную порцию еды никто бы не отказался. Но тут уже Сай активировалась, и развернулись полномасштабные боевые действия. А я-то, наивный, думал, что мне нет равных в карточной игре!.. Саишша разделала меня под орех первые три партии, и поэтому мне приходилось изощряться, как только могу, чтобы выиграть у нее.

И желания мы придумывали сначала простые, а потом все сложней и сложней. Вот как вам, например: встать мостиком, и прошипеть неизвестные слова на родном языке шассы. Причем, если хоть одна ошибка в этой ОЧЕНЬ длинной фразе, то приходится заново повторять то, что уже сказал. Я уже падал, когда мне удалось выговорить эту дребедень, ломающую язык.

Или как вам то, что проигравшему нужно забраться на дерево и проорать, за что и как он не любит своих сотоварищей по игре. Такие маты, такие выражения… Или изобразить свинью в свинарнике, пьяного Охотника, или же укусить себя за локоть, одновременно напевая любую песенку. Н-да. Что-то сильно матерная у меня песенка вышла. Сай смеялась до слез, а потом каким-то образом сама извернулась и показала, как надо правильно кусать локоть, чтобы не сломать спину. В то момент мне показалось, что моя и Нордова челюсть с жутким дребезгом укатилась куда-то далеко.

Спустя десять партий Норд самоустранился из игры, и мы продолжили играть вдвоем, матерясь на все лады, когда сбивали удачные расклады друг другу. И тут Норд подкинул нам идейку о том, что пусть проигравший без слов изображает страстную любовь и предложение брака. Догадываетесь, кому это пришлось делать? Я честно сопротивлялся, как мог, проявлял чудеса изворотливости, но… Саишша тоже горела желанием увидеть предложение от моего лица.

И вот, картина маслом: я стою на коленях, воинственно потрясаю какой-то веткой — вместо букета — и пантомимой показываю то, что я надеваю брачный браслет на руку. А Саишша изображает стеснительность и смущение, но периодически сбивается на ржач, впрочем, как и наар.

И тут появился Найт с Люцом. Я как раз молитвенно потрясал руками, страдальчески кривил лицо и делал вид, что все предыдущие действия были на полном серьезе. Квадратные глаза остальных членов нашей команды я запомню навсегда… Ведь контур реагировал на нарушителей сильнейшим ударом тока.

— Эм-м-м… А мы тут… развлекаемся, — тихо проговорила Сай и… спряталась за мою спину, выставив меня как живой щит. Не понял…

— Аргх-х-х… — прохрипел Найт, делая руками характерные для удушения движения. Мы все организованно отступили, а Сай высунулась и даже метнула какое-то — я не успел разглядеть, какое — заклинание в Люца и Найта. Те, однако, остановились и прислушались к себе, а потом Найт мрачно процедил:

— Аутодафе временно отменяется.

— Я так рада, ты даже себе не представляешь! — язвительно ответила на эту реплику Саишша. Но из-за моей спины так и не вышла. Хм…

— Люц, ты одежду достал? — перешел к наиболее важному в данной ситуации вопросу.

— Еще бы, — хмыкнул тот и протянул мне объемистый сверток, с которым я и удалился за кусты, потом с наигранным сожалением вздохнул, — Только, Саишша, для тебя одежды не нашлось. Так что…

— Ах вы, сводни! — слились вместе два вопля — мой, и Сай.

— А мы что, мы ничего, — притворно обиделся Люц, ухмыляясь во все тридцать два зуба. Карающий взор Сай переместился с откровенно смеющегося Люца на Найта, который держал на плечах приличного размера оленя. И ведь это единственно верный поступок в данной ситуации — формально Люц ни в чем не виноват.

— Тахешес-с-с, и ведь не придереш-шься! — возмущенно прошипела Саишша. Я подошел и аккуратно коснулся ее плеча — а то опять фариком (читай — файерболом) запустит. Мне-то, как выяснилось, ничего не будет, а одежду жалко.

— Что? — раздраженно поинтересовались у меня.

— Зачаруй мне одежду, а? — я постарался добавить в свой голос побольше просительных ноток.

— Так, повернись спиной, — оживилась Сай. Потом она что-то написала мне на рубашке и на остальной одежде. Сзади раздались изумленные возгласы остальных парней из нашей компании:

— Откуда ты знаешь такие символы? — это Люц.

— Какой это уровень сложности? — вторил ему Найт.

— Высший, — гордо отвечала им Сай. В следующие пять минут мою спину, наверное, только ленивый не счел нужным потрогать и повосторгаться: «Какие сложные и мощные символы! Научи?!» Не утерпев, я стащил через голову эту треклятую рубашку и таки смог увидеть то, чем так восторгались все маги нашего отряда.

А повосторгаться было чем. Во первых, Сай стилизовала руны как оригинальную вышивку, во вторых, сложность комбинаций меня попросту потрясла. Нет, это уровень архимага, точно! Откуда она знает такие связки?

Видимо, этот вопрос не только мне пришел в голову. Люц и Найт переглянулись и одинаково подозрительными взглядами уставились на Сай.

— Что? — наигранно удивилась она, — Неужели вы думаете, что я совсем не умею читать и память у меня никудышная?

— Память-то у тебя хорошая, — ласково начал Найт, — Но вот откуда ты взяла эти рунные комбинации нам очень, очень интересно!

— Откуда, откуда… Из библиотеки. Ну и что, что я залезла в запретный сектор? Откуда мне знать было, что он под запретом был? Я сначала думала, что там сказки лежат. Вот и сломала походя защиту. Сама не знаю, как это у меня получилось… — она виновато потупилась. Что-то мне это напоминает…

— Сказки?! — выпучил глаза Люц.

— Ну да, а что? Я тогда очень маленькая была, только магичить научилась. Сколько же мне тогда было… — задумалась Сай, — Кажется, циклов тридцать примерно. Это потом я доползла, какое сокровище на меня свалилось. А до этого читала старые хроники, так как заклинания мне были еще не интересны. Было времечко… — шасса мечтательно вздохнула и продолжила:

— А потом, когда я… перешла в клан Линь, я уже осознанно попыталась сломать защиту.

— Долго пыталась? — участливо спросил Норд. А он-то каким боком к этой истории?

— Долго, — вздохнула Сай. Мы уселись кружком и слушали эти «рассказы боевой молодости» — Пока по обмену не приехал Мооло'тов. Он тоже весьма интересовался запретными секторами, — Сай усмехнулась, а меня в сердце кольнула ревность, — Как говориться, «вот и встретились два одиночества». В итоге мы прошли один интересный ритуальчик и дальше взламывали архив вместе. На втором месяце нам улыбнулась удача. Именно тогда открылась моя тайная страсть к ядам и вообще алхимии. А Мол — он вообще, по-моему, алхимик по призванию. Золотое было время…

— А сейчас? — не удержался от вопроса я, и хотя тут же захлопнул рот, вопрос уже прозвучал. Но вопреки моим ожиданиям, Сай не разозлилась, а только этак оценивающе посмотрела на меня и, помолчав, ответила:

— А сейчас я не знаю, какое время. Найт, готовь еду. Есть хочется, ну сил нет!

— А, щас, — подскочил как ужаленный тот. Похоже, рассказ Сай произвел на него большое впечатление.

Саишша

Следующие три дня мы отсыпались, отъедались и восстанавливали силы перед самым важным отрезком нашего пути: переходом через Гиблые болота.

На следующий день я возобновила тренировки с саи'шессом, про который в последние дни почти совсем забыла — настолько органично он вписался в мой образ. Я даже не обращала внимание на то, что он висит за спиной. Сперва Люц долго стоял над душой — мол, мало ли, рана откроется, но я просто наплевала на все его рекомендации и начала отработку некоторых приемов, которые до совершеннолетия давались мне тяжело или через раз.

В какой-то момент напротив меня возник Сим, и дальнейшие тренировки я проводила именно с ним. Левое сердце все еще побаливало иногда, но средние нагрузки выдерживало без проблем. Хотя чувствую, если я буду долго работать в режиме максимум, оно просто откажет. Может, когда-нибудь — гораздо позже, чем сейчас — оно полностью восстановится, но сейчас — увы. Шутка ли — мне его насквозь пробили.

Мужчины нашей маленькой команды взяли на себя все хлопоты по обеспечению нашего лагеря, поэтому у меня появилось много свободного временя, которое я посвятила попыткам как можно компактней запихнуть все мои вещи в сумки. А если я еще что-нибудь из клана возьму…

Еще я осваивалась в астрале, каждый вечер и утро выходя из тела и позволяя своему любопытству рассматривать, трогать, смешивать и создавать новые сгустки энергий вокруг себя. Результатом этого стали пара нервных срывов у паладинов и наара — так как я развлекалась в основном с эмоциями. После этого я поумерила порывы своих «неугомонных ручонок», как называл их Мол.

На четвертый день мы таки снялись с насиженного места и отправились на запад. Ну, Госпожа нам в помощь…

Часть 2

Саишша

Мы стояли на краю трясины и смотрели на болото… а оно смотрело на нас. И сейчас решалась проблема: как перевезти Норда через этот бездонный колодец, не утопив при этом.

Мы уже прошли треть болота, и если до этого наару хоть с трудом, но можно было идти, то дальше у него просто не хватит сил. Паладины еще ладно — они выносливые, а вот наар… Беда, прямо.

Что я могу сказать о самом болоте… Сыро, воняет гнилью и трупами, деревьев нет — просто голая трясина. И еще — постоянно висит туман. Он был какой-то странный, я такого никогда в жизни не встречала: тяжелый, густой, как молоко, при этом из него постоянно слышался какой-то шепот, который куда-то звал и уговаривал помочь. Во избежание воспаления тупости мы все связались веревкой, и это было не лишним: Найт и Сим постоянно куда-то дергались. Нам они сказали, что слышали голос очень дорогих существ. О том, что я могу услышать, я старалась не думать, равно как и о том, что могу поддаться искушению.

Мы вели себя максимально тихо, переговаривались шепотом, и пока Госпожа миловала, и те твари, которые встретились мне здесь в тот раз, нас не нашли — или просто не рисковали связываться.

И хотя в уши настойчиво забивался потусторонний шепот, казалось, что над болотом стоит мертвая тишина. Не знаю, как такое возможно, но это было ужасно. Жуткое место… Мертвое. Какой же силы катаклизм был здесь, раз жизнь никогда не навещала эти места после Древней войны — а это ясно видно?

Магия здесь почти не действовала, кроме моей, некромантской — но я решила, что лучше перестраховаться, поэтому мы даже скрыли свои ауры — естественно, кроме Норда. С ним мы вообще не знали, что делать. Пришлось надеяться на наше с ним сумасшедшее везение и молитвы всем богам, которых мы знаем. Честно, я даже Тахешессу помолилась.

И тут меня озарило. Да ведь мы уже пересекали таким способом болото! Пусть оно было гораздо меньше по размерам, но ведь важен сам факт!

— Ребят, я знаю что делать! — радостно прошептала я. На меня уставились четыре грязных… морды. В их глазах читалась надежда. О, Госпожа…

Подплыв к Норду, — я уже давно стала плыть, а не ползти, с тех пор как глубина стала ребятам по плечи — я без слов подхватила его за шиворот и закинула себе за спину. Чувство дежавю… и ностальгии, что неожиданно.

Заметила ревнивый взгляд Сима, улыбнулась ему и приглашающе махнула в сторону трясины с видом радушной хозяйки, приглашающих гостей к столу:

— Что встали? Поплыли, поплыли, нам надо поскорее отсюда выбраться! — разумеется, все это я проговорила шепотом.

Вопреки ожиданиям, продвигались мы достаточно быстро. И хотя я давно уже потеряла чувство времени, но смогла прикинуть, сколько нам еще идти… плыть. Выходило, что если будем идти дальше с такой же скоростью, то уже этим днем мы пересечем наиболее глубокую часть болота, а дальше сможем отдохнуть.

Под вечер — по крайней мере, мне казалось, что это вечер — мы таки достигли сухого места. Я постоянно держала гребни открытыми и сканировала пространство. У меня было ощущение, что это лишь затишье перед бурей. Перед очень большой бурей.

Так, впереди живое существо. Откуда?! Здесь?!

— Народ, впереди кто-то живой, — прошептала я, замирая на месте.

— Ты уверена? — Найт не задавал лишних вопросов.

— Абсолютно, — я нервно поежилась, — Только откуда оно там? Это же Гиблые болота! Здесь только нежить, точно говорю.

— Может, как мы? — предположил мне на ухо Норд.

— Ага, и этот неизвестный поперся прямиком через топь, вместо того, чтобы выбрать более безопасный путь в обход, как все нормальные люди! — я иронично приподняла бровь.

— Но мы же поперлись! — включился в разговор Люц.

— Мы не люди! — отрезала я.

— … и ненормальные, — тихо добавил Норд. Все замолчали, обдумывая эту мысль.

— Ну-у… — протянул Сим.

— Без «ну»! — отрезала я, нервно комкая на животе теперь уже свою рубашку. В последнее время я ее носила, не снимая — очень она мне понравилась, сама даже не знаю чем, — Давайте просто подойдем и посмотрим!

— Ты хотела сказать, подплывем, — съязвил Найт.

— Я — да, а вы пойдете, — я невозмутимо пожала плечами. А что, под ногами твердая почва есть, а то, что выше — вода, совсем не важно.

Примерно через час мы достигли места, где жизнь, столь чужая в этих местах, улавливалась мною наиболее четко. Но ничего не было видно из-за проклятого тумана, который лез в глаза и мешал рассмотреть, есть ли что — или кто — живое в этом месте, или это очередная ловушка Гиблых болот.

Тут я уловила тихий, почти неслышный крик. Кто это? Опять туман? Нет, я определенно не знакома с этим голосом. Да и крик какой-то… живой, что ли.

Я развернулась и прислушалась, поспешно снимая «звуковой барьер», который позволял не оглохнуть при сверхчувствительном слухе. Представляете, какого это — слышать абсолютно все?

Да где же, где это?.. Ага! Ухо уловило еще один вопль, но теперь в нем звучала обреченность жертвы, уже понявшей, что спасения нет, но все еще продолжавшей бороться.

Вхожу в некромантский транс — так лучше слышно, да и соображается лучше. Парни молодцы, не стали задавать лишних вопросов, просто стоят и ждут, что будет дальше.

— Туда, — я резко взмахнула рукой, указывая направление, откуда доносились вопли — теперь я это четко понимала. И первая же направилась в ту сторону. Так, так, ближе, ближе…

Вот оно! Из трясины торчит голова, с испугом глядящая на нас. Грязная настолько, что не понять, человек это или нелюдь, мальчик или девочка, в конце концов!

С тяжелым вздохом хватаю за шиворот «это» и пытаюсь вытянуть из болота. Трясина не поддается, мне начинают помогать ребята и, наконец, с влажным чмоком топь отпускает свою жертву. Вот же ж!.. Всего до пояса вытянули, а устали так, будто заново Тайси'эн'Свараш'шесс[36] строили! И этот еще — решила пока называть его в мужском роде — не помогает, а наоборот, мешается. За руки цепляется, но молчит. Интересно, почему? Обычно напротив, орут и плачут от страха.

Через двадцать минут коллективного сопения, и наша «добыча» стоит по грудь в воде рядом с нами — но стоит же! Все его тихо расспрашивают, кто он и что он, а я… а я ныряю обратно в топь.

Кольцо на руке — то самое, родовое, — нагрелось так, что обжигало палец, и резкими рывками тянуло меня вниз. Я не сопротивлялась, потому что вспомнила это место. Совершенно точно, это то самое место, где моя мать выбросила браслет! Откуда я знаю это? А не все ли равно?

Опустилась я не сказать, чтоб глубоко — метра на три. Видимо, в этом месте относительно твердое дно понижалось и образовало елань. При этом я еще не вышла из состояния транса, так что мне было море по колено. Воздух в легких распирал грудную клетку, я едва сдерживалась, чтобы не выдохнуть и сразу же вздохнуть. Нельзя, нельзя не то что вздохнуть — даже жабры открыть — эта водичка наверняка ядовитая.

Да где же, где? Шарю руками в густой грязи, пытаясь найти то, зачем я нырнула сюда — и ведь не факт, что выберусь обратно.

Что-то скользнуло мне в руку — браслет? — я рефлекторно сжала пальцы. Затем рывками, на восьмом ускорении, начала двигаться вверх. Ну же, ну же, еще чуть-чуть, и можно вздохнуть. Легкие горели, но теперь уже от недостатка кислорода. Меня рывком выбросило из транса, медленно начала подкрадываться паника.

Глаза я давно закрыла, так что я даже не могла определить, насколько продвинулась. Тут мои руки стиснули железной хваткой и вытащили на свет Шаирэссаров. Воздух! Нет, не так, ВОЗДУХ!!! Могла ли я когда-нибудь думать, что единственной радостью для меня останется только возможность сделать глубокий вдох?

— Сай, ты сдурела, да?! — яростный голос Сима приводит меня в чувство, — Ты что, меня не могла попросить? Обязательно было самой лезть в самое ***?! *** ***, чтоб тебя! Совсем ****, да? Да я бы поседел, если б было еще куда!!!

— Откуда ты такие выражения знаешь? — опешила я. Действительно, откуда?

— Создатель, ты о чем думаешь, а?! Ты чуть не осталась в этой трясине, а все моим словарным запасом интересуешься! — Сим немного отдышался после своей яростной тирады и вперил в меня свой гневный взор, — За чем хоть лезла? — уже спокойней поинтересовался он. Остальные и незнакомое мне пока нечто наблюдали за нами с огро-омным интересом.

— А вот сейчас и узнаем, — хмыкнула я, с интересом рассматривая то, что мне попалось в болоте. Это оказался брачный браслет в виде змеи, кусающей себя за хвост. Родовой! Да!!! Я его таки нашла!

— И что это?

— Брачный родовой браслет! — гордо заявила я, цепляя украшение на свою правую руку. Браслет сел как влитой. Умели раньше делать!

— Женский или мужской? — уточнил Сим.

— Естественно, женский!

— Какая жалость! А я то думал, что мужской! — с едва уловимым сарказмом протянул паладин. Дело в том, что незамужняя женщина (или мужчина) носят два браслета — женский и мужской, на правой руке тот, какого пола владелец. Когда заключается помолвка, женщина отдает мужской браслет избраннику, и он поступает так же, только с женским. После заключения брака браслеты станут татуировками.

— Ну ты же на мня не сердишься? — вкрадчиво спросила я.

— Сержусь, это раз, и на меня твои выходки не действуют, это два! — самоуверенно заявил Сим. Ну-ну, посмотрим…

— А кого мы поймали? — сменила я тему разговора.

— Представляешь, Са, этот дохлик говорит, что он принц! — ответил на мой вопрос Люц.

— Да ну? Тогда бросаем его и пошли!

— Сийшеярис, терши! Шем ородусмун фиерри[37], — обратилось ко мне это…т «принц».

— Не обязательно ломать язык, чтобы произвести впечатление, — заметила я, понимая, что даже если это «чудо» будет против, но мы его таки доведем до безопасного места. А что поделаешь — материнский инстинкт у нашего народа вбит на уровне инстинктов, — Тем более, если говоришь с чудовищным акцентом! — уже начала возмущаться я, — Кто тебя учил? Вырвать бы ему язык!

— Тихо, тихо, Сай. У тебя клыки вылезли, — отвлек мое внимание на себя Сим.

— Так, ребята, бросайте этого «принца» и пошли дальше.

— Зачем тогда спасали? — резонно возмутились Люц и Найт. Норд понятливо молчал.

— Не надо меня бросать! Если вы мне поможете, то я вам потом обеспечу хорошие должности в высшем свете Темной Империи! Я принц, пусть не наследный, но могу это сделать!

— Клянешься? — промурлыкала я.

— Клянусь! — решительно заявил чумазый «принц».

— Вот и чудесно! — обрадовалась я. Одной проблемой меньше — если он на самом деле принц, то мы без проблем устроимся на высокооплачиваемые работы. Да и гражданство получить будет проще.

— Молодец, Са. Грамотно сработала, — одобрил Норд.

— Во попал! — дошло до «высочества». Привыкай к прозе жизни! — Так вы меня спровоцировали!

— Ну естественно, — хмыкнула я, — Как бы то ни было, клятва дана, и тебе придется ее держать. Ну а мы тебя доведем до границы. Заодно подтянем язык, а то у тебя грубейшие ошибки, — я предвкушающе улыбнулась и ободрила приунывшего… Тахешесс, я же даже имени его не спросила! — Не боись, я еще сделаю из тебя приличного шасса, которого можно будет вывести в свет и не опозориться!

— От такой перспективы я бы повесился, — хмыкнул Найт.

— Ага, я тоже, — поддержал его Люц. Сим мудро промолчал.

— Так, быстренько собираемся и идем дальше. Нам нужно добраться до относительно сухого места, чтобы переночевать. Кстати, как тебя зовут-то? — обратилась я к высочеству.

— Тимоферий, — угрюмо отвечал тот.

— Будешь Тимкой. Сколько тебе лет?

— Двадцать! — сверкнул глазами Тимка.

— Из рода Властелинов? — уточнила я.

— Да! — гордо заявил он.

— Да тебе едва ли тридцать два цикла! — присвистнула я от удивления, — Что же сподвигло тебя на путешествие по такому месту? Молния в хвост попала? Хотя потом расскажешь, нам бы выбраться сначала, — мне в голову пришла ужасная мысль: все это время мы, не стесняясь, достаточно громко разговаривали. Какой из этого следует вывод? Простой — нас наверняка услышали. Значит, кто-нибудь да обязательно заявится.

Сим

Поступок Сай привел меня в ярость — она что, правда не могла меня попросить? Да я бы без разговоров выполнил любую ее просьбу, какой бы она не была.

Да еще этот «прынц», лишний балласт. К тому же, очень мне не понравилась его попытка произвести впечатление на Саишшу. Может, ему челюсть сломать, чтобы вообще не разговаривал? А что, дельная мысля. Под моим оценивающим взглядом Тимка, как окрестила его Сай, поежился.

Норд по прежнему ехал на спине у Сай, а вот Тимку она на спину сажать отказалась, мотивируя это тем, что прекрасно знает, на что способны Властелины. Мол, она не раз видела тренировки послов у себя в клане. Я лично тихо этому радовался, а вот остальные обозвали Саишшу «злобной бестией с темным прошлым», на что та только посмеялась. Тимка молчал, но шел, однако гневно сопел.

Все время, которое прошло с момента нашего поцелуя, Сай вела себя как обычно, я уже почти уверился в том, что это была просто случайность. Просто… Но внимательные взгляды, которые она бросала на меня, когда думала, что я не смотрю на нее, не давали до конца разувериться в чувствах с ее стороны. Да и как вспомню, как она отвечала на мои попытки взять инициативу на себя… Уши стали гореть, так как фантазия разыгралась, нарисовав Саишшу в полупрозрачных тряпочках, которые носят аристократки.

Она опять бросила на меня свой взгляд, но на этот раз не отвела его сразу же, а стала пристально рассматривать. Ее взгляд словно физически чувствовался мною: вот она перевела его на грудь, вот скользнула глазами на живот, снова смотрит на лицо…

— Ребят, быстрее, поторопитесь, — тихо, шепотом попросила Сай. От ее голоса меня словно молнией пронзило — да что со мной такое? Чтобы отвлечься от нескромных фантазий, стал думать над ее странным поведением. Я о том, что мы и так выжимаем из себя все, что можно, чтобы передвигаться быстрее, а она постоянно поторапливает нас. Причем сама опережает на шаг. Она разве еще не устала? Вон, Тимка уже почти падает, держится на одном упрямстве, которого у него, похоже, не занимать.

— Можно полюбопытствовать, почему мы так спешим? — зло прошептал Найт, — Мы уже падаем от усталости, а ты все торопишься куда-то!

— Почему куда-то? Моя цель вполне ясна: пересечь болото.

— Почему ты так торопишься? Ясно же, что придется здесь ночевать!

— Вот это-то меня и беспокоит, — вздохнула та, — Видишь ли, после того, как вы достали высочество, вы потеряли всякую осторожность и стали разговаривать, не скрываясь. Так что, вполне вероятно, что некоторые «коренные обитатели» сего непривлекательного места проснулись от спячки и сейчас преследуют нас.

— Но ведь ты можешь использовать височные гребни, просканируй пространство и предупреди нас, когда поблизости кто-нибудь появится, — предложил Норд.

— А ты не думал, что постоянный скан может причинять неудобства лично мне, это раз, и то, что мы даже всем скопом с ними можем не справиться, это два?

— Эм-м… — не нашелся что ответить на это заявление наар. Все как-то незаметно сгрудились в тесную кучку и напряженно всматривались в завихрения тумана. Стало страшно…

— Ладно, как только найдем подходящее место, то сделаем привал, — решил Найт. Сай только кивнула, непонятно почему не став отстаивать свою точку зрения.

Через полчаса, когда мы уже почти готовы были упасть и, булькнув на прощание, уснуть прямо в этой жиже, которая доходила нам уже до колена, нам повстречался относительно сухой островок. Мы все попадали на землю, но Сай нашла-таки в себе силы выкачать через канал клятвы у нас немного маны с каждого и установить защитный круг, в который сама вбухала аж полрезерва. Куда такой мощный-то? Она что, от Имперского легиона обороняться собирается?

За этими мыслями я провалился в сон.

* * *

Проснулся я от рычания. Все уже стояли на ногах, и только я еще спал, оказывается. Взглянув за пределы круга, я обомлел: там стояло… стоял… я даже не знаю, что это такое, не то что, какого оно пола! Выглядела эта тварь как дикая помесь осьминога с волком. С огромным волком. Только вместо шерсти на нем щупальца, беспрестанно извивающиеся.

Тут этот ночной кошмар попытался преодолеть полог, но его отбросило обратно. Гневно взвыв, эта тварь опять бросилась на незримую преграду. И снова она отлетела обратно. Я сглотнул. Теперь понятно, чего опасалась шасса…

— Народ, что это такое?! — я плавно перетек в боевую стойку.

— Понятия не имею, — нервно отозвался Найт, — Сай, что скажешь?

— Я уже встречала это раньше, — медленно проговорила та и замолчала.

— Ну? Как эту тварь убить?

— А никак. В прошлый раз оно не остановилось, пока не оторвало кусок от моего брата.

— Что значит, никак? Должен же быть способ!

— Если и есть, то я его не знаю. Может, всем скопом мы и отпугнем его ненадолго… — Сай задумчиво посмотрела на рычащее… существо. В глазах Саишшы загорался исследовательский огонек.

— Только поторопись, а то полог скоро истощится, — предупредил ее Люц.

— Так подпитайте его, — бросила нам Сай, лихорадочно что-то высчитывающая на листках бумаги, — Вам еще повезло, что нам не встретилось другое существо, которое выпивает магию.

Через десять мучительных минут ожидания, Сай сказала безнадежным тоном:

— Народ, приготовьтесь встретить свою гибель.

— Вы о чем? — напрягся Тимка.

— О том, что если я использую единственное подходящее заклинание, то оно выпьет нас всех досуха. И мы умрем.

— Но ты же некромантка! А это нежить, значит, теоретически ты можешь ею управлять! — взвыл Люц. Сай застыла с открытым ртом, округлившимися глазами смотря на Люца.

— Точно! — выдохнула она. Я ощутил резкий отток маны. Мать твою!.. А поаккуратней нельзя, мне интересно? Найт с Люцем тоже пошатнулись, значит, и их не миновала сия участь. Саишша тем временем выплетала какую-то странную и сложную магическую конструкцию. Тимка пригляделся и внес некоторые изменения, пояснив это тем, что: «Это же неизвестный вид нечисти, так что лучше по массе» Непонятно только, что он хотел этим сказать.

Сай согласилась, и дальше они действовали совместно, перебрасываясь короткими рублеными фразами. Получившаяся конструкция… впечатляла. Она имела вид прозрачной сферы, размером с человеческий рост. Из нее торчали обрывки силовых нитей, из-за чего «это» было похоже на огромный растрепанный клубок, который к тому же подрала целая стая кошаков. Саишша и Тимка бегали вокруг этого страшилища и пытались сгладить края плетения так, чтобы оно имело мало-мальски приличный вид. Мы за этим внимательно наблюдали — все равно не можем ничем помочь, так хоть мешаться не будем.

Наконец наши некроманты — похоже, Тимка тоже владеет этим даром — решили, что «и так сойдет» и с двух сторон попытались чуть приподнять этот «шедевр». Ну… приподнять-то они его приподняли… а вот перенести не смогли — оно упорно оставалось на прежнем месте. Купол тем временем держался исключительно на наших молитвах и остатках резерва, которые остались у нас после вмешательства Сай.

— Норд!!! Быстро сюда! Стой! Стой, скотина! — заорали на два голоса Саишша и Тимка. Норд застыл, боясь шевельнуться.

— А теперь медленно, осторош-шно, вытяни руки вперед. Ага, а теперь осторожно подходи к плетению, ты же его видишь? — уточнила Сай. Норд кивнул, — Прекрас-сно, подходи, но не касайся. Слава Госпоже, сработало! — этот клубок медленно, неохотно двинулся в сторону от рук наара, то есть к неизвестной твари.

— На счет три, — предупредил Тимка.

— Раз…

— Два…

— Три! — и они вытолкнули свое заклинание за пределы круга, разорвав оной. Что они делают?!

Саишша

Проснулась я от громкого и недовольного рычания. Приоткрыв глаза, увидела одну из тех тварей, которых мы встретили в прошлый раз. Из-за нее умер мой второй брат.

Разбудив остальных, я стала думать. Что делать?! Хорошо, что круг простоит еще полчаса… в спокойном состоянии.

Тут Люц подал гениальную идею, и я с Тимкой — оказывается, он довольно сильный некромант! — попыталась состряпать высшее заклинание подчинения нежити. Получившаяся конструкция не впечатляла, кроме того, мы что-то напутали с векторами… Но мы сильно, искренне надеялись на то, что это плетение сработает.

Но когда «подчинение» было готово, мы столкнулись с проблемой — оно оказалось слишком «тяжелым» в переносном смысле. Но эту проблему мы быстро разрешили, использовав природную магическую инертность Норда. Правда, когда мы выкинули плетение за пределы полога, он окончил свое бренное существование… но это такие «мелочи», правда? Если бы…

Госпожа, что происходит?! Наше плетение врезалось в ту тварь, для которой и было приготовлено, но не впиталось в нее, а исчезло в голубой вспышке. На ее месте возникло… возник… демон?!?! Нам конец.

Возникший прямо перед нечистью огромный краснокожий трехметровый бугай с полуметровыми когтями удивленно заорал. Потом бросился на опешившую от неожиданности нечисть, и спустя несколько минут от той твари осталось только кровавые куски мяса. Я отвернулась, потому что это слишком даже для меня. Тимка уже корчился неподалеку вместе с Нордом, а вот паладины ничего, спокойненько наблюдают. Только в боевые стойки встали, ага.

— Ба, знакомые все лица! — воскликнул демон, оглядевшись, — Гадючка, здоро во! — я пригляделась. Да быть того не может!

— Азур, ты ли это? — осторожно спросила я, впрочем, не приближаясь. А что, они для нас почти на одно лицо.

— Ага. Помнишь? — он демонстративно раскинул руки.

— Еще бы! — воскликнула я, радостно улыбаясь и бросаясь в объятия уже вовсю скалящегося демона, — Морда красная, где пропадал?

— Да где-где, в посольстве нашем! Дослужился до дипломата! А у тебя, я вижу, проблемы? — он многозначительно посмотрел на паладинов и останки той твари, которую собственноручно растерзал.

— Что? Да не, это свои, — отмахнулась я, — А проблему ты только что убил!

— Какой я молодец! — самодовольно ухмыльнулся Азур.

— Скромностью, я вижу, ты по-прежнему не страдаешь, — тихо пробормотала себе под нос я. До сих пор помню, как мы впервые встретились…

Дело было через пятнадцать циклов после того, как мы с Молом прошли обряд мис'са'саарэй. Мы вызвали демона и поставили перед ним конкретную задачу: лечить нас после всех экспериментов, ибо нам надоело после каждого взрыва отскребать себя от стенки и ковылять в регенератор.

Вызванный демон расхваливал себя как только мог, с целью запугать нас до состояния снятия пентаграммы. Ага, сейчас! Это потом мы с ним сдружились…

— А то! — оскалился демон, — Но ты представь мне своих спутников, а то они сейчас челюсти уронят.

— А! Ребята, знакомьтесь, Азур, демон и мой древний друг. Азур, это Сим, Люц, Найт, Норд, Тимка. Сим — льен-до, — многозначительно добавила я, — Народ, Азур участвовал в наших с Молом экспериментах и исправно лечил после каждого взрыва, ибо самого его ничем не прошибешь! Прошу любить и не жаловаться! — ребята ограничились кивками, а Сим даже кивать не стал, зверем смотря на Азура. Неужели ревнует?..

— Азур, у меня к тебе большая, огромная просьба, — начала я.

— Да переброшу я вас, переброшу, — мгновенно понял меня тот, — Но только до схрона максимум, дальше — резерва не хватит, да и то, если поделишься огоньком. Но могу предупредить Мола о том, что ты жива, а то он весь извелся: всю разведку поднял, сам чуть разрыв сердца не заработал, когда узнал, что Линь вырезали, даже карты раскидывал.

— Я тебя обожаю!!! — бросилась я ему на шею.

— Да ладно тебе, а то меня в скором времени убьют! — отцепил меня от себя Азур.

— Кто? Я ему ноги повыдергиваю! — возмутилась я.

— Кто, кто? Догадайся с трех раз! Гадюка ты, вот кто! — Азур осуждающе посмотрел на меня.

— Не поняла, — честно призналась я.

— Потом поймешь, — отмахнулся демон, — Вас когда переносить, сейчас или попозже?

— Ребят, вы как? — обернулась я к доселе молчавшему народу.

— Лучше сейчас, — ответил за всех Найт.

— Азур, готовься, — предупредила того я, конденсируя немного огня в ладонях.

— Всегда готов, мой капитан! — шутливо отдал честь демон. Было дело, служила в наемниках… Потом меня подобрали Линь, и моя карьера наемника — довольно успешная, надо признать, — окончилась.

— Уже не твой, — тихо буркнула я. Взяв Азура за руку, потянулась к нему аурой. Меня окутало уже знакомое тепло — так всегда бывает при слиянии аур. Люди, а особенно маги, упорно потакают слухам о том, что объединение аур возможно только при… как бы это сказать-то… интимном контакте, вот! На самом деле это наглое вранье, и я с Азуром и Молом тому яркий пример.

Теперь осторожно передать огонь… Все, разъединяемся.

Огонь — чистая энергия, поэтому его с оглядкой, но можно использовать для подпитки резерва. С оглядкой, потому что можно запросто переборщить и выжечь себе не только энерго-каналы, но и вообще всю ауру.

— А ты выросла, — констатировал Азур, разорвав контакт. Да, сил у меня и вправду прибавилось, — Ладно, беритесь за руки.

Мы все построились в цепочку, я попала между Симом и Азуром.

— Глаза закройте, — посоветовал демон. Вспышка, внутренности будто совершили кульбит внутри, и я уже открыла глаза рядом с несколькими большими камнями. Ребята выглядели не лучшим образом, но держались, а вот Азур выглядел так, что краше только в гроб кладут.

Вокруг светило солнышко, стояли деревья — в основном клены и молодые дубки. Сквозь просвет в деревьях виднелся блеск воды. Наверное, там речка…

— Азур, открывайся, — скомандовала я, тут сильное магическое истощение налицо. Вновь слив наши ауры, я начала маленькими порциями перекачивать огонь в ауру демона. Заполнив ее наполовину, я, не разрывая контакт, открыла схрон и приглашающим жестом указала на открывшуюся пещеру ребятам. На этот раз я постаралась не увлекаться с пением, мало ли что. Норд даже сразу же уши заткнул, как только я рот открыла, и это, похоже, всерьез.

Те молча зашли туда и начали располагаться, а я устроилась рядом с Азуром.

— Ты как? — осторожно поинтересовалась я.

— Нормально, на перенос себя хватит, — вымученно улыбнулся демон.

— Вот что ты как дите малое, сказал бы: не могу еще так далеко, или бы попросил больше огня дать! Вечно с вами, мужиками, проблемы!

— Ты про Мола будешь слушать, а то я уходить собрался?

— А что так быстро? — расстроилась я.

— Да твой льен-до на меня волком смотрит! — раздраженно воскликнул Азур, — Ты ему объясни хоть, кем я тебе прихожусь, а? А то если он Мола в твоей компании увидит, то последствия будут… кровавыми.

— Да ну? — обеспокоилась я, — Ну, ты прав, наверное… Только Сим — дурак! Как можно к мис'са'саарэй ревновать, мне интересно?

— Да можно, знаешь! Я бы тоже ревновал, наверное, — Азур поднялся на ноги и продолжил, глядя на меня сверху вниз:

— Ну ладно, Мол у нас теперь — тайный советник у самого Императора Темной Империи! — он многозначительно закатил глаза, — Скучает, тоскует. У него, кстати, новые разработки появились, так что вот тебе дополнительный стимул к тому, чтобы получить гражданство Империи. Что еще могу сказать? Невесту он себе так и не нашел, я уже присматриваюсь. Только не спрашивай, кто она! — мгновенно пошел на попятную он, заметив мой жаждущий подробностей взгляд. — Все равно не скажу, ты меня знаешь!

— Ну ладно, — ни капли не расстроилась я, — Еще какие новости?

— Ну, Мол тебя хотел забрать в столицу — Лангред — и прикупил там для тебя домик. На месте магического источника, — добавил Азур.

— Ничего себе! — ахнула я. Мало того, что на месте источника можно не заботиться о резерве, так еще можно создавать предметы — заклинание такое есть, но в него жутко много энергии закачивать надо. А в месте источника можно почти неограниченно тратить ману. Вот подарок так подарок!

— И еще, — наклонился ко мне Азур, — Это очень важно. Мол рассказывал мне, что фаворитка Императора — шасса. Зеленая. И ей примерно сто пятьдесят — двести лет, — моя челюсть с жутким дребезгом поскакала вниз. Это… Это же…

— Азур, как ее имя? — я схватила его за руку, стиснув так, что он невольно поморщился.

— Не знаю. Мол не говорил. Да и сама подумай — оно наверняка поддельное. Ладно, ты тут разбирайся. А я пошел — хочу увидеть лицо нашего «золотого», как ты его называешь, когда я его обрадую.

— Иди, — я рассеянно взмахнула рукой. Азур некоторое время смотрел мне в глаза, а потом кивнул каким-то своим мыслям и привычно напомнил:

— Глаза закрой, — и исчез во вспышке. А я осталась сидеть в траве, глубоко задумавшись.

— Са, нам помыться нужно! — выскочил из пещеры Норд. Слишком поспешно выскочил.

— Подслушивали, — констатировала я факт, — Что успели услышать?

— Все, — вышел «на свет Шаирэссаров» Люц, — А кем тебе этот демон приходится? Только не надо отвечать, что он то непонятное слово, нам от этого не легче. Кстати, а что оно означает? — пытается успокоить Сима. Похвально, похвально, одобряем-с.

— Если провести аналогию со всеобщим, то это где-то «кровный брат», хотя само понятие намного глубже, — хмыкнула я, — Значит так, речка там, — я махнула в ту сторону, где заметила блеск воды, — Мальчики — направо, девочки — налево. И только попробуйте мне налево сходить!

Люц от чего-то заржал, Норд тоже к нему присоединился, и даже Найт улыбнулся. Чего это они?.. Только Тимка удивленно хлопал глазами, да Сим оставался серьезным. Его взгляд обещал мне до-олгий разговор впереди…

Сим

Когда перед неизвестной тварью возник демон, я почти не испугался. Но вот когда Сай кинулась в его объятия, меня аж затрясло. Но не от страха, а от смеси бешенства, ревности и, как ни странно, зависти. Зависти к тому, что на нем Саишша виснет, а на мне нет. И смотрит на него так, что… удавиться можно. Мне…

Вот чтоб она на меня так смотрела! А вот подслушанный разговор меня удивил. И еще больше разозлил. Да кем этот загадочный Мол приходится моей Саишше, что так заботится о ней?! Да и еще упоминание о фаворитке Императора все запутало…

— Саишша, ты мне ничего объяснить не хочешь? — ласково поинтересовался я, когда ребята ушли к реке, на ходу что-то обсуждая.

— Что именно тебя интересует? — свернула хвост кольцами та. Я присел на корточки, так, чтобы мое лицо было напротив ее.

— Абсолютно все.

— И создали наш мир десять змей-демиургов, саарэй. И создали они Хранителей… — заунывным тоном начала шасса.

— Я не про это, — перебил ее я, — Ты прекрасно знаешь, что я имел в виду!

— Тогда выражайся точнее, — мило улыбнулась Сай.

— Хочешь точнее? — я наклонился к ней поближе, — Меня душит ревность, Сай. Мне до смерти хочется прибить этого демона, который посмел распустить руки! Уж прости за тавтологию. Но мне невыносимо смотреть на то, как ты даже улыбаешься кому-то кроме меня!

— Сим, ты больной? — она тоже подалась вперед и схватила меня за плечи, — Я не могу общаться только с тобой! И я даже примерно представляю, как ты будешь реагировать на Мооло'това, а ведь ему я позволяю и обнимать себя, и даже изредка в щеку чмокнуть! Он как брат мне, понимаешь? И больше ничего, абсолютно!

— Головой я это понимаю, — грустно усмехнулся я, — А вот сердцем…

— А ты выпей, — посоветовала мне Сай.

— Чего? — опешил я.

— Напейся. И я даже не буду потом тебя ругать.

— Где я столько вина возьму? — мрачно поинтересовался я. Разговор все больше стал напоминать анекдоты.

— А я тебе поспособствую. Реально, на себе проверено, как напьюсь — сразу лучше думается, — «успокоила» меня Сай.

— Сай, ты — умная дура, — я окончательно уверился в том, что напиться-таки надо, но в одиночестве.

— Я знаю. Мне тот самый Мол это говорил. И не надо мне тут опять заводиться! — прикрикнула на меня Саишша, заметив как я скривился, — Я тебе что сказала? С ним у меня нет, не было и не будет.

— А почему ты его золотым называешь? — я решил отвлечься и выяснить волнующий меня вопрос.

— Потому что он из клана Хранителей, а у них у всех чешуя поголовно золотая. Но Мол — это что-то! Ну? Успокоился насчет него?

— Нет, — честно ответил я, любуясь… да что там говорить, только Саишшей я теперь и любуюсь.

— А напиться я тебя таки заставлю, — мрачно вынесла мне свой вердикт Сай, — Быстро иди мыться и донеси до ребят крамольную мысль о том, что подслушивать нехорошо. И еще, чуть не забыла! — воскликнула она, когда я уже поднимался на ноги, — Я твою рубашку конфискую. Ты не расстроишься? — она состроила просительную рожицу.

— Да хоть все забирай! — я рассмеялся. Подумать только, какая мелочь может поднять настроение из бездны до неба! Это я про то, что Сай решила и дальше в моей одежде ходить.

К ребятам я возвращался улыбающийся до ушей. Быстро просветив их о «крамольной мысли», я долго смывал с себя грязь и подсохшую жижу из болота, которая покрывала меня ну буквально всего. Как мало нужно для счастья!..

— Вы помирились? — как бы невзначай поинтересовался у меня Норд.

— Мы и не ссорились, — хмыкнул я, жалея о том, что нельзя содрать с себя кожу, постирать, высушить и одеть обратно.

— Да ну? — наигранно удивился Люц.

— Какая там у нас крамольная мысля? — насмешливо напомнил им я.

— Э-э-э… Живите счастливо и дружно! Вот! — нашелся Найт. Я поперхнулся — очень уж это было похоже на благословение. Свадебное. Н-да…

— Да ну вас! — заявил я, взбираясь по довольно крутому берегу реки. Видимо, эта река обмелела, и оставила после себя почти отвесные края русла. Хорошо еще, что обрыв невысокий — мне по пояс.

Когда возвращался — украдкой сорвал цветочек. Синенький такой, на длинной ножке. С одним бутоном, но симпатичный. И пахнул хорошо. Саишша уже была в пещере и возмущенно шипела что-то на своем языке.

— Чего ругаешься? — поинтересовался я, входя в схрон. Как ни странно, но быстрее всех окончил помывку именно я, так что ребята еще не подошли.

— Сим, вот скажи: насколько это надо стремиться услышать, о чем мы с Азуром говорили, чтобы скинуть бутылочки с зельями под остальные сумки, а?!

— Эм-м-м… — я почесал затылок. Стало немножко стыдно, — Вот! — аккуратно заправил растение, которое держал в руках, в воротник рубашки Сай.

— О! Это мне? Правда? Спасибо! — обрадовалась она.

— Да тебе, конечно, стал бы я другой цветы носить, — развел руками я.

— Значит, не стал бы, — прищурилась она. Мне кажется, или ей тоже чувство ревности не чуждо?

— Не-а, — я ухмыльнулся, — Так что там с зельями? — перевел на более безопасную тему разговор я.

— Да вот, вы так спешили, так спешили, — Сай демонстративно показала на груду сумок в середине пещеры, — что свалили самые хрупкие предметы вниз. А самые хрупкие у нас скляночки с разными жидкостями…

— Понял, осознал, извиняюсь, — мгновенно понял я, что от меня требуется. Дальше я попросту перетаскал все сумки к стене, разложив в красивый ряд. В благодарность мне улыбнулись и ласково попросили разжечь костер. А я что, мне нетрудно, тем более что Саишша сама определила это мне в обязанности.

Появившихся ребят Сай отправила на охоту, оставив лишь Тимку. Выдала каждому по паре ножей и наказала без добычи не возвращаться. Тимку она отправила за водой к реке. Мы снова остались одни.

— А теперь, Сим, подойди-ка сюда, — Сай достала из своей сумки магическое стило и спрятала его за спину. А то я этого не видел!

— Зачем? — лукаво осведомился я, медленно отходя вглубь схрона.

— Будем из тебя настоящего льен-до делать! — весело заявили мне, — Раз ты ревнуешь, то я позабочусь о том, чтобы у тебя не было повода!

— Не понял, — я отступил еще на пару шагов.

— Да это не больно, — заверила меня шасса, — Я просто тебе нарисую символ того, что ты, грубо говоря, занят. А потом и себе. И все.

— Точно? — я сомневался. Паранойя подняла голову, во весь голос заявляя о том, что Саишша подозрительно упорно стремится нарисовать мне эту руну.

— Да точно! — возмутилась Сай, — Я вообще могу первая начать! — в подтверждение своих слов Саишша оттянула воротник и начертила под ключичной ямкой незнакомую мне руну. Мой взгляд прочно прикипел к открывшейся территории.

— Сим. Си-им… Понятно, разговаривать не с кем, — констатировала Саишша, застегивая рубашку наглухо. Я чуть не взвыл от разочарования, — Твоя очередь.

— Что… что нужно делать? — я запнулся, так как натолкнулся на ехидный взгляд Саишшы. И не удивлюсь, если она это специально подстроила! Но вот было в глубине ее взгляда что-то такое… наверное, польщенность женщины, которой сделали комплимент насчет ее внешности.

— Ничего, только расстегни рубашку, — она мягко скользнула ближе, оказавшись вплотную ко мне. Я ограничился только несколькими верхними пуговицами, а то мало ли — вернутся наши, что подумают? Вот то-то же.

— Спасибо… — пробормотала Сай, сосредоточенно вычерчивая мне между верхних грудных мышц такой же символ, как и у себя. Ее дыхание было теплым, не более, но лично мне казалось, что оно обжигало. А Саишша еще и провела пальцем по одному из шрамов, который остался у меня после подвалов инквизиции…

Плохо осознавая, что делаю, наклонился вперед и коснулся губ Сай. Она удивленно вскинула брови. Приобняв ее за плечи, попытался еще раз. На этот раз мне ответили, и через минуту я забыл обо всем постороннем. Мы самозабвенно целовались, оставив «бренный мир» в покое.

Сай обвила руками мою шею, вспыхнув зеленым пламенем. Оно перекинулось на меня, ярко освещая полумрак пещеры. Я чуть прикусил губу Сай, тут же зализывая небольшую ранку. Шасса недовольно поморщилась и сразу же перешла в решительное наступление. Я не уступал позиций…

Сердца — у меня их три, как у дроу, — стучали так, что казалось, что им мало место в грудной клетке, и они решили вырваться наружу. Кровь гулко бухала в висках, по телу пробежали мурашки от ласкового тепла огня…

— О-о-о! У-у-у! Э-э-э… — раздалось от входа. Да что это такое?! Нас уже второй раз прерывают!

— ВОН!!! — заорал я, не сдержавшись. Сай испуганно отшатнулась и дернулась было вслед за пробкой вылетевшего из пещеры Тимки, но я удержал ее за руку.

— Стоять! — скомандовал я. Она послушно замерла, раздраженно фыркнув:

— Не надо командовать, — но ведь все-таки осталась! Я притянул ее к себе:

— У меня к тебе есть вопрос.

— Я уже научилась бояться, когда кто-то спрашивает у меня позволения задать вопрос, — хмыкнула та, — Но для тебя я сделаю исключение. Спрашивай.

— Уже два вопроса, — я ухмыльнулся.

— Спраш-шивай! А то передумаю! — зашипели на меня, обвивая хвостом мои ноги. Ого, какая она, когда злится… красиво. Примерно как тайфун вблизи. Или ураган. Зеленый и чешуйчатый, ага…

— Первое: что такое льен-до? Второй: почему для меня ты делаешь исключение?

— На первый вопрос я отказываюсь отвечать! — скуксилась Сай, — Скажем так… Теперь ты лишен другого женского внимания, кроме моего. Если конечно, та особа, которая осмелиться тебя увести, не знает законов. Наших. Что касается второго… Исключение, потому что льен-до входит во Внутренний круг, так что ему позволяется больше Внешнего. Гордись, кроме тебя там только тот самый Мол, — она хмыкнула. Меня, если честно, это заявление повергло в шок.

— Каким образом будет действовать эта руна? — я ткнул пальцем в свой непонятно почему почерневший затейливый знак, который у самой Саишшы оставался серебристым и почти сливался с кожей. Почти, но не совсем: даже случайный взгляд мистическим образом обязательно цеплялся за руну, так что не увидеть ее было проблематично. И что-то мне подсказывало, что с моей отметиной будет то же самое, даже если я замаскирую ее под цвет кожи.

Тут взгляд Сай проследил за моим пальцем и пещеру огласил ее вопль:

— Он черный? Он черный?! — она явно была в шоке. Я осторожно полюбопытствовал:

— Ну да, а что?

— Да, в принципе, ничего, — неожиданно мирным и совершенно спокойным тоном ответила шасса, — Если не считать того, что я это предсказала там, на полянке. А так все вполне мирно и спокойно!!!

Мне кажется или у нее истерика? Боги, только не это!!! Я взял ее за подбородок, вынудив посмотреть на меня.

— Сай, успокойся. Какая разница, что ты там предсказала? Это не вредит, и ладно. Меня лично все устраивает, хоть эта руна желтой, синей, или вообще красной в полосочку станет — мне все равно, — ее взгляд стал серьезным, она смотрела на меня, не отрываясь. Не то чтобы мне было неприятно, но это вызывало определенное волнение.

— Да успокоилась я, успокоилась, — она улыбнулась, — Спасибо, что предотвратил срыв. Просто много всего навалилось, откат пошел и…

— Да понял я, — я тоже улыбнулся, — Пошли лучше наружу, а то Тимка наверняка весь извелся там, все думает, о чем мы тут так долго делаем!

Саишша

— Да ну тебя! — притворно обиделась я, — Пошли погуляем лучше? Пока наши не вернулись, а то ведь покоя не дадут!

— А давай! — легко согласился… мой парень, наверное. Я ведь не соврала ему, когда сказала, что собираюсь лишить его повода ревновать. Любимый… А что? Пусть будет, льен-до в хозяйстве вещь нужная! Иронизирую, конечно, но в каждой шутке…

И самое страшное, что у Сима знак льен-до стал черным! Черным!!! Это значит, что он — темная сущность. И мне как раз таки вспомнилось, что я нагадала себе брак с кем? Правильно, с кем-то темным. А теперь прикинем: каковы шансы, что я выйду замуж за Сима? А впрочем… почему бы и нет, в конце концов?!

Но я не хочу!!! Не конкретно за Сима, я вообще не хочу выходить замуж! Рано еще, во-первых; а во вторых: я не хочу!

Тем более что предложение он мне пока не делает и делать не собирается. Так что подождем и потом думать будем. Главное — в обморок не упасть…

Гулять мы пошли к реке. Ничего не говорили, а просто молчали. Оказывается, с Симом можно и просто молчать, не выдумывая очередную тему для разговора. Привалившись к нему, я размышляла на тему того, чем мы будем заниматься там, в Темной Империи. Радужные мечты, короче… По иронии судьбы, заниматься мы будем вот чем угодно, но только не тем, чем хотим.

Лично я хотела бы открыть маленький магазин выпечки. А что? И не смейтесь, не «контору некроманта» же мне открывать! А делать редкие снадобья слишком затратно. Ингредиенты слишком дорогие. Нет, вот потом — потом да, когда поднакопим немного денежек…

Я-то не сомневаюсь, что Мол выдаст любую сумму по первой моей просьбе, но вот только… не по мне это — сидеть у кого-то на шее. Если захочет помочь руками — починить там чего, намагичить — пожалуйста. А вот взять деньгами… Да еще просто так! Это уже наглость и спиногрызство. Так что подниматься будем сами.

Еще одна проблема — подобрать ребятам оружие. Даже тренировочный саи'шесс можно только передарить или унаследовать. Нет, подарить-то я им их подарю, проблема в том, подойдет ли им вообще это оружие? Все-таки мы изобретали его под себя. Вот что называется: язык вперед хвоста ползет.

Тут мне пришла в голову мысль: а когда у ребят дни рождения? Вот на них и подарю, а то без повода как-то не хорошо.

— О чем думаешь? — лениво осведомился у меня Сим, щурясь на летнем солнышке. Госпожа, а ведь уже через полторы недели конец лета! Вот быстро время-то пролетело! Скоро осень, а это…

Это дожди и слякоть, холодная пора, когда всех шасс клонит в сон — атавизм, доставшийся нам от саарэй. Они ведь змеи, а значит, впадают в спячку. Вот и нам передалось. Не до таких катастрофических последствий, как спячка, но все же… Госпожа… «Что такое невезет, и как с этим бороться?»

— О тебе, — чуть слукавила я.

— И что ты обо мне думаешь? — напрягся тот.

— Когда у тебя день рождения? — задала я волнующий меня вопрос.

— Прости… что? — недоверчиво переспросил у меня паладин.

— Ну, когда ты родился?

— Не знаю… А зачем тебе? — растерянно ответил Сим.

— Хочу подарок сделать, — авторитетно заявила я, перевернувшись на спину и подставляя живот солнышку. Ну люблю я загорать, так все шассы любят!

— А что это такое?

— Сим, ты чего? — я аж на локтях приподнялась от удивления, — Ты шутишь, что ли?

— Нет, я действительно не знаю значения этого слова, — немного раздраженно повторил паладин.

— Ну… как бы тебе объяснить-то… — я задумалась, — Вот смотри: подарок, это вещь, которую ты отдаешь другому, чтобы ему было приятно.

— А вещь не нужная? — уточнил Сим.

— Нет, хотя некоторые так поступают — в смысле, передаривают ненужные вещи. Подарок вообще нужен, чтобы сделать приятное другому ша… существу. Подарки дарят на праздники, Новый год и обязательно на день рождения.

— Всем дарят?

— Нет, только близким, — терпеливо продолжила разъяснять я, — Понимаешь, близких стараются обрадовать, и дарят что-нибудь нужное им, или что-то в этом роде. А просто знакомым или сотрудникам вовсе не обязательно дарить нужные вещи. Можно подарить приятную мелочь, просто как знак внимания.

— А зачем тогда дарить, если вещь не нужная? — упорно не понимал очевидного Сим.

— Ну, подарок — это же знак внимания! — не сдержалась я.

— Хорошо-хорошо! — примирительно поднял вверх ладони Сим, — А что дарят?

— Ну, мужчинам — курительные смеси, хороший алкоголь, оружие, и по интересам. Женщинам дарят украшения, сладости, цветы, много чего еще… — я вздохнула. Лично у меня день рождения уже прошел, помните, когда я линяла фактически в канализации?

— А у тебя когда?

— Третьего июля, — неохотно ответила я. Нет, ну а что хорошего? Холодно, снег идет, солнца мало, все время пасмурно. То ли дело летом…

— А я знаю, кто может сказать тебе дату моего рождения, — наигранно небрежно обронил Сим.

— И кто же? — заинтересовалась я.

— Найт, — Сим полюбовался моей вытянувшейся физиономией, — Прежде чем отдать нас под его начало, ему представили документы на изучение. Чтобы знал, кого как натаскивать. И вот в этих документах вероятно была и дата рождения.

— Ну-у-у… Ты ж его знаешь! Это же сводня та еще! — я немного огорчилась, но тут же воспряла духом, вспомнив о том, что можно подсыпать одну травку… Да, знаю, нечестно, но действенно! Действие этой любопытной травы заключается в том, что следующие десять минут выпившего ее существа просто выпадут у того из памяти. Ни вкуса, ни запаха, и даже не окрашивает жидкость — ну не чудо ли?

— О, как глазки-то заблестели! — ухмыльнулся Сим, — Я так понимаю, что план потери памяти уже разработан и одобрен? — я лишь скромно опустила очи долу. Ну как сказать…

— Только когда узнаешь, мне скажи, ладно? — попросил Сим, — Мне тоже стало интересно.

— Естественно, — я покивала и опять улеглась на травку, прижмурив глаза на солнце. Сим устроился рядов, закинув руки за голову и задумчиво покусывая кончик тут же сорванной травинки. Интересно, а о чем он думает?..

Через полчаса принятия солнечных ванн я почти уснула, но тут… появился Люц! С шумом, громко хрустя ветками, так что не услышать его мог только глухой. Мне интересно, это такой способ самовыражения? Или это просто тараканы у него в голове дискотеку устроили? И почему мне кажется, что верен второй вариант?..

— Люц, ты не мог еще на полчасика задержаться? — лениво поинтересовалась я.

— А с чего бы это? — весело поинтересовался тот, наклоняясь над нами.

— Во-первых: разогнись. Свет заслоняешь. Во вторых: я бы еще позагорала. В третьих: ты чего такой веселый? Вы уже поохотились?

— Да, Найт поймал оленя и на собственном горбу пер его аж до самого схрона, гордо отказавшись от помощи.

— А ты в это время что делал? — поинтересовался Сим, собственническим жестом приобнимая меня за талию. Он уже сел, оказывается. А я и не заметила…

— А я собирал грибы и коренья, чтобы сделать суп! — заявил Люц.

— Ладно, трудяжка ты наш, — я хихикнула, — Если ты еще не перетрудился, то сообщи нашим, что мы собираем семейный совет. Есть новости.

— Уже семейный? — удивился тот.

— Семейным он стал в тот момент, когда я явилась за вами на поляну, — я поморщилась, так как левая половина груди вновь заныла.

— Сай, ты чего? — заволновался Сим.

— Да нормально все, — я улыбнулась ему. Приятно, когда о тебе кто-то заботится.

— Ну, я пошел — передам радостную весть остальным. А вы, если не хотите, чтобы без вас все съели, поторопитесь, — предупредил нас Люц и удалился.

— Ну что? — поинтересовалась я у Сима через десять минут задумчивого молчания, — Пошли есть?

Сим

Вернувшись в схрон, мы как раз попали под раздачу. Но не наказаний, а еды: Люц на пару с Нордом приготовили роскошный обед, состоящий из грибного супа, «шашлыка» — так называл как-то по особенному жареное мясо Норд, листьев салата и щавеля на закуску. Сай оглядела это великолепие, и решила, что без «чего-нибудь крепкого не обойтись». И гордо удалилась минут на двадцать с некоторыми из бутылочек, которые она тщательно отбирала, поминутно вздыхая и что-то бормоча себе под нос.

Появилась она, торжественно неся на вытянутых руках трехлитровую запотевшую банку с чем-то мутным внутри. Сопровождала ее миловидная девушка с почти прозрачной кожей, которая несла пять стаканов.

— Ребята, живем! — Сай легонько встряхнула банкой. Кажется, я догадываюсь, что внутри… — Я достала алкоголь! Честь мне и хвала, как говорится! Держите, и стаканы возьмите, — она передала бутылку Найту, а девушка молча поставила стаканы на землю и тихо удалилась.

— Разливайте, — махнула рукой шасса.

— Кто это такая? — спросил Норд, разливая по стаканам самогон — а то, что это именно он, я не сомневался. Вопрос в том, не рано ли начинать Сай и откуда она его достала?

— Русалка, — отмахнулась Сай, — Ну, поздравляю вас с тем, что мы пересекли Гиблые Болота и остались живы! — мы выпили. Ух, крепкий какой!

— Хорошо пошла! — крякнул Найт.

— А почему стаканов пять? Я тоже хочу! — возмутился Тимка.

— Мелким слова не давали, — важно подняла указательный палец Сай, — Ты еще слишком мал, чтобы самогон хлестать, тебе и пиво-то еще рано пить!

— Мне двадцать! — возмутился тот.

— При продолжительности жизни в несколько сотен лет эти твои несчастные двадцать лет как-то теряются, ты не находишь? — съехидничала Сай.

— Между первой и второй промежуток небольшой, — намекнул Норд.

— Итак, второй тост, — она приподнялась на хвосте, видимо для большей значимости, — Ребята! Мы живы! И ето прекрасно!!! Так давайте выпьем за это!

— Хороший тост, — оценил Найт, — А, главное, какой жизнеутверждающий!

— Вот именно! — поддержал его Люц.

— Итак, у меня есть для вас несколько новостей и судьбоносных решений! — оповестила нас шасса, доливая себе стакан. Да куда ей еще, мне интересно?

— Во-первых, нам есть куда идти! Вы слышали, жить будем в доме. Мало того, так он находится на месте источника! — она прервалась, чтобы перевести дыхание и глотнуть еще алкоголя, — Второе! Есть, ик, два варианта пути, — так, ей точно хватит! — Либо м-мы отлеживаемся здесь и только дня через два идем в мой к-клан, либо… мы идем сейчас!

— Сейчас?! — хором изумились мы.

— Н-ну да, а что? Вот отоспимся после попойки, так и тронемся в путь. Между второй и третьей промежуток еще меньше, так что выпьем за то, чтобы впереди все было хорошо! — Тимка осторожно пробирался к выходу. В голове у меня слегка гудело. Создатель, похоже, она не шутила насчет «выпить»!

— И еще я решила ввести вас в свой клан, — неожиданно совершенно трезвым тоном сообщила Саишша. Я поперхнулся, Найт и Люц тоже выпучили глаза, — Если вы, конечно, согласны, — уточнила, оказывается, совершенно трезвая шасса.

— Мы согласны, — возможно, излишне поспешно сказал Найт. Это просто неслыханно!.. В хорошем смысле, конечно.

Дело в том, что мы безродные, фактически. Это мешает жить всегда, а не только в Светлой Империи. Безродные не могут получить настоящую, стоящую работу, не обладают почти никакими правами свободного гражданина, и не имеют поддержки рода. Ну, как сказать рода — семьи. Безродные — самый низший слой общества.

А вот если Саишша введет нас в свой род… Мало того, что мы получим возможность полноценно жить, так еще и аристократами становимся! Вот мы и перевариваем эту новость… Потихоньку, полегонечку, по кусочкам… По очень маленьким кусочкам!

— Ну и клятву, естественно, я сниму. Так что вы свободные граждане Темной Империи, и разрешите мне поздравить вас с этим! — тут сеть, которая была накинута на мою ауру все это время, потихоньку стала растворяться, и через минуту она совсем исчезла.

Я впал в прострацию. Даже дышать стало легче… Вот она, свобода! Мечта каждого паладина.

— Но… как?! — изумленно выдохнул Люц.

— Ну… я же неспроста использовала именно Ведьмину клятву, — пожала плечами Сай, — Она снимается без ритуалов, только по слову. И, как это называется, «проверку на вшивость» вы прошли… но впереди еще главное испытание — мой стервозный настоящий характер! — последнюю часть фразы Сай провыла замогильным голосом.

— Стервозный? — уточнил я, обнимая Сай и утыкаясь носом в ее макушку.

— Именно, — подтвердила та, уже вновь пьяным тоном, — Вы согласны, что надо напиться?

— Еще бы… — все еще находясь в ступоре, подтвердил Люц.

— Итак, за ваше вступление в клан! — вновь подняла бокал Сай.

— Что — вот так просто? — не поверил я.

— Ну, формально нет. Формально нужно провести полный ритуал, нанести руны, потом посвящение в религию, потом еще много чего… Но фактически — вы уже тер Сишш, — Сай положила голову мне на плечо. Я залпом выпил свой стакан и еще крепче обнял ее.

Дальше мы пили, пили и еще раз пили… Ну и напились в стельку. Дольше всех продержались как раз мы, но первым свалился Норд. Говорил же я, что он еще пить не умеет!

Проснулся я с похмельем. Как и ожидалось… Вот почему те, кто нас… создает, скажем так, не предусмотрели того, чтобы на нас не действовал алкоголь? Да мне вчера не было так хорошо, как плохо сейчас!

Рядом шевельнулась Сай. Оказывается, я ее обнял одной рукой, а она устроила голову на моем плече. В моей черепушке роились смутные воспоминания прошедшего дня. Я чуть повернул голову, тут же застонав от боли в голове. Было такое ощущение, что в голове взорвали кучу файерболов. Создатель, вроде и выпили немного, но такое ощущение, что все десять бутылок!

— Я жива? Если да, то, сделайте милость, добейте! — голосом курильщика с многолетним стажем попросила шасса.

— Не-э-эт, лежи и мучайся — это твоя идея была! — раздался голос Норда.

— Я так понимаю, что переселение в клан откладывается? — уточнил я. Наша регенерация всегда готова, как говорится. Только я пришел в себя, как она начала работать и устранять последствия перепоя. Так что мое состояние стремительно улучшалось. Вот нельзя это было сделать, когда я спал?

— Вам это очень надо? — с плохо скрываемой надеждой на то, что я откажусь, прошептала Сай.

— Очень, — я выдержал паузу, — Но лично я могу подождать.

— О-о-о… Хорошо, что я только одну бутылку выменяла, а не как в прошлый раз, — простонала шасса.

— А что было в прошлый раз? — заинтересовался я. Вместо ответа мне показали растопыренную пятерню. Я присвистнул:

— ПЯТЬ бутылок?! Как я тебе сочувствую в тот момент, — как можно столько выпить? Нет, мужчина, может, и выпьет. Но женщина?!

— Вы тут живы? — полюбопытствовал Найт, то есть его голова, которую он просунул в проем пещеры.

— Я — да, они — нет, — я кивнул на Норда, который пытался просто хотя бы открыть глаза и на Сай, которая пыталась собрать себя по частям и хотя бы сесть. Наконец ей это удалось, правда, с моей поддержкой. Найт заинтересованно за этим наблюдал. Лично я уже был в полном порядке, только голова чуть побаливала.

— Ну прям как после Нового года в клане Линь! — прошипела Сай, хватаясь за голову. Заметив мой вопросительный взгляд, она пояснила:

— Понимаешь, нам хвост прищемило. Мы же все такие взрослые, вот и напились. А потом дружно доказывали Учителю, что мы, дескать, совершенно трезвые, а помятые и глазки в кучки — или наоборот, в разные стороны, у кого как, — потому что все, разом, синхронно, заснули над книгами в библиотеке! — в голосе ее звучала досада — мол, можно было бы что-нибудь поправдоподобнее соврать. Я расхохотался.

— Потише… — скривилась Сай, — И потом, вот чего ты ржешь? А на моем месте оказаться не хочешь?!

— Нет, мне и на своем хорошо, — насмешливо отказался я, затем поднялся на ноги:

— Я умываться, а ты сиди здесь и приходи в себя.

Она чуть подвинулась и невинно поинтересовалась:

— Точно здесь? Или, может, еще куда-нибудь подвинуться?

— Точно тут, вот прямо на этом месте, — я указал пальцем на то место, где она сидела, и вышел из пещеры.

Саишша

Проснулась я с небольшим — по сравнению с предыдущим, конечно же — похмельем, которое довольно быстро ликвидировала. Я ребятам не сказала, но на самом деле я выменяла у водяного не одну бутылку самогона, а две — маленькую и большую. И вот как раз маленькую мы по-братски разделили с Нордом, полностью излечившись «чудодейственным эликсиром».

За «лечением» Норд задал мне очень щекотливую просьбу. Начал он издалека:

— Скажи, Саишша, а ты можешь выполнить мою небольшую… просьбу?

— Смотря какую, — уклонилась от прямого ответа я, уже догадываясь, что он хочет попросить.

— Начнем издалека… У меня с родственниками случился, скажем так, конфликт.

— И что же это был за конфликт, если ты решил в первый попавшийся род войти? — иронично приподняла бровь я.

— Ну, ты же умная, сама догадаешься, — опустился до уровня грубой лести Норд.

— А я вот поглупела с похмелья, — ехидно ухмыльнулась я. И только попробуй что-нибудь возразить — это уже неприкрытая лесть будет. Мало того, так при определенных усилиях с моей стороны и его заявление об уме за оскорбление сойдет — мол, разве корректно с его стороны думать, что я поведусь на это?

— Ну хорошо, давай на чистоту, — раздраженно рявкнул Норд, — У меня большие проблемы на родине, мне нужно сбежать, а лучше вообще поменять имя и род, чтобы не давили тем, что я наследник и должен думать о благе семьи! Достали уже!!! — не сдержался наар.

Ну, тут все ясно. Скорее всего, пытаются женить на какой-нибудь престарелой, но богатой или влиятельной матроне. Или еще что в таком же роде.

Теперь о его просьбе. Мне это, как ни крути, не выгодно, но… Но. Он уже в моем Внешнем круге, так почему бы ему не стать еще и моим подданным?

— Хорошо, я приму тебя, но тебе придется рассказать мне о том, чем мне это может грозить в будущем. Ну и еще обучение этикету и истории, но это и на паладинов распространяется.

— Ты просто не представляешь, как я тебе благодарен! — горячо заверил меня Норд.

— Другой вопрос в том, сколько времени это обучение займет… — я не была настолько оптимистична. Когда надо, я могу быть реалисткой, но оптимисткой мне больше нравится, — Ведь когда я попаду в Темную Империю, мне наверняка придется сделать несколько выходов в свет, чтобы с меня сняли показания о гибели многих Линь. А немногие выжившие Сишшы наверняка все либо в Тайси'эн'Свараш'шессе, либо в Империи. Так что свита моя будет состоять из вас, — я ехидно хмыкнула. «Куда ты скатилась?» — спросила бы меня мамочка. Риторический вопрос. Хорошо хоть языку необязательно принимаемых членов клана учить.

И ведь раньше даже в самом страшном сне не могла себе такого представить, чтобы принять себе в клан несколько паладинов и наара. Да что там, я вообще не думала, что когда-нибудь буду управлять кланом! А оно вон как повернулось… И ведь я никаких отрицательных эмоций от этого не испытываю, что странно.

Выползла из схрона я уже свеженькая и бодренькая. Парни — паладины и Тимка — удивленно покосились на нас с Нордом, но ничего не сказали. Это хорошо, эт правильно… А то получили бы. Н-да.

Забрав сумку, ушла на речку. Затем долго — часа три — принимала… ну, бассейном, или на худой конец ванной это не назовешь, так что принимала я душ. Натерлась всем, что только у меня есть, не особо разбирая, что для чего. Есть у меня такая нехорошая привычка: выливать все имеющиеся в моем распоряжении гели, шампуни и т. д. на себя за один раз и в больших количествах.

Где-то в конце помывки полураскрытыми гребнями уловила слабое присутствие. Едва удержалась, чтобы не замереть, прислушиваясь, но вместо этого нырнула и уже на дне, раскрыв жабры, просканировала местность. Ага-а, кто это тут у нас? Сим…

Нет, ему просто смотреть нравится, или его ребята послали? Мне почему-то кажется, что все вместе.

Под водой подплыла к тому месту, где он затаился, и резко выпрыгнула из воды. Он аж вскрикнул от удивления, тем самым выдав свое местоположение. О, стихами заговорила! Может, мне поэтессой стать? Шучу-шучу… Свет не выдержит моих стихов.

— Ты что здесь делаешь? — прошипела я ему в лицо. Он, оказывается, лежал на животе и даже особо не скрывался. Убью!!!

— Подсматривал, не украдет ли тебя кто? — нагло ухмыльнулся он.

— Убью!!! — таки сорвалась я, хватая его за горло. Ну, то есть, я попыталась его схватить — он не дал мне этого сделать, опрокинув на спину и придавив своим телом. Позиция более чем интимная, но я не придала этому значения.

— У тебя с-совести нет?! Ты что твориш-ш-шь?! Нравственной цензы на тебя нет, так я ее тебе обеспечу!!! — орала я, пытаясь хлестнуть по нему хвостом. Сделать это было не так просто, так как он вертелся, как шасс под камнепадом, и попадала я либо по себе, либо по земле.

Сим

Глупой была идея подсмотреть за Сай, но… я понял это только сейчас. Вот как-то не принял я в расчет то, что ей это может не понравится. Да что там, я вообще не ожидал, что она меня заметит.

Теперь же я не мог оторвать взгляд от прелестей Саишшы, непонятно как умудряясь уворачиваться от ее хвоста. Почувствовав, что еще немного — и я непременно опозорюсь, я скатился с шипящей шассы и стрелой метнулся по направлению к реке:

— Демон! — только оказавшись в довольно прохладной воде я смог успокоить взбудораженное воображение. Сай ехидно скалилась с берега, видимо, прекрасно понимая, что мучает меня сейчас. Мне было стыдно… что так глупо попался. А одеться Саишша и не подумала!..

— Вот! — нравоучительно подняла палец кверху шасса, — Вот к чему приводит несанкционированное наблюдение за купающимися шассами.

— Оденься! — прошипел я, мучительно краснея.

— Вот еще! — передернула плечами Сай, — Мне и так хорошо! А ты учись. Адекватно реагировать на отсутствие у меня одежды.

— Я выхожу, — предупредил ее я. Саишша разлеглась на теплой травке… на спине!!! Греется она, ну да, конечно…

— Предупреждаю тебя, чтобы не было недоразумений: Молу можно находится при моем переодевании.

— Больше нельзя, — отрезал я. Вот прям я ему это позволю, как же, ждите! Только я имею право. И не ревнуем, не ревнуем, я сказал!!!

— Только ты сам ему это скажи, ладно? — попросила меня Сай, щелчком пальцев создавая заклинание сушки и направляя поток теплого ветра в мою сторону. Я благодарно улыбнулся, присаживаясь рядышком с ней. Тем не менее, сдерживаться было трудно, взгляд мой метался с лица шассы… ну, пониже.

Та хмыкнула, заметив мои мучения и красное лицо и таки надела рубашку, но не застегивая ее. Я мученически закатил глаза и собственноручно застегнул каждую пуговку, читая нотацию о том, что стыд тоже надо иметь, и вообще — хоть какие-то приличия должны соблюдаться!

На это мне резонно ответили, что я и так все видел, так что чего скрывать-то? Я заметил, что это негативно отражается на моем психическом здоровье. И вообще, пусть лучше раздевается в одиночестве, чем наедине со мной. Меня заверили, что, дескать, я совсем не страшный, и могут специально переодеваться только в моем присутствии, если очень хочется.

Я согласился. Нет, ну а что?! Буду любоваться… Может, картину напишу. Повешу в спальне, нет, лучше уберу подальше — чтобы никто случайно не увидел, — потом буду доставать и, опять же, любоваться.

— Так ты по какому вопросу пришел: посланец ли ты наших тер Сишш и Властелинов, али по прихоти своей, красаве ц?

— Я посланец по прихоти своей, — скомбинировал я.

— Я так и думала. Что случилось? Пожар, потоп, или, может, солнце выглянуло?

— При чем тут солнце? — не понял я.

— А-а, не бери в голову, — отмахнулась Сай.

— Нет, ты расскажи! — вцепился я в нее, как клещ.

— Ну, надоел мне как-то Мол со своими мелкими происшествиями — он же не знал еще нашу лабораторию. То реактивы перепутает, то уронит что, то не знает, где рычаги от перегонного аппарата находятся… А дело было зимой, когда солнца мало. А мы любим погреться на солнышке, так что в солнечные дни наверху настоящее столпотворение. Догадываешься, что я сказала, когда он меня в очередной раз дернул?

— Прозрачный намек, — я ласково провел пальцем по височному гребню. Я давно заметил, что если ее тронуть за гребни или кожу вокруг них, то она слишком бурно реагирует — вертится, шипит. Но если потихоньку…

Сай зажмурилась от удовольствия, потеревшись щекой о мою ладонь. Ну чисто кошка, какая тут змея!

— Откуда ты знаешь?

— Что знаю?

— Что височные гребни — то же самое, что кончики ушей у дху[38] и прочих остроухих. Очень чувствительны.

— Ни откуда. Просто заметил.

— Какой ты наблюдательный! — умилилась Саишша, — Так чего ребятам надо?

— Они просят узнать, чего ты так задержалась и, цитирую: «Она там утопиться решила, что ли?! Где ее носит?!»

— Н-да… Я так понимаю, они еще много чего сказали? Понимаю и сочувствую, — она понимающе покивала, затем резко вскочила, — Что сидишь, пошли. Как говорится, вперед и с ма… извиняюсь, песней.

Что-то шипя себе под нос, она направилась обратно, забыв свои реактивы — или что там она в процессе купания на себя лила. Я вздохнул, заметив, что эти пузырьки пусты, поднялся и пошел за Сай. Что ж ты делаешь со мной, шасса?..

* * *

Мы шли уже два часа, и, по заверениям Саишшы, осталось совсем не много. Последние полтора часа мы медленно, но неуклонно поднимались в гору. Деревьев было мало, больше кустарничков, а кое-где и вообще только пожухлая трава. Солнце палило так, что мне на ум пришли рассказы о пустыне Сахи, которые я слышал от Найта. Сейчас конец лета, откуда такая жара?!

Местность сменилась на откровенно горную, и теперь мы шли — а, точнее, переползали, — с уступа на уступ. Это было похоже, будто какой-то огромный великан вырубил в горе ступени, самая низкая из которых была мне по пояс. На самые высокие приходилось забираться с помощью шассы, которая затягивала наверх наши вещи, а потом и нас. На вопрос, нет ли дороги поудобней, на нас возмущенно посмотрели и ответили, что: «Дорога есть, но удобна она только для нас! И потом, нам невыгодно делать удобную для людей дорогу!» Мы потупились, поняв, насколько бестактно прозвучал вопрос.

Через полчаса, поднявшись на очередной уступ, я заметил, что с землей что-то не то. Я осмотрелся, ненадолго подняв голову от земли. Удивленно присвистнул, привлекая внимание остальных.

— Саишша, что здесь произошло? — тихо спросил Найт.

— Неважно… — Саишша нахмурилась и кончики ее губ слегка опустились вниз. Однако она таки соизволила ответить:

— Я разбушевалась.

Я вскрикнул. И было от чего: местность, по которой нам дальше предстояло идти, была похожа на вулкан после извержения. Земля и камень спеклись вместе, образовав гладкую антрацитового цвета кору, скользкую, как лед. То и дело попадались вздувшиеся пузыри из камня. Я содрогнулся — что же здесь было, что смогло расплавить камень, а уж тем более образовать подобный «ландшафт»! В некоторых местах поверхность камня была похожа на внезапно застывшее ведро кипящей воды — застывшее мгновенно, меньше, чем за секунду. В других местах камень был черным и гладким, а на одном из уступов сверху обычного камня был толстый прозрачный и будто бы стеклянный слой. Норд постучал каблуком — глубоко поцарапал. Саишша оглянулась и увидела, чем вызвана остановка. Она бросила:

— Раньше этот уступ был засыпан песком. Теперь, как видите, он залит чистым стеклом. Оно очень хрупкое, поэтому ты и смог его поцарапать, Норд.

Насколько я знаю, чтобы сделать из песка текло — требуется огромная температура, как в горне или в кузне. Что же здесь произошло? Спустя несколько метров Люц, шедший впереди всех, вскрикнул от ужаса. Мы подошли поближе — никого в пределах видимости нет, так что можно не спешить. Однако и нас потрясло то зрелище, которое открылось нам.

Слой стекла был и здесь, но прямо мне в лицо из под этой толщи скалился вмурованный туда череп. О нет, не только череп! Весь скелет, лежавший в такой позе, как будто он так испугался увиденного, что отшатнулся и упал навзничь. Теперь он навечно покоился в этой жуткой могиле.

Мы прошли дальше. Нам попалось еще несколько скелетов, все они были в одинаковых позах: или на спине, с открытыми челюстями, безмолвно крича от ужаса, или на животе, тянувшие руки в последней попытке убежать или хотя бы отползти подальше от чего-то. Я не мог поверить, что это именно Сай так испугались эти несчастные.

Саишша виднелась впереди: она стояла и разглядывала еще один скелет. Подойдя ближе, я понял, что эти кости принадлежат шассу, точнее, маленькому змеелюду. В груди у него застыл слиток железа, я с удивлением узнал дамасскую сталь — из нее обычно ковали мечи Охотников. Взглянув на Саишшу, я с отчаянием увидел, что она едва сдерживает слезы. Что же здесь случилось? По чьей воле здесь поселилась смерть?

— Кто это? — тихо спросил Норд.

— Братик… Исс… — Сай не удержалась и заплакала — молча, беззвучно. Это было особенно страшно.

— Я видел там скелет паладина, — тихо сказал мне Найт, когда мы пошли дальше.

— И что? — меня больше занимала проблема успокоения Саишшы.

— Он лежит так, как будто увидел саму смерть или пришествие Создателя. Спроси у нее, что здесь случилось.

— Найт, — прошипел я, — Мне не улыбается потом лечить ее от нервного расстройства! Если тебе аж до зарезу надо об этом узнать — либо спрашивай сам, либо доходи до всего дедуктивным методом!

Когда страшный отрезок пути кончился, Сай приободрилась, а когда мы поднялись уже высоко в горы, настолько, что исчезли все растения, кроме высохшей травы и колючек, окончательно повеселела.

— Ребят, совсем скоро осталось, — подбодрила нас Сай. Она была свежа и бодра, как будто только сейчас вышла. Шасса постоянно уползала куда-то вперед. Ее зеленый хвост мелькал то где-то впереди, на очередном уступе, то совсем рядом, и ее озабоченное лицо свешивалось сверху. Удостоверившись, что все в порядке, она кивала своим мыслям и вновь скрывалась из виду.

Еще через час, когда мы уже были в состоянии хорошо прожаренной яичницы, нас обрадовали вестью о том, что — все, пришли. Я медленно поднял голову.

Впереди был очередной уступ — я понял это так, — но что это был за уступ! Высотой около ста метров, гладкий, будто ножом срезали — ни зацепиться, ни поцарапать, я не говорю уж о том, чтобы поставить ногу! В ширину же эта исполинская «ступенька» простиралась на сколько хватало глаз — причем в прямом смысле слова Мы молчали, потрясенные величием горы. Нет, не так — Горы. Саишша тоже молчала, но было видно, что она гордится своим домом.

— Ну и как мы поднимемся наверх? — задал вопрос Найт. Как самый практичный из нас, он довольно быстро отошел от потрясения.

— Никак, — Сай полюбовалась нашими вытянувшимися лицами, — Мы не будем подниматься. Я попробую его открыть. Вы устраивайтесь, устраивайтесь. Это надолго.

— Вот ****!!! — выразил наше настроение Норд. Перспектива еще неизвестно сколько времени проторчать на такой ошеломляющей жаре ни одного из нас не прельщала.

— Замолчи! — возмутилась Сай, — У меня есть одна идея, как открыть ворота, а ты меня сбиваешь!

— Я сейчас скажу, что думаю, и никого не постесняюсь, — угрожающим тоном сказал я. На меня удивленно покосились, так как обычно я принимал нейтральную сторону. Я сказал «обычно»?..

— Ладно, только десять минут, — сдалась Сай. Она нажала на какие-то одной ей видимые камешки, но ничего не произошло. Она нахмурилась и что-то пробормотала себе под нос. Затем нажала на те же места, но в другой последовательности. На этот раз сработало — на камне прорисовался светящийся прямоугольник, величиной с ладонь. С очень маленькую ладонь, как… как у Сай.

Она тем временем приложила кулак к светящейся области, подождала секунд пять и, видя, что результата нет, попробовала еще раз. На этот раз она еще что-то пропела на своем языке. И вот это сработало.

Саишша

Когда я попыталась просто приложить кольцо после неудачи со стандартным ключом входа, я решила еще что-нибудь пропеть. И надо же — получилось!

Ночь-проводник,

Спрячь наши тени

За облака.

За облаками

Нас не найдут,

Нас не изменят!

Им не достать

Звезды руками.

Небо уронит

Ночь на ладони,

Нас не догонят.

Нас не догонят![39]

Когда огромный кусок скалы поехал вверх, я почти не испугалась. По крайней мере, не настолько, чтобы отскочить назад и уцепиться за Сима, как хотелось. Что я сказала?..

И, главное, это в полной тишине — открытие входа не сопровождалось цветами и фанфарами, как говорят люди. Тахешесс, неужели я за такой короткий отрезок времени успела отвыкнуть от наших пещер?..

Огромный настолько, что его своды терялись в высоте, зал был облицован малахитовыми плитами. Но стыки были настолько незаметными, что было ощущение, будто это просто пещера, вырубленная в малахитовой горе. По стенам были развешаны светильники — закапсулированное пламя, — которые зажигались и гасли по мере того, как я продвигалась вперед. Удивительно, но тут не было пыли и других свидетельств того, что это место нежилое. А я думала, что все залы и комнаты давно заросли пылью и грязью. Может быть, даже еда осталась — ведь заклинание «вечности» — или сохранности, — все еще действует, я чувствую!

Под стенами в художественном беспорядке «валялись» амфоры разного размера: от маленького кувшинчика до огромного, мне по грудь в стоячем виде. Каждый звук отдавался в этих кувшинах эхом и в результате получалась тихая ненавязчивая мелодия. Акустика у нас великолепная, это правда. Благодаря размерам самого зала и этих экзотических музыкальных инструментов, если можно так выразиться, любой шорох изменял мелодию и сразу можно было понять, кто где находится. Если прислушаться и подключить фантазию, можно даже понять, кто что делает.

Я восхищенно выдохнула и задрала голову вверх. Вот твой дом, бери и владей! А вон и жильцы, стоят, челюсти уронили, подобрать пытаются. Может, ну ее, эту Темную Империю? Останемся здесь, будем жить как в крепости — о чем я, это же и есть полноценная боевая гора! — и сам Тахешесс нам не страшен!

— Пошли! — властно сказала я, сама удивившись тону своего голоса. Только я вступила под свод первого зала, как по стенам будто пламя пробежалось — зажглись светильники. Я расхохоталась, смех эхом отдался где-то в вышине.

— А-а-а!!! — прокричала я, — Я дома-а-а! — эхо вторило мне, перекрывая мой собственный голос: «А… а… ма-а…»

— Са-ай? — вопросительно протянул Сим. «Ай, ай, ай…» — любой шорох отдавался глубоким звуком, и все вместе создавало нечто вроде музыкального шелеста, который не тяготил сознание, а наоборот, заставлял свивать и распрямлять хвост, и все повторялось сначала.

— Да не, все нормально, — отмахнулась я, а обернувшись к застывшим на пороге ребятам, проговорила:

— Ну? Пошли, нам еще жить здесь!

— Не понял? — откликнулся за всех Люц.

— Мне в голову пришла мысль о том, что можно получить гражданство и вернуться сюда. Но это так, наброски. Потом обсудим, — быстро закрыла тему я я.

— Итак, прошу вас следовать за мной. Для начала… для начала мы пойдем в центральный зал.

Я уверенно скользнула вперед по отполированному до гладкости зеркала (и такому же скользкому) малахитовому полу. Сзади уже раздались первые звуки ударов и нецензурные возгласы — это кто-то не удержался на ногах. Я резко обернулась:

— В нашем доме, — я ткнула в них пальцем, — ни одного нецензурного звука! Ни одного! Только в особых случаях, о которых я могу лично поведать каждому!

— Мы поняли, только повежливее! — рыкнул поднимающийся Найт.

— Извините, — покаялась я.

— Вот то-то же.

— Между прочим, пол скользкий, как на катке, — как бы в пространство проговорила я, решив помочь ребятам. На миг они застыли, осмысливая, что я им только что сказала. Я развернулась и поползла вперед, указывая дорогу. Ребята почти не отставали, но некоторые все же падали, правда, тут же поднимались.

— И зачем вам такие скользкие полы? — задал вопрос Найт.

— На это есть две причины. Нам удобно по таким полам ползать и это красиво. Мне лично кажется, что есть еще третья трактовка, — я выдержала многозначительную паузу, — Эти полы специально такими сделали, потому что даже эльфы на них падают!

— А почему тогда мы спокойно идем?

— Потому что, вы не поверите, до этого простого способа, которым вы передвигаетесь, за все века существования Даан'Азара никто не догадался! — я фыркнула.

— Даан'Азар — я так понимаю, это то место, где мы находимся? — уточнил Норд.

— Да, это город Некромантов. Большинство уцелевших шасс сейчас находятся в других королевствах или в Тайси'эн'Свараш'шессе.

— Ты же говорила, что ты последняя, — напомнил мне наар.

— Так ведь в роду, а не в клане! — я злобно зашипела. Все заткнулись.

Пройдя через арку, отделяющую холл — да, этот огромный зал всего лишь холл! — от центрального зала, мы оказались в чуть большем помещении, облицованном не малахитом, а бирюзой.

— Вот, добро пожаловать! Это центральный зал. Располагайтесь. Скидывайте вещи, а я пока схожу кое-что проверю.

— Я с тобой, — откликнулся Сим.

— Ладно, — я покорно склонила голову. Хочет покомандовать — пожалуйста. К тому же, все время никому не подчиняться — скучно. Могу же я хоть раз в жизни почувствовать себя слабой и хрупкой? Может, кто-то скажет нет?!

Ребята удивленно переглянулись. Их удивляет моя покорность? Ха, мне это не мешает, и ладно. А об остальном им знать не обязательно. Но все же, неужели Сим думает, что мне в моем доме может угрожать какая-то опасность? Тахешесс!

— Пошли, нам туда, — я махнула рукой вправо. Из центрального зала в остальные помещения вели арки, расположенные по азимутам. Их было ровно восемь. Если смотреть сверху, то заметно, что ДаанАзар напоминает розу ветров, только помещенную внутрь многоугольника. Как-нибудь потом я свожу ребят на верхнюю площадку, где пол прозрачный и создается полное ощущение того, что ты просто висишь в воздухе. При этом стекло не пробить даже из катапульты.

— Что делать будем? — первым начал разговор паладин, как только мы удалились от центрального зала на достаточно большое расстояние, чтобы нас не было слышно.

— Идем и запускаем котельную, потом в купальни, потом в склады, проверить, что еще осталось. Потом готовим спальни для всей нашей компании и на сегодня все.

— А не маловато дел на сегодня?

— Маловато?! — я в шоке обернулась, — Сим, ты шутишь? Это только на первый день! Это раз, а во вторых, мне кажется, что ты просто не осознаешь масштаба моих замыслов на сегодня и последующие дни! Но, если ты так хочешь, — добавила я, сбавив обороты, — я могу вставить в список дел еще и библиотеку. Пошуруем там и соберем литературу, чтобы подготовить процедуру принятия в клан. Это займет кучу времени.

— Н-да? — недоверчиво осведомился Сим.

— Да. Ты пойми, у нас куча традиций, причем многие из них настолько древние, что никто даже не помнит уже, откуда они пошли. Поверь, ты взвоешь уже на пятой минуте мороки с обрядом.

— Сай, а ты нас раздельно поселишь? — как бы между прочим осведомился Сим.

— Да. Но комнаты подберу со смежной гостиной — не по разным же лучам города вас расселять? А что, было бы неплохо — каждому предоставить по личному району.

— Лучу? — уточнил опешивший Сим.

— Да. С высоты птичьего полета город похож на розу ветров.

— А-а-а, а я уж подумал…

— Что я спятила? — я фыркнула, — Не беспокойся, так все про наш народ думают.

Сим поперхнулся. Неужели я угадала?..

Котельная встретила нас тишиной и могильным запустением. Но пыли не было, грязи и паутины тоже. Это хорошо.

Подойдя к рычагам, которые запускали насос и домны, подогревающие воду, я застыла в нерешительности. Какой из них трогать? В какой последовательности? Тут я заметила циферки, нарисованные явно подростковой рукой под каждым из рычагов. Ага-а, значит, кто-то себе подсказку оставил. «Что не делается, все к лучшему», подумала я и дернула за первый рычаг. Ну… попыталась дернуть!

Сим

Когда огромная плита поехала вверх, я даже не испугался. Меня охватило жгучее любопытство: а каков дом Саишшы изнутри?

Н-да. Как только я вступил под своды Даан-Азара — так называется эта шарашка (прости, Сай!) — то сразу понял, что его строители имели в списках психических болезней гигантоманию. Свод зала терялся в темноте, а кончался он где-то ну о-очень далеко.

Тем не менее, смотрелось это красиво, хотя было пусто. Да еще этот шелест… Вот когда Сай ползет, а мы молчим, он приобретает замогильный характер; а когда мы разговариваем или идем, он превращается в затейливую мелодию.

Следующий зал создавал такое впечатление, что мы попали под воду. Стены были сделаны из бирюзы — ума не приложу, как они умудрились так вырубить зал, чтобы тютелька в тютельку попасть в стык пород, — и по периметру зала были сделаны вставки из голубоватого стекла. За ним художественно расположились россыпи жемчуга, драгоценных камней и гальки. А Саишша не обращает на эту красоту никакого внимания, будто такое каждый день видит!

Бросив случайный взгляд наверх, я замер. Там были какие-то поручни, обручи, причудливо изогнутые трубы. Все это складывалось в довольно живописный узор, и подвешено это богатство было в метре от потолка. Я спросил у Сай, для чего это, она ответила, что по этим поручням можно передвигаться и многие из ее сородичей пользуются таким способом передвижения. В следующем зале я специально посмотрел наверх — действительно, узор из железный труб продолжался и здесь.

О чем я, она же это и так каждый день видела. Меня волнует вопрос, почему тут так пусто? Я уверен, что родственники Сай обязательно повыскакивали бы на открытие входа в гору.

Вопрос Норда все прояснил. Оказывается, ее клан «убили»… Нехорошо, конечно, так думать, но мне же лучше — не придется уговаривать ее родню на брак со мной. Я уже твердо решил, что эта шасса станет моей женой и точка. И никто мне не помешает, надо будет — украду и силком в храм унесу. Потом помирюсь, конечно, но союз-то уже будет заключен!

По пути в котельную нам встретилось множество удивительных по своей красоте залов, но Сай не обращала на обстановку внимания. Мне пришлось рассматривать все мельком, но я вспомнил о том, что Саишша вроде бы планировала остаться тут надолго и успокоился. Еще успею насмотреться.

Я уже почти приспособился к тому, что нужно не ходить, а скользить. Хотя сначала чуть было не упал. Хорошо, что я умею держать равновесие почти в любых условиях — меня ведь натаскивали как бойца.

Наконец, мы пришли в помещение, в котором все пространство было занято огромными цистернами. Свободным оставался лишь крохотный пятачок у самого входа, но и тот был занят огромными рычагами. Сай попыталась опустить один из них, но у нее банально не хватило сил. Я вздохнул и потянул рычаг вниз, предварительно отцепив от него Сай.

— А меня попросить не судьба? — проникновенно спросил у нее я, глядя прямо в глаза.

— Прости, — она виновато улыбнулась, — Я привыкла все делать самостоятельно.

— Отвыкай, теперь у тебя есть удобный во всех отношениях я, — ухмыльнувшись, посоветовал ей я.

— Н-да, ты не только удобный, ты еще и очень сильный. А можешь передвинуть еще и вон тот? — указала шасса на последний.

— Легко, — отозвался я. Последовательно опустив все рычаги, я подумал, что не особо сильный, так как дыхание сбилось, чего не случалось уже давно. Исключая, конечно, случаи с Сай!

— Я тебя обожаю! — признались мне. Я резко выдохнул и прижал ее к себе, тут же отпустив. Но Сай сама не пожелала отстраняться, обхватив меня руками за пояс. Повисло молчание.

— Ты… теплый, — чуть удивленно заметила Сай.

— И-и-и?.. — настороженно отозвался я, напряженно размышляя о постройке вектора для заклинания перемещения. Ну не могу я трезво думать, когда она вот так ко мне прижимается! Ох, что она делает?..

— Знаешь, у нас говорят, что любовь — это такое особенное чувство, когда нашел того, кого хочешь злить до конца жизни, — она снова прикоснулась губами к моей шее.

— И что? — хрипло спросил я. Сердца скакали туда-сюда, я опустил взгляд и утонул в глазах Сай.

— Я нашла тебя, — ее слова эхом отразились у меня в голове. Это… значит, она… меня?.. Я, не веря, заглянул в ее глаза:

— Ты меня… любишь?

— Ага, ты только не сердись, ладно? — она весело улыбнулась. Я сгреб ее в охапку, покрывая поцелуями лицо:

— Саишша, ты… Я тоже! В смысле люблю. То есть, — я окончательно запутался в собственных мыслях и просто взял и поцеловал ее, стараясь через поцелуй выразить ту бурю эмоций, которая была внутри меня. Я почувствовал, что сейчас лопну от переполнявшего меня счастья!

Я целовал Сай так, нежно, как только мог, и она отвечала мне тем же. На секунду оторвавшись, я прошептал ей на ухо:

— Что-то сейчас будет.

— Что? — она подняла на меня сияющий взгляд.

— Не знаю, может быть, войдет кто-нибудь из ребят, обрушатся эти котлы, да что угодно, но спокойно поцеловаться нам не дадут!

Сай улыбнулась и снова прильнула к моим губам…

* * *

Целовались мы долго. К чести скажу, что дальше у нас дело не зашло. И хорошо, а то не знаю, как бы смотрел потом Сай в глаза.

Минут десять мы просто стояли, обнявшись, млея от счастья. Я сказал:

— Ты станешь моей женой.

— Что?! — вы видели когда-нибудь выпучивающиеся глаза змеелюда? Обязательно посмотрите, это крайне редкое зрелище.

— Что не так? — прямо спросил я.

— Я вообще не планировала выходить замуж! — резко ответила она мне.

— Я не настаиваю прямо сейчас, — мягко попытался сгладить назревающий скандал я, — Но что тебя смущает? Ты меня любишь, я тебя люблю, так что мешает нам узаконить свои отношения?

— Ты не понимаешь, — резко мотнула головой Сай, — Я попрошу Мола, он тебе расскажет. И вот тогда я еще подумаю. И потом, не быстро ли?

— В самый раз, — хмуро ответил я, — Но я не отступлюсь, так и знай!

— И не надо, — я некоторое время переваривал ее слова. Получался какой-то клубок противоречий. Ничего не понимаю: с одной стороны, она вроде бы не против, с другой же, Сай резко отторгает все мои попытки. Что делать?

— Пошли дальше? — предложила Сай после минутного созерцания моего задумчивого лица. И добавила:

— Улыбайся чаще, ты такой красивый, когда смеешься, — я поперхнулся.

— Вернемся к этому разговору позже, — еще раз уведомил ее я. Она кивнула и ласково прикоснулась к моему подбородку. Я вздрогнул, а она продолжила:

— Вот приедет Мол, возьмет на себя управление кланом до моего столетия и ты получишь время на повторение своего предложения. Долго думать я не буду, обещаю, — по ее замыслу, это должно было меня успокоить, но получилось как раз наоборот. Меня это еще больше уязвило и взволновало: а вдруг она сразу откажется?

— Да что ж ты такой не верящий! — пробормотала Саишша и продолжила, но теперь в ее голосе проскальзывали нотки раздраженности:

— Как ты думаешь, для чего нужен знак льен-до? Для того чтобы можно было наблюдать за верностью избранника. Вот посмотри на меня и скажи: я вру или нет?

Я посмотрел. Потом еще раз. Ничего не заметил. Но вот в душе моей — если она у меня есть, конечно же, — была твердая уверенность, что шасса чиста как первый снег.

— Вот, а ты мне не веришь! — воскликнула Саишша и, потеревшись щекой об мою грудь, выскользнула из котельной и величественно поползла дальше.

Я стоял и пытался справится с собственными чувствами. С одной стороны, было больно из-за того, что мне отказали. С другой, мне тут же указали на то, что скоро могут согласиться. Дурдом…

Я решил не заморачиваться и просто пока вновь завоевывать сердце Саишшы. Потом разберусь.

Саишша

Ну вот, дожили! Мои желания исполняются с небывалой скоростью. Но я не ожидала, что так скоро! Ведь брак — это очень ответственно. У нас браки не расторгаются, не то что у людей или эльфов. Так что пара предпочитает по сто раз друг другу проверки чувств устроить, но таки не жениться через месяц знакомства, как в моем случае!

Тем более, что выходить замуж я по прежнему не хочу. Да и навалится сейчас столько всего… И насчет передачи власти я не шутила: напишу дарственную о том, что в силу своего возраста не могу управлять кланом и адью! Ускачу с Симом в медовое путешествие. Если свадьба еще будет, характер-то у меня вовсе не сладкий, а горько-соленый, можно сказать… И с только совсем чуть-чуть карамельным привкусом.

Так, что там у нас по списку дел? Надо подготовить комнаты и купальни. Сим неслышной тенью скользит следом. Странно, я не ощущаю дискомфорта от присутствия кого-то за спиной. Обычно бывает по другому. Еще один плюс в кандидатуру паладина…

Дойдя до мужской купальни, я с опаской сначала заглянула внутрь, а потом и целиком просочилась в это святилище… для женщин. Следом в массивные двери из матового стекла просунул взлохмаченную голову Сим. Я умилилась, настолько это выглядело по мальчишески. Я поманила его пальцем. Он подошел, с любопытством оглядываясь. А посмотреть было на что…

Начнем с того, что пол был целиком сделан из матового стекла с едва заметным серебристым узором. Казалось, будто это изморозь покрыла пол и стены заодно. Только стены были сделаны из черного оникса. Но, по моему, такое напыление на них смотрелось еще красивее.

В центре огромного зала был такой же огромный бассейн. Только вот внутри он был отделан уже бирюзой с сапфирами по стенкам. И все покрыто тонким слоем стекла — а то чешую поцарапает. Урона не нанесет, но некрасиво смотрится.

На противоположной стене от входа нечто вроде люстры из хрустальных нитей, стилизованные под водопад. Хрусталь был прозрачный, синий и красный. Ну ясно, дерни за веревочку — польется вода — холодная или горячая — и пена.

С той же стороны бассейна, где стоим мы, оборудована стеклянная полочка, на которой расставлены гели, шампуни, краска для шипов, полировка для чешуи и так далее.

Да здесь все как у нас!!!

Я фыркнула. С самого детства во мне взращивали мысль о том, что в мужскую купальню ни под каким видом ходить нельзя и точка. Почему, зачем — оставалось тайной в Сокровищнице. А тут и смотреть не на что, оказывается!

— Красота какая! — оценил обстановку Сим.

— Было б на что смотреть! — еще раз фыркнула я, выразив свои мысли.

— Как будто не на что! — не согласился со мной паладин.

— Да парадный зал для приема гостей, и то краше! А уж отдельные комнаты… Кто во что горазд, что называется!

— Не понял?

— У нас ведь как заведено, — пояснила я, набирая воду в бассейн — надо же проверить, как все работает! — В личных покоях кто как хочет, тот так и обставляет свои комнаты. Личные покои — святое, — я выделила голосом важность последнего предложения, — Хочешь, обсаживай свои комнаты цветами, хочешь — делай сад камней.

— А нам можно будет так сделать?

— Сим, вот ты вроде умный, но иногда такие глупые вопросы задаешь! Конечно, можно! А ты сомневался?

— Ну-у… — он смутился. Я вздохнула и направилась к выходу — проверять женскую купальню. Мне же в ней еще мыться.

По пути заглянула в центральный зал, уведомила ребят о том, что можно идти мыться. Они так обрадовались, что я невольно умилилась. Госпожа, какие замечательные Сишшы из них бы вышли…

Какие Сишшы из них выйдут.

Что касается того, что паладинов и наара нужно ввести в свой клан, то я думала не долго. Умом боги их не обделили, а Норд так вообще просто находка в политической плане. Свита мне нужна, а законов, запрещающих «использование» существ не моей расы нет. Плюс мое положение упрочится — я как бы уже закрепила свое «восхождение на престол» тем, что начала отдавать распоряжения. Плюс если Мол при знакомстве с ними будет против — а он будет против, уж я-то его знаю, — то будет чем заткнуть ему рот. Все, проспал, они уже в клане!

Я злобно ухмыльнулась, представив очередной «урок риторики», который закатит мне мой братик. А так же свой ответ на него.

— Ты чего? — удивленно переспросил Люц, увидев мою гримасу.

— Думаю о брате, — кратко ответила я.

— И как оно? — спросил Сим, недовольно прищурившись. Как кот, которого отшлепали веником по мягкому месту. Вроде бы и за дело, но все равно обидно…

— Занимательно, — он скривился, а я лишь довольно улыбнулась. Привыкай, сейчас та-ако-ое начнется!.. Ведь в наших горах вторая шахта по разработке митрилла — ну, то есть, все так думают. А почему мы продавали его в таких ограниченных количествах их не волнует — да это и к лучшему. Тайна добычи этого металла — самое ценное что у нас есть. Без него наша экономика рухнет. А пока есть шанс ее возродить…

Потом я отправилась в женскую купальню, где вдоволь накупалась, заодно путем химических издевательств над своими шипами сделала их похожими на обычные волосы. После этого я их заплела в косу — длинная, зараза, получилась — ниже пояса.

По пути я завернула в одну из комнат и порылась в вещах какой-то почившей шассы. Хотя, по видимому это был подросток — черная рубаха и шипастые браслеты были тому ярким подтверждением. Но мне понравилось и я решила шокировать нынешнее население Даан'Азара своим новым имиджем.

Затем я забежала в кладовые, восхитилась тем, что там сохранилось больше половины продуктов — правда, то, что осталось, приобрело привкус «вечности» — стырила яблоко и пошла готовить комнаты.

Для начала я пошла в детские ясли. Подумала и решила поселить ребят в подростковые, потому что вряд ли они поместятся в углубление метр на метр. Но подростковые мне не понравились, так как там было такое смешение различных стилей и форм, что я поняла, что если я оставлю ребят здесь, то они свихнутся.

Пришлось селить во взрослые. Но тут была другая проблема: смежных не было. Я подумала и плюнула на это и решила просто предоставить ребятам выбрать себе комнаты по вкусу. По пути выбросила огрызок фрукта. А потом я направилась в кабинет отца… теперь уже мой.

Я стояла у порога и никак не решалась зайти. Стены помещения были облицованы деревом, как у меня в комнате — только здесь было красное дерево, а в моей спальне светлое. Высокий стол, полный комплект летописца — все это было совершенно нетронуто временем. Будто не прошло тридцати с лишним лет, будто хозяин только что вышел из кабинета по делам.

Я скользнула внутрь, прикрыв за собой дверь и защелкнув замок — мне не хотелось никого видеть сейчас.

Осторожно присев на деревянную недо-колонну — аналог стула для нас — я провела рукой по столешнице. Даже пыли нет!.. Некоторое время я позволила себе наслаждаться одновременно и горькими, и сладкими воспоминаниями, а потом резко поднялась.

На ходу вспоминая код, я открыла тайник. Внутри, как и ожидалось, лежало несколько книг и… они. Украшения. Корона, пояс, мужской браслет, ожерелье. Все, как полагается.

Слегка дрожащими руками я принялась облачаться. Пояс сел, как влитой, а вот ожерелье было великовато. Но тут… довольно-таки тяжелое украшение чуть потеплело и сжалось, обхватив мою шею. Мужской браслет занял надлежащее ему место на левом запястье; я поймала себя на мысли, что он прекрасно смотрелся бы на руке одного мужчины.

Последней я надела корону. Резко выдохнув и помолившись перед этим. А как только надела, то поняла: мое. Буду править, с какими бы трудностями не пришлось столкнуться.

Внезапно я почувствовала себя очень странно. Будто вся гора — мое тело, я могла делать что угодно! Я как бы была и в своем теле, но одновременно я могла видеть все, что происходит во всем Даан-Азаре! Вот где-то маленькие точечки — это мальчики… Внезапно зачесалась рука. Я зашипела, скользнув сознанием вдоль нее и увидела… Этого не может быть!!!

— Са-ай! Ты где?! Саишша!!! У нас гости! Да где эта змеища?! — раздались вопли где-то далеко. Я метнулась было к двери, но вернулась, закрыла тайник и только потом позволила себе сорваться с места, на бегу выхватывая саи'шесс. Кого там еще принесло?!

Сим

Огромный бассейн меня впечатлил. Я видел похожий всего один раз, когда мне пришлось ехать с «дипломатической» миссией к гномам. Ну да, ну да, переворот в их столице — моих рук дело… Но меня же никто не спрашивал!..

Однако эта исполинская ванна была больше даже знаменитых гномьих терм, в которых без проблем поместится несколько сотен человек. Сюда же могло поместится полтысячи, и при этом еще место осталось бы!

А как я понял, есть еще один такой зал. Куда он помещается, мне хотелось бы знать?!

Ребят же зал поверг в шок. Люц все пытался разобраться в системе подачи воды, а мне — да и остальным — было все равно, лишь бы она — вода, в смысле, — была.

Подплыв к стеклянной полке, я принялся намыливать голову тем, что понравилось. Почти прозрачная желеобразная масса имела приятный запах и давала много пены, но вот потом…

Когда я нырнул, то почувствовал странную щекотку в области головы. Вынырнул же я в гробовой тишине. Голова была странно тяжелой, будто снова цепь навесили… Ребята смотрели на меня, выпучив глаза.

— Что? — спросил я, протянув руку и ощупав голову. Привычных коротких прядей там не было.

— Не понял… — пробормотал я, оборачиваясь. Все пространство позади меня занимали волосы! Белые!!! То есть мои. Создатель, что это?!

— А мы откуда знаем?! — в пространство спросил Норд. Кажется, я произнес это вслух.

— Как?! **** ***!!! — я не стеснялся в выражениях. Медленно подкрадывалась паника.

— Ну, надо у Са спросить, она-то знает, — неуверенно посоветовал Люц.

— Почему я?! — взвыл я, дав волю эмоциям, — Почему именно со мной происходят такие случаи?

— Потому что рыжий, — ехидно вставил Тимка. Хм, кажется, наша компания дурно влияет на мальчика.

— Я не рыжий, я белый, — огрызнулся я.

— Ага, белый, мягкий и пушистый, — усмехнулся Норд.

— Ты не беспокойся, если что, мы их просто отрежем, — попытался утешить меня Найт.

— Я бы не советовал, — возразил Люц, выбираясь из воды. Оглядев наши вопросительные физиономии, он вздохнул и пояснил:

— Мне почему-то кажется, что они отрастут заново. Сколько ты там на себя вылил той субстанции? — я покосился на полупустой сосуд. Н-да…

— Эх, молодежь, молодежь… — по старушечьи вздохнул Найт.

— Так, вы как хотите, а я эту пакость отрежу! — я выбрался на берег — называть бортиком бассейна пространство в семь метров у меня просто язык не поворачивался. Мокрая шевелюра была страшно тяжелой и сильно оттягивала голову назад. Создатель, как же Сай со своими шипами ходит?

Сушился я полчаса. Нет, сам-то я за минуту просох, но вот волосы аж заклинанием пришлось сушить. Люц был прав: только я отхватил ножом одну прядь, она почти сразу вырастала заново, становясь еще длиннее.

Паника прошла, уступив место досаде. Вот как с этим ходить, мне интересно? Волосы теперь были метра четыре и волочились за мной как ковер. Беленький такой. По совету Тимки я заплел их в косу и собрал кольцами на руку. Заплетали меня всем коллективом. Сразу выскочило воспоминание, как я на руках относил Сай на второй этаж гостиницы, где они остановились тогда. Вроде бы только месяц прошел, а столько воспоминаний, чувств, переживаний… Как будто я провел рядом с ней всю свою трижды никому не нужную жизнь.

И тут я услышал шум. Люц поднял руку, подавая знак молчания. Мы все прислушались. Звуки ударов… Затем скрежет… Осторожные шаги… И кто это? Хм.

Осторожно скользим — в прямом смысле слова — по направлению ко входу. Видать не зря такая дверка там стоит, умные шассы делали! Скорее всего, это расхитители гробниц. Жестами показываю ребятам, что только обезоруживаем неожиданных визитеров. Найт кивает, одобряя мое предложение.

Резко перехожу на шестую — максимальную для меня — скорость и врываюсь в зал. Коса мешает, но это ничего. Сдвигаю ее на плечо, как веревку. Так, пять объектов, цель — разоружить. Вихрем проношусь по залу, попытавшись с наскока решить все проблемы. Трое сразу выбыли, четвертый продержался чуть дольше, а вот с пятым мы справились только втроем.

Осматриваем нежданных гостей. Это оказались эльфы, четверо молодых щенков, еще не научившихся толком колдовать и одна эльфа моего возраста. Все ясно, старшая решила загрести жар чужими руками, а дети так легко поддаются влиянию взрослых…

Связать их было нечем, так что мы просто обездвижили их точечным ударом в позвоночник. Встал вопрос, что с ними делать. Ну, то есть, убить или позвать Сай. Решили звать, а то мало ли, вдруг какого-нибудь посла прибьем. На этих словах вошедший за нами Норд презрительно хмыкнул и пояснил, что это точно не послы, ибо пока точно никто не знает, что Даан'Азар вновь обитаем.

Эльфята хлопали глазками, в которых отчетливо плескалась паника; а вот эльфа была спокойна, высокомерно смотря на нас. Вот живут же… эльфы, которые даже в положении пленницы умудряются посмотреть так, будто все обстоит как раз наоборот. Я прищурился. Сам-то я вряд ли смогу вести изящную словесную перепалку с зашифрованными оскорблениями… но ведь есть та, которая сумеет опустить в грязь одним взглядом не хуже этой эльфы!

Посовещавшись, мы решили не искать Саишшу, — заблудимся, — а просто громко орать, так как тут отличное эхо. Ну и поорали…

Выскочившее непонятно откуда существо привело меня в ужас. Представьте: оскалившаяся пятисантиметровыми клыками Сай в черной футболке с намалеванной на ней раззявленной пастью волкодлака, в руках посох с двумя лезвиями на концах, серебряный пояс, такие же браслеты, странного вида ожерелье, черная же бандана на голове и обруч с маленькими зубцами. И волосы! Они нормальные! В смысле, заплетены в косу и болтаются сзади.

— Что ты с собой сделала?! — взвыл я.

— Тебе не понравилось, — констатировала она очевидное. Ее глаза чуть расширились, когда она заметила косу, но на лице ее удивление не отразилось. Норд все пытался найти сердце, а Тимка — подобрать отпавшую челюсть.

— У нас пленные, — отвлек на себя внимание Найт.

— Я вижу, — едко отозвалась шасса, кровожадным взглядом окидывая колонну неподвижных эльфов, — Я так понимаю удар в позвоночник? — уточнила она. Я кивнул.

— Молодцы. Чисто сработано, — она закинула оружие за спину и приблизилась к эльфийке.

— Нокке, верно? — уточнила она. Что это значит?

— Нокке — перворожденные. Не вообще в мире, как говорят эльфы, а в семье. Сим, Тимка, Люц, сбегайте, принесите веревочку и инструментарий, — я понимающе кивнул. Инструментарий. Ха, знаю я, какие инструменты ей нужны:

— Можно использовать обычный ножик.

— Ты умеешь им пользоваться? Я — нет. У меня всегда кривые надрезы получаются, неаккуратные. А тут такой богатый материал для экспериментов!.. — она взмахом руки обвела попадавших на пол от страха щенков. Все время, пока Саишша говорила, она вправляла позвонки эльфам и… улыбалась. Жутко так. Как… некромантка.

Обернувшись, она поймала мой взгляд и… подмигнула! Так это игра: своеобразный прессинг пленных.

— Мы ничего вам не скажем, — надменно бросила оставшаяся стоять эльфа, — Кто дал вам право брать нас в плен? Вы знаете, на кого замахнулись?!

— Это ты не знаешь, на кого наехала, ельфя ушастая, — ласково начала Сай. Я втянул голову в плечи: ее голос до боли напоминал то замогильное шелестение, когда она впервые разъярилась на нас. Вот только сейчас ее голос напоминал сладкий яд.

— Как ты смеешь оскорблять Перворожденную?! — зашипела как разъяренная кошка эльфийка.

— Ой ли? — насмешливо хмыкнула Саишша и сложила руки на груди, — Да все знают, что снача-ала-то были тролли, и только потом появились орки, за ними люди, и только тогда-а на свет выползли вы, деревяшки ушастые.

— За слова ответишь!!! — заорала эльфа, затем презрительно хмыкнула и выдала:

— Вы последние творения богов! Кстати, отвечать будешь информацией!

— Зато самые совершенные, — парировала шасса, гордо приосанившись. Все наблюдали, — И потом, дорогуша, неплохо было бы и представится. Правила хорошего тона низзя нарушать, никак нельзя, — цедила сквозь зубы Саишша, — И информацию ты от меня *** получишь, не доросла еще!

— А что ж тогда ты встречаешь нас со своими псами, а не приглашаешь проследовать к Лорду клана? — словно кислотой окатили.

— А что ж ты не склоняешься, как более младшая по статусу? А? И почему ты смеешь оскорблять членов моего клана? Я требую поединок! — лицо эльфийки исказилось.

— Логическое завершение, — тихо буркнул Норд.

— Это точно, — согласился с ним Тимка. Тут эльфийка и шасса синхронно покосились на нас и не сговариваясь, отошли в сторонку. По прежнему посматривая на нас, они стали перешептываться на эльфийском, бурно жестикулируя. Я прислушался, но почти ничего не понял. Ну не получается у меня эльфийский, но что уж тут поделаешь?

Наконец они, похоже, пришли к консенсусу и Саишша убежала на несколько минут. А эльфа осталась и стала пристально нас рассматривать, особое внимание уделяя мне. Я скрестил руки на груди и оскалился. В ответ эльфийка едко улыбнулась и показала пальцами козью морду. Я зарычал от злости. И тут пришла Сай.

— Лилиэшь, хватит мне тут бестиарий разводить! Подпишись тут и вот здесь, — она протянула густо исписанный пергамент и перо. Железное, н-да…

— Вот еще! Сама со своими мужиками справляйся! — отозвалась Лилиэшь — довольно странное имя для светлой эльфийки, не правда ли? — взяв перо и бегло просматривая документ.

— Из всех здесь присутствующих мой только один, так что сезон охоты открыт, — едко уточнила Сай. Я кашлянул. На меня уставилось две пары невинных змеиных глазок. Так я вам и поверил, не дождетесь!

— Так, теперь ты, — размашистая угловатая роспись появилась на листе. Я прищурился, чтобы получше рассмотреть ее.

— Пожмем друг другу руки, — они торжественно потрясли своими сцепленными конечностями.

— А теперь, будь добренька… убирайся отсюда!!!

— Сей момент! — ухмыльнулась эльфа, — У меня, знаешь, тоже нет желания оставаться в этом месте! Так, вы! — она ткнула пальцем в потихоньку отползавших эльфят, — Встали и вышли! Уходим! Так что насчет войны? — снова обратилась она к Саишше.

— Не знаю, мне надо подумать, — отмахнулась та. Не понял… — Сначала обустроимся, и вот через полгода приходите. Не раньше! А то подготовиться не успеем! — они заговорщицки захихикали.

— Ну да, надо же доспехи начистить, платье примерить, убраться… — они снова захихикали.

— Так, я пошла! — спохватилась Лилиэшь, — Через полгода, поняла? Жди в гости, сама, лично войско поведу!

— Скатертью дорожка! — помахала ручкой шасса. Затем нажала на пару выступов и закрыла проход.

— Ну, началось… — повернулась к нам и продолжила:

— Что уставились? Ну заключили мы мирный договор, ну и что в этом такого?

— С эльфийкой?! — взвыл Норд.

— НУ?! Ты против?! — неожиданно рассердилась Саишша, но тут же осеклась. Выражение ее лица стало задумчивым.

— Но меня вот что интересует, — отвлеклась она от своих раздумий, приближаясь к нам, — Вот это что? — она указала на мою отросшую шевелюру.

— Это волосы! — огрызнулся я.

— Сама вижу! Что такое сделал, что они стали длиной с мой хвост?!

— Тебе не понравилось? — скопировал я ее интонации.

— Кто это была? — требовательно вопросил Найт.

— Эльфийская принцесса. Наследница Темного и Светлого престолов. Семьдесят лет назад они пришли к выводу, что лучше жить вместе и женили своих наследников. В детстве было время — мы соперничали. А сейчас заключили мирный договор на пятьсот лет.

— На скока?! — вытаращил глаза Люц.

— На полтыщи! Так понятней? — съехидничала Сай и снова повернулась ко мне:

— Сколько ты на себя вылил?

— Половину.

— Тахешесс!

— Я понял, — вежливо уточнил я.

— Ладно, выбирайте себе комнаты. Постельное белье обычно лежит в нишах слева от входа. Со стеклянными дверками. Тимка! У меня к тебе важный вопрос: ты мертвяков поднимать умеешь? — тот утвердительно кивнул, — Чудесно! Поможешь мне. Подними штук… ну, давай сразу пятьдесят, на всякий случай, — не обращая внимания на полезшие на лоб глаза Тимки, Сай продолжала отдавать распоряжения:

— Так, теперь ты, — она потянула меня за руку в сторону одной из арок, — Пошли подстрижем тебя. Через час сбор здесь же.

Саишша

Когда я увидела Лилиэшь, то первым, что я подумала, было: «Спокойной жизни конец! И мне тоже…» Но все оказалось не так уж страшно. Мы лишь немного повздорили и вполне мирно заключили мирный договор — вот такой каламбур получился!

Куда больше меня удивила неожиданная коса Сима. Да что там — только годы тренировки помогли удержать в себе эмоциональное высказывание.

Пришлось за руку вести его в свою старую комнату. В ней я раньше жила и жить буду сейчас, так я для себя решила. Ну не в родительскую же спальню мне переселяться?!

Сим с любопытством оглядывался. Я тоже осмотрелась. Надо бы наложить на кабинет, лабораторию и спальню защиту — а то любопытные мальчики и сюда залезут. А мне этого не хотелось бы.

Довольно просторное круглое помещение было обито светлым деревом и залито солнечным светом, который лился из настежь распахнутого окна во всю стену. Фактически, этой самой стены не было. Я подползла поближе и заглянула вниз. Там был обрыв, а внизу текла река. Я осторожно прикрыла «окошко». Оно было необычной конструкции: толстая и замагиченная стеклянная пластина выдвигалась из пазов в стене за ручку наподобие дверной — она тоже была из стекла.

В центре пола была вставка в виде матраса и различного вида подушек. На стене висела плита. Могильная… Шучу-шучу! Просто гранитная — чтобы когти точить во время линьки. Ну и злость срывать во время оной же.

Вдоль стен были расположены полукруглые выемки, этакие полусферы. Слева от входа — который, между прочим, закрывался митрилловой дверью! — как раз располагался тот самый шкафчик с постельным бельем.

Справа от окна стоял большой железный (!) стол, на котором до сих пор валялось несколько колб. Их содержимое присохло к поверхности стола намертво и даже оплавило ему один уголок.

— Садись сюда, — указала я Симу на свое ложе. Порывшись в нишах, нашла ножницы и… отмахнула его косу под корень.

— Ты что делаешь?! — взвыл паладин. Его волосы тут же начали расти с невиданной скоростью и через минуту достигли той же длины, которая была до этого.

— Да не боись, сейчас еще два или три раза отрежем, а потом действие ускорителя роста закончится и все! — я в очередной раз отрезала четыре метра волосяного покрова.

В расчетах я не ошиблась, и на третий раз Сим стал обладателем роскошных волос длиной до пояса. Я их немного подрезала — до лопаток.

— Отрежь их! — возмущался Сим.

— Не хочу!

— Я хочу! Мне не улыбается носить косу, как женщина!

— Не как женщина, а как эльф! В основном только они длинные волосы носят, — это было моей ошибкой. Сим не успокоился а наоборот, применил ненормативную лексику. Я тяжело вздохнула и попросила его назвать условия, на которых он согласится оставить повышенную растительность на голове.

— Ну… Во-первых, ты обязательно выйдешь за меня замуж! — разглагольствовал паладин, рассматривая мои детские рисунки и формулы расчета противоядий, — Во-вторых, ты будешь употреблять горячительные напитки только по особым случаям. И в-третьих, ты будешь мне собственноручно каждый день — утром и вечером — волосы заплетать-расплетать!

— Уломал! — я откинулась на подушки, наблюдая за тем, как он по пояс залезает в нишу с письменными принадлежностями, — Что нашел? — вкрадчиво осведомилась у него я. Он дернулся и треснулся затылком.

— Саишша! Ты меня убить хочешь? — поинтересовался Сим, садясь на корточки передо мной.

— Не! — радостно заявила ему я, оскалившись. Такого пожалуй убьешь! Хотя он и сам неплохо справляется… — В том, что ты ударился головой, моей вины нет! Сам виноват!

— Когда-нибудь я обязательно вспылю, и ты познаешь мой гнев! — конец фразы он произнес драматичным голосом.

— Угу, а моего гнева не боишься? — иронично вопросила его я.

— Я не только его — в смысле, гнев, — видел, но еще и пережил; поэтому — нет, не боюсь, — он поднялся и прошелся вдоль окна.

— Эт харашо, эт пра-авильно, — паясничала я.

— У меня к тебе вопрос.

— Я уже боюсь этих вопросов! — возмутилась я.

— А ты не бойся, я тебя спасу! — ухмыльнулся Сим.

— Хм, может мне специально какой-нибудь трагичный случай организовать? — с наигранной задумчивостью промолвила я, — Прямо-таки представляю себе такую картинку: ты… полуголый по пояс, — на этом месте паладин поперхнулся, — Несешь меня… на плече, пятой точкой в зенит. А на заднем фоне… взрыв!!! Нет, не так: ВЗРЫВ!!! Красиво… получилось бы.

— Создатель, откуда у тебя такие фантазии? — пробормотал Сим.

— Откуда, откуда — результат воспитания! — сварливо отозвалась я, — Как говорят: «Что выросло, то выросло»

— Это точно! — хохотнул паладин, вздергивая меня за шкирман и перебрасывая через плечо.

— Ты что делаешь?! — взвизгнула я, цепляясь за его одежду.

— Потакаю низменным природным инстинктам — девиц ворую, — тяжко вздохнул Сим. Кстати, висела я лицом вперед, а хвост сзади волочился!

— И как оно?

— Занимательно, — пожал плечами он.

— Насколько занимательно? — переспросила я у этого… не знаю даже, как его назвать-то так, чтоб в точку и не обиделся!

— Приятно, — уточнил тот.

— Ка бы тебя назвать-то? — облекла свои мысли в слова я. Потом подумала немного и продолжила:

— Вот есть конокрад, тогда ты, получается, девокрад? На демократа смахивает, не пойдет.

— Шассовор? — предположил Сим.

— Нет, не пойдет, — я задумалась, — Кстати, а куда ты меня тащишь? — наконец-то очнулась от размышлений я.

— В столовую, мы нашли ее случайно после того как взяли в плен ельфиков. Поэтому решили сбор организовать именно там.

— Жестами? — уточнила я.

— Ну а чем еще? — развеселился Сим.

— Угу, а столовая — это такое большое помещение с огромным столом в центре, а по периметру расположены некие шкафы и приспособления для приготовления пищи? — уточнила я.

— Ага, — утвердительно дернул головой паладин.

— Тогда это не столовая, а кухня, — поправила я его, — столовая гораздо больше, и вообще — опусти меня! Что наши подумают?

— Да какая разница? — тем не менее, меня все-таки осторожно поставили, но дальше повели за ручку.

— Здрасте, — вякнула я, когда меня торжественно ввели в кухню. Я огляделась.

— Вопрос вот в чем, — продолжал вдохновенно вещать со стула прерванный нашим появлением Норд:

— Нам нужно, чтобы кто-нибудь готовил! Я на это не согласен! Нам нужна женщина! Я для этих действий не пригоден! Пусть она готовит!!! — на этом месте своего монолога он указал на меня.

— Э-э-э… Как бы это сказать… — попыталась я донести до ребят мысль о том, что вся еда, которая выходит из-под моих рук пригодна только для травли нежити — для крыс это слишком жестоко. Да и не бывает их у нас — боятся.

— Да, пусть она готовит! — неожиданно поддержал Норда Люц.

— Я бы был осмотрительнее… — попытался вставить свой комментарий Тимка, но его гордо проигнорировали. А зря, в большинстве своем, мы, некроманты, готовить не умеем. При этом мы превосходные алхимики. Некоторые считают, что это древнее проклятие, но я считаю, что просто издержки профессии.

— Я против! — завопила я, но меня перебили дружным:

— А тебя никто и не спрашивает!!!

— С-сами напрос-с-силис-сь! — прошипела я. Да что они себе позволяют?!

— Ну Са, ну приготовь нам поесть! — начал слезно упрашивать Люц.

— Я не буду!

— А если мы заплатим? — вкрадчиво осведомился Норд.

— Сколько? — коммерческая жилка все-таки у меня есть, и не маленькая. Скорее — целое сухожилие.

— Сим, поцелуй ее, чтобы она нам приготовила пож… поесть, распорядился Найт.

Я рассматривала выпущенные когти. Намек был крайне прозрачным.

— Ладно, я попробую сотворить что-нибудь, но вы поклянитесь, что не убьете меня после лицезрения моего творения.

— Ладно-ладно, только делай уже что-нибудь! — поторопил меня Найт. Я вздохнула, с надеждой посмотрев на них — может, смилостивятся?

Нет, пришлось таки готовить.

Первым делом я всех вытурила, даже Сима. Сняла все украшения — кроме кольца, разумеется, — и положила их на край стола — чтоб не мешались.

Затем заглянула в небольшую — по нашим меркам — кладовочку, в которой располагались основные продукты — чтобы далеко не ползать. Взяла парочку яиц, затем мясо, специи. Попробуем приготовить самое простое — яичницу. Раскалила на плите сковородку и вылила на нее яйца… прямо со скорлупой. Ну, и так сойдет. Мальчики ж голодные, авось и не заметят…

Покидала туда же вкривь и вкось покромсанную колбасу. Ва-ау, а тут еще и шоколад есть! В смысле, я снова заглянула в кладовку. Ням-ням.

Очнулась, когда почувствовала запах горелого. По привычке обернула руку полотенцем и, схватив сковороду за ручку, бухнула ее на стол. Он треснул и определенно покосился — деревянный был. Я размахивала полотенцем, пытаясь прогнать дым и запах гари. Потом плюнула на это неблагодарное занятие, убрала фантики от трех (!) шоколадок и попыталась присыпать угольки, которые остались от колбасы и яиц, солью и перцем. Случайно высыпала полсолонки и остановилась на этом.

Взяла новую сковородку. Потом подумала и осторожно отложила, заменив на кастрюлю размером с целый котел. Вскипятила воду, поймала себя на том, что машинально ищу спиртовку и выругалась.

— Са, у тебя пожар там, что ли? — осторожно поскреблись в дверь.

— Нет, но у меня топор и я нервничаю! — мрачно отрезала я.

Достала из хладницы пельмени. Их делают только у нас и только мы, поэтому можно организовать их импорт — автоматически подметила я. «На них большой спрос в людских королевствах» — вспомнился мне рассказ отца.

Случайно высыпала всю пачку — а она с приличный рюкзак! Не, честно, я хотела чуть-чуть — но они сами ломанулись! Потом я вспомнила, сколько у нас мужчин и решила оставить все как есть.

По прошествии двадцати пяти минут я посолила их и варила еще минут пять. После чего выставила на стол кастрюлю — и ту еле дотащила, причем воду слить я догадалась! Критически оглядев то, что у меня получилось, я еще и поперчила их, подумав о том, что все мужчины любят острое.

Хм, кажется, чего-то не хватает… Регланы[40] — почему-то подумалось мне. Ну, в принципе да — надо же им потом как-то это вывести. Поэтому я бросила сверху пельменей пучок этой травы и залила кипятком. Где я ее взяла? Так на нас она не действует, мы ее в качестве специй используем.

Тахешесс. Спрашивается, зачем я выливала ту воду, в которой пельмени варились? Правильно говорят — чего нет, того нет. Это я про талант готовки.

— Ребята! Вроде готово, но я не ручаюсь за съедобность… — дверь снесло. Первыми осторожно оглядываясь, вошли паладины, потом наар, и только потом посмеивающийся Тимка. Он, как самый умный, отошел в сторонку и привалился плечом к стене, наблюдая со стороны за подозрительно рассматривающими оба моих «творений» парнями. Я присоединилась к нему.

— Поднял мертвецов? — шепотом спросила я Тимку, искоса наблюдая за тем, как Люц возмущенно разъясняет ребятам действие регланы.

— Да. Но у вас там что-то непонятное завелось. Мне кажется — упырь. Но я видел всего лишь мельком, пока улепетывал. Все мертвецы там остались. И он — или она — там бродит и их жрет! — в его тоне прозвучало искреннее негодование — как же так, он старался, поднимал зомби, чистеньких да целеньких выбирал — а их раз, и сожрали!

— Печально. Пойдем разберемся? — предложила я парнишке, потихоньку продвигаясь к выходу. Мужчины нашли виноватую в моем лице и только Норд как самый умный начал готовить. С мученическим выражением лица. Будто на казнь собственную идет, честное слово!

— Я на кладбище! — пискнула я и красиво свинтила в тайный проход, дернув за собой Тимку. Выскочили мы уже у выхода на другую сторону горы — там находилось кладбище. Причем хоронили на нем не только мы, но и эльфы, люди и вообще все народности мира присылали сюда покойников на захоронение. Ну а мы отсылали за них разные диковинные штучки или символическую плату.

Оказавшись среди родных мне крестов и могил, я сразу ощутила напряженность в магическом плане. Здесь кто-то… точнее… нет, все-таки это было какое-то перерождение. Но вот кто?

Мы с Тимкой рефлекторно встали спина к спине и согнули руки в локтях. Напряженно присматриваясь, я шепотом — сейчас лучше не шуметь, — спрашивала у Тимки обстановку:

— Ты кладку не заметил? Вдруг какая-то сильная нечисть поселилась?

— Говорил же я вам, что только десять мертвяков успел поднять и все! Больше ничего не заметил.

— На что эта тварь была похожа? Опиши поточнее.

— Мне показалось, что это был все-таки упырь. Человекообразная фигура с огромными когтями. Почти не разложившаяся. И она все время кричала… жутко было. Чуть не оглох. Но я потом спрашивал у паладинов и наара — они ничего не слышали. Правда, на само кладбище только я один ходил, они там снаружи стояли. Но вряд ли такой вопль они бы не услышали.

— Нам не повезло, — я похолодела от своей догадки, — Это… баньши, — шепнула я помертвевшими губами, одновременно создавая вокруг себя сферу абсолютного молчания и готовясь к возможному бою.

Да нет, не возможному, а точно произойдящему бою — ошиблась маленько. Я заметила колебания магического фона, причем их эпицентр двигался по направлению к нам.

Теперь нужно немного рассказать про баньши, чтобы было понятно, почему я так испугалась.

Баньши — в народе их называли «крикуньями» — возникали из трупов женщин, причем погибших насильно. Непременным условием было отсутствие мужчин в определенном месте в течении десяти дней до появления подходящего трупа. Потом новоявленная баньши создавала логово и уходила на охоту. Питалась она мозгом невинных мужчин. Слава Шаирэссару, потомства эти твари не давали.

Баньши могла убить своим криком — причем в буквальном смысле. Но вот слышали его как раз только невинные. Н-да, так что и мне, и Тимке явно придется его услышать.

Но для остальных у крикуньи были припасены тридцатисантиметровые когти, хорошо хоть не ядовитые. Убить баньши мог только мужчина… Вот и все сложности — мило, правда?!

Не обращайте внимания, просто истерика.

Ну в остальном все в пределах нормы для меня — четвертый уровень ускорения, силой превосходит меня, но на моей стороне скорость и магия. Плохо то, что баньши могли впитывать магию чужих заклинаний и подпитываться ею, так что… Тахешесс, короче.

Сим

После того, как мы удостоверились, что моя возлюбленная готовить точно не умеет, я заметил сваленные на краю стола украшения. Подошел поближе и стал вертеть в руках пояс. Примерил — как ни странно, пришелся впору. А ведь талия у Сай в два с половиной раза тоньше моей. Я протянул свои загребущие руки к короне…

— Я бы этого не делал, — предупредил меня наблюдающий за мной с огромным интересом Люц.

— Это еще почему? — хмыкнул я, с любопытством рассматривая вязь незнакомых символов на обруче и мелкие, почти не заметные камушки на кончиках зубцов.

— Это родовые артефакты, — он меня за идиота держит? А то я не заметил! — И вполне возможно, что они не допустят тебя к… хм, примерке.

— Не попробуешь — не узнаешь, — философски пожал плечами я решительно надел обруч на голову. Он тоже пришелся мне в пору. Никакого дискомфорта я не ощущал, поэтому с немым вопросом в глазах взирал на очень бледных ребят.

— Ну как? — нарушил я затянувшееся молчание.

— Да ничего… — отозвался наш гений магической мысли — это я про Люца, если кто не понял. И почему мне кажется, что не понял никто?..

— Я сам чувствую, что ничего, — огрызнулся я, — Мне интересно знать, это что-нибудь означает или нет?

— Ну в принципе, ты только что должен стать Лордом — насколько я понял систему правления шасс, — осторожно ответил Норд.

— Охренеть! — с чувством произнес я.

— Не то слово, просто не то слово… — печально согласился Найт. И тут же добавил:

— Я бы что-нибудь покрепче ввернул!

— Так, встал вопрос, где найти Сай, — я попытался сдвинуть корону набекрень, но не тут-то было! Она ни в какую не хотела сниматься или двигаться. Неужто мне теперь всю жизнь так ходить? Не приведи Создатель!

Где-то на периферии сознания появилось странное чувство… Так, назойливое жужжание или звон… Вот только в этом звоне отчетливо угадывалось мое имя и некоторые другие слова. Я прикрыл глаза и прислушался…

«Вот жизнь такая! Ни минуты покоя… Тахешесс, чуть не задела! Тимка-а!!! Фух, отбила. Быстро двигается, гадина! Вот мне бы мущинку сильного сюда, даже Норд сошел бы! А еще лучше Сима бы сюда. Он бы быстро разобрался с этой… мать честная, вот это вопль! Не ошибается народ, правильно крикуньей обозвал!»

«Сай… Саишша!!! САИШША!!!» — мысленно крикнул я.

«Тахешесс, кто это мне в мозги ломится?! Прибью… если выживу. Опа, так это сигнал с моей короны идет!!! Сима, ты ли это, ненагля-а-а… ****,***!!!»

«Так, быстро: ты где?» — я пропустил мимо ушей последнюю фразу Сай.

«На кладбище, вместе с Тимкой! Я же говорила! Тут баньши завелась, избавляемся!»

«Как тебя найти?»

«Просто попытайся почувствовать! И учти, за то, что без разрешения взял регалии — накажу! И не посмотрю, что ты теперь Лорд!!!»

Я открыл глаза и просветил с тревогой на меня смотревших ребят:

— Быстро! Объект: баньши, если это слово вам о чем-либо говорит, — Судя по тому, как побледнели Найт с Люцом, это серьезно.

Вылетев из «кухни», я снова закрыл глаза и как бы прислушался. О, кладбище — это далеко. Но есть тайный ход, и он намного быстрее…

Вылетев на седьмой — от страха за Саишшу перестал сдерживать силу, — скорости, я узрел эпическую картину битвы и увеличил скорость до десятой — и не такое могу! — так как Сай двигалась на пределе — а это восьмой уровень.

Саишша с Тимкой работали в паре, но это явно было для обоих в новинку. Хотя Сай более сведуща в области некромантии, ей приходилось тяжело — надо же было прикрывать неопытного новичка. Вдобавок и она и Тимка постоянно создавали заклинания от прослушки, причем на максимальном уровне. При этом они еще и закрывали уши руками, а у Тимки оттуда же тоненькой струйкой текла кровь.

Я зарычал, все вздрогнули и обернулись на этот полный нечеловеческой ярости звук. Я даже сам удивился — не ожидал такого от себя. Дальнейшее потонуло в кровавой пелене жажды крови…

* * *

Очнулся от ласковых поглаживаний по голове. Втянул носом воздух — Сай… Сонно потерся головой о ее ладонь и устроился поудобнее.

— Открывай глаза, не спишь же, — прошептала она.

— Не хочу… — пробормотал сквозь уже вновь подступившую дрему, но все-таки послушался и разлепил свои зерцала. Ага, я в комнате Саишшы.

— Что было? Баньши, я так понимаю, упокоилась? — Сай кивнула.

— Больше я никого не прибил? — она помотала головой.

— Сколько я тут сплю?

— Сутки. Сейчас полдень следующего дня — кстати, сегодня двадцать третье августа. Я тут кое-что нашла. В кабинете вообще много чего интересного было… — она помолчала, углубившись в свои мысли. Я, почти не дыша, любовался ее личиком, сейчас немного озабоченным, но вот она встрепенулась и продолжила:

— Слушай, ты же, наверное, голодный? Давай я принесу чего-нибудь, у нас теперь Норд кашеварит. Кстати, корону я положила на стол, потом возьмешь, если захочешь, — она дернула плечиком.

— Как тебе удалось ее снять? — воззрился я на нее, как на сошедший с небес сонм богов.

— Догадайся! — усмехнулась она, — Даю подсказку: Леди может снять у Лорда то, чего не может снять он сам. Лорд же…

— А ну-ка дай сюда… — я сцапал ее за руку и сдернул с пальца колечко. Давно я его заметил… Повертев в руках, возвращаю Сай и невинно улыбаюсь, спрашивая:

— Я правильно догадался?

— Не то слово! — и она выскользнула за дверь. Вот… змея!

Спустя пять минут в дверь комнаты постучали, точнее — забарабанили. Они там что, сапогами стучат? Знаю я, кто это. Найт с Люцом пришли, мозги выносить.

— Входите давайте, не стучите по мозгам! — крикнул я им.

— Мы тебе по мозгам не просто стучать будем, а… — Найт запнулся, пытаясь не сматериться.

— Я знаю, что вы мне будете мозги выносить, знаю, почему и знаю, что виноват. Но оправдываться не буду!

— Нет, мне понятно, почему ты показал десятую скорость, в этом я тебя понимаю, — попытался объяснить свою позицию Люц, — Но мне до безумия интересно, что с нами будет дальше?

— У меня вопрос относительно твоего мозга, — подключился Найт, — Ты вообще понимаешь, почему мы свою силу скрываем? Раньше ты почему-то себя в рамках держать умел, спрашивается, почему сейчас ты выдаешь один наш секрет за другим?!

— Потому что!!! — не выдержав, заорал я, — Потому что она моя, и только моя!!! И я не позволю какой-то нечисти так просто ее у меня отнять, — чуть отдышавшись, добавил я.

— Сим, я тебя не узнаю! — взвыл Найт. Защиту от прослушки мы поставили давно, поэтому можно было кричать сколько угодно, — Где твое спокойствие, которое не позволяло тебе терять голову даже в самых безвыходных ситуациях? Где та рассудительность, которая не раз выручала нас? Да даже я иной раз прислушивался к твоим советам!

— Ее похоронила Саишша! — рявкнул я, — Все мое спокойствие улетучилось, и вы сами это видите!

— Хорошо, давай зайдем с другой стороны, — прервал меня успокоившийся Люц, — Я понимаю тебя, хотя и не совсем. Но зная тебя — а я хорошо тебя знаю — можно сказать, что это лишь третий случай, когда ты настолько вышел из себя. Помнишь, когда это произошло?

Я помнил. Первый раз — когда меня послали на первое же здание. Ну и второй — когда меня первый раз уведомили о том, что меня желает видеть в своих покоях некая госпожа. О причине второго раза ребята не знали.

— Вспомнил? — полюбопытствовал Найт.

— Еще как, — мрачно ответил я.

— Тогда мне показалось, что повод был более чем весомым; а сейчас? Сейчас ты готов разъяриться даже по незначительного повода. Что с тобой, друг мой, происходит?

— Я не знаю, — простонал я, откидываясь на подушки и вцепляясь пальцами в волосы, — Это Саишша. Она… Равная, и этим все сказано.

— Не понимаю, но сочувствую, — честно признался Найт.

— Как твоя царапина? — сменил тему Люц.

— Какая царапина? — удивленно воззрился на него я.

— Мы появились как раз вовремя, чтобы увидеть эпическую битву тебя с баньши. И вот, не знаю как, но она тебя зацепила. Не иначе как случайно, потому что сам знаешь, кто мы… — он усмехнулся.

— А кто такая баньши? — воспользовался я моментом, чтобы пополнить свои знания. А то что ж это получается — на меня кто-то нападает, а я даже не буду знать кто это?

— Баньши — восставшая девушка. Не знаю, какие условия нужны для того, чтобы получилась такая нечисть, но крик ее могут слышать только… кхм… — Люц замялся, — Ну… только те, кто не состоят в браке, со всеми вытекающими последствиями.

Я прищурился. А ведь Сай и Тимка постоянно обновляли заклинания, как раз и предназначенные для того, чтобы убирать звуки… А ни Люц, ни Найт крик не слышали — о себе уж и не говорю.

Я подозрительно взглянул на ребят. Они виновато опустили глаза. Н-да, сколько живу — не перестаем друг друга удивлять.

— Ну, ты же не говорил нам, что полиглот, — пожал плечами Найт. Я поперхнулся воздухом.

— Ну а это вы откуда узнали? — обреченно спросил я у них. Не сомневаюсь, что и они сделали выводы обо мне.

— Ну рано или поздно всех пытаются заставить вести допросы, — передёрнул плечами Найт.

— Понятно, — я сел, скрестив ноги, — Меня занимает другой вопрос: почему я ничего не помню? И что произошло после того, как я отключился? — ребята удивленно переглянулись.

— Вообще ничего не помнишь? — зачем-то уточнил Люц.

— Нет, только момент, когда увидел эту вашу… баньши.

— Она не наша, она Саишшина, — поправил меня Найт и продолжил:

— А произошло следующее. Ты пришел в ярость и растерзал нечисть голыми руками. Потом тебя дернула за волосы Саишша и ты успокоился. Но явно ничего не соображал. Так вот, так как ты Саишшу отпускать из своих объятий отказывался, то вы в стиле вальса, — на этом месте Люц хихикнул, — отправились сначала к ней в кабинет, а потом и сюда. После этого ты свалился и уснул. Все.

Я схватился за голову. Что она обо мне подумает? А если рассердится? Что тогда делать?!

— Кхе-кхе, — раздалось откуда-то слева. Я посмотрел в ту сторону и застонал. Угадайте, кто там был? Правильно, Сай. Со сковородкой в руках. Нет, не пустой. Там было мясо и жареная картошка. В левой руке Сай держала вилку и кружку.

Пройдя мимо нас, она сгрузила еду на стол, и стала вдумчиво нас изучать. Ах да, забыл сказать, что появилась она из прохода в стене, который был расположен да-алеко от двери.

— Ну? Что делать с вами? — наконец спросила у нас она.

— Отпустить и простить? — предположил Люц. Прозвучало это как-то жалобно и просительно. Стыдно признать, но мы — вся тройка! — до дрожи боялись Саишшы, когда она не в духе.

И ведь умом мы понимаем, что нам она ничего противопоставить не может. Но вот какой-то потусторонний ужас все равно мягко пощипывает нервы.

— Не-ет, этого вы не заслужили, — покачала головой Сай. Не знаю как, но я сейчас точно знал, что сердится она скорее наигранно, чем по-настоящему, поэтому расслабился и снова улегся, закинув руки за голову.

И с удивлением покосился на втянувших в плечи головы ребят. Они что, этого не замечают?

— Так, раз уж вы здесь, то сообщаю вам о том, что принятие в клан состоится через день. Почитаете на досуге книжку одну, она написана на всеобщем, поэтому поймете. Две копии лежат у вас в комнатах. А теперь выметайтесь отсюда, и свои собрания проводите в другом месте! — она приглашающе открыла дверь. Вихрь — и раздался дружный облегченный выдох в коридоре. Я прыснул.

— Ты же не сердилась на нас? — спросил я, присаживаясь на какую-то низкую колонну, которая была вместо стула у Сай и принюхиваясь к аппетитному запаху мяса.

— А ты откуда знаешь? — удивленно посмотрела на меня Саишша.

— Ну я же льен-до, и к тому же Лорд! — гордо, но неразборчиво промычал я, вовсю работая челюстями. Сай только неопределенно хмыкнула.

Когда я доел, ко мне пододвинули кружку с чем-то белым. Да это же молоко! Я вперил в улыбающуюся шассу возмущенный взгляд:

— Это молоко!

— Ага. Пей давай! — весело ответили мне.

— Подумать только, паладин — и пьет молоко, — проворчал я и спросил:

— Откуда оно вообще взялось?

— Так на складах! — на меня уставились, как на недоразвитого.

— Ну так я же не знаю, как у вас все устроено! — воскликнул я.

— У нас, — поправила меня Саишша, — Теперь у нас. Ты не только тер Сишш, ты еще и Лорд, как сам сказал. А это огромная ответственность, которую тебе еще не понести.

— Ну, одной я тебе лямку тянуть тоже не позволю, — прервал ее я, — Научусь! Всему, что надо. И что не надо тоже попробую освоить.

— Уверен? — прищурилась Сай, — Не передумаешь?

— Никогда, — твердо сказал я.

— Это был твой выбор, — зачем-то сказала Сай, потом встала и указала на кружку в моих руках, к которой я даже не притронулся, — Пей! А я схожу в библиотеку, и принесу тебе кое-что. Если ты полиглот, то и наши книги поймешь.

Саишша

Когда появился Сим, я испугалась. Очень уж… зверское выражение было у него на лице. Ну, сцену расправления с баньши я опущу — не хочу травмировать свою психику еще раз.

Но последующие его действия меня просто разозлили: он меня обнял, просто вцепился как утопающий в соломинку. И шепчет на ухо. Что шепчет? Неприличности! Причем на моем языке!!!

Отволокла его в кабинет, там забрала гадальный шар и в свою комнату уползла. Только пришли — все, упал как подкошенный. Тахешесс!

Ух и тяжелый же он, з-зараза! Влезла в инфо-сеть — никто точно не знает, что это такое, но все пользуются.

Инфо-сеть покрывает весь материк и острова, и, похоже, весь мир. В ней хранится вся информация, какая вообще существует в мире. Крупные магазины приспособились — ведь информация про их товары тоже там присутствует! Дополнительная реклама, так сказать.

Остальные люди — и нелюди — используют инфо-сеть как средство для общения. Ну, а гадальные шары — всего лишь средство связи.

Когда Сим проснулся, сбегала за едой и некоторое время ругалась с Нордом, потому что он упорно не понимал, зачем мне сковородка. Да еще и с едой! Пришлось в популярных выражениях объяснить. После этого он «прозрел» и наконец-то отпустил так страстно прижимаемую им к свое й груди посудину.

И вот сейчас прогуливаюсь по библиотеке, пытаюсь понять, как теперь относиться к Симу. Перед глазами все время мелькали воспоминания, то как он рвал на куски баньши, то как нежно обнимал потом и шептал всякие глупости… Я встряхнула головой, прогоняя воспоминания.

Да какая разница, кто он такой? Я его люблю — неужели я призналась себе в этом? — и мне плевать на всё и всех, кто встанет на нашем пути!

Так, вернемся к библиотеке… Она у нас вторая по величине, первые, увы, эльфы. Слава Шаирэссару, темные.

Надо бы что-нибудь интересное, но познавательное. Может, историю? Где-то тут должны быть конспекты…

Набрав себе большую кучу толстых тетрадей я направилась обратно в свою комнату. Помню, меня поразило то, насколько точно Сим определил мои эмоции. Неужели знак льен-до начал работать еще и в его сторону? О чем я, в паладинах же есть кровь шасс, иначе откуда у них жабры? Значит, есть шанс, что знак будет работать не только у меня. Скажу честно… я рада.

Улыбаясь своим мыслям, захожу в свою комнату, гребнями сканируя пространство. Шарахнулась от препятствия посередине комнаты, недоумевая: откуда оно появилось? От резкого маневра верхняя тетрадь из стопки падает… в руки Симу. Он, оказывается, и был тем препятствием, которое я огибала.

Укоризненно покачав головой, он молча забрал у меня тетради и водрузил их на стол. Посуды там уже не было. Только молоко сиротливо стояло, так и не тронутое этим упрямцем.

— Я же говорил тебе, что меня можно попросить помочь, — он подошел ближе, крутя в руках расческу. Я покаянно опустила голову:

— Прости. Я привыкла все делать сама.

— Ты это уже говорила. Учти, когда-нибудь мое терпение лопнет.

— Это предупреждение? — уточнила я.

— Нет. Я просто информирую тебя о том, что может произойти, — спокойно ответил он. Я раздраженно зашипела, он фыркнул. Я уперла руки в бока, а он рассмеялся. Все, я обиделась!

Показательно отворачиваюсь спиной. Смех за спиной моментально стих:

— Сай? — паладин осторожно коснулся моего плеча, — Саишша, да ладно тебе, хватит, — меня развернули и прижали к твердой, как камень груди. Я подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— Ты обещала меня причесывать, — обиженно сказал Сим, — Я жду, — он сунул мне в руки расческу и уставился на меня.

— Садись на пол, — я указала на матрас. Ну он и сел, — Спиной ко мне! — воскликнула я.

Задумчиво расчесываю белые пряди, перебираю их руками. Сим блаженно жмурится, но тут же болезненно вскрикивает, когда я начинаю плести ему маленькие и тоненькие височные косички, попутно вплетая в них ритуальные бусины. Я, между прочим, специально их отбирала, самые красивые, легкие и качественные.

— Саишша! — сквозь зубы шипит Сим, когда я принимаюсь за вторую косу, — А нельзя поаккуратней?!

— Я нормально плету! — возмущаюсь я. Сим вздыхает, я ласково целую его в макушку и все продолжается по кругу, ибо Сим в любом плетении находит какие-то одни ему видимые погрешности. В результате приходится все переплетать. Наконец меня это довело и я просто швырнула в него расческу — от которой он, впрочем, без особых усилий увернулся — и наградила отборными комментариями на родном языке. Нет, не подумайте ничего такого, я не материлась…

— Тиран, сатрап, злодей! Я не собираюсь в тысячный раз переплетать тебе волосы! Самодур!!! — я воинственно размахивала руками, наступая на ошеломленно пятящегося паладина. Он был явно растерян.

Поняв, что просто так его не достать, я подхватила с пола подушечку и попыталась попасть в эту наглую рожу. Рожа, как и следовало ожидать, увернулась. Подушечка снесла со стола стеклянный шар и с диким воплем разъяренной кошки метнулась туда, пытаясь поймать шарик до того, как он разобьется и лишит нас связи с внешним миром.

Но Сим!.. Сим поймал его раньше и… спрятал за спину, продолжая пятиться, пока не уткнулся спиной в стену. Я зашипела от бессилия, понимая, что у паладина мне этот шарик не отнять, по довольно банальной причине — он многократно меня сильнее. Пришлось смотреть, как он вертит и рассматривает единственную надежду на то, что можно будет включить портал, который перенесет нас в Темную Империю и вернет назад.

— Какая интересная штучка! — хмыкнул Сим, отлично понимая, что эта самая «штучка» открывает ему неограниченные возможности. Другое дело, осмелится ли он меня шантажировать — и если да… то меня ждет крушение всех надежд, которые я уже успела построить. Очередное…

— Сай… — начал Сим, подкидывая шар на руке, — Ты на меня сильно обижаешься?

— Достаточно, — сухо ответила ему я.

— Давай так, я тебе шарик отдаю, а ты прощаешь мне мои шалости?

— Все? — уточнила я. Сим потупился:

— Большинство. Но я буду стараться не выходить за рамки! — поспешно поправился паладин.

— Хорошо, договорились, — я пожала плечами и протянула руку. Не зачем Симу знать, что размеры «шалостей» я могу определять сама. Но тут Сим замешкался и снова спрятал шар за спину. После чего окинул меня внимательным взглядом и произнес:

— Саишша… Ты пытаешься меня надуть, — он пристально посмотрел на меня. Потом продолжил:

— Скажи, что ты будешь судить объективно, — выпалил он, похоже, сам не зная, что его подтолкнуло на эти слова.

— Я буду судить объективно, — послушно повторила я, с любопытством рассматривая напряженного паладина. Он поспешно кинул мне шар и присел на корточки, сжав пальцами виски.

— Сай… Что со мной? — как-то очень жалобно спросил он и поднял на меня взгляд, — Почему я себя так странно чувствую? Будто мое тело — весь замок…

— Сим, ты приляг на кровать, — нервно попросила я, напряженно размышляя. Так, Сим надел корону и пояс, они его приняли. Значит, он Лорд. Чисто теоретически возможно, что артефакты решили сменить хозяина.

Вспоминая свои ощущения в тот момент, я вспомнила, что они быстро пропали после того, как я выскочила из кабинета и помчалась на крик. И тогда на мне был весь комплект украшений-артефактов. А после того, как у клана появляется Леди — обычно все происходит так — украшения делят на двоих.

Я схватила со стола пояс и корону, осторожно одела обруч на голову Симу и застегнула пояс.

— Ничего не делай. Сейчас все пройдет, — велела ему я, взяв за руку. И действительно, минуты через три-четыре Сим зашевелился и резко сел. Посмотрев на меня ошеломленными глазами, он вскочил на ноги и заходил туда-сюда по комнате, о чем-то напряженно размышляя. Я не мешала ему, свернувшись клубком на кровати.

— Как ты меня назвала? — неожиданно спросил он.

— Чего? — не сразу поняла я, — Ты о чем?

— Ты назвала меня солнцем, — терпеливо повторил Сим, — Почему? — и напряженно уставился мне в глаза.

— Хм… Не знаю, — растерянно ответила я. Что за глупые вопросы он задает?

— Понятно, — вздохнул паладин и присел рядом, — Так что со мной было?

— Артефакты тебя приняли, — с готовностью ответила я, — Теперь ты на самом деле Лорд.

— Я не Лорд, я дурак, — поправил меня Сим. Я хихикнула и выжидательно посмотрела на него, взглядом требуя пояснений. Он промолчал. Я насупилась.

— Сколько времени? — спросил Сим. Я равнодушно пожала плечами:

— Не знаю. Кажется, ранний вечер.

— Что это? — он кивнул на покосившуюся стопку тетрадей на столе.

— Конспекты, — с готовностью ответила я, — Тебе нужно их прочитать. В них история, а вот в этом, — я показала на тоненькую красную тетрадочку, — обычай принятия в клан. Читай, чтобы все знал! — он усмехнулся.

Я же вспомнила, что здесь где-то была лаборатория… Вроде бы Люц что-то про нее говорил. Ребята вообще излазили весь Даан-Азар пока не целиком, но… Понятно, в общем.

Я встала и направилась к выходу из комнаты.

— Ты куда? — спросил Сим, уже открывший и заинтересованно просматривающий записи, которые я ему вручила.

— Лабораторию делить, — хмыкнула я, — Она у нас одна.

— Только не убей там никого, ладно? — развеселился паладин. Я хихикнула и выскользнула из комнаты.

Скользнув по тайному проходу, я оказалась перед дверьми огромного круглого помещения, по периметру которого были расположены настенные шкафы, столы и приборы. Хм, судя по всему, Люц уже побывал здесь.

Я огляделась. А где все реактивы? В шкафу, расставлены по алфавиту. А порошки? В тумбочках. Единственное на всю лабораторию огромное окно отмыто и украшено голубыми занавесками. Где только откопал? На подоконнике колбы и микроскопы. Я не могу работать в таких условиях!

* * *

Через полчаса в лаборатории было не продохнуть от дыма и витавшей в воздухе копоти. Я с интересом рассматривала получившуюся склизкую гадость неопределенной формы и синего цвета. Ну… по идее, это универсальный лечебный амулет. Задумчиво смотрю как эта гадость словно кислота растворяет пол. Н-да… Вряд ли этим можно кого-нибудь вылечить.

Душа радуется выбитому окну и осколкам стекла на полу и где-то внизу под обрывом, а так же разбросанным по полу колбам. Хоть воздух свежий поступает, и то ладно. Сердце просит продолжения экспериментов. Ща будет прода!!!

На звуки взрыва сбежались ребята, кричат: «Что случилось?» Как будто не понятно! Отвечаю, что у меня селитра и я нервничаю. Как ни странно — отстали.

Сама же принялась увлеченно смешивать нитроглицерин с марганцовкой и аммиаком. Пропорции беру из ума, потом подумала и решила добавить еще и во-он ту красненькую жидкость. Состав вспенился, я от греха подальше рванула в коридор. Знакома мне эта реакция…

— Ложись!!! — первая последовала своему воплю, и тут… рвануло. Да так, что… В общем, последствия были печальны. Волна пламени пронеслась над нами, не задев. Слава Шаирэссару! Я приподнялась на локте, игнорируя ошеломленные взгляды ребят.

Внезапно рвануло еще раз, но слабее. По крайней мере, в коридор последствия не добрались. Я начала считать секунды до следующего.

— Неужели взрывы цикличны?! — забывшись, воскликнула я.

— Это заметно!!! — рявкнул злющий Люц, одним гибким движением поднимаясь на ноги. Потом подскочил ко мне и заорал:

— Это что такое?! Что ты там сделала, безмозглая змея-переросток?!

— Сам ***!!! — в ответ заорала я, приподнимаясь на хвосте.

— Но у меня по крайней мере не взрывается ничего и я не разношу лабораторию!!! — Люц попытался отвесить мне оплеуху, но я увернулась и с нехорошим интересом посмотрела на него. Тот этого не заметил и продолжил орать на меня, обзывая всякими… нехорошими словами.

Взрывы тем временем прекратились, но меня это уже не волновало. Этот… промолчу, кто он. Он посмел ударить меня? Я почувствовала, как поднимаются мертвяки на кладбище и втянула носом воздух. Злости я почему-то не чувствовала, только отстраненное любопытство.

Мертвые приближались. Я мысленно потянулась к ним и отдала приказ. Затем растянула губы в нехорошей улыбке. Люц бросил на меня случайный взгляд и побледнел аж до синевы.

Я подошла к дверям лаборатории и заглянула внутрь. Ну, как и ожидалось, там царила полнейшая разруха. Вот это мне нравится!

Я выпустила немного огня и разделила им помещение пополам. Огненная стена взревела и уперлась в потолок. Я нахмурилась. Что-то это странно… Отложим на потом. Потом обернулась и сказала Люцу:

— Вот твоя половина. На ней делай что хоть и когда хочешь. Залезешь на мою — убью, — проинформировала его я и удалилась с гордо поднятой головой. И хотя внутри меня все плавилось от наконец-то появившейся злости, я не позволила себе выказать ни малейшей эмоции на своем лице.

* * *

Я сидела в своем кабинете и задумчиво барабанила пальцами по столу. В спальню я не пошла по одной простой причине — там был тайный ход. А меньше всего мне хотелось кого-либо видеть.

Что сказать — меня терзала жгучая обида. Мало того, что Люц позволил… скажем так, некорректные высказывания обо мне, так он еще и ударить меня попытался. И вот именно второе ранило меня больнее всего.

Я прикрыла глаза, вспоминая «события минувших лет»…

Тогда я была всего лишь на четырнадцать циклов моложе себя сегодняшней. И тогда я еще жила в Лине.

Чужаки в клане — редкость, поэтому чужие шассы следовали героическому девизу: «Все на новенькую!!!» Было очень тяжело.

Что со мной только не делали… Вещи портили, на словах грязью поливали, травили всем залом… Даже избить попытались. Из-за чего? А просто так.

Повод они, конечно, себе придумали. Новенькая — она же обязательно примется уводить чужих шасс! Да она вообще просто воплощение Тахешесса на земле!

Компания ситшов — сильнее меня, как они считали, — поджидала меня на выходе из тренировочного зала. Не сказав мне ни слова, они затащили меня обратно и попытались «научить уму-разуму». Не получилось. Я ведь не зря была капитаном наемников, пусть и очень недолго. И не зря ходила дополнительно заниматься на «Хвостоломе» — жутком приспособлении, которое часто ломало позвоночник в районе хвоста самоуверенным ученикам. Собственно, из-за этого его и назвали так.

В итоге случилось то, что случилось. Я заработала переломы двух ребер, а шассы Линь еще долго не выходили из регенератора. С тех пор на открытый конфликт никто не выходил.

Я решительно встала и направилась в сторону выхода. Зачем? Уж точно не извиняться! Злость моя поутихла, а зомби, которых я подняла со злости, уже не отзывались на приказания. Я удовлетворенно улыбнулась. Надеюсь, они хорошо потрепали шерстку паладину.

Кто-то из моих коллег может сказать, что я разбазариваю материал… Но не отпускать же мне поднятых обратно! Тем более, что тогда я явно была в шоке, поэтому подняла не всех, а только четверть — максимум половину.

Так что на занятия с Тимкой хватит. Он же мне еще учеником приходится. Я мстительно улыбнулась: обучение моей непростой профессии требовало немалой выдержки, в первую очередь следовало следить, чтобы тебя не вывернуло.

Мысленно скользнув сознанием по горе — похоже, этот побочный эффект инициации у меня сохранился, что только радует, если честно, — я удовлетворенно кивнула. Все ребята сейчас находились в котельной. Как бы я ни была обижена, но не порадоваться смекалке ребят просто не могла. Действительно, котлы шумят просто ужасно, но там стоит отличное заклинание «Безмолвия». А замкнуть его внутри не сложно, и — пожалуйста, общайтесь сколько хотите.

Но тут мне расхотелось идти к ним. Вообще расхотелось их видеть, если честно, даже Сима. Поэтому я прошмыгнула в спальню — предварительно хорошенько осмотревшись, естественно, — схватила со стола гадальный шар и удалилась обратно в кабинет.

Там я подключилась к системе голосовых оповещений Даан-Азара, а затем четким и сухим голосом надиктовала объявление. В нем говорилось о том, что «… ученик Тимоферий должен явиться в полночь в лабораторию, на половину его учителя, сьямы Саишшы тер Сишшы-Линь и привести с собой десять поднятых зомби…» — далее шло указание, какой свежести поднимать, а так же не есть перед занятием. Посмотрим на твою выдержку, мальчик…

Сим

Мы собрались в котельной, и можно сказать, у нас шло совещание. Обсуждались два вечных вопроса: кто виноват и что с этим делать? Мнения были разные.

Все еще немного бледный Люц спрашивал у меня, в порядке ли вещей подобное поведение. Я пожимал плечами и отмалчивался, про себя думая о том, что фонарь под его глазом на диво органично вписывается в общую картину его лица.

Тот, похоже, понял, что за мысли бродят у меня в голове и отстал. Тут Тимка сказал:

— Не знаю, как вы, а я за змей, — увидев наши непонимающие взгляды, он пояснил:

— Я в этом конфликте принимаю сторону Саишшы.

— Почему? — поинтересовался я.

— С ней безопаснее, — пожал плечами Тимка, — И потом, она мой учитель!

А паренек-то непростой! Похоже, он считает, что моя Сай нас уделает — и я больше склоняюсь к этому развитию событий, если честно, — вот и принял правильную сторону.

— Давайте проголосуем, раз дело повернулось таким образом, — прервал мои размышления Найт, — Сразу предупреждаю, что я нейтрал!

— Я тоже, — пожал плечами Норд.

Передо мной стал сложный выбор. С одной стороны, давний друг, не побоюсь этого слова. С другой — Равная. Ребята выжидательно смотрели на меня. И я решился:

— Я за Саишшу, — кто-то хмыкнул.

Тут сверху прозвучал какой-то мертвый голос, в котором я с трудом узнал голос шассы. Тимка взвыл:

— Я столько не потяну!!!

— Но сегодня же поднял! — подколол его Люц. Ну все, началось…

— Так у меня резерв был полный! — на Люца посмотрели, как на идиота. Клинического.

— Итак, собрание можно считать закрытым, — подытожил Найт, — От себя добавлю: не покалечьте и не поубивайте друг друга!

— Об этом не беспокойся, — буркнул Люц, — Нет, я понимаю, был неправ, когда руки распустил, — он осторожно дотронулся до уже почти исчезнувшего синяка и поморщился, — но… какого *** она подорвала лабораторию?!

— Подорвала — уберет, ничего страшного, — философски заметил Норд.

— Ага! Счаз-з! Там все реактивы если не разбились, то перемешались так, что… ну вы поняли.

Мне лично это было до фонаря, поэтому я раздумывал, почему Сай понадобилось проводить урок именно в полночь. Может, у них там какая-то гадость по отношению к Люцу намечается? Надо поучаствовать. Хоть посмотрю, насколько у нее фантазия работает. Потому что у Люца только одно слабое место — его лаборатория. Вечно он над своими скляночками трясется, каждый день моет, протирает и так далее. И упаси Создатель хоть одну куда-нибудь переставить или на миллиметр сдвинуть — все, атас.

Иногда мне кажется, что он немного с приветом — ну сами посудите, разве нормальный будет разговаривать с кислотой? Как там он говорил… А, вот: «Ну-ка, давай, лейся! Я кому сказал, выливайся, ты ж… Так, ты что делаешь, гадина?!»

Вот и посудите сами, что можно противопоставить этому «алхимику» и как он отреагирует. Особенно если учесть, что мстить он будет с помощью той же лаборатории, так что я бы лично просто разрушил ее — и все дела.

Другое дело, что и Саишше тоже невыгодно разрушать их химическое производство. Так что… будет весело, это точно!

Вот как получилось, что ровно в полночь я стоял, прислонившись к стене и ждал. Чего — сам не знаю.

— И что это мы тут делаем? — раздался ехидный шепоток. Я резко повернулся.

— Саишша! Ты что здесь делаешь?

— Переадресую вопрос тебе, так будет честнее, не находишь?

— Эм… Я водички попить, — растерялся я, — На кухню вот шел.

— И заблудился, — кивнула скалящаяся Сай. Ну конечно она меня раскусила, но все же… надежда — ма-аленькая, малюсенькая, — что она не догадается все же была.

— Я пошел? — с надеждой спросил я, — Я вспомнил, что кухня должна быть где-то там, а лучше вообще до утра потерплю…

— Ну нет, уж водички-то я тебе и тут налью, — взмахом руки уменьшив огненную стену — которая, между прочим, никуда не подевалась! — до двадцати сантиметров от пола, она подошла к квадратной раковине, которую тоже поделили пополам. Правда, она была большой — два метра в длину.

Мне эта вся катавасия сильно детское ребячество напоминает. Я об этом прямо и сказал Сай, пока она ковырялась на полу в поисках относительно целого стакана. Нашла таки!

— Насчет ребячества, — ответила она, протягивая мне стакан с искомой жидкостью. Я подозрительно присмотрелся к посудине. А вот это что за прилипшая гадость такая? Нет, пить мне что-то расхотелось, — Тут дело принципов. Типа Праведной войны[41]. Так что… А вы, я так понимаю, тоже водички попить пришли?! — я обернулся. В дверях застыли фигуры Люца, Найта, Норда, Тимки и еще нескольких субъектов явно кладби щенского происхождения.

— Нет, нам бы чего-нибудь покрепче, — оскалился Люц. Весь его вид просто-таки орал во всю глотку, патетично отрясая кулаками: «А я вам что говорил?!» Не знаю, правда, как вид может что-то орать, но заверяю — если Люц хорошенько подумает… А Сай ему как следует поможет…

— Меня крайне интересует, что вы здесь забыли? — с плохо скрываемым раздражением поинтересовалась шасса, буквально взглядом отодвигая Люца подальше от границы зеленого пламени.

— Водички пришли попить, — нагло заявил Люц, хватая со стола стакан. Мой, между прочим!

Бац! Дзинь — поскакали осколки от колбы, которой Саишша попыталась прибить руку паладина.

— Дочь домашнего потомка крылатых и пернатых, — свысока уронил Люц.

— Это курица, что ли?! — прошипела шасса. Сдержалась, но та-ак посмотрела. Полное ощущение сложилось, что всех нас — а особенно Люца лицом в помойку ткнули.

— Необразованный имбецил с солдафонскими замашками, — после чего и меня и остальных решительно выпроводили. Мы тут же приникли к двери.

— Я?! Ну все, ты попала! — зарычал Люц. Ну да, ну да, он всегда говорил, что «уж он-то гуманитарий…»

— Я-то нет, а вот ты — да, — послышался полный превосходства женский голос, — Я-то могу заказать себе еще ингредиентов, а вот вы пока что полностью от цивилизации отрезаны.

— Каким образом ты интересно собираешься заказывать? — похоже, любопытство все же пересилило.

— Секрет, — с достоинством заявили ему.

— А если я тебе есть не буду давать?

— Каким образом? — она явно заинтересовалась.

— Я добрый и вежливый, я расскажу… может быть, — послышался скрежет зубов.

— В свете сложившейся ситуации, я могу только лишь указать тебе на дверь. Вон отсюда, и не попадайся мне на глаза!

Мы отпрянули от двери как раз вовремя, чтобы не ввалиться в проем, но налететь на мертвяков, все это время тихонько стоявших у стеночки.

Из двери вылетел Люц, который привалился к ней спиной и облегченно выдохнул:

— Один — ноль!

— Это мы еще посмотрим! — донеслось из-за двери и послышался зловещий хохот, который сделал бы честь любому чернокнижнику.

— Тимка, иди сюда! Счас мы из тебя моего ассистента будем делать!

— Я пошел, — мрачно посмотрел на нас парень, — Не поминайте лихом!

— Это шутка была? — неуверенно спросил Найт после недолгого молчания.

— Да вроде, — пожал плечами я.

— А может и нет, — таким же тоном ответил Люц. Из-за двери тем временем не доносилось никаких звуков.

Я покосился на мертвяков — они-то с нами остались! Что с ними делать? А вдруг бросятся? Нам-то на один зуб, конечно, но вот как-то… страшновато. Нет, не так — опасливо. Мы опасались того, что вот эти куски мяса бросятся на нас.

Постепенно все ребята, кроме меня разошлись. Я присел на корточки и прикрыл глаза. Не знаю, почему я остался.

Из-за двери по прежнему не доносилось никаких звуков. Я стал думать.

Как — вот как мне привязать Сай к себе — так, чтобы она не ушла по своей прихоти? Самое легкое — предложить брачный союз. Ну, положим, она ответит согласием, и что? Браки расторгаются, правда, крайне редко. Но в моем случае, думаю, узнав о том, кто будет разводиться, люди выберут сторону девушки.

Может быть, есть такие ритуалы, которые не расторгают — или хотя бы имеют трудновыполнимые условия для расторжения.

Хм, а это идея… Слышал я, что есть такие дикие племена с черной кожей, так у них развод только через сто ударов дубиной с гвоздями. Подходит, берем! Что у нас там еще?

Эльфы! Вот у них-то точно развестись будет трудно. У эльфов же все по протоколу: есть — про протоколу, спать — по протоколу. Есть мнение, что и в одно место сходить им тоже по определенному ритуалу надо. Ну там, сел, встал, ритуально почесался, какую-нибудь песню спел и только тогда-а…

Шутки-шутками, а доля правды в этом есть. Да и особой вражды я между той эльфийкой и Сай не заметил. Так, скорее пикировка заклятых врагов перед публикой.

Значит, нужно порыться в библиотеке. Если Сай носит мне оттуда конспекты, то и самому ходить можно. А нет — скажу что прямого запрета не было, хотя сильно сомневаюсь, что Саишша станет ругаться из-за простой вылазки в хранилище знаний. Другое дело, если залезу куда-то в запрещенный сектор. Но туда я не собираюсь. Пока.

— Сим, вставай, чего сидишь? — донесся до меня шепот. Я вздрогнул и очнулся. Расслабился, сдавать стал — раньше я бы не задремал на посту и подход Сай учуял бы. Впрочем, раньше у меня и мотивация получше была. Я усмехнулся и поднялся.

— Чего сидишь? Простудишься, знаешь какие полы холодные?

— Тебя жду. А простужаться я не умею, — я почти не соврал, потому что воспаление легких же не считается?

— Хорошо, что я догадалась в коридор выглянуть. Так бы и просидел до утра. Убираться нам еще долго… Слушай, иди-ка ты спать, — резко сменила тему Сай.

— А что вы там делаете? — я зевнул. Подумал, и зевнул еще раз.

— Убираемся и убираем последствия уборки, — скаламбурила шасса, останавливаясь напротив железной двери.

— Я эту комнату тебе хотела отдать, — Я вошел и огляделся. Кровать, стол, стул. Все стандартное, человеческое. Несколько светильников на стенах. Неприметные двери — наверняка одна из них ведет в ванную. Все обставлено в серо-синих тонах. Мне понравилось. Особенно засушенные веточки каких-то цветов на большом окне. Единственный минус — окно оказалось круглым и вместо шкафов были такие же ниши, как и у самой Саишшы.

— Спокойной ночи, — она незаметно выскользнула за дверь, а я даже не заметил. Действительно, надо восстанавливать форму. И думать, думать, думать…

Саишша

Тимка совершенно не умел работать с энергопотоками и управлять зомби! Из-за этого больше разрушений произошло из-за его попыток убрать разрушения мои.

Между прочим, рецептик этот интересный — а если честно, то оба — я записала в самую толстую тетрадь, которую нашла. И записи предыдущих алхимиков я тоже себе перетаскала. Одно огорчает: если мы с Люцем хотим продуктивно работать, то придется делиться приборами и реактивами. А делиться не хочется… Как там говорится: «Действуй строго по закону, то бишь действуй… втихаря!»[42] Вот так и будем. От своих принципов я не отступлюсь — не родился еще тот, кто сможет ударить меня безнаказанно!

В конце концов я сжалилась и услала Тимку спать — это произошло после того, как он свалился буквально на ровном месте. Не привык парень еще к скользящему режиму дня, но ничего — это не так уж сложно.

Сама я не подавала виду, но устала не меньше него. Но результат своих трудов меня более чем удовлетворил — относительно целая лаборатория и возможность работать в привычной для меня среде — хроническом беспорядке. Хроническом настолько, что понятия порядка и беспорядка поменялись местами у меня в голове.

Спать я легла где-то под утро. Небольшая пакость, сделанная Люцу, того стоила. Ведь станет же он когда-нибудь разбирать завалы на своей половине? Вот и будет ему сюрприз… взрывоопасный, требующий осторожного обращения. И вот пусть докажет, что это я так ингредиенты сложила, а не колбы повалились таким замечательным образом!

Еле нашла в себе силы натянуть рубашку Сима, не повалилась прямо так только потому, что прекрасно осознавала, что без этого не усну и все равно потом встану. Потом свернулась калачиком на постели, уткнулась носом в плечо и… заснула улыбающейся, впервые за все время, что я провела, скажем так, «на природе».

* * *

Проснулась от стука в дверь. С трудом вынырнула из вязкого кошмара, который быстро сменил приятные сновидения, и терзал меня весь остаток сна. Какие сны были? Хм… Приятные!

Сонное сознание некоторое время пыталось очнуться и понять, «… кому там жить надоело?! Иду, хватит долбать!» Этот — или эти, — кто-то стучал по меньшей мере сапогом, и лично мне казалось, что рядом с моей спальней расположилась штольня с работающим в ней шурдом[43] гномов.

— Сим, побойся богов! Я легла два часа назад, пожалей мои нервы! — я уже знала, кто это, не доходя до дверей. Ну сами посудите, кто может заявиться ко мне в… короче, очень рано и не испугаться если моего гнева, то хоть моей мести. Пусть маленькой, зато приятной!

— Сай, ты… — сонно щурюсь и приваливаюсь к косяку. Сим — полностью одетый и до обидного бодрый, — застыл, остановившимся взглядом изучая мой внешний облик. Я незаметно осмотрелась. Что не так?

Этот же вопрос я адресовала замершему паладину. Тот отмер, вздохнул, дернул кадыком, будто в последний момент удержал рвущееся с языка высказывание. Потом погладил меня по плечу и пожал плечами.

— Что-то случилось? — зеваю, чувствую что сейчас просто усну. Попытка моего бренного тела сползти по косяку вниз не удалась — сознание очнулось и дернулось вверх.

— Что произошло? — взмолилась я, начиная подозревать самое худшее. Он отвел глаза и пробормотал:

— Лучше тебе это увидеть, — я вцепилась пальцами ему в ворот:

— Тахешесс, что там?! Что вы нашли, кто пришел, какое стихийное бедствие случилось пока я спала? Что вообще могло произойти за неполные два часа?! Или у нас раненые? Да скажи же ты что-нибудь!!!

— Сай, все у нас с этим в порядке, — Сим легонько встряхнул меня за плечи. Я воспрянула духом, но он тут же вернул меня из Покоев Гекаты на землю[44].

— Все еще хуже, — я прочно уверилась в том, что у нас имеются умирающие или уже… того. Подавив панику, глубоко вздохнула и коротко бросила:

— Веди, — он взял меня за руку и потащил… в мой кабинет!

— Как?! — в шоке прошептала я, узрев расположившихся за моим столом ребят. Все были живы и здоровы, но… как?!

— Да есть ли здесь вообще хоть какое-нибудь место, где не ступала ничья нога?! — уже открыто заголосила я. Да хоть где-нибудь я смогу уединиться?!

Сим кашлянул. Я пробуравила его откровенно паникующим взглядом напополам со злостью.

— Это я открыл. И позвал.

— Ош хар трехт!!! — смачно выругалась я. И продолжила:

— Тахешесс! Дерек де рен! Очаровательно!

— Хорошо, больше не буду, — покорно согласился Сим. Он и без слов меня поймет, похоже.

— Нас не надо водить, мы сами придем, — ехидно вставил Люц.

— С-с-сомневаюс-сь! Я уж постараюсь сделать так, чтобы вы больше сюда без приглашения никогда не залезли, — прошипела я, истекая ядом — в прямом смысле слова!

— Перейдем к делу, — постучал пальцем по столешнице Найт. Я встряхнула головой и села за стол. Приятно было осознавать, что я сижу, а остальные стоят — больше стульев не было. Я собственноручно вынесла все, кроме моего. Какое наслаждение сидеть и смотреть, как остальные стоят и… тоже смотрят.

— Ну и что сподвигло вас на то, чтобы пригласить меня в мой кабинет? — тонкий намек был понят и оценен как полагается. Но ребята и ухом не повели.

— Вот, — Найт выложил передо мной распечатанный свиток.

— Что это? — я не торопилась прикасаться к письму.

— Уведомление. О том, что Император высылает к нам высочайшего посла. И прибывает через три месяца через портал. Для засвидетельствования того, что мы мирно относимся к Темной Империи, а лучше вообще для восстановления отношений вассалитета и торговли, — вместо паладина ответил Норд. Я побарабанила пальцами по столешнице, как недавно это делал Найт.

— Почему так долго? — нахмурилась я, — Я, конечно, понимаю, что правила этикета и все такое, но, Тахешесс, когда появляется новая и столь непредсказуемая фигура на политической арене!..

— Почему непредсказуемая? — полюбопытствовал Норд, разворачивая свиток.

— Ну ты даешь! — изумилась я, — Вроде Охотник, а что говорят о шассах не знаешь! Весь народ думает, что мы сумасшедшие, помешанные на идее своей собственности! А еще что с нами связываться — себе дороже! И что нас демоны из подземного мира вытурили! За неуживчивость, так сказать!

— Нехило, — оценил Люц. Норд шикнул на него и вслух стал читать:

— «Принимая во внимание ваш возраст, Сьяма Сен Саишша тер Сишша-Линь из рода Ха рэссов, мы, Император Темной Империи и прочая…»

— Что, прям так и написано? — усомнилась я.

— Нет, но не перечислять же весь список титулов… он тут полстраницы занимает. Читать? — я помотала головой.

— Продолжаю, — хорошо поставленным голосом Норд стал читать дальше:

— «…Принимая во внимание вашу неопытность на поприще управления кланом, а так же ходатайство вашего Мис'са'саарэй, Тайного советника Сен Мооло'това тер Сумешш из рода Шермератасс, мы даем вам достаточный срок для того, чтобы освоиться с нелегким бременем…» Короче, нам дали срок в три месяца. Чего делать будем? — Норд выжидающе уставился на меня. Я отмахнулась от него, ненадолго задумавшись. Потом вновь пристально посмотрела на него.

— Это не все, — констатировала я. Норд кивнул и Люц выложил второй свиток.

— Это — такое же уведомление о прибытии высочайших послов от каждого клана, о восстановление или расторжении старых договоренностей. Это — просьба о встрече с регентом для передачи полномочий.

— Выжившие, — кивнула я. Это хорошо, это даже очень хорошо. Просто отлично!

— Н-да? Сомневаюсь только я что-то, что сейчас у вас хоть какая-то реальная власть будет, — вмешался Тимка. Я что, сказала последнюю фразу вслух?

— Ну, в этом я тебя разочарую — верность долгу у нас на уровне рефлексов, так же как и материнский инстинкт, — я улыбнулась, — Правда, Лорд — тот, кто носит украшения… Но у нас и Лорд есть, — я кивнула на внимательно прислушивающегося к разговору Сима, — и Леди, так что не придерутся. А брак для этого вовсе не обязателен. У нас не людские королевства.

— Но и это еще не все, — я схватилась за левое сердце, испугавшись, что меня хватит удар. Тахешесс, они там что, все на меня ополчились?

— Соединенное королевство дроу и светлых эльфов объявляет нам войну и присылает свои войска. Меня это очень интересует, потому что такое вежливое объявление войны очень странно. Вы о чем-то договорились?

— Норд, я сейчас не могу соображать. Единственное, что я могу сейчас — это сделать вас Сишшами. И уже после того, как я высплюсь, мы продолжим разговор, — я зевнула. Хорошо, со смаком. Все вздрогнули на особо душераздирающем хрусте моих челюстей.

— Ну, хоть это, — разочарованно протянул наар.

— А спасение от брака тебя уже не прельщает? — я встала и потянулась, пытаясь продрать глаза окончательно. Норд вздрогнул и машинально осенил себя знаком Создателя.

Потягивалась я так же основательно, как и зевала, поэтому сейчас все вздрагивали от хруста моей спины.

— Ну, поехали. Кто-нибудь читал книгу, которою я вам дала? — я стала разминать шею и плечи. По пристыженному молчанию легко было понять, что все занимались своими делами, — И кстати, каким образом появились эти письма? Что-то я не видела почтовых голубей, — я прищурилась.

— Саламандра доставила, — пожал плечами наар. Точно, как же я сразу не…

— И что делать надо? Так, вкратце, — задал актуальный вопрос Найт.

— Ну, становитесь в позу… а, то есть на одно колено, — я раздраженно сплюнула. Ритуал принятия придумывался для шасс из других кланов, но ничего, справимся, — Потом я говорю слова, потом вы говорите: «Благодарю и клянусь не предавать». Конкретно тебе, — я указала на напрягшегося Сима, — нужно будет сказать потом еще: «Принимаю». Все, в общем-то.

— Сим, где украшения?

— Какие?

— Мужские. Пояс, корона.

— У тебя должны быть. Вроде на столе, я их не трогал.

— Надо бы тебе брачные браслеты сделать, — я оценивающе посмотрела на его обвитую стальными жгутами мышц «лапку». На заказ придется делать, похоже… Ну и что? Денег у нас достаточно.

Быстренько сбегала за артефактами и торжественно одела их на паладина.

— Начнем, пожалуй, — я встряхнула головой, очищая сознание от последних остатков сна, — Ты первый, — я ткнула пальцем в Люца.

Тот послушно опустился на колени.

— На одно, — я положила ему руки на плечи и начала говорить сначала на своем языке, потом на общем:

— Принимаю и клянусь не предавать. Дарую имя Люц тер Сишш из рода Ха рэссов, клянусь быть Леди и защищать. Принимаю тебя, со-родич.

— Благодарю и клянусь не предавать, — по моим рукам пробежалось зеленое пламя, перескочило и промчалось искорками по всему телу Люца, а потом втянулось куда-то на уровне груди.

— Сим. Принимаю и клянусь не предавать. Передаю свою жизнь и жизнь моего клана в твои руки. Управляй кланом так, чтобы наши враги удавились от зависти нашему благополучию, — формулировку я немного переиначила, но ведь смысл был тот же! А на получасовые разглагольствования у нас времени нет, — а друзья рыдали от радости за наше счастье, — торжественно касаюсь губами лба офигевшего от такой постановки вопроса паладину, — Дарую имя Сен Сим тер Сишш. Клянусь быть Леди и разделять невзгоды правления. Радости, так и быть, тоже. Принимаю, со-родич.

— Благодарю и клянусь не предавать. И, так и быть, принимаю статус Лорда, — он тоже умел ехидничать. На этот раз полыхнуло так, что у меня перед глазами заплясали зеленые круги. Впрочем, это быстро прошло.

— Дарую имя Найт тер Сишш из рода Харэссов.

— Дарую имя Норд тер Сишш из рода Харэссов.

— Ну наконец-то! — я улеглась на стол и попыталась заснуть. Не вышло:

— Саишша, а мне дальше так вот в этом и ходить?

— Тебе лень расстегнуть застежку самому?

— Я-то расстегну, а вот снять не способен.

— Ну иди сюда, дите неразумное и ни на что не способное… — подниматься было тяжело. Еще тяжелее было открыть глаза и узреть страдальческое лицо паладина.

— Посмотрел бы я на тебя, как ты свой перстень без меня сняла бы, — уязвленно пробурчал Сим, рассматривая корону.

— Перстень — не корона, — вяло возразила я, переползая к нему на колени. А что? Там теплее!

— Вам ничего не надо? Где-нибудь подальше? — спровадил новоиспеченный Лорд ненужных зрителей. Грубовато, зато действенно, прямо как мне сейчас и надо. Никого не хочу видеть… Ну, кроме, может быть, Сима.

Деятельный мозг не позволил уснуть, поэтому я встала и под удивленным взглядом что-то читающего паладина стала сверлить взглядом свитки с уведомлениями.

Нет, так я камней не добуду![45] С интересом вчитываюсь в текст. Так, первым у нас на очереди идет Император…

— Норд — гад!!! — заорала я абсолютно счастливым голосом и заметалась от радости по кабинету, размахивая письмом.

— И чему ты тогда радуешься? — поинтересовался Сим, поднимая взгляд от конспектов.

— Норд не все мне сказал! — радостно заявила ему я, — Послом прибывает тайный советник Императора, а это Мол! Братик! — я чуть не всхлипнула.

— Кому братик, а кому… соперник, — кажется, обиделся Сим.

— Ты не понимаешь! — я вновь заметалась по комнате, — Мы с ним не виделись… ну да, где-то цикл.

— Очень много, — саркастически скривился Сим.

— Для нас — да, — я обиделась, — Знаешь, мис'са'саарэй — не тот родственник, про которого можно забыть на сто лет. Мне без него плохо… Тоскую. И он тоже, — я грустно вздохнула. Воспоминания заставили настроение ухнуть в бездну и прочно там обосноваться.

— Саишша, не обижайся, — примирительно сказал Сим. Он и сам сердится, похоже.

— Просто грустно, что еще целых четыре месяца! Месяца! — я отвернулась, чтобы скрыть выражение своего лица. Паладин встал и притянул меня к себе, согревая своими объятиями.

— Ладно, мне еще работать нужно, так что отложим сантименты, — справившись с чувствами, буркнула я.

— Точно работать будешь? — недовольно уточнил Сим.

— Надо, — печально вздохнула я. На миг прижалась еще сильнее, но тут же вывернулась и стала читать прошение о передачи власти. Ну, тут все чисто. Действительно, никаких интриг, и, кстати, весьма достойный шасс, как я помню. Отец отзывался о Лин тер Сишше как о многообещающем ситше. Он старше меня почти на тридцать с лишним лет. И у него должны быть старшие братья. Не помню… Хотя странно, что выбрали его, а не какого-нибудь тысячелетнего старца.

Предупреждение о начале войны даже читать не стала — зачем? И так все знаю. Но все же заглянула — чтобы узнать сроки. Угу, через полгода, как и договаривались.

План был таков: приходят эльфы, устраивают небольшой погром в специально отведенном зале и мы официально заключаем еще один мирный и торговый договор. Ну и что, что это откровенная дуриловка по отношению к другим кланам? Их это не коснется, значит, и претензий не будет. А, еще и о военной поддержке надо договориться.

Теперь насчет остальных кланов. Вот тут надо повозиться. И если Мол дурить меня не станет, а наоборот — поможет стопроцентно, то эти старые политики… будут меня женить. Это точно, потому что… во первых, у нас митрилловые шахты. Во вторых, вторая по величине библиотека. В-третьих, у нас полная Сокровищница, а еще на мое имя счета в Имперских банках. И довольно крупные счета. И цифры там оканчиваются шестью нулями. Неплохой бизнес я сколотила когда-то…

Так, ну, клан Сумешш против нас не пойдет. Мол рассказывал про меня, наверняка. Да и, скорее всего, он будет представлять его интересы одновременно с Темной Империей.

Лесной клан… вот тут не знаю. Они преследуют какие-то свои, никому неизвестные цели. Мне достоверно известно только одно: чтобы им «понравиться» нужно вести себя с ними искренне. Наверное, потому что они связаны с природой и чувствуют остальных. Проще говоря, они эмпаты.

Ну, постараемся. А вот мелкие кланы — это сила. Грустно это признавать, но наши кланы так же, как и люди грызутся между собой за власть. Единственное правило — это не задевать главные кланы. Уж не знаю, останемся ли мы одними из трех «ведущих». Не знаю, может, побоятся тронуть — по принципу «Не тронь — не…» Мы славимся своей мстительностью.

Как же не хватает информации! Аж до слез. Но я надеюсь на помощь Мола. Он, конечно, балагур тот еще, но верный и может работать, когда надо.

— Сим, нужно поговорить, — я скользнула к нему под бок. Он тут же отложил книгу и заключил меня в объятия. Я устроилась поуютнее.

— О чем говорить будем? — кажется, ему все равно, лишь бы я говорила. Я взлохматила ему волосы:

— Ты знаешь, а ведь я девица на выданье, — как бы задумчиво и про себя произнесла я.

— В-смысле? — тут же напрягся он.

— В прямом. Видишь ли, остальные кланы не знают, что ты Лорд, хотя я не понимаю, как это произошло. Судьба, похоже, — я развлекалась тем, что заплетала волосы паладина.

— И-и-и? — он приподнял брови, — Саишша говори прямо.

— Скорее всего, меня постараются выдать замуж, — выпалила я.

— За кого?!

— А я откуда знаю?! — на миг дала волю чувствам я, — Понимаешь, я очень выгодная невеста, потому что клан богатый, а как Леди я еще очень неопытная. Так вот, и остальные кланы попытаются меня окрутить, чтобы забрать митрилловые копи. Или еще что, может, все сразу!

— Убью, — спокойно сообщил паладин.

— Думаешь, я этому рада?! — разозлилась я и честно призналась:

— Собственными руками удавила бы интриганов!

— Нет, не думаю. Просто все равно убью. Ты только моя льен-до, и делиться я не собираюсь.

— Я так рада, — без тени насмешки произнесла я, — Ну, не хмурься. От тебя требуется только не бить сразу и без повода, а так — делай что хочешь. Но только на поединке.

— Хорошо. Но учти, на мордобой на тренировке запрета не было, — он насупился еще сильнее:

— И вовсе я не хмурюсь!

— А это тогда что? — я провела пальцем по упрямо сжатым губам, по жесткой складке на лбу, — Ты не хмуришься, ты яришься! — внезапно поняла я. Он просто разозлен, очень разозлен!

— Я не яр… — я закрыла его рот ладонью а потом потянулась к его губам… А он ответил…

Сим

Я откровенно млел от нежных поцелуев Сай, а она это видела и ее прикосновения становились еще нежнее… Я с трудом оторвался от ее губ, потому что дальше заходить нельзя. Пока нельзя…

— Чему ты будешь учить Тимку? — занял я ее разговором, когда чуть-чуть отдышался.

— Хочешь, сам посмотришь? — улыбнулась она. Ярость во мне плавно улетучивалась, уступая место безграничной нежности и любви. Как она улыбается!.. Все сделаю ради того, чтобы она еще раз так улыбнулась!

* * *

Я сидел на табуретке, а рядом со мной расположился Тимка. Люц тоже сидел на своей половине и даже не притворялся, что что-то делает. Напротив нас стояла Сай и укладывала на невесть откуда взявшиеся столы мертвяков, которых подняла собственноручно. Зомби Тимки ее не устроили и она разнесла в пух и прах все его оправдания о том, что он больше десяти не поднимет. Главным ее доводом было: «Я так могу и ты тоже сможешь»

— Итак! Сегодня мы пройдем правила некроманта, и возьмем кое-что из песен.

Она покосилась на Люца, потом на меня и, усмехнувшись, продолжила:

— Слабонервных попрошу удалиться! — прождав несколько мгновений, она пожала плечами: «Это был ваш выбор».

— Первое правило некроманта: не быть брезгливым и быть крайне внимательным! — она взяла со стола нож и распорола живот одному из трупов, растянула края раны, чтобы была видна его… внутренняя часть и окинула внимательным взглядом аудиторию. Я с Люцем на это никак не среагировали, а Тимка побледнел.

Сай окунула палец в эту гадость и… со смаком облизала. Я поперхнулся. Люц ойкнул, а Тимка бросился к раковине.

— Между прочим, тебе это еще и повторять, — ласково улыбнулась шасса, дождалась, пока раковина освободится и стала спокойно мыть руки.

— Я же сказала, что некромант должен быть внимательным. Кто заметил, что я сделала не так?

Молчание. Все в шоке.

— Так и быть. Окунала средний палец, а облизывала указательный. Ученик, повторяй.

Раздался стон Люца, облегченный выдох Тимки и мое хихиканье.

— Кое-кто из вас смыслит в черном юморе? — усмехнулась Саишша, — Проверим.

— Второе правило некроманта: все должно быть стерильным. Самое интересное — самогон, чуть похуже — спирт, совсем плохо — специальный состав.

— Простите, учитель, вы сказали «интереснее»? — поинтересовался Тимка, тщательно отмывая руки. Он был все еще зеленоватым.

— Да. Ты не представляешь себе, как весело наблюдать за обсасывающими руки студиозусами. Особенно если они ковырялись до этого в желудке или кишках мертвеца. И как удобно шантажировать компроматом, появившимся на основе их развлечений потом.

Тимка позеленел. Люц усмехнулся. Я похлопал в ладоши, заслужив одобрительный взгляд от Сай.

— Итак, кто мне перечислит, кем может быть получивший профессию некроманта?

Молчание. А действительно, кем?

— Первое: лекарь. Можно даже хирургом поработать. Второе: боевой маг. Третье: дознаватель. Четвертое, для самых небрезгливых: палачом. Пятое: некромантом. Шестое: травник. Выбор большой, как видите.

— А что самое доходное? — задал актуальный вопрос Люц. Мне тоже стало интересно, я вопросительно уставился на Саишшу.

— Смотря на профессионализм и опыт, — пожала плечами шасса.

— А у вас большой? — спросил Тимка.

— Мне достаточно, — ускользнула от темы Сай, — Сегодня единственный урок, на котором ты можешь спросить меня не по конкретной теме, ибо под тему сегодняшнего урока можно подогнать все, что угодно… Так что спрашивай, что тебя интересует. Пока я добрая и относительно мирная, не вспомнившая навыки.

— А вот нас называют «трупоедами», а есть основания на это? — заметно оживился паренек.

— Ну вообще-то да, — смутилась Сай, — При желании или недостатке денег некромант действительно может некоторое время питаться трупиками, точнее, тем, что он из них приготовит. Но только в крайнем случае, так что пробовать не советую — получишь фобию. Но на всякий случай запомни: из брезгливого человека некроманта не получится… Поэтому разработана методика, которая относительно безболезненно избавляет ученика от этого ненужного чувства.

— А правда, что есть такое заклинание, после которого стареют лица?

— Есть, но его ты изучать будешь завтра, — Тимка запнулся и продолжил задавать вопросы:

— А какой самый сильный яд? А противоядие к нему? А много ли можно поднять трупов за раз? А сколько? А вы столько поднимете? А практиковаться в операциях мы на оживленных трупах будем? — вопросы так и сыпались из него. Сай терпеливо отвечала, просвещая и нас заодно.

— А как некромант может отомстить?

— О это очень просто, — Сай явно оседлала любимого конька, ее лицо приобрело вдохновленное выражение и нам выложили целую лекцию на эту тему. Создатель, я и не знал, что есть столько способов!

— Ну и наконец, мой любимый вариант — порча или сглаз. Проклятие, на худой конец! Для мелких обидчиков обычное проклятие невезения или какая болезнь, для кого повыше рангом можно использовать родовое, для тех, кто совсем уж доконал, особенное, лишающее посмертия. Но это проклятие очень сложно наложить, поэтому его ты пройдешь попозже…

— А как оно называется? — Тимка явно собрался самостоятельно покопаться в библиотеке.

— Не поверишь, никак! — фыркнула Сай, — Есть яд-без-названия, а есть Безымянное проклятие! Само собой, имя у него все-таки есть — но его почти никто не знает… И тебе знать его еще рано!

— А когда мне можно будет его узнать? — аж подался вперед парень.

— Когда увидишь Госпожу в первый раз, вот после этого и узнаешь! Точнее, она сама скажет.

— Кто такая Госпожа? — простодушно удивился Тимка.

— Очнись! Кто для некромантов госпожа? Конечно же Смерть или Геката! — удивление Саишшы было искренним. Так, стоп, она что, уже видела?! Чем дальше в лес — тем толще лесники.

— А чему ты удивляешься? — продолжила тем временем Сай, заметив ошеломление на лице своего ученика, — Ты что, не знал, что когда становишься масте… НЕ ЗНАЛ?!

— Нет… — растерянно ответил он.

— Ну я попала, — с такой же интонацией произнесла Сай, опускаясь на край стола, — С другой стороны, чего тебе бояться? — как бы в пространство начала рассуждать Саишша:

— Ну встретишь, ну поговорите, и пойдешь дальше!

— А правда…

— Правда! — отрезала Саишша, — Но это не больно, поверь! И следов потом никаких не остается! И на судьбу почти никак не влияет!

— А как это бывает?

— У каждого по-своему, — пожала плечами Сай.

— О чем вы говорите? — спросил я, так как вообще не очень понимал, чего так испугался Тимка.

— Вас, — Сай обвела взглядом меня и Люца, — вас это не касается! Все равно не поймете, — попыталась она смягчить стальные нотки в своём голосе. Я про себя решил если не в библиотеке, то у Тимки выспросить точно.

— Продолжим урок, — слегка нервно передернула плечами шасса, — Последнее правило некроманта: всегда! Всегда знать что ты делаешь! Следующая лекция. Тема: простейшие заклинания вербальной магии. Записываем…

— Но у меня же нет тетради! — воскликнул бедный парень.

— Это твои проблемы, — отрезала Сай, наблюдая за истерикой у Люца, которая началась после того, как он услышал, каким «арсеналом» обладает моя змейка. Как я ее назвал? Хм, мне нравится!

Сай перегнулась через границу и отвесила Люцу оплеуху. Тот, естественно, ее руку перехватил, но истерика у него прошла. Сай мило улыбнулась, забрала руку и продолжила:

— Из всего этого можно вывести еще одно правило: некромант должен быть готовым ко всему! Завтра я лекцию повторю, а сегодня слушай… Итак, кто мне скажет, что такое вербальная магия?

— Это песни, стихи… — стал перечислять Тимоферий.

— Садись, два! — оборвала его Саишша, — Вербальная магия — это магия слов в соединении с магией крови! Откуда ты берешь энергию для вербальной магии? Из ауры! Аура — это что? Это резерв! Но магия крови помогает взять больше и затронуть скрытые резервы, которые нередко бывают гораздо больше, чем внешний слой ауры. Чуть не забыла… Когда мы используем магию крови, мы не режем руки, шеи, хвосты и прочие части тела! Мы обращаемся к своей крови, которая течет внутри нас! Это понятно? — Тимка кивнул.

— Какую форму вербальной магии ты употребляешь чаще всего? — сделав паузу в несколько секунд, Сай продолжила:

— Заклинания! Они — самая легкая и доступная форма вербальной магии, которой могут пользоваться люди и нелюди. Вторая форма — короткие стишки или отрывки из песен. Они требуют очень много магии и доступны магам уровня не ниже магистра! Полная песня или шаманство — требует дох… ну ты понял сколько магии и доступны только шассам и архимагам! Иногда — хотя скорее редко — ею могут воспользоваться шаманы, потому что ауры у них как таковой и нет! В энергетическом плане они — сосуды, через которые во время камлания проходят огромные массы маны.

Она помолчала, давая переварить то, что мы только что услышали.

— Можно вопрос? — поднял руку Люц. К моему удивлению, Сай кивнула.

— Примеры можешь показать?

— Могу. Какой уровень?

— Для магистров, — выбрал Люц. Сай на секунду задумалась, а потом напела:

Меченый злом… Мертвым огнем

Лоб твой горит — ты не скроешь клейма.

Меченый злом… В сердце пустом

Спрятался страх — тени сводят с ума…[46]

— Эта мелодия помогает сгладить… последствия применения нескольких заклинаний. В частности, тот самый ритуал Объединения. Применяется при зачистке кладбища и обязательно с помощником. После ритуала нужно вот это спеть и вплести нисходящие энергопотоки… Это позволяет не потерять фатальное количество энергии и ограничивает откат… В результате он распространяется только на лицо.

— Жутковатая песенка, — оценил Люц. Я промолчал.

— Наоборот! — на Тимку явно снизошла гордость за свою будущую работу, потому что он с жаром принялся доказывать то, что песня хорошая:

— Учитель, а споете еще? Только в таком же репертуаре, чтобы отражал суть жизни некромантов.

— Это каким же образом, интересно, отражает? — саркастически поинтересовался Люц.

— Так клеймо же есть! — не понял его мальчишка

— Тимка! Не надо об этом рассказывать! По крайней мере, не своей жене и не коллегам! — оборвала его чем-то сильно разозленная Сай.

— Рассказывать о чем? — въедливо поинтересовался Люц. Его, так же как и меня, покоробило такое отношение. Н-да, только сейчас заметил, что и Тимка, и Саишша машинально отгораживают нас всех по ту сторону — они некроманты, а мы простые нелюди.

— Рассказывать о профессиональных секретах, — отрезала Сай, твердо смотря ему в глаза. Повисло неловкое молчание.

— А я есть хочу, — протянул Тимка и, показав нашей компании язык, унесся на кухню.

— Вот бесенок! — протянула Сай. Потом подумала и добавила, скромно потупившись:

— Прямо как я, — я фыркнул и поволок ее к себе в комнату, поговорить о том, что мы будем делать дальше.

— Ну и чего ты меня сюда притащил? — поинтересовалась шасса, когда я уселся напротив нее на кровати.

— Что дальше делать будем? В смысле, мы куда-нибудь двигаться отсюда будем или нет?

— Хм… Умеете же вы задавать вопросы, — наморщила лобик Саишша, — Нет, двигаться никуда не планирую. Вот через через оговоренный срок прибудет посольство, тогда, я думаю, и получим темное гражданство. И заодно представим вас как новых членов клана. Мне совсем не хочется, чтобы вас втихаря прибили и потом сделали непонимающее лицо — мол, не были и нет никаких новых тер Сишшов!

— А могут? — усомнился я. Все же я не кто-нибудь, а паладин — а это что-то да значит!

— Еще как! И не надо мне говорить о том, что ты самый быстрый, самый сильный и вообще крутой как вареное яйцо! Капля яда в чашку — и нет тебя! — Сай исподлобья посмотрела на меня.

— Ну ладно, ладно… — пробормотал я, несколько удивленный ее беспокойством обо мне. Неужели я так для нее важен?

Саишша

Я злилась на Сима. Ну неужели он не понимает, что я беспокоюсь о нем? Он-то, конечно, согласился с моими доводами, но я-то вижу, что сам он по прежнему считает, что «кто угодно, только не я!».

— Когда Мол приедет, не прибей его, пожалуйста, — попросила его я, положив ему голову на колени. Сим наклонился ко мне, собираясь поцеловать, но я надувала щеки и только хихикала. Его волосы упали мне на лицо и я подбросила их вверх, играясь, точно маленький котенок.

— Ну, Сай! — нежное касание губ, — Не мешай! А с твоим братом я разберусь, и не надейся на мое снисхождение! — еще один поцелуй, на этот раз в лоб.

— А то я тебя не знаю! — пробурчала недовольно я, зевая. Меня опять клонило в сон, но я боялась засыпать. Точно приснится кошмар, как и в прошлый раз.

— Да ты спишь! — спохватился Сим и, подхватив меня на руки, через тайные ходы отнес меня в мою комнату. Я только мельком удивилась: как он сумел так быстро запомнить расположение всех этих нор и трещин? Даже я запоминала несколько циклов.

* * *

К моему удивлению, спала я спокойно. Проснулась ранним утром, именуемым порядочными шассами «поздней ночью». Чувствовала себя прекрасно. Рядом обнаружила спящего сидя паладина. Тахешесс, он что весь день и всю ночь со мной сидел? Да нет, скорее всего, он просто пришел вечером присмотреть за мной. Он же взрослый мужчина, а не мальчишка!

Я потихоньку встала и укрыла его одеялом. Неча тут мерзнуть без моего разрешения!

На миг мне показалось, что его глаза приоткрыты, — как раз настолько, чтобы не особо затрудняясь, видеть все, — но когда я моргнула, то Сим все так же мирно возлежал на моей кровати. Нехорошее подозрение закралось ко мне в душу, но я отмахнулась. Ну не может шасс так искусно притворяться! «А паладин может» — подозрительно пробормотал мой внутренний голос. Я круто развернулась и покинула комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Изучаю ассортимент на кухне в хладнице. Богато, богато. Рука потянулась к аппетитной куриной ножке, но я пересилила себя и схватила варенье. Терпеть не могу есть эту приторную гадость просто так, даже не как начинку в булочке — а черпать ложкой. Но надо, от сладкого резерв быстро восстановиться и будет легче, по опыту знаю.

Сижу, ем, думаю. О чем? Как раз о том же — чем я буду себя умерщвлять? Поищу в Сокровищнице, там точно должно быть что-нибудь подходящее. И еще зайду в лабораторию, там возьму разрыв траву — если пожевать, то ускоряет регенерацию, хотя эта травка больше известна как взрывчатка или как незаменимый помощник вора, — и «Лебединый пух» — вообще-то яд, но мой народ использует его как успокоительное и в больших дозах — как обезболивающее.

Доев, заклинанием почистила баночку и прихватила с собой, в лаборатории поставила — пригодится. «Пух» не нашла, пришлось довольствоваться травкой.

Решила заглянуть еще и в кабинет — мало ли, может найду что-нибудь. На пороге мне показалось, что кто-то стоит за моей спиной. Я резко обернулась и полоснула по воздуху когтями, напряженно всматриваясь. Никого… Даже движения воздуха нет. Я закусила губу. Либо это мой ненаглядный, либо не знаю что и с какой целью. На всякий случай… буду осторожнее.

Спиной медленно вползла в помещение и сразу же захлопнула дверь. Как хорошо, что здесь, как и в моих покоях, стоит человеческая дверь, а не обычная зачарованная занавеска.

Легонько касаясь стены в определенных местах, я размышляла. Много ли на моем кладбище нечисти? И если да, то сильная ли она? Хотя не знаю, что хуже — стая гремлинов или зомби или один лич против той же баньши.

Если набросятся скопом — то даже с защитным кругом могу не устоять. А один на один — шансы пятьдесят на пятьдесят.

Перекладывая с места на место тяжелые фолианты, которые мой отец положил в тайник, я ничего не добилась. Вздохнув, водрузила книги на место, но тут я выронила верхнюю. Она упала, раскрывшись, переплет заломился, страницы смялись… Я вскрикнула от неожиданности, потому что еще раньше из страниц книги выпал маленький кинжал и, царапнув по чешуе, скользнул на пол.

Наклонившись, я сперва бережно подняла рукопись — это видно с первого взгляда, и лишь потом осторожно коснулась пальцем рукоятки маленького… жертвенного кинжала! Это точно! Рукоять из металла, ребристая — чтобы удобно было держать и мокрое от крови оружие не выскальзывало. Лезвие длинной в ладонь, шириной в палец, а толщина с бумажный лист! По тому, как переливался металл, я поняла, что он из сплава митрилла с небесным металлом. Я покачала головой — неудивительно, что он аж до крови поцарапал мою хвостовую чешую — а ведь там она особенно прочная! Из нее даже доспехи делают.

Ранка, правда, уже зажила. Но что меня удивляло, так это то, что не лезвии не было ни одного — даже маленького! — пятнышка крови! Только чистое лезвие, без малейшего изъяна. Интуиция подсказывала мне, что даже если я со всего маху шандарахну по этому явно непростому «ножику» кузнечным молотом, то он лишь вдавится в землю.

Я осторожно подцепила кинжал когтем за лезвие. К моему облегчению, никаких ловушек не оказалось. Я уже более уверенно взяла его в руки, наплевав на то, что в рукоятке может быть заусенец, смазанный ядом, потайная игла или еще что-то подобное.

Рукоятка легла как для меня ковалась. Я невольно восхитилась совершенством и изяществом линий — простое лезвие, даже без гравировки, только желобок для стока крови.

Так, я здесь не для любования этим чудом совместного труда оружейника и мага. Выскользнув за дверь, я осмотрелась и тенью мелькнула в открывшийся проход в стене, мгновенно втянув за собой хвост и закрыв проем. Мне послышалось приглушенное ругательство. Я успокоилась — значит, это всего лишь Симу не спится. Ну, не считая меня, конечно же!

Выйдя на площадь в центре кладбища, я подозрительно огляделась. Тахешесс… то есть Шаирэссар, только бы здесь одна мелочь была!

Я начала чертить пентаграмму, стараясь не смазывать линии своим хвостом. Вписывая необходимые знаки, я вспомнила, что я не одна. Наверняка Сим уже нашел меня. Поэтому я пробормотала:

— Вот сейчас защитный круг нарисую, замкну его и больше никто меня не достанет… И пусть снаружи хоть шабаш нежити собирается, меня это не волнует! — довольно неловкий намек, но думаю, понятный.

Однако как я не прислушивалась и не раскрывала гребни, я не почувствовала ни малейшего признака чужого присутствия рядом. Я вздохнула. Как же, непобедимый воин! Ну, я его предупреждала.

Я свернула хвост кольцами вокруг себя, и завершила круг, особенно следя за тем, чтобы случайным движением не нарушить целостность защиты. Набрав в грудь побольше воздуха, я аккуратно проткнула чешую в центре ладони и стала читать заклинание. Тут есть одна тонкость — нужно сказать все на одном дыхании.

Кровь медленно заполняла мою сложенную ковшиком ладонь, и я почувствовала, что на периферии сознания что-то зашевелилось. Я раскрыла височные гребни и просканировала пространство. Ого, да тут есть упырик! Я закрыла глаза — так было удобнее. И когда я их открыла, то чуть не завопила от неожиданности — прямо напротив меня возвышался полусгнивший труп зомби, мрачно сверлившего меня вываренными глазами. Я перевела дыхание.

Против моих ожиданий, на моем кладбище оказалось совсем немного нечисти — парочка зомби, один упырь, и подыхающий от старости волкодлак. Я высунула руку за пределы защитного круга и чуть наклонила ладонь, позволив небольшому количеству крови пролиться на землю.

Тот час же образовалась свалка: нежить стремилась поделить если не кровь, то хоть пропитанную ею землю. Подождав, пока нечисть передерется и каждый урвет себе хоть каплю, я повторила процедуру.

Таким образом я «кормила» мертвецов еще три раза, до тех пор, пока между нами не установился прочный контакт. Сунув в рот веточку разрыв-травы, я поспешно перетирала ее своими челюстями, одновременно плетя лечебные заклинания. Рот свело от кислой горечи. Зажмурившись, я приготовилась если не принять смерть во цвете лет, то уж помучиться от боли точно.

Над ухом послышался судорожный вздох, я сделала движение обернуться, но меня грубо схватили и впечатали спиной в твердую и бугристую поверхность. Чьи-то руки изъяли у меня кинжал и отбросили его далеко в сторону.

— Ты в своем уме?! — прорычали у меня над ухом. Я расслабилась, но ответить не смогла, потому что рот мне запечатали ладонью. Я замерла, ощутив прикосновение губ к виску.

Паладин проговорил слова заклинания и легким движением руки привел в действие мои заготовки, добавив своих, еще более мощных заклинаний. К чему это?

— Так почему ты решила покончить жизнь самоубийством? — с прежними рыкающими интонациями осведомился у меня Сим. Че-его? Какое, к Тахешессу, самоубийство?!

Я было открыла рот, чтобы опровергнуть его высказывание, но он снова не дал мне этого сделать:

— Молчи!!! — свирепо рявкнул паладин, пребывающий в состоянии крайней ярости. Схватив меня за руку он рывком развернул меня к себе лицом. Я открыла рот, чтобы вскрикнуть, но Сим не дал мне этого сделать, прижав меня к себе и уткнувшись носом мне в макушку. Я наконец поняла, обо что я так ударилась. Это были его грудные мышцы, которые он накачал до каменной твердости. Ну ва-аще, я балдею…

— Ты хоть понимаешь, что я подумал? — тихо спросил Сим у меня. Я возмущенно замычала, пытаясь задрать голову, чтобы высказать ему свои мысли насчет всего происходящего. Тахешесс… Прижал так, что разговаривать не могу.

— Ты-ы-ы!!! — полузадушенно прохрипела я.

— Ну я, — спокойно подтвердил паладин, — А вот к чему ты приманила нежить, я так и не понял.

— Это был ритуал! — возмущенная такой несправедливостью, воскликнула я, — Полагалось, что после моей предполагаемой смерти они прекратят существование, и кладбище будет чистым! А ты прервал меня на самом важном моменте!

— Могу еще раз проткнуть, хочешь? — свирепо рявкнул Сим.

— А ты не ори на меня! — завелась я, — Как теперь выбираться отсюда, ты подумал? А?!

— Они меня испугаются и убегут, — непоколебимый в своей уверенности заявил паладин, и тут же добил меня:

— А тебя я теперь вообще буду за ручку, как маленькую водить!

— Да ты!.. Ты!.. — я задохнулась от унижения. Да что он себе позволяет?! Я со всей силы саданула ему по груди и взвыла от боли в отшибленном кулаке.

— С-с-араз-са!!!

— Я знаю, — насмешливо заявил он и выскользнул из круга, выволок меня, — кстати, нежить действительно разбежалась! Не могу поверить… — и решительным шагом направился в сторону ворот.

— И вообще, а если бы здесь оказались другие паладины? Что бы ты тогда делала?

— Какие паладины? — я аж рот открыла от удивления и хвост в кольцо свернула:

— Это другая сторона горы, здесь уже Темная империя начинается!

— А хоть бы и так! — он упрямо тряхнул головой, — сути это не меняет! Такие, как мы, вполне могут и перебраться даже через настолько непроходимую гору. Причем без особых усилий!

— Не верю! — упертости и мне было не занимать, — Эта гора — граница! Ее воздвигли под конец Древней войны, она служила, сейчас служит и будет служить границей между Темными и Светлыми!

— Границы на то и созданы, чтобы их преодолевать! — поддел меня Сим.

— Не поверишь, это не просто гора! Это магическая граница! — я ехидно улыбнулась, — Проникнуть сквозь нее на эту сторону можно только через внутренние помещения горы. Так что переход поверху исключен! Если только это будут не самоубийцы. Между прочим, там, на вершине, даже дышать невозможно! Воздуха не хватает, — я покачала головой. Нет, то что он говорит положительно невозможно!

— Хорошо, допустим, сверху перебраться невозможно, — паладин скрипнул зубами. За разговором — точнее, спором, — мы не заметили, что уже дошли до гостеприимно распахнутых ворот и стояли на одном месте, продолжая препираться, — А вдоль???

— Даан-Азар занимает только часть этой каменной гряды, причем далеко не самую большую, — я мотнула головой, — И потом, мы тут до вечера стоять будем? Пошли завтракать!

— Завтракать она собралась… — пробормотал Сим, — В такую рань порядочные люди и нелюди спать должны!

— Да не так уж и рано, — я примирительно тюкнулась губами ему куда-то в подбородок, — До рассвета совсем немного осталось!

— Хорошо, ты меня убедила, — он тоже умел идти на уступки, — Ты что есть будешь?

— Посмотрим… — пробормотала я, величественно вползая в кухню. Открыла хладницу, внимательно изучаем представленный нам выбор. Паладин, пользуясь тем, что выше меня, смотрит из-за моего плеча, волнующе щекоча дыханием мою шею. А ведь всего лишь какой-то месяц назад мне даже в голову не приходило повернуться к ему подобным спиной!

С момента моего предыдущего посещения этой гостеприимной обители ничего не изменилось. Задумчиво хмурюсь, трудности выбора, м-да… Вот Сим этим не заморачивается, схватил замороженную и приправленную заклинанием сохранности тушку курицы и принялся ее ощипывать.

— Не мучайся, тут на двоих хватит, — пресек мои метания Сим, он уже кипятил воду. Вау, он и готовить умеет?! Просто золотая жила, а не мужчина!

Я села, обвив хвостом ножку стола и стала внимательно смотреть и запоминать. Нет, я не понимаю! Со стороны это так просто, а вот когда я приближаюсь к печке, то всегда происходит катастрофа! Видимо, это мне на роду написано.

— Что ты так пристально рассматриваешь? — не выдержал Сим.

— Не понимаю, — я вздохнула.

— Чего не понимаешь? — он опустил розовую тушку в кастрюлю и повернулся ко мне лицом, опершись бедрами на край разделочного стола. Кр-расивый, гад. Стремительные и точные движения, походка и грация хищника. Даже не могу поверить, что это чудо мужской красоты собирается добровольно и на всю жизнь достаться мне. Это я о том, что он хочет на мне женится. Наши браки не расторгаются…

— Того, что у других так легко получается готовить, а у меня этот талант уже уходит в минус, — ответила я, спохватившись, что молчание затянулось. Сим едва заметно усмехнулся, поняв, почему я задержалась с ответом.

В такие минуты он меня немножко… пугает. Вот такой, ощутимо старше меня, насмешливый и снисходительный к моим причудам, он мне кажется хищником. В роли жертвы же предполагаюсь я.

Я встряхнула головой. Пусть он меня иногда и пугает, но я, как мне кажется, люблю его. Интересно, а понравится ли мой избранник брату? Хвост даю на отсечение, что нет. Я задумчиво коснулась пальцами того места, где у меня располагался знак льен-до. Я не сказала Симу, что этот знак чаще всего наносят будучи уже либо в браке, либо жених с невестой. Ни к чему ему это знать.

Подняв голову, я встретилась взглядом с паладином, который внимательно наблюдает за мной. Он чему-то улыбается, и мне становится тревожно.

— Что? — спросила я, возможно, слишком резко.

— Да так, ничего, — его улыбка стала еще шире. Я тихонько зашипела — терпеть не могу неопределенности.

— Не сердись, — он снова стал моим Симом, который уступчивый и жизни не мыслящий без меня, — Просто… ты мне вдруг показалась такой молоденькой что я умилился.

Ну спасибо!

Сим

Саишша злобно прищурилась и недоверчиво раскрыла и закрыла гребни на висках. Обожаю ее такую — маленькую, взъерошенную, опасную, если ее разозлить, но в то же время беззащитную. Но назвать ее так у меня не повернулся язык, поэтому я ляпнул то, что пришло первым в голову. Судя потому, как ее передернуло, лучше бы я молчал.

Курица сварилась. Я достал ее, спиной чувствуя изучающий взгляд шассы.

— На, держи тарелки, — я обернулся. Она протягивала мне два маленьких — две моих ладони, — железных подноса.

— Что это? — рискнул полюбопытствовать я.

— Тарелки, — терпеливо повторила Сай. Похоже, она уже привыкла к моим «закидонам», как называет их Найт.

— Угу. Мне казалось, они должны выглядеть по другому, — заметил я, думая, что на таких маленьких посудинках мало что поместится.

— На большую, — на этот раз мне кинули уже полноценное блюдо с маленькими бортиками. Сай приподнялась на хвосте, став выше меня на полметра. Перед моим лицом оказался ее плоский живот, и я увлеченно принялся его изучать. Не удержавшись, коснулся губами того места, где у нормальных людей и нелюдей должен находиться пупок.

— Ты что? — испуганно вскрикнула Сай.

— Ничего… — прошептал я, прижав шассу к себе и уткнувшись носом в ее поясницу. Какая она все-таки маленькая!

— Перестань! — прошипела она. Я недовольно повиновался. Она достала из шкафа сверху два ножа и две вилки. Судя по ее лицу, я сильно ее смутил.

— Давай сюда, я разрежу, — хмуро сказала она, протягивая руки к кастрюле. Я отстранил ее:

— И сам справлюсь, — молчание.

— Сим… Си-им, — тихонько позвала она.

— Да? — я уже догадывался, о чем пойдет речь.

— Ну… Ты понимаешь… Я… еще не готова… ну… к этому…

— Так! — я резко развернулся и, подойдя к ней, оперся руками о столешницу, — Я тебя не заставляю! Я подожду, сколько ты захочешь. Обещаю, что не трону тебя даже пальцем! — я бледно улыбнулся. Неприятно, что попытку выразить свои чувства воспринимают как приставания.

— Си-им… Прости меня, а? — прошептала она, запрокидывая голову и смотря мне в глаза.

— Уже простил, — усмехнулся я, — Даже не обижался. Ты есть будешь?

— А как же! Только врать мне не надо! Я все прекрасно вижу и понимаю! — она нахмурилась, но тут же ее лоб разгладился.

— Я уже понял, — пробурчал я. Некоторое время слышалось только сосредоточенное сопение и причмокивание, когда я обсасывал косточки. Сай умудрялась делать это бесшумно, компенсируя тем, что с хрустом пережевывала хрящики. Зараза, перетянула на свою сторону все крылышки, а я тоже их хочу! Ну и ладно, зато все остальное мое.

— Сегодня я запущу портал, — вскользь отметила Саишша.

— А?

— Если захочешь, можешь погулять, — пояснила она, — И остальные тоже.

— Где? — уточнил я.

— В любом месте, где сохранились пространственные арки древних магов. Сам понимаешь, в основном это нынешние столицы, конечно, но и не только.

— Но ведь порталы могут вести только в определённое место? — усмехнулся я.

— Я же упомянула, что это портал древних магов, — она посмотрела на меня взглядом строгой учительницы, — Они могут перенести тебя в любое место, надо только правильно задать координаты.

— И что, я могу хоть в спальне эльфийского правителя оказаться? — недоверчиво спросил я. Она иронично приподняла одну бровь:

— А ты хочешь туда отправиться? — она чуть приподняла уголки губ. Я залюбовался на нее, — Велика вероятность, что там окажется твоя голова, а тело будет где-нибудь по гномьим катакомбам размазано. Сейчас уже разучились вводить точные координаты. Поэтому пользуются только теми точками, которые изначально вложены создателями.

— А какими соображениями руководствовались те маги, когда делали эти порталы? — спросил я. Интересно же! Может, храм какой-нибудь там или дворец найду.

— Никто точно не знает, только предположения. Например, три точки: комната Великого Инквизитора, кабинет Императора Светлой и соответственно спальня Императора Темной Империй. Понятное дело, что теперь эти комнаты находятся под мощной магической защитой, хотя и простую охрану выставлять не забывают. Теперь там никто не живет. Но я немного отклонилась от темы. Из летописей, которые я читала во время своего пребывания в кланах, я выяснила, что после окончания Древней войны образовалось два государства — две нынешние империи. Но еще выделялось одно братство — как раз та самая Инквизиция… Причем, что любопытно, изначально в ее рядах были шассы. Да-да, ты не ослышался, — она усмехнулась, заметив мое удивление.

— Однако позже — лет так через сто — сто пятьдесят в почетные ряды инквизиторов стали принимать людей и представителей всех остальных рас. И еще спустя два столетия часть инквизиторов решила, что надо отделиться от шасс. Постепенно в рядах Новых инквизиторов остались лишь люди. Шассы же переродились в некромантов, но лишь некоторые перешли в наш клан. Оставшиеся предпочли забыть о свое предназначение.

А вот здесь начинается самое интересное. Хотя среди инквизиторов произошел раскол, их предводители остались дружны. Темные и Светлые тоже продолжали сотрудничество, но их дружба была уже, что называется, «с холодком». Вероятно, именно поэтому портал может переместить в такие интересные — это слово она выделила голосом, — места.

— Ты говоришь, что часть инквизиторов переродилась в некромантов, — медленно протянул я, — Значит, тогда они уже были?

— Да, — вздохнула она, — Изначально, наш клан вообще не применял свои способности так, как это делается сегодня. Лишь после войны, когда нежить буквально жила в одних домах с людьми, а нелюди ели из одной тарелки со своими антиподами на сегодняшний момент, мы делали черную работу — убирали нечисть и порожденных заклинаниями монстров. Но у нас и у Инквизиции были несколько отличающиеся взгляды и методы.

Как ты знаешь, обычный метод Инквизиции — топором по башке. Мы же предпочитали сначала все выяснить, и только потом прибить. Зато делали это долго и со вкусом. Впрочем, отличия тогда были не слишком большие. Ну а сейчас… — она грустно усмехнулась. Я протянул руку и взял ее ладошку в свои. Она благодарно сжала мои пальцы.

— Насколько хорошо ты знаешь наш язык? — спросила она у меня.

— Если честно, то не очень. Но с пятого на десятое пойму.

— Понятно. Помоги мне, пожалуйста, — она поднялась и стала собирать дочиста обглоданные косточки.

— Чем? — спросил я, гордо водрузив поднос с объедками на остальные «тарелки». Она укоризненно посмотрела на меня. Ну а что? Я же помог!

— Мне бы корзинку достать… — задумчиво проговорила она. Потом подошла к стене, несильно ударила кулаком в выступающую пластину и выкинула мусор в открывшуюся топку. После чего она вернула стену на место, и сказала мне:

— Я не люблю питаться продуктами из кладовки. Пошли поохотимся?

Я опешил. Какая охота — вполне возможно, что сейчас под стенами находятся группы паладинов, а нас всего двое!

— Ну Сим! Не обязательно, чтобы прямо под стенами! — притворно опешила она. Я что, произнес это вслух?

— А где еще? Ты недооцениваешь нас, Саишша, не все такие добрые — или смелые, как посмотреть, — как мы.

— Возможно, Сим, но ты забываешь о том, что и я не последнее яйцо в кладке! — я интуитивно догадался, что значит этот фразеологизм.

— Все равно — ты женщина, это значит, что ты слабее. Возможно, что с одним паладином ты справишься, но только не с дюжиной!

— Женщина! — взвилась она, — Ты говоришь так, как будто женщина — исключительно слабое существо, которое не может постоять за себя и решить мало-мальски важную проблему! Да чтоб ты знал, я — Дайкинири, что значит не-женщина! Я не нуждаюсь в мужской опеке!

— В лес ты не пойдешь! — отрубил я, — А если не нуждаешься в опеке, то иди и сама решай свои проблемы! И не проси потом у меня или у кого еще помощи!

— Исполню ваш-ши указания в точности, Л-лорд! — прошипела она, и то, что она назвала меня Лордом больно резануло по сердцу. Она удалилась, а я остался мыть посуду. Пришлось искать раковину, потом некоторое время разбираться с тем, из какого крана течет горячая вода. В процессе я размышлял. Ну вот, докатились! Это, наверное, первый раз был, когда мы с Сай поругались между собой. И я никак не мог понять — обиделась ли она на то, что я назвал ее женщиной или на то, что я запретил ей высовываться из дома наружу. Я сказал дома?

Не понимает она, что ли? Это ведь реально опасно! Куда ее несет, такую непоседу? А мне приходится разгребать за ней! Теперь я начал сочувствовать ее брату — терпеть такую бестию всю жизнь… придется постараться, впрочем, отступать я не собираюсь.

Когда я заглянул в ее комнату, ее там не было. И в лаборатории ее тоже не оказалось. Я уже начинал нервничать. Наконец я заглянул в свою собственную комнату, но и там шассы тоже не оказалось. Когда я спросил об этом у Люца, он сказал, что она должна быть в библиотеке — вот уж с утра она там и сидит.

Между прочим, наша компания до сих пор изучала Даан-Азар! Ага, я тоже удивляюсь — куда это все помещается? Норд спустился вниз и рассказал, что там еще ну о-очень много места для исследования. Люц задумчиво спросил Найта — подо что такое огромное пространство? — Найт оставил свои мысли при себе.

Я направился туда. Огромное — даже по сравнению с остальными залами Даан-Азара, — помещение было заставлено высоченными шкафами, на стенах было несколько ярусов полок, на каждый вела лестница. И, конечно, книги. Миллионы книг! Большие и маленькие, романы тридцатилетней давности и чуть ли не рассыпающиеся в труху фолианты древних философов. Были книги, прикованные цепью, некоторые были с живыми картинками, другие бормотали что-то разными голосами и на разных языках. Под потолком парил огромный том, окруженный ореолом серебристого света. Я поспешно отодвинулся в сторону от места предполагаемого его падения. Книги ползали по полу, воспламенялись, не сгорая, когда я проходил мимо них, оглушительно захлопывались и вновь раскрывались, страницы перелистывались, как будто дул по меньшей мере ураганный ветер!

Я прошел дальше, дико оглядываясь по сторонам и шарахаясь от малейшего движения. Саишша оказалась в самой глубине помещения; я еле протискивался по узким проходам, оставленным между шкафами. Книги были так плотно утрамбованы, что когда я случайно задел выступающий корешок плечом, на пол повалилась чуть ли не вся полка! Я выругался, встал боком и начал собирать и вновь запихивать фолианты обратно на их места. Тут сверху свесилась любопытная рожица и задумчиво проговорила:

— Не думала, что ты интересуешься литературой запретной секции… Э-э, куда ты пихаешь?! — она соскользнула вниз, удерживаясь лишь кончиком пальцев и хвоста за те части полок, где были предусмотрены выступы. Я поднял голову вверх и догадался, где она была все это время. Потом посмотрел на то, как ловко она спускалась и понял, что эти выступы специально для этого и сделаны. Под конец я задался вопросом: чего я еще не знаю об укладе и обычаях жизни шасс? И как много времени займет изучения необходимой информации?

Саишша стала собирать все еще разбросанные книги и аккуратно втискивать их на свои места. Я опомнился и бросился помогать ей.

— Я тебя искал целый день, — начал я издалека.

— Не день, а полдня, — педантично заметила она.

— Это дела не меняет, — я раздраженно нахмурился, — Ты что, прячешься от меня?

— Сим, — она с бесконечным удивлением смотрела на меня, — Только ты мог подумать такое. Вот поэтому я тебя и люблю, — подумав, добавила она. Я счастливо выдохнул, но поймав вопросительный взгляд Саишшы, смутился.

— Так зачем ты меня искал? — спросила она, постукивал кончиками пальцев по корешкам книг.

— Просто так. Может, я соскучился, — прямо сказал я. Она странно взглянула на меня.

— Мне показалось, что у нас возникли некоторые разногласия в одном вопросе, — я стиснул зубы, сдерживая ругательство, но тем не менее продолжил:

— В двух, если быть точными, — поиграем на ее правилах, если она этого хочет.

— Нет, в одном, — упрямо возразила она, — Я поразмыслила и пришла к выводу, что твои слова не содержали в себе никакого злого умысла, которым я их наделила, — она подняла на меня свой взгляд и посмотрела прямо в мои глаза.

— Значит, этот конфликт исчерпан? — с надеждой спросил я.

— Подожди еще, — со смешком ответила она, — Не до конца, — я снова упал духом. Она взяла меня за руку и потянула дальше по проходу, вглубь библиотеки. Наконец мы дошли до конца коридора, то есть до тупика. Здесь было так пыльно, а воздух такой затхлый, что я закашлялся. Саишша тоже кашлянула пару раз, но этим дело и ограничилось. Видимо, эта обстановка и «климат» были привычны ей. Она мановением руки сняла с моих волос паутину.

— Ну и зачем… кха-кха… Ты меня сюда притащила? — сквозь кашель спросил ее я.

— Чтобы поговорить, — лаконично ответила она. Подождав, пока я прокашляюсь, прочихаюсь и вообще стану готовым ее слушать, она вновь заговорила:

— Итак… — тон, которым она произнесла свое короткое вступление, был даже немного угрожающим, — Мы вроде взрослые те рши, — в этом месте я скептически хмыкнул, но увидев ее взгляд, умолк, — так давай разложим все по полочкам. Почему ты не хочешь, чтобы я время от времени прогуливалась по окрестностям?

— Потому что это может быть опасным, — не задумываясь ответил я.

— Опасность заключается в чем?

— В том, что Инквизитор может не успокоиться, вот в чем, — она открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут уже я не решил высказать свою точку зрения:

— С моей стороны, я считаю, что тебе вполне нормально и здесь, среди друзей…

— И любимого, — вставила она, я кивнул:

— Да, и такого замечательного меня, — она улыбнулась, — Когда ты выходишь даже на свое кладбище, что находится, опять-таки по твоим словам — видишь, я во всем полагаюсь на тебя! — по другую сторону горы, ты тоже подвергаешься опасности, но это я еще могу стерпеть. Однако я ни за что не отпущу тебя туда, где эта опасность станет явной! И потом, чем ты недовольна? Вон сколько книг, — я указал рукой в сторону, так как картинно обвести помещение своей дланью я был не в состоянии, — Ты можешь переместиться в любую точку, где есть пространственные арки. Разумеется, под моим контролем, — добавил я.

— Контроль! — воскликнула она, — Это нечестно! Я к тебе отношусь, как к взрослому мужчине, а ты ко мне — как к маленькой девчонке! Ну ладно, это меня не тяготит. Но ведь даже тебе будет тесно в помещении, если ты будешь там сидеть дни и ночи напролет, верно? А у меня этот срок сокращается вдвое — я женщина, я маленькая девочка, я шасса, в конце концов! Мне некуда давать выход своей энергии и огню.

— Иди и тренируйся! — заявил я. Она вздохнула.

— Хорошо… Закроем на этом тему? — предложила она. Я не поверил ей и закрыл собой проход, скрестив руки на груди, благо это было не трудно.

— Ну почему ты такой недоверчивый! — раздраженно воскликнула она, — Хорошо, чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты не выходила никуда хотя бы не предупредив меня об этом! — не сдержался я, — Я беспокоюсь о тебе, понимаешь? Боюсь за тебя. Это называется забота, Сай.

— Заботливый мой, — с иронией прошептала она, — Я не буду никуда выходить без твоего позволения, — повысила голос шасса, — Достаточно тебе этого?

— Угу, — я осторожно коснулся ее плеча и привлек к себе. Она обняла меня и уткнулась лицом мне в грудь. Я едва слышно облегченно выдохнул — честно признать, я боялся, что она не захочет сближаться со мной после того, как я запер ее здесь.

— Что ты читала? — вспомнил я.

— Да так… — уклонилась она от прямого ответа, — Хроники нашего клана.

— А еще? — мурлыкнул я, удивляясь тому, что мой голос способен производить такую интонацию.

— Планы подземных катакомб, — созналась она.

— Сбежать хотела… — догадался я.

— И сейчас хочу, если на чистоту, — усмехнулась она, — Но благодаря обещанию мне придется брать тебя с собой.

— Ты этому не рада? — я постарался скрыть огорчение.

— Почему же, рада, — пожала она плечами, — Мне приятно твое общество. Признаюсь, еще ни один мужчина не смотрел на меня так, как ты… — я сглотнул. Не признаваться же, что иногда раздеваю ее взглядом! Обидится… до сломанного носа. Нет, мне-то ничего, быстро регенерирую, но мой «рейтинг» в глазах Саишшы, если можно так выразиться, упадет глубоко в пропасть.

— Может, ты мне расскажешь что-нибудь из истории твоего клана, — с надеждой спросил я. Примирение нужно укреплять.

— Что? — усмехнулась она, — Я дала тебе интересное чтиво.

— Я не знаю твоего языка, — откровенно соврал я.

— Ну ладно, — она повела меня назад, — Хочешь, азбуку почитаем?

— Нет, не надо! — я услышал ее тихое хихиканье. Она любовно пробежалась тонкими пальцами по корешкам книг и выбрала не слишком толстый, но довольно увесистый том. Затем она обернулась и спросила меня:

— Здесь почитаем или в центр пойдем?

— Центр — это… — я приподнял брови, выражая удивление.

— Ну, в центре библиотеки есть свободное пространство — не слишком большое, — занятое столами и стульями. Но, знаешь, мы в основном если и читаем в библиотеке, то забираемся на верх шкафа.

— Давай заберемся, раз тебе хочется, — предложил я.

— Да забраться-то ты заберешься, но спустишься ли? — она нахмурилась, — Впрочем, давай попробуем.

Она ловко зажала книгу под мышку и, цепляясь только одной рукой и хвостом, вскоре оказалась наверху. Я посмотрел туда. А шкафы были очень высокие… Нет, полезу! Не хватало еще выставить себя трусом перед Сай!

На середине пути я по глупости посмотрел вниз. Как завороженный я смотрел, как пляшут пылинки. Пальцы чуть не разжались, спасли рефлексы — нас заставляли лазать по отвесным стенам замка инквизиции, а это гораздо тяжелее, чем залезть по книжному шкафу.

— Сим! — донесся сверху вскрик Саишшы. Я зажмурился, встряхнул головой и полез дальше. Через четыре минуты я уже валялся рядом с Сай, тяжело дыша.

— Ты живой? — надо мной нависло прекрасное личико шассы.

— Нет, помер по дороге, — съязвил я, садясь. К моему удивлению, тут оказалось достаточно места, чтобы мне встать на колени, а человек обычного роста мог бы тут стоять, не касаясь макушкой потолка. Я сел на корточки, слегка раскачиваясь взад-вперед.

— Итак… — Сай устроилась поудобнее, вытянув хвост вдоль. Я последовал ее примеру и лег, опираясь на локти. Мы оказались лицом к лицу. Я чуть было не поддался искушению, но вовремя одернул себя. Я не для этого преодолел такую высоту!

— Расскажи мне о своей семье, — успел вставить я, прежде чем она начала рассказ. Она посмотрела на меня и сказала:

— Я предвидела этот вопрос, — она вздохнула, — Что ж… если ты этого хочешь… Эта книга посвящена относительно недавним событиям, — начала Сай, отыскивая нужную страницу, — Я надеюсь, что ты не откажешься выслушать мои комментарии? Начнем мы, пожалуй, вот с этого момента…

Она раскрыла книгу почти на середине и я по заглавию понял, что это летопись. Предельно сухая, но комментарии Саишшы помогли мне лучше понять то, что тогда происходило. Пробегая глазами строчки, я слушал Сай, и картины прошлого вставали перед моими глазами.

— Лорда клана звали Гильмеш, это мой дед. Он прославился тем, что был искусным политиком. Его коронным номером было затеять какой-нибудь шумный скандал, и пока все отвлекались на рассказы об очередной измене, выплывшие в свет или на объявление войны, он проворачивал нехилые махинации. При нем клан Сишш стал самым богатым среди всех. Золото текло рекой — помимо того, что дед был искусным политиком, он нашел себе очаровательную шассу, покорил ее и приобрел не только любимую жену, но еще и достойную Леди — ибо Шассэ — так звали мою бабушку, — обладала коммерческой жилкой. Хотя, когда я читала летописи, мне показалось, что у нее не жилка, а целое сухожилие.

У них было восемь детей, мой отец был пятым, из второй кладки. У него тоже был незаурядный ум, он сумел распорядиться богатством деда. Ты, наверное, не знаешь, но у нас можно не передавать корону по наследству старшему сыну или дочери. Править должен только самый достойный, самый умный, хитрый, самый сильный.

Салмар немного приумножил богатство, но и только. При нем наш клан достиг больших высот в исследовательских началах. Мы изобрели несколько новых ядов, с десяток новых заклинаний, он лично участвовал в создании еще одного универсального противоядия, но исследование заглохло, так и не начавшись из-за покушения на жизнь Лорда. Виновного нашли и подвергли сначала отречению, потом казни. Однако это оказалась лишь пешка. После этого произошло еще несколько покушений, и все со сходными обстоятельствами: преступники были только орудием. Того, кто стоит за всем этим таки не нашли.

Однако тебе будет любопытна одна вещь: последний несостоявшийся убийца скончался от яда, который неизвестно как попал к нему в камеру в Карцере. Ты еще не наткнулся на это прелюбопытное помещение? Что ж, если найдешь, то сразу догадаешься, почему его так назвали.

Мой отец присутствовал при агонии, умирающий бредил, и постоянно упоминал какого-то хозяина, говорил, что нужно провести ритуал, чтобы узнать Наследника. Через пару минут он умер. Но это была все же зацепка. Когда Некроманты ради этого прошли в Потусторонний мир, знаешь что случилось? Как ни странно, но призрака — или, вернее, души, — покойного так и не нашли. Это удивительно тем, что это попросту невозможно. Дело замяли. Однако я позже, когда узнала об этой истории, хоть была и маленькой, покопалась в летописях: подобные покушения были совершены и на моего прадеда, и на деда тоже. И еще — все убийцы были молодыми. Моего возраста. Совершеннолетние, но не до конца взрослые, не осознавшие перемены своего положения. Понимаешь?

Вскоре после этого мой отец тоже встретил шассу, ее звали Иссида. Говорили, что ее дед когда-то чуть не стал регентом, однако появился истинный наследник. И еще говорили, что это именно ее дед, мой прадед по материнской линии виновен в том, что мы лишились вот этой реликвии, — Сай показала мне руку с кольцом.

— Однако мой отец был ослеплен любовью. Он не посмотрел, что этот брак откровенно порицали его собственные родители, он заключил союз с Иссидой. Они жили в любви и согласии вплоть до второй кладки. После того, как на свет появилась я, мои родители горько раскаялись в том, что когда-то одели брачные браслеты. Я не знаю почему, но мое рождение произвело такой фурор, что некоторые советовали закопать меня, пока я еще нахожусь в детском возрасте. Однако за меня вступился мой пра-пра-пра… в общем, очень далекий дедушка. Он и поныне жив, если тебе все еще интересно, — я поспешно кивнул, захваченный рассказом.

— Так вот. Меня не умертвили, отдали на воспитание дедушке. Некоторое время я жила в его пещере… Однако через год он заявился в клан со мной на руках и поселился здесь вместе со своей женой. Воспитание мое он полностью взял на себя, научил меня почти всему тому, что я знаю сейчас. Все основы дедушка преподавал мне еще в раннем возрасте, позже я лишь отточила их и узнала особо интересующие меня науки несколько глубже. Однако прямо перед одним событием он улетел, потому что его клану угрожала опасность. Вместе с ним ушла моя бабушка. Он подарил ей долгую жизнь, поэтому она живет вместе с ним в горах Сумеру. Это на западе Темной Империи.

Итак, настал поистине великий день для меня — я должна была выпустить огонь на свободу. В данном случае я могла выбрать два варианта — либо я испепелюсь, не выдержав напряжения, либо останусь жива и смогу пользоваться своим огнем. Впрочем, последний раз шассы не справлялись тысячу лет назад или чуть больше.

Сай замолчала. Она смотрела сквозь меня, вновь переживая эти события. Я не спешил напоминать ей о рассказе. Однако через минуту другую она сама опомнилась и вновь заговорила:

— Пришли Охотники. Многим так и не удалось сбежать, однако почти половина клана и даже чуть больше уцелели. Теперь они либо раскиданы по другим кланам, либо находятся в Тайси'Эн'Свараш'Шессе. Скорее всего, детей отправили в дружественные кланы, а взрослые и семьи отправились в столицу.

На этом она замолчала. Закрыв глаза, она явно предавалась своим воспоминаниям. Я вспомнил, что Найт спрашивал меня о том, чтобы я узнал у Саишшы, что тогда произошло на том уступе.

— Сай… Возможно, тебе неприятно об этом вспоминать и говорить… Но скажи мне — что случилось тогда на горе? Чьи скелеты там лежат?

Она открыла глаза и посмотрела так, что мне показалось, будто она заглянула мне в душу. Она помассировала виски.

— Понимаешь, Сим… Как ты знаешь, я могу зажигать огонь — он внутри меня, поэтому мне не нужно беспрерывно есть, чтобы поддерживать такую массу тела и не умирать с голоду через час после трапезы. Он греет меня зимой и не дает замерзнуть. Благодаря нему я могу управлять мертвыми без заклинаний. Благодаря нему я могу использовать вербальную магию. Благодаря нему я могу ходить в Потусторонний мир. Ну и, конечно, он служит защитой — фаерболы еще никто не отменял. И еще с косвенной помощью огня я могу опознать своего Повелителя.

Однако огонь так просто не удержишь. И иногда у шасс случаются… всплески. Так это называется. Когда огонь вырывается наружу и испепеляет все вокруг. Когда такое случается, мы не можем им управлять, кроме того, это большой стресс, и некоторое время после этого мы не можем пользоваться даже искрами, оставшимися в нас.

Обычно всплески происходят либо из-за того, что шасс очень сильно испугался, либо оттого, что ему очень приятно, — на этом месте она смутилась, — либо из-за того, что он испытывает сильные эмоции. Все равно какие — от любви до ненависти. Однако, сам понимаешь, что бывает чаще. К тому же, всплески, «основанные» на любви и удовольствии не вредные. Тот, кто вызвал их, может гордиться собой, не у всех доходит до такой степени взаимопонимания.

Другое дело, если всплеск произошел от того, что огнем часто не пользовались. Однако и это не так опасно, как всплески от страха. Тогда вырывается весь огонь. Он растекается либо вверх — если шасс в последний момент успеет его туда направить, — либо волной бежит по округе. Он неуправляем и относительно безвреден только для очень близких шасс — тех, кого оберегаешь автоматически.

Я уже догадался, что произошло, но Сай решила рассказать мне все:

— Тогда к нам пришли Охотники, а я как-раз была на Полигоне — с минуты на минуту у меня должен был произойти всплеск, и после него я могла бы управлять огнем. Но так получилось, что огонь усилился ненавистью и страхом, потрясением от смерти брата — все это смешалось в гремучую смесь, и в результате получился целый катаклизм. Огненный дождь, пепел и смерть, буря из пламени! Кстати, чтобы ты знал: мое имя так и переводится — пепел и смерть. Хотя интерпретаций много.

Рассказ был закончен на такой… неожиданной ноте, что я некоторое время оторопело молчал — настолько сильным был контраст между трагической историей детства и значением имени. Впрочем, я быстро пришел в себя.

— Сай… — я не знал, что здесь можно сказать, но сердцем понимал — сказать что-нибудь надо, — Не расстраивайся. Что было, то прошло. Я же с тобой, — сам понимаю, что звучит это неуклюже. Но ничего другого придумать не могу!

Саишша только вздохнула и быстро поцеловала меня в губы, тут же отстранившись. Я потянулся к ней — мне понравилось. Шасса не отстранялась — пора бы уже перестать называть ее так, не правда ли? — и в итоге мне было дозволено покрывать поцелуями ее плечико. Я поднялся выше нашел ее губы и… отвлекся от действительности на несколько минут.

Саишша

Я наслаждалась поцелуями Сима, отвечая на его ласку. Приятно, тебя целуют и гладят по спине. Р-романтика, чтоб ее… Интересно, что скажет на это Мол? Возмущаться будет, это даже не обсуждается. А вот что он скажет мне наедине, и что еще важнее — что он скажет Симу? И вообще, он собирается делать мне предложение, или нет?!

Сим первый прервал такое приятное времяпровождение. Он тяжело дышал и на его щеках выступил небольшой румянец. Я поняла, что дальше продолжать будет нежелательно. Он тоже это понял, поэтому еще минут пять мы просто обнимались, тесно прижавшись друг к другу.

— Саишша, — начал он все еще хриплым голосом.

— Да? — мурлыкнула я, закрыв глаза.

— Сразу «да»? — несколько растерянно произнес он.

— А почему нет? В смысле, «да» на что? В смысле, я ни на что не соглашалась! — я подняла голову и села. Но рядом с ним.

— Да так… Ничего особенного… — попытался уклониться от ответа Сим.

— Нет, выкладывай мне все! — я решила выпытать у него всю информацию.

— Сейчас не лучшее время для этого, — попытался выкрутиться он. Мне стало обидно. Разве я не доверяю ему почти все, что думаю или собираюсь делать? Почему он тогда не хочет рассказывать мне некоторые явно важные вещи? Разве это справедливо?

Эти же вопросы я задала и ему. Он покачал головой и пообещал мне, что когда сделает кое-какие дела, то сразу же мне расскажет. Я не стала настаивать, вспомнив, что и сама укрываю от паладина не совсем мелкие делишки.

* * *

Поздний вечер. Мне пришлось провести небольшую лекцию и показать ребятам, где стирать вещи, где сушить — впрочем, мы прекрасно обходились заклинаниями, — куда выбрасывать мусор, где находятся кладовые и кучу других вещей.

И еще мне пришлось открывать портал, вследствие чего я оказалась полностью опустошенной в магическом плане. Пространственная арка находилась в средних размеров зале, по периметру стояли столы и с одной стороны там стояли вполне обычные стулья, а с другой — специальные колонны с косым срезом для нас. Сидеть на таких стульях — если их можно так назвать, — полагалось так: обвить хвостом и опереться поясницей и всем, что ниже на срез. Если смотреть сбоку, то эта поза была похожа на такое же положение тела, когда мы, шассы, просто стоим, опираясь на хвост.

Столы же были поставлены для учета посетителей, ибо к нам приезжали не только послы, но так же чтобы переместиться с помощью нашего портала в другое место — не у всех порталов так много точек, в которые можно перейти. У некоторых совсем примитивных арок было только всего пару или вообще одна точка выхода.

Сверху свешивались сталактиты, а из пола изредка поднимались сталагмиты. Здесь были оставлены только самые красивые каменные наросты, после чего щели в потолке, в которые просачивалась вода, заделали, а внутрь некоторых сталагмитов поместили несколько капель неугасимого огня. И теперь они светились зеленым, золотым и красным светом — не только мы приложили свой хвост к постройству этого зала. Парочка гостей из других кланов пожертвовали своим пламенем. Впрочем, это было давно, очень давно…

От меня требовалась, кажется, сущая мелочь — приложить кольцо и напитать силой драгоценные камни размером с куриное яйцо, расположенные в ключевых местах плетения портала как накопители. На деле оказалось, что моего резерва не хватало, и Симу пришлось мне помочь, перекинув часть маны и этим он едва не сжег мне все энергоканалы. Когда я очнулась от долгого обморока, Найт как раз орал на Сима и объяснял ему, что нельзя передавать ману такими порциями. Я вытерла нос тыльной стороной ладони и удивленно уставилась на окровавленную ладонь.

— Саишша!!! — Сим рухнул рядом на колени и помог мне сесть, — Ты как? — тихо и очень виновато спросил он.

— Нормально. Это был незабываемый опыт, — получилась ироничная издевка, но мне не пришлось извиняться за резкость — Сим так беспокоился з меня и корил себя, что не стал слушать моих слов. Меня на руках отнесли в мою комнату, наказали спать и удалились пить вино вместе с друзьями, под предлогом того, что мне «надо отдохнуть и набраться сил». Я медленно офигевала, Сим бесшумно удалился.

Сижу, думаю… А может… к ним присоединиться?! Да нет, не хочу. И потом, я что, зря в библиотеке весь день ковырялась? Я же не столько читала историю своего клана, сколько искала карту подземных катакомб. И нашла таки, между прочим! Хм… Теперь я знаю, что буду делать!

Итак. Я стою в темном тоннеле с земляным полом напротив массивной решетки и с интересом изучаю странную конструкцию, которая эту решетку призвана поднимать, одновременно подсвечивая себе файерболом. Н-да-а, решеточка не хилая: прутья толщиной с мою руку, и соединены так часто, что туда не протиснется даже ребенок. Интересно, а от кого такой решеточкой — если этого металлического монстра можно назвать решеткой, — защищались, а? Я пожала плечами и всем телом повисла на мощном рычаге, который приводил в действие большой металлический круг, на который наматывалась цепь. Лебедка отомстила за нападение без предупреждения, заскрипев так, что этот кошмарный звук явно был слышен аж до самых верхних покоев, где мы всей компанией расположились. Скрип прокатился по сводам тоннеля, эхом многократно отдался где-то вдали и затих.

Я прислушалась и растопырила гребни. Кажется пронесло — ребята либо упились, либо просто не услышала. Впрочем, скорее второе, чем первое. Хотя коллекция вин у нас очень даже неплоха, неплоха…

Я оторвалась от сладких воспоминаний о красном кьянти и легла на пузо, проползая под едва-едва поднявшейся решеткой. Задницей я при этом виляла так, что соблазнила бы даже монаха-аскета. Отряхнувшись, я еще раз прислушалась и, удостоверившись, что никто не спускается ко мне с целью связать никуда не выпускать месяц, я развернулась и поползла дальше, создав еще один фаербол — мало ли, осторожность не помешает. Впрочем, не думаю, чтобы здесь еще кто-нибудь жил.

По пути мучительно вспоминаю, где здесь расположены ловушки и вообще в каком направлении двигаться. На одних инстинктах отшатнулась назад, пропуская мимо своего лица свистнувший тесак. Тот вонзился в стену слева от меня, еще минуту подрожал и замер. Я медленно выдохнула.

Дальнейший путь превратился в ад. Во-первых, я очень смутно помнила дорогу, а уж расположение ловушек и вовсе забыла. Вооруженная только своими руками — ситша, оставила саи'шесс в комнате! — я вертелась, как уж на сковородке. На меня падали камни, меня чуть не рассек на две половинки еще один нож, чуть не проткнули выскользнувшие из пола копья. Под конец пути меня чуть не утопили в кислоте — пол разверзся под хвостом. И это далеко не полный список неожиданностей, там были еще и какие-то непонятные существа, больше всего напоминавшие мне пауков, только вместо туловища у них были черепа. От них мне пришлось спасаться бегством.

Выбравшись наконец наружу, я поняла, что уже наступило утро. Выход располагался в небольшой и сухой пещерке. Я посмотрела вперед, потом назад. Потом снова вперед и снова назад. После чего я выругалась и завалилась спать, с твердым намерением возвращаться домой через главный вход, потому что второго путешествия через подземелья я не переживу. Хотя нет… переживу. Но светить это место не стоит. Если ребята его еще не нашли…

Проснулась я где-то ранним вечером. Встала, потянулась и прикинула: сильно меня будут ругать или нет. Потом решила, что ругать будут очень сильно и накажут тоже надолго, поэтому возвращаться не хотелось, тем более по жаре. Так… Ползти по уступам я буду целый день, в подземелье тоже самое. Выходит, будем пользоваться удобной дорогой, о которой я говорила ребятам. Я вздохнула. Есть хочется…

Пришлось поймать кролика и поджарить его огнем. Он немного обуглился, но есть хотелось очень сильно, поэтому я таки затолкнула его в себя.

Итак, удобная дорога. Я огляделась. Пещерка в которой я провела… день, находилась довольно далеко от главного входа, что добавило еще один довод в пользу запасного выхода. Или входа, как посмотреть.

Я направилась вдоль скалы, в противоположную сторону от уступов. Через полчаса быстрого передвижения я увидела то, что искала. Обрыв. Крутой, точнее даже отвесный. И озеро. В нем малышня купалась, так что оно было не слишком глубоким. Но нырять в ем можно было без опаски даже взрослому шассу.

Так вот. Озеро, обрыв. А наверху — я задрала голову, — каменная площадка, достаточно большая, чтобы там могли поместиться трое шасс. Или приземлиться один дракон. И узкий лаз — больше похоже на нору. Стены гладкие, круглые. Ведет в кладовую. Лазали, знаем.

Я с плеском нырнула, подплыла под водой к обрыву и вынырнула, встав во весь рост и даже немного приподнявшись на хвосте. Приключений мне на сегодня достаточно — так что не будем еще и по лесу бродить, хватит, на сегодня.

Я раскинула руки и прижалась к скале, будто обнимая ее. Я расслабилась и позволила своим мыслям течь, как им заблагорассудится. Некоторое время я стояла так, вбирая лучи заходящего солнца. Тепло, хорошо… А скала такая шершавая, приятная на ощупь… Прикосновение шершавой скалы к щеке показалось чуть ли не родным. Я ощущала камень каждой клеточкой своего тела, каждую трещинку я чувствовала, как самое себя, каждый выступ. Я медленно поползла вверх, прилипая к скале, ощупывая каждый дюйм. Только камень и я. Я и камень.

Я уже не обращала внимание на остальной мир. Я словно перетекала по скале. Мы были почти одним целым. Оба мягкие, податливые и теплые.

Ползанье по скале заняло у меня около двух часов. И все это время я совсем не отлипала от камня. Ладонь, щека, хвост, снова ладонь… Мысли не должны меня отвлекать. Впрочем, я давно научилась не обращать внимания на внутренний голос. Спина неуклонно замерзала, и мне это не нравилось. Только животу было тепло, скала остывает медленно.

Наконец я переползла через край каменной площадки и продолжила ползти уже по горизонтальной поверхности. Сейчас, затяну хвост и можно будет минут десять отдохнуть… Все.

Лежу на животе, лицом вниз — как заползла, так и отдыхаю. Контакт прерывать нельзя. Так легче ползти через тоннель, потому что видеть перед собой лишь черноту — испытание не для слабых духом. Не знаю, можно ли меня отнести к сильным, однако когда я попыталась проползти этот лаз… эту нору с открытыми глазами, я чуть в обморок от страха не упала. Впрочем, тогда я была меньше, но… Короче! Ползем.

Темнота. Шуршание справа… Чуть не завизжала от неожиданности, но вовремя заткнула себе рот ладонью. Это всего лишь паук. Стоп, какой паук в горе?! Я сбрендила.

Через двадцать минут, показавшихся мне вечностью, выползаю на «свет Шаирэссаров», и ме-едленно открываю глаза. Взгляд уткнулся в чьи-то сапоги. Я так же медленно подняла голову. Тахешесс.

Норд

Орали все: и хором, и по очереди. Я лично вставил пару высказываний. Саишша стояла, заложив руки за спину и низко опустив голову и молча слушала наши вопли, изредка бросая на нас отстраненные взгляды. Однако особенно в отчитывании провинившейся отличился не Сим, как могли бы вы предположить, а Найт. Как он кричал на нее… Эхо долго разносилось по всем залам. Что меня удивляет, так это то, что Саишша особо не рыпалась, и даже не особо сопротивлялась, когда ее посадили на домашний арест в ее собственный кабинет — по словам Сима, там не было потайных ходов.

Зато долго после окончания разборок по залам гуляло эхо от многочисленных песен, которые Са наигрывала на гитаре, — между прочим, это я ее нашел! — которую ей сунули со словами: «Развлекайся, зараза, и чтоб ни ногой за пределы комнаты!!!» Н-да, песни были все сплошь тюремные — протест Са выражала деликатным способом. Я решил не указывать на то, что Саишша может легко нарушить приказ паладинов — ведь ног у нее нет! Заслужив благодарный взгляд этим. Са удалилась под конвоем в свой кабинет, и всю последующую неделю она выбиралась оттуда лишь за тем, чтобы помыться, перекусить — под конвоем бдительного паладина, разумеется, — и чтобы выбрать в огромнейшей библиотеке, которая, по словам Са, была на втором месте среди всего мира, кое-какие книги для занятий с Тимкой и, как она выразилась, «для легкого чтения». Я выразил свое сомнение в том, что больше смахивающая на могильную плиту книга предназначена для легкого чтения, но Саишша ответила: «Это как раз то, что надо! Да, Норд, передай мне во-он ту книжицу! Угу, „Святая Инквизиция и как с ней бороться“! Спасибо, а можно еще трактат о „Чудовищах мира“? Он прямо за твоей спиной. Спасибо!»

Я не сомневался, что последние две книги были предназначены для намека Симу, однако тот со стоическим спокойствием перенес этот завуалированный выпад в его сторону. Я только поражался его выдержке. Он даже соизволил предложить Са помощь в переноске особо тяжелого «Трактата…», но она ответила насмешливой фразой: «Спасибо, как никак женщина, справлюсь!» Сим нахмурился, но настаивать не стал. Смешно было наблюдать, как шасса буквально по полу перетаскивала тяжеленные тома в кабинет, так как приходить в библиотеку она отказалась наотрез.

Все свободное время мы собирались в лаборатории, слава Симарглу — Люц додумался, как убрать огненную черту. Проводить там время оказалось очень весело — Люц и Тимка ковырялись в реактивах, постоянно радуя нас новыми открытиями. Мы перенесли туда кресла — они, кстати, были очень интересной формы — нечто вроде косо поставленной на ножку плетеной из веток полусферы, обитой изнутри мягкой тканью и заваленными подушками, — и постелили шкуру возле окна — Сим сказал, что Са понравится. По просьбам Саишшы, Люц устраивал на ее половине лаборатории все так, как она надеялась увидеть после того, как ее заточение завершится.

Теперь Лаборатория — именно так, с большой буквы! — напоминала чистилище: с левой стороны все находилось в идеальном порядке, с диаграммами на стенах, аккуратно рассортированными колбами и — что меня особенно рассмешило, — цветком в горшке. Кстати, это был лопух. Люц сказал, что его зовут Федя и он теперь будет жить с нами. Я тайком покрутил пальцем у виска.

Справа же обстановка была прямо противоположна. Окно было задрапировано тяжелой темной тканью с красным узором. Колбы были в беспорядке, яды Са попросила поставить на отдельную, «красную» полку и окружить черными ленточками. Теперь в углу комнаты стоял скелет, в котором поселился зловредный полтергейст, заставлявший греметь старые кости. Пришлось приковать его цепью, которую я нашел глубоко под горой в одном из залов. К слову сказать, там было много клеток и даже скелет какого-то неведомого мне зверя.

На стенах теперь висели изображения людей и нелюдей в разрезе, попадались даже картинки внутреннего устройства шасс. Найт, Сим и Люц долго изучали этот плакат, обсуждая уязвимые места.

Пол был весь исчерчен пентаграммами, по которым Тимка практиковался. Под конец недели Тимка принес из кабинета Сай череп и сказал, что она просит поселить его вместе с Федей и поставить в него свечку. На свечке Саишша настаивала особо. Люц фыркнул и попросил передать Са «Плагиаторша!», но что получил ответ: «А то как же!»

Через неделю Найт поднял вопрос о том, что надо бы Са выпустить — она все осознала и поняла, но Сим жестко отрубил это поползновение и сказал, что она будет там сидеть до тех пор, пока не пройдут эти три месяца, да и то потому что на людях будет неудобно объяснить, почему Саишша целыми днями просиживает в своей комнате.

Я убедился в том, что шасса умеет выть не хуже волка — именно волчий вой слышался после того, как Люц зашел к ней и рассказал итоги собрания.

Саишша

Досуг мой после возвращения не то что был скучен, но и интересным его тоже не назовешь. Ну как, как, скажите на милость, можно продолжать ночные изыскания, когда новости о «Большом мире» получаешь через Люца и Тимку?! И то, с неусыпным стражем за дверью. Общаться приходилось шепотом.

Да еще эта зараза — я о Найте, а не о Симе, если кто не понял, — заблокировал мою магию, слава богам, огонь не тронули.

Поселили меня в моем же кабинете, так что пришлось довольствоваться одеялом и подушкой, однако это не было для меня проблемой — я просто сворачивалась в клубок, вот и все. Другое дело что я привыкла к тому, чтобы Сим лежал под боком и грел меня — вот это было потерей. Пришлось довольствоваться тем, что я, не снимая, носила его рубашку — ту самую, в которую он меня нарядил на берегу реки.

Однако я не теряла времени даром. Как я благодарна Норду и Найту за то, что они не указали на промашку Сима, когда он требовал, чтобы я поклялась ни шагу не сделать за пределы комнаты без разрешения или сопровождения. И как я была благодарна судьбе за то, что Сим не просматривал названия книг, которые я брала из библиотеки!

Благодаря этому я теперь спокойно штудировала записки известного Арканарского вора. Ну и тренировалась вскрывать замки с помощью когтей. На чтение ушло три дня, так что еще четыре мне оставалось, чтобы научиться вскрывать замки. Благо, я с братиком частенько залазила в чужие комнаты, и некоторые навыки я имела. Труднее было с практикой. Однако я старалась делать все бесшумно и при этом неустанно сканировала гребнями пространство, чтобы не пропустить приближения кого-либо.

За эту неделю мы с Симом почти не разговаривали. Он очень сильно разозлился, что я ослушалась его запрета и дулся на меня всю неделю. Когда я узнала, что мне предстоит три — уже почти два, — месяца сидеть под замком, я так завыла, что Люц, сообщивший мне эту прискорбную новость, даже попытался меня утешить. Однако я быстро пришла в себя и спросила, не собираются ли они в город. Он только печально покачал головой. Я вздохнула и еще попросила его поливать Федю почаще, а еще посоветовала держать подальше от пентаграмм, особенно активных. Люц рассказал, что теперь они там проводят свои собрания и просто сидят и общаются, и попросил меня одолжить ему немного огня. Я пожала плечами и сцедила пару капель в склянку.

— Люц, — окликнула я его, когда он уже собирался уходить. Он обернулся и внимательно посмотрел на меня, — Очертите вокруг кресел защитные пентаграммы, самые мощные, какие только знаете, хорошо? Мне так будет спокойнее.

Он только кивнул на это.

Как только за ним закрылась дверь, я приложила ухо к двери и раскрыла левый гребень — правый был прижат. Как только он с Симом удалился, я начала вскрывать замок на своей двери, стараясь работать аккуратно, так, чтобы не оставить царапин или хотя бы свести их к минимуму. Больше терпеть я не стану.

Люц приходил после ужина, а Сим около моих дверей отнюдь не ночевал, поэтому я была свободна в своих действиях до утра. Во время моего домашнего ареста ко мне заходили по очереди все члены нашей компании. Найт ненавязчиво намекнул мне, что я могу проказничать, только чтобы не попадалась, иначе он очень во мне разочаруется. Я лишь усмехнулась в ответ на его слова.

Через полчаса дело было закончено. Я осторожно отворила дверь и выскользнула наружу, тут же закрыв ее. Я даже вновь закрыла ее, благо когти у меня были очень длинные. Это заняло гораздо меньше времени — я уже знала, что нужно делать.

Затем я бесшумно скользнула в тайный проход, и вылезла уже в лаборатории. Я усмехнулась — подобными лазами гора была испещрена вдоль и поперек, как кусок сыра. Они были едва ли не более используемые, чем «официальные» залы и переходы. Исключая, конечно Ашеор — дорогу в небо, о которой меня спрашивал Сим. Эта дорога представляла собой хитроумно переплетенные железные трубы в руку толщиной, и они были закреплены на потолке так, чтобы между этим своеобразным «полом» и сводом пещер было достаточно места для передвижения. Человек там мог без особых проблем передвигаться на четвереньках, опираясь ногами о поручни. Плюсом этого способа передвижения было то, что он был абсолютно бесшумный — если бы я продолжила ползать по земле, то шелест моего хвоста, многократно усиливаемый амфорами выдал бы меня.

Окинув взглядом изменившийся облик лаборатории, я осталась довольна. В особенный восторг меня привело состояние моей половины. Все как я и мечтала! Жаль, магии нет. Я бы устроила славную шутку… Впрочем, обойдусь пока так. Я поискала мел, но нашла только специальный, для начерчения пентаграмм. Пожав плечами, я принялась за дело, стараясь поменьше шевелить хвостом, чтобы не производить ненавистного мне в данный момент шума. Так даже лучше будет, не сотрется!

Через пять минут дверь лаборатории украсила яркая, светящаяся зеленым светом в темноте надпись с наклоном влево:

«ЧИСТИЛИЩЕ

Время работы с 9:00 до 21:00

Обслуживание происходит в порядке живой очереди»

Раздался смешок. Я прокусила себе губу в попытке не завизжать от испуга, мои старания увенчались успехом. Из тени рядом выступил Найт. У меня вырвался облегченный вздох, правда я тут же зажала себе рот руками, представив, что будет если его усилит эхо. Паладин поставил полог Безмолвия раньше, чем звук моего выдоха достиг первого кувшина-усилителя.

Он подошел и встал рядом со мною, пристально изучая надпись. Одобрительно покивал.

— Ну и что ты тут делаешь? — спросил он больше для проформы, так как я знала, что он меня не выдаст, — Я же просил тебя не попадаться!

— Я и не попалась, — вкрадчиво проговорила я, — Если только…

— Да не выдам, будь спокойна твоя душенька, — он усмехнулся, — Что я, не понимаю что ли?

— Поможешь? — поинтересовалась я у него.

— А давай! — оскалился он. Я приподнялась на хвосте и прошептала ему в ухо, что он должен сделать.

Через пятнадцать минут все было сделано.

— Ну, проверим, что ли? — предложила я, распахивая дверь лаборатории. Откуда-то сверху полился грозный голос:

— Добро пожаловать в Чистилище, путник! Выбери себе место по вкусу, ведь тебе предстоит целую вечность провести здесь!

Найт зашел следом за мной. Дверь захлопнулась. Он обернулся и подергал ручку. Потом сильнее, результат был такой же. Я повернулась к двери задом и нажала на ручку, дверь распахнулась.

— Работает! — счастливо прошептала я.

— Только бы теперь не выдать ребятам, а то зашибут, — задумчиво пробормотал Найт.

— А мне пора, — я посмотрела на хитрые часы, которые Люц приспособил себе над рабочим местом. Уже была полночь, так что времени оставалось в обрез.

Найт подхватил меня на руки и подкинул вверх, я зацепилась руками и забросила туловище на сплетение труб, затем подтянула хвост.

— Как ты догадался? — свесив голову вниз, прошептала я.

— Это было легко! — ухмыльнулся Найт, — Я просто посмотрел название книг, которые ты взяла и прикинул, за сколько ты их прочтешь. Саишша…

— Что? — я свесилась пониже.

— Осматривайся почаще и не говори, что я помог тебе. Как видишь, я забочусь о своей шкуре!

— Договорились! — я усмехнулась и помчалась дальше со скоростью ветра… ну, почти.

Перехватывая руками трубы, я старалась двигаться как можно бесшумнее. Я уже продумала свой ночной маршрут. Засиделась… Ну что же, сходим снова в лес! Теперь на озеро.

Через десять минут я уже стояла у входа в подземелье. Пройдя сквозь катакомбы по уже проложенному маршруту я выскользнула навстречу ночной свежести.

Свобода!..

Я ползла по лесу, освещенному только светом луны, почти не пробивающимся сквозь густую листву деревьев. Однако мне хватало зеленоватого отсвета от своей чешуи и шипов.

Ночной воздух пьянил меня, я вдыхала его полной грудью и буквально чувствовала, что моя крыша медленно съезжает от ощущения свободы! Самое тяжелое — сидеть взаперти, без какого-либо общения со внешним миром. Зато какое наслаждение после длительного заточения вновь оказаться на природе!

Минут двадцать я просто носилась по лесу и скакала по деревьям вверх-вниз. Затем мне это наскучило и я, быстро перепрыгивая по веткам деревьев, понеслась в сторону запримеченного мною в прошлый раз озера. Я совершенно одурела от восторга и забыла про всякую осторожность. С разбега вонзив свое гибкое тело в воды озера я тотчас же нырнула, показавшись на поверхности только лишь спустя семь минут! Или восемь, точно не знаю.

Вынырнув, я закружилась в танце страсти, почти не касаясь воды хвостом. Должно быть, это было красивое зрелище — танцующая на поверхности озера шасса, словно облитая жидким серебром, в которое превратилась отражающая свет луны вода.

Рин

Мне не спалось. Тревога изматывала меня, с тех пор как целую дюжину сильнейших паладинов отправили на поиски какой-то змеелюдки. Ха, это кто она такая, интересно?! Может быть, это богиня во плоти?!

Что я несу? Спина, как назло, разболелась к вечеру. Это все из-за проваленного задания, восемь ударов железной цепью — а за что? Разве я виноват, что эти дроу сбежали, не дожидаясь прихода остальной команды?

Я поднялся и пошел прочь от костра. Мы никогда не забирались так далеко от замка инквизиторов — точнее, еще ни одному объекту не удавалось отдалиться настолько далеко. Обычно, если беглецы достигали горного перевала, их считали потерянными — слишком большие затраты сил и времени, да и незаконно это — горы официально входят в список территорий Темной Империи. Ха, когда инквизиция придерживалась законов?!

Бесцельно бродя по лесу, я наткнулся на озеро. Оно располагалось довольно далеко от места нашей стоянки. Впрочем, я мог не беспокоиться насчет того, что кто-нибудь нарушит мое уединение — клятва надежным ошейником связывала мои действия.

До меня донеслось пение. Я ускорил шаг, стараясь ступать тише. Впрочем, неизвестному певцу — или, скорее, певице, — не было никакого дела до всего мира: когда я осторожно выглянул из-за деревьев, я увидел потрясающую по красоте картину: озеро, залитое лунным светом. В центре кружилось безумно красивое существо, словно отлитое из серебра. Оно изгибалось в немыслимых позах, ныряло, кружилось, свивало и расправляло кольца своего хвоста.

Да-да, хвоста! Это существо оказалось лишь шассой, но зато человеческая часть этой рептилии — да простит мне Создатель это слово по отношению к этой богине! — поражала своей гармоничностью, естественная красота которой затмевала красоту всех надушенных и украшенных толстым слоем штукатурки на лице придворных дам. По крайней мере тех, которых я видел.

Змеелюдка была обнаженной, но в этой красоте не было той пошлости, что вы могли бы себе вообразить. Наоборот, человеческие одеяния выглядели бы чуждыми этому неземному созданию!

Над озером кружилась самозабвенная песня:

Она бродит по свету,

Она ищет приюта.

То поселится где-то,

То уйдет почему-то…

Это было прекрасно. Я опустился на землю и подполз поближе, скрываясь в кустах. Наконец я оказался почти у берега и забыл обо всем, наблюдая за необыкновенным зрелищем. Я был уверен, что если упущу свой шанс, то больше такого в своей жизни не увижу!

Она тихая заводь,

Она бурная речка:

Может взять и растаять,

А может стать бесконечной…

Воистину, песня точно отражала ее исполнительницу! Ее танец был то страстный, то медлительный, ее движения были то порывисты, то тягучие и исполненные томной неги…

Наконец, песня завершилась. Я испытал глубочайшее по своей силе разочарование, но тут под моей рукой хрустнула ветка. Я выругал себя: идиот! И тут же прекрасное видение обратилось в кошмарную фурию: лицо исказилось в оскале, из тонких пальцев с металлическим щелчком выскользнули когти, остро блеснувшие в лунном свете. Кольца ее хвоста вздыбились и она с быстротой молнии скользнула к кромке леса, тут же исчезнув среди деревьев.

Я шепотом выругался. Теперь я понял, кто это была: та самая змеелюдка, убить которую нас послали. Но ведь с ней должны быть ее спутники — мятежная тройка паладинов и Охотник низкого разряда. Неужели она здесь одна?

Нет, я вовсе не жалел о том, что не убил шассу во время танца, как вы могли подумать такое? После увиденного я не мог даже представить себе, чтобы у кого-нибудь поднялась рука на такую красоту! Это же немыслимо — тот, кто собирается это сделать, должен быть святотатцем.

Нет, я жалел о том, что спугнул это чарующее видение. Теперь, возможно, я никогда не увижу ее, и еще я вспомнил, что меня и послали то за тем, чтобы убить эту богиню…

Я уже собрался отползать — неясное беспокойство все еще не отпускало меня. Но тут мое тело придавило как будто… действительно, скосив глаза, я смог увидеть блеснувшую в отблеске лунного света чешую. Но тут меня грубо схватили за подбородок и отогнули голову назад; я почувствовал, как клыки входят в шею, и от места укуса мгновенно распространилась прохлада, сменившаяся онемением. Через секунду я не смог бы пошевелить и глазным яблоком.

— А вот теперь поговорим, — раздался тихий голос над моим ухом. Я попытался открыть рот — получилось!

— Я оставила тебе способность отвечать на свои вопросы, — засмеялись у меня над ухом.

— Покажись, — пролепетал я. Челюсти будто были выпилены из дерева, а язык заменили наждачной бумагой.

— Ты не в том положении, чтобы диктовать условия, — заметили на ухо. Я прислушался. В голосе преобладали шипящие нотки. Но этот акцент был почти не заметен. Видимо, была большая практика.

— Ты красивая. Я хочу еще раз тебя увидеть.

— Это называется лесть, а ты мой пленник, к твоему сведению, — недовольство слышалось сильнее.

— Я Ринтар, — на самом деле я услышал это имя на очередном задании. Оказалось, что это было полной версией моего. Вот я и назвался им.

— Хочешь на свободу, разумеется, — я задумался. Это было произнесено не с вопросительной интонацией, однако у меня зажглась надежда.

— Это в твоей власти?

— В определенном роде, — уклончиво ответила она.

— Что от меня требуется?

— Сними с меня блокировку, и тогда я переориентирую клятву на себя.

— Это не свобода.

— Не могу предоставить ничего лучше. Я сама в некотором роде пленница, так что наши шансы уравниваются. Однако попозже, когда меня освободят из-под ареста, я смогу освободить и тебя.

— Нет. Или сейчас, или никогда, — решительно произнес я. Пойдем ва-банк, сейчас я либо выиграю, либо потеряю все!

— Не могу… — прошептали у меня над ухом. В тоне, которым эта фраза была произнесена, мне послышалось искреннее сожаление.

С меня встали, потом в поле моего зрения появилась прекрасное существо, которое я принялся рассматривать во все глаза. Шасса устроилась напротив и взглянула на небо. Ее личико изобразило недовольство. После чего она недовольно прошипела ругательство себе под нос. Она перекатила меня на спину, одеревеневшее тело меня не слушалось. Наклонившись над моей шеей, она снова меня укусила, а моему обзору предстали две великолепно развитые груди. Однако у меня даже мысли не возникло заигрывать с этой змеелюдкой — от нее пахло другим паладином. Неужели кому-то досталась такая Равная? Этому кому-то явно повезло.

Шасса в последний раз посмотрела на меня и скрылась среди деревьев. Онемение тела быстро проходило, вскоре я смог сесть и с усилием двигаться. Я горько усмехнулся — что ж, я сыграл и потерял свой единственный шанс.

Саишша

Мне пришлось дважды кусать этого незнакомого паладина, из-за чего у меня возникло такое ощущение, будто в верхней челюсти у меня чего-то недостает. Поразмыслив, я пришла к выводу, что это просто сказывается отсутствие большой порции яда.

Все время, пока проходил разговор с этим паладином, я мысленно ругала себя последними словами. Как можно было забыть про элементарную осторожность?! А ведь Найт предупреждал меня — так нет, мы ведь самые умные! Нам и в голову не придет, что в лесу-то могут оказаться опасные существа, не говоря уж о паладинах!

То, что удалось его обездвижить, меня не прельщало. Так что улепетывала я быстро и по деревьям. Теперь я чувствовала, что приятная ночная свежесть сменяется зябкой утренней прохладой. На бегу я подхватила рубашку и натянула ее.

Получасом позже я спокойно скользнула в свою постель и заснула крепчайшим сном.

* * *

Проснулась я от стука в дверь. Ага, значит, завтракать пора. Норд по прежнему исправно выполнял обязанности кухарки. Как Люц рассказывал, Тимка упорно работал над тем, чтобы использовать вместо него скелеты, но заложить такое количество знаний и рецептов в пустую черепушку у него если и получилось, то заставить скелет двигаться в режиме «автономной», так сказать, работы у него никак не получалось.

Чувствовала я себя так, как будто меня долго-долго били, потом напоили и оставили умирать от похмелья в канаве в скрюченной позе. Короче, все у меня затекло, от недосыпа глаза закрывались сами собой, а хвост отказывался держать меня прямо. Что вы хотите, я только три-четыре часа проспала!

Кое-как я доковыляла до своего стола, где прятался шикарнейший набор зелий, начиная от общеисцеляющего, который ускорял регенерацию в десять раз минимум, до изысканнейшего яда «Драконья слеза», который стоил по десять золотых за стандартный флакон. Стандартный флакон, если кто не знает, это маленький стеклянный фиал, высотой в полмизинца и толщиной в ноготь указательного.

Разумеется, там находились еще и флакон оборотного зелья, однако мне он пока не понадобится. Я быстро отыскала исцеляющий и глотнула. В дверь уже не просто стучали, туда били. Сапогом. Я крикнула:

— Да одеваюсь я, что ж так стучать, мать вашу?! Дверь сломаешь!!! — и быстро накинула на себя тунику.

— Что так долго? — осведомился у меня хмурый Сим. Я насторожилась. Неужели что-то знает?! Или сработала моя шутка с лабораторией?

— Сон снился хороший, — не моргнув глазом, соврала я. Хотя почему соврала? Сон мне и вправду снился, и просыпаться мне действительно не хотелось.

— Кто снился? — хм, уж не надеется ли Сим, что снится мне именно он? Что ж, придется его разочаровать… хотя нет, пожалею его нервы:

— Да так… интересный субъект один… — зря я это сказала. Теперь точно волноваться будет. Он у меня очень ревнивый… Почти как я.

— Саишша, у меня к тебе очень интересный вопрос, — точно, лаборатория! — С чего вдруг от тебя пахнет лесом?!

— Чего?! — на этот раз удивление у меня было настоящим. Я-то ожидала от него разноса по поводу того, что кто-нибудь из нашей компании не смог выйти из лабы, а он мне о лесе талдычит!

— Где ты была ночью?! — прорычал он. Мне стало жутко. Потом я встряхнулась и прогнала ощущение страха.

— В лесу, — а смысл отпираться, раз он все знает? Как там, «сотрудничество со следствием облегчает вашу участь»? Вот то-то.

— Что ты там делала?! — еще больше повысил голос он, — И почему от тебя пахнет… другим?!

— Не кричи, — внешне совершенно спокойно сказала я. Сим тяжело дышал и, казалось, мог убить меня в любой момент. Я подавила ощущение ужаса, и взяла его под руку, направляясь дальше по коридору, спокойно рассказывая ему как было ночью:

— Я вышла погулять в лес, там мне попался один паладин. Я его укусила и ушла. Он, наверное, уже очухался. А может, и нет, — задумчиво добавила я специально для Сима. То, что этот несчастный… Ринтар, кажется, мог помереть от моего яда немного успокоило его. Он шел рядом и находился в более-менее вменяемом состоянии.

— И вообще, что это за мысли такие? Зачем мне искать другого мужчину, если я уже нашла тебя? — он посмотрел на меня так, что мне показалось, что эти слова его сделали самым счастливым на свете. Дальше мы пошли молча. Я отлично понимала его внутреннюю борьбу с инстинктами, поэтому использовала мелкие, но действенные уловки, чтобы отвлечь его от мыслей о том невезучем паладине. Например, слегка задевала и прижималась к нему бедром и поглаживала пальчиками ладонь. Может, позвать его, если соберусь опять на «прогулку»? И чем эта сцена обернется для меня в дальнейшем?

— Что ты делаешь? — вполне спокойным голосом спросил он, когда я бессознательно стала потирать рубчик на его ладони, сбоку костяшки указательного пальца. Я отвлеклась от своих мыслей:

— Что? Ничего не делаю.

— Нет, — настаивал он, — Ты сейчас трогаешь мой шрам от стрелы.

— Да? Тебе не нравится? — я смутилась.

— Нет, почему же, — он окончательно успокоился, — Можешь еще потрогать мой шрам от плетки, — он усмехнулся.

— Пошляк, — фыркнула я. Он только усмехнулся.

Сим

Саишша меня убила. КАК. КАК она смогла «погулять», как она выразилась, в лесу?! Да еще этот паладин… Я чуть не впал в кровавую ярость. Нет, я ее не убил бы, но отшлепал бы точно. А вот остальным пришлось бы пострадать от моего гнева, это правда.

Однако ее слова несколько упокоили меня и я смог загнать разбушевавшегося зверя, как я его про себя называл, обратно в клетку. Однако прикосновения Сай взволновали меня больше… гораздо больше чем я хотел бы показать. К счастью, это удалось скрыть — вряд ли Сай поняла и оценила бы мой порыв закатить глаза и простонать от нежданной ласки.

За завтраком все было почти как обычно, только Люц вопросительно посмотрел на меня, когда Сишша прошла мимо — тоже почувствовал отчетливый запах леса и воды. И еще Норд расчихался — это уж и не знаю от чего. Найт же не выказал никаких эмоций, впрочем, как и Сай. Только вот когда я поворачивался, чтобы сесть за стол, я мельком заметил их многозначительные взгляды, которыми они обменивались у нас за спиной. Так… Это определенно заговор!

Единственно меня насторожило отсутствие Тимки, но может еще не проснулся — Саишша нагружала его по полной, хотя и была под домашним арестом — количество книг, которые он прочел и которые ему предстояло прочитать, лично меня ужаснуло.

— Саишша, у меня к тебе один важный вопрос, — как бы между прочим сказал Люц.

— Слушаю, — на ее лице появилось обреченное и одновременно предвкушающее выражение, но уже через секунду на ее лице красовалась маска доброжелательности и легкого любопытства.

— Сегодня я не смог выйти из лаборатории, — начал Люц. На лице Саишши появилось удивленное выражение лица:

— Не смог, говоришь? — протянула она, намекая на несоответствие фактов.

— Вышел, как видишь, — ухмыльнулся тот, — А вот Тимка еще не додумался.

— А что там случилось-то? — полюбопытствовала Сай. На ее лице был написан живейший интерес. Люц, похоже, был несколько раздражен — он встал и оперся ладонями о столешницу и навис над Сай:

— Если кто-то сейчас не расколдует лабораторию, то у этого кого-то будет очень болеть зад!

— А если кто-то не застегнет ширинку, то он сейчас останется без штанов! — ехидно пропела Саишша. Люц охнул и дернулся прикрыть «заветное место», но тут же гневно посмотрел на нее:

— Ну ты, чтоб тебя! Предупреждать надо! — Найт ржал в открытую, Норд, подумав, присоединился к нему. Я тоже последовал их примеру.

— Не поверишь, но мой брат, который шасс, тоже попался на эту же шутку! — весело скалилась Саишша. Люц сел и, не выдержав, тоже расхохотался. Потом он серьезно посмотрел на Саишшу:

— Все равно надо что-то делать. Парень голодный там сидит. А надпись, так и быть, оставь.

— Идет, — легко согласилась Сай и невозмутимо принялась уплетать кашу — все, что мог приготовить сегодня Норд. О какой надписи идет речь? И, главное, хоть бы спросили — а может, она еще под арестом? Да шучу я, шучу… Смысл ее теперь удерживать?

Н-да, надпись действительно примечательная. Интересно, это Саишша сама догадалась, или подсказал кто?

Сай довольно быстро расправилась с заклинанием, хотя и не хотела его удалять, сохранив остов, так что его можно было восстановить в любое время. Тимку мы нашли спящего в кресле. А, забыл сказать — теперь у нас было некое подобие камина: банка, в которую Люц поместил те несколько капель огня, которые выдавил из Сай. Впрочем, первый эксперимент провалился — стекло расплавилось, и я понял, почему Саишша дала так мало, а Люц использовал магическое стекло. Проблема была в том, что банки из магического стекла не было, так что Люцу пришлось отливать ее самостоятельно. Вдобавок, Люцу пришлось идти еще раз на поклон к Саишше и на этот раз он вернулся с гораздо большей добычей.

Так что теперь посередине круга из кресел и одной шкуры стояло кривое произведение новоиспеченного стеклодува. Огонь грел так же сильно, как будто бы это был огромный камин, такой, какие бывают в старинных замках. А то, что банка — точнее, ведро, — была кривой, только добавляла уюта — совершенство рано или поздно надоедает.

Саишша хмыкнула, увидев, куда мы дели ее огонь, но ничего не сказала. Только огонь вспыхнул как-то особенно ярко и радостно, точно приветствуя свою владелицу.

После чего мне пришлось помогать перетаскивать тяжеленные тома, которые читала все эти две недели Сай обратно, в библиотеку. Заодно я теперь узнал — точнее, догадался, — каким образом Сай выбралась наружу.

Умная она у меня… Записки вора, кто бы мог подумать, что здесь есть такая книга! Кстати, написана она оказалась на общем языке. Когда я спросил Саишшу, сколько она знает языков — она смутилась и пробормотала, что достаточно. Я настоял. Тогда мне со вздохом соизволили ответить:

— Двенадцать и начала учить следующий.

— Ась?! — у меня нет слов. А я говорил, что это я полиглот?!

— Двенадцать, — терпеливо повторили мне, — И Сим, не пихай книги так грубо, вон та и так на только на моих личных соплях держится!

Я проглотил восхищённое ругательство, вертевшееся у меня на языке и обратил внимание на то, что делаю. Действительно, книги чуть ли не разваливаются от моих грубых тычков — опять не рассчитал силу.

После этого у меня выдался целый свободный час, потому как Сай заперлась у себя в комнате и никого — даже меня! — к себе не пускала. Перед уходом я постарался намекнуть ей, что она теперь вольна в своих передвижениях. Мне показалось, что мой намек оценили и приняли к сведению.

После чего Саишша появилась в лаборатории. На ее лице играла задумчивая улыбка, под мышкой торчала кипа свитков, за ухом у нее был засунут карандаш. Хм, на нем определенно были отпечатаны следы зубов. Она его грызла, что ли?

Сай поздоровалась и снова углубилась в чтение манускриптов, и на самом деле покусывала кончик карандаша. Где-то час она сидела почти без движения, потом начала делать какие-то расчеты. Мы старались ей не мешать — видно же, работает! Люц подошел и заглянул к ней через плечо, некоторое время вчитывался в строчки, потом его лицо стало задумчивым и он «удалился из мира сего» — короче, тоже стал чего-то химичить на своей половине.

Сай тем временем перешла от чтения к действиям. Застучал мел по полу, Сай иногда сверялась с какой-то книгой, но потом раздраженно зашипела и принялась импровизировать. Мы коротали время за игрой в карты, а Норд бродил где-то. Тимка читал книгу и пытался строить какие-то магические конструкции.

За все время вынужденного заточения Саишши мы ни разу не воспользовались порталом — из чувства солидарности. Да и Даан-Азар представлял собой замечательный лабиринт, который мы изучили еще не совсем до конца. Мне, как паладину, было легче — память у меня совершенная. А вот Норд еще бродил по подземельям, а у Тимки просто не оставалось времени. Однако уже через неделю я примерно понял, по какому принципу все это сооружение строилось и уже почти не плутал, как раньше.

Я краем глаза следил за Сай и поэтому немного больше проигрывал, чем Найт. Впрочем, он мудро молчал, не указывая мне, что обычно я играю гораздо лучше. А шасса тем временем нараспев читала какие-то заклинания, с интересом ожидая какого-то эффекта.

Внезапно пентаграмма вспыхнула красным светом и в ней возник трехметровый мужик, обладавший антрацитово-черной кожей. Он был обнажен по пояс, что меня не радовало, так как его мускулатура не уступала моей. Демон. И пребывающий не в лучшем настроении, похоже, так как он проревел какое-то ругательство и со всего размаху саданул кулаком по прозрачной стенке, которая его окружала.

Саишша, похоже, сама не ожидала такого эффекта, так как удивленно моргнула и еще активнее принялась что-то напевать себе под нос. Демон нес какую-то чушь типа: «Ты знаешь кто я?! Я тебя в порошок сотру!»

— Заткнись! — оборвала его Сай и принялась ковыряться в плетении пентаграммы. Демон беспомощно посмотрел на нас и уселся на пол. Ждем-с.

— Кхм, кхм, а это кто? — осведомился Люц. Теперь мы все отвлеклись от своих дел и с интересом наблюдали за действиями Сай. Тимка — так тот вообще восторженно ползал на карачках вокруг и все пытался дотронуться до незримой преграды, окружавшей пентаграмму. Звезда вспыхивала и жалила парня искрами.

— Сама не знаю, — ответила на вопрос Люца Сай, — Я вообще кое-кого другого хотела вызвать.

— Слушай ты, или ты возвращаешь меня обратно, или… — угрожающе начал демон, привставая.

— Да заткнись ты уже!!! — заорала Саишша на него, — Я не могу работать в таких условиях, когда… — тут в пентаграмме что-то замкнуло и она начала искриться, а через минуту другую на демона свалился труп в стадии активного разложения. Тот вскрикнул и отскочил, прижавшись к стенке. Саишша выругалась. Мы забросили все дела и столпились рядом, давая дельные советы дилетантов профессионалу. Шасса только отмахивалась от нас, колдуя с помощью Люца и Тимки.

Вскоре рядом с первым мрачным демоном появился еще один, на этот раз видом попроще. Он тоже сразу начал вещать что-то продаже души, не въехав сходу в ситуацию. Но увидев свое явно начальство, примолк и тоже уселся и с любопытством стал озираться вокруг, изучая наши морды. Хм… Им втроем — демонам и трупу, — явно тесновато там, в пентаграмме.

Через несколько минут в звезде появилось еще аж сразу три демона. Никогда столько не видел. Всех расцветок: черный, темно-серый, двое красных, и даже альбинос есть. Столько нового узнал… Особенно о народном фольклоре. Видимо, у них очень сильно развиты ораторские виды искусств. Хм, всех пятерых живых здорово плющит о стены пентаграммы, перекошенные лица радуют взгляд и вызывают душевное сочувствие. Как я понял, просто выпустить их всех на свободу нельзя, так как будет большой «бум».

— Что делать, что делать… — похоже, офигевшая от такого развития событий Саишша не способна на конструктивный диалог.

Кто-то из верхних вякнул, что еще никогда ТАК близко не соприкасался с начальством. Поминутно из пентаграммы доносятся стоны, а через секунду донесся рев главного из демонов:

— КУДА ПОЛЕЗ?!?! — н-да, бедные… как хорошо, что мы не на их месте. Оказывается, некромантия — это очень веселая и познавательная наука.

Вконец озверевшая от наших «советов» и мата демонов Сай произнесла длинную тираду на каком-то непонятном языке и вылетела из лаборатории.

Нижние передают наверх воняющий гнилью труп, не желая терпеть подобное соседство, один из демонов падает в обморок от настолько тесного контакта уже с мертвецом. Но верхним удалось отомстить — кто-то просит передать пузырек с контрабандной святой водой, чтобы облить черного, который шебуршится активнее всех. Дескать, все равно не узнает, кто, а так исполниться мечта всей жизни. Вопли и стоны снизу — демоны, народ, конечно, прочный, но вес четверых собратьев и закаление освященной водичкой доконает кого угодно. Да еще и трупик…

Люц и Тимка пытаются что-то делать, но ничего не получается — пентаграмма искрит и обжигает искрами не только наших, но и тех, кто внутри. Вернулась Саишша, мокрая с головы до… хвоста, скажем так, осмотрела «поле битвы» и что-то сказала… точнее, это было СЛОВО. Я увидел, как вздулись вены на ее тонких запястьях, как запульсировали жилки на шее и на висках. У нее пошла носом кровь. Из пентаграммы мигом исчезли все, кроме трупа и чернокожего. Тот лежал и не шевелился, только тяжело дышал, не смея поверить своему счастью.

Сай пошатнулась, я поддержал ее, аккуратно вытирая рукавом струйку темной крови, огибавшую четко очерченные губы и капающую частой дробью с острого подбородка. Она была красива сейчас, пусть и осунувшаяся, с капающей из носа крови и настолько выступающим скулами, что казалось, что они сейчас порвут тонкую кожу. Хотя у нее чешуя — впрочем, чешуйки на ее торсе не уступают в мягкости коже с ручек самых холеных аристократок. А уж губы у нее… Так, стоп!

— Т-так, ребята… — она осела на пол, точнее, мне на руки, так и не договорив фразу.

— Н-да, дело — труба, — оценил обстановку Тимка. Похоже, наша компания дурно влияет на мальчика. Надо что-то с этим делать, а то ж совсем испортиться малец!

Поудобнее устроив Сай у себя на руках я уселся в свое кресло. Как говорится, «И пусть весь мир подождет»

Демон в пентаграмме, пошатываясь, встал и брезгливо оттолкнул от себя труп. Обойдя кругом его темницу, он внимательно осмотрел руны, начерченные в лучах. Потом посмотрел на нас и спросил с непередаваемым выражением лица:

— Она что, — кивок в сторону Сай, — идиотка, да? Вызвать Ангела Смерти без страховки и с неправильно построенными векторами?!

— Кого?! — ахнули все и разом.

Сделаю небольшое лирическое отступление. Ангел Смерти — это не бог. Это демон, хотя в его жилах течет изрядное количество божественной крови — все же лишь четвертое поколение полукровок, — однако считать себя полукровкой он отказывается. Кратко о нем: славится своей жестокостью, мстительностью, хитростью и злобой.

Говорят, имеет несметные богатства а так же огромный магический дар чтобы защитить свои сокровища от некоторых личностей. Имел уже семь жен, четверо скончались сразу после брачной ночи, некоторые поговаривают, что во время нее, однако это-то уж точно враки. Две умерли от различных несчастных случаев — на одну сошла лавина, другая отравилась. Точнее, ее отравили. В покушении обвинили тогдашнюю фаворитку Ангела и дело закрыли. Одна сошла с ума и была лишена наследства, которое перешло к ее супругу. Через год тоже скончалась, тихо и мирно.

Ну и еще одна невеста — так и не ставшая женой, впрочем, — скончалась от разрыва сердца по дороге к храму.

И вот эту колоритную личность пыталась вызвать Саишша. Мило, правда? Нет, ничего серьезного, всего лишь нервный срыв, не беспокойтесь…

— Та-ак, — Люц почесал тыкву. Правильно, делать больше нечего.

— Люц, что с ней? — он повернул голову и внимательно осмотрел Сай. Спустя минуту он вынес вердикт:

— Переутомление. И, я смотрю, блокировка снята. Найт? — он вопросительно посмотрел на нашего бывшего командира. Он молча покачал головой.

— Понятно, — констатировал я, с нежностью посмотрев на Сай. Умная ты моя, зачем же так напрягаться? Могла бы попросить.

— Веревки из тебя вить будет, — отозвался демон.

— А это не твое дело, черномордый, — грубо отшил его я. Еще какой-то подгоревший демон будет вмешиваться в мои с Сай отношения! Да я его собственными руками удавлю!!! О, Сай очнулась.

— Саишша, умоляю тебя, если это в твоих силах… убери этого ур-рода с глаз долой!!! — нежно попросил ее я, сорвавшись на рык на конце фразы.

— Дай мне маны, пожалуйста, — попросила она у меня. Да все что хочешь! Я расплылся в улыбке, осторожно перекачивая в нее энергию небольшими порциями. Приятно, а что приятно — самому себе непонятно. Кстати, теперь мне было гораздо легче войти с ней в контакт, чем раньше. И еще я гораздо четче стал ощущать ее. Наверное, теперь я ее и с закрытыми глазами узнаю.

Саишша слезла с моих коленей и подошла к пентаграмме, одновременно выстраивая вокруг себя сложный щит. После этого она подтянула к себе один из энергоканалов, опутывающих пентаграмму и принялась распутывать сложный клубок из остатков наложившихся друг на друга заклинаний. Мы затаили дыхание — если что-то пойдет не так, что рванет так, что от всей горы не останется и горстки пепла. Наконец, она добралась до центра. Там было всего лишь два канала, протянутых параллельно друг другу и дрожавших от перенапряжения. Саишша протянула руку прямо туда, и… скрестила пальцы. Захватив ими два этих энергоканала.

Раздался громкий хлопок и пентаграмма стала лишь бесполезным рисунком на полу — само заклинание превратилось в облако сырой маны, которую втянула в себя Саишша. Демон недоверчиво протянул руку, словно боясь коснуться прозрачной стенки, но, не ощутив преграды, улыбнулся самой светлой и радостной улыбкой и исчез во вспышке света. Я едва успел зажмуриться.

Саишша подошла ко мне и уселась рядом, откинув голову мне на колени и закрыв глаза. Тимка щелкнул пальцами и поднял труп, после чего тот — труп, а не Тимка! — неровной походкой направился за дверь, похоже, на кладбище. Люц подошел поближе и снова стал изучать руны в лучах пентаграммы, а Найт сел напротив меня и стал сверлить Сай взглядом. Та только безмятежно улыбалась с закрытыми глазами. Я поднял ее себе на руки и она уютно свернулась в кольце моих рук.

— Так кого ты там собиралась вызывать? — полюбопытствовал Найт с угрожающими нотками в голосе.

— Азура… — сонно пробурчала Саишша, — Я хотела, чтобы он помог мне в одном деле…

Немая пауза.

— Всем привет! — раздался голос Норда ото входа, — Я что-то пропустил?

Пока Люц информировал Норда о случившемся, я отнес Сай к себе в комнату и сгрузил уже спящую на кровать. Уже собирался уходить, как вдруг за спиной раздался скрип и грохот. Я стремительно обернулся и рванулся назад. Но моя помощь не требовалась. Сай спала так же крепко, как и тогда, когда я устраивал ее на кровати, и все было вроде бы спокойно. Я нахмурился, минуты две прислушивался, но опасности не было и я вышел за дверь, заперев ее. И только в коридоре я понял, что произошло.

Ножки кровати сломались.

Я рассмеялся и направился в лабораторию. У нас с ребятами вечерком намечалась небольшая пьянка, на которой общим соглашением было принято выпить не больше пяти бутылок вина — по одной на каждого.

Вино мы выбирали вместе, зверски разграбив винные подвалы Даан-Азара. Однако там было столько вина, что исчезновение пяти бутылок вряд ли было бы замечено. Саишша разрешила нам брать все, что нам понравится, поэтому мы без зазрения совести наведались в отделения, предназначенные для Лордов. Однако Найт высказал предположение, что этими погребами могут воспользоваться все желающие, аргументировав это тем, что входом туда служила обычная арка даже без дверей, но с магической завесой. В прочем, она не причинила нам вреда — мы легко прошли сквозь нее, даже не заметив. А на реплику Найта мы пожали плечами — все равно ведь вино отличное, так к чему придираться?

Я предпочел густой темный, почти фиолетовый напиток, с запахом какой-то ягоды. Почему-то он был в очень маленьких бутылочках, однако мне удалось разыскать приличную емкость и слить туда несколько этих… честное слово, больше всего эти бутылочки напоминают мне флаконы для духов.

Вино, которое я выбрал, оказалось отличным: сладкое, но ничуть не приторное, с немного терпким послевкусием. После первого же глотка я почувствовал приятное тепло, расползающееся по венам, а после кружки этого чудесного вина я ощущал себя так, как будто выпил кувшин крепкого самогона. Ребята тоже «поплыли». Ой, как мине-е халасо-о…

Люблю усех! Так б-вает? Так б-вает! Обнимаюсь с расплывшимся в улыбке Люцем. Чувство счастья и всепоглощающей любви ко всем и вся затмевает что-то вопящий голос разума и мы всей дружной копанием куда-то идем… Зачем? А хрен его знает! Но ведь идем! А значит, еще не напились! Честное слово, я совсем трезвый…

* * *

О-о-о… Моя голова… Добейте меня, умоляю… Последнее, что помню — яростные глаза Сай и ее кулак, летящий мне прямо в лицо. Кажется, у меня нос был сломан… Не помню.

Некоторое время лежу, собираясь с мыслями и силами. В комнате кто-то есть, но кто — хоть убейте, не пойму. Так, так… Сосредоточься… Ага, начинаю припоминать!

Так че было-то… Ну, куда-то мы шли — кажется на кладбище. Трупы закапывать. А откуда они взялись? А, какая разница!..

Воспоминания были прерваны приступом тошноты. Я перегнулся через край кровати, — откуда только силы взялись? — упал на четвереньки. Блюю в заботливо поставленный кем-то таз, избавляясь от вчерашнего ужина. Когда я закончил, бледные и чешуйчатые руки вытерли мне лицо полотенцем и сунули стакан с водой в зубы. Пришлось пить. Полегчало.

Приподнимаю чугунную голову и щурясь, всматриваюсь в лицо Сай. Будет бить или нет?.. Пытаюсь на глаз определить степень ее злости. Не получается — не могу сосредоточиться. Сильно дрожат руки. В голове только одна мысль — что я пил?

Буркнув что-то неразборчивое, она уложила меня на кровать и села за стол, разбирая какие-то бумаги. Облегченно закрываю глаза. Вроде не сильно сердится. Может, пронесет? Так, воспоминания…

После того, как мы выпили в среднем по две-три кружки вина, Найту взбрела в голову мысль вершить подвиги. Не знаю, почему я поддержал его — вроде бы благородством не страдаю, но тогда мне эта мысль не просто пришлась по вкусу, я был просто в восторге от нее!

Дружно посовещавшись, мы решили, что если и вершить где-то «славные и героические деяния, достойные того, чтобы воспеть их в веках», то только на кладбище, плюс я еще «кстати» вспомнил, что там полно неупокоенной нечисти. Боже мой, как хорошо, что мы не вспомнили о том, что паладины в лесу скорее всего не ушли…

Итак, мы пошли на кладбище. Там стали закапывать восставшие и предварительно упокоенные трупы… Сколотили гробы, срубив деревце. Но на половине работу бросили, решив закопать без гробов. Кто-то предложил уменьшить усилия и закапывать стоя. Потом моя реплика — это я помню хорошо: «А-а… Дав-йте их… по п-яс… зак-паем?!» Закопали кружком. Умилились картинке и соединили им руки — типа хоровод водят.

Потом не помню… А, вот: я приставал к Сай… Потом к… ЛЮЦУ?! Что ж я пил, что мне так по мозгам ударило?! Ребята, кстати, вели себя не лучше. Но описывать не буду, незачем травмировать мою нежную и ранимую психику такими страшными воспоминаниями.

Сай разозлилась и врезала мне кулаком в нос, сломав его. Мне это не помешало, я продолжил приставать к ней. Чувство стыда заставило меня покраснеть. Что я наделал?! Как мне ей теперь в глаза смотреть? Я же обещал…

Снова перегибаюсь через кровать и булькаю уже в другой таз. Старый куда-то вынесли… да вон он стоит, уже чистый. Повторение процедуры с полотенцем и водой. Лежу, отрешенно глядя в потолок и вспоминая, что было дальше.

Дальше было плохо. Саишша врезала мне когтями по морде и укусила за шею. Потом перекусала все и всех, пощадив только Тимку и стащила в лабораторию. Нашла пустые бутылки, прочла этикетки и долго и забористо ругалась, смотря на нас с жалостью и налетом презрения одновременно. Стыдно-то ка-ак…

Потом отволокла нас в наши же комнаты, не знаю, что она сделала с остальными, но меня раздела и положила на постель. Медленно бурею, до меня доходит, что я тут сейчас перед ней нагишом на четвереньках ползал. И лежу я сейчас тоже… даже без исподнего. Позор! Догадываюсь теперь, почему тот напиток, который пришелся мне по вкусу, был разлит в такие маленькие бутылочки.

Рука тянется прикрыться одеялом, но я как раз лежу на нем, так что прикрылся ладошками. Смешок. Я приоткрыл глаз. Саишша как раз наблюдала за моими метаниями. Краснеть уже некуда, поэтому я решил для разнообразия побледнеть. Она встала и села на постель. Я опять покраснел, а она тихо спросила:

— Ты как? — в ответ сумел выдавить только неразборчивое мычание.

— Понятно, — да отвернись же ты, зар-раза!!! Она что, специально так смотрит?!

— Ты чего такой красный? — она озабоченно прижалась губами к моему лбу. Нахмурилась, — Жара вроде нет…

— ОТВЕРНИСЬ!!! — от моего рева задребезжало стекло в окне. Она удивленно посмотрела на меня, потом перевела взгляд ниже. Я заскрежетал зубами, наполовину от злости, наполовину от вспыхнувшей головной боли. Она послушно отвернулась и отошла к окну. Я хотел было встать, но тут присмотрелся к стеклу и заметил свое отражение. Меня аж злость взяла. Да ну ее, стеснительность я изображать никогда не мог и не хотел! Хочет — пусть смотрит! Я постарался сесть, свесил ноги с кровати и мрачно посмотрел на Сай. Она ядовито спросила меня:

— Ну ты там скоро? Тоже мне, благородная девица тут нашлась… Чего я там не видела, мне интересно!

— Что, уже все рассмотрела? — хмуро съязвил я, пытаясь подняться на ноги. Голова постепенно проходила.

— И это тоже, — согласилась она, — Но, Тахешесс, неужели ты думаешь, что в морге трупы стыдливо прикрывают полотенчиком?!

— А что, нет?! — я, конечно, знал, что там о моральных качествах работников никто не заботится, но не принял это в расчет. Да и потом, хоть что-нибудь сказать же надо!

Встал, пошатнулся, но устоял. Рука потянулась прикрыться, но я гордо расправил плечи и сделал шаг по направлению к ванной. Упал, чуть не налетев башкой об угол кровати. Сижу, пережидая приступ головокружения и тошноты. Саишша подлетела в момент, костеря меня последними словами:

— Самонадеянный мальчишка! Гордость в одном месте заиграла! Сказал бы в чем дело, проще было бы. К похмелью еще сотрясение мозга бы добавилось! Ах, простите, я и забыла, что сотрясаться-то у тебя, по-видимому, нечему!

Со скрипом зубов — от стыда и от головной боли одновременно, — я встаю, опираясь — точнее, буквально повиснув на плече Саишши и перекосив ее на правый бок, — и движусь в сторону ванны. Она представляет собой глубокий какой-то… фигурный, что ли бассейн, — мне по грудь, — шириной примерно два метра. Его стены причудливо изгибались, и сверху он напоминал трех-лепестной цветок с широкими и короткими лепестками.

Саишша посадила меня на бортик, похимичила над краном и наполнила ванну горячеватой водой. Я соскользнул в воду, уютно пристроившись в одной из выемок-«лепестков». Она задумчиво посмотрела на меня изрекла:

— Знаешь, как это называется, когда мы с тобой спим в одной комнате и на одной кровати, я ношу твою одежду и встречаю тебя после попойки, а так же сопровождаю в ванну, что бы ты, не дайте боги, не грохнулся и не разбил себе голову?

Я покачал головой. Мне было все равно. Меня больше не тошнило — если не шевелиться слишком сильно.

— Это называется семья, дурачок! — непривычно ласково улыбнулась она. Я воспрял духом и недоверчиво посмотрел на нее. Это типа позволение на решительные действия или просто ее мнение? Ничего не поймешь с этими женщинами! Точнее, только с этой.

— Почему ты не ругаешься? — со скрипом выдавил из себя связные слова я.

— Я посмотрела, что вы пили, — спокойно сказала она, — И хотя мне безумно интересно, как вы умудрились набрести на погреба, но если принять во внимание, что вы пили крепчайшие напитки, то ваше последующее поведение оправдано. Кстати, а что ты пил?

— В маленьких бутылочках… фиолетовое такое вино…

— Тахешесс, да ты меня до сердечного приступа доведешь! — всполошилась Саишша, глядя на меня та-акими глазами… — И угораздило же тебя выбрать именно риз!

Видя мой недоумевающий взгляд, она пояснила:

— Понимаешь, вы выбрали не вина, как вы подумали, а магические напитки. Их создали специально такими сильнодействующими. И они предназначены для шасс, потому что спиртное действует на нас замедленно. А еще они ненадолго усиливают магические способности.

А риз — то самое густо-фиолетовое «вино», которое ты выбрал, — вообще разбавляется в пропорции один флакон на пять литров! И еще добавляются специи и приправы — для усиления вкуса и устранения похмелья. А сколько ты выпил? Вот и я о том же. А в неразбавленном виде оно сильно бьет по мозгам. Я вообще удивляюсь, что ты еще мог ходить и разговаривать, когда попался мне на глаза — я бы свалилась после двух глотков.

Преисполнившись гордости, я погрузился глубже в воду — по подбородок. Сай ушла ненадолго, вернувшись с несколькими колбами подмышкой. Я не торопился вылезать, свято веря в то, что Сай знает, что делает. Шасса последовательно вылила содержимое всех фиалов мне в ванную. Вода приобрела ярко-оранжевый цвет. Потом стала изумрудной, затем голубой и последовательно синей и на этом остановилась.

— Сиди здесь. Минут через десять полегчает, через пятнадцать минут вылезешь. Полотенца я принесу.

— А как ребята? — успел прошептать я. Но Сай меня услышала. Обернувшись, она застыла в дверях и ухмыльнулась:

— А у них нет такой заботливой меня! Да не беспокойся ты, я им тоже все приготовила: очнутся на все готовенькое. А, между прочим, это нечестно — мне-то ты запретил пить, а са-ам…

Я слегка покраснел — упрек был справедливым. К счастью, полотенце мне Сай принесла по истечении пятнадцати минут, и, пока я вылезал и вытирался, тактично отвернулась спиной, хотя я уже не стеснялся ее присутствия. Оставив полотенце на бедрах, я снова улегся на постель. Мне действительно стало легче — головная боль поутихла, а тошнота прошла бесследно.

Саишша вновь занялась разбором бумаг, я задремал. Минут через тридцать Сай удалилась, вернувшись через час, на лице ее была написана озабоченность. Я уже ходил и разговаривал — просматривал бумаги, которые до этого читала моя змейка. Это оказались счета и докладные о состоянии дел двадцатипятилетней давности.

— Это мое! — возмущенно прошипели мне над ухом, но я и бровью не повел.

— Не мешай, — рассеянно отозвался я, — Лучше помоги кое в чем разобраться…

— Тебя не интересует, как переносят похмелье остальные ребята? — она оперлась о мое плечо и посмотрела мне в глаза.

— А что, с ними что-то серьезное случилось? — обеспокоился я.

— Ну как сказать… — неопределенно махнула рукой она, — Норду хуже всех, Найт и Люц примерно в таком же состоянии, как и ты. Тимка не стал доливать себе, едва увидел, что вы начали бузить. Так что ему уже хорошо.

— Сай, ты чудо, — честно признался я. Она рассмеялась и прошептала мне на ухо:

— Люблю тебя… — ее горячее дыхание обжигало щеку, сердце и душу.

— Когда ты так говоришь, Сай… Я не могу отказаться даже от откровенных безумств, — осипшим голосом пробормотал я.

— Буду знать, — тем же тоном ответила она и облизнулась, — В чем тебе помочь?

Время до вечера мы провели за разбором бумаг, к каждой из которых Сай давала обстоятельные комментарии. Так что даже несмотря на не совсем отличную форму я начал понимать, на каких основах вся эта политическая шарашка зиждится.

* * *

Вечером мы все более-менее пришли в себя и собрались в лаборатории. Саишша долго возмущалась — почему здесь беспорядок. Люц ей ошарашенно ответил: «Ты ж сама попросила так сделать…», на что ему резонно ответили: «Но ведь хотя бы пыль вытирать надо?» Что ж, с этим не поспоришь…

Время текло незаметно — играли в карты, Сай читала книгу и одновременно давала подсказки выполняющему какое-то задание Тимке. Пока дела у него шли хорошо, что давало надежду на то, что взрывов на сегодня не будет. Он вообще как-то мне сказал, что за все пять лет обучения во дворце столько не узнал, сколько за этот почти полный месяц. Ну что я мог сказать, Некромантов не любят так же, как и нас, паладинов, так что нормального наставника днем с огнем не сыскать.

Осень вступала в свои права — за окном шел дождь, мягко и нудно барабаня по стеклу. Листья еще были по большей части зеленые, но уже то тут то там проглядывали желтые вкрапления, как предательская седина в прическе молодящейся кокотки.

Постепенно дождь перешел в ливень, гремел гром и сверкали молнии. Саишша сидела на подоконнике и как зачарованная смотрела в ночь, приложив руку к стеклу. Тимка забавлялся, смешивая реактивы. Идиллия.

— Са, иди к нам, — тихо позвал ее Норд. Что-то Саишша и вправду тихая сегодня. Не к добру это…

— Когда мужчина молчит, он думает, а когда женщина молчит, она уже что-то придумала, — веско произнесла Сай. Я не понял, это к чему? Я вроде молчал. Ребята тоже недоумевающе переглянулись.

Сай секунду смотрела за окно, но потом слезла и уселась в круг с нами, свернув хвост в подобие кресла и с удобством в нем расположившись. Норд задумчиво тасовал колоду. Играли мы теми картами, которые были у Саишши, благо она перестроила заклинание, чтобы нас не порезало.

— А давайте в «Башню» сыграем, — внезапно предложил Найт. О чем он, Норд и Сай наверняка не знают правил.

«Башня» — это, можно сказать, национальная игра паладинов. В карты нам резаться не запрещают, а в дурака все время скучно. Вот и придумали. Правила там запутанные, но если опыт есть, то интересно.

— А давайте. Только правила объясните, — легко согласилась Сай. Норд тоже согласился.

Минут десять объясняли правила, потом начали играть. Норд и Сай явно сговорились, так как оба старательно проигрывали все партии, а в конце сорвали весь банк, отыграв не только три желания — Саишша, — и родовой перстень и штаны с рубашкой, — Норд, — но и одним махом обыграв нас всех! Так что Найт, Люц и я сидели в одних трусах, устранившись за неимением ставок, а Саишша разделывала Норда. Наконец он тоже вступил в почетную группу бесштанных. Саишша, ухмыляясь, тасовала колоду, насмешливо глядя на нас из-под ресниц.

— Саишша, миленькая, родненькая, дай отыграться! — взмолился Люц. Я скрипнул зубами, но тихо.

— А зачем? — полюбопытствовала Сай.

— По доброте душевной, — выдавил ошарашенный Люц. Такого развития событий мы не предполагали…

— Ла-адно, прощаю. Разбирайте свои шмотки… — пока облачались, я все думал, где Сай так намострячилась играть. Этот же вопрос я ей и задал.

— А ты думаешь, где я так играть научилась, что в прошлый раз ты у меня по полянке козликом скакал? — вопросом на вопрос ответила она, — Там же, где и вы все!

Мы призадумались, а Саишша вновь вернулась к своему окну.

— Саишша, да чего ж ты там сидишь-то?! — не выдержал Найт, — Иди сюда, нам скучно. Вообще не общалась с нами, а теперь на дождь смотрит! Хоть спой чего-нибудь, зараза!

— Спеть, говоришь… — задумчиво перепросила она, после чего умчалась за гитарой и вернулась с каким-то текстом.

— Ну ка, сейчас кое-что попробую… — задумчиво бормотала она, настраивая гитару, — Вот, посмотрите, как вам:

А в нашей камере всегда стоит хорошая погода…

Не уважаем мы не ругань, не сплетение интриг.

И не особенно печалимся о будущих невзгодах,

Хотя темницы в России есть особый материк…47

Не знаю, под каким настроением она это писала, но мне это напомнило казематы Инквизиции.

— Не то настроение, — вздохнула Сай, поняв по нашим лицам, что не то нам хотелось бы услышать, — Ладно, слушайте дальше… Про любовь могу спеть, или про честный бой?

— Давай про бой, про любовь не хочется слушать, — решил я.

— Перед битвой волчью кровь пьешь из древней чаши,

Поднимаешь черный стяг и вступаешь в бой!..

Богом севера храним, гордый и бесстрашный,

Против тысячи один, на земле чужой![47]

Это было уже лучше. Сай пела дальше в разных ключах, и даже про пресловутую любовь умудрилась вставить одну песенку. И про политику тоже вставила, и про бой, и про прощание, и про войну… сколько она песен знает! И каждую поет так, что за душу берет! Теперь понял, почему Норд чуть не сдох, когда она открывала схрон нечисти — он нам про это рассказал.

Этот вечер заставил меня задуматься над словами Саишши, которые она сказал мне сегодня днем. «Мы — семья». А ведь верно, мы — вся наша компания, — больше похожи на семью, чем на просто друзей. Мы — семья, пусть и со своими закидонами, но — семья. И всегда принимаем выкрутасы каждого из нашей компании, чтобы он не совершил — но и наказывать не забываем. Так что… мы на самом деле семейка! Сумасшедшая, правда, но с кем не бывает?

Саишша

Где-то часов в одиннадцать мы все разошлись. Я делала заметки на куске пергамента по поводу завтрашнего урока с Тимкой — надо бы его на кладбище сводить и захватить кого-нибудь из паладинов, раз уж их нечисть боится. Хотя там и нечисти-то — тьфу, плюнуть и растереть. Ну, может Сим завтра пойдет. А ведь там надо могилку раскапывать… Нет, хватит мне Тимки и Сима. В крайнем случае тоже за лопату возьмусь.

А мальчик-то прогрессирует… Видимо, его обучением во дворце никто не занимался — обязательным наукам обучили и хватит. Не наследник, понятное дело. Кажется, у Темных властелинов сейчас девять сыновей — плодовитые оказались. Я тоже, возможно, когда-нибудь… отложу яичек так с десяток. Нет, это в сумме. А так — по три, по два — как получится. Угу, мы не рожаем. Мы откладываем яйца. После того, как отложили, еще неделю или чуть больше высиживаем — сунем яйцо в камин и ждем. А там, глядишь и вылупляться начнут. С треском и писком. Мама родная, как представлю… Нет, мне пока рано.

Сим читал книгу, изредка поглядывая на меня. Думает, не вижу… Ха, да мне его чувства были подозрительны еще с первой нашей встречи. А оно вон как обернулось… И могу признать — да, сейчас я счастлива. У меня есть друзья, которых я сделала своими братьями — им пока не скажу, не переживут они моего самоуправства, я думаю. У меня есть мис'са'саарэй, я его тоже люблю — как брата! У меня есть любимый… паладин, который мне почти жених, который точно не предаст и не разлюбит. И я его тоже не отпущу — он стал мне слишком дорог. Все, чего можно пожелать! Все мои мечты исполнены. Я счастлива…

Ну, пора ложиться, я думаю… Сворачиваю свои бумаги и последние отчеты. Судя по ним, у нас все обстояло не так уж плохо, не знаю, как сейчас. Надо проверить. Так, я же спать собиралась!

— Иди сюда, — тихо позвал Сим. Он приподнял краешек одеяла. Я задула свои свечи и скользнула под одеяло, прижавшись к паладину. Он был горячий, как печка. Тепло, а то дождь, конечно, красивое зрелище, но все равно, холодком повеяло. Честно говоря, на самом деле с приходом осени или зимы в Даан-Азаре не так уж и холодно, просто у всех шасс повально начинается насморк и простуда, а у некоторых даже воспаление легких и другие заболевания, связанные с похолоданием.

Сим потянулся и задул свою одинокую свечку, потом положил книгу на прикроватную тумбочку и тоже улегся, обняв меня. Я свернулась в клубок и положила голову ему на плечо. Моя чешуя слабо фосфорецировала, но спать можно было. Во время моего домашнего ареста я исправно мыла голову со специальными отварами, чтобы шипы оставались мягкими. А чешую натерла отваром корня папоротника черного — это слегка притупило сияние. Думаю, Симу было бы трудно засыпать рядом со мной, если бы я светилась так же ярко, как и раньше — у него же нет второго века.

Н-да, сегодня я явно не усну. Ворочаюсь только, пробовала считать скелеты, но без толку. В очередной раз повернувшись, я услышала на ухо:

— Или ты сейчас угомонишься, или я приму меры!

— Принимай, все равно не спится.

— Зараза…

— Есть маленько…

— Убью, потом воскрешу а потом снова убью…

— За что? — от удивления я забыла спросить «Каким образом?» — он же не некромант!

— За все хорошее… И угораздило же влюбиться в тебя…

— Я никого не держу, — холодно ответила я, — Если хочешь — иди вон.

— Дура, — емко охарактеризовал меня Сим, и прежде чем я успела возмутиться, запечатал рот крепким поцелуем. А пока я приходила в себя, подмял под себя и преспокойненько уснул. Ну а мне не оставалось ничего иного, как последовать его примеру — только хвостом шевелить и могу, а он тяж-желый, зараза…

* * *

Утром проснулась в прекрасном настроении, но с затекшим телом. Сим оказался в ванной, я решила не беспокоить его, хотя он так душевно выл… То есть пел.

Я быстренько оделась и глянула за окно. Время было — как раз на завтрак идти пора.

— Сим, заканчивай, я тоже умыться хочу! — возмущенно крикнула ему я. Семейная жизнь, ей-боги…

— Да подожди ты! Сейчас выйду, что сразу в дверь ломиться… — отозвалась запертая (!) дверь. Откуда там задвижка-то взялась? Ладно, не суть. Он там еще долго будет, я думаю, пойду в общую купальню. И вовсе я не ломлюсь!

Честно говоря, то что мы с Симом живем в одной комнате не было, с точки зрения моего народа, неприличностью, но встретило бы закономерное недоумение и удивление. Обычно вместе жили только либо очень крепкие и состоявшиеся пары, либо конкретно супружеская пара, либо сестры или братья. Остальные должны были жить раздельно. Хотя и препятствовать никто не будет.

Умывшись, я направилась на кухню. Сим встретил меня по дороге и упрекнул:

— Я же просил тебя подождать!

— Не дотерпела, уж извини! Слишком долго возишься.

— Не дольше тебя, — подковырнул он меня.

— Есть такое, — согласилась я, — Что сегодня на завтрак? — полюбопытствовала я, входя в дверь.

— То же, что и всегда, — недовольно пробурчал Норд. Он умел готовить только кашу, суп и жарить мясо у него очень вкусно получалось. Все однообразно. Внести, что ли, что-нибудь новенькое в наш однообразный рацион?

— Ну ка, посторонись, — я подвинула бедром Норда от плиты. Так, для начала сделаем просто булочки с вареньем…

— Ты ж говорила, что не умеешь готовить, — ошарашенно проговорил Люц, глядя, как я замешиваю тесто.

— Я не умею готовить, — повторила я, — Я умею печь пироги, булочки и блины, ну и еще кое-что из сладкого. Но этим пятерых здоровых мужиков не накормишь. А на завтрак вполне сойдет.

Я наложила заклинание-ускоритель на кадушку с тестом. По хорошему, так надо было бы на пару часиков оставить в теплом месте, полотенчиком накрыть… Но, Тахешесс, мужчины голодные сидят, так что поторопимся. А только с заклинанием выпечка все-равно не та получается… Я пошла за начинкой. Так, мед… Пусть будет мед. Потом сгоняю на Темную сторону горы и куплю свежих ягод у деревенских.

На растопку печки времени не было, так что пришлось запекать хлебо-булочные изделия собственным огнем, стараясь, чтобы тесто не подгорело. Огонь получился какой-то бледный, зато пропеклось все отлично.

— Ну вот, а то однообразие какое-то. Ешьте давайте, — ребята недоверчиво уставились на меня.

— А это точно съедобно? — с сомнением уточнил Найт.

— Ну не хочешь, не ешь, — с набитым ртом пробурчала я, запивая чаем булочку. Обидно — я старалась, а они все никак забыть предыдущий случай не могут.

Ребята переглянулись и разом протянули руки… Надо же, понравилось. Обычно моими творениями интересовался только брат.

— Где ты так научилась? — полюбопытствовал сытой и довольный Сим.

— Променяла на легкий характер, — спокойно ответила я. Немая паузы. Я фыркнула:

— Поверили, что ли? Ну и плохо. Брат научил, — я допила чай и пошла мыть посуду. Как ни крути, а свой вклад в общественную работу вносить надо.

Сегодня надо на кладбище пойти. Дождь шел всю ночь, наверняка все залило… Тахешесс, а идти надо — кладбищенского сторожа делать будем. Живой слишком ненадежен — может помереть или нечисти испугаться, а вот мертвец — это интересно.

Первым делом я пошла в лабораторию. Подготовила закрепитель — он должен будет как можно дольше сохранять мертвую плоть в приемлемом состоянии. Смешно, этот же состав используется модницами для закрепления краски на волосах. Вот и пригодилась та баночка из-под варенья, которую я давно уже сюда поставила.

Завершив приготовление состава, я поставила банку на полку и занялась другими делам — в частности, мне надо было повторить тот состав, с цикличными взрывами. Если с умом применить — конфетка получится! Представьте, произошел где-нибудь в стане врага взрыв. Раненые, разруха и проч. Подходят к месту происшествия окружающие и тут еще один взрыв! Само собой, скоро уловку раскроют, но ведь не подходить нельзя — все раненые, которые остались в радиусе поражения взрыва умрут вместе со вторым «залпом». Авось успеют вытащить.

Что-то меня не в ту степь понесло, надо сосредоточиться на расчете количества ингредиентов. Мне совсем не надо, чтобы взрывами опять снесло пол-лаборатории. Мне надо, чтобы легонько хлопнуло, а с большими пропорциями проверять на полигоне будем.

— Сай! — раздалось ото входа. Я как раз доливала последний ингредиент, его требовалась буквально несколько капель… Рука дрогнула. Раздался взрыв, на меня что-то упало, разбившись о мою голову. По лицу что-то потекло, дождем посыпались осколки. Взрывной волной меня пошатнуло и я села. Слава Шаирэссару, глаза закрыть успела и переборщила не сильно…

Раздался еще один взрыв. Минуту спустя еще один. И еще три раза. Кажется, конец.

Меланхолично вытираю рукавом лицо. Тахешесс, да я вся насквозь мокрая! С-с-с…

— Сай, ты цела?! — раздался встревоженный голос совсем рядом. Медленно открываю глаза и долгим и проникновенным взглядом смотрю прямо в глаза паладину, прокручивая в голове все, что с ним сотворю за сорванный эксперимент. Да он у меня все кладбище в одиночку перекапывать будет!!!

Сим понятливо отодвигается и помогает подняться. Осторожно снимает с моей головы запутавшийся в шипах осколок и отбрасывает его в сторону. Провожаю кусок взглядом и все еще медленно озираюсь по сторонам, пытаясь на глаз оценить масштабы трагедии. Ну… все не так страшно, как казалось. Большинство колб было из магического стекла, соответственно самые ценные реактивы остались целы. Сим в ожидании смотрит на меня. Слизываю с верхней губы стекшую туда каплю. Не поняла-а…

Медленно поднимаю взгляд наверх, на ту полку, где стояла банка с закрепителем. Секунда потребовалась, чтобы осознать случившееся и его последствия. Мой горестный вой заставил Сима отшатнуться, я всхлипнула. Прощайте, мои шипы! Прощай, моя чешуя! Прощай, жизнь!

— Создатель, что там случилось? — недовольно. От двери.

— Помираю, — доверчиво сообщила я Люцу.

— Я уже понял. Почему вой и слезы? Отвечать конкретно и по существу!

— Помираю! — возмущенно. Подцепив пальцем прядь шипов, показываю Люц и Симу. Переглядываются. Непонимающие взгляды и снова требовательные взоры скрестились на моей скромной персоне. Со вздохом поясняю, — Это был закрепитель. Я уродина!!! — с интересом жду реакции.

Люц пожал плечами и снова удалился. Сим усмехнулся и произнес:

— Я согласен, — тоже развернулся и вышел. Не поняла… Меня все бросили!

Теперь поясню, если кто не понял. Помните, я говорила, что мыла голову и натирала чешую? Так вот, теперь это все лет на девятьсот будет держаться без дополнительных «сеансов». Раствор был концентрированный, рассчитанный на мертвую плоть, а она поддается действию раза в три хуже, чем живое мясо. Так что я практически всю жизнь прохожу такой вот… Ы-ы-ы…

А вот насчет того, что Сим согласился с тем, что я уродина, мы еще поговорим… Но сперва надо приготовить еще одну банку закрепителя. И помыться.

На ванну я потратила полчаса, безуспешно пытаясь восстановить свой былой облик. Но уже поздно, раствор въелся в кожу, в плоть и кость, как говорится. Придется смириться. Разве что срок действия лет на сто уменьшился.

Готовила я закрепитель недолго, после чего по громкой связи вызвала Тимку себе в кабинет. Он заявился минут через десять, в полной боевой готовности, пожирая взглядом как непосредственное начальство. Я обрадовала его:

— Сегодня идем на кладбище. Еще полудня нет, верно? Провозимся там долго, так что одевайся потеплее, но чтоб легко раздеться можно было.

— А что делать будем?

— Похороны устраивать, — мрачно ответила я, — У нас труп образовался, надо закопать. Без твоей помощи не обойтись, — он побледнел, — Только на тебя вся надежда! Только ты можешь мне помочь! — перешла на патетически-торжественный тон я.

Парень явно приободрился, я продолжала запудривать ему мозги:

— Ведь кроме тебя, у меня здесь никакой родственной души нет! Только на тебя могу положиться, ты ж сильный некромант! Если что случится, если не потяну — поможешь, поймешь, простишь и исправишь мои ошибки!

— Хорошо, учитель, я обязательно помогу вам! Вы в следующий раз прямо ко мне и обращайтесь! Ну, я пойду собираться?

— Иди, иди… Я буду ждать! — я чуть не всхлипнула от умиления. Когда паренек вышел, я стала собираться. Так, первым делом уберем волосы — чтобы не мешались, в пучок, в пучок их!

Тайными ходами я направилась в Арсенал. Там я позаимствовала нечто вроде железного корсета, состоящего из металлических сегментов и закрывающего тело от бедер и до ключицы спереди и середины лопаток сзади. Благодаря тому, что отдельный сегмент был шириной не больше пальца, в нем можно было свободно двигаться. Под него я предусмотрительно нацепила довольно толстую, но не стягивающую движения майку из шерстяной ткани с узким горлом — это чтобы доспехами до крови тонкую чешую на торсе не стереть.

Дальше шли кольчужные перчатки, закрывающие всю кисть руки до верхних костяшек пальцев и доходящие до локтей. Не шею — нечто вроде ошейника, сначала из мягкой ткани, потом тоже из кольчуги. Если какая нечисть вцепится в шею, хоть не сразу прокусит, а мне и секунды достаточно.

На левую руку несколько массивных перстней. Все одинаковые, рассчитанные на то, чтобы служить заменой кастета — вместо обычных драгоценных камней в гнездах уютно расположились острые обломки породы. Это не служило обязательным элементом костюма некроманта, но я решила взять на всякий случай. Мало ли, вдруг Сим окажется прав насчет паладинов? Правую руку я не стала загружать — ею я буду работать. Кинжалом или заклинания плести, да хоть лопатой ямку копать — все равно пальцы должны быть ничем не загружены.

Кожаный широкий пояс с металлическими вставками, больше похожий на кушак со множеством кармашков. В них я рассовала захваченные из лабы зелья. В этот почетный список вошли несколько противоядий, ускорители регенерации, и различные магические эффекты, как то: огненная стена, огненный дождь, ледяная крошка, кое что по мелочи, кислота, три разных вида.

Порошки — тоже нечто вроде кислоты или растворителя, обездвиживатель, замораживатель, и еще несколько, которые вызывают потерю ориентации. Экипировалась я по полной, короче. Повертев в руках металлическую маску — чисто для понтов придумана, смотрится устрашающе, я решила ее все-таки взять. Мало ли, вдруг в деревню зайдем? А там должны некроманта чтить, бояться и уважать.

Теперь главное ребятам на глаза не попасться — а не то толи засмеют, толи снова в комнате запрут. Напишу записку и запру гору — будет с них.

Записку написала, в лабораторию подкинула, закрепитель забрала, снова в кабинет пришла. Тимка уже стоял в коридоре, встретив мое появление выдохом, полным то ли ужаса, то ли восхищения.

— Ну пошли, защитник мой! — я сделала приглашающий жест в раскрытый тайный ход. Он медленно пошел туда, не отводя от меня зачарованного взгляда, да так, что чуть не вывернул шею и не врезался в стену. Я пожала плечами и надела маску, направляясь вслед за ним. Не забыть бы заблокировать входы и выходы, а то Сим опять мне дело сорвет.

Итак, кладбище. После того ливня, что был ночью везде лужи. Во впадинах образовались даже небольшие бассейны. Везде грязь и слякоть. И холод, холод, холод! Да еще и капли постоянно за шиворот с деревьев падают…

Я уверенно шла прямо по дорожке, там должна быть сторожка. Прямо в рифму сказала! В этой сторожке находились лопаты, кое-какие инструменты и несколько гробов. По пути мы наткнулись на место, где вчера сходили с ума наши бравые мужчины. Вон остатки убожества, называемого гробом и наполовину закопанные трупы. Что особенно умиляет, держатся за руки! Хоровод водят, чесслово… Или оградка прикольная получилась, это как посмотреть.

Мы прошли дальше, наконец впереди показался маленький домик. Я отодвинула засов — он был и с внешней, и с внутренней стороны двери. Поддав плечом дверь, я обрадованно зашипела — дверь оказалась заперта только снаружи.

— Тимка, иди сюда! Вон лопаты, бери две и пошли дальше, — из-под маски мой голос звучал несколько приглушенно. Я хлопнула себя по лбу — есть же заклинание, позволяющее маске как бы прирастать к лицу, одновременно обретая пластичность и способность отражать натуральную мимику носителя, но сохраняя твердость металла.

Наскоро прошептав заклинание, я пробежалась пальцами по краю маски и вздрогнув от мимолетной боли, удовлетворенно подвигала челюстью — теперь я даже рот могла открыть, вот!

— А куда мы идем? — парень закинул обе лопаты на плечо и зашагал вслед за мной.

— Видишь ли, Тимоферий, двадцать пять лет назад у кладбища был сторож. Но его убили. А еще здесь рядом должна быть деревушка. А рядом с ней должно быть кладбище, там есть свежие трупы. Ты ведь оттуда взял их в первый раз? — он кивнул, — Во-от, значит, у тебя хорошие способности. А там мы найдем хороший труп, обольем его закрепителем и сделаем из него лича. Вот он и будет сторожем кладбища.

— А не проще поставить обычного человека?

— Нет, Тимка, не проще… Во-первых, человека надо уговаривать, платить ему, кормить его, а потом — он может довольно скоро помереть либо от старости, либо от нечисти. А вот если мы поставим сторожем мертвеца, то избежим сразу нескольких проблем и приобретем дополнительны плюсы. Во-первых — мертвец не стареет, не разваливается, его всегда можно подлатать иголкой с ниткой. Во-вторых: кому как не мертвецу знать, где, кто, и какого качества лежит? В-третьих, в мертвеца вселяется дух какого-нибудь умного человека. Он может помочь, подсказать, позаботиться о свежей партии материала, исполнить кое-какие мелкие поручения. Ну и под конец, если мертвец будет в очень хорошем состоянии, то он может отваживать незваных гостей или же создавать иллюзию добропорядочного кладби щенского дедушки. Все понятно?

— Да, учитель, — с уважением произнес юный некромант, — А можно вопрос?

— Можно, но только один, — Тимка на несколько минут замолчал, обдумывая формулировку, а потом проговорил:

— Что происходит, когда некромант входит в силу? — я остановилась. Посмотрела на него, потом снова пошла дальше.

— Ну что я могу тебе сказать… — помолчав, начала я, — Об этом не запрещено говорить, но все же не принято. Но тебе я расскажу, у тебя посвящение должно произойти скоро, года через два.

Итак, как ты знаешь, ходят слухи, что во время посвящения, как мы это называем, некромант умирает и возрождается вновь. Это отчасти правда, но только отчасти. В действительности происходит вот что…

Тебе является Геката, Смерть, Госпожа, Темнота, Тьма. У нее много имен. Но пока ты жив, ты ее не услышишь. Она будет говорить, но ты не поймешь ее. И во время посвящения ты фактически умираешь. А потом ты попадаешь к Гекате на собеседование, если можно так сказать. Тебя не будут испытывать, не будут проводить экзамен. Просто поговорите и все. И тебе предоставят выбор — стать некромантом или отдать свой дар обратно. Можешь не верить мне, но на самом деле некромантов могло бы быть гораздо больше, если бы люди соглашались. Но зато те, кто есть обладают поистине огромным даром.

После того, как ты сделал свой Выбор, ты снова окажешься в своем теле. Оно будет живое, такое же, как всегда. Только теперь ты будешь ощущать силу… Это я тебе рассказываю свои ощущения, так что у тебя все может быть по другому.

Обычно свидание с Госпожой происходит от остановки сердца, без внешних повреждений. Но если подвернется случай, то тебя убьют подручными средствами — позволят ножу проникнуть под ребра, подействует отрава, упадешь с кручи или еще что-нибудь. Но по возвращению в тело оно буде целым, так что не беспокойся.

Я ответила на твой вопрос? Кстати, мы уже пришли.

— Да, учитель.

— Тэ-эк-с, посмотрим, что у нас тут… Высматривай самые свежие могилы, думаю, нам повезет.

— Может, вон та? — предположил Тимка, указывая на свежий холмик.

— Может быть, — согласилась я, — Давай копать. О, вон смотри, еще одна свежая. Давай так, ты — эту, а я вторую. Идет? — Тимка кивнул и мы принялись за работу. Банку с раствором я поставила у края «своей» могилы. Через час было принято общее решение передохнуть. Тимка присел на холмик свежей земли, я устроилась в кольцах своего хвоста. Минут через тридцать мы снова принялись за работу. Я закопалась уже по уши и вот наконец лопата стукнулась о деревянную крышку гроба. Я заработала с удвоенной скоростью. Наконец я очистила верхнюю часть гроба от земли и, используя лопату как рычаг, вскрыла крышку.

— Оба-на!!!

— Ну чего у вас там? — раздалось недовольно откуда-то издали. Я изучила взглядом труп, потом вцепилась в края могилы и, подтянувшись выглянула наружу. Через могилу от меня из земли торчала взлохмаченная голова Тимки.

— Я труп нашла! — сообщила ему я.

— Не поверите, я тоже! — язвительно ответил он.

— И как он? — только и смогла выдавить из себя я. А мальчик-то с коготками… Тимка заглянул в могилу и сообщил мне:

— Лежит. А ваш?

— Тоже, — вынуждена была признать я, — А твой целый?

— Да. А у вас?

— А у нас кол вбит в глаз. По-моему, осина. А кто у тебя?

— Мужик, лет под сорок. А у вас?

— Щеголеватый франт, лет под двадцать, — я приподняла когтем трупу верхнюю губу, — А он вампир, — доверительным шепотом сообщила я Тимке, — Что делать?

— Не знаю, может, кол вытащить?

— Да ну тебя, он же встанет!

— Кто?

— Вампир!

— А может, пусть встает?

— Ну давай попробуем. Иди сюда, помирать, так вместе.

— Ну давайте, тяните, — подсказал Тимка, став на четвереньки на краю могилы. Мы уже были по уши в грязи, поэтому какая разница?

— Почему я?!

— Я не дотянусь!

— Отмазался, да?!

— Да вытаскивайте уже!

Ну, вытащила, мне не жалко. Лежит.

— Хоть бы глазиком моргнул, гад! Так и не поймешь, живой он или нет.

— Может, там несколько кольев? — предположил Тимка, свешиваясь с края могилы, — Давайте-ка вытащим его и осмотрим.

Как мы труп вытаскивали — отдельная песня. Несколько раз он у нас падал обратно, складываясь пополам в полете и загадочно посверкивая пустой глазницей. Поэтому был, мягко говоря, грязноват. Мы уложили его рядом с могилой. Некоторое время смотрели на него, в тщетной надежде, что он подаст знак, что жив, но пришлось таки приниматься за обыск. Спустя пять минут вампир лежал перед нами совершенно голый. Мы спереди ничего не обнаружили, поэтому перевернули его на живот. А там… Н-да, второй кол там все-таки был…

— Как же они его туда запихали? — поразился Тимка, — И главное, зачем?

— Наверное, посадили его на кол, — глубокомысленно предположила я.

— А почему на такой маленький?

— Наверное, чтоб не догадались, где искать, — решила я, — Кто тащить будет? Твоя очередь.

— А может, ну его? — жалобно спросил Тимка, — Давайте того мужика посмотрим!

— Надо, Тимка, надо. Тяни давай! Если нападет, то обратно втыкай, вот тебе мой совет.

Ну, короче, кол мы достали. Вампир лежал минут десять, мы уже устали ждать, как он восстал! С ревом:

— Убью, уроды!!! — он бросился на Тимку — он спереди стоял. Я огрела его лопатой по голове. Некоторое время стоял, потом ничком упал в могилу. Я озадаченно почесала затылок. Потом повернулась к Тимке, взяв лопату наперевес:

— Я же сказала, если бросится, то втыкай в него кол!

— Мне его жалко стало…

— Жалко! А если бы я его не…

— Сзади!!!

Я резко обернулась. За спиной никого не было. Я уже вновь поворачивалась спиной, как вдруг из ямы метнулась тень, но тут же с воплем упала обратно. Я наклонилась над ямой и прокричала:

— Эй, униженный морально и физически, ты там жив ли вообще?!

— Жив, сволочь! — раздалось оттуда и появилась голова вампира.

— Я не сволочь! — обиделась я, — И, между прочим, это именно мы тебя воскресили!

— Ага, сначала надругались, а потом воскресили!

— Да не мы это! Это ведь деревенские такое сделали, верно? А мы хоть немного на людей похожи?

— Ну нет, — вынужден был признать вампир. Симпатичный кстати, — Дайте руку, выбраться.

— А кусаться не будешь?

— Нет. Клянусь Темной луной!

— Ну вылазь тогда!

Вылез, отряхнулся. Осмотрел себя и с ужасом посмотрел на меня. На лбу и на затылке назревал синяк, единственный глаз был подбит.

— Оденься, бесстыдник! — прикрикнула на него я. Ужас в глазе немного поутих.

— Вы кто такие?

— А ты кто?

— Вампир.

— Приятно познакомиться, Некроманты.

— Оба-на! — вытаращил единственный глаз вампирчик, повязывая оторванную от одежды полоску ткани, чтобы прикрыть пустую глазницу.

— За что над тобой… кхм, кхм?

— За это самое «кхм, кхм», — хмуро ответил он, — Дочка старосты, зараза, как увидела, что я в летучую мышь обернулся — сразу к подруженьке плакаться побежала. А та всем разнесла… — в общем, было понятно, что произошло дальше. Озлобленные поселяне подстерегли незадачливого ловеласа и решили избавиться от проблемы радикальным способом.

— Учитель, а пусть он сторожем будет! — внезапно предложил Тимка.

— А что? Давай! Будешь сторожем, клыкастый?

— Где?

— На моем кладбище, естественно, — пожала плечами я.

— Можно. Только отлучки позволительны?

— Почему нет? — снова пожала плечами я, — Только не часто и ненадолго.

— Пожмем друг другу руки, мы же деловые нелюди!

— Тимка, пошли в деревню, — распорядилась я.

— Господин вампир, берите лопаты и идите вглубь кладбища, там найдете сторожку, это ваш дом теперь. Туда и положите. Разрешаю выбрать любой гроб для кровати.

Он удалился. Мы с Тимкой некоторое время смотрели ему вслед, потом пошли в сторону деревни. Маску я отлепила от лица и сдвинула на затылок. Холодно, сыро, грязно… Мерзость, одним словом. В горле начинает першить. Заболеваю я, что ли?

— А зачем?..

— Купить ягод.

— А на что?

— Тахешесс! — деньги-то я и забыла!

— Ладно, наколдуем что-нибудь, — решила я и мы направились дальше.

Итак, деревня. Ну что я могу сказать… Все как обычно — люди, коровы и прочее домашнее зверье. На нас вылупились, как на чудо света. Собралась толпа, вперед выпихнули старосту.

— Ить… это… Вы кто такие, стало быть, а?!

— Некроманты, — ответила я, пожимая плечами. Народ дружно сделал шаг назад, некоторые особо боязливые целых два. Молитвы, некоторые осеняют себя знаком Создателя, выскочил поп со святой водой, облил меня. Все как обычно… Я меланхолично пустила искру ему под задницу. Он взвизгнул, задрал полы мантии и заскакал с голой попкой, визжа от боли. Да ладно ему, я негорячим пламенем его ужалила!

— Хм, стало быть, некромансеры… А он тоже?

— Да и он тоже. А вы, стало быть, мои подданные?

— С чегой-т вдруг? — народ заворчал, кое-кто схватился за вилы.

— Я — Леди, — лениво сказала я.

— Из змеелюдов, что ль?! — ахнул кто-то в толпе. Я умиляюсь — а раньше это было не заметно?!

— Ну… что ж… раз такое дело… пожалуйте ко мне в горницу. Там и поговорим, — хмуро пробурчал староста и пошел впереди. Я пошла следом, за мной Тимка.

Пока шли, то слева, то справа раздавался шепоток.

«Глядись, Натка, некромантиха идет… Ить че, она нами править теперича будет, шо ль?»

«Мамка, мамка! Смотри, а у тети Смерти аж сразу две хари!»

«Маска!» — запоздало мелькнуло в голове, — «Тетя Смерть, нехилое повышение!»

«Любка, смотри, а вон тот парнишечка, это ль не некромансер что ль? Гарный какой, глянь ка!»

«Да ну тебя, Млатка, вон лучше посмотри, как наши парни на некромантиху пяляться! Ить шо тока нашли, мало им нас с тобой, шо ли? Кожа да кости, словно сама с могилки поднятая!»

Парни действительно рассматривали меня с восторгом в глазах. Я приосанилась. Сказать, что ли, попу тому спасибо, хоть грязь с меня смыл.

— Ну, пожалуйте сюда, значится, — суетливым движением открыл передо мной дверь староста, — Вы к нам по какому делу-то пришли? Да вы присаживайтесь, присаживайтесь…

— Да вот, хотела прикупить кое-чего… — расплывчато отозвалась я.

— Нет у нас младенцев! Нетути ни единого!!! — тот час открестился староста.

— Мне бы ягодок. Свежих.

— Бруснички хотите? Али клюквы, али ежевики? Али еще чего?

— Всего понемногу, — решила я, — Сколько с нас?

— Да рази ж можно?! Да мы даром отдадим… — «только вы убирайтесь поскорее!» Мысленно завершила я.

— Ну даром, так даром, — я встала и направилась к двери, староста сбегал в другую комнату, вернувшись с корзиной, доверху наполненной ягодами. Глупо от халявы отказываться.

Чинно приняв этот «дар» от всея деревни я направилась в сторону кладбища. Тимка шел за мной, засматриваясь на деревенских девиц.

В голове слегка шумело, холод становился нестерпимым, тянуло то покашлять, то почихать. Все-таки зря я пошла на кладбище.

Дождь накрапывал, постепенно усиливаясь, так что уже через десять минут мы попали в нестоящий ливень. Холодные струи воды затекали за шиворот, я чихала через каждые пять минут. Стуча зубами, я посмотрела на продрогшего Тимку и послала его вперед вместе с ягодами. Сказала, чтобы показался Люцу и шел отогреваться в купальню. А сама поплелась сзади.

На середине пути мне показался подозрительный шорох сбоку. Я замерла настороженно, посмотрела в сторону дорожки, потом в сторону, где мне послышался шорох. Потом плюнула, чихнула и пошла в ту сторону… чтобы встретиться с мокрым с ног до головы вампирчиком. Он заблудился. Я посмотрела по сторонам, и поняла, что тоже. Как ни странно.

Попыталась идти в ту сторону, откуда пришла, но поняла, что мы ходим кругами. Дождь все усиливался. Вампирчик узрел, что я совсем расклеилась и подставил мне свое плечо. Я отказалась, памятуя о том, что Сим очень хорошо чувствует запахи. Шатаясь, побрела уже вслед за бледным и мокрым вампиром. Тахешесс, я так воспаление легких схлопочу…

— Что-то ты совсем… того, — заметил вампир, когда увидел, что я чуть не упала. Сколько мы тут уже бродим?! Кажется, часа три…

— Я пока… апчхи!.. не того… кха-кха… так что я еще ого… апчхи!!! — от последнего чиха я сложилась пополам. Не могу больше… Голова раскалывается, нос не дышит, перед глазами красные круги плавают, в ушах тихий, но нарастающий звон.

— Некромантка, поднимайся давай! Куда ж я без тебя пойду?! Заблужусь как пить дать! Да встань же ты, не лежи на земле, вконец замерзнешь же!

Я хотела сказать, что мы и так уже заблудились, и вообще я стою, но тут голова закружилась, перед глазами все поплыло и вдруг оказалось, что я лежу на земле, с удивлением глядя на такое далекое небо. Так не должно… быть… Вампирчик что-то говорит, нагнувшись над моим телом, но я его не слышу. Так… неправильно… Слишком… быстро…

Темнота.

Сим

Саишша опять пропала. Ну сил моих больше нет! Куда она опять подевалась!!! Это что, месть за мои слова?! Я ведь только проучить хотел, чтобы не орала по мелочам!

На улице собирался дождь. Мы всей компанией облазили весь Даан-Азар, но Саишши, а заодно и Тимки не было нигде. Нет, я слышал, как она его вызвала к себе в кабинет, но я думал, что она просто проведет с ним очередной урок! И все! Куда они подевались?!

Я себе места не находил от беспокойства и даже страха! Люц сказал, что Сай точно была в Арсенале. Я скрипнул зубами. Теперь все сидели в лаборатории, я метался взад-вперед, заложив руки за спину, чтобы не разбить чего-нибудь.

Вдобавок, Саишша заблокировала входы и выходы из горы! Видимо, чтобы я не лез ее спасать! Да, она написала записку. Вы ее читали?! «Я пошла по делам, не беспокойтесь, не ищите, сидите на ж**е ровно!!! Будем через три-четыре часа, я НА КЛАДБИЩЕ!» Да я от такой записочки только еще больше взбеленился!

Волнами накатывали то злость, то страх, опять, то ярость, то ужас и беспокойство…

Тихо-тихо приоткрылась дверь и нашему взору предстал мокрый и замерзший вусмерть Тимка. Я уставился на него, как на привидение. Подскочил, в лицо выпалил:

— ГДЕ?!?!

— Следом за мной… должна идти… — испуганно пролепетал он. Я помчался к воротам на кладбище. За мной пошли все, кроме Люца — он дал Тимке каких-то травок и отослал в купальню, а потом тоже догнал нас.

Стоим, ждем. Я снова бегаю туда-сюда, теперь уже перед воротами. Не знаю, что ней сделаю когда вернется. Предательский голосок внутри прошептал: «Если вернется…» Я отогнал все сомнения прочь.

Полчаса… Час… Через полтора часа двери открылись нам предстал холодный и мокрый вампир, держащий на руках мою Сай. Я, уже вконец издерганный, подлетел, врезал в морду, забрал у падающего тела Сай. Да она без сознания! И у нее, по моему, лихорадка.

— Сим, отдай, — настойчиво потребовали сбоку, пока я щупал пульс.

— Нет.

— Отдай, она сейчас замерзнет насмерть!

— Нет!!!

— Тогда сам тащи! В лабу, и побыстрее.

Люц сказал положить ее на стол, прогнал всех, кроме меня. Приказал раздеть Саишшу, за что чуть не схлопотал по зубам. После чего сунул Сай под нос какую-то склянку. Эффекта — ноль. Я держал ее за руку, ощущая судорожное биение жилки.

— Люц, ей очень, очень плохо…. Сделай что-нибудь, ты же лекарь!!!

— Так. Не ори, дай собраться… — я зарычал, он отшатнулся от зверского оскала на моем лице.

Потер подбородок, пощупал пульс на шее Сай, посчитал удары сердца, после чего принялся лихорадочно смешивать какие-то ингредиенты. Высунув голову за двери, потребовал срочно найти книгу по анатомии шасс.

— Так, растирай ее сверху, а я снизу. Вот так, понял? — он показал.

Когда мы ее растерли, Люц укутал ее в одеяло, наложил какие-то заклинания, дал еще какой-то отвар, сказал — поить, если очнется. Не очнется — тоже поить!

К счастью, Сай очнулась. Непонимающе уставилась на меня, потом до нее дошло, где она, и Сай попыталась втянуть голову в плечи. Я прижал ее к себе, чувствуя, как клубок, который наматывался у меня внутри, натягивая нервы, постепенно ослабевает.

После чего я заставил ее выпить то самый отвар, она отбрыкивалась, говорила, что чувствует себя хорошо. Правда, когда у нее случился приступ кашля, она перестала вообще сопротивляться. Люц лихорадочно листал книгу и наконец нашел то, что искал.

— Значит, так. Сим, у Саишши обычная реакция на длительное и резкое переохлаждение…

— И это ты называешь обычная?! — прорычал я, указывая на едва живую Сай.

— Для шасс — да… Им категорически нельзя переохлаждаться. Я ничем помочь не могу, у них это сезонное, только перенести в тепло и стараться сбивать жар. Так что будем делать растирания спиртом, поить горячим чаем и отварами от простуды, лечить насморк и кашель. Если пик пройдет, то ничего опасного не случится. Давай, бери ее и неси к себе в комнату. Там посади в горячую ванну, подержи полчасика и в постель. Вечером напоишь ее чаем, а пока…

Он потянулся и достал большую бутыль с медицинским спиртом, сбегал и принес ломоть хлеба. Налил в стакан и протянул Сай. Она послушно выпила в два приема, закусила и стала обмахиваться рукой.

— Апчхи!.. что-то ты… апчхи!!! Пчхи!.. перестарался…

— Молчи, — сурово оборвал ее я, — Я с тобой потом поговорю!

Я подхватил ее на руки и отнес к себе, шепча по дороге всякие ласковые слова. Я не могу ее потерять. Никогда.

Саишша снова впала в беспамятство, поэтому пришлось купать ее самому. Поминутно обжигаясь о ее обнаженную кожу и старательно отворачиваясь. Наконец с этой пыткой было покончено. Я завернул ее в полотенце и отнес в постель. Там она снова пришла в себя, но шевельнуться не смогла — я слишком крепко замотал ее. Я, матерясь и чертыхаясь, переносил ее хвост по частям и складировал у кровати. Создатель, никогда не замечал, что он такой длинный!

Дальнейшее существование превратилось для меня в ад. Столько страха я не испытывал ни разу с самого момента своего рождения, даже когда Сай дралась за нас с Нилом, даже когда она самовольно отлучилась. Саишша почти не приходила в сознание, металась в бреду, кого-то звала. Сумел различить свое имя и имя ее брата. Мое имя чаще! Хотя глупо сейчас этому радоваться…

В краткие минуты просветления я поил ее бульоном и отварами, которые готовил Люц. Не знаю, что случилось с тем вампиром, но мне уже было все равно. Я почувствовал, что схожу с ума. Это было страшно.

Впервые в жизни я ничего не мог сделать! Совершенно ничего… Люц сказал: терпеть и ждать. Если это состояние пройдет, то ничего страшного не случится. Я боялся думать, что будет, если не пройдет.

Прошло два дня. Изменений не было никаких, разве что приходила в сознание Саишша чуть чаще, чем обычно. Люц обрадовался и сказал, что дело идет на поправку. Я выставил его за дверь, чтобы не мешал своим громким и радостным голосом.

Саишша спала… кажется, я сидел за столом, опустив голову на сложенные руки. Только бы она выздоровела. Как же страшно… Саишша застонала и всхлипнула. Я оторвался от своих мыслей и присел на кровать. Взяв ее руку в свои, я принялся гладить ее ладонь и говорить всякую дурость, чтобы она успокоилась. Сай было неважно, что я говорил. Но она чувствовала, как я это говорил. И успокаивалась от тембра моего голоса.

Я взял ее на руки и стал гладить по спине, по голове. Шептал на ухо, что люблю ее. Постепенно Сай успокоилась и вновь уснула. Но тут резко очнулась и истошно закричала.

— Тихо, тихо, Саечка, Саишша! Не кричи, пожалуйста, не кричи! Я с тобой, я тебя не отдам… Никому.

— Сим, — простонала она, — Сим! Не пускай его ко мне… Не разрешай мне его слушать! Не давай ему меня трогать!!! Не оставляй меня…

Она снова закрыла глаза и потеряла сознание. В дверь постучали.

— Люц, ты? Заходи.

— Почему она кричала? — спросил он, заходя и садясь на мой стул. Кувшин с отваром, который Люц принес, он поставил на стол рядом с кружкой.

— Я не знаю.

— Она спит?

— Нет, просто без сознания.

— Плохо. Тогда вот что, попробуй сделать что-нибудь, что вывело бы ее из беспамятства. Как выведешь, напои вот этим — он указал на кувшин.

— И что я должен по-твоему в ней сделать?! — возмутился я.

— Да хоть раздевай, — ухмыльнулся Люц, — Какой-нибудь неожиданный поступок, что-нибудь шокирующее ее. Стресс может вывести ее из этого состояния. Но не переборщи, а то ее от нервного расстройства придется лечить. А нам этого не нужно. Усек? — его тон стал угрожающим. Я ошарашенно посмотрел на него.

— Люц, да ты никак… влюбился в нее? — я подумал, что если этот… опустим, скажет «да», то я его просто убью.

— Что?! — шарахнулся от меня Люц, — В эту гадюку?! Да ты о****л!!! Да я даже под угрозой расстрела на это не пойду!

— Тогда почему? — он вздохнул и тихо сказал мне:

— Она мне как сестра стала. И всем нам. А Найт ее вовсе дочерью считает. — «Мы — семья». Снова я задумался над словами Сай.

— Ладно, иди… Мне нужно переварить эту новость, — махнул я рукой.

Итак, отбросим мысли по поводу семейки, вернемся к Сай. Я посмотрел на нее. Скулы заострились, лицо больше напоминает череп, а по ее телу можно изучать анатомию шасс. Надо ее откормить.

Шокирующее, говорите… Я медленно склонился над ее лицом. Некоторое время всматривался в до боли знакомые черты, потом осторожно поцеловал. Постепенно я переходил от ласки к страсти, мне нужно расшевелить ее.

Я подумал и укусил ее за губу. Сай вскрикнула и очнулась, оторопело посмотрев на меня. Я слизнул с ее нижней губы капельку выступившей крови. Она чихнула, едва не разбив мне губу своим лбом и вся романтика слетела мгновенно.

— Саишша, кто с тобой разговаривает? — слетел с губ совсем не тот вопрос, который я собирался ей задать. Она вздрогнула и съежилась в моих объятиях, спрятав лицо у меня на груди.

— Сим… я не хочу о нем говорить. Мне страшно…

— Тихо, тихо, — я укачивал ее как маленькую, — Я же с тобой.

— Мрак… — тихо прошептала она. Я хотел переспросить, но понял, что сейчас не лучшее время. Она, казалось, поняла, что творится у меня в душе. Подняв голову, Сай посмотрела мне в глаза и что-то сделала.

Мрак… Везде беспросветный мрак… Он подбирается ко мне из самых темных углов, опутывая холодными щупальцами ужаса. Из него звучат голоса, они зовут меня, и я не могу сопротивляться. Но какая-то часть сознания яростно шипит: «Стоять!!!» И все повторяется сначала.

Онпоявляетсяужене впервыйраз, иобычноегошагитихи инеслышны, пока он не подберется вплотную. Но в этот раз все иначе. Он подходит вальяжно, как к уже поверженной добыче, а я с ужасом осознаю, что на этот раз я проиграю, если мне не помогут. И никто мне не поможет, потому что мой брат далеко, хотя я чувствую по каналу нашей связи, как он беснуется, понимая, что не может ничего сделать, но прекрасно чувствуя все мои ощущения; а мое солнце не знает, что со мной происходит.

Это похоже на то, как будто ты плывешь в мутной, темной и густой воде. Ты на краткие и бесценные мгновения выныриваешь в реальность, чтобы глотнуть воздуха, но тут же тебя затягивает обратно, чтобы поиграться с тобой до тех пор, пока ты не потеряешь сознание от недостатка воздуха. Потом тебя снова вынесет на поверхность, и снова засосет в пучину, и так до бесконечности… Пока мрак не решит, что с тебя довольно и не отступит до следующего повода вернуться.

Солнце мое, помоги мне… Мрак касается меня своими щупальцами, оставляя противное ощущение липкости и брезгливости. Но я не в силах отогнать его. Сим, не оставляй меня, прошу…

Словно где-то зажгли огонек свечи. Я интуитивно чувствую, что там спасение и собираю все силы для того, чтобы встать и продвинуться в ту сторону. Но и мрак понимает, что это означает то, что он останется без добычи. Он пытается задержать меня, я двигаюсь все медленней… И кажется, это конец…

Но нет, огонек впереди разгорается все ярче, у меня появляется странное чувство… я уже забыла, что есть какие-то другие чувства, кроме страха, безнадежности и сумасшедшей надежды. Возмущение? Кажется, так. Я цепляюсь за это чувство, и идти становится легче.

Больно! Я недоуменно прикасаюсь к губе. Кровь? Как странно. Откуда могла взяться кровь на губе?

Огонек уже совсем близко. Я уже могу коснуться его руками. Я знаю, что если я дотронусь до него, то я выиграю. Я с улыбкой протягиваю руку вперед. Вспышка…

Молчу. Что это было? Саишша уткнулась лбом мне в грудь и не шевелится. Я тихо спросил, будто разговаривая сам с собой:

— Ты ведь показала мне то, что сама чувствуешь. Верно? — нет реакции. Только тяжелое сопение. Может, она просто переутомилась?

— Ты не хочешь пить? Люц приготовил отвар. Сядь, я быстро.

Саишша вздохнула и посмотрела на меня. Я вздрогнул, столько тоски было в этом взгляде и одновременно столько нежности…

— Сим, ты просто не представляешь, что сейчас сделал для меня.

— Нет, Сай. Теперь я знаю, — покачал головой я. Ведь я и вправду понимаю теперь ее так, как самого себя. По крайней мере, сейчас, — Тебе нужно попить, а лучше поесть.

Напоив ее тем, что принес Люц, я прижал ее к себе и откинулся на спинку кровати. Как только все узнают, что Сай очнулась, сюда понабежит куча народу, они растормошат мою Саишшу, и я уже не смогу вот так сидеть с ней. Хочу просто маленький кусочек моего личного счастья. Да, я жуткий собственник и эгоист. Я усмехнулся.

— Саишша, а у тебя была… мечта? — не знаю, почему я решил задать этот вопрос. Просто захотелось.

— Была, — сонно ответила она. Этот сон не имел ничего общего с тем тяжелым забытьем, в котором до этого пребывала Сай. Это был легкий и здоровый сон выздоравливающего.

— А… теперь?

— А теперь… теперь она сидит рядом и задает вопросы… — я замер. Сай в который раз поражает меня.

— Вряд ли ты мечтала о паладине, который упорно не отстает от тебя со своей опекой, — мрачно сказал я.

— А?.. Ну да… Я мечтала, что у меня будет парень, сильный, смелый и добрый ко мне, но зато такой строгий с остальными. Думала, прикольно будет. А еще хотелось, что бы мне признались в любви на кладбище, в романтичной обстановке… — она склонила голову мне на плечо. Я закрыл глаза, припомнив то, как я фактически заставил ее стать моей девушкой. Каким же дураком я был и как нелепо звучали мои слова!

Тем не менее, я нисколько в этом не раскаиваюсь, потому что Сай сама согласилась принадлежать мне. И я бесконечно счастлив, что она не передумала до сих пор, несмотря на все мои странности и выходки, если можно так сказать.

Я потянулся и поцеловал ее в щеку, проведя своими губами до ее губ и завершив поцелуй там. Саишша удивленно открыла глаза, но отталкивать меня не стала. Она обняла меня рукой и запустила ее мне под рубашку. Я покраснел, но Сай не стала больше ничего делать. Ее ладонь была ледяная, поэтому я понял, что она просто грелась. Не скрою, я испытал некоторое разочарование, но обижаться не стал. Глупо это. Сам ведь дал обещание.

Этот вечер мы провели вместе. Просто лежали и шептались о разном. И грелись — точнее я грел Саишшу.

Ранним утром ко мне в комнату ввалился Люц, перебудил всех и вся, долго радовался, что Сай очнулась и пытался узнать, что я такое сделал. Я его послал. После чего Люц сподобился уточнить у Сай, что нужно делать, чтобы вылечить шассу от простуды.

— Камни… апчхи!.. солнца, — ответила она, сворачиваясь в клубок. Я пошел в ванну, только сейчас понимая, что зверски голоден. И Саишша, наверное, тоже.

Вернулся, стал искать одежду. Люц все еще беседовал с Сай. Я отыскал приличные штаны и рубаху, хотел было переодеться прямо тут, но одумался и удалился в ванную комнату. Там был такой симпатичный предбанничек, в котором можно было раздеться и оставить вещи.

По моему возвращению Люца не было, Саишши тоже. Куда он ее… а, нет, вот она — закопалась в одеяло и пытается уснуть. Я не дал ей этого сделать, заставив выпить кружку чая. На меня сердито уставились… одним глазом, но отвар выпили и потребовали поесть. Я почесал в затылке. Чем же ее кормить-то? Надо спросить у Люца.

Люца не нашел, вернулся обратно, застал целую толпу у постели Саишши. Сел в уголок, наблюдая за тем, как она ест жареное мясо и запивает кружкой чего-то очень похожего на то вино, от которого меня так плющило. Н-да, еда буквально сметалась с подноса, после чего на Норде останавливался голодный взгляд и он покорно шел готовить дальше. На третьей порции она наелась и откинулась на подушки, окидывая нас всех сытым взглядом. Лицо у нее было дово-ольное… Как у обожравшегося сметаной кота.

— Саишша, я не нашел, — заметил Люц.

— Значит, плохо искал, — отпарировала она.

— Сама бы поискала!

— И пойду! — она села.

— Лежать! — негромко приказал я. Она скорчила рожицу, но послушно улеглась обратно. Шок в глазах общественности немного напрягает, но в целом все нормально. Вспоминаю, что сам до сих пор не поел и удаляюсь на кухню.

Вернулся я тоже довольный и умиротворенный. Саишша поприветствовала меня радостным воплем, отпихиваясь от нашего «знахаря», который старался напоить ее какой-то бурдой сизо-буро-малинового цвета.

Бурду отобрал, Люца отругал, Саишшу успокоил. Та сердито принялась объяснять, что ее не надо поить чем бы то ни было, пусть эта гадость и предположительно эликсир жизни. Ей нужно всего лишь несколько камней Солнца, и больше ничего. Люц поинтересовался, где они лежат.

— Я тебе в пятый раз объясняю, в регенераторе! Или на складах, или в Сокровищнице!

— Я был на складах, там их нет. Сокровищницу я не нашел, в регенератор тоже ничего нет.

— А как выглядят эти камни Солнца?

— Ну, они такие небольшие, с пол-ладони… Да, моей ладони. С одной стороны они гладкие и черные, а с другой он белые, ограненные и светятся, если их возьмешь в руки.

— Я знаю, где они, — недолго думая, решил признаться я. На мне скрестились два страждущих взгляда. Саишша чихнула, высморкалась в платок и снова стала смотреть.

Я подошел к столу, выдвинул ящик и достал оттуда деревянную шкатулку. Ее я и отдал Саишше. Ну да, сознаюсь, нашел, увидел, взял. Ну понравились мне эти светящиеся камушки, ну что я могу сделать!

— Спасибо. Знаешь, а серпентеры любят все блестящее, — не понял, это что, намек? Значит, я серпентер… змеелюд, то бишь. Не знаю даже, плакать или смеяться.

— Люц, ты не сделал случайно записей для своего «эликсира жизни»? Не принесешь мне, пожалуйста? А то скучно мне как-то, — деликатно спровадила Сай стороннего наблюдателя. Люц намек понял и удалился. С каких пор для меня Люц — посторонний?

Саишша улеглась на спину, открыла шкатулку и наугад выбрала себе камушек, положив его на солнечное сплетение, светлой стороной вверх и темной вниз. Он мягко засветился и по ее телу стаи прокатываться слабо фосфоресцирующие волны магии. Остальные камни она отставила на тумбочку. Я сел с ней рядом, стараясь не смотреть на нее — она была совершенно голой.

— Сай, расскажи мне об этих камнях, — попросил я ее. Она взяла меня за руку и положила себе на живот. Я судорожно вздохнул и убрал ее. Она посмотрела на меня как-то с сожалением и грустью.

— Знаешь, я уже жалею, что ты дал мне обещание дождаться до моего согласия, — тихо сказала она.

— Это можно легко исправить, — я помедлил секунду, поцеловал ее в шею. Потом спустился вниз, покрыл нежными поцелуями плечико и снова вернулся к ее губам. Она обняла меня, одновременно расстегивая рубашку. Мне показалось, или я действительно услышал тихий хруст?

— Сай… Ты уверена в этом? — посмотрел я в ее глаза. Она только пробежалась пальцами мне по позвоночнику, вызвав стайку мурашек. Я отбросил все сомнения и потянулся к ее губам. Счастье мое…

* * *

— Нет, ну вот как это называется? — укоризненно спросил ее я. Сай спрятала лицо в одеяле, ее плечи затряслись от смеха, — Нагло соблазнила меня, чуть аутодафе мне не устроила, а теперь еще и смеется!

— Сим, не преувеличивай… — чуть укоризненно ответила она, — Мой огонь не может обжечь тебя, запомни. Мне было трудно удержаться, ты был… бесподобен, — она смутилась и снова спряталась за одеялом.

— Ты мне льстишь, — хохотнул я. Все равно было жутко приятно. Я приспустил одеяло, обнажив ее спину. По гребню все еще проскакивали искры. Я провел пальцами по коже рядом с перепонкой, Саишша выгнулась от удовольствия. Я довольно улыбнулся.

— А ты чего такой довольный? — отдышавшись, спросила она. Я перевернулся на спину, она положила голову мне на плечо.

— Просто так. Мне нравится, как ты произносишь мое имя…

— В твоих силах сделать так, чтобы я произносила его часто, — намекающе протянула она, водя пальцем по моей груди.

— Продолжим вечером, — легко согласился я.

— Почему не сейчас? — гибко потянулась она. Я затаил дыхание.

— А вдруг зайдет кто?

— Может, ты просто… устал? — хитро спросила она.

— Саишша! — возмущенно откликнулся я, садясь и надевая подштанники, — Вечером! Я все сказал. Лучше подай брюки. Если то, что ты нагишом по комнате расхаживаешь, я еще смогу объяснить, то почему я тут в чем мать родила бегаю я никогда и никому не расскажу!

Меня охватило странное чувство стыда. Как-будто я тишком-нишком притронулся к чему-то запретному, для меня не предназначенному. И хотя умом — да и сердцем тоже, — я понимал, что таким поведением наверняка обижу Саишшу, ничего поделать не мог.

— Ну, объяснить-то ты сможешь, — лениво откликнулась она. Я не стал одевать рубашку и сел, скрестив ноги напротив Сай.

— Могу, — согласился я, — Но ты ведь понимаешь меня, змейка моя… — я поцеловал ее в макушку.

— Люблю тебя, — доверительно сказала она, — Но после всего произошедшего ты должен, нет, просто обязан…

— На тебе жениться, — завершил я за нее.

— Нет, ты должен повторить!

— И кто из нас пошляк? — философски спросил я. Я просто шалею от своего счастья!

— Слушай… — я замялся. Как же спросить-то? — Тут же эхо… хорошее?

— Все покои звукоизолированы, — насмешливо проинформировала она меня. Я облегченно выдохнул. Она рассмеялась и полулегла, подложив руку под голову. Я залюбовался ее совершенным профилем. Как же она у меня красива…

Саишша

— Сим, тебе понравилось? — задала я самый волнующий вопрос. Он улыбнулся и кивнул. Я заметила томную поволоку, которая на несколько секунд появилась в его глазах.

Раздался стук в дверь. Сим прямо как в воду глядел. Я замоталась в одеяло, изображая тяжело больную, а Сим проорал, поморщившись как от зубной боли:

— Войдите! Заразы, — последнее слово он сказал тихо-тихо, чтобы только я услышала.

— Да, но родные, — ответила ему я.

— Саишша, ты как? — в проеме появилась голова Найта.

— Нормально. А что?

— Да тут пришло… — он почесал в затылке, — …кое-что.

— Что пришло, от кого и что в нем содержится? — терпеливо спросила я.

— На, мы не смогли прочитать, — он вошел целиком и протянул мне свернутую и запечатанную сургучом записку. Я затаила дыхание. Это может быть только от…

— «Саишша! Я тебя убью! Ты не представляешь, как я за тебя испугался! А это!.. Что это было, мне интересно знать??? Какого хрена, Саишша?! Без моего ведома, без моего разрешения ты… опустим маты. Чтобы больше такого не было, поняла?!?!» — вслух, выразительно прочла я.

— От кого это? — непривычно мягко спросил Сим.

— От братика моего разлюбезного, от кого ж еще, — обмахиваясь листком, сквозь зубы сказала я, — Больше мне никто такое не пишет.

— Угу. От братика, значит… — что-то прикидывая в уме, отозвался Сим.

— Оставь немного мне, я тоже хочу набить ему рожу, — высказала свою просьбу я, — Еще не хватало, чтобы какой-то короткохвостый змей указывал мне, что делать! Я ему…

— Ну, я пойду, — Найт вышел, так никем и незамеченный.

Норд

Этим вечером Саишша появилась на ужине, и через два дня она была полностью здорова. Люц все выспрашивал, как она так быстро вылечилась, на что получил обстоятельный рассказ о применении и свойствах Камней Солнца. Я тоже послушал, мне интересно.

— Понимаешь ли, Люц, Камни Солнца — это что-то непонятное, — разглагольствовала Саишша, сидя на коленях у Сима в лаборатории, — Они способны впитывать в себя лучи Солнца, тепло, магию, просто энергию и потом отдавать ее, увеличивая в геометрической прогрессии. Как ты видел, с одной стороны камень гладкий, черный. Эта сторона впитывает. А другая огранена, она белая, немного прозрачная. Эта сторона отражает энергию обратно, усиливая ее. Но работает этот процесс только от соприкосновения с теплой кожей, плотью, были эксперименты — на еще теплом мясе животных работали.

Энергия, прошедшая через Камень Солнца чисто лечебная, ее никуда больше не приспособишь. В соприкосновении с чешуей Камень Солнца выдает огромные порции маны, которые согревают нас. Все просто, как видишь.

За те дни, которые Саишша болела и лежала в беспамятстве, что-то в ее отношениях с Симом изменилось. Это заметили все. Они стали… ближе, что ли? Более открыто теперь они проявляли свои чувства по отношению друг к другу. Теперь можно было застать эта парочку целующимися или обнимающимися, чего раньше сделать было практически невозможно. Обычно мы тихо проходили мимо, чтобы не мешать влюбленным. Сим цвел на глазах, Саишша от него не отставала. У этих двоих был как будто свой личный мир, в котором были только они двое.

Однажды вечером мы все сидели в лаборатории — все как обычно, либо играем в карты, либо читаем, либо разговариваем. В общем, времяпровождение очень интересное. Люц чего-то химичил, Саишша рассказывала нам об уязвимых местах шасс, на случай, если кто-то сподобится вызвать нас на дуэль или просто подраться захочется.

— Если это дуэль, то старайтесь достать ключичную ямку, там тонкая чешуя. Один момент, втыкайте оружие не сильно, а то убьете. Если просто кулаки зачесались, то старайтесь бить в челюсть — если повезет, то сломаете ядовитые клыки, это большой плюс. Не позволяйте обвивать себя хвостом — какими бы вы не были сильными и крепкими, если не раздавит и не задушит, то кости переломает точно.

Найт конспектировал, пробормотав: «Надо попробовать на практике».

— В нос можете, конечно, ударить, но сами знаете — крови много, толку мало. Шипы, отсекайте кончики — там больнее всего. Много не отрезайте, потом обидно будет. Гребни, перепонки — все хоть и тонкое, но прочное. Кончики ушей можно дергать и кусать. Что могу сказать насчет чешуи… Все, что ниже бедер — не пробьете обычным оружием. Так что цельтесь в торс.

— Что, правда не пробьем? — не поверил я.

— Люц, брось в меня что-нибудь острое, пожалуйста, — окликнула паладина шасса.

Я было открыл рот, чтобы сказать, что и так верю, но Люц уже бросил нож. Кольца мощного хвоста мгновенно пришли в движение, свиваясь и развиваясь, но не оставляя ни малейшей щелочки, чтобы туда могло проскочить хоть игла.

Нож, жалобно звякнув, ударился о чешую и упал вниз, на пол. Все облегченно выдохнули. Саишша подняла нож и, осмотрев лезвие, протянула его мне. Его кончик был основательно притуплен. Теперь этому ножу только в столовую и светит — боевым ему без перековки теперь не стать никогда. Я восхищенно присвистнул.

— И такая чешуя на протяжение всего хвоста, — гордо подтвердила Саишша.

— Нехило, — оценил Найт, — Теперь понимаю, почему на змее… э-э… серпентеров в Светлой Империи объявили повальную облаву.

— Н-да, из нашей чешуи делают отличные доспехи… — как-то грустно согласилась Са, — За одного живого серпентера отвалят столько, что твои праправнуки будут безбедно жить на проценты в среднем банке.

— Не верю, — прямо ответил Найт.

— Ну смотри, — принялась считать Саишша, — Кровь — сто золотых за стандартный флакон; чешую с хвоста ценят на вес платины; шипы практически никакой алхимической ценности не представляют, но в мягком виде из них делают струны или тетиву, которые никогда не рвутся. Пять золотых — штука. Когти идут по десяточке… золотых, разумеется, ниже никто не оценит! Яд — третья по счету ценность после чешуи и крови, цену проще исчислить драгоценными камнями, чем деньгами. Надо сказать, нам есть, чем гордиться — ни вкуса, ни запаха, может действовать либо сразу, либо через года. Противоядие — по той же цене… Вот и считай. Внутренние органы я не помню, сколько…

— Слушай, а почему тогда не поймать сотню шасс и держать их под замком, изредка изымая нужные компоненты? — спросил я.

— Забавный ты, — заметила Саишша, поудобнее устраиваясь в кольце рук сильно побледневшего Сима, — То, что тебе чешую вырвали, ты называешь «изымать компоненты»… А почему не ловят — так рано или поздно даже дите сбежит. Мы очень целеустремленны, а от природы нам дали практически неограниченные возможности для совершенствования. Год, два года, возможно, больше — но, рано или поздно, серпентер покинет свою темницу. Ничто его не удержит. Я не хвастаюсь, но это правда.

Со стороны Люца раздался счастливый возглас и через секунду он ужа стоял рядом с Са, буквально на коленях умоляя ее выпить что-то из пробирки. Она пожала плечами, — жалко, что ли? — и выпила.

Вспышка, помещение заволокло дымом. Люц закашлялся, я тоже пару раз харкнул. Дым довольно скоро развеялся, все было так же… нет, Са не было.

Я не шучу! Действительно, Саишши не было. Сим сидел со странным выражением лица.

— Где Саишша? — спросил Найт у находящегося на грани обморока Люца.

— Вот, — сквозь зубы ответил Сим. Указывая на свои колени. Я привстал и заглянул ему, пардон, между ног.

Уцепившись ручками за одно колено, весело попискивала маленькая… Саишша?! Мама.

Сим

Я убью его. Я убью его! О! Я убиваю его!!!

— Сим, если ты меня убьешь, то я не смогу вернуть ее назад! — верещал Люц, уматывая от меня на всей скорости. Я остановился и плюхнулся в кресло, предварительно подхватив на руки чешуйчатое дитя.

Саишша теперь была ребенком. И, судя по ее реакции, она не только «омолодилась» телом, но и сознание у нее тоже претерпело значительные изменения. Я пошарил рукой за спиной, — что ж так впивается?! — выудив оттуда кольцо.

Итак, как выглядят дети серпентеров. Почти так же, как их родители, только теперь Сай общей длиной не превышала моей руки. Вместо роскошной шевелюры, которой она могла похвастаться раньше, теперь ее головку окружал прозрачный зеленоватый пушок, как у одуванчика.

Тоненькая, хрупкая и очень похожая на себя взрослую — по поведению уж так точно. Да на нее чихнешь — переломится!

Характер маленькой Сай был исследовательский. Она тут же внимательно изучила мои руки, полезла вверх, больно впиваясь маленькими коготками в кожу сквозь ткань и обвила хвостом мою шею, запустив ручонки в мои волосы. Что ж я их сегодня не собрал…

Вокруг стоял непереносимый галдеж — никто не знал, что делать. Тимка сообразил быстрее всех — сбегал в библиотеку и через полчаса поисков принес толстый том о росте и развитии шасс начиная с внутриутробного состояния и оканчивая совершеннолетием включительно.

Оказывается, кормить маленьких шасс надо каждые три-четыре часа, причем они всеядны, но лучше молоком. Как только Тимка это прочитал, он тут же выпросил денег и куда-то убежал.

Еще нельзя оставлять ситшов одних больше, чем на полчаса — страдают от одиночества. Рекомендовалось согревать их в теплой воде или родительским теплом, но ни в коем случае не погружать в пламя. Дескать, для чешуи вредно.

Саишша пригрелась у меня на шее, свесив хвост мне на грудь и вцепившись пальчиками в волосы. Я рассеянно поглаживал ее пальцем, быстро пробегая строчки глазами и зачитывая особо важные моменты вслух сразу переводя на всеобщий.

Через полчаса чтения и обсуждения сложившийся ситуации Сай открыла глаза, обозрела лица, собравшиеся вокруг нее и открыла рот. Это… существо выдало такие децибелы, что лопнула колба. Громкий визг пробирает аж до самой… вибрирует где-то в глубине, я хотел сказать. Саишша заткнулась и с интересом наблюдает за ошалевшим мной. Кажется, я оглох на левое ухо. Ковыряюсь в нем мизинцем, иду на кухню в сопровождении эскорта из остальных ребят, тоже притихших и замолчавших. Может быть, если мы ее накормим, она перестанет орать.

Не дождавшись хоть сколько-нибудь интересующей ее реакции, шасса снова открыла рот… я закрыл его пальцем, вслух умоляя не орать. Кажется, меня поняли — по крайней мере, попытки укусить прекратились. Ее непропорционально большие глаза смотрели на меня с детской обидой — как же, дяденька не дал покричать! А то, что дяденька оглохнет — это ничего, производственная травма?!

Пересадив Сай со своей шеи на стол, мы сели кругом и попытались понять конкретно, чего ей хочется. Попытались накормить маленькими кусочками мяса, она снова заорала. Люц сбегал, принес ей ломоть хлеба, она тоже отказалась. Странно, что она не вспыхивает зеленым огнем.

Ввалился Тимка, держа под мышкой большую бутыль с чем-то белым. На его лице играла какая-то дурацкая улыбка, глаза были масляные и собранные в кучку. Я принюхался:

— Ты что, пьяный, что ли? — с раздражением спросил я. Вот нашел время!..

— Нет, просто счастливый, — улыбнулся этот малолетний, — Вот! — с размаху опустил на стол бутылку.

— Что это?

— Молоко! — снова улыбка.

— А напоили тебя от всех щедрот… кстати, а у кого ты взял молоко?

— Да ладно тебе, Сим, парень нас выручил, — примирительно вступил Найт, — И вообще, ты кормить ее будешь? Она снова открывает рот.

— Как? — задал я единственный вопрос. Прозвучал визг, я заткнул его на середине. Ахнул — в палец вцепились так, что прокусили кожу. Отнять не получилось — уцепилась крепко. Хлюпает кровью, мрачно обводя взглядом нас всех. Она ее пьет?!

— А я-то думал, чего она такая… неуравновешенная, — шокированный Норд, — Станешь тут такой, когда тебя с детства кормят кровью паладина!

Я насупился.

— Хочешь, твоей покормлю?! — прорычал Найт. Это правильно, вступиться за бывшего подчиненного. Норд понятливо заткнулся.

— Как ее кормить? — повторил я свой вопрос и посмотрел на Люца.

— А я знаю?!

— Ну ты долго еще там? — мрачно спросил я у Сай. Не то чтобы я был против, чтобы Саишша пила мою кровь, — у меня ее много, — но это не правильно! Это ребенок, а не вампир, в конце концов! Это же противоестественно!

Саишша отцепилась и сыто икнула, вновь уставившись на меня своими зелеными глазенками. Я обвел многозначительным взглядом всех присутствующих, задержав свой карающий взор на Люце. Тот побледнел с уходом в синеву.

— Значит, так, к Саишше — не лезть! Я сам с ней справлюсь. Но конструктивные предложения приветствую, — я посадил Сай себе на плечо и она снова радостно закопалась в мои волосы, тихо попискивая на ухо. Забрав бутыль с молоком, я удалился в свою комнату. А ведь мы с Сай только начали постепенно перетаскивать ее вещи ко мне… Вон, гитара висит над столом. Отдам Сай, пусть играется.

Саишша восхищенно обозрела свою большую игрушку, забралась на гриф, обвив его хвостом и стала что-то тренькать на струнах. Я сел за стол и углубился в чтение. Так, оглавление… внутриутробное развитие пропускаем, рождение пропускаем… ага, вот — развитие ситшов, рекомендации по кормлению, купанию, и проч.

Итак, рекомендовалось купать малолетних шасс вместе с родителями и желательно в мелкой ванночке, чтобы не испугались. Я офигел — мне что, вместе с Сай в ванну лезть?! Нет, я был бы не против, если бы она была взрослой — усматривая в этом времяпровождении нечто волнительное, я бы даже не стал сопротивляться чисто для приличия, но вот с такой?.. Она же маленькая! Ладно, опустим моральный аспект…

Спать малышам предполагалось в кольцах хвоста родителя — там картинка была. Я удивлялся все больше — я все понимаю, маленькие дети, то-се, но когда же родителям… ну, того? Ладно, мне пока «того» не с кем, так что пусть рядом лежит. Только бы не придавить ее, если перевернусь во сне на другой бок.

Далее, требовалось радовать шасс новыми впечатлениями, причем исключительно приятными. Где я ей новые впечатления возьму?! Нет, детей заведу не раньше чем через двадцать лет после свадьбы.

В целом, чтиво было очень интересным и познавательным. Заложив особо важные страницы закладками, я уже было направился в ванну, — общение с Саишшой прочно привило всем нам привычку к утреннему и вечернему купанию, — но меня остановил дикий и жалобный крик.

Я вздохнул, вернулся к Саишше, убрал на место гитару и, посадив счастливо зашипевшую шассу на плечо, снова направил свои стопы к заветной купальне.

В предбаннике произошел небольшой казус — раздеваясь, я случайно накрыл рубашкой Сай. Обыскался, пока не услышал тихие писки из-под ткани. Выматерившись, я подхватил ее на руки и пошел набирать воду. Как я понял, Сай общалась тремя способами — либо пищала — когда была довольна, — либо визжала или кричала — когда злилась, — либо шипела — тоже когда ей было приятно.

Набрав горячеватой воды с кучей пены я попытался посадить Сай на край ванны, чтобы спокойно залезть в воду, но она вцепилась в мои руки и подняла такой вой, что я чуть не оглох. Пока я приходил в себя, она взобралась мне на шею, больно впиваясь коготками в тело. Я зашипел не хуже взрослой Сай, но сдержался.

Внезапно… поскользнувшись, я плюхнулся в бассейн, чудом не задев бортик головой. Мгновенно вынырнув, я поспешно ощупал шею — полузадохшаяся, но живая Саишша была на месте. Я укоризненно сказал ей:

— Я же тебе говорил — посиди на краю, пока залезу! Нет, мы же самые умные… — остановило меня зрелище плачущей маленькой шассы. Я вздохнул и принялся намыливать голову. Саишша нарезала круги вокруг меня, изредка касаясь груди или спины хвостом. Я раздраженно взял ее верхнюю часть — то бишь торс, — в щепоть и таки вытащил «на берег», после чего протянул руку за ковшом с водой и начал поливать себе на голову.

Во второй раз я вылил себе на голову Саишшу. ***, чтоб тебя приподняло да гэпнуло!! Как она попала туда?! Сие есть тайна великая, моему скромному уму недоступная…

Попискивая, маленькая шасса снова забралась мне на шею, умильно моргая глазенками и отфыркиваясь под моим мрачным взглядом. Я вздохнул и смирился с тем, что теперь вот это маленькое чудовище мой постоянный спутник.

«В конце концов, в этом есть свои плюсы», — философски размышлял я, вытираясь, — «Теперь она точно никуда от меня не денется и не попадет в какую-нибудь опасную переделку. Главное, вернуть ее в, так сказать, исходное состояние. А все остальное не так уж страшно»

Меня не покидало навязчивое ощущение, что все со мной происходящие нереально и есть плод моего извращенного сознания. Но приходилось признавать очевидное — это не сон и не глюки от травки, это есть суровая реальность. Я тяжело вздохнул, укладываясь в кровать — за окном уж темно. Саишша переползла мне на грудь и принялась восторженно тыкать лапкой мне в пресс, гордо повернувшись ко мне пятой точкой… длинной такой. Как она похожа на себя взрослую, я прямо дурею…

Я усмехнулся и закрыл глаза. Услышав сопение над ухом, приоткрыл правый глаз — моя змейка переползла мне под щеку и свернулась клубком. Спал я со спокойной душой, с замиранием сердца вслушиваясь в дыхание Сай.

* * *

Громкий вопль на ухо заставил подскочить и свалиться с постели, больно ударившись задницей об пол. Судорожно сжимаю одеяло в кулаке, пытаясь вспомнить, что было вчера и ответить на вопрос: «Какого хрена?!»

Крики больше не продолжаются. Рискнул повернуть голову — Саишша сидит на постели, свернувшись в клубок и не мигая смотрит на меня. Я кое-как встал и заплетающейся походкой, все еще не отойдя от шока, направился по направлению к столу. Нашел бутыль с молоком, налил немного в кружку и поставил напротив Саишшу. Та довольно сунула голову в сосуд и стала активно сербать молоко. Я прочищаю пальцем ухо. Если она так каждые четыре часа будет орать — я недолго выдержу.

Снова укладываемся спать. Саишша упорно лезет мне под ухо. Я не понял — это такая любовь или просто чтобы лучше доходил звук?

— Так, — я посмотрел ей в глаза и четко и раздельно произнес: — Кричать. НЕЛЬЗЯ!!!

Малышка серьезно посмотрела на меня, фыркнула и снова завозилась устраиваясь поудобнее. Не знаю, поняла ли она, что я хотел до нее донести, но если еще раз… я за себя не отвечаю.

Через четыре часа меня разбудили писками и теребя за ухо. Я почувствовал, как губы расползаются в счастливой улыбке. Ну, контакт понемногу налаживается…

Визг… но тихий. Это что, намек на «побыстрее»? Ладно, понял, иду уже…

Было уже утро, так что ложиться не было особого смысла, поэтому я снова отправился купаться — не забыв захватить с собой эту бестию, разумеется.

Появился на кухне я чистый, свежий и бодрый, с шассой за пазухой. Быстро поев, я выяснил у Люца, могу ли чем-нибудь помочь в его исследованиях, на что получил слезную просьбу вообще держаться подальше от реактивов. Хорошо, не буду, трудно, что ли?

* * *

Месяц пролетел незаметно. Люц все так же искал антидот, и какие-то сподвижки у него были. По-крайней мере, он сказал мне, что если он даже и не найдет противоядия, то Саишша сама вернется во взрослое состояние. Как он говорит, рано или поздно действие эликсира должно было прекратиться. Самое большее — два месяца. Это меня немного утешило.

Погода прочно указывала на то, что наступила зима — как никак десятое декабря уже! Временами шел снег, а так — было довольно пасмурно, хотя солнце изредка все-таки выглядывало. Но температура снаружи опустилась значительно.

Неуклонно приближался день, когда нам надо было встречать послов. Буквально три дня оставалось. Тимка и Норд занимались нашим внешним обликом, отыскав какую-то книжку с картинками парадного облачения шасс. В итоге наряд для Норда, Люца и Найта выглядел так — серебристые рубашки без пуговиц и без рукавов, — на самом деле это больше было похоже на две сшитые вместе одной стороной полосы ткани, которые накидывались на плечи и как бы прилипали к коже, неприлично обтягивая тело и оставляя небольшую — в четыре пальца, — полоску открытой кожи спереди. Такие же штаны, но черные — их пришлось делать на заказ, сбегав в город. Об этом я расскажу особо и попозже. Сапоги, тоже на заказ, из черной кожи с серебряной отделкой. На руки нечто вроде серебряных наручей, с замысловатой гравировкой. На лоб — нечто вроде металлического обруча — ну, знаете, когда подвязывают волосы кожаным ремешком, а здесь тоже самое, но из металла. И пояс — кожаный, широкий, похожий на кушак.

У меня был почти такой же наряд, единственное различие было в том, что рубашка была из черного шелка — но обладавшего такими же свойствами, как и ткань, пошедшая на одежду остальных ребят. А, ну и конечно же, пояс и корона — куда ж без них… Норд было заставил одеть еще и кольцо, но оно еле налезло на мизинец, так что от него пришлось отказаться.

Я лично был бурно против какого-либо выделения меня из общей компании, но меня тут же заткнули, применив убойный аргумент: «Ты Лорд! Тебе положено!» И коварно добавив: «Саишша бы не одобрила…» Этим они меня сразили и больше я не трепыхался.

Далее нас всех заставили выучить свои полные имена — они такие длинные, оказывается! — а так же полное имя Сай. Тут мой слух царапнула некоторая неувязочка: Люц, Норд и Найт были из рода Харэссов. И полное имя Саишши оканчивалось тоже: «Из рода Харэссов». Я указал на это несоответствие ребятам, те призадумались.

— Получается, вы теперь ее братья, — резюмировал Тимка.

— Да нет, я все понимаю, но ЗАЧЕМ? — задал главный вопрос Люц. «Хм, если он что-то понимает, то зачем задает вопросы?» — мелькнула ироничная мысль.

— Может, она старалась как-то огородить вас от возможных проблем? Вряд ли кто-то станет связываться с братьями Леди, чтобы подраться без веской причины.

— Тогда почему… Хотя нет, я понял, — Саишша рассчитывала, что я стану ее женихом, а выходить замуж за брата… не поймут, мягко говоря. Отмахнувшись от любопытных взглядов ребят, я снова замолчал.

— Итог — мы теперь ее братья, — вздохнул Найт. «Ну, он на брата не очень тянет, скорее ему прочили роль отца,» — снова внутренний голос в голове.

Я углубился в воспоминания. Я обещал рассказать о нашей «городской прогулке», так что начну по порядку.

Прошла ровно неделя с того достопамятного превращения Сай в мелкую бестию, которая извела нас всех! Поголовно. Кормить ее приходилось из пипетки, а ей это не особо нравилось, каждые четыре часа она изводила нам нервы визгом. Ну, с этим еще можно было смириться — орала она только после того, как были испробованы все остальные способы — то есть она сначала теребила мне ухо, потом дергала уже всерьез — и под конец она просто намертво вцеплялась мне в мочку, высасывая кровь. И только после этого она повышала голос.

Самая большая трагедия была в том, что ее любопытство было неутолимым, а проделки граничили с издевательством. Люц буквально на коленях умолял ее не трогать реактивы, но это не спасло лабораторию от парочки взрывов.

Причем прятаться от справедливого наказания Сай предпочитала у меня за пазухой. И оттуда ее было не выковырять, если только я не хотел обзавестись десятком тонких, но болезненных царапин.

Итак, Норд откопал книгу о парадном облачении шасс, вследствие чего мы собрались на совет и дружно решили, что надо идти в город. Портал был открыт, но как задавать координаты, не знал никто. Тимка, однако, порылся в том зале и нашел старую карту в его рост высотой. На ней были отмечены все пункты, в которые нас мог доставить этот портал. На удивление, в пределы действия пространственной Арки попадала и Светлая Империя. Сай, кажется, что-то об этом говорила…

Проследив пальцем столицу Темной Империи, я с удивлением заметил, что портал активировался, засветившись белым светом. Точка на карте, которую я все еще удерживал пальцем, тоже мягко светилась. Мы переглянулись и гуськом прошли в портал. Деньги мы взяли в Сокровищнице, которая представляла собой целую цепочку пещер, до отказа набитых железными ящиками с монетами, драгоценными камнями, украшениями и артефактами. Причем каждому ящику сопутствовал лист зачарованной бумаги, на которой было написано, чего и сколько содержится конкретно в этом сундуке.

Вышли мы на площади славного города Лангреда, из портала, которым почему-то никто не пользовался. Мы огляделись вокруг — много людей, все замерли и смотрят на нас. И тишина-а…

Найт шепотом интересуется у Тимки, что случилось такого. Нет, паладинов, конечно, пугались, но не до такой же степени!

Паренек так же шепотом ответил, что раньше портал, ведущий в Даан-Азар не работал. Так что народное удивление в принципе понятно. Я поинтересовался, притопывая на месте и поглаживая притихшую Сай сквозь рубашку:

— Мы так и будем здесь стоять? Пошли дальше, нам надо к портным.

— Нет, сначала в паспортный стол, оформить документы или хотя бы заграничную визу, — поправил Тимка, — Хотя… Можно пока и так погулять, потому что морока с документами затянется надолго.

Народ постепенно отмирал, перешептываясь и тыкая пальцами. Я не обращал внимания, уже привык к повышенному вниманию с детства. Обычно это был страх, здесь к этому чувству примешивалось еще и удивление. Как хорошо, что я сегодня заплел волосы в косу, а то Сай опять мне их растреплет. Ума не приложу, чем ей так мои волосы понравились, но если она не была занята ничем другим, то непреклонно обрывала все мои протесты одним взглядом и радостно гладила, перебирала и зарывалась лапками в мою шевелюру. Обычно это кончалось тем, что мне делали прическу а-ля «воронье гнездо».

Мы посовещались, потом спросили у первого попавшегося прохожего дорогу и направили свои стопы к портному, мастерская которого оказалась совсем рядом, всего через два квартала. Сайка из-под рубашки не показывалась, сжавшись в комочек и прижавшись ко мне маленьким горячим тельцем. Похоже, она испугалась.

Лавку готовой одежды мы наши быстро, а мастерская оказалась на втором этаже, куда мы и направились. Портным оказался мужчина средних лет, с умным лицом и быстрыми глазами. Он выслушал нашу просьбу и пообещал выполнить работу до вечера, но заломил та-ку-ую цену, что мы решили отложить выполнение заказа до завтра. За это с нас содрали немногим меньше прежнего, но все же разница была существенна. Я еще удивился, почему выполнение заказа пообещали за такой короткий срок.

После чего нам пришлось идти к сапожнику, он подумал и тоже согласился на срок до вечера, причем цена не уступала той, которую попросил портной. Мы спросили, почему так дорого и так быстро.

Оказалось, тот облегающий материал был кожей одного редкого зверя, которую очень трудно выделать, но результат превосходит все ожидания. Вдобавок, она очень легко подвергается магическому воздействию, то бишь делать сапоги нам будут с помощью магии. Пришлось платить. Впрочем, у нас еще оставалось достаточно денег для того, чтобы сходить в приличное заведение. Выбирал Тимка, но и он почти ничем не мог помочь — большую часть своей жизни он провел во дворце, изредка выезжая на охоту.

Пришлось снова спрашивать совета у прохожих. Нам посоветовали среднего класса ресторанчик, называющийся «Ветерок у невменяемого»[48]. Как-то не хотелось идти в ресторан с таким названием, но есть хотелось еще сильнее. Так что желудок победил.

К моему удивлению, заведение «Ветерок у невменяемого» оказалось достаточно приличным и готовили там вкусно. Правда, не обошлось без казусов — сначала нас долго демонстративно не замечали, но Тимка сварганил им приличное окно — фаерболом, во всю стену, — и на нас таки обратили внимание. Правда, разносчица, когда принимала заказ, чуть не упала в обморок, но от удара головой об стол — мы ни при чем! Это она так упала! Честно! — пришла в себя и наконец-то приняла заказ.

Когда мы уже приканчивали вторую порцию, на свет божий выползла Саишша и потребовала вкусно покушать, ласково дергая мне ухо. Я заказал ей молоко, но она потребовала крови, получив подзатыльник пальцем. Обидевшись, снова полезла за пазуху. Но молоко выпила!

Оставив деньги на столе, мы покинули это, в общем-то, неплохое заведение и стали просто гулять, рассматривая город. Задержавшись у магазина с оружием, мы с сожалением прошли дальше — денег было только на еще раз пообедать, точнее, поужинать.

Понаблюдав немного на площади выступление уличных актеров — ума не приложу, как они на холоде выступают! — и вот тогда настали крупные неприятности. К нам подъехала карета, из нее вышли вежливые люди и попросили нас проехать с ними.

— Прошу прощения, но по какой причине вы нас задержали? — поинтересовался Найт.

— Мне прямо здесь вам сказать? — намекнул невзрачный мужчина. Люди уже заинтересованно косились на нас.

— Могу напомнить вам, что в моей воле доставить вас силой… — я не выдержал и прыснул, Люц закашлялся, Найт стоически сохранял серьезное лицо. Тот человечек сообразил, что сморозил явную глупость и вторично повторил свое приглашение:

— И все же я прошу вас: сядьте в карету. Мы не причиним вам вреда… — хохот пятерых мужчин. Занавес…

В итоге в карету все-таки пришлось сесть, попросив перед этим Тимку убрать фаербол, а Люца с Нордом — не засучивать демонстративно рукава. Найт сказал, что убежать всегда успеем, а ему интересно.

В карете сидели еще двое. Пока ехали, молчали. Я рассеянно поглаживал снова забоявшуюся Сай, она перебралась ближе к шее, не показываясь из-за воротника. Один из наших сопровождающих некоторое время пристально наблюдал за мной, а потом резко и отрывисто приказал:

— Сними рубашку.

— Чего?! — опешил я, — Да вы в своем уме, ребята?

— Извините Дейдра, он иногда отличается излишней резкостью, — вступил в разговор третий, пока незнакомый, — Мой друг обратил внимание на то, что вы что-то держите под одеждой. Не могли бы вы показать нам, чтобы мы убедились, что это не оружие?

Я молча расстегнул воротник. Все трое приглушенно ахнули, увидев маленькую шассу, которая свернулась у меня на груди.

— Простите… это кто? — пролепетал третий.

— Это — моя невеста, — мрачно ответил я. Ребята несколько удивленно покосились на меня, но внешне ничем своего удивления не выказали. Я закрыл недовольной нарушением своего уединения Сай рот и снова застегнул одежду.

— Э-э-э… — выпал в осадок третий, — Но, простите, это же совсем ребенок!

— Это временно, — заверил его я. Мне показалось, что эта фраза была воспринята им неправильно, но мне на его мнение было плевать. Для меня важно только мнение в первую очередь Сай, потом уже ребята, а мнение посторонних меня вообще не интересует с оттенком в минус.

Дальнейшая часть путешествия прошла в гробовом молчании, с косыми взглядами в мою сторону. Презрительно-злобным — Дейдр, шокированным — третий из вежливых людей, с интересом — первый. Ребята сидели молча, изредка бросая друг другу фразу-другую шепотом.

Минут через десять копыта лошадей звонко застучали по каменной мостовой, следом прозвучал скрип открываемых ворот, я понял, что мы въезжаем в какой-то замок. Через минуту карета остановилась, нас попросили выйти. Мы оказались в просторном дворе, вымощенной брусчаткой, но нам не дали хорошенько осмотреться, сразу потащив внутрь среднего размера замка.

Поднявшись на третий этаж, нас попросили подождать и ушли с докладом. С нами остались двое — в том числе и Дейдр, и еще три человека ожидали своей очереди.

— Тимка, где мы? — тихо спросил его я.

— А я откуда знаю? — раздраженно ответил паренек, — Я никогда не был здесь!

— Даже примерно не представляешь? — дотошно уточнил я.

— Вообще никак!!! — прошипел он, явно нервничая.

— Войдите, — позвал нас высунувшийся из-за двери третий из наших сопровождающих. Мы пожали плечами и гуськом прошли в кабинет, пустив вперед Найта, как самого старшего и дальновидного.

Когда мы вошли, нашим взглядам открылось удивительное зрелище — на полу в просторном и светлом кабинете с массивным столом в центре, кверху копчиком копошился змеелюд, копаясь в тайнике, расположенном на уровне земли.

— Присаживайтесь, я сейчас, — голосом курильщика со стажем предложил повернувшийся к нам лицом серпентер. Я отшатнулся от неожиданности — его лицо было почти точной копией лица Сай, когда она была взрослой. Черты были лишь чуть-чуть грубее, этакая мужская версия Саишши.

Мы уселись на приготовленные пять стульев, наблюдая за этим странным шассом с ба-альшим интересом. Сделав свои дела в тайнике, серпентер закрыл его и, с хрустом распрямив спину, уселся за стол напротив нас. Наш сопроводитель поклонился и вышел.

Ну, начнем с того что он был лысым. Вот совершенно. С достаточно развитой мускулатурой, руки перевиты татуировками в виде драконов, хвост немногим длиннее Саишшиного, на глаз точно определить не могу. Мочка левого уха проколота клыком какого-то зверя, в губе кольцо, в соски тоже были вставлены «штанги». Создатель, зачем он себя так уродует? Хотя, надо признать, все вместе смотрелось очень даже ничего, особенно в сочетании с золотым цветом его чешуи. Замерев, он напоминал статую, как и Сай, но эта статуя была отлита из чистого золота.

Пока он нас рассматривал, я заметил в его мимике и движениях пальцев и рук те же повадки, которые были присущи и Сай. Ну, напрашивался только один вывод насчет личности этого серпентера.

Мы переглянулись. Я взглядом спросил: «Что делать?» Найт пожал плечами и неопределенно тряхнул головой, мол: «Действуй по обстоятельствам»

— Вы — Найт тер Сишш из рода Харэссов, Люц тер Сишш из рода Харэссов, Норд…

— Да-да, можно покороче? — невежливо перебил его Норд. Змеелюд иронично приподнял бровь, но ничего не сказал. Достав из ящика стола трубку с резным костяным мундштуком, он закурил. В его верхнем правом клыке тоже оказался вставлен маленький бриллиантик. Нет слов…

— Итак, зачем вас сюда привели… Я — мис'са'саарэй Сьямы Сен Саишши тер Сишши-Линь, — дружелюбным тоном начал шасс…

— Короче! — сорвался я, — Извините…

— Ничего, — усмехнулся истинно Саишшиной улыбкой… кажется, Сай называла его Молом, — Теперь я понимаю, почему моя сестренка выбрала тебя.

— Откуда такая информация? — мягко вступил в разговор Найт.

— Ну… — почесал в затылке серпентер, потом смущенно признался, — Если честно, я пару раз смотрел ее глазами, но она об этом не знает, так что не надо ее ругать… Кстати, я так понимаю, что Сайка здесь?

— Откуда вы знаете?

— Ну неужели я не почувствую собственную сестру?! — искренне изумился шасс, — Да как только вы прошли сквозь портал, я сразу послал вас искать! Но, блин, вы такие шустрые, а у меня как раз только-только выпускники устроились… В общем, морока та еще… С простейшим заданием не справились, тоже мне! Извините, я отвлекся…

Ну, короче, я отдал приказ — ищите тех, кто прошел через портал Даан-Азара. Ибо мне до жути хочется увидеть любимую сестренку… одну из пятерых, м-да… — он уставился на нас, с любопытством ожидая нашей реакции, любезно выпуская дым в сторону.

— Так чего вам от нас надо? — Норд не церемонился, так же, как и со мной в первую нашу встречу.

— Просто посмотреть и оценить новых родственников, — усмехнулся шасс, — А так же устроить трогательную сцену воссоединения с моей сестренкой… Кстати, вы не знаете, что с ней случилось? А то у меня такое чувство, будто она в продолжительном запое — сознание как колпаком накрытое, не пробьешься…

— Это… Ну, короче… вот… — я помялся, но вытащил Сай на обозрение ее разлюбезного братца. Вы не поверите, что он сделал! Он начал… икать! Старательно зажимая себе рот ладонью, но подскакивая головой, а его глаза становились то круглыми, то квадратными.

— А я ведь… ик!.. знал, что она когда-нибудь доиграется! — шасс отпил воды прямо из графина, стоявшего на краю стола. Отдышавшись, он продолжил гневную тираду:

— Я ведь говорил ей — не пробуй реактивы на вкус! Но нет! Мы самые умные, нет чтобы послушать пожилого шасса…

— Это не Сай виновата, — вступился Люц, — Это я ей дал попробовать… кое-что.

— Да не проблема, — отмахнулся шасс, — Она недели через две сама вернет себе настоящий облик. Тахешесс, кто ж так рьяно меня вспоминает, чтоб его скрючило!

— Как так — через две? — заинтересовался Люц, пока я снова засовывал крепко спящую шассу за пазуху, — Как вы это поняли?

— Давай на ты, а то мне прямо неудобно, — попросил серпентер, — А понять это просто. Мы с ней связаны, так что почувствовать ее состояние для меня не проблема. Проведу аналогию со стеклянным шаром. Ее сознание сейчас как бы накрыто колпаком, поэтому она ведет себя сообразно детским инстинктам, потому же я не могу достучаться до нее, хотя попытки продолжаю. Ее личность свернулась в семечко, маленькое, не прорастущее без должных условий. Но если таковые условия обозначат свое существование, то это семечко будет расти, пока не разобьет изнутри ставший тесным шар. Ну и до этого срока осталось дней четырнадцать. Но в принципе, можно ускорить и до трех дней… Я бы не рисковал.

— Риск очень сильный? — уточнил я.

— Достаточно. Процентов семьдесят.

— Тогда не надо. Пусть все идет, как идет, — решил я. В конце концов, мне нужна живая и вменяемая Саишша, хотя я приму ее любую.

— Ну и правильно, — одобрил серпентер мое решение, — Ну что же, увидимся на приеме. Я надеюсь вам было приятно мое общество…

— Несомненно, — вежливо согласился Найт. Мы удалились. На выходе из кабинета нас снова поймали несколько вежливых людей и так же вежливо препроводили в карету, которая высадила нас на прежнем месте.

— Ну и что вы об этом думаете? — мы шагали по мостовой в сторону порталов. Люц задал самый актуальный вопрос, который терзал умы всех нас.

— Ну, мне кажется, этот шасс неплохой парень, — усмехнулся Норд, — Однако по сравнению с ним Саишша выглядит сущим ангелочком. Ну, подумаешь, черепа! Ну, подумаешь, гробы! Вот эти… серьги — это да-а… И татуировки тоже прикольные… Я уже не говорю о том, что он себе камень в зубы вставил.

— Интересно, ему что — абсолютно плевать на мнение окружающих? — спросил я, — Ведь он, насколько я помню, Тайный советник. Хорошие же советы он должен давать!

— Не придирайся к внешности, — дружески пожурил меня Найт, — Твои шрамы — тоже нечто, но Саишша не жалуется!

Я чуть покраснел. О да, Сай нисколько не жаловалась…

— Ладно, договорим позже, — заключил Люц, — Тем более, что основное мы уже высказали, так что переходить на личности будем в Даан-Азаре.

На площади порталов была целая толпа. Все глазели на горящий белым светом портал, который, однако, никого не пропускал. Вокруг нас мгновенно образовалась мертвая зона — так что мы преспокойно прошли сквозь напиравший народ и скрылись в сиянии пространственной арки, которая тот час же погасла за нашими спинами.

Вот примерно в таком относительно мирном ключе прошло наше первое путешествие в Лангред. Я отвлекся от воспоминаний и погладил сидевшую на моей шее Саишшу.

— Ну, вот она станет взрослой и вменяемой, тогда ее и спросим, — заключил Найт.

— И правильно, — согласились все. Я вздохнул и поудобнее развалился в кресле. В последнее время ребята совсем разленились и предпочитали ходить полуголыми — только лишь в штанах. Я тоже, в принципе, не был против, тем более, что, несмотря на зиму, в Даан-Азаре было тепло. Ума не приложу, как серпентеры умудряются заболевать в таких прекрасных условиях для жизни. Да, архитектура несколько странная, но к ней быстро привыкаешь, а я уже начинал любить это место. Теперь обстановка жилых покоев по образцу дизайна змеелюдов казалась мне единственно верной, остальные вызывали лишь законное недоумение.

Между прочим, я присмотрел себе другие покои — нет, я уважаю выбор Сай, но, похоже, я заразился от шасс гигантизмом — мне было несколько тесновато в одной комнате.

Я выбрал себе достаточно скромные — по меркам серпентеров, конечно же, — покои, состоящие из четырех комнат: спальня, кабинет, ванная и гостиная. Санузел пропустим, так как он был маленьким и внимания не заслуживал. Комнаты располагались следующим образом: был длинный коридор, с дверьми и занавесками по одной стороне и маленькими купальнями — аналог бани, — по другой. Ребята, кстати, тоже в этом коридоре поселились, буквально в следующих дверях. Мои покои были третьими по коридору, выходя окнами на внешнюю сторону горы — а ведь во многих комнатах вид из окна был на ущелье. Двое из комнат не имели окон — гостиная и ванна. Последняя — просторная спальня, — имела просто огромное окно, похожее на то, которое есть в бывшей комнате Сай. Под этим окном располагался симпатичный обрыв, — метров пятьдесят, не больше, — а внизу было большое озеро с кристально чистой водой.

Комнаты располагались квадратом, и проходы из одной в другую были сделаны следующим образом: сначала гостиная, потом прямо сквозь нее — кабинет с окнами, справа — спальня, тоже с окном, и ответвление от нее направо от входа — ванная комната. Это здорово экономило место, чем стандартное расположение комнат — вдоль стен, как в человеческих домах.

Общая гамма тонов была почти такая же, как и в моей предыдущей комнате — лазурно-стальная. В кабинете стены были обиты темным деревом, из такого же материала стол и несколько шкафов, которые я для солидности забил книгами — теми, которые мне понравились в библиотеке, несколько стульев, — человеческих и специально для змеелюдов, великолепный письменный набор из очень чистого и прозрачного стекла, ограненного как бриллиант. В солнечные дни казалось, будто он состоит из воды.

Ванна была почти такая же, как и предыдущая, только бассейн был побольше — даже можно было немного поплавать, и в нем были ступеньки. Сверху была вставка из матового стекла, которое начинало мягко, но довольно ярко светиться, когда кто-нибудь входил. Я в два счета разобрался с плетением заклинания и не стал ничего менять.

Все покои в целом были очень светлые, главным образом из-за того, что в отделке было много стеклянных и просто прозрачных элементов — стеклянные подсвечники, серебряные ручки со ограненными каплями стекла вместо драгоценных камней, прозрачная тюль на окнах, затейливые узоры из стекла на серебристо-лазурных стенах. Двери в шкафах с постельным бельем в спальне тоже были сделаны из завитков стекла. В общем, мне понравилось. Умеют же шассы устроиться и с шиком, и со вкусом.

Саишша потерлась об мою грудь щечкой и свернулась клубком — она и раньше для меня не была особо тяжелой — если только не станет скакать на мне всем весом, — а сейчас и вовсе почти не чувствовалась. Счастливо засопев, маленькая шасса задремала. Я забрался в кресло с ногами и открыл очень интересную книгу — не помню название, — которая повествовала… э-э, короче, это была «книга любви» для серпентеров. За эти две недели я перечитал солидную стопку толстых фолиантов, посвященных внутреннему укладу шасс, их обычаям, внешнему виду и уязвимым местам. Я полагал, что все эти знания мне пригодятся не только, чтобы избежать неприятных казусов в дальнейшем, но и для того, чтобы произвести впечатление на Сай.

Внезапно произошел громкий хлопок и все помещение заволокло дымом, который довольно быстро рассеялся. Я придушенно захрипел. На моей груди, свернувшись клубком, сладко спала Саишша. Взрослая Саишша!!! Я сбросил ее с себя, не позаботившись о ее безопасности — мне банально не хватало воздуха. Как я уже говорил, выдержать вес Саишши не было особой проблемой, главная проблема была в том, чтобы вдохнуть, ибо я не успел напрячь мышцы груди и живота. Ее вес выбил у меня из легких весь воздух — сложилось ощущение, что мне под дых врезали здоровым молодецким левым хуком. Да, да, бил тоже паладин, но само ощущение!..

Возмущенный вопль Саишши я проигнорировал, тихонечко приходя в себя и накрыв лицо книгой. Ребята радостно загомонили, кажется, они радовались тому, что Сай снова нормальная… В смысле, нормально выглядит. Саишша что-то отвечала, не помню что, а я снова углубился в чтение. Нет, я был бесконечно рад видеть Сай живой и здоровой, но мне почему-то хотелось, чтобы Сай сама пришла ко мне.

— Ребят, а где Сим? — спросила Саишша.

— За твоей спиной, — последовал ответ. Я робко помахал ручкой. Мне медленно кивнули, она неожиданно радостно взвизгнула и бросилась мне на шею. Нет, я конечно рад, но зачем так-то?! Она ж меня задушит!

Саишша

Я лежала рядом с Симом, положив ему голову на плечо. Его новые покои мне тоже понравились, к тому же он, оказывается, уже перетащил сюда почти все мои вещи. Я добавила только трюмо с большим зеркалом, магией изменив его цвет на прозрачный, похожий на стекло. Как-никак, а здесь главный Сим и его вкусы! Впрочем, не могу сказать, что он стеснял меня этим. Наоборот, подчиняться тоже бывает приятным… Особенно когда почти всю свою жизнь я не позволяла даже мысли себе о том, что кто-то может стать моим Повелителем[49].

Весь оставшийся день, я, как только узнала, что произошло во время моей «отключки», занималась хозяйственными делами, не забыв уделить внимание Симу и остальным ребятам.

Для начала я подняла сотни две скелетов — играючи, одним мановением руки, — Тимка молча грыз кулак, осознавая, как мало он может по сравнению со мной. Ну ничего, это дело весьма и весьма поправимое…

Заложив им в черепушки полный курс знаний слуги, я обеспечила Даан-Азар совершенно автономными личами, которые готовили, стирали, сушили, гладили — и вообще обслуживали всю гору.

После чего я свалилась от усталости — если поднять скелеты было лишь чуть-чуть сложнее чем поднять обычный труп в хорошем состоянии, то заложить им в череп хоть какие-то знания потребовали треть резерва. Ну да, ну да, немного попритворялась! Но зато так приятно, когда тебя носят на руках…

И все. Увы, да. Впрочем, Сим не дал мне скучать… Так что теперь мы с ним вдвоем отходили ко сну, утомленные не только днем, но и бурным вечером.

* * *

Утром я вскочила… нет, Сим таки раньше меня встал. Зар-раза! Ну вот как он умудряется раньше меня проснуться? Нет, тут что-то нечисто… Кстати, а куда он делся?

Пока умывалась, распланировала порядок дня. Итак первое: найти подходящее помещение для приема всех и разом, украсить его так, чтобы все упали в обморок, и наконец, придумать, как буду одета я. Ребята, как я вчера узнала, уже подобрали себе костюмы в соответствии с их статусом. Но Тимка… как его-то представить? А, пусть будет гостем клана. Ах да, еще надо придумать, что будет стоять на столе — законы гостеприимства, чтоб их!.. Полагается, что после торжественной встречи гостей проводят к столу, перекусить. И главное — никаких разговоров о делах в это время — традиция такая: сначала отдых, потом — дела.

Хм, насчет помещения… Надо подобрать такое, чтобы можно было провести к нему достаточно быстро, но располагаться оно должно достаточно близко от гостевых покоев. Ах да, я же еще должна подготовить жилые помещения для послов. Тахешесс, надо написать брату, пусть хоть насчет темных что-нибудь скажет. Насчет шасс я ничего не знаю, но предполагать могу. Допустим, от каждого клана будет по десять терши… От моего клана делегация будет такой же. А вот сколько кланов… С-с-с, правильно я решила передать все дела братику! Только вот… мне уже начинает это нравиться…

Так, подготовлю сто комнат, даже если ко мне приедут послы от всех кланов, места хватит.

Потянувшись мысленно к личам, я отдала им приказ, и указала западную анфиладу покоев. Готово, через пару часиков сто комнат будут убраны и приведены в жилой вид. Как хорошо, что я создала слуг, а то самой… н-да-а… Да и для престижа клана полезнее.

Тахешесс, где мне столько еды взять? Да-а, если нас с ребятами кладовые выдержали, то ораву шасс и человек — а всем хочется кушать! — явно не получится. Что делать?

Я уткнулась лбом в холодную стенку и некоторое время так и стояла, стиснув зубы. Спокойно. Кстати, а где таки ребята? Ладно, Тахешесс с ними, пусть развлекаются — наверняка они ушли через портал.

Дело в том, что еду мы большей частью закупали в обмен на митрилл — так как никто не хотел лишаться поставщика такого редкого металла, то мы жили в достатке, выращивая в теплицах кое-какие растения и охотясь помаленечку в окрестных лесах. Ладно, пока сюда на переселятся остатки моего клана, буду кормить всех из кладовой, а потом перекину заботу о продовольствии на помощников. Вряд ли я сама унесу столько митрилла, чтобы купить достаточное количество провианта, верно? Тем более, что попросить камень отдать мне эту породу не так сложно — мы, шассы, не добываем митрилл, как это делают люди, мы его растим, оттого этот металл такая редкость. Восстанавливается митрилл достаточно быстро, если не трогать его и не брать слишком много. Знаю, звучит это странно, но в этом есть и коммерческая нотка — не стоит заваливать рынок такими редкостями. Для сравнения, короткий меч солдата, выкованный из митрилла, стоит примерно столько же, сколько живой шасс. Во-от, и я о том же…

Ребят по прежнему не было видно. Я прикинула, сколько они еще будут развлекаться в городе. Хм, зная их, я могу предположить, что до вечера. Ладно, теперь тронный зал — надо посмотреть, в каком он состоянии.

Вот за что я не люблю себя — решать все проблемы в последние моменты. Но зато решается все обычно качественно и с выдумкой, что мне уже в себе нравится…

Итак, тронный зал. Достаточно большая пещера, обработанная в мрачных тонах — чтобы страху нагнать. Ну, типа: рок, отчаяние… И все такое в этом духе.

Этот зал — центр «розы ветров», на которую сверху похож Даан-Азар. Кстати, на самом деле весь город тянется гораздо дальше, но там находятся больше помещения «для души», например — танцплощадка, или Голубое озеро, или горячие источники. Эта часть гор называется Шанират — мечты. И вход в каждое помещение отдельный и располагается снаружи горной гряды, а не внутри. Но, если случится так, что наш народ не будет помещаться в Даан-Азаре, то в нашем распоряжении будут кроме Шанират — не склоняется, — свободные и совсем не занятые помещения в остальной части гор, которые пересекают практически весь материк. В этом смысле мы хорошо устроились — во время Древней войны наш тогдашний Лорд под угрозами заставил остальные кланы и только-только сформировавшиеся Темные и Светлые Империи подписать договор о том, что эти горы отходят нам «навек». Как ни старались, поставить пробел между «на» и «век» не получилось — древние серпентеры писали договор на своем языке.

Но что-то я отвлеклась… Выглядит тронный зал следующим образом: восемь входов, и между двух — напротив расположения главного входа, — стоит каменный помост, на нем статуя огромной змеи — саарэй, которая подала идею о создании змеелюдов. Уважаем-с, — и в кольцах этой змеи полагается сидеть Лорду. И Леди. Братья, сестры и прочие родственники должны стоять рядом. А дети… Ну, их мы очень любим, поэтому дети не допускаются к чужим — точнее, чужие не допускаются к малышам. В Шанират есть ясли, в которых ситшы проводят практически всю свою жизнь до наступления сорока лет — когда они уже более-менее могут за себя постоять. Защищены эти ясли — мама не горюй… В прямом смысле этого слова — даже боги без разрешения не могут пройти туда, уж об этом мы позаботились. Мои губы растянулись в злорадной ухмылочке. Здорово я повеселилась, когда мою судьбу, — я была еще маленькой, — обсуждали старейшины, споря с Лордом. В смысле, закопать или оставить жить. Тогда один решил по тихому устранить проблему и попытался без разрешения прервать мою жизнь. Горел он хорошо… Даже пепла не осталось.

Итак, результаты осмотра: проводить церемонию можно безбоязненно. Пыли нет, все начищено и блестит — заклинание сохранения работает отлично. Что там у нас дальше в списке проблем?

Чем угощать будем? А что найду, то и будет! Да шучу я, шучу… Все стандартно будет — мясо и овощи, немного горячительных напитков и, разумеется, подлянка всем — сыворотка правды в кувшин и пищу. Я благоразумно приму нейтрализатор раньше… Интересно, ребятам давать или не надо? Посмотрим на их поведение… О, как же я могла забыть! Приезжает мой братик, а значит, надо придумать, что подсыпать ему в стакан. Это у нас что-то вроде семейной шутки такой, он меня травит — я его. Разумеется, все безопасно, — что-то не вяжется слово «безопасность» со словом «яд», мне кажется, — мы всегда успевали принять вовремя противоядие, но чаще всего техника Моргантэ спасала меня от неприятных последствий. Смысл в том, чтобы выбрать редкий яд — проверка на фантазию. Если успела подготовиться — получай шоколадку, — не успела — принимай противоядие и отдавай этому золотому змею две бутылки коллекционного вина или пять индульгенций — пять безнаказанных шкод. Даже не знаю, что хуже…

Ладно, с ядом я что-нибудь придумаю, теперь наряд. Мне нечего надеть! Знаю, знаю, так говорят все женщины, но у меня правда только рубашки Сима и доспехи некроманта есть! Туники не в счет — они не подходят для торжественной встречи.

Ладно, прикинем… мне обязательно надо надеть тас'ру и кольцо — я его уже забрала. Хм, а если добавить немного браслетов? Есть у меня одна идея…

За заботами я не заметила, как пролетело время. Примерно ранний вечер, может я еще успею… Тахешесс, еще и краситься надо! Не люблю это дело, но надо… Эх, был бы здесь Мол, он бы меня так расписал — закачаешься! Хотя я и сама… Кхм-кхм… для устрашения и повержения в трепет послов моих способностей хватит, я думаю. Дьявольская улыбочка снова выползла на мои губы и прочно обосновалась там, пока я распарывала тончайший эльфийский — ну что поделаешь, качество — зашибись, так чего бухтеть? — шелк и готовила хозяйственные заклинания. Да, шить можно и магией…

Через час все было готово. Хм, интересно, Сим сразу всех убьет, — чтоб никто больше не увидел даже краешек моих прелестей, — или подождет до конца приема? А вот ему-то понравится, я точно знаю… Улыбочка стала шире. Наряд поражал своей откровенностью. Ладно, пусть это будет сюрпризом для моего белобрысого — простите, беловолосого! — солнца.

Я почувствовала голод, поэтому прочно окопалась в кладовой, насыщая свой желудок копченостями и попивая травяной отвар. Вкусно-о! Ага, и вон ту колбаску попробуем… И вон-то копченое бедрышко, угу…

«Вечер уже,» — забеспокоилась я, — «Что с этими оболтусами могло случиться? Нет. Я устала ждать. Куда они подевались?!» — я решительно отложила в сторону законченный наряд, убрав его подальше — чтобы Сим или кто другой не нашел раньше времени, — и отправилась в сторону портала. Так-с, последнее перемещение… Лангред — ну кто бы сомневался? Я прошла в портал, сразу же зарыв его за собой — он, конечно, чужих не пропустит, но мало ли… И гору я тоже заблокировала, не беспокойтесь вы так!

Пройдя свозь пребывающую в глубоком шоке толпу, — знакомая реакция, некромантов не любят даже в Темной Империи, причем едва ли не больше, чем паладинов, — я направилась по улице, размышляя на счет того, сподобится ли мой братик просканировать окрестности — нет, он меня и так почувствует, но мало ли… — и послать за мной провожатых — а в идеале сразу карету, — или устроит такую своеобразную проверку — найду его или нет?

Я решила не тратить свое время на попытки определить точное направление по слабому ощущению родной ауры и просто заглянула в ближайший парк, облюбовав скамеечку напротив симпатичного фонтана со статуями нимф. К сожалению, он не работал, так как была уже зима.

Разумеется, возникнет законный вопрос — почему я не стала сразу искать ребят? Все элементарно просто — сейчас примерно полдвенадцатого — во как долго провозилась с костюмом! — так что они либо в одном месте, либо сидят пятнадцать суток за мелкое хулиганство. В каком месте? Ну, они же мужчины… Но если и Сим там, то я его просто убью!!!

Минут через двадцать за мной появилась без гербов или иных обозначений и занавешенная плотными шторками карета, из которой появились люди в серых плащах и попросили меня пройти с ними. Я лениво бросила им:

— Что так долго-то, я уже всю зад… короче, замерзла! Опять новенький набор, что ли? — они не отреагировали, только один из них явственно сверкнул на меня злющими глазами. Люди втроем уселись на одну скамейку, я же с комфортом устроилась напротив, заняв собой — точнее, моим хвостом, — большую часть пола. Кто сказал, что шассы не могут ездить в каретах? Просто карета нужна большая.

Минут через тридцать карета остановилась и меня с почетом сопроводили в замок. Приятно иметь дело с вежливыми людьми! Доложить обо мне не получилось: дверь в кабинет распахнулась раньше и меня буквально снесло золотистым вихрем, который был мои братцем.

— А-а-а!!! Сестренка, ты вернулась!!! — орал он на пару со мной, обнимая так крепко, что грозил сломать мне ребра, — Живая, здоровая и даже в своем уме! Сайка-Сайка-Сайка, рассказывай скорее! Ой, а чего ты хрипишь? Саишша! Дыши, дыши!

Моя трогательная встреча с братом состоялась. Я визжала и вопила не меньше его, обняв в ответ так же как и он меня, — а чтобы почувствовал, какого это — когда тебя душат стальным захватом, которой только чудом не сломал тебе ребра! — а невольные зрители медленно офигевали, наблюдая за бурной встречей двух мис'са'саарэй.

Наконец, восторги несколько приутихли и мы дружненько направились в кабинет Мола, закрыв за собой дверь на засов, чтобы не помешали непрошеные гости. Мол лично проорал, что *** и *** из *** **** и в *** засунет тому, кто попробует потревожить нас. Я хихикнула, мой братик явно поднатаскался в человеческих ругательствах.

— Ну что, сестренка, выпьем по бокалу кьянти? — предложил Мол, — Красное, пять лет выдержки, твое любимое.

— Да я бы рада и заранее всеми конечностями за, но Сим запретил. Говорит, только по особому поводу, — вздохнула я.

— Вздор! — Мол уже доставал бутылку из тайника, — Я всю ответственность беру на себя, а если что… — он подмигнул и достал еще одну бутылочку, — Вот! Драконья кровь! Всего две чайных ложки и никто в жизни не догадается, что ты что-то пила! Даже запаха вина не будет!

— Ну тогда я точно за! — ухмыльнулась я, пригубив рубиновую жидкость… чтобы тут же выплюнуть ее обратно и возмущенно посмотреть на Мола:

— Ты что мне подмешал? Гадость несусветная! Ты хоть сам это пробовал?

— Сайка, ты чего? — обеспокоился братишка, — Это твое любимое вино, я ничего не подмешивал! Клянусь! Ну-ка дай мне бокал… — он отхлебнул и посмаковал во рту, затем проглотил.

— Да нет, нормальное вино… Слушай, Сай, выпей вот это, — он снова открыл тайник и протянул мне солидную бутыль с молочно-белым содержимым. Я послушно отхлебнула глоток. Меня тут же вывернуло, я едва успела перегнуться через подоконник, щедро орошая содержимым своего желудка, — капец моему ужину… — заснеженный двор замка и тех, кто не успел увернуться. Ну извините, быстрее реагировать нужно было… Спасибо хоть окно успела открыть.

Отплевавшись, я вытерлась платком и выпила два стакана воды, заботливо налитых мне Молом. Мы снова уселись друг напротив друга, по привычке переплетясь хвостами.

— И что это было? — спросила я посмурневшего брата.

— Ну что я тебе скажу, Сайка… — начал он, побарабанив пальцами по столешнице, — Короче… Ты беременна!

— От кого?! — более глупого вопроса я придумать не смогла.

— А есть выбор? — как-то странно посмотрел на меня Мол.

— Да ты сдурел? Нет, конечно! — мы помолчали.

— Слушай, Сай… А вы уже… того? — осторожно спросил у меня брат.

— Чего — «того»? — тупо переспросила я.

— Ну… этого… — смутился он, а потом многозначительно подвигал бедрами. Рефлексы сработали вперед меня и в Мола полетел графин с водой, который он, впрочем, поймал, а я помялась и все же ответила:

— Ну, было. А что ты мне дал? — Мол снова водрузил сосуд с водой на стол и принялся набивать трубку.

— Да так, настой трилистника пустынного. От него беременных рвет.

— А-а-а, — протянула я. Трилистник был антидотом от сыворотки правды, так что не подсыпать мне ее. Жаль, жаль…

— Итак, я беременна, — подвела итог я, — Что делать будем?

— Рожать конечно, ты что? — аж подскочил братик.

— Да я не о том, — отмахнулась я, — А ты что подумал?

— Я думал, ты хочешь избавиться от…

— Ну ты сдурел, что ли? — возмутилась я, — Да ни за что! Это же мои дети, Мол!

— Я понимаю, просто у людей ребенок, рожденный не в браке, считается позором, — печально вздохнул Мол и отложил трубку.

— Ты слишком очеловечился, — потрепала я его по плечу, — Так вот, что делать с Симом?

— Ну, если он на тебе не женится после этого… — Мол многозначительно сжал кулак.

— Не смей! — всполошилась я, — Даже если он не возьмет меня замуж, не смей мстить ему, понял?! — я стряхнула с рук пламя, — И не смей ему даже говорить о том, что я ношу дитя!!! Усек?! — я погрозила ему кулаком, он испуганно закивал. Мы помолчали, я попыталась успокоиться.

— Сай… Но почему? — осторожно взял меня за руку Мол и ободряюще сжал мои пальцы.

— Мол… понимаешь… если он узнает о моей беременности… он женится на мне не по своей воле, — я устало прикрыла глаза. Нет, я была очень рада этим детям — а меньше чем по два яйца мы не откладываем, — но я не хотела использовать свое положение как рычаг давления на Сима. Я хотела, чтобы он сам, по своей воле решил либо уйти от меня, либо навсегда быть связанным со мной узами брака.

— Ничего, прорвемся! — ободряюще произнес Мол, — Мы же вместе, сестренка.

Мы улыбнулись друг другу. Как же долго мы не были вместе. Как же хорошо мы друг друга понимаем. Я протянула руку, взяла его трубку — между прочим, мой подарок! — и затянулась. Да, когда-то я подсела на эту отраву. Брат меня вытащил, хотя и сам пристрастился. Но он курит другие травы, которые сдерживают огонь и успокаивают. Ему это нужнее — у него слабее контроль. А мне или детям не повредит.

— Мол… Разыщи моих ребят, пожалуйста… Они либо в квартале красных фонарей, либо в каталажке. Если во втором месте, то посадите их в темницы этого замка — чтобы далеко не бегать.

— А вернуть ты их не хочешь? — полюбопытствовал Мол.

— Нет, — улыбнулась я, — Пусть посидят, подумают. Только это… Если они не в тюрьме, не вытаскивайте их, ладно? Пусть развлекаются.

Я снова затянулась. Хм, кажется, здесь есть вишня. Еще раз втянув сладковатый дым и ощутив, как успокаиваются мои вздыбленные нервы, я вернула трубку ее владельцу.

Так мы и курили по очереди, задумчиво наслаждаясь тем, что снова вместе.

* * *

Спустя минут десять к нам осторожненько постучались с докладом и поведали, что ребята находятся не в каталажке. Это меня полностью устроило бы, если не одно но. Нет, не так: НО!!! Где мой Сим?!

Оказалось, что в том месте, где находятся ребята его нет, в тюрьмах тоже нет, и вообще нигде нет. Я выругалась. Мол отослал своих людей, приказав найти паладина, а потом установить за ним слежку, докладывая по разговорному амулету о всех его значительных передвижениях. Я мрачно сидела и смотрела в одну точку, братик тоже молчал, не мешая мне.

— Как ты думаешь, где он есть? — начал он разговор первым.

— Не знаю, — честно ответила я.

— Предположения есть?

— Нет.

— Ладно, будем ждать новостей, — заключил Мол, — Азур мне рассказал, что он у тебя очень ревнивый. Это правда?

— Более чем, — со вздохом ответила я. Нет, ревность в малых дозах — это прекрасно, но когда тебя ревнуют даже к собственному брату, это… утомляет. Мягко говоря.

— Может, мне как-то повлиять?..

— Не надо, я и сама очень даже хорошо справляюсь, — я усмехнулась, вспоминая, как уговаривала Сима не сердиться и не бузить в последний раз — когда я сбежала на прогулку, а он почувствовал запах другого паладина.

— Саишша, что ты думаешь насчет нашей группы? — спросил Мол. А вот здесь надо сделать небольшое лирическое отступление.

Дело в том, что и я, и мой брат довольно прилично поем и играем на гитарах. Ну вот нам и пришла лет пять назад мысль о том, что неплохо бы организовать группу. Эта затея увенчалась успехом, впрочем как и почти все наши крупные предприятия — вроде открытия нескольких магазинов алхимии и атрибутов для некромантии, благодаря которым теперь под началом нашего тандема целая сеть лавок и магазинов по всея Темной Империи. Сами понимаете, что доход это приносит более чем неплохой.

Так вот, о группе. Ее мы назвали просто и безыскусно: «Экзорцисты», и в нее вошли еще один шасс — из клана воинов (Массах), с черной чешуей — сказка, а не мужчина, но у меня свое солнце. Еще там есть дроу и оборотень. Вот и все, собственно.

За те пять лет, которые существует наша группа, мы снискали популярность — в определенных кругах, конечно же, — и удовольствием давали концерты на шабашах и сборищах некромантов. Правда, по-настоящему накоротке лично я ни с кем из группы не сошлась — а вот братик нашел себе там отличных друзей. Но я отвлеклась.

— А что случилось? — обеспокоилась я, так как не намерена была терять плод моих многолетних трудов.

— Ну, в смысле, у тебя песни новые появились? — разъяснил мне братец.

— Да как-то не до этого было, не находишь? — беззлобно съязвила я.

— А я вот придумал! — радостно заявил мне Мол.

— Хорошо, прорепетировали уже? — живо заинтересовалась я.

— Ага, но там нужен женский голос, — обломал мои надежды братец.

— Ла-адно, — слегка озадаченно протянула я, и уже хотела было предложить ему обсудить следующий концерт, но тут раздался деликатный стук в дверь:

— Позвольте войти? Срочный доклад, — раздался приятный баритон.

— Открыто! — крикнул братец, щелкнув пальцами и отодвигая засов телекинезом.

— Мы нашли объекта. Он обнаружил слежку. Что прикажете делать? — поклонился мужчина в черном костюме.

Сим

Я бродил по городу, кутаясь в недавно купленную теплую куртку. Несмотря на то, что зима началась чуть больше недели назад, было холодно, как в середине зимы. По сторонам улицы уже лежали маленькие сугробчики, погода была ясная. Вечер. Синее небо над головой, ветра почти не было.

Первым делом, как мы сегодня с ребятами вывалились из портала в Лангред, мы направились в лавку готовой одежды, где приобрели на деньги из сокровищницы себе теплую одежду — нет, мы, паладины, можем всю зиму как летом бегать, но вот люди и Норд этого не оценят, — а так же Тимке приличный костюм. С одеждой для паренька было гораздо проще, так как ему не надо было подбирать «национальный костюм».

Далее мы по моему настоянию зашли в ювелирку — я хотел приобрести пару обручальных браслетов, решив не откладывать вопрос с этим делом в долгий ящик.

На мою руку браслетов не нашлось, я потребовал провести меня к мастеру. Молодой парнишка немного поартачился, но лишь до тех пор, пока я не взглянул ему в глаза. После чего он быстро примолк и все-таки провел меня на второй этаж, где меня встретил сухонький старичок.

Его волосы были тонкими и совершенно седыми, как и мои. И глаза — очень светлые, как будто тоже поседевшие. И очень мудрые, без тени страха на дне зрачков. От них исходило странное, похожее на лунное свечение; создавалось ощущение, что с меня хорошенько соскребли наносную шелуху, очистили от всей грязи, взвесили и… признали достойным.

— Здравствуйте, — несмело произнес я, не зная как начать разговор. Почему-то я смутился и бестолково переминался с ноги на ногу.

— Проходите, молодой паладин, присаживайтесь, — я вскинул голову. Нелепо звучит. Лучше бы он меня «молодым человеком» назвал. Но все же прошел вглубь комнаты и присел на краешек стула перед этим странным стариком.

— Вы хотели сделать какую-то вещь на заказ? — его тихий, бесплотный голос завораживал. От взгляда этих серебристых глаз, неотрывно следивших за мной, мне стало немного не по себе.

— Д-да, — опомнился я, сообразив, что пауза немного затягивается, — Я хотел приобрести обручальные браслеты… — на лице старика расцвела одобрительная улыбка, — … но внизу не нашлось подходящего для меня размера… да и не понравилось мне ни одно из представленных изделий, — честно признался я.

— Не понравилось или не по душе пришлось? — мягко уточнил… кстати, а как его зовут-то? — Ах да, как же я мог забыть представиться! — он словно прочел мои мысли, — Называйте меня Максим, — странное имя, нездешнее.

— Меня зовут Сим, — поспешно вставил я, — Но, если честно, вы правы — не по душе пришлось.

— Ну что ж… — он легко — что странно для человека его возраста, — поднялся и прошел к одному из стенных шкафов, — Я берусь за ваш заказ. Не согласитесь ли вы ответить на несколько вопросов?

— Конечно, — легко согласился я.

— Скажите, вы воин?

— А не видно? — даже слегка обиделся я. Максим только слегка улыбнулся.

— Вам нравиться убивать?

— Что за вопрос? — возмутился я, но быстро сник под пронзительным взглядом серебристых глаз, — Нет. Разве что я буду убивать врага.

— Что ж, это радует. Позвольте ваши руки, мне надо сделать кое-какие измерения, — он поочередно обмерил мне запястье, толщину руки в районе локтя, немного ниже и повторил эти же процедуры с моей левой рукой.

— Опишите мне вашу невесту, будьте добры, — мягко попросил мастер меня. Я задумался:

— Ну-у… Это некромантка, шасса… Она очень красивая, необычная… Непоседливая, не любит признавать свою неправоту, — с каждым словом на моем лице ширилась мечтательная улыбка, а губы Максима расползались в улыбке ехидной, — Сильная, и не любит, когда ей указывают на то, что она женщина и должна сидеть у домашнего очага. Нежная. Местами… К врагам безжалостна, хотя к друзьям очень снисходительна… Но и по башке надавать может… для науки, ага… Совершенно наплевательски относится к себе и своему здоровью…

— Достаточно, — прервал меня ювелир, — Я догадываюсь, что это за девушка и не возьму с вас денег. Не спрашивайте, почему, все равно не отвечу.

— Но… — начал было я, но тот мягко, но твердо продолжил:

— Я не возьму с вас денег. Идите, идите. Через два месяца я жду вас у себя.

Я поежился. Странный этот старик, очень странный. И откуда он мог знать Сай? Я вернулся к воспоминаниям о нашем славном походе в город Лангред. Город устоял…

Н-да. Мы планировали прогулять весь этот день, чтобы вкусить все блага цивилизации, включая квартал красных фонарей. Я усмехнулся. Меня жительницы этой улицы не интересовали, хотя некоторые просто поражали своей настойчивостью. Нет, я понимаю, что каждый зарабатывает деньги, как умеет, но какого… в общем, зачем они намекали мне, что обслужат бесплатно? Что это — мода такая, забесплатно… кхм-кхм?

Впрочем, потребовалось всего лишь один раз хорошенько рявкнуть, чтобы ночные феи отстали. И теперь я прогуливался по ночному городу, остро сожалея, что Саишша сейчас наверняка спит крепким сном и не может насладиться со мной свежим морозным воздухом. Постепенно зажигались разноцветные огни, город был красив, даже ночью. Создавалось впечатление, что Новый год здесь празднуют каждую ночь. Я один раз видел, как в Вифте праздновали этот праздник.

Мне тогда было двадцать четыре. Я был приятно поражен тем, что обычно достаточно мрачный город преобразился, что на улицах постоянно серебряными колокольчиками звенел смех, толпился народ, весело рассказывая, кто как изгалялся над своими елками. И старался не обращать внимание на то, что этот самый смех поспешно затихал при моем приближении, а люди расступались, образуя широкий коридор.

Довольно быстро я усвоил, что надо держать голову опущенной, чтобы не показывать свои белые глаза. Хотя и без этого моя слишком высокая и крепкая для человека фигура выделяла меня из толпы, как выделяется матерый волк среди дворняжек. Из разговоров людей я понял, что это за праздник, нахватался традиций, а потом взахлеб рассказывал Люцу и Найту об этом самом счастливом тогда для меня дне. И искреннее сожаление ребят, что их не было рядом со мной, что-то поменяло в наших отношениях. Наверное, именно тогда начала развиваться наша дружба. Это сейчас я могу сказать, что это было за странное чувство, которое почему-то заставляло сдерживать свои удары и выпады на тренировках, которое заставляло делиться своим обедом с Люцем, которого за эксперименты постоянно наказывали, которое заставило нас держаться вместе все эти годы. Тогда я просто не замечал этого. А сейчас я удивлялся, как, как могло такое чувство появиться в казематах Инквизиции, где я был постоянно окружен врагами, соперниками, такими же изгоями и выродками как я.

И как я мог влюбиться?.. Как, если всю мою жизнь из меня выдавливали чувства, выдавливали самостоятельность, вдалбливая взамен покорность и навыки боя. Как? Если меня превратили в машину смерти, безжалостную и совершенную.

Я усмехнулся и задрал голову кверху, глядя в чернильно-черное ночное небо. Пошел мелкий снег, я ловил его губами, пока меня не отпихнули с пути, грубо обматерив. Я смерил наглеца взглядом, и щуплый мужичонка с пакетом под мышкой в ужасе отшатнулся. Ухмылка растянула мои губы. Иногда мне нравится быть паладином!

Момент был испорчен, поэтому я пошел дальше, зло запахнув полы куртки. Сво… Н-да. Ну ка, ну ка, что это за личности такие, что следуют за мной уже с десять минут? Неужели слежка? Проверим…

Пройдя с десяток шагов, я нырнул в первый попавшийся переулок, затем накинул заклинание невидимости и вышел наружу, чуть не столкнувшись с одним из моих преследователей. Он огляделся, прошел вглубь тупичка, которым оказался переулок, потом достал из-за пазухи какой-то амулет в виде монетки, одетой на веревочку, сжал его и произнес:

— Докладываю. Объект свернул в переулок, где не был обнаружен. Судя по всему, объект заметил слежку. Как прикажете поступить?

— Подожди, счас поинтересуюсь, — с некоторым интересом ответили ему из амулета, — Представляешь, тут к нашему заявилась какая-то змеюка, и сидит сейчас с ним в его кабинете, запершись вот уже который час. Что они там делают, интересно? — судя по всему, этот… нисколько не сомневался, что делает Сай с Молом.

— Гы-гы… Про доклад не забывай! — напомнил соглядатай. Шуршание, шаги, скрип двери, какие-то голоса — не разобрать, слишком далеко, — после чего все повторяется, только в обратном порядке.

— Сказано было оставить слежку за объектом. Дословно та зеленка сказала вот что: «Пусть развлекается, я потом с него всю шкуру сдеру!» Ты там поосторожнее, ладно, Лар?

— Хорошо, Сейл, — шпион деактивировал амулет и снова спрятал его за пазуху. После чего, насвистывая, вышел из проулка и направился в неизвестном направлении. Я не стал за ним следить, так как был стопроцентно уверен, что он сначала оповестит своих «сотрудников», а потом отправится в тот самый замок.

Я снял невидимость и снова стал бесцельно слоняться по городу. Спустя полчаса я забрел в какой-то парк, уселся на скамейку и стал бесцельно смотреть на красивый фонтан, как назло, изображающий обнаженную змеелюдку, танцующую какой-то танец. Красивая была статуя, только вот моя Сай мне милее всех. И не надо мне тут говорить, что такого быть не может, что все мужики созданы для того, чтобы ходить налево и т. д. и т. п. Неправда все это. Если мужчина искренне любит, то зачем ему остальные, если у него уже есть своя идеальная женщина?

Кто-то опустился рядом со мной на скамейку. Я лениво повернул голову, собираясь прогнать нежданного нарушителя моего одиночества своим дружелюбным оскалом. И замер. Потому что рядом сидела и насмешливо скалилась Саишша.

Я моргнул. Нет, все верно, это не глюки. Но каким образом она оказалась здесь? Я не спорю, она могла меня найти, но ведь слежку за мной отменили. Или… или нет?

На лице Сай ехидство уступало место некоторому удивлению и разочарованию. Я вздохнул и послал все мысли к демонам, приобнимая любимую за плечи. Она же совсем раздетая, на таком холоде простынет в момент! Я распахнул куртку и притянул ее к себе, укрывая и прижимая к своей груди. Сай удивленно фыркнула, но послушно прильнула ко мне, обхватив туловище руками и устроив голову у меня на груди. Я счастливо вздохнул, улыбаясь. Нам не нужны были слова. Все и так понятно.

Через некоторое время Саишша согрелась — это я понял по тому, что она упорно старалась проползти куда-то вверх. А ведь уже не маленькая!

— Ну чего ты? — недовольно спросил я. Вместо ответа, она фактически уселась мне на колени, тем не менее оставаясь в моей куртке. Сай заглянула мне в глаза и прикоснулась к моим губам. Я осторожно сделал первый шаг, удивленно смотря в ее широко раскрытые глаза, в которых было море нежности. Как и в моих.

Не знаю, сколько мы так самозабвенно целовались. Проходящие мимо люди — и нелюди! — бросали на нас косые взгляды, иногда со смешинкой, — мол, шалят! — иногда с некоторым сожалением, — а годы-то мои прошли… — иногда с презрением, — как это безнравственно и вульгарно! — а иногда со злостью и завистью. Это уж я не знаю, чем вызвано. Мне вообще было плевать на всех проходящих мимо, меня занимала только Саишша. Точнее, ее губы и глаза. В них отражался целый вихрь эмоций, преобладающим из которых была нежность. И любовь. И страсть, и еще много других эмоций…

* * *

Домой мы перенеслись только под утро. Ребята очень смутились, когда Сай ехидненько так поинтересовалась у них, где они провели все это время. А ведь сама все знает, но нет — пристыдить хочет!

Прошел день. Саишша носилась по всему Даан-Азару, попросив остальных не отсвечивать и не мешать. Все приводила что-то в порядок, накладывала какую-то защиту, в которую я едва не влетел. Нет, вот представьте — иду я в собственную комнату, и тут! Фиолетовая завеса, которая чуть не превратила меня в пепел! Едва успел отскочить. Оказалось, Сай защиту-то сделала, но вот пропуск к ней сделать забыла. Чуть не убил, чес-слово…

И вот наступил знаменательный день, день, когда… меня подняли в пять утра!!! Да я даже в замке Инквизиции так рано не поднимался!!! И, главное, по какому поводу — встреча послов! Да кому они нужны, эти гады, которые не дают мне спокойно спать!

Саишша смилостивилась и позволила мне доспать еще пару часиков, но потом снова принялась будить, правда ласково, не так, как в первый раз. Видимо, она и сама-то не очень горела желанием вставать еще до зари.

На поглаживания, почесывания и прочее я не отреагировал, блаженно улыбаясь и подставляя под нежданную ласку поочередно спину, бока и живот. Наконец, Сай это надоело и бесплатные почесушки закончились. Она просто вылила на меня стакан холодной воды. Почему всего лишь стакан? Просто она его вылила мне прямо на лицо, чтобы постель не сильно мочить! Зар-раза…

Ну встал я, встал! Топаю в ванну, мрачно размышляя, когда я полюбил спать до восьми. Сай пришла и потерла спинку… нет, правда, только потерла! Мне тоже пришлось ей помогать промывать волосы. Дальше Сай проинформировала меня о том, что первыми будут послы нашего собственного клана, Сишши. И наверняка приведут с собой сразу все остатки клана. Я выругался, Саишша утешила меня поцелуем, но я продолжил ругаться. Она вздохнула, и стала заплетать мне волосы, стараясь делать это так, чтобы у меня не разболелась голова впоследствии. После чего мне было велено одеться в «подобающую Лорду одежду» и «прекрати распускать руки, негодник!».

Сама Сай накинула халатик и пошла мучить остальных ребят. В полдевятого мы все собрались в Лаборатории и всем скопом пили настойку, — не помню, как называется, — которая должна была позволить нам проснуться окончательно. Вроде нечто похожее на успокоительное и алкоголь в одном флаконе. В смысле, ощущения были такие же, как от стакана не слишком крепкого вина, — приятное тепло по жилам, ускорение мыслительной активности, — но неуемного веселья не было.

Проинструктировав нас, что надо делать и как говорить, Сай поведала нам о том, что передача власти состоится примерно в полдесятого и попросила кого-нибудь встретить послов и провести их в Тронный зал. Мы возмущенно взвыли, осознав, что можно было поспать еще по-крайней мере полчасика! Саишша быстренько смотала удочки, крикнув, что ей надо переодеться, и накраситься, и вообще у нее куча дел.

Мы мрачно переглянулись. И что теперь делать?

Спустя минут сорок дверь в лабу приоткрылась и появилась… появилось… богиня…

— Совершенство… — едва слышно прошептал я. Взгляд смутно знакомых глаз пронзил меня до сердца, я рукой вернул на место отвисшую челюсть. И не только я, признаюсь.

Саишша — а кому еще этим существом быть? — была одета в очень… откровенный наряд. Представьте себе: широкое ожерелье, закрывающее все до верхней части груди. К его нижнему краю непонятно как был прикреплен край прямоугольного куска дымчатого шелка, который мягкими складками спадал вниз, смутно обрисовывая контуры того, что было ниже.

На руках у Саишши были широкие браслеты, — три пальца в ширину, не меньше, четыре штуки, равномерно распределенные по руке, — инкрустированные маленькими темного цвета камушками. Края ткани был закреплены с нижней стороны этих браслетов. При этом если Саишша поднимала руки, создавался эффект «крылья летучей мыши», но все, что нужно было закрыто. И слава Создателю…

А теперь про лицо. Кожа Сай мягко светилась перламутровым светом, глаза были необычайно выразительными, губы были накрашены черной краской и влажно блестели. Я непроизвольно облизнулся. Волосы были уложены в высокую и элегантную прическу в соответствии с традициями серпентеров. Глубокие тени, подчеркивающие красоту лица Сай, создавали так же впечатление, что это существо — не обычная Сайка, которую я видел каждый день, а богиня Смерти.

Даже горбинка на сломанном некогда носу не портила ее красоту. Я понял, что никогда не буду равным Сай. Ни по красоте, ни по еще чему-нибудь. «Вот такое оно, совершенство,» — с легкой грустью подумал я.

«Ты — идиот!!!» — раздался в моей голове сильно разозленный голос шассы, и тут же прекрасное мгновение разрушил ее ехидный голос:

— Ну хоть челюсти-то подберите! — она явно была довольна произведенным эффектом, а в голове у меня продолжал звучать ее злой голосок, затихая с каждой секундой:

«Тебе и не нужно равняться на меня, дурак… Ты можешь гордиться, ты тот, кто ты есть. Я стою перед тобой — владей! Я признаю себя твоей, только не думай больше так! Прошу…»

Я встряхнул головой. Саишша права. Я — это я. Сай нравится, мне тоже. И Саишша принадлежит мне!!! И такая тоже. С чего я взял, что мне может принадлежать только повседневная Сай, а сливки будет снимать кто-то другой, менее достойный? Почему я решил, что другие менее достойны? Потому что кандидат только один — Я!!!

«Это — другое дело… Люблю тебя…» — снова прозвучал в голове Саишшин голос.

Я улыбнулся.

* * *

Итак, пять минут до начала церемонии. Саишша уже внутри, развлекает беседой своих гостей — Найт тихо рассказывает мне, кто есть кто. По его мнению, противники опытные и опасные. Но Саишше они буквально в рот смотрят. И на паладинов волком не смотрели, даже презрительных взглядов не было! Только искреннее любопытство.

Три минуты. Я поправляю свой прикид, мысленно повторяя весь протокол, — да, не только эльфы этим грешат! — встречи. Мандражирую не только я, ребята тоже волнуются, хотя Сай им выдала какое-то успокоительное и сама отхлебнула полбутылки.

Одна минута. Пять секунд, одна… Поехали!

Войдя в зал, я огляделся. Саишша сидит в кольцах статуи какой-то огромной змеи, живописно раскидав кольца своего хвоста. Точно, богиня Смерти!

Перед ней в позе покорности — я немного разбираюсь в этом, благодаря той литературе, — и почтения сидела вся комиссия по передачи власти — шасс десять… нет, двенадцать. И все молчали. Я пожал плечами и потопал по направлению к Сай, за мной пошли ребята. Так, гуськом, мы и пересекли практически весь зал, провожаемые взглядами чужих шасс и самой Саишши. Я полез дальше, согнав Саишшу с удобного местечка и развалившись там, закинув ногу на ногу; ребята уселись на помост, как на ступеньке.

— Сай, а почему все молчат? — тихо спросил я у недовольно сверкавшей глазами шассы. Мой голос многократно отразился от стен зала и усилился раз в десять. Все заинтересованно уставились на меня.

— Понял, можешь не отвечать, — невинно улыбнулся я. Чужие шассы тихо зашушукались, это тоже был прекрасно слышно, но их голоса сливались в один, неразборчивый. Наверное, жутко здесь слушать музыку — многочисленное эхо накладывается одно на другое, создавая жуткую какофонию.

Саишша едва сдержалась от ехидной ухмылки и открыла рот. Дальше я все слова пропустил мимо ушей, но примерный смысл был таков: «Мы глубоко признательны вам за то, что вы спохватились и таки поимели, — не в том смысле! — совесть и сдали полномочия правителя мне. Да, остальные шассы могут переселяться хоть сейчас. Кто эти несомненно достойные нелюди и человек? Ах, вы не узнали? Вот этот паладин — ваш Лорд, вон те „достойные мужи“ мои братья, вон тот — мой отец,» — Найт поперхнулся, — «… а вон тот ситш — гость нашего клана со стороны Империи. Нет, вы все правильно поняли, вот этот паладин — мой Лорд и Повелитель,» — на этом месте половина из шасс, — в основном тех, кто помоложе, — выпала в осадок, едва сумев удержать «морду лица», — «… И вообще, что-то слишком много вопросов, лучше начать переселение моего народа, не так ли?!» — ей боги, тот, кто только намекнул бы на отказ, пожалел о том, что родился на свет!

Мы же во время этого монолога и редких вопросов посланцев сохраняли молчание, только пристально рассматривали незнакомых шасс. Разговаривали серпентеры на нашем языке, что немного мешало сосредоточиться на своих мыслях, но я не отчаивался.

Кстати, оказывается, серпентеры мужского рода не от природы лысые, вон, у троих постарше длинные волосы, — похожие по своей структуре на «шипы» Сай, — заплетенные во множество косичек; а у большинства помоложе на голове были различные вариации ирокезов.

Большинство из серпентеров было примерно возраста Найта. Несколько были моими ровесниками, и еще двое было примерно лицом лет под семьдесят. Но все с одинаковым почтением взирали на Саишшу. На нас бросали удивленные, но тоже уважительные взгляды. Хорошая у них тут субординация, если сказали: «Этот — главный!», то нравится он тебе, не нравится — слушаешься как родную маму.

Наконец-то эта пытка скукой кончилась.

Мы все направились к порталу, где Сай любезно открыла его в Тайси'эн'Свараш'шесс. Один из шасс отправил туда несколько своих сопровождающих, которые должны были проинформировать и руководить процессом переселения. Меня поразило, что первые переселенцы появились из портала уже через час. Видимо, очень уж надоело быть «бедными родственниками».

Мы же направились в столовую… Все мы, и ребята тоже! Я читал об этом обычае — сначала «накорми, спать уложи, в баньке попарь», а потом уже и о делах спрашивай. Но сейчас этот порядок, был, по-моему, немного нарушен. Впрочем, какая разница?

За едой нам прислуживали ожившие скелеты. Мама моя, когда вот такое перед вами ставит тарелку с закусками… да я чуть из штанов не выпрыгнул! А потом ничего, вошел во вкус… Послы тоже ничего так, не орали. Только у самого молодого руки задрожали, а другой мимо рта вилкой промахнулся. А так — вполне адекватная реакция.

Во время обеда… точнее, завтрака, шла неспешная беседа «ни о чем», во время которой послы пытались ненавязчиво прощупать почву — ну то есть, кто я такой и можно ли воспользоваться моей тупостью. Не получилось…

— Скажите, а как же вы все таки добились такой высокой должности? — прямым текстом спросил меня тот, кто помоложе.

— Это слишком долгая история, — улыбнулся я.

— Но все же поведайте ее нам, — настаивал этот… и ведь даже не женщина, а замашки чисто женские!

— Я чуть не убил свою Леди… — пусть дальше сами нафантазируют.

— И вам не тяжело? — а этот-то с чего на меня взъелся? Вон, глазами так и зыркает, причем именно как на соперника, — Все таки это довольно сложное дело — управлять кланом… — «Ага, и ты с этим справишься гораздо лучше,» — ехидно додумал я за него, оставляя внешне лицо совершенно спокойным. Ну… я надеюсь на это.

Забавно, а тот, который говорил про «сложное дело управления…» и прочую чепуху смотрит на меня, как на потенциального соперника. Интересно, его прельстило место Лорда или сама Сай? Судя по всему — все-таки Саишша. Какие взгляды он на нее бросает… Я обязательно поговорю с ним на эту тему. Но попозже. Когда свидетелей не будет — не хочу расстраивать Саишшу.

Сайх тер Сишш из рода Моран, сопровождающий

Не думал, что наша Леди такая красивая. Хотя ходили слухи, но фактически ее никто не видел. А вот теперь… Я так радовался, когда мне объявили о том, что мой дядя, Лин тер Сишш берет меня с собой в качестве сопровождающего… Очень уж хотелось первым увидеть мою Леди. Может, и очаровать ее. Кстати, на этом настоял и мой отец, Аскарасс, — дядя Лин его младший брат, — мол, может быть я и стану Лордом, и тогда… в общем, хорошо будет. И для меня, и для остальных. Н-да…

И вот, я здесь. Встретил нас незнакомый паладин, причем со знаком клана! Я в шоке. Это как называется, а? Леди показывает свой норов? И где она его нашла, мне интересно знать… Кстати, она должна быть примерно моего возраста.

И вот сидим мы в тронном зале, и молчим. Тишина стала приобретать угрожающий оттенок, я втихомолку рассматривал Леди. Ну что я могу вам сказать… Похоже, она и в правду Дайкинири. Боец, значит… Вон как мышцы на хвосте перекатываются, стоит ей пошевелиться. Интересно, интересно…

Тут появился… Лорд?! Тахешесс, *** из *** под **** и на ***!!!

Это что?! Точнее, кто? Как паладин смог стать Лордом?! Тем более, что за ним прошли еще… раз, два… Два паладина, — целая тройка! — один наар и человек. Угу, при этом все, кроме человечка и белобрысого были одеты как члены рода Харэссов, то бишь приходились братьями Леди. А человек… мальчишка, скорее — гость нашего клана. Ну просто чудесно! Доконало меня то, что в мальчишке я узнал сына Темного Императора, а наар оказался наследником герцога Ланшитского — одного из влиятельных аристократов Светлой Империи. Тахешесс!

Только появившись в зале, новоявленный Лорд сразу нарушил протокол встречи, согнав с ее законного места Леди и заговорив прежде нее, причем назвав очень кратким именем, как будто они уже как минимум вступили в брак! Наглеж какой, так кулаки и чешутся…

Далее последовала длинная речь от Леди, во время которой нас беспардонно рассматривали все, включая и новоявленных родственников… как же нашу правительницу зовут… позор какой… а! Сьяма Саишша тер Сишша-Линь! То есть теперь с приставкой Сен.

Во время трапезы я некоторое время наблюдал за общением между Лордом и Леди. Похоже, отношения у них совсем уже перешли в разряд семейных: тихая фраза «Я тебе это еще припомню» не ускользнула от моих ушей. Хм, придется постараться, чтобы завоевать внимание Саишши — про себя я решил называть ее сокращенным именем[50], — но я справлюсь. Я тряхнул головой. Тем более, что приз сам по себе невообразимо хорош. Тут я заметил ну оч-чень внимательный взгляд светловолосого паладина. Он обещал мне скорую и мучительную смерть, если я только попробую не так взглянуть на Саишшу. Я сглотнул. Страшные глаза… Не хочется признавать, но я банально перетрусил.

«А ведь Саишша его искренне любит», — подумал я, — «Вон как смотрит на него. И как только ее дрожь не пробирает, когда она встречается с ним взглядом?»

Я уткнулся взглядом в тарелку. Эту битву я проиграл, даже не начав.

Саишша

Макияж я наводила долго и старательно. Для нас, девушек, это очень важно — выглядеть хорошо. Мы, можно сказать, чувствуем себя увереннее и сильнее, когда знаем, что неотразимы. Я улыбнулась, раскрывая довольно большую деревянную шкатулку. Пробежавшись пальцами по флакончикам с краской, я решила остановить свой выбор на черном и его оттенках. Так, сначала нарисуем себе глаза…

Я взяла кисточку номер три и тщательно накрасила губы. Полюбовалась на результат и решила добавить еще один слой — блеск. Вот так. Это интересно — рисовать себе лицо. Как будто красками по бумаге. Иногда получается совсем не тот результат, которого ожидала, но тут весь вопрос в опыте и вкусе. Набивши руку можно нарисовать себе лицо богини, ангела, демона, человека, даже эльфа! И еще много чего. И это полезно — например, возвращаешься после бессонной ночи на кладбище — еле упокоила всех мертвецов, выжата, как лимон. Но! Тебя поднимут в семь утра — а легла ты в четыре! — впихнут в церемониальный наряд и отправят на какой-нибудь прием. И тогда остается только глотнуть «Озверина» и замаскировать следы ночного сражения на лице.

Н-да. Сим меня позорит, как только может. Припомнит он мне, ха! Будто я сама от этого в восторге. Ладно, проехали. А что это за игры в гляделки между моим паладином и тем симпатичным — только не говорите Симу! — шассом? Понятно, вот и первый женишок обломался. Пожалуй, предоставлю гонять претендентов на трон Симу — вон как у него это хорошо получается. Я улыбнулась, опустив глаза.

Первые переселенцы появились уже через несколько часов. Я пока приказала разбираться с расселением довольно простым образом — выбирать себе старые или просто понравившиеся комнаты, если они не заняты. К счастью, мне не пришлось разруливать неприятные ситуации вроде тех, когда многодетной семье приходится ютиться всего в трех комнатах. Это когда особо наглые пытаются захапать лучший кусок по праву сильных. Мои сородичи от радости, что можно — наконец-то!!! — вернуться домой позабыли все прошлые обиды и честно разделили покои по принципу — чем больше шасс в семье, тем лучше им покои. Это правильно, а то бы я им… внушение сделала. Что нельзя обижать сородичей.

Часов в двенадцать стали прибывать посольства от других кланов. Все прошло гладко, пока не явились представители клана Линь. Вот уж не думала, что от них кто-нибудь появится!

Нет! Этого не может быть! Это не он!

Я задержала дыхание. Времени прошло немного, — сравнительно, — но… он такой же, как и был. Насмешливый, сильный, красивый… зверь. Не змей — зверь. Так будет правильнее.

Ну здравствуй, Сафрус. Давно не виделись…

Норд

Ну что я вам могу сказать… Было интересно. Оказывается, Сай была права, когда говорила, что проблем с ее собственным кланом не будет. Вон как они ее слушаются. И Сима — только не смейтесь! — тоже.

С распределением новоприбывших проблем не возникло. Чем больше узнаю этот народ, тем больше он мне нравится. Но Саишша на мой комментарий мрачно попросила меня не обольщаться — мол, все еще впереди.

Ребятам тоже было интересно — особенно наблюдать реакцию остальных послов, которые были, мягко говоря, огорошены тем, что у клана Сишш есть Лорд. Да еще такой. Ха. Шоковое состояние длилось до того момента, как они не узнавали, что мы — братья и отец Леди. Найт потом высказал Сай все претензии по поводу такого изменения его статуса, на что Саишша лишь безмятежно улыбалась и кивала.

Боги, какой только расцветки не были новоприбывшие! Красные, серебристые и белые, коричневые и песочные, голубые, серые, фиолетовые, синие, золотые! Причем я не учитываю оттенки чешуи. Так что Сай еще не слишком выделялась, хотя у шасс из клана Сишш темно-зеленый оттенок чешуи больше был распространен у мужчин, а не у женщин. Но у всех — или почти всех, — торс был белым. Сверху и с боков хвосты были зелеными, а пузо было белесым. И по спине вдоль гребня шел темно-зеленый ремень.

Но вот лица мне не понравились — слишком красивые, напоминающие эльфийские. Кукольные. Однако я уже намострячился понимать эмоции серпентеров на примере Сай, поэтому я осознал, что эльфийского высокомерия и презрения в змеелюдах не было ни на грамм.

Предпоследняя делегация — Сай сказала, что остались еще Сумешш, а эти были Линь, ее прежний клан. Кстати, теперь вместе с нами в зале находились еще и другие змеелюды, наши, зеленые. Парочка из тех, кто пришел после открытия портала, и все те, кто первыми навестили нас. Саишша сказала — свита. Я не стал противоречить — все вместе это составляло внушительное зрелище.

Как только они появились в дверях, я сразу понял, что дело нечисто. Саишша как раз что-то говорила Симу, собственнически приобнявшего ее за плечи. Повернув голову, она заметила главного из новоприбывших, змеелюда с ярко-синей чешуей и голубыми длинными волосами, которые он носил распущенными. Его движения были плавными, тягучими, полными грации хищного зверя. Сильный и опасный противник, заключил я. Найт тихонько прошептал мне на ухо: «Саишша!»

Я повернул голову. Что-то с ней не так… Сай сидела в обманчиво расслабленной позе, поглаживая ладонь Сима, которою он положил ей на талию. Вот только глаза ее выражали целый спектр самых противоречивых эмоций, от ненависти до любви и страха. Страх? Что ее испугало? Только не говорите мне, что это тот синий шасс, все равно не поверю! Чтобы напугать Саишшу, недостаточно было тройки паладинов, так что не надо мне тут!..

Синий шасс тоже на секунду замер, но затем продолжил двигаться к центру зала, как ни в чем ни бывало. Остановившись, он сказал совсем не то, что должен. Для начала, он вообще начал говорить на каком-то другом языке, что являлось как минимум знаком неуважения, а при некоторой доле воображения могло быть трактовано как прямое оскорбление.

Лицо Сима окаменело. Похоже, он понял, что сказал этот странный шасс. Внезапно он сделал жест, который мог означать только одно — заткнись, и начал быстро что-то говорить на том же языке. Саишша смотрела на него со смесью ужаса и восторга, причем восторга было явно больше. Наши змеелюды были ошарашены, как и синие. После довольно продолжительного монолога Сим поднялся, отвесил ироничный легкий поклон в сторону опешивших послов, взял под руку Са и направился к выходу, попутно махнув нам рукой, чтобы шли за ним. Я поднялся, решив не портить ему игру. Отвесив такой же поклон, я поспешно, но не теряя достоинства вышел из зала. Вслед за мной показались и ребята.

— Что ты ему сказал? — поинтересовался Люц.

— Много чего, — отмахнулся паладин, — О прелестях молодой кобылки, резвящейся на лугу после сытного обеда. О длинном и извилистом пути, который непременно приведет его к исполнению его заветной, но, к сожалению, тайной мечты… О совершенстве ствола молодого дуба, который просто идеально подходит для…

— Ты что, обложил его матом?! — воскликнул я.

— Вообще-то я собирался как минимум начистить ему рыло, а как максимум переломать все кости, но пришлось сдержаться, — он кивнул на пребывающую в прострации Саишшу, которая явно обдумывала остальную часть монолога Сима. Явно запомнила парочку фраз!

Саишша

Сафрус — как много в этом имени для сердца моего слилось, как много в нем отозвалось! Это на нем я обожглась настолько сильно, что даже думать не хотела о том, чтобы допустить кого-то из мужчин, — кроме братика, разумеется, — в свой Внутренний круг.

Не думала, что он будет послом. Я вообще не планировала с ним встречаться больше, если честно! Я вообще хотела его забыть поскорее, и у меня это получалось! До тех пор, пока он снова не появился в поле зрения!!!

— Ну здравствуй, Саишша, — спокойный, насмешливый тон. Больно… — Не ожидал тебя встретить в таком положении, — врешь! — Ты, я смотрю, завела себе нового… — и тут Сим его прервал. Как он говорил! Песня! Чистейшее произношение, никакого акцента, а уж слова какие…. м-м, душевные, вот! Я до сих пор была в шоке от того, как просто — и действенно! — Сим разрешил проблему. А у меня язык к небу примерз. Вот. Хотя надо было немного повежливее… Стоп, Саишша, ты этого поганца, — я про Сафруса, если кто не понял, — еще и жалеть начни!

— Сим, — подергала я его за рукав, — Ты где так чисто говорить научился?

— Практиковался часто, — мрачно ответил он.

— О-о-о… — многозначительно протянула я. Я в восторге от него, честно!

В итоге, послов от Линь мы таки приняли. А что делать?! Иначе будет что-то вроде холодной войны, которая имеет все шансы перерасти в «горячую». Слава богам, Сумешш еще не послали своих — братик через саламандр передал записочку, что с этим все уладил. Да, и еще Массах[51] не приехал. Не знаю, будут ли они вообще — живут они очень уединенно, а старые договора еще не истекли — я специально смотрела. Впрочем, может и приедут — наверняка слухи о Лорде клана Сишш и до них рано или поздно докатятся. Тахешесс, именно этого я и не хотела — зоопарк какой-то, причем вместо зверей в нем мои друзья. Да, уже друзья. Жизнь на острие ножа сближает гораздо сильнее, чем даже долгие годы дружбы.

Я усмехнулась, вспомнив, как специально, лично выбирала самые маленькие и без окон покои для Сафруса. Да, знаю, что мелко. Да, знаю, что недостойно. Но очень хочется, вот что главное!

В итоге, провозюкалась я со всеми делами до полуночи, ввалившись к Симу в комнату в полу-мертвом состоянии и сразу рухнув на постель. Сам он давно уже ушел, высидев минут десять на совете послов и тихонько смывшись через потайной ход. Слинял!!! Бросив меня!!! На растерзание этим старым и опытным змеям!

Слава Шаирэссару, еще свои помогли. Что самое интересное, с общим советом я не так много времени убила, а вот со свои-им, ли-ичным… Н-да-а…

А где переселенцев разместить? А кто советниками будет? А у кого какие обязанности? А какие мы планируем отношения с остальными кланами? А с Темной Империей? А со Светлой? А правда, что на нас войной объединенное государство эльфов идет? Ах, что же нам делать, как же нам быть?! Так это фарс и комедия, предназначенная для широкой публики? Тогда расскажите нам истинную подоплеку ваших действий!

А у кого будем продовольствие закупать? А что в теплицах выращивать будем? А какие товары продавать будем? А… Что, охотиться пока не будем? А почему? А сколько митрилла в наших шахтах выросло? А как вы смотрите на…

В-общем, замучалась я с ними. А завтра еще и на совете с остальными кланами выступать, плюс еще и встречать посольства Империи и клана Сумешш! Мам, роди меня обратно, я залезу аккуратно…

Блаженно улыбаясь, я потянулась. Отдых, наконец-то… Посте-елька…

По движению справа я поняла, что Сим поднялся, но решила не вставать. Но меня подняли и, не особо спрашивая разрешения, — то есть не обращая ни малейшего внимания на мои вопли, — раздели и подгребли себе под бок, укрыв одеялом.

— Я соскучился. Ты чего так долго? — прошептал Сим мне на ухо.

— Задержали на совете, — зевнула я, обнимая его правой рукой и пристраиваясь щекой на груди.

— На каком? — услышала я краешком уплывающего в темноту сознания, но ответить уже была не в силах.

* * *

Проснулась я достаточно рано — часиков в девять. Потянувшись, я обнаружила неслыханное событие: Сим спал! Что значит «Ну и что?»?! Да за последнее время мне ни разу не удалось застать его спящим! Всегда, зараза, просыпается раньше меня. Хоть посмотрю на него…

Странное дело — обычно черты спящего смягчаются и разглаживаются, но лицо паладина оставалось таким же упрямым и даже более жестким, чем когда он бодрствовал.

Похоже, он навсегда останется таким — упрямым, своевольным, но покладистым до определенного момента. Так чего еще желать? Ведь во многом он прав, взять хотя бы тот случай с кладбищем. Идеальный мужчина? Да вы ****?! Какой же это идеал — разбрасывает свои шмотки по всей комнате, запрещает проводить вполне безопасные некромантские ритуалы и изводит меня своей ревностью?

Я с нежностью посмотрела на лицо Сима и погладила его большим пальцем по щеке. Спит. Я наклонилась пониже к его лицу и обвела языком контур его нижней губы. Спит…

— М-м-м… Какое доброе сегодня утро, — хрипловато спросонья сказал паладин, не открывая глаз. Я отпрянула назад так резво, как будто меня поймали за подглядыванием за купальне мальчиков. Как хорошо, что шассы не краснеют!

— Куда же ты? — искренне удивился Сим. Не успела я оглянуться, как он навис надо мной и предвкушающе улыбнулся:

— Мы еще не закончили!

* * *

Я сладко потянулась и лениво пошевелила хвостом. Сим тяжело дышал, лежа рядом со мною.

— Ванна моя! — вякнула я, но меня не пустили далеко, прижав одной рукой.

— Эй! — возмутилась я.

— Постой, не уходи, — попросил Сим, — Побудь рядом со мною. Пожалуйста…

Я осторожно прилегла рядом и перекинула через него свой хвост. Я и сама не против, если честно.

— Сай… — начал Сим, закинув одну руку за голову, а второй приобняв меня и глядя в потолок. Я мурлыкнула, показывая, что слышу его. Какая прелесть, он стал почесывать мне спинку!

— Нет, ничего, — спустя некоторое время сказал он. Ну-у, что это такое? Я приподнялась на локте и проникновенно заглянула ему в глаза. Он скосил на меня глаза, но тут же снова уставился в потолок.

— Сим! — я возмущенно села, — Ну что это такое, а?

— Через два месяца все узнаешь, — таинственно прошептал он. Я обиделась и отвернулась к нему спиной.

— Ну Саишша. Я правда не могу тебе пока ничего рассказать! — принялся оправдываться Сим, — Я только намекнуть могу!

— Намекай, — я вновь повернулась к нему лицом, положив ладонь на грудь.

— Это связано с моими желаниями, — ну и что это за ответ? Да мало ли этих желаний! Что мне, все перебирать?

Я снова отвернулась, прижавшись к нему спиной. Тело потихоньку начинало зудеть — скоро зимняя линька, так что мне не поздоровится. Одуреть можно — такой момент, а у меня линька намечается. Да я с ума сойду!

Вздох. Сим приобнял меня рукой, я закрыла глаза. Решено, сегодня никаких дел. Хотя кто мне даст эти дела отложить, вот в чем вопрос?..

Полежав еще минут десять, я таки направилась в ванную комнату. Минут через двадцать пришлось уступить ее Симу, мы и так слишком увлеклись. Потянувшись, я начала копаться в шкафу на предмет: «Что надеть?» Надеть было решительно нечего.

— Вон рубашка висит, возьми ее, — раздался спокойный голос сзади. А, это Сим вернулся. Как он смог так тихо подобраться ко мне? Я возмущена!

Хм, а у него неплохой вкус. Рубашка оказалась без пуговиц, скорее сорочка. Белая, как и большинство его вещей. Привык он к этому цвету, что ли? У него в гардеробе только три цвета — черный, белый и синий. И все! Ну куда это годится? Хотя… мужчинам вроде много не надо, я права?

Так вот, сорочка… Натянув ее, я была приятно обрадована — ткань приятно ласкала тело, не иначе на заказ из эльфийского шелка делали. Я усмехнулась. А мой паладин время не терял…

Скромно. Очень скромно. Оголена был лишь одна шея, но мне нравилось. Неброско и практично. Правда, в этом наряде я буду похожа на призрака… Гы-гы! Ну что ж, будем соответствовать репутации.

— Нравится? — прошептал Сим мне на ухо, встав позади так, чтобы его дыхание щекотало мне шею.

— Да, — честно ответила я. Его отражение усмехнулось. Люблю его улыбку. Такая… С хитринкой, чуть насмешливая, и полная превосходства. Нет, не превосходства. Достоинства. И он определенно знал себе цену.

Сим скинул полотенчико и, оставшись в чем мать родила, — кажется, люди так говорят? — стал в свою очередь копаться в шкафу. Себе он выбрал одежду не в пример быстрее меня. Простые штаны, простая рубаха. Тахешесс, срочно исправляем ситуацию!

Для начала я вместо простой косы сделала ему низкий хвост. Прекрасные волосы, меня даже посетило чувство легкой зависти. После чего пришлось почти силком одевать ему пояс. Ну, тот самый, ритуальный. Ему шло, это главное, а то, что это знак отличия Лорда — второстепенно. Примерно эту мысль я постаралась вдолбить в эту упрямую белобрысую голову.

Ну вот, хоть что-то. А то совсем просто. Я довольная полюбовалась плодами своих результатов, после чего отправилась разбирать текущие проблемы, а именно: раскидывать по своим помощникам — в основном это были те, кто прибыли посольством, — нудные обязанности, вникать в которые у меня не было ну никакого желания. Например, поставка и закупка продовольствия, или продажа митрилла.

Первым советником я сделала Рин тер Сишша. А что? Если отец мне его когда-то рекомендовал, то пусть пока будет так. Сместить его я всегда успею.

Вторым советником я назначила Сайх тер Сишша, оказалось, что он приходится Рину аж целым племянником! Кажется, это был тот самый, который попытался посоперничать с Симом в игре в гляделки. Как бы он снова на меня глаз не положил…

А вот как я поступлю — скину на него все хозяйственные заботы, пусть мне только общий отчет дает, а с мелочами сам разбирается. Глядишь, не останется у него времени на всякие глупости.

С Рин тер Сишшом я планировала обсуждать только отдельные случаи и общие вопросы. Остальных шасс я передала в распоряжение Сайха и Рина…

И все же я тайком шепнула Рину, чтобы присматривал за Сайхом. Все таки свои опасения на его счет у меня были. И не настолько уж необоснованные, я считаю — я слишком выгодная партия, по мнению не знакомых со мной шасс.

Однако по прошествии некоторого времени мне таки пришлось несколько увеличить штат советников, добавив главных по вопросам политики с внешними и внутренними государственными образованиями, обучению молодых и среднего возраста шасс, советника по вопросам купли-продажи и, конечно, по вопросам религии. Хорошенько подумав, я решила назначить еще и министра обороны, поручив ему подготовить боеспособный отряд из пятиста шасс, которые могли бы действовать в командных условиях с пользой для себя.

Еще немного подумав, я поручила тому вампирчику, сторожу кладбища, подобрать себе помощника и вести учет прибывающих и «убывающих», — читай: «окончательно разложившихся и восстановлению не подлежащих», — покойничков. Так что по окончании каждого месяца он должен был предоставлять мне отчет о количестве прибывших «свеженьких» покойников, разнесенных нерадивыми учениками и пришедшими в негодность по естественным причинам — разложившимися от старости, короче. Теперь каждый труп был на учете, и поднять хоть один самовольно нельзя было никому, только по бумажке — разрешению… Ну ладно, ладно, я могу!

Это было бы полезно в свете того, что произошел наплыв молодых некромантов, которым надо было где-то практиковаться. Кстати, надо бы Тимке кроме занятий лично со мной еще и в группе поднабраться опыта. Я усмехнулась, пусть попробует качественно упокоить покойничка в топе перепуганных собственными действиями студиозов!

За всеми этим заботами — а ведь еще надо было объяснить каждому, что я от него хочу и что он должен делать! — подошло время обеда. Я мрачно и наскоро набивала желудок перед встречей с послами оставшихся кланов. Зараз-зы… К счастью, их и осталось-то только два, причем один из них, — Сумешш, — должен представить мой дражайший братик. Но, Тахешесс, я чувствовала себя, как выеденное яйцо, а мне еще предстояло встречать послов Темной Империи!..

И Сим, главное, вовсе не пытается разделить со мной хоть немногую часть от непосильной ноши, которую я, замечу, совершенно добровольно взвалила себе на хребет!

Он просто-напросто смылся в Лангред вместе с остальными ребятами, оставив меня здесь! И при этом прикрылся благородными целями: «Мол, я не хочу тебе мешать; и вообще ни бельмеса не смыслю в политике и управленцем быть не могу, потом тебе год придется разгребать то, что я по незнанию наворочаю!..» — и все в таком же духе. В конце концов, я сдалась и отпустила его, мимоходом подумав, что он мог бы хотя бы получше притворяться, что хочет меня поддержать.

Я грустно вздохнула. Сайх тер Сишш, как раз увлеченно разглагольствующий о том, как ему нужно поднять еще хоть несколько сот скелетов, чтобы увеличить количество слуг — обычные слуги уже не справляются, — замолк и внимательно посмотрел на меня. Даже пожрать — извиняюсь… — нельзя без своих обязанностей. Ну ничего, вот все устаканится ис можно будет жить! Я на это надеюсь…

— Леди, а вы прогулялись бы, — мягко произнес он, — А то что-то вы уставшей выглядите… — надо же, заметил!

— А посольство? — скорее задумчиво, чем вопросительно проговорила я. А что, идея неплоха…

— Мы встретим и примем как полагается, — заверил меня Сайх, ненароком коснувшись моей руки своими пальцами.

— Но это может быть расценено как неуважение… — еще более задумчиво сказала я, машинально и слегка брезгливо стряхнув руку шасса.

— Ничего, мы все уладим, — кажется, он ничуть не обиделся. И правильно, — Мы скажем… скажем… а пусть Лорд встречает, — неожиданно предложил он.

— Если вы его найдете, — иронично усмехнулась я.

— Если не найдем, скажем… что Леди слишком занята текущими проблемами, например направилась осматривать митрилловые шахты, которые расположены ну очень далеко, — прищурился Сайх, — Или… ну, например, произошли непредвиденные обстоятельства, которые срочно требуют вашего неотложного вмешательства. Например, поступили сведения о том, что нам предстоит… ну, скажем, война… с эльфами… — уж не пытается ли он таким образом прощупать почву насчет бродящих слухов — я решила не всех посвящать в подробности того фарса, в который мы превратили появление мирного договора с эльфами — темными и светлыми.

Как вы помните, план был прост. Мы подписали торговый и мирный договора, после чего прикрыли это войнушкой — чисто показательной, чтобы это выглядело логичным. А то меня же собственные поданные не поймут — как же так, это же эльфы!!! А воевать со своей, пусть не подругой, но приятельницей мне не хотелось. Согласна, эльфы высокомерные снобы… в основном. Но ведь не все такие!

В итоге после некоторых драк, нареченных гордым словом «сражение», мы с шумом миримся, как там говорится в старинных легендах: «…и увидели правители стран, как льется безвинная кровь из же подданных, и устрашились, и приняли единогласное решение — не бывать более войне в краях наших, не прольется более кровь безвинных, так заключим е мы вечный мир между нами вовеки веков!»

Я потерла ладони. Славная комедия получится! Но все же, на чем я остановилась? Ах да, Сайх же предложил мне погулять… Даже не знаю, что ответить ему. Неизвестно откуда вылезшая ответственность не позволяла все это так вот бросить и смотаться развлекаться в ирий[52], но как же хотелось… Нет, все же нельзя все вот так бросать.

— Нет, Сайх тер Сишш, — ровным голосом проговорила я и промокнула губы салфеткой, — К сожалению, я вынуждена отказаться от твоего предложения. Ах да, пока ты еще не ушел, в Темном посольстве должен быть… Сьям Мооло'тов тер Сумешш… Так вот, его слушаться вы должны, как меня! Он мой… мис'са'саарэй… Я понятно изъясняюсь? — даю хвост на отсечение, он понял!

— А как же приказы… Лорда? Или ваших… родственников? — осторожно уточнил он.

— Если они будут разумными, — многозначительно сказала я. Он усмехнулся и прикрыл глаза, пряча от меня их выражение. Да, я не хочу, чтобы ребята отдавали здесь приказы. Мой брат лучше с этим справится. Впрочем, их не будут игнорировать, совсем нет! Просто неразумные и поспешные приказы выполняться не будут. Я поднялась и, поблагодарив добродушного повара, уже хозяйничающего в этой кухне, — у нас их несколько, разбросанных по всей территории Даан-Азара и Шанират, — отправилась в тронный зал. Надо проверить, все ли в порядке.

Когда я уже начала «наводить марафет», мне доложили, что представители клана Массах прибыли. Я наскоро набросала макияж и влезла в тот самый наряд, на который у Сима произошла взбесившая меня реакция. Да если бы он меня раздевать взглядом стал, я бы меньше разозлилась! Совершенство, мать его!..

Все прошло как по маслу, так что я вскоре обсуждала примерные очертания договора с Рин тер Сишшом, так сказать, намечала поле боя.

Через два часа после этого я встречала своего дражайшего братика вкупе с незнакомыми мне «лицами человеческого происхождения», которые сопровождали посла. Оказывается, Мол не являлся уполномоченным лицом, а являлся лишь спутником посла. Да, он был доверенным императора и мог в некоторой степени влиять на решения посольства, но особо на него полагаться не стоило.

Кстати, сам посол мне не очень понравился. Невысокого роста человечек с неопределенной внешностью, бегающими глазками и повадками больше напоминающий крысу. В процессе кратких приветствий он пожирал мою фигуру масляным взглядом, явно строя планы насчет меня на эту ночь. Про себя я усмехнулась. Он не знал наших законов. Если я захочу, я всегда смогу его убить — если он, конечно же, решиться приставать ко мне. Особое отношение у нас к женщинам… трепетное, можно сказать.

Интересно, а решится ли он воспользоваться своими полномочиями для достижения своей цели? Я решила не забивать этим голову и заняться более неотложными делами. Но на заметку эту «крысу» взяла.

После чего следовали продолжительные собеседования послами других кланов и… оживленная торговля. Я хмыкнула — естественно, про себя. Как хорошо было, пока мы заключали только мирные договора — с теми кланами, которые не представляли для нас никакого коммерческого интереса. А вот торговые, военные соглашения… Хорошо, что мне помогли Рин и Мол, маячившие с двух сторон от моего кресла. Одна бы я точно не справилась.

Последние переговоры, как назло, были с темными. Их посол недвусмысленно мне намекнул, что будет ждать меня ночью. Я в самых едких, но приличных выражениях намекнула ему о том, куда он может засунуть свои планы на вечер. Похоже, он оскорбился. Заодно он не стал подписывать мир между Империей и Сишшами. Ну, то есть как не стал — сказал, что ему нужно еще раз обдумать все условия.

— Вот мерзавец, — в сердцах выругался Мол, когда он покинул мой кабинет.

— Абсолютно с вами согласен, — покивал Рин. Они тоже поняли, что от меня хотел посол, — Может быть, подстроить ему несчастный случай? Пусть его покарают боги, к примеру. За развратный образ жизни.

— Нет. Этот человек нам нужен, негоже начинать добрососедские отношения с убийства столь высокопоставленного, хотя и неприятного человека, — хмуро сказала я.

— Главное, дождаться, когда он будет приставать, сестренка, — задумчиво проговорил Мол, — И тогда я смогу отмазаться от императора за его убийство. Ты, главное, удар не сдерживай и ори что есть мочи. Тогда куча свидетелей тебе обеспечена, — невесело усмехнулся он. Я только вздохнула.

Домой — в смысле, в свою комнату, — ввалилась за полночь, — это уже входит у меня в привычку, вам не кажется? — и… тут же попала в загребущие ручки Сима. Вы не поверите, он… стал приставать ко мне! Вдобавок он явно был пьян до совершенно невменяемого состояния. Я угрожающе зашипела, отталкивая его назойливые ручонки, которыми он так и норовил меня приобнять. Пока я действовала более-менее мягко — а вдруг одумается?

— Сим, прекрати, — твердо потребовала я.

— Не-а, — пьяно ухмыльнулся он, — Не хочу.

— Прекрати распускать руки!!! — зашипела я, но он только сдернул с меня рубашку и стал поглаживать… ну, то, что под ней было. Я все еще не хотела причинять ему серьезные повреждения, и только скрестила руки на груди, памятником неприступности возвышаясь посредине комнаты.

Нет. Не одумался. После пяти минут обжиманий он решил что можно приступать к самому главному. Дальше терпеть я не стала и, оттолкнув его хвостом, от души врезала когтями по груди. С обиженным вяком он отшатнулся от меня, прижимая руку к груди. Второй он попытался снова приобнять меня. Я усмехнулась, провела подсечку, одновременно врезав ему под дых хорошим левым хуком. Ха! Не на ту напал!

И так доведенная до невменяемости постоянными намеками «крысюка» — так я про себя называла того самого назойливого «воздыхателя», — я решила не останавливаться на этом, а еще и пару раз приложила его по ребрам, под конец еще и по самому сокровенному. Сложившись пополам, Сим корчился на полу, матерясь и постанывая сквозь зубы от резкой боли в пахе. Я же выскочила за дверь, яростно хлопнув ею о косяк, вымещая всю злость на незадачливого паладина, который упился в зюзю — так ладно бы он себя пристойно вел, так еще и приставать начал! Вот я и… не сдержалась.

— А вот и моя сла-адкая, — пропел над ухом смутно знакомый голос. Я резко повернулась и оскалилась. Ага, еще и этот притащился! Крыс, мать его за ногу!

— Иди ко мне, Саишша… — он усмехнулся. Он что, всерьез надеется, что я с криком радости брошусь ему на шею? — Тебе понравится, я обещаю!

— Нет, положительно, сегодня у всех мужиков снесло крышу на этой почве, — пробормотала я, медленно отступая по стеночке.

— Куда же ты? — искренне удивился он, — Ты же хочешь заключить выгодный договор? — он медленно приближался. Он что, пытается меня шантажировать?

— Да, — процедила я сквозь зубы, тайком готовя шоковое заклинание, мстительно заливая его маной под завязку.

— Не бойся, — притворно-ласково сказал он, — Я не кусаюсь. А если и укушу тебя за твою очаровательную шейку, то тебе это принесет только приятные ощущения, гарантирую!

— Не сомневаюсь, — кивнула я головой и швырнула готовое заклинание ему в лицо, после чего развернулась и побежала в сторону кладбища — кабинет я отчего-то не сочла надежным убежищем. А вот кладбище — это да, там я посильнее некоторых архимагов буду.

— Саишша! — Тахешесс, Сим очнулся, — Саишша, да постой же ты!

Он догнал меня уже у ворот. С воплем радости я влетела в ворота, открывая свою ауру для целого моря маны, разлитого вкруг, как тут меня опрокинули на землю, придавив и зафиксировав мне руки в локтях.

— Отпусти меня! — прорычала я, извиваясь и непроизвольно нанося хлесткие удары хвостом по сторонам.

— Саишша, прости меня, я не знаю, что на меня нашло, — сбивчиво и горячо зашептал мне на ухо Сим, — Я не хотел так поступать, я не контролировал себя, не отвечал за свои действия! Этого больше не повторится, никогда! Сай, Саечка, прошу, поверь мне…

Я замерла. Что-то он подозрительно трезвый.

— Отпусти меня, — гораздо спокойнее попросила я. Он безропотно повиновался. Я же поднялась и отступила, готовая любую минуту пуститься бежать. Но Сим выглядел настолько жалко — потерянный, ужаснувшийся собственному поступку и так искренне просящий прощения, что я решила повременить с отступлением, равно как и с наказанием.

Я замерла, натянутая, как струна, готовая при любом его резком движении пробить проход в Потусторонний мир. Сверля его подозрительным взглядом, я отступила еще немного. Мало ли, вдруг у него это просветление временное, а счас ка-ак кинется, ка-ак набросится…

— Саишша… — он протянул вперед руку, и это было неверное решение. Кто знает, может быть, если бы он просто стоял и терпеливо ждал, может, все сложилось бы по-другому. Но… что об этом говорить? Случилось так, как случилось: я отпрянула от него и открыла проход в ирий, одновременно ощутив, как на моей кисти смыкается железная хватка паладина.

* * *

Налей еще вина, мой венценосный брат,

Смотри — восходит полная луна;

В бокале плещет влага хмельного серебра,

Один глоток — и нам пора

Умчаться в вихре по Дороге Сна…

По Дороге Сна — пришпорь коня; здесь трава сверкнула сталью,

Кровью — алый цвет на конце клинка.

Это для тебя и для меня — два клинка для тех, что стали

Призраками ветра на века.

Так выпьем же еще — есть время до утра,

А впереди дорога так длинна;

Ты мой бессмертный брат, а я тебе сестра,

И ветер свеж, и ночь темна,

И нами выбран путь — Дорога Сна…

По Дороге Сна — тихий звон подков, лег плащом туман на плечи,

Стал короной иней на челе.

Острием дождя, тенью облаков — стали мы с тобою легче,

Чем перо у сокола в крыле.

Так выпьем же еще, мой молодой король,

Лихая доля нам отведена;

Не счастье, не любовь, не жалость и не боль —

Одна луна, метель одна,

И вьется впереди Дорога Сна…

По Дороге Сна — мимо мира людей; что нам до Адама и Евы,

Что нам до того, как живет земля?

Только никогда, мой брат-чародей, ты не найдешь себе королеву,

А я не найду себе короля.

И чтоб забыть, что кровь моя здесь холоднее льда,

Прошу тебя — налей еще вина;

Смотри — на дне мерцает прощальная звезда;

Я осушу бокал до дна…

И с легким сердцем — по Дороге Сна…[53]

Вопреки расхожему мнению, в ирий можно было попасть не только естественным путем, но так же этой способностью обладали инициированные Некроманты, большинство нечисти, — разумной, во всяком случае, вроде демонов, суккубов и прочих, — а так же ведьмы. Именно там проводились шабаши, Город стоял на столь знаменитой Лысой горе. Все-таки как не старались, не смогли скрыть это в тайне, хорошо хоть наличие «города Хэллоуина», как его иногда называют, удалось скрыть. Простые обыватели до сих пор думают, что ведьмы пляшут голыми и поклоняются сатане. Мамочка моя, что только не придумают иногда темные и дремучие умы деревенских людей…

Иногда, если некромант или ведьма хотели провести с собой нескольких спутников, они открывали проход путем Ведьминой печати, но это случалось редко. Если спутник один, можно было воспользоваться обычным переходом.

Я с трудом приоткрыла глаза, совершенно измотанная переносом сразу двух существ, плюс еще и не через экономичную «Ведьмину печать», а «кустарным» способом, каким переносила только себя и брата. Но тогда он делился со мной своей энергией.

Картинка перед глазами была как в тумане, в голове словно делали капитальный ремонт — стучали молотками, отрывали обои, рушили перегородки между комнатами, разбирали все строение по кирпичику…

Не в силах что-нибудь сказать или сделать, я измученно застонала и провалилась в темноту.

Сим

Погуляли в городе мы хорошо. Даже очень. Разнесли два трактира, проиграли состояние — тысяча пятьсот золотых! — в карты в игорном заведении и, удовлетворенные, возвратились обратно. Ну и напились, конечно же. Поэтому, кстати и проиграли — трудно хорошо играть, когда перед глазами у тебя расплываются не только собственные карты, но и игроки двоятся.

Я вздохнул и уложил голову Сай себе на колени, глубоко и медленно дыша чтобы прогнать остатки алкоголя в моей голове.

Когда Сай заявилась в комнату, моя регенерация еще не очистила достаточно мой разум, — что-то я высокопарно выражаюсь! — проще говоря, я был пьян настолько, что лыка не вязал. Приставать к Сай в мои планы не входило совершенно! Просто, когда я увидел ее… такую усталую, такую… родную, то у меня просто снесло крышу. Зверь внутри взбунтовался и вырвался на свободу, но Саишша довольно быстро отрезвила меня и охладила мой пыл.

Я поморщился и потер грудь с уже зажившими глубокими царапинами. Хорошо она меня приложила. Разогнуться смог с десятой попытки.

Перепрыгнув через валяющееся в коридоре чье-то тело, я догнал ее. Не хочу думать о том, как я оправдывался перед ней до этого и как буду оправдываться, когда она придет в себя.

Не удержавшись, я протянул руку, чтобы коснуться ее пальцев, но она отшатнулась, — вполне закономерная реакция, — и исчезла в какой-то туманной дымке овальной формы. Я рванулся и мертвой хваткой вцепился в ее руку, проваливаясь за ней.

Долгое время в моих ушах звучали строки странной песни: «По Дороге Сна мимо мира людей, что нам до Адама и Евы? Что нам до того, как живет земля?»

Повеяло морозом. Я поднял свободную руку и… посмотрел сквозь свои покрытые изморозью пальцы! Я стал полупрозрачным, как призрак, как статуя изо льда. «Лег плащом туман на плечи, стал короной иней на челе…»

У меня возникло такое ощущение, что я стал легким, настолько легким, что отрываюсь от земли и поднимаюсь вверх. «Стали мы с тобою легче, чем перо у сокола в крыле…»

Мимо проносились странные пейзажи, то знакомые и понятные, то совершенно другие, не похожие на все, что я видел… Необычайно ровные дороги, по которым проносятся странные повозки. Высокие дома, и люди, люди, люди! Только люди и больше никого. Серые одежды, серые лица, одинаковое выражение на них…

Красная раскаленная почва, вспыхивающие то тут, то там гейзеры, черный потолок пещеры вместо неба, странные изломанные существа, корчащиеся на… огромных сковородках. Это что, ад, что ли?!

Белый пол, белое небо, белые деревья. Все белое! Странные полупрозрачные видения с ослепительными крыльями…

Наконец, все кончилось. Я вывалился вслед за Саишшой на лужайку с травой странного стального цвета с красными кончиками. «Здесь трава сверкнула сталью, кровью алый цвет на конце клинка…»

Клубился слабый туман — так, дымка какая-то. Из моего рта вырывался пар — было холодно. Как зимой, только что снега нет. Небо было темно-серо-лилового цвета, звезд не было. Облаков тоже. Сияла полная луна, и была она гораздо ближе, в три раза больше, чем обычно. Вместо звезд пролетали странные искры разных цветов, — как будто Саишша фаербол пустила, только очень маленький — оставлявшие за собой фосфоресцирующий след.

Вокруг никого не было. Я настороженно огляделся, но ничего опасного не заметил. Я присел на корточки и перевернул Саишшу на спину, так как она упала лицом вниз. Она застонала и затихла. Я подавил в себе панику и пошлепал рукой по поясу. Ничего нет, даже ножа! Ну еще бы, я ведь из комнаты только в штанах и выскочил. О!

Расстегнув ремень, я снял пряжку и поднес к лицу Саишши. Она слегка запотела. Дышит, это хорошо. Я поежился от холода и стал застегивать пояс, как вдруг замер. Трава в пяти метрах от нас зашевелилась, послышалось шуршание. Я рывком дернул пояс и вскочил на ноги, на уровне рефлексов приняв боевую стоку. Снова шелест, теперь кровавые кончики закачались в трех метрах от нас. Что-то быстро приближалось к нам по странной извилистой колее. Его передвижения были хорошо видны, как будто мышь бежит. Вот только меня озноб хватил от страха, что будет, когда эта «мышь» приблизится к нам на расстояние удара.

Я замер, нервы были натянуты так, что, казалось, звенели от напряжения. Колея из травы перестала двигаться, ее кончик застыл в двух метрах от нас. Такое ощущение, что неведомый зверь принюхивался. Послышался хруст, как будто кости под чью-то ногу попали. Я резко обернулся, никого не заметил, рывком вернулся в то же положение. Травинки распрямились, как будто никого здесь не было. Снова послышался хруст, теперь уже совсем с другой стороны. Кто-то хрипло рассмеялся мне на ухо, я крутанулся на месте, чувствуя, как в душе медленно поселяется страх. Чьи-то шаги.

Я снова обернулся, закусив губу. Что это? Или кто? По траве словно прошелся ветер, хотя я никакого движения воздуха не ощутил. В уши ввинтился шелест, пощелкивание сухих, высохших стеблей. Я облизал пересохшие губы. Красные кончики стеблей растений создавали такое впечатление, что весь этот луг когда-то был затоплен кровью, теперь высохшей и ходящей волнами ржавого цвета.

Куда Саишша нас перенесла? Я выдохнул и слизнул капельку крови с уголка губ. Обернувшись, я замер. Позади меня стоял… я. Только глаза другие. Черные, как у Норда. «Я напротив» усмехнулся и присел на корточки, касаясь ее щеки кончиками. Я сжал кулаки. Не знаю, кто это напротив, но Саишшу он трогать не посмеет.

— Уходи… — мягкий голос нашептывал прямо в уши. Я тряхнул головой и усмехнулся.

— Нет, — туман, прежде не беспокоивший меня, вдруг уплотнился, забился в рот, нос и глотку, бесплотный, но неприятный. Я сглотнул и сплюнул на землю. Как будто кусок льда проглотил.

— Уйди… Чужой… Чужой… Не наш, прочь!..

Мой двойник резко встал, подхватив бесчувственное тело Сай на руки, развернулся и понес ее куда-то.

— Стой, — снова порция тумана в рот. На этот раз я сплюнул сразу, не глотая, — Она моя.

— Что говорит чужой? Она наша… наша… Чужой…

— Саишша принадлежит мне! — повысил голос я.

— Анемова кровь… он говорит, что Анемова кровь… его кровь… Ложь!

Мой двойник остановился и оценивающе посмотрел на меня через плечо. Его взгляд из любопытного сменился презрительным и в ушах у меня зазвенело от негодования:

— Ложь! Ложь! Убить! Убить чужака!

Трава стала такой острой, как будто я на иголки наступал, точнее, на лезвия. Я непроизвольно коротко застонал от боли. Зверь внутри меня пробудился. Я хищно оскалился: время переговоров закончено! Рванувшись, не издал ни звука, когда мне в ногу вонзилось еще с десяток иголок. Пятная землю собственной кровью, я быстро догнал далеко ушедшего вперед двойника с лежащей у него на руках Саишшой. К слову сказать, нес ее он очень бережно, не позволяя хвосту касаться бритвенно острой растительности на лугу.

Рывок, захват, я резко откинулся назад, чудом удержав равновесие и сжав зубы от боли. Хрустнул позвоночник, тело осело, я быстро подхватил бесчувственную Саишшу, не позволив ей коснуться лезвий. Труп со сломанной шеей растворился туманом, который быстро развеялся. Я коротко выдохнул через рот. Больно. Замерев на месте, чтобы не тревожить насквозь пробитые ступни, — каждая травинка была сантиметров по пять минимум, — я стал смотреть на лицо Сай.

Шелест травы и голос смолкли. Наступила тишина. Полная, давившая на барабанные перепонки абсолютным безмолвием. Я даже собственного рваного дыхания не слышал, только бешено колотились сердца и гулко бухала кровь в висках.

Я снова застонал — трава начала расти. Стараясь не двигать ногами, я стал отчаянно искать выход из положения. Да я же просто умру здесь, пронзенный этими стальными пиками, поднимавшимися из земли! Банально истеку кровью!

— Хватит! Стойте! — Саишша внезапно открыла глаз и села на моих руках. Ее глаза вспыхнули зеленым колдовским огнем, а волосы разметал невидимый ветер:

— Прекратите, или я за себя не ручаюсь! Вы меня знаете, барон!

Я только старался не стонать от боли, и стиснул зубы, опустив голову. К моему удивлению, «кровавая трава», как я про себя обозвал это растение, — а растение ли? — прекратила свой рост. Более того, не успел я моргнуть, как она снова стала мягкими стебельками. Я вздохнул с облегчением. Саишша слезла с моих рук и внимательно осмотрела меня.

— Идти сможешь? — я кивнул. Шаг, еще шаг… Как же больно, как будто и не исчезали никуда железные лезвия вместо стеблей!..

Саишша подставила мне свое плечо, дело пошло быстрей.

— Куда мы идем? — улучив момент, когда мы остановились на краткую передышку, спросил я.

— К барону Самеди, — отозвалась Саишша, — Там я тебя подлечу.

— Почему не здесь?

— Здесь не действует магия, регенерация и у многих существ утекают силы из ауры.

— Где мы вообще находимся? — спросил я сквозь зубы, повиснув на Сай почти всем весом. По крайней мере, беседа отвлекала меня.

— В Потустороннем мире, — тихо сказала Саишша.

— Сай, — жалобно попросил я, — Не шути так, а?

— Я не шучу, Сим, — вздохнула она, — Мы почти пришли, кстати.

— То есть, мы уже умерли, — заключил я, остановившись и рассматривая небольшой домик, больше похожий на сторожку лесника, только что каменный. Не доходя до него нескольких метров эта ужасная трава кончалась и я смог вздохнуть свободнее — бессознательно весь путь я боялся, что под ногами у меня вновь окажутся острейшие лезвия.

От крыльца дома начиналась хорошо утоптанная дорога, на которую мы только что и вышли. Она уводила куда-то далеко вдаль, однако я не мог рассмотреть, куда, так как уже в десятке метров воздух начинал дрожать, как над костром; а в пятидесяти метров пейзаж сливался в одно неопределенного цвета пятно.

— Нет, Сим, не умерли, — коротко ответила Сай, поудобнее устроив мою руку у себя на плече, — Будь добр, помолчи. И только поддакивай, но не противоречь мне, пока я буду разговаривать с бароном. Хорошо?

— Угу, — промычал я сквозь зубы, рассматривая появившегося на пороге хозяина дома. Не знаю, кем это существо было при жизни, но теперь оно явно не будет победителем конкурса красоты.

Представьте себе высокого худощавого человека, — по видимому, это все-таки был человек, хотя черты его лица намекали на то, что он был полукровкой с эльфийскими корнями, — с прямой спиной, державшего себя с аристократическим достоинством. Одет он был в темного цвета камзол, темные же брюки и сапоги, на голове у него была несколько щегольская широкополая шляпа с красным пером. На глазах его была повязка из черного шелка, как у слепого, а рот был зашит суровой нитью.

Я онемел.

— Здравствуйте, барон, — поприветствовала его Саишша.

— Приветствую… — прошелестел у меня в ушах то же голос, который я слышал на поляне. Барон снял шляпу и отвесил нам витиеватый поклон, мазнув пером по земле. Саишша протянула ему свободную руку, он улыбнулся одними губами и коснулся ее руки зашитым ртом, как бы имитируя галантный поцелуй.

— Проходите… Рад приветствовать в моем доме… — выразительная пауза, в течение которой у меня сложилось полное впечатление, что он сейчас вопросительно смотрит на меня.

— Мой жених, Сим тер Сишш, — мило улыбнулась Саишша. Я вздрогнул. Сай это сказала от души или следуя какому-то плану?

Барон улыбнулся и сделал приглашающий жест, чуть отступив в сторону. Мы прошли внутрь дома, миновали короткий коридор и очутились в просторной гостиной с горящим камином и тремя креслами, полукругом стоящими напротив него. Саишша усадила меня в одно из них.

— Приношу извинения… — прошелестел в голове у меня бесплотный голос. Я кивнул. Саишша тем временем осторожно осматривала мои израненные ступни, благо регенерация уже начал свою работу. Однако почему-то медленнее, чем обычно.

— Могу я помочь?..

— Да, барон. Будьте добры, принесите горячей воды и полотенце. Ах да, еще что-нибудь бы поесть. Вы сами понимаете, новичок… — Самеди кивнул, слегка поклонился и вышел.

— Саишша, — тихо позвал ее я.

— Что? — вскинула она голову.

— Объясни мне, что происходит, — пока еще спокойным тоном начал я.

— Не горячись, — подняла руку ладонью вверх она, — Я все тебе расскажу. Только когда мы останемся одни. Только не сердись, прошу тебя! — воскликнула она, увидев мой далеко не дружелюбный взгляд, — Между прочим, я все еще злюсь на тебя за то, как ты себя вел, — вся моя злоба растаяла без следа. Я опустил голову. Было стыдно. А Сай еще и заботится обо мне!

Раздался стук и открылась боковая дверь, в которую стремительным шагом вошел барон, несущий в руках банное полотенце. За ним по воздуху плыл глубокий таз с горячей водой. Поставив его перед моим креслом, Самеди передал Сай полотенце и, снова слегка поклонившись, удалился со словами:

— Я приготовлю вам комнату и ужин…

— Сим, ногу дай, — потребовала у меня Сай. Я все гадал, оговорился барон или нет.

— Вот еще! — возмутился я, — я сам могу… — она только посмотрела на меня, как я сразу же заткнулся и больше не мешал ей сначала смывать кровь, а потом накладывать исцеляющее заклинание.

Через десять минут Саишша удовлетворенно улыбнулась и кивнула:

— Теперь можешь ходить, — я ошарашенно покрутил головой. Сам бы я заращивал сквозные раны на ступне полчаса, не меньше.

— Посиди пока здесь, я приберусь, — Саишша подхватила таз и полотенце и вышла. Я остался в одиночестве.

Спустя десять минут вернулась Сай, села рядом с креслом на пол и взяла меня за руку. Пять минут спустя появился барон и жестом пригласил нас в следующую комнату. Это оказалась столовая, в которой уже был готов ужин.

Все выглядело аппетитно, слов не было, но запах… такое ощущение, словно я на помойку пришел. Саишша тоже слегка поморщилась, значит, мне не показалось. Меня посадили напротив барона, Саишша села справа от меня. Я уставился в тарелку. Глаза видели великолепно прожаренное мясо, с гарниром из незнакомых белых крупинок. Но я точно знал, что есть это не буду.

— Сим, тебе нужно есть здешнюю пищу, — тихо сказала Саишша, — Хоть немного. После первого куска организм примет окружающую среду и не будет отделять себя от нее. Когда будем возвращаться обратно, произойдет обратный процесс.

Я тяжело вздохнул. Все мое существо было против того, чтобы питаться здешними продуктами, но, глядя на то, как Сай морщится, но ест, я тоже решился и положил в рот маленький кусочек мяса. Помои.

Прожевал и проглотил. Второй кусок пошел гораздо лучше, и вскоре я уже уплетал за обе щеки, только сейчас поняв, как я голоден.

Когда я принялся за великолепный десерт, заговорил, наконец барон:

— Вы надолго?..

— Не очень, — отозвалась Саишша, — Покажу только кое-что моему жениху и пойдем.

— Ваша комната — первая справа по коридору… — Самеди поднялся и вышел, как всегда, поклонившись.

— Сим, доедай быстрее, если ты еще хочешь услышать мои объяснения, — поторопила меня Сай.

— Угу, — я быстро доел воздушное пирожное и запил его двумя глотками вина, как увидел взгляд Саишши. Такой… опасающийся и одновременно неприязненный. Казалось, с ее губ сейчас слетят слова: «Тебе мало было?», но она сдержалась. Я смущенно опустил голову и поднялся из-за стола.

— Пошли, — процедила она. Я пристроился следом за ней, стараясь не наступать на ее хвост. Странно, теперь мне не было холодно.

— А что, нас в одной комнате поселили? — спросил я, оглядывая просторную спальню с огромной двуспальной кроватью, на которой могли расположиться сразу пятеро человек.

— Да, — сквозь зубы ответила Саишша и принялась разоблачаться. Я полез прямо так.

— Ну уж нет! — она схватила меня за ногу и потащила обратно, — Раздевайся давай, тебе в этом завтра по городу гулять!

— В нижнем белье?! — взвыл я.

— В штанах, — уточнила Сай, стягивая с меня их.

Сама она уже была без одежды.

— И потом, вон в том шкафу есть все, что надо. Барон позаботился о том, чтобы тебе было что надеть и на завтра, так что радуйся.

Она порылась в платяном шкафу и кинула мне свободные шорты, натягивая тем временем ночную сорочку. Я мрачно натянул на себя одежку и полез под одеяло. Саишша, тем временем расплетала свою косу, после чего с сомнением посмотрела на меня. Потом поманила меня пальцем:

— Иди сюда.

— Зачем это? — с подозрением спросил я. Тем не менее я поднялся и подошел к ней, сев на край кровати. Она ласково коснулась пальцами моего лба и стянула резинку, распуская мой хвост. Я встряхнул головой, волосы рассыпались по плечам. Саишша застыла напротив, потом положила мне руку на затылок и запустила пальцы в мои волосы, перебирая их и слегка массируя голову. Я чуть не замурлыкал от удовольствия.

— Ты хотел знать, что происходит, — напомнила Сай. Я кивнул и закрыл глаза.

— Когда ты меня догнал, я… испугалась. И перешла в Потусторонний мир, ирий, по нашему.

— Мир мертвых? — уточнил я.

— Можно и так сказать, — согласилась она, — Хотя на самом деле это скорее просто другой мир. Но ты прав — мертвые попадают сюда. Тут же обретаются боги, демоны и анрелы, демиурги даже иногда появляются.

— А ты их видела? — спросил я, откидываясь назад и увлекая Сай за собой, внутренне боясь ее реакции. Но она не стала вырываться. Положив одну руку мне на грудь, она поудобнее устроилась на моем плече и продолжила:

— Да. Только издалека, со стороны. А еще здесь обитает большинство духов, тот же барон Самеди. Красная рука, курганники, кошмарики, дух Халява, — она хихикнула, — и другие. Здесь собираются шабаши. На Лысой горе стоит Город, там все торжества и проходят. Здесь же празднуют рождение нового Некроманта.

— А кто такой барон Самеди? — спросил я, закрывая глаза.

— Дух кладбищ и похоти. У кочевых племен Юга распространен обычай, когда каждую ночь на летнее солнцестояние его призывают, чтобы новый год был счастливым.

— Но ведь Новый год празднуют зимой! — удивился я.

— А они — летом. Разные календари, только и всего. У них в годе, например, не триста шестьдесят пять дней, а четыреста семь. Вот так.

— Угу… — отозвался я, потихоньку кладя руку ей на талию, — Продолжай…

— Барон здесь что-то вроде привратника. Понимаешь ли, тебя посчитали чужим, потому что ты здесь никогда не был. Ты не ведьмак, не нечисть, не некромант. Поэтому тебя постарались выкинуть. Но ты уперся, поэтому тебя решили убить.

— Весьма оригинальным способом, однако, — пробурчал я.

— Да-а… — со смешком протянула она.

— Чего ты смеешься? — я обиделся, — Вот тебе бы ноги в десятке мест сразу и насквозь проткнули бы, посмотрел бы я, что ты сказала бы!

— Не обижайся, — она зевнула, — Мне было бы еще хуже, потому что я ползаю, а не хожу. Вместо сквозных ран я бы получила фарш, — я немного устыдился.

— Ну, если так, то ты конечно же права… — протянул я.

— Завтра пойдем смотреть город, раз уж мы здесь, — произнесла Сай. Слово «город» она произнесла таким тоном, что сразу становилось ясно, что его нужно говорить с большой буквы — Город.

— Что за город? — спросил я, — Как он называется? — подсознательно я ожидал услышать что-то необычное, можно сказать, потустороннее.

— Просто Город, — Саишша обхватила меня одной рукой покрепче, закрывая глаза, — Иногда его поэтично называют «город Хэллоуина».

— Интересно… — задумчиво протянул я.

— Не то слово, — с какой-то непонятной насмешкой сказала она, — Думаю, тебе понравится. Я покажу тебе кое-что… интересное… Город и сам по себе довольно… веселое место. Я спать хочу…

— Спи, спи, родная… — пробормотал я, закрывая глаза и еще крепче прижимая Саишшу к себе.

* * *

Проснулся я рано, как всегда. Саишша еще спала. Я на миг залюбовался ее точеным личиком, длинными полупрозрачными ресницами, губами, которые так приятно целовать… Я непроизвольно облизнулся. Ресницы Сай дрогнули и она открыла глаза.

Я улыбнулся ей, она некоторое время изучающим взглядом смотрела на меня, после чего раздраженным тоном спросила:

— Ну и что такого смешного ты увидел? — резко сев, она вскинула голову и снова пронзительным взглядом посмотрела прямо мне в глаза. Я несколько растерялся от такого холодного приема. Я, конечно, понимаю, что она имеет полное право ругать меня за мою выходку, но я думал, что она уже смягчилась…

— Ничего, — пробурчал я. Все очарование раннего утра слетело без следа.

— Сим, ты куда? — окликнула она меня, выпутываясь из одеяла, — Не уходи! Подожди меня-а!

Я нехотя обернулся и смерил ее неприязненным взглядом. Что-то у нее резкие перепады настроения начались. С чего бы это? Раньше такого не было. Зараза, такое настроение испортила.

Саишша таки справилась с одеялом и, слегка покачиваясь, стояла напротив меня, слегка наклонив голову вперед и вправо и прижимая к груди край одеяла, нервно комкая его в руке. На секунду мне показалось, что в этот момент мы понимали друг друга лучше, чем за все время нашего знакомства.

— Сим, ты… прости меня, пожалуйста… я не хотела тебя обидеть… — выдавила она, опуская взгляд. Я вздохнул. Похоже, ей и вправду стыдно.

— А ты всегда не хочешь, — произнес я, — Только получается все равно через…

Она вспыхнула, — в переносном смысле! — прошипела что-то неразборчивое и вихрем пролетела мимо меня, скрывшись за дверью ванной. Я понял, что сделал только хуже. Вздохнув, я поплелся в туалет. Что-то наши отношения с Сай совсем разлаживаются. Сейчас мы вместе, а через пять минут из-за мелочи какой-то разругаемся вдрызг. Нет, так не пойдет, надо что-то с этим делать. Вот только вытирать об себя ноги… хвост, я тоже не позволю.

На удивление, Саишша управилась быстро. Я тенью скользнул мимо нее, а когда вышел минут двадцать спустя, обнаружил, что она давно меня ждет и даже приготовила уже одежду. Я окинул взглядом то, что она мне предложила. Неплохо, неплохо. Наконец-то наши вкусы нашли компромисс.

Быстро облачившись, я выжидательно посмотрел на нее. Она бледно улыбнулась:

— Ну что, пойдем? Мне еще поблагодарить барона за ужин надо, — что-то она усталой выглядит.

— Только тебе? — резко спросил я.

— Да. Ты его отблагодарит не сможешь, — снова улыбка. Родная и теплая, на этот раз.

— Если он хоть пальцем тебя коснется… — начал я, сжав кулаки.

— Сим! Ты о чем? Я имела в виду, что тот вид маны, которым ты пользуешься, не подходит для того, чтобы расплачиваться ею в этом месте! — изумленно воскликнула она, помолчала секунды две и продолжила:

— Уже второй мужчина предполагает, что я… девушка легкого поведения. Неужели человеческие женщины настолько низко себя ценят, что готовы предлагать себя каждому встречному-поперечному? — горько спросила она, — Так вот, я — не такая! Тебе понятно это, жениш-шок? — прошипела она.

— Да, — коротко, будто обрубил, ответил я, — Извини меня. Я был не прав.

— Извинения приняты, — сухо ответила она, — Пойдем. И запомни, прежде чем что-либо, даже сущую безобидную мелочь сказать или сделать в ирии, сначала спроси у меня. А то вляпаешься во что-нибудь… неприятное. А мне тебя придется вытаскивать.

— А сама-то? — усмехнулся я, обиженный ее словами.

— Сим, ты сейчас не на своей территории, а на моей. Вот и веди себя подобающе, — резко обернулась она, — Здесь все совсем не так, как в нашем мире. И здесь меня все знают. И боятся. И уважают. Так что представляйся моим женихом. Так тебя побоятся тронуть.

Я только кивнул. Похоже, то, что меня побоятся тронуть просто по тому, что я паладин, она в расчет не брала. Впрочем, она во многом права. Здесь все чужое. И законы тоже чужие. И вполне возможно, что Саишша как раз благодаря своей природе, — она же некромантка, ведь так? — вполне может справиться со мной одной левой. А если она это сможет, — я только предполагаю! — то найдутся еще существа, которые смогут это сделать. А вот этого уже надо избегать в любом случае.

Барон встретил нас в коридоре, поприветствовал и проводил в столовую, предложив завтрак. К моему удивлению, я воспринимал пищу как обычно — то есть ни неприятного запаха, ни отвратительного вкуса не было. Наоборот, повар барона Самеди был высочайшим мастером своего рода.

После трапезы, когда мы потягивали десертное вино из хрустальных бокалов, Саишша вежливо поинтересовалась, сколько с нас причитается за ночлег и одежду. В результате произошла такая процедура: барон принес какую-то железную миску с замысловатой гравировкой по бокам и с малиновым сиянием внутри. Сай опустила в нее руку и на несколько минут сияние в миске поменяло свой цвет на ярко-зеленый. После чего Сай в изысканных выражениях попрощалась и удалилась, не забыв подхватить меня под руку.

Выйдя на дорогу, мы еще раз попрощались с бароном и неспешным шагом отправились в сторону того самого непонятного марева в конце дороги.

К моему удивлению, стояла ночь, такая же, как и вчера. Такая же темнота, освещенная лишь светом Луны и теми непонятными огоньками.

— Сай, а почему здесь так темно?

— В Потустороннем мире всегда ночь или раннее утро. Солнце никогда не всходит, только Луна, два раза в сутки — сейчас и через двенадцать часов, — тихо ответила она. Мы помолчали, я прищурился, в который раз тщетно пытаясь разглядеть пейзаж вдали. Это напрягало, я никак не мог расслабиться и все время находился в состоянии возбуждения и готовности к схватке.

— Саишша, а что — там? — протянул я руку, указывая вдаль на то неопределенное и размытое пятно, где завершалась дорога.

— Город, — спокойно ответила она, — Просто просто так его не увидеть, прости за тавтологию, — за все утро она впервые улыбнулась, — И да, Сим, не отходи от меня далеко, когда мы войдем туда, хорошо? Мне так будет спокойнее.

— Ты бы меня вообще за руку вела, не так ли? — мрачно буркнул я. Ну что она со мной как с ребенком?!

— Вообще да, — она опустила свою руку и на самом деле взяла меня за руку.

И вдруг резко остановилась. Я непроизвольно сделал шаг вперед, но быстро сориентировался и остановился. Слегка отступив, чтобы быть на одной линии с Сай я мельком взглянул на нее и продолжил осматривать окрестности, как и она. Саишша хмурила брови и принюхивалась, закрыв глаза и расправив гребни. Я старался ей не мешать, а то опять поссоримся.

Еще раз глянув на Сай, я внезапно заметил, что ее чешуя странно потускнела и приобрела какой-то нездоровый мертвенный оттенок. Да еще и резкие перепады настроения… Что-то тут не так — в какой раз я повторяю эту фразу?..

Может, она заболела? Как вернемся, надо будет обязательно прошерстить библиотеку на тему болезней змеелюдов и способах борьбы с ними. И ее ненаглядного братика поспрашивать — уж он-то точно знает, что с ней происходит.

Пока я предавался размышлениям, Саишша закончила сканировать окружающее пространство и, слегка прищурившись, рассматривала что-то за горизонтом, видимое только ей одной.

— Сай, — тихо позвал ее я.

— Да?.. — как-то рассеянно отозвалась она.

— Что ты видишь? — спросил ее я.

— В Городе беспокойство… — пробормотала она и резко обхватила меня за пояс, притягивая к себе. Так, словно… боялась. За меня. Что меня сейчас возьмут и отнимут, не спрашивая разрешения и ее мнения. Я осторожно приобнял ее за плечи.

— Похоже, о тебе уже знают… — она слегка повернула голову и посмотрела мне в глаза, — Ну что ж, значит, так тому и быть. Пойдем? — я кивнул. Некоторое время мы шли молча, после чего Сай снова остановилась и сказала:

— Сим, смотри… Вон туда смотри, видишь? Нет, не так… голову чуть поверни, самым краешком глаза смотри и прищурься… — она легкими движениями корректировала мои действия. Наконец, она удовлетворенно кивнула.

— Вот так… Прищурься, чуть-чуть… Видишь?.. — я и вправду… видел.

Не слишком большой, — что удивительно, — город, расположенный кольцом и обнесенный мощнейшей каменной стеной. Но не просто стеной — она была… прозрачной. Как из стекла. Сквозь нее поразительно четко было видно все, происходящее внутри, однако каким-то наитием я понимал — эту стену не пробьет ни одно заклинание, ни одна катапульта или баллиста не оставит даже щербинки на этих стенах!

В центре города горел огромный костер, зарево которого виднелось даже из-за настолько высокой стены. Да это же целая крепость!

И самое интересное — в воздухе летали отнюдь не только птицы. Честно говоря, птиц здесь вообще не было! А, нет, вон парочка… кажется, филин и сокол — точнее не могу разглядеть.

Рядом с ними резвились несколько молодых дракончиков, самых разнообразных расцветок и размеров. То, что они молодые, я определил исключительно по их размерам, если честно.

Журавлиным клином в сторону города летели… ведьмы! Голые! Еще один клин, на этот раз построенный несколько по другому кругом почета облетали Город, словно приветствуя новоприбывших.

Сквозь прозрачную стену я различал дома, построенные и с какой-то варварской и вульгарной роскошью, и утопающие в зелени, и служащие замечательным образцом вкуса и изящности… От смешения стилей и цветов у меня рябило в глазах.

На узких и просторных улицах кипел народ, причем самый разнообразный — от обнаженных ведьм до вампиров, от некромантов до демонов. Мой глаз успел разглядеть еще парочку суккубочек, прежде чем я догадался перевести свой взгляд на дорогу.

Прямо перед нами шел еще один… Некромант? Понятия не имею. Это был довольно крепкий старичок в недорогой, но качественной одежде, на плече его сидел ворон. В руках он держал посох с резным навершием, в которое был вставлен полудрагоценный камень — бирюза или еще что, не знаю, — примерно с ладонь длиной, обточенный в форме очень узкой филигранной пирамиды. Я одобрительно улыбнулся уголками губ — при желании этот каменный шип можно использовать и как накопитель маны, и как копье, и как дубинку.

Внезапно, издав совершенно не воронье гиканье, ворон старика резко снялся со своего насеста и свечкой взмыл в воздух, присоединившись к парившим в воздушных струях ворону и филину. Что-то меня гложет нехорошее подозрение, что это не простые птахи…

Старичок резко остановился, обернулся и внимательно оглядел нас. При этом его взгляд был странным образом расфокусирован. Меня осенило — да ведь он сейчас смотрит на нас таким же способом, как и я на него и Город! И он нас видит!

Я крепче сжал Саишшину ладонь. Неожиданно мне стало страшновато. Я машинально моргнул и картинка тут же пропала, уступив место почти привычному виду неба и размытого пятна вдали. Но чувство страха осталось. Я сглотнул. Сай ободряюще погладила меня по плечу.

— Страшно? — тихо спросила она. Я машинально кивнул.

— Ничего, — она слабо улыбнулась, — В первый раз я так трусила, что ни за что не соглашалась отпускать руку дедушки. Так что ты еще хорошо держишься.

— Дедушки? — переспросил я.

— Да-а… протянула она, — В первый раз меня сюда водил дедушка. И во второй, и в третий… Только в четвертый я смогла сама совершить переход. А после десяти лет практики я смогла перенести сюда брата.

— А кто это был, на дороге? — спросил я.

— Это? Это маг, из молодящихся.

— Он опасен?

— Нет, — она улыбнулась, — Просто я хотела, чтобы ты научился видеть сокрытое, — мы продолжили путь.

— Я умею видеть сквозь личины, — возразил ей я. На самом деле я слукавил — я не умел, но мне этому не надо было учиться — это была моя врожденная особенность, вроде магических способностей.

— Это не личины. Город и все путники на дороге скрыты друг от друга. Поэтому ты не можешь видеть настоящее положение вещей. А сейчас я тебе показала способ, пользуясь которым ты можешь смотреть и именно видеть скрытое. В Городе тебе это не понадобится, но на всякий случай запомни то, что я тебе показала, хорошо? — я кивнул, снова прищуриваясь и поворачивая голову так, чтобы еще раз полюбоваться видом играющих драконов. Из всех тех, кто находился в воздушном пространстве над городом, больше всего меня привлекли именно они. На редкость красивое зрелище.

Спустя пятнадцать минут неспешной прогулки мы обогнали старичка и вступили в город. Именно вступили — ворот не было, поэтому Сай провела меня прямо через стену. Сознаюсь, что на секунду задержал дыхание и зажмурил глаза. Не говоря уж о том, что сначала вообще уперся и все уговоры Сай сводились к заверениям о том, что, дескать, «да не застрянешь ты!»

Оказалось, что это совсем не страшно. Более того, это напоминало, как будто я проходил сквозь слой воды, только не холодной, а горячеватой.

Шум, гомон, веселый смех обрушился на меня. Саишшу мгновенно оттеснили от меня, я едва успел заметить, куда. Оживленные разговоры, стоны из окон домов, — я поморщился, — гиканье пикировавших ведьм, рычание вервольфа, которому я сослепу наступил на ногу… Атмосфера веселья и вседозволенности царила вокруг. Волны чужеродной маны накатывали на меня, вынуждая съежиться в комок и забиться в самый темный и труднодоступный уголок…

Помните, мне не по себе было на том кладбище, где я чуть не прибил Норда? Так та «атмосфэ-эра» ни в какую не сравнивалась с тем, что царило здесь, в городе Хэллоуина. Здесь царила сама Смерть. Внезапно гул возбужденных голосов смолк.

Осторожно приоткрыв глаза, я узрел замолчавших и обступивших меня нелюдей, которые принюхивались, косились, щурились, недовольно фыркали, скалили угрожающе зубы, многозначительно поигрывали оружием или когтями… В общем, всячески показывали, что не рады мне.

— Чу-у-жо-ой!.. — пропела старая скрюченная ведьма, сверкая громадной уродливой бородавкой на носу. То есть, сначала она оказалась привлекательной молодой ведьмочкой, однако я вспомнил урок Саишши и посмотрел на нее по-особенному.

— Чужой! Чужой!!! Убить, убить!!! — загомонили со всех сторон. Обитатели ирия обступили меня кругом, постепенно сжимая его. По хребту прошла стая холодных мурашек… Я мгновенно сменил позу, приняв боевую стойку.

— Он — мой! — внезапно воскликнула одна из молодых ведьмочек, — Возьму себе! Ничейный мужчина!

— Да пошла ты!!! — рявкнул я, стараясь не поддаваться панике. Вокруг загомонили остальные местные жители, обсуждая, кому из девушек я достанусь.

— Строптивый… В моем вкусе, — решила прекрасная рыжеволосая красотка, протянув руку, чтобы потрепать меня по щеке. Одно быстрое движение, и наглая девка полетела на пол со сломанной рукой, подвывая от боли.

— Ха-ха! Мой, мой! — воскликнула третья.

— Ш-ш-ш-ш… — внезапно яростное шипение прокатилось, казалось, по всему городу, по всем улочкам, заглушив звуки. Стихли все разговоры, могильная тишина накрыла мягким и тяжелым пологом площадь. Ожесточенно спорящие обнаженные девицы осеклись и втянули голову в плечи. Даже подвывающая на одной ноте сидящая на земле ведьмочка со сломанной рукой заткнулась.

Толпа нелюдей расступилась, показав еще одну участницу этого балагана. Странно сгорбив спину и неестественно скрючив пальцы с выпущенными когтями, Сай — моя Сай! — выглядела страшнее всех присутствующих здесь разом. Волосы развевались под невидимым ветром, она стянула на себя столько магических потоков, что это окутало ее неестественным и резким белым сиянием.

Я не сомневался, что если кто-нибудь скажет хоть слово против нее, наказание будет… ужасным. Аура силы и власти, словно видимая вокруг Саишши невооруженным взглядом, заставляла склонять головы и утыкать взгляд в камни мостовой.

Взгляд ее был страшен. В нем отражалась… смерть?.. Как тогда, когда она убивала Нила… И этим взглядом она медленно обводила толпу, словно… ища кого-то.

— Саишша, — едва слышно выдавил я пересохшими губами. Она слегка дернула остроконечным ухом и резко повернула голову в мою сторону. На ее губах появилась радостная улыбка, она скользнула ко мне. Толпа перед ней раздвигалась в сторону, словно боялась не то что прикоснуться, а даже попасть в поле зрения моей Некромантки.

Я шагнул к ней навстречу. Она взяла меня за руку и, обведя взглядом старательно изучающих камни мостовой нелюдей, насмешливо и очень громко и отчетливо в полной тишине произнесла:

— Позвольте представить вам, уважаемые жители города Хэллоуина, моего жениха. Сим тер Сишш, не прошу любить, прошу лишь уважать, — ее насмешливый тон словно разбил окружавшую нас тишину. Все сразу загомонили, одновременно зашевелились, задвигались… Кто-то приносил путаные извинения, пара ведьмочек — из тех, кто помоложе, — не скрываясь, рыдали от страха, остальные бормотали нечто невнятное, какие-то оправдания.

Сай медленно приводила себя в порядок. Под этим подразумевалось то, что она медленно, с усилием выпрямляла спину, в рот так же медленно втягивались клыки длинной с палец, когти слегка оцарапали мне ладонь, с металлическим лязгом втянувшись обратно. Я посмотрел на нее. Пять минут спустя Саишша ничем не напоминала разъяренную фурию, которая предстала моим глазам совсем не давно.

Взяв меня за руку, Сай повела меня сквозь толпу, раздвигая ее своим телом. Поток людей, — скорее, нелюдей, — охотно расступался перед нами, чтобы тут же сомкнуться сзади. Я не успевал вертеть головой по сторонам, пока она куда-то вела меня по незнакомым улицам.

Здесь было много шасс. В основном, зеленых. Ну, много — на десять человек здесь приходилось трое шасс, пара вампиров, один лич и один упырь; еще трое магов. Совсем изредка попадались волкодлаки. И это ведь далеко не полный список!

В воздухе порхали разноцветные феи и фейри, — не путать! Фейри — что-то вроде домовых, а феи — злобные лесные духи! — пикси, элементали всех стихий — маленькие, с ладонь и даже меньше размером! Один раз я заметил словно слепленного из огня человека, клеящегося к полупрозрачной девушке, волосы которой развевались, словно дул невидимый ветер.

Мимо скользили, перетекали, переползали, пролетали и пробегали самые разнообразные представители как нелюдей, так и нечисти. Вон, кажется, дракон в его человеческой ипостаси — это можно понять по особенной походке: драконы всегда стоят словно вросли ногами в землю.

Вихрем мимо меня пролетел призрак, едва не сбив меня с ног… Каких ног, он же чуть не пролетел сквозь меня!!! А вот Сай задел, да.

Рассыпаясь в извинениях, призрак пожилого мужчины-человека, — особенно актуальна эта поправка именно здесь! — поклонился Саишше и полетел мимо, кланяясь как болванчик всем, сквозь кого пролетал.

— Сай, куда мы…

— Скоро придем, — весело отозвалась она. Я подозрительно посмотрел на нее. Что это с ней? В смысле, чего она такая веселая?

Я глянул вокруг магическим зрением и все понял — вокруг было разлито море маны. Черной и зеленой — как раз той, что подходила для Саишши.

А и вправду, Сай с тех пор, как мы вошли в город, словно преобразилась — глаза блестят, дыхание несколько неравномерное, но это можно списать на то, что мы передвигаемся очень быстро, ее ладонь сжимает мои пальцы неестественно крепко а движения стали какими-то отрывистыми и дергаными.

Мне это напомнило симптомы перенасыщения силой, почти как у меня и других паладинов, когда мы поглощаем жизнь. Только у нас этот процесс сопровождается кратковременной вспышкой эйфории, а Сай вдет себя более сдержанно.

Вскоре каким-то естественным образом вокруг шум и гам смолк и мы стали нестись — иного слова я не подобрал, — по более спокойным кварталам. Это напоминало спальные районы города Лангреда, вроде тихо — но не совсем.

Свернув еще раз, Сай резко сбавила темп и словно позволила мне насладиться открывшимся зрелищем.

Прямо передо мной возвышалась… скала. Не очень большая, по размеру — как некрупный утес, обсидианово-черная, мелкие светлые пятнышки, словно матовые светлячки, описывают контур арки-двери. Но вот дверей не было.

— Нравится? — с затаенной гордостью спросила Сай. Я только промычал что-то не разборчивое, восхищенно на нее посмотрев. Эта скала словно притягивала взгляд, вызывала неосознанное чувство восхищения, к тому же, после Даан-Азара я полюбил горы.

— Это что — памятник? — наконец спросил я.

— Нет, Сим. Это мой дом здесь, — весело ответила Сай. Я пораженно уставился на нее. Она живет… в скале?

— Пошли, — она потянула меня за руку, проходя как бы сквозь камень, под аркой из этих симпатичных пятнышек. Я зажмурился и шагнул следом.

Тут же распахнув глаза, я понял, что оказался в просторной прихожей. Хотя нет, это помещение служило одновременно и прихожей, и гостиной, и барная стойка здесь была.

Стены полуовальной комнаты были, напротив внешнему облику скалы, пиритового цвета. В конце, где стены комнаты закруглялись, виднелся проем, занавешенный плотной, черной и наверняка тяжелой тканью с серебристым узором.

Слева располагалась полукруглая же барная стойка, из какого-то незнакомого мне дерева, черного цвета. Коллекция вин впечатляла весьма и весьма, надо будет наведаться сюда как-нибудь потом.

Справа располагался невысокий помост, застеленный шкурами и вместо спинки имеющий груды подушек.

Пушистый ковер белого цвета с настолько мягким и длинным ворсом, что казалось кощунством ступать по нему в сапогах, устилал пол. Вместо факелов или компактных комочков пламени, которые освещали Даан-Азар, здесь светился сам потолок — мягким, чуть приглушенным, но тем не менее очень приятным светом.

— Ну как? — снова повторила Сай, старательно пряча гордость в своих глазах.

— Потрясно! — выдохнул я.

— Пошли дальше? — предложила Саишша, — Нам придется пожить здесь несколько дней, так что лучше сразу запомни планировку, хорошо?

Если коротко, то «квартира» — как называла Сай свои хоромы, — состояла из девяти комнат: входной — то бишь той самой с барной стойкой, кабинетом, спальней, ванной — скорее это был небольшой бассейн, — и туалетом, спальней и лабораторией, совмещенной с библиотекой, а так же имелась совсем небольшая гардеробная. Ах да, еще была маленькая кухонька с компактной хладницей, до отказа забитой всякой едой, в том числе там находился огромный шоколадный торт. Хм, определенно надо наведаться еще и сюда. Ну принравилось мне сладкое, ну что я могу поделать! Если учесть, что шоколадом меня накормили — Саишша тоже его любила… — впервые в шестьдесят четыре года, понятно, почему он мне понравился настолько…

Спальня меня привела в восторг, если честно: представьте себе гладкий пол, устеленный шкурами, стены просторного помещения затянуты драпировками. В центре помещения словно какой-то безумный, — или хорошо принявший на грудь, — архитектор поместил не слишком глубокую миску — фактически это был то же самый помост, только в середине в нем было выдавлено углубление. Не глубокое, зато снизу устланное одеялами и покрывалами, а сверху заваленное подушками, плюшевыми игрушками, размер которых спокойно позволял использовать их вместо последних, пушистыми шкурами, и все это богатство венчал плед из темно-серой шерсти.

— Саишша, а почему ты у нас в спальне так не сделала?

— А тебе понравилось? — спросила она.

— Очень, — честно признался я. Так и хотелось с разбегу плюхнуться в это… гнездышко и с головой зарыться в подушки.

— Ну… я подумала, что ты как-то больше привык к человеческому образу жизни… — слегка смутилась она. Тихий вздох. Мой.

— Саишша. Сай. Саечка, милая, — я еще раз вздохнул — ну что тут скажешь? Поэтому я ограничился лишь одной фразой:

— Как вернемся, обязательно все исправим, чтобы было как здесь.

Она восторженно взвизгнула и повисла у меня на шее. Мы же вроде поругались? А, к демонам все!

Я приподнял ее и впился поцелуем в ее губы. Счастье мое…

Саишша

Сим меня в который раз удивил. Оказывается, он совсем не против, чтобы в нашей комнате все было так, как мне привычно. Ему это даже понравилось.

— Счастье мое… — пробормотал он мне в макушку. Я прижалась к нему покрепче. Навалилась сонливость.

— Спи… — посоветовала я ему уже находясь в полудреме, — Все веселье здесь начинается в полночь…

Проснулась от того, что Сима рядом не было. Чуть не обиделась, пока не подумала — может, ему в туалет захотелось. Полежав минут семь, пришла к выводу, что либо он утопился в раковине, либо у него тяжелый понос, переходящий в запор. И пошла его искать.

Он обнаружился на кухне, сидя в одних трусах за столом и чавкая моим тортом, причем запивая его изысканным вином. И ладно б бокал налил, так он его прямо из бутылки, как алкоголик какой-то!

И самое главное — этот торт я планировала сама сесть! На Новый год! С братом! Это мой любимый сорт! Я за него два золотых выложила!!! С-с-с!!!

— А мне?! — этот вопрос вырвался прежде, чем мозги осознали, что я возмущаюсь не тем фактом, что он ест именно этот торт, а тем, что он не поделился! Гад!

— Гад! — обиженным тоном повторила я.

— М-м… — звук сглатываемого куска. «Чуть не подавился, бедненький», — с издевкой подумала я, — Кгхм. Сай. Сай! Саишша!!! А ну иди сюда!!! Иди-иди, дам кусочек…

— Только кусочек? — сдерживая улыбочку, спросила я, наблюдая за тем, как он слизывает крем с пальцев. Хоть бы салфетку взял, неряха.

— Уговорила, бери половину того, что осталось, — с деланым вздохом произнес он.

Я отхлебнула из бутылки — хорошее вино выбрал, гад! Десять золотых за бутылку! Коллекционное, три тысячи двадцатого года![54]

Подцепив пальцем завиток сливочного крема, я некоторое время игралась язычком с лакомством, растягивая удовольствие. Ну и заодно мстила Симу за то, что не позвал меня. Быстро скосив глаза, я удовлетворенно заметила, что цели своей достигла. Конечно, я могла бы играть с кремом и в ложечке, но на пальце получается соблазнительней, не сказать — развратней.

Сим судорожно дернул кадыком, нехотя отвел взгляд и, забрав у меня бутылку, шумно отхлебнул из нее. «Нервы, я понимаю…» — ехидно подумала я.

Я откусывала от целого куска, измазав пальцы в креме, но нужного эффекта я достигла — Сим ну просто не мог отвести от меня глаз! И добилась я не только этого…

— Вкусненько, правда? — с ехидной издевкой спросила я.

— Ага… — как в трансе кивнул он.

— А ты чего не ешь? — с притворной заботой полюбопытствовала я.

— Расхотелось, — обрезал Сим, резко встав и пулей вылетев из кухни. Я растерянно посмотрела ему вслед. Что я такого сказала?

Норд

После нашей воистину грандиозной попойки, во время которой мы просадили в игорном заведении просто астрономическую сумму, мы все — и Люц с Найтом тоже, как ни странно! — проснулись с головной болью.

Постепенно, примерно к полудню стягиваясь в лабораторию, мы застали там мрачного Мооло'това, брата Са, который, едва завидев нас, устремился навстречу с тем пылом, с каким иной любовник не бежит навстречу своей возлюбленной после долгой разлуки.

— Саишшу видели? — с места в каньон начал он. Мы отрицательно покачали головами. Он грязно выругался.

— А этого ее кавалера?

— Его зовут Сим, — резко поправил его я.

— Я знаю, — усмехнулся змеелюд, — Только вот он и мою сестру не уберег, и сам пропал. Посему я его считаю пока не очень достойным ее руки. А у нее линька… И еще кое-что.

— Как не уберег? То есть как пропал? Что? — слились в один три наших возгласа.

— Вот так, — принялся рассказывать Мол — кажется, его так Саишша называла, — Сегодня утром я пришел к сестре… Предложить ей кое-какие разработки. Прихожу, а там картина маслом: перед дверью валяется спутанный шоково-болевым заклятием посол, точнее, его труп — моя обожаемая сестричка накачала заклинание маной под завязку, не озаботившись тем, что оно предназначалось для шасс, то бишь было слишком сильным для человека, — в комнате бардак, Саишши нет! Паладина, кстати, тоже, — на этом месте из горла Найта вырвался угрожающий рык.

— Что я мог подумать? И вот, иду по следу Сайки — благо ее запах я узнаю из тысячи, да и связь наша чувствуется отлично. Обрывается след на кладбище, около ворот. По следам на земле я определил, что сначала она боролась с кем-то на земле, после чего стояла напротив, явно волнуясь, — интересно, как он это определил? — и исчезла. Сим — а это наверняка был он, — прыгнул к ней и тоже пропал. И что вы на это скажете? Весь Даан-Азар на ушах стоит! Обыскались! Послы втихомолку хихикают — виданое ли дело, клан собственных Лорда и Леди не может найти!!! — к концу своего монолога золотой шасс просто орал, злобно сощурившись — совсем как Саишша. Противоестественное сходство с ней заметил не только Сим.

— И что мы должны сделать? — не разжимая губ, спросил Найт.

— Ничего… — прошептал Мол, помассировав виски, как будто у него болела голова. После чего взглянул на нас пронзительным взглядом:

— Вы мне поможете?

— В чем? — заинтересовался я.

— В управлении. Как ближайшие родственники Саишши вы можете управлять кланом в ее отсутствие. А когда эти… идиоты вернутся, я устрою разнос своей сестренке, — с мрачной решительностью поведал нам Мол, — Чтоб не шлялась где ни попадя. В ее-то положении!..

— А что за положение? — ввернул фразу Люц. Змеелюд подозрительно посмотрел на него, после чего махнул рукой:

— Все равно бы заметили… Только договоримся, что Симу — ни гу-гу, поняли? Это не моя блажь, так захотела Саишша!

— Так в чем прикол-то? — не вытерпел я.

— Прикол? — словно ругательство прошипел серпентер, смерив меня яростным взглядом, — А то что моя сестра беременна от вашего паладина — это тоже прикол?! У-у-у, развратник… Убью гада…

Занавес.

Саишша

Сидя на кухне, я мрачно вытирала руки о салфетку и думала, что такого неприятного я сказала. С подозрением посмотрев на полупустую моими стараниями, — ну нервничаю я, нервничаю! — бутылку, я вздохнула. Ну не понимаю я его иногда!

Кстати, а сколько времени? Надо будет выйти из дома незадолго до полуночи. Я мечтательно улыбнулась, представив, как будет реагировать Сим на все те развлечения в Городе, которые я ему покажу.

А там есть что посмотреть… На площади Повешенных всегда играют и поют песни, там же проводят представления на праздниках.

А какой здесь рынок… Такого ассортимента товаров я ни в одном месте раньше не видела! И это понятно — здесь собираются… существа со всех концов света, а ирий — он один! И Город — тоже один! Вот и получается, что из отдельных не слишком больших «узкоспециализированных» рынков собрался большой. Зато… вот и впрямь на нем можно найти все, что угодно. А ведь умельцы еще и в Потустороннем мире водятся, причем их изделия ценятся очень и очень дорого.

Ювелирные магазины, я думаю, на Сима большого впечатления не произведут; а вот разнообразные оружейные и магазин диковинок точно придутся по вкусу. И, конечно, не стоит забывать о том, что в ирие отлично делают различные сладости. Я улыбнулась. Сладкоежка… прямо как я. Интересно, а до драки у нас может дело дойти — если там, шоколадку не поделим, к примеру?

Да не, вряд ли. Сим иногда бывает благородным. Местами и иногда — вот уж точно подмечено!

О, вернулся! С мокрой головой и полностью одетый. Он что, купался?! Вот зараза! Я тут, понимаешь ли, сижу, предаюсь самокритичным мыслям, а он в горячей воде нежится!

— Ты, Сай… больше не делай так, ладно?! — буквально прорычал он.

— Как? — искренне удивилась я. Действительно, что он имеет в виду?

— Ну… так… как ты делала… — смутился он. А вода с его волос капает холодная… Поняла! Тахешесс, когда ж я такой тугоумной стала?

Я махнула рукой, сооружая простенькое заклинание ветра. Сим прикрыл глаза, дожидаясь, пока его волосы просохнут. После чего я встала и, бросив паладину: «Подожди меня в прихожей, пожалуйста…», уныло поплелась в гардеробную, мучимая извечным вопросом девушек и женщин: «Что надеть?»

В итоге, обозрев разнообразные комплекты доспехов, шесть штук, — отличались они только тем, что были или тяжелыми, или легкими, или средними, — я пришла к выводу, что раньше преступно мало времени уделяла своему внешнему виду.

Подумав, я решила надеть полные доспехи с гравировкой. Они были похожи на те, в которых я откапывала кладбищенского сторожа, но здесь к ним еще прилагался плащ с капюшоном типа: «кусок ткани с завязками». Он хорошо скрывает лицо, а именно это мне и нужно. Может, и Симу такой дать? Не… пусть так пока походит.

Я усмехнулась. В своем капюшоне я не буду выделяться — здесь многие так ходят. Опасаются, мда-с. Чего опасаются? Так мало ли — может, порчу наведут[55]. А так… проблематично это будет сделать.

Почему я не дам капюшон Симу? Чтобы все его увидели и осознали крайне простую мысль — в Городе появился новый жилец. И он находится под моей защитой.

К тому же, я его прикрою своими чарами. Так что ничего ему не будет грозить… Еще и амулетик один дам, интересный. Я его из своей чешуйки сделала, сама дергала. Больно было-о… Но результат превзошел все мои ожидания — амулет получился не просто мощный, а очень мощный! Вдобавок, снять или одеть его мог только его создатель — то есть кто-нибудь чужой его сорвать или ослабить не сможет. Разве что амулет сам выдохнется. Но это случится не скоро.

Обычно амулетик я надевала на брата, когда он изъявлял желание самостоятельно прогуляться где-нибудь здесь. В него совместными усилиями мы заложили несколько щитов — от физического и магического воздействия, даже умудрились впихнуть ментальный щит! — а так же радар. Ну, то есть если где-то поблизости окажется опасность, то обладатель амулета будет испытывать сильную тревогу.

Если же поблизости окажусь я, то и обладатель амулета, и я сама получат сигнал — это мы придумали для того, чтобы, если Мол вляпается, я могла хотя бы примерно определить направление поисков и помочь ему… добить поверженных. Потом, правда, наша связь мис'са'саарэй окрепла и мы могли обходиться без этого амулета. Вот он и пылился без дела в кабинете, дожидаясь подходящего случая.

Проходя мимо своего стола, я остановилась и задумалась. Вы, наверное, уже догадались, что в Потустороннем мире не в ходу обычные деньги? Здесь расплачиваются маной, точнее, энергией. Причем не той, что из резерва, а той, что в ауре. Поэтому я рекомендую вам заранее запастись накопителями, если вы не обладаете мощью архимага, чтобы регенерировать ауру за минуты.

Именно поэтому я не позволила Симу расплатиться с Самеди тогда. Видите ли, слить энергию можно легко, а вот отмерить нужное количество, как бы это сказать… не то чтобы проблематично, но это требует практики.

И вот я стою и перебираю амулеты накопители, выполненные в виде красивых разноцветных камушков. Ну ладно, не просто разноцветных, а драгоценных! Рубины, сапфиры, алмазики вон, парочка… Разнообразные корунды как ничто лучше подходят для этой цели.

Я вздохнула и сгребла все в специальный замшевый мешочек. Мало ли что… Вдруг он во что-нибудь влипнет?

Сима я нашла в библиотеке. Н-да. Он ходил мимо полок, проводя кончиками пальцев по пыльным переплетам и шевеля губами, словно бы проговаривая про себя названия книг. И такое у него лицо было… счастливое, что я мысленно добавила ему еще один плюсик как дальнейшему спутнику жизни. А так же книжный магазин в «экскурсионный маршрут».

— Сим, — тихонько позвала его я. Он резко обернулся и, завидев меня, улыбнулся и спросил:

— Что? Уже идем?

— Да. Подожди, надень это, — протянула я ему амулет. Он недовольно обозрел мою вытянутую вперед руку.

— Саишша, я и сам могу себя защитить… — начал он. Я тяжело вздохнула и кинула обездвиживающее заклинание. Поразительно, он не сумел увернуться!

Надеваю ему на шею амулет, попутно объясняя ему, какие функции он выполняет и что снять его втихомолку от меня не удастся…

— Так что, милый, придется тебе некоторое время поносить вот эту штучку, — удовлетворенно сказала я, поправляя ему одежду, — Вот когда тебя запомнят и перестанут цепляться, тогда ты сможешь высказать мне все, что думаешь, и даже отшлепать сможешь! А пока ты будешь носить амулет, чего бы мне это не стоило! — я сняла заклинание.

Вопреки моим ожиданиям, Сим только пронзил меня ненавидящим взглядом и вылетел из комнаты. Я посмотрела ему вслед и закусила губу. Тахешесс!!! Какая же я… сволочь и гадина! Я же знала, что он не переносит, когда что-то делают без его согласия.

И теперь он не просто обиделся на меня, возможно, я его потеряю… Тахешесс!!! И ведь винить некого, кроме самой себя! Ну, можно, конечно, обвинить во всем линьку, но и здесь тоже я виновата! Ведь знала же, все признаки налицо: резкая смена настроения, потускневшая чешуя, скоро еще и угнетенно-подавленное состояние пожалует.

И ведь могла бы передать клан Молу, а сама ушла бы, спряталась ото всех, чтобы не разрушить любовь и дружбу. Но нет, вместо этого я предпочла накачиваться с утра пораньше успокоительными и вершить свои дела дальше!

— Сим!!! — я вылетела в прихожую, — Сим…

По щеке покатилась слеза. Я медленно села на пол, утыкаясь лицом в ладони. Что же я наделала?!

Норд

Оказалось, что управлять Сишшами очень даже непросто. Мало того, что дел было невпроворот, так еще и эти змеелюды нас ни в грош ни ставили! Оказалось, их уважение и беспрекословное подчинение распространяется только на Леди. И даже не на Лорда. Вот так.

Нет, конечно, они относились к нам весьма уважительно, но любой приказ им надо было объяснять, если они считали, что он неправильный. Приходилось договариваться, изворачиваться и пытаться исподволь подвести собеседника к своей точке зрения, тогда как хотелось просто приказать и не терять времени на бесполезную полемику.

Остальным ребятам тоже было непросто. Мооло'тов отправил их разбираться с послами. И если Сишшы приняли нас без вопросов, то остальные змеелюды ну просто отрывались на них. Большинство гадостей, сказанных в завуалированной форме, паладины старались не замечать, однако некоторые шпильки все-таки долетали до них. В таком случае, если не удавалось поставить на место с помощью слов или если просто мочи не было терпеть, они вызывали обидчика на поединок. Послы, сволочи, уже задавили жалобами на жестокость победителей… А что делать, раньше думать надо было!

Вечером мы все собрались в привычном месте — лаборатории. Мол присоединился к нам, участливо поинтересовавшись, понравилось ли нам?

На что получил много нелицеприятных высказываний, после чего довольно усмехнулся и ответил:

— А вот Саечка каждый день такое терпит, причем то, что вам перепало по отдельности, она собирает на себя целиком! — после чего он поднялся и вышел, бросив через плечо:

— Завтра в семь, в кабинете Саишши.

Я тяжело вздохнул. Уже и забыл о жизни наследника герцога, н-да.

— А я еще думал, что она с нами не общается только от того, что мы уже ей не нужны, — проговорил Люц.

— Кстати, Тимка, а ты где пропадаешь? — спросил парня Найт.

— Учитель меня записала в класс. Ну то есть зал, как они говорят, — страдальчески поморщился он, — Они… звери! С таким интересом копаться во внутренностях сгнившего мертвяка, с таким упоением слушать лекции о жертвоприношениях… — его передернуло, — Ведь они еще ситшы! Им всего лишь по пятнадцать-шестнадцать лет, если перевести их возраст на человеческий! Вы бы слышали их разговоры! Да они же любого человека-шасса-паладина-и-так-далее рассматривают только с точки зельеварения! Они вот на тебя смотрят и уже в мыслях прикидывают, сколько декоктов из тебя сварить можно! Вы бы видели, с каким удовольствием они слушают теорию пыток!

— Н-да? — только и смог выдавить я.

— Да! — выдохнул побледневший паренек, — Меня там за идиота держат, и то только потому, что меня на каждом уроке выворачивает! Ну не могу я спокойно смотреть на разделанный труп! А они не только могут, они и шуточки жутки проделывают! Думаете, приятно вот так: чертишь пентаграмму вокруг трупа, а он как цапнет тебя! Гады! — почти что всхлипнул он.

— Так. Успокойся. Ты мужчина или кто? — твердым и уверенным голосом сказал я.

— Успокойся, — проворчал Тимка, — Вы вот на это посмотрите! Просыпаюсь утром, подхожу к зеркалу, а там… это! — он отодвинул прядь волос с виска и показал нам несколько седых волосков.

— Ого! — оценил Люц, — Может, ты Саишше скажешь? Ну, когда она вернется?

— Не скажу, — насупился он. — Во-первых, она сама меня туда отправила, со словами: «Наберешься жизненного опыта!» Во-вторых, я сам с этим разберусь!

А мальчик-то растет однако. Это не может не радовать. Хотя с этим действительно надо что-то делать, а то совсем загнется.

Сим

Вылетев из дома, я бесцельно пошел по улицам, после чего резко остановился и попытался снять амулет, выглядевший как довольно крупная, — с два пальца шириной и высотой, — чешуйка бледно-зеленого цвета. Шнурок мгновенно ужался, не слишком туго обхватив шею. На секунду мне показалось, что он хочет меня задушить, но это чувство тот час же прошло.

Я зарычал, дергая тоненькую, но на диво прочную веревочку. Прохожие отшатнулись от моего рыка, а я резко выбросил кулак вправо. Брызнули каменные осколки, я зашипел не хуже Сай и стал зализывать сбитые в кровь костяшки. На меня смотрели уже как на не просто опасного, а как на умалишенного и бешеного одновременно.

Слегка успокоившись, я попытался рассмотреть поступок Саишши с логической точки зрения. Чисто логически как раз она права, но вот мне от этого не легче! Я вообще не переношу, когда кто-то посягает на мое личное пространство без моего на то согласия. Саишша его имеет по умолчанию, но всему есть предел! Достала уже со своей опекой! Обращается со мной как с вещью какой-то, как с питомцем!

Я быстрым шагом направился вдоль домов. Так, вдох-выдох, вдох-выдох. Надо успокоиться. Она это не со зла, она беспокоилась обо мне… Но хоть попробовать уговорить меня она должна была или нет?!

Я скрипнул зубами и с яростным рыком рванул воротник. После чего огляделся вокруг и подошел к серьезного вида дху с мечами за спиной.

— Слушай, товарищ, дай мне один меч на время, мне очень нужно, — попросил я его. Если не получилось порвать веревочку амулета, может, удастся его перерезать?

— Че-го??? — совершенно невменяемым взглядом смерил на меня нелюдь.

— Меч одолжи, говорю, — нетерпеливо попросил я, — Мне не надолго, только отрезать кое-что и все.

Взревев что-то нечленораздельное, дху выхватил мечи и бросился на меня, размахивая сразу обоими клинками. Что я такого сказал?!

Улепетывая от орущего ругательства дху, я философски размышлял, что Саишша в чем-то была права. Интересно, а кто такой «извращенец чокнутый», которому посвящены все ругательства этого ненормального?

Ура! Мне удалось оторваться! Иду быстрым шагом по площади, стараясь затеряться в толпе. Кажется, получилось. Ух ты, здесь рынок! Какой огромный!

Я ошеломленно озирался, совершенно оглушенный многообразием цветов, звуков и форм. Здесь было все, начиная от изысканных специй до артефактного оружия.

Рука машинально потянулась к поясу, чтобы прикрыть самое важное — кошелек. Нет, нет, совершенно не то, о чем вы подумали. Да, я точно уверен, что это не то самое. Да, абсолютно точно… слушайте, да идите вы отсюда!

Как там Саишша говорила? Расплачиваться надо энергией? Ну тогда я богач, потому что аура у меня больше, чем у архимага!

Первым делом я пошел в оружейные ряды. Н-да. Увы, на прилавках были выложены только человеческие и эльфийские клинки.

О, вон что-то интересное, гномьей ковки. Не, топором я владею посредственно. Саи-шесс, эльфийский клинок, топор, секира, еще одна секира, копье, дротик, болас, метательные ножи… Я не заметил, как пересек весь ряд. И главное, ничего стоящего не нашел. Обидно.

Зло сплюнув, я развернулся и пошел в перпендикулярном направлении от конца этого ряда. Следующие лавки были какие-то непонятные, они выглядели либо как шатры без всяких надписей, либо как небольшие деревянные прилавки с разными совершенно не вязавшимися друг с другом предметами, начиная от гадального шара и карт Таро, и оканчивая ожерельем тысячелетней давности вкупе с кольцом времен старой империи.

Вновь спрашивать что-либо я поостерегся. Мало ли тут сумасшедших бродит? Может, наоборот — такая реакция у них в порядке вещей. Короче, я не стал ничего спрашивать, а просто с умным видом стал рассматривать выложенное на одном из прилавков оружие. Хм, а вот здесь выложены достойные экземпляры. Интересно, почему в оружейном ряду только то, что можно купить и в обычном мире?

— Господин интересуется коллекционным оружием? — вкрадчиво прошептали мне на ухо. Я аж подскочил на месте и заозирался, пытаясь определить, кто это сказал.

Прямо передо мной из воздуха сгущался туман, постепенно обретая контуры высокого мужчины. По сравнению с человеком высокого. Мне же он был примерно по грудь. Два двадцать пять, что вы хотите…

Хм, интересно, какой он расы? На призрака не похож, на обычного человека тоже. Даже на очень сильного мага не тянет. Ну где вы видели человека с серой кожей, причем создавалось впечатление, что он состоит из дыма. Да и одежда его выглядит так, словно является частью тела.

— А вы кто? — не удержался я от вопроса.

— Я-то? Я дух. Демон, если угодно. Король Воздуха, как меня называла одна шутница.

— Демон? — нахмурился я, — Но я уже видел демонов. Они совсем не такие, как вы.

— Это демоны вашего мира, — снисходительно улыбнулся Король, — А я родом из ирия. Вопрос в том, кто вы такой.

— А что со мной не так? — смутился я, — Я паладин. Не больше и не меньше.

— Гм, гм. Занятный вы, однако, собеседник, — бледно улыбнулся демон, — Вы не просто паладин. Я ясно чувствую, что в вас гораздо больше крови змей, чем положено для бойца.

— Чувствуете? — этот разговор начинал меня напрягать.

— Ну да. Точно так же я могу почувствовать, что одна небезызвестная вам личность не чистокровная. В ее жилах течет кровь демиургов и драконов.

— Драконов? — я совершенно растерялся. Это он о Сай сейчас?

— И демиургов, — повторил Король, как-то непонятно улыбаясь, — Но ей известно только о драконьей части.

— А во мне, значит, течет кровь шасс, — пробормотал я.

— Естественно, ведь это дает вам такие нужные качества, как умение дышать под водой, ускоряться выше восьмой скорости а так же долгий срок жизни, примерно в тысячу лет, — как же я не люблю такие разговоры! — Но в вас ее почему-то больше, чем положено. Вероятно, это вызвано тем, что вы слишком много времени провели в окружении змеелюдов, и в вашей крови стала пробуждаться именно эта ее часть.

— Это что, чем-то мне помешает? — спросил я.

— О, совершенно ничем! — улыбнулся Король Воздуха, — Возможно, вы когда-нибудь приобретете приятный бонус в виде тела серпентера, но это будет происходить постепенно. Процесс, между прочим, можно ускорить, но вам с этим надо обращаться не ко мне, а к более сведущим в этом вопросе… существам, — прозрачно намекнул он мне.

— Давайте вернемся к оружию, — сжав зубы, предложил я ему.

— О, конечно. Что-то мы заболтались. Вы хотите что-то конкретное? — вежливо осведомился демон.

— «Брат и сестра», — насмешливо заявил я. Это были редкие клинки, делали их или змеелюды, или эльфы. Один из них был немного короче второго, и обращаться с ними умели не все. Но зато воин, наработавший практику в работе с этими клинками, мог с чистой совестью называть себя асом в благородном деле махания остро заточенными железяками.

— Хм… Ну у вас и запросы, молодой паладин, — пробормотал демон. И этот туда же! Что ж их всех тянет на эту пародию на «молодого человека»? Звучит откровенным издевательством, если честно.

— Ждите здесь, — проронил задумавшийся о чем-то Король Воздуха.

Он зашел за прилавок и достал из-под него полупрозрачный гадальный шар, примерно такого же размера, как и Саишшин.

Приблизив губы к гладкой поверхности, демон прошептал что-то, но настолько неразборчиво, что даже со своим обостренным слухом я не смог ничего разобрать.

Шар мягко засветился зеленоватым светом и и него раздался голос:

— Я вся внимание, — раздался хрустальный голосок, — Вас приветствует компания «Нечисть и Ко.» Что вам угодно?

— Мне бы Анемову кровь. Есть такая?

— Увы, в данный момент абонент недоступен, — наигранно-огорченно проворковал… а, проворковала. Стоп, где-то я уже слышал словосочетание Анемова кровь! Кажется, так Самеди называл…

— Причина? — недовольно скривился Король.

— Отсутствие абонента в реальном мире Љ127890.

… Саишшу. «Да, много же народу ее знает,» — иронично подумал я.

— Дайте примерные координаты нахождения объекта, — потребовал демон. Минутная пауза и затем неуверенное:

— Доступ к данным закрыт. Объект недоступен для поиска.

— Кто ж так постарался-то, а? — недовольно повернулся Король ко мне, — Ладно, дай координаты ближайших родственников Анемовой крови.

— Список большой, вам нужен кто-то конкретный? — услужливо поинтересовался голосок.

— Брат, — лаконично отозвался Король.

— В данном списке присутствуют восемь братьев.

— Да ты издеваешься?! — прорычал демон, — Того, который змеелюд! Чистокровный!!!

— Связываю, — совершенно спокойно прозвенел хрустальными переливами голос неизвестной собеседницы.

Раздались какие-то вопли, особенно хорошо выделился крик Норда:

— Да не буду я это подписывать! Я что, дурак, на такую лабуду свою подпись ставить?!

— Дорогие терши Массах, не соблаговолите ли вы удалиться? Мы продолжи завра, а сейчас мне звонят.

Звук шелеста множества хвостов.

— Ну кого там еще принесло? — недовольно поинтересовался шар голосом Мола.

— Здравствуйте, Мооло'тов, — терпеливо закатил глаза Король Воздуха, — Нет ли у вас на продажу клинков «Брат и сестра»? А то у меня тут покупатель. И он ждет, между прочим!

— «Брат и сестра»? — задумчиво поинтересовался Мооло'тов, — Счас посмотрю. А это срочно?

— Да!!! — рявкнул я.

— Оба-на! Не понял юмора… — ошарашенно проговорил змеелюд.

— Чего тут непонятного? — мрачно поинтересовался я.

— Так, понятно… Вы вообще где?!

— Как где? — удивился я, — В Ирие, где ж нам еще быть?

— Убойная логика! — восхитился Мол, — Особенно если под рукой портал, который ведет практически во все точки на этом материке!

— Э-э-э…

— Бэ! Ладно, потом с Саишшей разберусь. Меня другое интересует: вы возвращаться собираетесь?

— Ну да, а как же!

— Так. С тобой даже поругаться не получается по-нормальному! И на кой ты моей сестре сдался? Ладно, это не мое дело. Теперь важное: скажи Сайке, чтобы немедленно возвращалась обратно! И это… Придумай, как ей потактичней намекнуть о том, какие грандиозные дела мы совершили, будучи в подпитии.

— Как? — спросил я, размышляя, плевать на гордость или так оставить.

— Сам придумай! Тебе с ней теперь всю жизнь жить, — прям представляю, ка сейчас он пожимает плечами. Саишша тоже бы так сделала.

— Всю? — уточил я.

— А разве ты не этого хочешь? — а вот сейчас он подозрительно и вместе с тем ехидно прищуривается, иронично так поглядывая на собеседника.

— Гм. Вообще этого. Но ты о важном хотел сказать, — напомнил ему я.

— А! Да, передай Саишше, чтобы как перенеслась сразу шла ко мне. В кабинет. Будет разговор. Серьезный! И чтобы за чешуей следила. Понял?

— Понял, понял, — проворчал я, — Это все?

— Да. И клинков для тебя нет! — радостно-ехидно проговорил он.

Я сплюнул и выругался.

— Но я думаю, что Саишша не обидится, если ты конфискуешь ее саи'шесс, — вскользь бросил Мол. А это идея! Хотя… если вспомнить, как Сай относится к своему оружию, то это бредовая затея. Впрочем, можно сыграть на том, что она вроде как меня обидела. Хм. это может подействовать! И потом, зачем ей саи'шесс? Она же все-равно больше магией пользуется.

Быстро попрощавшись с Королем Воздуха, я пошел по улицам, пытаясь найти дорогу к той скале, которая служила здесь Саишше домом.

Проходив по улицам какое-то время, я скалу или хотя бы Сай не нашел, зато понял, что заблудился. Тахе… Стоп-стоп, какой Тахешесс! Еще и ругаться не хватало начать как серпентер! Того гляди, чешуей обрасту и ядом плеваться стану!

Я совершенно машинально затеребил амулет на шее, потом резко остановился всмотрелся в чешуйку магическим зрением. Я все же считаю, что Сай поступила неправильно. Может, этот амулет и вправду нужен, только мое согласие тоже что-то должно значить.

М-да, судя по количеству заклинаний, втиснутых в маленькую чешуйку, это уже не амулет, а целый артефакт! Как Сай только умудрилась впихнуть такое количество достаточно мощных и требующих еще какого-то, — вообще, весьма значительного, — запаса энергии? Н-да, невозможное возможно.

Народу на улицах заметно прибавилось. Повсюду слышались взрывы смеха, даже я проникся царившим повсюду бесшабашным весельем, воздух аж дрожал от напряженного ожидания… чего-то.

Небо потемнело до угольно-черного цвета, и те самые фаерболы, проносившиеся по небу, смотрелись еще красивее, чем раньше. Луна стала такой большой, что закрыла почти все небо, притом оставалась такой же круглой, как позавчера. По-моему, это неправильно. Нет, я слышал о том, что такое неоднозначное явление, как полнолуние, продолжается несколько дней, но ведь хотя бы маленькие изменения должны быть! Хм, а может, оно просто в самом пике?

Над головами летали призраки, загадочно помахивая полами простыней, — причем далеко не все предпочитали несколько банальный белый цвет, некоторые были эпатажного красного, зеленого, синего цвета — или вообще с каким-нибудь геометрическим рисунком орнамента, — проносились ведьмы на метлах, швабрах, вениках, ухватах, даже в допотопных ступах!

Город неуловимо менялся. Добавлялись какие-то маленькие, совсем незначительные штрихи, однако они полностью меняли картину. Вон там фонарь изменил свой стиль, тут занавески дома сменились на тяжелый бархат цвета засохшей крови, там веселая усмешка на тыкве приобрела зловещий оттенок.

Через каких-то полчаса город было не узнать. Если в первый раз когда я был на улице, я ничем не мог отличить его от обычного города, то теперь это был… город Хэллоуина. Не больше и не меньше. Что ж, неизвестный архитектор постарался на славу: вместо обычных фонарей на столбах улицы теперь освещали тыквы и черепа с веселенько-ехидной усмешечкой и болотными огнями внутри.

Стены заплело паутиной, чудовищных размеров пауки деловито пробегали мимо с пришпиленными на их брюшке записочками. Вон горгулья на углу крыши чуть-чуть изменила свою позу, мгновенно став из безмятежно спокойной угрожающей.

Мостовая потемнела, однако некоторые камни стали светиться потусторонним светом. Иногда над ними начинал клубиться какой-то дым, почти такой же, как когда Сай меня переносила. Из него выходили различные существа, зачастую самого экзотичного вида, от некроманта до вервольфа в стадии трансформации!

Например, прямо передо мной из подобного портала вдруг выскочил гуль, учтиво поклонился и протопал мимо. Гуль, если кто не знает, это такая нечисть, выглядящая как двухметровый человекоподобный ящер, причем он не только не брезгует человечинкой, но и наоборот — предпочитает ее всем остальным блюдам!

Я заметил, что город изнутри кажется больше, чем снаружи. Никогда бы не подумал, что снаружи такой маленький, внутри он окажется больше раза в четыре! Причем, что удивительно, здесь все друг друга знали. И Саишшу здесь тоже знали, причем хорошо, н-да. Оказывается, шассы очень коммуникабельны.

Что интересно, меня тоже на улице узнавали. Некоторые уважительно кивали, другие сочувственно подмигивали, третьи подобострастно кланялись. Задницей чувствую, этой популярностью я обязан Саишше, точнее тому, что она назвала меня своим женихом. И я этим недоволен! И ей это в лицо выскажу! Да.

Внезапно каменная горгулья на постаменте около небольшого домика зашевелилась!!! Я глупо хлопнул глазами и всмотрелся внимательней. Нет, правда! Каменный уродец припал на передние лапы и со вкусом потянулся, издав гортанный возглас. После чего повернул свою голову ко мне и хрипло прокаркал:

— Чего уставился?! Вали давай, пока я тебя не цапнул! А у меня слюна ядовитая, даже тараканы дохнут, не то что вы… — резко присев и сильно оттолкнувшись от постамента, горгулья взлете… л, громко хлопнув неожиданно большими для его тела крыльями.

— Скоро полночь! Полночь наступает, господа жители и гости города Хэллоуина! — сипло и очень громко проорал горгулья, проносясь над головами спешащих куда-то прохожих.

Потоком нелюдей меня вынесло на площадь высокой и узкой посередине, как карандаш, башней. там я снова увидел каменного горгулью. Резко спикировав к земле, он буквально в нескольких сантиметрах от булыжников мостовой вышел из пике и взмыл почти вертикально вверх, приземлившись на самом острие шпиля башни. Толпа восторженно вздохнула, а уродец продолжил выполнять свои обязанности конферансье, выкрикивая: «Полночь, полночь! Шабаш скоро!»

Чьи-то теплые пальцы нашли мою руку в толпе и потянули влево. Я некоторое время поупирался, но тянувший был настойчив. Разглядеть же, кто это был, я практически не мог — только капюшон, а тела не было не видно. Все на площади были прижаты друг к другу так, что аж интимно.

Наконец, я сдался и послушно пошел вслед за незнакомцем. И чего он от меня хочет, интересно?

Заведя меня в какой-то пустой переулок, Сай — теперь это было ясно видно, ее тело я изучил до последней чешуйки! — остановилась и откинула с лица капюшон. И стала молча смотреть на меня. Мне стало слегка неуютно.

— Сай, ты чего смотришь… ну, так? — я неопределенно повел рукой в воздухе.

— Сим, ты сильно на меня обижаешься? — тихо спросила она.

— Сильно, — не стал кривить душой я, — Но я понимаю, почему ты это сделала. И не сержусь.

— Сим, прости меня! — с жаром воскликнула она, — Я… я…

— Я понимаю, — я привлек ее к себе и крепко обнял. «Что ты делаешь?!» — заорал разум, а непослушные губы словно сами по себе покрывали нежными поцелуями лицо, руки, шею Сай.

— Я так скучал… — прошептал я в в перерыве.

— Я… тоже… — прерывисто выдохнула она. «Пора заканчивать,» — пришла в голову трезвая мысль. Я слегка отстранил ее и дал отдышаться.

— Пришла в себя? — с полуулыбкой поинтересовался я. Как хорошо, что с этим мы разобрались.

— Да-а… — она оплела меня хвостом, прижимаясь бедрами.

— Саишша, отдай мне свой Саи'шесс, — попросил я.

Саишша

— Отдай мне свой саи'шесс! — прозвучало над ухом как гром среди ясного неба. Я заторможенно подняла голову. Чего-чего он хочет?!

— Ты… серьезно? — уточнила я. Он просто хочет взять его на время, или он хочет заключить помолвку — ну, типа, устал ждать и решил взять дело в свои руки.

— Ну да, — кивнул Сим, — Абсолютно. А что?

— Хоро… хоро… шо… — не сразу удалось мне выговорить слово, — Я… согласна… наверное…

— Согласна? — нахмурился он, после чего задумался, наморщив лоб. Видимо, ему в голову пришла какая-то мысль, так как его лицо озарило и он торопливо кивнул:

— Конечно, конечно я возьму тебя под свое покровительство! Только браслеты потом оденешь — они еще не готовы, хорошо?

— А?.. — я словно в полу-трансе находилась, до того это было неожиданно.

— Саишша, ау, — Сим пощелкал пальцами перед моим носом, — Все хорошо, слышишь? Я тут. И я только что взял тебя под свое покровительство, помнишь? — он усмехнулся. Видимо, моя реакция его забавляла.

Глаза защипало, я усиленно моргала, чтобы скрыть подступившие слезы счастья, но Сим все-равно заметил.

— Сай, Саишша, ну ты чего? — он растерянно посмотрел на меня, потом прижал к груди и стал гладить по спине, успокаивая, — Ну ничего же не случилось, правда? Ну всего-то там… попросил я у тебя саи'шесс… Ну помолвку заключили, что здесь такого?..

— Ы-ы-ы… — рыдания.

— Ну Сай, ну что случилось? Хоть из-за чего ты рыдаешь-то так безутешно? — он попытался перевести все в шутку.

— Я… я боялась, что ты этого не скажешь… — прошептала я. И вправду, боялась.

— Хм, Сай, надо тебе признаться, потому что потом ты все равно узнаешь от своего брата… — как-то очень неуверенно и одновременно смущенно протянул Сим.

— Что?

— Ну… видишь ли… я на самом деле хотел просто саи'шесс у тебя взять… в-смысле, поносить… — я медленно отстранилась, и холодно посмотрела ему в глаза.

— Но только сначала! — поспешно воскликнул Сим, — Потом я это… вспомнил, что я там читал… ну, в Даан-Азаре… про помолвку… и все остальное… и… Сай, ну не смотри ты на меня так! — он окончательно смешался и «опустил очи долу».

— Значит, ты просто воспользовался ситуацией, — процедила я, чувствуя, что зря пере ним извинялась. Было… обидно. И мерзко на душе.

— Да! Сай, ну не могу я тебе пока предложение сделать! Я уже и браслеты заказал, только их ждать еще месяц или чуть меньше надо! — оправдывался Сим, медленно отступая от меня.

— А без пинка под зад мы не можем… Ты о моих чувствах думал?.. Не-ет, ты предпочтешь подождать пока не представиться удобный случай… как это у вас… убить двух зайцем одним ударом?!

— Выстрелом, — поправил Сим, — Да, я ждал удобного случая! — внезапно остановился и заорал он:

— Да, ждал!!! Потому что с тобой по нормальному не получается! Ты то где-то пропадаешь, то мы в ссоре, то в обидках! То обычаи ваши дурацкие! — я была несколько ошарашена его вспышкой. Сим замолчал и стал зло буравить меня глазами.

С площади донесся восторженный гул толпы. «Кровь пролита», — машинально отметила я.

— Что? Какая кровь? — я что, вслух подумала?

— Это… обычай такой, — он насмешливо хмыкнул, я смутилась, — В питье добавляют кровь и… пьют, — пожала я плечами, — Шабаш, как-никак.

— И что, здесь каждую ночь такое? — поежился Сим.

— Нет, только по особым дням. Ну, день инициации некроманта… очередного… праздники, или что-то срочное, когда требуется большое собрание.

— Саишша, — тио попросил меня Сим, — давай уйдем отсюда.

— Тебе здесь не нравится? — огорчилась я.

— Не… Просто, понимаешь, вроде нормально все, мне здесь хорошо и весело, но… Давит что-то, понимаешь? — он зябко поежился, — Будто меня здесь только терпят, вытурят при первой возможности, будто я тут «зайцем» проскочил…

— Хорошо, — я подошла к нему и обняла, весьма удивившись, когда он осторожно соединил наши ауры энерго-каналом.

— Я просто помню, сколько энергии забирает переход и как это на тебе отразилось, — мягко ответил Сим на мой удивленный взгляд.

— Назад возвращаться легче, — пробормотала я, — Думай только о себе. Или обо мне. В-общем, старайся не потерять себя.

Сим кивнул. Я закрыла глаза, теснее прижалась к нему и всей силой потянулась назад, в свой мир, к брату, Норду, Люцу, Тимке и Найту… ко всем-всем, кто остался там и ждет меня…

* * *

Очнулась от холода. Тахешесс, зима уже! Кстати, а куда это нас занесло? Видите ли, если «вход» в ирий у меня получается прекрасно, то «выход» у меня слабоват. Точнее, выйти-то я выйду, но вот где — это большой вопрос. Порой меня отбрасывало от точки предполагаемого выхода на несколько десятков километров.

— Сай, ты очнулась? — встревоженный Сим склонялся надо мой, поудобнее устраивая мою голову у себя на коленях. Странно, он был обнажен по пояс. Я пошевелилась — нет, все же пока не стоит вставать.

— А… где твоя одежда? — глупо. Но ни на что другое я не способна!

— Тебя укрыл. Особо не поможет, но хоть чуть-чуть, — извиняющимся тоном произнес он.

— А ты как же?

— А мне пофиг, — ухмыльнулся он, взъерошив отросшие волосы — он теперь достигали поясницы, — Нет, конечно, холод я чувствую, — поспешил уточнить он, увидев мой скептический взгляд, — Но, видишь ли, я закаленный. Так что вряд ли заболею.

— Закаленный, — пробормотала я, без стеснения разглядывая его мускулистый торс. Приятственно посмотреть, а пощупать еще приятней, скажу я вам.

Знаю я, как их там закаляют: наверняка утренняя побудка ледяной водой, а потом в одних трусах на тренировку. Так что…

— Сим, мы где? — я попыталась сесть.

— Ты лежи-лежи, — он снова уложи меня. На снег!

— Холодно! — выразила я свое возмущение. Он вздохнул и сел на пятки, после чего поднял меня, так и закутанную в его одежду и устроил в кольце своих рук, как в колыбели.

— Где мы? Хороший вопрос, — усмехнулся он, — по моему, мы в лесу. Да-да, в том самом. Так что ты поосторожней тут. Хотя это, по-моему, совсем дикая часть, да и не останутся же паладины тебя сторожить тут на всю жизнь! — кого он успокаивает — себя или меня? Похоже, обоих. Эх…

— Сим, я уверена, что мы ни на кого не наткнемся! — я положила ему голову на плечо. Если бы все так и оказалось…

— Ну что, пришла в себя? — спросил он. Я кивнула.

— Тогда пошли, — постановил он, легко поднимаясь на ноги и ставя меня рядом.

И мы пошли. Потихоньку, стараясь оставлять по-меньше следов. Впрочем, это все равно не приносило почти никаких результатов, ибо мой хвост отпечатывался в снегу буквально до последней чешуйки. Сим только вздыхал, обозревая колею после меня. Н-да, это все-равно что кричать на весь лес: «Мы тут!!!»

Через полчаса пути Сим остановился и потянул носом.

— Камень, — уверенно постановил он. Я удивленно покосилась на него. Я не обладала таким тонким нюхом, чтобы даже камни для меня пахли по особенному.

— В смысле, знакомый запах, — пояснил Сим, — Домом пахнет. Значит, близко уже. Скала, все-таки.

Тут-то все и случилось. Я даже не поняла, как это было. Просто мелькнула тень, и вот Сим уже оседает, с белым как мел лицом. А я уже впечатываюсь в дерево, глядя в упор в незнакомое лицо с белыми глазами. Такими… похожими. На его. Но все же… другими.

И еще трое. Выходят, настороженно принюхиваясь. Один подошел к потерявшему сознание Симу и толкнул его носком сапога. А потом вот так взял и ударил, ломая ребра.

— Зачем?! — кажется, кричу, а на самом деле уши улавливают только хрип.

А он продолжил. Пока в теле моего паладина не останется ни одной целой кости.

— Нет! Не надо! — слезы душат, вырываюсь. Как учили, выскользнуть из захвата, провести обманку, потом удар хвостом, броситься, всадить клыки в шею… Удар, белые хлопья снега падают на запрокинутое лицо. Лежу в снегу. Мелькнула мысль: «Только бы с детьми все в порядке!!!»

Больно. Голова невыносимо болит и кружится, в рот просачиваются солоноватые капли, тошнит. Боль поселилась в правой руке, кажется, перелом. С трудом приподняв голову — слишком сильно приложилась затылком о землю, хотя снег и смягчил падение, — вижу торчащую кость. Розовая, с острым осколком и волокнами мяса у разорванных краев тонкой чешуи. Смеюсь. Что со мной? Почему внутри пусто?

Не-ет. Не пусто. Руки жжет, и ощущение, словно я — плотина, которую вот-вот прорвет.

Незнакомый паладин походит, снова бьет. Я едва успела, превозмогая головокружение, свернуться в клубок, подставляя спину и витки хвоста.

В голову приходит мысль, что тогда, кажется, давно, очень давно, я себя переоценила, сказав, что против паладина выстою. Нет, не выстою. Но заберу с собой. Это точно.

— Смотри, — шипит он, поворачивая мою голову в сторону не шевелящегося Сима. Больно ему, наверное. Хорошо, что он без сознания, придет в себя либо когда выздоровеет, либо встретимся с ним в покоях Госпожи вместе.

— Смотри, — шипит тот же голос. Я смотрю. Внимательно. И будто пузырь внутри лопнул, выпуская наружу что-то бесконечно горячее, как будто кипящее масло в жилы вместо крови налили.

Последнее, что я запомнила, это были резко почерневшие рукава рубашки.

* * *

Пришла в себя я скоро. Ну, думаю, что скоро. Было не просто плохо, было — хреново. Я приподнялась на локтях, постепенно собирая себя в кучу. Мы на этом свете? Или на том?

Никогда не ценила жизни. И свою тоже, в принципе, не считала такой уж ценностью. Скорее, я выживала из упрямства. И вот, год назад у меня появилась цель, смысл жизни. И только теперь я понимаю, насколько ошибалась.

Нет, мертвым так плохо быть не может. Улыбка выползает на губы, я зашевелилась активнее. Мне еще Сима лечить. Просто так сдаться я ему не дам.

Встав, я стряхнула с себя пепел. Оглянувшись… не выматерилась. Сил не хватило.

Пепелище. Километра два в окружности. Не хило… Это что, всплеск? Можно гордиться, однако. Жаль только, столько леса пропало даром. Стоял себе, рос. Никак не думал, наверное, что однажды погибнет красиво… и страшно.

Еще раз оглядевшись, я трупов не обнаружила. Только голое тело Сима неподалеку. А, ну да, одежда же сгорела.

Подползя — почти буквально! — к нему, я склонилась над паладином. Дышит… нет.

Сим

Все, что успел заметить — удар в спину. И темнота.

А затем я почувствовал даже сквозь забытье теплую волну жара, окатившую меня. Некоторое время я лежал без движения. Хорошо. Тепло. И что-то отзывается на это тепло внутри меня… Родное, тоже теплое. Пока еще маленькое, но скоро вырастет, я уверен.

— Сим, — уверенно, сверху.

Открываю глаза. Все расплывается, наваливается сначала волна оглушающей боли, а потом приходит онемение ниже пояса. Ног не чувствую. Остальное горит огнем.

— Сим, ты будешь жить, — уверенно заявила Сай. Буду-буду, только вот скорее всего кривым калекой. А такой тебе не нужен.

— И сейчас ты потерпишь, а потом не будешь меня сильно ругать. Ясно? — и я больше не успел ничего подумать.

Я даже не почувствовал, как клыки вошли в шею. Только приятная прохлада. Однако потом волной по телу прокатилось онемение, а затем все нарастающее жжение.

Через минуту меня уже жгло так, что я заорал, хотя думал, что в принципе не могу ничего прошептать, не то что издавать такие децибелы.

— Терпи, — уверенный голос Сай, словно якорь в бушующем море боли, — Все будет хорошо.

В глазах пляшут черные точки на фоне красного марева. Жутковато выглядит. Боль словно выходит за какой-то порог, и ее мгновенно отрезает.

Все будет хорошо… Я верю тебе, родная.

Темнота.

Примечания

1

Приставка «тер» означает, что это взрослая особь. Получить ее можно только после сто десятой линьки. Линька бывает каждые полгода. «Линь» — название клана. Переводится как «Защитники», «вода». (серпентарго.)

2

Тахешесс — бог зла у шассов, его имя употребляется в ругательствах. (Серпентарго.)

3

Наары — раса, которая внешне похожа на людей, но намного сильнее и абсолютно невосприимчива к любой магии. Обладают хорошим слухом, обонянием, зрением, регенерацией и «запасом прочности», т. е. убить их очень сложно. Отличаются от людей абсолютно черными, без белков, глазами.

4

Шаирэссар — Верховный бог, покровитель шасс. (серпентарго.)

5

На бусинах наложено специальное заклятие, которое не позволяет рассмотреть или коснуться их без разрешения носителя. Для особо любопытных читателей, в шипы вплетают ритуальные бусины, по которым можно узнать основную информацию об их носителе.

6

Пол-зала — полкласса.

7

Схватить себя за хвост — то же самое, что и сглупить, опростоволоситься. Происхождение объясняется глупостью действия — мол, схватить то можно, да зачем?

8

В одной лодке.

9

Внутренний — семья, Внешний — друзья или тесные сотрудники, Третий — остальные.

10

М-да… Два дебила — это сила, (комментарий автора).

11

Едва пупок не развязался, а не то, что многие подумали бы.

12

А вот здесь вы правы! (комментарий автора).

13

Сьяма — знак принадлежности к Лордам. Лорды управляют кланом. Так как прежний клан Саишшы уничтожили, то она по праву может назвать себя Леди своего прежнего клана. Но только после инициации. «Тер Сишша-Линь» означает как раз то, что она перешла из одного клана в другой. Приставка «тер» означает, что особь взрослая или стоит на пороге взросления. «Сен» означает, что особь приняла статус Лорда или, в данном случае — Леди. Так как оба принявших Саишшу клана практически вырезали, то она теперь в человеческой иерархии приравнивается к императрице, так как является Леди двух кланов. Словосочетание «из рода Ха рэссов» означает, из какой семьи конкретно это шасс. Обычно семьи носят имена их основателей. (серпентарго.)

14

Цикл — примерно полгода. (Серпентарго.)

15

Саиры — насекомые, наподобие наших червяков или гусениц. Имеют прочный составной хитиновый панцирь. Передвигаются они как черепахи, если не медленней. Используются шассами для удобрения почвы в теплицах, где выращиваются овощи и фрукты.

16

Саи'шесс представляет собою посох, из вершин которого выдвигаются перьевидные лезвия. Так же, если сильно дернуть за оба конца, то он распадается на две части. Лезвия длиной примерно сорок-пятьдесят см. В нераскрытом состоянии посох длиной примерно метр или чуть больше.

17

Так как Саишша из клана Некромантов, то Госпожа — покровительница клана — Смерть, или Геката. С наступлением совершеннолетия Саишша может поклоняться богам-покровителям своего родного, а не приемного клана.

18

Приставка «сит» означает, что особь еще не справила совершеннолетие (шаэс.).

19

Мис'са'саарэй — побратим, но он ближе, чем настоящий брат. Про него можно сказать: «Я доверяю ему больше, чем самому себе». Предложение стать мис'са'саарэем очень почетно, и не принять его — почти святотатство. Но и принять его можно лишь с обоюдного согласия сторон. То есть, власть предержащие использовать этот обряд в политических целях не могут.

Проводится он путем смешения крови, а так же кратким слиянием аур. После этого ауры возвращаются в исходное состояние, однако после обряда каждый из побратимов несет в себе частицу другого — причем в прямом смысле этого слова. Некоторое время после возможно наблюдать последствия столь глубокой связи — возможна смена цвета глаз на цвет глаз побратима, обмен характерными чертами поведения, удивительная синхронность движений, возможность пользоваться магией друг друга — даже если связываются два антипода, например, эльф и дроу.

После нескольких недель состояние обоих новоиспеченных брата и сестры приходит в норму, связь между ними перестает быть ярко выраженной. Однако с течением времени она укрепляется, и возможно возвращение тех качеств, которые проявлялись первые дни после обмена кровью. Но на этом процесс не останавливается, а только ускоряется, иногда связанные подобным образом становились похожи на эльфийских близнецов.

На данной стадии связи Саишши с Мооло'товым они еще не могут обмениваться мыслями, но могут чувствовать друг друга в пределах ста километров. Так же их физические и моральные качества почти равномерно распределились между ними, превратив их в почти одинаковых существ (комментарий автора).

20

Человеческий язык на самом деле раньше был коренным языком нааров, но потом из-за легкости распространился как всеобщий.

21

Проводить в покои Госпожи — угробить или желать смерти. В религии шасс душа мертвого попадает в покои Гекаты — особое место, где взвешивается вся жизнь умершего. В зависимости от веса — душа отправляется либо в Подземные чертоги (аналог Рая), либо обратно в наземный мир — для искупления грехов. При этом память прошлой жизни остается. Таким душам больно находиться в наземном мире. Души, попавшие в Подземные чертоги, тоже получают право на перерождение, но уже без памяти о прошлом. (Серпентарго.)

22

Изначально у каждого клана имеется комплект родовых украшений. Их носит глава клана. Но если наследник недостоин, то их одевает регент, и если новый наследник наследника также недостоин чести управлять кланом, то регент становится правителем и входит в правящую династию, а не создает новую.

Комплект украшений для главных кланов состоит из: кольца-печатки с изображением герба, короны (полоска металла с зубцами и крючочками на них, вплетается в шипы), обручальных браслетов, тас'ру (широкое ожерелье с высоким воротником, которое полностью закрывает шею и верхнюю часть груди, инкрустировано серебром, метеоритным (небесным) металлом), изумрудами и сапфирами, и наборным поясом из кусков метеоритного металла, скрепленных кольцами. На металлических пластинах выгравирован и украшен сапфирами герб клана.

У младших кланов есть только кольцо, корона и обручальные браслеты.

23

Саарэй — ядовитая змея, яд которой убивает долго и в страшных муках. Противоядия, кроме яда шасс не существует. Работает по принципу «клин клином вышибают». Держатся большими стаями, нередко мстят за гибель товарищей. Название дано в честь змей-демиургов.

24

«Дурацкое золото» — на самом деле это необработанная руда редкого вида железа. Если его огранить — то будет выглядеть как настоящее золото. Но ведутся на него только дураки, так как любой ювелир без проблем отличит его от настоящего. «Забрасывать дурацким золотом» — вешать лапшу на уши или беззастенчиво врать. (серпентарго.)

25

Ведьмина клятва — некромантское заклятие. Использовалось в основном ведьмами, они же участвовали в разработке. При наложении такого плетения используется кровь связуемых. Те, кто приносит клятву становятся слугами — наполовину рабами. Но и «хозяин» должен заботиться о своих слугах. Возможна телепатическая связь, но только по обоюдному согласию.

Освободить от такой клятвы можно, но, в принципе, можно жить с ней, как и обычный человек. Это тот редкий вид заклятий, который может находиться в спящем режиме.

Также интересно то, что своих слуг хозяин может помещать в какие-либо предметы, чтобы всегда иметь под рукой.

26

Синий хвост — синий чулок. (серпентарго.)

27

Древняя война — дележ нынешними государствами территории. Раньше было всего три страны. Потом два государства попытались объединиться и напасть на общего соседа. «Слово за слово», и получилось два крупных — Светлая и Темная Империи — и много мелких — Лиелья (эльфы), Тоэрра (наары), Шаисмайнрас (дроу) и т. д. стран.

Древняя война признана самой кровопролитной войной в мире. Записки участников Древней войны бесценны и содержатся под охраной от лишних читателей — в ней описаны сильнейшие смертоносные заклинания. Ветеранов после этой войны не осталось — раны, и проклятия замедленного действия умертвили последних воочию видевших и участвовавших в Древней войне существ.

28

Симаргл (Хорт) — восточнославянский бог, предположительно покровитель семян и корней, охранитель растительности. Имеет святилище на острове Хортицы. Предполагается, что именно он путем жертвы дает возможность оборотням всех мастей перекидываться. Считается, что он покровитель Мирового Древа.

Выглядит как огромная черная борзая с крыльями. Является верховным богом пантеона нааров.

29

На разных языках обозначает слово друг или союзник.

30

Любимый. (Серпентарго.)

31

«Искусаю», NICITA.

32

Магическое стекло почти не отличается от обычного по внешнему виду — оно напоминает мыльный пузырь. Его отличительная особенность в том, что оно не бьется без осознанного желания владельца.

33

«Гадалка», песня из кинофильма «Ах, водевиль, водевиль».

34

Ситш — имеет два толкования. С нейтральной или положительной эмоциональной окраской переводится как «младший». С отрицательной — «низший», «бесправный», «обязанный подчиняться». Происходит от приставки «сит». (серпентарго).

35

Создатель — это «самый главный» из богов людского пантеона. Видимо, так как Сим не знает другой веры, то он поклоняется людским богам.

36

Тайси'эн'Свараш'шесс — столица змеелюдов, огромный мегаполис даже по нашим меркам, причем в нем живут представители всех кланов, и даже не-шассы. (серпентарго).

37

«Не надо, терши! Я наследник, вам плохо». Терши, с ударением на последнем слоге — уважительное обращение к женщине. Если ударение на первом слоге, то это уже обращение к нескольким совершеннолетним. Образуется таким же способом, как и «ситш». (Серпентарго.)

38

Дху — раса, которая образовалась от скрещивания демонов и дроу. Создали ее во времена Древней войны. Первый вариант сверхчеловека.

Выглядят снаружи как качки с внешностью дроу, имеют три сердца и слабенькие магические способности. Тем не менее, довольно привлекательны. Что интересно, жен выбирают странным образом: потенциальной кандидатке дают пощупать уши, точнее, их кончики. Если чувствуют хоть что-то — подходит, берем.

39

«Нас не догонят», TATY.

40

Как бы это сказать… Травка от запоров, если быть точной.

41

У наемников существует собственный сленг, на котором есть несколько обозначений войн. Первая — обычная, когда два человека собирают наемников и грызутся между собой, пока деньги не закончатся. Такая война самая выгодная для наемников.

Вторая — Праведная, война не на жизнь, а насмерть, война за идею, когда брат идет брата. Когда в едином фанатичном порыве толпа оставляет рутинные дела и бросается в пучину убийств и крови. Ура!

42

«Про Федота-стрельца, удалого молодца», Л. Филатов.

43

Шурд — боевая единица гномов, равняется пятидесяти кирасирам.

44

Спустил с небес на землю. (Серпентарго.)

45

Камней не добудешь — каши не сваришь. (Серпентарго.)

46

«Меченый злом», группа Ария.

47

«Викинг», Ария.

48

Название взято из «Уральских пельменей», честь им и почет за это…

49

Повелитель — муж. Браки шасс не расторгаются, и обычно помолвка заключается торжественным вручением своего оружия женщиной мужчине. Таким образом она буквально просит его взять ее под свое покровительство и вверяет ему свою судьбу.

50

Имеется в виду, что по имени могут называть только члены как минимум Внешнего круга, а кратким именем — вообще только родственники, ну еще и муж.

51

Клан воинов. Обычно черной или темно серой расцветки. Основной упор в воспитании молодого поколения делается на воинских искусствах, борьбе врукопашную и умению грамотно владеть своим телом. Во многом это обусловливает и то, что в клане Массах рождается крайне мало детей с магическими способностями, а если таковые и появляются, то их резерв не выходит за пределы среднего человеческого мага, что по меркам серпентеров стоит на одном уровне со слабыми магами.

52

Ирий, или Urba Orbis — «мир иной», иногда его называют Потусторонним. Является местом обитания для всяких тварей вроде призраков, мертвых душ, богов и демонов. Изредка появляются демиурги. Фактически это не мир, а междумирье. Можно провести аналогию с астероидом в космосе, который пролетает мимо планет, планеты исполняют роль миров, в космическом пространстве летают корабли — демиурги, — а на астероиде собираются контрабандисты, толкающие высокоуглеродистую руду…

53

Песня «Дорога Сна» (комментарий автора).

54

Для сравнения, сейчас в этом Мире идет три тысячи семьдесят шестой год.

55

Для наведения хорошей, качественной порчи необходим зрительный контакт — или можно просто смотреть на хороший портрет или фотографию. Но портреты стоят дорого, а фотографий в этом мире еще не изобрели…

Content

Элина Обухова
ШАССА

Пролог

Часть 1

Часть 2

Примечания