Шри Ауробиндо, Мать

Как победить желание

С кровавым корнем вырвал он желанье

И для богов открыл свой светлый храм.

Так вынес он Пречистого касанье.

Шри Ауробиндо. Савитри

I. Корни желания

Ограниченное ограничено не реальностью, а стенами Авидьи, замыкающими его в себе и внушающими ему ощущение существования, отделенного от безграничности; так комната отделяется стенами от остального дома, получая собственное существование и собственную природу – она может быть большой или тесной, душной или хорошо проветриваемой, окрашенной в белый цвет или в голубой. Стоит снести стены, как исчезнут отдельное существование и отдельная природа: исчезает даже сама идея комнаты, не остается ничего, кроме самого дома.

Чувство ограниченности и сопутствующий ему импульс к развитию и саморасширению тут же порождают желание, которое принимает форму голода и посягательств на другие существования для удовлетворения своего голода; из желания и соприкосновения с другими существованиями возникают две противоположные силы, притяжение и отталкивание, которые в моральном плане называются симпатией и антипатией, любовью и ненавистью. В результате появляется необходимость потребления ментальной и эстетической пищи как материала для работы; и это тоже есть голод. Инстинкт саморасширения проявляется в физической потребности поглощать другие существования ради усиления собственного, в эмоциональном влечении к другим существам, в интеллектуальной жажде вобрать в себя умы других людей и в эстетическом желании обладать или наслаждаться красотой предметов и людей, в духовной страсти любви и милосердия – и во всей иной деятельности, смысл которой в притягивании «я» других, чтобы включить их в собственное «я», и распространении собственного «я» на другие.

* * *

…изолирующее чувство эго заставляет каждое существо мыслить себя как независимую личность. Результатом данного отделения оказывается неспособность обрести гармонию и единство со вселенной и, как следствие, неспособность обладать и наслаждаться ею. Однако желание обладать и наслаждаться является основным импульсом Эго, которое смутно осознает свою изначальную божественность, хотя в силу ограничений, порожденных его относительностью, не в состоянии реализовать свое истинное существование. Результат – разлад между ним и другими, умственное и физическое страдание, чувство слабости и бессилия, ощущение неуверенности ни в чем, напряжение сил в страстях и желании самореализации, мучительное отступление с истощенными силами или с разочарованием к смерти и распаду.

Желание – знак зависимости, сопровождающейся разладом и страданием. Тот, кто свободен, един и обладает подлинной властью, не имеет желаний, но содержит всё в себе самом, всем владеет и наслаждается.

* * *

Цель существования в мире – наслаждение вселенной и всем, что в ней есть, однако условием свободного наслаждения всем является отречение от всякого желания.

Отречение, о котором идет речь, представляет собой не основанное на принудительной морали самоограничение или некий физический отказ, но полное освобождение духа от всякого стремления к проявленным формам.

Условие этого освобождения – свобода от эгоизма, а значит, свобода от личного желания. Практически это отречение подразумевает, что ни к чему во вселенной не следует относиться как к предмету, обладание которым необходимо, ничто не должно рассматриваться как находящееся в собственном или чьем-то ином владении, ничто не должно вызывать жадности сердца или чувств.

Такое отношение основано на восприятии единства. Как уже было сказано, все души есть одно «Я», обладающее всем, Господь, и хотя Господь пребывает в каждом объекте как бы отдельно, все объекты тем не менее существуют в этом «Я», а не вне его.

Таким образом, превзойдя Эго и реализовав единое «Я», мы приходим к обладанию в едином космическом сознании всей вселенной и не нуждаемся в том, чтобы владеть физически.

Имея благодаря единству с Господом возможность беспредельного и свободного наслаждения всем, мы не нуждаемся в том, чтобы чего-то желать.

Будучи едиными со всеми существами, мы через их, наше собственное и присущее Космическому Существу наслаждение обладаем восторгом всеобщего самовыражения. Лишь благодаря этой Ананде, одновременно трансцендентной и универсальной, человек может иметь свободную душу и тем не менее жить в мире полноценной активной Жизнью Господа в принадлежащей ему вселенной движения.

* * *

Тогда мы освободимся от эгоизма и желания, от ощущения отдельности существования, а значит, от всех горестей, заблуждений и любого неприятия; ибо все горести возникают из неприятия эго его контактов с существующим, из его чувства страха, слабости, утраты, неприязни и т. д., что, в свою очередь, порождено иллюзией отдельности существования, ощущением, что мое изолированное эго вынуждено вступать в отношения со столь многим, что мною самим не является. Избавьтесь от этого, начните видеть во всем единство, будьте Единым, проявляющим себя во всех существах, – и эго исчезнет; желание, возникающее из ощущения, что вы не являетесь тем или не имеете этого, исчезнет; свободный неотъемлемый восторг Единого в его собственном существовании займет место желания и приносимой им удовлетворенности или неудовлетворенности.

II. Деятельность нашей поверхностной жизни

Для истинной жизни души

Для того чтобы обрести свободу, сначала мы должны уйти в себя от воздействия внешнего мира на наши чувства; иначе говоря, мы должны жить внутри и иметь возможность сдерживать естественную погоню чувств за внешними объектами. Господство над чувствами, способность действовать без всего того, чего они жаждут, – вот первое условие истинной жизни души; только так мы можем начать ощущать внутри себя душу, которая по своему восприятию прикосновений внешних вещей отличается от изменений ума, душу, которая в глубине своей возвращается к чему-то самосущему, неизменному, спокойному, выдержанному, грандиозному, безмятежному и величественному, властелину самого себя, на что не оказывают влияния энергичные движения нашей внешней природы. Но этого нельзя сделать до тех пор, пока мы не перестанем подчиняться желанию. Ибо именно желание, принцип всей нашей поверхностной жизни, удовлетворяется жизнью чувств и использует в своих интересах игру страстей. Таким образом, мы должны избавиться от желания, и когда будет уничтожена эта наклонность нашего природного существа, утихнут страсти, являющиеся ее эмоциональными результатами; ибо радость и горечь обладания и утраты, успеха и неудачи, приятных и неприятных прикосновений, которые их питают, уйдут из наших душ. Тогда мы обретем спокойную уравновешенность. И поскольку мы пока должны жить и действовать в мире, а наша природа в трудах должна искать плоды наших трудов, мы должны изменить эту природу и исполнять труды без привязанности к их плодам, иначе останутся желание и все его последствия. Но каким образом мы можем изменить нашу природу исполнителя трудов? Путем отделения трудов от эго и личности, понимая разумом, что все это лишь игра гун Природы, путем отделения своей души от этой игры, превращая ее прежде всего в наблюдателя, следящего за деяниями Природы, и оставляя эти труды Силе, которая в действительности за ними стоит, чему-то в Природе, что стоит выше нас самих, не нашей личности, а Властелину Вселенной. Но ум всего этого не позволит; его природа состоит в том, чтобы гнаться за чувствами и увлекать за собой рассудок и волю. Следовательно, мы должны научиться успокаивать ум. Мы должны достичь того абсолютного покоя и тишины, где мы осознаем спокойное, неподвижное, блаженное «Я» внутри нас, которое никогда не тревожат и на которое никогда не оказывают воздействия прикосновения вещей, которое является самодостаточным и только в себе находит свое вечное удовлетворение.

Это «Я» есть наше самосущее бытие. Оно не ограничено нашим личным существованием. Оно одинаково во всех существованиях, проникает повсюду, уравновешено по отношению ко всему, своей бесконечностью поддерживает всю деятельность вселенной, но не ограничено ничем конечным, не видоизменяется вместе с изменениями Природы и личности. Когда это «Я» обнаруживается внутри нас, когда мы чувствуем его покой и тишину, мы можем перейти в него; мы можем переместить равновесие нашей души с его низшего погружения в Природу и возвратить его в «Я». Мы можем сделать это благодаря силе достигнутого нами покоя, уравновешенности, бесстрастной безличности. Ибо по мере того, как они возрастают, обретают свою полноту, по мере того, как мы подчиняем им всю нашу природу, мы переходим в это спокойное, уравновешенное, бесстрастное, безличное, всепроникающее «Я». Наши чувства погружаются в эту тишину и воспринимают прикосновения к нам мира в высшей степени спокойно; наш ум погружается в тишину и становится спокойным универсальным свидетелем; наше эго растворяется в этом безличном существовании.

Причина желания и его преодоление

Жизнь желания

…существуют две возможности действия разумной воли. Она может выбрать ориентацию, направленную вниз и наружу, к непоследовательному действию восприятия и воли в тройственной игре Пракрити, а может пойти вверх и внутрь, ориентируясь на устойчивый покой и уравновешенность в спокойной и неизменной чистоте сознательной безмолвной души, уже неподвластной смятению, царящему в Природе. В первом случае субъективное существо находится во власти объектов чувств, оно живет во внешнем контакте с вещами. Такая жизнь есть жизнь, полная желаний, ибо чувства, возбужденные своими объектами, создают неугомонное, а часто и яростное беспокойство, сильное, а подчас и безудержное движение, направленное вовне, к захвату этих объектов и наслаждению ими, и чувства эти уносят чувственный ум «подобно ветрам, несущим корабль по морю»; ум, подчиненный эмоциям, страстям, стремлениям, импульсам, разбуженным этим направленным вовне движением чувств, подобным же образом уносит разумную волю, которая, следовательно, теряет свою способность к спокойному различению и господству. Подчинение души беспорядочной игре трех гун Пракрити в их вечном единстве и борьбе, невежество, обманчивая, чувственная, объективная жизнь души, подчинение горю, гневу, привязанности и страсти – вот результаты нисходящей тенденции буддхи – беспокойной жизни обычного, непросветленного, лишенного внутренней дисциплины человека.

Причина желания

Следовательно, мы должны решительно со спокойной сосредоточенностью и упорством, вьявасайя, избрать именно ту ориентацию разумной воли, которая направлена вверх и внутрь; мы должны сосредоточить ее в спокойном самопознании Пуруши. Очевидно, первым движением должно быть движение к избавлению от желания, которое является корнем зла и страдания; а для того, чтобы избавиться от желания, мы должны положить конец причине желания, стремлению чувств схватить свои объекты и наслаждаться ими. Мы должны отвлекать их, когда они поддаются таким влечениям, уводить их от объектов – словом, следуя примеру черепахи, втягивающей свои конечности под панцирь, «втягивать» чувства в их источник, неподвижный в уме, ум, неподвижный в интеллекте, интеллект, неподвижный в душе и ее самопознании, наблюдающий за действием Природы, но неподвластный ему, не желающий ничего такого, что может дать объективная жизнь.

Субъективное прекращение расы

«То, чему я учу, – это не внешний аскетизм, не физическое отречение от объектов чувства», – сразу же говорит Кришна, дабы не быть неверно понятым, – чему, похоже, суждено произойти. Это не отречение последователей Санкхьи и не строгости сурового аскета с его постами, умерщвлением плоти, с его попыткой воздерживаться даже от пищи; я не имею в виду эту самодисциплину или воздержание, ибо говорю о внутреннем уходе, об отречении от желания. Воплощенная душа, обладая телом, должна нормально поддерживать его пищей ради его нормальной физической деятельности; воздерживаясь от пищи, она просто сама лишает себя физического контакта с объектом ощущения, но не избавляется от внутренней связи, которая делает этот контакт губительным. Она сохраняет чувственное удовольствие, раса, симпатию и антипатию – ибо раса имеет две стороны; душа, напротив, должна быть способна выдерживать физический контакт без страданий от этой чувственной реакции внутри. Иначе происходит нивритти, прекращение объекта, вишая винивартанте, но не субъективное прекращение, не нивритти ума; но чувства являются принадлежностью ума, они субъективны, и субъективное прекращение расы – это единственный реальный признак власти. Каким же образом становится возможным этот лишенный желания контакт с объектами, это лишенное чувствительности использование чувств? Это возможно парам дриштва – посредством видения верховного – парам, Души, Пуруши – и жизни в йоге, в союзе или единстве всего субъективного существа с ней (Душой) благодаря йоге интеллекта; ибо единая Душа спокойна, удовлетворена в собственном наслаждении, и это наслаждение, свободное от двойственности, может занять место чувственных, прикованных к объектам наслаждений и антипатий ума, как только мы увидим эту величайшую вещь в нас и сосредоточим на ней ум и волю. Таков истинный путь к освобождению.

Важность самодисциплины

Конечно, самодисциплина и самоконтроль – дело нелегкое. Все разумные люди знают, что должны каким-то образом управлять собой, и нет ничего более общеизвестного, чем этот совет управлять чувствами; но обычно это управление несовершенным образом рекомендуется и несовершенным, самым ограниченным и неудовлетворительным образом выполняется. Однако даже мудрец, человек с чистой, мудрой и проницательной душой, который действительно трудится, чтобы обрести полное умение владеть собой, оказывается под властью чувств, которые вводят его в состояние суеты и увлекают прочь. Это происходит потому, что ум, естественно, служит чувствам; он наблюдает объекты чувства с внутренним интересом, останавливается на них и делает их объектом всепоглощающей мысли для интеллекта и объектом большого интереса для воли. Далее наступает привязанность, за привязанностью желание, за желанием – горе, страсть и гнев, когда желание не удовлетворяется, когда его исполнению препятствуют или противятся, а страсть пожирает душу, интеллект и воля забывают смотреть, восседая в спокойной, созерцающей душе; происходит выпадение из памятования истинной сути человека, и этот провал тоже помрачает и даже уничтожает разумную волю. Ибо до поры до времени она больше не существует в нашей собственной памяти, она исчезает в облаке страсти; мы превращаемся в страсть, гнев, горе и перестаем быть собой, утрачиваем интеллект и волю. Это надо предотвратить, и все чувства должны быть полностью взяты под контроль; ибо только посредством абсолютного управления чувствами можно прочно укрепить мудрый и спокойный интеллект на должном месте.

Необходимость йоги

Этого нельзя сделать полностью посредством только действия самого интеллекта, посредством единственно ментальной самодисциплины; это можно сделать только при помощи йоги – единения с чем-то высшим, нежели сам интеллект, с тем, чему присущи спокойствие и самообладание. И эта йога может достичь успеха только благодаря посвящению и отдаче всего себя Божественному. «Мне», – говорит Кришна, ибо Освободитель находится внутри нас, но это не наш ум, не наш интеллект, не наша личная воля – они представляют собой лишь инструменты. В конце концов, нам говорят, что мы должны полностью найти убежище в Господе. А для этого мы должны в первую очередь сделать его объектом всего нашего бытия и поддерживать с ним душевный контакт. Таков смысл фразы «он должен быть неколебимым в йоге, полностью отдавшись Мне» … лишь три слова, содержащие всю суть наивысшей тайны … юкта асита матпарах.

Завоевание

Если это происходит, мы получаем возможность передвигаться среди объектов чувств, находясь в контакте с ними, воздействуя на них и сохраняя при этом чувства под полным контролем субъективного «я», а не во власти объектов, а также контактов с ними и их реакций, и это «я» послушно наивысшему «Я», Пуруше. Тогда свободные от реакций чувства будут освобождены от симпатии и антипатии, избавятся от двойственности позитивного и негативного желания, и на человека снизойдет покой, мир, ясность, счастливое спокойствие, атмапрасада. Такое ясное спокойствие является источником блаженства души; исполненную покоя душу не трогает никакое горе, интеллект быстро укореняется в покое «Я», страдание уничтожается. Именно эту спокойную, лишенную желаний, не знающую печали сосредоточенность буддхи в самоуравновешенности и самопознании Гита называет Самадхи …

Статус, которого он достигает, есть брахмическое состояние; он обретает прочное положение в Брахмане, брахми стхитих. Это полный пересмотр всей перспективы, опыта, знания, ценностей, видения земных созданий. Эта жизнь двойственностей, которая для других является днем, бодрствованием, сознанием, светлым состоянием деятельности и знания, для него – ночь, тревожный сон, тьма души; то высшее бытие, которое для других представляет собой ночь, сон, в котором перестает существовать любое знание и воля, для умеющего владеть собой мудреца есть пробуждение, светлый день истинного бытия, знания и силы. Другие – замутненные воды, которые волнуются от каждого небольшого прилива желания; он – океан обширного бытия и сознания, который вечно наполняется и при этом вечно неподвижен в своем великом равновесии с его душой; все желания мира вливаются в него, как реки вливаются в море, и, несмотря не это, у него нет желаний и он спокоен. Ибо в то время, как другие наполнены тревожащим чувством эго, ощущением «моего» и «твоего», он един с единственным «Я» во всем и нет для него «я» и «мое».

Путь садханы

…первая необходимость, изначальный радикальный шаг заключается в том, чтобы отвернуться от всего, что принадлежит вашей низшей Природе, и зафиксироваться концентрацией воли и ума на том, что превосходит и волю и ум, превосходит и разум и сердце, и чувства и тело. И прежде всего, вы должны обратиться к собственному вечному и непреходящему «я», безличному и неизменному во всех созданиях. Пока вы живете в эго и ментальной личности, вы будете всегда бесконечно вращаться в одном и том же круговороте без какого-либо реального выхода. Обратите свою волю внутрь за пределы сердца и его желаний и чувства и его влечений; направьте ее ввысь за пределы ума и его ассоциаций и привязанностей и его скованных алканий, мыслей и побуждений. Достигните в себе чего-то, что является вечным, неизменным, умиротворенным, невозмутимым, уравновешенным, беспристрастным по отношению ко всем вещам, личностям и событиям, незатронутым никакими действиями, неменяемым никакими обличьями Природы. Будьте этим, будьте вечным «я», будьте Брахманом…

Невозможно таким образом сделать безличным свое существо до тех пор, пока вы лелеете и пестуете свое эго и цепляетесь за него и за что-либо, что принадлежит ему. Желание и страсти, обусловленные желанием, представляют собой принципиальный признак и узел эго. Именно желание заставляет вас говорить «я» и «мое» и подчиняет вас через упорствующий эгоизм удовлетворенности и неудовлетворенности, приязни и неприязни, надежде и отчаянию, радости и горю, вашей ничтожной любви и ненависти, гневу и страсти, вашей привязанности к успеху и вещам приятным, а также к печали и страданию от поражения и вещей неприятных. Желание всегда приносит сумятицу ума и ограничение воли, эгоистическое и искаженное видение вещей, заблуждение и затмение знания. Желание и порождаемые им предпочтения и насилия представляют собой первый мощный корень греха и ошибки. У вас не может быть, пока вы пестуете желание, устойчивого, ничем не омрачаемого спокойствия, незыблемого света, покойного чистого знания. У вас не может быть правильного бытия – ибо желание это извращение духа, – а также твердого основания для правильной мысли, действия и чувства. Желание, если ему позволить остаться, под каким угодно обличьем, представляет собой непрерывную угрозу даже для мудрейшего и может в любой момент тонким образом или путем насилия низвергнуть разум даже с его самого устойчивого и надежно утвержденного основания. Желание – это главный враг духовного совершенства.

Так убейте желание; отбросьте привязанность к обладанию и наслаждению видимостью вещей. Отделите себя от всего, что приходит к вам в качестве внешних прикосновений и домогательств, в качестве объектов ума и чувств. Научитесь переносить и отвергать весь натиск страстей и оставаться надежно утвержденными в своем внутреннем «я», как бы они ни бушевали в ваших членах, пока наконец они не перестанут тревожить какую-либо часть вашей природы. Выносите и отвергайте сходным образом мощные атаки и даже легчайшие вкрадчивые прикосновения радости и печали. Отвергайте приязни и неприязни, уничтожайте предпочтение и ненависть, искореняйте боязнь и отвращение. Пусть у вас будет спокойное беспристрастие по отношению к этим вещам и ко всем предметам желания во всей вашей природе. Взирайте на них безмолвным покойным взглядом безличного духа.

* * *

Все то, что отрицает высший Свет,

Необходимо вырвать и убить

И множество алканий уничтожить,

Из-за которых мы Единого теряем,

Ради кого творится наша жизнь.

Предостережение

Отсюда не следует, что работа не должна быть сделана превосходно, с успехом, с соответствием средств целям: напротив, превосходно сделать работу легче, спокойно действуя в йоге, чем действуя в ослеплении надеждами и страхами, будучи искалеченным суждениями спотыкающегося рассудка, суетясь среди нетерпеливого трепета торопливой человеческой воли: в другом месте Гита гласит, что йога есть истинное мастерство в трудах, йогах кармасу каушалам. Но все это делается безлично, посредством действия великого универсального света и силы, оперирующих через индивидуальную природу. Последователь Карма-йоги знает, что сила, данная ему, будет приспособлена к предопределенному плоду, божественное мышление, стоящее за работой, будет отождествлено с той работой, которую он должен сделать, энергия и направление воли в нем – воли, которая будет не желанием, а безличным побуждением сознательной силы, направленным к цели, не принадлежащей ему, – будут искусно упорядочены божественной мудростью. Результат может быть успешным в понимании обычного ума, а может показаться этому уму поражением или неудачей, однако последователю Карма-йоги всегда предназначен успех, но успех этот определяется не им самим, а абсолютным мудрецом, который управляет действием и результатом, потому что последователь Карма-йоги жаждет не победы, а исполнения божественной воли и мудрости, которая добивается своих целей через кажущуюся неудачу точно так же, как через кажущийся триумф, и часто с большей силой.

Ложная душа желания

Именно эго на самом деле неизбежно подчинено Природе, потому что само по себе является частью Природы, функционирующей деталью ее механизма; но когда самоосознание в умственном сознании отождествляет себя с эго, оно создает видимость низшего «я», эгоистического «я». И точно так же то, о чем мы обычно думаем как о душе, на самом деле представляет собой природную личность, а не истинную Личность, Пурушу – душу желания в нас, которая является отражением сознания Пуруши в деятельности Пракрити: она фактически сама по себе является лишь действием трех форм проявления и, следовательно, частью Природы. Таким образом, можно сказать, что в нас существуют две души, видимая или душа желания, которая изменяется вместе с изменениями гун, полностью составляющими и определяющими ее, и свободный и вечный Пуруша, не ограниченный Природой и ее гунами. У нас есть два «я», видимое, которое представляет собой лишь эго, тот ментальный центр в нас, который принимает это переменчивое действие Пракрити, эту переменчивую индивидуальность, и говорит: «Я – это индивидуальность, я – это природное существо, совершающее эти труды», но природное существо – это просто Природа, смесь гун, – и истинное «Я», которое, действительно, является основой, обладателем и господином Природы и представлено в ней, но само по себе не есть переменчивая природная индивидуальность. Путь к свободе, таким образом, должен лежать через избавление от желаний этой души желания, и от ложного взгляда эго на самого себя.

* * *

Эта двусмысленность, эти противоположные обличья глубины и слепоты порождены двойственным характером эмоционального существа человека. Ведь на переднем плане у человека находится сердце витальных эмоций, сходное с сердцем животного, хотя и более разностороннее в своих проявлениях; его эмоции обусловлены эгоистической страстью, слепыми инстинктивными влечениями и привязанностями и всей многообразной игрой жизненных импульсов с их несовершенствами, извращениями, а часто и безобразной низостью, – это сердце, осаждаемое и поглощенное похотью, желаниями, гневом, настойчивыми или даже яростными запросами и требованиями, ничтожными вожделениями и алчбой, низменной мелочностью сумрачной падшей жизненной силы и из-за собственного раболепия легко доступное для любого импульса и побуждения. Это смешение эмоционального сердца и чувственного алчущего витала образует в человеке ложную душу желания; именно она является тем грубым и опасным элементом, которому справедливо не доверяет и который считает необходимым держать под контролем разум, хотя действительный контроль или, точнее, подавление и обуздание, которого ему удается добиться над нашей грубой и назойливой витальной природой, всегда остается крайне неуверенным и обманчивым. Но истинная душа человека совсем не там; она находится в истинном невидимом сердце, скрытом в некой светозарной пещере человеческой природы: там, под своего рода инфильтратом божественного Света обитает наша душа, безмолвное сокровенное существо, о котором мало кто даже догадывается, – ведь хотя все имеют душу, лишь немногие осознают свою истинную душу или ощущают ее непосредственное влияние. Там сияет малая искра Божественного, которая поддерживает темную массу нашей природы, и вокруг нее вырастает психическое существо, оформленная душа или подлинный Человек внутри нас. И по мере того как это психическое существо в нем растет и движения сердца отражают его прозрения и наития, человек начинает все отчетливее осознавать свою душу, перестает быть высокоразвитым животным и, пробуждаясь к проблескам божества внутри себя, все больше и больше открывается веяниям более глубинной жизни и сознания и потребности во всем божественном, присущим душе.

Воздействие внешнего мира на наши чувства

В нашей естественной жизни доминирующим фактом является наше подчинение формам материальной Природы, внешним прикосновениям вещей. Сами они входят в нашу жизнь через чувства, а жизнь через чувства немедленно возвращается к этим объектам, чтобы завладеть и манипулировать ими, желает, привязывается, ищет результатов. Ум во всех своих внутренних ощущениях, реакциях, эмоциях, привычных путях понимания, мышления и чувства подчиняется этой деятельности чувств; разум, который тоже увлекается умом, сдается на милость этой жизни чувств, жизни, в которой внутреннее существо подчинено внешней стороне вещей и на самом деле ни на мгновение не способно ни подняться над ней, ни выйти из круга ее воздействия на нас, а также психологических результатов и реакций на это воздействие внутри нас. Оно не может подняться над ними, потому что существует принцип эго, из-за которого разум разграничивает совокупность воздействия Природы на наш ум, волю, чувства, тело, и ее воздействие в других умах, волях, наделенных нервами организмах, телах; и жизнь для нас означает только способ, которым Природа влияет на наше эго, и способ, при помощи которого наше эго отвечает на ее прикосновения. Мы не знаем ничего больше, нам кажется, что мы уже ничего собой не представляем; тогда сама душа кажется только обособленной массой ума, воли, эмоционального и нервного восприятия и реакции. Мы можем расширить наше эго, отождествить себя с семьей, кланом, классом, страной, нацией, даже человечеством, но под всеми этими масками сущностью наших действий продолжает оставаться эго; благодаря этим более широким контактам с внешними вещами оно лишь находит большее удовлетворение в своем обособленном бытии.

Наша эгоистическая личность – порождение Природы

В нас продолжает действовать воля природного существа, завладевающего прикосновениями внешнего мира ради удовлетворения различных сторон своей личности, а воля во время этого овладения – это всегда воля желания, страсти и привязанности к нашим трудам и их результатам, воля Природы в нас; это наша личная воля, говорим мы, но наша эгоистическая личность – создание Природы, она не является и не может быть нашим свободным «Я», нашим независимым существом. В целом это действие форм проявления Природы. Действие может быть тамасическим, и тогда наша личность инертна, подчинена механическому круговороту вещей, удовлетворена им, не способна ни к какому энергичному усилию, направленному к более свободной деятельности и господству. Действие может быть раджасическим, и тогда наша личность обладает неугомонной активностью, жадно набрасывается на Природу и пытается заставить ее служить себе, удовлетворять свои потребности и желания, но не понимает, что это внешнее господство является рабством, поскольку ее потребности и желания – это потребности и желания природы, и пока мы подчинены им, свободы для нас быть не может. Действие может быть саттвическим, и тогда мы обладаем просвещенной личностью, которая старается жить разумом или осознать некий предпочтительный идеал добра, правды или красоты; но этот разум все-таки подвластен внешним проявлениям Природы, а идеалы представляют собой лишь изменяющиеся аспекты нашей личности, в которых мы в конечном итоге не находим ни твердой нормы, ни постоянного удовлетворения. Мы продолжаем вращаться на колесе изменения, в своих оборотах через эго подчиняясь некой Силе внутри нас и внутри всего этого, но сами этой Силой не являясь и не находясь в единении с ней. Здесь все еще нет истинной свободы и подлинного господства.

И все-таки свобода возможна.

Деформация, вносимая психической праной

…великое искажение, которое психическая прана вносит в наше бытие, – это желание. Корень желания – это витальная тяга завладеть тем, чем, как мы чувствуем, мы не владеем, это инстинкт ограниченной жизни, направленный на обладание и удовлетворение. Оно порождает чувство нехватки – прежде всего, это простое витальное влечение, связанное с голодом, жаждой, похотью, затем это психические разновидности голода, жажды, похоти ума, которые в гораздо большей степени и более непосредственно и глубоко поражают наше бытие, – это голод, который является бесконечным, поскольку представляет собой голод бесконечного существа, это жажда, которую можно утолить лишь временно, но которая по природе своей неутолима. Психическая прана вторгается в чувственный ум и привносит в него беспокойную жажду ощущений, вторгается в динамический ум вожделением контроля, обладания, господства, успеха, исполнения любого побуждения, наполняет эмоциональный ум желанием удовлетворения склонностей и предпочтений, излияний любви и ненависти, привносит отторжение и панику страха, а также напряжение и разочарование желания, муки горестей и кратковременную лихорадку и возбуждение радостей, делает разум и разумную волю сообщниками всех этих вещей и превращает их в искаженные и порочные в своем роде инструменты, волю – в волю вожделения и рассудок – в пристрастного, спотыкающегося и нетерпеливого преследователя ограниченных, нетерпимых, воинствующих предубеждений и мнений. Желание – это корень всякой печали, разочарования, скорби, ибо хотя оно приносит лихорадочную радость поиска и удовлетворения, все же, поскольку это всегда напряжение существа, оно привносит в этот поиск и обретение труд, голод, борьбу, подверженность быстрому утомлению, чувство ограниченности, неудовлетворенность и быстрое разочарование всеми своими приобретениями, постоянную нездоровую стимуляцию, беспокойство, тревогу, ашанти. Избавление от желания является единственным безусловно необходимым процессом в очищении психической праны, ибо благодаря этому мы можем заменить душу желания (с вносимой ею во все наши инструменты всепроницающей примесью) ментальной душой тихого восторга и ее ясным и прозрачным обладанием собой, миром и Природой, которое является кристально чистой основой ментальной жизни и ее совершенства.

Источник изъяна в психической пране

Психическая прана вмешивается во все высшие функции, чтобы исказить их, но ее изъян сам обусловлен искажающим вмешательством природы физической деятельности в теле, которое Жизнь развила при возникновении из Материи. Именно это породило обособленность индивидуальной жизни в теле от жизни вселенной и сделало свойственными для нее нехватку, ограниченность, голод, жажду, тягу к тому, чем она не обладает, долгие поиски вслепую наслаждения, изнуряющую и разочаровывающую потребность обладания. Ограниченная и легко контролируемая в чисто физическом порядке вещей, она широко распространяется в психической пране и с ростом разума достигает таких масштабов, что ее с трудом можно ограничивать, становится неутолимой, изменчивой – неутомимым возбудителем беспорядка и расстройства. Более того, психическая прана опирается на физическую жизнь, ограничивает себя нервной силой физического существа, ограничивает тем самым и функции ума и обусловливает его связь с зависимостью от тела и подверженностью утомлению, с неспособностью, болезнями, беспорядком, безрассудством, ничтожностью, ненадежностью и даже с возможным прекращением деятельности физической ментальности. Наш разум вместо того, чтобы могуче действовать в своей собственной силе, быть ясным инструментом сознательного духа, свободным и способным контролировать, использовать и совершенствовать жизнь и тело, предстает в результате смешанной конструкцией; он является преимущественно физической ментальностью, ограниченной своими физическими органами и подверженной нуждам и ограничениям жизни в теле.

Устранение изъяна

От этого можно избавиться только своего рода практическим, внутренним психологическим процессом анализа, благодаря которому мы начинаем осознавать ментальность как отдельную силу, изолировать ее для свободной деятельности, различать также психическую и физическую прану и делать их уже не связующим звеном зависимости, но передаточным каналом для Идеи и Воли в буддхи, послушным его внушениям и командам; прана при этом становится пассивным средством осуществления, обеспечивающим разуму непосредственный контроль над физической жизнью. Этот контроль, сколь бы аномальным он ни выглядел для нашего обычного состояния деятельности, не только возможен – он до некоторой степени проявляется в феноменах гипноза, хотя они и являются уже нездорово аномальными, поскольку имеется чужая воля, которая внушает и командует, – но должен стать нормальным действием, когда высшее «Я» внутри берет на себя непосредственное руководство всем существом. Этот контроль, однако, может быть совершенным, только когда он исходит с супраментального уровня, ибо именно там зиждутся истинные действенные Идея и Воля, ментальный же мыслеразум, даже будучи одухотворенным, является лишь ограниченным, хотя и могущим обладать великой силой, их представителем.

Желание – деградация воли к блаженству

Считается, что желание – это реальная побудительная сила человеческой жизни, и отбросить его означало бы остановить энергии, питающие жизнь; удовлетворение желания является единственным наслаждением, доступным человеку, и его искоренение означало бы уничтожение импульса жизни квиетическим аскетизмом. Однако подлинной мотивирующей силой жизни души является Воля; желание – это только искажение воли в преобладающей телесной жизни и физическом уме. По сути своей обращение души к обладанию и наслаждению миром заключается в воле к блаженству, и наслаждение удовлетворением желаний – лишь витальная и физическая деградация воли к блаженству. Необходимо, чтобы мы проводили различие между чистой волей и желанием, между внутренней волей к блаженству и внешним вожделением и алканием ума и тела. Если мы не можем проводить это различие на практике в опыте нашего бытия, нам остается только выбирать между убивающим жизнь аскетизмом и грубой волей к жизни или же пытаться установить между ними неуклюжий, ненадежный и сомнительный компромисс. В действительности это то, что делает подавляющее большинство людей; небольшое меньшинство попирает инстинкт жизни и борется за достижение аскетического совершенства; основная масса подчиняется грубой воле к жизни с такими модификациями и ограничениями, которые налагает общество или которые научен налагать на собственный ум и действия нормальный социальный человек; другие устанавливают баланс между этическим самообузданием и умеренным потворством желающему ментальному и витальному «я» и видят в этом балансе золотое средство благоразумного ума и здравой человеческой жизни. Но ни один из этих путей не дает совершенства, которого мы ищем, божественного управления волей в жизни. Полностью подавить прану, витальное существо, значит убить силу жизни, посредством которой должна поддерживаться масштабная деятельность воплощенной души в человеческом существе; потворствовать грубой воле к жизни значит оставаться удовлетворенным несовершенством; устанавливать компромисс между ними значит останавливаться на полпути и не владеть ни землей, ни небесами. Но если мы сможем опереться на чистую волю, не искаженную желанием, – которая, как мы обнаружим, является гораздо более свободной, спокойной, устойчивой и эффективной силой, чем колеблющееся, затухающее в дыму, быстро утомляющееся и угасающее пламя желания, – и на покойную внутреннюю волю блаженства, не уязвляемую и не ограничиваемую никаким беспокоящим алканием, то мы можем преобразовать прану из тирана, врага, атакующего ум, в послушный инструмент. Мы можем, если предпочтем, использовать для этих более великих вещей также имя желания, но тогда мы должны предположить, что существует божественное желание иное, чем витальное алкание, – Богожелание, сумеречной тенью которого является этот иной, низший феномен и в который он должен быть преображен. Лучше употреблять разные названия для вещей, всецело отличающихся по своему характеру и внутреннему действию.

Освободить прану от желания и тем самым полностью изменить обычное состояние нашей природы и превратить витальное существо из беспокойно господствующей силы в послушный инструмент свободного непривязанного разума является в таком случае первым шагом очищения.

Подлинные задачи Жизненной Силы

Вся трудность в духовном обращении с трудами Жизни возникает из-за того, что Воля-в-Жизни для своих целей в Неведении сотворила ложную душу желания и подменила ею ту искру Божественного, которая представляет собой подлинную душу, психическое существо. Все или большинство действий жизни в настоящее время – на самом деле или как нам кажется – побуждаются и искажаются этой душой желания; даже те действия, которые являются этическими или религиозными, даже те, что совершаются под личиной альтруизма, филантропии, самопожертвования, самоотрицания, насквозь пронизаны нитями ее производства. Эта душа желания является обособительной душой эго и все ее инстинкты направлены на обособительное самоутверждение; она всегда добивается, открыто или под более или менее блистающими масками, собственного роста, обладания, наслаждения, завоевания и владычества. Если проклятию беспокойства, дисгармонии и искажения суждено перестать терзать Жизнь, истинная душа, психическое существо, должна получить ведущее место и должен произойти распад ложной души желания и эго. Но это не означает, что самой жизни нужно запретить следовать присущим ей путем самоосуществления; ибо по ту сторону этой внешней жизни с ее душой желания в нас скрывается внутреннее и истинное витальное существо, которое не должно подвергнуться распаду, но, напротив, должно быть выведено на передний план и освобождено для своей истинной деятельности в качестве силы Божественной Природы. Выход на передний план этого истинного витального существа под руководством истинной сокровенной души внутри нас является условием божественного осуществления задач Силы Жизни. Эти задачи всегда останутся теми же самыми по своей сути, но изменятся по своему внутреннему мотиву и внешнему характеру. Божественное Могущество Жизни также будет волей к росту, силой самоутверждения, но утверждения Божественного внутри нас, а не жалкой преходящей личности на поверхности, – росту в подлинного божественного Индивида, центральное существо, тайную нетленную Личность, которая может проявиться только за счет умаления и исчезновения эго. Такова подлинная цель жизни: рост – но рост духа в Природе, утверждающего и развивающего себя в разуме, жизни и теле; обладание – но обладание Божественного Божественным во всех вещах, а не обладание вещами ради них самих желанием эго; наслаждение – но наслаждение божественной Анандой во вселенной; сражение, завоевание и владычество в форме победоносного противоборства с Силами Мрака, полное духовное самообладание и господство над внутренней и внешней Природой, завоевание владений Неведения Знанием, Любовью и Божественной Волей.

* * *

…существует психическая прана, пранический ум или душа желания; она тоже требует своего совершенства. Здесь также первой необходимостью является полнота витального могущества в уме, его способность в полной мере выполнять свою работу, владеть всеми импульсами и энергиями, данными нашей внутренней психической жизни для осуществления в этом бытии, поддерживать их и быть средством для исполнения их с силой, свободой, совершенством. Многие из вещей, которые нужны нам для нашего совершенства: смелость, эффективная в жизни сила воли, все элементы того, что мы сейчас зовем силой характера и силой личности, – в очень большой степени зависят в смысле полноты своей силы и способности к энергичному действию от полноценности психической праны. Но наряду с этой полноценностью должна присутствовать и устойчивая радость, ясность и чистота в психическом жизненном существе. Этот динамис не должен быть смятенной, горячащейся, бурной силой, порывистой или грубой в своей страсти; он должен обладать энергией, он должен получать восторг от своей деятельности, но это должны быть ясная, радостная, чистая энергия и устойчивый, надежно поддерживаемый чистый восторг. И в качестве третьего условия своего совершенства он должен пребывать в полном равновесии. Душа желания должна отказаться от своих громких требований, настойчивости или неуравновешенности своих желаний, с тем чтобы ее желания могли быть удовлетворены справедливо и сбалансированно, а также правильным образом, и в итоге должна полностью очистить их от характера желания и преобразовать их в импульсы божественной Ананды. Для этого она должна не предъявлять каких-либо требований и не пытаться навязывать себя сердцу, разуму или духу, но принимать с сильной пассивной и активной уравновешенностью любые побуждения и команды, которые приходят в нее от духа через канал безмолвного разума и чистого сердца. И она должна принимать также любой результат приходящего к ней побуждения, какое бы наслаждение, большее или меньшее, полное или нулевое, ни давалось ей Владыкой нашего существа. В то же время, обладание и наслаждение являются ее законом, функцией, целью, свадхармой. Ее предназначение не в том, чтобы быть умерщвленной или подавленной, вялой в силе своего восприятия, мрачной, подавленной, изувеченной, инертной или бездействующей. Она должна иметь полную силу обладания, радостную силу наслаждения, ликующую силу чистой и божественной страсти и восторга. Наслаждение, которое она будет иметь, в своей сути станет духовным блаженством, но таким, которое вбирает в себя и трансформирует ментальную, эмоциональную, динамическую, витальную и физическую радость; поэтому она должна иметь интегральную способность к переживанию этих вещей и не должна – в результате утомления или же неспособности вынести великие накалы – подводить дух, разум, сердце, волю и тело. Полнота, ясная чистота и радость, уравновешенность, способность к обладанию и наслаждению – таково четырехстороннее совершенство психической праны (пурната, прасанната, самата, бхога-самартхъя).

III. Физическая прана и психическая прана

Существование витальной силы, или жизненной энергии, ставилось под сомнение западной наукой, поскольку эта наука занята исключительно самыми внешними действиями Природы и пока не имеет истинного знания чего-либо, кроме физического и внешнего. Эта жизненная сила, эта прана сама по себе не является физической; это не материальная энергия, а, скорее, иной принцип, поддерживающий Материю и вовлеченный в нее. Она поддерживает и заполняет собой все формы, и без нее никакая физическая форма не могла бы обрести бытие или, вернее, сохранить его.

* * *

Для практических целей нам следует проводить различие между жизненной энергией в том виде, в каком она действует в теле, т. е. физической праной, и жизненной энергией в том виде, в каком она действует как поддержка ментальной деятельности, т. е. психической праной. Ибо мы всегда ведем двойную жизнь: ментальную и физическую, и одна и та же жизненная энергия действует различным образом и принимает различные формы согласно тому, как она проявляет себя в одном или в другом виде.

* * *

Разум, жизнь и тело – это три силы нашей низшей природы. Их нельзя рассматривать отдельно друг от друга, потому что жизнь действует как связующий элемент и придает свой характер и телу, и в значительной степени нашей ментальности. Наше тело – это живое тело; жизненная сила участвует во всех его функциях и определяет их. Наш разум также в значительной мере является разумом жизни, разумом физических чувств; только в своих высших функциях он обычно способен на нечто большее, чем просто деятельность физической ментальности, подчиненной жизни. Мы можем расположить их (разум, жизнь и тело – прим. ред.) в следующем восходящем порядке. Прежде всего мы имеем тело, поддерживаемое физической жизненной силой, физической праной, которая течет по всей нервной системе и накладывает свою печать на нашу телесную деятельность, благодаря чему вся она происходит именно как деятельность живого тела, а не инертного физического механизма. Прана и физическая составляющая в совокупности образуют грубое тело, стхула шарира. Это только внешний инструмент, нервная сила жизни, которая действует в форме тела с его грубыми физическими органами. Далее, существует внутренний инструмент, антахкарана, сознательная ментальность… Эта ментальность пронизана жизненной силой, которая становится здесь инструментом психического сознания жизни и психического воздействия на жизнь. Чувственный ум и базовое сознание в каждой своей части пронизаны действием этой психической праны, это нервная, или витальная, и физическая ментальность. Даже буддхи и эго подчинены ей, хотя они обладают способностью поднимать ум за пределы подверженности этой витальной, нервной и физической психологии. Эта комбинация создает в нас чувственную душу желания, которая является главным препятствием для достижения более высокого человеческого совершенства, так же как и еще более великого совершенства божественного. Наконец, выше нашей нынешней сознательной ментальности присутствует тайный сверхразум, который является надлежащим средством и исконным прибежищем этого совершенства.

* * *

Желание – это одновременно и мотив наших действий, рычаг для свершений, и губительный яд для нашего существования. Если бы наш чувственный ум, эмоциональный ум и мыслящий разум могли действовать свободно от вторжений и примесей жизненной энергии, если бы эту энергию можно было заставить подчиняться их правильным действиям вместо того, чтобы налагать ее ярмо на наше существование, все человеческие проблемы гармонично двигались бы к своему разрешению.

Деформация, вносимая психической праной

…великое искажение, которое психическая прана вносит в наше бытие, – это желание. Корень желания – это витальная тяга завладеть тем, чем, как мы чувствуем, мы не владеем, это инстинкт ограниченной жизни, направленный на обладание и удовлетворение. Оно порождает чувство нехватки – прежде всего, это простое витальное влечение, связанное с голодом, жаждой, похотью, затем это психические разновидности голода, жажды, похоти ума, которые в гораздо большей степени и более непосредственно и глубоко поражают наше бытие, – это голод, который является бесконечным, поскольку представляет собой голод бесконечного существа, это жажда, которую можно утолить лишь временно, но которая по природе своей неутолима. Психическая прана вторгается в чувственный ум и привносит в него беспокойную жажду ощущений, вторгается в динамический ум вожделением контроля, обладания, господства, успеха, исполнения любого побуждения, наполняет эмоциональный ум желанием удовлетворения склонностей и предпочтений, излияний любви и ненависти, привносит отторжение и панику страха, а также напряжение и разочарование желания, муки горестей и кратковременную лихорадку и возбуждение радостей, делает разум и разумную волю сообщниками всех этих вещей и превращает их в искаженные и порочные в своем роде инструменты, волю – в волю вожделения и рассудок – в пристрастного, спотыкающегося и нетерпеливого преследователя ограниченных, нетерпимых, воинствующих предубеждений и мнений. Желание – это корень всякой печали, разочарования, скорби, ибо хотя оно приносит лихорадочную радость поиска и удовлетворения, все же, поскольку это всегда напряжение существа, оно привносит в этот поиск и обретение труд, голод, борьбу, подверженность быстрому утомлению, чувство ограниченности, неудовлетворенность и быстрое разочарование всеми своими приобретениями, постоянную нездоровую стимуляцию, беспокойство, тревогу, ашанти. Избавление от желания является единственным безусловно необходимым процессом в очищении психической праны, ибо благодаря этому мы можем заменить душу желания (с вносимой ею во все наши инструменты всепроницающей примесью) ментальной душой тихого восторга и ее ясным и прозрачным обладанием собой, миром и Природой, которое является кристально чистой основой ментальной жизни и ее совершенства.

Источник изъяна в психической пране

Психическая прана вмешивается во все высшие функции, чтобы исказить их, но ее изъян сам обусловлен искажающим вмешательством природы физической деятельности в теле, которое Жизнь развила при возникновении из Материи. Именно это породило обособленность индивидуальной жизни в теле от жизни вселенной и сделало свойственными для нее нехватку, ограниченность, голод, жажду, тягу к тому, чем она не обладает, долгие поиски вслепую наслаждения, изнуряющую и разочаровывающую потребность обладания. Ограниченная и легко контролируемая в чисто физическом порядке вещей, она широко распространяется в психической пране и с ростом разума достигает таких масштабов, что ее с трудом можно ограничивать, становится неутолимой, изменчивой – неутомимым возбудителем беспорядка и расстройства. Более того, психическая прана опирается на физическую жизнь, ограничивает себя нервной силой физического существа, ограничивает тем самым и функции ума и обусловливает его связь с зависимостью от тела и подверженностью утомлению, с неспособностью, болезнями, беспорядком, безрассудством, ничтожностью, ненадежностью и даже с возможным прекращением деятельности физической ментальности. Наш разум вместо того, чтобы могуче действовать в своей собственной силе, быть ясным инструментом сознательного духа, свободным и способным контролировать, использовать и совершенствовать жизнь и тело, предстает в результате смешанной конструкцией; он является преимущественно физической ментальностью, ограниченной своими физическими органами и подверженной нуждам и ограничениям жизни в теле.

Устранение изъяна

От этого можно избавиться только своего рода практическим, внутренним психологическим процессом анализа, благодаря которому мы начинаем осознавать ментальность как отдельную силу, изолировать ее для свободной деятельности, различать также психическую и физическую прану и делать их уже не связующим звеном зависимости, но передаточным каналом для Идеи и Воли в буддхи, послушным его внушениям и командам; прана при этом становится пассивным средством осуществления, обеспечивающим разуму непосредственный контроль над физической жизнью. Этот контроль, сколь бы аномальным он ни выглядел для нашего обычного состояния деятельности, не только возможен – он до некоторой степени проявляется в феноменах гипноза, хотя они и являются уже нездорово аномальными, поскольку имеется чужая воля, которая внушает и командует, – но должен стать нормальным действием, когда высшее «Я» внутри берет на себя непосредственное руководство всем существом. Этот контроль, однако, может быть совершенным, только когда он исходит с супраментального уровня, ибо именно там зиждутся истинные действенные Идея и Воля, ментальный же мыслеразум, даже будучи одухотворенным, является лишь ограниченным, хотя и могущим обладать великой силой, их представителем.

Желание – деградация воли к блаженству

Считается, что желание – это реальная побудительная сила человеческой жизни, и отбросить его означало бы остановить энергии, питающие жизнь; удовлетворение желания является единственным наслаждением, доступным человеку, и его искоренение означало бы уничтожение импульса жизни квиетическим аскетизмом. Однако подлинной мотивирующей силой жизни души является Воля; желание – это только искажение воли в преобладающей телесной жизни и физическом уме. По сути своей обращение души к обладанию и наслаждению миром заключается в воле к блаженству, и наслаждение удовлетворением желаний – лишь витальная и физическая деградация воли к блаженству. Необходимо, чтобы мы проводили различие между чистой волей и желанием, между внутренней волей к блаженству и внешним вожделением и алканием ума и тела. Если мы не можем проводить это различие на практике в опыте нашего бытия, нам остается только выбирать между убивающим жизнь аскетизмом и грубой волей к жизни или же пытаться установить между ними неуклюжий, ненадежный и сомнительный компромисс. В действительности это то, что делает подавляющее большинство людей; небольшое меньшинство попирает инстинкт жизни и борется за достижение аскетического совершенства; основная масса подчиняется грубой воле к жизни с такими модификациями и ограничениями, которые налагает общество или которые научен налагать на собственный ум и действия нормальный социальный человек; другие устанавливают баланс между этическим самообузданием и умеренным потворством желающему ментальному и витальному «я» и видят в этом балансе золотое средство благоразумного ума и здравой человеческой жизни. Но ни один из этих путей не дает совершенства, которого мы ищем, божественного управления волей в жизни. Полностью подавить прану, витальное существо, значит убить силу жизни, посредством которой должна поддерживаться масштабная деятельность воплощенной души в человеческом существе; потворствовать грубой воле к жизни значит оставаться удовлетворенным несовершенством; устанавливать компромисс между ними значит останавливаться на полпути и не владеть ни землей, ни небесами. Но если мы сможем опереться на чистую волю, не искаженную желанием, – которая, как мы обнаружим, является гораздо более свободной, спокойной, устойчивой и эффективной силой, чем колеблющееся, затухающее в дыму, быстро утомляющееся и угасающее пламя желания, – и на покойную внутреннюю волю блаженства, не уязвляемую и не ограничиваемую никаким беспокоящим алканием, то мы можем преобразовать прану из тирана, врага, атакующего ум, в послушный инструмент. Мы можем, если предпочтем, использовать для этих более великих вещей также имя желания, но тогда мы должны предположить, что существует божественное желание иное, чем витальное алкание, – Богожелание, сумеречной тенью которого является этот иной, низший феномен и в который он должен быть преображен. Лучше употреблять разные названия для вещей, всецело отличающихся по своему характеру и внутреннему действию.

Освободить прану от желания и тем самым полностью изменить обычное состояние нашей природы и превратить витальное существо из беспокойно господствующей силы в послушный инструмент свободного непривязанного разума является в таком случае первым шагом очищения.

Подлинные задачи Жизненной Силы

Вся трудность в духовном обращении с трудами Жизни возникает из-за того, что Воля-в-Жизни для своих целей в Неведении сотворила ложную душу желания и подменила ею ту искру Божественного, которая представляет собой подлинную душу, психическое существо. Все или большинство действий жизни в настоящее время – на самом деле или как нам кажется – побуждаются и искажаются этой душой желания; даже те действия, которые являются этическими или религиозными, даже те, что совершаются под личиной альтруизма, филантропии, самопожертвования, самоотрицания, насквозь пронизаны нитями ее производства. Эта душа желания является обособительной душой эго и все ее инстинкты направлены на обособительное самоутверждение; она всегда добивается, открыто или под более или менее блистающими масками, собственного роста, обладания, наслаждения, завоевания и владычества. Если проклятию беспокойства, дисгармонии и искажения суждено перестать терзать Жизнь, истинная душа, психическое существо, должна получить ведущее место и должен произойти распад ложной души желания и эго. Но это не означает, что самой жизни нужно запретить следовать присущим ей путем самоосуществления; ибо по ту сторону этой внешней жизни с ее душой желания в нас скрывается внутреннее и истинное витальное существо, которое не должно подвергнуться распаду, но, напротив, должно быть выведено на передний план и освобождено для своей истинной деятельности в качестве силы Божественной Природы. Выход на передний план этого истинного витального существа под руководством истинной сокровенной души внутри нас является условием божественного осуществления задач Силы Жизни. Эти задачи всегда останутся теми же самыми по своей сути, но изменятся по своему внутреннему мотиву и внешнему характеру. Божественное Могущество Жизни также будет волей к росту, силой самоутверждения, но утверждения Божественного внутри нас, а не жалкой преходящей личности на поверхности, – росту в подлинного божественного Индивида, центральное существо, тайную нетленную Личность, которая может проявиться только за счет умаления и исчезновения эго. Такова подлинная цель жизни: рост – но рост духа в Природе, утверждающего и развивающего себя в разуме, жизни и теле; обладание – но обладание Божественного Божественным во всех вещах, а не обладание вещами ради них самих желанием эго; наслаждение – но наслаждение божественной Анандой во вселенной; сражение, завоевание и владычество в форме победоносного противоборства с Силами Мрака, полное духовное самообладание и господство над внутренней и внешней Природой, завоевание владений Неведения Знанием, Любовью и Божественной Волей.

* * *

…существует психическая прана, пранический ум или душа желания; она тоже требует своего совершенства. Здесь также первой необходимостью является полнота витального могущества в уме, его способность в полной мере выполнять свою работу, владеть всеми импульсами и энергиями, данными нашей внутренней психической жизни для осуществления в этом бытии, поддерживать их и быть средством для исполнения их с силой, свободой, совершенством. Многие из вещей, которые нужны нам для нашего совершенства: смелость, эффективная в жизни сила воли, все элементы того, что мы сейчас зовем силой характера и силой личности, – в очень большой степени зависят в смысле полноты своей силы и способности к энергичному действию от полноценности психической праны. Но наряду с этой полноценностью должна присутствовать и устойчивая радость, ясность и чистота в психическом жизненном существе. Этот динамис не должен быть смятенной, горячащейся, бурной силой, порывистой или грубой в своей страсти; он должен обладать энергией, он должен получать восторг от своей деятельности, но это должны быть ясная, радостная, чистая энергия и устойчивый, надежно поддерживаемый чистый восторг. И в качестве третьего условия своего совершенства он должен пребывать в полном равновесии. Душа желания должна отказаться от своих громких требований, настойчивости или неуравновешенности своих желаний, с тем чтобы ее желания могли быть удовлетворены справедливо и сбалансированно, а также правильным образом, и в итоге должна полностью очистить их от характера желания и преобразовать их в импульсы божественной Ананды. Для этого она должна не предъявлять каких-либо требований и не пытаться навязывать себя сердцу, разуму или духу, но принимать с сильной пассивной и активной уравновешенностью любые побуждения и команды, которые приходят в нее от духа через канал безмолвного разума и чистого сердца. И она должна принимать также любой результат приходящего к ней побуждения, какое бы наслаждение, большее или меньшее, полное или нулевое, ни давалось ей Владыкой нашего существа. В то же время, обладание и наслаждение являются ее законом, функцией, целью, свадхармой. Ее предназначение не в том, чтобы быть умерщвленной или подавленной, вялой в силе своего восприятия, мрачной, подавленной, изувеченной, инертной или бездействующей. Она должна иметь полную силу обладания, радостную силу наслаждения, ликующую силу чистой и божественной страсти и восторга. Наслаждение, которое она будет иметь, в своей сути станет духовным блаженством, но таким, которое вбирает в себя и трансформирует ментальную, эмоциональную, динамическую, витальную и физическую радость; поэтому она должна иметь интегральную способность к переживанию этих вещей и не должна – в результате утомления или же неспособности вынести великие накалы – подводить дух, разум, сердце, волю и тело. Полнота, ясная чистота и радость, уравновешенность, способность к обладанию и наслаждению – таково четырехстороннее совершенство психической праны (пурната, прасанната, самата, бхога-самартхъя).

IV. Практическое руководство

Все обычные витальные движения чужды истинному существу и приходят извне; они не принадлежат душе, как и не берут в ней начало, но являются волнами, приходящими из общей Природы, Пракрити.

Желания приходят извне, входят в подсознательное витальное и поднимаются на поверхность. Только когда они поднимаются на поверхность и ум воспринимает их, мы осознаем в себе желание. Нам кажется, что оно принадлежит нам, потому что мы ощущаем, что оно таким образом поднимается из витального в ум, и не знаем, что оно пришло извне. Что принадлежит витальному, существу, что делает его ответственным – это не само желание, привычка отклика волнам или потокам внушений, которые входят в него из универсальной Пракрити.

* * *

Отвержение желания по сути представляет собой отвержение элемента алкания, удаление его из самого сознания как чуждого элемента, не принадлежащего истинному «я» и внутренней природе. Но отказ потворствовать внушениям желания также является частью отвержения; воздержание от внушаемого действия, если это не правильное действие, должно быть включено в йогическую дисциплину. Только когда это делается неверным способом, при помощи ментального аскетического принципа или жесткого морального правила, это можно назвать подавлением. Различие между подавлением и внутренним сущностным отвержением – это различие между ментальным или моральным контролем и духовным очищением.

* * *

Разница между подавлением (ниграха) и самоконтролем (самъяма) заключается в том, что первый подход можно выразить фразой: «Я не могу удержаться от желания, но я не буду удовлетворять свое желание», в то время как второй подход можно выразить фразой: «Я отвергаю желание, так же как и его удовлетворение».

* * *

Ваша теория ошибочна. Свободное выражение страсти может на время облегчить состояние витального, но вместе с тем это дает страсти право возвращаться в любой момент. Она нисколько не уменьшается. Подавление ее с внутренним потворством в тонких формах не является панацеей, но допущение ее во внешнем потворстве является панацеей еще в меньшей степени. Вполне возможно обойтись без проявления страсти, если вы решили достичь полного контроля, который будет не просто подавлением, но внутренним и внешним отвержением.

* * *

Желание и зависть должны быть выброшены из сознания – нет другого способа обращаться с ними.

* * *

Чтобы полностью избавиться от желания, требуется долгое время. Но если однажды вам удастся устранить его из природы и осознать, что оно является силой, приходящей извне и вцепляющейся своими когтями в витальное и физическое, то будет легче избавиться от захватчика. Вы слишком привыкли ощущать его как часть себя или как укоренившееся в вас – при таком отношении вам труднее иметь дело с его движениями и ниспровергнуть его древнюю власть над вами.

* * *

В том, что вы делаете, несомненно, имеется примесь желания, даже в ваших усилиях, связанных с практикой садханы, – именно в этом заключается главная трудность. Желание вносит в усилие нетерпение, и каждый раз, когда человек встречается с какой-то трудностью и не может быстро получить нужные результаты, это вызывает чувство разочарования и протеста, а также множество других чувств, причиняющих беспокойство и нарушающих внутреннее равновесие. Стремление не должно принимать форму желания – это должна быть внутренняя потребность души в Божественном, сопровождаемая спокойной и непреклонной волей обратиться исключительно к Божественному и найти Его. Полностью избавиться от примеси желания, конечно, не так легко – это трудно для кого угодно. Но если у человека есть воля и он намерен добиться этого во что бы то ни стало, то это возможно осуществить благодаря помощи и поддержке Силы.

* * *

Если у человека есть хорошие желания, то обязательно возникнут и плохие. В йоге не должно быть никаких желаний – только воля и стремление. Если есть желание, значит, возникнет привязанность, требование, пристрастие, недостаток самообладания, печаль, вызванная неимением желаемого, а такое состояние нельзя назвать истинно йогическим.

* * *

Каждому плану сознания присуща своя собственная истина. Но то, что является истинным для одного плана, не всегда остается таковым на более высоких планах. Например, существование желания и эго является истинным для миров ментального, витального и физического Неведения – человек без желаний и эго был бы не более чем бездушным механизмом, но когда мы поднимаемся выше, существование эго и желания уже воспринимается нами не как истина, а как ложь, искажающая истинную личность и подлинную волю. Борьба между силами Света и Тьмы является законом этого мира, однако по мере нашего восхождения на более высокие планы сознания она все более и более утрачивает свою значимость и на уровне Сверхразума отсутствует вовсе.

V. Кама

Желание – его оправдание

Импульс, стоящий за желанием

Жизнь здесь, в этом мире, развертывается на основе материальной субстанции, которая, в свою очередь, представляет собой бесконечно раздробленное Бытие, извечно стремящееся к своему воссоединению. Как состояние своеобразного динамического равновесия между этими двумя процессами бесконечного дробления и бесконечного соединения утверждается материальное существование вселенной. Усилия отдельного индивидуума, этого живого атома, направленные на свое собственное процветание и преуспеяние, составляют суть Желания. Физическое, витальное, моральное, ментальное развитие, достигаемое расширением опыта, обладания, поглощения, ассимиляции, в пределе стремящимся к всеобъемлющей полноте, есть неизбежное, фундаментальное и неуничтожимое побуждение Существования, однажды разделенного и индивидуализированного и, тем не менее, всегда осознающего в скрытых глубинах свою всеобъемлющую бесконечность. Стремление целиком воплотить это скрытое сознание есть движущая сила космического Божественного, желание воплощенного Духа в каждом отдельном существе. При этом вполне закономерно и неизбежно, что прежде всего это стремление ищет своей реализации на уровне жизни за счет всякого рода роста, развития и экспансии. В физическом мире это достигается питанием, добываемым из окружающей среды, поглощением себе подобных или того, что им принадлежит. Необходимость такого процесса является универсальным оправданием Смерти-Голода во всех его проявлениях. Вместе с тем, то, что пожирает, должно быть и само в свою очередь пожираемо, ибо жизнью на уровне физического мира управляет закон взаимообмена, воздействия и ответной реакции, ограниченной способности, а потому и, в конечном счете, истощения и разложения.

Необходимость желания

На уровне сознательного разума то, что было лишь витальным голодом подсознательной жизни, трансформируется в высшие формы. То, что было голодом в сфере витального, становится Желанием для ментализированной жизни, напряжением Воли для наделенной мыслью или интеллектуальной жизни. Подобная роль желания будет сохраняться до тех пор, пока индивидуум не достигнет достаточной степени развития и не станет хозяином своего собственного существа, не достигнет единства с Бесконечным, владыкой этой вселенной. Желание есть рычаг, с помощью которого божественный принцип Жизни самоутверждается во вселенной. Попытка подавить этот принцип в пользу инерции является отрицанием божественного принципа Жизни и проявлением Воли к небытию, а это есть уже неведение. Оставить индивидуальность можно лишь при одном условии – если перейти от нее к бесконечности. Соответственно, и желание преходит только тогда, когда превращается в желание бесконечного и удовлетворяется через высшую реализацию всеобъемлющего блаженства Бесконечного. При этом желание должно возвыситься от стадии голода в царстве взаимопожирания до уровня взаимной самоотдачи, радостной жертвы взаимообмена. Личность отдает себя другим, а те в свою очередь делают то же самое по отношению к этой личности. Низшее отдает себя высшему, а высшее низшему, достигая взаимной реализации друг в друге. Человек отдает себя Божественному, а Божественное отдает себя человеку. Всеобщее в человеке отдает себя всеобщему во вселенной, получая взамен реализацию универсальности в качестве божественной компенсации. Таким образом, закон Голода должен постепенно уступить место закону Любви, закон Разделения – закону Единства, закон Смерти – закону Бессмертия. В этом – и необходимость, и оправдание, а далее – кульминация и самореализация Желания, проявляющегося во вселенной.

Феномен неспособности

Желание есть интенция Силы Существа, индивидуализированного на уровне Жизни, в своем саморазвертывании во Времени и Пространстве, то есть в рамках конечного мира, последовательно утвердить присущее ему бесконечное Блаженство, Ананду Сатчитананды. Маска Желания, в которую облечена эта интенция, является непосредственным результатом третьего феномена Жизни, ее закона неспособности[1]. Жизнь есть бесконечная Сила, действующая в условиях конечного мира. В своей видимой индивидуализированной деятельности в конечных пределах ее всемогущество должно неизбежно принять форму ограниченной способности и частичного бессилия, хотя за каждым действием человека, каким бы бесполезным и беспомощным оно ни было, должно скрываться сверхсознательное и подсознательное присутствие всесилия бесконечно могущественной Энергии. В противном случае вообще ни малейшего движения в космосе произойти не может. Каждое отдельное действие и движение выступает слагаемым общей суммы универсального действия согласно воле всемогущего всеведения, источник которого Супраментал, присутствующий во всем сущем. Но индивидуализированная жизненная сила предстает перед своим собственным сознанием в ограниченном виде, исполненном неспособности, ибо она должна противостоять не только множеству других окружающих ее индивидуализированных сил, но также подвергается отрицанию со стороны самой бесконечной Жизни, не согласуясь непосредственным образом с ее общей волей и направлением действия. Поэтому ограниченная сила, феномен неспособности, есть третья из характеристик индивидуализированной и разобщенной Жизни. С другой стороны, импульс саморасширения и стремления к всеохватывающему обладанию сохраняется, и этот импульс вовсе не предназначен и не рассчитан ни на какие самоограничения своей силы и неспособность. В результате разницы между импульсом и способностью к обладанию возникает желание. Иначе, если бы сила всегда могла добиваться обладания объектом и достигать своей цели, желание никогда бы не возникло, а вместо него была бы лишь спокойная и лишенная желания Воля самообладания, подобная Божественной Воле.

Если бы индивидуализированная сила была бы энергией разума, свободного от неведения, то не возникло бы подобного ограничения и не было бы необходимости в желании.

* * *

…Желание – это необходимый рычаг самоутверждения; но в итоге Желание должно вырасти из закона Голода в закон Любви.

* * *

Когда мы выйдем за пределы наслаждений, мы обретем Блаженство. Желание было подмогой; ныне Желание преграда.

* * *

Всякое отречение совершается во имя большей, еще не достигнутой радости. Некоторые отрекаются во имя радости исполненного долга, некоторые – во имя радости покоя, некоторые – во имя радости Бога, а некоторые – во имя радости самоистязания, но совершайте отречение, скорее, как переход к свободе и безмятежному запредельному восторгу.

* * *

Не желание, не восторг должны двигать ищущим, но Воля, зарождающаяся в божественном покое, Знание, исходящее из трансцендентного Света, радостное Побуждение, представляющее собой силу из верховной Ананды.

Искоренение желания

Животное – это витально-чувственное существо; отличие человека от животного, по общему мнению, состоит в том, что он обладает интеллектом. Но это очень общий, очень несовершенный и вводящий в заблуждение взгляд. Ибо интеллект это лишь частное ограниченное утилитарно-инструментальное образование, деятельность которого обусловлена чем-то гораздо более значительным, чем он сам, силой, пребывающей в более светлом и свободном безграничном эфире. Подлинная и главная – в отличие от сиюминутных и промежуточных – задача нашего наблюдающего, рассуждающего, исследующего и оценивающего интеллекта состоит в том, чтобы подготовить человека к правильному восприятию и воплощению в жизнь Света свыше, который должен постепенно заменить в нем сумеречный низший свет, направляющий животное. Последнее также обладает рудиментарным рассудком, неким подобием мысли, определенного рода душой, волей и бурными эмоциями; его психология, пусть и менее развитая, принципиально ничем не отличается от психологии человека. Но в животном все эти качества подвержены жесткому автоматизму и строго ограничены, почти обусловлены низшим нервным существом. Восприятие животного, его ощущения и действия подчинены нервно-витальным инстинктам, вожделениям, нуждам, удовольствиям, увязанным воедино жизненными импульсами и витальными желаниями. Человек тоже подвержен, но в меньшей степени, этому автоматизму витальной природы. Человек может использовать в сложном процессе своего саморазвития просветленную волю, просветленную мысль и просветленные эмоции; он может все больше и больше подчинять низшую функцию желания этим более сознательным и осмысленным направляющим силам. И в той степени, в какой ему удается таким образом контролировать и просвещать свое низшее «я», он уже больше не животное, но человек. Когда же он может начать полностью замещать желание более высокими озаренными мыслью, видением и волей, пребывающими в контакте с Бесконечным, сознательно подчиняющимися более высокой, чем его собственная, божественной воле, связанными с более масштабным универсальным и трансцендентным знанием, он вступает на путь, ведущий ввысь, к сверхчеловеку; он начинает свое восхождение к Божественному.

В таком случае, мы должны прежде всего сосредоточить свое сознание в высшем разуме и его мысли, свете и воле или во внутреннем сердце и его глубиннейших чувствах и эмоциях – в любом из этих центров или, если это в наших силах, в обоих сразу – и использовать их как рычаг для того, чтобы возвысить всю свою природу к Божественному.

Согласно некоторым представлениям, Желание является творцом и вседержителем сущего – Желание и Неведение. Утрачивая желание, мы переходим за пределы Неведения, точно также как переходя за пределы Неведения, мы утрачиваем желание; тогда тварный мир оказывается превзойденным и душа входит в Божественную Реальность. Кама здесь говорит как Желание Творец, сила, исходящая из Блаженства Божественной Реальности, к которой, отвергая желание, мы возвращаемся, анандам брахмано видван, овладевая блаженством Брахмана.

О, бездны пустоты, моря пространства

Безлюдные, ширь царств бесплодных света

Вдруг населяют сонмы форм живых,

Желаньем зачарованы! Восторг мой

Я шлю, дыханьем, в сердце бытия,

И сладкого влеченья ураган

Взрывает тишь его и наполняет

Трепещущей неукротимой страстью,

И тишь сменяет мелодичный клич,

И мир цветет. Из сердца моего

Взмывают солнца в пустоте бездушной

И звезды кружат в чудодейных танцах,

Сплетая смертной жизни сеть. Ведь я

Любовь, я страсть. Я сотворяю мир.

Лишь я его творец. Мое желанье

Приемлет сонмы форм; я изменяюсь,

Кружась, спеша, и все мое творенье

Спешит со мной. Я этот мир храню,

Ведь я любовь. Я от себя устану —

И мир свернется снова в Пустоту.

Восторг и смех, рука в руке шагая,

Идут со мной; я в боль и скорбь играю.

Я танец Кришны и я – танец Кали,

Могущество и Царственность – со мной.

Я сердце превращу в дитя в игре,

А душу тварей – в женщину в блаженстве.

О Глад, о Жажда, мир, восстав, творите!

Восторг, дай силу жить ему, приди!

Эфир, теки! Дыханье жизни, полнись

Нетленным вихрем! О взметнись, огонь,

Морями чудо-цвета, волн безбрежных

Радужносветья! Ты, стихия вод,

Будь соком, вкусом будь во всех вещах —

Усладой чувств. Ты, твердая земля,

Собой проникни жизнь, миров поддержкой.

Я радостью дарю сердца людские,

Твержу закон гармонии и власти.

Свершив все это, людям дав познать

Мою красу, желанность и блаженство,

Я спрячусь вновь от них, от их желанья

И утвержу закон погони вечной:

«Кто отказался от меня, обрящет;

Кто гонится за мной, лишь потеряет».

Глоссарий

Авидья – Неведение; сознание Множественности; относительное и множественное сознание.

Ананда – блаженство, упоение, духовный экстаз; основополагающий принцип самосущего наслаждения, составляющий природу трансцендентного бесконечного бытия.

Брахман – единая изначальная Реальность; всепревосходящий непознаваемый Абсолют, выступающий в трансцендентном, универсальном и индивидуальном аспектах как Всевышний Господь; Супракосмическое Бытие, несущее в себе космос; Космическое «Я», поддерживающее все сущее; «я» каждого существа; является объектом любого познания; имеет пассивный и активный аспекты, выступая как безличное и бескачественное Божественное и как Божественное, обладающее личностью и качествами.

Буддхи – разум-воля; понимание; интеллект; рассудок; мыслящий ум; принцип различения, объединяющий разум и волю.

Витальное (витальное существо) – жизненная сила, проявляющаяся в человеке в виде существа желаний, эмоций, чувств, побуждений, амбиций и т. д.

Гуны – три качественных состояния универсальной Природы: тамас, раджас и саттва.

Динамис – «…это греческое слово, насколько я знаю, не использующееся сейчас в английском; но глагол dunamai – «я могу», «я способен», от которого оно происходит, дал целый ряд глаголов английскому языку, включая dynamise, dynamics, dynamic, dyne (единица силы), так что это слово может сразу быть понято всеми английскими читателями. Оно означает силу, особенно энергичную силу для энергичного действия. Это слово эквивалентно санскритскому слову Шакти. В философском отношении оно может выступать как противоположное слову «статус»: Божественный Статус, Божественный Динамис». (Шри Ауробиндо, т. 30, с. 369)

Кали – разрушительная ипостась Божественной Матери; мать всего и уничтожительница всего.

Кама – желание; один из четырех человеческих интересов, удовлетворение желаний всех видов.

Карма-йога – йога действий, совершение действий как подношения Божественному без желания получить результат.

Квиетизм, Квиетический – безучастное, пассивное отношение к жизни.

Кришна (Шри Кришна) – божественное воплощение, ипостась Божественного Блаженства; в индуизме считается восьмым и полным воплощением Вишну, хранителя мира. В земном воплощении – правитель народа ядавов, царь и воин; прославился своими великими подвигами и победами над множеством могущественнейших демонов; неявным образом направлял описанное в эпосе «Махабхарата» противоборство двух царских родов пандавов и кауравов во имя поддержания Истины на земле; в битве между ними на поле Курукшетра принимал участие как колесничий Арджуны, одного из пандавов.

Ментальное существо (ментальное) – часть человеческого существа, связанная с умом и его познавательной деятельностью, мышлением, идеями и представлениями, восприятием и реакциями, движениями и формациями, видением и волей и образующая ментальное существо человека.

Пракрити – Природа; праматерия, в движении которой разворачивается мир форм; Сила Природы; Душа Природы; исполнительная или действующая сила.

Прана – жизненная энергия; жизнь; дыхание жизни.

Психическое существо (психическое) – наше подлинное центральное существо, наша истинная душа; бессмертная искра Божественного в человеке, которая поддерживает всю деятельность внешней ментально-витально-физической личности и развивается в последовательности перевоплощений.

Раджас (раджасический) – наряду с саттвой и тамасом одно из трех качественных состояний универсальной Природы, гун, – состояние действия, желания и страсти; сила движения (выражается в виде качеств борьбы, усилия, страсти и действия).

Раса – 1. сок; суть. 2. вкус; удовольствие; предпочтение; аффектация чувств. 3. эстезия; отклик ума, витального ощущения и чувств на определенный «вкус» в вещах, который часто, хотя и не всегда, является духовным чувством. Восемь рас – восемь форм эмоционального эстетизма.

Санкхья – одна из систем классической индийской философии. Зародилась в VII–III вв. до н. э. Санкхья в том ее варианте, который утвердился в раннем средневековье, постулирует наличие двух независимых реальностей: Пуруши (чистого сознания) и Пракрити (материи). Пуруша находится вне мира объектов, он не затрагивается их действиями и не вовлекается в проявления материального мира. Пракрити не обладает интеллектуальной силой, но наделена неисчерпаемой энергией и способностью к модификациям. Человек как Пуруша, носитель вечного, нематериального начала, соотносит себя со своим телом, т. е. с невечной, материальной сущностью. Задача его в том и состоит, чтобы преодолеть это ложное смешение «Я» и «не-Я», ошибочное отождествление вечного, бездеятельного, сознательного Пуруши с проявлениями активного материального мира, лишенного сознания, т. е. Пракрити.

Саттва (саттвический) – наряду с раджасом и тамасом одно из трех качественных состояний универсальной Природы, гун, – состояние света, равновесия и умиротворенности; сила равновесия (выражается в виде качеств доброты, гармонии, счастья и света).

Сатчитананда (Бытие-Сознание-Блаженство) – тройственный принцип Божественного Существования.

Свадхарма – собственный закон действия; подлинное правило и способ бытия; истина собственного внутреннего движения.

Супраментал (Сверхразум) – термин, введенный Шри Ауробиндо: сфера всеобъемлющего и всемогущего Сознания-Истины, превосходящего даже наивысшие уровни ментального сознания. «Супраментал это Сознание-Истина, в котором Божественная Реальность проявляется со всей полнотой и совершенством без участия средств и орудий Неведения; статическая истина абсолютного бытия обретает динамическое выражение в истине энергии и деятельности бытия, самосущей и совершенной. (Шри Ауробиндо, т. 20, с. 266)

Тамас (тамасический) – наряду с раджасом и саттвой одно из трех качественных состояний универсальной Природы, гун, – состояние неведения и инертности; сила несознания, проявляющаяся в неспособности и бездействии.

Ссылки

3 SABCL, Vol. 28, p. 318

5 SABCL, Vol. 27, p. 210

6 SABCL, Vol. 12, pp. 74-75

7 SABCL, Vol. 12, pp. 75-76

9 SABCL, Vol. 12, p. 136

11 SABCL, Vol. 13, pp. 242-43

15 SABCL, Vol. 13, pp. 243-45

18 SABCL, Vol. 13, pp. 91-97

26 SABCL, Vol. 13, pp. 562-64

29 Савитри, с. 316

30 SABCL, Vol. 13, pp. 170-71

32 SABCL, Vol. 13, p. 205

33 SABCL, Vol. 20, pp. 140-41

36 SABCL Vol. 12, p. 200, SABCL, Vol. 20&21, p. 333

37 SABCL, Vol. 20&21, pp. 619-20

39 SABCL, Vol. 20&21, pp. 335-36

40 SABCL, Vol. 20&21, pp. 629-31

45 SABCL, Vol. 20&21, pp. 631-32

48 SABCL, Vol. 20&21, pp. 164-65

50 SABCL, Vol. 20&21, pp. 706-07

53 SABCL, Vol. 22–24, pp. 1397-98, SABCL, Vol. 22–24, p. 1398

54 SABCL, Vol. 22–24, pp. 1402-03, SABCL, Vol. 22–24, p. 1402

55 SABCL, Vol. 22–24, p. 1402, SABCL, Vol. 22–24, p. 1399

56 SABCL, Vol. 22–24, p. 567

57 SABCL, Vol. 22–24, p. 567, SABCL, Vol. 22–24, p. 258

58 SABCL, Vol. 5, pp. 80-81

61 SABCL, Vol. 18, pp. 194-96

66 SABCL, Vol. 27, p. 384, SABCL, Vol. 16, p. 377

67 SABCL, Vol. 17, p. 89

67 SABCL, Vol. 20, pp. 254-55

68 SABCL, Vol. 20, pp. 73-74

Сокращения:

SABCL – Sri Aurobindo Birth Centenary Library

CWM – Collected Works of the Mother

Об Авторах

Шри Ауробиндо – выдающийся мыслитель, общественный деятель, поэт, йогин – родился в Калькутте 15 августа 1872 г. С семилетнего возраста обучался в Англии; окончил Королевский колледж в Кембридже. В возрасте 21 года он возвращается в Индию. В течение последующих 13 лет занимает различные посты в администрации г. Бароды, преподает английскую и французскую литературу в местном университете, а в 1906 г. переезжает в Калькутту, где становится ректором Национального колледжа. Кроме того, в эти годы он включается в активную политическую борьбу за независимость Индии и погружается в изучение ее культурного и духовного наследия. В 1904 г. он решает ступить на путь йоги, стремясь использовать духовную силу для освобождения своей родины.

В 1908 г. Шри Ауробиндо был арестован по подозрению в организации покушения на одного из чиновников британского колониального правительства и оказался в тюрьме с обвинением, грозившим ему смертной казнью, однако по окончании следствия, длившегося целый год, был полностью оправдан и освобожден.

В 1910 г., повинуясь внутреннему голосу, он оставляет «внешнюю» революционную работу и удаляется в Пондичерри, французскую колонию на юге Индии, чтобы продолжать интенсивные занятия йогой. На собственном опыте реализовав высшие духовные достижения прошлого, Шри Ауробиндо смог превзойти их и осознал, что окончательной и закономерной целью духовных поисков является полная трансформация человека, вплоть до физического уровня, и воплощение на земле жизни божественной. Достижению этой цели он посвятил оставшиеся сорок лет жизни.

Шри Ауробиндо оставил физическое тело 5 декабря 1950 г. Его литературное наследие насчитывает 35 томов, среди которых мировоззренческие труды, обширная переписка с учениками, множество стихов, пьес и грандиозная эпическая поэма «Савитри», которая явилась действенным воплощением его многогранного духовного опыта.

Мать (Мирра Альфасса) родилась в Париже 21 февраля 1878 г. Ее отец был банкиром, выходцем из Турции, а мать принадлежала к египетской королевской семье. Начальное образование Мирра получила дома; она прекрасно рисовала, играла на фортепиано и делала успехи на литературном поприще.

Уже в детстве Мирра получила ряд духовных опытов, которые, как она позднее говорила, заставили ее «осознать возможность соединения человека с Всевышним и всесторонней реализации Его в жизни божественной».

В 1906–1907 гг. Мирра дважды посетила Алжир, где изучала оккультизм. Постепенно вокруг нее сформировалась группа духовных искателей. В 1914 г. Мирра отправляется в Пондичерри (Индия), где встречает Шри Ауробиндо, узнав в нем того, кто многие годы направлял ее внутреннее развитие. Она пробыла рядом с ним около года и затем вернулась в Париж. В 1920 г. она приехала в Пондичерри насовсем.

Постепенно вокруг Шри Ауробиндо и Мирры собралась небольшая группа учеников, которая со временем превратилась в Ашрам Шри Ауробиндо. Почти полвека Мирра, которую теперь называют Матерью, руководила Ашрамом, и за это время он вырос в огромную общину, насчитывавшую около 2000 членов. В 1951 г. Мать создала школу, которая затем превратилась в Международный образовательный центр. В 1968 г. она основала Ауровиль, международный город, расположенный недалеко от Пондичерри и насчитывающий сегодня около 1700 жителей – представителей всех народов земли, стремящихся воплотить мечту Шри Ауробиндо о едином человечестве.

Но прежде всего Мать была первопроходцем в области духовного опыта и оккультной практики; ей удалось освоить такие уровни сознания, о существовании которых люди не догадывались раньше. Ее литературное наследие насчитывает 17 томов и представляет собой своего рода мост, перекинутый от глобального видения и учения Шри Ауробиндо к проблемам обыденной жизни, озаренной духовным Светом.

Мать оставила физическое тело 17 ноября 1973 г.

Notes

1

Смерть, Желание и Неспособность образуют триаду разобщенной жизни.

Content

Шри Ауробиндо, Мать
Как победить желание

I. Корни желания

II. Деятельность нашей поверхностной жизни

Для истинной жизни души

Причина желания и его преодоление

Путь садханы

Предостережение

Ложная душа желания

Деформация, вносимая психической праной

Желание – деградация воли к блаженству

Подлинные задачи Жизненной Силы

III. Физическая прана и психическая прана

Деформация, вносимая психической праной

Желание – деградация воли к блаженству

Подлинные задачи Жизненной Силы

IV. Практическое руководство

V. Кама

Желание – его оправдание

Искоренение желания

Глоссарий

Ссылки

Об Авторах

Notes