Виктор Пожидаев

Империя Маглендол. Проклятье короля

© В. Пожидаев, 2015

© ООО «Написано пером», 2015

* * *

Глава первая

– Милорд, ваш конь готов к утренней прогулке, – низко поклонившись, высоким торжественным голосом произнес вошедший в просторный, хорошо освещенный ранними солнечными лучами зал.

– Спасибо, Ричард, – оторвав глаза от лежащей на столе карты, бросил сидевший напротив широкого окна человек. – Я сейчас спущусь, скажи, пусть все готовятся к утренней охоте.

Дверь бесшумно закрылась за вышедшим из комнаты дворецким, который, поклонившись человеку, сидевшему за столом, поспешил покинуть кабинет, чтобы не мешать уединению своего господина.

– Война, началась война. Опять воинственные племена из далеких Тайных земель, что за Зубастым хребтом, напали на восточные провинции, готовясь уничтожить все на своем пути и увести население в плен, – молча рассуждал мужчина. – В который раз эти дикие племена вторгаются в восточные предгорные пределы нашего государства, и никто не может их остановить. Редкие эльфийские заставы по лесам востока страны едва сдержат и сотую долю инородного войска, а гномьи отряды даже не захотят марать свои топоры о мерзкую кровь карбезов, как они называют этих страшных пришельцев.

Всего восемь лет прошло с тех пор, как объединенные войска семи земель Семиземья одержали блестящую победу над племенами кочевников в битве у горы Незул, что в центральной части Зубастого хребта. Казалось, не менее трех десятков лет понадобится врагам, чтобы восстановить силы, но не тут-то было. Восемь лет, всего восемь недолгих лет, и новые тысячи кочевников передвигаются в глубокой тайне через опасные ущелья приграничного хребта, и дайте нам силы, Хозяева Звездных садов, чтобы в этот раз мы смогли удержать их в восточных провинциях, не дав приблизиться к центру королевства – нашему славному Арфину.

Взгляд молодого человека медленно скользил по искусно изготовленной карте, на которой тонкие нити рек, пересекаясь, устремляли свои потоки в великие воды Окраинного моря. Седые макушки огромных исполинов ярко выделялись на коричневом фоне горных систем, коими были богаты границы Семиземья. Зеленые контуры лесов и красные очертания городов мерцали на карте, изготовленной лучшими магами королевства – магами, побывавшими в далеких землях Стоунхенджленда, где, по легендам, обитают перворожденные синки – величайшие маги всего Маглендола, в котором и располагалось королевство Афлот, являвшееся частью некогда могущественной провинции древнего царства.

Тонкий стержень медленно и аккуратно рисовал на полотне различные фигуры, каждая из которых несла в себе огромную, очень важную информацию.

– Необходимо провести мобилизацию, – рассуждал мужчина, склонившись над столом и рассматривая пределы своих владений. – Необходимо по крайней мере еще восемьдесять легионов, чтобы прикрыть ими провинции второй линии обороны, что вдоль реки Тихой.

Еще несколько безмолвных минут провел человек в просторном светлом зале, который, судя по всему, являлся его рабочим кабинетом. Большой, темного дерева стол прочно стоял у окна, за которым открывался прекрасный вид на столицу одного из могущественных государств восточной части Маглендола. Именно за этим столом король работал над документами, о чем свидетельствовали кипы сдвинутых к краю, чтобы освободить место огромной карте Семиземья, в беспорядке лежащих бумаг.

Мощные, до самого потолка полки возвышались вдоль двух смежных стен. На них внушительными рядами стояли различной толщины книги, поражая гостей зала своей стариной и объемом. Здесь находились фолианты чуть ли не со всех земель Семиземья, начиная от летописей соседних королевств и заканчивая трудами Чарденольских и Перетальских чародеев. Да, бесспорно, хозяин такой библиотеки был не только умным и просвещенным человеком, одним из образованнейших в королевстве, но еще и очень богатым, ведь многие из книг стоили десятки тысяч золотых монет – деньги, на которые можно было содержать не один отборный легион.

Вокруг книжных рядов полуовалом размещалась изящная, искуснейшей резьбы мебель, изготовленная в лучших мастерских гильдии древорезов, что проживали у Громкого леса, в котором брали начало воды Тихой реки.

Свободная стена украшалась разными, порой диковинными и непривычными для простого жителя королевства чучелами животных, которых охотолюбивый государь собственноручно добыл в качестве трофеев в различных частях света. Здесь были и тигры с зубами, подобными сабле степняков, что живут далеко, на много лиг к западу от эльфийских лесов, и огромные ушастые крокодилы, уши которых чешуйчатыми жесткими стебельками на два фута возвышались над огромными выступающими глазами. Головы винторогих быков украшали стену над камином. Этот трофей король получил во время охоты в Сказочном лесу, что за Рубежными горами. Но особой гордостью королевской коллекции считалось чучело не очень большой, чуть более трех футов ростом, зверушки, обитающей только в Потерянном лесу, что простирается за Эльфийскими землями и Великой пустыней. Маленький большеглазый зверек с первого взгляда мог показаться простой обезьянкой, но много, очень много черт – не только внешности, но и характера – отличало этих существ друг от друга. Добрый и кроткий характер обезьянки ничуть не походил на зловещий и жестокий нрав Потаенного дьявола, что наводил страх и ужас на жителей ближайших к лесу деревень. От взгляда больших глаз с узкими маленькими зрачками стыла кровь у любого, кто был слаб душой и телом. Редковолосая, увеличенных размеров голова держалась на тоненькой, чуть вытянутой шее. Толстые губы и узкий удлиненный нос в сочетании с длинными, в полфута, заостренными ушами пугали любого, кто сталкивался с этим существом. Острые редкие зубы говорили о хищнической натуре зверька, что подтверждалось руками-лапами и ногами с широкими ступнями. Нередко Потаенные дьяволы собирались в большие стаи и нападали на эльфийские и гномьи поселения, раскинувшиеся вдоль Потерянного леса.

Это было давно, около девяти лет назад, за несколько лун до войны с карбезами. В те времена король был еще принцем и гостил в землях эльфов у этого леса. Там он и услышал одну старинную, передаваемую от эльфа к эльфу легенду о происхождении этих созданий. Как сейчас король помнил теплый летний вечер, когда он с десятком перворожденных стоял лагерем на опушке леса. Ярко горел костер, в котором весело потрескивали сухие сучья, распространяя вокруг добрый, полный жизни свет.

Гордый остроухий эльф по имени Корум ан Мукан из древнего рода Муканов, помнящий еще рождение Рубежных гор, легко и гордо присел на траву у костра, умудрившись при этом не примять ни травинки и, вертя в руке одну из своих метких стрел, поддался на уговоры принца и его свиты – тихо, словно начиная песню, заговорил.

– Юна была земля Маглендола, юным было и солнце, одаряющее своими лучами наш мир. Чистые реки, полные золотистой форели, текли совсем не так, как они бегут сейчас. Древние леса только-только зарождались, а пустыни еще были внутренними морями. Странные звери хаживали по миру. Длиннокрылые ящеры, предки наших драконов, заслоняли небеса, отбрасывая огромные полулиговые тени на жителей низов. Мохнатые скалы не торопясь ходили по тайным тропам, оглушая встречных животных своим ревом. Не было ещё людей на земле, только-только появились маги, и даже древние горы были еще молоды и могучи. Только древние эльфы пришли в этот мир по лишь им ведомым дорогам, связывающим между собой сотни тысяч миров. Расселились они по лесам и стали обживать сей славный уголок вселенной. Но зло, как и добро, всегда ходит рядом, по просторам междумирья, занося свои семена в разные его уголки.

Небольшой отряд эльфов, бродивший далеко на северо-западе, набрел на одну глубокую пещеру в уже тогда ставшей древней скале, ныне исчезнувшей под телом новых гор. Нечто ужасное увидели они там. Нечто, достойное взора Великих, таилось в глубоких гротах этой скалы.

Только один эльф выжил после страшной встречи с неведомым, прервавшим жизни многим смелым перворожденным, которые не пожелали подчиниться силе увиденного. По сей день никто не знает, что повстречали смелые сыны звезд, что напугало или одолело их, от чего они умерли на месте. Даже единственный выживший не мог вымолвить ни слова.

Прошло несколько лун после возвращения спасенного в славные леса эльфов. Обеспокоенные правители решили узнать, что повстречали их друзья в подземельях, где даже гномьи разведчики не решались устанавливать свои времянки. Семь смелых эльфов, простившись с лесом, устремились на поиски неведомого в пределы, поглотившие в своих недрах лучших сынов молодых звезд.

Корум вздохнул, прерывая на мгновение свой рассказ. Тишина нависла над ночной поляной, озаряемой светом потрескивающего костра. В огненных отблесках молчаливые лики остроухих казались выбитыми из камня, что подчеркивало их неподвластность времени.

– Я тогда был еще молод, – словно очнувшись ото сна, продолжил эльф, – поистине молод. Всего несколько сот лун топтал я землю под сказочными звездами этого молодого мира, любуясь прелестью лесов и поклоняясь величеству создателя.

– Мой отец был среди них, – то ли с гордостью, то ли с тоской промолвил сидевший с Корумом эльф по имени Гараниль. – Мой отец ушел на поиски истины и погиб, спасая лес от опасности. – Гордостью вспыхнули его глаза в тот момент, когда он представил своего ушедшего отца.

– Семь сынов леса покинули Эльфийские земли и направились в путь к горам, на месте которых сейчас высится Орлиный хребет. Много лун шли они навстречу опасности, много крови испробовали острые клинки по дороге к гроту. Наконец, после нескольких лун пути, семь уставших, но полных решимости перворожденных, подошли к подножию огромной горы, макушка которой щекотала стопы белоснежных облаков. Маленькая пещерка обнажала проход к сердцу горы. Странники спустились в пролом и устремились в лоно Земли навстречу великой тайне, унесшей несколько лун назад их сородичей. Много дней прошло на поверхности. Луна один раз нарастила себе половинку и один раз её сбросила, но никто не выходил из подземных пределов. В тот миг, когда похудевшая луна исчезла с небесной тропы, измученные эльфы вышли наконец из тела горы. Впрочем, вышли не все. Лишь один дряхлый старец показался на поверхности, из последних сил держа в руках неземной работы сундучок, наглухо закрытый странным заклинанием, на которое ушли все жизненные силы сражавшихся.

Что видели они в подземных пределах, никто не знает. Никто не узнал бы и о судьбе посланников, если бы предусмотрительные правители не наложили на них чары преследования, которые действовали во время пути смельчаков к сердцу тайны. Но в момент появления сундука чары разрушились, и о судьбе эльфов никто ничего более не ведал.

Лесные птицы, встречающие плетущегося домой старца, видели у него в руках сундучок, но не могли сказать, куда он его нес – в родной лес или в какое-нибудь иное место.

Прошло несколько лун. Листья на старом дубе, что стоял на границе эльфийских земель, дважды меняли цвет, но никто за это время не слышал о судьбе вмиг постаревшего эльфа. Но когда великий дуб вновь накинул изумрудный мундир, из Потерянного леса пришла весть о появлении на его рубежах героя. Медленно, изнемогая от усталости, он с упорством нес запечатанный ларец. В одну из ночей пребывания в загадочном лесу на одинокого старца напали карлики. Целые сутки длился бой: эти существа, будто завороженные, кидались на славный меч могущественного, но ослабшего эльфа. Силы были не равны: тайна была утеряна, а те, кто мог рассказать что-либо о ней, пошли бродить в Звездных садах и разговаривать с древними. С тех пор этих существ называют Потаенными дьяволами.

– Ларец был утерян, – встрепенулся Корум, – и существа стали его новыми хозяевами. Но вот открыть им его не удалось. Наложенное на ларец заклятие ударило по мерзким карликам: часть их превратилась в Потаенных дьяволов – тех существ, какими мы их знаем сегодня, дьяволов, берегущих великую тайну мира, затерянную где-то в этих лесах, другая же часть навеки исчезла из обитаемых земель.

Последние слова эльф произнес с какой-то внутренней серьезностью и уверенностью в том, что когда-нибудь он найдет утерянный ларец и постигнет тайну Великих, сокрытую в нем.

Именно Потаенный дьявол красовался на стене кабинета правителя одной из земель Семиземья – славной страны Афлот со столицей в городе Арфин.

Во время войны с карбезами восемь лет назад погиб её бывший правитель – Мудрый Артин, сын Андила, внук Аршота, и власть по праву перешла в руки его сына – человека, которого уже через несколько лун после коронации нарекли Смелым Артуром. Новый правитель был молод и хорош собой. В свои двадцать шесть лет он имел крепкое атлетическое телосложение, хорошо сочетающееся с высоким, в шесть с четвертью футов, ростом. Густые, иссиня черные волосы мягкими волнами спускались на плечи, придавая лицу некую загадочность, которая в сочетании с большими карими глазами, обрамленными густыми и длинными ресницами, пухлыми губами и правильной формы носом сводили с ума дочерей всех высоких фамилий королевства.

Король носил зеленого сукна с золотым обрамлением камзол со слегка приподнятым воротником и загнутыми рукавами, и тонкой материи легкие, почти невесомые штаны, в которых зимой было достаточно тепло, а летом совсем не жарко. На боку, в изготовленных из золота и драгоценных камней ножнах висел, постукивая о колено, легкий, словно сделанный из серебра, меч древних мастеров Семигорья. По изящному, сверкающему в лучах солнца клинку причудливым рисунком тянулись древние руны, которые в момент опасности могли придать мечу огромную, таящуюся в наложенных на него чарах силу.

На ногах правителя Афлота красовались удобные, изготовленные из кожи дикой козы гинзу, что водилась в ущельях Ночных гор, сапоги, обтягивающие ногу хозяина. Секреты мастеров в сочетании со свойствами кожи не позволяли ногам уставать, а порой, при долгих переходах, помогали снимать тяжесть и с других частей тела.

– На дворе новая война, – вырвался из пут воспоминаний Артур, – через луну, а, может, и раньше, у подножия Зубастого хребта мы будем проливать кровь наших врагов, платя за это огромную цену – жизни наших граждан. Реки крови потекут меж древних камней перевалов Зубастого хребта, легионы солдат уйдут в Небесные сады на встречу с древними, но такова плата за свободу. Плата за желание свободно пахать землю и растить детей, за возможность испустить последний вздох в кругу друзей и родных, а не в застенках вражеских каменоломен или в обнимку с тяжелейшим веслом где-нибудь на галерах пиратов Заокраинных земель, что за Окраинным морем.

Правильно гласит древняя мудрость: «Если хочешь жить – умей умереть за эту жизнь».

– Да… – вздохнул правитель. – Правы были наши предки, говоря, что, коль желаешь жить свободно, надо уметь умирать за эту свободу и во имя свободы. Так делали многие поколения, жившие до нас; так будут делать и те, кто придет после нас – на землю, сохраненную для них ценой крови предков.

– Бесспорно, – думал Артур, – каждая самостоятельная и независимая страна имеет в своей истории войны с народами, покушавшимися на ее земли с одной лишь целью – захватить, разрушить и разграбить всё, что попадется на их пути, а пленников обратить в рабов, чтобы последние, не покладая рук и не щадя себя, трудились день и ночь на своих хозяев, множа число сундуков с золотыми монетами в их кладовых.

Много войн выдержал Афлот за многовековую историю своего существования, много тысяч его граждан изнывает от непосильного гнета рабских работ под плетью работорговца, но скольких мы смогли уберечь от этой страшной доли, скольким мы помогли остаться с семьей и детьми?

– Что поделаешь, – встал из-за стола Артур, – война – на то и война, чтобы ценой потерь, кровью доказать врагам свое право жить под тем солнцем, на той земле, которую отвоевали у диких зверей и духов предки.

– Скоро, очень скоро, – потирая руки, свернул карту правитель, – мы докажем этим войнолюбивым карбезам, кто хозяин земель по эту сторону хребта. И мы пойдем дальше, в Тайные земли, чтобы уничтожить все приграничные селения за полсотни лиг от границы, чтобы карбезы не смогли быстро восстановить силы.

– Милорд, милорд Артур! – Раздался уже знакомый нам голос человека, не так давно нарушившего покой правителя Афлота. – Кони давно готовы к утренней прогулке.

– Хорошо Ричард, – махнул рукой молодой мужчина, подойдя к открытому окну, – через пару минут я буду. Королева подойдет?

– О да, конечно же, милорд, – улыбнулся дворецкий. – Её величество вместе с вашей мамой, достопочтенной Амелин, уже давно томятся в тени фруктовых деревьев в ожидании вашего появления.

Король засмеялся.

– Скажи им, пусть покушают яблок, да возьмут пару в дорогу – она будет длинной.

– Хорошо, милорд, – поклонился дворецкий, – я передам ваши слова госпоже Амелин и прекрасной Анне.

– Вот ещё что, – добавил Артур, остановив его. – Пусть к моему приезду в Рубиновом зале соберется совет. Пригласи всех министров и градоначальника, разговор будет серьезный. И… не забудь пригласить эльфийскую знать, что служит в наших войсках.

– Хорошо, Артур, я всё сделаю, – опустил привычное «милорд» Ричард, – через пару часов все соберутся, чтобы выслушать вашу речь.

Дворецкий, слегка поклонившись своему королю, не торопясь, направился в расположенный в нескольких десятках ярдов садик, где в ожидании короля расположились дамы.

Еженедельно Артур собирал знать Арфина и устраивал продолжительную утреннюю прогулку с остановкой и небольшим пикником по пути. Вот и сегодня, несмотря на печальные новости с границы, король решил не пугать раньше времени горожан грядущей войной, а объявить об этом вечером, во время очередного придворного бала, проходящего обычно в великолепном Колонном зале дворца.

Молодой человек отошел от окна и, спрятав карту в ящик стола, легким движением руки надел на голову элегантную шляпу, в которой обычно совершал лесные прогулки. Через несколько секунд он быстро вышел из кабинета, поприветствовав движением руки стоявших у дверей по стойке «смирно» гвардейцев из личной охраны и, не торопясь, направился к лестнице, ведущей на первый этаж дворца к выходу в сад.

– Артур! – Окрикнул короля чей-то голос. – Мы что, сегодня всё-таки едем, как обычно?

– Конечно, мой друг, – остановился король, обернувшись в сторону приближающегося эльфа – того самого Корума, который поведал ему когда-то легенду о Потаенных дьяволах. – Конечно, поедем. Пусть народ хотя бы еще пару часов поживет в мирной стране.

– Отчасти ты прав, – нахмурился эльф, – но всё же каждая минута на вес золота!

– Ничего, мой друг, я всё просчитал, – похлопал товарища по плечу король. – Раньше, чем через три – четыре часа, мы ничего не сможем сделать: совет ещё не собрался, а ближние военачальники еще в гарнизонах. К нашему возвращению все будут на месте, так что, – засмеялся Артур, – поехали, постреляем лесных зверьков, да полюбуемся на городских красоток.

Эльф улыбнулся и молча пошел за правителем к выходу из дворца.

Теплый летний день только-только вступил в свои права, набирая силу над славными землями Афлота. Чистейшее голубое небо, освещаемое лучезарным солнцем, раскинулось над бескрайними лесными пределами начинающегося сразу за городом леса. Именно эту красоту и любил король, ради нее и снаряжал еженедельные поездки, чтобы в сотый, тысячный раз усладить душу этими завораживающими пейзажами.

Дворец правителя Афлота раскинулся на большом острове, расположенном в центре искусственного озера Дивное, вырытого много веков назад – в те времена, когда весь город помещался на одном этом островке. Позднее, веков пять назад, город перенесли за озеро и огородили огромной крепостной стеной, строившейся более полувека, а на острове соорудили великолепный дворцовый комплекс с красивыми садами и фонтанами, высокими зданиями с огромными окнами. Несмотря на большую удаленность от берега, остров огибала мощная стена, сложенная по всем правилам средневекового строительства, с округлыми высокими башнями, зубцами и бойницами по периметру. Огромные железные ворота отделяли внутренний мир дворцового комплекса от остального города.

Несколько веков дворец и город связывали паромы, и только лет девяносто назад прадед Артура построил мост, соединивший, наконец, замковый комплекс короля с основной частью города.

Было около семи часов утра, когда в дверях главного здания показался Артур в сопровождении своего старого эльфийского друга. Не теряя ни минуты, он с быстротой прирожденного всадника вскочил на коня, и не торопясь поскакал в сторону скопившейся невдалеке группы всадников. Верный Корум на черногривом жеребце на полкорпуса отставал от белоснежного коня правителя.

– Наконец-то, мой милый мальчик, – всплеснула руками вдовствующая королева, – ты соизволил спуститься, чтобы начать долгожданную прогулку.

– Да, мамуля, – улыбнулся король, поцеловав королеву-мать, – я готов к прогулке. Важные государственные дела задержали меня и не позволили раньше предстать перед вами.

– Ничего, ничего, мой сын, – серьезно покачала головой Амелин, – государство превыше всего, а мы подождали, и ничего плохого не произошло. Зато время так мило пробежало в разговорах с князем Раулем Палном.

Взгляд королевы с благодарностью скользнул по присутствующим и остановился на одном из мужчин, который все время до прихода Артура поддерживал разговор и веселил женщин, рассказывая им веселые истории.

– Очень признателен, достопочтенный Рауль, за ваш поистине геройский поступок, – поклонился мужчине молодой монарх.

– Да что вы, милорд, – немного покраснел князь, – я просто выполнял свой долг джентльмена, составив компанию оставшимся в одиночестве столь прелестным женщинам.

Благородный Рауль Палн, получив свой титул в наследство от предков, никогда не зазнавался и не ставил себя выше остальных, и всегда достойно и сдержанно вел себя в обществе равных. Это был высокий немного худощавый мужчина с длинными усами, небольшой остроконечной бородкой и веселым, добродушным взглядом живых глаз. За почти полувековую жизнь этот на первый взгляд мягкотелый человек участвовал во многих войнах, будучи предводителем отрядов дружинников и вассалов. Благодаря храбрости и отваге Рауль был приближен ко двору нового государя.

Артур зорким взглядом окинул собравшихся у ворот всадников и всадниц. Около сорока человек сегодняшним утром решили принять участие в прогулке и приняли приглашение короля, явившись во дворец. Здесь были графы и герцоги, князья и бароны, генералы и купцы – в общем те, кто, как говорится, правит балом в этом мире.

Площадка перед воротами пестрила от буйства красок: красные, золотые, сиреневые шапочки дам великолепно сочетались с шитыми золотом мундирами афлотских военных. – Да… – подумал Артур, – они не знают еще о грядущей войне, не ведают, что уже завтра с утра начнется подготовка к битве, и многие из этих генералов уйдут в горы и за Зубастый хребет, а красующиеся франты начнут перестраивать хозяйства на военный лад. Пусть они и не пойдут на фронт, но некоторая доля победы будет и их заслугой. Они займутся содержанием легионов, будут ковать тяжелый меч возмездия в тылу. Пусть они в последний раз пройдут по городу в нарядах, которые уже через пару часов на неопределенное время придется убрать в сундуки.

– Ну что, господа? – Прервав раздумья, твердым голосом произнес король. – Пора, наверное, и выдвигаться – природа ждет нас.

Как по команде все, кто находился вне седел, с легкостью бабочек вспорхнули в них, натянув уздечки и собравшись пришпорить коней. Два гвардейца из полуцентурии сопровождения подошли к Артуру, ведя под уздцы его коня, оставленного им чуть ранее для разговора с матерью. По взгляду короля они всё поняли и, вскочив на лошадей, поскакали к воротам, чтобы предупредить горожан о выезде государя и опасности попасть под копыта процессии, иногда ведущей себя не очень-то аккуратно.

– Пора, – тихо сказал Артур, направляя коня к выходу из дворцового комплекса.

Гуськом, в сопровождении солдат, величественное шествие не спеша двинулось к мосту в город, радующий глаз любого, кто хоть раз попадал в границы его крепостных стен. Широкие улицы тянулись от ворот к городскому центру, которым считалась площадь напротив выезда с моста. Над площадью возвышался роскошный дом городской управы, соседствовали с которым множество других великолепных сооружений.

Много парков и садов разбили правители Афлота в своей любимой столице для услады глаз и отдыха горожан. По приказу одного из правителей несколько веков назад все торговые лавки, кроме лавок товаров первой необходимости, были вынесены за городские стены, освободив тем самым улицы от торгового мусора и шума. Ремесленные мастерские перенесли в один район, к северным воротам, создав при этом Рабочие и Торговые слободы. Как и в любом столичном городе, широкие центральные улицы занимали особняки богатых горожан. Трех-, четырехэтажные, с высокими колоннами и огромными окнами дворцы, строгими и одновременно богатыми фасадами украшали город, придавая ему некий шик и благородность. Мощеные камнем тротуары постоянно были полны гуляющими в великолепных нарядах и костюмах парами, а по мостовой то и дело, стуча колесами по брусчатке, проносились дорогие экипажи.

Ближе к крепостной стене элегантность и красота строений уменьшалась; начали попадаться простые одноэтажные каменные домишки, утопающие в зелени уличных насаждений и внутренних садов.

Около двадцати минут богатый караван двигался по широкой улице к Западным воротам, стуча подковами о камни и весело болтая о всяких пустяках. Сразу за городской стеной открывалась стена могучего леса, который, словно межа в поле, пересекал Туманный тракт, названный так в честь постоянных туманов, стоящих над ним в ранние утренние часы.

Как ни странно, но, несмотря на яркое солнце, туман над вымощенной камнем дорогой стоял и сейчас, скрывая макушки вековых елей и сосен. Туманный тракт тянулся далеко на запад, пересекая лес; на противоположном его конце раскинулся городок, знаменитый своими веселыми ярмарками. До него скорым конным шагом было не более пяти часов, но наши герои не собирались туда: цель их поездки располагалась намного ближе, всего в нескольких лигах от столицы.

Кони неторопливо постукивали копытами по каменной кладке дороги, увлекая своих седоков все дальше и дальше от городских красот, но никто из всадников не пугался леса и не страшился заблудиться в чаще, подвергнув себя опасности никогда не увидеть больше величественной красоты Арфина. Каждый из присутствующих уже не единожды проделывал подобные путешествия, которые доставляли море впечатлений и радости изнеженной городской душе.

– Государь, – подъехал к Артуру полуцентурион, командующий отрядом сопровождения, – в каком месте мы свернем в лесные пределы? Полуцентурион уже не раз сопровождал короля и досконально знал все участки приближенного к столице леса. В свои молодые годы он не раз был в боях, где заслужил расположение начальников и был рекомендован на службу в личную гвардию короля. Начав карьеру в годы войны с карбезами, восемь лет назад, простой деревенский парень, родившийся в предгорных долинах Рубежных гор, прошел путь от легионера до полуцентуриона одного из лучших легионов в государстве.

– Ивлин, – повернулся король, – поехали через Радужный водопад.

– Государь, – испугался солдат, – что-то мне подсказывает, что не стоит ехать этим путем: дорога там неровная, каменистая, да и тропа узкой лентой идет вдоль утеса, мы не проедем там такой большой процессией.

– Ивлин, – улыбнулся король, – разве впервой нам идти такими тропами? В горах во время прошлой войны мы хаживали дорогами похуже, да и отряды бывали побольше.

– Мой король, – настаивал солдат, – утром мне доложили, что в этом районе были замечены всплески чужеродной магии.

– Да? – Удивился государь. – Это кардинально меняет дело! Мы непременно пойдем этим маршрутом! Надо же, в конце концов, узнать, кто и что там колдовал.

– Но государь… – сделал последнюю попытку Ивлин.

– Все! – Грозным голосом, но с некоторой искоркой лукавства в глазах прервал речь полуцентуриона Артур. – Никаких «но»! Я желаю проехать по этой тропе. Да и тебе этот опыт пригодится, как одному из руководителей моей охраны. Практикуйся в горной езде и смотри в оба.

– Слушаюсь, государь, – склонил голову собеседник, – разрешите расставить охрану.

– Делай, как считаешь нужным, – улыбнулся король, отбросив маску суровости, которую он, честно говоря, сам не сильно любил.

Не отвлекая более короля, Ивлин пришпорил коня и поскакал к ехавшим впереди процессии десятникам. Через несколько минут десятники перегруппировали своих солдат, перебросив по полтора десятка в арьергард и авангард и по одному на фланги.

– Что это такое? – поинтересовалась одна великосветская дама, обращаясь к ехавшему рядом с ней седовласому генералу. – Почему солдаты перераспределяются?

– Не знаю, сударыня, – пожал плечами бравый генерал, заслуживший чины и награды в войнах Афлота, – скорее всего, мы меняем маршрут.

– Десятник! – окрикнул он проезжавшего рядом солдата. – Что за движение в охране?

– Мой генерал, – вытянулся в седле воин, – государь решил ехать через Радужный водопад, а наш полуцентурион предполагает, что эта дорога небезопасна, поэтому мы и едем в полной готовности.

– Ах! – вздрогнула дама. – Что же надумал Артур, это очень опасная дорога! Я как-то проезжала по ней и чуть не упала с тропы в озеро, раскинувшееся внизу под горой.

– Не бойтесь, сударыня, – успокоил её генерал. – С нашим королем нам можно ничего не бояться. Вы знаете, как он пробирался козьими тропами во время прошлой войны с карбезами?

– Нет, – захлопала большими ресницами дама, предвкушая продолжительный и, скорее всего, интересный рассказ.

– Так вот, почти девять лет назад… – начал генерал.

– Поворачивай! – Раздался громкий крик полуцентуриона. – Движемся к Радужному водопаду, привал после прохождения горной тропы, всем быть осторожнее.

– Ах, – разом вздохнули несколько женщин, – какой красивый вид открывается с этой тропы!

– Да, – отозвался кто-то из мужчин, – не только красивый, но и опасный, держитесь ближе друг к другу.

Караван свернул с широкого Туманного тракта на довольно просторную дорожку, по которой могло проехать несколько конных рядом. Кроны могучих деревьев сплетались ветвями чуть выше роста привставшего в стременах всадника, образуя живую зеленую галерею. Солнце пробивалось сквозь изумрудную листву, освещая её и резвясь в капельках осевшей росы. Десятки голосов диковинных птиц наполняли воздух, сливаясь в одну единую, радующую слух городского жителя песню. Запах цветов и лесных трав кружил головы путешественников, опьяняя и сводя их с ума. Разговоры невольно зашли о красоте окружающих мест.

– Мой государь, – обратилась к Артуру Амелин – вдовствующая королева. – Скажите мне, что беспокоит вас всю дорогу?

И правда – на сей раз король был довольно хмур и задумчив. Не было прежней радости, какую обычно пробуждали в нем подобные прогулки.

Из его головы не выходило полученное утром донесение от разведчиков, что просматривали ущелья Зубастого хребта.

– Как же там генералы, успеют ли вовремя собраться на совет, – не переставая хмуриться, думал Артур. – Что же предпринять, как защитить пределы страны от войск врага? По данным разведки, на этот раз нам будет противостоять могущественная армия. Отряды карбезов растянулись на много лиг по телу Зубастого хребта. У нас есть всего несколько дней, но что мы сможем сделать за это время? Как мы перебросим легионы на восток? Допустим, у нас будет еще пару дней, которые подарят нам воины трех восточных легионов, что стоят вдоль хребта, да еще манипул эльфийских стрелков окажет некую поддержку. За три дня около восьми легионов из центральных провинций подойдут к рубежам второй линии обороны.

Король вздохнул. Он вспомнил войны прошлых лет, когда на крутых горных склонах под шквалом вражеских стрел его воины шли, прикрываясь щитами, в страшный бой.

– Нет, – подумал он. – Не стоит сейчас вести войну в горных районах. Хорошо закрепившихся карбезов не выбьет со склонов даже десяток легионов. Надо пропустить врага в равнинные районы – пусть он углубится на три-четыре лиги в наши земли, не догадываясь о том, что мы знаем о его приближении, дойдет до лесов, а там уж мы его встретим.

– Государь, что с вами? Сынок, что с тобой? – испуганно повторяла Амелин. – Что с тобой, сынок?

– А, что?.. – Встрепенулся Артур. – Что ты сказала, мама? Прости, я немного задумался и не расслышал твоих слов.

Королева улыбнулась уголками губ:

– Понимаю, сын мой. Государство превыше всего.

Она на минуту задумалась, полностью погрузившись в какую-то внезапно возникшую мысль.

– Твой отец тоже думал о делах в любую свободную минуту.

– Да, мама, – пришпорив коня, пытавшегося завернуть к обочине дороги, и направляя его по прежнему маршруту, ответил король. – Я помню это в отце. Но здесь совсем другое дело.

Лицо женщины тревожно изменилось.

Амелин в свои пять десятков лет выглядела замечательно, под стать молодой красавице. Черные, не тронутые сединой волосы легкими, почти невесомыми прядями спускались на плечи. Смуглая кожа лица и большие карие глаза, которые унаследовал и Артур, сверкали жизнелюбием и радостью. Амелин можно было дать едва ли тридцать лет, а ее небольшой рост в сочетании с тонкой, почти эльфийской фигуркой сводили с ума всех мужчин в королевстве. Королева была очень похожа на свою невестку, молодую Анну. Те же темные волнистые волосы, небольшой рост, смуглая кожа и тонкая, удивительно красивая фигура. Лишь глаза отличали двух красавиц королевской фамилии: в отличие от больших карих очей Амелин у Анны глаза были цвета чистого лесного озера – зелено-голубые. Именно они шесть лет назад поманили своей глубиной молодого государя и навеки связали короля и красавицу единой судьбой.

Многие часто сравнивали двух королев, говоря о необычайном их сходстве. Кое-кто даже шутил, будто Амелин и Анна – мать и дочь, или даже две сестры.

– Что же произошло? – испуганно посмотрела на сына Амелин.

Артур молчал, но по его грустным и полным тревоги – нет, не страха, а именно тревоги! – глазам королева поняла, что произошло нечто ужасное, и именно это ужасное заставило её отважного сына задержаться утром с выездом, а сейчас ехать мрачнее тучи.

– Ну говори же наконец! – шептала мать, пытаясь не привлекать внимание веселящейся и что-то оживленно обсуждающей публики.

– Мама, – начал Артур твердым голосом, – обещай, что раньше времени ты никому ничего не расскажешь.

Глаза матери наполнились еще большим страхом, пальцы крепко сжали поводья, будто они норовили выскочить из ловких рук королевы.

– Хорошо, сынок, – дрожащим голосом ответила она.

– Сегодня рано утром ко мне прилетел гонец от легатов первой линии защиты, что у Зубастого хребта. Он принес плохие вести. Очень плохие.

Артур невольно замолчал, оглядываясь по сторонам и проверяя, не подслушивает ли кто-нибудь их разговор, но всё было спокойно – окружающие мило беседовали друг с другом, размеренно покачиваясь в седлах, а солдаты пристально всматривались в лесную глушь.

– Орды карбезов двинулись по тайным тропам хребта на Афлот! – скороговоркой выпалил он. – Через два-три дня первые отряды перейдут горы и вступят в бой с нашими легионами. Война, мама… Грядет война, и на этот раз всё будет серьезнее, чем восемь лет назад.

Амелин не сказала ни слова, лишь побелела кожа на ее лице, а взгляд замер на какой-то точке вдалеке.

– Пока никто не знает, – продолжил молодой правитель, – но генералы уже готовятся к совету, восточные легионы приведены в готовность номер один, а в восточных провинциях Урук, Урхан и Уруш объявлено военное положение, которое вступит в силу в полдень. В три часа дня начнется мобилизация сначала пяти, потом еще десяти легионов. Думаю, через три дня у границ Урхана мы сможем собрать до десяти легионов.

– Но, но… – запинаясь, проговорила Амелин, – восемь лет назад Артин и ты наголову разбили проклятых врагов. Разве могли они так скоро оправиться от поражения?

– Я сам не могу понять этого, но факт налицо. Несколько десятков тысяч, а может и несколько сотен тысяч карбезов втайне пробираются к рубежам Афлота. Война неизбежна.

– Внимание! – Разнеслось над дорогой. – Подходим к горной тропе.

Голос полуцентуриона громко и четко звучал над путешественниками, указывая последним, как им необходимо действовать.

– Через минуту после поворота за большой камень выстраивайтесь в одну колонну – впереди опасная дорога.

– Прости, мама, – закончил Артур. – После возвращения в Арфин зайди в Рубиновый зал на совет. Там ты узнаешь больше.

Не говоря ни слова более, Артур пришпорил коня и, обгоняя друзей, прямиком направился к скачущему впереди Ивлину.

– Да, – задумалась Амелин, – о великие боги Семиземья, дайте моему мальчику силы выстоять в это трудное время.

Между тем, по мере приближения к Радужному водопаду, ландшафт неумолимо менялся. Ровная равнинная дорога, так радовавшая путников и их лошадей, начала превращаться в усеянную камнями и ведущую под откос тропу. В этих местах рельеф был иной, чем в окрестностях столицы. Поверхность земли медленно, но уверенно опускалась вниз, образуя низину, поросшую густым, не оскверненным присутствием человека лесом. Такая безлюдность объяснялась довольно просто: лет двести с небольшим назад правящий в те времена предок Артура запретил делать что-либо с лесами западнее Арфина на много лиг вокруг. За прошедшие столетия здесь возник великолепный девственный заповедник – излюбленное место прогулок венценосной семьи и аристократии Афлота.

Как уже говорилось, равнина тянулась от самой столицы, медленно снижаясь. Около водопада начинался резкий спуск, переходящий снова в равнину, раскинувшуюся на много лиг к западу и далее разраставшуюся в Брунульское плато.

Если идти по прямой к вершине утеса, то в один прекрасный миг земля под ногами обрывалась, образуя пропасть глубиной около тысячи футов. Впереди раскидывалась долина Радужной реки, берущей начало в сердце утеса и бегущей через Низменный лес к Граничному озеру, что у самых рубежей Афлота.

Прекрасен закат на Радужном утесе. Под грохот водопада и шелест колышущихся на ветру трав ты стоишь на краю одинокого выступа, раскинувшегося над прекрасными изумрудными лесами, и наблюдаешь, как, медленно скользя по голубому, усеянному желто-розовыми облаками небосводу, под крики парящих в вышине утесных ласточек опускается к горизонту огненно-красный, ослепительный солнечный диск. Ты стоишь, вдыхая запах вечернего леса, чуть обдуваемый ветерком, и понимаешь: здесь только ты и заходящее солнце; лишь тебе выпала честь видеть эту небесную красоту, именно тебе доверили увидеть эту сказочную картину, чтобы ты помнил ее до самого последнего вздоха. Единожды увидев подобное, ты навсегда полюбишь жизнь, как полюбил её Артур после свидания с закатом на Радужном утесе, и подобно ему пообещаешь сохранить эту красоту для следующих поколений, чтобы и они смогли насладиться ею, наполнив сердце истинной добротой и силой. Нет, не физической силой, а силой духа, во сто крат большей, чем сила тела – ведь только сильный духом способен на подвиги.

Много лет назад увидел Артур прощание солнца и закат провожаемого природой дня, много лет хранил он в сердце тепло этого момента. В тот вечер он поклялся сохранить любой ценой этот мир. И вот теперь его слову настал час исполняться, дабы сберечь прекрасный и свободный мир Афлота, мир, в котором можно легко, с улыбкой на устах смотреть на восход и заход солнца, следить за полетом мотылька и рождением цветка, возносящего свои хрупкие лепестки-руки к благословляющему на жизнь солнцу.

Тропа, по которой должны были ехать путешественники, узкой лентой тянулась вдоль открытой стороны утеса на высоте шестисот футов. Где-то на середине дорогу пересекал водопад, дающий начало многоводной реке, несущей воды из самого сердца утеса. Неширокая, но надежная тропа проходила за водопадом, чьи воды начинали движение на сто пятьдесят футов выше дороги. Здесь-то, за гладью водного потока, и должны были пройти путники, любуясь прозрачными, полными веселых радуг струями воды.

– Ивлин, – окрикнул командира охранного отряда государь. – Я вижу тревогу в твоих глазах. Ты что-то чувствуешь?

– Вы правы, мой король, – взволнованно ответил воин. – Я чувствую беду, большую беду.

– Ты прав, друг мой, – еще не вырвавшись из пут своих мыслей, негромко перебил его Артур. – Грядет большая беда…

– Нет, господин, я говорю не о той беде, что волнует ваше сердце все время нашей прогулки и будет нашей общей работой в скором времени. Я чувствую другую опасность, и она рядом с нами, здесь, в окрестностях Радужного утеса.

– Что, что ты говоришь? – привстал в стременах король. – Откуда ты знаешь об опасности волнующей меня?!

– Не знаю, – спокойно ответил воин, – я просто чувствую это. Может, какой-никакой дар от предков остался – прабабка, что жила близ озера Тур, говорят, волшебницей была.

– Что же ты чувствуешь сейчас? – взволнованно смотрел на полуцентуриона король.

– Я чувствую магию, очень искусно скрываемую, но не-профессиональную, хотя не менее опасную. – Высказал свои ощущения солдат. – Мне кажется, это маг не из наших мест, и он не один, поэтому нам может грозить опасность.

– Как, что может угрожать нам здесь? – встревожился король. – Жаль, что с нами нет ни одного мага. Хотя я и сам не обделен даром, но почему-то ничего не ощущаю.

– Государь, – убежденно и взволнованно проговорил офицер, – прошу вас, поверните назад! Не стоит ехать через водопад, нас ждет засада.

До начала тропы, ширина которой позволяла проехать лишь одному всаднику, оставалось не более шестисот футов, которые процессия проделала бы за несколько минут.

– Мой король, – уже с мольбой говорил полуцентурион. – Прошу вас, остановите отряд.

Артур с недоумением посмотрел на отважного солдата, но всё же жестом дал команду остановиться.

– Спасибо, государь! – Склонил голову Ивлин. – Разрешите приступить к делу?

– Конечно, Ивлин, действуй, – улыбнулся молодой правитель.

Королевская свита остановилась, следуя жесту своего монарха.

– Что произошло? – Зазвучали удивленные возгласы.

– Что случилось, мой государь? – Подъехал к Артуру один довольно молодой, но закаленный в боях генерал, командующий западной группой войск, в которую входили силы нескольких западный провинций.

– Все хорошо, Ахилл, просто охрана почувствовала какую-то опасность. – Улыбнулся король. – Иди, успокой дам.

– Слушаюсь, милорд, – поклонился генерал.

Процессия заворожено смотрела на действия начальника охраны, громко выкрикивающего разнообразные команды.

– Первый десятник, – кричал Ивлин, гарцуя на коне, – окружить караван и выставить щиты, приготовиться в любой момент отразить атаку и вступить в бой!

– Второй десятник – пять человек приставить к королю, пятерых отдать в подчинение первому.

– Будет сделано, полуцентурион, – зычно отвечали десятники.

– Третий: просмотреть лес на пятьсот футов вокруг, в случае опасности трубить тревогу.

– Четвертый: с пятью воинами проверить въезд к Радужному утесу! Остальные со мной, в случае опасности вступаем в бой по моей команде. Дальше ста футов от каравана не удаляться. Первый и второй – от процессии ни на шаг!

Едва прозвучала последняя команда, вымуштрованные солдаты приступили к исполнению.

– Что же всё-таки происходит? – Не умолкали светские дамы. – Как же всё это интересно!

Король тоже с нескрываемым интересом наблюдал за действиями своей гвардии, сновавшей между деревьями, прошаривая каждый куст, просматривая каждую трещинку в теле скалы.

Прошло минут десять. Артур уже хотел было отменить тревогу, но внезапно произошло нечто, напугавшее всех.

Десятник, прочесывающий лес, углубился в дебри, растущие над тропой, по которой должна была ехать свита короля, а его пятерка осматривала крутой склон горы, как вдруг невесть откуда на дороге возникло пять высоких, более семи футов в высоту существ, размахивающих кривыми мечами и кричащих что-то непонятное. В следующую секунду несколько камней, лежавших на склоне, тоже внезапно ожили и превратились в подобных уже появившимся чудовищ. Огромные волосатые руки-лапы, столь же жуткие ноги и лицо, и просторный черный балахон, опоясанный тонкой плетеной веревкой и скрывающий остальное тело, – пришельцы и впрямь казались чудовищами. Не замечая напуганной королевской свиты, существа бросились к королю.

– Третий и четвертый, – закричал Ивлин, – прочесать лес и утес! Первый и второй, мечи наголо, готовиться к бою, сомкнуть ряды!

Не колеблясь ни мгновения, солдаты сомкнули ряды, прикрывая собой короля и его окружение.

Лошади, почуяв опасность, начали волноваться, дамы охать и прятаться за спины воинов и генералов.

Артур на миг опешил от представшей перед ним картины. С двух сторон, размахивая кривыми мечами, бежали невиданные им ранее волосатые существа, на первый взгляд похожие на помесь медведя, обезьяны и человека: столь же могучие, как медведь, ловкие, как обезьяна, и жаждавшие убивать, что роднило их с человеком. Они двигались целенаправленно: ни одно чудовище даже не посмотрело в сторону свиты – им нужен был только государь.

До подхода врага оставалось не более минуты, когда Артур решил действовать вместе с Ивлином.

– Первый! – Закричал король. – Снимай оборону и уводи караван в сторону Туманного тракта. Пятерка второго отвечает головой за жизнь королевской семьи. Генералы, охранять дам. Выполняйте приказ!

Десятники, не колеблясь ни секунды, сняли оборону, и уже через несколько мгновений, окружив королевскую свиту, двинулись галопом в обратный путь.

– Король! – Подлетел раскрасневшийся Ивлин. – Вам надо тоже уходить с караваном. Уезжайте, пока есть время!

– Нет, – усмехнулся Артур, вынимая из ножен своего старого товарища – клинок. – Они хотят моей крови, а мой меч желает узнать, что за кровь течет в их жилах.

– Пятерых к королю, – крикнул полуцентурион, – и… К бою!

Два командира, подняв мечи над головой, во главе маленького войска двинулись с воинственным криком на врага.

Около десятка существ скрестили мечи с двумя десятками лучших воинов Афлота, не страшащихся сражаться даже с горными троллями далеких северных земель.

Зазвенели встретившиеся мечи, посыпались искры, высеченные мощным соприкосновением стали. Чудовища взвыли: они не ожидали такого упорства от хрупких и мелких людишек, защищающих своего повелителя.

Зверский рев, смешанный с воинственными криками защищающих государя гвардейцев и звоном мечей, разнесся над некогда мирной поляной.

Бой шел уже несколько минут, но жертв не было ни с одной стороны, ни с другой. Казалось, что-то или кто-то постоянно подпитывает силы чудовищ. К воинам же короля начала приходить усталость: лишь огромными усилиями они сдерживали натиск врага, отбиваясь от огромных кривых мечей и защищая себя от смертельных ударов.

– Ты умрешь, – раздался страшный, холодящий кровь голос, отражающийся от каменной стены утеса. – Ты умреш-ш-шь…

Артур оглянулся. Его воины все так же упорно вели бой, не обращая внимание ни на что другое. Видимо, только он в этот миг услышал шипящее обещание смерти – видимо, только к нему обращался таинственный враг.

Кони, оказавшиеся в сердце битвы, не выказывали ни капли страха. Можно было подумать, что, подобно своим хозяевам, каждый из них прошел не через один бой с жуткими существами, закалившись в сражениях и не страшась случайной гибели.

Краем глаза Артур заметил, как со стороны утеса галопом несется пятерка воинов, выполнивших задание и спешивших на помощь товарищам.

– Во имя короля – во славу Афлота! – услышал громогласный голос десятника Артур.

– Во имя короля, во славу Афлота! – подхватили гвардейцы и с новой силой бросились на врага.

– Во имя короля! – раздался над ухом голос Ивлина, который в мгновение спрыгнул с коня и, свернувшись калачиком, бросился под ноги одного из чудовищ.

На секунду существо, атакующее полуцентуриона, потеряло его из виду и остановилось в недоумении, немного опустив меч. Этого мгновения хватило командиру, чтобы одним взмахом перерубить обе ноги чудовищу и нанести последний смертельный удар в шею, отсекая голову от тела.

Вторым подобный трюк проделал Артур. Необычайной силы движением он откинул меч противника и, оттолкнувшись в стременах, всем телом прыгнул на существо. Крепкие руки короля мертвой хваткой впились в шею, покрытую толстой черной шерстью. Сквозь неё пальцы Артура нащупали теплый пульсирующий ствол артерии. Легким движением небольшого кинжала, выхваченного за долю секунды из-за пояса, он молниеносно полоснул по горлу. Кровь фонтаном вырвалась из раны на черную шерсть врага и ручейком побежала по телу. Артур увидел, как округлились большие жуткие глаза, как могучие лапы выпустили тяжелый меч и с последней надеждой попытались закрыть, хотя бы руками, смертельную рану. Мгновение, и король встал уже перед новым врагом, сражавшимся с двумя гвардейцами одновременно. Битва продолжилась.

Звон железа и яростные крики сражающихся нарушали тишину векового леса. Птицы и звери давно покинули злополучную поляну, позволив высшим существам в одиночестве решать свои насущные проблемы.

Бой длился уже минут двадцать, а перевеса не было ни у одной из сторон. Солдаты выказывали чудеса обращения с оружием и мастерство ловкости. Они, подобно спицам на быстро едущем колесе, крутили мечами, пытаясь ослабить оборону противника и найти в ней брешь. Двадцать шесть солдат бились не на жизнь, а на смерть с восемью ужасными существами, два огромных мохнатых трупа безмолвно лежали на земле.

Один из гвардейцев, недавно вступивший в бой и еще полный сил, спешившись, подобно многим из отряда, ранил противника и пытался довершить дело, но в этот миг удача едва не улыбнулась врагу. Где-то на фланге громко вскрикнул другой гвардеец и мешком повалился наземь. Эта гибель не прошла даром для чудовищ: раненое бойцом существо получило добавочную порцию стали и с развороченными внутренностями повалилось на колени. Взмах мечом – и голова, густо поросшая шерстью, глухо упала к ногам победителя.

Теперь биться стало легче – семь против двадцати пяти, но долгий бой давал о себе знать: усталость замедляла движения воинов, их удары стали чуть слабее и медленнее. В течении минуты король потерял двух солдат, разрубленных надвое тяжелыми мечами чудовищ. Еще через минуту вышел из строя один из десятников, раненый в плечо и отступивший к лошадям.

– Если ничего не изменится, – подумал король, – еще десять минут боя – и за десятником последует половина воинов. А где десятник, посланный прочесывать лес? Что-то его не слышно и не видно. Дело принимает дурной оборот, надо брать инициативу в свои руки…

Государь одними губами начал читать какое-то сильное заклинание. Прошло несколько секунд – и голос Артура, пробуждающий силы клинка, стал громче. Над поляной раздался громкий хлопок – и меч короля, а точнее, диковинные древние руны на нем засветились мягким голубым сиянием.

Вместе с пробуждением магии меча по жилам государя побежали потоки давно не используемой волшебной силы.

Один выпад, второй, – оружие противника выбито из его лап, да с такой силой, что чудовище по инерции потянулось за мечом, на мгновение повернувшись к Артуру боком. Доли секунды хватило королю, чтобы нанести сокрушительный смертельный удар, разрубив тело врага чуть ли не пополам.

– Шестеро, – мысленно подсчитал Артур, – еще шестеро.

В этот момент левее короля и сражающегося рядом с ним Ивлина раздался короткий крик, и ещё один солдат упал мертвым, пораженный тяжелым мечом чудовища.

– За Афлот и короля! – Закричал полуцентурион вновь, чтобы подбодрить воинов, и бросился под ноги существу, убившему только что его солдата. Прием, использованный в начале боя, сработал и на этот раз: за долю секунды чудовище припало на одно колено, так как второе было перерублено.

– Безмозглые твари, – сквозь зубы процедил начальник охраны и что было мочи рубанул мечом, направляя всю его губительную силу на мохнатую шею.

Правее Артура упал еще один сраженный воин. Тяжелый удар злодея рассек голову легионера и прошел до самой груди, забирая жизнь у славного защитника Афлота.

– Пятеро убиты и один тяжело ранен, – быстро подсчитал король, не переставая орудовать зачарованным мечом.

Первая удача волшебного клинка не прошла бесследно: враг будто наложил какую-то защиту от его чар, и Артур не мог более привести в действие колдовскую силу рунной вязи.

– Ребята, давай поднажмем, их осталось немного! – Ободряюще закричал Ивлин.

Но сила монстров, казалось, не убывала: оставшись в меньшинстве под напором превосходящих сил, неизвестные существа должны были сломаться и уступить – но выходило наоборот. С каждым убитым собратом их сила словно возрастала чуть ли не вдвое. И сейчас против пятерых стояло два десятка солдат, но бой шел на равных.

– Здесь что-то не так, – думал король, – прав был Ивлин, когда говорил, что за ними стоят маги. Достать бы их – я бы посмотрел, как поплясали бы существа.

Мысли короля прервал крик еще одного тяжело раненного солдата, которого смогли оттащить к лошадям.

– Еще один, – кусая губы, свирепел король. – Они бьют моих лучших солдат, словно поросят на бойне!

В этот момент произошло чудо, решившее исход битвы и поставившее жирную и довольно приятную точку в этой истории.

Со стороны тропы, идущей от Туманного тракта, показались несколько всадников, скакавших во весь опор. Двое из них были одеты в просторные серые балахоны королевских боевых магов. Один из них, размахивая над головой посохом с ярко светящимся навершием, в сопровождении еще пятерых проскакал мимо дерущихся и углубился в лес. Второй же, подняв к небу руки, в одной из которых горел посох, остановился в нескольких десятках ярдов от битвы.

– Ар шут… ин абдор… кар нул… ивлош, – доносились до слуха короля отдельные слова боевого заклинания.

– Ин абрун кар шон… ивлуш, – вновь услышал Артур громкий голос боевого мага, явно из его гвардии.

Маг медленно читал заклинания, делая ударение на каждое слово и выделяя звуки «р» и «ш».

Через мгновение что-то зашипело над поляной, лица солдат обдало жаром. Для чудовищ этот жар стал смертельным. Воздух задрожал, подобно поверхности встревоженной реки, и внезапно монстры, противостоящие Артуру, оглушительно взвыли и, побросав мечи, схватились за головы. Некоторые их них даже повалились на землю, пытаясь таким образом уменьшить боль. Несколько секунд длилось это буйство, которое не только удивило, но и немного напугало солдат, опустивших клинки.

Через полминуты жилы чудовищ начали лопаться, отчего поляну наполнил не только поистине дьявольский рев, но и фонтаны кипящей крови. Существа взрывались изнутри. Через секунду на траве осталось только несколько кучек плоти, совсем еще недавно бывшей бесстрашными воинами.

Наконец-то солдаты смогли перевести дух после почти получасового боя.

Немного отдохнув после сложного колдовства, маг, таинственным образом появившийся близ Радужного утеса, не говоря ни слова, помчался вглубь леса, куда несколько минут назад столь же стремительно умчался его товарищ.

Прошло некоторое время, прежде чем изнуренные битвой воины наконец-то восстановили силы, и тут же Ивлин приступил к своим основным обязанностям. Следуя его указаниям, несколько человек начали осматривать раны двух раненых товарищей, другие бережно собирали тела друзей, чтобы доставить их в столицу и предать земле, где и положено покоиться воинам.

– Пятеро убито и двое ранено, мой государь, – отрапортовал полуцентурион. – От третьего десятка нет вестей. Маги, судя по всему, прибыли с нашими солдатами из центурии боевых магов при Его Величестве. Только мне не понятно, – пожал плечами Ивлин, – каким образом они оказались здесь.

– Я бы тоже хотел это узнать, – наконец-то опуская в ножны меч, ответил Артур. – Подождем, когда они вернутся.

Тем временем два мага, таинственным образом оказавшиеся в самый разгар битвы в нужном месте, приступили к другому сражению, развернувшемуся футах в восьмистах от первого.

Десять бойцов вместе с десятником пытались противостоять невесть откуда взявшимся чудовищам, подобным тем, что бились на поляне, где так удачно успел остановиться караван короля.

Существа были как две капли воды похожи на своих собратьев, разве что поменьше ростом фута на полтора.

В битве гвардейцы потеряли одного убитым и одного раненым, и противостояли трем еще живым монстрам. Без лишних размышлений маг бросился в гущу событий и на полном скаку пустил в одного из существ сокрушительной силы молнию, от которой чудовище отлетело футов на тридцать, сломав могучей спиной довольно толстый ствол какого-то дерева. Как ни странно, тело зверя осталось целым – лишь огромный ожог указывал место попадания огненной стрелы. Два воина довершили дело, отправив мерзкое создание к его праотцам.

Второго монстра сразил страшной силы удар посохом по лохматой голове: вложенное в удар заклинание размозжило череп, раздробив его на несколько разлетевшихся в разные стороны осколков.

Третьего, последнего врага уничтожили уцелевшие воины, взяв его силой и количеством.

– Всё, – выдохнул чародей, звавшийся Коруном, – полдела сделано. Сейчас надо обезвредить главарей.

Высокий худощавый маг выглядел очень потрепанным. Со стороны казалось, что он израсходовал много сил и еле стоял на ногах. По правде говоря, после головоломной скачки к месту битвы и потребовавшего много энергии сражения это было не далеко от истины. Волшебник, если судить о его возрасте по меркам простых людей, был средних лет и владел средним уровнем магии, поэтому командование центурии магов командировало его прошлым вечером на магический полигон – поднабраться опыта в обществе наставника – престарелого Друка. Друк был магом старой закалки, много веков бродившим по земле, постигая азы волшебства, и вот уже десять лет как осевшим в Арфине в качестве учителя для более молодых чародеев. Два мага так бы и направлялись на полигон, если бы по пути им не встретился перепуганный караван государя…

– Кто вы? – немного переведя дух, спросил десятник.

– Не беспокойся, друг, мы из центурии боевых магов.

Разговор не зашел дальше, потому что у места недавнего боя появился старый Друк.

– Вы следуете за нами, нам надо обезвредить главарей! – Не церемонясь, приказал волшебник, указывая посохом на десятника, и тут же обратился к младшему коллеге: – Ты их чувствуешь?

– Да, учитель, – склонил голову Корун. – Они засели под пеленой невидения в двух сотнях футов к северу от нас и опять плетут какую-то волшбу.

– Тогда в бой! – Железным голосом с огнем в глазах сказал тот, кого только что назвали учителем. – У нас не так много времени, чтобы отдыхать. Их трое, и они не из наших земель.

– Поехали, – чуть помедлив, произнес Корун, – не стоит скрываться, они все равно знают о нашем присутствии.

Проехав футов сто, волшебник спешился, оставив коня одного, и медленно, подняв посох над головой, пошел к месту, где, по его предположению, засели вражьи маги.

Камень на посохе горел ровным светом, который с каждой секундой разгорался все ярче и сильнее.

– Ложись! – Закричал младший маг, отбивая посохом невесть откуда взявшийся огненный шар. Один, второй, третий – неисчислимым потоком хлынули эти маленькие снаряды в сторону идущих вперед магов и воинов, но что такое огненный шар для хорошего волшебника? Для искусного мага они подобны снежкам, в которые играют дети на торговой площади во время зимы – эти «снежки» любой волшебник легко отбивает рукой.

Посох Коруна начал невообразимый танец, с быстротой молнии отбивая шары, нацеленные на него и его новых товарищей. Но такой поток магии мог выдержать не каждый. Корун двигался уверенно, но довольно медленно.

Хотя скорость товарища не являлась помехой для закаленного в магических войнах Друка, он ждал ученика, плетя сложное заклинание, способное уничтожить барьер невидимости, поставленный не такими уж и слабыми колдунами, как они подумали вначале.

– Держи их, – кричал учитель, – мне совсем немного осталось!

Через мгновение заклятье было готово. Вся мощь волшебства сейчас находилась в ярко горящем камне в навершии посоха. Друк с силой махнул им, словно стряхивая с него налипшую грязь. Раздался взрыв, и яркая вспышка света на мгновение ослепила идущих гуськом вслед за магами солдат. Воздух впереди заискрился и пошел трещинами, будто бы это было стекло. Мелкие трещинки, поблескивая небольшими звездочками, паутинкой поползли в разные стороны, открывая воинам необычную картину: три маленьких, не более четырех футов ростом существа, взявшись за руки, читали заклинания и, казалось, не обращали никакого внимания на потревоживших их уединение гостей. Из центра образованного ими круга на идущих и сыпались огненные шары, утомившие Коруна.

Существа были не только малы ростом, но и отличались редкостным уродством. Большие длинноносые головы с острыми ушами и выступающим, покрытым бородавками подбородком, венчали огромные, похожие на болотные кочки прически, накрытые длиннополыми конусообразными шляпами. Кожа на руках и лице была необычного зеленовато-коричневого цвета. Большие глаза с неестественно длинными, до полуфута ресницами буравили взглядами подошедших врагов. Фигуры низкорослых скрывали просторные черные балахоны, опоясанные плетеной веревкой, похожей на пояса чудовищ. Тонкие руки были вздернуты к небесам, и по их синхронным движениям даже не искушенный в магии человек мог понять, чем они занимались в эти минуты.

– Наклони голову, – закричал Друк, пытаясь перекрикнуть гул взрывающихся огненных шаров, – я нейтрализую шары.

Корун молча повиновался, уклоняясь от пущенного учителем в сторону карликов сгустка энергии, растущего в размерах по мере приближения к цели. Этот сгусток летел впереди волшебников и поглощал магические проявления маленьких уродцев. Но стоило Коруну с облегчением встряхнуть уставшими руками, как из маленького круга неизвестных чародеев вырвалась огромная многозубая морда, бросившаяся на нежданных гостей.

Волшебник действовал мгновенно: одно движение, один взмах посоха подпитанного силой плывущего впереди энергетического облака – и огромный огненный топор, отбрасывающий в разные стороны искры и струи горячего воздуха, встал на пути чудовищной пасти. Еще один взмах, сопряженный с облегченным криком солдат – и пасть лопнула, словно бычий пузырь, надуваемый на ярмарке на потеху публике.

Не более тридцати футов осталось между врагами, когда престарелый Друк пустил в ход самое действенное из всех применяемых за сегодняшнюю битву заклинаний.

Тонкая паутинка вырвалась из камня, украшавшего его посох, и медленно, будто пушинка, упорхнула в сторону стоящих в магическом хороводе черных колдунов.

Безуспешно пытались низкорослые противостоять магии Друка, подпитанной их собственной силой; безрезультатно направляли они на паутину огромные светящиеся клинки. Незримая сеть медленно, но уверенно накрыла их собой, и тогда волшебство старого мага пришло в действие. Паутина, словно сделанная из стали, молниеносно обрушилась на карликов, прижимая их к земле и не давая возможности двигаться.

Дело было сделано: через тонкую сеть не могло пробиться ни одно заклятье колдунов. Стальные щупальца, выпущенные недавней паутинкой, оплели ноги и руки плененных колдунов, разорвав их смертоносный союз.

– Все, – выдохнул Друк, смахивая очередную капельку пота, выступившую на его тронутом морщинами лбу. – Поодиночке они не опасны. Доставьте их к королю, пусть он решает их судьбу.

Солдаты послушно связали пленных, отнявших жизни шести их товарищей и покалечивших ещё троих, но так и не выполнивших, к счастью для Афлота, своей миссии.

Спустя восемь минут два мага вместе с легионерами и пленными колдунами прибыли на поляну, где их с нетерпением ожидал отряд короля.

– Ваше величество, – обратился десятник к правителю, – лес проверен. С помощью достопочтенных магов уничтожено четыре неизвестных существа и пленено три странных карлика, творивших волшбу и управлявших этими чудовищами.

Король с нескрываемым любопытством осмотрел пленников с ног до головы.

– Я никогда не видел таких существ, – удивленно промолвил он.

– Ваше величество, это карнибулы – карлики-колдуны из Тайных земель. Они редко забредают в наши края, но если они появились здесь, значит, у них на это очень серьезные основания.

– Мой король, – подошел Ивлин, – я чувствовал магию именно этих созданий. Для чего они пришли сюда?

– Вот это нам и надо выяснить в ближайшие несколько часов, – задумчиво протянул Артур.

– Мой государь, нам пора возвращаться: солнце через пару часов будет в зените, – как бы между делом напомнил Ивлин.

Король одобрительно кивнул и обратился, наконец, к волшебникам.

– Кто вы? Как оказались в этих местах?

– Я – Друк, а это Корун, – начал старший. – Мы маги боевой центурии чародеев при Вашем Величестве. Вчера мы получили приказ следовать на магический полигон, где проводят летние учения несколько десятков магов. Сегодня утром, после того, как ваш караван вошел в лес, мы двинулись к месту назначения, отставая на сорок минут конного пути от вас. На развилке Туманного тракта и Радужной тропы мы уловили отголоски чужой черной магии и галопом поскакали за вами. По пути нам повстречалась ваша перепуганная свита в сопровождении солдат. В двух словах мы узнали о грозящей вам опасности, и, что было силы, не щадя лошадей, поспешили вперед. Что было дальше, вы сами знаете, мой повелитель.

– Прекрасно, Друк, благодарю за службу. С этой минуты ты и Корун назначаетесь в мою личную охрану и будете неотступно следовать за мной – к сожалению, работы у вас теперь будет достаточно.

Маги благодарно склонили головы и отошли к пленным.

– Выступаем! – Раздался громкий голос полуцентуриона. – По коням, пленных посадить на разных лошадей, раненых и убитых доставить в Арфин.

Через минуту небольшой отряд конных воинов покинул злополучную поляну и двинулся к Туманному тракту. Не слушая уговоров, маги усадили двух пленных на своих коней, лошадь с третьим вел под уздцы один из солдат. До Туманного тракта было около тридцати минут конного неспешного пути. Времени оставалось предостаточно, и каждый коротал его по-своему: кто-то отвлеченно смотрел по сторонам, теребя в зубах тоненький прутик и насвистывая какую-нибудь задорную мелодию; кто-то увлеченно обсуждал недавнее сражение, поминая добрым словом павших товарищей. Король же о чем-то говорил с Ивлином, от чего каждый из них периодически закатывался смехом. Только маги ехали молча и крепко держали перед собой пленников, словно зоркий сокол пойманную добычу. Карлик, которому судьба предначертала ехать одному, боязливо оглядывался по сторонам, сильно вздрагивая при любом, даже небольшом шорохе. Как оказалось, оснований на это у него было предостаточно.

Минут через пятнадцать после начала путешествия случилось нечто, потрясшее всех без исключения, в том числе и боевых магов.

Дорога в этом месте пересекала небольшую, шириной всего двадцать футов речушку. Весь караван благополучно пересек брод, не замечая никаких признаков магии. Лишь в какое-то мгновение Друку показалось, что он слышит странный шепот и чувствует тонкие нити чар, тянущиеся откуда-то совсем недалеко.

Неизвестно, что за мрачные силы повелевали судьбой карликов, но только когда лошадь с пленным, едущим в одиночестве, переходила реку, раздался пронзительный свист и сильный хлопок. Вода в мгновение ока вскипела вокруг пленника, и огромный рот, возникший из волн, в долю секунды поглотил пытающегося что-то прокричать колдуна, выбросив в воздух только его лохмотья и чистые белоснежные кости лошади. От неудачливого мага не осталось и этого.

Волшебники ничего не успели сделать. Накрыв процессию защитным куполом они, не щадя коней, помчались к Туманному тракту.

– Становится интересно, – на скаку размышлял Артур. – Кто-то хочет уничтожить меня, подсылает этих уродцев в наши земли, а теперь, когда эта затея провалилась, убивает неудачников, словно заметая следы. Интересно, интересно, – повторил он еще раз. – Каким образом враги узнали дорогу, по которой я поеду сегодня утром?

В этот момент словно молния ударила в короля: от возникшей в голове мысли его бросило в жар.

– А что, если они не знали, где я поеду сегодня утром? Что, если подобные засады стоят на всех тропах ближнего леса?

Артур придержал коня, дождавшись пока Друк не поравняется с ним, и изложил старому магу свои предположения. Волшебник выслушал короля молча, но по его глазам было видно, как напряженно он просматривает все возможные варианты.

– Вы правы, мой государь, – наконец, заговорил он, – этот вариант не следует сбрасывать со счетов. По приезду в Арфин я прикажу своей десятке прочесать лес и выяснить, был ли там еще кто-нибудь.

Тем временем процессия выехала на просторный тракт, где короля и его воинов уже больше часа ожидали взволнованные дамы и охранявшие их не менее взволнованные мужчины.

Над дорогой разнесся громкий вздох облегчения и радости за благополучный исход дела и испуганный, полный презрения к пленным шепот.

Вкратце обрисовав картину произошедшего, Артур, не теряя времени, направил свиту в город – подходило время военного совета, так необходимого в начале войны.

Минут через сорок, за полчаса до полудня, процессия въехала в ворота Арфина и галопом проследовала во дворец, пугая прохожих и городских собак. Времени было мало: до введения военного положения в восточных землях осталось менее часа.

Влетев во дворец, Артур ловко спрыгнул с коня и, поблагодарив друзей за хорошо проведенное время, распустил свиту, придержав при этом генералов и повелев им направляться в Рубиновый зал для важного разговора.

Друк куда-то пропал, потом появился, доложив о том, что патруль в лес отправлен и через пару часов выяснятся результаты осмотра. После этого чародей снова удалился, сославшись на то, что необходимо подробно допросить пленных.

Ивлин, все время находившийся рядом с королем, тоже попросил разрешения удалиться, но получил отказ.

– Нет, полуцентурион, – сурово сказал Артур, – теперь ты будешь при мне. В течение часа сдай отряд десятнику, что прочесывал лес, а его десятку пусть примет солдат, убивший монстра. После всего этого сразу ко мне.

Полуцентурион покорно поклонился и быстрым шагом направился в казармы, где приводил себя в порядок после боя отряд.

Не теряя больше времени, король быстрой походкой взбежал по ступенькам великолепного дворца и через открытую лакеем дверь прошел внутрь.

– Милорд, – раздался ровный голос Ричарда, – генералы собрались для совета. В зале ваша матушка, а также те из ваших сопровождающих, кому вы приказали явиться после прогулки.

– Спасибо, друг, – улыбнулся Артур, похлопав говорившего по плечу. – Спасибо, что всех собрал вовремя. Ты тоже присутствуй на совете.

Ричард благодарно поклонился, но, едва подняв голову, задал волнующий его вопрос: – Артур, с тобой все в порядке, эти пленники не причинили тебе вреда?

– Нет, с чего ты взял старина Ричард? – Рассмеялся король. – Все прошло удачно, моя гвардия показала, что не зря ест свой хлеб.

Не останавливаясь больше, Артур стрелой пролетел через ярко освещенные залы, ярко освещенные светом больших люстр, горящих без дыма и огня, преодолел несколько широких мраморных лестниц и оказался у дверей Рубинового зала. Внутри уже было полно народу. Генералы разговаривали с бравыми легатами, обсуждая последние новости об опасной прогулке короля.

Артур прислушался. Никто и словом не промолвился о войне с карбезами, никто даже не догадывался о теме предстоящего Совета. Те же, кому по долгу службы положено было знать о нашествии врага, молчали, не проронив ни слова.

– Молодцы, – мысленно оценил король, – честно выполняют приказы. Хотя таких, кто знал о нашествии, было не так уж и много. Всего четверо, а также Ивлин, решающий пока дела у себя в центурии.

О начале войны знал камердинер Артура, начальник внешней разведки, командующий Восточным военным округом, на территории которого ожидался прорыв, и мать короля, но по его наказу каждый из этой четверки до поры молчал.

Часы на одной из башен дворца пробили полдень.

– Все, – подумал Артур, – время пришло. На востоке объявлено военное положение, началась эвакуация населения, пора действовать. Высоко подняв голову, он гордо шагнул в открытую гвардейцами дверь, и оказался в полном людей Рубиновом зале, где вот уже несколько столетий собирались военачальники, чтобы решать судьбы страны.

Присутствующие тотчас же умолкли и стоя приветствовали короля одного из сильнейших государств Семиземья.

– Здравствуйте, господа, – произнес Артур, окидывая взглядом публику. – Присаживайтесь, разговор предстоит долгий и очень серьезный.

Зал, в который правитель пригласил своих генералов, располагался на одном из верхних этажей дворцового комплекса. Много лет назад один из королей, очень любивший драгоценные камни, пристроил к дворцу огромное здание, размещавшее множество больших и малых залов, в которых проходили не только совещания, но и различные балы и празднества. Давая залу имя в честь какого-нибудь камня, король создавал в нем убранство, полностью соответствующее имени. Были здесь Рубиновый и Изумрудный, Алмазный и Сапфировый залы, были также Коралловая и Янтарная комнаты. Стены в помещениях украшались огромными картинами с вкраплениями камней, мебель и интерьер соответствовали цвету «своего» камня, превращая зал в своеобразный большой ларец для хранения драгоценностей.

Рубиновый зал изначально создавался для совещаний военной верхушки страны. Посреди помещения стоял большой стол овальной формы, за которым сидели присутствующие. Во главе стола располагалось место короля, напротив усадили госпожу Амелин.

– Милостивые господа, сегодня, в пятнадцатый день шестой луны от зимнего солнцестояния, мы собрались здесь, чтобы решить судьбу нашего государства. Велик и могуч Афлот, сильной рукой он держит в подчинении хлеборобные провинции Запада и Востока, а также богатые дарами земли провинции Севера и Юга. Много веков горит звезда Афлота на небосводе Маглендола, озаряя своим светом соседние государства. – Зал молчал, напряженно внимая словам короля.

– Много веков, – продолжил Артур, – мы спокойно возделывали наши поля и добывали руду. Много веков мы мирно растили детей и провожали к праотцам наших предков. Много веков мы противостояли тем, кто посягал на мирное течение жизни в Афлоте, карая тяжелым мечом справедливости вероломного врага. Если мы убивали – то убивали во имя жизни, во имя защиты наших мирных деревень и городов. Мы погибали, чтобы жить, чтобы могли расти наши дети и внуки, чтобы не было слез и скорби на лицах наших отцов и матерей. Мы погибали, чтобы сохранить наш прекрасный мир, чтобы росли цветы и деревья, чтобы улыбалось солнце в ласковом лоне реки, а не для того, чтобы земля страдала от боли пожара и ясный лик небесных светил задыхался от гари и смрада. Мы убивали и умирали, чтобы жить.

Восемь лет назад на наши земли напали богомерзкие племена карбезов – варваров, живущих в домах из лошадиных шкур посреди дикой степи; людей, пьющих кислое молоко и питающихся сырым мясом; дикие племена, подчиненные воле сумасшедших вождей и служащих орудием в руках колдунов. Восемь лет назад орды кочевников перешли высокие горы Зубастого хребта и вторглись в пределы Афлота. Неимоверными усилиями, ценой жизней десятков тысяч афлотцев и семиземцев мы смогли отбросить их за хребет. В этой войне погиб мой отец и ваш король, – Артур со вздохом посмотрел на мать и продолжил: – Мы не двинулись дальше за хребет. Все говорило о том, что восстановление после поражения займет у дикарей не менее трех десятков лет, но… – Король выдержал паузу, всматриваясь в лица своих генералов. – Но мы ошиблись.

Артур замолчал и взглядом позволил Владину, начальнику внешней разведки, продолжить доклад.

Генерал Владин Врут был на хорошем счету. Без малого два десятка лет, еще со времен правления покойного отца Артура, он занимал свой пост, постоянно и детально информируя короля о событиях за пределами Афлота. Среднего роста и богатырского телосложения, в свои пятьдесят лет генерал имел пышные, чуть тронутые сединой усы и столь же богатую шевелюру. Сегодня он предстал окружающим в обычном, не защищенном латами и доспехами мундире – легких синих штанах и такого же цвета куртке, украшенной знаками отличия и шевронами внешней разведки. На его бедре чуть покачивалась, ударяясь о ногу, золотая наградная сабля – новое, недавно введенное в кавалерии оружие. Ноги генерала украшали тонкой выделки черные, блестящие на солнце сапоги.

Владин Врут встал, легким поклоном поприветствовал окружающих и продолжил доклад.

– Господа, восемь лет назад мы ошиблись. Ошиблись в сроках. – Его голос медленно, подобно спокойной равнинной реке, разливался по залу.

– Карбезы, опередив все мыслимые и немыслимые прогнозы, намного раньше восстановили и даже приумножили силы. Сегодня ночью, во время очередного ночного патрулирования горных перевалов, в одном из ущелий наши разведчики обнаружили некое движение, не свойственное этим местам и этому времени года. Подступив ближе, воины увидели страшную картину: не страшась ничего, сотни кочевников в полном боевом облачении следовали по горным тропам. Пропустив несколько сотен солдат, наши разведчики передислоцировались на возвышенность и ужаснулись еще больше. По их примерным подсчетам, около тридцати тысяч вооруженных карбезов сейчас направляются в сторону провинции Урхан. И с большой вероятностью их число будет увеличиваться. Полученная информация была моментально доставлена государю. До вторжения кочевников в пределы Афлота, скорее всего, остается не более трех дней.

Сидящие потрясенно молчали: никто не ожидал войны, тем более так рано. Впрочем, дела обстояли не так уж и плохо – почти все генералы имели опыт ведения боевых действий с племенами захребетских кочевников.

Снова встал государь.

– Почти двадцать минут назад в первой линии восточных провинций объявлено военное положение. Земли второй линии готовы объявить его же в любую минуту. Через два с небольшим часа начнется мобилизация.

Артур снова осмотрел зал, вглядываясь в лица своих генералов, в голове каждого из которых с неимоверной быстротой крутились мысли, напрямую или косвенно связанные с предстоящей войной.

– Генерал Луций Строн, – обратился король к одному из сидевших за столов воину. – Как обстоят дела в армии?

Могучий, богатырского телосложения мужчина в белом с легкой позолотой мундире тихо поднялся с места.

С давних пор Афлот был поделен на военные округа, в каждом из которых находился свой военный начальник, подчиняющийся военному командованию и лично королю. Помимо королевских войск, личная небольшая армия, состоящая из дружинников и вассалов, имелась у каждого более-менее крупного аристократа.

Луций посмотрел на короля, потом окинул взглядом сидевших вокруг стола военачальников и начал свою часть доклада.

– Мой государь, во всех шести военных округах Афлота насчитывается четырнадцать полных, полностью укомплектованных легионов. Это мало, так как даже восемь лет назад в нашем распоряжении было более тридцати регулярных и примерно пятнадцать союзных легионов. Правда, тогда нам противостояло три сотни тысяч карбезов… – После этих слов Луций сделал паузу. – Сегодня же мы не знаем о точной численности врага, поэтому в отведенный провидением краткий срок должны сделать всё возможное, чтобы собрать силы, способные остановить карбезов. Как вы знаете, четыре полных легиона сейчас находятся за пределами страны и, пожалуй, нет смысла их вызывать. XVIII Горный легион луну назад отправился к западным предгорным районам Тильвера, чтобы усмирить взбунтовавшееся племя троллей, и в Арфин они не вернутся раньше, чем через две недели. XV Грозный легион три луны назад отправлен в Гладлен – помогать правящему двору противостоять нашествию Заокраинных пиратов. XVI Смелый и XVII Гордый легионы были направлены на юг Королевства Морин – сражаться с теми же пресловутыми Заокраинными пиратами, мародерствующими в едва оправившемся от революции молодом государстве. Таким образом, мы имеем в рубежах Афлота всего десять легионов, причем Первый Королевский непосредственно в Арфине.

– Сколько войск у нас сейчас за Тихой рекой? – Громко, чтобы расслышали все, уточнил король.

Отвечать на его вопрос поднялся Кросс Марин – командующий восточным округом.

– Во вверенном мне округе, куда входят земли трех провинций и граница вдоль Зубастого хребта, включая владения эльфов в Громком лесу, тянущаяся на шесть дней пути, расположено три полных легиона – по одному на провинцию. То есть на этом участке всего восемнадцать тысяч мечей. В Тувийской и Веронтской провинциях стоит еще один легион. У Громкого леса – когорта эльфийских стрелков, оказывающая помощь нашим войскам. Таким образом, до реки Тихой мы имеем около двадцати пяти тысяч клинков, не считая дворянского ополчения.

– Да-а, – задумчиво протянул король. – Всего четыре полных легиона на границу длиной в шесть дней пути… И при этом мы не знаем точно, где ждать прорыв.

– Ваше величество, – поднялся молодой генерал – судя по знакам на нашивках, первый помощник командующего Заглубокоозерным округом. – Войска нашего округа находятся сейчас в местечке Бладон, всего в сутках пути от Веронта. А это, как вы понимаете, еще два легиона.

– Да, я понимаю, – подтвердил король. – Итого вблизи линии фронта всего шесть легионов.

– В шести днях пути один легион Южного округа, в Западном округе один легион и в нашем Центральном два легиона, – дополнил подсчеты Артура Луций. – Если выступить сейчас, то дней через пятнадцать будем в Урхане.

– В том то и дело, – горько ухмыльнулся король, – что в пятнадцати днях пути. Меняя коней, мы сможем добраться во Веронта разве что за неделю – полторы. Итак, Луций, что мы имеем?

– Имеем шесть легионов регулярных войск и несколько тысяч дружинников графских замков – точное их количество озвучить сейчас нет возможности. Через сутки мы можем мобилизовать до четырех легионов в заречных провинциях и столько же в Заглубокоозерном округе. Таким образом, к открытию боевых действий под знаменами Афлота у первой линии обороны мы в состоянии собрать до десяти легионов и тысяч десять-двадцать графских дружинников.

– Это уже лучше, – задумчиво произнес король.

– Ваше величество, – встал Ахилл Архин, – в течение трех дней я смогу мобилизовать на территории Западного округа до шести легионов из числа опытных, закаленных в прошлой войне солдат. Через три дня все семь моих легионов маршем выйдут в назначенный для сборов район, далее мобилизация будет проходить медленнее, но еще легионов шесть в течение двух недель мы можем предоставить, благо оружия и снаряжения у нас вдоволь.

– Ахилл, – обратился к генералу король, – через сколько дней вы будете в Бладоне?

Командующий на минуту задумался. До Тихой реки дорога была не близкой – считай, через всю страну.

– Дней через восемнадцать мы всеми легионами подойдем к городу. Остальные подтянутся уже через пару недель, – отрапортовал он.

– Значит, на мобилизацию нам надо не менее пятнадцати дней, – задумчиво произнес Артур, – и это мы поднимем только первую очередь легионов.

Слово снова взял Луций Строн:

– Ваше величество, основные силы Западного, Центрального и Южного округов подойдут к Тихой реке не ранее чем через неделю-две после начала боевых действий. Легионы соседних провинций будут в Веронте дня через три-четыре после начала войны.

– Значит, – заговорил король, – иного выхода, как ждать подхода основных сил и держать оборону тем, что у нас есть, не имеем.

Все дружно закивали головами.

– Ну что ж, господа генералы, тогда настало время решительных действий. Нам нужно не менее тридцати – сорока легионов, причем не менее десяти – уже к началу войны.

– Будут, ваше величество. За три дня мы поставим в строй пять-шесть легионов в двух Заречных округах.

– Итак, будем тянуть время, пока не подойдут оставшиеся легионы, – подытожил король. – Через несколько часов я вылетаю на передовую. Командующим округами вылететь в свои штабы и лично руководить сбором. Затем, после мобилизации, с войсками выступать в Бладон и Веронт. Южным и Западным подходить к Бладону, Центральным к местечку Дубы. Заозерному и Тувийскому собраться у Веронта. Мобилизованным в первую волну – двигаться в Урхан. Так мы обеспечим резерв за рекой в случае чрезвычайного положения.

– Кросс, – обратился к генералу Артур, – нам с вами выпало самое трудное: подготовиться принять первый удар.

Артур замолчал. Над залом повисла напряженная тишина: каждый обдумывал, как будет выполнять поставленные королем задачи.

– Есть у кого-нибудь вопросы? – посмотрел на собравшихся государь.

Вопросов не оказалось: присутствовавшие на совете очень хорошо знали свои полномочия и осознавали поставленные перед ним задачи.

Четыре командующих округами должны были позаботиться о мобилизации, их штабы – думать о вооружении и питании новых солдат Афлота. Задачей Луция Строна была координация действия округов и центра. Владин Врут нес ответственность за информационное обеспечение ставки короля, переносимой в Урхан. В общем, каждый отлично понимал, чего ожидает от него отечество и государь. Генералы, оставшиеся без дела после победы в прошлой войне и не знавшие, чем себя занять в мирное время, вновь получали легионы и звания легатов – не менее, а, может, даже более почетное, чем генерал. Конечно, легатами становились не все генералы: король выбирал лишь относительно молодых – тех, кто способен будет повести за собой солдат в бой. Остальным же предстояло разрабатывать операции при штабах и руководить решением хозяйственных вопросов.

– Думаю, – встал с места Артур, – раз вопросов больше нет, то, да благословят нас боги, увидимся на передовой.

Закончив речь, король вышел из зала, оставив генералов в одиночестве. Совещание длилось чуть более часа, но исполнительный Ивлин уже давно поджидал вызвавшего его повелителя.

– А, друг мой, это ты, – подошел к вытянувшемуся в струнку солдату Артур. – Как обстоят дела в твоей полуцентурии?

– Все хорошо, государь. Раненые доставлены в лазарет, тела убитых переданы родственникам. Новый полуцентурион возглавил вверенный ему отряд.

– Молодец, солдат, – похлопал бойца по плечу король. – Полуцентурия тебе больше не понадобится. Принимай манипул моей личной охраны – отныне ты первый центурион и центурион личного манипула государя.

Ошарашенный Ивлин только и мог, что удивленно-преданным взглядом смотреть на командира.

– Да-а… – про себя подумал Артур, – побольше бы таких бойцов: с ними и в огонь, и в воду, а, может, даже и дальше можно идти.

– Как ты уже знаешь, – начал король, – сегодня началась война. Через пару часов я вылетаю в Урхан. В арсенале Арфина есть чуть более двух сотен метлолетов, привезенных нашими магами из далеких Заседогородских земель. Конечно, было бы замечательно посадить на них пару легионов, но, – усмехнулся Артур, – у нас их всего две сотни. Зачем я это говорю? А затем, что с началом войны я решил сформировать личный манипул отборных воинов, подобных тем, которые утром сражались с порождениями черных карликов. Этот манипул будет оснащен метлолетами – его воины всегда должны быть при мне. И тебе, Ивлин, я поручаю сформировать этот отряд из лучших воинов лучшего в Афлоте первого Королевского легиона.

– Служу вашему величеству! – Громко, на весь коридор выкрикнул Ивлин.

– Полно тебе, полно, – засмеялся король. – Теперь ты – первый командир нового летного вида войск. Назовем его бойцов… ну, положим, летунами. Манипул летунов – звучит неплохо. Правда, доселе только маги летали на метлолетах, но ничего, когда-нибудь надо и людям начинать. Приступай к выполнению задачи. У тебя есть два-три часа – затем мы вылетаем в Урхан.

Ивлин, потрясенный столь высокой честью, нежданно-негаданно свалившейся на него, подобно быстроногому гепарду бросился в казарму, чтобы собрать новый отряд из лучших солдат страны.

Едва центурион скрылся за поворотом коридора, к Артуру подошел Друк.

– Ваше величество, мои маги прочесали лес и обнаружили много интересного. Как вы и предполагали, черные карлики были не одни. По меньшей мере, еще четыре группы, подобных плененной, действовали на тропах Низменного леса. Как и первая, они готовили засаду. Но, узнав о провале товарищей, карлики исчезли. Видимо, посредством магии улетели куда-то в сторону восточных провинций и сейчас, скорей всего, уже находятся где-то над Кинтиром. И еще одно, – выделил эти слова маг. – Как я и предполагал, после провала группы карлики попытались уничтожить наших пленников, но и эта их затея провалилась. Магия Коруна и моя сила уберегли двух. Третьего спасти не удалось – что с ним случилось, вы видели сами.

Артур стоял молча и внимательно слушал речь волшебника.

– Еще, мой король, – продолжил Друк. – К сожалению, ничего существенного пленники нам не сказали: видимо, перед отправкой в Низменный лес кто-то начисто стер из их памяти всё, что могло бы заслуживать внимание. Они помнят лишь то, что им приказали убить вас. Я приложил море усилий, но добился лишь крох информации. В их памяти осталось лишь несколько слов и картинок – что-то, похожее на «древний грот», «тайный ларец», «великая магия». Что это значит, я не могу даже предположить. На этом всё.

– Полученной тобой информации вполне достаточно, чтобы полностью восстановить картину случившегося, – задумчиво протянул король. – Но не в этом дело. Пусть наши птенчики посидят в темнице до конца войны, а мы пока займемся теми, кто их послал. Я полагаю, это вожди карбезов или те, кто стоит за ними. Друк, скажи мне: сколько магов у нас в Афлоте?

– Не знаю, государь, – извиняющимся голосом ответил Друк. – При дворе состоит около двух сотен боевых магов. Несколько десятков живет в Арфине. Ну и еще несколько сотен разбросано по стране – не считая тех, кто состоит при легионах и штабах военных округов. Всего около тысячи.

– Маловато, – не сумел скрыть разочарования король.

– Конечно, страна большая, а магов не так уж и много. Лет десять назад нас было намного больше. Дело в том, – начал углубляться в историю Друк, – что севернее Рубежных гор и Сказочного леса появился некий могущественный волшебник Николас Горенгейм. Он обратился ко всем магам Маглендола и предложил объединить разрозненные земли и государства в одну могущественную империю, способную противостоять врагу – врагу не только из числа людей и подобных им существ, но и магов, покушающихся на оплот добра и справедливости. Николас призвал всех чародеев объединиться, чтобы согнать древних колдунов и детей тьмы с земель Маглендола, освободив леса для мирных дровосеков, а поля – для трудолюбивых пахарей. Маги окрестных земель вокруг Переталя откликнулись на зов чародея и двинулись к озеру Тур, чтобы от берегов этого таинственного водоема начать великий поход на слуг Тьмы. Наши афлотские чародеи тоже снялись с насиженных мест и двинулись в Переталь, под знамена нового войска магов.

– Интересно, – удивился король. – Очень интересную историю ты мне рассказал. Как только станет поспокойнее, я обязательно свяжусь с этим волшебником. А сейчас, достопочтенный Друк, возьми десяток магов, да потолковей и таких, чтоб в бой шли, как на праздник. Пойдешь с нами за Шумную реку.

– Хорошо, мой король, – поклонился чародей, – я сделаю всё, как вы сказали.

Наконец-то Артур решил все дела первостепенной важности и мог некоторое время побыть с семьей. Не задерживаясь более близ Рубинового зала, он направился в жилое крыло, где его с нетерпением ждала молодая жена и трехлетний сынишка, нареченный Авелием.

У молодой царствующей четы оставалось не более двух часов, которые они провели так, как когда-то проводили короткие лунные ночи после бракосочетания. Они любили друг друга, любили крепко, самоотверженно и до глубины души, словно в последний раз. За несколько часов Артур и Анна много сказали друг другу. Попрощавшись с сыном, юным принцем Афлота, король после недолгого разговора с матерью удалился к своим генералам.

Государство уже жило войной. В этот безмятежный и неторопливый летний день на Указных башнях страны одновременно раздались звуки тревожных труб. Все, кто находился рядом, в один миг подняли глаза вверх, чтобы прослушать королевское обращение. Звонкие голоса глашатаев с искренним рвением и искренней сопричастностью к случившемуся зачитывали слова государя о начале войны.

Тревожное молчание повисло над страной. В городах и деревнях люди обдумывали услышанное, и каждый понимал, что с этой минуты жизнь его и его семьи изменится. Многим придется вступить в афлотские легионы, чтобы силой и кровью отстоять право на свободу для граждан, живущих на бескрайних просторах страны, издревле славившейся своим свободолюбием. Да, каждый житель Афлота до боли в сердце любил свободу – не только свою, но и тех, кто находился с ним рядом – братьев и сестер по крови и по стремлению к справедливости. Не зря Афлот никогда не был рабовладельческим государством, а его граждане предпочитали пленению смерть в честном бою. Именно поэтому воинов Афлота так уважали за смелость и бесстрашие в соседних государствах Семиземья: ненависть ко всем, кто покушался на свободу, казалось, делала легионы неуязвимыми. Любой мужчина в стране считал счастьем стоять в строю плечом к плечу с теми, кто отстаивал право на свободу своим копьем и мечом. Вот и сейчас, когда громогласные вестники войны объявили о мобилизации и формировании новых легионов, мужчины всех возрастов, попрощавшись с семьями и получив благословление отцов и матерей, надели имеющееся у многих обмундирование легионеров и бесконечными ручейками потянулись к зданиям городских и сельских ратуш, чтобы образовать центурии и манипулы нового войска. В течение нескольких дней им предстояло сформировать новые легионы и быстрым маршем двинуться на восток, чтобы кровью заплатить за право жить в свободном государстве.

– Равнение на государя! – Закричал новоиспеченный центурион отборного королевского манипула, выстроившегося в полном боевом облачении на плацу перед дворцовыми казармами.

Высокие, крепкого телосложения воины, облаченные в боевые доспехи с легкими серыми плащами на плечах, стояли перед королем. Большие боевые мечи крепились на их поясах, демонстрируя отменную силу хозяев. Длинные дальнобойные луки висели за плечами. Сам командир – молодой Ивлин – подобно своим бойцам, стоял с мечом у пояса и луком за спиной, и только позолоченный доспех, оперенный шлем и нашивки центуриона на плече отличали его от остальных солдат.

Артур медленно прошел перед строем, осмотрев каждого, кому выпала честь служить лично правителю Афлота.

– Молодец, Ивлин, – похвалил молодого командира Артур, закончив осмотр. – Настоящих богатырей подобрал. Некоторые из них, если мне не изменяет память, сражались утром вместе с нами?

– Да, государь, – подтвердил центурион. – Я в полном составе включил в манипул свой бывший отряд, а также лучших воинов Первого легиона.

– Придет время, и мы плечом к плечу встанем перед врагом в смертельной битве, – обратился к солдатам государь. – Не буду тратить много слов, но вам выпала особая, почетная и в то же время опасная миссия. Вы – ядро новой армии, армии свободы, и вам предстоит сражаться там, где судьба битвы будет висеть на волоске. Своими мечами я и вы будем вырывать победу из мерзких лап врага. Сегодня мы выступаем, и уже завтра окажемся на передовой – там, где со дня на день ударит враг.

– Готовы служить королю и Афлоту! – В один голос взревели солдаты.

– Хорошо, – с удовлетворением посмотрел на них молодой монарх. – Тогда вперед – навстречу нашей судьбе, туда, где вьются знамена победы.

Не теряя больше ни минуты, летуны вскочили на метлолеты и поднялись в воздух футов на десять. Выстроившись десятками, они ждали своего короля.

Обняв мать, поцеловав жену и сына, Артур взлетел подобно смелому соколу и вместе с манипулом скрылся в облаках. Впереди была долгая война, которой предстояло навсегда изменить жизни короля и государства. Позади – мать, любимая жена и сын. За плечами – целая империя, с надеждой и верой взирающая на своего правителя, своего короля.

Глава вторая

– Вперед, вперед, презренные! – Разносился над горной тропой хриплый голос черного всадника, подгоняющего рабов, которые тянули на своих плечах тяжелую метательную машину.

Звонкий удар кнута, гулко повторенный эхом в узком ущелье, разрезал воздух. Люди, изнуренные многодневным переходом, еле волокли ноги, отчего проклятая машина передвигалась медленнее, чем того хотел всадник. Из-за этого он все больше кричал и размахивал хлыстом.

Громкий удар заставил рабов втянуть голову в плечи и что было сил ускорить шаг. Машина поехала значительно быстрее, что доставило надзирателю огромную радость.

Таких, как эти рабы, было немало – тысячи страдальцев тянули по горным переходам подобные сооружения, несли снаряды, тащили тюки. Много, очень много невольников имели карбезы, захватывая их в частых военных походах. Это были истинные солдаты, настоящие воины, которым вместе с молоком матери прививалась любовь к войне. Чуть только ребенок подрастал, ему вместо игрушек и кукол давали деревянный кинжал; позднее, когда он начинал понимать предназначение оружия, его маленькие руки брали острый, окропленный кровью множества жертв, нож. Юные кочевники садились на коней намного раньше того момента, когда их маленькие ноги учились ходить. Лучшим другом степняка была его боевая лошадь, терпеливо преодолевавшая тяготы военных походов. Карбезы ценили и берегли коней, ведь эти верные друзья не раз спасали хозяина в бою, увертываясь от шустрой стрелы или унося раненого с поля боя. Нежная любовь к лошадям и кочевой образ жизни объясняли необходимость множества рабов в этих диких племенах – все тяжелые работы выполняли пленные, все повозки тянулись их силой, а не мощью любимчиков-коней. Вот и сейчас, когда племена карбезов выступили войной на проклятый Афлот, тысячи рабов тянули обозы с провиантом и оружием.

Невысокие, смуглокожие, черноглазые кочевники трепетно относились к понятию войны. Несколько веков назад они самозабвенно воевали друг с другом, находя в этом смысл своего существования, но однажды вождь одного из северных племен сумел объединить смуглокожих воителей и направить их агрессию и илу на земли соседнего Афлота, якобы захватившего в стародавние времена исконные земли карбезов.

Они были сильны, выносливы и неприхотливы, эти черноволосые воители, и не боялись долгих переходов. Вот и сейчас тянулись эти двуногие совершенные орудия войны по узким горным тропам в плодородные западные долины Афлота. Черные всадники сновали взад и вперед, погоняя вяло плетущихся рабов, тянущих за собой огромные метательные машины и телеги.

Любимым оружием карбезов была короткая кривая сабля, незаменимая для быстрого конного воина. Пехотинцы носили тяжелые доспехи и огромные мечи, но обычно в войске преобладала конница, способная быстро совершать набеги на вражеские поселения.

Кочевники носили, в основном, кожаные одежды, сшитые из грубовыделанных конских шкур. Их головы украшали шляпы или папахи из того же материала с примесями различных лоскутов меха. Поверх одежды многие из карбезов предпочитали носить черные плащи, помогающие оставаться незамеченными ночью и служащие одеялом во время короткого и чуткого ночного сна.

Черные всадники, как их именовали в нескольких северных землях, не имели своих магов, поэтому магией обычно не пользовались, хотя изредка проявляли подобные способности. Но совсем недавно в кочевья карбезов пришли странные существа – маленькие уродливые создания, тонкие руки которых, казалось, готовы переломиться от малейшего дуновения. Длинные ресницы придавали лицам пришельцев коварно-злобное выражение. Это было племя кочевых колдунов, живущих в Тайных землях. Их были сотни, и все отличались огромной магической силой. Каждый в отдельности многого совершить не мог – так, колдовал по мелочи, будучи способным максимум на то, чтобы уничтожить пару-тройку зазевавшихся солдат. Но, собравшись в группу, они могли очень многое. Узнав, что земли Афлота оскудели магами, коварные карлики решили осуществить свою давнюю мечту, исполнению которой мешали лишь сильные и прочные границы военной державы.

Долгие столетия карнибулы – так называли сами себя эти существа – бродили по землям мира в поисках некоего утерянного артефакта. Во многих местах оставили они о себе недобрую память: в далеких степях Запада и Орочьих землях, в лесах фей и Республике великанов… Часто, очень часто видели их около Орлиного хребта и Потерянного леса, но озлившиеся зверствами карликов маги изгнали их несколько столетий назад за горный пояс в Тайные земли. Карнибулы пропали на много лет, но недавно вдруг вышли из многовекой тени, чтобы получить то, что волновало их умы последние тысячелетия.

Великий ханлык кочевников – Грозный Бичунбей – недолго совещался с колдуном, приведшим уродцев. Неизвестно, что посулил ему высокий, нисколько не похожий на своих подданных маг, пугавший детей и женщин огромным рогатым шлемом и огненно-красным мечем в руках, но уже через пол-луны все, кто был способен носить оружие и держать лук, двинулись на Запад – в земли презренных нечестивцев, посмевших в давние времена занять исконные земли кочевников. Величайшая за всю историю этого мира армия двинулась к Афлоту, чтобы стереть его с лица земли.

– Вперед! – не уставал кричать всадник, подгоняя падающих от изнеможения рабов. – Вперед, нечестивцы, во славу Великого Бичунбея!

Только-только на горы пала ночь, только начался долгий ночной переход, а рабы уже выбились из сил, волоча неизвестно зачем взятые в поход тяжелые машины.

Чуть выше – по козьей тропе, гуськом и на боевых конях шло войско кочевников. Насколько хватало глаз, узенькие ручейки всадников тянулись далеко на запад – туда, где, по преданиям, находилась родина черных кочевников. Туда, где, согласно легендам, великий бог Кончурбей – покровитель лошадей – подарил праотцу карбезов, могучему Ясыю, его первого боевого коня и научил держать любимую кривую саблю.

Уже пять дней тащились караваны по узким каменистым Зубастого хребта. Еще несколько дней – и передовые отряды ступят на земли Афлота.

Среди черных всадников и тяжелых пехотинцев мелкими шажками сновали коварные уродцы, чему-то постоянно улыбаясь, злорадно прищурив глаза под длинными ресницами и потирая худенькие ручонки, висящие перед грудью. Где-то позади, в рядах основного отряда ехал их предводитель, о чем-то постоянно совещающийся с Бичунбеем.

Кто он такой, не знали даже верховные карнибулы. Множество десятилетий назад судьба свела их в предгорных ущельях Ночных гор. Колдун знал, чем привлечь карликов, знал, как подчинить их могучую магию и использовать в своих целях. Что-то ценное предложил таинственный маг своим новым сотоварищам за верную службу; что-то не менее ценное пообещал он и вольнолюбивым кочевникам.

Четырехсоттысячное войско ползло, подобно огромной толстой змее, через горные перевалы. Около пятидесяти тысяч пленных сопровождало его, неся на плечах весь груз войны.

– Вперед, презренные черепахи! – с остервенением в сотый раз закричал гарцующий на коне всадник в огромной меховой шапке и черном плаще, развевающемся за спиной. – Вперед, я сказал! До привала еще час пути! Хотя, – вдруг засмеялся надзиратель, подобно лошади оскалив острые редкие зубы, – при такой работе вы рискуете не заслужить отдыха!

– Поднажмем, ребята, – зашептал темноволосый, крепкого телосложения молодой человек, как и его спутники привязанный к орудию.

Около года назад юный Морган Док из северных лесов Симбиреллы вместе с друзьями попал в плен при попытке защитить свою деревню от очередного набега кочевников. Долгие недели карбезы вели пленников на юг – по пустыням и густым лесам, по горным долинам и широким степям. Путь окончился здесь, в окрестностях Зубастого хребта. Несколько дней назад невольников оторвали от корчевания пней, приковали к машинам и заставили тащить механизмы через горы в какие-то неведомые земли.

Спина ныла от усталости и боли ударов, колени и стопы кровоточили от ссадин, но Морган Док не оставлял надежды совершить побег. Прошлой ночью, когда рабы перетаскивали машину через глубокую расщелину, цепь его наручников треснула, и теперь едва держалась, в любой момент рискуя лопнуть и похоронить все надежды на спасение. Весь день Морган молил богов, чтобы они не забирали у него последнюю надежду на побег и не разрывали раньше времени сковывающие его путы.

Десяток его товарищей, столь же молодых и свободолюбивых как и он, уже знали о предоставленном им судьбой шансе и зорко смотрели по сторонам, запоминая местность и стараясь меньше злить надзирателя.

Прошел час. Далеко впереди раздались голоса кочевников, разрешающих сделать часовой привал, чтобы дать время передохнуть лошадям и перевести дух рабам.

Друзья затаились, ожидая того момента, когда их черный всадник отойдет к коню и начнет его чистить, как делал это всегда во время недолгих привалов. Прошло минут десять. Сердца притворяющихся спящими рабов судорожно колотились. Каждый из них наблюдал через полуопущенные веки за ходящим взад и вперед конника.

Вдруг произошло нечто, что существенно облегчило работу рабов. Забыв об опасности, карбез оставил связку ключей от цепей пленных на земле вместе с саблей и длинным кнутом, а сам, обхватив руками живот, помчался к торчавшим из земли огромным валунам. Взгляды рабов молниеносно переместились на Моргана, уже колдовавшего над своей цепью, вытаскивая сломанное звено. Казалось, само провидение помогало пленникам. Их тюремщик, видимо, изрядно отравился, а потому не спешил выходить из-за камня. Стараясь не греметь цепью, Морган на цыпочках подошел к брошенным ключам и оружию, быстро отстегнул сдерживавшие его путы и в доли секунды оказался за камнем. Раздался еле слышный свист и легкий приглушенный стук, будто что-то не очень твердое упало с небольшой высоты. Прошло несколько минут, прежде чем чей-то силуэт появился из-за камня.

Какого же было огорчение невольников, когда уже почувствовавшие было свободу мужчины увидели, что к ним приближается человек в темной меховой папахе и черном плаще на плечах. Но по мере приближения фигура приобретала до боли знакомые очертания. Когда расстояние от человека до рабов сократилось до пяти шагов, из уст девяти прикованных воинов вырвался вздох облегчения.

– Ну и напугал же ты нас, – потирая онемевшие запястья, улыбался Петраль Бунг. – Мы думали, что тебя уже нет в живых, а к нам идет этот мерзкий надзиратель.

– Да, мы уже попрощались с жизнью, – разминая спину, подтвердил Сэм. Сэм и Петраль были давними товарищами Моргана – можно сказать, друзьями детства. До рабства они жили в одном поселении, где и были пленены около года назад.

– Идемте, – едва слышно поторопил друзей Морган, – у нас не более получаса: надо освободить еще кого-нибудь из пленных и захватить хоть какое-нибудь оружие.

Местечко, где рабов остановили на привал, было очень удобным для подобного рода мероприятий. Все тропы, по которым шли конные, уходили далеко вверх, скрываясь за камнями, дорога же, по которой тащили машины, тянулась ниже, постепенно снижаясь и уходя к дну ущелья. К тому же, она постепенно сужалась, что заставляло карбезов растягивать караван и идти друг за другом поодиночке.

Ближайшая осадная машина, которую тянула на себе другая группа рабов, стояла футах в пятидесяти. Из-за тени, падающей от огромного утеса, никто не заметил событий, произошедших несколько минут назад.

– Стойте здесь и затаитесь, я вернусь через несколько минут, – прошептал Морган. И, мгновение подумав, добавил: – Если через четверть часа меня не будет, бегите.

Друзья молча кивнули, приваливаясь к машинам и притворяясь спящими.

Ущелье сужалось и тянулось узкой раной на теле горы на много сот футов. Сверху его закрывала тень огромного выступа, отчего-то, что происходило внизу, было скрыто от идущих где-то за камнями всадников. Док, не теряя времени, двинулся к соседней баллисте. Что он там делал, его товарищи не видели, однако уже через десять минут к ним подошло четверо в одеждах кочевников, но с лицами бывших пленников. Через минуту пришел и сам Морган.

– Мы уничтожили пятерых надзирателей и освободили несколько десятков рабов, – прошептал он. – А еще я наткнулся на телегу с провиантом. Наши новые товарищи собирают продовольствие и готовятся к походу. Еще мы достали шесть клинков, и теперь, с учетом двух найденных копий, у нас целых девять вооруженных воинов!

– Куда мы пойдем, ведь вокруг одни враги? – спросил один из рабов, прикованный немногим ранее к одной машине с Морганом.

– Я видел щель в скале, она покрыта мхом, но что-то подсказывает мне, что в ней мы найдем спасение, – заговорил один из пришедших в одежде степняков.

– Значит туда мы и пойдем, – принял решение Морган. – Времени на раздумья у нас не осталось, да и светать уже начало – не более четверти часа до выступления… Веди нас, Фрол!

Тот, кого назвали Фролом, кивнул головой в знак согласия и повел крадущихся воинов к одной из машин, в скале напротив которой и была замечена им спасительная расщелина.

По мере продвижения к беглым пленникам присоединялись все новые и новые рабы, освобожденные Морганом и его друзьями. Напротив четвертой баллисты Фрол остановил людей и жестом указал на край ущелья, густо покрытый лишайником.

– Но тут ничего нет! – изумился кто-то из мужчин.

– Как нет? – удивился Фрол. – А это что по-вашему?

Он легким движением руки отодвинул тянущиеся к земле нити мха и лишайника, обнажив черную пустоту проема.

Многие из присутствующих тихо ахнули от изумления.

– Быстрей, быстрей! – зашипел на них Морган, тревожно осматриваясь по сторонам.

– Эх, – вздохнул бывший раб, обнаруживший расщелину, – была не была! Двум смертям не бывать, одной не миновать.

С этими словами, вдохнув побольше воздуха, он быстро нырнул в узкий скальный проход. Чуть помедлив, за ним последовали другие пленники, столь чудесным образом получившие свободу.

…Около трех десятков человек уже скрылись в темной пасти каменного проема, когда где-то совсем рядом закричал один из надзирателей и быстрым шагом направил лошадь в сторону убегающих рабов. Подъехав поближе и поняв, что происходит, он с быстротой молнии развернул и пришпорил коня, и скрылся в ночной темноте.

– Скорей, нас засекли! – Закричал Морган. – Скорее уходите вглубь скалы!

Где-то в отдалении послышались крики взволнованных карбезов, которые в доли секунды переросли в громкое воинственное улюлюканье.

Осталось совсем немного людей, не успевших скрыться в чреве горы, когда откуда-то сверху спрыгнули две фигуры в серых плащах и с посохами в руках.

– Прячьтесь! – закричал один из пришельцев. – Мы прикроем вас! Уходите, спускайтесь глубже, там должно быть безопасно!

Не долго думая, невольники продолжили движение в неизвестность, по одному скрываясь в тоннеле, устремляющем свои рукава-коридоры к сердцу старинных гор.

В отдалении показалось около десятка громко кричащих и размахивающих саблями над головой всадников.

– Получите, – закричал один из магов, таинственно появившихся на пути бывших пленников.

Огромный, величиной с телегу, извергающий клубы холода серебряно-голубой кулак вырвался из сверкающего посоха молодого волшебника. Только трое смогли увернуться от коварного заклинания, превратившего других, не столь ловких, в прозрачные глыбы льда.

– А это вам на горяченькое! – рассмеявшись, крикнул второй и выпустил из своего посоха огромную, величиной с быка, огненную птицу, превратившую оставшихся в живых в огненные факелы и растопившую тех, кому не повезло несколькими минутами ранее.

– Уходим! – быстро сказал первый чародей. – Главное, чтобы карлики не подошли, иначе нам несдобровать.

Морган нырнул в пещеру одним из последних, а два мага завершили собой процессию, сомкнув за собой камни. Пути назад у беглецов не оставалось, поэтому надо было идти только вперед, в неизвестность.

– Э-э-эй, где вы все? – Разносился по низким сводам прохода чей-то негромкий голос. – Есть тут кто-нибудь?

– Есть, есть, не бойся, – усмехнулся кто-то совсем рядом и звонко стукнул вопрошающего по уху.

– Ай! – по-детски испуганно вскрикнул кто-то из рабов. – Кто-то наступил мне на ногу!

– Уф, ушли, наконец. Что теперь будем делать? – Взволнованно продолжил третий.

– Сейчас хотя бы один факел, – вздохнул тот, кому отдавили ногу.

– Сейчас, потерпите, – отозвался следующий. – Арунто, сообрази огонек, ты же у нас горячих кровей парень.

– Горячий, горячий, – заворчал кто-то из присутствующих, – а ну не балдей, зажигай тоже факел, нечего на моей спине в Небесные сады ездить.

Кто-то тихо захихикал.

В одно мгновение неширокий, футов в шесть проход озарился достаточно ярким светом, исходящим от посохов магов и освещающим пространство футов на сто вперед.

– Вот вам и свет, – весело сказал Арунто. – Как и заказывали, в лучших традициях афлотских колдунов.

Это был молодой маг, только-только переступивший незримую черту между юношеством и взрослой жизнью. Русые волосы аккуратной шапочкой лежали на его голове, а волшебный свет посоха двумя искорками отражался в веселых, многое говорящих о характере хозяина карих глазах. Правильный нос и чуть припухлые аккуратные губы приобщали мага к группе людей, над внешностью которых природа корпела не одно мгновение. Его атлетического сложения фигуру укутывал просторный серый плащ.

– Молодец, я тоже так могу, – сказал второй маг.

На посохе говорившего мягким серебристо-голубым светом загорелся камень.

Второй волшебник был братом-близнецом и полной копией первого. Отличие можно было заметить только в посохе, цвете украшающего его камня и глазах – у второго брата они были голубыми, соответствуя характеру предпочитаемой магии.

– Антиро, – обратился к брату огненный маг, – иди лучше в голову каравана и веди нас.

– Кто вы? – Прервал разговор между родственниками Морган. – Как вы оказались здесь, вблизи от карбезских обозов?

– Ты задал правильный вопрос, о смелый воин, – ответил Антиро, бывший, по-видимому, старшим в паре. – Хорошо, что ты спросил об этом. Мы с братом – маги боевого десятка Урханского легиона Афлотского государства, по долгу службы ведем наблюдение за передвижением врага, направляющегося в сторону границ нашей страны. Мы видели ваше геройство, поэтому решили оказать посильную помощь. К тому же, карбезы наши общие враги, разве не так? – подмигнул маг Моргану.

– К-конечно, – поперхнулся словами Док. – Мы с ними будем врагами, пока костяная дева не заберет нас.

– Вот это правильно, – заулыбался волшебник. – Теперь нашим общим делом будет отвлечь на себя некоторые силы противника, чтобы облегчить работу королевским легионам.

– Но как мы это сделаем? Нас мало, да и оружия у нас нет, – развел руками стоящий рядом с Морганом человек.

– Как нет? – Удивился Арунто. – А это что? – И он жестом руки указал на мечи и копья, которые держали несколько бывших рабов.

– С шестью-семью саблями мы уничтожим не более двух десятков карбезов, а потом они уничтожат нас! – возмутился кто-то.

– Значит, мы будем действовать с умом, – лукаво подмигнул Антиро своему брату.

– Как это? – Удивились несколько стоящих вокруг воинов.

– А вот так, – ответил маг, начав излагать цели и способы их достижения.

Несколько минут братья что-то оживленно говорили стоящим вокруг них новым товарищам, сопровождая слова движениями рук и посохов. Наконец, когда введение в предстоящую операцию было закончено, под сводами подземного лабиринта повисла тишина.

– Я думаю, – нарушил молчание Морган, – нам стоит попробовать.

– Правильно, – зашумели одобрительными возгласами присутствующие, – надо освободить других рабов и наказать этих шакалов-карбезов.

– Решено, – произнес Морган, как-то незаметно ставший руководителем маленькой повстанческой армии, – мы идем за вами. Маги, ведите нас на битву с нашим кровным врагом.

– Пора удаляться от прохода, – негромко прервал обсуждение Арунто. – Я чувствую приближение вражеских чародеев.

– Идем вглубь горы. Иного выхода у нас нет: надо удаляться как можно дальше от входа, – с этими словами Антиро уверенно двинулся в темноту коридора.

– Да, идем, – поддержал чародея Морган. – Сначала уберемся подальше отсюда, а затем будем думать о дальнейших действиях.

Коридор подземного лабиринта тянулся на много тысяч футов в сердце скалы. Узкие ветви-расщелины то и дело отделялись от него в стороны, но маги уверенно вели небольшую группу людей вниз, как можно дальше от поверхности. Арунто, шедший последним, часто тревожно оборачивался, ожидая то ли погони, то ли иной опасности.

Прошел час, подходил к концу второй, а люди все шли и шли в глубь земли, с каждой минутой всё отчетливее ощущая дыхание её недр. Коридор то расширялся, образуя огромные подземные пещеры, то сужался до нескольких футов в ширину, позволяя идущим продвигаться только по одному. Попадались и небольшие трещины, преодолеваемые без особых усилий, и небольшие подземные речушки, текущие в просторных долинах.

Необычные сталактиты и сталагмиты венчали просторы подземных гротов, заставляя идущих поднимать головы и любоваться их красотой в достаточно ярком свете посохов.

В конце второго часа нервничавший всю дорогу Арунто наконец вздохнул так, что его облегченный вздох услышали все путники, и промолвил: – Всё, дальше можно идти спокойно. Погоня, если она и будет, за нами не пойдет – началось царство подгорных духов.

Идущий впереди Антиро на миг остановился и осмотрелся по сторонам.

– Да, ты прав, брат, – подтвердил он. – Дальше начинается территория горных духов, а карлики с ними на ножах. Ты помнишь, что нам рассказывал отец о сердце Зубастого хребта?

– Конечно, я помню о гномах рода Моррука Длиннобородого, жившего в этих горах несколько тысяч лет назад, – утвердительно ответил Арунто. – Я помню также и о том, что после войны с магами – полуросликами, почти уничтожившей оба племени, гномы покинули хребет и ушли в неизвестном направлении.

– Правильно, – задумчиво кивнул второй маг. – По рассказам отца, мы сейчас стоим перед входом в царство не только горных духов, но и царство древнего рода Моррука.

– Что мы будем здесь делать? – недоуменно обратился к одному из магов какой-то человек.

– Ничего особенного. Просто поищем что-нибудь из оружия. Здесь когда-то звучал звон стали, да к тому же гномы – мастера ковки клинков…

Пройдя некоторое время по широкой пещере, бывшие пленники остановились у невероятных размеров вырезанной из скалы арки. Два огромных, в полном облачении гнома, искусно высеченные из цельных глыб, держали в руках по гигантскому топору, лезвия которых и составляли своды пещеры. Каменные лица украшали великолепные, длинные, заткнутые за пояс бороды.

– Какая красота! – Восхищенно выдохнул Петраль Бунг. – Никогда не видел подобного великолепия!

– Это что, – усмехнулся Антиро, – мы тут и сами впервые, но что-то подсказывает мне, что за аркой нас ожидают не меньшие чудеса.

Маленький отряд, не теряя времени, двинулся ко входу в новый зал, отделенный от пещеры столь необычными воротами.

Навершия посохов загорелись еще ярче, но отбрасываемый ими свет не мог осветить весь грот, открывшийся перед людьми сразу же за каменными статуями. Огромный, раскинувшийся на несколько тысяч футов зал когда-то служил первым ярусом подземного города. Многие тысячи гномов и других дружественных им существ заканчивали или начинали в нем свои путешествия по бескрайним просторам надгорного мира. Различного рода постройки и сооружения располагались вдоль стен, напоминая лавки и таверны. Небольшие и короткие, ответвляющиеся от основного зала коридоры заканчивались просторными комнатами, служившими либо жилыми помещениями, либо хранилищами. В другом конце пещеры, высеченной когда-то трудолюбивыми гномами в теле горы, начинались несколько продолжавших городище лабиринтов. Какие-то из них вели на нижние этажи, где обычно располагались шахты и кузницы. Выше кузниц размещались ремесленные и жилые помещения, различные хранилища и общественные места, когда-то заполненные снующими в разных направлениях неутомимыми гномами, столь неожиданно покинувшими обжитые территории.

– Идем дальше, на ярусы хранилищ, – уверенно произнес Антиро, – там то уж точно мы найдем что-нибудь из оружия.

– Брат, – тревожно окликнул его Арунто, – я чувствую чужеродную магию.

– Какую? – Удивился его близнец. – Что ты мог уловить? Карлики сюда не пройдут, духи гор не допустят их появления.

– В том-то и дело. Магия не похожа ни на одну из мне известных, я доселе не встречал ничего подобного. Она сродни духам гор, но…

Оба мага настороженно замерли в ожидании проявления силы невидимого врага и приготовившись отражать надвигающуюся атаку.

Свет от посохов не угасал, освещая ближайшее пространство. Воины, оружейная сталь в руках которых нагрелась от живого тепла, готовы были в любой момент умереть, защищая себя и товарищей. Обстановка становилась все более напряженной, затянувшееся ожидание щекотало нервы всем, не исключая и магов. Никто не знал, откуда и в каком виде ждать опасность, никто не знал, как её отразить, поэтому все просто стояли, готовые в любую минуту вступить в бой.

– Они чего-то ждут, – вполголоса произнес Антиро. – Ждут и изучают.

– Пускай, это их право. Не будем терять времени, спустимся в хранилища, возьмем что-нибудь из оружия и покинем священные для рода Моррука места, – не опуская поднятого в боевой готовности посоха, ответил его брат.

Теперь идущие люди двигались намного медленнее: проход в каждый новый коридор начинался с довольно продолжительной магической разведки.

– Я чувствую чьи-то взгляды, они изучают нас, – встревожено зашептал один из пленников, идущий рядом с магами. – Давайте остановимся и прощупаем стены: мне кажется, они полны тайных дверей…

– Он прав, господа чародеи, – поддержал опасения товарища Морган, – мне самому не по себе от этого ощущения. За нами, несомненно, кто-то следит, причем уже достаточно давно. Я почувствовал это еще у каменных гномов, но вначале подумал, что это всего лишь страх. А теперь головой ручаюсь: не так все просто.

Антиро жестом приказал всем остановиться и сомкнуть ряды.

– Ничего не могу понять, – развел руками маг, – хоть убей, но мои заклинания не могут ответить, где находятся наши загадочные наблюдатели. Я могу прощупать пространство вокруг нас, но дальше каменных сводов моя магия не идет, будто кто-то её блокирует, причем делает это столь умело, что мы с братом не можем понять, где и, тем более, как это происходит.

– В том-то и дело, друзья, – поддержал Антиро брат. – Я ничего не могу сделать магией, но немагическим чутьем ощущаю чье-то присутствие за левой стеной.

– Да, – удивленно поддержали его подозрения бывшие пленники, – именно оттуда тянет опасностью!

Что и говорить, многие месяцы заключения приучили этих людей затылком чувствовать приближающуюся опасность, чтобы в нужный момент уклониться от удара. И чутье не подвело их и в этот раз…

Вот уже около пяти часов путешественники бродили по коридорам подземного города, принадлежащего когда-то древнему гномьему роду Моррука Длиннобородого. Несколько огромных залов, пересеченных узкими и широкими уходящими вглубь земли пропастями, через которые были переброшены каменные мосты, остались позади. Бессчетное число футов горной породы отделяло людей от благословенного лика солнца. Много коридоров преодолели беглецы, пока кому-то из них не пришла в голову одна умная и довольно логичная вещь.

Пока Морган вместе с магами решал, что делать, его друг Петраль с несколькими товарищами тихо разошлись по сторонам и начали пристально изучать огромную пещеру, служившую когда-то одним из общественных залов.

– Минутку, – вдруг громко прервал Петраль беседу магов и Моргана, – вам здесь ничего не кажется странным?

– О чем ты говоришь? – Удивился Арунто.

– Я говорю, вам ничего здесь не кажется необычным? – Уже увереннее произнес Бунг.

– А что тут может быть странного? – Снова не понял Арунто. – Одно из гномьих помещений.

– Достопочтенный маг, – не сдавался что-то понявший или почувствовавший Петраль, – ты, по-моему, сказал, что несколько тысяч лет назад здесь жили гномы. Но из-за войны, разразившейся под этими сводами и уничтожившей почти всех из них, им пришлось уходить, оставив все свое имущество. Так было или нет?

– Так, – подтвердил волшебник, все еще не понимающий, к чему ведет Петраль.

– Если бы гномы сразу после битвы покидали обжитые места, то, я думаю, они уничтожили бы за собой все – сожгли мосты, разгромили запасы, правильно? – Улыбнулся Петраль, обводя взглядом озадаченных друзей.

– Скорее всего, – с еще большим недоумением ответил Антиро.

– В этом-то и весь вопрос, господин маг, – заулыбался еще сильнее Бунг. – Вы действительно так ничего и не поняли, господа?

– Нет, лично мне ничего не понятно, – ответил на вопрос друга Морган. – Что ты хочешь сказать?

– А то, друзья мои… Хотя нет, догадывайтесь сами. Господин Арунто, не могли бы вы на пару минут получше осветить пещеру?

– Могу, но зачем нам это надо? Что вы хотите здесь увидеть?

– В том-то и дело, что ничего. Осветите, мой уважаемый друг.

– Пожалуйста, – раздраженно взмахнув посохом, волшебник направил к сводам пещеры небольшой, величиной с кокос, огненный шар, который с каждым футом пути рос, в итоге превратившись в огромный, сравнимый с обломком скалы, пылающий диск.

Своды зала осветились мягким дневным светом. Взгляду людей предстали ряды хорошо сохранившихся построек, тонких навесных мостов и каменных колонн. Все это находилось в сравнительной чистоте, порядке и целостности. Спустя нескольких мгновений огненный шар лопнул, осыпавшись на землю миллиардами маленьких звездочек, медленно кружащихся в подземном воздухе.

– Ну что? – Не переставал добиваться понимания Петраль.

– Что-что… Ничего! Все стоит на своих местах, будто… – речь Моргана прервалась на полуслове. – Будто…

– Что «будто»? – Обрадовался затеявший этот концерт Бунг.

– Будто и не было этих тысяч лет, – закончил фразу что-то начинающий понимать собеседник. – Будто кто-то постоянно содержал город в чистоте и ремонтировал.

– Молодец, друг, – Петраль крепко пожал Моргану руку. – Ты правильно все понял. Есть и еще один момент. Если верить легенде, после битвы, почти истребившей врагов, оба племени ушли навсегда. Но почему мы не встретили ни одного скелета, ни одного ржавого клинка? И ладно скелеты или железо – за века они могли и истлеть. Но мы ведь не заметили ни одной обрушившейся арки или стены! А как вам мосты? Вы заметили хотя бы один рухнувший? Я тоже не заметил ничего подобного – будто гномы и не уходили, а просто отлучились на некоторое время.

– Но, может быть… – попытался как-то опровергнуть слова Петраля стоявший невдалеке молодой воин и осекся, не найдя аргументов.

– В том-то и дело, что других объяснений я не вижу. Увиденное с уверенностью говорит о том, что либо гномы не покидали этих мест, либо… – Петраль на мгновение замолчал, пристально глядя на магов и не решаясь завершить фразу.

– …либо у этих пещер появились новые хозяева, – закончил мысль кто-то из беглецов.

– Да, возможно, у подземного города появился новый хозяин. И кем бы он ни был, он движется в нашу сторону! – голос Бунга поднялся до крика; мужчина с ужасом указывал рукой куда-то в сторону дальних сводов каменного зала. Все, включая волшебников, устремили взоры в указанном направлении и, обнажив недавно опущенные в ножны мечи, с дрожью в сердце приготовились к встрече с…

Несколько невысоких фигур беззвучно приближались к остановившимся в центре огромного подземного зала людям. Одно из существ – по-видимому, вожак – шло чуть впереди, возглавляя загадочную процессию.

– Стойте на месте, кто бы вы ни были! – Закричал Арунто, выставляя вперед свой боевой посох, навершие которого засветилось огненно-красным светом, сменившим привычный голубой.

– Не бойтесь, – раздался негромкий и благодушный голос шедшего первым. – Не бойтесь – мы идем к вам с миром.

– Чем подтвердишь твои слова, незнакомец? – упорствовал маг. – Как мы проверим твои намерения?

Идущие остановились. Лидер обернулся к своим товарищам и что-то быстро сказал. В неярком свете посохов беглецы заметили, как один из незнакомцев, поклонившись вожаку, быстро направился в обратную сторону. Лишь только он скрылся из виду, пространство под сводами пещеры озарилось легким красноватым светом, исходившим от нескольких прикрепленных к стенам зала кристаллов. Взору воинов предстали шесть величественных гномов, облаченных в огромные, искусно изготовленные кольчуги, почти полностью скрывающие могучие тела. В руках каждый горный житель держал внушительных размеров боевой топор или секиру, могущую с легкостью разрубить огромное бревно или разбить в крошки камень. Лица гномов украшали великолепные, заткнутые за пояс рыжеватые бороды – совсем как у повстречавшихся путникам ранее каменных изваяний.

– Теперь, я надеюсь, вы не собираетесь сломя голову бросаться в бой и пытаться убить нас? – Улыбнулся предводитель подошедших чуть ближе гномов. – Мы следили за вами с самых Великих ворот, и только сейчас полностью удостоверились в ваших намерениях и разобрались в целях появления в нашем городе.

– Кто ты, о великий воин, хранитель горных секретов? – поклонился говорившему Антиро.

– Ах, да, – спохватился гном, – Я совсем забыл представиться. Несколько часов наблюдения за вами сделали свое дело: мне начало казаться, будто мы с вами уже знакомы…

– Молодец, молодец, боец, – приблизившись к Петралю, похлопал его по плечу хозяин подземелья. – Молодец, что догадался. Может, если бы ты не начал свою речь, мы и не вышли бы вам на встречу. Начну по порядку. Правда, это займет некоторое время. Оно у вас есть? – обратился уже ко всем беглецам гном.

– Время у нас есть, но не очень много. Прости, о достопочтенный представитель рода великих подгорных воинов, – извиняющимся движением склонил голову ледяной маг. Гном кивнул и начал свой рассказ.

– Вы были правы насчет того, что эти места принадлежат роду великого Моррука Длиннобородого. Много тысяч лет назад мы пришли к сердцу этих гор, чтобы добывать чрезвычайно редкий металл, изделия из которого ценились очень дорого правителями этого мира. Гномы спокойно и счастливо жили под Зубастым хребтом, торгуя оружием почти со всеми государями наземного мира, но в один ужасный день к Великим воротам подошла армия мерзких карликов. Мы, конечно, сами не великаны, но эти существа были на голову ниже нас. Несмотря на небольшой рост, они оказались хорошими бойцами: много представителей земных рас погибло от их рук в Первом зале, пока наши воины не вышли им на встречу. Небольшие кривые мечи и ужасная черная магия служили оружием карликов, с воплями и писком шли они в смертельный бой, окропляя своей мерзкой кровью наши топоры и отравляя ею камни пещеры. Долго шло сражение, никто не мог одержать победы. Подгорные маги сдерживали их удары, но приходила усталость, мы не могли стоять вечно. Тогда старшими было принято решение оставить верхние ярусы и спускаться ниже, но не сдавать рубежи мастерских и шахт. Более половины лучших воинов оставили на поле боя свои головы, гибли гномы, но гибли сотнями и агрессоры. Нас оставалось не более трех сотен, а за нашими спинами были последние рубежи, которые ни за что не должны были попасть в мерзкие тощие лапищи этих тварей. В этот миг мы получили весть о том, что наши женщины и дети достигли безопасных мест, а наши маги готовы навеки закрыть проходы в нижние ярусы города. Старшие колебались, не зная, что предпринять – оставить верхний город или стоять насмерть. Карлики тоже, по-видимому, остановились в раздумьях, словно ожидая чего-то. Но тишина стояла недолго: крики и писк карликов-магов наполнили воздух дорогих гномам пещер. Гул нарастал, карлики волновались, все чаще оглядываясь назад. Вдруг передовые ряды атакующих разомкнулись, и перед защитниками предстал, по-видимому, их предводитель. Огромный, более восьми футов ростом великан, облаченный в темные одежды, в венчавшем голову рогатом шлеме возглавил последний штурм. Огненно-красный меч и волны злобы и ярости отличали его от остальных воинов. Это был маг, но не простой черный чародей или колдун, – это был кто-то посерьезнее. Наши предки, не раздумывая, отступили в нижние ярусы, закрыв навеки проход к шахтам и хранилищам оружия.

Три сотни воинов осталось от некогда могущественного рода гордых гномов. Три сотни от более чем десятитысячной армии! Прошли века, прежде чем мы осмелились подняться в верхний город и навести там порядок. Видимо, черный маг не решился штурмовать древнее заклятье, запечатавшее проходы, понимая, что этим он уничтожит весь хребет, похоронив под его обломками себя и свое войско.

Как я сказал, мы долго жили в нижнем городе, не осмеливаясь подняться выше. Сложные системы подземных дорог связывали нас с городищами сородичей в Ночных и Рубежных горах. Наземные друзья говорили, что горстка черных карликов ушла на восток, после чего их никто не видел. Теперь, после той памятной битвы, долг нашего древнего рода – помогать всем, кто воюет с маленькими магами, уничтожившими наших предков. А вы, как я понял из ваших разговоров, сражаетесь именно с ними.

Говоривший замолчал, и на минуту пещера погрузилась в задумчивую тишину. Каждый из присутствующих анализировал услышанное и обдумывал следующие возможные шаги.

– Теперь я хочу сказать несколько слов о том, что мы собираемся делать. – Прервал молчаливое оцепенение вождь подгорного племени.

– Я, потомок Моррука Длиннобородого, правитель этого городища и вождь тех, кто поклялся над телами убитых сородичей отомстить мерзким карликам. Я, Прадли Краснобородый, обещаю вам помочь в любых делах, которые хоть как-то навредят нашим общим врагам. Мы уже знаем об опасности, нависшей над Древними землями Семи Владык и всем западным миром. Кочевники, идущие через горы, – это расходный материал. Главная опасность ждет всех в лице карликов и тех, кто стоит за ними. Только нам до сих пор не понятно, что им надо в западных землях.

– Никто не понимает, что им надо от славного Афлота. Ладно кочевники – у них с нами постоянная вражда, но вот эти маги…, – развел руками один из волшебников-близнецов.

– Это карбезам нужен ваш Афлот, – печально улыбнулся гном. – А карнибулам, как называют карликов, нужно что-то другое. Их не интересует ни власть, ни золото. Никто до сих пор не может понять, что же ожидали найти карлики в наших подземельях. Ну да ладно, – махнул рукой Прадли, – не до этого. Легенды оставим до мирных времен. Сейчас надо вас вооружить, а то вы похожи не на армию мести, а на кучку голодранцев, вышедших пошалить на лесную дорогу.

Все без исключения засмеялись, оценив жалкий вид небольшого отряда беглых рабов, одетых в лохмотья и имевших всего несколько мечей на полсотни человек.

– Идем в город, – коротко приказал гном и, не произнося больше ни слова, направился в сторону стены, в которой виднелся небольшой проем.

Пять десятков рабов, чудом спасшихся из-под власти лютых кочевников, уверенно зашагали по подземным коридорам вслед за своими новыми друзьями. Вокруг было тихо и спокойно, новые товарищи, маги и гномы, имели те же планы на ближайшую жизнь, что и они сами. Сейчас бывших невольников объединяла одна цель – цель праведная и справедливая. Тысячи таких же, как и они, сейчас гнули спины где-то над их головами, обливаясь потом, смешанным с кровью. Тысячи таких, как они, молили сейчас всех известных им богов, прося о помощи и желая смерти тем, кто зверски поступал с ними. Тысячи таких же, как они, в ближайшие дни могла постичь та же участь – люди, пока еще радующиеся солнцу, небу и свободе, уже в скором времени могут попасть в кабалу к кочевникам и карнибулам, превратившись в чьих-то слуг или рабов; а еще больше людей могут погибнуть от стрел и мечей идущих через горы зверей. Кто-то не встретит свою любовь, кто-то не увидит больше прелести древних ночных звезд. Их жизни могут оборваться в одно мгновение, но этот миг может и не наступить, а многие из тех, кто сейчас гнет спину на проклятых злодеев, могут обрести свободу. И эта свобода зависит лишь от тех, кто идет сейчас под сводами древних пещер вместе с магами и гномами. Только в их руках сейчас находятся сотни жизней, и лишь они вместе со спасенными способны обрушить свой праведный гнев на противника и вырвать коварный меч смерти из рук, посмевших поднять его над головами свободных и не желающих смиряться с рабством людей.

«Свобода, – думал каждый из идущих, – вот истинная ценность жизни. Свобода выбора и свобода существования – это и есть справедливость. Свобода и правильные законы способны принести счастье многим живущим. Никто не должен ограничивать свободу, принуждать человека к выполнению действий, унижающих его достоинство и превращающих в ничто».

– Свобода и закон, – твердил про себя Морган, – свобода и закон. Вот истинная ценность, свобода и закон. Бесспорно, свобода необходима как воздух, человек без свободы, словно птица без крыльев, не всегда способен жить, свобода выбора делает человека тем, кто он есть.

– Но нет же, – тут же спорил сам с собой Док, – свобода одного человека может вылиться в неволю другого, ведь тот же карбез, захвативший меня, тоже проявил таким образом свою свободу. Получается, свобода сама по себе – коварная штука. Свобода опьяняет и в любой момент может убить. Поэтому она должна с чем-то сочетаться. Свобода должна сочетаться с законом. Закон должен устанавливать пределы свободы, регулировать взаимоотношения людей по вопросу своего выбора. Поступать надо так, чтобы свободное проявление твоей воли было совместимо со свободой каждого – в соответствии со всеобщими законами, законами, которые служат интересам всего общества, а не отдельного человека или кучки богачей. Но свобода и закон – это еще не все. Необходимо нечто, способное стимулировать человека на последнее. Свобода должна также контролироваться принуждением – то есть ответственностью за нарушенный закон и свободу других людей.

– Вот так, – решил Док, подходя к месту назначения. – Свобода, закон и принуждение к ответственности – вот то, что способно построить общество, которого пока еще нет в пределах земель, известных моему разуму.

– Стой! – раздался громогласный, разнесшийся по всему подземному коридору голос Прадли, ведущего небольшой отряд беглых рабов к центру своего городища. – Стой, мы подошли к воротам.

Идущие за гномом люди инстинктивно начали обшаривать взглядами ближайшие стены и даже потолок в поисках чего-то, что хотя бы отдаленно напоминало бы ворота.

– Нет, – засмеялся гномий вожак, поняв, что высматривают его спутники, – даже не пытайтесь, вы не найдете ничего похожего на обычный вход. После той древней битвы все обычные проходы, ведущие к нашему городу, были завалены. Позднее, лет через четыреста, наши маги соорудили скрытый от глаз вход.

– И как мы через него пройдем, если его не видно? – Заволновался кто-то из друзей Моргана.

– А вот так, – улыбнулся гном и, не задумываясь, шагнул прямо в стену, в которой и скрылся.

– Что тут такого, – развел руками Арунто, – обычная магия, простое заклятие отвода глаз. Мы не видим прохода, а он есть. Пошли быстрей, а то что-то я проголодался с этими подземными прогулками.

Выставив вперед посох, маг столь же волшебным образом скрылся следом за Прадли Краснобородым. Скоро все, включая гномов, шедших в хвосте колонны, очутились в пределах нижнего города. Некоторое время перед глазами беглецов мелькали все те же, уже порядком поднадоевшие заброшенные проходы, но с каждым шагом приближался гул и шум обитаемого города. Ухо радовали звуки голосов и звонкие стуки-отголоски рудных шахт. Еще миг – и путешественники вошли в огромный, сравнимый с размерами самого первого из увиденных ими зал, ярко освещенный светом магических кристаллов и полный снующими без дела и по делу гномами.

Частенько попадались и вооруженные воины. Один раз люди заметили целый отряд гномов в полном боевом облачении, марширующих куда-то в сторону внешних проходов.

Молча пройдя насквозь город-пещеру, процессия подошла к огромным дубовым дверям. Вход в следующее помещение охраняли четыре огромных бородача-гнома, при виде Прадли начавшие энергично и радостно бить пудовыми кулачищами о нагрудные доспехи – видимо, приветствуя таким образом вождя. Мгновенно распахнувшаяся дверь открыла перед беглецами просторную комнату, в центре которой красовался шикарный стол, уставленный яствами.

– Просим к столу, дорогие гости, – широким жестом пригласил путешественников Прадли. – Как говорят у вас наверху, война войной, а обед по расписанию. Пообедаем и приступим к нашим делам.

Моргана и его друзей долго упрашивать не пришлось: после рабской пайки подобный стол казался чем-то волшебным. Прошло каких-то пять мгновений, и по залу разнесся дружный стук ложек. Немного насытившись, друзья начали оживать – кто-то заинтересованно осматривал комнату, кто-то откровенно изучал хозяев. Первым тишину нарушил гномий вождь.

– Каков план действий у наших доблестных гостей? – спросил Прадли.

Морган отодвинул от себя пустую миску и сразу перешел к делу.

– Я думаю, надо сделать несколько диверсионных вылазок и освободить при этом как можно больше рабов, постаравшись не нарваться на магов.

– Хорошо, – одобрительно кивнул гном, наполняя свой кубок пивом. – Доспехами мы вас обеспечим, да и оружия у нас на хорошую армию припасено. Сделаем так, как ты предлагаешь, только обговорим детали.

– Конечно, без этого нельзя, – оторвавшись, наконец, от еды заговорил Арунто.

– Как я понимаю, вы пришли в подземелье через расщелины в скалах, верно? – лукаво прищурился гном. И сам же ответил на свой вопрос: – Конечно, через них. Мы сделали их очень давно, вдоль всего хребта, чтобы в нужный момент иметь возможность нанести удар по врагу в любой точке гор. Эти расщелины охраняют духи гор, поэтому вы так легко оторвались от преследователей. Духи же их и маскируют. Сейчас мы используем расщелины как раз для того, ради чего они и были созданы – для нападения.

– Для нанесения большего урона, большей безопасности и маневренности, – продолжил говорить Прадли, отставив кубок, – будем действовать небольшими смешанными группами. Для начала хватит не более десяти. Главную нагрузку возьмут на себя мои гномы и маги – по одному на команду. В каждую команду войдут по пять человек, одному магу (вашему или нашему – без разницы) и по десятку гномов на случай сражения. Выходим на поверхность ночью, во время большого привала, действуем быстро, освобождаем как можно больше людей, уничтожаем огнем машины и уходим. Действуем одновременно, связываемся с помощью горных духов – они же и прикроют нас после отхода. Собираемся после битвы в зале у Великих ворот, тропы сами приведут вас к этому месту. И еще. В случае прорыва врага в подземелье, что почти невозможно, ваша задача – дойти до ворот: там вас будут ждать три сотни резерва, на крайний случай. Вопросы есть?

– Да, – отозвался Морган. – Когда выступаем?

– В течение часа. На поверхности уже закат, дорога не близкая, но мои гномы уже готовы, а ваше оружие ждет вас в соседней комнате.

– Тогда чего мы ждем? – приподнялся со стула Петраль. – Пора идти освобождать наших братьев из лап богомерзких кочевников!

Через несколько минут беглецы с восхищением осматривали и примеряли на себе великолепные по красоте и прочности доспехи, и взвешивали в руках заколдованные гномьи клинки.

Еще четверть часа – и вчерашние рабы превратились в устрашающую силу, полный решимости и готовности к битве сплоченный отряд.

– Пора выступать, – похлопал Антиро по плечу беззвучно подошедший к нему Прадли. – Мои люди разбиты на группы и ждут за стеной. Вам с Морганом, думаю, лучше идти со мной. Как ты на это смотришь?

– Превосходно, – усмехнулся маг, рассматривая себя в огромном зеркальном куске льда, сотворенном мгновение назад. – Идем вместе.

– А тебе идут доспехи, – лукаво подмигнул Краснобородый. – Особенно с серым плащом – настоящий воин!

– Да ну тебя! – отмахнулся Антиро, поправляя мешком сидящий плащ.

– Пойдем, модник ты наш, – подхватил брата под руку подоспевший Арунто. – Ты думаешь, карбезам есть дело до того, как сидит на тебе твой плащ?

– Думаю, нет. – Внезапно серьезно ответил волшебник.

– Вот и не тяни время, помоги лучше Моргану разделить людей по группам.

Через час смешанный строй гномов и людей, стуча ногами по каменному полу, выходил за пределы нижнего города. Как и было договорено, Морган, Прадли и Антиро шествовали во главе первой группы, разговаривая о чем-то, словно давние знакомые. Да и в других командах дело обстояло не хуже: Арунто, заливисто смеясь над чьими-то шутками, шел рядом с Петралем и парой гномов; другие тоже не печалились, быстро найдя общий язык с товарищами по своим группам. Общий враг сближает вчерашних незнакомцев, объединенных целью отстоять одни на всех интересы и идеалы.

Путь до Великих ворот прошли довольно быстро, остановившись лишь на минуту, чтобы в последний раз обговорить все нюансы предстоящей операции. Еще час – и команда Прадли стояла в небольшом зале перед выходом на горный перевал.

– Пять отрядов уже на месте, – негромко произнес гном, поправив шлем и в очередной раз попробовав пальцем остроту своего топора.

– Привал начался десять минут назад, – продолжил он. После минутной паузы, в течение которой Прадли, стоя без движения, что-то беззвучно шептал, вновь раздался его голос. – Еще три подошли, одна осталась…

– Ух… – спустя еще секунду облегченно вздохнул он, – все на месте. Через пару минут духи гор разведают местность, и мы выступаем.

Над хребтом ярко светили звезды. После длинного дневного перехода рабы и надсмотрщики отдыхали, готовясь скоро снова двинуться в путь. Тишина и покой стояли над горами, карбезы сидели кучками вокруг костров и не обращали внимания на рабов.

– Пора, – тихо прошептал Прадли. – Все спокойно, магов рядом с отрядами нет. Действуем тихо и аккуратно. Всё… – выдохнул воздух из огромных легких гном, – сигнал атаки подан. В бой, друзья мои, во славу Моррука Длиннобородого!

– Во славу… – вторили другие гномы.

– За свободу! – Подхватили люди.

– За Афлот, за короля! – прошептал Антиро.

– В бой!!!

Глава третья

– Славное нынче лето выйдет, душевное, – умиленно окинул взглядом местность седовласый старец. Он сидел на подгнившей коряге перед небольшой, не более двадцати футов в ширину речушкой и удил рыбешку, клюющую, как никогда.

Старик последние годы часто приходил к этому месту – иногда в компании с внуком или кем-нибудь из давних приятелей, чтобы посидеть перед небольшой речкой, делавшей здесь крутой поворот и образующей прекрасный заливчик, в котором славно ловились золотоперки и корольки – небольшие рыбешки с плавниками-короной на голове. Иногда из омута под корягой удавалось выловить рыбу и поважнее – например, усача длиной до нескольких футов, или иную важную персону рыбьего царства.

Вода в реке вне зависимости от времени года всегда оставалась прохладной, что, впрочем, нисколько не смущало детвору раскинувшейся невдалеке деревушки под странным названием – Холмы. С одной стороны, ничего странного в имени не было: в округе наблюдалось немало поросших лесом возвышенностей, с вершин которых можно было увидеть снежные пики Рубежных гор, расположенных в десятках лиг южнее. С другой стороны, деревушка размещалась аккурат в низине между холмами, и вернее было бы назвать это поселение Низиной. А тут – Холмы. Видимо, первые переселенцы, пришедшие сюда сотни лет назад, хотели для своего городка «возвышенного» будущего.

Высокие, поросшие зелеными деревьями-великанами холмы тянулись ровной грядой вдоль Рубежных гор до самой Земли Праотцов, расположенной немного западнее Сказочного леса. Название лес получил не случайно: много чудес хранила эта земля, многим магам дала она приют. Вдоль прохладных рек, раскинувших свои ручьи-последыши по всему лесу, и сейчас можно было встретить древних каменных идолов, установленных могучими волшебниками прошлых эпох. Сотни лет назад переселенцы – как маги, так и люди – пришли в эти леса из земель Переталя, дабы постичь великие тайны земных стихий. Смешанные поселения магов и людей рассыпались по всему лесу, образуя нечто вроде лесного королевства. Одной из таких деревень стали и Холмы, расположенные севернее Рубежных гор и Восточных земель Праотцов.

– Эх, – вздохнул еще раз старец, – славное нынче лето! Точь-в‑точь такое же, что и семь сотен лет назад, когда я еще молодым магом покинул славный город Болин, что на восточном берегу озера Тур, и направился с такими же сорвиголовами постигать магию вглубь Сказочного леса. Тогда еще Болинскими землями правил мой друг и маг Христонус Горенгейм…

– Дедушка, – перебил поток воспоминаний старца сидевший рядом юноша лет восемнадцати, – не тот ли это Горенгейм, под знамена которого ушло много магов нашей деревни?

– Нет, мой дорогой, – улыбнулся дед, – в те времена ни Николаса, ни его братьев на свете не было. Я говорю об их отце. Ныне он уже синк – могучий волшебник, постигший все ступени магии, в которую способны проникнуть волшебники. Синком не рождаются, синком становятся.

– А как же ты? Ты ведь и так постиг все, что можно? – Удивился внук.

– Нет, ну что ты! – рассмеялся дед. – Простым магам подвластны лишь силы обычных стихий, таких как земля и огонь, воздух и вода, тогда как синки могут черпать энергию из космоса и иных, неподвластных пониманию большинства источников. Когда ты почувствуешь, что с легкостью творишь самые сложные заклинания, ты сам поймешь, что стал синком.

– Дедушка, – не отставал молодой маг, – а много ли синков на земле?

– Достаточно, внучок, достаточно. Много их живет в Стоунхенджленде, много бродит по свету и помогает людям, многие уже ушли в небесные сады к праотцам. Когда-нибудь и ты станешь синком, – с этими словами дед выдернул из воды двухфутового усача. Спустя минуту, уложив добычу в ведерко, старик спохватился: – А сейчас нам надо спешить в деревню, а то не успеем на свадьбу Маргариты и Рикаруса. А о магах и их мастерстве ты узнаешь со временем. Ты ведь и сам уже волшебник, притом немалый.

– Да ладно тебе, дед, – польщенно заулыбался парень и, подхватив старца под локти, поднял в воздух и начал кружить.

– Отпусти, что ты, дух из меня выбить хочешь? – Закричал смеющийся старичок. – Силы что ли некуда девать, вот отправлю в Орочьи земли Тьму выколачивать, будешь знать, как над старцем издеваться!

– Да брось ты, дедушка, придет время – сам пойду, – не унимался юноша, – а пока еще рановато.

– Отпусти ты меня наконец! – взмолился дед. – Пропустим свадьбу – сам будешь со стариком Петриклом дела улаживать! А он, хоть и молодой по сравнению со мной, но зато ворчливый!

– Ладно, пойдем, – опустил деда на землю сорванец. – А то еще убежишь от меня в небесные сады к своим товарищам, и что я отцу скажу? Что дед к синкам на чай улетел?

– Ишь ты, шутник – посох еще не получил, а на старших уже огрызается! Тебе годков-то восемнадцать всего, а тот еще шалопай! Вот братья твои в эти годы умом разумом покрепче тебя были.

– Дед, да что ты, брось! Придет время, и я поумнею, – беззлобно отвечал юноша.

– Придет, внучек, придет, – улыбнулся старик. – Не так уж и много ждать осталось. Все, пора. Идем в деревню, а то гляди – солнце уже за полдень перевалило, скоро праздник, надо успеть.

Собрав немудреные снасти и улов, дед и внук двинулись по неширокой лесной тропе в сторону Холмов, думая каждый о своем.

– Немного осталось нас в деревне, – думал старик, которого звали Грасс Седовласый. Прозвище прибавили не столько из-за белоснежной шевелюры, но и потому, что Грасс был самым старым магом в округе: остальные либо ушли глубже в леса, либо встали под знамена Николаса Горенгейма, создающего армию из магов для объединения земель Маглендола.

Высокий, иссушенный годами старец в белом, подпоясанном у пояса плаще, твердо чеканил шаг по лесной дороге. Не одну тысячу лиг отшагал он за свою долгую жизнь, держа в руках верного друга – боевой посох, изготовленный лет девятьсот назад отцом Седовласого, давно уже покинувшим этот мир. Не умершим – именно покинувшим. Рядом с Грассом тихо шагал, не отставая ни на шаг, его любимый внук – единственный родственник, не считая матери мальчика, что остался с ним в Холмах. Молодой Борис в свои юные годы уже имел огромную силу и спокойно потягался бы со средних лет колдуном – самоучкой. Высокий, темноволосый, кареглазый, крепкого телосложения внук был точной копией деда – не только внешне, но и внутренне, по характеру и складу ума.

– Борису дано многое, и многое предстоит пережить, – почувствовал дед, лишь только мальчуган появился на свет.

– Немного нас осталось… – еще раз вздохнул Грасс, продолжая мысленно скорбеть по давно ушедшему времени, когда магов в холмах было не меньше, чем людей. – Пяток старцев да десяток юнцов, подобных Борису. Надо все же скорей подарить ему посох – пусть учится магии. И ничего, что ему только восемнадцать. К чему ждать еще два года, если уже сейчас магии в нем хоть отбавляй?

Расстояние до деревни с каждым шагом сокращалось, и тем ближе становилась свадьба внучки деревенского главы – ворчливого Петрикла и сына местного мельника – Ксеофила. Гулять собралась вся деревня: Петрикл и мельник были людьми уважаемыми и не скупыми, решив из свадьбы сделать настоящий праздник. На опушке леса установили столы, так как праздновать было решено под тенью великих дубов, укрывших бы гостей в случае непогоды. С самого утра шли приготовления: женщины варили и жарили десятки блюд, щедро делясь с остальными своими фирменными рецептами, а мужчины обустраивали место гуляния да выкатывали из темных подвалов бочонки лучшего перетальского вина и пенистого пива. Вся деревня сейчас походила на растревоженный муравейник: каждый бегал по каким-то своим неотложным делам и предсвадебным заботам, не забывая уточнить во время передышек, кто что наденет на торжество.

Не сидели без дела и маги. Старая Прасковья, ровесница деревни, руководила приготовлением блюд и выпечкой огромного восьмифутового свадебного торта. Старики Фрондук и Дерминук вызвались обеспечивать хорошую погоду и отличное настроение празднующих, соорудив для этого небольшой оркестр из домашних и лесных животных. На пульт управления оркестром поначалу решили посадить медведя, но потом передумали, решив, что даже магия не исправит природные упущения, и в дирижеры подрядили Дирка – самого молодого из стариков. Ему всего было пятьсот лет, причем на его голове не было ни одного седого волоса, но лицо уже покрывала сеть морщин.

На долю Грасса выпала задача обеспечить праздник освещением и подготовить праздничный салют. Борис с восторгом изъявил желание помогать деду – вместе со своими молодыми сверстниками, тоже потомками магов, участвующих в организации свадебного вечера.

– Борис, – обратился к внуку дед, – будь сегодня немного осторожнее и чаще смотри по сторонам: неспокойно что-то у меня на душе, надо поговорить со стариками, да пару охранных заклятий прилепить вокруг деревеньки, да пару-тройку дракончиков сообразить.

– Все будет хорошо, дед, – улыбнулся Борис, – обещаю, я себя хорошо буду вести.

– Не в тебе дело, внучок, я не сомневаюсь в тебе. Ты, как всегда, пару чертей на праздник приведешь или заставишь призраков хороводы вокруг дуба водить, или того хуже, лешего с домовыми вприсядку заставишь посередь поляны пройтись.

– Да нет же, дед, – засмеялся Борис, торопясь за своим строгим наставником. – Черти и лешие – это было давно, я тогда молод был, не ведал, что творил! А сейчас я вырос и поумнел.

– Не надо, не надо начинать рассказывать мне об ошибках твоей молодости! – Замахал руками смеющийся Грасс. И вмиг посерьезнел: – Это еще ничего, лешие твои придавали веселья вечерам. Сегодня совсем другой день, неспокойно мне.

– Хорошо, клянусь Небесными садами, даю слово мага, что не буду чудить… Ну, сильно чудить во время праздника.

– Вот и молодец, – закончил разговор старец, – вот умница, а теперь беги домой, переодевайся и мигом ко мне, понял?

– Понял, чего же не понять, дедушка! – Уже на ходу закричал Борис, скрываясь за ближайшими дворами.

– Толковый из него маг выйдет… Вот еще годков с десяток пройдет, чуть повзрослеет – и можно дальше учить магии, приближенной к синкийской, – размышлял Грасс, в одиночестве отмеряя старческими, но еще полными сил и жизненной энергии ногами расстояние, оставшееся до его дома, расположенного в центре деревни рядом с домом сельского главы.

– Что это дед так разволновался? – В свою очередь раздумывал мальчуган, скрываясь за изгородью чьего-то огорода. – Подумаешь, пару раз пошутил, зато всем весело было – как все смеялись и удивлялись способностям моих виртуозов! Сам, наверное, в мои годы и не такое вытворял… Ну что поделаешь, такова участь всех детей – постоянно слушать поучения взрослых, совершавших еще что-нибудь и покруче в эти же годы.

– Мне восемнадцать лет, восемнадцать зим и весен встретил я на этом свете, – уже бойчее текли мысли юноши. – Это, конечно, мало для мага, живущего сотни и тысячи лет, но для смертного человека – срок существенный. К этому возрасту он формируется как личность, выбирает свой жизненный путь. Многие в этом возрасте командуют армиями и управляют государствами, кто-то уже становится известным алхимиком или писателем. Кто же я? – Задал сам себе вопрос торопящийся по деревне юный волшебник. – Кто я? Да пока еще никто. Только через пару лет мне выдадут настоящий магический посох, и я смогу стать настоящим магом – с правом самостоятельно решать, что делать дальше и как поступать.

Тогда-то я точно оставлю Холмы и пойду вслед за отцом в армию Великого имперала Николаса Горенгейма. Тогда-то я потопчу землю славного Маглендола, посмотрю на мир, поучаствую в войнах с неверными – приверженцами проклятой Тьмы. Слава Горенгейму, величайшему магу нашего времени, решившему объединить все разрозненные земли, в пределах которых живут те, кто почитает Свет и не служит Тьме. Может быть, когда-нибудь мне выпадет честь учиться у синков в Стоунхенджленде или вместе с единицами достойных стать магистром ордена магов Горенгейма, чьей великой миссией является защита Света от притязаний Тьмы.

– Но это в будущем, – вздохнул Борис, – а сейчас свадьба, Маргариты и Рикаруса. Надо придумать что-нибудь интересное с ребятами… О, а вот и они, мои верные друзья!

– Борис, Борис! – Раздался задорный крик нескольких подростков, сидевших на завалинке у одного из домов и за пару секунд до того живо о чем-то разговаривавших.

– Ты откуда такой задумчивый шагаешь? Небось опять с дедом русалок на реке ловил?

Веселый смех заглушил последние слова говорившего, но все поняли, что это беззлобная шутка – тем более что повторялась она не в первый раз. Все знали и уважали старого Грасса. Мало того, что он был старейшим жителем деревни – он к тому же считался сильнейшим магом в округе. Молодые волшебники полагали за счастье, когда он по собственной инициативе обучал их каким-нибудь боевым заклинаниям, с трудом дававшимся даже старшим и более опытным чародеям.

– Нет, на этот раз мы обошлись без этого, – сухо ответил юноша, подходя к дому.

– Как настроение перед вечером? – Весело затараторил белокурый Антоник – приятель Бориса. В свои девятнадцать лет он уже поучаствовал в нескольких магических битвах и считался среди ребят отважным и бесстрашным чародеем. Как и у всех присутствующих здесь подростков, его родители – волшебники ушли на север, в столицу нового государства магов, откликнувшись на зов Николаса Горенгейма. В Холмах юный Антоник проживал с бабкой – чародейкой, крутившейся сейчас в центре приготовления к торжеству. Из-за среднего роста Антоник казался несколько младше, чем на самом деле.

– Думаю, как стащить у деда посох, который он сделал мне несколько месяцев назад, – напрямую выпалил Борис, здороваясь с друзьями.

– О-о-о, это серьезно! Наш забияка решил сегодня поколдовать, – скрывая смех, как можно строже отреагировала на слова товарища Рианис.

– А что поделаешь, тут другого выхода нет – иначе не получится придумать что-то новенькое. Кстати, Риа, ты знаешь, что твой дед сегодня дирижирует на празднике?

– Знаю, – вздохнула девушка, – и мне придется ему помогать.

Высокая, стройная, темноволосая чародейка никак не выглядела на свои семнадцать лет. Длинные локоны аккуратными прядями спускались на загорелые плечи. Карие глаза весело смотрели на собеседника из-под густых ресниц. Но под ангельской внешностью скрывался дьяволенок и тигрица в одном лице: девушка с легкостью управлялась с любым оружием и с воинственным криком, оголив сталь, бесстрашно шла на любого, даже во множество раз превосходящего её по силе и опыту противника. Свой буйный нрав она унаследовала от отца, красоту – от матери, находившейся сейчас где-то в окрестностях Потерянного леса.

– Да, давайте придумаем что-нибудь веселенькое! – засверкал глазами, потирая руки в предвкушении, Конриг – еще один товарищ Бориса.

– Мы за! – Хором поддержали заговорщиков остальные ребята. – Только надо провернуть все без сучка и задоринки, чтобы нас раньше времени не поймали.

– У кого-нибудь есть предложения? – оглядел товарищей Борис. И, не дождавшись ответа, сказал: – Тогда действуем по-моему.

В течение нескольких минут юноша оживленно излагал свой план, сопровождая слова жестами и чертежами на песке.

– Вопросы есть? Вопросов нет. – Сам спросил и сам за всех ответил он. – Встречаемся у высокой сосны в самый разгар праздника – в десять часов. А теперь мне пора.

– Куда ты это? – удивилась Рианис. – А с нами посидеть?

– Извини, милочка, служба, – улыбнулся ей Борис и, рассмеявшись, побежал к дому.

Яркий летний день был в самом разгаре. Легкие и пышные, словно взбитые сливки облака, не спеша плыли по прозрачно-голубому, похожему на гладь чистейшего озера небу. Ветерок, слегка тревоживший вершины многовекового леса, обступающего деревню со всех сторон, приятно теребил своим теплым дыханием волосы, рождая в сердце чувство радости и тепла. Величаво прогуливались по деревне небольшие стайки гусей, шествуя за своими важными предводителями. Тут и там звучало пение петухов, словно птицы соревновались, кто громче закричит в этот час. В небе над домами кружили стайки стрижей, хватая на лету неповоротливых насекомых. На крышах нескольких домов свили гнезда журавли, чтобы вывести очередное, долгожданное и безмерно любимое потомство. Казалось, все без исключения были счастливы в этот день в затерянном где-то на юго-западных окраинах сказочного леса, за много десятков лиг от Зубастого хребта, поселении под необычным названием Холмы.

Последние приготовления к предстоящему празднеству подходили к концу. Невеста примеряла свадебное платье, чтобы через несколько минут предстать перед старейшинами деревни и сочетаться узами брака со своим избранником, также готовым к волнующей церемонии. Закончили свою работу повара во главе со старой Прасковьей: прогибающиеся от яств столы ждали селян. Выполнили свои обязанности и остальные маги старшего поколения. Оставив хозяйство на молодежь, они собрались под большим дубом чуть поодаль от центра предстоящего праздника. Все чародеи были облачены в парадные наряды и, естественно, прихватили посохи. Старик Грасс, всегда любивший праздники, надел белоснежный, испускающий слабое свечение плащ, подпоясанный вышитым золотом и драгоценными камнями поясом. Аккуратно причесанные волосы мягкими прядями спускались на плечи, плавно переходя в бороду, ровно лежащую на груди. Голову главного мага деревни венчал легкий серебряный обруч с небольшим ромбообразным рубином. Пару сотен лет назад это украшение подарила магу одна из верховных фей, живущая за много сотен лиг к северу, между страной Великанов и Великими горами. С тех давних пор старый Грасс всегда надевал обруч на торжества. Остальные маги не уступали старшему товарищу по красоте нарядов. Все они носили плащи, только вот цвета их были разными: красные, с вкраплениями желтого и зеленого. Конечно, никто из селян не знал о значении этого разнообразия красок, даже молодые маги до поры до времени не посвящались в эти тонкости. Лишь взрослея и получая собственные посохи, молодежь познавала смысл этого разнообразия расцветок.

Давным-давно маги Стоунхенджленда разработали четкую систему иерархии магов в зависимости от их силы и умений. Вся лестница званий делилась на двадцать один уровень. Пять высших носили белые плащи с разными сочетаниями цветов, и лишь один уровень – двадцать первый – имел полностью белоснежный плащ.

Право носить белое имели лишь сильнейшие маги своего времени. Синки, они же импералы – так называли их свои. Красные плащи имели те, чьи умения позволяли в скором времени стать синком – то есть получить свой первый белый плащ с красным вкраплением. Менее сильным магам красный и белый цвета были заказаны: они носили плащи других оттенков. Эта иерархия строго соблюдалась светлыми магами – нарушение ее было чревато гневом высших неземных сил. Поговаривали, что цвет сам находил своего хозяина, когда последний достигал определенного уровня мастерства.

Старик Грасс был одним из синков, причем одним из синков-импералов, но никто, кроме четырех его товарищей-магов, не знал об этом. Даже молодой Борис не подозревал, что его дед учился когда-то в великой академии Стоунхенджленда и участвовал не в одной сотне магических битв. Века назад пять магов в числе первых поселенцев в разные годы поселились в Холмах, чтобы быть поближе к великим тайнам Сказочного леса. Позже, когда Грасс стал импералом, его определили присматривать за юго-западной частью этого загадочного лесного массива, что чародей и продолжал делать, не оставив деревню подобно своим коллегам, ушедшим в войско Горенгейма.

Пять магов в праздничных нарядах, цвета которых, по мнению селян, были лишь личным выбором каждого, сидели под старым дубом и тревожно о чем-то переговаривались.

– Нет, я точно говорю вам: сегодня вечером что-то случится! – Уже не в первый раз повторял Грасс, прислонившись спиной к дереву и опершись на посох. – Я все утро явственно чувствую приближение опасности с Востока. Что-то движется к нам.

– Ну ты сам подумай, – оппонировал ему Фрондук, – что может угрожать нам в Сказочном лесу? Тем более с Востока. До Хмурого моря десятки лиг, не ближе и до Зубастого хребта. Кто к нам придет? Кочевники? Да они не пройдут через леса – тем более, я еще раз тебе говорю, их почувствовали бы наши собратья из других деревень!

– Они могли пройти по горам, – продолжал настаивать на своем Грасс, – я нутром чувствую опасность.

– Милый Грасс, – заулыбалась Прасковья, – ты, бесспорно, великий маг, но никто из нас ничего экстраординарного не ощущает.

– Давайте обезопасим деревню: вдруг и правда что-то случится, – поддержал имперала Дирк. – Грасс все же опытнее нас, да и старше. Недаром он дрался с колдунами за рекой Гивенгул в годы своей молодости.

– Да ладно тебе, – хлопнул товарища по плечу несколько смутившийся белобородый чародей. – Ты бы еще вспомнил, что происходило годков восемьсот назад…

– Хорошо, – все же согласились с Грассом и аргументами Дирка остальные. – Что ты предлагаешь делать, старейший?

– Во-первых, – начал Грасс, – нам придется не праздновать, а следить и прислушиваться – к небу, к лесу, к Луне, вдруг они подадут какой-то знак. Во-вторых, прямо сейчас надо окружить деревню кольцом заклинаний – так, на всякий случай. И в-третьих, я предлагаю вызвать на помощь парочку драконов – пусть покружат над деревней и понаблюдают за местностью. Что вы на это скажете?

Глаза старого волшебника с надеждой смотрели на товарищей, ожидая их решения. Над поляной нависла тишина, отдающаяся в висках ударами пульсирующей крови.

– Эх, Грасс, Грасс, – первой заговорила старая Прасковья, – делай, как решил. Ведь даже если мы не согласимся с тобой, ты все равно поступишь по-своему.

– Милая моя Прасковьюшка, – расчувствованно заулыбался чародей, – сколько лет тебя знаю, не перестаю поражаться твоей мудрости!

– Ладно, ладно, – прервала его похвалы волшебница, – не сегодня-завтра тысяча лет стукнет, а все туда же: льстишь мне, старый пень. Делай свои заклятья, только драконов к вечеру запускай – тогда пламя виднее, хоть празднующих развеселят. Хоть не зря вызовем.

– Все исполню в лучшем виде, не соизвольте беспокоиться, господа маги! – чуть насмешливо поклонился Грасс. И посерьезнел: – Только на случай опасности прошу вас – не теряйте меня из виду.

После обсуждения еще нескольких мелких деталей предстоящего празднества волшебники все вместе направились к центру гуляния, откуда уже слышались веселые возгласы и смех селян.

Молодая красавица Маргарита предстала перед взволнованной публикой. Шикарное платье цвета девственно чистого зимнего снега с вышитыми жемчугом узорами слепило глаза отраженными солнечными лучами. Легкие, подобные тополиному пуху кружева обрамляли плечи и талию обворожительной невесты, стан которой пришелся бы по душе самому привередливому правителю любой из земель в существующем мире. Тончайшая, словно паутина, парящая в теплый осенний день в струях легкого воздуха, фата скрывала лицо, достойное самой прелестной феи, живущей где-то в чащах Сказочного леса. Волнистые кудри спускались на плечи девушки, покрывая их столь же нежно, как первый снег покрывает макушки мохнатых елей.

Юную восемнадцатилетнюю красавицу, дочь сельского старейшины, любила вся деревня. Белокурая девушка с ранних лет, не смотря на богатство отца, не стеснялась трудиться в поле и играть с детьми менее знатных селян. Ни одно живое существо не могло пожаловаться на плохое обращение с её стороны. Юная дева любила всех и вся – так же, как и все любили её.

Избранник Маргариты – молодой Рикарус, очень подходил девушке. Высокий, крепкого сложения, он беспредельно любил свою милую. Когда было договорено о свадьбе, вся деревня пришла поздравить молодых и пожелать им счастья и семейного благополучия. И вот счастливый день свадьбы наступил. Юная невеста предстала во всей красе перед пятью старейшинами деревни, среди которых, как уже отмечалось, был и волшебник Грасс.

Почти пять сотен селян окружили поляну, на которой старейшины собрались проводить обряд бракосочетания. Все, от мала до велика, пришли разделить радость с молодоженами.

Летний день подходил к концу, когда старый Грасс произнес последнюю, самую главную фразу обряда:: «Теперь вы муж и жена, и только боги могут разлучить вас» – сотни людей радостно захлопали счастливой паре, криками и овациями приветствуя появление новой семьи.

– А теперь, – что было сил закричал старый Петрикл, отец юной Маргариты, пытаясь перекричать толпу, – всех прошу к столу!

Веселые, нарядные селяне, радостно приплясывая под звуки импровизированного оркестра, начали рассаживаться за богато сервированные столы. Икра заморских рыб усачей, молочные поросята, всевозможная дичь и горы фруктов украшали банкет. Пиво и перетальское вино лились рекой, поднимая и без того радостный дух празднующих. Когда отзвучали первые тосты и число блюд заметно поубавилось, настал час танцев. Несомненно, дедушка Рианис – престарелый Дирк сумел поразить публику своим необычным оркестром. Четыре довольно крупных обезьяны, невесть откуда взявшиеся в Сказочном лесу, умело обращались с гитарами. Винторогий козел выдавал настоящие шедевры на ударной установке, состоящей из нескольких барабанов и множества медных тарелок. Огромный белый медведь играл на контрабасе, удивляя окружающих ловкостью своих толстых лап. Шесть кенгуру выдували звуки из духовых инструментов, задорно вертя ими в такт музыке, и еще несколько видов других необычных животных работали на музыкальных инструментах, веселя толпу. Поляна была увешана сотнями гирлянд, тысячи светлячков летали над головами, создавая эффект движущегося звездного неба. Воистину Грасс и другие маги постарались на славу. Праздник шел уже несколько часов, разгоряченные селяне ловко выплясывали на поляне как групповые, так и парные танцы, легко подстраиваясь под задаваемый музыкантами темп.

После захода солнца в вечернем небе появилась пара огнедышащих драконов, вызванных Грассом. Никто, даже маленькие дети, не испугались их появления, предполагая, что те специально были приглашены магами для огненных танцев на сумрачном небосводе.

Два огромных крылатых змея, тем не менее, не забывали о своей основной обязанности, ради которой они появились здесь, внимательно высматривая подозрительные движения на земле. Но пока ничего обычного не случилось – кроме того, пожалуй, что как-то разом с веселья исчезли все молодые маги.

Публика разошлась: и стар и млад, взявшись за руки, отплясывали под звуки традиционных мелодий Сказочного леса… А в это время за деревней держали совет молодые чародеи во главе с Борисом, сумевшим таки стащить из дедовских тайников посох, который тот совсем скоро собирался дарить внуку.

От деревни заговорщиков отделяла добрая тысяча футов, но даже это расстояние не могло приглушить громкой музыки и веселых возгласов танцующих. Солнце уже давно село за горизонт, предоставив небосвод печальному лику луны. На фоне звездного неба даже здесь, вдали от деревни, были видны темные тени парящих исполинов и слышен их устрашающий рык.

Борис окинул взглядом друзей и остановился на Рианис.

– Молодец все-таки у тебя дед – ловко придумал с оркестром.

– Конечно, – улыбнулась девушка, – это же мой дед!

– Ладно, ладно, – засмеялся её собеседник. – Стоит лишь немного тебя похвалить, и ты начинаешь считать себя чуть ли не синком.

– Вовсе нет, – обиженно надула губки юная чародейка, – и ничего я не загордилась.

– Все, хватит, – резко вмешался Конриг. – Вам только повод дай, и вы тут же начнете кудахтать как две наседки.

– Сам ты наседка! – Вконец обиделась Риа. – Грубые мужланы!

– Ладно, и в правду хватит, – уже серьезно заговорил Борис, делая вид, что не расслышал упрека подруги, – мы не для этого собрались.

– Что будем делать? – спросил Клер.

– Что-то надо придумать, друзья мои, что-нибудь новенькое, да посильнее – недаром я позаимствовал у деда посох, – хитро прищурился Борис. – Может, у кого-то родились новые предложения?

– Даже не знаю, что и предложить, друг мой, – озадаченно развел руками Конриг. – Я слышал от своего деда, что твой старик чем-то обеспокоен и окружил деревню кольцом заклинаний. Да и приглашенные драконы – его рук дело. Так что незамеченными нам не подойти. Тем более хватятся нас скоро, и старик Грасс обнаружит нас в два счета, а там нам не поможет даже твой посох.

– Это сильно затрудняет дело, – согласился Борис, почесывая взъерошенный затылок. – Тогда будем работать группами.

– Как это? – Не понял Клер. – Какими группами?

– В общем, поступим так, – начал юный заговорщик. – Мы впятером остаемся здесь и ждем полуночи. Остальные идут назад и делают вид, что ничего особенного не происходит. Мы же в полночь подойдем к деревне и немного повеселим публику.

– Смотри, не переборщи! – с некоторым скептицизмом произнес Клер. – А то всех распугаешь.

– Все будет в порядке, – подмигнул другу Борис, – к полуночи мы придумаем что-нибудь интересненькое.

– Тогда за дело, – демонстративно засучила рукава Рианис. – Только надо решить один вопрос: кто остается?

– Остаюсь я, – пояснил Борис, – и те, кто считает это нужным.

– Тогда остаюсь и я, – повторил жест Риа Клер. – Хочу со стороны посмотреть на лица селян.

– Я тоже не пойду в деревню, – улыбнулся Конриг, – мой старик опять начнет заставлять что-нибудь делать.

– Решено, – завершил выбор претендентов Вергус, – остаемся я, Борис, наша очаровательная Риа, Клер и Конриг. Остальным ждать нас в деревне.

Обсудив еще пару мелочей, обреченные на отсидку в деревне маги грустно побрели домой – ожидать своих более взрослых и везучих товарищей.

– Что будем делать? – Нарушил минутную тишину, повисшую над поляной после ухода друзей, Вергус.

– Не знаю еще. До полночи время есть – может, что и придумаем. Например, парочку оборотней, которые потом станцуют нам что-нибудь, – предположил Борис.

– Можно и оборотней, – поддержала Рианис. – И еще с десяток упырей и дюжину чертей – пусть покружат на подтанцовке?

А тем временем веселье в деревне шло полным ходом: разогретые селяне кружили в парах, шли вприсядку, отплясывали в хороводах, причем так задорно, что даже стоящие в стороне и берегущие покой Холмов старые маги пустились в пляс.

– Ну как дела? – подбежала к стоящему у дерева Грассу раскрасневшаяся Прасковья, закончившая пару секунд назад танцевальную партию с одним из деревенских кавалеров. – Стережешь покой Холмов? Брось ты, все спокойно! Драконы молчат, опасности нет, пошли танцевать!

Волшебница ухватила мага под руку и потянула к танцующим.

– Нет, не могу, извини меня, моя дорогая, – скупо улыбнулся Грасс. – Сам вижу, что все тихо, а сердце болит. Я уже просмотрел окрестные леса на три лиги вокруг – все спокойно, ан нет, что-то не так.

– Пойдем же, – не сдавалась Прасковья, – всего один танец, тряхнем стариной!

Старая колдунья чувствовала, как в душе мага идет борьба. Ему отчаянно хотелось забыть обо всем, броситься в волны благословенной музыки и утонуть в них, радуя душу и тело.

– Ничего не случится, – продолжала она, – драконы следят за местностью, да и твои охранные чары, если что, оповестят об опасности. Идем же!

– Эх, Проша, Проша… Ты же, чертовка, знаешь, как я люблю музыку и танцы! – засмеялся Грасс. – Черт с тобой, пойдем!

Радостная чародейка, точно молодка, схватила колдуна за руку и повела за собой в омут танца.

Прошло каких-нибудь пять минут, а старик Грасс уже выдавал такие пируэты, которым мог бы позавидовать любой двадцатилетний парень.

Оставалось не более получаса до полуночи, когда летающие под звездами драконы начали нервничать и громко рычать, иногда заглушая музыку. Небо, доселе безоблачное и усеянное миллиардами звезд, за доли секунд покрылось огромными, излучающими десятки молний тучами. За считанные секунды ветерок, ласкавший волосы танцующих красавиц, превратился в сильнейший ураган.

Музыка стихла, и люди, опешив от неожиданности, замерли посреди поляны, не зная, что делать. Порывы ураганного ветра заглушали голоса стоящих рядом.

– Что случилось? – Во все легкие кричал Грасс, обращаясь к Фрондуку, следившему весь вечер за погодой.

– Не знаю, Грасс! – Кричал в ответ чародей. – Это необычный ураган – он не поддается моим чарам, что-то им препятствует – что-то могущественное, намного сильнее меня!

Люди разбегались с поляны, пытаясь спастись от внезапно возникшей стихии.

– Прасковья, Дирк, ко мне! – Кричал Грасс. – Накройте поляну куполом, надо изучить ураган. Фрондук и Дерминук, стойте наготове: ваша помощь может понадобиться в любую минуту!

Маги повиновались, мгновенно выполняя указания старшего товарища. Легкая, колеблющаяся от порывов ветра, едва различимая пелена окутала место гуляния, образовав нечто похожее на купол. Ветер прекратился, но лишь на мгновение. Сильные струи воздуха пробили шаткую защиту, и с новой удесятеренной силой набросились на жертв.

– Не могу, Грасс! – Закричала чародейка, устремляя посох в темные небеса. – Не хватает силы! Это что-то могущественное!

– Фрондук, помогай! – Указывая на Прасковью, прокричал белый чародей.

В это время в нескольких сотнях футов от накрывшей поляну стихии молодые маги зачарованно смотрели на тяжелую черную тучу, которая вот-вот накроет и их.

– Борис, Борис! – Отчаянно кричала Рианис. – Это черная магия, я чувствую присутствие темных сил, нам надо что-то делать!

– Накройтесь от шквального ветра – того и гляди, сдует и унесет. – Только и смог промолвить юный чародей.

За долю секунду вокруг волшебников образовались легкие, излучающие голубоватый свет, коконы. Всего около дюйма отделяло подростков от бушующей стихии, но этого хватало, чтобы спокойно двигаться, не опасаясь быть унесенным ураганом или покалеченным сломанным обломком дерева. Юным магам было намного легче, чем их старшим товарищам – ведь каждому из них надо было закрыть только свое тело, тогда как их родственникам предстояло укутать пеленой участок земли с пятью сотнями людей.

– Что это? – Немного отдышавшись, зашептал Клер.

– Не знаю, не знаю, друзья мои, я чувствую чужих, они управляют ураганом, – напряженно шептала в ответ Рианис. – Их много, и скоро они будут у деревни.

– Нам надо спешить в Холмы – если это Темные, нашим понадобится любая помощь, – принял решение лидер заговорщиков.

– Тогда не стоит медлить, каждая минута дорога, бежим в деревню! – Взяла за руку Бориса Рианис. И повторила: – Надо спешить.

– Грасс, мы не можем держать купол, нужна твоя помощь, – кричала Прасковья, чью некогда аккуратную прическу вконец истрепал ветер. – Нам нужны еще силы.

– Собери молодых, образуй кольцо, но удержи купол! Я почти пробил защиту врагов, – ответил чародей. – Дерминук, собирай молодежь, Бориса ко мне!

Дрожащая пелена защиты сдерживала порывы ветра, смягчая его удары и замедляя убийственную скорость. Молодые маги во главе с Антоником, уже собрались возле борющихся чародеев, помогая образовать кольцо.

– О Великие синки! – Прокричал изменившимся голосом имперал. – Их сотня, не меньше, они прошли мои ловушки играючи, нужна любая помощь!

– Грасс, кто там? – Немного восстановив силы и соорудив довольно сносную защиту, выдохнула волшебница.

– Это карнибулы, маги-карлики – очень сильные и коварные колдуны. Где Борис, мне нужна его помощь!

– Учитель, – виновато опустив глаза, подбежал к синку Антоник, – они в лесу, за тысячу футов к востоку.

– О боги, – схватился за голову Грасс, – прорыв будет как раз с востока. Прасковья, уведи людей в подземелье, и мигом всех, кто владеет магией, сюда.

– Грасс, но подземелье не использовали добрую сотню лет…

– Ничего, надо укрыть людей, а мы уж как-нибудь справимся. Я знал, я знал, что что-то произойдет, чувствовал опасность! – лихорадочно раздумывал Грасс, готовясь к предстоящей битве, – недаром меня поставили охранять рубежи Переталя и Сказочного леса. Это должно было произойти. Но что я могу противопоставить карнибулам с пятью красными магами, несколькими желтыми и совершеннейшими юнцами? Почему прорыв наметили именно на Холмы? Хотя что тут думать! Рубежи Переталя ослаблены, множество волшебников ушло из некогда кишащего магами леса к озеру Тур, сказочные угодья превратились в землю, обжитую людьми. Всего четыре-пять синков на многие лиги границы, а импералов и того меньше – я да старик Муриг. И ладно бы он жил рядом, а то его деревня у самого Зубастого хребта, за десятки лиг пути. Да и ближние маги в трех часах езды, помощь по воздуху будет минут через сорок. Все это время нам надо сдерживать напор карнибулов. Ну хорошо: я удержу, положим, пару десятков, по пяточку возьмут на себя мои коллеги. Но карнибулов-то не менее сотни! Ух, жаркой будет ночь…

Защитный купол дрожал под напором ураганного ветра. Вокруг ломались деревья, выкорчевывались с корнями вековые дубы, но маги знали свое дело. Почти все жители деревни скрылись в многоярусных подземельях, предусмотрительно построенных волшебниками сотни лет назад под домом Грасса. Никто из ныне живущих обитателей Холмов и не догадывался о существовании укрытия, а потому селяне были крайне удивлены его мощью и основательностью конструкций.

– Грасс, – подбежал запыхавшийся Дирк, – население укрыто в подземельях, с ними оставлен один из молодых магов. Что прикажешь делать?

– Каковы наши силы? – Грозным голосом полководца, готовящегося к битве, произнес Грасс.

– Четверо высших магов, два зеленых, столько же желтых, один оранжевый, больше в деревне никого нет.

– Как?! – Удивился и одновременно разозлился синк. – Где Борис, где еще четверо межцветных магов? Выпорю, когда поймаю сорванцов!

Чуть успокоившись, Грасс подошел к собравшейся у крайних домов деревни кучке чародеев. Помимо стариков, защищать село пришло еще пять магов – юнцов от двенадцати до девятнадцати лет. И где-то еще шатались пятеро беглецов.

– Ребятки, снимайте купол и ставьте индивидуальную защиту. Купол ни к чему – сейчас будет битва одиночек, а не полков.

Мгновенно пелена, защищавшая деревню, исчезла, отдав дома и сады под власть урагана, а вокруг каждого из оставшихся на окраине Холмов возник голубоватый кокон, подобный тем, которыми недавно укрылись друзья Бориса.

– В двух словах объясняю задачу, – начал Грасс. – Мы должны продержаться около часа, пока не подоспеет помощь из соседних деревень и боевые части южных крепостей Переталя. Нам противостоит не менее сотни профессиональных убийц: карнибулы решили почтить нас своим присутствием… На первый взгляд они могут показаться не опасными, но это только первый взгляд, внешность обманчива. За маленьким ростом, уродливым лицом и тонкими конечностями скрываются настоящие монстры. Мне довелось испытать их магию на себе много веков назад, когда я воевал с одним из перетальских легионов за рекой Гивенгул, что неподалеку от Орлиного хребта. Поэтому сразу говорю: не пытайтесь идти в нападение. Наша задача – продержаться до появления высокопрофессиональных магов. Сидите в глухой обороне – это особенно касается вас, малышей, – Грасс бросил быстрый взгляд на юных магов. – Держитесь вместе, образуйте кольцо и защищайтесь. Антоник, они, – Грасс указал на младших магов, – теперь в твоем подчинении, используй их силу. Мы же с остальными постараемся придумать что-нибудь серьезное. И в этом нам помогут наши драконы.

Тем временем погода испортилась окончательно. Над лесными просторами устремились в небо несколько стволов торнадо, имевших явно магическое происхождение – естественные смерчи в холмистой и тем более лесистой местности невозможны.

Вой ветра и свист приближающихся воздушных воронок дополнил внезапно возникший вой, вырывающийся из сотен глоток.

– О великие синки, – растерялся на мгновение чародей, – с ними не менее пяти сотен орков во главе с магистром Тьмы Хриптоном. Я сталкивался с ним сотни лет назад, когда он был еще простым рыцарем. Судя по всему, он скрыл орков и себя до поры до времени. Это обстоятельство сильно затруднит дело, предстоящий час будет просто невыносим… Они могут смять нас за четверть, максимум за треть часа! Эх, сюда бы сейчас несколько синков!

– Берегись! – Упал на землю Борис, накрывая собой Рианис. – Орки идут к деревне. Тихо всем, ни звука!

Последние слова были произнесены уже мысленно, но юные маги услышали и поняли предупреждение своего вожака.

В нескольких десятках футов от них по просторной лесной тропе один за другим двигались десятки хорошо вооруженных орков. Над их безобразными рожами возвышались шлемы, несущие на себе символы многих городов Маглендола. Некоторые были помяты, некоторые проржавели. Орочьи тела скрывали такого же рода доспехи или кожаные куртки с прикрепленными к ним металлическими пластинами. Почти все были босы, да обувь и не требовалась грубой орочьей коже: острые камни гор и горячий песок пустынь не причиняли им никакого вреда. Чудовища десяток за десятком, подняв в боевой готовности острые, отточенные об кости жертв мечи, двигались в сторону Холмов.

– Как от них воняет, – закрыв нос, мысленно разговаривала с друзьями Рианис, лежа рядом с Борисом.

– Что поделаешь, милочка, – по-светски ответил Вергус, – на то они и орки.

– Слушай, дружок, – разозлилась чародейка, – когда ты перестанешь разговаривать со мной, как с глупой блондинкой?!

– Прости Риа, я не нарочно – просто вырвалось, – улыбнулся Верг.

– Нашли время спорить! – С укором посмотрел на товарищей Конриг. – Лучше скажите, как орки, не имеющие знаний в области магии, смогли преодолеть ловушки, расставленные старым Грассом?

– И, правда, – встрепенулся Клер, – как они это сделали?

– Это говорит о том, что среди них есть чародей, причем, скорее всего, не слабенький, так что не используйте сильной магии раньше времени, – предположил Конриг. – То, что мы применяем сейчас, заглушается силой леса: пока нас никто не сможет найти, даже дед Бориса.

– Пробираемся к деревне, не отставая от орков. Надо найти их главарей, – шептал Борис, медленно, пригнувшись к земле, следуя в сторону деревни.

Мерзкие создания – постоянные спутники Тьмы, и их вернейшие слуги уверенной поступью двигались к Холмам. Ураганный ветер, казалось, обходил их стороной, лишь чуть тормоша заросшее густой шерстью тело и развевая конские и волчьи хвосты на шлемах. По злобному, но довольному оскалу десятников, то и дело подгоняющих своих солдат, было видно: они не сомневались в своей скорой победе и заранее радовались теплой крови беззащитных жертв.

– Не менее пяти сотен орков, – шептал Грасс товарищам, – надо любой ценой сдержать их до прихода помощи.

Всё нарастающий гул орочьих воинственных возгласов оглушал магов: чудовища шагали вперед, не ожидая, по-видимому, встретить ни малейшей преграды.

Деревья на окраине села заколыхались еще сильнее, чуть не выскакивая из земли. Силуэты агрессоров замелькали совсем рядом с опушкой леса. Десятки факелов освещало им путь, образуя широкий и довольно длинный полукруг. Первые ряды орков уже показались из чащи и, громко крича и громыхая железом, двинулись к кучке волшебников. Один за другим Темные выходили на благословенную землю Светлых магов, оскверняя её своим присутствием. Казалось, орки не обращали внимания на стоявших чуть поодаль хозяев этих земель. Едва последний орк покинул лоно леса, ряды их сомкнулись и замерли, ожидая, видимо, дальнейших указаний от своих военачальников. Ужасные морды воинов темного войска, оскалившись, обратились к немногочисленным защитникам затерянной в лесу деревушки.

– Магистр Хриптон, – твердым голосом произнес Грасс – так, что каждый орк мог слышать его слова, – выходи: потолковать надо перед битвой.

Ничего лучше, чем тянуть время разговорами с врагом, Грасс не придумал. Раньше синк редко прибегал к этому методу, стараясь не отвлекаться на бессмысленные беседы с вражескими полководцами, но сейчас был совсем другой случай. Пять юнцов и пять сотен безоружных селян стояли за спиной Грасса и еще четырех достойных воинов великого рода Светлых магов. К тому же внук с друзьями были в тылу у врага…

Как ни странно, долго упрашивать противника не пришлось. После короткой паузы ряды орков расступились, и навстречу синку выступил огромных размеров волк со светящимися кроваво-красными глазами и густой белой шерстью. На спине ужасного создания восседал человек. Остановив своего боевого «коня», темный наездник соскочил на землю и, выпрямившись во весь рост, вопросительно посмотрел на Грасса.

Темный плащ, окутывающий тело, темные доспехи, огромный рогатый шлем и большой двуручный меч, тоже изготовленный из темного металла, сразу характеризовали колдуна как Темного – не только по внешнему виду, но и по обладанию черной магией.

– Звал? – Насмешливо заговорил он.

– Звал. – Столь же коротко ответил синк.

– Ну, раз звал, тогда говори, – продолжал улыбаться Хриптон, немного покачиваясь с пятки на носок и легонько играя мечом.

– Какими судьбами твою темную душу занесло в наши края?

– Такими же, которые когда-то завели тебя за Гивенгул.

Грасс невольно замолчал: когда-то давно его, молодого мага, с сотнями таких же идеалистичных идиотов понесло в исконные земли Тьмы – спасать людей от рабства Зла. Тогда-то он впервые и встретился с молодым колдуном Хриптоном. Но битва между двумя магами была недолгой: рыцарь Тьмы просто исчез с поля боя, озадачив молодого чародея.

– Значит, против Света идешь?

– Да, мой дорогой друг, именно этим я и занимаюсь.

– А не маловато ли орков ты взял? Да и карнибулов побольше стоило бы прихватить. Центурия армии Горенгейма вмиг тебя сомнет.

– Не беспокойся Грасс, не наша это с тобой забота. А с центурией мы справимся без особых усилий – вот только переступим через вашу деревеньку.

– Не переступите. Ты останешься здесь навсегда, рядом с орками и карликами, – Грасс почувствовал, как гнев разливается по всему его существу.

Крепкие старческие пальцы мертвой хваткой сжали рукоять посоха, готовясь в любой миг пустить его в дело. Кровь прилила к лицу, громко пульсируя у висков. Тревожные мысли беспорядочной вереницей кружились в голове светлого мага.

– Только бы удержать его до прихода подкрепления, – шептал Грасс, плетя первые защитные заклинания, которые могли бы защитить юнцов и безобидных селян. – Только бы устоять под напором карликов.

– Предположим, – лихорадочно размышлял он, – мы выдержим первый удар колдунов. Может быть, сможем защитить себя и от последующих. Но что делать, когда в бой пойдут сотни орков? Что сделает кучка юнцов против настоящих, хладнокровных, жаждущих смерти убийц? Жаль, очень жаль, что не осталось в Сказочном лесу настоящих боевых магов – все ушли на север, все встали под знамена великого Горенгейма…

– Держись, – раздался едва различимый, словно шелест листьев или дуновение ветра, и до боли знакомый голос, – мы уже рядом. Держись… – повторилось вновь.

– Что? Кто? – Встревожился Грасс, невольно оглянувшись по сторонам. Секундное замешательство моментально переросло в уверенность в своих силах и стойкость. Теперь маг знал, что помощь рядом, что рубежи Переталя закрыты для темных орков.

Видимо, легкий беззвучный голос услышал и Хриптон, потому что лицо колдуна изменилось, превратившись из высокомерного в зверски разозленное. Еще мгновение назад он с удовольствием поиздевался бы над Грассом, но сейчас его планы резко изменились: он более не намерен был заигрывать с врагом. Молниеносная атака и безжалостное уничтожение – вот цель, которая привела его сюда, и которая должна быть достигнута через мгновение.

– Пора, Грасс! – Полурыча, закричал Хриптон. – Пора тебе отправиться к праотцам и освободить дорогу моему воинству! Пора тебе заплатить за смерть моих друзей у Огненной реки! В бой, мои верные слуги, убейте всех, кто встанет у вас на пути! – Этот рык предводителя облетел ряды орков, оседая в каждой голове приказом, невыполнение которого могло навлечь жестокую кару властелина – а это пугало орков больше, чем смерть.

Крик, подхваченный сотнями глоток, был столь силен, что заглушил даже вой ураганного ветра. Мечи и знамена темного воинства поднялись к ночным небесам. Медленно, не торопясь и, по-видимому, растягивая удовольствие двинулись орки к стоящим в нескольких сотнях футов врагам.

– Не бойтесь, друзья мои: бейте их огненными шарами, – быстро обратился Грасс к небольшому воинству юного Антоника. – В случае магической атаки мы со стариками прикроем вас.

– Держись… – вновь прошелестел уже знакомый синку голос. – Мы уже здесь.

Орки медленно сокращали расстояние, предвкушая близкую расправу над малочисленными жертвами. Уже можно было с легкостью различить налитые кровью глаза хищников, готовых с легкостью убить даже своего сородича, ставшего у них на пути. Острые клыки жаждали впиться в теплые тела испуганных жертв. Шаг за шагом расстояние сокращалось, но ни Грасс, ни Хриптон не начинали атаки.

Темное, усеянное мохнатыми тучами небо тяжелой шапкой накрыло деревушку, затерянную где-то на юго-западных окраинах Сказочного леса.

Казалось, даже оно застыло в ожидании затянувшейся развязки. Громкий рев орков заглушал любые другие звуки, но вдруг с другого конца деревни послышался бравый свист и музыка походных труб Перетальского войска. Один за другим на поляну перед орками выскакивали резвые кони полуцентурии приграничного бастиона, находящегося в нескольких лигах севернее деревушки. Гордые знамена вольного Переталя предстали взору ошеломленных орочьих командиров, замерших в нерешительности.

Уже несколько десятков всадников проскакали перед Грассом и, не сбавляя скорости, ринулись на врага. Около десятка лучников, остановившись возле чародея, выбросили оперенные стрелы в неровные ряды орков. Каково же было удивление синка, когда среди лучников он заметил несколько остроухих воинов, поражающих непрошенных гостей своим оперенным гостинцем!

Даже магистр Тьмы на несколько мгновений потрясенно застыл, но достаточно быстро пришел в себя, лишь только первые головы его воинов начали покидать тела своих владельцев. Никто из Светлых не упустил момента для начала атаки. Молодой Антоник, следуя совету Грасса, начал одаривать врага огненными шарами, чередуя их с острыми молниями. Прасковья со стариками, окружив себя защитными коконами, с посохами наперевес, вступили в бой, поражая орков смертельными заклинаниями. Колдунья, не смотря на свой преклонный возраст, изящно кружилась среди монстров, нанося им губительные удары. В ход шло все: и древко, и навершие посоха, и длинный кинжал, возникший в руках у волшебницы. Её красный плащ кружился в самом пекле сражения, багровея от презренной крови врага.

Застигнутые врасплох орки начали приходить в себя. Начался настоящий бой – со звуком встречающейся стали и свистами стрел, а не мясорубка, которую монстры планировали совершить за минуту до этого. Сотни орков сошлись в ожесточенной схватке с пятью десятками воинов и десятком магов, поддерживаемых несколькими невесть откуда появившимися эльфами. Силы были не равны: орки почти не замечали потерь сородичей, сосредоточившись на битве с защищенными магией врагами.

Хриптон, сжимая в руке черный меч, наблюдал за сражением, но все же пока не решался использовать магию, ожидая чего-то, ведомого лишь ему.

– Смотрите, – испуганно прошептал Клер, – в деревне идет бой, орки дерутся с воинами Переталя.

– Вон, вон, видите – и Прасковья с другими магами среди врагов! Да и наши товарищи дерутся не хуже взрослых! – Взволнованно говорила Рианис.

– А это что за пижон? – вгляделся в фигуру Хриптона Борис. – Он, наверное, и привел их всех?

– В бой! – вскочив на ноги, закричал Вергус.

– Ты что?! – зашипели на него друзья, повалив вояку на землю.

– Не время еще, – всматриваясь в темную фигуру колдуна, шептал Борис. – Он ввел в бой еще не все войска, поэтому нам тоже нельзя раскрывать все карты.

Тьма окутала друзей, ветер дул им в лицо, унося с собой запахи, способные хоть как-то обнаружить засевших под сенью вековых исполинов несостоявшихся шутников. Веселье теперь придется отложить до лучших времен. Сейчас главная задача – помощь родным и друзьям, ожесточенно сражающимся в сотнях футов. Что предпринять? Каким образом помочь им? Этого не знал сейчас никто. Никто из молодых магов никогда не участвовал в настоящих магических битвах с настоящим врагом. Конечно, все они прошли школу предусмотрительного Грасса, и каждый из них не единожды сходился в битве с друзьями-противниками, отрабатывая технику боя. Но дружеский спарринг – это одно, а встреча с реальным врагом, жаждущим твоей крови, – совсем другое. Здесь выбора нет: твоя или его смерть. Теоретически, конечно, существует и третий вариант – примирение сторон, но, как ни прискорбно, он почти никогда не применяется. А значит, у сражения есть лишь два исхода: или сладость победы, или…

Именно об этом думали ребята, издали изучая действия врагов. Каждый жест, любое движение, даже едва заметное, любая слабинка, проявленная противником, могла оказаться единственной возможностью нанести решающий удар.

Борис, как самый опытный из ребят, в который уже раз осматривал прилегающую местность. Все прежние попытки установить точную численность противника оказывались неудачными – будто кто-то накрыл чащу невидимым, но непробиваемым для магии полотном; сейчас же, когда враг был отвлечен действиями перетальских всадников и старших магов, появилась надежда найти брешь в этом невидимом куполе и увидеть основные силы врага, до сих пор прячущиеся в лесу. Борис тщательно осматривал каждый ярд, не оставляя надежды приметить следы затаившегося недруга. В тот момент, когда Хриптон все-таки решил пустить в ход магию, начав собирать её в один кулак, юный волшебник смог уловить почти неощутимый поток мощнейшей силы, идущий из леса к магистру Тьмы. Быстро ухватившись за пойманную нить, юноша перевел взгляд к месту его появления – и замер, потрясенный до глубины души. Никогда в жизни Борис не встречал столь уродливых созданий; на их фоне даже орки казались симпатичными. Маленькие уродливые карлики с тонкими конечностями и жуткими лицами, собравшись в один огромный хоровод, медленно кружили, находясь, по-видимому, в состоянии медитации. Огромная волшебная сила бурлила в этих хрупких телах. Около сотни колдунов медленно двигались по кругу и загробными голосами пели нечто похожее на заклинания. Скорее всего, нападение на Холмы было спланировано заранее: нападающие точно знали, что все население соберется в одном месте, а значит, во время битвы никто не сможет помешать волшбе. Всего несколько крупных орков защищало покой маленьких колдунов, сошедшихся в смертельном для жителей деревеньки танце. Всего несколько чудовищ охраняло колдующих в беспамятстве карликов…

– Я нашел их, – быстро зашептал Борис. – Они в тысяче футов восточнее деревни. Надо как можно быстрее атаковать – иначе, возможно, будет уже поздно.

– Кого атаковать? Для чего будет поздно? – Испуганно теребила Рианис друга за плечо. – Говори точнее!

– Маленькие маги в тысяче футов от нас готовят главный удар по Холмам. Надо их остановить, иначе всем, кого мы знали, не дожить до утра. За мной, надо их остановить! – Еще раз повторил Борис и, пригнувшись, начал двигаться в восточном направлении.

– Ну, остановить так остановить, – развел руками Вергус, привстав на коленях. – Идем друзья, нельзя заставлять долго ждать наших врагов, а то еще обидятся, не отведав нашей стали. Не зря же я отцовский меч позаимствовал.

Тем временем битва у Холмов принимала новый оборот. Орки, оправившись от первого удара всадников и потеряв несколько десятков сородичей, начали наступать, зверски размахивая мечами и изнуряя тем самым и без того уставших от долгой дороги солдат. Прасковья в компании других магов нанесла не меньший ущерб живой силе противника, покружив в смертельном танце в самом центре орочьих рядов. Сейчас же, по приказу Грасса, доселе стоявшего без особого дела, колдунья вынуждена была отступить к перетальским гостям. Молодой Антоник тем временем без остановки отражал орочьи атаки десятками молний, не позволяя монстрам приближаться к нему.

– Прасковья! – Кричал Грасс, хотя это было лишним – сейчас его беззвучный голос мог слышать любой воин, стоявший на стороне Света. – Хриптон готовит магический удар. Прикрывай магов и солдат, я попытаюсь перехватить поток.

– Слушаюсь, мой имперал, во славу синков, мы победим! – Отвечала Грассу словами военных магов разгоряченная ходом сражения чародейка.

Легкий румянец покрывал щеки второй по мастерству после Грасса волшебницы. Благодаря недолгой разминке ее тело и разум вспомнили все секреты и методы рукопашных схваток, не практиковавшиеся чародейкой уже пару сотен лет. Меч крепко лежал в ладони, опускаясь ровно и точно на головы наступающих орков. Посох, став частью тела, с легкостью творил волшебство, повинуясь любой мысли волшебницы.

Удар за ударом наносили сражающиеся стороны друг другу, изматывая противника и стараясь вырвать победу. Кровь и боль, ужас и страх сопровождали сражение. Предсмертные крики и опьяняющий зов победы наполняли воздух вокруг уничтожавших друг друга противников. Два мага стояли, не обращая внимания на окружающую бойню. Пятьсот футов, разделявшие их, не имели для них никакого значения. Воинственная серьезность и высокомерная ухмылка украшали лица Белого и Черного мастеров волшебства. Две стихии, два вида магии сошлись друг против друга, обрекая себя на уничтожение, подобно огню и воде, встретившихся в пылу сражения.

Громкий самоуверенный смех пронзил воздух, придавая уверенности темным бойцам. Кровожадные орки, терпя удары магов и всадников, не могли ослушаться приказа своего грозного повелителя и, подняв мечи, шли на верную смерть – погибать во имя Тьмы. Уже почти треть орков навечно уложили в землю близ деревеньки меткие стрелы эльфов и удары людей, но еще две трети штурмовали неприступные бастионы, возведенные светлыми магами.

– Ха-ха-ха! – Громогласно засмеялся Хриптон. Ты вздумал остановить последователей Тьмы? Ты один против сотни истинных птенцов Зла?

Хриптон, подняв темный меч над головой, хохотал над тщетными, с его точки зрения, попытками Грасса.

– Грасс, – продолжал Темный, – убитые тобой орки – просто ничто по сравнению с теми, от чьих рук ты примешь смерть.

– Хриптон, – спокойным и твердым голосом перебил колдуна Грасс, – я знаю, что ты не один, и жизни орков для тебя ничего не значат по сравнению с жизнью светлого мага, которую ты вознамерился получить. Ты легко бы обменял всех своих солдат, лишь бы увидеть гибель мою или кого-нибудь из моих друзей. Но ты прекрасно знаешь, что зло ничто по сравнению с силой добра.

– Ха-ха-ха! – С новой, нечеловеческой интонацией засмеялся темный маг. – Ты так же наивен, как и в молодости. За девятьсот лет своей никчемной жизни ты так и не понял, что никому не нужны ваши добро и справедливость. Зло и насилие, сила и страх – вот то, что всегда будет управлять миром. Почему выживает сильнейший, почему живет и богатеет тот, кто использует труд других, почему? Потому что таков мир. Мир несовершенен, друг мой, добро и справедливость не могут управлять жизнью, они просто не могут делать этого, они слабы. Власть в мире держится только на насилии. Без насилия и страха нельзя, слабый должен погибнуть, дабы освободить место под солнцем сильному, это аксиома, это закон природы, это закон жизни. Победит тот, кто убьет слабого, взяв при этом все, что ему необходимо. Таков мир, мой друг.

– Нет, Хриптон, – решил опровергнуть доводы врага Грасс, нисколько не обращая внимания на бушующее вокруг сражение, – только добро способно сохранить мир. Любовь к ближнему, забота и сострадание спасут его, научив людей жить вместе, помогая друг другу и заботясь о слабых. Сплотившись под знаменами любви и дружбы, мы победим зло и ненависть в наших сердцах, искоренив их навсегда.

– Ты, как всегда, противоречишь себе, мой друг, – в который раз засмеялся темный колдун. – Как ты можешь говорить о добре, когда сам проповедуешь зло и ненависть? Ты призываешь людей убивать противников также, как сейчас я убью тебя. И тогда все увидят, что сильнее и эффективнее – ваш никчемный Свет или наша могущественная Тьма.

Не разглагольствуя более, магистр Хриптон наконец-то пустил в ход накапливаемую доселе затаившимися карнибулами магию, направив весь её поток на одинокого представителя высших магов Света.

Вихри, бушевавшие за пределами деревни, с неимоверной силой и скоростью начали набирать обороты, убыстряясь и расширяясь. Секунда-две – и мощные воздушные воронки сблизились, объединяясь в один огромный, сокрушительный, сметающий все на своем пути смерч, который пополз в сторону Грасса.

Казалось, ничто не могло ему помешать: даже сопротивлявшиеся ранее вековые деревья, теперь подобно сочной траве под косой косаря отлетали в стороны, нисколько не замедляя движение гигантского тайфуна.

– Прасковья, отступай, уводи солдат! – Закричал Грасс, пуская в тело урагана длинный светящийся луч, который срикошетил сотнями брызг, не причинив стихии вреда.

– Кольцо, – кричал синк, – образуйте кольцо!

Орки тоже, почувствовав опасность и, по-видимому, получив приказ от хозяина, удалились, отступив на старые позиции. Это, несомненно, было на руку Грассу и его команде – благодаря этому у волшебников освободились силы, которые теперь можно было использовать на борьбу с темной магией.

Прасковья на ходу ловила указания синка, исполняя их с неимоверной быстротой – будто наперед знала, что ждал от нее чародей. Оставшиеся всадники, немного потрепанные орками, едва сдерживая разгоряченных коней, отступили в тыл, под прикрытие метких эльфов. Антоник с подошедшими старшими магами завершал создание кольца, дабы перекинуть часть энергии защищающему деревню Грассу. Прасковья же в это время накрыла куполом солдат, пытаясь одновременно с помощью эльфов призвать на помощь духов леса. Между тем, первая попытка остановить приближающуюся стихию провалилась. Огненный столб, выпущенный импералом, разбился подобно водной струе, столкнувшейся с каменной стеной.

– Напрасно ты сопротивляешься, – подняв к небу меч, кричал разгоряченный неудачей противника Хриптон. – Ты не сможешь одолеть силу сотни карликов, творящих волшбу в ритуальном танце, ты ничто по сравнению с этой ордой магов, рожденных, чтобы убивать.

Грасс молчал, предпочитая не отвлекаться на слова противника и собирая силы для нового удара.

Наконец магическое кольцо заработало. Десяток магов, черпая силу из недр мира и пропуская её через себя, отдавали всю мощь тому, кто сейчас в одиночестве противостоял врагу. От полученной силы у Грасса немного закружилась голова. Ох, давно он не стоял во главе кольца магов, вбирая в себя их мощь… По жилам огненной рекой растекалась энергия, которая, соприкасаясь с его собственной, пыталась вырваться наружу, грозя разорвать при этом грудь чародея. Несколько сот футов оставалось убийственному смерчу, чтобы смять и уничтожить горстку людей, дерзнувших встать на его смертоносном пути. Гул двигающегося с неимоверной силой и скоростью воздушного столба закладывал уши и сжимал сердца. Еще немного – и конец; еще минута – и от деревни, столько веков стоящей среди исполинских деревьев, останется только название и память в сердцах её уцелевших жителей. С каждой секундой сила, передаваемая кольцом магов Грассу, наполняла его, пытаясь вырваться на свет божий, и вот наконец это время пришло.

Широко раскинув руки над головой, Грасс выпустил волшебную мощь, направив всю разрушительную силу на творение Хриптона. Огромных размеров орел, сверкая и переливаясь всеми цветами радуги, вырвался из груди чародея и, расправив крылья, с устрашающим криком бросился на детище тьмы. Едва его радужные когти обхватили столб смерча, с востока появился неожиданный союзник. Маленький, намного меньше Грассова орла, белоснежный дракон – творение светлой высшей магии, сложив крылья, тараном вошел в воздушный вихрь.

– О счастье, хвала Богам! – Закричали пораженные этим событием воины. Средь облаков, догоняя вихрь, из темноты ночи вынырнули три дракона, подобных тем, которых призвал на защиту деревни Грасс и которые пытались по мере сил противостоять злу. Три древних крылатых рептилии несли на своих спинах долгожданную помощь.

– Но это совсем не те, кого я ожидал увидеть, – промелькнуло в голове изумленного синка.

В небе над Холмами появился старый Муриг – тот, кто наравне с Грассом имел право именовать себя синком-импералом. Белые одежды и высоко поднятый посох ярко светились во мгле, подобно одеждам Грасса, давая осажденным надежду на спасение. Старого, полуторатысячелетнего волшебника сопровождало два красных мага, равных по силе Прасковье и имевших высшее в этой категории звание Чаксиров.

– Но как он попал сюда? От Зубастого хребта до Холмов десятки лиг! – ошарашенно думал Грасс, одновременно следя и управляя борьбой своего орла со столбом Тьмы.

– Не время для дум, мой мальчик, – услышал он голос Мурига в своей голове. – Я еще вчера почувствовал Хриптона, но только сегодня смог просчитать, куда он собрался ударить. Помоги лучше орлу!

И правда: радужный орел, атаковавший смерч, смог остановить его, но сейчас ему требовалась помощь, чтобы довершить дело.

– Огонь! – Донеслось до Грасса.

Одновременно три столба красного и ослепительно белого света ударили по вихрю. Чародей из Холмов не заставил себя долго ждать: радужная стрела стукнула по урагану, уничтожая его окончательно.

Хриптон изменился в лице. Он не ожидал подобного поворота событий: появление еще одного имперала могло уничтожить его.

– В бой! – Закричал он, выпуская орков на всадников Переталя. Вместе с этим приказом произошло нечто, заставившее на время замереть всех до единого участников сражения.

Гигантский смерч, пытавшийся уничтожить Холмы, в одночасье столкнулся с сокрушительной силой: его черные волокна были насквозь пронизаны белыми лезвиями заклинаний импералов. В один миг столб магии лопнул подобно воздушному шару в руках неловкого мальчугана. Ужасный хлопок оглушил все живое на лигу вокруг. Земля, державшая на своем теле это исчадие стихий, сотряслась и треснула – как раз в том месте, где соприкасался с ней сотворенный Хриптоном и карнибулами ураган.

Первая атака Тьмы не удалась: воины Света сумели привести свои убедительные аргументы.

– Борис, – тихо шептала Рианис, слегка тронув друга за плечо, – когда мы достигнем цели? В деревне что-то неладно, ты же слышал этот ужасный хлопок? – Риа, не волнуйся, дед выдержит, он у меня сильный. Карлики готовы ко второму удару, – а он, я чувствую, будет сильнее первого. Я вижу их приготовления, надо спешить.

Пять чудом попавших в тыл к врагу магов медленно, но верно приближались к халатно оставленной без защиты сотне карликов. Теперь только от них зависела судьба битвы, только они могли остановить приспешников Тьмы, вторгшихся на их земли. Так удачно подоспевшая к светлым помощь не оказала большого влияния на ход битвы. С прилетом Мурига силы сторон лишь уравновесились. Впрочем, это давало шанс отыскать слабое место врага и все-таки склонить чашу весов в свою сторону.

Орки снова пошли в бой, отчаянно погибая под стрелками метких эльфов; но гибли и всадники. Рукопашная битва шла без применения магии, так как малейшие попытки её использовать моментально пресекались противоположной стороной. Прилетевшие волшебники так и повисли в воздухе, готовые в любую минуту отразить удар врага. Хриптон уже не был так весел, как в начале боя: словно восковая маска сковала его лицо. Черный маг стоял молча, собирая силы для нового удара. Не более минуты прошло после уничтожения его детища-урагана, и уже готов был следующий, еще более зловещий каскад заклятий.

– Но почему мы не атакуем, почему? – Шептал юный Антоник, успевший перевести дух после работы в кольце. – Почему стоим?! Надо ударить по врагу немедленно, пока он не оправился от поражения!

Глаза юного мага горели подобно двум раскаленным уголькам, он готов был, обнажив меч, броситься на врага и изрубить его на мелкие кусочки, не оставив от него даже памяти.

– Почему? – Все шептал он, искоса посматривая на Грасса и парящих в небе драконов. Улучив момент, когда Хриптон поднял руки над головой и впал в легкий транс, дабы собрать силы перед ударом, парень, схватив меч, коих на поле было предостаточно, и со всей скоростью, на которую был способен, бросился на Темного. Первые десятки футов остались за плечами Антоника: подобно ныряльщику, попавшему в воду, он легко вклинился в толпу сражающихся и продолжил движение, не останавливаясь ни на миг. Юный внук Прасковьи ловко оставлял за спиной сражающиеся пары и за несколько секунд преодолел полосу боя, оказавшись в опасной близости от предводителя сил Тьмы. Пара десятков футов оставалось до намеченной цели. Еще несколько секунд – и холодное лезвие меча с легкостью войдет в темную, но столь же беззащитную, как и человеческая, плоть магистра Зла.

Шаг, два, три… Цель уже совсем близко, кровь бьется в висках Антоника, юному волшебнику кажется, что он чувствует на себе неровное дыхание злодея и видит, как подергиваются полузакрытые веки.

– Великие синки, только бы успеть, только бы он не открыл глаза! – как молитву повторял Антоник, с каждой секундой сокращая расстояние. – Вот он мой враг. Вот тот, кто посмел напасть на Холмы. Вот он передо мной. Так умри же, исчадие ада! – закричал парень, замахиваясь мечом и с силой опуская его на Хриптона. Но вместо того, чтобы с легкостью войти в теплую плоть колдуна и окропить землю его кровью, клинок разлетелся на мелкие осколки, словно стеклянный, не причинив никакого вреда темному магистру.

Только сейчас маги заметили юнца, только сейчас они поняли, что он натворил, бросившись с обычным мечом на магистра сил зла. Никто – ни Прасковья, в одночасье потерявшая внука, ни Грасс вкупе с Муригом не способны были спасти жизнь юного чародея.

– Глупец, – приоткрыв глаза, улыбнулся Хриптон. Его рука в железной перчатке схватила парня за горло и оторвала от земли. – Ты надеялся сразить меня обычным оружием? Ты посмел встать на пути Тьмы… Ты хоть понимаешь, что тебя ожидает в ближайшие несколько секунд?

Антоник, задыхаясь, молчал. Он ясно осознавал, что сейчас его убьют, и никто не сможет ему помочь – даже могучий Грасс. Что ж, смерть так смерть…

– Но тебе повезло, маленький слизняк, – сверкнул глазами Хриптон. – В другом месте и в другое время я бы подарил тебе незабываемую смерть от адских мучений, но сейчас на это нет времени, и я дарю тебе легкую и быструю кончину. Ты умрешь тихо и быстро, твое тело за несколько секунд высохнет и, превратившись в мумию, рассыплется в прах. Нравится тебе такая смерть?

Антоник молчал. Сердце отчаянно билось в его груди, не желая смириться со столь ранней остановкой. Но ничего нельзя было поделать. Юный ученик Грасса нашел в себе силы посмотреть в глаза врагу и прохрипеть: – Вам никогда не сломать нас. Я уйду, но мои друзья завершат начатое мной дело.

Громкий смех оглушил стоявших невдалеке от магистра орков: темный чародей смеялся над наивностью юнца.

– Грасс, – кричал он, смеясь, – смотри: так будет с каждым, кто встанет на моем пути. Никто, даже такие как ты, не смогут остановить нас.

С этими словами темный колдун пустил в ход заклинание, в несколько секунд превратившее юного Антоника сначала в мумию, а затем в кучку пепла.

– Нет! – Закричал Грасс, бросаясь к злодею. – Никогда не будет такого, чтобы вы, мерзкие упыри, могли убивать детей!

Грасс бежал так же, как за минуты до этого бежал Антоник. Имперал сметал все на своем пути: разъяренный, он с легкостью откидывал на десятки футов пытавшихся преградить ему дорогу орков.

– Стой, что ты делаешь?! – Отчаянно закричал Муриг, снижаясь, чтобы сделать попытку остановить разгневанного друга. – Это ловушка, он хочет тебя убить!

Но Грасс, выставив вперед посох с ослепительно белым клинком, бежал, чтобы уничтожить убийцу, посмевшего вторгнуться в мирные земли.

Хриптон смеялся: сила карликов уже разливалась по его жилам, ожидая лишь подходящего момента, чтобы испепелить каждого, кто встанет у него на пути. Десятки футов разделяли врагов, когда магистр Тьмы высвободил мощь, переданную ему карнибулами, придав этой силе форму меча, с быстротой стрелы летящего в сторону Грасса. Голубая полусфера вспыхнула перед волшебником, защищая его: мощь Хриптона, подкрепляемая энергией карнибулов, могла бы смести любого другого, но не разъяренного Грасса. Мощный хлопок сообщил о встрече двух равных сил. Синк выстоял, лишь припав на колено. Но моментально вскочил на ноги и продолжил наступать. Каждый шаг давался импералу с необычайной тяжестью, будто земля в один миг превратилась в тягучее болото. Но Грасс шел с упорством рыбы, идущей на нерест вверх по течению. Он шел, преодолевая сопротивление многобалльного ветра, созданного убийственной магией.

Первая неудача не огорчила Хриптона, она лишь добавила масла в огонь его ненависти ко всему, что было светлее вечерних сумерек. Все новые и новые порции энергии отправляли магистру его верные помощники-карнибулы. Колдуна просто переполняли силы. Наконец он готов был исполнить свою давнюю мечту – уничтожить хотя бы одного имперала. Сейчас, в эти минуты, он как никогда был близок к исполнению своих желаний…

Грасс, полный ненависти, потерявший контроль над собой, был отличной мишенью, по которой и ударил жаждущий крови колдун. Огромной величины магический кулак возник над головой синка, угрожая в ближайший миг расплющить его.

– Стой, Грасс, не искушай судьбу, – спокойным голосом, в котором плескалась убийственная агрессия, произнес Хриптон, – ты погибнешь, и я не смогу дальше жить и мечтать о твоей смерти.

– Нет, дружище, – с явным напряжением и какой-то необычной тяжестью ответил маг, – не увидишь ты этого никогда.

В который раз зверский смех наполнил округу. Огромный кулак, нависший над головой имперала, медленно преодолевая защиту Грасса, пополз вниз. Подобно яичной скорлупе, трескаясь и ломаясь, разрушалась защита чародея, и этот треск не оставлял ему ни малейших шансов выжить… Со стороны казалось, что сам магистр тьмы не до конца верит своему неожиданному успеху. Впервые он смог сломать – да еще с такой легкостью! – защиту не какого-то там красного мага, а самого настоящего синка-имперала! Еще несколько секунд – и огромный кулак раздавит волшебника, не оставив даже останков, над которыми смогут проронить слезу потомки, вспоминая о его былых подвигах. Никто – ни Прасковья, ни могучий Мориг не успели ничего предпринять, чтобы спасти своего товарища, который так по-мальчишечьи попал в западню. Лишь он сам мог спасти себе жизнь… Грасс боролся что было сил, пытаясь исправить положение, но теперь вместо защитного кокона его окутывала темная пелена вражеских заклятий. Любые попытки пустить в ход магию разбивались о твердую стену тьмы. Маг был обречен: его, словно в узкой комнате с опускающимся потолком, пытались размазать по полу, и ничто не могло остановить механизм злой машины. С момента, когда Грасс попал в ловушку, до того, как он понял, что обречен, прошло несколько секунд. Кулак медленно, но непреклонно опускался на голову синка, не обращая никакого внимания ни на магические удары Прасковьи и Мурига, ни на метания самого Грасса. Прошло еще несколько секунд, в течение которых Хриптон с улыбкой, сверкая красными, налитыми кровью глазами, наблюдал за попытками чародея выбраться из темной ловушки. Но затем ему надоело искушать судьбу и давать лишнее время для попыток спастись пойманному чародею. Магистр спустил механизм заклятия, и многотонный магический кулак упал на Грасса. Еще несколько мгновений единственный синк юго-западных земель держал на своих плечах невыносимый груз, но… Яркая, ослепительно белая вспышка, сопровождаемая негромким хлопком, на миг скрыла место мучений Грасса от глаз окружающих. Когда пелена спала, на месте, где совсем недавно стоял синк, не было ничего, кроме горстки пепла, останков обгоревшего, когда-то белоснежного плаща и обуглившихся частей посоха.

В этот миг даже атакующие орки замерли, пораженные ликованием своего темного предводителя. Но радость Хриптона была не долгой: кружившие в небе драконы, громко рыча, стрелой бросились на врага, круша когтями оставшихся в живых уродливых созданий.

В это же время Борис и его друзья наконец подобрались к логову карнибулов. Охранявшие их орки, как ни странно, сидели кружком вокруг костра, не пугаясь близости боя и не обращая внимания на творящих волшбу карликов.

Всего считанные футы отделяли юных чародеев от цели. Беспечные охранники были хорошей мишенью для быстрых ударов ловких заговорщиков.

– Что будем делать? – Без слов произнес Борис. – Убьем или только оглушим? Нам нужны их мечи, чтобы расправиться с карликами, пока те еще в трансе.

– Надо напасть и молниеносно обезвредить охрану. В противном случае они перебьют нас, как назойливых комаров, – прошептал в ответ Клер.

– Значит атакуем по моей команде. Каждый берет на себя по одному орку – благо их всего пятеро, как и нас. После этого сразу врезаемся в хоровод карликов и уничтожаем сколько возможно, пока они окончательно не уничтожили Холмы. Надеюсь, всем понятно? И главное, держитесь вместе. – Давал указания друзьям Борис.

Все молча кивнули, прокручивая в голове, как каждый будет справляться с превосходящими их в размере и силе орками.

– Давайте, ребятки, в бой, во имя синков, во славу Холмов, – прошептал Борис, выдвигаясь вперед.

Ничего не подозревающие охранники сидели у костра, оживленно о чем-то разговаривая и не обращая никакого внимания на окружающий мир. Огромные уродливые головы с кривыми оскаленными клыками нисколько не боялись сорваться с плеч под ударом вражеского меча. Собственные клинки чудовища все же держали наготове, разместив их рядом с рукой, чтобы в случае опасности защитить свою драгоценную клыкастую голову от посягательств врага. Вдалеке слышался лязг железа и боевые крики сражающихся воинов. Со стороны деревни доносился гул ветра и загробный смех Хриптона, а здесь, в логове карликов, на большой лесной поляне было тихо – не переговаривались ни лесные звери, ни птицы ночи, даже насекомые не пели своих простых песен. Все живое в округе словно вымерло, напуганное неожиданным появлением странных танцоров, загробными голосами поющих ужаснейшие заклинания, которые за века разрушили тысячи поселений.

Мирно потрескивал огонь, облизывая ярко-красными языками сухой хворост; побулькивало малоаппетитное варево в закопченном, чуть помятом котелке… В этот момент, подобно бесшумному ветру, Борис подскочил к одному из орков и со всего размаху ударил его по голове навершием посоха. В доли секунды меч пораженного чудовища оказался в руке юного волшебника и уже через мгновение летел в руки другого чародея. Обмякшее тело орка грузно упало на землю, опрокидывая шатко висевший котелок. Пораженные внезапной смертью своего сородича, четверо оставшихся в живых с быстротой молнии подскочили, хватаясь за мечи и пытаясь остановить нахального юнца, бросившего вызов древнему роду орков. Но не тут-то было: Борис, с такой легкостью справившийся с самым крупным стражем коварных карликов, был готов противостоять разъяренной четверке. Несколько мгновений обоюдного молчания и пристального обмена взглядами прервались тихим всхлипом одного из орков, не ожидавшего удара со спины. Теперь уже три меча было в коллекции жителей Холмов. Ловкая Рианис, молнией выскочив из темноты, полоснула по горлу еще одного уродливого орочьего воина. Застигнутые врасплох внезапным появлением шустрых юнцов орки замерли от ужаса. Но секундное замешательство, порожденное страхом, все-таки было побеждено звериной природой, жаждой крови и отторжением смерти: громко зарычав, оставшиеся в живых орки, размахивая над головой кривыми зазубренными мечами, ринулись в бой – мстить мерзким людишкам за смерть товарищей и позорное ощущение страха, наполнившее их сердца за секунду до этого. Несколько разделявших врагов метров в мгновение превратились в поле битвы. Молодые маги, получив, наконец, долгожданное оружие, ринулись на уродливых созданий. Лязг соприкасающейся стали мелодичным звуком разнесся над поляной, лаская уши дерущихся. Звук сходящихся мечей – это самая лучшая музыка для настоящего воина, воина, не боящегося погибнуть в битве с неравным противником. Впрочем, наши герои не собирались погибать, не победив врагов, напавших на Холмы; да и враг им достался не такой могучий, как воинам, защищающим деревню. Несколько минут сражения изменили расстановку сил в лесной глуши: пять молодых магов одержали победу над стражами карликов и завладели их оружием, с помощью которого собирались расправиться с творящими волшбу карнибулами. Смахнув выступивший на лбу пот и не теряя больше времени, Борис начал приближаться к стоящим поодаль колдунам, стараясь не шуметь, чтобы ненароком не вывести их из состояния гипноза. Его примеру последовали остальные чародеи, только что так успешно справившиеся с орочьей стражей. Мгновения решали все. Не было тех спасительных минут, которые могли перевернуть всю сущность битвы и направить ее в новое русло; у молодых магов было лишь несколько секунд, чтобы атаковать и не понести потери. После этих мгновений карлики могли очнуться и направить всю накапливаемую мощь не на обреченные Холмы, а на дерзких юных волшебников, только-только закончивших изучать азы чародейства.

– Вперед, друзья! – Закричал Борис, переходя с медленного шага на бег и врезаясь в хоровод карликов.

– Во славу синков! – Поддержали его товарищи боевым кличем вступающих в сражение волшебников. Это был не просто набор фраз – это был испытанный годами и окропленный кровью сотен магов зов чародеев, идущих сражаться во славу могущества синков и сохранения всего волшебного в Маглендоле. Десятки веков с этими словами на устах шли в бой чародеи – начиная с простых магов и заканчивая импералами. Вот и сейчас пятеро молодых людей вступали в битву с сотней могущественных существ, наделенных темной магией самим Злым Властелином еще в начале времен. Сотня кровожадных карнибулов противостояла пяти юнцам, идущим на врага, дабы защитить родной дом и отстоять своё право на жизнь под этим солнцем.

Около сотни пришедших с Хриптоном творили волшбу, не реагируя на происходящее во внешнем мире. Холмы, только Холмы имели значение для этих кровожадных убийц, погубивших тысячи существ за века своей никчемной, основанной только на поисках артефакта жизни. Пять подростков, приближающихся к волшебному хороводу, поначалу не произвели на карнибулов никакого впечатления, никак не нарушив их ритуальных танцев. И лишь только крики первых сокрушенных тяжелыми орочьими мечами жертв начали выводить карликов из транса.

Магия, накапливаемая Хриптоном, после уничтожения Грасса вдруг резко исчезла, и темный магистр всем естеством почувствовал опасность и критичность своего положения. Опора его волшебства – маленькие колдуны – гибли под мечами кучки малолетних чародеев, а черный маг остался один…

– Нет!!! – Раздался протяжный вой магистра. Он выл не от отчаяния и безысходности своего положения; он выл от злости на то, что не смог полностью осуществить свой замысел, не смог стереть с лица земли деревню, в которой совсем недавно жил его враг. А между тем, в лесу завязалась настоящая битва: уже около десятка карнибулов полегло от рук Бориса и его друзей, и еще около того были тяжело ранены и испускали последний дух, прощаясь с этим жестоким миром. Но всё же не менее восьмидесяти существ, оправившись от потерь и придя в себя после нарушенного сеанса ритуального гипноза, вступили в бой. Маленькие, хрупкие ручонки, которые, казалось, едва смогли бы удержать миску с едой, отчаянно размахивали короткими, но все же довольно тяжелыми мечами, пытаясь противостоять своим юным обидчикам. Но время ушло: птица счастья оказалась в руках молодых магов, и ничто не могло их остановить. Карлики напрягались изо всех сил, пытаясь спасти свои драгоценные жизни, но это им не удавалось: один за другим они отходили в иной мир, теряя головы под ударами мечей. Что и говорить, в рукопашном бою карнибулы были подобны детям, вышедшим с деревянным мечом на арену к опытному гладиатору. А применить магию в такой близости от своих же соплеменников они не могли, боясь навредить себе и своим друзьям. На это и рассчитывал Борис, бросаясь в бой на армию, в двадцать раз превосходящую по численности его отряд.

Терпела поражение и орочья стая, сломленная эльфийскими стрелами и атаками парящих в ночном небе драконов. Реки крови орошали место недавней свадьбы, навеки делая землю проклятой и отчужденной, и только смерть Грасса и Антоника обеспечивала этим местам вечное почтение.

Хриптон уже не кричал, он просто хрипел, выпучив глаза и вознеся к небу руки с растопыренными пальцами. Со стороны казалось, что он молил кого-то о помощи, но на самом деле все было намного проще: в тот момент, когда от отряда орков не осталось и трех десятков, черный маг просто исчез в столбе ослепительного, высотой в несколько десятков футов, красного пламени. В этот же момент оставшиеся в живых карнибулы, обернувшись черными воронами и пронзительно каркая, устремились на юг, спасаясь бегством от неминуемой смерти. Черная, поредевшая от недавней битвы стая не предпринимала никаких попыток отомстить своим обидчикам – будто кто-то более могущественный и грозный призвал их, не оставив времени на месть. Ночной карнавал закончился. Четыре десятка пепельных кучек осталось на поляне, напоминая волшебникам о полуночном кошмаре и участи, которая могла постигнуть их самих, не реши они подшутить над пирующими этим вечером. Слава великому случаю или магическому чутью, которое повело подростков в ночной лес; слава силам Света, давшим им шанс спасти односельчан.

Немного оправившись от недолгой, но утомительной битвы, юные чародеи что было мочи помчались в деревню, чтобы узнать о судьбах своих родных и близких. Ничто сейчас не было для них важнее, чем увидеть контуры знакомых фигур и лиц в полуночной темноте. Несколько минут бега до окраин села показались пятерке чародеев самыми тяжелыми и мучительными за весь сегодняшний вечер.

– А что, если… – Думал каждый из них на бегу, боясь не найти в толпе близкого человека, – а что, если?! – Но надежда умирает последней, и каждый из них отчаянно надеялся и верил, что его родные и родные его друзей живы и здоровы.

Но жизнь коварная штука: она милует и карает по своему усмотрению, не спрашивая у тебя, хочешь ты этого или нет.

Придя в себя после битвы, селяне и оставшиеся в живых воины Переталя в купе с эльфийскими стрельцами начали приводить деревню в порядок. Только Прасковья вместе с выжившими товарищами и пришедшим на помощь Холмам импералом Муригом безмолвно стояли над останками Антоника и всеми любимого и почитаемого Грасса. Очень давно не было войн, в которых бы Прасковья за один час теряла столь дорогих ее сердцу людей. Дети, ушедшие под знамена Николаса Горенгейма, оставили подрастающего парня на воспитание бабушке, но она не уберегла его, за что казнила себя неимоверно.

– За что, за что, – думала она, – за что небесные синки забрали самое дорогое, что осталось в этой жизни у старой чародейки? За что вездесущая Тьма отняла молодого, не повидавшего жизни чародея, за что?! Уж лучше бы мерзкий Хриптон забрал меня… Но нет, он забрал молодого парня. А ты, Грасс, как ты мог так легко попасться на удочку этого Темного колдуна, как ты мог позволить ему обмануть себя, как ты мог, Грасс, зачем ты оставил Холмы, зачем покинул мир Сказочного леса?! Да, я понимаю, что в Звездных садах тебе теперь хорошо, ты повстречал близких и давно ожидающих тебя людей, но нельзя ведь так, они могли бы подождать и ещё, а что теперь делать нам? Теперь мы одни, нет рядом любимого и верного товарища и могучего чародея…

Опустив луки, в полной тишине над останками двух волшебников стояли и эльфы, только-только закончившие проверку территории и зачистку её от недобитых орков. После того, как исчез Хриптон, чудовищам не оставалось ничего, как спасать свои жизни бегством. Но магия Морига и сила дракона остановили их, оставив навсегда лежать в землях Сказочного леса.

– Мы знали его, – заговорил один из эльфов – по-видимому, предводитель, – мы были с ним во многих битвах. Он был сильным и опытным магом, не раз встречался лицом к лицу с врагом намного сильнее, чем Хриптон, и всегда одерживал победу.

В это время на опушке леса показалась команда Бориса. Не замедляя шаг, они подбежали к стоящим в траурном молчании магам. Не нужно было слов: все сразу поняли, чья жизнь стала ценой победы…

– Как… – только и смог вымолвить бледный, словно плащ имперала Борис. – Как это произошло? Как они погибли…

– Борис… – Прасковья подробно изложила юноше случившиеся совсем недавно события. Маги и эльфы молча слушали рассказ чародейки, мысленно вспоминая лица и улыбки потерянных товарищей.

– Вот так мы и не уследили за ними, – печально закончила волшебница, смахивая со щеки предательницу-слезу.

– Я найду его! – в гневе сжав кулаки, после недолгого молчания заговорил Борис. – Я найду и отомщу ему за смерть деда и Антоника, чего бы мне это не стоило. Я обойду весь Маглендол, но найду этих карликов вместе с Хриптоном и уничтожу их. Клянусь синками!

Глаза юного Бориса были полны решимости исполнить вынесенный только что черному магистру приговор, несмотря ни на какие трудности и испытания.

Рианис робко смотрела на друга и о чем-то думала, иногда окидывая взглядом эльфийских гостей и старших магов. Тем же занимались и остальные лесные блуждатели.

– Я выступаю сегодня же и не успокоюсь до тех пор, пока мой меч не отведает крови обидчика. Я пойду по следу карликов, я стану их тенью и буду идти за ними до тех пор, пока это племя полностью не расплатится за битву у Холмов. Иначе я не буду Борисом – внуком славного Грасса.

Девушка с восхищением посмотрела в сверкающие глаза товарища и, не раздумывая более, сказала: – Я с тобой, и не вздумай отговаривать меня. Антоник был моим другом, а твой дед – учителем. Я решила, и буду делать то, что хочу.

На миг над местом недавнего сражения повисла задумчивая тишина, и непонятно было, что являлось её причиной – смерть магов или решение молодых чародеев.

– Мы с вами, друзья, – в один голос, не сговариваясь, сказали трое оставшихся ребят. – Мы с вами начали, вместе и продолжим.

– Но… – попыталась было возразить Прасковья, и была остановлена повелительным жестом Морига.

– Ступайте, да пребудут с вами синки. Грасс одобрил бы такое решение, – сказал белый маг и обнял каждого из молодых чародеев.

– Но, Мориг, что же будет с Холмами? – вопросила старая чародейка. – Кто останется здесь?

– Вы и останетесь, – ответил ей имперал, – а я уведомлю родителей ребят и великих синков Переталя о нападении и гибели Грасса. Ваша задача прежняя – хранить покой западных рубежей Сказочного леса.

Маги еще долго о чем-то разговаривали, стоя у останков чародеев, еще долго рассуждали о случившемся, и лишь с рассветом, рассеявшим тьму на восточном горизонте, разошлись собираться в дорогу.

Закончилась самая ужасная ночь в долгой истории Холмов, и вместе с ней закончилось мирное время во всем Восточном Маглендоле.

Глава четвертая

Уже много тяжелых часов находились воины Афлота в полете. Бескрайние просторы родной страны, подобно великолепной картине, проплывали далеко внизу. Горы, поля, озера и реки искусно вытканным ковром расстилались внизу, завораживая воинов нового войска страны. Отборный манипул личной гвардии короля летел чуть ниже облаков ровным четким клином, во главе со своим уважаемым и любимым королем Артуром и еще не совсем свыкнувшимся с новой ролью Ивлином – первым центурионом королевства. Лига за лигой пролетали под быстрыми метлолетами летунов. Вот уже далеко позади остался Великий Кинтир – столица соседствующей с Арфином провинции. Не отдаляясь намного от центрального тракта, соединяющего столицу королевства и её восточные земли, воины упорно продвигались вперед. Позади были часы перелета, впереди – неизведанные дали и грядущая война, но каждый четко знал свое дело и с благодарностью принял бы смерть за короля и Афлот.

Еще несколько десятков лиг осталось позади, когда легионер, еще не совсем умело управляющий метлолетом, но научившийся паре-тройке трюков, подлетел к центуриону и королю и встревоженно заговорил.

– Мой центурион, разведчики докладывают, что в районе леса, расположенного в лиге впереди, обнаружена группа неизвестных существ, направляющихся в том же направлении, что и мы. На призывы откликнуться и назвать себя, мы получили только раскаты смеха, а маги говорят, что эти существа имеют волшебную силу сродни той, что была использована против нас при нападении сегодня утром… Что прикажете предпринять?

– Через какое время мы достигнем этого леса? – Нахмурившись, спросил Ивлин, цепко глядя на легионера.

– Через восемь минут, мой центурион… Если не изменим скорость и направление.

– Всем перейти в полную боевую готовность! – Почти крича, пролетел вдоль строя командир. – Через пару минут мы вступим в бой с противником, превосходящим нас по силе – не численной, а магической. Первая полуцентурия переходит под руководство короля и ни на мгновение не отдаляется от него. Корун и еще пара магов остаются при Артуре, Друк с остальными делятся между полуцентуриями. – Еще некоторое время взволнованный Ивлин отдавал приказы, наставляя своих новых полуцентурионов.

Через несколько минут ровный клин королевских войск пролетел границу леса, не подавая признаков взволнованности или настороженности. Но на самом деле каждый легионер зорко следил за своим участком горизонта, просматривая каждое дерево, каждую возвышенность. Маги тоже не дремали, обследуя округу истинным зрением.

– Мой король, – подлетел к Артуру Друк. – Они здесь, я их чувствую, это те самые карнибулы, что утром сбежали от нас. Также я уверен, что сейчас они покажут себя во всей красе – сила их растет, еще немного – и они нанесут удар, так что держитесь крепче на своем метлолете.

Прошло еще несколько томительных минут, в течение которых манипул медленно продвигался над многовековым лесом, самые старые деревья которого еще помнили тех, кто обитал до людей на этой земле.

– А в этих местах когда-то было королевство великой волшебницы Мэрилин, – как бы между прочим сказал Друк, – когда-то в этих лесах жили сильнейшие волшебники этого края. Они умели многое из того, что сейчас уже забыто и вряд ли когда восстановится вновь.

– А что с ними произошло? – С интересом спросил Артур. – Куда они подевались?

– Никто не знает этого, мой король. Никто из ныне живущих никогда не видел Мэрилин. Возможно, она и не существовала вовсе, но, по легендам, где-то в сердце леса скрываются руины её города, который открывается взору не всякого – лишь избранные могут увидеть его.

– И что, даже эльфы не видели её? – удивился король.

– Они-то уж точно видели, только вот никто ничего не говорит об этой волшебнице.

– Я встречался с ней, мой король, – утвердительно кивнул неотлучно сопровождающий государя Корум.

Разговор был прерван на полуслове командным криком Ивлина, приказавшего манипулу рассыпаться в воздухе. Впереди замелькало множество черных пятен, которые с необычайной быстротой приближались, приобретая очертания огромных вороньих голов.

– Это они, – только и смог сказать Друк, направляя свой посох навстречу опасности.

Доселе стройный отряд рассыпался на четыре полуцентурии, каждый солдат которой мог без труда слышать любой приказ своих командиров благодаря умелой магии волшебников.

Черные пятна все приближались, увеличиваясь в размерах. За несколько секунд новое пятно выросло до габаритов небольшого замка. Несколько сот ярдов отделяло его от головного отряда легионеров, когда Друк и еще пара магов смогли ценой неимоверных усилий создать перед ним нечто похожее на живой щит из пульсирующих и искрящихся магических потоков. Голова ворона, не замедляя скорости, с силой ударилась о преграду. Огромный, словно каменный, клюв, как нож в масло на несколько ярдов вошел в пульсирующую броню, от чего та начала трещать и лопаться. Капельки пота выступили на морщинистом лбу главного мага манипула, могучие руки крепче впились в посох, направленный на чудовище. После нескольких секунд борьбы щит заколыхался. Его края с немыслимой силой запульсировали, словно от ураганного ветра их начало закидывать вперед – навстречу огромной вороньей голове. Через пару секунд, будто ожив, живой щит обхватил свою жертву и, не прилагая огромных усилий, раздавил ее, от чего раздался сильный хлопок, словно у вороньей головы лопались кости. Яркая вспышка света завершила дело.

– Ух, – вздохнул старый волшебник, смахивая пот со лба. – если дело пойдет так и дальше, нам долго не продержаться – они нас просто измотают. Причем я уверен на все сто процентов, что то, что мы сейчас видели – не более чем разведка боем, к которой карнибулы не прикладывали особых усилий.

Манипул медленно летел над лесом, ожидая дальнейших приказаний командиров, и они последовали незамедлительно. Учитывая опыт недавней битвы, Ивлин и Артур понимали, что тягаться с карликами в магической схватке они не смогут, да и сил для этого было недостаточно, поэтому было решено пойти в контрнаступление. В ходе недолгого совещания возник план: Ивлин, Друк и две полуцентурии легионеров попытаются найти место, где скрываются карлики, и встретиться с ними в кулачном, а не магическом бою; другая же половина войска будет играть роль приманки, отвлекая врага попытками отбиваться от его несокрушимых ударов.

Прошло около минуты, небо над лесом оставалось чистым. Нигде не прослеживалось ни единого следа врага, но маги – в том числе Артур и Ивлин – отчетливо чувствовали все нарастающее напряжение, ощущали потоки темной энергии, устремленные куда-то в лес – туда, где творили волшбу и замышляли недоброе злые карнибулы.

– Я засек их! – Тревожным голосом закричал Друк. – Нам надо атаковать немедленно, потому что еще нескольких ударов мы не выдержим.

– Сколько их, где они? – Выхватывая меч и командуя первой центурии начинать атаку, прорычал Ивлин.

– Они в лиге к юго-востоку от нас, – громко ответил Друк, – их несколько десятков, нам надо успеть до того, как они поймут наш план и сотрут нас с лица земли. Их надо убивать в ближнем бою, в нем они бессильны.

– Тогда в бой, во славу Афлота и короля! – Поднимая меч над головой, прокричал первый центурион.

– Во славу королевства! – В один голос ответила сотня отборных легионеров.

Первая центурия под предводительством Ивлина и Друка, не снижая скорости, спикировала к самым макушкам леса. Быстро, один за другим солдаты скрывались за кронами деревьев, начиная опасные поиски.

В тот момент, когда последний воин скрылся из виду, Артур облегченно вздохнул, надеясь, что теперь дело пойдет немного лучше. Никто не думал убегать, отчетливо понимая: необходимо было уничтожить врага не только потому, что он пытался убить короля сегодня утром, но и потому, что он был врагом, находящимся в самом центре страны, что было чревато большими опасностями.

– Мой король, – подлетел взволнованный Корун, – карлики готовы к новому удару, надо быть осторожнее.

– Хорошо, мой друг, я постараюсь не лезть в самое пекло боя, – улыбнулся молодой предводитель.

Король, по-видимому, хотел еще что-то сказать, но в этот момент на горизонте появилось множество странно пульсирующих объектов. Они были еще далеко, но все же зоркий взгляд Артура и его солдат безошибочно определил сходство этих странных существ с теми, что утром встретились им у Радужного водопада. Только к необычному облику новых нападающих были добавлены огромные перепончатые крылья. Их было много – намного больше, чем утром; несколько десятков крылатых чудовищ, обнажив кривые мечи и оскалив огромные клыки, пробивающиеся через лохматую растительность на лице, с гневом и злостью в глазах летели на короля и его солдат.

– Да… – тихо сказал Артур сам себе, – ох и покажут же они нам сейчас, ох и попотеем…

– За мной ребятки! – Прокричал он уже для всех. – Покажем этим волосатым чудовищам, как умеют воевать сыны Афлота, не посрамим отечество!

– Не посрамим, наш король! – Почти в один голос прогудели легионеры, обнажая клинки и со свистом рассекая ими воздух.

– Ох и трудно нам придется, ох и трудно, но многие из вас сегодня бились с подобными существами и знают их слабые места. Мне кажется, – задумчиво произнес король, – надо бить по крыльям: посмотрим, что смогут сделать эти воробушки, лишившись перышек.

Слова Артура были поддержаны громогласным смехом: воины готовы были с радостью идти в бой, понимая, что своими действиями они отвлекают врага и выигрывают время для второго отряда, пытающегося найти карликов в лесу. Разбившись на небольшие группы, легионеры ожидали подхода вражеских сил. В следующий момент небо над лесом наполнилось звоном стали и криками сражающихся. Началась великая сеча.

Сто отборных богатырей, совсем недавно севших на метлолеты и научившихся летать, маневрировали в воздухе не хуже многих колдунов, у которых когда-то давно был позаимствован этот вид транспорта.

Лишь только враг приблизился – а противников было около четырех десятков – центурия Артура рассыпалась на группы по три-четыре человека: кто-то сражался с врагом один, кому-то приходилось отбиваться сразу от нескольких существ, но каждый из легионеров был мастером своего дела и знал, как надо управляться с мечом – ведь не даром он служил в личной гвардии короля.

– Сзади заходи! – Кричал кто-то своему товарищу. – Руби крылья этому уроду. Ишь ты, скалится, недоволен… Думал, жизнь – малина? – Не переставал разговаривать не то с врагом, не то сам с собой какой-то легионер.

Бой разгорелся не на шутку. Центурии противостояли не просто какие-нибудь лесные чудовища, вышедшие из трущоб попробовать свеженькой крови – это были монстры, произведенные на свет черной магией специально для убийств. В их головах не было ничего, кроме жажды крови и смерти для тех, кто встал на пути их хозяев.

Где-то на переднем фланге столкнулся с несколькими монстрами Корум, поддерживаемый двумя легионерами и Коруном, который профессионально орудовал мечом, одновременно плетя различные заклинания. В тот момент, кода магу надо было немного передохнуть, его место занимали верные летуны.

Бой продолжался около пяти минут, и только сейчас появились первые жертвы. Где-то на левом фланге на землю с подрубленными крыльями рухнули трое изуродованных слуг карнибулов.

Артур не сидел в стороне и не наблюдал за боем – он во главе полудесятка телохранителей врезался в строй врага и маневрировал на своем метлолете так, что у соперников с непривычки кружились головы. Король орудовал мечом, посылая удары направо и налево, но ему противостоял не простой враг, которому достаточно отведать хорошей стали, – это был противник, рожденный магией, поэтому для его уничтожения надо было применять другие приемы. Только обрубленные крылья останавливали чудовищ, которые, оглушительно воя, камнем падали на землю, ломая на своем пути кроны многовековых деревьев. Лишь десятки, а иногда и сотни глубоких ударов отнимали жизнь у прислужников Тьмы.

Минуты бежали быстро, каждое мгновение отмечалось сотней стальных ударов, подобно бою огромных часов на городской башне где-нибудь на городской площади в центре приморского торгового городка.

Враг не дремал: далеко на правом фланге не удержался на метлолете и полетел вниз неудачливый солдат, вовремя подхваченный и спущенный на кроны дерева заботливым другом.

Бой кипел не на шутку, враг с решимостью голодного волка, идущего на беззащитную добычу, наступал на гвардейцев. Только редкие магические удары и вкус стали останавливали его навсегда. Чудовища упорно не желали сдаваться: лишь несколько существ были выбиты из строя неимоверными усилиями легионеров, среди которых оказалось уже несколько раненых. Те, кто встречался с подобными существами утром, с ужасом замечали, насколько опытнее стали противники по сравнению с первым боем: они будто запомнили то, что проделывали не так давно солдаты, и старались больше не допускать прошлых ошибок.

– Давай, ребятушки! – Кричал Артур, проносясь мимо строя с обрубленным крылом существа в руках. – Руби им крылья, хотя бы одно – они сразу начинают терять силы!

Бросив свою добычу, король на бешеной скорости врезался в группу чудовищ, теснящих нескольких легионеров. Где-то в стороне краем глаза он увидел падающего врага и услышал радостный крик товарищей.

– Так держать! – прокричал он, отражая выпад противника и молниеносно атакуя, целясь в самое основание крыла.

Удар, защита, еще удар, и вновь защита…

Легионеры, воодушевленные примером короля, словно глотнув живительной влаги, с новыми силами набросились на противника.

Еще один удар, и вновь защита…

Крылатые чудовища не желали так просто расставаться с жизнью, хоть и такой никчемной, основанной лишь на жажде крови и смерти. Они дрались подобно гладиаторам, вышедшим на арену против злобного хищника. Ничто не могло смутить хладнокровного врага – только искусство боя и выносливость могли принести победу центурии в этом поединке.

Еще один удар нанес король, за долю секунды до этого легко отбив коварный выпад существа. С хладнокровием и решимостью уже в который раз направил Артур свой верный меч в основание крыла, скорость и сила помогали ему в это мгновение. Чудовище взревело, едва удерживаясь в воздухе на одном уцелевшем крыле. Еще мгновение, еще пара несложных ударов – и израненный противник мешком полетел вниз, ломая на своем пути ветки и сучья.

Не задерживаясь и уже позабыв о небольшой победе, Артур стрелой поднялся в небо, чтобы оттуда с высоты посмотреть на ход боя. В нескольких десятках ярдов под ногами кипел настоящий смертельный бой. Его легионеры, свободно справившиеся с противником, впятеро превосходящим их по численности, увязли по уши в битве с несколькими десятками странных, лишь сегодня впервые появившихся на земле Афлота чудовищ. Магия, только магия могла помочь легионерам в эти минуты. Несколько чародеев, сражающихся бок о бок с простыми солдатами и Артуром, делали всё, что было в их силах. Больше десятка чудовищ уничтожили они своим волшебством, но почти два с половиной десятка существ еще были в строю и не проявляли ни малейших признаков усталости, чего нельзя было сказать о доблестных гвардейцах короля. На глазах Артура несколько измотанных и не способных более держать меч из-за ранений бойцов спускались на кроны деревьев.

– Где же Ивлин? Почему он медлит?! Еще десять, максимум – пятнадцать минут, и мы уже физически не сможем вести бой в таком темпе! Маги не могут сосредоточиться основательно на волшбе, да они и не очень-то высокого уровня… Только меч, старый добрый меч одержит победу в этой битве, – после секундных размышлений сделал вывод король. – Нельзя больше медлить, пора действовать! – Подумал он, поднимая над головой оружие и устремляясь в самую гущу боя.

Мощный бросок, удар с тыла – и еще одно чудовище, не понимая, что с ним произошло, с воем полетело вниз, упав на выставленную далеко вверх острую, подобно навершию копья, ветку. Последний предсмертный крик вырвался из глотки прислужника Тьмы, последний судорожный взмах оставшегося крыла – и тело обмякло, всё ниже скользя по острому «копью» под собственным весом.

– Еще один, – смахивая капли пота, прошептал король. – Пора бы, наконец, Ивлину и достичь лагеря карнибулов.

Звон стали вкупе с ревом существ не прекращался ни на минуту. Небо над лесом было похоже на синее озеро, над которым беспорядочно кружили испуганные птицы. Легионеры, уже немного свыкшиеся с метлолетами, уверенно вели воздушный бой, пикируя между рядами врагов и нанося последним смертельные удары. Не отставал от бойцов и король, который за получасовой бой лично уложил нескольких чудовищ. Его метлолет можно было встретить в самых опасных местах.

Прошло полчаса, но ни от карнибулов, творящих свою черную волшбу где-то под кронами вековых исполинов, ни от Ивлина не было никаких вестей. Бой продолжался, люди постепенно выдыхались, всё менее интенсивно размахивая мечами и хуже отражая удары чудовищ. Чуть более двух десятков крылатых тварей кружило в воздухе, но они не проявляли ни капли усталости, сражаясь так же, как и в первые минуты боя. Устал и Артур, сновавший от одной группы бойцов к другой, его меч стал менее вертким. Только магия чародеев поддерживала силы короля и его легионеров. Волшебники уже и не помышляли о боевой магии: они направляли все свои чары только на то, чтобы поддерживать в солдатах боевой дух и оборонять их от случайных метких ударов врага. Но судьба – коварная штука: никогда не знаешь, что произойдет с тобой в следующее мгновение, будь ты простой солдат или правитель огромной империи. Не знал об этом и Артур, когда, держа наготове свой верный клинок, подлетел к очередному творению злой магии карнибулов. Меч короля столкнулся с изогнутым клинком страшного врага, и после первого же удара король понял, что перед ним главарь этой группы чудовищ. Отдача от соприкосновения стали волнами пошла по рукам. Охранные руны меча Артура вспыхнули голубым пламенем.

Король встряхнул головой, думая о том, как могли сражаться с этим исчадием Тьмы его легионеры.

Крылатое чудовище, не зная усталости, вновь ринулось на Артура, размахивая острым оружием. Наскоро прочитав заклинание, чтобы хотя бы удержаться на метлолете в случае повторения удара, Артур увернулся от выпада и попытался зайти с тыла – благо с летным снаряжением король сталкивался ранее и летал очень хорошо.

Молниеносный бросок – и меч короля устремляется к горлу чудовища. Любой другой человек или существо послабее лишилось бы в это мгновение жизни, но тварь, представшая перед правителем, таила в себе несметные силы – она с легкостью отвела заколдованную сталь в сторону.

– Вот почему не слышно карликов, – подумал король, отбивая новый удар врага, – вся их сила ушла на этого уродца, вся их мощь встала сейчас передо мной с одним лишь желанием – жаждой моей гибели. Нет, так просто вам не взять короля Афлота! Так просто он не потеряет свою жизнь в самом начале войны!

Меч словно сам собой кружил перед королем, рука автоматически находила бреши в защите врага и пыталась пробиться через них. Но безрезультатно: чудовище будто наперед знало, куда в следующую секунду ударит Артур, и ставило соответствующие блоки. Меч горел, древние руны выступили на его лезвии. Голубое свечение сталкивалось и смешивалось с ярко красным сиянием клинка предводителя крылатых чудовищ.

– Почему я не увидел его раньше, почему не обратил внимания на этого монстра? – Не переставал думать Артур. – Почему с ним так легко сражались мои солдаты, почему он никого не убил ранее, почему, почему, почему? Где сейчас мои воины, где остальные твари?

Всё изменилось вокруг короля: куда-то исчезли в одно мгновение чудовища и легионеры Афлота. Два предводителя сошлись один на один, словно в тумане. Только звон мечей и усталость в суставах говорили королю о том, что он еще жив и всё, что его окружает, – это не сон. Клинок Артура пел, сталкиваясь со своим темным собратом. Тварь, по-видимому, начала злиться, осознавая, что так просто победу ей не одержать. Государь активизировал все силы и магию: его удары стали мягче и быстрее, но все безрезультатно – лишь однажды меч Артура оказался быстрее клинка чудовища, оставив на его теле широкую рваную рану.

– Интересно, – подумал Артур, быстрым движением смахивая крупные капли пота со лба, – сколько футов до земли? Как долго я буду лететь, если упаду? Стоп, что это за мысли?! Если я вдруг упаду, мои кости долго будут собирать по полянам, поэтому нельзя об этом даже думать! Но заклинание мягкого падения не помешает…

Еще несколько выпадов было отбито. Если дело так пойдет дальше, то победит тот, кто сможет дольше держать меч в руках – и, конечно, это будет не Артур, чьи силы вновь начали иссякать. Надо было предпринимать какой-то решительный и рискованный шаг.

– Эх, – вздохнул король, – была не была! Ждать милости богов сейчас не приходится, да и Ивлин что-то задерживается, поэтому медлить больше нельзя, надо действовать.

Один длинный прыжок – и его меч пронзил соперника, но… Под ногами не осталось спасительного метлолета. Пустота – и ничего более.

Пронзительный вопль разнесся на несколько лиг вокруг. Понемногу начал рассеиваться туман, окутавший двух лидеров, но ничего уже не могло спасти ужасного противника. Несколько секунд назад отряд Ивлина достиг назначенной цели. Быстрым клином сотня лучших воинов короля вошла в магический хоровод карбезов, в котором не менее сотни ужасных карликов плели свои убийственные заклинания. Если бы Ивлин не успел вовремя, замешкался бы на несколько минут, худо бы пришлось Артуру и его легионерам, измотанным в сражении над макушками исполинских деревьев: коварные карнибулы готовы были предоставить своим солдатам новую порцию силы – ту самую, которая могла уничтожить ослабевших бойцов и короля. Но на то Ивлин и был лучшим в манипуле, за это и стал он его предводителем, чтобы вовремя оказываться в нужных местах. Быстрые клинки летунов пронзили участников смертельного хоровода, раскидав темных колдунов по поляне. Меньше минуты понадобилось Ивлину, чтобы покончить с волшбой карнибулов и тем самым спасти своих товарищей, изнемогающих в битве над макушками деревьев. Меньше минуты – и хозяин красного меча растаял в воздухе, лишенный магии и пораженный верным клинком Артура. Но центурион все же опоздал. Артур, решивший сделать последний бросок, поразивший предводителя ужасных тварей, сорвался с метлолета и камнем устремился вниз. Заклятие мягкого падения сработало, но, видимо, из-за того, что король ослабел, оно было не столь эффективным, как он рассчитывал.

Макушки исполинских деревьев неумолимо приближались. Несколько секунд – и Артур спиной начал сшибать сучья. В долю мгновения перед ним промелькнули события последнего дня – известие о начавшейся войне; скорбь о том, что он решился на столь отчаянный бросок, оставив на произвол судьбы целый народ… Сожаление и горечь неудачи сжали в эту секунду душу короля.

– Не может быть такого, чтобы все так оборвалось, толком и не начавшись, – думал молодой государь. Еще мгновение, и Артур почувствовал удар: переломав немало веток, он с силой ударился о поросшую толстым слоем мха землю. Сознание покинуло короля. Его тело беззащитно лежало средь вековых исполинов и гигантских кустарников на мягком ковре из мха. В нескольких шагах от него, запутавшись в ветках, висел метлолет. Верные солдаты уже обнаружили потерю предводителя и, следуя приказу Ивлина, начали прочесывать лес, дабы найти хоть какие-нибудь признаки их пропавшего государя. Каждый из них ни на секунду не сомневался, что всеми горячо любимый и почитаемый король жив и здоров.

Прошло несколько минут, прежде чем Артур начал подавать признаки жизни.

– Жив я или уже оказался в небесных садах перед дворцом великих создателей? – Подумал король, едва придя в себя, и в этот момент боль медленным ручейком, струящимся по телу, сообщила, что он все-таки жив. Легонько вытянув ноги и растянув руки, Артур понял, что боги уберегли его. Или, возможно, заклятие, наложенное в последние мгновения перед падением, все же сработало. По первым ощущениям было понятно, что все кости целы, видимых травм и царапин на теле не было видно. Присев на траву, Артур, скрипя зубами, потер левый локоть и потрогал затылок.

– Все-таки падение не прошло даром, – сквозь боль улыбнулся король: очень сильно болел локоть, а на макушке прощупывалась большая шишка, похожая на огромную спелую виноградину.

– Ничего, и не такое бывало, – оглянувшись по сторонам и пытаясь понять, где он находится, вновь подумал молодой человек. Посидев несколько минут и окончательно придя в себя, он медленно поднялся. Высоко, среди макушек деревьев, еле-еле проглядывались голубые небеса, в которых сейчас кружила его верная гвардия. Совершив столь грандиозное падение, Артур оказался посреди довольно широкой лесной поляны, в нескольких десятках футов от которой ласково шумел ручеек.

– Хорошо все-таки тут, – подумал король, чуть оглядевшись. – Когда-нибудь обязательно надо побывать в этих местах.

Легкий ветерок пахнул в лицо молодого правителя, окончательно приведя его в чувство. Внимательно озираясь по сторонам, через некоторое время Артур заметил свой метлолет.

– Ну вот и все, можно возвращаться к товарищам, – радостно воскликнул государь, направившись в сторону своего транспортного средства.

Остановившись на секунду у ручья, чтобы утолить жажду, Артур заметил какие-то развалины, похожие на фундамент старинного здания.

– Что это может быть? – Недоуменно подумал молодой человек. – Кто мог жить в этих глухих лесах? Если мне не изменяет память, в радиусе нескольких десятков лиг отсюда нет ни одного поселения – один сплошной многовековой лес.

В это мгновение в его слегка потрескивающую от недавнего удара голову пришла, как он посчитал на тот момент, нелепая мысль о замке великой волшебницы, о котором ему рассказывали буквально час назад.

– Куда же могло исчезнуть столь могучее государство? – Подумал Артур, осторожно перешагивая через небольшой ручеек, и уже смелее, но все же с отзвуками небольшой боли в ноге, двинулся к заросшим древним мхом камням. Не услышь он от магов историю о волшебнице Мэрилин, Артур не обратил бы внимания на эти руины – мало ли в его огромной и древней стране заброшенных замков, мало ли кто мог жить в этих местах сотни или даже тысячи лет назад. Конечно же, строителей этих сооружений уже нет на этом свете, но память о них до сих пор живет в этих камнях, столь искусно выложенных многие века назад.

Подойдя вплотную к выступу каменной кладки, король прикоснулся к теплому камню рукой. Легкое тепло пробежало по его жилам: Артур представил, как когда-то этот камень был в основании великой крепостной стены, защищавшей могучий город от набегов различной нечисти, как многие сотни лет великое светило грело и питало его энергией.

– Где же ты, – сам собой возник в голове Артура вопрос, – где ты, хозяйка этого города, куда ты ушла тысячелетия назад, с какой целью увела свой народ с этих земель?

Луч света упал на руку короля, словно кто-то нарочно направил его, и медленно пополз вверх. Артур невольно заострил на этом свое внимание. Живой огненной змейкой солнечный поток заскользил между камней по зеленому мху, увлекая за собой взор и внимание правителя Афлота.

– Что это? – подумал он. – Опять волшебство? Неужто духи леса решили пошутить надо мной?

Подчиняясь воле неизвестной силы, Артур не спеша пошел вслед за таинственным свечением. Пройдя несколько десятков ярдов, молодой правитель приблизился к месту, где, по-видимому, раньше находились крепостные ворота. Чуть позже он заметил, что луч стал увеличиваться в размерах и гореть с каждой секундой все ярче и ярче. В тот момент, когда воин дошел до края стены – как раз к месту нахождения ворот, луч в одно мгновение вспыхнул, осветив все пространство поляны и ослепив Артура.

– Нечисть какая то, – думал король. – Опять происки врага! Вот сейчас-то они меня точно убьют, и так бесславно страна останется без своего непутевого правителя, который столь беспечно и самоуверенно в минуту опасности пренебрег своей жизнью.

Но ослепленные глаза необычайно быстро начали приходить в себя. Не веря им, Артур стал различать вокруг себя силуэты снующих в разные стороны людей. Он стоял у крепостной стены большого города, ворота были открыты…

– Посторонись! – окрикнул Артура голос за спиной. – Что ты встал как вкопанный посреди дороги?! Или проходи, или отойди в сторону, нашел время глазеть, самый оживленный час на дворе! Все едут на утреннюю ярмарку, а ты тут проезд загораживаешь!

Обернувшись, Артур увидел крупного телосложения мужчину в добротном сюртуке и сапогах бычьей кожи, что свидетельствовало о достатке их обладателя. Человек восседал на уставленной ящиками повозке, которую тащили два крупных быка.

Не веря своим глазам и не сказав дерзкому крестьянину ни слова, король отступил в сторону, с любопытством оглядываясь. Мимо него в разных направлениях двигалась разношерстная толпа – тут были и крестьяне, подобные тому, кто так дерзко окрикнул Артура, и люди в одежде ремесленников; проходили мимо воины в кованых доспехах, попадались даже эльфы, по какой-то надобности идущие в город.

– Где это я мог оказаться? – Все еще щурясь и потирая глаза, думал король. – А может, после падения и удара головой я все еще не могу прийти в себя и брежу? Моя фантазия забросила меня в какой-то сказочный город?

– Милорд, Артур, – окликнул молодого правителя вышедший из городских ворот воин в золотых доспехах и фиолетовой накидке за спиной. – Вас ожидают в городском дворце.

Артур чуть было не присел на землю от удивления: откуда его знают в этом невиданном городе?

– Кто вы? Где я нахожусь? – через секунду придя в себя, спросил молодой государь.

– Милорд, я не имею права что-либо вам говорить. В ближайшее время вы сами все узнаете. Направляйтесь за мной и ни о чем не беспокойтесь – вы у союзников, и вам ничего не угрожает. Спутники не заметят вашего отсутствия: ваше пребывание здесь по времени Афлота займет всего несколько мгновений.

– Так значит, мне это не снится? Это не галлюцинации больного воображения, не последствие моего удара о землю? – Не веря своим глазам и ушам, еще раз спросил король.

– Да что вы, милорд! Вы в полном здравии и сознании, а небольшие царапины от падения не причинили вам никакого вреда, – улыбнулся воин, жестом приглашая следовать за ним за городские ворота.

Артур не стал противиться воли рыцаря и покорно пошел вслед за ним, с любопытством оглядываясь по сторонам и всматриваясь в лица прохожих.

– Это богатый город, – сделал для себя вывод король, отметив помимо шикарного убранства улиц, пышных цветников перед домами и идеальной чистоты довольных и хорошо одетых горожан. Крестьяне были крепки и сыты, воины свежи и довольны, аристократия – вежлива и величава; каждый был уверен в завтрашнем дне, каждый был доволен своей жизнью.

– Точно такими же были граждане Арфина еще сегодня утром, – промелькнула грустная мысль в голове у Артура.

Путь воинов лежал по широкой улице, идущей от городских ворот в центр большого города. По обеим ее сторонам раскинулись красивые двух– и трехэтажные дома, первые этажи которых были заняты аккуратными лавочками и магазинами; попадались и трактиры. Огромные окна отделяли восседавшую там публику от многочисленных прохожих, кое-где прямо около магазинчиков и небольших закусочных были выставлены столики, за которыми под большими зонтами также сидели довольные горожане, угощались и в благодатной тени не спеша вели разговоры. Часто Артуру встречались воины в таких же доспехах, как у сопровождавшего его офицера; о том, что его попутчик – не последний человек в чьей-то армии, король понял по приветствию, которое отдавали им встречающиеся солдаты. Даже попадающиеся на их пути эльфы чуть склоняли голову и прикладывали руку к груди.

В молчаливой ходьбе пролетело около двадцати минут. Рыцарь все время шел впереди, изредка оборачиваясь и как бы проверяя, не отстал ли его именитый попутчик. Артур шел, ни на шаг не отставая, но одновременно успевал оглядываться по сторонам и любоваться красотами неизвестного города.

Еще минут через десять дорога начала расширяться, впереди показалась широкая городская площадь, за которой за небольшой декоративной стеной зеленел огромный сад, закрывавший своими кронами великолепный дворец.

Напарник Артура, не сбавляя шаг, быстро пересек площадь и направился ко входу в дворцовый парк, где его встретили еще несколько воинов, облачением похожих на попутчика короля. Не говоря ни слова, небольшая процессия углубилась в великолепный сад. Кроны вековых деревьев мягкими кистями спускались с высоты, кругом благоухали огромные цветники, кружа головы проходивших красотой и богатством ароматов. Словно волшебный художник нарисовал этот сад, дабы радовать взор любого, кому посчастливилось побывать в нем.

Пройдя по широкой дорожке еще несколько минут, воины приблизились к аккуратной поляне, в центре которой стояла большая беседка, оплетенная виноградными лозами; мраморные статуи по периметру ограждали полянку от остального сада; пруд, начинавшийся у беседки, прямоугольником уходил в глубь парка, питая влагой многочисленные растения и давая приют множеству рыб и водоплавающих птиц.

– Милорд, – нарушил молчание рыцарь, все время сопровождавший короля, – мы на месте. Пройдите в беседку и ожидайте. А нам пора удалиться, наша миссия выполнена. Извольте откланяться, – немного поклонившись, воины оставили Артура посреди великолепного сада и через мгновение скрылись за могучими деревьями.

Король послушался совета воина и легким шагом проследовал в указанном направлении. Войдя в беседку, он увидел небольшой столик, на котором исходил паром чайник, благоухало блюдо со сдобными булочками и разными сладостями, и стояло два столовых набора. Артур присел на стул, чуть отодвинувшись от стола, дабы не соблазняться яствами, и стал ожидать хозяина дворца.

Несколько мгновений король любовался великолепным видом на пруд – изящными кувшинками и грациозными лебедями, неторопливо скользящими по зеркальной глади. Пару раз крупные рыбины почти вплотную подплывали к беседке и с любопытством, чуть высунувшись из воды, внимательно рассматривали гостя, а затем, словно удовлетворив свое желание, с силой ударяли хвостом по водной глади и уплывали вглубь.

– Здравствуй, Артур, – раздался мелодичный женский голос за спиной у завороженного красотой парка мужчины.

Артур вздрогнул и обернулся. Перед ним в слегка светящемся ослепительно белом одеянии стояла молодая девушка необычайной красоты. Она была стройна и высока, прекрасные каштановые волосы легкими кудрями опускались ниже плеч, великолепный золотой обруч с огромным белым камнем красовался на голове. Ее речь звучала тихим и звонким ручейком, проникая в каждый уголок тела, а глаза были полны мудрости и магической силы. Артур понял, что перед ним стоит необычайной силы чародейка, коих не так уж и много во всей землях Маглендола, и тем более Афлота.

Артур моментально встал со своего места и быстро подошел к появившейся незнакомке, чтобы, соблюдая этикет, помочь ей присесть за столик и наконец-то узнать, куда на этот раз занесла его судьба.

– Спасибо, – приятно улыбнулась незнакомка, – я рада нашему знакомству. Очень много хорошего слышала о тебе, и вот теперь нам посчастливилось встретиться. – Еще раз, уже более открыто, улыбнулась девушка.

– Кто вы? – Не удержался от вопроса Артур, также присев за столик и во все глаза разглядывая свою собеседницу. – Куда я попал, где сейчас мои солдаты?

– Не все сразу, – засмеялась хозяйка шикарного сада. – Я все объясню, только прошу тебя откушать немного, а то ты с дороги и наверняка очень проголодался. Пока ты будешь есть, я отвечу на все вопросы.

Артур, послушавшись совета незнакомки, приступил к обеду – тем более, что, как и сказала девушка, голод после длительного перелета и интенсивного сражения давал о себе знать.

Незнакомка еще несколько мгновений сидела молча, после чего начала долгожданное повествование.

– Много веков назад, – прозвучали ее слова, – в лесу, над которым пролетал ты со своим манипулом, жила могучая чародейка и волшебница Мэрилин. Она мудро и умело управляла своим царством, раскинувшимся на многие лиги вокруг, помогала людям соседних королевств, водила дружбу с первородными и магами дальних Северных земель. Но однажды в ее владения пришли несколько великих синков, что жили где-то далеко за пределами известных ей стран. Много часов держали они совет, о чем-то долго спорили и договаривались, сидя под тенью вековых деревьев в прекрасном придворцовом саду столицы древнего магического государства. После этого разговора они удалились, договорившись встретиться, если случится то, от чего они хотели уберечь наш мир и сотни других миров, соединенных между собой звездными тропами. Они ушли, и великая Мэрилин, которая была равна им по силе и мудрости, скрыла свой город от любых взглядов, перенеся его в мир, граничащий с вашим – мир, в котором ей и ее жителям предстояло жить сотни и тысячи лет, пока не исполнится предначертанное древними чародеями, праотцами современных тебе магов.

Артур внимательно слушал незнакомку, временами от удивления забывая жевать и с любопытством вглядываясь в глаза собеседницы.

– Мэрилин – это вы? – Перебил красавицу король. – Вы скрыли свой город от взора обитателей Маглендола? Но для чего? Зачем?

– Да, Артур… – Мэрилин – это я. Многие сотни лет назад я убрала свое королевство с лица общего для нас с вами мира, чтобы не только люди, но и звери не смогли найти и увидеть нас. Чтобы мы стерлись из их памяти, оставшись лишь в легендах и сказках. Мы ушли, чтобы наш след был потерян темными силами. Но мы вернемся… не скоро, но мы вернемся, и отсчет времени до возвращения уже начался. Началось то, о чем мы с магами Звездных садов и перетальских земель общались века назад.

Артур хотел было начать расспрашивать о разговоре великих волшебников, о древней тайне, которую попытались скрыть великие синки, но Мэрилин, видимо прочитав его мысли, жестом остановила его.

– Не сейчас, доблестный Артур. Не пришел еще час отвечать на твои вопросы. Пройдет время – и ты обязательно узнаешь ответы, а пока об этом никто не должен знать.

– Тогда ответь мне, достопочтенная Мэрилин, для чего ты открылась мне, для чего вышла из тысячелетней тени, чтобы поведать мне все это? – Смирившись с отказом, задал новые вопросы неугомонный собеседник волшебницы.

– А ты любопытен, – улыбнулась чародейка. – Неспроста ты упал как раз около прохода, соединяющего наши миры. Я давно наблюдала за твоим правлением, давно следила за войнами, идущими в твоем государстве. Все сражения с иноземцами, что случались до сегодняшнего времени, ничем особым не отличались – это были вылазки жаждущих власти и крови смертных правителей, смертные воевали между собой. Зло блуждало за Зубастым хребтом, не привлекая к себе внимания, а на земле западнее хребта всё было спокойно, люди строили свои города, мирно деля их с магами и первородными. Конечно, не все было гладко, черные чародеи – приспешники Тьмы – захаживали в ваши края, но их вылазки были недолгими и безобидными. Но несколько дней назад войска Хозяина Тьмы подошли к границам Зубастого хребта и начали поход на восток. Его помощниками в этой войне стали карнибулы – уродливые порождения Тьмы, пришедшие когда-то давно в этот мир. На этот раз их вылазка привлекла внимание всех светлых магов, стоящих на страже мира. Тем более, что небольшие группы карнибулов, словно стаи стервятников, разлетелись по твоему государству в поисках наживы. Они понимали, что не смогут долго оставлять свое присутствие в тайне, но, по-видимому, надеялись отсрочить момент своего обнаружения. Может быть, еще какое-то время их действиям не придавали бы особого значения, но пару дней назад, на окраине Сказочного леса была совершена дерзкая магическая атака на население деревни Холмы: на её жителей напало полчище орков во главе с одним из сильнейших магистров Темных сил. В завязавшейся схватке погибло два мага. Их уход был последней ступенькой в древнем пророчестве, предсказавшем битву сил Света и Тьмы, центр которой придется как раз на твое королевство. Мне было поручено рассказать тебе об этом и предупредить о грозящей опасности. Это будет не просто война, ты должен это понимать, мой милый Артур.

– А что понадобилось Тьме в моем королевстве? – пряча некоторый страх, удивленно спросил у волшебницы Артур.

– О, это древняя борьба, о которой смертным лучше знать как можно меньше, – с серьезным лицом ответила Мэрилин. – Добро испокон веков воевало со Злом, также, как свет воюет с ночной тьмой, огонь соперничает с водой. Это две противоположности и им суждено постоянно быть в борьбе, в этом их сущность, их естество, установленное создателями. Когда все в мире спокойно, зло и добро находятся в гармонии, и вы – смертные, даже не задумываетесь об их существовании. Но когда Зло появляется, дабы исполнить свое предназначение и поработить все живое, погрузить все в кромешную тьму жестокости и страданий, вы становитесь на переднюю линию обороны – ведь только вам с небольшой помощью светлых сил возможно полностью уничтожить или загнать Зло как можно глубже в межмировое пространство. Что Тьма хочет получить в твоей земле, мы догадываемся, но говорить пока об этом не будем. Однако с сегодняшнего дня нам необходимо стать плечом к плечу, чтобы одержать победу. Так что, милый мой Артур, на твои плечи ходом истории взвален непосильный груз, который ты должен донести до конца, ибо последствия неудачи даже не хочется представлять.

Дворцовый парк погрузился в минутную тишину: каждый из присутствующих обдумывал сказанное и услышанное. Казалось, даже птицы на мгновение остановили свое беззаботное пение, чтобы не мешать раздумью человека и мага.

Артур вздохнул.

– Ну что ж поделаешь, если нашему государству выпала такая участь… В Афлоте уже объявлена мобилизация, через пару дней новые легионы встанут под наши знамена, и мы достойно встретим этот степной народ и их новых друзей. Единственное, что беспокоит меня – с нами очень мало чародеев. Если карнибулы начнут волшбу, нам долго не выстоять. Ты же, думаю, сама знаешь, что большинство чародеев ушло на север в земли Горенгеймов.

– Да, – спокойным голосом подтвердила волшебница, – я все это знаю. Николас Горенгейм – один из сильнейших магов вашего мира, он сделал правильный и обдуманный поступок, дабы объединить доселе разрозненных магов в могучую армию и под их защитой создать единое общемировое государство. Они помогут тебе, но чуть позднее, ведь у них давняя борьба с магистратом Тьмы. Да и я помогу тебе своими боевыми магами – через день тебя настигнет боевой манипул. Больше пока отправить не получится – нельзя оставлять город без войска. Хоть мы и скрыты от глаз Тьмы, но по звездным тропам шастает много нечисти. Как только у меня появится возможность перекинуть из других миров своих бойцов, они обязательно к тебе присоединятся.

– А как же ты, великая Мэрилин? – Удивился Артур. – Ты не поможешь нам в этой битве?

– Я всегда теперь буду рядом с тобой, мой дорогой друг, – улыбнулась Мэрилин, слегка прикоснувшись к руке короля. – Но открыто я не могу пока присутствовать на поле боя. Мое время еще не настало, но ты всегда сможешь обратиться ко мне за советом, и я моментально отвечу тебе.

По лицу Артура было видно, что его расстроил ответ чародейки – король рассчитывал, что поддержка таких волшебников, как Мэрилин, кардинально поменяет соотношение сил на весах предстоящей войны.

– Мы еще встретимся, и не раз, – угадав мысли правителя, пообещала его собеседница. – Не раз плечом к плечу мы будем выходить на поле битвы, оберегая мир от наших общих врагов. Но, как я тебе сказала, это время пока еще не наступило.

Минутное молчание острым лезвием пронзило разговор двух правителей. Каждый из них напряженно думал о своем. Особенно Артур, которому за последние сутки пришлось получить столько новых сведений, что не каждый смертный способен был удержать их в голове, не сойдя с ума.

– Хорошо, Великая, – нарушил тишину король, – пусть будет так, как велят высшие силы. Мы встанем на пути этой нечисти и защитим наши дома от разорения и надругательств. С вашей помощью мы сломаем хребет этому ненасытному зверю, чтобы впредь он не смог разинуть свою смердящую пасть еще на какую-нибудь страну. Мы привычны воевать с кочевниками. Пусть даже в этот раз они будут подпитаны магией Тьмы, но за нами – наши жены и дети, за нашими плечами те, за кого мы в ответе, поэтому мы не имеем права проиграть эту войну.

– Молодец, Артур, ты достойный правитель своего государства и настоящий воин. Моим воинам, да и мне за честь будет стать под твои знамена.

Артур встал и поклоном выразил признательность словам чародейки.

– Теперь ты знаешь почти все, – продолжила волшебница. – Тебе пора держать путь к месту назначения, тем более что твои отважные солдаты начинают волноваться из-за твоего отсутствия. А мы с тобой еще не раз встретимся и посидим в этих садах уже за более спокойными разговорами.

Артур еще раз поклонился гостеприимной хозяйке дворца и хотел было двинуться в обратную дорогу.

– Постой, – остановила его Мэрилин. – Прими этот амулет: он убережет тебя, с его помощью ты будешь со мной постоянно на связи. А кроме того, в нем сокрыта огромная древняя сила, которая поможет тебе в трудную минуту.

С этими словами чародейка извлекла из складок своего великолепного платья небольшой светящийся амулет округлой формы, украшенный алмазами. По краям прекрасной вещицы слабым голубым сиянием выделялись древние руны. Артур взял подарок и сразу же почувствовал его необычайную силу – по жилам короля словно заструилась некая новая сущность. Государь ощутил себя намного сильнее, словно с амулетом к нему пришел опыт и сила прошлых великих хозяев этого сокровища.

– Да, Артур, ты прав, – вновь опередила вопрос короля чародейка, – с этим амулетом твои магические силы возрастут многократно. Храни его – и он будет оберегать тебя, а его сила придаст тебе уверенности на поле боя перед лицом ужасного врага. Да и в тот момент, когда от твоего решения будет зависеть судьба всего мира, он поможет найти и сделать правильный выбор. – До встречи, мой король, до встречи на поле боя, да хранят тебя правители Звездных садов, – попрощалась с воином чародейка и исчезла.

– Милорд, – в ту же секунду раздался голос воина, проводившего короля к садовой беседке, – нам пора в обратный путь: время открытия ворот подходит к концу, скоро проход закроется, вам надо успеть вернуться.

– Хорошо, идем, – коротко ответил Артур, – веди меня, доблестный воин.

Дорога назад была столь же молчаливой, что и путь на свидание с волшебницей. Только, идя во дворец, Артур любовался красотами тайного города, а дорога назад была пройдена в раздумьях об услышанном.

Дойдя до ворот, мужчины остановились.

– Вам следует закрыть глаза, и в тот же миг вы окажетесь у руин крепостной стены – в том месте, где вас настигла вспышка, – сухо, по-военному объяснил сопровождающий. – Через несколько минут вас найдут ваши солдаты, и вы продолжите свой путь. На закате я и мой боевой манипул присоединимся к вашей процессии, так что прошу не пугаться нашему появлению, – чуть улыбнулся воин.

– Меня зовут Петрус, я командир гарнизона славного города Мэрилин, – сдержанно представился он. – Теперь я буду служить под вашим руководством.

– Спасибо, Петрус, – продолжая размышлять, улыбнулся Артур, еще не до конца осознавая сказанное парнем.

– Вам пора, государь, – поклонившись и приложив руку к груди, произнес рыцарь. – Вам надо возвращаться.

– Да, конечно, конечно, – промолвил Артур и крепко зажмурил глаза.

Сквозь закрытые веки он ощутил яркую вспышку, и через мгновение вновь оказался на том же месте у развалин древней крепости, откуда некоторое время назад переместился для разговора с чародейкой.

– Может, это все-таки последствия удара? – Промелькнула в голове шальная мысль. – Может, я так шандарахнулся о землю, что мне все это привиделось?

Кругом также безмятежно пели лесные птицы, чуть в стороне весело журчал ручеек, приглашая тех, кто находился рядом, отведать прохладной родниковой водицы. Возможно, Артур и откинул бы мысли о разговоре с древней волшебницей и списал все на последствия падения, но, открыв ладонь, он увидел полученный от нее амулет.

– Нет, – прошептал он, – это не сон и не галлюцинации. Это все было наяву.

Наконец осознав, что случившееся с ним было реальностью, Артур громко выдохнул и успокоился. Теперь он точно знал свое место во всей этой истории.

Надев амулет на шею, король еще раз обернулся на руины древнего города и быстрым шагом пошел к лежавшему в стороне метлолету.

– Пора вернуться к моим славным воинам, – думал он, – а то они, наверное, уже и не чают найти меня в живых – прошло ведь столько времени!

Всего несколько мгновений понадобилось Артуру, чтоб подойти к своему верному метлолету. После встречи с Мэрилин и получения амулета король словно заново родился – его и без того немалые для смертного магические силы выросли многократно, организм был свеж и крепок, не чувствовалось ни усталости, ни боли от падения, а нога, которая еще совсем недавно прихрамывала, теперь и не думала болеть.

– Командир, вот он! – Раздался где то над головой голос одного из его солдат.

Артур поднял голову и увидел над собой воина на метлолете. Выше уровня деревьев можно было без труда различить фигуры людей, спускающихся на лесную поляну.

– Ваше величество! – Спрыгивая с метлолета, взволнованно заговорил Корун. – Вы живы, с вами все хорошо, слава богам! После Вашего падения чудовища резко ослабли и нам понадобилось всего несколько минут, чтобы уничтожить их. Сразу же после этого я запустил заклинание поиска и мы нашли вас, но потом я не понял что произошло – вы куда-то исчезли на несколько секунд, а затем снова появились.

– То есть, ты хочешь сказать, что я упал несколько минут назад? – перебил своего товарища король.

– Да, милорд, прошло не более пяти минут, – взволнованно подтвердил Корун. – Еще даже не подоспели войска Ивлина и Друка. С вами все в порядке?

– Не переживай так, мой друг, я даже больше чем в порядке, – с улыбкой, проговорил король. – Я тебе такое расскажу, что ты не поверишь! За эти секунды я пережил очень многое! Но не буду спешить – прибудут Ивлин с Друком, тогда всем и расскажу.

– Хорошо, государь, – немного успокоившись, промолвил Корун.

– Давай-ка сделаем привал на обед, ведь мы уже много часов в пути, скоро вечер, да и воины устали после битвы, – похлопывая волшебника по плечу, заговорил Артур. – Командуй привал и распорядись, чтобы раненые были доставлены ко мне.

– Будет исполнено, мой король, – склонил голову чародей и побежал исполнять распоряжения своего командира.

Прошло еще несколько минут, пока все легионеры спустились на поляну, которая была очень удобна для отдыха. Вода, мягкий мох, тень деревьев были так необходимы изможденным путникам!

– Артур, с тобой все в порядке! – Раздался полный радости голос Друка где-то в стороне и чуть выше уровня земли.

– Да, все обошлось, – улыбнулся военачальник, обернувшись в сторону приближающейся группы Ивлина, – все обошлось как нельзя лучше, я вам все расскажу.

Вскоре на поляне загорелись костры из сухих веток и воины приступили к обеду. Возле одного из кострищ уселись военачальники небольшого отряда Артура: сам король, его незаменимый первый центурион Ивлин, два мага – Друк и Корун, а также бессменный спутник во всех путешествиях – эльф Корум. Не торопясь попивая горячий чай, Артур рассказал о случившемся с ним, подробно описав встречу с Мэрилин и пересказав долгий разговор.

– После этого она подарила мне этот амулет и исчезла, – закончил свое повествование правитель Афлота. – Потом меня проводили до ворот и я вновь оказался на этой поляне.

Секундное молчание повисло над костром: друзья, не веря своим ушам, обдумывали услышанное.

– Я догадывался, что она существует, но не верил, что она появится на моем веку, – взволнованно нарушил молчание Друк. – Значит, действительно это не простая война, значит, все очень серьезно. Я слышал, – продолжил Друк, – что она появится, когда всему миру будет грозить опасность уничтожения, и только единственный смертный сможет спасти его. Но это все легенды, – поправился маг, – мне их рассказывала моя бабушка, когда я был совсем мальчишкой.

– В любой легенде скрыта частичка правды, – задумчиво произнес Ивлин. – Я тоже слышал об этом. Видимо, мы дожили до того самого судьбоносного времени, так что друзья, надо с гордостью пронести это бремя, чтобы нашим потомкам не было стыдно за своих предков.

– Прилив магических сил очень ощутим в тебе, – перевел разговор на другую тему Друк. – Теперь я даже на расстоянии чувствую мощь, разливающуюся по твоим жилам. Ты пока не в полной мере можешь ей управлять, но пройдет совсем немного времени, и ты полностью возьмешь под контроль свои новые возможности.

Еще несколько минут воины разговаривали о новых открывшихся обстоятельствах, затронули и прошедшую битву. Ивлин и Друк рассказали, как их воины с гордостью выполнили поставленную задачу.

Артур, дослушав друзей, отошел в сторону, к берегу ручья, где лежало несколько раненых воинов. Подойдя к ним, он неосознанно приложил руку к их ранам и, к собственному удивлению, начал читать неизвестные ему ранее заклинания. На его глазах бойцы, бледные от потери крови и полученных ран, начали приходить в себя и покрываться здоровым румянцем. Проделав подобный ритуал с каждым, Артур отошел в сторону. На его глазах происходило чудо: подаренный амулет, висящий на шее, горел ярким голубым пламенем – и такое же голубоватое свечение небольшими искорками кружилось у ран солдат. Глубокие следы вражеских мечей затягивались буквально на глазах, оставляя шрамы, которые возникают при естественном исцелении через многие месяцы лечения. Еще немного – и раненые уже могли самостоятельно стоять на ногах и вновь держать оружие.

– Теперь нам пора, – улыбнулся король, возвращаясь к костру. – Пора продолжать путь, время сейчас бесценно.

Воины моментально сложили свои вещи, затушили костры, приведя поляну в первозданный вид. Наполнив сосуды для питья свежей родниковой водой, они вновь были готовы к длительному перелету.

– Вылетаем! – Громко скомандовал король, запрыгнув на метлолет и зависнув в воздухе, ожидая остальных. Увидев, что все легионеры уже над землей, он взмахом руки отдал приказ подниматься над лесом. Когда поляну покинул последний солдат, Артур еще раз пролетел над развалинами крепостной стены и поднялся в голубую высь, где его в полном составе ожидал манипул лучших воинов Афлота.

– Ну, друзья мои, в путь – в сторону восхода солнца, навстречу врагу, – проговорил король и полетел вперед.

Соблюдая боевой порядок, манипул двинулся в ранее избранном направлении, оставляя далеко позади место недавней битвы.

У каждого, включая и короля, в голове кружился хоровод мыслей: каждый обдумывал происходящее, кто-то анализировал итоги первого сражения новой войны, кто-то думал о родных, кто-то любовался красотами любимой страны. Артур же вспоминал необычайную встречу и уже с нетерпением ждал новой.

Еще несколько часов прошло в полете над землями великого Афлота. Под ногами славных воинов мелькали дремучие леса и огромные реки, широкие зеленые степи и возделанные крестьянами плодородные поля, взорам воинов представали и рукотворные красоты великой страны – несколько больших городов и множество деревень преодолели они за это время.

Далеко за спиной за край горизонта опускалось солнце. Приближалась ночь.

– После захода будем искать место для привала, – отдал приказ Артур подлетевшему Ивлину. – С рассветом вновь двинемся в путь, и уже скоро будем на месте.

– Да, мой государь, – коротко ответил закаленный в боях центурион.

Еще несколько минут прошло в спокойном полете, как вдруг со стороны захода солнца, заслоняя диск светила, появились темные очертания приближающихся к боевому отряду существ.

Памятуя о случившемся не так давно бое, легионеры пришли в боевую готовность, выхватив могучие мечи и быстрострелые луки.

– Артур, – окликнул военачальника Друк, – я не чувствую чужеродной магии. К нам приближаются светлые силы.

– Ах да, – улыбнулся король. – Великая Мэрилин предупреждала, что на закате к нам присоединится ее отряд.

Сбавив скорость боевых метлолетов и медленно двигаясь вдоль русла большой реки, передовой отряд войск Афлота стал дожидаться приближающихся незнакомцев.

Вскоре к уже почти остановившимся афлотцам на могучих пегасах подлетело не менее двадцати воинов, облаченных в золоченые доспехи, подобные тех, которые совсем недавно король наблюдал на воинах скрытого города. Во главе процессии был его недавний знакомый – командующий гарнизоном Петрус.

Улыбнувшись, с трудом сдерживая своего необычного коня, он поприветствовал Артура.

– Командир, как и обещала моя госпожа, с этой минуты мы – верные солдаты вашего величества. С этой минуты мы – воины Афлота.

Артур не мог скрыть радости. Совсем недавно он был в печали по поводу новой войны: что такое несколько профессиональных легионов против сотен тысяч диких кочевников! А тут такая радость – воины доселе никому не известного войска, имеющего опыт войны за пределами этого мира, встали под его знамена. К тому же многократно увеличившаяся магическая сила самого короля придавала ему уверенности в будущей победе.

Одно только удивило и обеспокоило короля: чародейка говорила о манипуле отборных магов, а вместе с Петрусом в лагерь короля прибыло всего около двух десятков.

Видимо, умея управляться не только с мечом, но и со словом, руководитель нового отряда еще раз улыбнулся и поспешил развеять страхи и сомнения своего нового командира.

– Достопочтенный Артур, – с уважением начал он, – я чувствую ваше беспокойство по поводу численности нашего отряда, но, спешу вас уверить и успокоить, что большая его часть выдвинулась в конечную точку нашего маршрута. А нам выпала честь сопровождать ваше величество, чтобы сразу выразить почтение и глубокое уважение.

– Полно тебе, Петрус, – с улыбкой перебил его Артур, – будто не в поле мы с тобой, а в тронном зале встретились! Оставь все придворные любезности до окончания войны, а сейчас давай говорить по-простому, как два воина. Тебе, как и Ивлину, и другим старшим центурионам следует обращаться ко мне, как к равному.

– Да, мой государь, – с еще большим уважением в голосе ответил Петрус.

– Ну вот и славно! – продолжил разговор король. – На этом и остановимся. Так будет удобнее, чтоб не раздувать мобильный отряд до когорты. Вы правильно сделали, что отправили его на передовую – возможно, их помощь будет там намного нужнее, чем нам.

– Государь, – вмешался в разговор Ивлин, – парни нашли хорошую полянку на берегу реки для привала. Думаю, вам стоит на нее посмотреть.

– Ивлин, если ты мне о ней говоришь, значит, считаешь, что она подойдет нам для отдыха. Тогда командуй привал и размещай солдат на ночлег.

На берег реки легионеры опустились уже почти в сумерках. Выставив караулы и оборудовав лагерь по всем правилам военного времени, разложив костры и приготовив ужин, воины стали постепенно готовиться ко сну – летняя ночь очень коротка, а на завтра был запланирован большой перелет, и неизвестно, что будет ждать воинов Афлота в его конце. Сон медленно, но верно забирал в свои объятия славных воинов. Немного покрутившись на походном ложе, укутавшись в плащ, провалился в дрему и Артур. Перед его глазами стояли лица родных и близких, еще совсем недавно бывших рядом, лица новых друзей и знакомых, лицо великой Мэрилин. Несколько минут – и походный лагерь погрузился в здоровый и крепкий сон. Лишь зоркие часовые и охранная магия оберегали подступы к воинам, и только редкое ржание пегасов, звуки недалекого леса, жужжание насекомых и шлепанье рыбы в реке нарушали тишину. На лесной поляне все было спокойно, будто и не было войны.

Глава пятая

– В бой, – негромко раздавалось над каждым отрядом. Горы, словно помогая воинам, разносили их боевой клич в разные стороны, и непосвященному могло показаться, будто команда была произнесена не тихим шепотом, дабы не нарушить последние минуты сна карбезов, а звучала громко и уверенно, словно боевой клич. Много веков эти горы ждали мести за нарушенный некогда покой, много веков они хранили в себе тяжесть тысячелетней битвы, почти уничтожившей ее детей, – гномов Зубастого хребта. Поэтому духи гор с большим удовольствием помогали воинам Моргана и Прадли в их ошеломляющей и почти безумной затее пойти сотней мечей на сотни тысяч профессиональных воинов… Но какие же это были мечи! Гномы легко управлялись своими могучими секирами и боевыми топорами, казалось, никогда не выпуская их из сильных, окрепших в условиях тяжелой горной работы рук, да и воины-беглецы – недавние пленники – не отставали в мастерстве владения оружием: до момента начала злоключений, до страшной минуты потери свободы большинство из них были охотниками или воинами.

Прежде чем быть захваченным в плен и обратиться в невольника, каждый из них потерял родных и близких, убитых кочевниками. На долгое время сломлено было тело пленников, но не сломлен дух и не убито желание мести – благородной мести за своё родное, за частицу себя. Поэтому все они, ушедшие прошлой ночью под своды гор, готовы были хоть с голыми руками идти на врага и мстить ему за свою боль и боль близких. Всё это и делало небольшой отряд гномов и людей грозной и опасной силой, способной смести все на пути своей праведной мести.

– В бой! – Разносилось в теле горы, – и небольшие отряды тонкими ручейками тянулись из тайных врат, которые, даже при большом желании, нельзя было обнаружить.

Над Зубастым хребтом хозяйничала ночь, яркие звезды, словно тысячи светлячков, горели в вышине. Луна уже спряталась за горизонт, чтобы не мешать затее воинов Моргана и Прадли. Кое-где виднелись костры, вокруг которых сидели кочевники, уверенные в своей безопасности и халатно не выставившие боевое охранение на эту ночь. Видимо, событию прошлых суток не только руководство, но и простые воины не придали большого значения. Для них пропажа пяти десятков рабов ничего не значила – немногим менее погибало ежедневно от непосильного труда или несчастных случаев.

– Ушли так ушли, – подумали, наверное, карбезы. – Кругом скалы, да и наши войска растянулись на много лиг. Так что у рабов всего два выхода: либо сгинуть в сердце гор, куда они так бездумно ушли, либо сдаваться своим хозяевам, которые милостиво примут непокорных назад и возложат на их плечи еще более непосильную работу.

Боевые машины, вокруг которых спали рабы, наслаждаясь несколькими часами покоя, стояли в стороне, поэтому, чтобы подойти к ним, надо было пройти мимо костра охраны.

– Вот они какие, эти мерзкие кочевники, – бубнил себе под нос Прадли, чуть наклонившись, чтобы быть менее заметным. – А где же их товарищи карнибулы? – спросил он у Моргана, стоящего рядом.

– Не знаю, друг мой, я лишь несколько раз видел этих исчадий ада, и из разговора охраны понял, что они где то в центре обоза. Думаю, завтра их процессия будет как раз в этих местах. Так что, дружище, – улыбнулся Морган, похлопывая нового товарища по плечу, – сегодня у нас очень хорошие шансы на победу. Друзья ждут нашей команды для начала штурма, мы должны освободить как можно больше пленников, ну и, по возможности, уничтожить стражу.

– Все отряды готовы к атаке, – шепотом сказал Антиро, – они сообщают мне, что все спокойно, ситуация аналогична нашей: враг спит, охраны нет, боевые машины не охраняются. Думаю, десяток минут у нас будет, пока не поднимется шум. Надо напакостить как можно больше и лучше, – улыбнулся волшебник, – чтобы впредь карбезы не были так самоуверенны и беспечны. А то, видите ли, на войну они пошли, думают маршем по Афлоту пройтись, за недельку до столицы добраться, а там их уже с цветами ждут и ключами от городских ворот! Не бывать этому никогда.

– Ребята, – шепотом обратился к своему отряду Морган, – мы сейчас потихоньку подходим к охранникам, так же тихо ликвидируем их и быстро освобождаем наших товарищей. Пока десяток вырезает стражу, человека три освобождают пленных, ну и оставшиеся помогают беднягам скрыться в теле горы. Делаем все быстро, а то, не дай бог, нас обнаружат раньше времени, а это совсем не входит в наши планы. И еще, – добавил Морган, – надо вывести из строя машины, чтобы они потратили время на их починку или освобождение дороги. Но тоже – все это делайте как можно тише!

Осмотрев еще раз свое небольшое войско, Морган дал отмашку Антиро. Через секунду все отряды знали, что пора начинать бой.

Медленно, бесшумно пробираясь между камнями, небольшая группа людей и гномов начала приближаться к ближайшему костру. Около тлеющих углей недавнего кострища на звериных шкурах лежало около десятка кочевников, кривые сабли были подложены под головы. Где-то в стороне, за валунами, стояли кони беспечных карбезов, но, благодаря магии Антиро, они не почувствовали приближения незнакомцев и не смогли подать сигнал своим уже обреченным хозяевам. Волшебники маленьких отрядов возмездия старались использовать самую простую магию, сходную с магией гор, дабы лишний раз не привлекать внимание карнибулов, которые могли в любую секунду обнаружить их и подать сигнал тревоги, тем самым обрекая предприятие Моргана на провал.

Подойдя почти вплотную к кострищу и осторожно ступая на землю, чтобы, не дай бог, не издать малейший неосторожный звук, воины окружили стоянку врага. Острые клинки гномьей стали наконец-то дождались своей жатвы. Много веков они ждали крови врага, и вот сейчас этот момент настал: они исполнят то, для чего были изготовлены в глубинных кузницах Хребта.

На каждого из нападающих было по одному кочевнику, просыпающему последние мгновения жизни. Ни у кого из ночных гостей не дрогнула рука опустить клинок на спящего – у каждого из мстителей перед глазами стояли картины из их прошлого, когда под покровом ночи многие из них так же лишились родных. Несколько мгновений – и десять испускающих последнее дыхание тел навеки осталось в горах Зубастого Хребта.

Столь же бесшумно воины поспешили к месту нахождения рабов. Некоторые из них в момент убийства не спали, но все же не подняли тревогу, с интересом наблюдая за происходящим, а когда ночные незнакомцы подошли к ним, то с нескрываемой радостью встретили неожиданное освобождение.

– Ребята, – торопясь, зашептал Морган, – не пугайтесь, мы свои. Может, слышали о вчерашнем побеге, – так это мы сбежали, и теперь пришли помочь вам, чтобы потом всем вместе мстить нашим мучителям. – Как же не слыхали, – послышался в ответ шепот нескольких мужчин, – о вас только и речи было весь сегодняшний день, вдоль всего каравана рабы знают о вашем подвиге. Сегодня весь день карбезы рыскали по ближайшим скалам, но, видимо, ничего не нашли и успокоились. Мы все переживали за вас и молили богов, чтобы с вами все было отлично, чтобы вы смогли спастись, а о таком подарке всемогущих, как собственное спасение, мы даже не помышляли!

– Друзья, не будем терять времени: ночь коротка, а нам так много предстоит сделать, – прервал восторженные речи недавних рабов Морган. – После битвы за кружкой доброго гномьего эля обсудим всё и порадуемся жизни, а пока вам следует пройти за нашими друзьями под своды гор. Только перед этим заберите оружие у карбезов – оно им больше не пригодится.

На все мероприятие у отряда Моргана ушло около десяти минут, а итогом стали десять убитых врагов и десять освобожденных товарищей. Ударная мощь кочевников ослабла на одну боевую машину, так как предусмотрительные бунтари перерезали все стягивающие элементы. Одно движение или один малейший толчок – и многофутовая махина превратится в кучку деревянных блоков, собрать которые в новый аппарат займет не одни сутки.

Аналогичная ситуация наблюдалась и у остальных отрядов. Беспечные кочевники мирно спали у костров, и эти их небрежность и легкомыслие превратили здоровый ночной сон в вечный. Кое-где случались оплошности: хрустела предательская ветка под ногами, или откалывался небольшой камень, но умелая магия входивших в отряд чародеев спасала диверсантов от провала.

Уже около часа под звездами чинилась тихая расправа над высокомерными надзирателями, счет жертв пошел на третью сотню. Проторенная тропа на сотни ярдов была окроплена кровью кочевников. Тонкие ручейки бывших рабов струились между камней в сердце хребта, где их уже ждали друзья – гномы.

– Антиро, спроси у собратьев, как обстановка вокруг их отрядов, – тревожно обратился к волшебнику Морган, – у меня нехорошие предчувствия. Кажется, на сегодня нашу вылазку пора заканчивать, карлики могут почувствовать появление магии в пределах их каравана.

– Морган, – зашептал гном, – все спокойно, нам нечего бояться, можно еще пошалить немного, чтобы отправить в чрево подземных печей побольше душ наших врагов.

– Прадли, – улыбнувшись, покачал головой парень, – сегодня мы ставили перед собой задачу освободить наших товарищей, чтобы потом всем вместе уже серьезными силами мстить врагу. Нам это удалось: теперь только людей в нашем распоряжении больше двух сотен, а это две отборные центурии жаждущих мести ребят; да и твоих ратников не меньше. У нас уже хорошее войско, с которым мы можем дать бой карбезам, к примеру, следующей ночью, и как следует наказать врага.

– Я связался с нашими отрядами, у всех пока спокойно, но чувствуется напряженность животных – будто они чуют приближение неприятеля, – вступил в разговор Антиро. – Мои друзья говорят, что это связано, скорее всего, с приближением к месту скопления карликов. Наша магия перебивается их волшбой, а усиливать ее, чтобы дальше благополучно скрываться, не имеет смысла – так как мы сразу обнаружим себя. Поэтому я поддерживаю Моргана и предлагаю на сегодня завершить нашу вылазку и спокойно покинуть тропу.

– Будь по-вашему, – кивнул гном. – Антиро, труби отступление, за сутки соберемся с силами, вооружим людей и тогда дадим настоящий бой, как подобает детям гор. Отомстим карнибулам за их прошлые грехи.

Антиро передал приказ отступать всем отрядам, и ночные мстители, не торопясь, соблюдая все меры предосторожности. тихой поступью двинулись ко входам в царство гномов.

Через несколько минут, пройдя местами первой ночной бойни, отряд Моргана поравнялся с выходом из сердца скалы. Осторожно, постоянно оглядываясь, новоиспеченные воины скрывались среди каменных сводов пещеры. Лишь Морган, Прадли и Антиро не спешили заходить в сердце горы.

– Что ты задумал, друг мой? – Почувствовал переживания лидера восставших гном.

По лицу Моргана можно было понять то, что в его голове и сердце творится неразбериха.

– Да, друг мой, ты прав, – сдержанно улыбнулся воин, – я думаю, что нам немного надо поменять тактику боя. Предлагаю оставить меня по эту сторону баррикад, дабы из логова врага я мог координировать действия ваших войск. Я хочу чтобы вы за сегодняшний день полностью вооружили новых воинов, а ночью, ну или в другой удобный момент, обрушились на кочевников. Просто я сомневаюсь, что следующая вылазка у нас пройдет так же гладко, как и сегодня. Обнаружив убитых, карбезы в любом случае выставят дополнительные посты и не будут так беспечно спать. Поэтому я оденусь в лохмотья раба и прибьюсь к одной из наступательных машин, чтобы, так сказать, из первых рядов координировать ваши действия. Как вам такой вариант?

– Интересно, но очень опасно, – встревожился Антиро, – не было бы беды.

– Да не переживай ты так, – подмигнул другу Морган, – сколько времени я эту лямку тянул, и ничего же, все обошлось.

– Мне кажется, – перебил их гном, – надо десятком идти, полностью занимать всю машину, чтоб подозрений не было.

Морган задумался на мгновение.

– С одной стороны ты прав, но, мне кажется, не каждый сейчас согласится вновь приковать себя к машине, – ответил воин.

– Я готов пойти, – раздался за спинами голос одного из товарищей Моргана, – ради общего блага я готов еще денёк побыть рабом. Да и мои товарищи, уверен, пойдут ради правого дела со мной!

– Ну вот и славненько, – улыбнулся бунтарь, – тогда переодеваемся, сдаем оружие и быстро перевоплощаемся в рабов.

Всего несколько мгновений понадобилось воинам, чтобы скинуть доспехи и сдать мечи, облачившись в еще не забытые лохмотья.

– Я буду постоянно следить за вами. Прикоснувшись к земле, ты сможешь мысленно говорить со мной и давать сигналы. В случае тревоги или по первому твоему сигналу мы начнем действовать. – Уверенным голосом добавил Антиро.

– Если что, ты только дай сигнал, – похлопал по плечу новоиспеченного друга Прадли, – сотня гномов будет следовать параллельно вашей повозке, и в случае опасности им понадобится лишь пара минут, чтобы выйти на поверхность. А там и мы подоспеем. Так что, держитесь, друзья мои.

Поговорив о чем-то еще несколько минут, друзья разошлись. Морган с десятком друзей пошел к последней освобожденной ими машине, чтобы притвориться рабами и продолжить движение в составе обоза карбезов, а Прадли с остальными товарищами отправился заниматься вооружением новой освободительной армии, насчитывающей уже, помимо гномов, более трех сотен штыков.

С момента начала атаки прошло всего пара часов, но за это время жизнь нескольких сотен человек поменялась до неузнаваемости. Сотни бывших рабов, уже и не помышлявших о свободе, в одночасье обрели ее, да к тому же получили шанс отомстить своим угнетателям. А множество бывших надсмотрщиков, в свою очередь, лишились жизни. Конечно три сотни убитых в трехсоттысячном войске – это капля в море, но капля ощутимая. Причем эффект неожиданности и страх сделают свое дело: доселе уверенные в своей безнаказанности и легкой победе кочевники задумаются, поняв, что свои жизни они могут потерять за секунду, причем не обязательно на поле боя.

Морган и девять его товарищей спокойно дошли до машины, почему-то не разрушенной, как все остальные, и привязали себя к ней – правда так, чтобы в любой момент можно было освободиться от пут.

Тяжелые гномьи мечи были оставлены ими при выходе из расщелины, но остаться полностью без оружия было тоже не очень приятно, поэтому товарищи взяли по кривой сабле карбезов, аккуратно спрятав клинки в многочисленных щелях деревянной боевой машины. Это оружие, извлеченное из тайников, могло спасти жизнь или иным образом повлиять на судьбу псевдо-невольников.

Прошло еще около получаса, прежде чем откуда-то издали начали доноситься голоса степняков, будящих рабов и приводящих в порядок лошадей. Голоса становились все ближе и ближе, по цепочке команда к началу движения передавалась от одной машины к другой, от одной группы кочевников к следующей. И вот уже совсем рядом раздались голоса врагов, охранявших соседнюю осадную машину – голоса счастливчиков, до которых сегодняшней ночью не добралась смерть, пощадив пока их полную убийств и издевательств жизнь.

– Ну всё, ребятки, держитесь, они уже рядом. Еще несколько мгновений – и они забьют тревогу. Делаем вид, что мы ничего не знаем, не видели и знать не можем, – серьезным голосом сказал Морган. – Да пребудут с нами боги, – уже шепотом произнес он и с содроганием сердца стал ждать приближения кочевников.

Пара мгновений – и из-за большого валуна показалось несколько недавних хозяев положения, чувствовавших себя свободно и безнаказанно. Не торопясь, они шагали в сторону Моргана и его товарищей. Казалось, их ничего не тревожило; они были так увлечены разговором, что даже не смотрели в сторону потухшего костра и десятка окровавленных тел своих товарищей. Но безмятежность не могла быть вечной. Окрикнув товарищей и не получив ответ, один из приближающихся кочевников обратил взор в сторону ночлежки. Его лицо мгновенно поменяло выражение с жизнерадостно улыбающегося на испуганно непонимающее. Замерев на месте, он одернул своего друга и молча указал в строну трупов. Через секунду второй воин со встревоженным криком побежал в обратном направлении, а первый, обнажив клинок и озираясь по сторонам, направился к догоревшему кострищу.

Морган и его бойцы сделали вид, будто только что проснулись и заняты подготовкой к тяжелому трудовому дню, но надсмотрщик даже не посмотрел в их сторону. Подойдя к окровавленным телам и убедившись, что они бездыханны, он бегом направился в сторону следующего кострища. Через минуту крик негодования и испуга донесся и оттуда.

Улыбка радости и морального удовлетворения промелькнула на лицах Моргана и его друзей: наконец-то они дали почувствовать своим врагам горесть непредвиденной утраты и зародили в них страх перед неизвестностью.

Убежавший за подмогой кочевник уже возвращался назад с несколькими десятками земляков. Все они были напуганы и, обнажив клинки, принялись бегать между осадными машинами, находя при этом все больше и больше убитых товарищей и подсчитывая пропавших рабов.

Обстановка накалялась. Кочевники собирали убитых, что-то крича на своем наречии; черные всадники сновали между камней; где-то вдалеке были замечены несколько карнибулов. На прикованных рабов никто не обращал внимания – все были заняты убитыми и пропавшими. По реакции карбезов было понятно, что в произошедшем они винят в первую очередь сбежавших рабов. Умелая магия горных духов и гномьих волшебников скрыла следы небольшой армии мщения. Многочисленные группы всадников по узким горным тропам начали разъезжаться в стороны от места убийства – видимо, конные разъезды были высланы вдогонку якобы сбежавшим рабам.

Летнее солнце уже значительно поднялось над горизонтом, а обоз и не собирался двигаться в путь: карбезы заканчивали последние приготовления к преданию огню погибших кочевников – благо, после ночных погромов осталось море свободной древесины. Испуганные ночным происшествием воины даже не пытались расчистить путь для своего каравана, и большой участок горной дороги все еще был заставлен разбитыми осадными машинами.

Вынужденная задержка огромной армии на горном перевале принесла ощутимую пользу мобилизующемуся Афлоту, украв у его врагов драгоценное время и добавив его Артуру и королевским войскам, еще не знавшим о появившихся у них союзниках, которые уже жалили карбезов в самое сердце.

Уже много часов стоял караван, не продвинувшись ни на ярд. Только что закончились ритуальные сожжения тел погибших. Постепенно обоз приходил в себя, степняки пересчитывали потери в живой силе и технике, прикидывали число пропавших пленных и ждали новостей от конных разъездов. Все это время на рабов не обращали никакого внимания: даже появлявшиеся иногда группы черных карликов лишь на мгновение останавливали взгляд своих жутких глаз на их лицах. Только единожды какой-то старый карнибул дольше других изучал Моргана, словно пытаясь проникнуть вглубь его души. Но, видимо, и ему не удалось преодолеть преграду из внутренней ненависти, таящейся в душе раба, и умелой древней горной магии, также ненавидящей незваных гостей.

В тревоге и неизвестности армия кочевников встретила полдень. Солнце неторопливой летней поступью прошло половину своего суточного пути и столь же медленно направилось к западным вершинам гор, а отряд до сих пор стоял на месте и не начинал движение. Морган ликовал: своими действиями они уже более восьми часов сдерживали движение кочевых племен. Где-то за валунами слышна была брань и крики надсмотрщиков, пытавшихся заставить рабов убрать с дороги развалины осадных машин. Несколько раз до слуха молодого бунтаря доносилась безмолвная речь его соратников по оружию, переживавших за него и интересовавшихся делами на горной тропе. Ободрив друзей сообщением о страхе карбезов, Морган продолжал мирно ждать продолжения. Наконец часа через два после полудня дорога была очищена, тела погибших преданы огню, а армия медленно, с необычайными предосторожностями двинулась в заданном ей направлении. Теперь воины степи не были так безмятежны и веселы, как вчера; не слышны были шуточки и смех. Над караваном стояла тишина. Только скрежет колес, стоны рабов, изнуренных непосильной ношей, и редкий храп лошадей нарушал задумчивое молчание карбезов. Видимо, они начали понимать, что им может грозить опасность, что рядом притаился неизвестный враг и теперь постоянно надо быть наготове. Опасаясь нового нападения, охрана осадных машин была увеличена вдвое, а по склонам часто попадались конные воины, наблюдая с высоты за продвижением войск.

– Испугались, косматые! – почти шепотом произнес Морган, обращаясь к своим товарищам. – Не понравились им подарки ночных гостей!

– Вон как всполошились, – улыбнулся воин, шедший справа, – почти десять часов отняли мы своим набегом. Не ожидали они… Думали, что их движение будет быстрым, победоносным и безопасным.

– И не говори, – ответил Морган, – потрепали мы им нервы: вон, караулы аж в два раза увеличились, еще и на возвышенности выставили дозорных, теперь не так просто будет их атаковать.

Медленно тянулись машины по горной тропе. Никто из рабов не спешил нагнать потерянное кочевниками время: в сердцах у каждого зародилась надежда на скорое спасение, ведь уже весь караван знал о ночном происшествии, и каждый из пленников молился своим богам, дабы те оберегли и сохранили жизни спасенным товарищам. Впрочем, даже надсмотрщики не шибко погоняли замедливших движение рабов: каждый из них боялся, что ночной ужас может в ближайшее время случиться и с ним, и кто-то из обиженных нанесет смертельный удар. Каждый из степняков пристально оглядывался по сторонам, присматриваясь к расщелинам и выслеживая затаившегося врага за каждым валуном и кустиком.

В таком неторопливом темпе прошло еще пару часов. Дозоры все также сновали по склонам гор, ни на секунду не ослабляя бдительность, а надзиратели, казалось, совсем перестали обращать внимание на своих подчиненных, оставив транспортировку боевых машин без должного присмотра.

– Пора, думаю, и переговорить с нашими, – прошептал Морган, обращаясь к друзьям. – Надо узнать, как обстоят у них дела, благополучно ли прошла ночная вылазка.

– Да, наш командир, – ответил Моргану кто-то из соседей, – пока косматые заняты обзором окрестностей, надо подумать о том, что делать дальше. Видимо, мы хорошо их напугали, так что следующие действия надо как следует планировать и организовывать – по всей вероятности, так легко, как сегодня, у нас уже точно не получится.

– Ты прав, дружище, – вздохнул Морган, – не ожидали они такой наглости от кучки оборванцев. Но, мне кажется, они не до конца представляют, с кем имеют дело. Думаю, они до сих пор предполагают, что им противостоит лишь кучка беглых невольников, прячущаяся в расщелинах скал. Да, пусть после сегодняшней ночи беглецов стало больше, но это все равно кучка жалких рабов, которые и меч в руках не смогут уверенно удержать. Я надеюсь, что о помощи со стороны жителей сердца Хребта и духов гор им еще не известно, и пусть как можно дольше это останется для них тайной. Негоже сразу выкладывать все козыри перед врагом.

Радость и понимание, а также уверенность в своих силах читалась в глазах бывших рабов.

– Не зря мы пошли на этот опасный и рискованный шаг, – подумал Морган, мысленно анализируя события последних дней.

– Командир, пора, – прошептал один из идущих рядом воинов, – кочевники объявили десятиминутный привал. Мы прикроем тебя, а ты делай, что должен.

Морган молча кивнул, слегка улыбнувшись товарищу.

Кочевники иногда объявляли привалы: чаще всего их причиной были расщелины, пересекающие тропу, которую осадные машины проскочить с ходу не могли – и для ее преодоления требовалось сооружение временных мостиков. В редкие минуты отдыха рабы, не задействованные в работе, просто валились на землю и отдыхали, наслаждаясь каждой секундой благодатного покоя. Так что упавший на землю Морган и усевшиеся вокруг него невольники не вызвали у кочевников никаких подозрений.

– Антиро, ты слышишь меня? – Прислонив руку к земле, чуть слышно зашептал Морган.

– Да, друг мой, очень хорошо слышу тебя, – ответил маг через несколько секунд. – Как ваши дела? Как кочевники? Мы очень переживаем за вас. Боевая сотня гномов, ведомая духами гор, следует недалеко от вас, так что, если вдруг…

– Все хорошо, спасибо тебе, – перебил товарища Морган, – у нас все спокойно. После ночных событий кочевникам глубоко безразличны рабы: они заняты поисками ночных гостей, тут даже карнибулы мелькали. Ты лучше расскажи, как вы ушли? Благополучно ли прошла ночная вылазка, все живы, здоровы?

– Конечно, – ответил маг. – После того, как мы вас покинули, было принято решение готовиться к новому штурму – все-таки гномы – отличные воины, у них все так хорошо организовано. Лишь только начали подтягиваться в условленное место первые ручейки боевых отрядов с освобожденными рабами, друзья Прадли быстро организовали питание и обеспечение новых солдат оружием и обмундированием. В течение часа было сформировано пять полных полуцентурий из освобожденных рабов. И, как выяснилось, все они очень профессионально умеют обращаться с мечом. Нами было освобождено больше двухсот пятидесяти человек – таким образом, нас уже три сотни, три полные и хорошо вооруженные центурии. Так что, друг мой, – почувствовал незримую улыбку собеседника Морган, – теперь можно уже серьезно пощекотать кочевникам нервы.

– Молодцы, ребята, вы отлично справились! – Подбодрил товарища молодой командир. – Три сотни мечей, да несколько сотен гномов – это уже большая армия, это тебе не кучка голодных оборванцев!

– Друг, – перебил Антиро, – расскажи, как ведут себя кочевники, чтобы мы могли обдумать ход наших дальнейших действий.

После полученных новостей Морган в нескольких словах описал обстановку вокруг себя, подробно и четко акцентировав внимание на передвижениях конницы и карнибулов.

– И что ты думаешь? – После нескольких мгновений молчания нарушил тишину Антиро.

– Я думаю, что атаковать надо не глубокой ночью, а перед самым рассветом, когда враги немного потеряют бдительность, да и группами раза в три больше, чем вчера, чтобы сделать все молниеносно и бесшумно, – высказался Морган. – Конечно, группы в тридцать мечей не так уж и бесшумны, но зато с ними будет безопаснее в случае засады или обнаружения отряда бдительными часовыми.

– Вставайте, что разлеглись, хватит прохлаждаться! – Послышался совсем недалеко голос надзирателя, приглядывающего за машиной.

– Все, прекращаем разговор. Если не выйдем на связь, значит все идет по плану, атаку совершайте в запланированное время, – скороговоркой прошептал Морган и быстро поднялся на ноги, вновь вживаясь в роль изнуренного тягостями бытия раба.

Вторая половина дня прошла так же монотонно, как и раньше проходили дни рабов. Огненный шар Солнца нещадно пек головы, пыль, поднимавшаяся от проезжающих рядом конных воинов, забивала глаза.

Неторопливо наступал вечер. Солнце постепенно начало опускаться за горизонт, легкий ветерок робко ласкал изнуренные тяжелой работой и дневным зноем тела. Еще совсем немного – и наступит долгожданный привал, который подарит несколько часов спокойствия и тишины тысячам закованных в железо рабов. Еще несколько часов – и десятки, а может быть, и сотни из них обретут свободу и получат шанс отомстить своим обидчикам за разрушенные жизни и смерть близких.

И вот небо потемнело, множество звезд, словно бусинки пота на уставшем лице раба, выступили на небосводе. Наконец по цепочке раздался приказ остановить движение. Этот приказ был словно бальзам на израненном теле воина. Машины с шумом останавливались, рабы, гремя цепями, рассаживались на землю и со вздохом облегчения вытягивали ноги, предвкушая недолгий отдых и скудный ужин, который немного поддерживал в них силы.

– Все, ребятки, – прошептал Морган, – еще несколько часов – и начнется наша с вами работа.

В ответ воин получил множество одобрительных кивков своих старых товарищей.

В томительном ожидании прошла еще пара часов. Сразу после заката мимо пленников пронеслось несколько конных разъездов, и даже охрана у костров сидела, не выпуская оружие из рук. По периметру предусмотрительно были выставлены дозоры, не спускающие глаз с каменных стен горных склонов. Но все было тихо. Медленно текли часы, кое-где уже слышался беззаботных храп конвоиров и дозорных, наивно решивших, что усиление стражи напугает ночных гостей.

Близился рассвет. Еще час, может, чуть больше – и на востоке начнет розоветь небосвод.

Морган не выходил на связь со своими товарищами, дабы никоим образом не вызывать даже малейших магических волнений. Кто знает, может быть ночью карбезы более пристально следят за обстановкой в войске.

Прошло еще около четверти часа, и безоблачное небо, усыпанное множеством звезд, начало стремительно затягиваться тучами. Подул сильный ветер, пронзающий до костей своим ледяным дыханием. Люди, которые беззаботно дремали еще несколько минут назад, вскочили на ноги. Костры тухли под бушующими порывами стихии. Те, кто был свободен, бросились к лошадям, чтобы успокоить их и не допустить панического бегства; другие же пытались хоть как-то закрепить неповоротливые осадные машины, чтобы те не были перевернуты всё более усиливающимися порывами ветра. Через несколько минут небо стало совершенно черным, ветер выл, словно дикий зверь, загнанный в узкий горный лабиринт, холодные водные потоки сплошной стеной хлынули с небес. Начался ливень, какого уже давно не видели эти места. Гром сотрясал скалы, эхом разлетаясь по округе, и в этой стихийной суматохе никто даже не думал о том, чтобы смотреть по сторонам и выслеживать врага – все были заняты только тем, что усмиряли взбесившихся животных, да переброшенными через осадные орудия канатами удерживали последние от неизбежного опрокидывания.

Вместе с одним из ужаснейших раскатов грома тряхнуло и хребет: земля начала ходить под ногами людей и животных, раскачивая и так шатко стоящие деревянные конструкции. Несколько десятков секунд стоял ужасный гул, после чего во многих местах начались камнепады. Это стихийное бедствие еще больше напугало животных и притупило бдительность стражников.

И вот началось…

В следующий удар небесной стихии, оглушающий всех и вся – точнее, в предшествующей ему вспышке молнии зоркие глаза Моргана рассмотрели фигуры людей с обнаженными мечами, выпрыгивающие из невесть откуда взявшихся разломов в земле. Их были десятки. После землетрясения никто из кочевников не обратил внимание на движения земной коры, а между тем во многих местах образовались небольшие трещины, которые чудным образом при каждом раскате грома увеличивались в размерах, и в конце концов начали выскакивать воины Моргана и Прадли. Гномы и люди тенью появлялись за спинами ослепленных стихией кочевников и молниеносно исполняли свой страшный приговор. Первые десятки бездыханных тел уже лежали на каменистой тропе – там, где их настиг приговор незримых судей. Первые напуганные рабы были освобождены и направлены к спасительным расщелинам в земле.

Морган был вне себя от радости: он и предположить не мог, что его друзья решатся на вылазку столь оригинальным способом, да еще в такой момент. Хотя где-то глубоко в душе он надеялся, что всё это представление – именно их рук дело.

Скинув кандалы и взяв в руки спрятанную саблю, он вместе с друзьями, крича от радости, бросился на ближайших кочевников. Сейчас можно было не бояться быть услышанным: в кромешной темноте, лишь изредка разрушаемой вспышками молний, при столь ужасном ветре и раскатах грома все равно никто бы не обратил внимания на крики. А даже если бы кто-то и услышал боевой вопль Моргана и его товарищей, то вполне мог бы принять его за испуг или истерику какого-нибудь раба.

Раскаты грома, вспышки молнии, радостные крики разносились над хребтом. Те из рабов, кто не пожелал сразу спуститься в расщелины, брал в руки уже в достатке разбросанные по земле сабли кочевников и бросался в бой вместе со своими спасителями, освобождая все новые и новые десятки рабов и отправляя в небытие все новые партии кочевников, так и не пришедших в себя и не вступивших полноценно в сражение.

Радость по поводу благополучно выполненной операции, счастье за десятки освобожденных людей разрывали сердце Моргана, направо и налево орудующего острым клинком. Молодой бунтарь чувствовал поддержку товарищей, сражающихся рядом, всей кожей ощущал их боевой настрой и силу. Еще немного, думал он, и надо уходить – неизвестно сколько будут молчать маги кочевников.

А тем временем карбезы постепенно начали приходить в себя, оправившись от первых минут внезапно начавшегося боя. Уже увереннее разносился звон кинжалов над хребтом, уже почти повсеместно истребление кочевников превратилось в полноценный бой.

– Пора, – подумал Морган, – пора уводить друзей под защиту скал: ведь у большинства из них нет никакой защиты от врага, кроме горячего желания сражаться. Надо уводить их, дабы сохранить полученные результаты.

– Уходим, – приложив руку к земле, закричал Морган, – все в укрытие, останавливайте бой и уходите!

Благодаря поддержке гномов и духов гор его приказ донесся до слуха каждого, кто встал с ним под одни знамена.

Везде, где только что шел бой, армия рабов-беглецов начала массово прыгать в разломы и скрываться в недрах горы. Это было вовремя, так как весть о бое, видимо, донеслась до карнибулов. Сила и ярость кочевников возросли многократно – они уже не отступали под натиском рабов, а уверенно продвигались вперед, не обращая внимания на отчаянное сопротивление. Уже начали появляться первые жертвы среди воинов Моргана.

Но, к счастью, все больше и больше бывших невольников уверенными ручейками стекало в земные провалы. На поверхности оставались лишь гномы и хорошо вооруженные воины первой волны, закованные в латы и имеющие хорошее оружие, которым не страшны были наговоры карнибулов. Еще несколько минут – и последние десятки скрылись под землей, оставив на поверхности сотни убитых врагов и десятки разрушенных орудий.

Раскат грома разнесся над хребтом и земля сомкнулась, укрыв своих союзников в недоступных для их врагов пределах. Все было сделано вовремя, так как буквально через минуту на месте сражения появились группы мерзких карликов, которые уж точно повернули бы ход битвы в другое русло. К счастью, под землей их магия была не страшна – здесь Морган и его товарищи были в полной безопасности.

Бой был окончен, цели, поставленные перед войском выполнены. Теперь оставалось подвести итоги сражения, набраться сил и думать о будущем, чем и занялись воины нового войска, оказавшись в горных пределах.

– Ну и молодцы же вы, братцы, – заулыбался Морган, наконец-то встретив своих друзей по оружию в огромном зале, куда со всех сторон стекались освобожденные люди.

– А то! – гордо промолвил Прадли, перекидывая с руки на руку боевую секиру. – Хорошо порезвились мы этой ночью, давно не пило наше оружие столько вражеской крови.

– А как мы придумали с грозой и землетрясением, а? – Довольно спросил Антиро. – Ох и долго мы с нашими друзьями гномами подбирали подходящее заклинание!

– Вы все молодцы, – обнял товарищей командир, – все хорошо справились с возложенной на нас задачей, и особенно приятно видеть ее результаты.

Морган молча обвел рукой обширный зал, заполненный людьми и гномами. Многие из бывших рабов уже скидывали с себя старые лохмотья и получали новые вещи; кто-то, приведя себя в порядок, шел завтракать в специально отведенные для этого помещения. А ручейки новых людей все стекались и стекались в зал…

– Как у вас все четко организовано! – восхитился Морган, рассматривая суетящихся гномов, раздававших пищу и одежду с оружием новым воинам.

– А что тут теряться-то было? – С гордостью ответил Прадли. – Перед наступлением мы сразу развернули полевую кухню и выпотрошили все склады с оружием и вещами. Нами было приготовлено полторы тысячи комплектов, и даже сейчас наши кузнецы, ткачи и маги не прекращают работу, производя оружие и доспехи для войска.

Морган крепко обнял своего нового друга: он был безмерно рад тому, что судьба подарила ему таких союзников и не дала сгинуть в недрах пещер.

– Мы теперь вместе до конца, друг мой, – улыбнулся гном. – У нас общий враг, и мы сделаем все, что от нас зависит, дабы он навсегда забыл дорогу в наши и ваши земли. Мы чтим память наших предков, и наша победа будет для них лучшим подарком, лучшим восславлением их былых подвигов.

Выслушав друга, Морган еще крепче обнял гнома, прижав его голову к своей груди.

Надев доспехи и наскоро перекусив, командующий уже большой и грозной армией прошелся по залу в сопровождении Прадли и Антиро, наблюдая за слаженной работой гномов и солдат первой и второй партии освобождения. А заодно командиры подвели итоги ночной вылазки.

Всего за двое суток, прошедших с момента освобождения небольшой группы рабов, маленький отряд, решивший всеми силами портить жизнь своим невольникам и чудом повстречавший неожиданных союзников, вырос с нескольких десятков голодных и почти безоружных воинов в более чем полуторатысячную армию хорошо вооруженных и сытых бойцов. Семь полных манипулов встало под знамя освобождения за двое суток. Семь, хорошо вооруженных, почти поголовно состоящих из бывших солдат отрядов было готово встретиться лицом к лицу со своими вчерашними надсмотрщиками. Боевые доспехи, заговоренные магией духов земли, гномьи клинки и невероятный боевой дух делали бойцов почти непобедимыми. Теперь Морган и его союзники могли выставить против врага семь полных манипул, полную центурию лично отобранных для своей гвардии воинов и более трех сотен гномов. Отныне можно было не просто пугать кочевников ночными вылазками, а планомерно и систематически, используя магию гномов, уничтожать врагов, сея среди них панику и страх перед новыми солдатами свободы.

– Ну что, друзья, – промолвил Морган, – давайте будем думать, как побольнее укусить этого степного зверя.

Глава шестая

Приближался рассвет. Всю ночь небольшой отряд молодых магов в сопровождении пяти эльфов, прикрепленных к ним руководством Перетальского бастиона, так вовремя пришедшего на помощь жителям Холмов, провел в дороге. По общему согласию и твердой воле Бориса решено было тронуться на поиски магистра Хриптона и подлых карнибулов, нарушивших покой и порядок тихой деревеньки и забравших жизни двух дорогих ребятам человек. Путь предстоял неблизкий – по словам старого Мурига, отголоски похожей магии очень часто стали появляться в отрогах Зубастого Хребта, что лежал на юго-востоке от Сказочного леса, как раз на восточной окраине Земель Семи Владык, чьи просторы тянулись по всему Югу от предгорий Рубежных гор на севере до берегов Окраинного моря на юге. Эльфы с радостью решились выступить проводниками молодых магов, взваливших на свои плечи столь ответственную миссию, тем более путь небольшого отряда проходил через родной для остроухих стрелков Громкий лес. Всю ночь небольшой отряд не останавливал быстрого бега резвых коней, которых предоставили путникам прибывшие на подмогу жителям Холмов воины. Всего четверть часа ушло у Бориса и его друзей на сборы и прощание с родными: молодые люди клятвенно пообещали вернуться домой сразу после исполнения задуманного. Никто не плакал: все понимали, что в тихие и спокойные земли Маглендола пришли новые времена, закончились беззаботное детство и спокойная старость – начиналась новая война, которую здешние места не видели уже многие сотни лет. Зачем и для чего пришли карнибулы с воинами Тьмы в земли светлых магов, ведали только старцы Звездных садов, чья мудрость была сокрыта от умов простых людей. Но неизвестность не пугала друзей, да и старина Муриг как-то легко благословил небольшую команду на дальнюю и трудную дорогу. Не противились походу и другие маги. Так что через четверть часа небольшой отряд уже двигался по лесным тропам на юго-восток, к склонам Рубежных гор, чтобы, преодолев их, оказаться в землях славного королевства Афлот.

Ехали молча. Каждого поглотили думы, каждый размышлял о том, что произошло сегодня вечером, и обдумывал, что ждет их впереди. Друзья вспоминали старые времена, когда их обучал Седовласый Грасс, беззаботные детские игры и юношеские шалости.

Преодолев несколько лиг, конный отряд решил наконец-то остановиться и сделать небольшой привал: путь предстоял долгий, и спешка была ни к чему – зачем лишний раз изнурять коней бессмысленной скачкой?

Спешившись, молодые маги быстро развели костер, выставили караул, и, отпустив лошадей, расселись вокруг огня. Рядом разместилось и трое эльфов. Наскоро перекусив, ребята решили отдохнуть несколько часов, чтобы с новыми силами двинуться в путь на поиски своего врага.

– Не переживай, Борис, – нарушила тишину Рианис, – найдем мы этого монстра, отомстим ему за нашего друга и учителя.

Она молча обняла парня, перебиравшего кончиком прутика угольки костра. Мелкие огненные искорки медленно разлетались в стороны от огня, завораживая и успокаивая наблюдавших за ними.

– Жалко деда, – промолвил Борис, продолжая смотреть на огонь и о чем-то думать.

Помолчав еще несколько мгновений он продолжил:

– Если бы не наши игры, они остались бы живы, наша сила помогла бы им в бою с Хриптоном. Это я виноват в их смерти. Я и никто более. Это все мой характер, желание нашкодить.

– Нет, Борис, – перебила его подруга, – не вини себя. Твой дед – очень сильный маг, возможно, самый сильный в нашем лесу, и если у него не получилось, в этом не может быть нашей вины. Видимо, так решили старцы Звездных садов, призвав твоего деда к себе. Не вини себя, мы отомстим за их жизни.

– Она права, Борис, – вмешался в разговор один из эльфов по имени Легос, – мы знали твоего деда очень давно, и его уход не случаен, так что бери себя в руки и давай думать над тем, как осуществить задуманное и узнать, где искать воинов Тьмы. Теперь у нас общая задача – одна на всех, ведь карнибулы давние враги и нашего народа.

Борис удивленно поднял глаза на собеседника, как бы спрашивая взглядом о причинах этих давних разногласий.

– Видишь ли, мой друг, – начал эльф, – когда-то давно с одним нашим отрядом произошла очень неприятная история. Они должны были убрать с глаз живущих в этом мире некий очень страшный артефакт. От успеха этого предприятия зависела судьба всего мира, и эльфы справились, но предки этих карликов всячески мешали их действиям, и от их рук погибли практически все члены того отряда.

– Ого! – Вслух удивились сидевшие вокруг огня маги.

– Мы и не знали об этом, – продолжил за всех Борис, – ты расскажешь нам эту историю?

– Конечно, мой друг, – улыбнулся говоривший. – Но лучше, чтобы тебе рассказали ее наши старейшины – ведь наш путь будет лежать как раз через земли эльфийского народа, где эту легенду вы услышите намного подробнее. Отчего-то я думаю, она как-то связана с нашей вчерашней историей, ведь эти карнибулы – потомки тех существ, которые уничтожили героев легенды. Но не буду забегать вперед: обо всем вы узнаете в свое время. А сейчас предлагаю немного отдохнуть. Путь предстоит длинный, силы нам будут ой как нужны.

– Хорошо, мой друг, – сдержанно улыбнулся Борис, потягиваясь и удобнее укладываясь у костра.

– Как говаривал мой дед, утро вечера мудренее. Давайте немного отдохнем, а что делать далее, решим по исходу отдыха.

Все одобрительно закивали и последовали примеру старшего товарища. Лишь эльфы, которые решили в этот привал нести дозор, продолжали сидеть у костра, тихо о чем-то перешептываясь и стараясь не разбудить своих попутчиков.

Прошло всего несколько минут – и над поляной разносилось лишь здоровое юношеское дыхание уснувших друзей.

Лето было в самом разгаре, светало рано, но у отдыхающих был еще час до восхода солнца. Небольшая компания из пяти молодых магов и пяти эльфов остановилась на небольшой лесной поляне в нескольких лигах южнее селения Холмы. Маленькая речушка, подобная той, у которой сутки назад безмятежно рыбачили Грасс и Борис, протекала вдоль восточной оконечности поляны, слабый туман поднимался над ее водами. Животные и птицы еще спали, лишь одинокие насекомые неторопливо пели свои песни. Ничего не нарушало спокойный сон товарищей, спал и Борис. Но его сон был необычным: едва закрыв глаза, юноша провалился в туман…

Он стоял на берегу реки, и густой туман окутывал его со всех сторон, скрывая окружающий мир. Медленно переступив ногами, Борис сделал шаг, потом второй – ни о чем не думая, не боясь столкнуться с неизведанной преградой или провалиться в невидимую яму. Он просто шел, и под его ногами мягко стелилась лесная трава. Минута, еще одна… Сплошной туман и тишина вокруг, лишь стук сердца нарушал ее. На плечах Бориса красовался его сиреневый плащ, являющийся отличительным признаком молодых магов Маглендола. Но откуда он взялся, ведь второпях парень забыл его дома? Да и никто из друзей не накинул плащ, выехав в том, в чем застала его битва во время неудавшегося свадебного торжества.

– Что это? – Удивился молодой маг. Только сейчас он заметил в своей руке посох – тот самый, который дед прятал в своем хранилище и который собирался в скором времени ему подарить. После памятного сражения парень вернул волшебную вещь на место, решив не трогать раньше обозначенного Грассом времени. – Хотя, – снова подумал Борис, – это же сон, здесь все может быть.

Еще несколько десятков ярдов было пройдено в раздумьях о случившемся. Борис шел, совершенно не думая, куда и зачем идет. Ноги сами несли его вперед, а тело безропотно им повиновалось.

– Что это впереди? – остановившись, начал присматриваться маг.

Сквозь пелену тумана проглядывали отблески небольшого костра, рядом с которым сидел, опершись о посох, путник.

– Не вини себя, мальчик мой, – раздался спокойный голос Седовласого Грасса. – Не вини, – настойчиво повторил он. – Подходи скорее ко мне, нам надо о многом успеть поговорить.

– Дед?! – Обрадовано произнес парень, ускоряя шаг и направляясь к поднявшейся фигуре белоснежного мага, с распростертыми объятиями встречавшего своего внука.

– Вот мы и снова вместе, – довольно промолвил Грасс.

– Но как же, дед?! Ты же погиб, так же вышло! – Путая слова, обнял старца мальчик.

Крепко обнял он деда, так крепко, как всегда обнимал при встрече.

– Зачем ты ушел от меня? – Дрогнувшим голосом упрекнул Борис старика. – Ты мне сейчас очень нужен!

– Мое время пришло, мой дорогой. Я ждал этого мгновения многие сотни лет, и оно наступило. Я теперь далеко, и в тоже время всегда буду рядом с тобой, в твоем сердце, в твоем посохе. Я должен был уйти при первом же зове старейшин Небесного сада, и он прозвучал именно в тот момент, когда начался бой с моим давним противником. Много раз мы встречались с ним на полях сражений, много раз он уходил от меня, и вот пришел момент, когда ушел и я. Пусть он наивно полагает, что победил меня, пусть тешит свое самолюбие мнимой победой. Эти его мысли на пользу нам: он беспечно будет недооценивать нашу силу.

– Так ты не погиб? – С надеждой в голосе, перебил деда Борис.

– Нет, мой милый мальчик. Я просто ушел в Небесные сады, где понадобилась моя помощь. Для чего я это сделал, ты узнаешь чуть позже. А сейчас давай посидим с тобой, поговорим о бытии. Когда еще нам представится шанс так просто поговорить о мирском…

Присев на небольшой пенёк, дед продолжил:

– Еще вчера, когда мы возвращались с рыбалки, я почувствовал возмущение магических сил, отголоски чужеродной, но какой-то знакомой магии. Я не сразу узнал своего старого противника. С этого момента я хотел заранее подарить тебе твой заслуженный посох, но не успел этого сделать. Поэтому одной из целей моего теперешнего визита является исправление этого недоразумения. Теперь он твой. Теперь ты – настоящий боевой маг. Не смотри на то, что тебе всего восемнадцать лет – это не показатель, ты готов к своей миссии. Получив посох, ты почувствуешь, как начнут прибывать твои силы, как быстро ты начнешь прибавлять в мастерстве. Вскоре ты займешь достойное место в славном воинстве магов Маглендола.

– Ты сделал правильный выбор, что пошел вслед за Хриптоном – это твоя судьба. Правда, с вами должен был пойти и Антоник, но сложилось так, что он погиб раньше срока…

Борис молчал: он внимательно смотрел в лицо деда, всматриваясь в такие родные морщины, перебирая в руках складки его боевого плаща.

Дед улыбнулся.

– Не переживай, Борис, все у тебя получится. Ты должен идти за зовом сердца, туда, куда оно тебя поведет. Слушайся его и иди, ничего не боясь. А в трудную минуту ты всегда можешь позвать меня – и я помогу тебе. Хотя, моя помощь будет излишней: ты и сам способен совершить все, что задумал. Иди вперед, береги друзей, и, – хитро прищурился дед, – приглядывай за Рианис – она очень хорошая девушка.

Борис, смутившись, отвел взгляд.

– Да не смущайся ты! – Хлопнул внука по плечу старый Грасс. – Неужели ты думаешь, я не замечал, как вы друг на друга смотрите? Впрочем, не будем об этом, не моего ума это дело, – резко сменил тему разговора седовласый маг. – Скоро наступит утро, и мне надо будет уходить, а ты должен держаться выбранного маршрута. За много лиг на юг в королевстве Афлот начинается страшная война – тысячи карнибулов движутся к его границам под предводительством воинов Тьмы. Людям нужна будет любая помощь. Вам следует двигаться в этом направлении, тем более, что след вчерашних карликов и магистра Хриптона прослеживается с тех краев. Сотни тысяч кочевников помогают Тьме в этой войне. Что она хочет от Западных земель, можно только догадываться. Конечно, кочевникам нужны рабы и новые пастбища, но вот что нужно их хозяевам, пока до конца не могут понять даже хранители Звездных садов. Много сотен лет не было такой открытой агрессии со стороны Тьмы, поэтому в серьезности их намерений не стоит сомневаться.

– Есть предположения, – продолжил Грасс, – что активность карнибулов и Тьмы как-то связана с древней эльфийской легендой о тайном ларце, утерянном многие века назад. Правда это или нет, сказать не могу: старейшины еще не пришли к общему мнению. Так что, мой дорогой внук, вторым поводом явиться к тебе было поручение проверить эту гипотезу. Возможно, атака на земли королевства Афлот – лишь предлог, чтобы отвлечь силы магов от основной цели этого похода. Держи путь в земли эльфов, Борис, и подробно узнай об этой истории.

– Хорошо, дед, – покорно ответил парень, выслушав наставления, – я буду поступать так, как ты мне сказал. Теперь сердце мое спокойно и я уверен в своих силах. Спасибо тебе, дед, за то, что ты вложил в меня. Спасибо тебе за то, что сегодня пришел ко мне. Я буду достойным учеником своего учителя и не посрамлю честь нашего рода.

– Я верю в тебя, мой мальчик, – ответил чародей, поднимаясь на ноги и крепко обнимая Бориса. – Ты вырос хорошим магом, и я буду тобой гордиться, как будут гордиться все, кто знаком с тобой.

Некоторое время два могучих мага стояли обнявшись и молчали. Каждый обдумывал то, что предстоит осуществить в будущем.

– Вот и наступило время прощаться, – нарушил молчание старик Грасс. – Мне пора. Да и рассвет скоро – тебе тоже время просыпаться и двигаться в дальний путь.

– До встречи, дед, – промолвил молодой маг и, махнув рукой, с улыбкой на лице двинулся в обратный путь.

– До встречи, мой любимый внук, до встречи, – повторил Грасс. – Береги себя и не забывай наш разговор. Придет время – и мы снова встретимся, но а пока впереди тяжелые времена. Держись и следуй зову сердца. До встречи, мой дорогой.

Борис медленно двигался сквозь туман к тому месту, где, по его прикидкам, должен был находиться разбитый его друзьями лагерь. Медленно ступал он на ночную траву, плавно переставляя свой боевой посох.

Туман все так же стелился над поляной, чуть приподнявшись над землей, все так же тихо было кругом. Казалось, разговор двух магов длился несколько часов, хотя на самом деле прошло не более четверти часа.

Ноги сами несли Бориса к месту нахождения его друзей. Улыбка не сходила с лица: теперь юноша точно знал свое место в жизни, теперь у него появилась цель и смысл. Теперь он настоящий маг.

В мыслях и размышлениях Борис медленно подошел к небольшому лагерю. У костра мирно спали его друзья, чуть в стороне дремали боевые кони, а эльфы все также спокойно сидели у огня и негромко разговаривали.

Никого не тревожа, парень тихо прошел к своему месту и лег. Сон быстро победил молодого мага, да он и не сопротивлялся ему: мысли были систематизированы, голова свободна, сердце спокойно. С улыбкой на лице юноша погрузился в спокойный и крепкий, хотя и не долгий сон.

Солнце уже поднялось над горизонтом. Вовсю пели птицы, лес медленно оживал. Туман, плотным слоем укутывающий поляну, поднялся над землей и медленно таял в воздухе. Ключевая вода весело булькала в котелке, в который один из эльфов бросал собранные им в лесу травы и коренья, а другой быстро нарезал заботливо припасенные припасы, готовя завтрак.

– Вы уже проснулись? – С улыбкой заговорил Легос. – А мы тут завтрак решили приготовить, и уж потом вас поднимать – тяжелый вчера день был, сил вам поднабраться надо.

– Спасибо, друзья, – потянувшись, но все еще сидя на земле ответил Борис, – лично мне намного лучше. Ночь прошла плодотворно, и теперь я готов полноценно посвятить себя нашей миссии.

– Борис? – Перебила парня девушка, уже совершившая утренние процедуры в протекавшем рядом ручье. Поправляя полы плаща, она не торопясь подошла к собравшимся завтракать друзьям. – Что-то ты сегодня заспался, – улыбка не сходила с ее прекрасного лица, и по прищуру глаз можно было предположить, что она хотела словом или делом поддеть своего друга. Но передумала, увидев лежащий на земле посох с огромным сиреневым камнем.

Возглас удивления разнесся над поляной, обращая на себя внимание занятых своими делами путников.

– Что это? – Не сводя завороженного взгляда с посоха, произнесла Рианис. – Откуда он у тебя, где ты его взял?

Борис ловко встал на ноги и важно поднял с земли свой недавно обретенный инструмент чародея.

– Он теперь мой, – гордо сообщил маг, окидывая взглядом поляну.

– Откуда он у тебя? – удивленно продолжала девушка.

Борис демонстративно выдержал минутную паузу, наслаждаясь удивленными и ожидающими объяснений лицами своих друзей.

– Дело было так… – снова усаживаясь у костра и с благодарностью принимая бутерброд и кружку вкуснейшего бодрящего напитка из рук эльфа, начал Борис.

Последующие четверть часа он эмоционально, со всеми подробностями рассказывал друзьям о событиях прошедшей ночи – о встрече с дедом и чудесном обретении посоха, обо всем, что они обсуждали, сидя на берегу ручейка.

– Вот и славно, – подвел итог рассказа Легос. – Теперь нам немного понятны мотивы поступков воинов Тьмы. Последуем совету твоего деда и направимся в сторону Громкого леса. На границе с Рубежными горами нас будут ждать мои родичи: весть о нашем путешествии дойдет к старейшинам намного ранее, чем мы, так что будем надеяться, нас встретят.

Еще некоторое время ушло у друзей на обсуждение хода дальнейших действий и уничтожение вкуснейшего завтрака, после чего лагерь был быстро свернут и небольшой отряд уверенно двинулся в путь по довольно широкой и благоустроенной тропе.

В походной суете среди вечного леса, иногда перерезаемого ручейками и небольшими речушками, прошло несколько дней. В течение этого времени молодые люди периодически нападали на след убегающих от них карбезов, которые даже не пытались остановиться и принять бой. Совместный поход сплотил друзей и эльфов, они очень много узнали друг о друге. Первородные поведали молодым магам множество легенд и сказаний о жизни и развитии этого мира. Много нового узнали волшебники о расстановке сил, о том, что из себя представляют карнибулы, и кто такие кочевники.

Во время небольших привалов друзья практиковались в магии, набираясь сил и опыта, тем более, что в распоряжении Бориса был посох, который намного облегчал и ускорял процесс создания заклинаний и восстановления магических сил.

Позади осталась половина Сказочного леса. Еще несколько дней – и друзья планировали подойти к склонам Рубежных гор.

Кони несли десятерых всадников по лесным тропам без устали, казалось, что им вообще не требовался отдых. Позади оставались широкие поляны и лесные реки. Казалось, сама природа способствовала благополучному путешествию небольшого отряда.

Чем дальше путники удалялись от Холмов, тем увереннее и смелее чувствовали они себя. Уже никто из них не сомневался в своем выборе, уже никто не думал, что совершил глупость, поехав без поддержки взрослых в столь опасный поход.

Прошел еще один день пути. Друзья остановились на ночлег у небольшой речушки, протекающей вдоль опушки леса. Один из ее обрывистых берегов проходил по краю обширной поляны, а одинокие деревца укрепляли склон, не давая склону обвалиться. Второй был довольно высок, на нем начинался густой лес. Солнце уже закатилось за горизонт, поэтому друзья решили не штурмовать довольно высокий берег, оставив это занятие на раннее утро, и расположились на ночлег на равнине.

За вкусным ужином пролетело около часа. За это время ночь вступила в свои права. Обязанность дежурить первым выпала Борису и еще двум эльфам, а остальные, поговорив еще какое-то время, разместились вокруг костра и мирно засопели.

Караульные решили разместиться по периметру лагеря, и право выбирать место дежурства досталось Борису. Не размышляя, он решил провести время своего наряда на берегу ручья – уж очень завораживающе журчала вода и плескались в ней небольшие златоперые рыбешки.

Эльфы, не споря, заняли позиции на противоположной стороне лагеря.

Началась ночь, наполненная звуками леса, струящейся воды и жужжанием множества насекомых. Лес жил своей жизнью, ему была безразлична суета и переживания окружающих его земель и заселяющих их существ. Много войн и напастей пережил он, много пожаров и катаклизмов выпало на его долгую жизнь, огромные армии невиданных чудовищ проходили через его своды за многие тысячи лет, и останки многих из них до сих пор лежат под его корнями.

Борис молча сидел на берегу ручья и задумчиво смотрел в небеса, на которых горели миллиарды далеких звезд. Молодой маг думал обо всем сразу, десятки мыслей одновременно кружилось в голове. Вспоминалась и недавняя битва, и заветы деда, и воины Переталя, и маги Горенгейма…

– Грустишь? – Раздался тихий шепот из кустов у кромки воды.

Борис моментально направил посох в сторону, откуда послышался голос.

– Да не пугайся ты, – продолжил уже знакомый голосок. – Убери посох, нечего пугать им беззащитных духов.

– Кто ты? – Удивленно, вполголоса спросил парень, предусмотрительно не убирая приготовленное к магической атаке оружие.

– Кто-кто… – закряхтел неизвестный собеседник. – Леший я – дух леса, если так тебе будет понятнее. Мы с водным духом по твою душу пришли. Разговор у нас есть, особливо серьезный.

– С кем? – Снова удивился Борис. – С водным духом?

– Что ты такой непонятливый! – Начал ворчать таинственный собеседник. – Леший и Водяной – не слышал, что ли, о таких? И чему тебя дед учил, умный же был старик!

– Так вы и деда моего знали? – немного опустив посох, уже более дружелюбно продолжил молодой маг.

– А как же, кто ж не знает твоего деда! Его весь лес знал, все духи с ним дружбу водили. Очень умный и добрый был маг.

– Что же, вы так и будете прятаться в кустах? – Еще более дружелюбно спросил Борис. – Выходите уже, рассказывайте, какой разговор у вас ко мне есть.

Из кустов раздался тихий шепот: видимо, недавний гость держал с кем-то совет. Парень терпеливо ждал собеседника. Он уже не опасался нападения с его стороны, так как, пока длился небольшой диалог, мастерски успел прощупать пространство на многие ярды вокруг. Кроме говорившего с ним невысокого существа и подобного ему в водах ручья никого рядом не было.

Снова послышался шорох, и перед глазами Бориса появилось невысокое, не более ярда ростом существо, одетое в балахон, изготовленный из меховых отрезков, коры и листьев. На большой голове, подбородок которой украшал взлохмаченная и не очень аккуратная, но довольно пышная борода, красовалась огромная шляпа, изготовленная из веток и соломы. Эту нелепую фигуру красили огромные глаза, в которых светились доброта, ум и необычайная сила.

– Туточки я, – немного смущенно ответило существо, похожее на обычного человеческого старичка. – Вот и дождались мы тебя.

– Не понял? – Удивленно уставился на нового собеседника парень. – Откуда вы знали, что я приду сюда?

– Да мы толком-то и не знали ничего, просто лет пятьсот назад высшие синки поручили нам следить именно за этим местом и ждать парня в сиреневом плаще, который в ночной темноте будет сидеть и одиноко смотреть в глубину речки.

– Вообще ничего не могу понять, – начиная нервничать, оборвал речь лесного духа Борис. – Кто вас заставил? И откуда вы узнали, что я приду сюда? И, наконец, с какой целью все это произошло?

– Да не нервничай ты так, – раздался спокойный и мелодичный голос уже со стороны реки.

Борис вообще перестал что либо понимать и, обернувшись в сторону нового собеседника, махнул рукой, показав несостоятельность своих размышлений по поводу происходящего. Впрочем, непонимание не заставило его ужесточить или усилить магическую защиту: в безопасности и дружелюбности появившихся существ Борис был полностью уверен.

Из речной воды предстал подобный уже знакомому, стоящему чуть поодаль Лешему старичок. Впрочем, его отличала одна особенность – одежда, шляпа, да и он сам были сотканы из переливающихся потоков воды.

Не доходя пары шагов до берега существо остановилось и с улыбкой уставилось на парня. В это же время к Водяному подошел лесной дух, и теперь оба собеседника стояли напротив мага и светились от радости.

– Так вот ты, значит, какой, – завороженно изучая все еще ничего не понимающего чародея, в один голос произнесли незнакомцы.

– Да что вы все заладили: такой – не такой! – Уже более раздраженно произнес Борис. – Толком можете сказать, кто вы такие и с какой целью явились?

– Молодой и нетерпеливый, – заулыбались духи, – прям как дед в молодости.

– Да не переживай ты, – продолжили они хором. – Мы просто столько лет ждали появления не понять кого, а тут вот ты появился. Мы-то, честно сказать, уже и не надеялись, что когда-нибудь выполним свое задание, а тут вот ты и пришел. Да и людей мы давненько не видели – места у нас глухие, дремучие, глядишь раз в десятилетие путник проедет, и все, потом опять лишь зверье да птицы. А тут такая невидаль – аж десять всадников, да еще и с эльфами, вот мы с братом и наблюдали за вами последние несколько часов. А как вы на поляне волшебной остановились, так мы вообще не поверили своему счастью – подумали, неужто по нашу душу приехали, а?

Борис по-прежнему ничего не понимал во вдохновленном рассказе новых знакомцев.

– Ах да! – Спохватился Водяной. – Мы же не представились тебе! Мы – водный и лесной духи. Многие тысячи лет назад на нашу долю выпало следить и ухаживать за этим участком леса. Мы, конечно, не одни это делаем, у нас есть и земляной брат, и воздушный, но сейчас они не с нами. Воздушный аккурат сегодня утром полетел за неизвестным отрядом черных карликов, пронесшихся поутру в юго-восточном направлении.

После этих слов Борис начал очень внимательно слушать собеседников: из их рассказа вырисовывались очень хорошие разведывательные данные.

– Ну а земляного брата, как всегда, где-то носит: опять учуял какую-нибудь подземную жилу и копается в ней.

– Но, значит, ближе к делу, – перебивая брата, продолжил основную часть своего повествования лесной дух. – Много веков назад проходили через наш лес пятеро высших синков – все, как на подбор, в белом облачении, с посохами. Высокие, статные старцы.

– Кстати, среди них был и твой дед, – широко улыбаясь, уточнил Водяной.

– Ага, дед твой самым молодым был среди них, вот в этот день мы с ним и познакомились. Потом, конечно, частенько виделись, но в тот день состоялась наша первая встреча.

– Значит, пришли пятеро старцев, так же, как и вы сегодня, развели костер и давай о чем-то разговаривать, что-то усердно обсуждать. А мы с братом жуть какие любопытные были. Ну, набрались храбрости, да и подошли чуть поближе к ним. Несколько минут наблюдали, краем уха и разговор услышали, но, конечно, ничего не поняли. Они о будущем разговаривали, о какой-то войне. В общем, мы ничего не понимали, но все равно стояли и слушали – не каждый же день сюда столь могучие волшебники приходят! Сами-то мы тоже кое-что умеем, да и постарше их возрастом будем, но перед магической силой всегда уважение испытывали.

– Слушали мы их, слушали, – продолжил Леший, – а потом один из них поворачивается в нашу сторону, да так уверенно обращается к нам, будто все время знал, что мы рядом находимся.

– Выходите, мол, говорит он, да присаживайтесь к костру, хозяева этих мест. Нам с братом так приятно стало, что нас узнали, и что столь высокие лица с уважением к нам обратились. Братец мой из воды, конечно, не вылез, но к самому бережку подошел, а я сел аккурат около твоего деда. Как я понял, они уже обсудили основные моменты и пригласили нас к финалу разговора. Вот в этот момент старший из них и передал мне перстень, строго-настрого наказав вручить его молодому магу, который однажды так же, как и они, придет на эту поляну и будет сидеть на берегу ручья и смотреть в воду. У него в руках будет магический посох и сиреневый плащ. Как уточнил этот старичок, мы не ошибемся и сразу узнаем нужного. Когда этот молодой маг явится, и для чего ему понадобится перстень, нам не сказали, но предупредили, что это будет очень не скоро. А нам-то что, все равно вечно живем, – улыбнулся старичок, – веком раньше, веком позже. Вот с тех самых пор мы и присматриваемся ко всем проезжающим через эту поляну путникам. А тебя мы приметили сразу: уж больно ты под описание подходил.

Борис внимательно слушал речь неожиданных знакомцев и удивлялся разносторонности деда. Юноша, безусловно, догадывался о способностях и бурном магическом прошлом Грасса, но информация, полученная им в последние дни, все больше и больше открывала деда с другой, неизвестной внуку стороны.

– Так вот, – после минутной паузы продолжил лесной дух, – многие годы мы следили за всеми путниками, идущими через нашу поляну. Десятки из них сидели на твоем месте, но под описание не подходил никто. Ты первый, кто полностью соответствует оставленной нам картинке, да и родословная твоя говорит сама за себя. Так что, друг наш, придется тебе принять от нас небольшой подарок, который мы все это время хранили. Для чего он, что с ним делать, мы не знаем: нам было поручено лишь оберегать его и, когда настанет час, вручить тебе. Остальное, как нам было сказано, ты узнаешь сам.

Борис молча кивнул, уже ничему не удивляясь и начиная принимать все происходящее вокруг как должное. За прошедшие несколько дней, так перевернувших его жизнь, он столкнулся с огромным количеством событий, которые ранее показались бы ему невозможными и даже абсурдными.

Ход его рассуждений прервал водный дух, который в одно мгновение распался на уйму брызг и водным потоком хлынул в воды речушки. Буквально через несколько мгновений он появился над поверхностью реки вновь, неся в руках кольцо белого металла с причудливыми узорами в виде затейливых веточек, удерживающих необычайной красоты крупный камень. Цвет камня поражал глаз: он ежесекундно менялся от белого до темно-синего, переливаясь в промежутке всеми оттенками радуги.

– Вот это кольцо, – протягивая его Борису, сказал водный дух, – кольцо стихий, которые мы хранили для тебя. Нам велено было передать его, что мы и сделали. Теперь наша миссия выполнена.

Борис с благодарностью протянул руку и взял кольцо, мгновенно почувствовав тепло его магии и необычайную силу.

Лишь только подарок покинул руки хранителей, последние искренне улыбнулись и поклонившись, растаяли в воздухе.

Молодой парень еще несколько минут держал в руках ценный предмет, после чего одел его на палец правой руки.

И в тот же миг могучий поток магии хлынул из окружающего мира в его тело – так, что закружилась голова. Перед глазами Бориса появилось звездное небо. Молодой маг словно поднялся над землей: перед ним все также лежала поляна, но вот у костра, где еще мгновение назад мирно спали друзья, восседали пятеро старцев в белых плащах. До его сознания донесся разговор, из которого парень понял, что данный артефакт был получен старцами от какой-то великой волшебницы Мэрилин, проживающей в скрытом от глаз жителей этого мира городе. Кольцу суждено было попасть к одному из тех, от решения которого спустя много столетий будет зависеть судьба мира. Также маги пришли к выводу, что кольцо само найдет своего хозяина. Но хранить его среди магов или людей до назначенного часа нельзя, поэтому тайный совет постановил оставить его на сохранение древним духам, столь своевременно подошедшим к их лагерю.

Больше они ничего не сказали. Сознание Бориса вновь подбросило к звездному небу и спустило на землю. Перед глазами юноши возник сюжет, в котором необычайной красоты женщина вручала амулет похожей силы воину, лицо которого отчетливо врезалось в память парня. Новый прыжок – и вот уже Борис видит горный хребет, на котором еще один мужчина поднимает с земли переливающий синим пламенем кинжал, убирает его за пояс и вновь бросается в пекло сражения. Вновь прыжок – и новая картина: дед, который стоит рядом с какой-то женщиной в белоснежном плаще, и смотрит прямо в глаза Бориса, улыбаясь и одобрительно кивая. Женщина тоже улыбается, ее лицо знакомо молодому магу – он видел ее буквально несколько мгновений назад, когда она вручала амулет неведомому легионеру. Вслед за этим Борис увидел еще несколько картин, содержание которых было тяжело для восприятия парня: он видел лес, видел эльфов, видел своих друзей, сражающихся с орками и воинами Тьмы, видел пещеру, в которую его тянуло, словно магнитом.

– Борис, Борис! – Послышался вдалеке голос Легоса. – Что с тобой?

Сознание молодого мага вихрем вернулось в его тело и, дернувшись, юноша открыл глаза. Рядом с ним присел эльф, взволнованно тормоша юного друга. Увидев, что парень открыл глаза, Легос с облегчением выдохнул.

– Ну и напугал же ты меня! – Уже спокойнее сказал. – А то я лежу у костра и вижу, что ты как-то неестественно руками водишь, посох куда-то в кусты направляешь. Понаблюдал за тобой и думаю: дай-ка подойду, вдруг что стряслось. Пока подходил к тебе, ты затих, обмяк весь, ну я и начал тебя тормошить.

– Спасибо за переживания, друг, – улыбнулся в ответ Борис. – Я просто задумался немного, со мной все хорошо, еще раз спасибо.

Парень дружелюбно, с искренней благодарностью посмотрел в глаза соратника. Только после этого обмена взглядами напряжение и тревога покинули прекрасное лицо эльфа, и он спокойно вернулся к костру.

Остаток ночи прошел без происшествий. Борис, отдежурив положенное ему время и сдав пост новому часовому, быстро погрузился в сон. Новое приобретение идеально подошло к указательному пальцу правой руки, будто было сделано специально по его размерам. Кольцо грело руку, ровными волнами разливая по телу мощь четырех стихий: воды, земли, воздуха и света.

Борис спал, черпая во сне знания древних времен, совершенствуя свой уровень магии, взрослея и становясь на путь новых свершений, о которых еще неделю назад не мог и помыслить. Что задумали великие синки, какая задача была возложена на него и еще двух воинов, привидевшихся ему, Борис не знал. Да и не шибко стремился узнать, понимая: когда наступит условленный час, сердце само подскажет ему дорогу, укажет на правильный вариант развития событий. Молодой маг спал и верил, что все будет хорошо, все задуманное осуществится, а все трудности волею богов и его упорством окажутся позади.

Утро наступило стремительно: казалось, еще четверть часа назад над поляной стоял густой туман и небо было темным, еще мирно потрескивали угольки в догорающем костре, тихо плескались небольшие волны о гладкие камни берега, и вот буквально несколько мгновений – и все вокруг ожило. Сотни птичьих голосов нарушили предрассветную тишину, дав сигнал заспанным путникам просыпаться и вновь собираться в дорогу.

Быстрый завтрак прошел, как всегда, в шутках. Весело обсудив события вчерашнего дня, поставив цели на день сегодняшний и снарядив коней, небольшой отряд, не торопясь, пересек речушку и, взобравшись по узенькой тропинке на высокий берег, вошел в густой лес.

С противоположного берега этот лес казался просто дремучим и непроходимым. Но, как говорится, первое впечатление бывает обманчивым: за высоким берегом начинался густой, но довольно проходимый даже для конного отряда лес – через него тянулась узкая, но хорошо выраженная тропа. Возглавляли процессию пара эльфов с Легосом. За ними попарно скакали молодые маги, а замыкали колонну еще двое эльфов, внимательно всматривающихся в придорожные заросли кустарника и следившие, чтобы отряд не попал в окружение. Хотя магическая разведка показала отсутствие какой либо магической или иной активности в радиусе нескольких лиг вокруг, но эльфы были осторожными воинами славного Переталя, а лес был их стихией, поэтому нарушать устоявшийся веками порядок передвижения и пренебрегать безопасностью они не стали.

В довольно мирных разговорах и веселых перебранках, в которых участвовали и эльфы, сдружившиеся с молодыми людьми, прошло несколько часов путешествия. Остановившись у маленького ручейка на небольшой обед, друзья вновь тронулись в путь. Широкие кроны многовековых деревьев прикрывали путников от жаркого летнего солнца, из-за чего путешествовать было само удовольствие.

После полудня лес начал редеть. Попадались довольно большие поляны, кое-где встречались и овраги, порой довольно глубокие, которые приходилось объезжать стороной, теряя время и замедляя ход лошадей.

Вскоре Борис стал замечать, что его новое приобретение нагревается, а цвет камня подергивается туманом, но посланные в стороны магические ниточки-разведчики ничего не обнаружили. Так продолжалось еще около часа, после которого Борис стал замечать беспокойство и на лицах эльфов.

– Ты что-то чувствуешь? – Озадаченно спросил он у оглянувшегося на него Легоса.

– В том-то и дело, что лично я не чувствую ничего. Но очень явственно ощущается тревога окружающего леса – будто кто-то недавно напугал его, и он еще не до конца оправился от испуга.

– Предлагаю остановиться и внимательно осмотреться, – придержал коня Борис.

Спутники последовали его примеру.

Через пару минут эльфы принялись своими методами изучать природу, а молодые волшебники, соорудив магический круг, перенаправили часть силы своему негласному руководителю, который, благодаря многократно возросшей энергии, легко смог расширить зону осмотра прилегающей местности. Всего несколько мгновений понадобилось ему, чтобы уловить тонкую черную нить, тянущуюся как раз над их головами и уходящую далеко на юго-восток.

– Карнибулы, – прошептал Борис, стиснув кулаки. – Вот кого испугался лес.

– Ты прав, о могучий маг, – раздался в это же мгновение над ухом незнакомый голос. – Я увидел кольцо моих братьев на твоей руке и понял, что наконец-то ты пришел в наши земли. Я преследовал этих карликов почти сутки до Трескучей реки, что протекает в паре лиг к югу отсюда. Эти существа беспорядочно бежали до сегодняшнего обеда, после чего их бегство замедлилось, строй структурировался, а буквально с час назад они вообще разделились на две группы, одна из которых продолжила уже упорядоченный путь в южном направлении, а вторая группа в несколько десятков карликов осталась около реки. Буквально четверть часа назад они начали хороводы. Я уловил не только их магию: рядом с ними ощущаются все нарастающие всплески другой, более сильной волшбы – не такой, как у тебя, а более темной. От ее всплесков пахнет кровью и смертью. Даже я, воздушный дух леса, повидавший многое на своем веку, решил не рисковать и двинуться в обратный путь. Я все сказал, великий маг, – закончил свой монолог неизвестный голос, – теперь мне пора возвращаться к своим братьям.

Лишь легкий след, уходящий на север, и дуновение ветра почувствовал Борис, и наступила тишина.

Теперь ему все стало понятно даже без информации эльфов. Впереди их ждала засада. Видимо, беспорядочное отступление горстки выживших карликов закончилось, и, скорее всего, они получили подкрепление, и теперь были готовы вступать в бой. Прервав магическую разведку, парень вопросительно посмотрел на стоящего рядом Легоса, который подтвердил его опасения о засаде и неизвестной волшебной активности. Недолго посовещавшись, друзья решили вступить в сражение – только сделать это аналогично тому, как происходила битва в злопамятную ночь.

Ребята разделились на две группы. Первую возглавлял Борис, а вместе с ним, не слушая никаких доводов, пошла Рианис и трое эльфов; вторая же во главе с Легосом должна была незаметно обойти зловещий хоровод с фланга и ударить, прервав тем самым их колдовство. Борису предстояло сражаться с врагом напрямую, отвлекая на себя всю мощь атаки, дабы выиграть время для маневра второй группы.

Хотя до предполагаемого места удара оставалось не менее полутора лиг, конный отряд заранее разделился на два, каждый из которых направился своей дорогой. Группа Легоса, скрывшись за поворотом тропы, была моментально скрыта от постороннего взора магией. Примерное место назначения указал Борис, да и способности старшего эльфа позволяли самостоятельно отыскать врагов в его родной стихии – в дремучем лесу. Группа же молодого мага двинулась напрямик, создавая максимально непринужденный и беззаботный вид.

С каждой минутой напряжение вокруг нарастало: прекратилось пение птиц, перестали трещать насекомые… Казалось, даже деревья как-то съежились, прижав ветки ближе к стволам. Цветы склонили бутоны к земле, а некоторые и вообще закрыли их, будто в ночную пору. Все говорило друзьям о грядущей опасности – природа просто кричала об этом! – но ребята делали вид, будто не замечают предупреждений. Эльфы весело разговаривали с Рианис, иногда обращаясь к Борису, который притворялся, будто задремывает в седле. Хотя на самом деле он осматривал местность, готовил моментальную магическую защиту для своего отряда и составлял несколько быстрых и действенных атакующих заклинаний. Все это юноша мог делать одновременно благодаря возросшей силе, появившейся у него после обретения кольца.

Внутренним зрением молодой волшебник замечал сильное магическое возмущение на берегу реки – как раз в районе того места, что было указано воздушным духом. Но Борис понимал, что знать место, где затаились карлики – недостаточно: уязвимые карнибулы не выходили на битву одни, без, так сказать, пушечного мяса; их атака никогда не состояла в одних лишь магических ударах. Поэтому Борис внутренним взором ощупывал местность в поисках второй, уже не магической засады.

Примерно в полулиге от лагеря карликов, как раз в том месте, где тропа делает крутой поворот, ограниченная с одной стороны довольно глубоким оврагом, а с другой – колючим кустарником, парень нащупал то, что искал. В одно мгновение в этой точке произошел резкий скачок магических сил, и из появившейся в воздухе ряби начали выходить десятки орков, сразу же занимавших позиции для атаки. Командовал всей этой гвардией очень похожий на Хриптона маг. Борис аккуратно прощупал его и пришел к выводу, что этот Темный не намного превосходит его в мастерстве – видимо, главари Тьмы не принимали отряд Бориса за серьезных соперников, а потому отправили на его устранение не более двух сотен орков и простого рыцаря средних магических способностей. Тем более, как предполагали враги, им не составит усилий уничтожить крохотный отряд из десяти воинов физической силой орков и магией нескольких десятков карнибулов.

Чуть отведя взгляд, маг уловил, что отряд Легоса благополучно движется в верном направлении, в то время как воины Тьмы даже не удосужились оглядеть окрестности, наивно недооценивая своего врага.

Трескучая река была последней крупной преградой, за которой заканчивались границы Сказочного леса. Буквально в дневном переходе от нее начинались отроги Рубежных гор, за которыми, как выяснили путники, лежали границы Земель Семи Владык.

При хорошем раскладе завтра к полудню военный караван должен был закончить путешествие по родной земле и начать восхождение на перевал через Рубежные горы. Правда, это завтра, а сегодня предстоял бой с превосходящими силами.

– Командир, – раздался звонкий голос эльфа, ехавшего в голове отряда, – я чувствую опасность. Если не сбавлять темп, то окажемся в засаде минут через семь, максимум десять.

– Хорошо Гаранил, – ответил Борис, – я уже вычислил, где находятся орки. Их около двух сотен во главе с одним средненьким магом, но проблема в том, что сила хоровода карнибулов будет постоянно питать их энергией, многократно увеличивая их мощь. Сейчас самое главное – чтобы Легос достиг цели. А атаку пары сотен орков мы, надеюсь, сможем отбить.

– Поступим так… – Борис вкратце описал ход предстоящего сражения, в котором он должен был отвлекать на себя магию рыцаря, а все остальные – методично уничтожать врагов.

После недолгих переговоров небольшой караван двинулся прямиком к поджидающей его засаде.

Над тропой повисла гробовая тишина – не слышно было ни звука, даже ветер затих. Впереди показался изгиб тропы, за которым друзей ждал враг. Борис подал знак остановиться, сделав вид, будто отряд спешился на привал. Это позволяло оттянуть нападение еще минут на двадцать, если орки не решат открыться и предпринять атаку, не дожидаясь, пока их жертвы попадут в капкан.

Прошло не более трех минут, как со стороны изгиба тропы медленной походкой вышел высокий, укутанный в черную мантию человек. Он ступал по тропинке, важно переставляя свой посох, на вершине которого, переливаясь багровым огнем, сиял красный кристалл. Накинутый на голову незнакомца капюшон скрывал его лицо, но магическим зрением Борис видел злобную улыбку идущего и угрожающий блеск в его глазах.

Молодой маг быстро вскочил на ноги и, направив посох на приближающегося к ним человека, грозно спросил:

– Кто ты?

В ответ раздался громкий смех, более похожий на хохот гиены. Остановившись на расстоянии нескольких десятков ярдов, черный маг ловко выставил перед собой посох и нанес первый удар. Мощный луч черной энергии вырвался из сверкающего камня и молнией устремился в сторону путников. Доли секунды хватило Рианис и Борису, дабы прикрыть себя и эльфов от этого удара. Сработали также подготовленные ранее заклинания: темный луч с силой ударился о защиту в ярде от друзей, с треском и искрами распадаясь в прах. Одновременно из посоха молодого мага вылетели два огненных шара, один из которых ударил в грудь неизвестного гостя, пробив пренебрежительно выставленную слабую защиту. От этого удара колдун пошатнулся, видимо, не сразу поняв, что обреченные, на его взгляд, жертвы еще могут огрызаться. Темный рыцарь наивно предполагал, что от одного его вида противник бросит оружие и, упав на колени, начнет молить о пощаде.

Хотя удар Бориса и пробил невидимый щит, но он был, скорее, разведывательным, а не травмирующим: таким образом юный маг прощупывал силы противника. А вот второй огненный шар прошел мимо черного воина и, миновав его, с шумом устремился за поворот тропы, где с намного большей мощью ударил в замершие в ожидании атаки силы орков. Послышался крик – ошарашенные чудовища взревели от боли.

Не вступая более в разговор с темным колдуном, команда Бориса начала атаку – тем более парень заметил, что Легос был всего в нескольких сотнях ярдов от логова карликов, чья защита была куда слабее.

Темный взревел. Он не ожидал такого поворота событий: по его подсчетам, уничтожение каравана имеющимися силами должно было занять несколько минут. Его оскорбленное самолюбие требовало унижения жертвами, просьб о помиловании и слез безысходности.

Эльфы, умело прикрытые магией Бориса и Рианис, заняли позиции на небольших возвышенностях по периметру поляны; девушка же встала как раз посередине, чтобы иметь возможность мгновенно отразить волшебную атаку, направленную на любого из друзей. Командир отряда стоял напротив темного гостя и уже плел новые смертоносные удары. Не дожидаясь атаки колдуна, Борис выпустил еще несколько молний в сторону предполагаемого врага: две из них друг за другом поразили рыцаря, испытывая усиленную защиту на прочность, а остальные полетели уже изведанной дорогой за поворот тропы. Через пару мгновений снова послышались хлопки сработавших заклинаний и рев покалеченных орков, которые, забыв всякую дисциплину, начали хаотично выбегать из укрытий и, остервенело рыча, бросились в сторону отряда. Как только первые чудовища появились на тропе, раздался ровный звон тетивы – в бой вступили луки эльфов. Каждая стрела ложилась точно в цель, каждая уменьшала отряд врага на одного воина. Не отставала от товарищей и Рианис: не забивая голову сложными заклинаниями, она, поддерживая защиту эльфов, начала неторопливо забрасывать орков небольшими, величиной с сочный апельсин, огненными шарами, которые с треском входили в плоть жертв и оставляли чудовищные ожоги. Так что с каждой секундой отряд темного рыцаря уменьшался минимум на три существа.

Колдун взревел и, подняв над головой посох, мощным потоком стал всасывать энергию кровавого хоровода карнибулов.

Отряд Легоса, по прикидкам Бориса, должен был как раз подходить к расположению карликов, поэтому парню было крайне необходимо, чтобы Темный выпил из карнибулов как можно больше магических сил – дабы те не смогли причинить вред второму отряду. Не утруждая атакующими заклинаниями, парень сосредоточил всю мощь на защите от предстоящего удара. Как он и предположил, рыцарь Тьмы попытался уничтожить наиболее уязвимые боевые единицы, направив массы темной энергии на эльфов. Но его удар был перехвачен за несколько ярдов до поставленной цели – в тот момент, когда атакующий уже уверенно потирал руки, радуясь победе. Вслед за этим Борис провел новую атаку, направив на неприятеля целую серию ударов, мощь которых с каждым последующим становилась все сильнее и сильнее. Промежуток между ними был столь ничтожен, что Темный еле успевал отражать их своим посохом. Этого и добивался Борис: отвлеченный своей защитой враг не имел ни времени, ни возможности запросить дополнительную помощь у маленьких колдунов.

Тем временем второй отряд спешился и медленно начал подходить к совершающим обрядовый танец карликам. Хоть воздушный дух и сообщил, что карнибулы были без охраны, предусмотрительный Легос не собирался рисковать результатом операции из-за невесть откуда выскочившего орка или иной твари. Любая подобная случайность могла бы стоить жизни всей команде, поэтому закаленный в боях и умудренный вековым опытом эльф всегда действовал наверняка.

Медленно спешившись, участники его группы, оголив мечи, начали тихонько подбираться к назначенному месту. Решено было не пользоваться ни магией, ни эльфийскими луками: пелену невидимости сняли заблаговременно, чтобы лишний раз не вызывать подозрение врага даже мельчайшими отзвуками чужеродных заклинаний.

Как и предполагал Легос, лагерь все-таки охранялся: покой карнибулов оберегали около двух десятков орков. Это несколько затруднило задачу.

– Если использовать стрелы, – думал старший эльф, – можно единовременно, пока конвой не придет в себя, уничтожить около половины охраны, а затем вступить в рукопашную. Но как долго может продлиться бой, и в какой стадии магического транса находятся карлики – как много времени понадобится им, чтобы прийти в себя, осознать атаку и всей своей мощью просто расплющить маленький отряд?

В это время отряд Бориса методично отстреливал орков, которые, не ведая страха, сплошной стеной валили из-за поворота тропы, размахивая кривыми саблями и громко крича. Борис же, не теряя времени, бросился в рукопашную, чтобы не дать Темному использовать магию. С посохом наперевес он в одно мгновение очутился напротив Рыцаря Тьмы и начал орудовать волшебным инструментом, словно боевой дубиной. Похоже темный колдун не ожидал такой прыти от своего соперника и пропустил первый удар, пришедшийся по глухому капюшону. По звонкому звуку стали молодой маг понял, что под плащом его противника находятся настоящие армейские доспехи. Начался настоящий бой: посохи звонко стучали друг о друга. Видимо, Борис был более проворным и умелым бойцом, поскольку звук металла стал слышаться все чаще и чаще. Но цели уничтожить врага у Бориса пока не было: парню надо было любым способом тянуть время, пока не поступит информация об уничтожении лагеря карликов.

И тут произошло событие, кардинально перевернувшее ход сражения. Борис стал понимать, что стрельба эльфов, а также магия Рианис уничтожила уже не менее полутора сотен орков, а они, по-прежнему ничего не страшась, как загипнотизированные валили из-за изгиба тропы в бой, переступая через тела своих сородичей.

В непосредственной близости от места битвы, со стороны атакующих войск послышались звонкие трубы эльфийских всадников. Десятки стрел посыпались в сторону врага. Блеск серебряных доспехов, отражавших от себя солнечные лучи, слепил глаза, заставляя прищуриваться любого, кто смотрел в сторону наступающих эльфов. Даже Борис на несколько секунд растерялся, не совсем понимая, что произошло, и только лишь после того, как его воины победно закричали и вдали показались знамена эльфийских центурий, он выдохнул, размахивая посохом только затем, чтобы не пропустить удара Темного.

Противник же взревел от ярости не только от того, что ход сражения был нарушен невесть откуда взявшимися отрядами перворожденных, но и потому, что почувствовал: карнибулы тоже подверглись нападению…

Легос все же предпринял атаку, уничтожив около десятка орков стрелами, после чего вместе с товарищами молнией бросился в рукопашный бой. Так же, как и первому отряду, им способствовала удача в лице столь вовремя появившейся десятки сородичей, которые ловко и быстро помогли расправиться с врагами.

Несколько минут – и на месте ритуальных колдовских обрядов остались лишь изрубленные тела.

Борис уловил ярость противника и почувствовал обрыв подпитывающего его магического канала. Пора было уничтожать гостя – уже ничего не связывало молодого мага. Даже сотни орков, которые могли причинить какой то вред его людям, были нейтрализованы прибывшими союзниками. Темный колдун понимал, что его войско проиграло, и судорожно продумывал действия по спасению собственной шкуры: очень уж не хотелось такому амбициозному воину, как он, заканчивать свои дни среди горы трупов безобразных орков.

Отбив удар молодого волшебника, черный рыцарь попытался покинуть место битвы, ставшее могилой для его армии, но Борис не дремал: он почувствовал ловко сплетаемое заклинание открытия ворот и, воспользовавшись помощью кольца стихий, захлопнул его с таким шумом, что волна от удара сбила с ног неудачливого Темного. Враг лежал на земле, не предпринимая более попыток к бегству. Друзья и подоспевшие на помощь эльфы добивали остатки в беспорядке мечущихся орков, поэтому у Бориса было некоторое время на беседу с поверженным соперником. Правда, Темный всем своим видом давал понять, что не скажет ни слова, что побудило юного мага к решению взять врага под стражу и передать ближайшему магическому суду, дабы наказать как следует за совершенные им злодеяния.

Отобрав у Темного посох и переломив его пополам, предварительно погасив с помощью магии огненный кристалл его навершия, Борис собирался заняться обезвреживанием самого колдуна. Но тот, видимо, посчитав, что плен – это удел слабых, совершил над собой обряд самоубийства. Доли секунды хватило Черному, чтобы сотворить заклинание, которое моментально уничтожило его, высушив тело изнутри. Лишь одну фразу услышал от него молодой маг, только три слова донеслись до слуха перед тем, как на месте лежавшего на земле воина образовалась кучка пепла: «Я буду отмщен». Более ничего не было сказано.

Борис не сильно горевал над утратой – были дела и поважнее. Юношу очень интересовал проход, который пришлось захлопнуть таким варварским способом, чтобы не дать шанса улизнуть врагу от праведного суда. Куда Черный собрался убегать? Ведь было очевидно, что все произошедшее, начиная с битвы в Холмах, – дело рук более сильных чародеев, чем тот, прах которого лежит у ног Бориса. Да и, если хорошо подумать, поверженный колдун не очень был нужен своему господину, коль уж тот так легко позволил его уничтожить. И все же – кто стоял по другую сторону прохода? Кто приказал поставить засаду? Чего вообще хочет враг? Вот основные вопросы, ответы на которые надо было найти Борису в ближайшее время. А пока настала пора собирать отряд и двигаться к предгорью Рубежных гор, чтобы оказаться там в назначенное ранее время.

Не сговариваясь, люди и эльфы организованно оставили поле боя и остановились лишь на широком берегу Трескучей реки, куда к тому времени подошла и команда Легоса. Покидая место сражения, Борис все же уловил и запомнил легкий след, исходящий от захлопнутого портала. Этот след в будущем мог помочь найти того, кто стоял за последними событиями. Но все это было впереди, а пока предстояло разобраться в текущих делах.

– Разрешите представиться, – заговорил один из эльфов в богато оформленных доспехах, – первый центурион боевой манипулы эльфийской стражи Холанд. Наш манипул после осложнения обстановки на Зубастом хребте был направлен старейшинами для патрулирования земель севернее Рубежных гор. Сегодня утром наблюдателями была замечена магическая активность как раз в том месте, где мы вас повстречали. Второй очаг был чуть в стороне, поэтому мной были предприняты все меры, дабы вовремя подоспеть вам на помощь.

– Борис, маг местечка Холмы, – поклонился в ответ на приветствие высокопоставленного эльфа парень. – Мы держим путь как раз к вашим старейшинам, а далее на восток к Зубастому хребту. Скажите, – уточнил он, – откуда вы узнали, что нам понадобится помощь?

– А что здесь может быть неясного? Среди вас – наши земляки, от них мы и узнали об опасности, на их зов спешили наши центурии, – ответил эльф.

– Теперь все понятно, – улыбнулся Борис. – Куда теперь путь держать будете?

– Путь теперь у всех нас один, – серьезно заговорил Холанд. – Задачу свою мы выполнили, на наше место скоро выступают новые эльфы, а нам предстоит двинуться в сторону нашего леса, а далее, если вы не будете возражать, я с манипулом хотел бы присоединиться к вашему походу. Старейшины, уверен, с пониманием отнесутся к моей идее.

На том и порешили. Отдохнув еще какое-то время, сводный отряд из пяти магов и более двух сотен конных эльфов двинулся в сторону Рубежных гор. Борис и его десятка ехали в середине отряда – вместе с его руководителем. С этой минуты молодой маг был полностью спокоен за благополучный исход путешествия вплоть до эльфийских земель. Две сотни хорошо вооруженных, очень дисциплинированных прирожденных воинов согласились сопровождать его в путешествии – теперь Борису не страшна была даже тысяча орков! Вот еще бы с десяток магов – и тогда его армия была бы почти непобедимой. Жаль, что все лишь мечты… Хотя и реальность теперь была уже куда приятнее, чем несколько часов назад.

До южной оконечности Сказочного леса отряд добрался без приключений после полудня следующего дня. Остановившись на часовой привал, решили не дожидаться утра, а сразу начать движение по горным перевалам. Со слов эльфов, именно в этом месте через Рубежные горы лежала хорошая и довольно несложная тропа, позволяющая путешествовать даже в седле. Весь путь должен был занять не более трех дней. Сразу же после горного спуска начинался Громкий лес – вотчина эльфов, куда и лежал путь отряда.

После недавнего сражения ничто не омрачало настроение магов и их друзей эльфов, поэтому дорога через горную систему прошла обыденно, без сбоев, что, впрочем, неудивительно – ведь эльфы проделывали ее не один десяток раз.

В походной суете прошло несколько дней. Молодые волшебники очень сблизились с сопровождающими их эльфами, которые в часы привалов учили их мастерски управляться с длинными эльфийскими луками. Рианис на протяжении всего путешествия не отходила от Бориса: они постоянно находились вместе и начинали скучать друг без друга, даже если расставались на короткое время. Дед был прав: парень чувствовал, что больше никогда не отпустит ее от себя надолго. К тому же Рианис, как казалось Борису, отвечала ему взаимностью.

Тронувшись в путь после очередного ночного привала, отряд начал плавный спуск с горного склона. Когда туман впереди расступился, взорам путников предстал Громкий лес. Вот она – цель их путешествия, вот она – Земля Семи Владык, вот она – вотчина перворожденных.

Огромный многовековой лес начинался сразу у подножия гор. Стволы деревьев, обхватить которые могли бы лишь взявшиеся за руки несколько десятков человек, уходили своими кронами высоко в небо. За плотным туманом, поднимающимся от земли, не видно было даже их макушек. У огромных ворот, сооруженных из усыпанных драгоценными камнями и древними рунами листов сверкающего, отдающего голубым свечением серебра несли службу около десятка перворожденных в таком же боевом снаряжении, как и у сопровождающих Бориса.

Один из стражников преклонил голову и приложил руку к груди, приветствуя огромную процессию, въезжающую в лесные владения.

– Скажи мне, Холанд, – заинтересовался Борис, – в чем смысл охранных ворот, если по обе стороны от них идет сплошной лес? При желании, чтобы пробраться в него, достаточно отойти чуть в сторону и спокойно зайти не через ворота.

– Не все так просто, мой дорогой друг, – улыбнулся эльф, кивком головы отвечая на приветствие начальника караула. – Земли эльфов оберегают древние заклинания, а потому никто кроме перворожденных и их гостей не может просто так проникнуть внутрь леса. Если кто-то незваный попробует зайти через деревья, его отбросит в сторону.

Дорога по эльфийским землям заняла весь остаток дня. Отряд, сопровождающий друзей, оставил их после полудня и двинулся собственным маршрутом к месту дислокации, так что дальше с магами ехал только Холанд, обещавший проводить их до дворца старейшин.

Путь через лес поразил путников: вокруг них царили роскошь и великолепие. Резные мосты соединяли берега рек и небольших ручейков, среди высоких деревьев виднелись ровные ряды домиков, переливающихся на солнце блеском самоцветов и радующих глаз обилием цветов. Страна эльфов была пропитана древней магией, которую Борис чувствовал всем существом. Его перстень мягко пульсировал на пальце, ровными волнами разнося по телу тепло дружественной магии.

Эльфы, сопровождающие чародеев, весело о чем-то переговаривались, радуясь возвращению на родную землю, а Рианис с парнями, приоткрыв рот, с любопытством смотрели по сторонам и наслаждались красотами окружающего мира.

– Мы уже на подходе, – сдержанно сообщил Холанд. – Старейшины будут ждать нас на совет через четыре часа, а пока у нас есть время отужинать и привести себя в порядок после долгого путешествия.

Борис лишь кивнул: он не мог произнести ни слова – сознание его было заполнено восторгом от вида огромнейшего дворца, чьи башни уходили шпилями к облакам. Эльфийский дворец не был похож на большинство замков, которые когда-либо видел Борис – в нем не было ни узких окон, ни уродливых угловых башен и грубых крепостных стен. Да и зачем они первородным эльфам, земли которых защищала древняя магия? Дворец казался воздушным и так же, как и большинство домов, утопал в цветах. Вокруг били фонтаны и стояли белоснежные мраморные статуи.

Подъехав к парадному входу, друзья спешились. Их коней быстро подхватили под уздцы подошедшие к ним эльфы.

– Следуйте за мной, – широким жестом пригласил товарищей идти за ним командир эльфийского манипула, – я провожу вас во дворец, где и оставлю до Совета. А мне надо уладить дела, чтобы с чистой совестью сопровождать вас в грядущем путешествии.

Друзья повиновались и начали медленно подниматься по широкой лестнице ко входу во дворец. Великолепные залы, просторные коридоры, огромные окна, украшенные невероятной красоты витражами, предстали их взорам. После непродолжительного путешествия по помещениям Борис и его друзья наконец-то добрались до выделенных им комнат, где и разделились: каждый пошел в отведенную ему залу, где довольно долго приводил себя в порядок. Даже красавица Рианис задержалась в своей комнате, прихорашиваясь у немного забытого зеркала.

Примерно через час друзья вновь встретились в обеденном зале, расположенном в непосредственной близости от их покоев. Плотно поужинав, они всем десятком направились прогуливаться по дворцовому парку – благо, среди них были те, кто очень хорошо знал эти места. Легос и его товарищи показали молодым людям все великолепие дворцового парка. Он был особенно прекрасен в лучах луны, мирным голубоватым светом струящихся сквозь ветви вековых деревьев.

На лес давно уже опустилась ночь, и звуки ночной природы окружили прогуливающихся путешественников. Тихий разговор о жизни в Громком лесу, неспешный шаг и чистейший, наполненный запахом трав и цветов воздух дурманил головы друзьям, уставшим от многодневной гонки.

Спокойствие и умиротворенность окутало души героев.

– Отчего некоторым не живется спокойно и мирно, ведь всем хватает места и каждый может найти себе дело по душе? Земля дарит щедрый урожай, реки полны рыбы, леса – зверя. Каждый может быть сыт и счастлив. Но нет же, – думал Борис, неторопливо прогуливаясь с друзьями, – всегда находятся те, кому отчего-то больше всех надо. Зачем-то им нужна власть над другими, преклонение и почтение, и им совершенно безразличны судьбы тех, кто пострадает, оказавшись у них на пути. Живут же многие спокойной жизнью, наслаждаясь каждой минутой и благодаря создателя за радости бытия. И таких, к счастью, большинство. Но есть и те, кто колеблется в своих желаниях и предпочтениях, принимая то одну, то другую сторону. Когда все спокойно и тихо, этот пласт общества живет, не проявляя оборотную сторону своего сознания; но лишь только где-то вдали зажжется звезда порока и жестокости, эти совсем недавно мирные хлеборобы и пахари берут в руки мечи и встают на путь зла. Такова природа смертных – нет совершенства ни в чем, нет безгрешности и целомудрия. Есть и третья группа – это те, кто ни минуты не может без разбоя и грабежа; его кровь словно стынет в те моменты, когда он не совершает злодеяний. Такому нужны постоянные жертвы, ему нужен вид и запах крови и страданий. Таких мало, но они есть, и их маниакальное стремление к осуществлению своих желаний губительно для многих и заразительно для тех, кто колеблется. В мире все имеет свою противоположность, уравновешивая бытие и делая его гармоничным. Вода гасит огонь, огонь уничтожает лед, день сменяется ночью, на смену которой вновь приходит день. Мирные и спокойные хлеборобные годы уступают место голодным периодам войн, благодаря которым все приходит к тому гармоничному значению, что задумано природой. Не могут просто существовать одни добрые и заботливые люди – это вредно дня них самих. Отсутствие противовеса пагубнее сказывается на большинстве из них, чем страдания, причиненные злыми и эгоистичными натурами. Ведь у первого перед глазами всегда будет пример второго – яркий пример того, как не следует поступать, дабы не скатиться до его уровня. Так же и в нашей жизни, – думал Борис, – в противовес магам добра и Света обязательно будут встречаться колдуны зла и Тьмы. Они, так же, как и все, имеют право жить. Но их жизнь не должна складываться из потерянных жизней представителей другой стороны. Как все-таки хорошо, что на просторах Маглендола появился великий маг Николас Горенгейм, решивший объединить земли Света, дабы всем вместе дать отпор Тьме и обезопасить жизнь простым людям! Нет, его целью не было уничтожение Тьмы, но его целью было упорядочение бытия, создание границ, в пределах которых будут спокойно сосуществовать представители двух непримиримых школ магии. Возможно, Темные имели какие-то свои далеко идущие планы на этот мир, но с помощью богов и старейшин Небесного сада славные жители Маглендола не позволят им осуществить их.

– Нас ждут во дворце, – отрапортовал появившийся из темноты эльф, – я провожу вас, господа.

На дворе стояла глубокая ночь, когда Борис и его друзья вошли в просторную комнату. Как и все вокруг, эльфийский тронный зал поражал своей красотой: тихий голубоватый свет струился из огромных окон, наполняя все помещение, огромные статуи величественно возвышались у стен, на которых ярко горели древние руны. Все было наполнено магией, каждый завиток настенных рисунков излучал ее.

Друзей встречали семь эльфов. Их доспехи светились, ослепляя богатством убранства, длинные волосы ровными прядями струились вдоль тела. В руках каждый из них держал посох. Помимо этого, один из них имел небольшую корону, увенчанную огромным светящемся кристаллом.

Вошедшие вместе с Борисом эльфы преклонили колено перед хозяевами – видимо, это и были старейшины эльфийского народа. Последовав их примеру, парень и его друзья склонили головы.

Холанд уже был здесь, ожидая своих новых товарищей.

– Рады приветствовать вас в Громком лесу, друзья мои, – обратился к Борису и его друзьям Верховный старейшина – перворожденный эльф по имени Харданиэль, один из первых эльфов, появившихся в этом мире многие тысячи лет назад. – Рад видеть и тебя, благородный Легос.

Борис и Легас снова поклонились правителю.

– Прошу вас, проходите, присаживайтесь в кресла – ночь сегодня будет долгой.

Молодые маги проследовали за Холандом, который проводил их к отведенным им местам. Туда же проследовал старший эльф и сопровождавшие его старейшины. Дождавшись, пока все удобно разместятся в мягких креслах, расставленных кругом вокруг огромного гранитного стола, Харданиэль начал совет.

Выслушав Легоса, который изложил историю странствия его отряда с момента получения сигнала о нападении на Холмы и до воссоединения с отрядом Холанда, старейшины перешли к повествованию Бориса, который также в ярких красках пересказал всё, что произошло за последние дни. Кроме того, юноша рассказал о появлении деда и обретении кольца стихий. Последние два сюжета явно взволновали старших, так как они, слушая парня, начали переглядываться друг с другом.

– Спасибо, Борис, – удовлетворенно поблагодарил мага за столь содержательный рассказ Харданиэль. – Мы услышали из твоих уст все, что хотели. Ты правильно сделал, что начал преследование Хриптона и его сподвижников. Этот колдун является одним из приближенных Властелина Тьмы, он испокон веков появлялся только на самых ответственных направлениях действий сил своего господина. Лишь ему властелин доверял самые сложные задания, поэтому нападение на Холмы – это не случайная вылазка кучки орков в северные земли, не просто месть твоему деду за старинные обиды, нет! Смысл этого мероприятия более глубок. Не просто так Тьма снова активизировалась после стольких веков тишины. Нам кажется, что нападение на Холмы, как и недавнее нападение на правителя Афлота, являются лишь звеньями начавшейся большой игры, в которой не будет безучастных. Эти два нападения – всего лишь пыль в глаза, отвлечение взора от чего-то другого, более важного. Да и сама начинающаяся война на восточных рубежах Афлота – это всего лишь мишура. Ни за что никто из знающих Властелина не поверит, что он просто так будет помогать какому-то обиженному воинами Семи Владык народу, дабы отомстить последнему за поражение в прошедшей войне. Карбезы – это лишь прикрытие, всего лишь ширма, скрывающая истинные намерения Тьмы. У Властелина более глубокие и важные задачи на землях западнее Зубастого хребта. И мы считаем, что пришло время осуществления древнего пророчества – явления миру страшного артефакта, который так старательно пытались спрятать наши сородичи тысячелетия назад – в те времена, когда мы только пришли в этот мир. Властелин ищет древний ларец, тайну которого унесли с собой семеро эльфов, ценой своей жизни запечатавшие его. Ларец, который был безвозвратно утерян на пути к нашему лесу. В этой потере замешаны непосредственно карнибулы. Потаенные дьяволы – их родственники: они украли ларец у наших сородичей, но, хвала богам, и они не смогли уберечь его. Магия крови эльфов сокрыла его от глаз всех живущих на этой земле до поры до времени. И, видимо, сейчас это время пришло. Не просто так объявилось кольцо стихий, амулет и кинжал, который возникнет в скором времени. Эти три артефакта помогут их хозяевам узнать тайну и проклятие этого мира, и лишь их решение сможет спасти мир – или же погрузить его во власть Тьмы. Только владеющие знанием смогут найти ларец и узнать его тайну. Вот этого и добивается Темный. Он желает покорить мир, сыграв на слабости человеческой, ведь только храбрый сердцем и чистый мыслями сможет обуздать магию ларца. Слабый же и корыстный будет подчинен ей и станет марионеткой в руках Властелина. Что надо делать дальше, вам явят старейшины Звездных садов, – они придут к вам и откроют тайну ларца. Мы же лишь рассказали то, что поведали нам духи, сопровождающие наших героев до момента потери артефакта. Ясно одно, – подытожил Харданиэль, – начались тяжелые времена для Маглендола, и от избранных зависит, как долго они продлятся.

Борис и его друзья, разинув рты, слушали речь эльфа: они и не предполагали, что в их столь спокойном и понятном мире могут твориться столь невероятные дела. Теперь юным магам было понятно, отчего так рьяно старик Грасс готовил их к войне, зачем обучал изощренным заклинаниям.

– Из сказанного вами я понимаю, что один из тех, кому явится ларец, – это я, поскольку духи передали мне кольцо Стихий? – чуть помолчав, произнес Борис.

– Ты правильно понял, мальчик мой, – улыбнулся эльф. – Твоя сила будет расти с каждым днем, и в тот момент, когда ларец окажется перед вами, ты сам поймешь, что нужно делать, и поможешь остальным исполнить предсказанное. Увы, даже в Небесных садах не могут с точностью предсказать исход той грядущей битвы. Так что все зависит от тебя и остальных хранителей.

Борис немного растерялся. Он не мог даже предположить, что на его плечи обрушится такой груз ответственности за этот мир. На него, восемнадцатилетнего сорванца, который еще луну назад резвился со своими друзьями и шутил над односельчанами! Но, как учил его дед, все должно быть так, как определено Судьбой. Мы можем лишь чуть корректировать жизнь и свой путь.

Парень явно чувствовал, что силы его росли с каждым часом: он уже мог и умел многое, о чем даже не догадывался ранее. Все чаще и чаще он видел будущее, общался с духами природы и постигал тайны магии. Борис верил эльфам, поэтому готов был осуществить то, что ему предначертано.

– Спасибо, старейшины, что открыли нам тайну, и представили истинные планы врага. Мы сделаем все, что зависит от нас, для того, чтобы Властелин не смог получить тайный ларец.

– Вот и славно, Борис, – улыбнулся Харданиэль. – Ты очень похож на своего деда – такой же смелый и горячий воин. Мы верим, что ты справишься с возложенной на тебя миссией. Ну а пока нам необходимо решить, как остановить войско карбезов, которые уже через несколько дней перейдут через Зубастый хребет и черным потоком хлынут в долины королевства Афлот.

Совет при эльфийском дворе длился еще около часа. Решено было разделить отряд магов и двинуться сразу в двух направлениях. Борис, Рианис и Вергус в сопровождении Холанда и сотни эльфов должны были направиться в сердце Афлота, чтобы проследить путь перемещения небольших групп карнибулов, остальным же магам в сопровождении Легоса и трех сотен эльфов предстояло пойти в сторону Зубастого хребта для помощи войскам короля Артура, чье войско готовилось принять на себя первый удар кочевого народа.

На этом Совет был окончен. В путь постановили тронуться через день, дабы успеть восстановить силы и подготовиться к длительному переходу. Теперь у каждого из друзей была своя дорога, и каждый должен был внести свой вклад в сохранение мира и спокойствия в их великой стране.

Глава седьмая

Следующий день прошел спокойно: Артур и его новое летное войско вместе с магами Мэрилин без проблем преодолели большую часть оставшегося до восточных провинций пути. Ничто не омрачало полет, погода стояла прекрасная, а небольшие тучки заслоняли жаркое летнее солнце, создавая столь желанную тень. Далеко под ногами простиралась огромная страна. Воины быстро, словно стремительные птицы, пролетали над небольшими селениями и шумными городами, над обширными полями и могучими реками, наблюдая, как везде кипит жизнь.

С высоты птичьего полета Артур заметил, как толпились люди на центральных площадях городков и поселений – как он понимал, началась мобилизация. Еще совсем немного времени, и новые легионы боевым строем выйдут на марш и двинутся к Зубастому хребту, дабы еще раз показать непонятливым кочевникам, кто хозяин данных земель.

Ночной привал остановил воинов уже в Заглубокоозерских землях – в полудне полета от местечка Дубы, куда в скором времени должны были подтянуться легионы из Центральных провинций. Решено было ранним утром, не делая более остановок, как можно быстрее прибыть в провинциальный городок Урхан, находящийся в зоне прямого удара спускающихся с перевала кочевников.

Именно этот город в ближайшие недели должен был стать центром обороны Королевства от нападения кочевых племен. Как рассчитывал Артур, к моменту его прибытия в городок весь гарнизон и ополчение ближайших селений уже выдвинутся к перевалам, чтобы начать обустраивать оборонительные сооружения. По прямой до гор – несколько десятков лиг пути, но это не расстояние для конной армии, которая имелась у кочевников, поэтому сразу после объявления мобилизации караваны потянулись в оба направления: воины и обозы с продовольствием и строительными материалами нескончаемой вереницей направлялись к будущей линии фронта, а подводы с мирным населением ползли на запад – в более безопасные земли в глубине страны. Руководство городов этому не препятствовало, поскольку при меньшем числе мирного населения военные получали большее пространство для маневров.

Утро наступило спокойное. Приведя себя в порядок, сборный отряд магов и бойцов личного манипула короля двинулся навстречу восходящему солнцу. После полудня Артур планировал прибыть в штаб Восточного военного округа. Командующий Кросс, так же, как и король, в ближайшее время должен был оказаться в Урхане. Перемещение на метлолетах военное руководство Афлота освоило некоторое время назад, и теперь в распоряжении каждого командующего имелось несколько десятков подобных средств скоростного передвижения.

Мобилизация шла по стране семимильными шагами, и некоторые легионы, сформированные из ветеранов прошедшей войны, уже двигались к восточным рубежам. Результаты слаженной работы военных и местного населения были заметны и с высоты полета: под ногами можно было легко различить, как по широкому Центральному тракту маршировали ровные прямоугольники центурий. От увиденного на сердце становилось теплее: Артур уже не боялся неожиданного нападения и не переживал за напуганный и захваченный врасплох народ.

– Предупрежден – значит вооружен, – думал Артур о событиях последних дней.

За то время, что осталось до первого штурма, население приграничных городков отойдет вглубь страны, а славные воины Афлота подготовят хорошую встречу незваным гостям, использовав линии укреплений, оставшиеся с прошлых сражений.

Наступил полдень. Под ногами легионеров все также проплывали картины великолепной природы восточных предгорных провинций королевства. Реки и ручьи голубыми нитями тянулись по яркому изумрудному ковру лесов и полей, огромные многоцветные брызги полевых цветов радовали глаз далеко внизу. Вскоре на горизонте появились белоснежные шапки величественных пиков Зубастого хребта, а еще какое-то время спустя показались и стены Урхана.

Отряд постепенно начал снижение. Буквально через три четверти часа воздушный десант плавно опустился на брусчатку главной площади города. Как давно повелось в приграничных провинциях Афлота, штаб округа и военное руководство любого мало-мальски крупного подразделения располагалось рядом с городской ратушей на центральной площади. Оставив с Артуром его неразлучного друга Корума, а также Друка и десяток легионеров, Ивлин в сопровождении остальных вновь поднял отряд в воздух и направился в сторону расположенного за городской стеной гарнизона.

Урхан, как и большинство старинных приграничных городов, был построен по аналогичному со столицей государства плану, с одним лишь отличием – центральный дворец Арфина размещался на острове, а основные здания других городов строили вокруг главных площадей.

Городская площадь имела прямоугольную форму и была окружена великолепными особняками. Четыре широкие прямые улицы вели к городским стенам, упираясь в огромные металлические ворота, в дни опасности наглухо закрывающие вход в город и надежно защищающие горожан от врага. Вдоль главных улиц размещались дома аристократии, зажиточных горожан и купечества, украшенные множеством садов; дома же более простых горожан примыкали к крепостной стене, а то и вовсе размещались за ней.

Примерно в лиге от восточной стены города много лет назад был размещен военный гарнизон, выведенный за пределы крепостных стен с целью не отвлекать воинов от их непосредственных обязанностей и не смущать городскими соблазнами. В этот гарнизон и направился Ивлин с вверенным ему манипулом. Ну а Артур в сопровождении небольшой свиты двинулся в штаб округа, дабы лично проинспектировать ход дел по мобилизации и подготовке войск к войне.

На площади было многолюдно: мужчины разных возрастов в полном боевом облачении выстраивались перед офицерами и записывались в добровольцы – благо, после последней войны прошло не так уж и много лет, и ветераны были еще молоды и полны сил. Не задерживаясь, Артур в сопровождении Друка и Корума поприветствовал вытянувшихся перед ним дежурных у ворот штаба и быстро взбежал по лестнице в здание.

Король несколько раз бывал здесь, поэтому, не теряя времени на поиск нужных помещений, уверенно прошел на второй этаж дворца и вошел в кабинет начальника штаба. Правитель не ошибся: все, кого он хотел видеть, находились здесь.

В просторном, хорошо освещенном помещении, в центре которого располагался огромный стол, находилось не менее двух десятков человек и эльфов. Здесь были основные руководители гарнизона и эльфийской когорты, уже подоспевшей к месту общего сбора, а также градоначальник и его подчиненные. Присутствующие что-то оживленно обсуждали, не заметив в первые несколько секунд появление неожиданных гостей.

– Равнение на короля! – Раздался звонкий голос одного из офицеров штаба. – Смирно!

Разговоры моментально стихли: все, кто носил военную форму, повернулись к Артуру и вытянулись, приложив кулак правой руки к груди.

– Вольно, – улыбнулся король и уверенным шагом направился к столу, на котором лежала подробная объемная карта восточных провинций и большей части Зубастого хребта.

– Ваше величество, разрешите доложить, – обратился к королю один из офицеров. По золоченым доспехам и нашивке на его руке было видно, что к королю обратился заместитель Кросса Марина, легат Питер Морус.

– Конечно, слушаю тебя Питер, – добродушно ответил Артур. – Рассказывайте, как вы тут справляетесь, что слышно о кочевниках, как проходит формирование легионов?

– Во вверенном нам округе три дня назад начата мобилизация мужского населения, – быстро, по-военному чеканил слова генерал.

– Стой, стой, – перебил его король. – Рассказывай по-простому – и быстрее будет, и понятнее.

– Как скажете, милорд, – кивнул Питер, после чего, чуть откашлявшись, продолжил: – Значит, три дня назад мы вывели войска нашего легиона ближе к Зубастому хребту – на позиции, оставшиеся с прошлой войны, ведь именно по этому направлению движется основная волна кочевников. Уже три дня бойцы отрабатывают различные варианты нападения на укрепленных позициях, возводят новые и исправляют небольшие погрешности в старых. Не далее, как сегодня утром, к нам подошла когорта эльфов, совершавшая маневры вдоль границы, а ближе к вечеру должен прибыть легион из Урской провинции. Завтра к полудню к Хребту двинутся три новых легиона, мобилизованных к сегодняшней дате. Да и несколько тысяч ополченцев со дня на день также должны подойти к месту сбора.

Артур улыбнулся: как он и рассчитывал, мобилизация шла полным ходом, и теперь к моменту развертывания войск кочевников им будет преграждать дорогу в долину не менее тридцати пяти тысяч хорошо вооруженных и подготовленных воинов.

– Отлично, друзья мои, отлично, – одобрительно посмотрел на присутствующих глава государства. – Я благодарю вас за добросовестное исполнение своих обязанностей.

– Служим Афлоту и королю! – Раздался многоголосый, но слитый воедино возглас боевых офицеров.

– Хорошо, легат, – продолжил король, – координируйте действия штаба из Урхана и регулярно сообщайте мне об обстановке. А теперь расскажите, что вам удалось выяснить о кочевниках. По сведениям генерала Владина, их не менее трехсот тысяч и они сопровождаются воинами Тьмы и мерзкими карнибулами? Есть какие-нибудь новые данные по численности каравана, количеству Темных и карликов? Через какое время они должны оказаться на нашей территории?

– Да, милорд, – продолжил все тот же бравый боевой офицер. – Несколько дней назад на основной путь движения кочевников нами были высланы боевые пары магов, которые по сей день находятся на передовой и передают нам сведения о перемещении врага. Вот с этого момента началось самое интересное, – впервые улыбнулся Питер. – После первых сообщений мы предполагали, что передовые отряды карбезов ступят на землю Афлота уже послезавтра. Но боги на нашей стороне, и случилось непредвиденное для врага. По докладу одной из групп, три дня назад у кочевников произошла поломка боевой осадной машины. В результате несколько десятков рабов смогли освободиться и скрылись в расщелинах горы, где встретились с нашими магами. После чего, скрываясь от предполагаемой погони, они наткнулись на городище гномов.

– Так, так, – заинтересованно слушая собеседника, потирал ладони король, – в самом деле, интересный поворот!

– Так точно, мой король, – подтвердил военный. – Именно после этой встречи дела у этой группы кочевников пошли из рук вон плохо. Следующей ночью было совершено нападение на караван, уничтожено несколько сотен карбезов и освобождено около трех сотен рабов.

– Ого! – Поразился Артур. – В тылу врага действует неплохая поддержка!

– В том-то и дело, – вновь улыбнувшись, продолжил рассказчик, – следующей ночью удар нанесли уже освобожденные сотни, поддерживаемые гномами и духами гор. В этой схватке противник потерял более тысячи человек, а также несколько десятков осадных машин и телег с фуражом. Эти точечные и довольно колючие уколы притормозили продвижение карбезов почти на двое суток, так что у нас теперь в запасе есть три дня на развертывание обороны.

– Вот это поистине хорошие новости! – Радостно обнял генерала король. – Молодцы парни, надо помочь им в их нелегком деле!

– Мы уже приказали нескольким парам свернуть наблюдение и присоединиться к группе Моргана – так зовут лидера невольников-беглецов, – уточнил легат. – Кроме того, почти два десятка магов тайными тропами двинулись к сердцу хребта, чтобы примкнуть к его разросшейся армии – ведь теперь под его знаменами уже более тысячи хорошо вооружены воинов, не считая гномов, которые тоже присоединились к войне на нашей стороне. К тому же, по сообщению разведки, армия Моргана отлично вооружена гномьими клинками и защищена заговоренной броней.

– Это очень, очень хорошо, – повторил Артур, слушая своего военачальника. – Значит, мы не одни в этой войне: гномы и войско бывших рабов на нашей стороне.

После небольшой паузы Питер продолжил.

– Но есть и менее приятные новости, милорд. Первоначальные данные по численности кочевников немного занижены: по последним сведениям, их более четырех сотен тысяч. Несколько тысяч темных магов движутся в центре каравана. Правда, среди Темных маги не заметили каких бы то ни было крупных личностей – обычные рядовые колдуны и рыцари, пара десятков офицеров и несколько командоров, да еще пара магистров. Зато карлики ведут себя странно – постоянно то куда-то пропадают, то появляются вновь.

– А вот это уже не очень хорошие известия, – покачал головой король. – Уточнением информации мы и будем заниматься до появления основных сил врага на нашей территории.

Выслушав доклады других офицеров, а также речь городского головы, Артур покинул помещение гарнизонного штаба и направился к выходу из здания.

На площади его поджидали друзья, немного отдохнувшие после утреннего перелета. Перекинувшись несколькими словами с Друком и Корумом, Артур жестом руки приказал отряду начать движение в сторону восточных гор.

Выслушав доклад Питера, король принял решение не задерживаться в гарнизоне, а прямиком отправиться к восточным окраинам государства – туда, где, по словам легата, уже размещался легион, готовясь к обороне. Через четверть часа, преодолев крепостную стену, воины увидели впереди ровный клин поднимающихся с земли и направляющихся им навстречу легионеров во главе с Ивлином и Петрусом. Видимо, гвардейцы также не застали основные силы в гарнизоне, а потому ждали приближения короля, чтобы сопровождать его на линию фронта.

Понимая друг друга с одного взгляда, боевой манипул пристроился за королем и его офицерами и ровным клином взял направление на восток, где через короткое время должны были показаться склоны Зубастого хребта и укрепления Урханского легиона.

– Очень кстати судьба послала мне нового союзника, – думал Артур, мастерски управляя метлолетом. – Боевой отряд неизвестного командира, да еще при поддержке хозяев гор – это очень хороший козырь в игре с Тьмой. После того, как немного закрепимся и проверим боеспособность легионов, необходимо наведаться к новому союзнику.

Некоторое время путешествия прошло в полной тишине: каждый из летунов думал о своем. В голове короля крутилось много мыслей, но одна из них не давала правителю покоя с того самого момента, как он оставил город. В который раз Артур задавал себе вопрос и до сих пор не мог на него ответить: почему в колоннах вражеских солдат нет руководства воинами Тьмы? По первым докладам явно прослеживался след самого Владыки Тьмы, но сейчас он исчез. Возможно, отсутствием крупных магов и объясняются столь удачные операции Моргана в самом сердце вражеской армии.

– Милорд, – нарушил размышления повелителя голос центуриона, – впереди появились позиции нашей армии, будем снижаться?

– Да, Ивлин, – кивнул Артур, – начинай снижение. Когда спустимся, размещай манипул на отдых – до завтрашнего утра все свободны, набирайтесь сил. Думаю, с рассветом полетим на Хребет – посмотрим, как чувствуют себя наши незваные гости.

Центурион молча кивнул и повел свой метлолет вдоль растянувшегося косяка воинов, отдавая им соответствующие указания.

Медленно повернув к виднеющимся внизу палаткам, Артур начал снижение. Уже через четверть часа его манипул ровным строем стоял на большой площадке, используемой в качестве плаца.

Трехдневный перелет и недавнее сражение личный манипул короля перенес отлично: все бойцы, несмотря на то, что данный вид транспорта был для них новинкой, выглядели неплохо, что могло объясниться только отличной физической подготовкой отобранных Ивлином бойцов. Пройдясь вдоль строя, король еще раз повторил отданное центуриону распоряжение и распустил отряд, а сам в сопровождении первого центуриона, эльфа и трех старших магов направился осматривать позиции легиона.

Работа и тренировки кипели по всему лагерю. Десятники гоняли свои группы, штурмуя импровизированные осадные машины, тут же проходили занятия по отражению атаки конницы. Центурии и полуцентурии в сотый раз отрабатывали отражение конных атак с различных позиций, одновременно работая на нейтрализацию нападающих. Чуть в стороне боевые маги легиона оттачивали мастерство в индивидуальной работе, работе парами, десятками, а также тренировались моментально образовывать большой круг и перебрасывать боевую мощь на центрального мага, который и фокусировал необычайной силы удар на учебном враге.

Обойдя тренировочную часть лагеря, Артур остался полностью удовлетворен тем, что воины готовятся во всей красе предстать перед врагом, и каждый из них понимает, что от слаженности работы их команд зависит исход боя, а, возможно, и всей войны. Каждый понимал, что армия Афлота пока невелика, потому должна побеждать врага не числом и силой, а умом и выучкой, что часто оказывается намного важнее обычного превосходства в количестве.

Король заметил, что легион разворачивался по походным правилам: в местах отдыха размещались временные палатки, которые можно было свернуть в считанные минуты, чтобы продолжить наступление или произвести смену позиций. Везде кипела работа, с западной стороны на главный плац стекались небольшие отряды численностью от десятка до нескольких десятков человек. Опытный взгляд военачальника моментально распознавал во всадниках местную аристократию, прибывшую в расположение армии со своими вассалами, которые также являлись опытными и грозными воинами.

Командиры спешивались и быстрым шагом заходили в большой шатер, размещенный на плацу, где получали назначение в ту или иную центурию ополчения. Затем они стремительно покидали центр лагеря, направляясь туда, куда их приписали.

Военная машина Афлота была построена очень хорошо: многочисленные войны и столкновения случались часто, поэтому каждый мужчина в стране хотя бы раз в своей жизни участвовал в настоящем сражении, не говоря уже о периодически проходящих в разных округах страны военных сборах. Хоть армия мирного времени в данный момент была не так уж и велика, но в считанные дни ее численность могла увеличиться в разы – за счет поставленных в строй новых легионов. Также каждый аристократ Афлота, независимо от земельного надела и количества проживающих у него крестьян, должен был прибыть по первому зову короля со своим отрядом. В приграничных провинциях, где каждый крестьянин имел меч и доспехи, так как набеги кочевников происходили регулярно, весть о мобилизации был воспринята населением очень спокойно, а порой даже радостно. Многие считали, что мирная жизнь вредна для армии и аристократии: она лишает воина самого ценного – чувства поддержки и командного духа. Каждый воин должен понимать, что он не просто маленький винтик в огромном теле легиона – он незаменимый орган, при отсутствии или смерти которого может умереть весь организм. Каждый легионер знал, что именно от его умения и мастерства зависит исход боя, что именно он в команде со своими товарищами в переломный момент битвы может спасет ситуацию. Каждый был героем – но не бездушной куклой, готовой броситься к пекло боя, чтобы, размахивая мечом, встретить смерть, а могучим и расчетливым воином, каждый шаг и удар которого взвешен и хладнокровен, а каждый удар просчитан наперед. Выучка и мастерство делали регулярные легионы могучей и грозной силой, с которой считались в любой точке Маглендола – будь то берега Окраинного моря или неизведанные земли за Рубежными горами.

Другая часть войска, не занятая в военных учениях, работала на несколько обветшалой линии обороны. Глубокие траншеи приводились в первозданный вид, их края укреплялись и обмазывались глиной, дабы затруднить врагу, угодившему в них, возможность быстро выбраться наружу. Метательные машины устанавливались и пристреливались своими командами, чтобы иметь большую эффективность в предстоящем бою и дать представление расчетам об угле и дальности стрельбы. Очень много всего, что могло затруднить быстрый проход конницы, сооружали легионеры, не выказывая усталости и отдыхая лишь по несколько часов в сутки.

Артур был удовлетворен увиденным. Если не брать во внимание магическую составляющую обеих армий, его легион готов был встретить врага и длительное время удерживать его на данном рубеже. Но маги играли важную роль в современных битвах, а их у Артура было меньше. Главное – продержаться неделю или чуть больше, пока ко второй линии обороны не стянутся вновь созданные и подошедшие из других провинций легионы и не нанесут решающий контрудар по врагу, откинув его назад, за пределы Зубастого хребта. Но это в будущем, а пока королю и его людям предстояло обороняться, любыми способами сдерживая врага. Что, собственно, королевские бойцы и собирались сделать уже через несколько дней.

Осмотрев лагерь, Артур в сопровождении друзей направился в штаб легиона, где его встретил высокий, довольно молодой, крепкого телосложения легат по имени Мак Тарлин.

– Приветствую вас, мой король! – Вытянулись в струнку легат и остальные присутствующие, приветствуя Артура и вошедших. – Легат Урханского легиона Мак Тарлин!

– Здравствуй, Мак, – поздоровался военачальник. – Я уже осмотрел расположение лагеря, увидел, чем занимаются легионеры, и, должен сказать, доволен увиденным. Какие у тебя новости, кроме тех, что мне сообщили в Урхане?

– Готовимся к осаде, принимаем подкрепления из рядов ополчения, ждем новые легионы, – задумчиво перечислил Мак, прокручивая в голове все, что произошло с момента последнего сеанса связи с городом. – Более никаких новостей нет, за исключением известий из сердца Хребта.

– Вот этого я не слышал, – удивился Артур, размещаясь в небольшом походном кресле напротив огромного штабного стола, который укрывала огромная объемная карта провинции.

– Буквально час назад маги, сопровождающие Моргана, вышли на связь и сообщили, что сегодня ночью вновь готовят масштабный удар по кочевникам. Поэтому, если возможно, просили обеспечить магическую поддержку с нашей стороны.

– Отлично, – потирая руки, заговорил главнокомандующий. – Моему манипулу предоставляется прекрасная возможность познакомиться с новым союзником и изнутри посмотреть, на что способны воины степи.

Обсудив еще рад тонкостей предстоящей битвы, уточнив численность имеющегося на данный момент войска и ополчения, Артур поблагодарил всех за хорошую службу и, покинув палатку, направился в ту сторону, где, по полученным от Петруса сведениям, остановился его отряд, а также прибывший на пегасах манипул магов Скрытого города. Вновь появившиеся маги имели такое же облачение, как и их командир, восседали на пегасах и излучали силу магии, которая внушала уважение любому боевому волшебнику Афлота. К тому же прибывшее подкрепление привело с собой десяток свободных воздушных коней, на которых с большим удовольствием пересел Артур и некоторые его приближенные.

– Ну что же, мои славные центурионы, – обратился король к собравшимся вокруг него командирам, – наш боевой ударный отряд теперь насчитывает два полных манипула, каждый из которых стоит пары хороших когорт, а твои люди, Петрус, это вообще клад!

Командиры молча склонили головы в знак благодарности и продолжили внимательно слушать короля.

– Наши планы кардинально меняются: мы не будем дожидаться утра. Лишь только небо на западе покроется звездами, как отряд в полном составе выдвигается на восток – будем искать следы нового союзника и, в случае необходимости, оказывать ему помощь. Так что, господа центурионы, трубите отбой войскам: у нас осталось не более шести часов на сон.

Центурионы во главе с Ивлином и Петрусом, который теперь также считался первым центурионом своего манипула, поклонились королю и покинули заблаговременно сооруженную дня него палатку, в которой остались лишь Корум и Друк.

Обсудив некоторые моменты предстоящей вылазки, друзья разошлись для небольшого отдыха – ночь обещала выдаться жаркой, в этом не сомневался ни один из присутствующих.

Лишь только за последним воином закрылась тряпичная дверь шатра, Артур опустился в походное кресло и, налив в золоченый кубок легкого вина, задумался над произошедшим за сегодня.

За последние три дня жизнь перевернулась: помимо начавшейся войны, Артур повстречал могучую волшебницу, о которой большинство жителей королевства слышало разве что из легенд. Кроме того, она не только общалась с ним, но и подарила сильнейший амулет, а также предоставила в распоряжение целый манипул отборных магов. «Когда же Мэрилин появится вновь?» – думал король, рассматривая карту восточных провинций и не торопясь потягивая вкуснейшее вино, от которого, впрочем, не бывало опьянения. За прошедшее время у Артура накопилось много вопросов, на которые нужно было срочно искать ответы. Главными среди них по-прежнему были два: для чего карлики массово исследуют его страну, и что необходимо Темным в его землях.

В раздумьях прошло несколько минут. Артур все так же сидел в кресле, держа в руке бокал и закинув ногу на ногу. Мысли ураганом кружились в его голове. В это мгновение король почувствовал легкое дуновение ветерка, после чего палатка начала наполняться голубоватым свечением. Подсвеченный воздух медленно собирался в вертикальную воронку, из которой в отблесках яркого света появилась Она – та, которую так желал видеть в этот момент хозяин шатра. Из образовавшегося прохода медленно вышла Мэрилин и ласково улыбнулась королю.

– Прости меня, мой друг, – заговорила она, – мне необходимо было срочно поговорить с тобой, и я не нашла другого выхода, как явиться сюда. Было желание прийти в ночном сне, но перемена твоих планов сказалась и на моих.

Артур моментально встал с места и быстро подошел к волшебнице, жестом приглашая ее проследовать за ним и разделить скромную походную трапезу. Недавние знакомые уселись в стоящие по обе стороны от небольшого столика кресла и приступили к разговору.

– Не буду тебя отвлекать, дорогой Артур, – сразу взяла инициативу в свои руки чародейка. – Ночь тебе предстоит сложная, хороший отдых не повредит, поэтому наш разговор займет не так уж много времени. Несколько часов назад синки Звездных садов явились в мой город. Как и много веков назад, состоялся Великий совет, где обсуждалась обстановка вокруг твоей войны. Все маги сошлись на том, что атака Властелина Тьмы – это не просто помощь карбезам, это ширма для более коварных планов, ставящих под угрозу весь мир. Темный пошел за ларцом, скрытым эльфами при рождении мира. Сбывается предначертанное, в котором ты и твои люди будут играть ключевую роль. Мир может погибнуть, если мы не остановим Властелина. Исполнились почти все звенья большого пророчества, осталось лишь одно. И если оно свершится в ближайшие дни, то мы будем правы в истинных намерениях Властелина. И тогда спасение мира будет только в руках смертных: мы, маги, не властны будем что-либо изменить… О том, что необходимо будет делать, если исполнится предсказанное, ты узнаешь позже.

Артур молчал, внимательно слушая чародейку. Игры великих магов и других подобных им существ немного напрягали короля: отчего люди должны страдать и терпеть унижение и смерть ради чьих-то закулисных игр?! Но спорить с Великими он не хотел. Тем более, что понимал: жизнь в его мире крепко связана с магией.

– Я пришла рассказать тебе об этом по простой причине: печать пророчества лежит и на тебе, – продолжила Мэрилин.

Изумленный король попытался было открыть рот, чтобы подробнее расспросить о сказанном, но волшебница жестом попросила его замолчать.

– Ты все узнаешь в свое время, мой дорогой друг. Больше, чем ты, никто из смертных не будет знать о происходящем, поверь мне. А сейчас делай то, что задумал. Сила крови при помощи моего амулета поможет и подскажет тебе, что делать. Она будет хранить тебя всегда, в любые времена и в любом обличье.

Сказав это, Мэрилин встала со своего кресла и, улыбнувшись, вошла в магическую воронку. Спустя мгновение волшебница начала исчезать. Артур заворожено наблюдал, поймав где-то глубоко в подсознании слова чародейки о том, что в скором времени она появится снова. От этих слов по телу разливалась теплота, в них слышались необычайная забота и сострадание. Прежде чем колдунья окончательно растворилась в воздухе, король услышал еще одну фразу, подкрепившую его боевой дух и силу. Он услышал о том, что Горенгейм поможет ему, и войска великого мага уже в пути.

Значит, действительно не все так просто в этом мире, не простая война разворачивается на его глазах, если столь могучие силы задействованы в ней. Посидев еще с четверть часа и обдумав услышанное, Артур, глубоко вздохнув, отправился на сооруженную чуть поодаль кровать, чтобы по первому сигналу дежурного встать и приступить к запланированной им операции. Уже через пару минут он погрузился в крепкий, но чуткий сон, готовясь в назначенное время проснуться отдохнувшим и полным сил для совершения поистине великих дел.

За дверью раздался тихий голос дежурного, который уверенным шагом обходил палатки и поднимал уже проснувшихся бойцов. Настало время вылета. Через четверть часа отдохнувшие и набравшиеся сил бойцы выстроились на небольшом плацу, вокруг которого расположился отряд короля. Четыре сотни воинов в сверкающих доспехах, серых и фиолетовых плащах ровными рядами ожидали Артура. Через пару минут, когда утихли команды командиров, из главного шатра вышел король. Его золотые доспехи сверкали в свете факелов. Пройдя вдоль строя, он остановился и заговорил.

Его речь была краткой, задачи командирам были поставлены несколько минут назад, и поэтому, объяснив, куда и для чего они летят, Артур скомандовал начинать операцию.

На небольшом совете решено было лететь четырьмя группами по сотне бойцов в каждой. Во главе сотен, скомбинированных из людей и магов, стояли Ивлин, Петрус, Корум и сам король. Друк и Корун летели с ним, так как маршрут Артура проходил над основным маршрутом кочевников. Две группы должны были пролететь южнее и севернее, а центурия Корума получила задание следовать в резерве, чтобы в любую секунду иметь возможность направиться на помощь ввязавшейся в бой сотне.

До рассвета оставалось несколько часов, и небо на востоке было еще темным, так что бесшумно парящие в небе летуны и маги Петруса не должны были наделать много шума, тем самым привлекая на себя внимание часовых с земли. Скорость отряда была существенной – уже через полчаса они заметили костры первых конных разъездов кочевников, мирно спящих на широких горных тропах. Видимо, два дня ночных приключений Моргана и его людей никак не повлияли на спокойный сон агрессоров. Чуть дальше под ногами у короля и его сотни начали появляться осадные машины, огромные табуны лошадей и сотни тлеющих костерков у которых коротали последние ночные часы безмятежные кочевники. Сколько хватало взгляда, до самой линии горизонта видны были огни от кострищ – это говорило о поистине огромной армии, двинувшейся этим летом на земли Афлота. Отряд короля замедлил движение и маги начали сканировать пространство, пытаясь нащупать всплески магии духов гор и сигналы оказавшихся в сердце горы разведчиков.

Примерно в лиге к востоку Друк и его люди уловили слабые, похожие на естественные всплески магической энергии, о чем моментально было доложено Артуру. Отряд остановился, зависнув небольшой темной тучей в сотнях ярдов над головами своих будущих жертв. Через пару минут сам король и его волшебники уловили множество сливающихся воедино всплесков горной магии чуть поодаль – в нескольких лигах от того места, где ранее был зафиксирован первый всплеск. В стороне, далеко под ногами, начался бой – уже не скромная вылазка небольшого отряда в несколько десятков мечей, а полноценная атака почти тысячи клинков, ударивших одновременно в десятках мест. Началась атака подгорных сил, и Артур обязан был принять в ней участие. Взмахом руки он приказал отряду разделиться на десятки и выдвинуться к месту боя, чтобы оказывать помощь союзникам, всеми силами уничтожая живую силу противника и круша его орудия. Воины подчинились приказу с необычайным удовольствием: десять темных стрел молниеносно врезались в ряды степняков и, размахивая мечами, стали наносить смертельные удары, одновременно круша противника магией.

Над перевалом со всех сторон раздавались воинственные крики легионеров Артура и армии Моргана; звенела сталь, сливаясь в единую мелодию боя. Заговоренные доспехи гномов отражали любые удары кривых сабель кочевников, защищая своих новых хозяев. Гномы же орудовали боевыми топорами, обрушивая пудовые лезвия на головы неудачливых противников. Со всех сторон на застигнутых врасплох кочевников сыпались огненные, ледяные и иного рода магические шары, предназначенные для уничтожения и нанесения смертельных ранений. В таком темпе бой продолжался несколько минут: ничто и никто не мешал магам Афлота и бойцам Моргана уничтожать врага, освобождая все новые десятки невольников, которые бурным потоком уходили в провалы скалы, под защиту магии Хребта. Артур сам орудовал мечом не хуже любого легионера; его огромный пегас опустился на тропу и, сложив крылья, гневно храпя и следуя воле наездника, грудью врезался в самое сердце схватки.

Ловко работая мечом, Артур стал испытывать нарастающее с каждой секундой волнение. Его магический амулет, подаренный волшебницей, начал светиться легким сиянием, с каждой секундой разгораясь все ярче и ярче. Боевой конь тревожно зафыркал, оборачиваясь на хозяина и выражая свое недовольство. Не переставая рубить врага, король понял, что его возросшее магическое чутье улавливает нарастающий с каждым мгновением объем враждебной энергии, готовой перерасти в магический удар сродни тому, с которым он впервые познакомился несколько дней назад на конной прогулке недалеко от столицы. Это были карнибулы, он узнал их. Весть о дерзком нападении на караван, осуществленном невесть откуда взявшимися магами, заставила их начать свой смертельный танец…

Где-то вдалеке послышался грозный клич его центурий: видимо, в дело вступила подлетевшая сотня Корума. Бой разгорался нешуточный. Конечно, как минимум одна поставленная перед отрядом задача выполнена: они узнали действительное положение дел в тылу врага и немного потрепали передовые отряды, остановив их движение на какое-то время, но Артуру необходимо было встретиться с лидером новых союзников, обсудить с ним ход будущих военных действий и оказать посильную помощь. Эта задача была первостепенной, но король начинал подозревать, что в эту вылазку она не будет решена. Надо было быстро принимать решение по этому вопросу, поэтому, недолго думая, он пришел к единственно возможному варианту развития событий: сразу по окончанию боя Корум и его сотня должны будут отправиться в подгорные просторы вместе с уходящим войском Моргана, где в спокойной обстановке договорятся о встрече с королем.

За размышлениями во время битвы прошло несколько минут, и несколько разрубленных тел стали результатами этих раздумий. Подозвав одного из десятников, король озвучил ему свое решение и приказал направляться в сторону отряда Корума, дабы передать ему свою волю. После чего амулет с бешеной силой начал излучать энергию, предупреждая хозяина о надвигающейся опасности. В следующую секунду конь Артура взмыл в небо и опустился около орудующего своим посохом Друка и еще нескольких магов Скрытого города.

– Неладное чувствуется в воздухе, – тревожно прокричал король, занятому боем другу, – карнибулы начали свой хоровод, надо закрывать людей, иначе жертв не избежать.

– Хорошо, мой король, – попытался перекричать гул боя чародей, наконец-то уничтожив назойливого кочевника, никак не желавшего отправляться к праотцам, – я сейчас соберу магов нашей сотни и мы займемся отражением удара – не пройдут у них эти шуточки! Через минуту пять десятков магов взмыли в небо, чтобы сражение не отвлекало их от магического противостояния, но и это временное ослабление сил короля никак не сказалось на ходе битвы – легионеры ловко и умело справлялись со своими основными обязанностями, к тому же повсеместно видны были десятки гномов и воинов Моргана. Правителя очень радовал такой поворот событий: случайно появившийся союзник быстро набрал мощь и серьезно портил жизнь степным агрессорам.

Раздумья короля были прерваны внезапно возникшим шумом: горы загудели, казалось, земля начинала ходить ходуном, но Артур чувствовал и понимал, что это не природная стихия и не происки горных духов, которые к тому же были на его стороне, – это где-то в нескольких лигах восточнее в ход пошла магия карликов, а гул образовался из-за контр-заклинания, умело и своевременно выставленного Друком и его товарищами. Не ожидали кочевники и их предводители, что дело пойдет таким образом: еще не достигнув равнины и не встретившись с регулярной армией Афлота, степной народ уже нес существенные потери.

На расстоянии около лиги на горном перевале шел бой, но кроме нескольких магических атак, умело отраженных магами короля, подчиненные Властелина Тьмы не предприняли ни одной попытки какой-либо более серьезной атаки; ни один темный маг не появился в зоне, подконтрольной воинам короля и ближайших групп воинов Моргана; лишь только конница волнами накатывала на нападающих легионеров и, обреченно ударившись о каменный заслон, откатывалась назад. Многие сотни тел лежали на камнях, многие сотни были ранены и пытались отползти подальше от неизвестно откуда появившихся богатырей в серых и фиолетовых плащах. Были потери и среди подземных воинов, но они, по сравнению с потерями степняков, были минимальными. Среди личной же охраны короля насчитывалось лишь несколько раненых солдат.

Бой длился уже около получаса, и тревога Артура нарастала: с каждым последующим ударом карнибулов чувствовался наплыв мощи и злобы, каждый последующий удар был сильнее предыдущего. Друк все сложнее было сдерживать натиск карликов, ему на помощь пришли маги из сотни Корума. Пора было подумать о нейтрализации какой-нибудь небольшой группы колдунов врага, дабы дать еще некоторое время пехоте, которая очень хорошо показывала себя в бою. Отбив атаку одного из напавших на него кочевников, Артур направил пегаса к группе магов, зависших в нескольких десятках ярдов над их головами. Надо отметить, что, если бы не поддержка воинов Петруса, атака сотни Артура и центурий Моргана давно уже захлебнулась бы под натиском карнибулов. Понимая этот факт, король еще раз добрым словом вспомнил Мэрилин и ее предусмотрительность.

Перекинувшись парой слов с Друком и выяснив, в каком направлении следует нанести удар, Артур вместе с парой десятков магов Мэрилин стрелой полетел в выбранном направлении. Через несколько минут на небольшой горной площадке были замечены около сотни уже знакомых карликов, которые под прикрытием нескольких сотен стоявших поодаль кочевников творили свою волшбу. Учтя опыт последних сражений, когда охрана уничтожалась в считанные мгновения и находящиеся в магическом трансе карлики оказывались беззащитными перед ударами врага, карнибулы выбрали, как им наивно казалось, единственно правильное и очень хитрое решение: сотня колдунов забралась на отвесный уступ, попасть на который можно было только по приставным лестницам. Таким образом, как полагали кочевники, если кому-то и удастся прорвать заслон из нескольких сотен сабель, то ему придется еще потрудиться, чтобы попасть на площадку к карликам. Выигранные минуты замешательства помогут успеть выйти из транса и спасти своих драгоценные жизни. Но карнибулы не учли одно: они не были знакомы с личной охраной короля, которая благополучно совершила воздушное нападение на неприступный с земли выступ. Заметившие летунов кочевники безрезультатно пытались поразить их стрелами и копьями, а подоспевшие с лестницами расчеты охраны уже опоздали: меньше минуты ушло у короля и его воинов на полное уничтожение колдующих существ. Через минуту десятки магов величественно поднимались в воздух, оглушая мечущихся в злобе и ярости обманутых степняков воинственным кличем, эхом разнесшимся по перевалу.

Битва подходила к концу. Магические удары стали заметно слабее, да и кочевники потерпели сокрушительное поражение по всей линии фронта. Не меньше двух тысяч рабов было освобождено воинами Моргана и укрыто под надежными сводами древних гор. Пора было возвращаться в лагерь.

Солнце медленно вставало над просторами Зубастого хребта, и дальние снежные вершины блестели в лучах восходящего светила, слепя глаза любующихся ими людей. Около четверти часа назад сотня Артура покинула место сражения, оставив после себя множество изуродованных тел. Враг понес первые потери от тех, кого сам хотел застать врасплох и, ограбив, увести в рабство.

Никто не преследовал воинов короля. Даже нечастые магические удары, намного ослабшие после успешной операции Артура, не доставляли больших хлопот оставшимся в строю магам. Сотня Корума благополучно ушла вслед за отступающим в горные пределы войском Моргана, с которым король так и не повстречался во время боя.

Ночное приключение, как предполагал государь, должно было задержать кочевников как минимум еще на сутки, что давало основному войску Афлота возможность еще лучше окопаться и пополнить ряды новыми солдатами, регулярно стекающимися в расположение полевого лагеря.

Через полчаса уставший, но полный боевого духа отряд из трех сотен воинов подлетел к своим позициям и, сделав круг над боевыми расчетами, опустился на выделенный ему участок плаца. Ночной поход обошелся королю в пять легко раненых легионеров, которые благодаря искусным лекарям Афлота уже на следующий день вновь могли приступать к своим обязанностям в полную силу. Сотня Корума осталась в горных пределах и должна была в скором времени выйти на связь, чтобы обговорить возможность встречи трех лидеров, включая и Краснобородого Прадли.

Отдав некоторые распоряжения и распустив командиров, Артур в сопровождении Друка и Петруса отправился на очередной осмотр лагеря с последующим посещением штабной палатки. До начала войны оставалась пара дней.

В лагере произошли существенные изменения: как и говорил вчера легат Питер Морус, к Урханскому легиону и войску ополченцев присоединился полностью укомплектованный легион соседней Северной провинции, да и число ополченцев существенно прибавилось. Увиденные изменения очень радовали короля, тем более что легион сходу приступил к возведению оборонительных сооружений. Если все пойдет по плану Питера, самое позднее, завтра к утру, подойдут еще три легиона новобранцев, и совсем скоро начнут подходить легионы регулярной армии.

– Не стоит принимать бой у этих рубежей, – думал король, обходя оборонительную линию. – Нам необходимо будет встретить врага чуть восточнее и, совершив первое сражение, спокойно откатиться к уже подготовленным рубежам. Тем более, что первый бой мы примем лишь легионом Урхана и легионом новой волны, усилив их манипулом эльфов и несколькими тысячами конного ополчения аристократии. Остальные войска будут ожидать нас здесь: они смогут дать хороший отпор врагу в случае прорыва либо нашего отступления.

Через полчаса Артур со своим эскортом подходил к главному шатру. Внутри него их взору предстала та же картина, что и днем ранее. Поприветствовав своего короля, воины, не отвлекаясь на формальности, с головой погрузились в обсуждения. Подошедший с пополнением легат доложил о состоянии дел в легионе и начал знакомиться с линией обороны и характером предстоящих сражений.

После сегодняшнего происшествия Артур стал более серьезно готовиться к обороне, но в то же время его уверенность в своих силах и вера в боевой дух и умение королевских солдат намного укрепилась. Теперь правитель не боялся с несколькими легионами вставать против сотен тысяч бойцов врага, ведь один его солдат, сражающийся за правое дело, стоил десятка вражеских. А после прихода основных сил Артур был уверен, что тысячи степняков будут обязательно отброшены за хребет и не смогут при всем желании продвинуться дальше Шумной реки.

После часового совещания командиры разошлись по вверенным им подразделениям, и уже через полчаса ровные колонны центурий Урханского и Первого добровольческого легионов в полном боевом облачении двинулись в восточном направлении – ближе к Зубастому хребту, чтобы за оставшиеся дни сформировать новую линию обороны и не дать врагу развернуть свои отряды на равнинной местности, а принудить его бросать войска в бой сразу же после утомительного спуска по горным тропам. Ровные прямоугольники центурий, чеканя шаг и напевая походные песни, смело шли навстречу врагу, а вслед за армией тянулись вереницы обозов с провиантом, снарядами для метательных машин, инструментами и материалами, необходимыми для обустройства заградительной линии. Далее за ними медленно, ведомые конными упряжками по ровной, как лезвие меча, приграничной дороге катились метательные машины и катапульты. Замыкали шествие шесть полных когорт конницы, сформированных из ополченцев Урханской провинции. Манипул же эльфов был направлен королем на новые рубежи еще до совещания – для выбора наиболее удобной позиции и развертывания лагеря. Все механизмы военной машины крутились полным ходом. Теперь степняков у края равнины должны были встречать пятнадцать тысяч хорошо обученных и вооруженных воинов Афлота, а это была уже очень грозная сила.

Весть от Корума пришла ближе к вечеру, когда легионы подошли к хребту и принялись выставлять дозоры, чтобы после ночной передышки с рассветом начать готовиться к обороне. Место для боя было выбрано, как считал Артур и его командиры, довольно удачно – широкие горные тропы под крутым углом спускались с хребта и, образуя просторную поляну на небольшой высоте, узкой полоской переходили в равнину. Острые камни усеивали расстояние от гор вглубь равнины почти на несколько сотен ярдов, что очень затруднило бы передвижение на конницы степняков, не позволив ей сходу вступить в бой. Далее каменистая поляна упиралась в неширокую и довольно мелкую горную речушку, дно которой было покрыто столь же острыми камнями, что также было на руку королю и его воинам. Данная речушка кроме каменного дна, усыпанного острой галькой, имела и еще одно преимущество – противоположный хребту берег был очень крутым и в некоторых местах его высота составляла два человеческих роста, что также не способствовало быстрому перемещению кочевников в глубь равнины. А переброска боевой техники вообще задержала бы вражескую армию как минимум на сутки. Вот в такой местности и решено было встречать противника.

Посланный в подземный город эльф сообщил королю о том, что Прадли и Морган очень рады вниманию, оказанному им правителем Афлота, и готовы встретиться с ним в любое удобное для него время. После полученных известий Артур спокойно погрузился в сон. Его тело очень устало – сказывались утренний бой и дневной переход, который он проделал верхом на своем скакуне по приграничному тракту рядом с командирами легионов.

Лагерь также отходил ко сну. Теплый летний вечер сменялся звездной и тихой ночью, наполненной звуками природы и благоуханием лесных трав. Солдаты мирно сидели небольшими компаниями у походных костров и дружно о чем-то разговаривали, кое-где слышались веселые солдатские песни. С появлением первых звезд разговоры постепенно стали стихать, и все чаще то из одной, то из другой палатки слышался здоровый мужской храп. Только бдительные караульные трепетно несли свою службу, оберегая сон и жизни боевых товарищей.

Спал и король. Амулет Мэрилин, доселе спокойно горевший на его груди, резко вспыхнул, наполнив комнату ровным голубым светом, от которого Артур и проснулся. Не понимая, что происходит, молодой правитель быстро надел доспехи и, зажав в руке горящий артефакт, направился к выходу из палатки.

Откинув шкуру медведя, которая являлась дверью в шатер, Артур не увидел картины боевого лагеря, которую лицезрел перед отбоем. Его взору предстал плотный белый туман, укутывающий все вокруг; сплошная белая пелена съедала все на расстоянии нескольких ярдов. Сначала король подумал, что подобный туман могла породить небольшая речушка, протекающая чуть восточнее. Но, когда из густоты тумана навстречу Артуру выступили три фигуры в длинных белых балахонах и с посохами в руках, к нему пришло понимание магической природы тумана. Остановившись на небольшом расстоянии от короля, один из гостей махнул Артуру рукой, приглашая следовать за ним.

Тревоги не было никакой: врожденное чутье не предвещало никакой опасности, поэтому молодой государь решил довериться зову незнакомцев и последовать за ними. Тем более что исходящая от старцев магия была очень похожа на магию амулета, который по-прежнему мерцал мягким голубым светом. Артур следовал за гостями, стараясь не терять их из виду. Пройдя несколько десятков ярдов синки остановились. В том, что это были великие волшебники, Артур уже не сомневался, но вот с какой целью они привиделись ему, пока было не ясно, очень интересно и жутко волнительно.

– Смотри, Артур, – громким голосом, полным могущества и власти, заговорил один из старцев.

Туман перед глазами короля растаял, и правитель увидел, что стоит с синками на краю высокого холма, а перед ним открывается картина кровавой битвы. Впереди лежала огромная равнина, окруженная невысокими холмами и лесом, сотни тысяч существ сошлись на ней в великой битве. От стука мечей и криков воинов закладывало уши, свист стрел сливался в один нескончаемый гул. Прямоугольники отрядов шли друг на друга, размахивая оружием, громя и уничтожая все живое. Огромные пожары пылали повсюду, дым резал глаза, заставляя слезы ручьем бежать по лицу. Метательные машины, не переставая, разбрасывали огненные шары, с шумом врезающиеся в землю, сея страх и ужас. Смерть летала над полем, каждую секунду гибли сотни бойцов, уносимые в страну духов лезвием вражеского меча или ядовитой стрелой. Над равниной чувствовалась чудовищные всплески темной магии.

– Это не ваш мир, – продолжил старец. – Много веков назад Темный Властелин проник сюда по звездным тропам и с помощью местных колдунов попытался подчинить его себе. Мир был достаточно юн и не имел каких-либо тайн, способных в одночасье склонить чашу весов в чью-либо сторону, поэтому выигрывал тот, кто сильнее.

Туман моментально закрыл перед королем смертельную равнину. Через мгновение он снова растаял, будто от дуновения ветра, и перед смотрящими предстала другая, не менее страшная картина.

Огромные черные всадники в рогатых шлемах и с кривыми саблями на полном скаку летели по узким деревенским улицам. Огненные факелы в их руках то и дело касались соломенных крыш. В ночном небе пахло смертью. Слышался крик и плач, одинокие мужчины пытались противостоять невесть откуда взявшейся рогатой угрозе, но злодеев было больше. Деревня горела, а все, кого встречали на своем пути черные всадники, были тяжело ранены или уже мертвы.

– Это еще один мир, где победила Тьма, – вновь заговорил маг.

Туман снова закрыл страшную картину горящей деревни от взволнованных глаз Артура.

– Так случается везде и со всеми, кто пытается противостоять Властелину Тьмы и его слугам. Но у вас есть шанс. Ваш мир полон магов, равных по силе и даже более могущественных, чем многие слуги Темного. Ваш мир много старше тех, которые ты увидел сейчас. Кто-то пал под натиском врага, кто-то смог дать отпор, но отовсюду Темный успевал уходить, оставляя своих наблюдателей для дальнейших атак. Сейчас Властелин решил, что пришла очередь и вашего мира. Много веков назад он делал попытку поработить его, но, как мы считаем, нападение было разведывательным – в те времена он просто прощупывал эту землю на прочность. А теперь те картины, что ты только что видел, могут воплотиться и в твоем мире. Причем очень скоро – если не остановить Темного.

Туман вновь растаял, и перед взором короля предстала ужасающая картина разрушенного Арфина. Всюду пылали пожары, полчища темных воинов сновали по улицам, убивая всех, кто попадался им на пути. Десятки легионеров пытались противостоять врагу, но тут же уничтожались мощными магическими ударами темных колдунов. Город горел, сотни изувеченных тел лежало на его улицах. Король боялся даже представить, что происходило в этот момент во дворце. Пепел от сотен пожаров заслонял солнце, крики умирающих оглушали наблюдателей.

– Это еще не свершилось, – продолжил маг, – и, будем надеяться, не свершится. Но все зависит от вас, смертных. Сейчас все в ваших руках, только вы можете спасти свой мир. Темный не может открыто вступать с вами в бой, но его сила питает его слуг: чем он мощнее, тем сильнее они. Ваш мир особенный, он полон магии – как светлой, так и темной, она постоянно находится в равновесии, так было почти всегда.

Как ты уже слышал, наш дорогой друг, когда ваш мир был юн и только эльфы заселили его, семеро из них узнали страшную тайну: они обнаружили древнее зло, которое путешествует с одной земли на другую и уничтожает их. Это проклятье проникло и в ваш мир, когда он только зарождался. Это нечто не имеет тела и никому не принадлежит, даже Темный Властелин не может приручить его, ведь оно настолько древнее, что является ровесником первых из миров. Темный ищет его, и если он встретится с ним раньше вас… Ты видел, что грозит в этом случае твоей стране и всему живому. Вот почему армия кочевников идет без магов: они, словно охотничьи псы, рыщут по всему Афлоту в поисках ларца, в который погрузили великую тайну миров древние эльфы. Степная же рать здесь лишь для того, чтобы отвлечь тебя и армию Афлота от слуг Властелина, прочесывающих каждый ярд твоей страны. В свое время смельчаки эльфы смогли обуздать Зло ценой своих жизней. Кровь эльфов и великая магия смотрителей Звездных садов остановила и изменила его природу. Теперь, если его найдет Темный Властелин или другое существо, злое телом и духом, мир погрузится в хаос. Если же артефакт откроет существо с чистыми помыслами, оно уничтожит древнюю магию и убережет ваш мир, но погибнет само. Что будет дальше, пока не знает никто, но вам нельзя допустить, чтобы карнибулы добрались до ларца первыми.

Как говорила тебе Могучая Мэрилин, пророчество почти исполнилось: амулет выбрал тебя, древнее кольцо повстречало молодого мага из Сказочного леса, который со своими друзьями уже идет к тебе навстречу. Третьего пока нет, но скоро он будет избран, и тогда Властелина уже не остановить. Вам надо отправляться на поиски ларца. Что ждет этот мир, зависит только от вас. Что случится с вами после открытия ларца, не знаем даже мы, но только это остановит Темного и спасет всех.

Туман снова расступился перед стоявшими мужчинами. Артур и маги находились посреди небольшой лесной поляны. Старые вековые деревья низко склоняли свои кроны, чувствовалась сырость и гниль находящегося рядом болота. На поляне, густо поросшей травой, не было ничего, кроме небольшой кучи беспорядочно наваленных камней.

– Запомни это место, Артур, – завершил свою речь старец, – память о нем поможет тебе в поисках. Запомни звезды – по ним ты найдешь дорогу к ларцу.

Артур молчал. За последние дни тайны миропорядка и древние легенды окутали его с ног до головы, он уже не удивлялся ничему. Артефакты, темные маги, звездные пути между мирами еще луну назад казались ему чем-то далеким и отчасти несуществующим, но сегодня, когда Великие синки лично общались с ним и водили по Тайным тропам, все стало реальным и очень опасным. Теперь только от него да от нескольких избранных зависела судьба мира. Только они могли склонить чашу весов миропорядка в одну из сторон. Сотни тысяч легионеров и степняков сейчас казались Артуру горсткой песчинок в чьей-то большой игре. Тысячи смертей, произошедших за последние дни и еще ожидающихся в скором времени, свершаются лишь для того, чтобы скрыть реальные планы больших игроков…

Артур, скрипя зубами и стиснув кулаки, слушал магов. С каждым их словом он все больше и больше хотел встретиться с Темным Властелином, найти ларец и сломать планы этого алчного, заботящегося только о себе существа. Он понимал, что никогда больше не увидит свою семью, что никогда не будет любоваться красотами Радужного водопада, но это не беспокоило его. Перед глазами стояли только лицо его сына, его близких, ради счастья и благополучия которых он готов был погибнуть.

– Спасибо, Великие, – с трудом отогнав тяжелые мысли, промолвил Артур, с благодарностью глядя в глаза магам, – спасибо за то, что не бросили наш мир в беде и пришли на помощь; спасибо за то, что открыли тайны древних и дали нам шанс на спасение. Я сделаю все, что в моих скромных силах, для спасения страны и ее жителей.

Маги лишь добродушно улыбнулись и растаяли в тумане. Артур стоял один в белой дымке, полный решимости остановить страшное чудовище. Теперь он знал, что ждало его впереди, и, высоко подняв голову, готов был ринуться в бой.

Туман все также окутывал короля. После исчезновения магов он остался стоять на небольшой поляне, показанной ему волшебниками чуть ранее. Оглянувшись по сторонам, Артур попытался как можно внимательнее запомнить окружающее пространство, но ничего примечательного не было в этой лесной глуши – лишь груда древних, поросших мхом камней придавала ей немного необычный вид. Казалось, что обломки камня ранее представляли собой какой то монумент или небольшой алтарь, но по прошествии веков строение рассыпалось и поросло мхом. Звезды ярко светили в вышине своим великолепным спокойным светом, огромная полная луна молчаливо глядела вниз. Артур бывал во многих местах этого мира и понимал, что везде рисунок из звезд разный, но это небо было родным: такие звезды принадлежали его стране, его родному Афлоту. Конечно, это было не небо над столицей и не небесные просторы над военным лагерем близ хребта, но король мог поклясться, что это звезды Срединных провинций его страны. Туман вновь сгустился над королем, окутав его с ног до головы. Амулет тепло мерцал на груди.

Прошло мгновение – и все вернулось на свои места: король, как и прежде, стоял чуть поодаль от своего шатра в центре лагеря. Его отряд спал, и только доблестные дозорные бдительно несли свою службу. Правитель пошевелился и под его ногой предательски хрустнула ветка. Два легионера, стоявшие у палатки, вскинули мечи, грозно всматриваясь в темноту ночи.

– Это я, не переживайте, – подал голос Артур, опасаясь ненароком поймать стрелу.

Услышав голос командира, который должен был спокойно спать за их спинами, солдаты немного удивились, но всё же не опустили мечей, готовясь в любую секунду отразить атаку незваного гостя. Озарив пространство вокруг себя небольшим заклинанием, чтобы стражники видели его, король молча подошел к своему шатру. Поблагодарив бойцов за хорошую службу, Артур вошел в палатку и сел в кресло, в котором вчера приветствовал Мэрилин. Все не так просто, как казалось, думал он, завтра необходимо принимать срочные меры по обеспечению надлежащего порядка в стране. Все неизвестные маги, чья сила принадлежит Тьме, должны быть задержаны и водворены в застенки магических темниц до полного устранения опасности. Также необходимо позаботиться о преемнике на посту командующего войсками – на случай, если придется срочно оставить лагерь. Ну и, конечно, самое главное – это хорошо выспаться, ведь завтра будет очень тяжелый день.

Глава восьмая

Оправившись после недавнего боя, в котором его новое войско открыто противостояло врагу, Морган молча сидел в большом зале, где рядом с ним о чем-то весело разговаривали друзья и несколько гномов. Эффект, вызванный боем был колоссальным: никто из кочевников не мог предположить, что у них под носом за несколько дней появится грозная сила из сотен непонятно каким образом выживших рабов, причем рабов, атакующих своих недавних надзирателей не обломками палок или камней, а настоящими мечами, выполненными искусными мастерами подземных кузниц. Недавние лохмотья теперь сменили могучие, кованные все теми же мастерами доспехи. В общем, войско представляло собой грозную силу, а после утреннего боя, в котором бывшим рабам помогали невесть откуда взявшиеся воины и маги на крылатых конях, оно казалось почти непобедимым.

Итоги сражения подвели вскоре после возвращения. Огромное войско заняло уже несколько подземных залов, гномы с удовольствием помогали новым союзникам всем, чем могли от еды до оружия. По скромным подсчетам в ночную вылазку было освобождено более двух с половиной тысяч пленных, и примерно около двух тысяч степняков прекратили войну, оставшись лежать на холодных камнях Зубастого хребта.

Теперь необходимо было собраться с силами и привести в порядок огромную армию, насчитывающую уже семь полных когорт отборных и хорошо вооруженных бойцов. Более четырех тысяч мечей мог в одночасье выставить Морган против противника, и каждый из воинов считал за счастье сразиться с кочевым народом, мечом отомстив ему за жертвы и горести своих народов. Командирами когорт и центурий при общем одобрении выбрали наиболее опытных воинов из числа освобожденных в первые ночи, ведь среди рабов было и немало профессиональных военных, попавших в рабство при различных обстоятельствах. Прадли с удовольствием делился с Морганом запасами своих бездонных хранилищ, раздавая новым друзьям древние клинки и прочнейшие доспехи: по его словам, гномы могли обеспечить подобным еще не одну когорту легионеров.

Прошло несколько часов в бытовой суете. Все войска уже накормили и определили для отдыха, после чего новые центурии должны были разойтись по подземным лабиринтам для тренировок. Командованием было решено все свободное время уделять физической и тактической подготовке: хоть почти все умели пользоваться мечом, но время, проведенное в кандалах раба, могло неблагоприятно сказаться на мастерстве и выучке.

Наконец, можно было подумать и о дальнейшей борьбе. Сегодня Моргану повезло – потери составляли меньше полуцентурии, но все это лишь благодаря появившимся воинам на странных летающих предметах и магам на крылатых конях. Только благодаря их смелости и магическому мастерству удалось удержать атаки карнибулов и избежать поистине громадных потерь. Больше совершать точечные и малочисленные вылазки вряд ли удастся: если уж на них обратили внимание маленькие колдуны, то в дальнейшим они наверняка будут неустанно следить и выискивать затаившихся «подпольщиков». Ах, как не хватает магов в этой войне! Хотя бы пару десятков подобных тем, что утром спасали их жизни – и армии Моргана еще долгое время не страшны были бы нападки кочевников! Конечно, в его команде уже появилось несколько товарищей Антиро, пришедших к ним некоторое время назад, да и гномьи чародеи неплохо справлялись со своими обязанностями, но по-настоящему боевых магов было недостаточно.

Сегодня им помогали поистине могучие волшебники: Морган никогда не видел такой силы и не слышал о подобных крылатых конях. Воистину удивительна земля Маглендола – кто только не проживает на ее просторах, каких чудес не встретишь в самых разных ее уголках! С такими союзниками, как эти парни, ему будет не страшна пляска карнибулов. В это время в помещение, где находился Морган в компании нескольких человек и гномов, вошел один из его новых центурионов. Пройдя к небольшому креслу, расположенному в дальнем углу зала, где отдыхал командир, он робко кашлянул и заговорил.

– Командир, после боя мы уходили горными проходами, и за нами в недра хребта зашла сотня магов и воинов во главе с эльфом. Это та сотня, что плечом к плечу с нами сражалась с ненавистными степняками. Духи горы не препятствовали им, поэтому мы с удовольствием и благодарностью за помощь в бою сопроводили их в наш лагерь. После короткого разговора выяснилось, что нам сегодня помогали люди из личной охраны короля Афлота Артура. Так вот: их командир, достопочтенный Корум, желает встретиться с вами и уважаемым Прадли наедине.

Морган очень удивился услышанному, но был крайне рад появлению таких гостей.

– Конечно, необходимо встретиться с теми, кто подарил нам победу такой ценой и сохранил столько наших жизней! Скажи ему, что я готов в любое удобное ему время встретиться с ним. Уверен, уважаемый Прадли поддержит меня и составит компанию. С глубоким уважением в голосе проговорил Морган.

Солдат молча кивнул своему командиру и так же бесшумно, как и вошел, покинул пределы зала.

Через несколько минут в сопровождении пары гномов в комнату к Моргану вбежал взволнованный Прадли, что-то эмоционально и весело обсуждавший. Увидев друга, сидящего одиноко и о чем-то размышляющего, гном, не церемонясь, быстрым шагом подошел к нему и крепко стукнул по плечу, приводя загрустившего товарища в сознание.

– Дружище! – Громогласным голосом с веселой усмешкой протрубил он. – Что ты такой кислый, лица на тебе нет, будто мы не выиграли сегодняшний бой, а проиграли, и ты снова попал в лапы своей любимой осадной машине!

Громкий смех гномов эхом разнесся по каменным сводам зала.

– Пойдем выпьем старого доброго пива: наши пивовары знатно его готовят, тем более сегодня такое событие, такая большая победа над нашим общим заклятым врагом! Ты слышал, что летучие воины разгромили отряд из сотни карликов? Вот это знатная победа, только от одной этой вести можно опустошить все запасы свежеприготовленного пива!

Гномы снова громким ревом поддержали своего вождя.

– Слушай, Прадли, я с удовольствием разделю твое веселье, – заулыбался Морган, смотря прямо в чуть хмельные глаза могучего гнома. – В любой другой ситуации я бы давно находился рядом с тобой, но вот вести, которые принесли мне пару минут назад, думаю, и тебя отвлекут от бочонка, хотя бы на пару часов.

– Ты не прав, мой друг, – засмеялся гном, весело сузив глаза, – ничто меня не сможет сейчас отвлечь от веселья. Ну, кроме нападения врага, а это, как ты понимаешь, почти невозможно.

– У нас гости, мой друг, – сделав такое же лукавое лицо, как за секунду до этого было у гнома, продолжил Морган, – к нам пожаловали крылатые воины и маги, которые так удачно и своевременно помогли нам и направили ход сражения в нужное русло. То, что ты сейчас обмываешь – также их рук дело.

Глаза гнома на секунду округлились, и он еще громче завопил на всю пещеру:

– О великие духи гор, да не пропадет же жар в наших подземных кузнях! Ради этих великих воинов я сделаю все и, конечно же, встречусь с ними, чтобы выразить благодарность и восхищение перед их великим подвигом.

– Прадли, – засмеялся Морган, – ты говоришь, как какой-нибудь придворный чиновник перед лицом своего начальника. Парни после битвы вошли с нашими войсками в горные пределы, духи спокойно их пропустили, к тому же они желают встретиться с нами, и нам необходимо сделать это, дабы отблагодарить за их героизм.

Не дожидаясь известий от ушедшего центуриона, Морган и его немного протрезвевший друг направились к выходу из залы, чтобы самим найти новых союзников и выказать уважение своим появлением.

Через четверть часа прогулки по громадным залам, заполненным людьми, суетящимися по разным только им известным надобностям, два друга наконец-то нашли тех, кого так желали встретить. Сотня Корума размещалась в одном небольшой помещении, чуть поодаль от основных. Боевые лошади, приведенные королевскими легионерами с собой, спокойно стояли в смежной комнате, вычищенные и накормленные. Сами же маги и воины приводили в порядок свое обмундирование, кто-то просто разговаривал, а кто-то, пользуясь возможностью, отдыхал.

Лидеры мощной подземной армии остановились перед входом в помещение: их взору предстали могучие, как на подбор, воины в серых и фиолетовых плащах. Великолепные доспехи ничуть не уступали по красоте и прочности защите горного народа. Рядом со входом на небольших креслах у каменного стола сидели несколько мужчин и о чем-то оживленно разговаривали. Прадли и Морган, не сговариваясь, направились именно к это группе: среди них, как они предположили, и находился командир могучей центурии. Тем более, что за столом сидел эльф в прекрасных доспехах, сверкающих в отблесках ярких факелов. Подойдя к столу, друзья представились, а могучий перворожденный действительно оказался тем, кого они искали, и кто горел желанием лично с ними познакомиться.

– Очень, очень рад встрече, – обнимал эльфа низкорослый гном. – Я восхищен вашим сегодняшним подвигом, и уже праздновал славную победу, когда мой друг Морган сказал, что эти великие воины и волшебники, без которых у меня не было бы праздника, у нас в гостях. Как не радоваться тому, что доселе пустующие своды наших пещер заполнились жизнью, а столь достойные господа делают нам честь гостить у нас!

– И я рад знакомству с вами, уважаемый Прадли, и с вами, Морган, – размеренным звучным голосом, свойственным всем эльфам, заговорил Корум. – Наши войска уже наслышаны о ваших славных победах, мы рады иметь таких друзей и союзников, как вы. – Приложив руку к груди, эльф слегка поклонился и продолжил: – О вашем появлении на землях Афлота, господин Морган, нам сообщили наши общие друзья – Антиро и его брат Арунто, случайно повстречавшие вас несколько ночей назад. После того, как вы объединились с великим Прадли и совершили несколько столь удачных нападений на кочевников, о вас не говорит только глухой, не слышавший о ваших подвигах, и немой, ввиду отсутствия дара речи. Все легионы приграничной полосы уже знают о вас и считают за честь плечом к плечу с вашими воинами сразиться с общим врагом.

Пораженные словами эльфа, друзья молча стояли и внимательно его слушали.

– Сегодня утром, – продолжил Корум, – личная охрана короля во главе с Его Величеством вылетела для обследования и осмотра войск степняков. Пролетая над позициями врага, мы заметили начавшийся бой. Сразу после этого король лично повел свои центурии в самое пекло, и плечом к плечу с простыми воинами сражался с кочевниками. В ходе сражения с посыльным от него мне поступил приказ встретиться с вами и договориться о встрече с королем в удобное для вас время.

Первым заговорил Морган. Искренне поблагодарив эльфа и его славных воинов за огромную помощь, оказанную в сражении, и высказав предположение о том, что только благодаря этой своевременной атаке им удалось избежать сотен жертв, он с готовностью согласился проследовать с Корумом в любое указанное им место для встречи с героическим правителем, который сам с мечом шел в атаку, дабы помочь неизвестным воинам в бою.

Прадли лишь молча соглашался со словами своего друга, и также выказал желание познакомиться с королем и оказать ему и его войску посильную помощь.

На том и порешили. На рассвете следующего дня Корум в сопровождении полуцентурии из личной охраны короля, вместе с Морганом, Прадли и Антиро, а также пятью десятками отборных воинов Свободного войска, как решили именовать себя люди Моргана, на метлолетах и крылатых конях полуцентурии магов Скрытого города отправились в западном направлении – чтобы ближе к склонам хребта, в зоне недосягаемости для магии карнибулов, встретиться с Артуром. По большой просьбе Моргана и на свой страх Корум решил оставить всех магов из своей сотни для поддержки воинов Свободного войска. Решив все вопросы и обсудив детали предстоящего полета, новые товарищи втроем, поддавшись все же уговорам гнома пропустить по кружке великолепного пива, пошли в пределы гнома, чтобы отметить тем самым знакомство и большую победу. До вылета оставалось еще более пятнадцати часов.

Весь день и большую часть вечера три командира провели вместе. Прадли, как истинный гостеприимный хозяин, в перерывах между празднествами показал Моргану и Коруму большую часть своих подземных владений, при этом хорошо приправляя прогулки по подземному городу искусными рассказами и легендами о его обитателях. После того, как были осмотрены мастерские, кузницы, огромные пещеры, в которых добывались металл и драгоценности, воины решили все-таки заканчивать с празднеством и готовиться к встрече с королем.

Утро было добрым и многообещающим. В назначенный час в основных залах подземного города, как здесь было заведено всегда, ярко и неторопливо начал разгораться свет, создавая иллюзию восходящего солнца. Такое постепенное увеличение освещенности благотворно сказывалось на психическом состоянии просыпающихся, ведь резкое пробуждение могло быть воспринято отрицательно и напрочь испортить настроение на весь день. Через четверть часа жизнь в сердце Зубастого хребта закипела. Гномы и их многочисленные гости приводили себя в порядок и, весело разговаривая и шутя, направлялись в специальные помещения для приема пиши. После утренних процедур каждый начинал заниматься тем, что было ему по душе. Гномы, не задействованные в борьбе с кочевниками, спускались в шахты или шли в мастерские, остальные же вместе с гостями начинали заниматься отработкой навыков боя или приведением снаряжения в боевую готовность. В таком же виде сейчас находилась и полусотня Корума, проводящая инструктаж с новичками в летном деле, которым предстояло сопровождать Моргана и Прадли в готовящемся путешествии.

Последними к уже готовому отряду присоединились гном и командир Свободного войска: к большому удивлению эльфа, они выглядели очень свежими и хорошо отдохнувшими, будто не было громких тостов и шумных разговоров, оконченных по настоянию Корума глубоко за полночь. Видимо, и вправду, как вчера убеждал друзей гном, пиво не оставляло следов похмелья и благоприятно сказывалось на организме, не ослабляя его, как любой другой алкоголь, тем более употребленный в таких количествах.

Перекинувшись несколькими словами, друзья ловко забрались на коней, не забыв немного подшутить над пыхтевшим гномом, и начали путешествие, которое окажется судьбоносным не только для наших героев, но и для всех жителей Маглендола.

Старшим группы одобрительным молчанием выбрали Корума: он не только лучше всех умел пользоваться метлолетами и управлять крылатой конницей, но и отлично знал местность над Зубастым хребтом.

По зачарованным коридорам гномов отряд шел, спешившись и ведя коней рядом, дабы не отставали пешие воины. Да и низкие, не более двух ярдов высотой, потолки не предусматривали конных прогулок. По коридору к выходу из подземелья двигались молча: каждый был погружен в только ему известные думы. Духи гор медленно, но верно вели путников к поверхности, чтобы вывести их в наиболее безопасном месте. Хотя, как решили друзья, одинокий и небольшой отряд кочевников, или пару отделившихся от основного войска разведывательных групп с большим удовольствием можно было бы и уничтожить.

Через четверть часа бойцы остановились. Перед ними был проход, за тонкой пеленой которого виднелось голубое утреннее небо. По словам Прадли, духи вывели их на небольшую поляну, отгороженную от основных проходимых троп каменными валунами. Находящиеся на ней несколько десятков кочевников, видимо, хотели уединиться от основного войска, и поэтому забрались так далеко в сторону. Кочевники уже проснулись, но все еще сонливо блуждали по поляне, или просто сидели у поддерживаемых с вечера костров. Оружие, хотя и было у каждого в зоне досягаемости, но все же лежало в некотором удалении от своих обладателей, что, бесспорно, давало «подпольщикам» мгновения для молниеносного маневра. Кто были эти степняки, и почему они находились в стороне от своих земляков, ни люди, ни гномы не знали, да и сами гости поляны о своих планах уже не сказали бы никому, так как в следующие несколько мгновений в их жизни наступил перелом.

Морган и его новые друзья стояли у прохода и молча смотрели на кочевников. Около пяти десятков степняков не подозревали, что буквально через несколько мгновений из доселе безобидной и холодной скалы выйдут на свет семь десятков отборных воинов, и после непродолжительного сражения отправят их к праотцам. По соображениям безопасности решено было оставить конницу под присмотром трех десятков воинов до окончания боя в лоне горы.

Определившись с целями, Корум приказал готовиться к бою, и по проходу разнесся звук обнажаемой стали. Лица солдат излучали необычайное спокойствие – даже бывшие рабы были настолько уверены в своих силах, что с непоколебимостью шли в бой с противником, численность которого в несколько раз превышала отряд. А в данный момент им противостояла горстка только что проснувшихся кочевников…

– В бой, – не очень громко произнес Корум и шагнул за пелену, моментально оказавшись на поляне.

Его примеру последовали остальные, и уже через несколько мгновений чуть в стороне от копошащихся и ничего не подозревающих кочевников выросло целое войско.

Внезапно появившиеся неизвестно откуда воины посеяли панику среди степняков: кто-то, крича от неожиданности, бросался к коням, чтобы оседлав их, покинуть поляну и что есть духу нестись в сторону основных сил. Кто-то хватался за кривые сабли и пытался в одиночку ринуться в бой. Но основные силы карбезов быстро вышли из ступора и попытались организованно отбить атаку. Морган и его воины, не теряя больше ни секунды, бросились в наступление. Крепкие мечи, с силой рассекая воздух, ложились на незащищенные тяжелой броней тела степняков; кривые сабли сверкали в лучах восходящего солнца, пытаясь отбиться от грозных ударов заговоренного оружия. Редкие доходящие до цели удары робко скользили по защищающим тела легионеров и воинов Свободного войска доспехам. Бой кипел над поляной.

Корум и Прадли с двумя десятками воинов сразу перекрыли все возможные выходы с поляны, дабы не дать ни одной живой душе раньше времени покинуть пределы поля боя и предупредить своих соплеменников о невиданном противнике. Любая попытка прорваться по двум тропкам за пределы некогда тихой и укромной, но в одночасье ставшей опасной для жизни площадки, резко пресекалась быстрым мечом и крепким топором воинов Афлота и Подгорного племени. Морган же с большей частью солдат орудовал в центре поляны, оттесняя оказавшихся не такими уж и плохими воинами кочевников. Бой затягивался: предположение о том, что превосходящие силы с легкостью задавят числом и мощью несколько десятков застигнутых врасплох недавно проснувшихся воинов, оправдались лишь отчасти. В каждого из карбезов словно вселились какие-то воинственные духи: степняки, проигрывающие числом и вооружением, не хотели так просто оставлять этот мир. Но, шаг за шагом, Морган продвигался вперед, и все чаще точные удары оружия его друзей достигали цели. Сразив очередного степняка, не желавшего расставаться с жизнью и даже трижды пробившего защиту командира, он остановился и отступил на несколько шагов назад. Перед его глазами открывалась великолепная картина битвы, которая, уже несомненно, должна была быть окончена в их пользу. Его солдаты и могучие легионеры в серых плащах все увереннее и чаще оставляли за собой падающие на еще холодные камни тела кочевников. Вытерев со лба выступивший пот, Морган огляделся по сторонам. Чуть в стороне от основного боя он заметил одиноко лежащего степняка. Что-то в этом некогда довольно грозном кочевнике заинтересовало его. Следуя внутреннему зову, Морган подошел к еще теплому телу.

Перед ним, все еще ухватившись одной рукой за кривую саблю, лежал довольно высокий и крепкий мужчина. По возрасту он был чуть старше Моргана и, видимо, занимал не последнее место в армии завоевателей. Его богатая одежда и узоры на рукояти сабли говорили о знатном происхождении. Но не это привлекло внимание командира Свободного войска. В левой руке убитого был зажат необычный клинок. Его лезвие горело ярким голубым светом, и затейливые рунные узоры выступали на нем, то появляясь, то исчезая, образуя неизвестные письмена. Рукоять кинжала была крепко зажата в руке погибшего воина, но и по ней можно было с уверенностью сказать, что она необычайно красива и загадочна. Этот клинок, неизвестным образом появившийся на пути Моргана, так и требовал, чтобы тот взял его и стал новым хозяином. Воин, не долго думая, последовал приказу магического оружия и, наклонившись, освободил его из рук убитого. Вспыхнув еще более ярким светом, кинжал затих. Тепло небольшими ручейками начало растекаться по жилам нового обладателя великолепного древнего клинка. Вокруг не было никого, Морган и его новый друг оказались вдвоем в густой белой дымке, похожей на плотный утренний туман, возникающий над лесным озером перед самым рассветом. Они встретили друг друга – и с этого мгновения стали неразлучны. Великий клинок, как про себя стал именовать его бывший невольник, с этого мгновения принадлежал только ему, и никто в этом мире по доброй воле не смог бы отнять его. Кинжал тоже принял нового хозяина, одарив его своим ровным голубоватым светом.

– Морган, – раздался где-то в стороне взволнованный голос гнома, – что ты стоишь там как истукан, когда мы тут, можно сказать, жизнями рискуем? Что ты там нашел такое, что заставило тебя остановиться, словно столб на ярмарочной площади?

Воин, тряхнув головой, пришел в себя. В его руке все также лежал новый кинжал, согревающий все тело каким-то необычным теплом.

Бой уже закончился. Пока Морган рассматривал свою находку, его друзья полностью уничтожили всех, кому не посчастливилось оказаться на этой поляне.

Как предположил Корум, это был отряд того мужчины, у тела которого стоял Морган. Он являлся каким-то командиром в степном войске, и неизвестно по какой-то причине – возможно, из-за участившихся нападений на основной караван, а, возможно, и из-за желания уединиться, остановился на привал на укромной поляне. Остальные воины были его личными телохранителями. Почему духи гор вывели их именно на этот отряд, не мог сказать даже Прадли, но по возвращению обратно в сердце хребта обещался выяснить.

Не теряя больше времени, друзья, взлетев в седла уже вышедших коней и метлолетов, стрелой взмыли в голубое небо приграничного с Афлотом хребта. День ожидался жарким, но из-за того, что утро только вступило в свои права и до основного пекла оставалось еще много часов, а воздух был чист и свеж, путешествие обещало быть приятным.

Ровный клин воинов на приличной высоте летел в одном направлении с восходящим солнцем. Далеко внизу осталась поляна, усыпанная телами врага, чуть в стороне виднелись жирные черные ручьи основных сил кочевников, текущих на запад к своей неминуемой гибели. Друзья молча летели рядом, погруженные каждый в свои мысли. У каждого в голове роем кружились думы и тревоги, каждый готовился в конце своего пути к определенным результатам. Лишь Морган после утреннего боя был тих и спокоен. Он не сомневался в победе, не думал о возможной гибели. Со времен рабства он привык жить и не бояться случайной смерти, которая могла подстерегать его где-нибудь за камнем или большим кустом в лице случайного убийцы. Голова была чиста, и лишь клинок неизвестного металла занимал его сердце, лишь он один был для него сейчас на первом месте. Под ногами проносились облака, одинокие птицы оставались далеко внизу, а отряд летел в высоте навстречу своему будущему. Клинок же, как и многие века до этого момента, ровно и спокойно горел узором рун, согревая легким теплом своего нового хозяина. Сбылось последнее предсказание. Мир был обречен, и только нескольким смертным было под силу изменить это.

Примерно через час Антиро начал пристально всматриваться в очертания горных вершин. Скорость отряда заметно уменьшилась, постепенно снижалась и высота. Далеко впереди показалась зеленая полоса равнины. Если бы отряд двигался горными тропами, то уже к концу дня ступил бы на благодатную землю провинции Урхан королевства Афлот, но сегодня цель отряда была чуть ближе.

– Вон они, я вижу сигнал! – Взволнованно прокричал маг, навершием посоха указывая в какую-то горную полянку, казавшуюся с высоты небольшим темноватым пятном.

– Снижаемся, – твердым голосом приказал Корум, – король уже ждет нас.

Отряд в одно мгновение перестроился и медленно пошел на снижение. Земля начала приближаться, и очертания небольшого участка гор стали четче вырисовываться в глазах бойцов, превращаясь в хорошо укрепленную природой горную долину, в которой с легкостью могли поместиться несколько сотен воинов.

Как и сказал маг, над поляной на небольшой высоте кружило несколько десятков метлолетов. Остальные воины по периметру занимали посты на ближайших высотах, внимательно осматривая подступы к долине, делая ее максимально безопасной для намечаемого на ней совещания.

– Воины, равнение на короля! – Во весь голос закричал эльф, вытягиваясь на метлолете и совершая воинское приветствие встречающего их в сопровождении нескольких десятков легионеров монарха.

– Да здравствует Король! – В один голос прокричали воины в серых плащах, искренне радуясь появлению своего повелителя.

Небольшое путешествие на необычных приспособлениях подходило к концу, впереди друзей ждал увлекательный и очень продуктивный разговор.

Отряд короля появился на поляне несколько часов назад. После ночного разговора с Великими Синками Артур долго не мог уснуть: в голове ураганом крутилось множество мыслей. Но, собрав силы в кулак и решив последовать воле Высших сил, он отключил свое сознание и моментально уснул. Как только первые лучи летнего солнца показались из-за высоких вершин хребта, его охрана уже была в полном боевом облачении, готовая в любую секунду выдвинуться в путь или вступить в битву. Это очень обрадовало короля, и уже через четверть часа они, не торопясь, несколькими группами летели над позициями своего гарнизона, собираясь отыскать подходящую площадку для будущей встречи. В нескольких лигах от равнины, чуть севернее основного перевала, группа Ивлина заметила среди острых камней хорошую и ровную площадку, находящуюся на достаточной высоте и в то же время огороженную со всех сторон каменными стенами. В этом месте и решено было ожидать гостей. В центре поляны умелые воины моментально возвели походный шатер и занялись проведением оборонительных мероприятий. Центурия легионеров патрулировала пространство на расстоянии около лиги в диаметре, вторая заняла все соседние возвышенности, постоянно наблюдая за любыми движениями вокруг. Чародеи неустанно прощупывали окружающее пространство на возможность появления чужеродной магии. Третья сотня во главе с Ивлином несла дозор непосредственно вокруг предстоящего места совета. Так что любая, даже очень мощная магическая атака, была бы в миг обнаружена и в считанные минуты устранена.

Вся процессия медленно опустилась на твердую землю и еще раз поприветствовала короля. Морган и Прадли в сопровождении Антиро и Корума подошли к Артуру и, поздоровавшись, наконец-то вздохнули спокойно. Хоть путешествие и было недолгим, но огромная высота и столь новый вид транспорта доставили некоторые неудобства командирам подгорного войска. Но перед королем друзья держали себя достойно, ни на мгновение не показывая некоторый испытываемый ими дискомфорт.

– Рад видеть вас, друзья мои, – заговорил король, двумя руками приветствуя каждого из прибывших, – лишь только я пересек границы Восточных провинций, сразу же услышал о ваших подвигах. Вы теперь большие герои в моих легионах.

Легкая доброжелательная улыбка короля вывела Моргана и Прадли из ступора и придала им уверенности в своих силах.

– Друзья, – продолжил король, – я ждал вас, чтобы обсудить ситуацию на Зубастом хребте. Если вы позволите, я попрошу вас пройти в шатер, чтобы там в тишине на удобных креслах обсудить интересующие нас вопросы.

Гном и командир Свободного войска, все еще чувствовавшие легкую неловкость перед государем огромного государства, лишь кивком головы выказали свое согласие.

Войдя внутрь палатки, гости удобно разместились в расставленные небольшим кругом кресла и приготовились слушать. Кроме короля и приглашенных друзей на совещании присутствовали Друк, Петрус, Антиро, Ивлин и Корум. В центре шатра стоял небольшой стол, каким-то чудом оказавшийся в этой горной местности. Вазы с фруктами и бокалы с вкуснейшим красным вином украшали походный интерьер, делая его более домашним и непринужденным.

– Господа, – начал Артур, – как мы все знаем, несколько дней назад коллеги Антиро доложили о начавшемся переходе степных войск через горные перевалы Зубастого хребта. Сотни тысяч воинов с осадными машинами широкой рекой хлынули по горным тропам, чтобы прорваться и грозным потоком затопить мирные равнины нашего государства. Как сообщили разведчики, в готовящейся войне карбезам помогают карлики, в совершенстве владеющие темной магией, и слуги Властелина Тьмы. Несколько дней назад уважаемый Морган смог освободиться и спасти несколько десятков своих товарищей, скрывшись в горных трещинах, где их и повстречали наши разведчики. Воинам воистину улыбнулась удача: блуждая по подземным тоннелям, они повстречали великого воина и правителя подгорного племени гномов. После длительного разговора выяснилось, что карлики являются кровными врагами подземного народа, и любая помощь их врагам священна для уважаемых гномов.

Король молча осмотрел помещение. Все внимательно слушали его, иногда утвердительно кивая головой.

– С этого момента история еще не начавшейся войны изменилась кардинальным образом. Вооруженные одними из лучших мечей в мире, освобожденные воины умело провели несколько наступательных операций, причинив существенный урон живым силам противника и повредив материальную базу врага, что на продолжительное время задержало продвижение его основных сил. Но и это еще не все: умелое командование и повсеместная поддержка со стороны гномов и горных духов позволила освободить огромное число мужчин и, полностью вооружив их, создать мощную армию, способную противостоять степнякам. Так вот, друзья, я сегодня собрал вас, чтобы выработать стратегию будущей войны, так как, скорее всего, именно на ваши плечи ляжет весь груз обороны Афлота.

Присутствующие молча переглянулись.

Прадли, доселе внимательно слушавший речь короля, встал со своего места и уверенным и полным решимости голоса заговорил.

– Государь, мы до этого момента никогда не сотрудничали и даже не знали о существовании друг друга, хотя наши купцы добирались до восточных городов твоего государства. Но, как ты правильно сказал, любой враг карнибулов – наш самый дорогой и уважаемый друг. Так что все подгорное царство, находящееся под моим началом, готово взять в руки боевые топоры и двинуться на врага. Мы готовы поддержать твое войско всем – начиная от великолепных мечей и заканчивая нашими боевыми отрядами.

– И я готов выступить на степняков, – подхватил речь гнома его друг, – наш отряд уже насчитывает более четырех тысяч мечей, и по первому зову готов в любой точке Зубастого хребта, чтобы уничтожать кочевников. Тем более, что, благодаря помощи горных духов, мы можем в считанные минуты оказаться в любой оконечности хребта и в любую минуту уйти под его защиту.

Артур улыбнулся: именно такого союза он желал больше всего, именно союз всех возможных врагов карбезов он хотел создать перед решающей битвой. – Спасибо, друзья, – с благодарностью в голосе ответил Артур, – именно это я и хотел услышать на нашей встрече. Но хочу вас предупредить, что у нашего врага очень сильный союзник – это племя карнибулов и войско Темного Властелина. С первыми мы уже научились сражаться, а вот вторые пока еще не проявили себя. Поэтому прошу вас очень трепетно и с большой долей осторожности подходить к планированию наших дальнейших операций. Как сообщил мне Корум, он оставил вам в помощь полуцентурию магов Скрытого города. Я одобряю его поступок, так как эти чародеи очень сильны и их помощь очень пригодится вам в моменты атак.

Эльф, сидевший по правую руку от короля, лишь благодарно кивнул своему военачальнику и продолжил молча слушать разговор трех лидеров.

После выяснения основных моментов будущих операций, обсуждения каналов связи между подгорным городом и ставкой Артура, было решено провести еще несколько небольших и молниеносных атак на караван кочевников, уничтожая по возможности конницу и ломая боевые машины. После этого, как только передовые отряды достигнут границы Хребта и равнины, отряд Моргана всей своей мощью должен был вынырнуть в тылу степняков и отрезать хвост каравана от основных сил. Эта операция планировалась примерно через пару дней, когда карбезы, оправившись от ночных атак, наконец подойдут к границам Афлота. Все это время маги Петруса и патрули Антиро обязаны были сообщать о любых всплесках магии карнибулов и особенно темных сил.

Обговорив мелочи, король подвел итог совета, рассказав о пророчестве синков. Все присутствующие, доселе оживленно и детально обсуждавшие предстоящую операцию, в одночасье замолчали и с удивлением посмотрели на короля.

– Да, мои дорогие, – закончил Артур, – как сказали Великие синки, атака кочевников – это не основная цель и не основной фронт боевых действий. Поэтому по первому же зову Великой Мэрилин я покину расположение лагеря и отправлюсь на поиски артефакта. Кто будет третьим воином, она пока не сообщила, но, видимо, он будет избран в ближайшее время. С ее слов, третьего должен будет найти лунный кинжал, лезвие и рукоять которого переливаются голубым светом, подобно свету моего амулета.

Морган, изредка поглядывающий на свет камня и мысленно сопоставляющий его со свечением своего кинжала, потерял дар речи. Его лицо вмиг побледнело. Эту резкую перемену заметили все присутствующие. Увидев вопросительные взгляды своих товарищей, Морган молча извлек из-за пазухи найденный утром кинжал, который светился светом, один в один повторяющим свечение амулета короля.

На лицах присутствующих читались удивление, страх и ожидание чего-то сверхъестественного.

В нескольких словах поведав историю обретения кинжала, Морган вздохнул и поймал на себе пристальный взгляд Артура.

– Вот, думаю, и все, – спокойно, без страха, но с какой-то тоской сказал последний. – Пророчество исполнилось, наш мир обречен. Как и что делать дальше, я узнаю у Мэрилин и сразу же сообщу вам. Пока готовьтесь к предстоящей атаке. Через два дня мы должны показать врагу, что он будет чувствовать в нашем доме, если рискнет явиться в него без приглашения.

Через три четверти часа отряд Корума двинулся в обратный путь, дабы проводить высоких гостей в их убежище, чтобы, вернувшись в лагерь, они с новыми силами начали готовиться к одной из самых масштабных битв последнего времени.

Артур возвращался в ставку с двоякими чувствами: с одной стороны, он был доволен состоявшимся разговором – Морган и Прадли произвели на него отличное впечатление, с такими союзниками как они ему было не страшно ввязываться в бой с намного превосходящими силами врага, а с другой стороны, увиденный им лунный кинжал немного расстроил его – где-то в глубине души он еще надеялся, что древнее пророчество не исполнится и тревога Мэрилин и синков Звездных садов не оправдается. Но сейчас, своими глазами увидев клинок, он уже не сомневался в их правоте. Теперь за оставшееся время необходимо было организовать достойную замену себе, дабы взвалить на свои плечи, как и предсказывала хозяйка Скрытого города, совсем другие задачи. «Будь что будет, – в который раз ответил сам себе Артур, – пусть боги ведут его».

Отряд Моргана благополучно вернулся той же дорогой, что и ранее. Правда, всеобщим молчаливым одобрением решено было спускаться в подгорные пределы другими тропами. Никто не горел большим желанием лицезреть десятки тел, пролежавших на жарком летнем солнце большую часть дня. Медленно спустившись под землю чуть в стороне от поляны, отряд благополучно вошел в зачарованные коридоры, а Корум и его полуцентурия, все так же не привлекая внимания, стрелой отправилась в обратный путь.

В сердце горы кипела работа: всюду слышались крики командиров, под чьим руководством новые воины оттачивали свое мастерство. В нижних пределах города вовсю работали кузницы и дымили мастерские по производству доспехов. Война вдохнула жизнь в большинство пустовавших до этого момента помещений.

Вернувшись из похода, Морган и Прадли долго о чем-то разговаривали, после чего пошли проверять готовность отрядов и планировать новую атаку на врага.

До первого крупного сражения оставалось пара дней. За это время друзья решили совершить не менее десятка небольших боевых вылазок к разным участкам каравана. И первые же операции они готовы были осуществить сегодня же ночью, дабы не нарушать устоявшуюся традицию.

Артур вернулся в лагерь ближе к вечеру. С высоты птичьего полета невооруженным глазом видны были многочисленные изменения в ландшафте вокруг будущего места битвы. Два легиона, не покладая рук, работали над выкапыванием рвов и установкой заграждений из кольев, дабы по возможности как можно дольше сдержать конную атаку степняков. Маги и лучники, а также расчеты катапульт высчитывали возможные траектории полета стрел и метательных снарядов. Легаты знали свое дело, каждый солдат как маленькая часть большого организма делал свою, только ему предназначенную работу. Не было тех, кто бездельничал или праздно лежал на траве в тени деревьев: все понимали, что только от них самих зависит не только их жизнь, но и свобода и жизнь их родных и близких. Понимание своей необходимости и значимости очень благотворно сказывалось на боевом и моральном духе солдат: никто из них не додумался бы во время боя бросить оружие и товарищей и убежать, спасая свою жизнь. Все это, как думал король, поможет его людям выстоять в этой войне, даже в то время, когда его не будет рядом. А в том, что этот час наступит очень скоро, Артур не сомневался.

Отряд летунов благополучно приземлился на плац в расположении отряда короля. Отдав необходимые распоряжения и отпустив своего верного коня с одним из легионеров, король быстрым шагом зашел в свой шатер. За ним последовали Петрус и Корум.

– Не переживай ты так, мой государь, – попытался подбодрить товарища эльф, – это всего лишь предсказание древних, да и не так-то просто Темным будет найти этот ларец. Я помню то время, когда семь героев запечатывали в него тайну мира. Но, естественно, как и что там творилось, не знает никто из простых обитателей этого мира – даже мой возраст и статус не позволяют обладать такой информацией.

– Корум прав, милорд, – вмешался в разговор Петрус, – пока не поступят объяснения от моей госпожи, волноваться не стоит: как сказали древние, мир в руках смертных, а если это зависит от ваших рук, я не сомневаюсь в том, что мир будет процветать еще много веков.

Артур улыбнулся ободряющим речам друзей.

– Нет, что вы, – после непродолжительной паузы заговорил он, – я ни в коем случае не боюсь выпавшей на мою долю участи. С ранних лет я воспитывался в духе самопожертвования и понимал, что в любую минуту обязан буду отдать жизнь за свою страну. И, видимо, это время наступило. Конечно, я постараюсь все сделать так, чтобы выйти из этой реки сухим… Ну, разве что слегка подмоченным.

Дружеский смех раздался в палатке, извещая о том, что наконец король пришел в нормальное расположение духа и готов всецело отдаться воинским заботам.

Около получаса друзья весело обсуждали последние новости, после чего в приподнятом настроении отправились инспектировать ход работ.

За время отсутствия короля из ставки командования округа пришли хорошие новости о том, что еще несколько легионов подойдут к условленным местам не позднее завтрашнего вечера, а у Шумной реки уже вовсю идет строительство второй линии обороны. Таким образом, к моменту прорыва кочевников на землях Урхана их будут ожидать уже существенные силы легионеров Афлота.

Наступил долгожданный летний вечер. Солнце склонилось за вершины Зубастого хребта и благословенная прохлада заполнила все вокруг. Лес оживал после дневного зноя, весело щебетали тысячи птиц и трещали миллионы насекомых. Наконец затих стук молотов и скрежет лопат – строительные работы завершились, солдаты, уставшие от тяжелых физических нагрузок готовились ко сну, приятная боль в мышцах говорила им о хороших результатах сегодняшней работы.

Готовился к отдыху и король, весь день с группой своих первых офицеров внимательно осматривавший линию обороны. Артур оглядел почти все строящиеся объекты и пообщался со всеми центурионами. Войско было готово как физически, так и морально, поэтому сразу после получения известий от Мэрилин король готов был передать управление войском своим лучшим генералам и со спокойной душой направиться на поиски Темного Властелина и его слуг. Утренние тревоги и раздумья отошли на второй план, поэтому когда он, сказав что-то караульным, стоящим у его шатра, ступил внутрь, находящаяся там Мэрилин его ничуть не удивила. Со стороны могло сложиться впечатление, что правитель ждал волшебницу именно в эти минуты.

Мэрилин сидела за его столиком и держала легкий бокал, наполовину полный вина.

– Я ждала тебя, Артур, – негромко заговорила она.

– Я знал об этом, – улыбнулся король, – еще около часа назад я почувствовал твою магию, да и камень моего амулета немного поменял цвет и нагрелся. Я даже знаю, что ты хочешь мне сообщить.

Волшебница улыбнулась:

– Да мой дорогой, именно об этом я и хотела с тобой поговорить. Сегодня утром кинжал нашел своего хозяина, и ты уже познакомился с ним. На следующий день после битвы вам стоит двинуться в путь в сердце твоей страны, чтобы найти ларец раньше Властелина.

– Он уже знает о том, что пророчество свершилось, и его люди усиленными темпами тайными путями рыскают по лесным глубинкам Афлота. Долго не задерживайся и не бери много людей, – продолжала Мэрилин. – А о войне не беспокойся: у тебя очень умелые генералы, да и не успеет она закончиться к твоему возвращению, так что будем просить богов о том, чтобы все сложилась так, как надо нам, а не нашим врагам.

Артур лишь улыбнулся и кивком головы сообщил чародейке, что понимает и одобряет ее речи.

– Я все понимаю, Великая Мэрилин, но как мы найдем место, где находится ларец? Где нам искать?

– Мой друг, – засмеялась волшебница, – этого не знают даже маги Звездных садов. Как поведет себя ларец, как найти к нему дорогу и что с ним делать, поймете лишь вы сами – и лишь в тот момент, когда это будет необходимо.

– Я понял тебя. Сила артефактов необычайна, и я предполагаю, что мы сможем направить ее в нужное русло.

– Ты, как всегда, прав, – вновь улыбнулась хозяйка Скрытого города и продолжила: – Артефакты, выбравшие вас, очень древние – древнее этого мира. Они были принесены эльфами из другой земли – оттуда, откуда первородные переселились много тысячелетий назад, поэтому сила памяти не позволит им заблудиться: они выведут вас к ларцу.

Мэрилин, поведав королю об ожидающем его путешествии, еще какое-то время оставалась в шатре и разговаривала с ним на обычные житейские темы. В спокойной беседе прошло еще около получаса, после чего чародейка, наконец, поднялась с кресла и легким взмахом руки создала воздушную воронку, подобную той, которую видел Артур в последнее ее посещение.

– Мы еще увидимся с тобой, и не раз, – волшебница исчезла, оставив за собой лишь легкий голубоватый туман, который тоже испарился через несколько мгновений.

Король остался сидеть в кресле и анализировать слова Великой Мэрилин. Ее лицо, когда она произносила последнюю фразу, показалось ему грустным и сдержанным. Создалось впечатление, что она жалеет о чем-то… Или жалеет кого-то? Но король не придал этому особого значения, сконцентрировавшись на планировании предстоящего путешествия. Безусловно, большое войско с собой брать не стоит – да и как с ним идти вглубь страны? Даже по широким королевским трактам путь мог занять десятки дней, а если придется углубляться в лесные дебри, время поисков можно легко умножать на два или три. Для поисков подходят лишь манипулы Ивлина и Петруса – больше никому не удастся так быстро и в то же время незаметно преодолевать огромные расстояния. Всех магов также не стоит брать – они больше понадобятся здесь, на передовой. Поэтому в путь с ним отправится лишь пять десятков, а сотня останется под началом Коруна – пусть перенимает опыт и координирует взаимодействие с афлотскими магами. Что касается Моргана, то ему вообще можно лететь одному: почти трех сотен отборных бойцов личной охраны короля с лихвой хватит для отражения любых возможных ударов неприятеля.

Весь следующий день лагерь гудел, словно потревоженный улей. Почти весь личный состав занимался строительством. Следующий день решено было отвести под отдых, поэтому закончить работу над укреплениями сегодня хотелось всем. Разведка сообщала, что степняки продвигаются с предполагаемой скоростью, и временем нападения можно считать послезавтрашний день. Маги Петруса и Антиро постоянно сообщали о удачных точечных ударах войск Моргана по позициям врага, который не успевал реагировать на внезапно появляющиеся невесть откуда отряды воинов, с необычайной легкостью убивающих карбезов. Кочевники пытались сопротивляться, но это было почти бесполезно: даже одиночные и довольно слабые удары карнибулов с легкостью отражались несколькими магами Скрытого города, которые в обязательном порядке входили в каждую диверсионную группу.

День короля, так же, как и день его войска, прошел в заботах: совещания, инспекторские проверки, разведывательные полеты над хребтом. Вечером была осуществлена поездка в Урхан, чтобы повстречаться с прибывшим из столицы командиром гарнизона и предупредить его о возможном отлете короля с линии фронта. День прошел удачно и плодотворно: страна гудела от праведного гнева, со всех сторон государства текли ручьи обозов с продукцией для армии, отряды ополчения из соседних провинций организованными отрядами прибывали в условленные места. Страна готовилась к войне, она уже жила ею, и никто не мог остановить запущенный механизм военной подготовки.

Следующий день прошел спокойно: войска отдыхали и набирались сил. Всё, что было недоделано за прошлые дни, команды строителей завершили к полудню, и теперь усиленно готовились к предстоящему бою. Отдых легионов можно было лишь с натяжкой назвать отдыхом в понимании этого слова обычными людьми: никто из солдат не лежал на солнышке и не потягивал прохладительные напитки – все без исключения занимались приведением своего снаряжения в боевую готовность. Кавалерия в последний раз проверяла своих коней, кто-то решался сделать им новые подковы, кто-то подправлял упряжь. Кузницы работали без отдыха: из разных концов лагеря доносился мелодичный стук молотов о наковальни. Пехота же доводила до ума заточку мечей и кинжалов, подтягивала ремни на доспехах; лучники и расчеты метательных машин были заняты своим метательным скарбом.

В общем, работа кипела, не прекращаясь ни на мгновение.

Разведчики из состава личного манипула короля в сопровождении магов Скрытого города небольшими группами патрулировали подступы к Зубастому хребту. По их донесениям, Морган сегодня ночью и утром совершил не менее десятка удачных операций по уничтожению кочевников, и лишь одной группе пришлось в спешном порядке скрываться в сердце горы – поскольку она вышла на поверхность последней, вся мощь и ярость разгневанных карнибулов широкой рекой хлынула на них. После потери двух десятков бойцов командиром группы было принято решение отступить: даже входившие в состав неудачливого отряда маги не могли сдержать ярости карликов, но, по возможности, смягчили ее, что позволило избежать уничтожения всего отряда. Однако общий итог операции был, как всегда, замечательным: более семи сотен убитых степняков, несколько десятков сломанных машин и около тысячи покалеченных лошадей. Последним был причинен минимальный вред из расчета потери работоспособности на несколько дней, чтобы вывести из предстоящей битвы большее число конницы. Также люди Моргана смогли освободить около тысячи рабов, тем самым в очередной раз увеличив свою Свободную армию.

Вышедший на связь Антиро сообщил, что Морган и Прадли выступают параллельно отряду кочевников и выйдут на поверхность по первому приказанию Артура, хлынув на врага всю накопленную ими мощь, а это без малого пять тысяч мечей бывших рабов и около пяти сотен разъяренных гномов – внушительная и очень грозная армия.

Наступил вечер. Дневной шум и суета, наполнявшие поле, постепенно затихли. Легкий вечерний ветерок наполнил лагерь великолепным запахом цветущего поля, свежесть разнотравья и прохлада небольшой предгорной речушки успокаивали легионеров, отгоняя тревоги и переживания. Свежий воздух, дрожащий в лучах заходящего солнца, напоминал о доме, о родных фермах, где ждали их родные, где в такие же спокойные летние вечера бывшие крестьяне коротали время до сна, сидя на невысоких покачивающихся креслах, и рассказывали своим детям невероятные истории из прошлого. Тем легионерам, кто был родом из городов, представлялись городские скверы, наполненные запахами цветов и свежестью фонтанов, веселые игры до первых звезд и долгие танцы под звуки городских оркестров. Каждый из защитников страны сейчас думал о том, что осталось за его спиной, и о том, что, возможно, ждет его впереди. Каждый понимал, что только от него зависит время возвращения к спокойной и полной радости жизни.

Солнце опустилось за хребет, уступив небо полной луне. Звезды сверкающим бисером обсыпали небосвод, составляя причудливые картины. Лагерь готовился ко сну. Лишь только усиленные патрули и дозоры, выставленные вокруг него, говорили о том, что легионы вот-вот ожидают встречи с незваными гостями.

Ночь прошла спокойно. Ближе к утру звездное небо затянули невысокие тучки, начал моросить мелкий дождь. Его небольшие капли звонко стучали по крышам шатров, усиливая ощущение покоя и безмятежности. Вскоре небо за спинами легионов начало светлеть, новый день надвигался медленными, но все более уверенными шагами. Тучи затянули все небо, поливая землю тоскливым дождем. По прикидкам магов, к полудню должно было распогодиться и вновь ожидалось солнце. Такие изменения погоды ничуть не расстроили Артура и его армию – наоборот, сегодня, когда воины ожидали нападения кочевников, прохладная и влажная погода была даже на руку.

Сразу после утреннего завтрака весь личный состав полным составом выдвинулся на заранее отведенные им позиции.

Основной удар в предстоящей битве должен был взять на себя Урханский легион, как более опытный и хорошо обученный. Широкой линией войска легиона заняли позиции сразу на берегу небольшой речушки. Лучники эльфов и ополчения разместились за огромными деревянными щитами, установленными вдоль всего фронта, дабы создать дополнительную защиту от стрел степных лучников. Первый добровольческий легион, разбившись на отряды по три когорты, выстроился небольшим полукругом по обоим флангам, чтобы, в случае чего, предотвратить возможность прорыва линии обороны с флангов. Хотя, как предположили легаты, кочевники пойдут только в лобовую атаку, так как обход с флангов будет затруднен естественными рельефными преградами в виде огромных валунов, поросших колючими кустарниками и представлявших очень серьезную опасность для любого войска.

Конница и пехотные отряды ополчения полным составом находились чуть поодаль, укрывшись в соседнем лесу, под сенью вековых деревьев.

Передовые отряды кочевников показались у спуска с горных троп сразу же после рассвета. Разведчики Артура засекли их приближение за несколько часов. Основные силы численностью около четырех десятков тысяч сабель должны были подойти лишь через пару часов. Следующий большой отряд двигался по перевалу и планировал подойти лишь к вечеру – после того, как первые закрепятся на пустынной и безлюдной местности. И лишь после этого должна была спуститься с гор остальная часть огромнейшей армии, чтобы вся лавина конницы широким фронтом могла хлынуть на восточные провинции Афлота и победным маршем, разоряя и уничтожая все на своем пути, двинуть вглубь страны. До первых крупных рек кочевники планировали пройти без остановок, оставляя лишь небольшие отряды для грабежей и конвоирования пленных в родные степи.

Но планам воинственного народа Восточных земель не суждено было исполниться: их поджидали крепкие кулаки и острые мечи легионеров свободолюбивой страны.

Несколько тысяч конных воинов медленно спустились по мокрым камням и остановились на каменных полянах, ожидая подхода своих земляков. Нападения войск Моргана не коснулось авангарда степной армии: сталь Свободной армии пробовали в основном карбезы, идущие ближе к центру войска и не в основном потоке, поэтому спустившиеся с гор наездники были спокойны и не ожидали никакой засады. Соскочив с коней, они остановились на скользких от многочасового дождя камнях в ожидании подхода основных сил.

Солдаты же Артура спокойно сидели в приготовленных заранее укрытиях и ждали дальнейшего развития событий.

По предположению короля, кочевники не будут форсировать неизвестную реку и необдуманно взбираться на крутой берег, пока на огромной каменной поляне не соберется достаточное количества войск. Или, по крайней мере, пока численность их конницы не достигнет десяти тысяч. Ранее, по прикидкам короля, начинать контратаку было нецелесообразно, поскольку при меньшем числе степняков на удобной для прострелов катапультами и лучниками поляне эффект внезапности будет потерян, и следующие тысячи карбезов уже будут знать о приготовленной засаде и прибегнут к силе карликов или других темных сил.

Поэтому воины славного Афлота молча сидели в своих укрытиях, наслаждаясь прохладой и свежестью дождливого утра.

Где-то через час начали подходить новые сотни степняков, спускаясь с горных перевалов большими группами по нескольку десятков всадников – благо перевал в этих местах был настолько широк, что позволял пяти десяткам всадников ехать в одну линию.

Солдаты внимательно следили за перемещением врага, ожидая команды для начала боя; зоркоглазые эльфы спокойно перебирали оперение своих стрел, готовясь каждой из них подарить свою жертву.

Маги Моргана передали королю, что находятся в полулиге от выхода с перевала и в любой момент готовы ударить по врагу, отрезав часть войск от основного отряда.

Король ждал. На каменной поляне скопилось уже около восьми тысяч всадников, которые были готовы в любой момент начать форсирование реки и крутого берега, после чего ими наверняка планировалось приступить к поиску хороших мест для сооружения огромного лагеря. Несколько осадных машин медленно спустились с гор, гремя огромными неповоротливыми колесами по каменному покрову троп. Река и крутой берег создали временные трудности для продвижения осадной техники, но, как считали кочевники, работа пары тысяч рабов за один день сможет исправить неровности рельефа, преобразовав его в ровную дорогу, по которой колеса будут скользить бесшумно и быстро.

Низкие облака благоприятствовали разведке: десятки летунов, посланные Артуром отслеживать перемещение врага, сообщали, что в часе ходьбы сосредоточено около пятидесяти тысяч воинов. Около десяти из них уже спустились с гор, и еще столько же планировали сделать это в течение получаса. Пора было начинать бой и давать команду Моргану отрезать от этого огромного отряда группу тысяч в пятнадцать, чтобы существенно облегчить оборону Афлотцам.

В минуты этих раздумий над поляной, заполненной темной конницей, раздался громкий звук сигнального рога, и всадники медленно, на ходу формируя колонны по несколько десятков человек, грозной рекой потекли на передовые позиции короля. Около полудня началась первая в истории этой войны битва Афлота и Степного Царства.

– Пора, – скомандовал король, и маги быстро начали передавать слова командующего по центуриям. Одновременно весть о начале атаки проникла в предгорные пределы.

Пять десятков центурий Свободного войска при поддержке около сотни магов и пяти сотен могучих гномов стояли на небольшой глубине в зачарованных коридорах, ожидая приказа к началу штурма. По обоюдному согласию Прадли и Моргана решено было атаковать врага мелкими группами по сто клинков, выходящими на поверхность на расстоянии не более пяти десятков шагов друг от друга. Крайние сотни выходили тройной группой, усиленной сотней гномов. Друзья решили острым клином врезаться в центр спускающихся войск, разделив их на три части, большая из которых – численностью около тридцати тысяч – должна была почти полностью достаться воинам Артура, за исключением тех нескольких тысяч, которые попадут в место прорыва. Благодаря усиленному отряду атака на степняков не должна была вызвать существенных затруднений у атакующих.

Второй усиленный отряд отсекал хвостовую часть отряда – тысяч в десять и, по возможности, пытался удержать ее до прихода подкрепления, тем временем уничтожающего степняков, попавших в клещи между двумя отрядами Свободной армии. На окруженную часть войска приходилось четыре тысячи клинков Моргана, которые должны были умертвить врагов и перейти на помощь фланговым группам. В это время сотня магов, подкрепленная гостями из Скрытого города, усиленно отслеживала магию Темных и карнибулов, всеми возможными способами пресекая ее, а в самые тяжелые моменты запрашивая помощь у расположенных не очень далеко земляков.

Получив от Артура команду к началу боя, Морган вытащил из ножен свой зачарованный клинок и с громким криком бросился к выходу из подземных коридоров. На горном перевале началась настоящая резня.

Центурия, которую лично вел Морган, с громкими криками, обнажив мечи, острым клином врезалась в идущий отряд степняков. Ошеломленные нападением невесть откуда взявшихся вооруженных людей кочевники быстро пришли в себя: кривые сабли вылетели из ножен, чтобы отбиваться от ловких и быстрых ударов бойцов подгорного ополчения.

Оружие захватчиков из Восточных земель со свистом ударялось о зачарованные доспехи воинов, не причиняя им никакого вреда, но все же изматывая необходимостью защищаться. Передовые отряды карбезов были в лучшей форме, чем те, с которыми судьба сводила отряды Свободного войска в последние несколько ночей. Бой шел серьезный, и каждая жертва давалась с трудом, но инициатива постепенно переходила на сторону бывших рабов и их друзей гномов. Какой-то существенной магии до сих пор не чувствовалось, поэтому большая часть магов оказывала своим товарищам посильную помощь, атакуя степняков нехитрыми, но эффективными магическими огненными шарами. Отсеченные от основного отряда передовые тысячи не стали сильно задерживаться для уничтожения появившегося невесть откуда отряда и двинулись дальше на равнину. Командование захватчиков, видимо, не представляло всего масштаба нападения и предполагало, что объявившийся отряд числом не более тысячи мечей не причинит значительного ущерба их войску и будет просто раздавлен идущей по перевалу лавиной кочевников.

План друзей сработал: на их подземный легион пришлось около восемнадцати тысяч степняков, но, благодаря эффекту неожиданности и мощной гномьей защите, шансы сторон были примерно равны.

Сотни возмездия, оставляя за собой кровавую полосу из разрубленных и покалеченных тел, медленно развернулись и, отбирая у врага все новые жизни, двинулись по каменной дороге на запад – на помощь отрядам, вышедшим в середине колонны и вынужденным сражаться на две стороны.

Артур был осведомлен о начавшемся на Зубастом хребте бое: быстрокрылые разведчики каждые четверть часа приносили королю новые известия. И вот теперь наступила пора действовать и королевским легионам. Несколько сотен степной кавалерии, растянувшись узкой линией, медленно приближались к горной речушке; ее быстрое течение и острые камни не позволили последним сходу миновать преграду и, взобравшись на высокий берег, галопом пустить коней по благословенным землям Афлота. Лишь только первая группа с трудом перешла через реку и собралась начать подъем, а новые кони только-только омыли копыта в холодной горной воде, над лесом и каменной поляной раздался звонкий звук эльфийской трубы, давшей сигнал к началу атаки.

Кочевники встрепенулись и, на ходу разворачивая коней, попытались вернуться на более безопасный берег, но это им не удалось: над рекой разнесся свист нескольких сотен смертельных стрел, и почти каждая из них нашла свою жертву. Раздался злой рев очумевших от неожиданности степняков – они не предполагали, что им будет организована такая кровавая встреча. Кони метались по каменному полю, многие калечили копыта, гонимые хозяевами по острому каменному дну речушки. Начало боя было удачным – легкий воодушевленный шепот пробежался по войску, каждый солдат радовался первым жертвам врага. Но радость была недолгой: через считанные минуты Артур почувствовал нарастающий гул – словно где-то далеко в горах гудела земля, и этот звук приближался. Король вздрогнул: его амулет начал гореть ярким светом, сообщая, что в ход пошла магия карнибулов. Все маги моментально уловили беспокойство правителя и начали организовывать магическую защиту армии.

По распоряжению короля, главным магом в данный момент считался Друк, постоянно находящийся при своем командире; за ним по иерархии следовал Петрус и его центурионы. В условиях нарастающей магической опасности необходимо было действовать моментально, поэтому все чародеи войска, включая и несколько десятков магов Скрытого города, без лишних слов образовали магический круг и передали всю мощь своей силы Друку, дабы тот смог максимально эффективно организовать защиту. Командир летучих магов армии Мэрилин тем временем организовал подобный круг среди своих волшебников и принялся разыскивать точку, из которой на обороняющихся надвигалась колдовская волна.

Пехота и конница короля ждали своего часа. Лучники же не переставая поливали пришедших в себя степняков сотнями стрел, отбирая у нападающих все новые и новые жизни. В дело вступила артиллерия: мощные катапульты принялись обрушивать на головы врагов огромные валуны и самовозгорающиеся снаряды с горючей жидкостью.

Если дело пойдет так и дальше, размышлял Артур, то его пехоте так и не посчастливится искупать свои мечи в крови ненавистных агрессоров. Но не может все складываться так легко… Настырные степняки, прикрываясь от льющегося на их головы дождя из стрел своими щитами, доселе без дела болтающимися у седел, начали организовывать нечто похожее на боевой строй и заново штурмовать речушку. Тела их убитых товарищей служили подобием ковра, оберегающим копыта их лошадей от острых камней, которыми было выстлано дно водоема, так что уже в скором времени небольшая полоска воды перестала представлять степняков какую-либо существенную преграду.

Дальние конные сотни пытались также обсыпать неизвестных лучников стрелами с черным оперением, но их полет был не точен: подлетая к позициям легионеров, они почти полностью теряли убийственную силу, отчего, легко ударившись о доспехи, падали на землю.

Первый удар карнибулов был очень сильным: казалось, что от противостояния карликов и магов Афлота сотряслась земля. Последние выстояли, позволив Петрусу и его людям определить место сосредоточения нескольких сотен карликов. Передовой отряд маленьких колдунов находился в нескольких часах пути от места боя – в следующей линии нападения. Вокруг них было слишком много воинов, чтобы попытаться уничтожить черных волшебников уже привычным способом.

Артур вместе с первым центурионом Скрытого города смогли придумать лишь один выход из сложившейся ситуации. По прикидкам Петруса, до позиций черных колдунов было не более двадцати минут лету на могучих пегасах, поэтому сотня магов должна была вылететь к месту волшбы, чтобы любыми возможными магическими способами атаковать карликов, прекратив тем самым их смертельные танцы. При этом спускаться на расстояние выстрела стрелы магам короля категорически запрещалось. В настоящее время это был единственный способ хоть как-то ослабить сильнейшие магические удары.

Степная конница покрыла трупами все подступы к небольшой речушке, но по-прежнему продолжала лезть под меткие стрелы эльфийских стрелков, которые уже не успевали прорежать ряды настырных воинов.

Первые всадники оказались на вершине крутого берега и, сверкая кривыми клинками, врезались в ряды лучников, которым приходилось менять оружие на более подходящее. Через четверть часа атака лучников прекратилась: эльфийские центурии под напором кочевников перешли на мечи, отбиваясь от все прибывающей конницы. Первые центурии пехоты вступили в бой.

Прорыв первой линии обороны стоил степнякам нескольких тысяч убитыми, что несомненно было на руку войскам короля. Теперь уже атаку диких кавалеристов отражали несколько полных манипулов Урханского легиона вместе с бесстрашными перворожденными.

Но беда не приходит одна. Артур, немного оправившийся от ударов карнибулов, которые пока благополучно отражались военными магами, снова почувствовал нарастающую с каждым мгновением энергию чужеродного волшебства. Она была немного другой природы – более темной и древней, чем любая из тех, которые он встречал до сих пор. И король не ошибся. Чуть в стороне от спуска с гор резко задул ветер, образуя нечто похожее на воронки, которые появляются во время ураганов. Несколько воздушных завихрений какое-то время поднимали в воздух пыль и мелкий камень, все больше увеличиваясь в размерах. Через пару минут столбы воздуха стали искривляться, меняя направление. Теперь эти порождения неизвестной магии изогнулись так, что образовали несколько вертикальных воронок, из которых вышло темное существо высокого роста в сверкающих черных доспехах и с огромным рогатым шлемом на голове. Его огненно-красные глаза даже с расстояния в несколько сотен ярдов выглядели ужасными – у каждого наблюдающего создавалось впечатление, будто они смотрят именно на него. Хотя ощутивший это король не ошибся: внимание монстра действительно было сосредоточено на нем. Простояв без движения около минуты, Темный шагнул чуть в сторону, освобождая проход, и властно махнул рукой. Из воздушных воронок, оказавшихся магическими порталами, вслед за своим командиром выпрыгнуло несколько десятков существ в черных доспехах, после чего десятками начали выскакивать вооруженные орки, которые, не задерживаясь ни на секунду, разделялись на две группы и, не сбавляя шаг, направлялись к флангам обороняющегося войска.

Артур вздрогнул: неизвестно откуда появившийся человек в одежде, похожей по описанию на доспехи слуг Владыки Тьмы, сходу определил, где находятся слабые места обороны равнины, и направил туда прибывшие с ним отряды.

Новые гости срывали весь план операции, который в скором времени мог полностью рухнуть. Несколько когорт, сосредоточенных по флангам, не справились бы с атакой, подобной той, которая шла в данный момент у центральной линии обороны.

Орки все шли и шли нескончаемым потоком. С небольшими трудностями преодолев все естественные преграды, они приступили к форсированию речушки. Их грозные цепочки быстро взбирались на крутой берег и с яростью бросались на укрепленные позиции легионеров. Бой начался по всей линии фронта.

Артур чувствовал на себе взгляд нового гостя: казалось, свет огненно-красных глаз прожигал его до самых костей. Гость словно изучал своего противника. Кто он такой, Артур пока не знал. Так продолжалось около минуты, а потом королю показалось (или это было на самом деле?), что в одно мгновение взгляд незнакомца, опустившийся на его амулет, резко вспыхнул багровым огнем. То же самое проделал и подарок Мэрилин. Артур почувствовал, что взгляд Темного поменялся: теперь он не был брезгливо холодным – стал яростно настороженным. Складывалось такое ощущение, что пришедший чародей был знаком с магией амулета и, увидев его на груди короля, очень удивился, одновременно чего-то испугавшись.

Атака орков продолжалась. Все новые и новые их десятки выходили из магического тоннеля, ежесекундно снижая шансы воинов Афлота на благополучное завершение сражения. Надо было принимать решительные меры для исправления сложившейся ситуации.

– Кто ты? – Раздался в голове у Артура шипящий голос незнакомца, прервав размышления короля. – Кто ты такой, – повторил голос, – и откуда у тебя этот амулет?

Артур не ожидал такого поворота событий и был немного не готов отвечать врагу – тем более тому, кто вел свои войска против граждан его страны. Но, пересилив отвращение, он все же заговорил с предводителем орков.

– Я – король этого государства и командир войска, которое противостоит тебе. А вот кто ты, и с какой целью явился на мои земли, чтобы так нагло задавать мне вопросы?

Через несколько мгновений из уст колдуна раздался мрачный смех, после чего пришелец продолжил:

– Уходи с моей дороги, смертный, не мешай исполнять волю моего господина. Я должен пройти, и я сделаю это, чего бы мне это не стоило. А твои люди зря положат головы.

Артур слегка усмехнулся такой наивной уверенности в своих силах:

– Не переживай, любезный, мы покажем дорогу домой и тебе, и твоему хозяину. Все, пришедшие с Вами, отправятся к своим праотцам. Если, конечно, вспомнят дорогу после общения с солдатами свободного Афлота.

– Глупец, – сменив тон на более грозный, прорычал колдун, – ты до сих пор не знаешь, с кем имеешь дело. Ты пытаешься противостоять Великому Властелину Тьмы и мне, Магистру Хриптону.

– Не переживай, – все тем же спокойным тоном отвечал король, пытаясь вывести из себя нового собеседника, чтобы потянуть время, необходимое магам Петруса для атаки по позициям карнибулов на Зубастом хребте. – Я прекрасно представляю, кто твой господин. Правда, до сих пор с ним не знаком, но отчего-то искренне уверен, что наши тропы Судьбы в скором времени пересекутся, и мы познаем радость общения.

– Глупец! – Еще раз прорычал Магистр. – Ты погибнешь вместе со своим войском, а мой господин станет повелителем этого мира. Тебя не спасут бесполезные побрякушки, висящие на твоей шее.

Услышав слова Хриптона, Артур слегка удивился такому вниманию, проявленному к его амулету. Конечно, со слов Мэрилин он знал, что этот артефакт – ключ от ларца, который очень интересует его врагов, и его магическая мощь после нескольких использований доказала свою огромною силу. Что говорить, если мощь самого короля возросла многократно, а уж потенциал амулета еще не раскрылся даже на малую толику.

Сделав вид, что он проигнорировал слова Темного о магическом артефакте, Артур вновь перевел тему на Властелина.

– И где же твой хваленый хозяин? – Ехидно улыбнувшись, мысленно задал вопрос он. – Наверное, сидит где-нибудь под кустом и боится сунуть свой темный нос в настоящий бой взрослых мужчин?

– Молчи, мальчишка, – гневно прокричал магистр, громко стукнув острием своего меча по каменному покрытию поляны, – я лично вырву твой поганый язык за издевательство над именем моего Властелина.

– Иди-ка ты со своим повелителем туда, откуда пришел, и не порти жизнь честным людям. Ничего у вас не получится – не достанется вам ни эта страна, ни этот мир. Пока жив хоть один гражданин Афлота, вы будете постоянно подвергаться нападениям. Мой народ любит свободу и не терпит тех, кто пытается ее у него отнять.

Произнеся эти слова, Артур, мысленно слившись в одно целое с амулетом, поднял руки к небу. Амулет ярко вспыхнул, и с нависающих над поляной туч одновременно вырвались несколько молний, моментально запечатывая открытые Темным порталы.

Движение орков остановилось, но их и так уже было достаточно, чтобы заполнить все свободное пространство мерзкими тварями. Несколько тысяч прислужников Тьмы с неимоверным упорством, не жалея своих жизней, лезли напролом на фланговые позиции легионеров. Бой шел по всей линии фронта.

Легким жестом руки Артур направил по три сотни из пехотного ополчения для усиления обороны фланговых групп.

Выходка короля очень удивила Темного. Несколько секунд молча понаблюдав за происходящим, спокойным голосом он произнес:

– Славно! Не ожидал от тебя, смертный, такой прыти, не ожидал. Но это не освобождает тебя от участи быть убитым за твои скверные слова. Я сделаю это, но сначала очищу эту местность от назойливых насекомых твоего царства.

Сказав эти слова, магистр закрыл себя небольшим, мерцающим темными переливами коконом, и молча продолжил следить за ходом битвы. Похожие на своего командира воины последовали его примеру и также укрылись от случайных стрел и магических ударов.

Двери запечатаны, это уже добрый знак, подумал король, не переставая внутренне удивляться тому, как ловко у него получился этот магический трюк.

Бой продолжался: со всех сторон доносился стук железа, топот лошадиных копыт и звуки сигнальных труб, битва кипела нешуточная. Около десяти тысяч степняков пытались штурмовать оборонительные позиции Урханского и Первого добровольческого легионов. Подоспевшее ополчение немного выправило ситуацию, и медленное отступление флангов прекратилось, хотя орки то и дело врезались в усиленную стену легионеров и ожесточенно пытались хотя бы по футу, но сломить сопротивление пехотинцев.

Тем временем центурия Петруса подлетала к позициям кочевников. Повышенная облачность позволила воинам незамеченными подобраться к логову врага. Группа степняков, планирующая подойти к позициям Урханского легиона поздним вечером, в данный момент расположилась на обеденный привал и чувствовала себя довольно спокойно и безопасно. Небольшие посты вокруг пляшущих в смертельном танце карликов создавали видимость дисциплины и соблюдения норм безопасности. Кого опасаться, думали карбезы, вокруг не менее пятидесяти тысяч конных воинов, и в случае какого-либо нападения они мгновенно обнажат свои кривые, соскучившиеся по жертвенной крови сабли, чтобы с яростью броситься на врага. Но карбезы не подозревали, что врагом их могут стать не только лучшие воины западной половины Маглендола в лице личной гвардии короля, но и невиданные доселе маги Скрытого города, оттачивающие свое мастерство в звездных пределах и на полях битв других миров. Удар был молниеносный: за несколько сотен ярдов воины Мэрилин определили своих будущих жертв, и каждый из летунов приготовился камнем обрушиться на головы карнибулов, чтобы сталью или магической силой уничтожить предназначенную ему цель. Что и произошло в ближайшие несколько минут.

Ничего не подозревающие кочевники спокойно сидели небольшими группами доедая свой обед, когда из достаточно низких туч, нудно поливающих уставших от длительного перехода степняков, камнем упали около сотни неизвестных всадников в золоченых латах и фиолетовых плащах. В доли секунды раздались сотни хлопков и ударов острейших мечей. Еще мгновение – и неизвестные воины вновь скрылись с глаз ошарашенных зрителей, будто их никогда и не было – об обратном говорила лишь пара сотен изуродованных тел и до того не славящихся красотой карнибулов. Миссия была выполнена, пора возвращаться в лагерь, тем более что амулет короля скрытно просил о помощи – что-то новое произошло в лагере.

Взмыв на безопасное расстояние, сотня Петруса отлетела в сторону от места недавней казни, после чего центурион смог детально увидеть, что происходило перед войсками Афлота. Несколько тысяч орков готовы были в любое мгновение переломить ход сражения, и они все прибывали и прибывали. Но резкий всплеск энергии – и Петрус увидел молнии, вызванные королем, и удивление незваного гостя. Портал закрыт – значит, пора уничтожить тех, кто мог снова его организовать и еще больше изменить баланс сил на подступах к перевалу. Махнув рукой, маг повел свою центурию на помощь когортам Добровольческого легиона.

Урханский легион дрогнул: шаг за шагом легионеры, оттесняемые тысячами всадников и пеших кочевников, отступали назад – к позициям резервных частей. Пора было бросать в бой дополнительные силы. Дав команду, король отправил на помощь готовым потерять строй центуриям афлотцев. Почти тысяча всадников и столько же пехотинцев, измаявшихся в засаде в ожидании боя, со свежими силами врезались в атакующего врага. Инициатива медленно стала возвращаться в руки обороняющихся. Не обращая больше внимания на черного магистра, Артур поднял в воздух оставшуюся при нем центурию личной охраны и ринулся в тыл атакующей конницы. Появление сотни свалившихся с неба легионеров несколько смутило кочевников и заставило их ряды дрогнуть.

Солдаты сражались, не зная усталости: меч каждого ежесекундно описывал рубящие движения, встречая на своем пути незащищенную плоть степняков.

В этот момент Артур почувствовал, как дрогнули скалы: в сотне ярдов у него за спиной раскрылось тело горы, и оттуда с воинственным криком выскочили несколько сотен земляков Прадли Краснобородого. Внешне они ничем не отличались от союзников короля, но боевые стяги принадлежали другому племени гномов. Нежданные союзники поравнялись с воинами короля и, не сбавляя шага, сходу вступили в бой против черных всадников.

Лишь после боя Артур выяснил, что гномы были родственниками Прадли и проживали у южных склонов Зубастого хребта. В первый день появления карнибулов Прадли известил свою родню о начавшейся войне и призвал помочь в борьбе с древним врагом. Племя южан пришло первым.

Бой шел по всему Западному склону хребта: воины Моргана и гномы Прадли плечом к плечу сминали защищающихся жителей степи. Инициатива давно перешла в руки Свободного войска – даже численное превосходство не помогло обреченным на смерть от рук вчерашних рабов. Кроме того, все, кто до этой минуты был прикован к осадным машинам и получал долгожданное освобождение, после полного уничтожения ненавистной громадины хватал в руки кривые сабли, в огромном количестве валяющиеся на земле, и вставал плечом к плечу со своими спасителями, чтобы с утроенной силой рубить вчерашних господ. Магия стихла – не чувствовалось даже малейших ее всплесков, но это только придавало сил и энергии сражающимся на стороне правды и добра подгорным воинам. Еще час, может, чуть меньше – и окруженная группа степняков будет полностью уничтожена.

Через четверть часа Артур с десятком летунов взмыл в небо. Ситуация начала постепенно исправляться. Центральные отряды умело сдерживали врага, не давая ему ни малейшего шанса прорвать оборону, на флангах дело обстояло намного тяжелее, но все же пока не критично – тем более, что две полуцентурии Петруса, уничтожившие карнибулов, освободили несколько десятков боевых магов, вступивших в противостояние с черными рыцарями Хриптона. Маги Скрытого города сражались против орков на стороне добровольческих когорт. Сотня летунов и южные гномы умело орудовали в тылу, отрезав врагу возможные пути отступления, которое пока не планировалось, но, по размышлениям Артура, было вполне возможным.

Дождь закончился, и поднявшийся ветерок быстро разогнал тучи. Выступившее солнце клонилось к закату – после полудня прошло уже около пяти часов.

Несколько тысяч свежих клинков все еще ждали своего часа, томясь в укрытии, и Артур уже подумывал ввести их в бой, когда из расположенной в четверти лиги дубравы донеслись звонкие трубы эльфийской конницы, и из леса, словно белые леопарды, вихрем вылетели несколько сот эльфов со знаменами Громкого леса.

– Слава богам и старейшинам Звездных садов! – Шепотом произнес король.

Его армия была спасена: можно вводить в бой резервы и заниматься самой большой головной болью – черным коконом, красовавшимся в центре позиций врага.

Жестом был отдан приказ о введении в бой последних резервов, и уже через пару минут раздалось многотысячное грозное многоголосное приветствие короля и Афлота – резервные сотни ополченцев лавиной понеслись в бой, разделяясь на три широких реки. Сражение вспыхнуло с новой силой – теперь уже дрогнули ряды кочевников и медленно стали откатываться назад к хребту.

Подоспевшая эльфийская конница белым клином вошла в темную плоть врага, разрезая ее и подминая под себя. Противник дрогнул, кое-где начались первые робкие попытки степных всадников покинуть поле боя.

Раздался грозный рев темного Магистра. Артур моментально почувствовал силу зарождающегося заклинания, перед которым удары карнибулов могли показаться шалостями деревенских фокусников. Но беспокойство короля уловили почти все свободные маги, и один за одним оставили места сражения, направляясь за спины своих товарищей, чтобы передать часть своей силы одному – тому, кто будет противостоять Магистру Хриптону.

Через мгновение Король почувствовал, что его просто распирает от хлынувшей с разных концов поля брани ручейков магической силы. Казалось, он стал видеть звезды и тайные тропы Великих синков. Боевые маги Афлота и Скрытого города образовали большой магический круг и передали свою силу Артуру, который теперь купался в энергии и с легкостью мог одолеть в магической схватке практически любого противника. Однако воспользоваться вверенной ему энергией у короля не получилось – вместо того, чтобы обрушить всю мощь своего темного гнева на афлотцев, магистр Хриптон пустил собранную им магию на открытие нового портала, в котором благополучно и исчез, оставив на произвол судьбы свою армию.

Бегство старшего пагубно отразилось на боевом духе рядовых солдат. Когда последний из обычных темных рыцарей пал под натиском серых летунов и магов Петруса, началось всеобщее бегство. Орки уничтожались эльфийскими всадниками, ополченцами и когортами Добровольческого легиона, а степняки, оставшиеся в живых, разворачивали своих коней и пытались скрыться на горном перевале. Половина из них погибала от крылатых стрел эльфов, вновь взявшихся за дальнобойные луки, вторая же, обрадованная тем, что ей удалось благополучно покинуть смертельную поляну, встречалась с поджидавшими их сотнями южных гномов.

Через три четверти часа бой был окончен. Потери армии Артура составляли около двух тысяч воинов, тогда как из группы степняков, совершивших нападение на позиции короля, в живых осталось лишь тысячи полторы – из числа тех, кто благоразумно сдался на волю победителя.

Войска короля приходили в себя после сражения. Тысячи трупов карбезов и орков оставались лежать на земле сплошным черным ковром. Отошедшие на первоначальные позиции легионеры решили не убирать их, дабы показать следующим волнам кочевников, что их будет ждать на свободной земле Афлота.

Благополучно закончился и бой, инициированный Морганом и Прадли – все поставленные перед ними задачи были выполнены великолепно, и отрезанная часть кочевого войска последовала примеру собратьев, потерявших головы при спуске с горных перевалов.

По донесениям разведчиков из числа охраны короля, передовые отряды второй волны нападения обнаружили первых убитых земляков, после чего наступление было временно остановлено. Таким образом, как предполагало большинство высших командиров боевых легионов, раньше завтрашнего полудня ждать гостей не придется. Поэтому армии была дана команда возвращаться в лагерь и приводить себя в порядок после битвы: ремонтировать обмундирование и, отдавшись в надежные руки военных лекарей и магов, залечивать раны. Увеличенные дозоры из числа летунов должны были всю ночь наблюдать за действиями врага. Усиливать обычную охрану лагеря посчитали бессмысленным – лишь на подступах к спуску с хребта установили несколько магических сигналок, которые должны были известить магов Скрытого города о приближающейся опасности.

Солнце зашло за Зубастый хребет, и вечер полным ходом вступил в свои права, подготавливая всех к предстоящей ночи, которая обещала принести спокойствие и долгожданный отдых.

Артур в окружении командиров и прибывших на помощь его войску лидеров южных гномов и эльфов Громкого леса сидел в большом шатре и ужинал, обсуждая с товарищами события последнего времени.

История появления на поле боя гномов была проста и не требовала серьезного разбирательства – призыв родичей к уничтожению древнего врага объясняет многое; появление же дополнительных отрядов эльфов Громкого леса немного удивило короля и самих собратьев перворожденных.

Прибывшие с группой эльфов Клер и Конриг долго рассказывали присутствующим историю своего путешествия, начав повествование с неудачной деревенской свадьбы и заканчивая советом старейшин Эльфийской земли. Также друзья рассказали Артуру о необычайном подарке, который получил Борис от духов Стихий, и о том, что он отправился на поиски неизвестного ларца. После этих слов картина происходящего наконец предстала перед главнокомандующим во всей полноте – вот и третий из древнего пророчества предстал перед его внутренним взором… Все сходится и легенды не врут, а значит, следует в кратчайшие сроки отправляться на поиски потерянного артефакта, чтобы не дать ни малейшей возможности Темным победить в этой войне.

С первыми звездами новые друзья и союзники разошлись по своим палаткам и быстро заснули крепким сном. Позади была первая удачная битва новой войны, впереди – новые сражения.

Засыпал и Артур. В его голове крутились слова Мэрилин о древнем проклятии, о поисках артефакта. Сведения об отправившемся на поиски Борисе не давали ему думать ни о чем другом. Король решил завтра же переговорить с Мэрилин – правда, как это сделать, он пока не представлял. Также необходимо было встретиться с Морганом и отправиться на помощь молодому магу, тем более, что король видел, кто противостоит Борису в этих поисках. Посвятив еще некоторое время обдумыванию предстоящего путешествия в центр своей страны, король решил, что не стоит более держать войско так близко к скале – тем более, что почти двадцать тысяч лежащих неприбранными тел кочевников в скором времени начнут разлагаться, и весь неприятный запах при восточном ветре в считанные минуты достигнет расположения лагеря. Решено было завтра обсудить с командирами отход к первоначальным позициям, у которых в настоящее время стоят остальные легионы Короля. Тем более что основную задачу, ради которой армия и подошла так близко к горам, войска выполнили.

Мысли все медленнее крутились в его голове, становилось все сложнее фокусировать на них внимание, и уже через несколько минут уставший за день разум и ноющее тело короля отключились. Государь провалился в глубокий сон, который мог себе позволить только уверенный в себе и своих силах человек, коим, без сомнения, и был Артур.

Глава девятая

Главную резиденцию эльфов Громкого леса команда Бориса покинула с рассветом. Стройные ряды сотни всадников ровной колонной выдвигалась из леса, сопровождая солнце в его путешествии на запад. Борис, Рианис и Вергус в компании Холанда молча ехали в голове колонны – каждый был занят своими мыслями.

Через пару часов группа конных под предводительством молодых магов выехала к берегу Тихой реки. Холанд предложил первое время ехать вдоль ее течения, и только после полудня поворачивать на запад – по его словам, там должны были начаться более ровные места, удобные для проезда большой конной группы.

Легос же с двумя магами в составе трех сотен отборных перворожденных выдвинулся вдоль западного склона Зубастого хребта и планировал за три – четыре дня достичь Урханской провинции, где, по его сведениям, сейчас находилась ставка короля.

Не загоняя коней, Борис с друзьями ехал по берегу прекрасной реки, наблюдая, как ее тихий поток плавно несет чистейшие воды, стекающие с Рубежных гор и омывающие многовековые деревья Громкого леса. С каждой лигой южнее эльфийских земель река расширялась, ее течение становилось все спокойней и красивее. Небольшие деревушки встречались чуть ли не каждый час пути, но молодой маг не задерживал у них свой отряд, чтобы не привлекать особого внимания со стороны селян. Добравшись до устья небольшой речушки, караван остановился на привал.

На совещании молодых магов и нескольких старших эльфов было решено двигаться на запад против течения этой небольшой речки, которая почти на сто лиг уходила в глубь Афлота. Не споря со знающими эти места лучше него эльфами, парень спокойно согласился следовать за ними.

Немного отдохнув и перекусив наскоро приготовленным обедом, конная процессия вновь двинулась в путь, конечной точки которого пока не знал ни один ее участник.

– Борис, на тебе лица нет, – встревоженно заговорила с другом Рианис. – Я наблюдаю за тобой с самого утра, и ты все время о чем-то думаешь. Что тебя тревожит, друг мой?

– Риа, – улыбнулся молодой человек, – у меня из головы не выходит разговор со старейшинами эльфов: эта история про ларец, Темный магистр, древняя магия… Почему это все свалилось на наши плечи? Сидели бы сейчас в наших Холмах, ловили бы рыбу с дедом, года через три отправились бы на север под знамена Горенгеймов. А сейчас что мы делаем? Скитаемся по лесным тропам и ищем непонятных карликов! Найдем мы их или нет, не знает никто. И вообще, исполнится ли пророчество древних – тоже неизвестно.

Девушка слегка улыбнулась и как можно доброжелательнее ответила своему дорогому другу:

– Не переживай, Борис, успеем мы и порыбачить, и встать под знамена Великих Синков. Выполним возложенную на нас миссию – и спокойно заживем с тобой.

Услышав эту фразу Борис смущенно посмотрел на свою подругу детства. Да, бесспорно, Рианис была очень красивой девушкой и очень давно нравилась парню, но то ли врожденная скромность, то ли тесная дружба не давали ему признаться юной волшебнице в своих чувствах. Только сейчас, вмиг проанализировав ее поведение за последнее время, Борис начал догадываться, что тоже не безразличен этой кареглазой красавице.

– Вместе с тобой? – Поперхнувшись и отбросив все мысли о судьбах мира, робко переспросил Борис.

– Ну да, вместе, – лукаво улыбнулась девушка. – Или ты хочешь сказать, что я тебе не нравлюсь?

Ее обворожительные глаза сверкнули и пристально впились в лицо собеседника.

– Да что ты, дорогая моя, – запинаясь, начал оправдываться Борис, – как раз наоборот – ты мне очень нравишься! Просто я стеснялся в этом признаться. Думал, что ты относишься ко мне, как к простому другу…

– Вот и славно, – перебила его Рианис. Затем она сделала серьезное лицо и, пришпорив коня, вырвалась вперед, обогнав друзей. – И чтобы больше мне не перечил, милый! – Весело, с искоркой легкого кокетства прикрикнула она.

– О… что я вижу? – Вмешался в разговор Вергус. – Наша ледышка Риа наконец ответила тебе взаимностью!

Борис, краснея, попытался что-то пробубнить своим друзьям, но в ответ на его неразборчивые фразы послышался только дружеский смех Вергуса и Холанда, которые слышали весь разговор с самого начала.

– Ну все, все, – заступилась за друга девушка, – посмеялись – и хватит, не смущайте моего Бориса, ему и так тяжело, еще вы тут со своими шутками…

Ответом на слова девушки была лишь новая волна смеха, которая, по правде говоря, быстро стихла после пристального взгляда карих глаз темноволосой чародейки.

Теперь голова Бориса была занята совсем другими вопросами: темный магистр и древнее пророчество с легкой руки красавицы Рианис быстро отошли на второй план.

Конечно, он замечал что юная волшебница иногда смотрит на него не как на остальных ребят и часто ввязывается в различные мероприятия, где присутствует он. Но Борис списывал это на ее дружескую привязанность. И вот сейчас, в такой опасный момент не он признается ей в симпатии, а она!

Широкая тропа змейкой тянулась вдоль берега небольшой речушки. Густая растительность покрывала долину реки, оставляя свободной дорогу, по которой легко могли проехать два всадника бок о бок. Чуть поодаль от тропы и прибрежного леска начиналась обширная равнина, но по единогласному решению путь в этот жаркий летний день пролегал в тени, которая была заветным желанием любого изможденного зноем путника. В таком темпе путешественники ехали почти до самого заката, и лишь когда побагровевший солнечный диск плавно опустился за далекие холмы, друзья остановились на широкой и очень удобной для ночлега поляне. Обязанности по организации и благоустройству лагеря взяли на себя несколько десятков эльфов, так что уже через четверть часа был организован большой лагерь, в котором мирно потрескивали костры и аппетитно бурлило варево в котелках.

Небольшие группы перворожденных, весело болтая, сидели у костров и обсуждали события последнего дня. Почти все эльфы были знакомы с молодыми магами лишь первый день – только Холанд уже путешествовал с Борисом до момента их появления в Гремучем лесу.

Вокруг костерка, разместившегося недалеко от ручья, устроились наши молодые маги и старший эльф. День прошел удачно: хоть солнце и палило нещадно, но тень прибрежных деревьев и прохлада реки благотворно сказались на самочувствии как коней, так и самих наездников. Поэтому даже вечером все члены команды были бодры, полны сил и энергии.

Весь день ребята ехали молча. Риа и Борис почти не разговаривали, но это не означало, что в головах и сердцах у них зародился холодок – нет, все было совсем наоборот! Каждый из них после короткого разговора очень сильно задумался, анализируя все то, что происходило между ними в последнее время, и еще сильнее укрепился в своих решениях и желаниях. Едва был объявлен привал, ребята пропали из поля зрения своих друзей и появились на поляне лишь через полчаса – веселые и держащиеся за руки.

Разговор шел на отвлеченные темы: маги вспоминали первые недели беззаботного лета и они немного сожалели, что теплое время года, лишь недавно вступившее в свои права, они проведут не со сверстниками в окрестностях Холмов, не со стариком Грассом на рыбалке или в дальнем магическом походе, а в сотнях лиг южнее их родного поселка – в погоне за коварным врагом. Борис и Рианис сидели рядом и просто светились от счастья, а Вергус и Холанд деликатно сделали вид, что не заметили изменений в поведении молодой пары.

Когда первые звезды осыпали небо и легкий туман начал подниматься над рекой, разговор зашел о магическом ларце и его предполагаемом местонахождении.

– Никто не знает, где он может быть, – отстраненно заговорил эльф, вороша длинным прутиком угли в догорающем костре. – Давно это было, тогда только самые старшие из перворожденных появились в этом мире. Меня еще не существовало, но об этой истории знает каждый из нашего народа. Ее рассказывают детям и передают между поколениями, которые сменяются у нас не так уж и часто. К тому же, как мне рассказывал когда-то мой отец, все это происходило за много лиг севернее Афлота. После манипуляций с ларцом один из выживших героев нес его на руках через полмира, и лишь в густых лесах, на месте которых сейчас выросли центральные провинции Афлота, на него напали потаенные дьяволы и забрали артефакт. Только вот незадача: воспользоваться им они не сумели, и он сгинул. Но это все легенды, ведь никто из ныне живущих не видел ни ларца, ни предполагаемую битву. Само пророчество о трех людях, которые получат три артефакта с камнями голубого свечения, причем эти предметы сами выберут себе хозяев, появилось намного позже – около тысячи лет назад, аккурат в то время, когда пропал с этих земель город Великой Мэрилин. С тех самых пор с обжитых земель Маглендола почти исчезли Темные силы. Нет, они не ушли окончательно из этого мира – они просто на длительное время пропали из зоны, подконтрольной Великим Синкам.

– Когда я получил кольцо от духов, – начал Борис, – я видел своих партнеров по пророчеству.

– Как? – В один голос перебили парня его друзья.

– А вот так, – улыбнулся молодой маг. – Когда духи стихий вручили мне кольцо и я надел его на палец, перед моими глазами предстали картина, в которой я увидел воина, которому волшебница вручала амулет. Форма и сила камня в нем точь-в‑точь соответствовали моему. Второй картинкой я видел другого мужчину: он находился на горной тропе и поднимал с земли кинжал великолепной работы, украшенный множеством рун. Этот клинок также был близок моему кольцу.

Рассказывая это, Борис пристально смотрел на свой перстень, спокойно мерцавший на его пальце легким голубоватым светом.

– Это хорошо, – спокойно произнесла Рианис, ближе прижимаясь к парню, чтобы спрятаться от ставшего излишне свежим дыхания реки, – теперь мы хоть будем иметь представление, кто наши союзники, и не получится так, что какой-нибудь приспешник Темного Властелина выдаст себя за нашего друга и, войдя в доверие, нарушит все планы.

– Ты права, – одобрительно кивнул головой Холанд. – То, что мы знаем наших союзников в лицо – очень ценная информация. Нам бы еще узнать, в каком направлении держать путь…

– А ты не думаешь, – спросил его Борис, – что артефакт спрятан где-нибудь в окрестностях Скрытого города Мэрилин? Может быть, она и Великие Синки знают истинное месторасположение ларца и специально отводят глаза окружающим? Не может так получиться, что тысячу лет назад Великие нашли ларец и узнали его тайну, после чего схоронили его недалеко от города чародейки, чтобы он одновременно был и под присмотром, и в то же время казался далеким и потерянным? А после этого они убрали город с лица Маглендола, дабы местные жители не наткнулись на великую тайну…

– Не отрицаю и такой расклад, – задумчиво произнес эльф. – В дела Великих магов, как и в дела наших старейшин, я всегда пытался не вмешиваться: мое дело – это крепкий лук и быстрая стрела.

Немного задумавшись, эльф продолжил:

– Может быть, ты и прав, потому что легенда о семи героях и тайне мира ходила по нашим землям со времен ее сотворения. Но это была ничем не подтвержденная легенда – кроме, конечно, личностей семи смельчаков. Их у нас очень почитали и почитают до сих пор. Но, – сделав небольшую паузу, Холанд на мгновение задумался, вспоминая какой-то факт из своей жизни, – как раз около тысячи лет назад по владениям Громкого леса прошел слух, что ларец Героев, как его иногда называли в наших местах, найден. Как мне кажется, наши старейшины даже отправлялись в путешествие, дабы проверить достоверность этих вестей, но вернулись через пару лун и сообщили, что слух ложный и ларец по-прежнему утерян. После этого все успокоилось и сведения, взбудоражившие эльфов, вновь превратились в героическое сказание, которым обучали смелости и вере маленьких эльфов.

Если сопоставить временные границы исчезновения Скрытого города и появления данного слуха, то, как мне кажется, все происходило примерно одновременно. Так что, дорогой Борис, твоя гипотеза имеет все права на существование.

– А откуда взялись артефакты, которые, по словам старейшин, должны помочь нам в поиске и открытии ларца? – Поинтересовалась Рианис, внимательно оглядывая своих друзей.

– А вот это я тебе не скажу, – как-то грустно вздохнул эльф.

– Ладно, господа командиры, – весело оборвал разговор Вергус, – не желаете ли вы немного поспать, а то звезды уже давно на небосводе, а мы все ведем премудрые беседы.

– Ты как всегда прав, дружище, – поднимаясь на затекшие ноги, проговорил Борис. – Давайте и вправду отдыхать: утро, как говорится, вечера мудренее. По ходу движения завтра определим, куда ехать.

Друзья одобрительно закивали, приступая к приготовлениям ко сну.

Уже через четверть часа над поляной нависла тишина: уставшие за день путешественники спали крепким и здоровым сном, погрузившись каждый в только ему ведомый мир грез и фантазий. Кому-то во сне мерещилась Великая битва со страшным врагом; кому-то вспоминались сцены прошедшей жизни; а кто-то представлял картины счастливого будущего, в котором не было ни врагов, ни длительных расставаний, а была только жизнь рядом с любимым человеком, ценящим и понимающим партнера с полуслова, с человеком, рядом с которым ты готов прожить всю жизнь без остатка.

Ночь прошла спокойно, без приключений. Сотня эльфов, расположившаяся в глубине восточных провинций, была хорошо защищена от любых врагов. С севера никто не мог напасть на Афлот, так как за Рубежными горами и Сказочным лесом начинались земли первого единого государства, созданного магами Маглендола во главе с Горенгеймами. До южных и западных границ было очень далеко, а от восточных рубежей их отделяло расстояние, равное двух-, а то и трехдневному переходу всадника. Внутренних же врагов в государстве быть не могло: разбойники уже многие годы не попадались людям на глаза. Так что дороги были безопасны для путников по всей территории страны. Да и кто рискнул бы напасть на отряд в сто клинков, тем более если их держали руки перворожденных?

Проснувшись с рассветом, ребята быстро позавтракали заблаговременно приготовленной заботливыми эльфийскими руками вкуснейшей кашей и, ловко вскочив на коней, продолжили свой путь. Сегодня, по расчетам Холанда, они должны были выйти на широкий Королевский тракт, соединяющий города Урук и Тувий и уходящий южнее к городку Озера, где, огибая Гладкое озеро, он сливался с Центральным трактом. По предложению эльфа и при единогласной поддержке остальных решено было держаться этого тракта вплоть до Гладкого озера, и лишь потом выбирать новый путь, если ничего не произойдет в дороге и судьба, а может, могучая рука Великих синков, не повернет эльфийский отряд другим маршрутом.

Ближе к полудню широкая тропа, идущая вдоль речушки, названия которой никто не знал, закончилась. Оставив позади много лиг пути, друзья выехали из небольшого леса. Впереди раскинулось широкое поле, заканчивающееся далеко у горизонта, но зоркие глаза эльфов разглядели вдали силуэты высоких зданий – впереди лежал город, первый город, в котором предстояло побывать ребятам в землях королевства Афлот. Да и само поле говорило о близком присутствии людей, его обрабатывающих.

– Что скажете, друзья? – Обратился к стоявшим рядом товарищам Борис. – Предлагаю остановиться сегодня в таверне и подробно разузнать у жителей городка об обстановке в стране, о карнибулах и, возможно, о ларце.

– Согласен, – коротко ответил Холанд. – Только вот о ларце напрямую спрашивать не стоит.

– Хорошо, как скажешь, – качнул головой маг, приводя в движение коня и направляя его с сторону виднеющихся построек.

Спустя час стройные ряды эльфийской сотни важно ступили на широкую городскую улицу. Стук сотен копыт по мощеной булыжником дороге эхом разносился на многие сотни ярдов, привлекая к себе любопытных зрителей. Город жил войной, и первые мобилизованные сотни уже отправились по приказу военных на юг в окрестности городка Веронт.

Вдоль дороги выстраивались любопытные, жаждущие посмотреть на боевую эльфийскую сотню, ослепляющую зевак блеском своих доспехов в лучах полуденного солнца. Конечно, каждый из горожан не раз встречал перворожденных – небольшие отряды до десятка эльфов регулярно заходили в городок, расположенный не так уж и далеко от южных границ Громкого леса, но вот целая сотня появилась в городе впервые.

Парадным маршем всадники прошли по центральной улице и спешились на подступах к городской площади у огромной таверны, которая, по словам горожан, являлась самым крупным подобным заведением в городе.

Не теряя времени на разговоры с хозяином, лично выбежавшим встречать гостей, которые могли принести ему огромную выручку, Борис с друзьями оставил своих коней одному из помощников Холанда и вместе с последним направился в дом местного главы, дабы выразить уважение и одновременно узнать интересующую их информацию. Эльфы же, устроившись в гостинице при таверне, должны были небольшими группами распределиться по городку и узнать последние новости, сплетни и переживания его жителей.

– От лица жителей городка Луганд приветствуем вас, уважаемые друзья, в наших землях. Мы рады видеть любых гостей, приходящих к нам с миром, – поднимая бокал вкуснейшего красного вина, торжественно приветствовал гостей местный глава.

Некоторое время назад, когда друзья нашли дом представителя власти, он, увидев их, сразу же разослал гонцов во все концы города, чтобы пригласить местную элиту на праздничный ужин в честь дорогих гостей. Не противясь инициативе добродушного полноватого старичка Расула, управляющего городом бессменно уже третий десяток лет, путешественники согласились уважить хозяина. К тому же они рассчитывали из уст окрестной элиты узнать что-нибудь из того, что их интересует.

На званом ужине присутствовало около двух десятков человек, причем около десятка представляли вооруженные силы.

– Да полно вам, уважаемый Расул, – смущенно ответил Борис, – мы здесь лишь проездом и движемся в сторону Гладкого озера, поэтому и вынуждены были остановиться на ночлег в столь великолепном городе, как ваш.

– Польщены вашем вниманием, господа, – продолжал глава. – С тех пор, как наш великий король объявил мобилизацию, мы собираемся впервые – до этого дня все наше время уходило на подготовку мобилизационных ресурсов. Слава старейшинам Звездных садов, мы успешно собрали и вооружили целую когорту, которая несколько дней назад выступила по южному тракту к месту сбора войск.

– Наши земли тоже затронула страшная зараза войны, – с тоской в голосе ответил Борис. – Несколько недель назад воины Темных сил атаковали нашу деревню и убили наших друзей. С тех пор мы ищем их, чтобы предать законному суду зачинщиков этих нападений.

– О Великие Синки, – настороженно проговорил Расул. – Страшные дела начали твориться на землях Афлота за несколько лун до начала войны. Наши маги не столь сильны, как жители северных земель или чародеи короля, но даже они говорили о приближении тяжелого времени для королевства…

– Что же произошло у вас, что они сделали такие выводы? – С интересом вступила в разговор Рианис.

– Госпожа, – вежливо поклонившись, приступил к рассказу глава городка, любивший, как вскоре поняли товарищи, от души поболтать, – лишь только начал таять снег и появились первые проталины, в окрестностях Луганда стали появляться неизвестные личности в темных нарядах. Они всегда ходили в капюшонах, не снимали доспехов и почти ни с кем не разговаривали. Наши стражники сразу обратили на них внимание, но так как те вели себя спокойно и никому не причиняли вреда, поводов для принятия каких-либо мер не было. Потом, уже ближе к лету, стали появляться небольшие группы странных карликов в таких же черных балахонах. Они, так же, как и их предшественники, что-то вынюхивали вокруг, а потом уходили в западном направлении. Так длилось несколько лун. Накануне войны мы написали главе провинции и начальнику гарнизона о своих опасениях, но тут началась мобилизация. На первый план вышли другие заботы и переживания, да и темные существа больше не появлялись. Так прошло некоторое время, и я бы, честно говоря, даже не вспомнил бы об этом, если бы пару дней назад не произошло странное событие…

Тут Расул замолчал, немного отвлекшись на помощников, которые принесли новые блюда и долили вино в опустевшие бокалы.

По сосредоточенным и серьезным лицам приглашенных Борис и его друзья поняли: то, о чем хочет рассказать глава города, всерьез тревожит его жителей.

– Как только была объявлена война, – продолжил старичок, – наши доблестные мужчины приступили к мобилизации. После последней бойни с кочевниками в наших землях поселилось много ветеранов, не ушедших в западные провинции, поэтому в первые же дни около двух сотен человек с оружием и боевым снаряжением пришли к дверям городского управления, имея желание быстрее отправиться на передовую. Пройдя все процедуры, боевой манипул встал лагерем на некотором расстоянии южнее городка, чтобы дождаться новых ополченцев и уже крупным соединением двинуться в путь. В последний день перед выходом на марш, сразу после полуночи, часовые заметили в небе над лагерем странное оживление. На высоте несколько десятков ярдов начали мелькать крупные летающие предметы: они подлетали со всех сторон небольшими группами по три-четыре особи и бесшумно зависали в воздухе. Об их появлении сразу же было доложено командованию лагеря: не привлекая внимание, легионеры пришли в боевую готовность, ожидая удара в любую секунду. Но все было тихо, повисшие в высоте тени вели себя спокойно. Примерно через четверть часа к ним присоединилась большая группа подобных существ, прибывшая с севера, после чего объединенный отряд молниеносно сорвался с места и скрылся из виду в юго-западном направлении. Об этом происшествии мы также известили провинциальные власти. По нашим предположениям, это были те самые карлики, которые несколько лун подряд появлялись вокруг городка. Только цель их визита, а также место, куда они скрылись ночью несколько дней назад, до сих пор неизвестны.

Вокруг стола воцарилась задумчивая тишина. Хозяева города, видимо, восстановив в памяти события последнего времени, размышляли над неразгаданными ими вопросами, надеясь получить ответы на них от новых гостей. Гости же понимали, что услышали как раз о тех, на чьи поиски они пришли в земли Афлота, но предусмотрительно молчали, делая удивленный вид. Благодаря словоохотливости главы города им не надо задавать неудобных вопросов и пытаться узнать что-либо о карнибулах.

– Да, уважаемый Расул, нам знакомы подобные существа, и ваш рассказ очень полезен нам, – благодарно склонил голову Борис.

– Спасибо, спасибо, уважаемые друзья! – Искренне обрадовался своей полезности добродушный старичок.

Разговор за столом стал более оживленным, присутствующие смелее начали задавать вопросы Борису и его друзьям, и в то же время охотнее отвечали сами.

За время ужина друзья выяснили, что все сильные маги здешних мест либо находятся на службе у короля, либо ушли в северные земли. В небольших городках, подобных Луганду, проживает всего несколько человек, обладающих магической силой – но она намного меньше той, что имеется у Бориса и его товарищей. Также выяснилось, что война с кочевниками уже началась, и легионы скапливаются в двух основных районах – непосредственно у самого хребта, там, где ожидается прорыв, и у берегов Тихой реки.

Уже под завершение ужина ребята все-таки выяснили, что жители городка слышали легенды о Скрытом городе и тайном ларце, но вот местоположения его им не известно.

Закончив ужин и поблагодарив хозяев за радушный прием и отменную кухню, четверка воинов покинула дом главы города и не торопясь, наслаждаясь видами вечерних улиц, направилась к постоялому двору, где их с нетерпением ожидали оставленные ими товарищи.

Пока командиры отсутствовали, эльфы не теряли времени даром и в точности выполнили указания старших: разделившись на небольшие группы, они отправились любоваться красотами города, заходя по дороге в различные лавки и мастерские, а также посещая рынки и места основного скопления горожан. Спустя несколько часов толканий по оживленным городским улицам они выяснили то же, что рассказал их предводителям глава города. Также они узнали, что группы карликов часто встречались путникам, идущим в сторону центральных провинций. В общем, настрой городка был понятен: все готовились к войне, и появления неизвестных существ, не несущих угрозы для города, хоть и заинтересовало горожан, но не сильно отвлекло от повседневных забот.

– Что мы имеем, – задумчиво произнес Холанд, обращаясь к молодым магам, сидевшим за богатым столом в таверне на первом этаже гостиницы. – Группы карнибулов стали появляться в этих местах несколько лун назад, это первое. Второе – все они движутся в западном направлении, а значит, ларец, по их размышлениям, находится именно там, и мы идем по верному пути. И третье: отряд, который мы преследуем, соединился со своими сородичами не позднее чем три дня назад. Так что, господа, – подвел итоги эльф, – направление движения нами выбрано верно, что хорошо, но что карлики существенно нарастили свое присутствие в наших землях, что хуже.

– Ты совершенно прав, – одобрил выводы товарища Борис. – Карлики были здесь, это подсказывает мне кольцо, причем их через этот городок прошла не одна сотня. Отдельные небольшие группы, замеченные ополченцами, – это, скорее всего, те, кто пришел сюда весной и рыскал по лесам провинции. Ничего не найдя, они двинулись на запад.

– Что же будем делать мы? – спросила Рианис, внимательно слушавшая мужчин.

– Завтра на рассвете выступаем по тракту в сторону Гладкого озера, – серьезно заговорил маг. – Двигаться лесными тропами нам пока нет смысла, в этих местах нет ларца.

– Хорошо, друзья мои, – подвел черту под разговором эльф. – С первыми петухами я подниму вас, так что не теряйте времени и идите отдыхать, завтра будет длинный переход.

Закончив разговор, Холанд встал и вышел из таверны во двор, где в карауле стояло несколько перворожденных. Хотя друзья и ночевали в пределах городских стен, караул, по личному убеждению Холанда, выставлять надо было всегда.

Выйдя за ворота и проверив посты, старший из перворожденных решил пока не ложиться спать, а прогуляться по ночному городку, обдумывая услышанное за ужином. Пока маги анализировали полученную за день информацию, на небольшой провинциальный городок опустилась глубокая ночь. Яркие звезды гроздьями усыпали небо, сверкая и смущенно подмигивая запоздалому путнику. До основного оживленного тракта было около лиги пути по южной дороге, и большинство путешественников предпочитало ночевать в тавернах вдоль тракта, что благотворно сказывалось на покое и размеренности жизни обитателей Луганда.

Холанд медленно шел по мощенным булыжником улочкам, не выбирая направления – просто следуя туда, куда несли его ноги. В голове бурным ураганом крутились множество мыслей. Детские мечты и желания проступили через пласты времени, ожив в памяти и вырываясь наружу. Холанд вспомнил, как когда-то в детстве слушал историю о семи героях, пожертвовавших собой ради спасения мира и унесших в Звездные сады страшную тайну. Он вспомнил, как, играя со сверстниками, представлял, будто они находят заветный ларец и разгадывают тайны мироздания, вставая в один ряд с легендарными воинами. Огромный ворох детских воспоминаний всплыл у него в голове.

Ноги медленно несли эльфа вглубь города. Позади осталась городская площадь, вот уже заканчивались торговые ряды и начинали вырисовываться очертания высокой кованой ограды, отделявшей огромный городской парк от суеты оживленных улиц. Не долго думая, перворожденный махом перепрыгнул через железный забор и оказался в темном, заросшем деревьями парке. Могучие вековые великаны ласково шумели в порывах легкого ночного ветерка, широкие листья весело колыхались в его потоках. Пахло свежестью и лесом – родным лесом, где так счастливо проходило детство Холанда.

В шестнадцать лет юный эльф, как и его сверстники, был определен в школу, где их обучали военному ремеслу и всему тому, что должен знать и уметь истинный перворожденный в своей длинной жизни.

Ветер шумел в кронах деревьев, росших на этом месте много веков: первые поселенцы, закладывающие основу города, решили сохранить огромный кусок древнего леса с небольшим озерком посередине, дабы в свободные часы наслаждаться благодатью истинной природы и отдыхать в приятной прохладе могучих деревьев.

Что привело его сюда в такой поздний час, эльф и сам не знал: под напором нахлынувших мыслей и детских воспоминаний он просто шел, подчиняясь инстинкту. С каждым шагом он все глубже и глубже погружался в темноту таинственного парка, оставив далеко позади высокую кованую ограду. Темнота окутывала его, и лишь только огромные звезды добродушно поблескивали в вышине.

Через несколько минут медленного движения по ухоженным полянам Холанд подошел к подножию небольшого холма, поднимающегося над парком на несколько ярдов. Не сомневаясь ни секунды, перворожденный молча направился к его вершине. Довольно ровный подъем резко обрывался крутым склоном, омываемым водами небольшого озера. Мелкая рябь тихо накатывала на прибрежные камни, создавая еще более благодатную атмосферу для размышления. Присев на одинокий валун, каким-то невиданным образом оказавшийся на вершине холма, эльф задумался. Много веков жил он на землях Маглендола, за свою долгую по меркам обычных людей жизнь успел побывать во многих концах этого магического мира, множество раз пересекал моря и океаны с вверенными ему отрядами перворожденных. Сражался с нечистью, устранял прорывы различных тварей и никогда не думал, что этому миру может угрожать какая-то опасность. Ему казалось, что установленный миропорядок будет вечным. Добро и справедливость всегда будут превыше всего, никто не сможет насильно устанавливать свои законы и заставлять живых существ страдать. Так было всегда, и туда, где появлялся Холанд, возвращались свобода и счастье. Но сейчас угроза нависла над всем мирозданием: дремавшие тысячелетия силы проснулись и решили подчинить себе не только жизни простых существ, но и судьбу самого магического мира. С поистине страшной тайной и могущественным волшебством столкнулись его предки тысячелетия назад – и слава богам, что у них хватило сил скрыть её, до поры до времени похоронив в таинственном ларце.

На валуне Холанд просидел не менее четверти часа, пока не почувствовал легкое дуновение нового, доселе невиданного ему теплого ветерка. Инстинктивно обернувшись эльф вскочил на ноги, обнажая зачарованный клинок.

– Не пугайся меня, – раздался мелодичный голос подошедшей к нему сзади эльфийской девушки.

Откуда она появилась и кем была, Холанд не знал. Ее появление очень сильно озаботило его, моментально возвращая к действительности.

– Не бойся меня, Холанд, – вновь мелодично произнесла эльфийка.

От звука ее голоса легкая теплота растекалась по сердцу, порождая ощущение спокойствия и умиротворения.

– Мы с тобой не знакомы, но ты слышал о моем существовании: я правительница эльфийского народа, живущего за многие сотни лиг западнее Громкого леса.

– Великая Ювелина? – взволнованно спросил Холанд.

– Да, мой мальчик, это я, – улыбнулась девушка, – это я позвала тебя в сад, чтобы поговорить о предстоящем.

– Ларец? – понимающе улыбнулся эльф, придя в себя от неожиданной встречи с великой представительницей своего народа.

– Ты опять прав, – легкая улыбка вновь тронула прекрасные губы его собеседницы. – Вы идете в правильном направлении, но вам стоит поторопиться.

– Карлики встали на след артефакта? – встревожился Холанд.

– Пока нет, но уже очень скоро они сделают это, и сам Темный Властелин придет им на помощь.

– Сколько у нас осталось времени?

– Очень скоро солнце померкнет, и в разгар дня проступят звезды, замолкнут птицы и звери, и лишь лесные хищники воем известят об окончании времен. Наступит ночь – но вскоре солнце вновь вступит в свои права. После этого у нас будет не более недели. Если в этот срок вы не отыщите ларец, мир будет обречен. Перворожденным необходимо будет оставить его и искать себе новое место обитания. В Маглендоле поселится Тьма, и ничто более не остановит Темного – даже сила трех Хранителей, одного из которых ты сопровождаешь.

– Где же нам искать его, Великая, как помочь нашему народу остаться здесь, а не скитаться вновь по Звездным тропам в поисках новых миров?

– Идите за озеро, – прошелестела Ювелина, – идите туда как можно быстрее. Там вы найдете тех, кто знает, как отыскать ларец.

С этими словами девушка исчезла столь же таинственно, как и появилась за пару минут до того.

– Холанд, ты где, куда ты спрятался, Тьма тебя поглоти! – Послышался в стороне от холма голос Бориса.

Эльф вздрогнул: он не ожидал, что кто-то из друзей найдет его так быстро.

– Я здесь, на холме, – подал голос перворожденный, чуть приведя в порядок мысли.

– Что ты тут делаешь, дорогой друг? – Встревожено спросил Борис, вместе с Вергусом взобравшийся на холм.

– Прогуляться решил, – улыбнулся Холанд. – Шел, куда глаза глядят, вот и забрел сюда. Присел на камушек, задумался и повстречал старую знакомую.

– Знакомую, здесь? – Удивились маги.

– Да, именно здесь. И она мне рассказала очень много интересного. Друзья мои, нам надо спешить. У нас осталось очень мало времени. – После этих слов Холанд подробно рассказал все, что ему поведала эльфийка.

– Теперь понятно, – заговорил Борис, перепрыгивая за железную ограду парка и ожидая товарищей на городской улице, – понятно, почему карнибулы слетаются со всей страны. Они, видимо, что-то чуют, и поэтому усиливают силы в этом регионе. Интересно только, через сколько дней начнется то явление, о котором говорила тебе Ювелина.

– Может, у нас есть неделя, может, больше, но все равно надо спешить, – взволнованно произнес Вергус. – Как-то я не горю желанием жить в мире, который даже перворожденные готовы покинуть.

Время по пути к таверне пролетело довольно быстро, трое друзей увлеченно обсуждали, сколько все-таки времени у них осталось до того момента, когда поиски артефакта потеряют смысл, а мир, в котором они так счастливо жили до этого времени, рухнет под тяжестью древнего проклятия.

Утром следующего дня, наступившего очень скоро, отряд ровными рядами чеканил шаг по чистым и аккуратным мостовым города, покидая его и направляясь в сторону тракта. Несмотря на ранний час, на улицах было уже много горожан, вышедших из дома, чтобы проводить необычных воинов, посетивших их одинокий провинциальный городок.

Следующие два дня отряд быстро двигался по широкому и довольно оживленному тракту, соединяющему города Урук и Тувий. Сразу после полудня друзья миновали столицу Тувинского военного округа и, не задерживаясь в ней ни на минуту, последовали намеченным маршрутом в сторону Гладкого озера по такой же не менее оживленной дороге. По пути эльфам часто попадались ровные колонны воинов, идущих в сторону восхода солнца. Мобилизация шла полным ходом, не давая врагу ни малейшего преимущества в живой силе и времени. По подсчетом Бориса, только за сегодняшний день путникам повстречалось не менее трех тысяч хорошо вооруженных бойцов, идущих в главный город провинции, дабы под командованием опытных военачальников выступить на отведенные для их легионов позиции.

Не задерживаясь в городках, которые стали попадаться все чаще, ребята двигались с хорошей скоростью, планируя дня через три достигнуть городка Озера, что находился у южного берега Гладкого озера. За эти дни особых происшествий в отряде не произошло – разве что пару раз зоркие глаза эльфов замечали далеко в небе черные точки, летящие на большой высоте в направлении, параллельном движению их отряда. Магия Бориса подсказывала, что это не кто иной, как их давние «друзья» карнибулы. Увиденное заставляло путешественников двигаться интенсивнее и не терять времени на привалах.

Отношения Бориса и Рианис развивались все стремительнее: в пути ребята ехали рядом, постоянно о чем-то разговаривая, мечтательно улыбаясь и не замечая веселых взглядов своих товарищей. На коротких привалах влюбленные ухаживали друг за другом, также не расставаясь ни на мгновение.

На исходе третьего дня, когда до Озера оставалось не более дневного перехода, измученный долгой дорогой отряд сошел с наезженного тракта и остановился на ночной привал на пару часов раньше обычного. Общим мнением совета командиров было решено позволить коням, да и эльфам-наездникам немного восстановить силы после трудного перехода.

Быстро обустроив лагерь и расседлав лошадей, члены отряда, кроме тех, кто стоял в карауле, разбрелись по окрестностям, отдыхая и наслаждаясь красотой окружающей местности. Место для привала было выбрано живописное: небольшая извилистая река делала петлю, огибая лагерь с трех сторон, чуть поодаль начиналась гряда холмов, тянущаяся вдоль всего горизонта и украшенная густым дубовым лесом. Обширное поле, примыкающее к лагерю, уходило далеко за горизонт, радуя глаз смотрящего огромным разноцветным ковром из полевых цветов.

Скоро начало темнеть. Легкий ветерок принес в лагерь запах цветов и разнотравья. Несколько костров, разожженных эльфами, весело потрескивали, и уже почти готов был долгожданный ужин. Холанд, Вергус и еще несколько эльфов мирно сидели у одного из кострищ, спокойно разговаривая.

– Наши опять куда-то убежали вдвоем, – лукаво улыбнулся маг. – Любовь проснулась в их сердцах. Видел бы их сейчас Грасс – порадовался бы за своих учеников!

– Пусть веселятся, пока есть время, – рассудительно ответил один из эльфов, одновременно пробуя на вкус кипящее в котелке варево, от запаха которого предательски урчало в животе, – дело молодое.

– Холанд, – серьезным голосом обратился к товарищу Вергус, – я вот уже третий день хочу у тебя спросить: кто такая Ювелина, которая явилась тебе в ту ночь?

– О, друг мой, это долгая история. Если хочешь, я расскажу тебе вкратце, а остальное ты услышишь как-нибудь, когда будешь гостить у нас в Громком лесу.

– Конечно, дружище, расскажи, – потирая ладони в предвкушении, заговорил парень. – Не выходит она у меня из головы, не могу понять, откуда она взялась.

Холанд лишь улыбнулся молодому другу и начал повествование.

– Много тысячелетий назад, когда эльфийский народ пришел в еще малообжитые земли Маглендола, он был един. Нами управлял совет из девяти старейшин, с некоторыми из которых вы познакомились во время пребывания в Громком лесу. Много веков мы жили одной семьей на территории нашего любимого леса. Наши отряды исследовали этот мир, знакомясь со всё новыми племенами и народностями. Велик и неизведан был мир Маглендола, огромные пустыни, непроходимые леса и высокие горы раскинулись в его пределах. Племена кочевников и великанов, могучих гномов и благородных фей, уродливых орков и порождений тьмы обитали в дальних его концах. Воистину великолепен и загадочен наш мир – огромный и такой хрупкий, где в шатком равновесии проживают все эти существа.

Многие века наши отряды путешествовали из конца в конец Маглендола, знакомясь с его обитателями. И вот однажды Великая Ювелина вернулась из одного такого путешествия, которое она совершала в северо-западном направлении от нашего любимого леса. Вернувшись из странствия, она собрала совет, предложив нашему народу переселиться в найденный ею лес, который находился южнее великих гор Семигорья и огромной пустыни, далеко на западе за могучей рекой. Мнения старейшин разделились: за несколько веков, прожитых под сенью деревьев Громкого леса, большинство моих собратьев привыкли к нему и не хотели уходить.

Только один из старейшин поддержал Ювелину, и они вдвоем в сопровождении нескольких сотен перворожденных ушли в новые места. Так в Маглендоле появилось еще одно эльфийское поселение. Со временем мощь Ювенгарда росла и укреплялась, росли и силы его правительницы. Как рассказывают те, кто лично знаком с королевой эльфов, ныне она является одой из самых могущественных чародеек нашего мира.

– Да, – задумчиво почесал затылок молодой человек, – и правда, что все в этом мире взаимосвязано. Все могучие чародеи Маглендола, будь то эльфы, синки или гномы, сейчас рука об руку встают на защиту мира против сил Темного Властелина.

– Вот и я так думаю – уж если Великие встали на защиту, нам тем более надо всячески содействовать победе.

Тем временем тьма медленно опускалась на лагерь. Лошади смирно паслись на поле в нескольких десятках ярдов от крайних дозоров. Палатки, поставленные эльфами в центре выбранной для отдыха площадки, постепенно стали заполняться уставшими всадниками.

На противоположном берегу реки, там, где ровной цепью тянулись небольшие холмы, поросшие крепким лесом, опираясь спинами о ствол старого дерева и любуясь появившимися звездами и огнями отдыхающего лагеря, молча сидели Борис и Рианис. Многое они успели обсудить, о многом рассказать друг другу, а еще – окунуться в мечтах в такое радостное и светлое будущее… Теперь, переполненные душевной теплотой, они сидели и просто смотрели вдаль, прижавшись друг к другу и не желая расставаться ни на мгновение.

Небо потемнело, жемчужины звезд рассыпались по небесному своду. Было темно и тихо, луна еще не появилась на горизонте, а отсвета маленьких светил было явно не достаточно, чтобы развеять окружающую темноту. Только огни небольших костров освещали пространство вокруг лагеря на несколько десятков ярдов вокруг.

– Надо возвращаться в лагерь, – нежным голосом произнесла девушка, ласково проведя ладонью по щеке своего возлюбленного.

– Давай еще посидим с четверть часа, а потом пойдем, – чуть улыбнулся Борис и поцеловал любимую в ладонь.

Легким кивком головы молодая чародейка согласилась на предложение своего спутника.

Минут через пять спокойного времяпрепровождения Борис стал ерзать на месте, иногда озираясь по сторонам, словно ожидая непрошеных гостей.

– Что с тобой? – Тревожно посмотрела в глаза молодого мага, девушка.

– Не могу пока понять, но чувствую какую-то опасность. Да и кольцо начало нагреваться, надо предупредить ребят.

– Карнибулы?

– Может и они, – махнул головой Борис, вставая на ноги и посылая мысленный сигнал Вергусу.

– Молчи! – прошептал парень, накрывая себя и любимую невидимым коконом.

Через несколько минут со стороны леса послышался приглушенный хруст одиноких веток, словно кто-то очень аккуратно пробирался через кустарник по направлению к лагерю эльфов.

Хруст нарастал. Через пару мгновений на опушке леса появилось несколько фигур, укутанных в темные одежды. В руках у каждого была либо огромная дубина, либо кривой меч. Лохматые волосы и неприятный запах, исходивший от незнакомцев, говорил о том, что они обитали вне цивилизованных поселений.

– Вот они, родимые, – прокряхтел один из появившихся мужчин, – именно там, где и говорил хозяин.

Борис пытался мысленно сложить полученную информацию в одну логическую последовательность. Значит, думал он, кто-то знает об их путешествии и всячески противится их продвижению.

Перед ними предстали классические разбойники, которые, как думал маг и считали многие жители Афлота, за последние несколько лет исчезли с лица страны. Но, видимо, пламя разгорающейся войны возродило это лесное братство легкой наживы, либо вывело одинокий отряд из лесного подполья.

– Их слишком много, – с опаской прошептал второй. – Хозяин говорил, что их будет несколько десятков, а тут, если судить по лошадям, не менее сотни.

– Да хоть бы и сотня, – грубо ответил первый. – Спят же! Разве мы нашими двумя сотнями не сможем перерезать сотню спящих сосунков?

– Тревожно мне как-то, командир. Не к добру это все. Непростой это отряд, голову даю на отсечение. Да и наниматель наш не из простых будет. Вспомни, как он разговаривал с нами, не снимая с головы черного балахона. Еще и мерзкие карлики, что постоянно крутились около него, тьфу!

– Тебе ли не без разницы? – Зло сплюнул собеседник. – Кто они, куда идут, что делают – нас не должно волновать. Самое главное, что нам заплатили полновесной золотой монетой, причем очень щедро. Так что засунь свои тревоги туда, откуда у тебя руки растут.

– Ох, не к добру все это, – повторил обращавшийся к командиру разбойник, – ох, не к добру…

Не теряя больше времени, разбойники начали выходить из кустов и тихо, пытаясь не греметь, беспорядочными рядами тронулись в сторону огней лагеря.

Кто были их таинственные наниматели, по описанию словоохотливого разбойника Борис понял сразу. Видимо, после последней битвы в Сказочном лесу Темные решили не утруждать себя сражением с несколькими дерзкими молодыми магами и убрать их со своей дороги руками других.

Так на пути Бориса и его друзей встала банда когда-то гремевшего на все восточные провинции Косого Даркуса, скрывавшегося последние несколько лет от легионеров короля в диких и непроходимых лесах близ Гладкого озера.

Чем убедил и что предложил истосковавшимся по мародерству и виду невинно пролитой крови разбойникам Темный, Борис не знал. А тем временем бандиты, по всей видимости, даже не представляли, на кого собирались поднять свои кривые сабли и дубины.

Связавшись с лагерем, молодой маг предупредил о надвигающейся опасности и сообщил примерную численность агрессоров.

Ночь темной пеленой укрывала нападающих. Десяток за десятком медленно, сгорбив спины и как можно ниже прижимаясь к земле, они шли в сторону догорающих огней эльфийского лагеря. Когда первые десятки подошли на сотню ярдов к берегу реки, последние все еще выходили из леса и также медленно, пригнувшись, двигались к своим залегшим на траву товарищам.

Борис и Рианис молча стояли на холме, с высоты наблюдая за передвижением разбойников.

Через несколько минут последние представители лесной шайки подползли к своему командиру. После недолгого совещания банда головорезов разделилась на три группы, две из которых поползли вдоль берега реки, обходя лагерь с правой и с левой стороны.

Получившие сигнал о нападении, перворожденные сняли все посты охраны и укрылись в палатках, наблюдая за передвижением врага через небольшие прорехи в материи. По предположению Холанда, разбойники не догадывались, что будут иметь дело с эльфийской сотней, а рассчитывали поживиться после битвы с каким-нибудь ополчением местного городка.

Река в районе лагеря делала петлю, поэтому водные потоки природной стеной оберегали палатки от быстрого набега, давая обороняющимся некоторое преимущество.

Конечно, сотня эльфов, являющихся прирожденными воинами, с легкостью расправилась бы и с вдвое большим отрядом регулярной армии любого противника, а уж две сотни лесных разбойников, вооруженных дубинами и старыми саблями, вообще не представляли для них никакой опасности. Но раньше времени показывать свои козыри врагу эльфы не собирались.

Первые ряды полукольцом вышли на берег реки, миновав ее как можно тише, а последние только-только вступили в ее холодные воды. Лесных гостей ждал сюрприз, который не обрадовал никого из тех, кто желал легкой наживы и быстрого боя.

– Пора, – прошептал Борис, снимая с себя пелену невидимости и твердым шагом направляясь в тыл разбойникам. Рианис медленно шла за ним, прикрывшись пеленой и старательно прощупывая каждый квадратный ярд вокруг места будущего сражения.

– Борис, в четверти часа отсюда по тракту движется еще около трех сотен конных воинов, – встревоженно сообщила она.

– Спасибо, Рианис, думаю, мы успеем управиться с этими гостями и достойно подготовиться к приему новых.

В это время передовые десятки бандитов медленно подползали к первым палаткам, расположенным в нескольких ярдах от реки. Каково же было их удивление, когда, встав на ноги, чтобы наконец-то ворваться в шатры и прирезать спящих там жертв, разбойники обнаружили, что им навстречу выскакивают полностью вооруженные, с оголенными мечами эльфы.

– Как? – раздался удивленный крик одного из разбойников. – Откуда тут перворожденные? Они же перережут нас, как котят!

Поняв всю обреченность своего положения, незваные гости оставили осторожность и, размахивая над головами оружием, кинулись на противников.

Эльфы не стали использовать луки, а, оголив лезвия своих сверкающих клинков, спокойно и неподвижно ожидали подбегающих к ним обреченных. Завязался бой, в который каждый из нападавших вложил всю имеющуюся в нем ярость. Разбойники были злы и желали мести, но злились они не на эльфов, которые так некстати встали у них на пути, а на заказчиков, которые подсунули им такое мероприятие, ставившее под угрозу существование банды.

Первые жертвы посыпались на землю, словно спелые яблоки после сильного ветра. Звук стали мелодично разносился над поляной. Острые эльфийские клинки хладнокровно отбивали быстрые, но все равно менее расторопные удары сабель косматых агрессоров.

Бой шел полным ходом: в отблесках огней горевших по всему лагерю костров были видны беспорядочно метающиеся люди в темных одеждах, периодически падающие под слаженными ударами светловолосых эльфов.

Некоторые пытались бросаться в холодные воды реки, чтобы отступить в спасительную темноту дубового леса, но там поджидал их новый сюрприз – молодой парень в развевающемся в порывах ночного ветра сиреневом плаще, сверкая глазами, обрушивал на их горемычные головы тяжелые удары. Ярко горел камень на его посохе, освещая пространство на несколько ярдов вокруг. Каждый, кто пытался вылезти из холодной воды и встать на ноги, обнажая свой меч, дабы усмирить самоуверенного сопляка, уже через пару мгновений получал удар посохом и падал, словно подкошенный вражеской стрелой. Те же, кому все-таки удавалось обойти мага, занятого другими его товарищами, все равно был обречен получить быструю стрелу между лопаток.

Через четверть часа все было кончено. В живых из нападающих осталось всего несколько человек во главе с тем, кто так беззаботно повел небольшое войско на уничтожение спящего лагеря. Борис и Холанд решили пощадить их, чтобы подробнее разузнать о тех, кто надоумил загнанных в лесные чащи разбойников выйти на широкую дорогу и вспомнить опасное ремесло.

Отбившись от первой атаки, пора было подумать и о второй. Со стороны тракта уже слышен был топот сотен копыт, доносившийся до прекрасного слуха эльфийских воинов. Кто они? Что им надо было от мирно стоящего лагеря?

Как подумал Борис, делясь своими соображениями с товарищами, второй отряд тоже принадлежал к разбойничьей прослойке афлотского общества. Видимо, Темный нанял несколько лесных шаек, чтобы быть уверенным в уничтожении отряда. Расчет был прост: первая банда разбойников под прикрытием ночи тихо нападает на лагерь и начинает уничтожать спящих воинов, вторая же подходит через четверть часа после начала атаки и свежими силами вносит в остатки сопротивления страх и неразбериху, добивая последних бойцов. Но на деле все вышло совсем наоборот – первая волна нападения была смята за более короткое время, а о приходе второй эльфы были предупреждены заранее. Лишь только первые десятки всадников показались на горизонте, освещаемые слабым светом Луны, меткие стрелы гудящим роем ринулись им на встречу, и каждый удар попал точно в цель.

Не совсем понимая, что произошло, конница, не замедляя шаг и не обращая внимание на упавших товарищей, потеряв голову неслась на виднеющиеся впереди палатки.

Вновь выстрел – и еще несколько обмякших тел прервали свой бренный путь, упав на землю под копыта скачущим за ними лошадям.

В это время несколько десятков эльфов, заблаговременно оседлавших своих быстроногих скакунов, заходили нападающим с фланга, остальные же уходили в тыл, отрезая подоспевшие вражеские сотни от возможных путей отступления.

Вторая группа всадников, не в пример первым, была вооружена и снаряжена намного лучше, да и выучка, а также опыт ведения конных боев прослеживался с первых взмахов мечом. Но кто мог противостоять боевой сотне эльфов, подготовленных и участвующих в сражениях многие сотни лет? Побросав луки, стрелки, подобно своим товарищам, вскочили на коней и встали боевым порядком, встречая незваных гостей.

Только теперь нападающие всадники, наконец, поняли, что их ждут, и что им противостоит не одиноко стоящий лагерь ополченцев со спящими часовыми, а хорошо вооруженная и почти неуязвимая эльфийская сотня.

Среди всадников началась легкая паника: увидев, что около четырех десятков их товарищей уже находятся на полпути к праотцам и поняв всю безысходность своего положения, окруженный с трех сторон отряд с отчаянными криками бросился на врага, надеясь численным превосходством вырвать победу из крепких рук перворожденных. Но паника и ярость никогда не приносили пользы в борьбе с расчетом и ясностью мысли. Участь предшественников ждала и эти сотни невесть откуда появившихся конных воинов.

Около получаса понадобилось Холанду и его товарищам, чтобы завершить битву с тремя сотнями одичавших всадников. Острые сверкающие клинки эльфийских мечей словно крылья мельницы в порывах хорошего ветра уничтожали врагов. Редкие же удачные удары, которым удавалось пройти сквозь отличную защиту эльфов, отскакивали от прочнейших эльфийских доспехов, не причинив перворожденным вреда.

Исход боя определился уже минут через десять, когда зажатые с трех сторон всадники начали пытаться спасти свои шкуры, отступая к речушке, чтобы переплыть на противоположный берег. Но здесь их встречали Борис плечом к плечу с великолепной Рианис и Вергусом. Трое магов, сверкая оружием, словно маленькие ураганы крутились между выскакивающими из воды конными воинами. Кое-где приходилось использовать и магию, но даже рукопашная схватка с многократно превосходящим противником прилежным ученикам Грасса была не страшна. Будь у разбойников крепкий дух и стальная воля, можно было бы сомневаться в исходе боя; но бегущие в панике бандиты становились хорошими мишенями для острых клинков молодых волшебников.

Уничтожив последнего убегающего в сторону леса разбойника брошенным вдогонку кинжалом, Вергус завершил неожиданное ночное сражение полной победой защищающихся. Пять сотен убитых против нескольких неглубоких царапин у участников похода были хорошим показателем подготовки боевой сотни.

– Кто они? – Наконец смог спокойно спросить у своих товарищей подошедший Холанд, все еще державший в руке окровавленный клинок.

– Наемники Темных, – ответил Борис. – Я слышал разговор за несколько минут до начала штурма. Больше ничего не знаю.

– Ну ничего, – улыбнулся эльф, – мы оставили несколько человек из первой волны в живых, пусть подумают пока над своим поведением, а утром мы с ними потолкуем.

На том и порешили.

До утра оставалось пару часов, но продолжать ночной отдых на поле, усыпанном трупами, никто не хотел, поэтому, молниеносно собрав вещи, строй белоснежных всадников быстрой рысью двинулся полем вдоль лежащего чуть в стороне тракта. Отъехав на приличное расстояние от места недавней битвы, отряд подобрал подходящую поляну под привал, который решено было продлить до полудня. Борис с помощью посоха быстро развел несколько костров, чтобы не терять драгоценные минуты отдыха. Выставив усиленные патрули, уставший после ночной битвы отряд лег спать прямо на земле, укутавшись походными плащами. Чтобы никто больше не потревожил отряд, молодые маги общими усилиями расставили магические ловушки-сигналы на расстоянии в почти тысячу ярдов вокруг. Если кто-нибудь, замышляющий недоброе против их создателей, попадал в них, последним тут же становилось об этом известно. После чего делались определенные выводы и совершались определенные действия. Но это было бы в случае возобновления атаки со стороны еще какой-нибудь безумной банды. А пока все отдыхали. Судя по всему, время беззаботного и спокойного путешествия закончилось: впереди были тяжести сражений и усталость от бессонных ночей. О том, что именно это ждет отряд в ближайшем будущем, никто не сомневался. Пока же друзей ждал сон, такой расслабляющий и спасительный, уносящий в волшебный мир грез и фантазий.

Не теряя больше времени на разговоры и излишние приготовления к нему, воины молча улеглись вокруг костров и быстро уснули. Также быстро уснули и Борис с Рианис, благодаря последнему свиданию которых была заранее обнаружена группа ночных врагов.

Обнявшись покрепче и укрывшись теплыми эльфийскими плащами, Борис и Рианис сладко погрузились в сказочный сон, в котором они, как и в реальности, были вместе.

– Кто вы такие и зачем решили напасть на лагерь? – Громким и твердым голосом говорил Вергус, допрашивая пленного, который, по словам Бориса, был главарем нападавших.

– Господин, – дрожащим голосом бубнил тот, – я Баргус, плотником был… Когда-то, пока в банду Косого Даркуса, не попал.

Остальные захваченные в плен подвергались аналогичному допросу в палатках чуть в стороне, чтобы не слышать и не видеть своих бывших товарищей.

– Продолжай, – властно приказал Борис.

– А что тут говорить, – немного осмелел парень, почувствовав, что его жизни, пока он разговаривает, ничего не угрожает, – пил я много года два назад, горе заливал, ну и подвели меня дружки под грабеж да убийство…

Разбойник увлекся, понимая, что чем дольше он изливает душу, тем дольше будет жить, а если смилостивятся хозяева Звездных садов – то и вообще выйдет сухим из воды.

– Убил, значит, я дружка своего, а как очнулся рядом с телом, так озноб у меня, руки трясутся, слезы рекой, бедный я бедный, думаю. Что наделал… Как мне жить… Не знаю… Бросил все как есть и в лес побёг, в чем был в том и убежал. Блуждал несколько дней по лесу, оголодал, ягоды да коренья одни ел. Думаю, не буду к людям выходить, пусть зверь меня лучше съест, или разбойники убьют. Места-то у нас лихие были. Бродил, значит, я так несколько дней, и как-то по вечер вышел на поляну большую. Издали приметил ее, огонек горел, да и кашеварил кто-то. Плохо мне было с голодухи уже, кишки воротило. Кроме ягоды ничего во рту три дня не было. Вот, значит, иду я и думаю: убьют меня – и поделом, отомстят за убитого мной дружка. Вышел на поляну, а там банда Косого пировала – отмечали удачное ограбление. Ну, приглянулся я ему, может, хмель в голову ударил… Накормил он меня и в банду принял, с тех пор промышляю с ним грабежами да разбоями по тракту.

Сделав многозначительную паузу и посмотрев на реакцию слушателей, пленник продолжил:

– Тихонько мы в лесу сидели, редкие караваны пощипывали да одиноких путников – во-о-он, вдоль тракта лежат, неудачники. Жили себе, не тужили, можно сказать, да главарю нашему все мало было, старые времена часто вспоминал, когда банда по провинции промышляла. А недавеча как по весне к нашему лагерю стали карлики приходить, мерзкие такие, да с главарем все что-то разговаривали, довольный он выходил после общения. Ну, наши ребята с этими уродцами частенько в леса уходили, только, когда возвращались, ничего не помнили – будто и не было никаких походов. Так долго продолжалось, несколько лун. Я замечать стал, что у Косого золото стало появляться, да и уверенным он стал каким-то, все кричал ходил, что вернутся скоро былые времена и вознесется он над всеми в этой провинции.

Борис и Вергус молча переглянулись, слушая соловьиную песню пленника.

– А несколько дней назад мужик какой-то заявился к нашему Даркусу, сидели они в землянке Косого больше часа, после чего Темный испарился, будто его и не было. А наш словно с цепи сорвался – погнал нас прямиком к этим местам.

– Это все? – Грозно посмотрел на пленника Борис. – Больше ничего не хочешь сказать?

– А что я могу еще сказать, – заикаясь, продолжил разбойник, – мы люди маленькие: нам приказали – мы и пошли. Сами слышали, как я отговаривал командира от атаки. Откуда же мы знали, что против нас будет сотня перворожденных? Командир говорил, караван золото для армии везет.

– Да… – протяжно выдохнул Вергус, – золото везет караван и не выставляет патрулей… Совсем вы, друзья, в своем лесу одичали!

Ребятам все было понятно: появление ночных гостей – дело рук той же команды, что и нападение на Холмы, и бой с орками у ручья перед Рубежными горами, да и суматоха с поисками древнего ларца и нападение кочевников на Афлот организовано существами, подчиняющимися одному центру, имя которому – Темный Властелин.

– Думаю, – произнес Борис, отходя от пленника, – мы более не нуждаемся в твоих услугах.

– Только не убивайте меня, прошу вас! – Взмолился Баргус.

– Нет уж, извиняй: мы не будем марать о тебя руки. Пусть тобой занимается суд короля. Мы сдадим тебя страже первого же городка, чтобы тебя судили по законам королевства.

Пленник упал на колени и долго благодарил уходящих парней, сохранивших ему жизнь – хотя бы на то время, пока суд Афлота не вынесет ему законный приговор.

– Вот видишь, Вергус, – отойдя чуть в сторону от стоявшего на коленях человека, заговорил Борис, – как я и предполагал, со всех сторон нам грозит опасность. Карнибулы, думаю, сейчас очень заняты поисками артефакта, и только поэтому хотят сделать всю грязную работу чужими руками. Эти нападения имели целью не уничтожить нас, нет, – продолжал Борис, – Хриптон и его коллеги – не такие тупые создания, чтобы наивно полагать, будто несколько сотен диких разбойников, вооруженных лишь дубинами, смогут противостоять сотне хорошо вооруженных и дисциплинированных эльфов. Даже сами они за последнюю луну были биты меньшим числом наших союзников уже дважды. Здесь другие замыслы… Темные руками и дубинами этих простофиль хотели отвлечь нас от основного занятия, хотели задержать, погрузив в изнурительные ночные битвы. И они, к слову, достигли своего – остановили почти на полдня.

– Ты прав, друг мой, – поддержал его собеседник. – Я предполагаю, это не последний сюрприз, который ожидает нас в ближайшие дни, так что скорость нашего продвижения существенно замедлится.

Борис закивал.

– Надо спешить, а то скоро может случиться то, о чем рассказывала Ювелина, и тогда мы точно рискуем опоздать. А после этого события слуги Темного будут мешать нам с утроенной силой.

После последнего ночного происшествия небольшой отряд решил не сворачивать на тракт и до побережья Гладкого озера двигаться полем, а затем берегом – благо, местность была равнинная, что не очень существенно увеличивало время движения. Не теряя больше драгоценных минут и предусмотрительно увеличив патрули в авангарде и флангах отряда, они уже к закату этого тяжелого дня достигли восточного берега озера, где и остановились, чтобы с восходом солнца с новыми силами двинуться вдоль берега на поиски конечной цели своего путешествия, которая, как чувствовал Борис, с каждой минутой становилась все ближе.

Глава десятая

Прошло уже два дня с того момента, как воины Афлота одержали первую победу в новой войне. Удары, которые союзники одновременно нанесли сразу в нескольких местах, существенно охладили пыл степняков. Идея молниеносного нападения на равнинное государство и порабощение всего попавшегося населения с треском провалилась. Потеря почти десяти процентов воинов за первый же день войны заставила кочевников пересмотреть всю стратегию последующего наступления, а появление армии беглых рабов, каким-то непонятным образом заручившихся поддержкой гномов и добывших вооружение, вообще перечеркнула шансы атакующих на быструю и легкую победу.

Отведя войска к лагерям после первой битвы, король решил всё же не оставлять столь выгодное в стратегическом плане место и не отходить к позициям, на которых ожидали другие легионы. Весь следующий после битвы день солдаты занимались уничтожением тел кочевников. Огромные костры горели весь день, стирая с лица Маглендола саму память о нападавших. По решению совета командиров и личному распоряжению Артура, после уничтожения тел степняков легионеры с новыми силами приступили к укреплению оборонительной линии, чьи недостатки были выявлены во время последнего штурма. Из окрестностей Урхана на усиление немного потрепанных сил обороны выступило два свежих легиона, недавно подошедших из соседних провинций. По докладам командиров, курирующих сбор войск в укрепленном районе Урхана, ситуация оказалась намного лучше той, которую прогнозировал король и совет генералов в день получения известий о переходе кочевников через Зубастый хребет. В столице страны были высказаны более пессимистичные прогнозы по ходу мобилизации и количеству собранных легионов. Через две недели после начала войны страна плечом к плечу встала на свою защиту, и теперь под знаменами короля в различных регионах уже было собрано около пятнадцати добровольческих легионов, не считая дворянского ополчения.

Солдаты стойко и четко несли свою службу, готовые каждую минуту вступить в бой с врагом; легаты и генералы умело обеспечивали бесперебойное снабжение войск и инженерных подразделений всем необходимым. Работа кипела во всех восточных провинциях, обеспечивая едой и снаряжением бойцов, совершающих последние приготовления перед началом полномасштабных боевых действий.

Кочевники, отдышавшиеся за пару дней после бесславного поражения, наконец-то собрались с силами и двинулись в путь. Их передовой корпус в составе пятидесяти тысяч бойцов в полной боевой экипировке уверенным шагом приближался к спуску с Зубастого хребта. Осторожность и бдительность почти вдвое снизили скорость отряда, но совершенные ранее тактические ошибки вынудили командование степняков более тщательно планировать построение боевых колонн, охрану рабов и осадных машин, а также усилить магическую составляющую войска. Союзники карбезов наконец-то поняли всю важность помощи со стороны воинов Темного Властелина, поэтому теперь карнибулы более детально прощупывали местность на возможность ловушек со стороны подгорной армии, а также магов Артура. Через несколько часов после сокрушительного поражения, в расположении атакующих войск стали появляться пришедшие невесть откуда рыцари Тьмы, и с каждым часом их численность становилась все больше. Существенные перестановки в самой армии и ее союзнической части благотворно сказались на моральном духе степняков, которые выкинули из головы мысли о поражении от рук разъяренных жителей равнины.

В подземельях хребта, не прекращаясь ни на минуту, кипела работа: последняя битва увеличила численность воинов еще на три полные когорты, и новых бойцов предстояло накормить, одеть и экипировать. Теперь в распоряжении Моргана был полноценный легион, который, благодаря магии, мог за считанные часы оказаться в любой точке Зубастого хребта, представляя тем самым огромную опасность для наступающего каравана карбезов.

Зачарованный кинжал, найденный командиром Свободного войска перед советом с королем Афлота, не подвел ожиданий воина. В самые ответственные моменты битвы он обдавал своего хозяина волнами тепла, разливающегося по всему телу и увеличивающему силы. Битва была жестокой: разделенная на части армия Моргана сражалась с превосходящими ее в несколько раз силами врага. Степняки, словно разъяренные звери, лезли на острые клинки подгорных воинов, первоначально чувствуя свое превосходство, а затем делая это от безысходности, желая хоть как-то отбиться от острых мечей невесть откуда появившихся «дьяволов», как стали называть бойцов Моргана карбезы. Когда руки Моргана уставали от непрерывного сражения и он чувствовал, что еще немного – и силы покинут его, благодать клинка вливала в его тело поистине огромную энергию, позволяя с мощью льва бросаться в самые опасные участки боя, кардинально меняя ход сражений. Морган понимал, что от него и его ребят зависит очень многое: если они проиграют, враг всей своей массой хлынет на несколько легионов короля и просто сметет небольшую горстку защитников Афлота, обрекая тысячи невинных жизней на бесконечное рабство и унижение. Но Свободное войско, опираясь на волю и силу духа, не подвело: бойцы показали угнетателям, что желание жить и быть свободным превыше всего, а возможность самому выбирать дорогу своей жизни и идти ею – это главная ценность для них и подобных им. Возможность быть свободным хоть на короткий срок для многих желаннее, чем долгая жизнь в кандалах под плетью надсмотрщика. Возможность выбирать – вот то, за что сражался Морган и идущие за ним люди. Идя в бой, каждый из них вспоминал грустную историю своей жизни – те моменты, когда темной ночью в их дома пришли они, жители обширных восточных степей, и поработили всех, кто способен был хоть как-то работать. Остальных же они просто убивали, не желая кормить «лишние» рты. Вспомнив это, мужчины, потерявшие родных и почти уже отчаявшиеся под гнетом рабской плети, крепче сжимали свои острые клинки и, полные праведного гнева на своих кровных врагов, шли в бой. Каждый взмах их мечей приносил плоды, сохраняя свободу нескольким жизням, оставляя целой чью-то семью, оберегая радость и улыбки детей. Даже те из них, которым судьба предначертала окончить свой жизненный путь на горном перевале, умирали с улыбкой на лице, отомстив кровью врага за свою погибшую семью и сожженную деревню. Теперь они повстречаются вновь в Звездных садах, теперь Великие позволят им воссоединиться с семьями под волшебной защитой.

Об этом думал и Морган, провожая в последний путь товарищей, которые с честью исполнили свой долг. Волею Прадли и его народа героям, павшим от рук степняков, был отведен один из глубоких залов, где теперь до скончания веков будет покоиться их прах, а менестрели всех народов сложат о них великие сказания, в которых будут воспевать подвиги героев.

– Нет, не время мне еще идти за вами, мои друзья, – откинул закравшуюся мысль полководец. Враг еще уверенным шагом движется к своей цели, еще не исполнено пророчество древних, еще не спасены тысячи невинных судеб, могущих пострадать от ненасытных аппетитов кочевого народа.

Гномы тоже пали в этом бою. Теперь герои, сражавшиеся плечом к плечу, будут и в другом мире вместе отстаивать свободу и справедливость, защищая эти ценности от любого, кто рискнет покуситься на них.

Гул мастерских не стихал ни на мгновение: все новые и новые доспехи выходили из-под умелых рук гномьих мастеров. Многие сотни лет подземные пределы не слышали музыку соприкасающихся мечей и звона стали доспехов. Многотысячная армия Свободного войска готовилась к новым битвам, понимая, что череда простых и быстрых вылазок закончилась, и теперь впереди – только полномасштабные и затяжные бои с осознавшими опасность своего положения врагами. Но каждая минута была на руку подземным воинам, ведь, какими бы ни были опытными и могучими карбезы, человек – создание несовершенное: после долгого напряжения наступает период усталости и потери концентрации, который притупляет все чувства, в том числе и чувство самосохранения. Вот на это и рассчитывал Морган и Прадли. Измотав противника ожиданием неминуемой битвы, измучив страхом перед неизбежным нападением, они подорвут боевой дух степняков. Первая после крупного сражения вылазка намечалась уже в ближайшее время, но перед ней в последнем сообщении Артур попросил Моргана найти место, где скрываются основные лидеры нападающей армии. Этим вожаки бунтарей и собирались заняться…

Тем временем над охваченным войной государством наступала спокойная летняя ночь. Лагерь армии Афлота стоял в напряженном ожидании тревожного сигнала, который мог прозвучать в любой момент. Все солдаты передвигались только в полном боевом облачении. Усиленные конные разъезды уходили на несколько лиг в стороны вдоль хребта, отыскивая любые мало-мальски пригодные для спуска с горы тропы и расставляя на них магические ловушки. Личный манипул короля не прекращал патрулировать воздушное пространство на много лиг вглубь хребта, отмечая малейшее продвижение кочевников. Со всех сторон в штаб армии стекались донесения от разведчиков. Многие из них, особенно те, что сообщали об усилении магического волнения в нескольких дневных переходах от лагеря, заставляли нервничать короля и его генералов. Усиление темной энергии говорило лишь об одном: Темный Властелин наконец-то осознал опасность, исходящую от равнинного народа, и предпринимал какие-то шаги по усилению карбезов. Но ни решимость кочевников, ни увеличение их магической мощи не могло уже остановить и напугать легионеров короля. Каждый из них знал свое место и готов был к любым испытаниям. Плечом к плечу со своими товарищами, ровным шагом они готовы были идти к победе, давая отпор любому врагу, будь то лесной разбойник или могущественный маг.

Ночь принесла некоторое облегчение: дневная жара, мучившая солдат, спала, сменившись спасительной прохладой и покоем. В безопасности лагеря король не сомневался: легионеры и их командиры показали отличную боевую подготовку и выучку в ходе последней битвы.

Артур был готов прямо сейчас оставить войско штабу армии и двинуться на поиски артефакта, но Мэрилин не посещала его уже несколько дней, поэтому опережать события он не стал, всецело занявшись повышением обороноспособности своего отряда.

Вот и теперь, сидя в своем шатре за небольшим столом и рассматривая карту Зубастого хребта и участка равнины, на котором расположились его легионы, он еще раз прокручивал в голове ход последнего сражения.

Легкий ветерок чуть колыхнул пламя свечи, стоящей у его стола. Молниеносно обнажив кинжал, король обернулся.

– Ты быстр, словно эльфийская стрела, – улыбнулась Мэрилин, стоявшая в нескольких ярдах от него.

– А вы, как всегда, неотразимы, – поклонившись волшебнице и опуская оружие, произнес Артур. – Я ожидал вас.

– Обстоятельства требовали моего присутствия в Скрытом городе, – спокойно произнесла чародейка, присаживаясь в кресло рядом со столиком. – Старейшины Звездных садов и я пытались отыскать следы Темного Властелина, который отчего-то покинул расположение войск карбезов и исчез из поля зрения наших наблюдателей.

– Чем это может грозить Афлоту? – Быстро спросил король.

– Мы пока не знаем, но это может отрицательно сказаться на всем ходе войны. Отсутствие Властелина может означать то, что его приспешники напали на след ларца, и он двинулся к ним своими тайными тропами. А может быть, он ушел в свои одинокие земли, где много веков назад находилось его логово, и собирает новую армию из оставшихся там Темных.

– Это очень и очень серьезно, – нахмурился Артур, – надо быстрее отправляться на поиски артефакта, чтобы наконец-то оградить наш мир от этой темной чумы.

– В том-то и дело, дорогой Артур. Бесспорно, нельзя допускать того, чтобы этот ларец попал в руки Темного, иначе весь мир рухнет, а Властелин получит поистине неограниченную власть и сможет спокойно путешествовать звездными тропами. Если же ларец обретет нечистый помыслами, тоже ничего хорошего не стоит ожидать. Да и что в нем сокрыто, не знает никто. Сила Семи героев, скрывших ужас и тайну увиденного ими, могла сотворить с ним все, что угодно, и по прошествии сотен веков результат познания тайны может быть неоднозначным.

– Но Великая Мэрилин! – Начал король. – Не ты ли говорила мне, что нельзя допустить, чтобы он попал в руки Темного, и что только три хранителя с помощью древних артефактов смогут отыскать дорогу к ларцу и открыть его, сохранив мир для потомков?

– Я, Артур, я, – вздохнула волшебница.

– Знаешь, – продолжила она, – в одном далеком мире существует легенда о том, что один из приближенных к богам открыл простым смертным великую тайну, которую боги хранили от окружающих. В отместку за это небожители решили наказать тех, кто отвернулся от них, узрев хранимый ими секрет. Однажды один из богов спустился на землю, держа в руках ларец, и передал его людям, попросив хранить и ни в коем случае не открывать. Не послушались его обреченные на бедствия: нарушив запрет, они открыли ларец. Боль и горе хлынуло в их мир, покарав за нарушение воли Великих. Страшные беды охватили их мир.

– Но это же легенда другого мира, Великая Мэрилин. К тому же, тамошние боги сами решили наказать смертных за любопытство и непослушание. У нас же – совсем другая история.

– Артур, – пристально посмотрев королю в глаза, сказала чародейка, – все миры связаны между собой тайными тропами, и все в мирах взаимосвязано, поэтому не исключено, что на дне ларца нас ждут горе и беды, сокрытые древними от всех силой своей крови. Вот что тревожит Великих и меня в том числе.

– Но древнее пророчество твердит нам другое, – попытался возразить хозяйке Скрытого города король. – Не просто так были даны три артефакта, с помощью которых мы можем узнать эту тайну.

Мэрилин лишь грустно улыбнулась.

– Ты прав, мой юный король, – произнесла она, – время уходит, и мы должны исполнить пророчество, чтобы не дать Темному завладеть ларцом. Один из твоих союзников уже близок к месту хранения артефакта, но с каждым часом ему противостоит все больше и больше слуг Тьмы. Вам с Морганом не позднее четвертого заката необходимо двинуться в путь на запад – навстречу своей судьбе. Как только вы прибудете к водам Гладкого озера, я вновь приду к тебе. А пока будь осторожен, друг мой.

Артур молча поклонился, всматриваясь в грустные глаза о чем-то недоговаривающей волшебницы.

– И помни: у вас осталось не более двух недель, – донесся до слуха короля тихий шепот исчезающей чародейки.

– Бойцы! – Твердым голосом заговорил Артур, обращаясь к воинам своего манипула. – Нам с вами предстоит отправиться в сердце вражеского отряда и поддержать Моргана в поисках главарей степного войска.

– Служим Афлоту и королю! – В один голос закричали солдаты, выражая согласие поддержать любые приказы своего повелителя.

Уже через несколько минут стройный клин серых и фиолетовых плащей быстро удалялся в восточном направлении, под покровом ночи держа путь туда, откуда совсем недавно был получен сигнал от магов подгорного войска. План друзей был прост: прежде чем покинуть расположение оборонительных легионов, Артур и Морган хотели уничтожить и обезглавить как можно больше отрядов противника. Для этого около суток маги, перешедшие в расположение подземной армии, и разведчики гномов при содействии духов гор незримо рыскали вдоль всего каравана степняков, разыскивая верхушку народа карбезов. И в конце концов главари наступающих были найдены.

В самом центре вражеской армии маги уловили сосредоточение ярости и жажды власти, жадности и жестокости. В отряде, окруженном многочисленной толпой рабов, исполняющих любую волю своих хозяев под присмотром не менее многочисленного отряда надзирателей, двигались они – те, кто считал себя элитой степного народа. Те, кто присвоил себе право распоряжаться судьбами и жизнями других. Под охраной тысяч наиболее сильных и опытных воинов степи двигались правители карбезов, а также более мелкие руководители кочевых племен – все те, кого смогла собрать и объединить в единое войско твердая воля Темного Властелина. Этот отряд двигался незаметно для окружающих: черная магия карнибулов, коих при дворе Великого Ханлыка было в избытке, в сочетании с магией десятков командоров и мастеров Тьмы незримой пеленой укрывала отряд от глаз противника. Но не было ничего, что могло бы укрыться от духов гор в их родной стихии. Вот к этому отряду и направлялись две сотни отборных воинов короля, а также сотня лучших магов Скрытого города, которые должны были оказать поддержку с воздуха атакующим из сердца гор сотням Моргана.

Так как задание требовало особой подготовки и молниеносного исполнения, со стороны Свободного войска выступило всего около тысячи мечей отборных рубак во главе с их неизменным лидером. Причем почти восемь сотен из них при поддержке трех сотен гномов должны были взять на себя уничтожение охраны, а остальные под руководством Моргана и Прадли планировали быстрым броском атаковать лидеров карбезов.

До срока, который поставила Мэрилин Артуру и Моргану, оставалось чуть более суток, после чего им следовало, не теряя времени, отбыть на запад, дабы совершить то, чего требовало от них древнее пророчество. Но прежде, чем оставлять своих воинов без руководства, командиры планировали обезглавить и своих врагов, облегчив тем самым хотя бы первоначальный этап смены главнокомандующих.

Далеко на востоке поднималось солнце; через некоторое время его лучи развеют тьму и начнут новый день, отгоняя ужас и страх ночного времени. Радостно голубеющие небеса за восточными пиками Зубастого хребта давали надежду королю и его воинам на благоприятный исход операции. Артур и Морган в этот раз решили отказаться от проведения операции в ночное время, так как повадки и возможности Темных воинов были им неизвестны. Зная, что магам Света придает силы дневное светило, друзья разумно предполагали, что бой в ночной темноте усилит силы их соперников – а между тем любой, даже незначительный, перевес мог отрицательно сказаться на ходе всего сражения.

Артур летел молча, окруженный своими верными людьми. Каждая минута, приближающая его к моменту, озвученному Мэрилин, тяжелым грузом ложилась в его сердце. Тревожно было ему оставлять армию в преддверии начала основных боев за свободу его любимой страны. Но долг и честь государя, а также вера в высшую справедливость не оставляли королю выбора: он должен был не позднее чем через сутки покинуть армию и направиться на запад – исполнять возложенные на него обязательства. Впрочем, это случится только завтра, а сегодня перед ним и его славными солдатами лежало лишь безоблачное утреннее небо и огромные белоснежные горные вершины впереди, рядом с которыми притаились тысячи врагов. Совсем скоро, уже через каких-нибудь полчаса верные клинки повстречаются с проклятой сталью своих врагов.

– Король! – Звучно обратился к командиру первый центурион. С момента назначения Ивлина командиром личного манипула короля этот исполнительный и ответственный воин очень хорошо зарекомендовал себя в глазах короля. Под его началом и без того бесстрашные воины первого манипула армии стали поистине непобедимыми. Как только появлялась свободная минутка между продолжительными патрулированиями, его вместе с вверенными ему бойцами можно было найти на плацу, где центурии отрабатывали новые упражнения или соревновались в умении владеть мечом. – Вас что-то тревожит уже который день?

– Да, друг мой, – улыбнувшись, ответил глава государства. После всего того, что произошло с ними во время прогулки по лесам у Радужного водопада, а также после всех совместных сражений Артур стал доверять этому офицеру не меньше, чем своим старым друзьям. – Очень много событий произошло за то время, что мы покинули столицу нашей родины.

– Милорд, – чуть поклонился центурион, – вы всегда можете рассчитывать на мой меч и мою жизнь.

– Я знаю это и, когда придет время, обязательно воспользуюсь твоим предложением. А пока тебе есть более важное применение. После окончания войны ты возглавишь новое войско летунов, которые должны будут стать грозой врага как на земле, так и в небе. Ты обучишь новобранцев всему тому, что показывал нашему манипулу. И пусть при упоминании одного слова – «летуны!» – враг трепещет и понимает безысходность своего положения.

– Слушаюсь, мой король! – По-военному ответил Ивлин. – Я исполню вашу волю: весть о доблестных воинах Афлота будет лететь впереди наших метлолетов.

– Молодец, центурион, – с благодарностью в голосе сказал офицеру Артур, – я не ошибся в выборе командира своей личной гвардии.

Перекинувшись еще несколькими фразами, Артур отвлекся на появившегося рядом с его боевым пегасом центуриона магов Скрытого города.

– Артур, – начал Петрус, которому в отсутствии посторонних можно было обращаться к королю по имени, – чуть севернее мы чувствуем сигнал наших собратьев. Мы приближаемся к точке назначения. В скором времени под нами появится центральный отряд кочевников.

– Прекрасно, дружище, – потирая руки произнес Артур, – сигналь к началу магической атаки по снятию пелены, и пусть Морган начинает прижимать этих степных тварей.

Воздушный отряд остановился: сотня магов собралась вместе и, не обращая на окружающих внимания, начала быстро творить волшбу. Артур, обладающий также немалой силой, чувствовал мощь заклинания, которое создавали лучшие маги-воины Скрытого города. Немного севернее под сводами гор им вторила сотня их собратьев-волшебников.

Удар воистину был сильным: горы сотряслись, а раскаты грома эхом разнеслись далеко за пределы горного перевала. Даже в равнинном лагере королевских войск услышали, как сила магов Артура ударила о магическую защиту, сотворенную мастерами Тьмы. Сила и усердие светлых волшебников были вознаграждены: магический колпак, невидимой пеленой накрывавший несколько тысяч человек от посторонних глаз и не допускающий никого за свои границы, лопнул. Взору короля и моментально пошедшим в атаку сотням Свободного войска предстал большой лагерь, размещенный на огромной горной равнине, расположенной чуть в стороне от основного войска. Беспечность и вера в могущество своих темных покровителей печальным образом сказывались на боеспособности охраны знати карбезов. Шатры Ханлыка и приближенных к нему знатных степняков охраняло всего две тысячи сабель, причем почти вся охрана в этот ранний час еще спала у костров, окружавших лагерь двойным кольцом. Однако лишь только над горами раздался протяжный воинственный крик идущих в атаку подгорных воинов, Петрус, а с ним и Артур уловили начало темной волшбы. Бой предстоял жаркий: прорехи в обороне и расслабленность степняков с лихвой перекрывали воины Темного Властелина, которых в ставке Верховного Ханлыка было не мало.

Основной задачей нападения было не столько убийство верхушки карбезов во главе с их правителем, сколько уничтожение как можно большего числа представителей этого отряда, включая и простых солдат. Главной целью было показать врагу, что чем ближе он к Афлоту, тем тревожнее и бдительнее он должен быть, тем менее безопасно должен себя ощущать. Каждый камень, каждая тень, каждый лишний звук должны были вызывать у них желание спрятаться, дабы спастись от гибели.

– Пора! – Прокричал Артур и, обнажая меч, ринулся туда, откуда уже доносились звуки начавшейся битвы.

– Во славу Афлота и короля! – гулким эхом разнеслись над горами воинственные крики летунов, вслед за своим государем обнаживших мечи и камнем пикировавших на головы показавшегося впереди врага.

– Руби его! – Кричал кто-то из следующих по правую руку от Моргана свободных воинов своему товарищу, размахивающему мечом в толпе напавших на него степняков.

– Слева группа карликов, направляй десяток туда! – Чуть в стороне вновь раздались команды его друзей, пробирающихся через плотное кольцо охраны.

Если бы не помощь Артура и его магов, атака Моргана и Прадли могла бы закончиться, еще не начавшись. Лишь только магическая пелена упала, сделав военный лагерь со столь небольшой ночной охраной доступным для взглядов, как сразу же почувствовалось гнетущая аура творимой чужеродной волшбы.

Закаленные в многочисленных магических битвах маги Скрытого города, идущие плечом к плечу с гномами и воинами Свободного войска, совместными усилиями пресекли первые попытки уничтожить непрошенных гостей. А в тот момент, когда в бой вступили и летуны, пришедшие с королем, ситуация начала меняться. Теперь бой шел в двух плоскостях: в одной идущие на штурм сотни Моргана и летуны Артура, не опасаясь получить магический удар, сражались с кочевниками. Второй же частью обширного противостояния являлись магические баталии между карнибулами вкупе со слугами Тьмы и магами Закрытого города.

Перепуганные ханы вместе с многочисленными наложницами и прислугой метались за рядами защищавших их карбезов. Внезапный удар отрезал знать от возможных путей отступления, но лучшие воины степи самоотверженно закрывали своих господ от многочисленных попыток атакующих войск прорвать оборону и наказать главарей за все горе и страдания, которые принесли их приказы.

Зачарованные мечи с хрустом перерубали кости неудачливых степняков. Хоть и медленно, но враг, окруженный со всех сторон гномами и солдатами подгорного войска, терял силы, шаг за шагом сходясь к центру поляны. Ловкие летуны – где пешком, а где на своих быстрых метлолетах мелькали между сражающимися товарищами, появляясь в самых опасных участках битвы и переламывая тем самым ее ход.

Хотя сил и умения простых бойцов, мастерски владеющих оружием, в данной битве было достаточно, по расчетам Моргана и Артура примерно через четверть часа должны были подойти основные отряды кочевников, чтобы смять дерзких рабов и их помощников гномов. Поэтому у друзей было не более пятнадцати минут, чтобы по максимуму испортить жизнь знати карбезов и отправить как можно больше врагов к их праотцам.

Основная битва плавно перетекала в плоскость магии: если в традиционной битве первенство уходило к летунам и свободным воинам, то в магическом сражении лидеров не было. Темные умело противостояли атакам центурии Петруса, отражая направляемые на них заклинания, да к тому же успевая защищать знать от случайных стрел и быстрых метлолетов Артура. Карнибулы, попытавшиеся было затеять свои танцы, были быстро успокоены гномами, сновавшими с огромными топорами наперевес в самой гуще сражения и появляющимися в разных точках поляны. Напуганные гибелью пары десятков карликов, их более удачливые собратья заняли место в центре кольца обороны – рядом с Ханлыком. Только Черные мастера при поддержке многочисленных рыцарей черной магии противостояли чародеям Скрытого города. Сотни молний и огненных шаров пронизывали воздух между противоборствующими группировками, огромные облака энергии сталкивались над их головами, оглушая окружающих мощью волшбы.

Артур с оголенным мечом крутился в гуще сражения, когда его амулет начал вибрировать и обжигать тело. Тревожно обернувшись, он заметил недоумевающий взгляд Моргана, поднявшего над головой зачарованный кинжал.

Сражение шло полным ходом, и задача отряда была выполнена полностью: удар, который нанесли воины Артура и Моргана, скажется на всей боеготовности степняков и на их боевом духе, ведь теперь они знают, что рядом с ними те, кто, минуя все преграды, может незаметно подойти к охраняемому лучшими воинами восточных земель отряду и нанести ему значительный урон.

Со стороны могло показаться, что еще немного – и маги Артура одержат верх над колдунами Темного Властелина. Но в одночасье картина боя существенно переменилась. После того, как амулет короля и зачарованный кинжал лидера Свободного войска одновременно засияли, предрекая опасность, в исчадий Тьмы словно вдохнули новые силы – теперь уже маги Скрытого города с трудом сдерживали натиск своих оппонентов.

– Отступаем? – Глазами спросил Морган у своего товарища.

Артур ответил согласным кивком: основная задача вылазки выполнена, и теперь можно отводить людей, чтобы не попасть в магическую ловушку, которую чувствовало его усиленное амулетом чутье.

– Отходим! – Раздался зычный крик командира подгорного легиона. – Задача выполнена!

Через несколько мгновений после приказа бойцы дисциплинированно начали оставлять боевые позиции и медленно, не давая врагу ни малейшего шанса на перехват инициативы, стали скрываться в открывшихся горных переходах.

Только убедившись, что воины покидают поле боя, Артур вздохнул спокойно и с новыми силами начал помогать испытывающим затруднения магам Петруса.

Темные разбушевались не на шутку: потеряв почти треть от первоначального числа представителей данной школы магии, они словно нашли дополнительные источники волшебной энергии. Оставшееся число колдунов, еще пару минут назад еле сдерживающее натиск, вдруг стало теснить конкурентов. Впрочем, это длилось недолго.

Поднявшийся сильный ветер остановил сражение. Пыль плотной стеной отделила от ненасытных подгорных легионеров карбезскую знать. Где-то в стороне раздался треск, словно кто-то пытался пробить огромным молотом гранитную твердь горных склонов. Восходящее солнце, будто почувствовав опасность, спряталось за невесть откуда появившимися на ясном и безоблачном небе облаками.

Воздух зазвенел в ушах короля. Темная туманная дымка окутала окружающих его людей и магов, движения которых стали неестественно замедленными. Обернувшись и осмотревшись по сторонам, король заметил растерянного Моргана, опустившего свой зачарованный клинок.

Пространство за спиной у Темных магов раскрылось, образовав огромную, диаметром не менее пяти ярдов дыру, из которой медленным, но уверенным шагом вышло существо, как две капли воды похожее на имеющихся на поляне в достаточном количестве воинов Тьмы. Однако оно было выше ростом – не менее двух с половиной ярдов, и шире в плечах. Черная мантия свисала до самых пят, прикрывая блестящие в свете слабых солнечных лучей черные доспехи. Огромный рогатый шлем венчал голову Темного, придавая и без того гигантской фигуре еще более устрашающие размеры. Крепкий магический посох с огромным красным камнем покоился в его правой руке, обжигая окружающих невероятной по мощи магией. Языки ядовито-красного пламени на несколько дюймов поднимались над навершием посоха, завораживая смотрящих своим могущественным танцем.

– Вот мы и встретились! – Раздался спокойный, но грозный голос незнакомца, леденящий кровь в жилах тех, кто его услышал. – Много веков я ждал встречи с вами, чтобы наконец-то получить доступ к тайнам этого мирка, чтобы овладеть им и править на его землях единолично. Я долго ждал этой минуты, чтобы посмотреть в глаза тем смертным, кому выпало несчастье встать на пути у меня – Властелина Тьмы.

Артур и подошедший к нему пару мгновений назад Морган молча смотрели на появившегося колдуна. Сила исходившей от него магии просто зашкаливала: несколько сотворенных им заклинаний могли с легкостью уничтожить остатки Свободного войска, пытающегося оставить занятые позиции и уйти в горы.

Осторожно оглядевшись по сторонам и убедившись, что воины без потерь отступают в горные пределы, Артур решил воспользоваться действующей со словоохотливыми противниками хитростью. Поняв, что Властелин Тьмы не против перекинуться словечком, а тем более услышать лесть и хвалу в свой адрес, король решил побаловать его такой честью, дав тем самым своим бойцам лишние минуты для эвакуации.

– Великий, – чуть склонил голову Артур, – мы не хотели гневить тебя. Мы противостоим степнякам и карнибулам, помогающим им, а твои воины ни в коей мере не являются нашим врагами.

Темный Властелин удивленно усмехнулся: видимо, он не предполагал, что, увидев его, смертные не упадут на колени и не начнут просить о пощаде, а спокойно, почти на равных вступят с ним в диалог.

Артур продолжал.

– Властелин, я и мои приближенные не привыкли участвовать в играх могущественных чародеев и каким-либо образом нарушать их великие планы. Все, чего мы добиваемся в этой войне, – это обезопасить страну от набега восточных народов, уберечь граждан Афлота от рабства и смерти. Мы не хотим войны и крови. Все, что нам надо, – это спокойно растить хлеб и воспитывать детей.

– Да-а, – протяжно заговорил Темный, клюнув на удочку Артура и вступая в разговор, – вы всегда были ничтожными низменными созданиями, ваши потребности смехотворны для нас – Великих, способных путешествовать Звездными тропами. Вы не ведаете могущества и величия, которые может получить тот, кто владеет тайнами мироздания. Вы не достойны того, чтобы на вас отвлекал свое внимание тот, кто поставил своей целью подчинить миры своей воле. Для таких, как я, вы – никто, всего лишь пыль на моем дорожном плаще. Ваши жизни, как и жизни этих зазнавшихся кочевников, не стоят ничего, Вы все нужны мне лишь для того, чтобы достичь своей цели. Режьте друг друга, убивайте, делайте, что хотите, – мне нет дела до ваших страданий.

– Великий, – выслушав излияния собеседника, парировал король, – но если мы так ничтожны и не достойны внимания столь значимой персоны, как вы, отчего же тогда мы сейчас разговариваем, тратим драгоценные минуты на это?

– Я бы с большим удовольствием прихлопнул вас всех одним ударом, но мои противники вас ценят. Для них жизнь смертных превыше всего. – Брезгливо сморщив лицо и передернувшись от сказанных слов, Темный сплюнул на камни. – Эти выскочки Синки и им подобные засиделись в своих Звездных садах. Это их бестолковые фантазии много веков назад сокрыли то, что я так жажду получить, выставив ряд условий для достижения моей цели. Поэтому я вынужден терпеть вас и идти на соглашения со смертными. Вот и вы, ничтожные букашки, должны были умереть от одного моего взгляда, но я трачу время на эти бессмысленные разговоры…

Глаза Темного злобно сверкнули и пламя посоха вспыхнуло еще ярче.

– Отдайте мне то, что Светлые считают частью пророчества. Отдайте мне предметы, которые обретены вами!

Звук его ледяного голоса громом разнесся над поляной, оглушая Моргана и короля.

Амулет и заблаговременно спрятанный кинжал вспыхнули еще ярче, обдавая своих новых хозяев магическим теплом и придавая тем самым уверенность в некой тайной защите.

– Не бывать этому, – со спокойной усмешкой произнес Артур, глядя в глаза своему злобному собеседнику. Улучив мгновение, он убедился, что отход войск идет своим чередом и на скрытой темной пеленой поляне осталось совсем немного воинов Афлота. – Тебе не получить того, чего так желает твоя темная душа. Даже если ты убьешь нас и тех, кто пришел с нами, победа достанется нам. А ты, как и много веков назад, исчезнешь, затаившись в тайном логове. Наш же народ, как и прежде, будет спокойно жить на земле, которую нам даровали наши боги.

Громкий смех Темного Властелина разнесся над горами.

– Вам, мелким букашкам, не понять всей глубины замыслов Великого Темного. Мне не нужен ваш мир, я уничтожу его, отдав на поругание своим слугам. Я хочу покинуть его, уйдя в другие дальние миры, и там властвовать и править, убивать и покорять своей воле, а вы будете гнить в земле, и память о вас исчезнет, словно следы на песке после прилива.

– Отдайте мне амулет и кинжал, которые вам передали эти безмозглые синки, дабы вы, якобы, исполнили древнее пророчество и не дали мне, Темному Властелину, дотянуться до принадлежащей мне древней тайны. Если бы я только знал, что за маской тех семерых эльфов скрываются Высшие Синки из Звездных садов – те, кто способен путешествовать тропами между мирами, я бы не позволил им так легко проникнуть в тайники и сокрыть древний ужас.

– Ты не получишь ничего, – спокойно ответил король, явно раздражая и выводя из себя собеседника. – Даже если бы мы обладали тем, что ты ищешь, то добровольно точно не передали бы ничего. Только смерть позволит бы тебе заполучить наши вещи.

– Да будет так, – поднимая посох, засмеялся колдун. – Пусть исполнится ваше желание и никчемные душонки покинут столь дерзкие тела, отправившись к своим предкам, котором повезло не видеть этого позора.

Возведя посох над головой, колдун легким взмахом направил его на Моргана и короля. Но вместо того, чтобы погибнуть под сокрушительной магией Темного Властелина, друзья лишь молча смотрели в то место, где должны были находиться глаза их врага. В тот момент, когда заклинание должно было раздавить их, мощный всплеск энергии обретенных ими артефактов окутал двух командиров со всех сторон, впитав мощь удара и защитив своих обладателей от гнева темного Властелина.

Удивление читалось в глазах колдуна: еще никогда его магии не противостояли таким образом, никто не оставался невредим после столь мощного удара. Ни один смертный не был способен на то, что только что продемонстрировали эти два человека, вставшие на его пути!

Две следующие попытки Хозяина Тьмы причинить хоть какой-то вред стоящим перед ним людям тем же образом разбились о защиту мощнейших артефактов.

– Так умрите же от моего меча! – Выходя из себя, закричал Темный и, выхватив огромный меч такой же темной стали, что и доспехи, быстро направился к ним, не обращая внимания ни на что.

– Стой, Темный, – раздался за спиной у мужчин спокойный и мелодичный женский голос. – Не бывать этому: ты не посмеешь поднять на них руку.

Обернувшись, друзья увидели силуэты четырех старцев в белых одеяниях с такими же белоснежными посохами, навершия которых горели ярким светом, похожим на свечение клинка Моргана и амулета Артура. Голос же принадлежал стоявшей рядом с Артуром Великой Мэрилин.

– И вы здесь, – опуская меч, прорычал колдун. – Что же не сидится вам в Звездных садах, отчего вы все бродите и вмешиваетесь в мои дела? Я убью и вас, но позже, – взмахнув посохом, он открыл портал и, скрываясь в нем, прошипел: – Я найду ларец, и тогда вы будете повержены – так же, как и ваши любимые смертные.

– Иди своей дорогой, Властелин, – все так же спокойно говорила Мэрилин, провожая скрывающегося в темной дымке врага. – Ты прав, мы скоро встретимся.

Через несколько мгновений воронка исчезла, а нависшая над полем битвы дымка рассеялась. На горной поляне уже полным ходом орудовали подоспевшие кочевники, а воины Артура и Моргана благополучно скрылись в сердце горы, успев сделать это за время, выигранное у Хозяина Тьмы разговорами короля.

Битва завершилась победой, враг был застигнут врасплох и деморализован, а верхушка вражеского войска – наполовину вырезана летунами и воинами Свободного легиона. Теперь, благодаря проведенной операции, эйфория и жажда легкой победы среди степного войска уменьшится, и афлотцам будет проще противостоять врагу, защищая родину в отсутствии своего государя.

– Не беспокойся, Артур, – улыбнулась Мэрилин, поняв причины тревоги короля. – Твои войска укрыты в сердце гор – вместе с товарищами, сражающимися под руководством Моргана и Прадли. Потери ваши минимальны. Вы сделали правильный выбор, решившись на столь отчаянную вылазку.

– Нам надо уходить отсюда, Мэрилин, – озираясь по сторонам, перебил чародейку король. – Они кругом, и в любую минуту могут напасть на нас!

– Не переживай, Артур: мы невидимы для них, как и твой отряд, ожидающий тебя в нескольких десятках ярдов над поляной. Мы ненадолго задержим вас.

– Спасибо, Великая, – склонил голову король. – Спасибо вам, что спасли нас от этого колдуна.

– Артур, – вновь улыбнулась хозяйка Скрытого города, – это не мы с Великими Синками спасли тебя и уважаемого Моргана от гнева Темного Властелина. Это магия древних артефактов. Когда они выбирают себе хозяина, то оберегают его от любой волшбы, рожденной в этом мире, будь то магия Света или магия Тьмы. Темный Властелин желает заполучить эти артефакты, так как надеется с их помощью добраться до заветного ларца и открыть себе дорогу во власть, а также получить доступ для прохода в иные миры. Сегодня он, наконец, понял, что древнее пророчество – не шутка, и механизм его исполнения запущен. Также он знает, чем грозит хранителям доступ к ларцу.

– Завтра истекает срок, который ты установила для нашего отбытия из действующей армии, Великая Мэрилин. – Обратился к чародейке король.

– Да, мой друг, время неумолимо приближает нас к развязке этой истории. Совсем немного осталось до того момента, когда в разгар дня солнце исчезнет с небосвода и появятся звезды. Совсем немного – и мир может рухнуть, если вы вовремя не доберетесь до нужного места, которое, как я тебе говорила, укажет амулет.

– Значит, сегодня по прибытию в лагерь мы с Морганом отправляемся в дальнее путешествие, из которого мы можем и не вернуться…

Легкая улыбка скользнула по напряженному лицу короля: сейчас, когда он лично познакомился со своим врагом, которому собирался противостоять, уверенности в благополучном исходе данной операции у него было все меньше. Нет, он не сомневался, что с помощью друзей и артефактов сможет исполнить пророчество и сокрыть древнюю тайну от Темного Властелина. Но вот на то, что он сможет уцелеть после финальной битвы, он уже не надеялся.

– Правильно, Артур, вам следует незамедлительно сделать то, что ты сейчас решил. Тем более что слуги Темного начали доставлять большие неприятности Борису и его отряду при поисках ларца, а времени с каждой секундой становится все меньше.

– Мэрилин, – продолжил король, – я очень переживаю за судьбу королевства и наших воинов.

– Все зависит только от вас. Судьба мира полностью в руках трех хранителей. Даже самая многочисленная армия вкупе с тысячами могущественных магов не смогут противостоять той силе, которая сокрыла древнюю тайну в ларец. Никто из ныне живущих не способен постичь ее, кроме вас и Темного Властелина. Поэтому, чтобы обезопасить страну, а также весь мир от уничтожения, ты должен послушать свое сердце после того, как получишь артефакт. Иначе сотни и тысячи жертв будут напрасны, и вслед за ними умрут миллионы. А вот в случае благополучного исхода твоя страна одержит победу. К тому же, совсем скоро в магах у вас не будет недостатка: светлое войско Горенгеймов в ближайшее время выдвинется вам на подмогу.

– Хорошо, Великая, мы тотчас же отбываем туда, где наши мечи и сердца нужнее всего, – решительно произнес король, отвечая за себя и своего друга, который стоял рядом и внимательно слушал.

Легенду о ларце Морган уже слышал на военном совете в горах, но Великих этого мира – как Светлых, так и Темных – он видел впервые, поэтому происходящее шокировало его.

– Я согласен с тобой, – произнес Морган, немного отойдя от первоначального потрясения. И повторил громче, чтобы его услышали Светлые: – Я готов последовать за Артуром в любые места нашего несчастного мира! Единственное, что я должен сделать перед отбытием, – это назначить новых командиров Свободного легиона.

Мэрилин одобрительно качнула головой, при этом улыбаясь очаровательной улыбкой, от которых у мужчин учащенно забилось сердце.

– Я верю в вас, дорогие мои, вы достойно справитесь с тем, что водрузила на ваши могучие плечи Судьба. Мы еще свидимся сразу после исполнения последнего пророчества Ювелины. До этого дня, к сожалению, осталось совсем немного времени.

С этими словами чародейка и сопровождающие ее старцы медленно растаяли в светлой дымке.

День полным ходом вступал в свои права, солнце уже уверенно светило над головами снующих по горным тропам степняков. Тела убитых воинов и карбезской знати, а также карнибулов и погибших воинов Тьмы были разнесены в несколько разных мест, где постепенно и начали предаваться огню. Благо, древесины или другого горючего материала не требовалось – постарались Темные мастера, которые посохами воспламенили ритуальные костры для кремации погибших соплеменников.

Лишь только Великие удалились, как к королю и Моргану, стоявшим чуть в стороне от происходящей на горной поляне печальной суеты, спустились несколько летунов, ведя в поводу двух могучих пегасов. Артур и лидер бунтарей мгновенно взлетели в седла и в следующую секунду уже поднимались ввысь – подальше от бушующих на земле страстей.

С высоты в несколько десятков ярдов отчетливо было видно поле прошедшей битвы. Ближе к восточным склонам уже вовсю полыхали костры, в которых предавали огню тела погибших воинов. Усиленные конные разъезды, словно муравьи, расползались по тропинкам, по которым мог пройти хотя бы один пеший, осматривая каждую подозрительную пещеру и трещину в теле скал. В центре же бывшего лагеря степной знати разгорались настоящие дворцовые войны: оставшиеся в живых командиры и ханы отчитывали и снимали с должностей более низкие чины в иерархии карбезской армии, назначая на вакантные места новых людей. Проштрафившихся же воинов, допустивших уничтожение половины самого охраняемого отряда во всей армии, отправляли в передовые отряды простыми всадниками.

Этого и добивались друзья: их нападение подкосило боевой дух вражеского войска, а те командиры, которые на самом деле знали свое дело и были уважаемы обычными кочевниками, безжалостно попадали в жернова зарождающейся бюрократической машины нового Степного государства. Новые же военачальники еще не пользовались популярностью в армии и плохо знали службу в вверенных им подразделениях. Армия степняков была ослаблена своими же правителями – а все благодаря одной успешной операции Артура и Моргана.

– Ну что, дружище, – улыбнувшись, посмотрел на товарища король, – пора в путь-дорогу собираться. Мы сделали все, что могли. Теперь наше дело не здесь – по крайней мере, в ближайшие несколько недель.

– Да, Артур, – вздохнул командир Подгорного легиона, – ты прав, нам пора уходить в леса. А я только вжился в роль полководца!

После этих слов уголки губ Моргана чуть приподнялись, а глаза лукаво блеснули.

– Ты все шутишь, – ответил ему улыбкой Артур. – Мир рушится, считанные дни остались, а он шутит. Вон даже темный Властелин в бешенстве от нашей наглости, а нам все нипочем.

– Так что ж грустить, Артур! – Пожал плечами Морган. – Не мы выбрали эту дорогу – за тысячи лет до нашего с тобой появления на этой земле уже было решено, чем мы с тобой займемся, кем будет наш враг и что мы противопоставим ему. Так что, дружище, нет у нас ни малейшего повода печалиться. Надо делать так, как велят древние пророчества, и с гордостью и смирением выполнять их указания, дабы обезопасить наш мир, ну и, в конце концов, наши собственные головы от кары недовольных.

– Никогда, друг мой, запомни это, никогда мы не будем нравиться всем! Как бы ты себя не вел, как бы не держал себя перед другими, всегда найдется тот, которому ты не будешь нравиться просто из вредности. Это я, конечно, говорю по-своему, по-деревенски, а ты же у нас король, ты сам знаешь, что такое любовь граждан. Сегодня тебя боготворят, о тебе поют песни и слагают стихи, твоим именем называют мальчиков, а завтра ты посмотрел не в ту сторону, сказал не те слова – и вот ты уже изгой, тебя не хотят видеть и знать. Ты – вчерашний день.

– Ба, да ты у нас философ! – Засмеялся Артур, направляя своего пегаса в одну из расщелин в скале, виднеющуюся в нескольких сотнях ярдов от места встречи с Темным Властелином.

Во время недолгого разговора Артур успел связаться с магами, ушедшими в лоно горы вместе с людьми Моргана и гномами Прадли, сообщив им о том, что через час необходимо собрать большой военный совет из всех командиров Свободного войска.

– Дружище, – прокричал король своему другу, снижаясь к расщелине, открывающей проход к царству гномов, – пока мы с тобой разглагольствовали о судьбах правителей, я имел смелость от своего имени созвать военный совет твоего легиона, дабы определиться с временным преемником на посту командира Свободного войска.

– Ну ты и ловкач! – От всей души засмеялся его товарищ, пытаясь удержаться на резвом воздушном коне, стремительно и бесстрашно пикирующем в узкую щель между горными пластами. – Я буквально пару минут назад думал о том, что надо в кратчайшие сроки определиться с преемником, созвать совет, объяснить цель моего отъезда… А ты – на тебе – опередил меня!

– Ну чего не сделаешь ради хорошего друга! – улыбнулся в ответ король.

Артур не кривил душой: уже в ходе первой встречи на военном совете в горах, состоявшейся несколько дней назад, Морган показался королю очень хорошим человеком и настоящим командиром, любящим своих солдат. По донесениям Антиро, его лидера в Подгорном легионе просто зашкаливала. Каждый освобожденный раб считал своим долгом положить жизнь за дело, которое начал Морган, и теперь Подгорное войско не желало останавливаться до тех пор, пока последний кочевник не отправится к праотцам или не уберется назад в свои дикие степи.

– У тебя есть какие-нибудь мысли по поводу нового командира? – Уже серьезно спросил Артур, спешившись с могучего пегаса и неторопливо шагая по магическому коридору, который должен был вывести его отряд к самому сердцу подземного города.

– Да, я думаю над этим, – вздохнул Морган. – Сначала я хотел возложить командование на ребят, с которыми ушел из плена в первую ночь, ведь они, получается, самые опытные из моего войска… Хотя, конечно, опыт в нашем деле – понятие относительное, так как почти каждый из бывших рабов в свое время был воином, держал в руках меч и защищал свою землю. В наших краях, постоянно подвергающихся нападениям этих ненасытных степняков, без умения обращаться с мечом никак нельзя – иначе ты не доживешь до своего первого седого волоса, а может, вообще будешь убит при первом же нападении на твое селение. Вот поэтому наши мужчины начинают обращаться с оружием так же рано, как учатся правильно держать ложку в руках.

– Да, Морган, я заметил и высоко оценил мужество и мастерство твоих людей. Но тогда у меня возникает один очень неприятный вопрос: отчего же, если все мужчины ваших земель – отличные воины, кочевники постоянно пленяют их и уводят в свои земли?

– Да очень просто, Артур, – вновь вздохнул командир Свободного войска. – Наши провинции не живут в мире, подобно твоему государству. У нас нет регулярной армии, которая оберегала бы своих граждан, давая им возможность безбоязненно растить хлеб и разводить скот. Наши селения живут раздельно. Бывает, конечно что несколько из них объединяются и создают нечто похожее на дружину, давая отпор степнякам и отбивая у них на некоторое время желание совать свои носы на наши земли. Но таких дружин – единицы, а несколько десятков мужчин, проживающих в одном селе, не способны отразить атаку сотен кочевников. Вот и получается, что наши лучшие воины находятся в рабстве. Нам нужен сильный лидер, способный объединить разрозненные земли севернее большой степи.

– Так в чем дело, мой дорогой друг?! Как только закончим войну, бери свой легион – и в бой, отбивать свою родную землю от врага! Один союзник у государства, которое ты создашь из своих разрозненных соседей, уже точно имеется – Афлот всегда поддержит тех, кто сражался с ним плечом к плечу против общего врага. А в случае трудностей с войском, думаю, мы всегда сможем вам помочь.

– Спасибо, Артур, это очень приятные слова. В последние дни я много размышлял об этом, часто вспоминал свою родину. Представлял, как здорово было бы создать там такое же сильное и дружное государство, как Афлот. С ближними командирами мы решили, что после победы над карбезами непременно вернемся на родину и объединим разрозненные земли в один сильный кулак, обезопасив наших детей от неизбежного ранее рабства.

Идею объединить все земли севернее Большой Степи, где находилась родина Моргана, вожак Подгорного легиона вынашивал уже долго. Еще до того, как попасть в плен, он пытался договориться со старейшинами соседних поселений о том, чтобы создать общую дружину и защитить южные рубежи от набегов не в меру агрессивных гостей. Потом был долгий плен, рабство и каторжная работа по транспортировке орудий для будущей войны с Афлотом, и лишь затем – долгожданная случайная свобода и создание войска, жаждущего свободы и мира также сильно, как хотел их он сам.

Разговор о помощи со стороны такого мощного государства, как страна Артура, зашел впервые, и очень укрепил воина в его устремлениях. Теперь он хотел как можно быстрее закончить эту войну и начать объединять множество разделенных поселков и деревень в одно государство с мощной армией и счастливым народом.

– Все, мы на месте, – прервал раздумья Моргана один из летунов короля. – Через несколько десятков ярдов коридор выведет нас в центральный зал жилого уровня Подгорных пещер.

Артур с замиранием сердца ожидал появления невиданных ранее просторов. За годы своей, в общем-то, недолгой жизни он множество раз путешествовал по всем краям своего необъятного мира – особенно в те прекрасные времена, когда его голову не утяжеляла корона государя. Юный принц пускался в путешествия со своими верными друзьями, в число которых неизменно входил Корум.

До того момента, как Артур стал королем, он успел посетить самые дальние уголки западной части Маглендола вплоть до самых северных его пределов. Что уж говорить об окрестностях его государства, которые молодой правитель знал в совершенстве! Однако в его многочисленных путешествиях, совершаемых в большинстве случаев в компании группы эльфов, он ни разу не посетил места проживания гномьего народа. Поэтому визит в сердце Зубастого хребта стал для короля знаменательным событием.

Небольшой хлопок прервал течение мыслей молодого государя: магический коридор закончился, приведя отряд летунов прямиком в главный зал подземного города. Морган, уже имевший счастье бывать в этих местах, лишь весело улыбнулся, заметив восхищение, проступившее на лице товарища. Всего несколько дней назад небольшой отряд оборванных и голодных рабов обреченно брёл по темному подземелью, не встречая на своем пути ни единой живой души. Сейчас же от пестреющей вокруг толпы воинов и гномов рябило в глазах. Город жил войной, огромное количество солдат предстало перед взором Артура, удивив и одновременно восхитив его.

– Мой король, господин Морган, – поклонился подбежавший к ним высокий, довольно молодой еще латник со знаком центуриона на великолепной работы кирасе. – Прадли и офицеры собрались для военного совета по вашему распоряжению.

– Хорошо, – кивнул Артур, передавая повод своего могучего пегаса одному из стоявших у него за спиной летунов. Отдав распоряжения Ивлину, Артур вслед за Морганом зашагал к месту совета.

– Очень смышленый малый, – указал в сторону идущего чуть впереди воина Морган. – Дня четыре назад он в одиночку вырезал почти полтора десятка степняков, освободив из плена более полусотни рабов, которые и стали его отрядом.

Пока центурион Свободного войска вел двух командиров длинными коридорами и широкими залами, в которых вовсю кипела предвоенная суета, Артур все больше убеждался в том, что неспроста хозяева Звездных садов послали ему столь умелых и опытных союзников, как Морган и Прадли. Благодаря им неограненный алмаз воинской доблести, таившийся в каждом из спасенных рабов, быстро превращался в бриллиант настоящего бойца. Волей Прадли воины облачались в совершенные, почти неуязвимые для известного оружия доспехи, и получали мечи, выкованные в горных кузницах по всем правилам гномьего мастерства. Каждый такой клинок ценился на вес золота и являлся желанным оружием для любого из представителей аристократии Семиземья. Заботой гномов легион Моргана легко мог противостоять силе в два, а то и в три раза превосходящей его по численности.

Не уставая поражаться масштабности подземных залов, упорству и мастерству тех мастеров, которые многие века назад возвели в сердце горы столь обширные помещения, два военачальника незаметно подошли к не менее масштабной комнате, в которой, по прикидкам короля, находилось около сотни людей и гномов, весело толпящихся у богато сервированных столов.

Лишь только тихо вошедшие в обеденный зал вожаки последней битвы были замечены кем-то из офицеров, неорганизованная толпа военных в считанные мгновения выстроилась, словно на военном параде, и по всем правилам военной науки приветствовала короля и своего непосредственного командира. Гномы также выказали знаки уважения гостям их предводителя, и вновь прибывшие заняли места во главе стола. Несмотря на то, что и Артур, и Морган устали после долгой дороги и изнурительной битвы, они все же решили сначала провести совет, а потом уже заняться обедом, на который оставалось не так уж и много времени.

После недолгого доклада одного из заместителей Моргана, сообщившего о результатах последнего сражения, слово взял сам Морган. Правда, поначалу вожак Подгорного легиона противился, предлагая провести совет королю, но после того как монарх настоял на том, что Морган лучше знает своих солдат, бывший невольник согласился.

– Друзья, – начал он свою речь, – нам с вами посчастливилось изменить судьбу, которая последнее время была к нам столь неблагосклонна, отобрав у нас то, что мы любили, и то, что было нам дорого. Степняки, испокон веков разоряющие наши селения и уводящие в плен наш народ, посягнули на одно из свободолюбивых государств нашего мира. Сотни тысяч карбезов двинулись мощной рекой на запад, желая стереть с лица земли все, что встретится у них на пути. С этой темной рекой и принесла нас в эти земли судьба. Многие из наших друзей погибли по пути, умерев от истязаний или провалившись в пропасти Зубастого хребта. Но в один прекрасный день Судьба сжалилась над нами и чудом ослабила ремни, крепившие меня к осадной машине. Весь день я молился, чтобы боги дали мне шанс умереть свободным, от удара меча, а не прикованным к мерзкой машине. Минуты тянулись словно часы, болью отдаваясь в сердце, день тянулся вечно, и ночь не приносила успокоения. И вот случилось чудо, перевернувшее всю мою жизнь. С большим трудом мне удалось освободиться и освободить своих товарищей, завладеть кривым клинком и перерезать стражу. После чего, слава богам, мы с друзьями помогли совершить то же соседним группам, а затем спаслись от погони в одной из увиденных нами горных расщелин. Судьба подарила нам жизнь, познакомив с благородными магами Антиро и Арунто, сопровождавшими нас с самого первого дня свободной жизни. Подземный мир таил в себе тайны, которые с удовольствием открыли нам глубокоуважаемый Прадли – мой друг до самой смерти, а также его могучие соплеменники. С этого момента наш небольшой отряд рос, словно снежный ком, спущенный с огромной горы, объединив под свои Свободные знамена уже более шести тысяч мечей. Легион теперь представляет грозное оружие, которое, словно кость в горле у пирующего купца, не дает покоя степному войску и тем, кто ведет его навстречу верной гибели, в которой ни я, ни мой дорогой друг Артур не сомневаемся.

Речь своего командира бывшие рабы, а теперь офицеры Свободного войска слушали молча, но по их лицам было видно, что они всем сердцем вникают в каждое слово предводителя.

– Но не все так просто, как мы с вами считали, – продолжил Морган. – За спиной у кочевников стоят мерзкие карнибулы, само упоминание о которых болью отзывается в сердцах великого народа гномов. Но даже не они ведут неразумные орды на просветленный народ Афлота. Есть силы, которым не может противостоять ни одна армия из имеющихся в нашем мире. Их ведет Темный Властелин.

Легкий шепот прокатился по рядам офицеров, глаза которых с еще большим вниманием устремились на Моргана.

Предводитель Подгорного легиона в нескольких словах пересказал своим друзьям древнее пророчество, упомянул утреннюю встречу с самим Хозяином Тьмы и закончил рассказ ролью, которая была отведена ему и королю во всей этой истории.

– Вот то, что я хотел рассказать вам, – начал подводить свою речь к финалу Морган. – Мне и королю Афлота предстоит незамедлительно отбыть на поиски древнего артефакта, дабы не позволить Темным получить еще один козырь в игре против нас. Вам же необходимо продолжить начатое дело и изгнать кочевников в степи, обезопасив на многие десятилетия восточные границы Афлота. Таким образом, я предлагаю вам самим выбрать того, кто займет мое место до момента моего возвращения, если Судьба пощадит меня.

Гул обсуждений моментально заполнил залу: офицеры вслух перебирали возможные кандидатуры на пост главнокомандующего.

– Милорд Морган, – обратился к руководителям совета один из офицеров, – мы понимаем всю тяжесть возложенного на вас задания и всю ответственность, которую вы несете перед всем Маглендолом. В свою очередь, памятью наших предков и всех тех, кто пал от рук степняков, мы клянемся в верности данному нами слову и с честью выполним то, ради чего был создан наш легион. Решением совета самым достойным среди нас кандидатом на пост командующего Свободного войска мы считаем Петраля Бунга – примпила нашего легиона.

Слова воина были поддержаны одобрительными возгласами.

– Быть по вашему, – улыбнулся Морган. – Я бы и сам не подобрал для легиона лучшего командира.

После этих слов Морган поднялся навстречу вышедшему к нему другу и обнял его.

– Ну что, друг мой, ты знаешь, как я отношусь к тебе. Роднее тебя в этом мире у меня никого не осталось. Так исполни же то, что мы задумали, до конца. Если я погибну в битве за свободу, то после победы, которую вы непременно вырвете у этого презренного народа, защити нашу общую родину – пусть она процветает и не знает того горя, которое испытывала ранее.

Совет был закрыт и офицеры, подгоняемые проголодавшимися гномами, направились к ломящимся от яств столам.

– Вот и все, – вздохнув, произнес Морган, когда его пегас поднялся в небо и пристроился рядом с летучим конем короля. – Славное и недолгое время праведной мести плечом к плечу с моими товарищами осталось позади. Теперь все зависит только от нас самих.

– Ты прав, дружище, – кивнул Артур. – Теперь подобный совет предстоит у меня в лагере, и я полагаю, что в путь нам необходимо выдвинуться не позднее завтрашнего рассвета.

– Да уж, не стоит без небольшого отдыха начинать столь ответственный поход. Дорога, хоть она и проходит небесными тропами, предстоит дальняя, враг ожидает очень серьезный, а любая заминка или потеря бдительности может грозить гибелью кого-нибудь из воинов, а, может быть, и всего отряда.

– Быть по-твоему, – ответил король. – Отряду и правда необходим отдых: те, кто пойдет с нами в этот дальний путь, очень устали, ведь сражение с превосходящими силами противника не может пройти незамеченным. А маги вообще показывали чудеса храбрости и выносливости, противопоставляя себя магии Темного Властелина. Впереди же нас ждут еще более глобальные сражения, причем, как я предполагаю, Темный будет более избирателен в методах нанесения ударов.

День уже подходил к концу: летняя жара спала, уступив место вечерней прохладе. Еще совсем чуть-чуть – и солнечный диск окончательно опустится за горизонт, уступив небесную дорогу своему собрату – Луне, которая займет небо в окружении многочисленных звезд. Ночные существа медленно пробуждались после дневного покоя, готовясь приступить к охоте.

Военный лагерь, численность которого за время, прошедшее с последней битвы, выросла почти до тридцати пяти тысяч человек и должна была пополниться еще двумя легионами через сутки, жил своей жизнью. Большинство солдат как и планировали командиры занимались возведением дополнительных оборонительных сооружений, дабы усложнить атаку надвигающимся захватчикам. После последней битвы пространство у перевала было очищено от тел степняков и еще более усыпано осколками скальных пород. К тому же кузнецы легионов Афлота без остановки изготавливали незаметные среди острых камней шары, утыканные удлиненными металлическими иголками, которые легко выводили из строя живую конную силу врага.

Военный совет уже ожидал короля. В большом центральном шатре, в котором обычно проходило планирование боевых операций, собрались командиры аристократического ополчения и легаты короля. В отличие от войска Моргана, созданного совсем недавно и не являющегося профессиональной армией, выбор наместника короля не стоял так остро: в Афлоте испокон веков была мощная и профессиональная армия, командиры которой, начиная с десятника и заканчивая командиром военного округа, включающего в себя всю военную силу, находящуюся на определенной территории, строго подчинялись вышестоящему командиру и королю, как верховному главнокомандующему. Подлетая к лагерю, Артур уже понимал, что руководство оборонительной армией возьмет на себя командир Восточного военного округа Кросс Марин, а его заместителем останется легат Питер Морус. Единственной важной причиной для сбора военного совета была необходимость выработать план мероприятий на случай перехода из обороны в наступление. Но и за эти вопросы Артур не переживал. Военная машина его государства, как и другие ветви власти, работала без сбоев и волокиты: любой легат и генерал лично отвечал и лично участвовал во всех сражениях, которые планировал на бумаге, поэтому необдуманных решений в армии Афлота не было.

Так и получилось. Рассказав воинам о предстоящем отлете и в нескольких словах пересказав суть проблемы, король назначил наместника в войсках, обозначил основные направления деятельности, попрощался с офицерами и быстро покинул шатер, оставив своих подчиненных в некотором ступоре от молниеносности произошедшего.

Уже через несколько минут Артур оказался в месте дислокации его манипула, который в этот момент был выстроен на плацу перед палаткой короля. Две сотни воинов, отобранных из самого опытного легиона страны, за короткий промежуток времени подтвердили звание несгибаемых бойцов, готовых везде следовать за своим командиром. На плацу находилась и сотня Петруса, присланная Великой Мэрилин, также зарекомендовавшая себя с самой лучшей стороны.

Подойдя к манипулу личной охраны, король остановился и некоторое время смотрел, как ловко и умело его воины справляются со строевым шагом и другими военными премудростями.

Сотня магов была очень важной составляющей передового отряда короля: без магической разведки и постоянного прикрытия не проходила ни одна операция. Поэтому Артур, не раздумывая, решил взять в дальний путь весь свой отряд, включая прибывших гостей из Скрытого города. Ивлин был в курсе событий, произошедших на военном совете, и готовился к единственно возможному сценарию: так как его манипул принадлежал к личной охране короля, то вывод напрашивался сам собой – конечно, его боевые сотни последуют за Артуром хоть на край света!

– Ребята, – спокойным и тихим голосом, который, тем не менее, расслышал каждый из солдат, начал король, – нам предстоит долгий и страшный путь. Не знаю, вернемся ли мы назад, но дело того стоит. На кону наш мир, так что другого выбора нет – нас устроит только победа.

Отряд летунов вместе с сотней Петруса в один голос прокричали о готовности следовать за своим королем и выполнять любое его распоряжение.

– Другого я от вас и не ждал, мои друзья, – улыбнулся молодой правитель. И скомандовал: – Сбор в полном боевом облачении завтра перед рассветом!

После того, как были отданы последние распоряжения Артур и его друг Морган не торопясь направились в шатер главнокомандующего, где их ждал сытный ужин, бутылка великолепного легкого вина, которое они пили, разбавляя водой, и вторая кровать. Друзья решили провести вечер в обсуждении предстоящего путешествия.

– Милорд, – раздался звонкий голос Ивлина, – отряд летунов и магов Скрытого города к путешествию готов. До рассвета осталось три четверти часа. Какими будут ваши распоряжения?

– Вылетать, центурион Ивлин, вылетать, – задумчиво произнес король, обводя глазами местность и как бы запоминая ее на будущее.

– Слушаюсь, – также звонко отрапортовал Ивлин, бегом направляясь к отряду, выстроившемуся чуть поодаль и ожидающему приказов короля.

Через несколько секунд ровные пятерки воинов плавно начали подниматься в небо, выстраиваясь в воздухе для предстоящего полета. Для предотвращения возможных провокаций со стороны Темных и любой другой нечисти Петрус и Ивлин создали целую сеть разведывательных команд, которые должны были лететь комбинированным составом на расстоянии пары лиг от основной группы. Десять групп, состоявших из десяти летунов и пятерки магов каждая, разлетелись по всем направлениям. По две группы предусмотрительный центурион выставил по флангам, три – в авангарде и две – в арьергарде. Одна же, во главе с самим центурионом, постоянно кружила под основным отрядом на небольшой высоте, оберегая тем самым короля и его окружение от возможных провокаций с земли.

Так начался первый день путешествия. Взлетев сразу перед рассветом, король предложил сделать прощальный круг над лагерем.

Сердце рвалось вперед, к новым свершениям, туда, где его ожидали великие дела, но отчего-то в душе камнем затаилась тоска. Еще вчера, когда Артур в сопровождении верного отряда и Моргана летел над Зубастым хребтом, где-то глубоко в его груди созрело ранее не известное чувство тоски и горечи. Королю показалось, что он не увидит эти места очень долгое время, а, может быть, и никогда. Вот и сейчас, поднявшись над поляной, навечно окутавшей себя геройской славой, Артуру захотелось еще раз посмотреть на знакомые места и запомнить их такими, какими они были в эту минуту. Прохлада реки, чистый утренний воздух и запах летних трав еще больше терзали ему душу.

– Не спокойно мне, ох, не спокойно, – с тревогой в голосе заговорил Артур, одновременно обращаясь и к Петрусу, и к Моргану, и к своему неизменному спутнику Коруму, летевшему на небольшом расстоянии от него. Хоть скорость полета намного превосходила скорость передвижения по земле, благодаря магии даже негромкая речь короля или любого из отряда была слышна тому, к кому обращалась. – Мне отчего-то кажется, что я сюда больше не вернусь. Хотя того, что погибну, я тоже не ощущаю. Просто чувствую, что еще очень долго не увижу эти горы.

– Да брось ты, – попытался успокоить распереживавшегося короля эльф. – Сколько раз мы с тобой пересекали нашу страну, сколько раз терпели беды и были на грани гибели, но всегда возвращались! Также будет и на этот раз. Мое эльфийское чутье говорит мне о том, что мы одержим победу в этой войне и все останемся живы.

– Сегодня во сне я видел жену и сына, – продолжал король, не слушая речей друга. – Они стояли на балконе нашей спальни и смотрели вдаль. Слезы текли по их лицам, а на улице была ночь и светила огромная полная луна. Я чувствовал, что вижу их своими глазами, ощущаю их тепло, но почему-то не могу сказать ни слова. Да и показаться не могу, будто сижу в кустах, а рядом со мной два волка. К чему этот сон, я не знаю.

– Да не переживай ты, дружище! – Поддержал эльфа Морган. – Переутомились мы вчера, не принимай видения близко к сердцу.

– Может, вы и правы, – чуть увереннее произнес король, – может, я накручиваю себя. Быстрее бы закончилась эта проклятая война!

Тишина нависла над отрядом, быстро пролетающим над восточными провинциями Афлота и с каждой секундой все дальше удаляющимся от грозной армии, черной рекой текущей через Зубастый хребет. Каждый думал о том, что и кто остался у него в этом мире, ради кого он готов умереть в неравном бою, и ради кого будет отчаянно цепляться за жизнь и победу.

Утро вступило в свои права, мелкий дождь грустно моросил по мелькавшей внизу листве деревьев. Где-то далеко крестьяне жгли очаги в домах, чтобы наполнить промокшие жилища живительным теплом. А в вышине, укутавшись в серые и фиолетовые плащи, на быстрых метлолетах и могучих пегасах уверенно летели на запад три сотни воинов. В сердце Афлота их уже ожидал отряд Бориса, и совсем скоро там должно было исполниться древнее проклятье, перевернувшее жизнь всех обитателей Семиземья.

Глава одиннадцатая

– Борис, – обратился к своему командиру Холанд, – озеро лучше огибать днем. Кто знает, какие сюрпризы поджидают нас на берегу в ночной темноте, тем более чуть дальше начинается крутая береговая линия. Ненароком можно и со скалы сорваться.

– Хорошо, – утвердительно качнул головой маг, спешиваясь и начиная снимать седло со своего коня, – надеюсь, сегодняшняя ночь пройдет спокойно, иначе мы не сможем нормально держать темп.

– Я понял тебя, – бегом направляясь к стоявшим чуть в стороне эльфам, произнес Холанд, – сейчас быстро поставим лагерь и выставим дозоры. Через четверть часа все будет сделано в лучшем виде!

Освободив от тяжести коня Рианис, парень подошел к девушке и обнял ее. Давно таящиеся между молодыми людьми чувства, откровенно вспыхнувшие всего несколько дней назад, развивались стремительно: теперь Борис и Риа не могли провести друг без друга и минуты, скучая и выискивая любые предлоги, чтобы побыть вместе.

Оставив лагерь в надежных руках Холанда и Вергуса, ребята, как обычно перед сном, пошли побродить по берегу великолепного озера, раскинувшегося у них на пути. Ночь давно вступила в свои права. Зарождающаяся луна только появилась на небе, почти наполовину приблизившись к полнолунию. Чуть больше чем через неделю полный диск должен был представить свой лик этому миру. Именно в такие дни ровная лунная дорожка пролегала по поверхности Гладкого озера, завораживая всех своей красотой, а пока же отблеск небольшого месяца узкой дорожкой пересекал озеро и уходил далеко за горизонт. Ветра не было, поэтому водная гладь была тиха и спокойна, словно огромное зеркало, отражавшее множество звезд.

Держась за руки, ребята молча шли по берегу реки, мечтая о том, как изменится их жизнь после победы.

Верный посох, уже не раз спасавший Бориса в трудные минуты, неизменно был в руке парня. Плащ, как один из атрибутов магов Маглендола, после последней битвы с сотнями разбойников сам собой поменял цвет, ознаменовав переход Бориса на следующую ступень в магическом развитии.

– Сегодня днем, когда мы стояли привалом и отдыхали, – нарушил молчание парень, – я видел сон. Мне казалось, я находился в том месте, которое явилось мне в другом, пророческом сне, и я был там не один – все мы находились там.

– Борис, – перебила юношу Рианис, еще заметившая беспокойство и задумчивость на лице молодого мага, – расскажи мне, что ты видел, и мы вместе подумаем над тем, как нам поступить и что сделать. Я очень переживала сегодня днем, видя твое выражение лица.

– Ты права, любимая, – чуть улыбнулся Борис. – Картины, которые я видел во сне, больше напоминают сцены из реальной жизни, чем грезы.

– Мы находились в густом лесу, – начал свой рассказ Борис. – По тому, как я ощущал себя, мы только что вышли из боя. Где-то в стороне отчетливо слышались звуки соприкасающейся стали и крики сражающихся. Море магии разливалось вокруг, причем большая часть ее была враждебной. Огромная полная луна нависала над головами, освещая лесную поляну. Видимо, была полночь, свежий туман стелился вдоль земли, пахло сыростью и болотом. Мой амулет просто разрывало от энергии, с помощью которой, как я чувствовал, мы из последних сил сдерживали натиск врага. Я видел развалины небольшого строения, похожего на какой-то древний алтарь, у подножия которого зияла огромная черная дыра. Лишь только я заметил этот проход – а то, что это был вход в подземное помещение, я почему-то не сомневался, мой перстень потянул меня к нему. В этот момент я проснулся.

– Странный сон, – задумчиво произнесла Рианис, медленно разгребая рукой прибрежный песок.

– Вот и я думаю, что странный, – согласился с ней Борис, – но, понимаешь, лишь только я вспоминаю о нем или прокручиваю в голове различные связанные с ним картины, мое кольцо моментально начинает нагреваться.

– А это еще интересней, – внимательно посмотрев на руку любимого и заметив свечение обретенного артефакта, произнесла девушка. – Может быть, это реальный сон? Сон, который показывает нам картины нашей будущей жизни?

– Я тоже подумал: вдруг это то, что ожидает нас впереди? – Вопросительно посмотрел на свою подругу молодой маг. – Может, это подсказка о том, что нам необходимо делать, куда идти и где искать?

– Все вероятно, – серьезно ответила девушка, – но, чтобы это проверить, нам надо идти туда, куда указывает твой сон.

Борис на несколько минут задумался, время от времени бросая в воду небольшие камушки.

– Был такой момент во сне, – немного опомнившись, продолжил он, – будто я лечу высоко в небе и далеко-далеко внизу вижу землю. Мой путь лежит над огромным озером, словно зеркало блестящим с земли. Потом я вижу ровную нить тракта, уходящего далеко на запад. После этого картинка прерывается, но я четко вижу небольшой городок на широкой дороге и почти заросшую тропу, идущую на север от него. А дальше болота и топи.

– Вот видишь, – улыбнулась девушка, обнимая озадаченного парня, – ты проследил дорогу почти до самого места битвы. Болота были и в основном сне, так что, мой дорогой, нам следует выходить на тракт и ехать по нему, пока на пути нам не повстречается знакомый тебе городок. Кстати, ты запомнил, как он выглядит?

– Конечно, любовь моя. Уж что-что, а этот сон я буду помнить еще долгое время.

– Знаешь, – начала Рианис, – а я даже немного рада тому, что с нами произошло.

Произнеся эти слова, она еще крепче прижалась к мощной груди любимого.

– Если бы не война с Темными, мы бы с тобой до сих пор бегали по окрестностям Сказочного леса и вряд ли признались бы в чувствах друг к другу. Так и вздыхали бы в одиночестве по вечерам и ждали бы чуда, которое отчего-то не спешило постучаться в наши двери.

– Да, любимая, – откинув грустные мысли, Борис погладил девушку по волосам, – если бы не это, я бы еще долго смущался и краснел, пытаясь раскрыть тебе свое сердце.

Еще некоторое время влюбленные сидели на берегу озера и, любуясь ровной гладью, чуть освещаемой молодым месяцем, разговаривали о предстоящей жизни, о том, как они будут счастливы после победы над Темным Властелином.

Ночь прошла спокойно. Усиленные дозоры сменялись каждые два часа, а кроме того Вергус и Борис по очереди отслеживали любые всплески магической активности на лигу вокруг. Как заметили парни, многочисленные проявления чужеродной магии часто фиксировались где-то к северу; кроме того, слабые отголоски доносились с другой стороны озера. Но ничего из того, что они почувствовали, не представляло опасности для отряда.

Следующим утром Борис рассказал Холанду и Вергусу о своем сне. После недолгих раздумий друзья решили прислушаться к видениям молодого мага, которые начались как раз после обретения им древнего перстня, и двинуться к тракту. Была не была, решили они. К тому же путешествие вне оживленной магистрали не гарантировало безопасности или отсутствия лишних глаз, а даже наоборот – способствовало более частым попыткам врага остановить отряд. Да и военные действия, начавшиеся на восточных рубежах государства, делали королевские дороги более оживленными и безопасными из-за большого числа проходящих по ним войск.

Утром, быстро приведя себя в порядок и плотно позавтракав, отряд двинулся на юг, огибая озеро, чтобы к вечеру этого дня прибыть в городок с названием Озера. Путь предстоял хоть и не длинный, но довольно сложный. Рельеф побережья менялся от песчаного до каменистого, от равнинного до гористого. Ровные песчаные пляжи резко обрывались отвесным крутым склоном, что существенно замедляло ход всадников. Бывали моменты, когда тропа на самом краю обрыва тонкой нитью скользила ввысь, позволяя путникам передвигаться, лишь выстроившись колонной по одной лошади. К счастью, таких мест было единицы, так что перед самым заходом солнца, миновав последнюю невысокую возвышенность, ограниченную с запада водами Гладкого озера, передовой отряд эльфов заметил вдали первые дома небольшого городка.

– Привал! – Раздался в вечерней тишине громкий голос Холанда.

До первых домов оставалось чуть больше четверти лиги, поэтому надо было определиться: оставаться ночевать походным лагерем или все-таки попробовать найти подходящую таверну, чтобы провести ночь в человеческих условиях.

После недолгого обсуждения мнения друзей разделились: большинство настаивало на том, что необходимо остановиться на постоялом дворе, при этом обыскав его перед ночлегом и выставив, как уже повелось, усиленные дозоры.

Чуть в стороне от ребят широкой артерией, соединяющей воедино провинции государства, тянулся тракт. В лучах заходящего солнца хорошо были видны путники, идущие в сторону городка, чтобы так же, как и наши герои, найти теплую постель и вкусный ужин.

Небольшой отряд в составе десяти конников под командованием Вергуса двинулся в сторону поселения на поиски подходящего заведения, способного вместить одновременно больше сотни постояльцев.

Городок Озера располагался на пересечении двух основных трактов этой части Афлота. Широкий и довольно многолюдный Центральный тракт уходил далеко на запад и заканчивался огромным городом, крупным центром внутренних провинций огромного по тем временам государства, носящим имя Кинтир. Второй же тракт уходил на северо-запад и тянулся к не менее крупному городу Северных провинций Дуниру. Между этими транспортными артериями лежал огромный массив земель, поросших густыми лесами и занятых плодородными долинами. Но где-то в двух днях пути по Центральному тракту, если брать круто на север по многочисленным небольшим лесным дорожкам, обжитые места прерывались: образовывался своеобразный «остров», имеющий несколько десятков лиг в окружности, на территории которого отказывались селиться даже дикие звери. Глубокие непроходимые болота, поросшие густым лесом с огромными изогнутыми деревьями, наводили тоску и уныние на тех, кто случайно оказывался в этих краях. Не зная тайных бродов, можно было легко оступиться и навсегда уйти под тухлую, пахнущую гнильем воду. Лишь одинокие смельчаки да разбойники хаживали этими дорогами, так как расстояние напрямик через топи до Дунирского тракта составляло около двух дней, а вот у купцов, которым приходилось объезжать топи по наезженным дорогам через Озера, путь мог занять пару недель. Лишь те, кому приходилось очень торопиться, рисковали углубиться в столь тяжелые и навевающие тоску места.

Выехав на широкий, мощенный камнем Центральный тракт, отряд не торопясь направился вслед за проехавшим перед ним небольшим караваном, насчитывающим пять телег, наполненных различной рухлядью. Всего три возничих, включая одного мелкого купчишку, который сильно напугался, увидев в такой близости от себя десяток вооруженных всадников, но, различив магический плащ на Вергусе и знаки эльфийского войска Громкого леса, быстро успокоился. Именно этот разговорчивый торговец поведал разведчикам о дорогах и местности, раскинувшейся западнее Гладкого озера, а также указал подходящий друзьям постоялый двор. Отправив двоих к Борису, чтобы сообщить о том, что поиски увенчались успехом, Вергус продолжил путь в указанном купцом направлении и совсем скоро увидел желаемые постройки.

Солнце уже опустилось за горизонт, и на стоявшую чуть в стороне от города таверну медленно надвигалась ночная мгла. Огромный постоялый двор состоял из большого трехэтажного каменного здания, включавшего в себя огромный зал для приема пищи и веселого отдыха по меньшей мере двух сотен человек, и двух этажей с номерами различного уровня удобств. Также на территории, прилегающей к основному зданию, находились несколько конюшен, в которых, по приблизительным предположениям Вергуса, могло разместиться не менее трех десятков коней – впрочем, возможно и раз эдак в десять больше. Несколько небольших, но также капитально построенных домиков окружали основное здание и конюшни, выполняя роль жилья для прислуги и хозяйственных построек.

Лишь только стук копыт коней отряда молодого мага послышался на территории жилого комплекса, из распахнутых ворот одной из конюшен бегом выбежали два молодых парня.

Одновременно с ними из дверей таверны вышел приличного вида молодой человек и вместе с конюхами приблизился к Вергусу и эльфам.

– Молодой господин желает остановиться в лучшей гостинице Афлота? – Без лишней скромности заговорил хозяин.

– Так прям уж и лучшей? – Заулыбался Вергус, вступая в разговор с прибывшими людьми.

– Конечно, милорд, как есть лучшая на всем Центральном тракте! Здесь в прошлую войну сам король останавливался с принцем, когда они шли на восток степняков отгонять. Его Величеству очень понравилась наша кухня и убранство комнат.

Парень, видимо, всем рассказывал историю про царственную семью, останавливавшуюся на его постоялом дворе – это являлось неплохой рекламой.

– Что же, любезный, – спрыгивая с коня и передавая поводья одному из конюхов, еще шире улыбнулся Вергус, – пойдем посмотрим, чем славится твое заведение. Если нас устроит, мы непременно остановимся у тебя. А сколько мест ты можешь сегодня предложить?

– Вам не сможет не понравиться лучшая гостиница королевства! – Радостно затараторил паренек – видимо, сын или помощник хозяина, предвкушая достойный заработок. – У нас все по высшему уровню, словно в столице государства. А мест у нас сейчас свободно аж полторы сотни, так что милости просим, господа. Ваш отряд легко разместится у нас.

Не торопясь, Вергус и двое эльфов вошли в распахнутые двери первого этажа и сразу же попали в огромный обеденный зал. Убранство помещения было довольно приличным. Большие дубовые столы стояли в несколько рядов, позволяя свободно разместиться всему отряду Бориса. Крепкие стулья с высокими спинками ровными линиями окружали столешницы. Стены украшали большие и красочные картины, изображавшие охотничьи сцены, а вдоль них красовались чучела зверей, обитающих в здешних местах. По залу распространялся очень приятный запах жаренного на вертеле мяса, отчего желудок парня предательски заурчал.

– Ну что ж, друг мой, – доставая из мешка, прикрепленного к поясу, горсть золотых монет, согласно кивнул Вергус, – меня вполне устраивает твоя гостиница. А теперь будь любезен приготовить очень хороший и сытный ужин на сто человек и подготовить столько же кроватей. Да и в конюшне пусть расторопно и с умом обойдутся с нашими лошадями.

– Сколько вас будет? – Выпучив глаза и раскрыв рот, поразился парень, подсчитывая в уме возможную выручку. – Ваша милость не шутит?

– Какие тут шутки! Через четверть часа прибудет основной отряд, так что не теряй времени и давай распоряжения персоналу – вечер вам предстоит жаркий.

Высыпав горсть золотых в слегка трясущиеся руки юноши, Вергус и сопровождающие его эльфы присели за стол у окна, осматриваясь по сторонам и ожидая друзей. На ту горсть монет, которую передал трактирщику Вергус, можно было легко купить таверну – правда, меньшего размера, чем эта, но все же. Молодой маг не стал скупиться, полагая, что покой и порядок намного ценнее, чем сэкономленные деньги.

В зале в это время находилось около трех десятков посетителей, которые неторопливо ели принесенный им ужин, запивая его пенным пивом местного приготовления. Почти все вели себя довольно спокойно, не привлекая особого внимания, и только одна компания, сидевшая в углу и насчитывающая около десятка мордоворотов, шумела и громко ругалась, демонстрируя окружающим свое превосходство и силу. Пока молодой маг скучающим взглядом осматривал зал, он несколько раз ловил на себе хищные взгляды из-за этого столика. Скорее всего, они относились к какой-нибудь банде – подобной тем, что сутки назад вырезали эльфы в битве у небольшой речушки. После объявления войны и мобилизации большого числа мужчин подобная рвань повылазила из своих берлог и начала сколачивать отряды, наивно полагая, что война ослабит городскую стражу и принесет бандитам достаток и процветание.

Вот и сейчас, видимо, заметив, как молодой парень достает из кошеля столь большую сумму денег, разбойники почуяли запах наживы и собрались порезвиться, не принимая во внимание то, что парень был магом и находился в сопровождении эльфов.

Большое количество выпитого притупило чувство самосохранения у десятка верзил и побудило их совершить последнюю ошибку в своей жизни.

Почувствовав опасность, Вергус мысленно связался с Борисом, который сообщил ему, что отряд находится чуть более чем в четверти часа езды от трактира. Это время необходимо было выиграть у разбойников, либо лично, собственными силами уничтожить врага, коль уж тот поторопится распрощаться со своей никчемной жизнью. Оставшиеся во дворе эльфы также были предупреждены и ожидали команды, чтобы ворваться внутрь и остудить пыл несдержанных посетителей.

Вергус, конечно же, мог сразу позвать оставшихся за дверями остальных эльфов внутрь помещения, избежав тем самым конфликта вообще, но чутье подсказывало ему, что остальные два десятка посетителей тоже являются не простыми гостями, а состоят в той же банде. После нескольких бессонных ночей магу не очень хотелось среди ночи просыпаться и вступать в различного рода баталии. Если уж им повстречались враги, пусть и такие, то лучше сразу каленым прутом прижечь эту заразу, чтоб дальше не распространять нагноение.

Хозяин таверны, скорее всего, знал, кто ужинает в его заведении, но то ли страх, то ли жадность до денег не позволили ему выпроводить бандитов. Так что оставалось лишь одно средство борьбы с бессонницей – небольшая и победоносная битва.

– Эй ты, молокосос! – Раздался голос одного из буянивших посетителей. – Что молчишь, в штаны наложил от страха что ли?

Внезапный дерзкий окрик нарушил мирное течение мыслей Вергуса, моментально перестраивая их на более приземленные и низменные умозаключения.

Молодой маг молчал, делая вид, что не замечает верзилу. Эльфы тоже сделали вид, будто последнего не существует в их жизни.

– Эй ты, желторотик! – Еще более нагло и зло закричал разбойник. – Что ты молчишь, я тебя спрашиваю? Какого лешего смотрел на меня? А теперь вот сидишь и боишься посмотреть в мою сторону, чтобы еще больше на намочить и без того влажные штанишки, да?

Толпа его приятелей, деливших с ним стол, разразилась веселым хохотом, подбадривая мужика на продолжение насмешек.

– Сидит, видишь ли, засранец, смердит на всю таверну и корчит из себя благородного! – Смелее продолжил подначивать Вергуса бандит. – А эти остроухие блондинки почему молчат?

Смех стал еще громче – теперь смеялись практически все посетители таверны, убедив мага в верности предположения о том, что на постоялом дворе собрались члены одной банды.

– Ребята, – с деланым недоумением обратился к посетителям Вергус, стараясь оттянуть время начала конфликта, – этот любезный господин что-то желает узнать у нас?

– Да я по стенке тебя сейчас размажу! – Зарычал мужик. – Он еще издевается надо мной!

– Милейший, – нехотя повернулся к голосившему мужлану Вергус, – если вы желаете о чем-то побеседовать со мной, не стоит так надрывать голос – просто подойдите ко мне, и мы цивилизованно все обсудим.

– Нет, вы посмотрите на него! – Брызжа слюной, все больше заводился разбойник. – Он искренне издевается над честным народом! Да я голову тебе сейчас откручу и кочан капусты на ее место приделаю, чтоб знал, как грубить Грозному Джо!

После этих слов бандит, назвавший себя Грозным Джо, вытащил откуда-то огромный, размером около двух футов тесак и медленно направился в сторону Вергуса и его товарищей, перекидывая свое оружие с одной руки на другую.

– Ну полно вам, сударь, – все также вежливо обратился молодой маг к подходящему к нему мужчине, – негоже такому достойному человеку, как Вы, губить свою жизнь и становиться безмозглым овощем.

Весь зал в одно мгновение затих: все взоры устремились на молодого человека, которому в ближайшие минуты грозила гибель.

– Нет, вы только посмотрите – этот сосунок и правда полоумный, издевается надо мной! Ну все, сейчас мы отсечем то, что не дает тебе нормально соображать.

С этими словами громила приблизился к столу друзей и, подкидывая тесак, угрожающе уставился в спокойные глаза молодого парня.

До прибытия Бориса и других эльфов оставалось минут десять. Самым лучшим способом обезопасить себя и одержать победу в этой стычке было попытаться выманить бушующих людей во двор, где их легко смогут успокоить подъезжающие товарищи.

– Благородный господин желает продемонстрировать мне мастерство владения ножами? – Удивленно заговорил Вергус, пытаясь склонить агрессивного гостя к выходу во двор. – Я с удовольствием приму пару уроков и щедро заплачу за это.

Верзила удивленно посмотрел на мага. На его лице явно читалось сомнение в психическом здоровье собеседника.

– И как Великие хозяева Звездных садов позволяют таким недоумкам владеть золотом, которое так хорошо ужилось бы в кошелях более сообразительных людей вроде меня, – заговорил мужик, обращаясь к другим посетителям. – Его и обижать-то – только руки марать. А эти двое, – показывая рукой на эльфов, снова обратился он к толпе, – опустили глаза и сидят, трясутся. И кто восхваляет смелость эльфов, ума не приложу!

– Сударь, – продолжил Вергус изображать непонятливого, – я искренне не пойму вашей несдержанности и агрессии. Если вы желаете показать нам мастерство владения ножом, давайте выйдем во двор и на свежем воздухе спокойно на него посмотрим.

– Слышишь, ты, слабоумный, – просто взревел Джо, втыкая тесак в столешницу в футе от руки парня, – я тебе сейчас кишки на вертел намотаю, причем еще с живого, зажарю на костре и заставлю их жевать. А друзья твои остроухие помогать будут в этом.

Обстановка накалилась до предела. Больше ждать было нельзя: промедление в пару минут могло вывести этого зверя из себя, и тогда пришлось бы начинать схватку меньшим числом.

– Милейший, – возмутился маг, – ваши слова грубы и отвратительны слуху благородного человека, к коим я себя причисляю, поэтому прошу вас о дуэли! Выбор оружия остается за вами.

Зал просто взорвался от смеха: три десятка человек просто сползли под столы, надрывая животы.

– Ты, – надрывно смеясь, продолжал изгаляться мужик, – ты, сопляк, червь навозный, вызываешь меня на дуэль? Ты что в руках держал тяжелее своей ложки?

– Сударь, – все также серьезно твердил Вергус, – я настаиваю на дуэли! Прошу вас выйти во двор и скрестить со мной оружие!

– Ладно, сопляк, если ты хочешь подергаться перед смертью перед людьми, я удостою тебя такой чести, – уже более спокойно заговорил верзила, выдергивая тесак из столешницы и направляясь к выходу из таверны. – Себе можешь взять любое оружие, оно всё равно тебе не поможет.

Вслед за выходящим бойцом на улицу устремились все присутствующие гости.

– Нет, милорд, нет! – Подбежал к столику бледный молодой парень, встретивший их у входа. – Не ходите с ним, он убьет вас! Кровавый Джо убивает всех, с кем затевает бой, а мне очень не хочется терять таких клиентов, как вы! Дайте им пару золотых, и они отпустят вас!

– Да нет, любезный, – вполголоса ответил Вергус, – двумя золотыми тут не отделаешься. А что за банда у тебя квартирует?

Лицо хозяина стало еще бледнее, что говорило о его непричастности к преступлениям банды.

– Мой друг, – начал он, – за несколько дней до начала войны наши места стали неспокойны… Хотя они раньше-то не блистали порядком… Эвон как карлики перевернули все в округе, что-то разыскивая! Значит, где-то за неделю до объявления военного времени на одиноких путников и небольшие обозы стали совершаться нападения: убивали всех без исключения, никого не оставляя в живых, даже животные уничтожались. Никто не мог понять, что за напасть свалилась на наши земли. Только единожды видели их в деле: как-то эта банда нагрянула к нам в таверну, требуя большой выкуп золота. После выяснения отношений они убили моего отца – хозяина гостиницы. Затем переоделись в обычных посетителей и вот уже неделю сидят в нашем трактире, лупят всех подряд, едят и спят бесплатно. Десяток человек уже до могилы извели, все ждут кого-то.

– Не переживай, дружище, – подбодрил молодого хозяина маг, – сегодня – последний день этой банды, даю тебе слово мага. Нас они ждали, скорее всего: сутки назад мы вырезали пять сотен таких отчаянных.

– Слово мага? – Оживился парнишка. – Пожалуйста, уничтожьте их, отомстите им за моего отца и остальных невинно убиенных!

С этими словами парень схватил руку Вергуса и стал целовать ее.

– Эй ты, гнида желтопузая! – Раздался нетерпеливый голос со двора. – Полные штаны от лавки оторвать не можешь? Так я сейчас приду и помогу тебе и твоим голубкам!

– Пора, друзья, – холодно скомандовал парень, – пойдемте обучим этих дуболомов манерам.

На улице все было спокойно: видимо, почуяв неладное, оставшиеся во дворе эльфы заняли позиции вдали от посторонних глаз и ожидали сигнала к началу атаки. Через пять минут во двор таверны должна была влететь почти сотня всадников и как следует наказать зарвавшихся разбойников.

Спустя несколько секунд Вергус и двое эльфов стояли напротив Кровавого Джо посреди широкого двора. Маг и его друзья были без оружия, так как по странному стечению обстоятельств решили войти в таверну невооруженными.

– Ну что, сосунок, – прорычал, сверкая глазами, Грозный Джо, – еще не передумал вызывать меня на дуэль?

– Нет, конечно, – безмятежно ответил парень. – Только вот все не могу определиться, чем же убить вас более эффективно.

– Так ты еще мечтаешь поцарапать меня? – Засмеялся бандит. – Ты сначала дотянись до меня, а потом пробуй царапаться!

Общение с самоуверенным и высокомерным разбойником доставляло молодому магу истинное удовольствие. Вергус не хотел убивать такого оппонента одним заклинанием – это была бы слишком простая смерть; да и позволять Джо погибнуть от благородной стали или пущеной эльфийской стрелы он также не собирался. Поэтому, послав просьбу Борису не появляться во дворе до определенного момента, Вергус решил сойтись с Джо в честной битве на обычных клинках.

– Я предпочту сразиться с тобой на саблях, – уверенно смотря в глаза противнику, выставил свои условия маг. – А что предпочтешь ты?

– Сабли так сабли, – заулыбался громила, предвкушая кровавое зрелище, – будем убивать тебя медленно, разрубая на кусочки, а потом займемся и твоими подружками.

Эльфы едва сдерживали ярость, следуя просьбе Вергуса не мешать разговору, иначе тело Кровавого уже давно оттащили бы на задний двор.

– Эй, – заорал разбойник, – принесите мне две сабли – будем играть с детками в дуэль!

Через несколько секунд дуэлянты уже стояли друг против друга, готовясь к схватке. По сигналу одного из приближенных Джо битва началась.

Мощный рубящий удар, словно в руке у Джо была не сабля, а кузнечный молот, натолкнулся на предусмотрительно выставленную в верхний блок саблю Вергуса. Удар, еще удар, с размаху, чуть по диагонали, пытаясь со всего маху срубить голову противнику, – но снова блок и выпад вперед. Еще полминуты назад самоуверенный мужик, собиравшийся с одного удара раздробить шею плюгавому пареньку, теперь удивленно стоял и смотрел себе под ноги – на отсеченное единственным нанесенным ему ударом ухо, которое упало на брусчатку двора мгновение назад. Алая кровь хлынула на одежду разбойника, приводя его в еще большее бешенство.

– Да как ты посмел, щенок! – Заорал он, инстинктивно хватаясь за голову и прикрывая то место, где совсем недавно находилось ухо, украшенное огромной золотой серьгой. – Я же тебя в порошок сотру!

Серия из нескольких молниеносных ударов с еще большей силой и яростью обрушились на Вергуса, который так же легко и беззаботно, как и в предыдущую минуту, отразил и их.

– Ну что, – спокойно обратился к уже запыхавшемуся разбойнику молодой маг, – продолжим танцы или, наконец, начнем нормально сражаться? А то, кажется, моя кухарка увереннее владеет оружием, чем ты.

– Да как ты смеешь! – Взревел Джо. – Я уничтожу тебя и твоих прихвостней! Ребята, схватите эльфов, отрежьте им уши и все, что выступает от тела, посадите на кол и пусть они наблюдают, что я буду делать с их хозяином!

Несколько человек бросилось выполнять приказ, и тут же получили по крепкой эльфийской стреле прямиком между глаз.

Лишь после того, как четыре тела с грохотом упали на землю под ноги своим товарищам, Кровавый Джо, наконец, понял, что перед ним не простые люди и эльфы, а именно те, кого они ожидали все это время.

– Вы… вы из-за Рубежных гор, – проглатывая слова, выдавил из себя еще совсем недавно столь самоуверенный разбойник.

– Да, мы именно те, кого вы ждете и желаете убить. Но будет совсем наоборот, – твердым голосом заговорил Вергус, держа перед собой готовую к выпаду саблю. – Мы поступим с вами так же, как совсем недавно поступили с пятью сотнями разбойников. А именно – уничтожим и оставим гнить в выгребной яме, ведь такие люди, как вы, не достойны даже быть погребенными со всеми необходимыми ритуалами.

Гул возмущения разнесся над толпой. Как могли три воина, пусть и хорошо владеющие клинками, угрожать трем десяткам закаленным в сражениях разбойников – тем, кто не выпускает из рук крепкую и родную сталь, тем, кто наводит ужас и держит в страхе половину провинции?!

– Я все равно уничтожу тебя! – Уже более уверенно закричал Джо, бросаясь на Вергуса.

Мощные удары наотмашь, имеющие своей целью сломить сопротивление противника, не увенчались успехом: молодой маг был очень крепким и искусным фехтовальщиком, поэтому все ухищрения его соперника были ему по плечу. А вот хитрые повороты парня еле отбивались уже подуставшим верзилой. После нескольких серий атак и попыток отбить легкие и быстрые удары Вергуса, Джо стал выдыхаться. А после того, как быстрый клинок отсек ему второе ухо и закровавил плечо правой руки, и вовсе сник.

– Дружище, – раздался голос Бориса в голове у мага, – хватит издеваться над бедным разбойником: угони ему фут стали под ребра и дело с концом.

Отчаянный вопль взбешенного зверя, которого держат на цепи и не дают броситься на раздражающего его зрителя, оглушил присутствующих во внутреннем дворе таверны.

– Я убью тебя, щенок! – Все не унимался Джо. Кровь двумя ручьями стекала по его плечам, пропитывая одежду, сабля скользила в мокрых от теплой крови руках, но бандит отчаянно пытался дотянуться клинком до постоянно увертывающегося от него Вергуса.

– Ладно, – спокойно произнес молодой маг, – хватит мне с тобой возиться, пора и честь знать.

Произнеся эти слова, парень еще несколько раз отбил быстрые выпады разбойника и молниеносно вогнал острое лезвие изогнутого клинка между ребер своего партнера – по самую рукоять.

Тело разбойника грузно упало на землю, густо залитую кровью. После этого оставшиеся товарищи убитого, скрипя зубами от ярости, обнажили мечи и бросились на троих обидчиков.

– Пора, – прошептал Вергус и махнул рукой над головой. В это мгновение над двором просвистело пять стрел, каждая из которых моментально нашла свою цель, а еще через пару мгновений в распахнутые ворота влетело несколько десятков всадников.

Через несколько минут от почувствовавших безнаказанность и вседозволенность разбойников осталась только груда изрубленных тел.

– Вот и все, мой друг, – проговорил Вергус, обращаясь к выглядывавшему из-за двери таверны ее молодому хозяину, – теперь можешь спокойно заниматься делом своего отца, не страшась никаких разбойников. А если такие появятся, предупреди их, что их ждет участь банды Кровавого Джо.

Ночь уже давно опустилась над городом, на окраине которого грозным отрядом Бориса был уничтожена одна из самых опасных банд в округе – банда, которой было поручено в случае появления в самой большой таверне постояльцев в сопровождении эльфов тихо в ночное время вырезать всех, не привлекая внимания. Но алкоголь и долгое безделье взяли свое: перебрав крепкого местного пива, разбойники ввязались в драку, поплатившись за это своими жизнями.

В благодарность за спасение от неминуемого разорения и возможной смерти, молодой хозяин таверны разместил весь отряд в лучших номерах, вернув все полученное им ранее золото. Кроме того, в честь спасения от банды Кровавого Джо был устроен пышный ужин, в котором местные повара показали все свое мастерство, поразив красотой и необычайным вкусом приготовленных блюд даже поживших много веков эльфов.

После плотного ужина Холанд, как было заведено в отряде, выставил усиленные караулы, которые должны были не только оцепить всю таверну, но и патрулировать ближайшие к ней подъезды.

Ночь прошла спокойно, если не считать попытки десятка неизвестных личностей проникнуть на территорию постоялого двора. Наверное, эти люди принадлежали к банде неудачного дуэлянта, поэтому, следуя устоявшейся традиции, их отправили на встречу со своим главарем. Сколько еще разбойников пряталось по густым лесам вдоль центральных дорог, не знал никто, но уже точно было ясно, что после победы над основным врагом войску необходимо будет навести порядок внутри страны.

Также этой ночью случилось одно очень странное происшествие, которое удивило и заставило крепко задуматься над событиями, начавшими происходить в Афлоте. До полнолуния оставалось еще около недели, а на лесных полянах зоркие эльфы уже несколько раз замечали огромных серых оборотней, пристально следивших за их передвижением, но предусмотрительно державшихся на внушительном расстоянии от всадников. То и дело в разных местах густого леса доносился протяжный вой этих необычных созданий. Конечно, наличие оборотней в мире, наполненном магией, словно кувшин с хорошим вином, не являлось чем-то необычным; но их появление в дни, отличные от полной луны, было, по меньшей мере, странным. Они словно следили за чем-то, ожидая только им известного знака. Да и такая большая концентрация волкоподобных существ в одном регионе настораживала и заставляла принимать дополнительные меры безопасности.

– По меньшей мере пять раз мы замечали одиночных существ, – наутро докладывал Холанду и Борису командир одного из ночных патрулей, – а дважды засекали парные лежаки. При этом на наш зов они не откликались, в то же время не предпринимая никаких попыток к движению.

– Странно все это, – задумчиво произнес командир эльфийского отряда. – Появление такого количества оборотней, да еще за неделю до полнолуния, – это очень тревожный фактор. Один раз я наблюдал такое много веков назад, и тогда оборотни ожидали появления своего короля. Который, кстати, погиб несколько лет назад.

– Странное это племя, – вслух задумался Борис. – Дед очень мало мне о них рассказывал, да и в наших краях их почти нет. Грасс говорил, что они водятся в землях, где живет много смертных, причем есть как врожденные, так и оборотные оборотни.

– Да-да, ты прав, – закивал головой Холанд, – в нашем случае мы встречали оба вида. Значит, действительно, история повторяется: в ближайшее дни произойдет трансформация их короля, и кто им станет, пока загадка.

– Я предлагаю двинуться в путь после полудня: странные у меня предчувствия, думаю, стоит переждать некоторое время в таверне, – предложил Борис, добавив: – Сегодня ночью во сне ко мне являлись Великие Синки. Они сказали, что два других хранителя вчера рано утром покинули войска в провинции Урхан и на быстрых пегасах движутся в нашу сторону. Через день, максимум два, они будут в районе Гладкого озера.

– Надо оставить им здесь сообщение и выступать дальше: времени у нас остается все меньше, – сказал Холанд. – Еще неизвестно, на чьей стороне будут оборотни, и вообще, сколько их прячется в округе. А в полнолуние сила их значительно возрастет, что может сыграть с нами злую шутку. Тем более, если верить твоему сну, кульминация нашего похода произойдет как раз в это время. До полудня оставалось еще около четырех часов. Дабы не терять времени и немного облегчить жизнь горожанам, более половины отряда было направлено проверять ближайшие пригороды и тропы, чтобы уничтожить как можно больше набежавших в городок разбойников. Более сотни бандитов выловили эльфийские дозоры из придорожных канав и оврагов, предав их той же участи, что и их бывших коллег.

Летний день радовал готовых к продолжению похода эльфов и молодых магов. Отдохнувшие и полные сил, всадники весело взбирались на своих посвежевших скакунов и добродушно прощались с гостеприимным хозяином придорожной таверны, пообещав ему обязательно навестить его на обратном пути. В свою очередь, паренек, не перестававший восхищаться смелости и ловкости своих гостей, пообещал переименовать свою гостиницу и назвать ее в честь спасшего ему жизнь отряда. Вергус и товарищи с улыбкой пообещали проверить это при следующей встрече.

Безоблачное небо раскинулось над путешественниками, яркий солнечный диск огромным пятном висел над головами, лаская теплыми летними лучами. Небольшой ветерок развевал гривы коней и лениво трепал плащи, покоящиеся на мощных спинах сотни всадников. Из ближайшего леска к собирающимся в дорогу друзьям доносилось пение птиц, радуя слух и создавая иллюзию спокойствия и беззаботности. Будто и не было войны, будто не умирали каждую секунду десятки человек, отдавая свои жизни в качестве платы за спокойное прошлое. Будто не было недавнего нападения и скорой расправы над неудачливыми разбойниками. Покой и умиротворение разносились легким ветерком по округе, вселяя в души людей уверенность в благополучном завершении тяжелых времен.

– До встречи, дорогой друг, – пожав руку стоявшему напротив хозяину таверны, с улыбкой на лице сказал Вергус. – Веди дело с честью, дабы не осрамить светлую память о твоем отце. Будь достоин этого груза ответственности за семейное дело и судьбы людей, решивших остановиться у тебя на ночлег.

– Спасибо… Спасибо вам большое, уважаемые друзья, – не скрывая искренней благодарности своим спасителям ответил парень. – Все поколения моей семьи отныне будут помнить славный отряд эльфов, освободивший наш род от неминуемого позора и гибели. Теперь всегда эльфы и маги Сказочного леса будут являться почетными гостями на нашем дворе.

Еще не утих поток благодарственных слов из уст спасенного юноши, а стоявшие доселе спокойно кони начали топать копытами и, раздувая ноздри, нервничать, устремляя свои большие глаза на хозяев.

Пение птиц резко стихло; даже ласковый ветер, прохладой трепавший гривы коней, вдруг пропал. Над округой нависла звенящая тишина. Где-то недалеко завыли собаки. Из ближайшего леса до слуха ребят донесся тревожный вой нескольких десятков оборотней, сливающийся в одну холодящую кровь в жилах невольных слушателей песню.

– Что это? – Успокаивая своего коня, тревожно произнес Борис.

– Думаю это то, чего мы ожидали, только наступило оно немного быстрее, – также взволнованно ответил Холанд, оглядываясь по сторонам и устремляя взор к небесам, где начали происходить невиданные многим из ныне живущих вещи. Конечно, эльфы, прожившие сотни, а то и тысячи лет, не раз сталкивались с подобным явлением, но почти всегда оно проходило в более спокойной обстановке и не сопровождалось таким количеством страшных пророчеств.

Небо, еще несколько минут назад лазурно-голубое, стало темнеть, кое-где проступили первые звезды. Большая темная тень медленно закрывала своим телом солнце, погружая окружающий мир в темноту.

– Горе нам! – Закричали служащие таверны. – Боги разгневались на нас и послали тьму, которая поработит наши сердца и высушит души!

– Не поддавайтесь панике, – зычно выкрикнул Борис, выезжая вперед на уже успокоившемся коне. – Свет победит тьму, и Солнце вернется, главное – верить в добро! Главное, чтобы свет всегда жил в ваших сердцах, и тогда любая тьма, в каком бы виде она не была, какие бы проявления ее не представали взору, вам не страшна. Не верьте Тьме, не слушайте ее посланников, которые когда-либо будут сулить вам спасение и вечное счастье! Пусть сила любви и тепло ваших сердец главенствует в этом мире, и тогда ничего не будет страшно нам с вами!

Упавшая на колени прислуга с надеждой смотрела на Бориса. Его магический посох и перстень на руке светились ярким голубоватым светом, вселяя в каждого надежду на благополучный исход.

Солнце тем временем полностью скрылось за черной пеленой, оставив на небе огромную световую корону. Звезды ярким бисером рассыпались по небосводу, нарушая все каноны и вселяя в простых людей страх.

– Свершилось, – утвердительно произнес старший эльф. – Все, что предсказывала Ювелина, произошло. У нас осталось не больше недели: если до полнолуния мы не найдем древний артефакт, этот мир погибнет.

Его слова слышали только те, кому они были адресованы, потому что, если бы их смысл дошел до слуха простых смертных, началась бы большая паника.

– Теперь будем спешить, – тревожно заговорил Борис, гарцуя на коне между воинами и стоящими на коленях простолюдинами.

Яркий луч света вырвался из его посоха и, соединившись с потоком энергии, выделяемым древним кольцом, устремился ввысь, создавая у простых людей впечатление волшбы, направленной на спасение благословенного светила.

Через несколько секунд небольшой яркий луч пробился сквозь черную пелену и зародил в сердцах людей, устремивших свой взор к небу, искру надежды. С каждым мгновением луч увеличивался в размерах, отгоняя все дальше и дальше темное пятно.

Вздох облегчения пронесся над двором: люди заметили, что их обращения и искренняя вера в победу добра возымела свой эффект – тьма отступила, освобождая благодатное солнце от черных оков.

С каждым мгновением жизнь возвращалась на круги своя: сначала пропали невесть откуда появившиеся звезды, потом послышались первые робкие голоса птиц, прославляющих возрождение жизни. Солнце все больше и больше освобождалось от пут и согревало землю своим живительным теплом. Еще через пару минут от темного пятна, заслонившего светило, не осталось и следа. Свет победил в этой недолгой, но очень важной войне за сердца простых смертных.

Хозяин таверны и его подчиненные, присутствовавшие во время необычного явления, завороженно смотрели на вернувшееся солнце и на Бориса, который стал для них самым великим волшебником, когда-либо живущим на земле. Теперь все их знакомые и потомки на много поколений вперед будут знать, как молодой маг силой своего мастерства разрушил злые чары и вернул солнце народу.

– Великий маг, – в один голос заговорили служители таверны, – спасибо тебе за помощь, за освобождение наших умов и душ от ростков Тьмы, которые сумели вселить туда никчемные карнибулы, бродившие в наших местах последние полгода.

– Вот те на! – Удивленно посмотрел на них молодой маг. – И здесь наследили эти карлики! Интересно, есть ли в Афлоте и ближних государствах места, где не слышали и не чувствовали влияния этих созданий?

– Да пребудет с вами Свет, друзья мои, – заговорил Борис, поднимая своего коня на дыбы, – держитесь подальше от этих пожирателей душ. Сегодня вы видели победу Света и доброты, и так должно быть всегда, во веки веков. Помните: только от вас самих будет зависеть счастье вас и ваших детей, только ваш выбор спасет мир от разрушения.

Произнеся эти слова, Борис жестом скомандовал давно готовым к выступлению всадникам выдвигаться. Ровные ряды благородных эльфов, чуть сдерживая своих быстрых коней, галопом понеслись к выходу из постоялого двора и стали удаляться за поворотом уходившего далеко на запад Центрального тракта. Туда, где ждали их новые приключения, новые трудности и встречи с врагами этого доживающего последние дни мира.

Чуть в стороне от уносящегося вдаль отряда, не боясь солнечного света и не страшась быть обнаруженными, со скоростью, равной скорости эльфийского войска, мчались два десятка огромных серых оборотней. Что вело их, какие цели преследовал их предводитель, сказать не мог никто. Даже сами оборотни не могли бы объяснить, что тянуло их за удаляющимся на запад отрядом. Но звериное чутье и человеческий ум ясно шептали им то, что не стоит удаляться от эльфийской конницы: именно она приведет их к тому, кто следующие несколько сотен лет будет их вожаком. Тому, кто вдохнет новую жизнь в разрозненное и неорганизованное племя врожденных и тем более оборотных оборотней.

Дорога ровной стрелой тянулась на запад, пробираясь мимо огромных возделанных полей и сквозь густые леса, пересекая мастерски перекинутыми мостами глубокие овраги и тихие равнинные реки, устремляя свое мощеное камнем тело далеко к горизонту.

После дневного происшествия с пропавшим солнцем людей на оживленной дороге стало заметно меньше. Даже небольшие отряды королевской армии теперь пытались собираться в соединения покрупнее, и уже центуриями, а еще лучше – целым манипулом двигаться к точке назначения. Вот и сейчас быстро скачущий отряд за несколько часов пути повстречал не больше сотни легионеров короля, да примерно три каравана общей численностью не более пяти десятков человек; одиночных путников вообще встретилось не более семи человек.

Все чаще стали попадаться небольшие деревни, жители которых опасливо выглядывали из-за невысоких заборов, провожая глазами необычных всадников, быстро проносящихся вдаль.

– Привал! – Через несколько часов скачки скомандовал Холанд. – Пора дать лошадям отдохнуть, а то ведь изведем бедняг.

Друзья остановились на небольшой площадке на окраине огромного поля, отделенного небольшой речушкой от начинающегося за ней леса. Дневной зной начал спадать, хотя до захода солнца было еще довольно далеко. Эльфы решили отдохнуть и перекусить, а потом продолжать путь до самого захода солнца. Медлить было нельзя: до исполнения пророчества оставалось не более недели, а местонахождение ларца эльфы представляли только по сну Бориса.

– Вы чувствовали их? – Тревожно озираясь по сторонам, заговорила девушка. – Я всю дорогу ощущала на себе пристальные взгляды десятков глаз, где-то в лесной глуши. Вот и сейчас они снова смотрят на нас…

– Да, – согласился с любимой Борис, – я тоже чувствовал эти взгляды, правда, вражды и злобы в них не замечал, просто интерес и какое-то участие. Не знаю, чем и как, но они связаны с нами, хотя Великие Синки ни слова не говорили о них.

– Будем держать их под контролем: усилим наряды во время привалов, установим магические ловушки, в общем, будем делать как всегда, – подхватил разговор Холанд. – Будем бдительны и осторожны, дабы не обрывать свой путь по недогляду или какой иной оплошности.

– Верно говоришь, дружище, – подтвердил Вергус, – так и поступим. Тем более я еще после таверны наблюдаю за этой группой. Шустро идут, и самое главное – в дневное время, не страшась ни солнца, ни людских глаз.

– Насчет солнца ты прав, – улыбнулась Рианис, – а вот насчет людских глаз – спорный вопрос. Последнее время нечисть вообще ничего не страшится. Открыто бродят по Светлым землям, нападают на поселения и даже вооруженные отряды. Смутное время грядет, ох, недоброе время близится, – тяжело вздохнула девушка. – Чувствую, еще повоюем, пока загоним всех по отведенным им создателем берлогам.

Перекусив и пополнив запасы воды, грозный отряд вновь тронулся в путь, оставляя за собой сотни ярдов пути, напуганных путников и поднимая над мощеной дорогой клубы пыли. Ребята спешили к цели: теперь время было для них самым ценным ресурсом на свете, каждая секунда, каждый час был ценнее любой меры золота…

До заветной деревни, около которой отряд Бориса планировал свернуть в лесную чащу, оставались примерно сутки пути. Поэтому после того, как солнце, так напугавшее сегодня жителей Афлота, опустилось за горизонт и ночная тьма медленно заступила в свои права, отряд эльфов остановился, решив провести ночь на воздухе – на берегу маленького озера. Широкое поле и отсутствие больших насаждений поблизости немного оберегало друзей от возможных атак со стороны незваных гостей, но в то же время небольшая роща вокруг одинокого озера позволяла скрыть спешившихся всадников и пасущихся лошадей. Разведя костры и приготовив ужин, уставшие за день воины плотно и быстро поели – на этот раз без долгих разговоров и шуток, на которые просто не оставалось сил. Усиленные посты окружили лагерь плотным кольцом, защищая его членов от любого возможного врага. Все остальные быстро улеглись и погрузились в волшебный живительный сон, который восстанавливает силы и приводит в порядок встревоженные мысли.

Рианис тихо посапывала рядом с Борисом, который уже долгое время не мог уснуть. События сегодняшнего дня свирепым ураганом крутились в голове, никак не укладываясь в четкий хоровод. Постоянные нападения активизировавшихся разбойников, нападения Темного Магистра и его орков, мелкие карлики и Темный Властелин, да еще невесть откуда появившиеся оборотни, которых на своем недолгом веку он видел всего один раз – когда вместе с дедом путешествовал в дебрях Сказочного леса. А тут – аж несколько десятков средь белого дня идут за ними след в след, при этом не предпринимая никаких попыток к нападению или налаживанию контактов.

Ласково освободившись от объятий возлюбленной, парень отодвинулся чуть в сторону и сел на землю. Высоко в небе спокойным светом сияла луна, начавшая прибавлять себе вторую четверть, в озерной воде тихо плескалась какая-то рыба, весело квакали лягушки, создавая у слушателей иллюзию спокойствия и гармонии. В этот момент, казалось, не было причин для тревоги: любимая рядом, мир пока цел и невредим, но что-то неистово тянуло Бориса в сторону от лагеря. Кольцо, полученное от духов стихий, слабо и спокойно поблескивало, не давая повода остерегаться какой-то опасности.

Следуя зову сердца, молодой маг медленно пошел на юг. Пройдя посты, тем самым сильно взволновав дежуривших эльфов, он все дальше углублялся в пшеничное поле.

Луна молчаливо нависла над головой, ровным светом освещая огромное пространство. Ночной воздух, наполненный запахом трав, пьянил парня, навевая воспоминания о совсем недавней мирной жизни. Где-то совсем рядом не унимались сверчки, поющие свою долгую песню. Окружающий мир жил своей жизнью и ему было совершенно безразлично то, как живут и чего боятся существа, наивно считающие себя высшими – теми, кто, по собственному мнению, имеет право вершить судьбы и управлять бытием, влиять на окружающий мир и устанавливать свои правила… А ведь если честно, то эти высшие существа сами являются частью этого мира, и процессы, происходящие в нем, во многом влияют на самочувствие и вообще само существование данных личностей.

Борис остановился. Множество мыслей крутилось в его голове, одна быстро сменяла другую, не давая своей предшественнице раскрыться полностью и быть реализованной во внешнем мире. Одно только понимал молодой маг: надо спешить, чтобы как можно быстрее найти этот злосчастный ларец.

Ставший постоянным спутником Бориса магический посох, как всегда, уверенно покоился в правой руке, на левой же красовался необычный подарок. Остановив на нем взгляд, молодой маг вновь провалился в свои мысли, но увеличившееся свечение древнего артефакта моментально вывело его из оцепенения и заставило наконец-то внимательно оглядеться по сторонам.

Прямо напротив него в лучах нарастающей луны стояло три огромных серых волка. Их большие зубастые пасти находились на уровни груди не маленького Бориса, мощные когтистые лапы уверенно стояли на немного примятых стеблях пшеницы. Шерсть в лунном свете отливала серебром. Глаза уверенно и без признаков злости или гнева прямо смотрели на молодого парня. Именно по ним он понял, что перед ним не обычные лесные обитатели, а именно те, кто в течение всего дня преследовал отряд.

– Здравствуй, Борис, – звучно заговорил стоявший чуть впереди представитель столь странной и малоизученной расы; судя по всему, он являлся предводителем этой стаи.

– Здравствуйте, уважаемый, – вежливо ответил парень, опуская поднятый им мгновение назад посох.

Враждебности или иной угрозы со стороны оборотней не чувствовалось, да и перстень, регулярно извещающий о грозящей опасности, по-прежнему спокойно поблескивал в лучах ночного светила.

– Тригус мое имя, достойнейший, – все также спокойно и уверенно продолжил оборотень. – В свое время я был правой рукой нашего короля, и вот теперь оберегаю порядок и покой нашего народа.

– Так кто же вы? – Уже дружелюбнее заговорил молодой волшебник, осознавший, что появившиеся существа являются скорее союзниками, чем врагами.

– Борис, – снова заговорил Тригус, – мы – оборотни, представители древнего народа, который ведет свою историю уже многие тысячи лет. Как ты, наверное, знаешь, наш народ делится на две группы. Первая – это те, кто большую часть своей жизни живет обычным человеком, а в определенные дни может обращаться в оборотня. Таких большинство, они живут среди вас, и часто даже самое ближайшее окружение не догадывается об их истинном лице. Но есть и вторая группа – мы, кто может обращаться в зверя в любое удобное ему время, будь то солнечный день или безлунная ночь. Но, правда, чем ближе полная луна, тем больше сил она нам дает. Я и мои братья относимся именно к таким, истинным оборотням, являющимся элитой нашего народа.

Борис внимательно слушал речь своего собеседника: история и жизнь народа оборотней были ему неизвестны, поэтому каждое слово молодой маг впитывал, словно губка.

– Многие века мы живем на земле Маглендола, не вмешиваясь в дела населяющих его существ, – продолжил Тригус. – Многие думают, что мы – приспешники Темной стороны магии, но это не так: мы не относимся ни к той, ни к другой группировке, мы живем сами по себе. Во главе нашего племени всегда стоит король, который неизменно правит нами многие сотни лет. Откуда он берется и куда уходит не знает никто, но каждый из нас чувствует его власть над собой, над всем народом безоговорочно. Как только он появляется, каждый из нас уже знает, что это наш Король, тот, кто будет вести наше племя к светлому будущему.

– Для чего вы рассказываете мне это, что вам нужно от меня? – Удивленно посмотрел молодой маг в огромные, излучающие силу и мудрость волчьи глаза.

– Несколько лет назад, – продолжил гость, оставив вопрос собеседника без ответа, – наш король ушел, передав управление народом мне. Перед своим уходом он сообщил, что через несколько лет, в день полной луны, спустя неделю после исчезновения солнца мы обретем нового короля, который будет верой и правдой служить нашему народу. Несколько дней назад мы почувствовали, что этот момент близок. Сила короля вела нас и прошлой ночью натолкнула на ваш отряд.

После короткой паузы оборотень продолжил.

– Весь день мы шли по вашим следам, не отставая ни на ярд. Несколько раз встречали сидевших в засаде лучников, желавших помешать вашему продвижению. Конечно, после встречи с моими воинами они уже никогда не причинят вам вреда. И только после восхода сегодняшней луны я понял, что так тянуло нас за вами.

– Что? – Удивленно произнес Борис. – Что вас тянуло?

– Вы связаны с нашим Королем, только как и каким образом, мы пока не можем понять. Поэтому я взял на себя риск вызвать тебя на разговор сегодняшней ночью. От его результатов будет зависеть, в какой форме мы будем сотрудничать, и будем ли вообще. Я могу сказать лишь одно: пока мы не поймем, что связывает вас с Королем, мы будем следовать за вами, явно или тайно, до конца.

Парень молчал. Появление новых необычных союзников в столь тяжелой войне являлось очень приятным подарком, но можно ли доверять оборотням? Слова о том, что они уничтожили несколько засад, были существенным плюсом, к тому же ставший уже верным помощником древний артефакт не выказывал никаких признаков беспокойства…

– Я думаю, – улыбнулся Борис, – дружба с вашим народом принесет много пользы нашему отряду, поэтому я прошу вас с завтрашнего дня открыто следовать рядом с нами.

– Я преклоняюсь перед вашим умом, – чуть склонив голову, проговорил Тригус, – мы с превеликим удовольствием вошли бы в число ваших спутников, но, думаю, наше путешествие по главному тракту очень смутит простых обывателей. К тому же, находясь мы в лесу, мы будем более полезны нашему общему делу.

– Я согласен с вашими доводами, друг мой, – также склонив голову, учтиво произнес молодой маг, – но имейте в виду: я и мои спутники всегда будем рады видеть вас рядом с нами.

Кивнув на прощанье, старший из оборотней сделал несколько шагов назад и, обернувшись, быстро скрылся в темноте. Последовавшие его примеру два других зверя исчезли спустя пару мгновений вслед за своим лидером.

Вернувшись в лагерь, Борис быстро лег рядом с любимой и крепко уснул.

Прошедшая ночь не принесла более никаких сюрпризов. Появившиеся союзники надежно стерегли подступы к лагерю эльфов, позволив последним немного расслабиться и хорошо отдохнуть.

– Борис, – строгим голосом заговорила Рианис во время завтрака, когда вокруг небольшого костра сидели лишь близкие молодым людям товарищи, – рассказывай всем нам, где ты пропадал ночью. Я, видите ли, проснулась из-за того, что мне очень сильно дуло в спину, которую кто-то обещал греть всю ночь. А нарушителя обещаний не было и в помине. Теперь объясняй нам, что ты делал ночью в поле.

Лукавая улыбка и искорки в глазах заставили молодого человека немного смутиться. Он и сам собирался рассказать о нежданом визите оборотней, ставших новыми союзниками отряда, но такое начало он не предвидел. Конечно, его не обидели слова девушки, хотя их и можно было принять за ревность.

– Ну, дорогая, – начал он, тоже лукаво улыбаясь, – не ожидал от тебя такого поворота событий, ничего от тебя не скроешь!

– А ничего и не надо скрывать, любимый! – Улыбнулась в ответ Рианис. – Мы же с тобой – не простые крестьяне, можем многое увидеть и почувствовать.

– В общем, было так, – после этого краткого вступление молодой маг подробно изложил товарищам события последней ночи.

– Интересно, – задумчиво выдавил из себя Холанд, – нежданно-негаданно у нас появились союзники, причем такие, которым можно позавидовать. Несколько веков назад я был свидетелем того, как два десятка подобных существ схлестнулись с пятью сотнями отборной стражи одного из былых королей. Из той армии в живых осталось не более нескольких десятков, и то лишь те, кто предусмотрительно покинул поле боя.

– Если они еще не напали на нас, – добавил Вергус, – да и твой амулет не выказывал тревоги, думаю, им можно доверять. В нашем положении надо быть довольным любому мало-мальски сильному союзнику, не говоря уже о такой грозной силе, как несколько десятков оборотней.

В продолжение всего разговора Рианис молча сидела около Бориса и крепко держала его за руку, понимая, что ее любимый никуда он нее не ушел бы, если бы это не было в интересах отряда.

– Думаю, нам пора, – встал со своего места Холанд, – до вечера надо добраться до поворота на север. Наши союзники будут нам хорошим подспорьем в поисках.

Уже через четверть часа стройный отряд отдохнувших и полных сил воинов быстро двигался по дороге.

День прошел спокойно: солнце дружелюбно светило в небе, радуя окружающих собой после внезапного, перепугавшего всех исчезновения. Ветерок нежно ласкал лица, обдавая всадников прохладой. Благодатная тень, отбрасываемая высокими, росшими на придорожных аллеях деревьями, сохраняла силы и веселый дух боевого эльфийского отряда. Небольшие поселки и крупные селения все чаще попадались на пути Бориса и его товарищей. Правда, все они располагались чуть в стороне, а у тракта лишь таверны с заманчивыми вывесками ласкали глаз, заманивая уставших посетителей предложениями вкусной еды и мягкой постели. Пару раз за день на связь выходил Тригус, который сухо докладывал о том, что его отрядом уничтожена очередная банда разбойников, ожидающая кого-то недалеко от дороги.

– Привал! – Громко скомандовал Холанд, останавливая отряд после долгого дневного перехода. – На сегодня хватит, завтра будем менять маршрут.

Отряд действительно совершил за этот день очень продолжительный переход, преодолев столько, сколько преодолевал за пару дней в обычном темпе. Подобный результат Борис и его товарищи смогли показать лишь потому, что утром решили не выставлять боковые дозоры. Ранее они сопровождали основную колонну, следуя по полю или лесной чаще, что существенно задерживало продвижение. Теперь же, положившись на оборотней, отряд существенно ускорил ход. Разместившись на ночлег, друзья уселись вокруг костра, решая не обременять себя более проживанием в тавернах и иного рода жилых помещениях. Небольшой совет начался как обычно, единственным нововведением было появление Тригуса и двух его неизменных спутников. Обсудив дневные проблемы и поведав новому союзнику цель своего путешествия, ребята сильно удивились, когда он сообщил, что знает место, где сокрыто тайное зло. Именно там последние несколько тысяч лет происходит обретение нового Короля его народа, поэтому вожак оборотней с удовольствием укажет его искателям. Скорым шагом по лесистой местности, окруженной болотами, с такими опытными проводниками, как Тригус и его племя, отряд эльфов должен был дойти к указанной точке как раз к полнолунию. Что и решено было сделать.

Сердце Бориса сжалось, когда Тригус озвучил сроки путешествия. Именно полнолуние фигурировало в его видениях, как момент встречи с Темными силами. Именно полнолуние решало судьбу его мира. Теперь он не сомневался, что все завершится уже очень скоро. До финального сражения оставалось пять дней.

Глава двенадцатая

С момента ухода из лагеря прошло уже больше двух суток. Отряд, насчитывающий три сотни воинов и магов под предводительством короля Артура и его друга Моргана, быстро продвигался на метлолетах и могучих пегасах в облаках, оставляя под ногами одну милю за другой. Примерно через день летучий караван должен был достичь окрестностей Глубокого озера, где в одной из таверн, когда-то облюбованных его отцом, решено было остановиться и немного отдохнуть. Лишь иногда воины спускались на землю, чтобы перекусить или совершить ночной привал. Вот и сейчас, пролетев уже не менее пяти часов, Артур дал приказ отряду снизиться и остановиться. В тот самый момент, когда обед был готов и дежурные солдаты разливали горячую похлебку по мискам товарищей, свершилось то, что так сильно напугало всех жителей страны, – погасло солнце. Опытные воины личного манипула короля не показали ни капли испуга или озабоченности: они были лучшими бойцами королевства и понимали, что если какие-то явления, происходящие в природе или обществе, не вызывают беспокойства их непосредственных командиров, на них не стоит обращать внимание. Тем более что исчезнувшее светило уже через пару минут вновь появилось на голубом небе.

– Вот и свершилось, – выдохнул король, обращаясь к товарищам, стоявшим рядом с ним и с аппетитом уплетающим вкусную еду. – На дневном небе появились звезды, и солнце исчезло с небосвода. Начался отсчет последних дней жизни этого мира.

Друзья поняли все, что хотел сказать король, поэтому, быстро пообедав, отряд вновь взлетел к небесам и продолжил свое путешествие.

Остаток дня прошел в тишине. Лишь несколько раз товарищи перекидывались какими-то обычными фразами – не было разговоров о предстоящем сражении, не было и обсуждений произошедшего. Спустившись вечером на привал и выставив караульных, отряд погрузился в сон, чтобы следующим утром вновь взмыть к небесам и продолжить свой путь.

– Снижаемся! – закричал Артур, указывая Ивлину на большой постоялый двор, раскинувшийся у них под ногами. Впереди в лучах заходящего солнца блестела поверхность Гладкого озера, ровным зеркалом уходящая далеко на север. У западного берега в нескольких лигах от городка начиналась горная цепь, опоясывающая озера.

– Милорд, – заговорил центурион, – необходимо выслать разведчиков, дабы проверить таверну на безопасность.

– Да полно тебе, – с улыбкой отмахнулся от Ивлина король, – у нас триста отборных легионеров, там надо когорту спрятать, чтобы напугать нас.

– Но, милорд, – попытался возразить Ивлин, – когорты, возможно, будет и мало, чтобы сломить наш манипул и центурию Петруса, но одной стрелы, пущенной одиноким мстителем из укромного места, будет вполне достаточно, чтобы лишить государство короля, а армию – предводителя. А если учитывать цель нашего путешествия, то и мир рискует остаться без одного из своих спасителей.

– Дружище, – немного смутившись, ответил король, – я чувствую, что таверна свободна и ничто не угрожает нам в ее стенах. Но если ее осмотр перед нашим приземлением тебя успокоит, сделай это.

Уверенно кивнув головой, центурион с десятком воинов камнем бросился вниз, чтобы осуществить все необходимые мероприятия.

Выждав несколько минут, чтобы не расстраивать своего друга, король приказал отряду спускаться на широкий двор постоялого двора.

Знакомый двор, где король был еще юношей в прошлую войну, когда путешествовал в сопровождении отца, почти не изменился. Единственное, что привлекло внимание короля – это новый хозяин, поведавший историю гибели своего отца, а также новая вывеска, которую как раз в этот момент вешали рабочие. «Эльфийская застава» – было выведено на ней.

– Дружище, – улыбнулся король, прочитав новое название таверны, – откуда у тебя такие фразы в голове зарождаются?

– Ваше величество, – поклонился паренек, – так и не может быть иных фраз! Лишь позавчера в мой двор въехало восемь всадников, из которых семеро было эльфами. Они освободили меня и моих людей от банды, засевшей у нас и планомерно убивающей посетителей. Именно они убили Кровавого Джо, которого не мог победить ни один силач в округе. А после этого нас навестила еще почти сотня перворожденных.

– Вот как, – удивился король, подумав про себя, не отряд ли Бориса освободил незадачливого трактирщика. – А сколько среди них было людей?

– Так трое и было, Ваше величество, причем одна из них девушка, Рианис ее зовут, а парней – Борис и Вергус.

– Все понятно, – поблагодарил разговорчивого хозяина король, отдавая приказ одному из солдат щедро вознаградить юношу, – это наши друзья, и именно их мы ищем. Ты говоришь, у тебя останавливались сто эльфов, а сегодня нас – три сотни, причем личной гвардии короля.

Владелец постоялого двора поклонился еще ниже, раздавая приказы своим подчиненным.

– Милорд, все номера сегодня будут в вашем распоряжении, причем абсолютно бесплатно. Вы – наш король, и визит столь высокой персоны в стократ окупит все понесенные мною расходы, став рекламой моему заведению.

– Шустрый ты парень, – засмеялся Артур, – далеко пойдешь! Мы останемся у тебя до утра, а завтра с первыми петухами снова отправимся в путь. Размести всех, кого сможешь, а остальные встанут лагерем вокруг изгороди.

Вечер и ночь прошли спокойно, отличный ужин и мягкая постель на несколько часов перенесли воинов в мирную и беззаботную жизнь – туда, где не надо смотреть в глаза врагу и отбиваться от его назойливых ударов, туда, где не надо добиваться соблюдения справедливости, крепкой сталью доказывая свою правоту.

Проснувшись ранним утром и позавтракав великолепной домашней выпечкой, грозный отряд короля продолжил свой путь, уже к вечеру планируя соединиться с силами Бориса, два дня назад покинувшими таверну со звучным названием «Эльфийская застава».

Скорость движения пришлось замедлить, так как разведывательные отряды начали постоянно сталкиваться с небольшими группами карнибулов, которые бесстрашно курсировали под облаками в разных направлениях. Эти отряды блокировались магией чародеев Скрытого города и истреблялись без суда и следствия воинами короля. В период войны любой враг, находящийся в глубине страны, был страшнее десятка подобных, противостоящих армии на поле боя. С последними ты точно знаешь, что делать и как поступать, а также предвидишь, с какой стороны может быть нанесен удар; а с тайным врагом внутри страны ты знаешь, что делать, но не знаешь, где и когда ждать подлого удара в спину.

К исходу второго дня показался небольшой городок, от которого исходила магия, родственная магии амулета Артура и кинжала Моргана. Опустившись на землю, отряд короля с помощью магов Петруса установил, что еще сегодня утром тут находился Борис и его сотня эльфов; с рассветом же след союзников уходил по небольшой тропе в самую чащу дикого леса – туда, где, согласно картам провинции, должны были находиться огромные территории необжитых лесов с множеством болот, пугающих местных жителей своими труднопроходимыми бродами и страшными духами, а также причудливыми животными и даже чудовищами.

На небольшом совете решено было переночевать в городке, а уже с утренним светом отправиться по следу отряда Бориса, который не должен был уйти далеко.

– Не могу понять, зачем Борис повел своих воинов вглубь леса, – задумчиво заговорил Артур, сидя около костра и обращаясь к Моргану и сидевшим тут же Ивлину, Петрусу и Коруму.

– Он маг, – ответил командир Свободного войска, – может быть, почувствовал что-то, или видение было.

– Ох, не знаю, не знаю, – покачал головой король. – До полнолуния осталось четыре дня. Где искать ларец, лично я пока ума не приложу.

– С ним сотня моих собратьев, – гордо вступил в разговор Корум, – они найдут выход из ситуации. Если отряд подойдет к ларцу близко, кровь наших предков подскажет дорогу.

– Это очень хорошо, – улыбнулся король, чуть меняя тему разговора. – Мне интересно: ларец мы должны будем втроем искать или вместе только открывать?

– А вот это нам не ведомо, как не ведомо моей госпоже, – серьезно заговорил Петрус. И продолжил: – …Которую, мне кажется, мы очень скоро увидим.

– Тяжелая битва нас ожидает, – вороша угли костра, грустно и немного задумчиво сказал Артур. – Многие не вернутся из этого боя. Мне уже несколько дней с того момента, как мы покинули лагерь, снятся странные сны. Я вижу свой замок, вижу свою семью, но никак не могу подойти и окликнуть их. Каждый раз это происходит ночью, я вижу большую луну и слышу жалобный вой волков.

– Очень странный сон, тем более, если он повторяется несколько ночей, – тяжело вздохнул Петрус. – Тебя это очень угнетает, в твоей душе идет борьба, и что победит, знаешь только ты.

– Еще я чувствую и слышу постоянно волчий вой. К чему это и с чем связано, волнует меня еще больше, чем сны про семью. Мне кажется, они зовут меня, причем это голос не одного, а целой стаи.

– Это тоже очень странно, – отозвался Корум. – Есть только одно племя, которое обладает огромными магическими способностями и способно проникать в сознание людей, – это племя оборотней. Это обособленное, мало изученное и почти не контактирующее с другими сообщество, со своими законами и иерархией. Я несколько раз сталкивался с ними во время своих путешествий, и ничего плохого сказать о них не могу.

– Одержим победу над Тьмой, – встрепенулся Артур, словно скидывая с плеч груз нависших забот и проблем, – тогда и будем разбираться со странными снами и различными голосами в голове.

– Вот это правильно, – ободряюще кивнул Морган, – не до снов нам пока.

– Кстати, Артур, – спокойно произнес Петрус, – я чувствую присутствие оборотней в отряде Бориса, причем встретились они именно в этом месте. Далее их следы идут рядом.

– Странно, очень странно, – вновь вздохнул король, но тут же взял себя в руки и перевел разговор на отвлеченные темы.

После недолгой беседы отряд отошел ко сну. Усиленная магическая охрана вместе с удвоенными караулами Ивлина, сменяющими друг друга каждые два часа, позволила воинам восстановить силы и приготовиться к основному этапу путешествия. Друзья понимали, что уже сегодня к полудню они нагонят отряд Бориса, и следующие несколько дней проведут в пешем строю или передвигаясь с низкой скоростью на небольшой высоте.

С первыми лучами утреннего солнца ровные прямоугольники летунов и магов Скрытого города поднялись в воздух и на небольшой скорости полетели вдоль узкой тропы, змейкой уползающей в чащу дикого леса. Двигаясь по ней, отряд уже через несколько часов должен был нагнать своих союзников, с которыми плечом к плечу предстояло дать бой, решающий судьбу этого мира.

– Борис! – раздался громкий голос Холанда. – Разведчики засекли в небе несколько сотен приближающихся к нам существ. Они движутся с востока!

Ненадолго активировав магическое зрение, молодой маг успокоил боевого товарища:

– Не переживай, дружище, – это те, кого мы ждали. Я чувствую магию сродни магии моего кольца; в этом отряде летят оба хранителя.

Узкая тропа, где плечом к плечу могло проехать не более двух всадников, извиваясь между небольшими холмами и оврагами, тянулась вглубь леса. Со слов оборотней, уже завтра утром, если скорость движения не уменьшится, отряд должен будет войти в полосу болот, где тропа сузится до ширины одного всадника, снизив тем самым темп движения. А пока на пути Бориса и его товарищей попадались даже небольшие поляны, на одной из которых и произошла встреча трех хранителей.

– Снижаемся! – Скомандовал Артур, опуская своего пегаса на широкую поляну, где его уже ожидало несколько десятков всадников и три огромных волка.

– Приветствуем тебя, король Афлота, и тебя, славный воин, – поклонившись, произнес Борис.

– И мы рады повстречать тебя, Борис, – столь же уважительно склонил голову король. – Могучая Мэрилин поведала о том, что Судьба уготовила нам общее дело, к исполнению которого мы должны приступить немедленно.

– Ты прав, Артур, – трогая поводья и заставляя коня двинуться вперед, согласился Борис, – у нас осталось не так уж много времени, а дорога предстоит длинная.

– Мы не знаем, куда лежит наш путь, – вздохнул король, – во снах мне виделись только болота, ночь и луна.

– Меня тоже посещали подобные видения, но совсем недавно у нас появились новые союзники, которые точно знают, где покоится древний ларец. Они и проводят нас к нему.

В этот момент доселе молчавшие оборотни слегка выступили вперед, кивком приветствуя новых спутников.

Разговор между тремя хранителями древних артефактов длился весь остаток дня: каждый из них поведал товарищам свою историю обретения магических предметов, изложил разговоры с Великими Синками, а также поделился соображениями по поводу предстоящего сражения, которое должно было состояться со дня на день.

За подобными обсуждениями прошли оставшиеся дни. Самые опасные болота, которые благополучно были пройдены благодаря опыту и знаниям оборотней, остались позади. Впереди хоть и встречались болотистые участки, но они уже были не столь обширными. В такой обстановке конный отряд Холанда мог с легкостью вступить в бой с любым противником, хотя выучка эльфийских воинов позволяла им сойтись с врагом и в пешем строю. На протяжении всех этих дней люди Ивлина и Петруса прочесывали лес, фиксируя и уничтожая все проявления чужеродной магии. Несколько сотен карнибулов, рассредоточенных по всей округе небольшими группами, были вырезаны, даже не успев понять, откуда их атаковали. Трижды боевые десятки короля встречали немногочисленные отряды орков, которые тоже невесть как оказались в здешних краях.

Утром последнего дня, когда до места, указанного оборотнями, оставалось еще очень далеко, хранителям артефактов пришлось держать совет о том, как поступать дальше. Решено было оставить отряд Холанда и продолжить движение вместе с оборотнями: по знакомым местам Тригус с сородичами мог развить скорость, которая позволила бы хранителям уже к заходу солнца оказаться в нужном месте, а отряд Ивлина и Петруса мог бы легко сопровождать их, заменив несколько воинов на Бориса, Рианис и Вергуса.

Остаток дня прошел в необычайной гонке: по земле быстро неслись два десятка оборотней, мелькая серыми шкурами между деревьев, а в небе на небольшой высоте летели три сотни летунов, к коим стали себя причислять и маги Скрытого города. Серые и фиолетовые плащи развевались в потоках встречного ветра, зоркие глаза неустанно смотрели по сторонам, одновременно следя за маршрутом, прокладываемым их товарищами по земле. Вокруг чувствовалось присутствие чужеродной магии.

Еще пару дней назад маги Петруса и друзья Бориса рассказали Артуру о том, что ощущают постоянное присутствие темных сил, которые не проявляются явно, а словно со стороны наблюдают за отрядом. Решив, что финальный бой все равно состоится, друзья перестали обращать на незримых Темных внимание, хотя постоянно контролировали уровень их магии. И вот сегодня после полудня, когда отряд уже двигался новым составом, светлые волшебники с тревогой начали замечать все возрастающее магическое волнение. Впрочем, это не удивляло, ведь Темный Властелин прекрасно знал суть древнего пророчества и готовился не допустить его исполнения, завладев ларцом раньше трех хранителей.

Солнце медленно уходило за горизонт, раскрашивая макушки вековых деревьев в оранжево-красный цвет. Первые звезды стали появляться на сереющем небе, а отряд летунов, следующий за неутомимыми оборотнями, все летел к своей цели. Наконец, преодолев очередную полосу болот, Тригус остановился на широкой поляне. Полная луна уже показалась на горизонте.

– Успели! – Тяжело дыша, прорычал он. – Мы на месте. Теперь нам необходимо покинуть поляну, чтобы не мешать вам совершать древний ритуал.

Разгоряченно дыша, два десятка огромных зверей медленно скрылись в густых ветвях стоящих чуть в стороне деревьев.

Артур и его друзья спешились, оставив кружить в воздухе сотню летунов и пять десятков магов Петруса.

Амулеты, переданные друзьям высшими магами этого мира, ярко светились голубоватым светом. До того момента, как ночное светило появится над поляной, оставалось не более получаса.

Широкая, окруженная со всех сторон обширной полосой болот и густым, почти непроходимым лесом древняя поляна имела почти идеальную круглую форму. Много веков назад здесь, среди глухих болот и дремучих лесов, высилось какое-то сооружение, по неизвестным причинам оставленное живыми существами и благополучно разрушенное проливными дождями и порывистыми ветрами. Лишь щербатый фундамент да остатки стен говорили о том, что здесь когда-то находилось нечто рукотворное.

– Вот мы и на месте, – спокойно произнес Артур, оглядываясь по сторонам. – Что делать и с чего начинать, я не знаю.

С каждым мгновением магический свет их артефактов усиливался, незримые реки лунного свечения полились между камнями.

Все ярче и отчетливее чувствовалось присутствие темных сил, огромным молотом нависших над головами присутствующих воинов.

– Время покажет, – выдохнул Борис, обходя древние руины со всех сторон. – Безусловно, то, что мы ищем, находится под этим сооружением, а дорогу к нему явит нам полная луна.

Ночь темной пеленой накрыла землю. Люди Артура решили не разводить костров – огонь был без надобности, так как в свете луны отчетливо просматривалось все вокруг, а враг, которого ожидали друзья, не стал бы подкрадываться незамеченным.

– Артур, – раздался встревоженный голос Петруса, – тайные тропы переполнены: через несколько минут будет прорыв темных сил. Сам Темный Властелин с лучшими магистрами следует сюда. Помимо множества магов, скоро здесь будет не менее нескольких тысяч орков.

– Никто не сомневался, что сегодняшняя ночь не пройдет легко, – обнажая клинок, спокойно ответил Артур. – Борис, я думаю, только тебе суждено понять, как нам добраться до ларца и опередить Темных.

Ураганный ветер в одно мгновение заполнил поляну, темные тучи закрыли почти все небо, лишь каким-то чудом не заняв тот его кусок, где властно красовалась луна. Множество молний, словно огромные струны, с треском наполнили пространство, открывая не менее полутора десятков порталов, подобных тем, которые Артур и Морган видели на горном перевале.

Десятки орков с воем стали выбегать из выходов с Тайных троп, заполняя все пространство напротив полутора сот воинов короля, стоявших рядом с руинами, высоко и гордо подняв свои острые мечи. Ни один мускул не дрогнул на их лицах, каждый из бойцов стоил десятка выставленных против них врагов. И вот появился он – тот, кого еще несколько дней назад лицезрели Артур и Морган среди скал Зубастого Хребта. Рядом с Властелином гордо шествовали несколько магистров, среди которых Борис заметил своего кровного врага: Хриптон, убивший его деда, спокойно стоял по правую руку от своего господина. Помимо них, на поле боя вышло несколько десятков магов рангом поменьше.

Оценив ситуацию и поняв, что так просто эта битва им не дастся, тем более что орки и младшие маги продолжали выходить из порталов нескончаемым потоком, Артур взглянул на Властелина, желая применить проверенный веками прием доверительной беседы, дав тем самым лишних несколько минут Борису, погрузившемуся в магический транс.

– Приветствую тебя, Владыка, – спокойным и уверенным голосом произнес король. – Ты все-таки решил составить нам компанию в поисках древней тайны? Только вот не многовато ли воинов сопровождает тебя?

Громкий смех разнесся над ночной поляной, холодными волнами уносясь в дремучую чащу.

– Ты же знаешь, мой дорогой Артур, – тяжело дыша, хрипящим голосом заговорил Темный, – сколь дорог мне тот предмет, который вы желаете извлечь. Многие тысячелетия я искал его по всему Маглендолу, мои слуги разыскивали его во всех лесах Афлота, обыскивая каждый куст, и наконец, я нашел его! Ничто не помешает моему триумфу – даже столь почетные гости, как вы.

– Не будем нарушать тот ход истории, в который хочется верить вам, – продолжил Властелин. – Чтобы избежать ненужных и неловких казусов, я привел сюда своих учеников, которые займутся вами и этим миром сразу после обретения мною силы древнего артефакта.

– Может, будет и так, – все также спокойно произнес король, боковым зрением наблюдая за Борисом, который, сидя с закрытыми глазами, чему-то весело улыбался. – Но прежде, чем получить желаемое, тебе надо будет остановить нас.

– Не думаю, что это проблема, – с ноткой ехидства произнес Темный. – Именно этим сейчас и займутся мои товарищи.

Резко оборвав разговор, Темный махнул рукой – и сотни орков, размахивая острыми мечами, с места ринулись в бой, желая с наскока уничтожить жалкие полторы сотни серо-фиолетовых воинов. Одновременно с ними маги Властелина и карнибулы начали магическую атаку.

Летуны, не дрогнув, приняли на свои острые клинки первую волну нападения, разметав ее, словно опавшую листву в саду. К тому же, их кружащие в небе товарищи тоже не остались в стороне: быстро вмешавшись в дело, они за несколько минут уничтожили несколько сотен приспешников Тьмы, немного оттеснив нападающих.

В это время очнулся Борис. До этого, погрузив себя в магическое беспамятство, парень увидел, как дряхлый старик, относящийся к роду эльфов, вместе с несколькими подобными ему существами в белых плащах и с магическими посохами в руках стоял около древнего монумента.

Прекрасной красоты кинжал горел лунным светом в руках эльфа. Погрузив его в неприметную щель, он легким движением провернул клинок, от чего плита целиком ушла под землю, обнажая глубокий и темный проход. По всей вероятности, это и была дорога к сердцу древней тайны.

Бой кипел: шустрые летуны на маневренных метлолетах кружились над головами врагов, заставляя последних сражаться на два фронта. Горы изрубленных тел лежали под ногами напиравших и, казалось, не ведающих страха исчадий Тьмы. Не теряли времени и люди Петруса, отражая всеми возможными способами, на пределе своих сил, магические атаки Хриптона и его товарищей. Лишь Властелин молча стоял и пристально смотрел на трех хранителей.

– Отдайте мне свои артефакты – и останетесь живы, – шептал он, но его голос зычным эхом доносился до слуха Моргана, Бориса и Артура. – Отдайте!

– Ребята, – закричал молодой маг, махая рукой своим друзьям, – я знаю, как открыть проход!

Тем временем полная луна медленно продвигалась к середине своего ночного пути.

Не говоря более ни слова, Борис жестом указал Моргану, куда стоит вонзить его пылающий, излучающий огромные потоки энергии кинжал.

Неприметная щель была присыпана пылью и незаметна при первом осмотре развалин. Не медля ни мгновения, бывший раб со всей силы вонзил лезвие волшебного клинка в тело древнего сооружения, погрузив сталь по самую рукоять.

Тонкие светящиеся змейки затейливыми узорами поползли от волшебного лезвия, расползаясь во все стороны и моментально окутывая все древнее строение. Спустя мгновение ровный голубоватый свет древними рунами выступил у основания ритуального святилища, открывая глубокий проход внутрь земли.

– Вперед! – Закричал Борис друзьям, обрадованным первым успехом.

Все произошло в доли секунды, поэтому исчезнувшие хранители вывели Властелина из равновесия и заставили с яростью включиться в магическое противостояние.

Но не так просты оказались воины Скрытого города: сотни боев, проведенных ими в междумирье, позволяли противостоять любому противнику – даже столь могущественному, как Властелин Тьмы. Хотя, безусловно, его помощь своим приспешникам существенно подкосила силы и без того сражающихся на пределе возможностей магов.

Между тем открытые порталы все извергали и извергали новые десятки орков, которые сходу бросались на острые клинки воинов королевского манипула. Если бы не предусмотрительно оставленная в воздухе часть отряда и не мастерство земляков Петруса, от воинов короля уже бы ничего не осталось. Но все равно физические возможности обычных людей были не безграничны, и чаша весов медленно склонялась в сторону Темных гостей.

– Что здесь? – Тревожно произнес Артур, следуя вперед по узкому, заросшему паутиной времен коридору.

– Да пока ничего, – ответил ему Борис, идущий первым, – все кругом наполнено древней магией, скрывающей содержимое пещеры от внешнего мира. Как я понимаю, это и есть магия крови первородных.

Остаток пути три мужчины следовали молча. Шума боя, разразившегося на поверхности земли, здесь не было слышно, и звенящая тишина нарушалась лишь звуком шагов и дыханием самих хранителей. Пройдя еще несколько шагов, король почувствовал легкое головокружение и закрыл глаза.

В его сознании возникли картины из далекого прошлого. Сила амулета перенесла его в то время, когда далеко отсюда, в горах Орлиного хребта, семь смелых эльфов ценой своей жизни укротили древнюю магию, готовую вырваться во внешний мир и примкнуть к силам Темного Властелина. Создав цепь и выпустив мощь своей крови, они подчинили древнее Зло, спрятав его в ларец. Эльфы были это, или могучие чародеи других миров, – видение не говорило. Все семеро, старея на глазах, с грустью смотрели в глаза Артура. Лишь они знали, что уготовано тому, кто откроет созданный ими замок. Три предмета, которые ныне принадлежали королю и его товарищам, ярко светились на теле одного из них.

– Только ты сможешь открыть его, и никто другой, – шепотом произнес один из старцев.

Впервые Артур видел эльфийских стариков: морщины густой сетью покрывали их лица, длинные седые волосы ручейками струились по старческим плечам. Боль и тоска читались в их глазах, тоска и печаль за будущие поколения.

– Если в твоем сердце живет Тьма, мир погибнет, а ты станешь одним из слуг Властелина, – шептал второй.

– Если же в нем горит Свет, – продолжал третий, – мир будет спасен, но ты потеряешь себя. Многие сотни лет ты будешь бродить по земле, и никто не увидит твоего истинного лица. Но однажды ты повстречаешь потомка своего друга, который вернет тебя в этот мир – мир, которому снова нужна будет твоя помощь и помощь потомков трех хранителей. Ты никогда не сможешь больше быть со своей семьей, но ты всегда будешь со своим народом. Ты снова будешь королем – королем оборотней.

Сознание вновь вернулось к нему. Борис что-то тихо говорил Моргану, стоявшему рядом с молодым магом у перегораживающей проход стены.

– Перстень, – спокойно произнес Артур, прокручивая в мыслях услышанные только что слова.

В этот момент ему послышался голос Мэрилин.

– Артур, – говорила она, – судьба твоей страны, как и всего мира, висит на волоске: через несколько минут Луна будет в зените, давая возможность Темному Властелину завладеть ларцом. Если этот миг наступит, наш мир не спасти.

– Перстень… Приложи его к стене, – прошептал король.

Голова кружилась от потоков светлой магии, реками текущей через его амулет.

Лица жены и сына, как живые предстали перед ним. Вот он – сон, мучивший его несколько дней! Вот их грустный взгляд в темноту, и он, стоящий в кустах и смотрящий на них. Вой волков, его новых подданных, стоял в ушах.

Нет, он ни на мгновение не сомневался в том, что пожертвует собой ради спасения мира, где предстоит жить его любимой семье, а также подданным, оберегать и управлять которыми он и его род были поставлены высшими силами.

– Артур, – тревожно заглядывали в его глаза товарищи, – что с тобой?

– Ничего, – спокойно улыбнувшись, ответил он. – Нам пора идти дальше – у нас всего несколько минут.

Разрушенная магией кольца Бориса стена пала. За ней на огромном каменном постаменте лежал небольшой ларец, выполненный из неизвестных материалов и горевший древними рунами, издавая небольшое красноватое свечение.

– Пора, – все также спокойно говорил Артур, – пора на поверхность – остановить это сражение. Настала моя очередь действовать.

Борис и Морган, не понимая, что случилось с их товарищем, за пару минут изменившимся до неузнаваемости, подчинились его словам и молча пошли к выходу.

Тем временем оборона воинов короля была почти сломлена. Более половины воинов были ранены и оттеснены почти вплотную к руинам странного сооружения; маги Скрытого города с трудом сдерживали натиск Темного Властелина и его магистров. Даже исчезнувшие было в лесной чаще оборотни уже давно вступили в сражение, пытаясь помочь своим новым союзникам.

Разрываемые на части тела орков летели в разные стороны там, где в сражение вступали представители ночного народа. Но самое интересное было впереди. Лишь только Артур и его друзья показались на поверхности земли, неся перед собой светящийся ларец, как за их спинами раздались трубы эльфийской конницы, и на поляне появилась оставленная далеко позади сотня эльфов Холанда. Меткие стрелы одна за одной попадали в цель, уничтожая врагов и давая личному манипулу короля надежду на победу в этом сражении.

Луна стояла над самой головой Артура, ее холодные лучи освещали мирно покоящийся в руках короля почти невесомый ларец. Подняв голову и вдохнув полной грудью ночной воздух, он увидел высоко в небесах несколько десятков белых точек, увеличивающихся с каждым мгновением.

– Я обещала тебе, что буду с тобой в эту минуту, – услышал Артур звонкий голос Мэрилин, – и не только в эту минуту, но и во все последующие века!

– Не-е-ет! – Разнесся оглушительный рев Властелина Тьмы, до триумфа которого, как ему казалось, оставалось всего несколько минут.

Но решимость короля и внезапное появление Великой волшебницы в сопровождении трех десятков белых синков далекого магического войска Горенгеймов нарушили все его планы.

– Пора, – прошептал король, но его слова слышал каждый из близких ему на этой поляне, – прощайте навсегда. Или… до встречи.

Артур больше не обращал внимания на неистовый рев Властелина и направляемые в него мощнейшие стрелы темной энергии. Магия амулета погрузила молодого правителя в ослепительно белый столб света, идущий до самой луны. Приложив свой артефакт к крышке ларца, Артур без особого труда открыл его.

В одно мгновение все исчезло вокруг, лишь семь древних эльфийских старцев стояли рядом с ним и, приложив дряхлые кулаки к груди, приветствовали его.

Где-то далеко, у самых границ сознания, раздался вой нескольких десятков звериных глоток – это воины Тригуса приветствовали появление их нового повелителя. С этой минуты древняя магия, таящая в себе горе и страх Маглендола, вошла в смелое и чистое сердце короля, который пожертвовал собой, чтобы спасти свой народ от Тьмы, желающей поработить все живое. Древнее пророчество исполнилось: ларец был открыт одним из хранителей, чистым душой и помыслами. Властелин и его войско, пораженное появлением новых союзников и окончательно лишенное того, что желал получить их господин, бросилось к закрывающимся порталам, в панике давя себе подобных.

– Я еще вернусь! – кричал Темный, отбиваясь от ударов, наносимых ему Мэрилин. – Эта война еще не окончена, я сотру Афлот с лица Маглендола! Карбезы через несколько месяцев сожгут Арфин!

Прокричав еще что-то, Темный Властелин исчез, прихватив с собой и большинство своих подчиненных, зато оставив вопящих в панике орков.

– Приветствуем тебя, Хранитель, – в один голос произнесли семь старцев. – Ты выполнил предначертанное, обрекая себя на новое существование.

Сознание вернулось к Артуру. Раскрытый ларец лежал рядом с ним, бой продолжался, но уже где-то в стороне.

Лишь вой нескольких десятков оборотней доносился до него, и его сознание понимало этот рык.

– Приветствуем тебя, наш Король! – Звучало в его ушах.

– Приветствую вас, мой народ! – Ответил им Артур.

За спинами летунов и магов Скрытого города поднялся с земли огромный серый зверь, стоящий на мощных лапах. Древний амулет висел на шее гигантского оборотня и светился спокойным лунным светом.

– Да здравствует Король! – Вновь услышал он.

Оглянувшись по сторонам, Артур увидел, что его соратники победили. Мир остался жить, он спас его, сделав то, что должен был сделать настоящий правитель. Взмахнув хвостом и еще раз отчаянно и протяжно взвыв на луну, огромный оборотень скрылся в ночной мгле.

Content

Виктор Пожидаев
Империя Маглендол. Проклятье короля

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая