Андрей Курков

Индиана Джонс и Трипольская тайна

Сон разума порождает диссертации и многое загадочное другое. Знакомый ученый недавно с улыбочкой на остроносом лице сообщил, что другой ученый защитил диссертацию по трипольскому языку – вроде бы ему удалось воссоздать этот самый язык и даже его фонетический ряд – то есть звучание. Хорошо бы еще восстановить пару десятков народных трипольских песен и сравнить их с украинскими: а вдруг они мелодичнее и задорнее? Такие вот вопросы после разговора с остроносым ученым сопровождали меня по дороге ко сну, а сон приснился – не для диссертации. Сон больше на фильм ужасов оказался похожим. На фильм добрых ужасов. Или, по крайней мере, не очень злых. Видно, это и был тот самый сон разума.

Приснился мне упомянутый ученый, только в исполнении Мэла Гибсона. Кстати, в начале сна титры промелькнули. Запомнилось только название: «Индиана Джонс и Трипольская тайна». Там, в сне-фильме, страна, очень похожая на нашу, к президентским выборам готовилась. Поэтому ученого, открывшего тайну древнего языка, вызвали прямо к президенту и приказали выяснить древнее трипольское заклинание, которое поможет президенту на новых выборах победить. Про магическое заклинание к тому времени президенту уже было известно от одного из своих советников, правда, предстояло еще выяснить, как оно действует. Взял ученый свою молодую блондинку-секретаршу, две лопаты, два фонарика, термос с «Нескафе» и поехал на самое отдаленное, самое заброшенное и самое малоизученное из древнетрипольских городищ. На низком небе сгущались зловещие тучи, но смелый ученый не собирался пережидать грозу. Он вонзил клинок лопаты в древнюю землю и тут же услышал встречный звон железа. Вдвоем с секретаршей они расчистили вход в подземелье. Быстро разгадали загадку доисторического замка и попали в святая святых древней цивилизации. Уже там, в разных уголках подземелья, произносил ученый по очереди все восстановленные им по крупицам трипольские слова и прислушивался, проверяя: не срабатывает ли слово как заклинание. Много времени провели они вдвоем в этом опасном месте, но в конце концов выполнил он поставленную задачу. И вот, через несколько месяцев, защитив еще одну диссертацию по суевериям и заблуждениям древних трипольцев, вернулся он на то самое городище. Вернулся в четыре утра, за три часа до открытия избирательных участков. Вернулся уже один, без блондинки-секретарши, которую сманили работать в СНБО. Вернулся, спустился в подземелье и в нужном месте произнес нужное трипольское слово. И загудело все вокруг, затряслись стены подземелья, и ожили окаменевшие пять тысяч лет назад трипольские пчелы, и вырвались они наружу, и стали летать низко над землей по всей стране, жаля всех избирателей, кроме тех, которые шли проголосовать за президента, поддержавшего объективную историческую науку. Вы спросите: а как они различали избирателей? А очень легко – ведь у нас и другие науки на месте не стоят. Первая разбуженная заклинанием пчела была подробно изучена учеными, которым удалось выяснить, что ее отпугивает запах корицы. Вот и посоветовали верным избирателям накануне пирогов с корицей напечь и угостить друг друга. Ясное дело, что президент снова победил и снова объединил страну, а тех, кто не хотел объединяться ради единства, всех пчелы покусали. Насмерть.

Апрель 2008

Content

Андрей Курков
Индиана Джонс и Трипольская тайна