Морган Райс

Желанная

Copyright © 2012 by Morgan Rice

Все права защищены. Кроме случаев, оговорённых в Законе об авторском праве от 1976 года, запрещено копировать, распространять или передавать данное произведение и его части в любой форме и любыми средствами, а также хранить в любой базе данных или системе поиска без предварительного получения разрешения от автора произведения.

Данная электронная книга предназначена только для личного пользования. Данную электронную книгу запрещено перепродавать или передавать другим лицам. Если вы желаете поделиться этой книгой с другим лицом, просим вас приобрести дополнительную копию книги для этого человека. Если вы читаете эту книгу, но вы ее не покупали, или она не была приобретена специально для вас, просим вас вернуть книгу и приобрести собственную копию произведения. Благодарим вас за проявленное уважение к работе автора.

Данная книга является художественным произведением. Имена, герои, названия организаций, мест, событий и происшествий являются вымышленными. Любое совпадение с реальными имена и жизнями людей, ныне живущих или умерших, является случайным.

Модель на обложке: Дженнифер Онви. Фотограф: Adam Luke Studios, Нью-Йорк. Визажист: Рути Уимс. Если вы хотите связаться с этими людьми, просим вас связаться с Морган Райс.

* * *

Отзывы о серии «Журнал вампира»

«ОБМАНУТАЯ» – великолепная часть серии. В этой книге Морган Райс превзошла сама себя. Книга отличается динамичным сюжетом, обилием экшна, романтики, интриг и загадок. Если вы не читали две предыдущие книги из этой серии, непременно прочтите их, чтобы в полной мере насладиться «ОБМАНУТОЙ». Я читал книги по порядку, но автор написала их так, что читать их можно и по отдельности, поэтому не переживайте, если вам не удалось прочесть предыдущие две части, вы можете смело начать с «ОБМАНУТОЙ». Я уверен, что закончив с этой книгой, вы прочитаете и предыдущие две книги серии. Они стоят вашего внимания… и неоднократного прочтения!»

VampireBookSite

«ОБРАЩЁННАЯ» составляет серьезную конкуренцию «СУМЕРКАМ» и «ДНЕВНИКАМ ВАМПИРА». Книга настольно увлекательна, что вы вряд ли оторвётесь от чтения, пока не дочитаете её до конца! Если вы любите книги о приключениях, любви и вампирах, эта книга – для вас!»

Vampirebooksite.com

«Морган Райс отлично удаётся сразу же увлечь вас сюжетом, используя великолепную способность описывать события так, что это выходит за пределы обычного обрисовывания ситуации… Книга хорошо написана и очень легко читается. «ОБРАЩЁННАЯ» – многообещающее начало серии о вампирах, которое понравится читателям, предпочитающим легкие и увлекательные романы».

Black Lagoon Reviews

О Морган Райс

Морган Райс – автор популярнейшей молодёжной серии «ЖУРНАЛ ВАМПИРА», состоящей из одиннадцати книг (и число их растет); популярнейшей постапокалиптической серии «ТРИЛОГИЯ ВЫЖИВАНИЯ», включающей в себя 2 книги (и число их расчет) и популярнейшей эпической фантастической серии «КОЛЬЦО ЧАРОДЕЯ», состоящей из пятнадцати книг (и число их расчет).

Книги Морган Райс доступны в виде печатных изданий и аудио книг, а также переведены на многие языки мира, включая немецкий, французский, итальянский, испанский, португальский, японский, китайский, шведский, датский, турецкий, венгерский, чешский и словацкий (в ближайшее время ожидается издание книг и на других языках).

Морган Райс ценит ваше мнение. Заходите на www.morganricebooks.com, подпишитесь на рассылку и получите бесплатную книгу, бесплатные призы и подарки, загрузите бесплатное приложение и получите доступ к эксклюзивным новостям. Оставайтесь в курсе и общайтесь с Морган на Facebook и в Twitter!

ФАКТ:

Основной достопримечательностью Монмарт в Париже является величественный храм, базилика Сакре-Кёр, построенная в 19 веке. Рядом с храмом, на вершине холма расположена малоизвестная церковь Святого Петра. Эта скромная незаметная церковь намного старше своего знаменитого соседа – она была построена в 3 веке нашей эры. Церковь имеет важное историческое значение: именно здесь приносили клятву монахи будущего Орден Иезуитов.

ФАКТ:

Часовня Сент-Шапель, расположенная на небольшом острове в центре Парижа (недалеко от знаменитого собора Парижской Богоматери) была построена в 13 веке и многие столетия использовалась, как хранилище бесценных христианских реликвий, включая терновый венец, копьё Судьбы и части креста, на котором распяли Иисуса. Реликвии хранились в большом, богато украшенном серебряном сундуке…

«Ты хороша еще теперь? Ужели

Смерть бестелесная в тебя влюбилась?

И тощий, гнусный изверг в темноте

Тебя здесь держит для утех любовных?

Боюсь – и потому с тобой останусь,

И никогда из черного дворца

Я больше не уйду…»

– Уильям Шекспир, «Ромео и Джульетта»

Глава первая

Париж, Франция

(июль, 1789)

Кейтлин Пейн очнулась в темноте.

Спёртый воздух не давал ей свободно дышать. Она попыталась пошевелиться, лёжа на спине на чём-то твёрдом, холодном и мокром. Откуда-то сверху пробивался крошечный луч света.

Плечи были сжаты, но, приложив некоторое усилие, она всё же смогла освободить руки. Кейтлин выставила вверх ладони и нащупала поверхность. Камень. Она продолжила скользить по ней ладонями, пытаясь угадать размер. Наконец она поняла, что находится в каком-то ящике. В гробу.

Сердце Кейтлин лихорадочно забилось. Она ненавидела тесные, замкнутые пространства. Ей стало сложно дышать. Она пыталась понять, спит она или нет. Был ли это лишь ужасный сон, или Кейтлин действительно проснулась в другом времени и другом месте?

Она снова выставила обе ладони вперёд и, призвав всю свою силу, толкнула крышку. Крышка сдвинулась на несколько сантиметров, но этого было достаточно, чтобы просунуть в образовавшуюся щель палец. Кейтлин снова с силой толкнула. Тяжёлая крышка продолжала двигаться, и было слышно, как камень трётся о камень.

Теперь она смогла просунуть несколько пальцев и толкнула что есть сил. Крышка слетела на пол.

Кейтлин села, тяжело дыша, и осмотрелась. Жадно глотая воздух, она закрыла глаза руками, защищаясь от слепящего света. Интересно, сколько времени она находилась в темноте?

Сидя с закрытыми глазами, она прислушивалась к звукам и движениям вокруг. Кейтлин помнила своё неудачное «воскрешение» на кладбище в Италии. В этот раз она не хотела рисковать и была готова ко всему. Она была готова защищать себя от кого угодно – будь то жители деревни, вампиры или кто-то ещё.

Однако в этот раз вокруг царила тишина. Кейтлин медленно убрала руки и поняла, что вокруг действительно не было ни души. Как только её глаза привыкли к свету, она обнаружила, что в помещении было достаточно мрачно. Это была похожая на пещеру каменная комната с низким арочным потолком, чем-то напоминавшая церковный склеп. Комната освещалась единственной свечой. Должно быть, снаружи была ночь.

Теперь, когда её глаза окончательно привыкли к свету, Кейтлин смогла оглядеться внимательнее. Она была права: всё это время она находилась в каменном саркофаге в углу каменной комнаты, которая, как оказалось, являлась церковной гробницей. Комната была пуста. В ней не было ничего за исключением немногочисленных каменных статуй и еще нескольких саркофагов.

Кейтлин вылезла из гроба. Она потянулась, чтобы размять мышцы. Было здорово снова ощутить себя на ногах. Она была рада, что в этот раз обошлось без битвы. По крайней мере, у неё появилось несколько минут, чтобы собраться с мыслями.

Однако Кейтлин по-прежнему не понимала, где находится. Голова плохо соображала, как будто онаочнулась от многовекового сна. Желудок свело от голода.

Где же я? снова подумала Кейтлин. Какой сейчас год?

И главное, где же Калеб?

Ей было грустно осознавать, что его не было сейчас рядом. Кейтлин осмотрела комнату, пытаясь обнаружить следы его присутствия, но ничего не увидела. Все остальные саркофаги были пусты и стояли открытыми, а других мест, где бы он мог спрятаться, в комнате не было.

«Калеб», – позвала Кейтлин.

Она сделала несколько шагов по комнате и заметила низкую арочную дверь, служившую единственным выходом отсюда. Кейтлин подошла к двери и нажала на ручку. Она оказалась не заперта и легко отворилась.

Прежде чем покинуть комнату, Кейтлин обернулась. Она хотела удостовериться, что не оставила здесь ничего, что может ей понадобиться. Она нащупала цепочку, которая все еще висела у неё на шее; затем, осмотрев карманы, убедилась, что дневник и большой ключ были на месте. Это было всё, что она оставила и всё, что ей было нужно.

Выйдя за дверь, Кейтлин оказалась в длинном каменном коридоре со сводчатым потолком. Она думала о том, как найти Калеба. Безусловно, в этот раз он переместился с ней. Не так ли?

А если так, то вспомнит ли он её? Кейтлин не хотела снова попасть в ситуацию, когда после долгих поисков, она выяснила бы, что Калеб её не помнит. Нет, она молилась, чтобы в этот раз всё вышло по-другому. Кейтлин уверяла себя, что Калеб жив, и что они переместились вместе. Так должно было быть.

Однако пока Кейтлин торопливо шла по коридору и быстро поднималась по каменным ступеням, она ощутила в груди хорошо знакомое предчувствие. Калеб не вернулся с ней, ведь он не очнулся рядом, держа её за руку. Его нет здесь, чтобы поддержать Кейтлин. Значит ли это, что он не переместился в прошлое? Чувство обиды и беспокойства возрастало.

А как же Сэм? Он тоже там был. Почему же его нет сейчас рядом?

Кейтлин поднялась по лестнице, открыла дверь и остановилась, поражённая увиденным. Она находилась в главной часовне какой-то странной церкви. Ей никогда не доводилось видеть таких высоких потолков, такого количества витражей и такого огромного красивого алтаря. Церковь вмещала в себя бесконечные ряды скамей и, казалось, могла принять тысячи людей в своих стенах.

К счастью, церковь оказалась пуста. Повсюду горели свечи, и было понятно, что время позднее. Кейтлин обрадовалась: меньше всего ей хотелось проходить сквозь толпу любопытных прихожан.

Она медленно прошла через зал прямо к выходу, оглядываясь в поисках Калеба, Сэма или священника, который мог бы рассказать где, почему и в каком времени она находится. В прошлый раз священник из церкви Ассизи принял Кейтлин и всё ей объяснил.

Но сейчас никого не было. Кейтлин была в церкви единственной живой душой.

Она подошла к огромной двустворчатой двери и подготовилась к тому, что может увидеть снаружи.

Открыв её, Кейтлин ахнула от изумления. Была ночь, повсюду горели уличные фонари, а перед ней находилась огромная толпа людей. Они не собирались заходить в церковь, а просто сновали туда-сюда по большой открытой площади. Ощутив теплый воздух, Кейтлин поняла, что стоит лето. На дворе была ночь, а в воздухе витала праздничная атмосфера. Кейтлин была поражена видом этих людей, их старомодной одеждой и поведением. Она не могла оторвать от них глаз, но, к счастью, никто из них её не заметил.

На площади находились сотни людей. Многие из них были одеты в изящные наряды из другого века. Кроме людей на площади были лошади, экипажи, уличные торговцы, актёры и певцы. Летняя ночь, толпа людей – зрелище было потрясающее. Кейтлин пыталась понять, в каком году и в каком месте она оказалась. Ещё она всматривалась в странные и чужие лица толпы, надеясь обнаружить среди них Калеба.

Кейтлин рассматривала каждого человека на площади, пытаясь убедить себя, что Калеб или хотя бы Сэм находится среди них. Кейтлин смотрела во все стороны, но спустя несколько минут поняла, что их здесь нет.

Она вышла на площадь и повернулась лицом к церкви, надеясь по фасаду угадать, что это было за место. Может быть, это даст ей намёк на то, где она находится.

Так и произошло. Кейтлин вряд ли могла назвать себя экспертом в архитектуре или истории, но кое-что она всё-таки знала. Некоторые места были столь оригинальными и запавшими в подсознание людей, что их можно было узнать сразу. Это было одно из таких мест.

Кейтлин стояла перед собором Парижской Богоматери.

Она была в Париже.

Это место она бы не спутала ни с каким другим. Три огромные резных двери, дюжина небольших статуй над ними и живописный, уходящий в небо фасад, высотой в несколько десятков метров. Этот собор был одним из самых узнаваемых мест на земле. Она много раз видела фотографии собора в интернете и сейчас не могла поверить, что действительно находится в Париже.

Кейтлин всегда мечтала отправиться в этот город и много раз просила мать свозить её сюда. Она надеялась, что когда в старших классах у неё будет парень, они обязательно съездят в Париж вместе. Кейтлин давно мечтала посетить столицу Франции, и у нее перехватило дыхание от мысли, что она наконец-то здесь… правда, в другом столетии.

Кейтлин внезапно вспомнила, что находится среди людей и быстро осмотрела свой наряд.

Она была огорчена тем, что на ней по-прежнему была надета простая тюремная одежда, которую Кайл дал ей в римском Колизее. Кейтлин была одета в грубую полотняную тунику, небрежно сшитую и, очевидно, великоватую в размере. На поясе туника была перетянута куском бечёвки. Волосы были спутаны, немыты и падали на лицо. Кейтлин походила на сбежавшего узника или бродягу.

Более взволнованная, чем раньше она снова осмотрелась, в надежде обнаружить Калеба, Сэма или кого-нибудь, кто сможет ей помочь. Она никогда еще не чувствовала себя такой одинокой. Больше всего на свете ей хотелось увидеть родное лицо и быть уверенной, что Сэм и Калеб переместились сюда вместе с ней. Кейтлин хотела знать, что всё будет хорошо.

Никого из знакомых не было рядом.

Может быть, я здесь одна? Что если я действительно снова одна? подумала Кейтлин.

От этой мысли у неё свело желудок. Ей хотелось свернуться калачиком, заползти обратно в церковь и спрятаться там. Ей хотелось переместиться в другое время, в другое место – туда, где она сможет очнуться и увидеть хоть кого-то знакомого.

Кейтлин взяла себя в руки. Она знала, что ей ничего не остаётся, как идти вперёд. Ей необходимо быть смелой и отважной, чтобы выжить в этом веке. Другого выбора нет.

* * *

Кейтлин нужно было найти безлюдное место. Ей необходимо было побыть одной, отдохнуть, перекусить и подумать. Ей нужно решить, куда идти и где искать Калеба, если он вообще был здесь. Так же важно было понять, почему она очутилась именно в этом городе и именно в это время. А она даже не знала, какой сейчас год!

Прохожий слегка задел Кейтлин рукой. Она тут же за неё схватилась, надеясь, что он сможет ей помочь.

Человек повернулся и удивлённо взглянул на неё.

«Простите, – сказала Кейтлин, стесняясь своего оборванного вида. В горле у неё пересохло, – но не могли бы вы сказать, какой сейчас год?»

Кейтлин смутилась, понимая, что должно быть, выгладит как сумасшедшая.

«Год?» – переспросил мужчина.

«Хм… Простите, но я никак не могу вспомнить».

Мужчина осмотрел её с ног до головы, затем медленно покачал головой, окончательно решив для себя, что с ней что-то не так.

«Могу совершенно точно сказать, что на дворе стоит 1789 год. Новый год ещё не скоро, поэтому не могу найти оправдания вашей забывчивости», – ответил мужчина. С усмешкой вновь покачав головой, он продолжил свой путь.

1789. Кейтлин быстро оценила реальность цифр. Она вспомнила, что в последний раз попала в 1791. Всего два года разницы.

Да, сейчас она была в Париже, а это совершенно иной мир, нежели Венеция. Почему здесь? Почему сейчас?

Кейтлин стала напряжённо думать, мысленно возвращаясь к школьным годам и пытаясь вспомнить, какие события происходили во Франции в 1789 году. Смутившись, она поняла, что ничего не приходит на ум. В очередной раз Кейтлин упрекнула себя за невнимательность на уроках. Если бы в старших классах она знала, что однажды будет путешествовать во времени, то непременно учила бы историю ночами напролёт и делала бы всё возможное для того, чтобы запомнить все факты и даты.

Сейчас это уже не имеет никакого значения. Сейчас она – часть истории. Сейчас есть шанс её изменить, изменить себя. Кейтлин поняла, что прошлое можно изменить. Определённые события описаны в учебниках истории, но это не означает, что она, путешествуя во времени, не может их изменить. На самом деле она уже кое-что сделала: её появление здесь повлияет на всё остальное, что, в свою очередь, в небольшом масштабе, изменит курс истории.

Эти мысли заставили Кейтлин задуматься о важности своих действий. В её силах снова изменить прошлое.

Погружаясь в чудесную атмосферу этого города, она немного расслабилась и даже почувствовала прилив бодрости. В конце концов, она очутилась в прекрасном месте, в прекрасном городе и в прекрасное время. Это, слава богу, не каменный век, и её не забросило в какую-нибудь глухомань. Всё вокруг неё выглядело безупречно, люди были одеты в красивую одежду, а мощёные улицы сияли от света фонарей. Кейтлин всё же кое-что помнила о Париже 18 века. Это было время расцвета Франции, время роскоши, время, когда правили монархи.

Кейтлин обнаружила, что собор Парижской Богоматери находится на небольшом острове и поспешила уйти. Здесь было слишком людно, а ей хотелось тишины. Она заметила несколько небольших пешеходных мостиков и направилась к одному из них.

Кейтлин позволила себе надеяться, что, возможно, присутствие Калеба ведёт и направляет её сейчас.

Когда она переходила через реку, то увидела, каким красивым может быть Париж ночью, освещаемый полной луной и фонарями вдоль берега. Кейтлин думала о Калебе, мечтая о том, чтобы сейчас он наслаждался этим видом рядом с ней.

Воспоминания захватили её в тот момент, когда она проходила по мосту, глядя в воду. Ей вспомнился Поллепел и ночной Гудзон, освещаемый светом луны. Внезапно ей захотелось прыгнуть с моста. Кейтлин захотелось проверить свои крылья, узнать, может ли она снова летать, и взмыть высоко в небо.

Однако облокотившись о перила, Кейтлин почувствовала себя слабой и голодной. Крыльев за спиной она не ощущала. Она переживала, что путешествие во времени смогло повлиять на её способности. Сейчас она не чувствовала себя такой сильной, как раньше. Кейтлин ощущала себя хрупким и уязвимым человеком. Это ощущение ей не нравилось.

Когда Кейтлин перешла через реку, то пошла вниз по переулкам и бродила так несколько часов, безнадежно потерянная. Она бродила по извилистым улицам, всё дальше и дальше уходя от реки и направляясь на север. Город удивлял её. С одной стороны, он был похож на Венецию или Флоренцию в 1791 году. Подобно этим городам Париж смог сохранить свой исторический облик вплоть до 21 века. Она никогда не была здесь, но видела много фотографий и была удивлена тем, что некоторые здания и памятники ей знакомы.

Большинство улиц здесь так же были мощёными, повсюду виднелись лошади и экипажи, редко можно было встретить одинокого всадника. Вокруг неспешно прогуливались люди, одетые в изящные костюмы. В Париже, как и в других городах, не было водопровода и канализации. Кейтлин замечала отходы на улицах, пытаясь скрыться от ужасного зловония. Она пожалела, что с ней нет саше с ароматическими смесями, которое Полли подарила ей в Венеции.

Тем не менее, в отличие от других городов, Париж был своеобразным миром. Улицы здесь были шире, здания – ниже, но зато более красивые. Город казался красивым, старинным и изысканным. В нём было не так много людей: чем дальше Кейтлин уходила от собора, тем меньше прохожих она встречала. Может быть, глубокая ночь была тому причиной, однако улицы выглядели практически пустыми.

Уставшая Кейтлин всё шла и шла в попытке за каждым углом обнаружить Калеба или какую-нибудь подсказку, которая смогла бы указать ей верное направление. Однако ничего не было. Примерно через двадцать кварталов вместе с окрестностями изменилось и настроение. Кейтлин шла на север и вдруг обнаружила, что взбирается на холм. Она находилась в одном из новых районов, в узких переулках которого располагались многочисленные пивные. Когда Кейтлин завернула за угол одной такой пивной, то увидела пьяного мужчину, неуклюже распластавшегося у стены. Улица была пуста. С минуту она боролась с сильнейшим приступом голода. Ей казалось, что желудок разрывается на части.

Она видела лежащего на земле человека и пульсирующую на его шее вену. В тот момент ей больше ничего не хотелось кроме, как наброситься на него и утолить голод. Это был не просто позыв – ощущение было больше похоже на приказ. Тело требовало от Кейтлин этого поступка.

Она призвала всю свою волю и отвела взгляд от мужчины. Она лучше умрёт от голода, чем причинит вред человеку.

Она огляделась в поисках леса – места, где она могла бы поохотиться. Всё, что она видела до этого, были грязные дороги, да городские парки. Никакого леса она не встречала.

В этот момент дверь пивной распахнулась, и официант буквально вышвырнул на улицу мужчину. Пьяница кричал и громко ругался в ответ.

Затем он повернулся и увидел Кейтлин.

Он был крепко сложен. Взгляд его, устремлённый на девушку, не предвещал ничего хорошего.

Кейтлин внутренне напряглась, отчаянно гадая, осталась ли с ней её сила.

Она повернулась и пошла прочь, ускоряя шаг, однако чувствовала, что мужчина идёт следом.

Прежде чем она успела обернуться, пьяница схватил её и стиснул в медвежьих объятьях. Чувствуя ужасный запах за своим плечом, Кейтлин поняла, что он был сильнее и быстрее, чем она ожидала.

Однако мужчина был пьян. Он споткнулся, всё ещё крепко сжимая Кейтлин. В этот момент она, вспомнив свои тренировки, сделала шаг в сторону и перекинула его через плечо, используя один из приемов, которым её научил Эйден на острове Поллепел. Мужчина упал и приземлился на спину.

Кейтлин вдруг вспомнила свой недавний опыт гладиатора на арене римского Колизея, когда на неё набросились сразу несколько противников. На минуту она представила себе всё так живо, что забыла, где находится.

Кейтлин пришла в себя как раз вовремя. Пьяный мужчина, споткнувшись, поднялся, и снова набросился на неё. Кейтлин ждала до последнего, а затем снова сделала шаг в сторону, и мужчина упал, приземлившись лицом в грязь.

Пьяница удивлённо смотрел на Кейтлин, а она, не дожидаясь, когда он снова встанет, поспешила прочь. Она была рада, что проучила его, однако не могла избавиться от чувства неожиданно охватившего её беспокойства. Её волновали воспоминания о Риме, а ещё отсутствие сверхъестественной силы: Кейтлин по-прежнему ощущала себя человеком. Мысль о том, что она снова стала смертной, страшила Кейтлин больше, чем всё остальное, ведь сейчас она действительно была одна.

Кейтлин смотрела по сторонам, чувствуя беспокойство и ужас и не зная куда идти и что делать дальше. Ее ноги обессилели от ходьбы, а комком в горле стояло отчаяние.

И вдруг она кое-что увидела. Подняв голову, Кейтлин увидела перед собой высокий холм. На вершине холма располагался огромный средневековый монастырь. По какой-то непонятной причине Кейтлин влекло к нему. Холм был очень высокий, чтобы на него взобраться, однако иного выхода у неё не было.

Она начала взбираться на холм, чувствуя немыслимую усталость и жалея, что не может летать.

В конце концов, Кейтлин добралась до ворот монастыря и окинула взглядом массивные дубовые двери. Это был старинный монастырь. Кейтлин поразило то, что хотя на дворе и стоял 1789 год, эта церковь уже простояла здесь несколько сот лет.

Она не знала почему, но её влекло к этому месту. Не имея другого выхода, Кейтлин собрала всю храбрость и тихонько постучала.

Ответа не последовало.

Кейтлин нажала на ручку и, к своему изумлению, поняла, что дверь не заперта. Она решила войти.

Старая дверь медленно и со скрипом отворилась. Кейтлин понадобилось несколько минут, чтобы привыкнуть к мраку и рассмотреть темную, напоминающую пещеру церковь. По мере того, как Кейтлин осматривалась, её всё больше поражали размер и торжественность места.

Несмотря на глубокую ночь эта простая, строгая, построенная из камня и украшенная витражами церковь освещалась большими, стоявшими повсюду свечами. В глубине зала находился простой алтарь, вокруг которого была зажжена еще дюжина свечей.

Церковь была пуста.

Кейтлин спросила себя, что она здесь делает. Есть ли у неё особая причина быть здесь? Или же разум сыграл с ней злую шутку?

Вдруг открылась боковая дверь. Кейтлин повернулась и, к своему удивлению, увидела, что к ней навстречу идёт монахиня – хрупкая женщина, одетая в мягкую белую мантию с капюшоном. Она медленно подошла к Кейтлин.

Монахиня сняла капюшон, подняла голову и улыбнулась. У неё были большие блестящие голубые глаза, и она была слишком молода для монахини. Когда она улыбнулась, Кейтлин почувствовала исходящее от неё тепло. Она также почувствовала, что монахиня была вампиром.

«Сестра Пейн, – тихо произнесла женщина, – для нас большая честь принимать вас».

Глава вторая

Когда монахиня вела Кейтлин по длинному коридору аббатства, собственный мир показался ей сюрреалистичным. Это было восхитительное здание, где бурлила жизнь; повсюду сновали монахини в белом одеянии, которые, казалось, готовятся к утренней службе. Когда они проходили мимо, одна из монахинь размахивала кадилом, распространяя нежный аромат ладана, а остальные пели тихие утренние молитвы.

Через несколько минут ходьбы в полной тишине Кейтлин начала задаваться вопросом, куда же монахиня её ведет. Наконец они остановились перед дверью. Открыв её, они оказались в небольшой, скромно обставленной комнате с видом на Париж. Она напомнила Кейтлин келью, в которой она останавливалась в монастыре в Сиене.

«На кровати вы найдете сменную одежду, – сказала монахиня. – Во дворе есть источник, в котором можно искупаться, – добавила она. – А это для вас».

Кейтлин взглянула в направлении, куда указывала монахиня и обнаружила в углу комнаты небольшой каменный постамент, на котором стоял серебряный кубок, наполненный белой жидкостью. Монахиня улыбнулась.

«У вас есть всё, что нужно для хорошего ночного сна. Кроме того, выбор всегда за вами».

«Выбор?» – спросила Кейтлин.

«Мне сказали, что у вас уже есть один ключ. Остаётся найти ещё три. А выбор выполнять свою миссию и продолжить путешествие всегда остаётся за вами.

Это для вас».

Она протянула руку и дала Кейтлин серебряный ларец цилиндрической формы, украшенный драгоценными камнями.

«Это письмо от вашего отца, адресованное вам. Мы хранили его на протяжении нескольких веков. Письмо никогда не вскрывали».

Кейтлин в смятении потянулась за письмом и ощутила вес ларца в своей руке.

«Надеюсь, что вы продолжите свою миссию, – тихо сказала монахиня. – Вы нужны нам, Кейтлин».

Сказав это, женщина вдруг развернулась, собираясь уйти.

«Подождите!» – окликнула её Кейтлин.

Монахиня остановилась.

«Я нахожусь в Париже, верно? В 1789 году?»

Женщина улыбнулась в ответ. «Всё правильно».

«Но почему? Почему я здесь? И почему именно сейчас? Зачем я попала в это место?»

«Боюсь, что это вам и предстоит выяснить. Я всего лишь служанка».

«Но почему я переместилась в эту церковь?»

«Вы находитесь в аббатстве Святого Петра. На Монмартре, – уточнила женщина. – Оно стоит здесь несколько тысяч лет. Это священное место».

«Почему?» – не унималась Кейтлин.

«На этом месте проводились собрания, где давались обеты при основании Общества Иисуса. Именно здесь зародилось христианство».

Кейтлин в изумлении оглянулась, а монахиня улыбнулась и сказала: «Добро пожаловать».

Затем она слегка поклонилась и ушла, тихо затворив за собой дверь.

Кейтлин обернулась и осмотрела комнату. Она была благодарна за гостеприимство, за сменную одежду, возможность искупаться и удобную кровать, стоящую в углу. От усталости Кейтлин едва ли могла двигаться и по ощущениям была готова проспать целую вечность.

Всё ещё сжимая в руке ларец, Кейтлин подошла к постаменту и положила его там. Свёрток может подождать. А вот голод – нет.

Она подняла наполненный кубок и внимательно его осмотрела. Она уже поняла, что в нём находилось: белая кровь.

Кейтлин поднесла кубок к губам и выпила жидкость. Она была слаще и приятнее красной крови и быстрее бежала по венам. Через несколько мгновений девушка почувствовала себя полной жизни и сильнее, чем когда-либо. Она могла бы пить её вечно.

Наконец Кейтлин поставила пустой кубок, взяла серебряный ларец и забралась на кровать. Как только она легла, стало понятно, насколько устали её ноги. Как хорошо было лежать.

Она откинулась назад, положила голову на небольшую подушку и на секунду закрыла глаза. Кейтлин собиралась открыть их буквально через секунду, чтобы прочитать письмо отца.

Но как только её глаза закрылись, девушка оказалась во власти сильной усталости. Открыть глаза снова не было сил. Через несколько мгновений она уже крепко спала.

* * *

Кейтлин стояла на арене римского Колизея в полном боевом снаряжении и сжимая в руках меч. Она была готова драться с любым, кто осмелится на неё напасть, и ощущала сильное желание сражаться. Но обернувшись и оглядевшись, девушка заметила, что стадион был пуст. Она окинула взором ряды сидений и увидела, что все места были пустыми.

Кейтлин моргнула, а открыв глаза, обнаружила, что она переместилась из Колизея в Сикстинскую капеллу Ватикана. Она всё ещё держала меч, но уже была одета в мантию.

Девушка оглядела комнату и увидела сотни выстроившихся вампиров с горящими голубыми глазами, одетых в белую одежду. Они терпеливо стояли вдоль стены и молча внимали происходящему.

Кейтлин уронила меч, и он со звоном приземлился на пол. Она медленно подошла к главному священнику, протянула руку и взяла у него огромный серебряный кубок, наполненный белой кровью. Девушка выпила содержимое, и жидкость разлилась по её телу, обжигая щёки.

Вдруг Кейтлин поняла, что находится одна в пустыне. Она босиком шла по обожжённой земле, держа в руке огромный ключ, а солнце безжалостно светило сверху. Ключ был большим – неестественно большим, а его вес неумолимо тянул Кейтлин вниз.

Она шла и шла, жадно хватая ртом воздух и изнывая от зноя, пока, наконец, не достигла огромной горы. На вершине горы стоял человек, который с улыбкой глядел вниз.

Это был её отец.

Кейтлин сделала рывок, собрав все усилия и попытавшись забраться на гору, всё быстрее приближаясь к нему. Чем выше она поднималась, тем выше и жарче светило солнце, обжигая Кейтлин всё сильнее. Казалось, солнечный круг находился прямо за отцом. Как будто он сам был солнцем, а она неумолимо приближалась к нему.

Путь наверх становился сложнее, и Кейтлин задыхалась от усталости, упрямо двигаясь к цели. Наверху стоял отец, раскинув руки и готовясь обнять её.

Холм стал еще более крутым, а Кейтлин совершенно вымоталась. Дальше идти она не могла и упала там же, где стояла.

Кейтлин моргнула, а когда открыла глаза, увидела стоящего над ней отца; он склонился к ней и тепло улыбнулся.

«Кейтлин, – сказал он, – дочка, я так горжусь тобой».

Она попыталась дотянуться, чтобы удержать его, но сейчас на ней находился ключ, прижавший её под своим весом и тянувший вниз.

Она посмотрела на него, пытаясь заговорить, но потрескавшиеся губы и пересохшее горло не издали ни звука.

«Кейтлин?»

«Кейтлин?»

Кейтлин открыла глаза, силясь понять, где она находилась.

Она взглянула вверх и увидела человека, сидевшего на её кровати и глядевшего на неё с улыбкой.

Он протянул руку и осторожно убрал волосы с её глаз.

Неужели, это всё ещё сон? Она ощутила, как на лбу проступил холодный пот; он коснулся её запястья, а она молилась, чтобы это был не сон.

Прямо перед ней, улыбаясь, сидела любовь всей её жизни.

Калеб.

Глава третья

Сэм резко открыл глаза. Над собой он увидел небо и огромных размеров дуб. Сэм моргнул несколько раз, недоумевая, где он находится.

Чувствуя под собой что-то мягкое, Сэм повернулся и понял, что лежит в лесу, на земле, поросшей мхом.

Снова взглянув вверх, он увидел ещё дюжину деревьев, раскачивающихся от ветра. Где-то неподалёку слышалось бульканье. Сэм повернулся и буквально в нескольких метрах от себя заметил текущий тонкой струйкой ручей.

Сэм сел и огляделся по сторонам. Он находился в глухом лесу, совершенно один. Свет едва проникал сюда через густую крону деревьев. Сэм осмотрел себя и отметил, что боевое снаряжение, которое он носил в Колизее, по-прежнему на нём. В лесу было тихо. Слышался лишь шёпот ручья, да щебет птиц. Где-то вдали тишину нарушали лесные звери.

К своему утешению, Сэм понял, что перемещение во времени прошло удачно. Было очевидно, что он попал в другое место и время – куда он не имел понятия.

Сэм медленно ощупал своё тело, удостоверившись, что цел, невредим и не ранен. Он был ужасно голоден, однако мог ещё терпеть. Для начала он должен выяснить, где находится.

Сэм снова оглядел себя, пытаясь выяснить, есть ли при нём оружие.

К сожалению, никакое оружие не переместилось вместе с ним. Сэм снова был один, и рассчитывать мог только на свои силы.

Ему было интересно, по-прежнему ли он обладает способностями вампира. Сэм до сих пор чувствовал в своих жилах неестественную силу. Это придало ему уверенности. Однако узнать наверняка можно будет только, когда придёт время.

Сэму не пришлось долго ждать.

Он услышал, как хрустнула ветка. Повернувшись, он увидел огромного медведя, который медленно, но решительно направлялся к нему. Сэм замер. Медведь пристально посмотрел на Сэма, затем обнажил клыки и зарычал.

Через секунду медведь побежал прямо на него. Времени спасаться бегством не было. Не оставалось ничего другого, как только нападать самому.

К своему изумлению, вместо страха Сэм чувствовал ярость. Он был взбешён тем, что кто-то посмел напасть на него. Не думая ни секунды, Сэм бросился в атаку. Он был готов сразиться с медведем. Подобным образом он сразился бы и с человеком.

Сэм и медведь встретились на полпути друг от друга. Они напали одновременно. Сэм чувствовал, как неистовая сила кипит внутри него. Благодаря ей он ощущал себя непобедимым.

Столкнувшись с медведем в воздухе, Сэм понял, что был прав. Он схватил зверя, сжал его в своих руках и бросил на землю. Медведь отлетел на добрую дюжину метров и с силой ударился о дерево.

Сэм остался стоять поодаль. Он зарычал на медведя, и этот яростный рык был страшнее и громче звериного. В этот момент Сэм чувствовал, как его кровь кипит, а мускулы наливаются силой.

Медведь, шатаясь, медленно поднялся, и посмотрел на Сэма в недоумении. Прихрамывая, животное сделало несколько осторожных шагов; затем медведь склонил голову, повернулся и побежал.

Но Сэм не был готов дать ему так просто уйти. Он словно сошёл с ума, и, казалось, ничто в мире не в силах было его остановить. К тому же он был голоден. Медведю придётся стать его новой добычей.

Сэм побежал следом за медведем, с радостью заметив, что бежит он куда быстрее животного. Через несколько секунд Сэм догнал свою жертву. Один прыжок и вот он уже у него на спине. Сэм наклонился и глубоко вонзил свои клыки в медвежью шею.

Медведь взревел от боли, отчаянно пытаясь избавиться от своей ноши, однако Сэм держался крепко. Клыки проникали всё глубже, и через минуту Сэм почувствовал, как обмякло тело медведя. Совсем скоро он совсем перестал двигаться.

Сэм лежал на медведе и пил его кровь. Каждой клеткой тела он чувствовал, как возвращается жизнь.

Закончив с трапезой, Сэм откинул голову и облизал губы. Он отлично подкрепился и чувствовал себя просто прекрасно.

Едва Сэм поднялся на ноги, как услышал, что где-то снова хрустнула ветка.

Он повернулся и увидел стоящую посреди поляны молодую девушку, одетую во всё белое. На вид ей было не больше 17. Она стояла, держа корзину, и смотрела на Сэма с изумлением. У неё была белая прозрачная кожа, длинные тёмно-русые волосы и большие голубые глаза. Девушка была прекрасна.

Она стояла как вкопанная и, не моргая, смотрела на Сэма.

Сэм подумал, что она, должно быть, испугалась. Он по-прежнему сидел верхом на медведе, а рот его был перепачкан кровью. Зрелище не из приятных. Ему не хотелось ее пугать.

Сэм спрыгнул с медведя и сделал несколько шагов навстречу незнакомке.

К удивлению, она не попыталась бежать и даже не двинулась с места. Она просто стояла и смотрела на него безо всякого страха.

«Не бойся, – сказал Сэм. – Я не обижу тебя».

Девушка улыбнулась. Это удивило Сэма. Она была так красива и вовсе не боялась его. Как это возможно?

«Конечно, не обидишь, – в ответ произнесла она. – Ведь ты такой же, как я».

Теперь пришла очередь удивляться Сэму. Он тут же понял, что она права. В тот момент, когда она появилась, Сэм ощутил какой-то незнакомый запах. Теперь он понял: она была такой же, как он. Она была вампиром. Вот почему ей было не страшно.

«Отлично ты с ним расправился, – сказала девушка и кивнула в сторону медведя. – Немного грубо, правда. Почему бы не поохотиться на оленя?»

Сэм улыбнулся. Она была не только красива, но и забавна.

«Может быть, в следующий раз», – ответил Сэм.

Девушка улыбнулась.

«Скажи мне, пожалуйста, какой сейчас год… или век», – попросил Сэм.

Она улыбнулась и отрицательно покачала головой.

«Если я скажу, это испортит всё веселье. Сам узнаешь позже».

Сэму нравилась девушка. Она была что надо. Рядом с ней Сэм чувствовал себя непринуждённо, словно в компании старого друга.

Девушка подошла к Сэму и протянула руку. Он ощутил её гладкую кожу.

«Меня зовут Сэм», – сказал он, пожимая руку дольше положенного.

Девушка широко улыбнулась.

«Я знаю», – ответила она.

Сэм был озадачен. Откуда она знает? Разве они встречались раньше? Он не помнил.

«Меня послали за тобой», – добавила она.

Неожиданно девушка повернулась и пошла по тропинке.

Сэм торопливо пошёл за ней. Очарованный своей спутницей, Сэм споткнулся о ветку, лежавшую у него на пути. Он смутился, услышав, как она хихикнула.

«Ну, – быстро сказал он. – А как же твоё имя?»

«У меня есть полное имя, но я редко им пользуюсь», – ответила девушка.

Она повернулась и посмотрела на Сэма. Он немного отстал, и она ждала его.

«Если тебе интересно, все зовут меня Полли».

Глава четвертая

Калеб распахнул огромную средневековую дверь, и Кейтлин вышла из аббатства, шагнув навстречу первым лучам солнца. Калеб шёл рядом, а она любовалась рассветом. Здесь, на вершине горы Монмартр, она могла, наконец, оглядеться и увидеть весь Париж, раскинувшийся прямо перед ними. Это был красивый развивающийся город – смесь классической архитектуры и простых незамысловатых строений, мощёных улиц и грунтовых дорог, деревьев и городской суеты. Небо оживляло пейзаж, переливаясь миллионом полутонов. Это было волшебное зрелище.

Такое же удивительное, как и рука, коснувшаяся её руки. Кейтлин подняла глаза и увидела Калеба, стоявшего рядом с ней и наслаждающегося видом; она с трудом могла поверить, что всё это происходило наяву, что рядом действительно был Калеб, и что они были именно здесь. Вместе. Он знал, кто она. Он вспомнил её. Он её нашел.

Кейтлин вновь усомнилась, действительно ли она пробудилась ото сна, и не было ли это продолжением сновидения.

Крепче сжав руку Калеба, Кейтлин осознала, что всё было по-настоящему. Ещё никогда она не испытывала такой радости. Она через многое прошла и вернулась в прошлое на несколько веков, только чтобы быть с ним, чтобы убедиться, что он жив. Когда Калеб не вспомнил её в Италии, она испытала сильнейшее потрясение.

Теперь он был здесь, живой и невредимый и помнил об их прошлом. Калеб был свободен, Сэра больше не стояла у Кейтлин на пути, и он принадлежит только ей. Её сердце наполнилось новым чувством и новой надеждой. Даже в самых смелых мечтах она никогда не представляла, что всё сложится так замечательно или вообще сложится. Она была переполнена счастьем и даже не знала, с чего начать разговор.

Калеб начал первым.

«Париж, – сказал он, обернувшись к ней с улыбкой. – Мы могли бы оказаться и в худшем месте».

Кейтлин улыбнулась в ответ.

«Всю свою жизнь я мечтала увидеть Париж», – сказала она.

С тем, кого люблю, хотела добавить Кейтлин, но остановилась на полуслове. Она так давно не была с Калебом наедине, что снова начала нервничать. В некотором смысле они знали друг друга целую вечность и даже дольше, но при этом Кейтлин всё также волновалась, как и при первой встрече.

Калеб протянул ей руку.

«Посмотрим город вместе?» – спросил он.

Кейтлин вложила руку в его ладонь.

«Нам предстоит долгая прогулка», – сказала она, оглядывая крутой холм, уходящий на многие километры вниз и ведущий к Парижу.

«Я планировал осмотреть что-то более живописное, – ответил Калеб. – Полетели».

Кейтлин расправила плечи, пытаясь понять, окрепли ли крылья. Она чувствовала себя помолодевшей, восстановившейся после напитка из белой крови, но по-прежнему не была уверена, что сможет лететь. Она не была готова сделать прыжок с горы, не уверенная в том, что крылья раскроются.

«Не думаю, что я готова», – сказала она.

Калеб посмотрел на нее и сразу всё понял.

«Лети со мной, – сказал он, а затем добавил с улыбкой, – как в старые времена».

Кейтлин улыбнулась, подошла к нему сзади, обняв его спину и плечи. Как приятно было ощущать его мускулистое тело.

Вдруг Калеб внезапно взмыл в воздух; он сделал это так быстро, что Кейтлин чуть не упала.

Не успела она опомниться, как они поднялись высоко в небо. Она обнимала Калеба, глядя вниз и положив голову ему на плечо. Кейтлин ощутила знакомое чувство, когда они резко снизились и продолжили дальше снижать высоту, приближаясь к городу на восходе солнца. Это захватывало дух.

Но ничто так не будоражило сознание, как ощущение его объятий, возможность обнять Калеба и просто быть вместе. Кейтлин провела с ним меньше часа, но уже молилась, чтобы они никогда не расстались вновь.

* * *

Париж, над которым они пролетали – Париж 1789 года – был во многом похож на фотографии Парижа, которые Кейтлин видела в 21 веке. Она узнала множество зданий, церквей, шпилей и памятников. Несмотря на многовековую историю, город выглядел почти так же, как и сейчас. Как в Венеции и Флоренции, здесь мало что изменилось за несколько сотен лет.

Но были и различия. Основное из них – архитектурное. Хотя некоторые дороги были вымощены камнем, часть дорог были насыпными. Здесь легче дышалось, а между зданиями росли деревья, как будто город был построен посреди леса. Вместо автомобилей были лошади и экипажи; люди шли по грязным обочинам или управляли телегами. Жизнь текла медленнее и спокойнее.

Калеб снижался, пока они не достигли верхушек зданий. Миновав последнее здание и вылетев из облаков, они увидели Сену, протекавшую прямо посреди города. В лучах утреннего солнца её воды отдавали жёлтым цветом, и от этого зрелища захватывало дух.

Калеб нырнул вниз, пролетая над рекой, а Кейтлин воспользовалась возможностью ещё раз насладиться красотой города и его романтикой. Они миновали небольшой остров Сите, где Кейтлин увидела уже знакомый собор Парижской Богоматери. Его огромный шпиль возвышался над окрестностями.

Калеб опустился ещё ниже, пролетая прямо над рекой, и влажный воздух у поверхности воды охладил их в это жаркое июльское утро. Кейтлин разглядывала Париж по обеим сторонам реки, когда они парили над и под многочисленными арочными мостами, соединяющими два берега. Затем Калеб взмыл вверх и направился к одному из берегов, мягко опустив их на землю за большим деревом, подальше от глаз случайных прохожих.

Кейтлин огляделась и увидела, что Калеб приземлился в огромном парке, который, казалось, простирался на многие километры вдоль реки.

«Это парк Тюильри, – сказал Калеб. – Он сохранился и в 21 веке. Ничего не изменилось. Это по-прежнему самое романтичное место в Париже».

Он с улыбкой взял её за руку. Они вместе пошли по дорожке, проходящей через парк. Кейтлин никогда не была так счастлива.

У неё накопилось множество вопросов и так много хотелось сказать, что она не знала, с чего начать. Но начинать было нужно, поэтому она произнесла первое, что пришло на ум.

«Спасибо, – сказала она, – за Рим, за Колизей, за то, что спас меня. Если бы ты не прилетел, не знаю, что бы со мной было».

Кейтлин обернулась и неуверенно посмотрела на Калеба. «Ты это помнишь?» – спросила она с тревогой.

Калеб обернулся, посмотрел на неё и кивнул. Он всё помнил, и от этого на душе стало легче. По крайней мере, теперь у них был одинаковый багаж воспоминаний, и их память хранила все мельчайшие детали прошлых жизней. Уже одно это очень много значило для Кейтлин.

«Но это не я спас тебя, – сказал он. – Ты отлично справилась и без меня. Наоборот, ты спасла меня. Я счастлив просто быть с тобой рядом. Даже не знаю, что бы я без тебя делал, – добавил Калеб».

Он сжал её руку, а Кейтлин ощутила, как от его слов стало теплее на душе.

Пока они гуляли по парку, она с любопытством разглядывала огромное многообразие цветов, фонтанов и статуй… Это было одно из самых романтичных мест, в которых ей довелось побывать.

«Я должна попросить прощение», – добавила Кейтлин.

Калеб посмотрел на неё, и она вдруг испугалась того, что собиралась сказать:

«…за твоего сына».

Лицо Калеба помрачнело, выражая неподдельную скорбь.

Дура, подумала про себя Кейтлин. Ну, зачем же нужно постоянно портить момент? Неужели, нельзя было с этим повременить?

Калеб сглотнул и кивнул, слишком расстроенный, чтобы говорить.

«И я сожалею о Сэре, – добавила Кейтлин. – Я никогда не хотела вставать между вами».

«Не сожалей об этом, – ответил Калеб. – Ты не сделала ничего дурного. Виноваты были только я и она. Нам не суждено было быть вместе. Наши отношения не сложились с самого начала».

«Ну, и наконец, я хотела извиниться за то, что произошло в Нью-Йорке, – добавила Кейтлин и ощутила облегчение, словно камень упал с плеч. – Я бы никогда не ранила тебя, зная, что это был ты. Клянусь, я думала, что это был кто-то другой. Я никогда бы не догадалась, что это был ты».

Кейтлин была близка к тому, чтобы расплакаться.

Калеб остановился, посмотрел на неё и обнял за плечи.

«Это уже не имеет значения, – искренне сказал он. – Ты вернулась, чтобы спасти меня. И я знаю, чего тебе это стоило. Всё могло закончиться неудачей. Ты рисковала жизнью ради меня и отказалась ради меня от нашего ребёнка, – добавил Калеб с грустью. – Я люблю тебя больше, чем могу выразить словами, – закончил он, не поднимая глаз».

Калеб посмотрел на Кейтлин, и в его глазах появились слёзы.

И тут они поцеловались. Кейтлин таяла в его объятьях, чувствуя небывалое облегчение; казалось, они целовались целую вечность. Это был лучший момент их отношений. В некотором смысле, она чувствовала, что знакомится с ним впервые.

Спустя какое-то время их губы разомкнулись, и они внимательно посмотрели друг другу в глаза.

Развернувшись и скромно взявшись за руки, они продолжили прогулку по парку. Кейтлин наслаждалась красотой и романтикой Парижа, осознавая, что в этот момент все её мечты становились реальностью. Это было именно то, чего она хотела от жизни: быть с любимым человеком – с тем, кто по-настоящему её любил, – быть в таком красивом, романтичном месте и знать, что вся жизнь впереди.

Кейтлин вспомнила, что украшенный драгоценностями ларец по-прежнему находился в её кармане, что не могло не расстраивать. Она не хотела его открывать. Она очень любила отца, но читать его письмо у неё не было никакого желания. Кейтлин чувствовала, что больше не хочет продолжать эту миссию. Она не хочет всем рисковать, путешествуя во времени в поисках других ключей. Она просто хочет быть здесь и сейчас, с Калебом, в мире сама с собой. Кейтлин не хотела ничего менять. Она была готова сделать всё, чтобы продлить это драгоценное время, отведённое им вместе. При этом она понимала, что это означало отказ от миссии.

Кейтлин повернулась и посмотрела на Калеба. Сказать ему об этом было непросто, но она чувствовала, что это было необходимо.

«Калеб, – начала Кейтлин, – я не хочу больше ничего искать. Я понимаю, что у меня особая миссия – мне нужно помочь другим и найти Щит. Это может звучать эгоистично, и мне очень жаль, если это так, но я просто хочу быть с тобой. Сейчас это самое важное для меня. Я хочу остаться здесь и сейчас. Мне кажется, что если мы продолжим поиски, то нам придётся вновь отправиться в другое время и в другое место. И, возможно, уже не вместе… – Кейтлин замолчала и поняла, что не в силах сдержать слёзы».

В полном молчании она сделала глубокий вдох. Кейтлин не знала, о чём сейчас думает Калеб, но надеялась, что он одобрит её решение.

«Ты меня понимаешь?» – осторожно спросила она.

Он смотрел на горизонт и выглядел задумчиво. Наконец Калеб повернулся и посмотрел на Кейтлин. Её стало не по себе: «Я не хочу читать письмо отца и искать новые подсказки. Я просто хочу, чтобы мы были вместе. Я хочу, чтобы мы остались здесь и сейчас и не хочу ничего менять. Надеюсь, что ты не возненавидишь меня за это».

«Я никогда тебя не возненавижу», – мягко сказал Калеб.

«Но ты не одобряешь моего решения, – ответила Кейтлин. – Думаешь, я должна продолжать миссию?»

Он отвернулся, но ничего не сказал.

«Что не так? – спросила она. – Ты беспокоишься о других?»

«Думаю, меня должно это беспокоить, – сказал Калеб, – и это правда. Но у меня есть и корыстные причины. Я думаю… в глубине души я надеялся, что если мы найдём Щит, он сможет помочь мне вернуть сына, Джейда».

Кейтлин ощутила ужасное чувство вины, поскольку только что поняла, что для Калеба её отказ от миссии был равносилен потере сына навсегда.

«Но это не тот путь, – сказала она. – Мы не знаем, найдем ли мы Щит, существует ли он вообще, и сможет ли он его вернуть. Однако мы знаем, что если мы не станем его искать, то сможем быть вместе. Речь идёт о нас. Вот что для меня самое важное, – Кейтлин замолчала. – А что самое важное для тебя?»

Калеб вновь посмотрел на горизонт и кивнул, даже не взглянув на Кейтлин.

«Ты любишь меня лишь потому, что я могу помочь тебе найти Щит?» – спросила она.

Задав этот вопрос, она была потрясена собственной смелостью. Он беспокоил её с тех пор, как она впервые встретила Калеба. Любил ли он её только потому, что она могла привести его к Щиту? Или он любил её такой, какая она есть? Сейчас Кейтлин, наконец, смогла спросить его прямо.

Сердце её бешено билось в ожидании ответа.

Наконец, Калеб повернулся и внимательно посмотрел в её глаза. Он протянул руку и нежно провёл тыльной стороной ладони по её щеке.

«Я люблю тебя за то, что ты – это ты, – сказал он, – и всегда любил. А если жизнь с тобой означает отказ от поиска Щита, то так тому и быть. Я тоже хочу быть с тобой. Да, я хочу продолжить поиск, но ты для меня гораздо важнее».

Кейтлин улыбнулась, радуясь новому чувству покоя и стабильности. Больше на их пути не было преград.

Калеб откинул волосы с её лица и расплылся в улыбке.

«Забавно, – сказал он, – ведь я жил здесь и раньше. Много веков назад. Не в Париже, а в его пригороде. Это был небольшой замок. Не знаю, сохранился ли он до сих пор, но мы можем поискать вместе».

Кейтлин улыбнулась. Калеб усадил её на плечи и взмыл в воздух. Через несколько мгновений они летели высоко над Парижем, направляясь в пригород, чтобы отыскать его дом.

Их дом.

Кейтлин никогда не была так счастлива.

Глава пятая

Сэм едва поспевал за Полли. Она так часто меняла тему разговора и так тараторила, что, казалось, никогда не остановится. Сэм по-прежнему чувствовал себя не в своей тарелке от этого неожиданного путешествия – ему нужно было всё хорошенько обдумать.

Шли они уже около получаса, и Сэм, пытаясь успеть за Полли, то и дело спотыкался о ветки. Девушка шла бодрым шагом и без устали болтала, так что Сэм не мог вставить в разговор ни слова. Полли всё говорила и говорила о «дворце», и «дворе», и представителях своего клана, и о грядущем концерте, и о человеке по имени Эйден. Сэм не имел ни малейшего понятия, о чём она говорит, и почему его искали, и куда она его вела, поэтому решил получить хоть какие-то ответы.

«…. это не совсем бал, конечно, – продолжала Полли. – Но всё же изумительное событие, а я даже не знаю, что мне надеть. У меня, конечно, много вариантов, но ни один из них не подходит для такого изысканного мероприятия…»

«Прошу тебя! – вдруг отозвался Сэм, лихо перепрыгивая через лесные преграды. – Я прошу прощения за то, что перебиваю тебя, но у меня к тебе есть вопросы. Пожалуйста. Мне хочется получить на них ответы».

Наконец Полли замолчала, и Сэм вздохнул с облегчением. Она взглянула на него с удивлением, как будто и не замечала своей болтовни всё это время.

«Спрашивай, не стесняйся», – весело сказала Полли. Однако до того как Сэм успел вымолвить хоть слово, нетерпеливо добавила: «Ну, так что? Что за вопросы?»

«Ты сказала, что тебя послали за мной, – сказал Сэм. – Кто тебя послал?»

«Ну, это лёгкий вопрос, – ответила Полли. – Меня за тобой послал Эйден».

«А кто это?» – снова спросил Сэм.

Полли фыркнула: «Боже мой, да ты, оказывается, многого не знаешь! Вот уже несколько веков Эйден является лидером нашего клана. Я не знаю, почему он проявил такой интерес к твоей персоне и почему послал меня в такой прекрасный день бродить по лесу в поисках тебя. Мне кажется, что со временем ты бы сам смог найти дорогу. К слову сказать, у меня сегодня еще масса дел – нужно найти новое платье и к тому же …».

«Постой, – перебил её Сэм, пытаясь не потерять свою мысль. – Я благодарен, что ты нашла меня и всё такое и не хочу показаться невежливым, однако у меня нет времени идти туда, куда ты меня ведёшь. Понимаешь, я отправился в прошлое, в это время и место не просто так. Мне нужно помочь сестре. Я должен найти её, и у меня нет времени на какие-то незапланированные визиты».

«Знаешь что, я не назвала бы этот визит незапланированным, – ответила Полли. – Эйден – единственный в клане, кто может найти человека. Если ты понравишься ему, дело сделано. И кого бы ты ни искал, единственный, кто может указать тебе правильный путь – это Эйден».

«Тогда, где же то место, куда мы идём? Далеко ещё?»

Полли сделала ещё несколько шагов по тропинке. Сэм поспешил за ней, отметив про себя, что все её ответы оказались уклончивы. Неожиданно лес закончился.

Полли остановилась. Сэм остановился рядом с ней, поражённый увиденным.

Перед ними открывалось огромное поле. Вдалеке виднелись английские сады. Газон был тщательно подстрижен и имел замысловатые формы. Они были похожи на прекрасное произведение искусства.

Однако дворец, который находился за садом, казался еще более невероятным. Сэму никогда не приходилось видеть здания такого огромного размера. Весь дворец был отделан мрамором и занимал просто колоссальную территорию. Дворец был построен в классическом стиле и имел множество больших окон. Вход украшала мраморная лестница. Сэм знал, что когда-то видел изображение этого места, но не мог вспомнить его названия.

«Версаль», – ответила Полли на немой вопрос, явно прочитав его мысли.

Сэм посмотрел на неё, и Полли улыбнулась в ответ.

«Здесь мы живем. Ты во Франции. Сейчас 1789 год. И я уверена, что Эйден разрешит тебе присоединиться к нам, разумеется, если Мария позволит».

Сэм озадаченно посмотрел на Полли.

«Мария?» – переспросил он.

Полли рассмеялась и покачала головой. Она повернулась и вприпрыжку побежала по полю.

«Мария-Антуанетта, дурачок!» – крикнула она через плечо.

* * *

Оглядываясь по сторонам, Сэм следовал за Полли, поднимаясь к парадной двери по бесконечной мраморной лестнице. Размеры дворца были ошеломляющие. Повсюду, куда бы он ни посмотрел, прогуливались люди. Такой красивой изящной одежды Сэму ещё не приходилось видеть. Он решил, что все эти люди принадлежат к королевской семье. Сэм не мог поверить, что действительно находится здесь. Если бы ему сказали, что это сон, он бы сразу поверил. Сэму никогда ещё не приходилось находиться среди придворных.

Полли продолжала без умолку болтать, и Сэм заставлял себя сконцентрироваться на том, что она говорит. Ему нравилось находиться рядом с ней и наслаждаться её обществом, не смотря на то, что следить за потоком её мыслей и слов было необычайно трудно. Он находил Полли очень симпатичной. Однако Сэм не мог понять, по-настоящему ли она привлекательна или же просто нравится ему по-дружески. К своим предыдущим подружкам Сэм испытывал сильное физическое влечение, с Полли же они могли бы стать друзьями.

«Как видишь, здесь живёт королевская семья, – сказала Полли. – Мы тоже тут живем. Они так пожелали. Мы – лучшая защита, о которой можно только мечтать. Мы живем вместе в дружбе и гармонии. Всех это устраивает. В лесу мы добываем себе пропитание, а живём в этом прекрасном месте, в хорошей компании. В благодарность мы защищаем королевскую семью. К слову, некоторые из них тоже вампиры».

Сэм посмотрел на неё с удивлением.

«И Мария-Антуанетта?» – спросил он.

Полли едва заметно кивнула, стараясь не раскрывать этот секрет.

«Только никому не говори, – сказала она. – Есть ещё несколько других вампиров. Однако большинство из живущих здесь – люди. Они хотели бы стать такими, как мы, только подобное обращение строго запрещено. Здесь жёсткие правила. Есть мы, и есть они, эту грань нельзя переступать. Некоторым членам семьи нельзя доверять слишком много власти. Мария тоже так считает.

Тем не менее, это самое восхитительное место на земле. Не могу представить, что всё это может когда-нибудь закончиться: эти бесконечные балы, вечеринки, концерты… На этой неделе состоится самое долгожданное событие. Опера. Я уже успела подобрать наряд».

Как только они приблизились к двери, несколько слуг поспешили её отворить. Массивные позолоченные двери произвели на Сэма сильное впечатление – он разглядывал их с благоговением.

Полли уверенно прошла в огромный мраморный коридор. Казалось, она чувствовала себя во дворце как хозяйка. Сэм старался не отставать, разглядывая убранство залов и поражаясь окружавшей его роскоши. Они шли по бесконечным мраморным коридорам. Повсюду висели огромные хрустальные люстры, отражая блеск бесчисленного количества позолоченных зеркал. Солнце проникало внутрь, и освещало каждый уголок.

Они прошли сквозь очередную дверь и, наконец, оказались в огромной гостиной, отделанной мрамором и украшенной колоннами. Как только Полли вошла, несколько стражников встали навытяжку.

Полли хихикнула, но не обратила на них внимания.

«Ещё мы здесь тренируемся, – сказала она. – На территории дворца можно найти лучшие поля для тренировок. Эйден заставляет нас много работать. Я была удивлена тем, что он разрешил мне оторваться от занятий, чтобы отправиться за тобой. Ты, должно быть, важная персона».

«Ну, так где же он, – спросил Сэм. – Когда я с ним познакомлюсь?»

«Боже мой, ты такой нетерпеливый. Эйден – очень занятой человек. Он может отложить встречу с тобой на некоторое время, а может вызвать прямо сейчас. Не переживай, когда он будет готов встретиться, ты узнаешь это первым. Подожди немного. А пока позволь мне показать тебе твою комнату».

«Мою комнату? – удивлённо произнёс Сэм и начал протестовать. – Я же сказал, что не могу оставаться здесь. Мне нужно искать сестру».

В этот момент прямо перед ними отворилась огромная двустворчатая дверь.

Неожиданно в комнате появилась женщина, окружённая придворными, которые несли её на королевском троне.

Придворные опустили трон. Как только они это сделали, Полли низко поклонилась, жестом показывая Сэму следовать её примеру. Он так и сделал.

Это, без сомнения, была Мария-Антуанетта. Она медленно сошла с трона, и, сделав несколько шагов навстречу Сэму и Полли, остановилась прямо перед ними. Королева жестом приказала Сэму подняться. Он встал.

Королева смерила его взглядом.

«Итак, новый мальчик», – вымолвила она ничего не выражающим тоном. В её глазах горела энергия, какой Сэм никогда не видел прежде. По запаху он понял, что королева, действительно, одна из них.

Наконец, после продолжительного молчания, Мария-Антуанетта кивнула и произнесла: «Интересно».

С этими слова она прошла мимо Сэма и Полли и вышла из гостиной. Вся свита проследовала за ней, все кроме одной.

Это была девушка лет 17, одетая в ярко голубое бархатное платье. У неё были длинные светлые волосы и синие глаза. Такой красивой белой кожи как у неё Сэм ещё никогда не видел. Девушка тоже, не отрываясь, смотрела на него.

Он чувствовал себя неуютно, но отвести от неё взгляда не мог.

Это была самая красивая девушка, которую Сэму приходилось когда-либо видеть.

Спустя несколько секунд, она сделала несколько шагов, всё ещё не отрывая от него взгляда. Двигаясь медленно и гордо, девушка протянула ему руку, явно ожидая, что он её поцелует.

Сэм дотронулся до её кожи и почувствовал, как мурашки побежали по телу. Он наклонился и поцеловал руку.

«Полли, – сказала девушка, – ты разве не собираешься нас представить?»

Это был не вопрос. Это был приказ.

Полли откашлялась и неохотно произнесла:

«Кендра, это – Сэм, Сэм, это – Кендра».

Кендра, мысленно повторил Сэм. Он всё ещё смотрел ей в глаза. Его поразила та агрессивность, с которой она смотрела в ответ, будто он уже стал её собственностью.

«Сэм, – отозвалась она. – Простовато, но мне нравится».

Глава шестая

Кайл одним ударом разбил каменный саркофаг. Гробница разлетелась на тысячи кусочков, и Кайл с готовностью выпрыгнул наружу.

Он огляделся, готовый сразиться с любым, кто встанет у него на пути. На самом деле он даже жаждал драки. В этот раз путешествие во времени оказалось неприятным, и Кайлу хотелось выместить на ком-нибудь свою злость.

Оглядевшись, Кайл отметил, к своему разочарованию, что кроме него здесь никого нет.

Постепенно он смог взять себя в руки. В конце концов, он оказался в нужном месте и в нужное время. В этом он был уверен. Кайл знал, что благодаря своему опыту, он может более точно выбирать место и время перемещения в отличие от Кейтлин. Он еще раз осмотрелся и остался доволен собой, ведь он переместился точно туда, куда планировал, в Дом инвалидов.

Кайлу всегда нравилось это место. Оно имело большое значение для злобных вампиров вроде него. Мавзолей, располагавшийся глубоко под землей, был полностью отделан мрамором и красиво украшен. Вдоль стен аккуратно располагались ряды саркофагов. Строение имело цилиндрическую форму, а потолок в сотню метров высотой заканчивался куполом. Это было унылое, мрачное место, служащее последним пристанищем солдат французской армии. Кайл знал о том, что однажды здесь похоронят Наполеона.

Но сейчас его здесь нет. Ведь на дворе лишь 1789 год, и Наполеон, этот маленький недоносок, всё еще жив. Такие люди нравились Кайлу. Наполеону сейчас, должно быть, было около 20 лет. Его карьера только началась. Кайл знал, что потом Наполеона не сразу похоронят в Доме инвалидов. Конечно, его похороны будут просто уловкой, чтобы показать людям, что он такой же, как они.

Кайл улыбнулся, подумав об этом. Сейчас он был там, где когда-то Наполеон обретёт свой «покой». Забавно. Кайлу не терпелось снова его увидеть, вспомнить прошлое. Наполеон принадлежал к числу тех немногих, кого Кайл почти уважал. Но как бы там ни было, Наполеон был лишь низкорослым высокомерным выскочкой. Кайл бы ему показал, что к чему.

Кайл медленно шёл по мраморному залу, озираясь по сторонам и слыша, как его шаги отдавались гулким эхом. Кайл знавал лучшие времена. Один его глаз был потерян из-за этого ужасного мальчишки, сына Калеба, а лицо было изуродовано по воле Рексуса в Нью-Йорке. Теперь ко всему этому добавилась большая рана на щеке от удара копьём. Её нанёс Сэм в Колизее. Кайл понимал, что выглядел он, как старая развалина.

Но с другой стороны, ему это нравилось. Ведь он выжил и был непобедим. А сейчас он ещё и был зол как никогда. Кайл намеревался помешать Кейтлин и Калебу найти Щит. Они дорого заплатят за все его страдания. Они будут мучиться, как сейчас мучается он. Сэм, конечно, тоже поплатится. Кайл ни перед чем не остановится, пока насмерть не замучает всех троих.

В несколько прыжков Кайл преодолел мраморную лестницу и оказался на верхнем этаже гробницы. Покружив немного, он дошёл до часовни, где остановился под огромным куполом у алтаря. Кайл прислонился к стене и осторожно провёл по ней рукой.

Наконец он нашёл, что искал. Кайл отодвинул задвижку и открыл тайник. Просунув в него руку, он извлёк оттуда длинный серебряный меч, рукоять которого была украшена драгоценными камнями. Кайл осмотрел его и остался доволен.

Укрепив меч на спине, он повернулся и направился вниз по коридору, прямо к выходу. Одним мощным ударом он снёс огромную дубовую дверь с петель. Пустынное здание ответило громким эхом. Кайл был доволен тем, что его сила вернулась.

Стояла ночь. Кайл расслабился. Конечно, он мог бы полететь к своей цели прямо сейчас, но решил растянуть удовольствие. Париж 1789 года – особое место. Город, насколько он помнил, кишел проститутками, пьяницами, ворами и прочим сбродом. Несмотря на прекрасную архитектуру и внешний вид, дно этого города было глубоким и мерзким. Именно это и нравилось Кайлу в Париже. Они были словно бы созданы друг для друга.

Кайл приподнял подбородок и закрыл глаза, прислушиваясь и принюхиваясь. Он чувствовал явное присутствие в городе Кейтлин и Калеба. Он не был уверен насчёт Сэма, но, по крайней мере, двое уже были здесь. Это хорошо. Теперь ему остаётся лишь найти их. Он нападёт на них неожиданно. Убить их будет легко, думал Кайл. В Париже это проще простого. Здесь нет Великого Совета вампиров как в Риме, перед которым нужно держать ответ. Но что ещё важнее, здесь жил злобный клан под предводительством Наполеона. А Наполеон был у него в долгу.

Кайл решил, что для начала выследит коротышку и заставит его заплатить по счетам. Он заставит людей Наполеона сделать всё возможное, чтобы отыскать Калеба и Кейтлин. Кайл также знал, что они могут оказаться полезными, если он вдруг встретит сопротивление. В это раз он не пустит всё на самотёк.

Кайл не очень торопился с исполнением плана. Сначала он решил отправиться на охоту и хорошенько отдохнуть. Плюс ко всему, он уже заранее позаботился обо всём. До того, как покинуть Рим, он отыскал своего верного помощника Сергея и отправил его сюда первым. Если всё идёт, как задумано, то Сергей уже здесь и выполняет свою часть миссии по внедрению в клан Эйдена. Улыбка Кайла стала ещё шире. Он любил предателей и подхалимов. Сергей оказался для Кайла очень полезной находкой.

Кайл шагал вприпрыжку, как школьник. Его переполняла радость, и он был готов ворваться в город и взять всё, что ему причиталось.

Навстречу ему шёл уличный художник с кистями и холстом в руках. Он жестом предложил Кайлу нарисовать портрет. Больше всего на свете Кайла раздражали художники. Но сейчас он был в таком хорошем расположении духа, что решил оставить его в живых.

Однако художник продолжал настаивать и довольно навязчиво предлагал свои услуги. Кайл подошёл к нему, схватил кисть и воткнул её промеж глаз бедняги. Художник упал замертво.

Кайл поднял холст и, разорвав его на кусочки, продолжил путь очень довольный собой. Ночь поистине собиралась быть чудесной.

Когда он повернул в мощёный переулок и направился в район, где уже бывал, всё ему казалось знакомо. Несколько проституток стояли вдоль дороги и манили его к себе. В этот момент двое пьяных вывалились из трактира и натолкнулись прямо на Кайла.

«Эй ты, придурок», – крикнул один.

«Эй, одноглазый, – отозвался второй, – смотри куда идёшь!»

Один из них вышел вперёд и попытался со всей силы толкнуть Кайла.

Его глаза округлились, когда он понял, что сдвинуть Кайла с места ему не удастся. Кайл был словно каменная стена.

Покачав головой, он поразился их тупости. В ту же секунду, прежде чем пьяницы успели отреагировать, Кайл выхватил из-за спины свой меч, взмахнул им и в мгновение ока отрубил обоим головы.

Он с удовольствием смотрел, как они откатились в сторону, а тела стали оседать под собственным весом. Кайл вернул меч на место, затем нагнулся и поднял безглавые трупы. Он вонзил длинные клыки в плоть и принялся пить брызжущую из шей кровь.

Кайл услышал, как проститутки, ставшие свидетелями произошедшего, закричали от страха. Следующее, что услышал Кайл, был звук закрывающихся дверей и ставень.

Весь город теперь меня боится, подумал Кайл. Отлично. Париж принял его, как родного.

Глава седьмая

Ранним утром Кейтлин и Калеб улетели из Парижа, оставляя позади прекрасные виды Франции. Калеб летел, рассекая воздух, а Кейтлин крепко держалась за него, сидя на спине. Сейчас она уже чувствовала себя гораздо сильнее и могла бы лететь сама, если бы захотела. Но ей не хотелось отпускать Калеба ни на минуту. Кейтлин нравилось ощущать близость его тела. Ей хотелось обнять его и почувствовать, что они снова вместе. Кейтлин знала, что это глупо, однако после долгой разлуки ей казалась, что если она отпустит его, он покинет её навсегда.

Под ними сменялись пейзажи. Очень быстро город пропал из виду. Внизу появились густые леса и холмы. Ближе к городу можно было разглядеть фермы или одиноко стоящие домики. Чем дальше они летели, тем пустыннее становилась местность. Они пролетали над полями, лугами, фермами и пастбищами. Из печных труб поднимался дым – люди готовили еду. На бельевых верёвках сушилась одежда. Такая картина казалась Кейтлин беззаботной и наполненной счастьем. Июльская жара немного спала, и воздух, особенно на этой высоте, приятно освежал.

После нескольких часов полёта взору Кейтлин открылся новый вид. У неё перехватило дыхание: на горизонте блестело ярко синее море. Его волны ударялись о девственный берег. Когда они подлетели поближе, Кейтлин смогла рассмотреть холмы, подходящие прямо к береговой линии.

На фоне моря, среди холмов и высокой травы, уютно расположился прекрасный средневековый замок, отделанный известняком и богато украшенный горгульями и скульптурами. Замок был построен на высоком холме, откуда открывался прекрасный вид на море. Вокруг него можно было видеть бескрайние поля диких цветов. Это было завораживающее, похожее на картинку из журнала зрелище.

Сердце Кейтлин забилось от волнения, когда она подумала, что это место может быть домом Калеба. Шестое чувство подсказывало ей, что так оно и есть.

«Да, – крикнул Калеб сквозь ветер, как всегда читая её мысли, – это мой дом».

Сердце Кейтлин замерло от радости. Она была взволнована и, чувствуя силу, решила, что может лететь сама.

Она тут же спрыгнула со спины Калеба. Смогут ли её крылья раскрыться? Секунду спустя она уже летела вверх, с восторгом ощущая воздух и знакомое радостное чувство. Кейтлин радовалась, что снова может стать независимой и свободной. Она поднималась и опускалась, подлетая к Калебу, который лишь улыбался в ответ. Они вместе опускались и поднимались, бросались навстречу и наперерез друг другу. Время от времени их крылья соприкасались.

Кейтлин и Калеб спустились к замку одновременно. Замок выглядел старинным, но не запущенным. Кейтлин чувствовала себя здесь как дома.

Увидев это прекрасное место, холмы и море вдали, она впервые за долгое время ощутила умиротворение и спокойствие. Ей казалось, что она вернулась домой. Она представляла, как будет жить здесь вместе с Калебом. Здесь они снова смогут создать семью. Она счастливо проживёт всю жизнь здесь, в этом прекрасном уголке, вместе с любимым. Кейтлин казалось, что нет ничего, что могло бы нарушить их идиллию.

* * *

Приземлившись, Калеб взял Кейтлин за руку и повёл к замку. Дубовая дверь была вся покрыта пылью и морской солью. Многие годы её никто не открывал. Калеб толкнул дверь, однако она оказалась заперта.

«Столько времени прошло, – сказал Калеб. – Я удивлен, что здесь ничего не тронуто, всё на своих местах и даже дверь закрыта. Где-то здесь должен быть ключ…»

Он приподнялся на носочки перед входом и нащупал щель в каменной арке над дверью. Через пару секунд он извлёк из неё длинный серебряный ключ.

Калеб вставил ключ в замок и открыл дверь.

Затем он повернулся лицом к Кейтлин и улыбнулся.

«Дамы вперед», – произнёс он, отходя в сторону.

Кейтлин толкнула тяжёлую средневековую дверь. Она медленно со скрипом отворилась. Налипшая соль осыпалась вниз.

Они вошли. Комната оказалась тёмной и мрачной, повсюду висела паутина. Пахло сыростью. Кейтлин обвела взглядом высокие сводчатые каменные стены и каменный пол. Толстый слой пыли покрывал всё вокруг. Окна не пропускали свет, и от этого комната становилась ещё более мрачной. Казалось, несколько веков сюда не ступала нога человека.

«Сюда», – сказал Калеб.

Он взял Кейтлин за руку и повёл её по узкому коридору. Наконец они очутились в большом зале, с обеих сторон которого находились огромные полукруглые окна. Здесь было намного светлее, даже несмотря на пыль. В комнате была кое-какая мебель: длинный средневековый дубовый стол, окружённый красивыми деревянными стульями. В центре комнаты находился огромный мраморный камин. Это было невероятно. Кейтлин ощущала себя как в музее Клойстерс.

«Замок был построен в 12 веке, – сказал Калеб, осматриваясь. – Тогда это было модно».

«Ты здесь жил?» – спросила Кейтлин.

Калеб кивнул.

«Как долго?»

«Не более ста лет, – ответил он, немного подумав, – ну, может быть двести».

Кейтлин в очередной раз удивилась, как медленно идёт время в мире вампиров. Внезапно её охватила неприятная мысль: жил ли он здесь с другой женщиной? Спросить об этом Кейтлин боялась.

Калеб повернулся и посмотрел на неё.

«Нет, не жил, – ответил он на её немой вопрос. – Я жил здесь один. Ты первая женщина, которую я привёл в свой замок».

Кейтлин вздохнула с облегчением, смущённая тем, что он снова прочитал её мысли.

«Ну же, – отозвался Калеб, – пойдём сюда».

Они поднялись на второй этаж по каменной винтовой лестнице. Здесь было намного светлее. Из больших полукруглых окон открывался прекрасный вид. Лучи солнца проникали в комнаты, а море вдали блестело и переливалось. Комнаты на втором этаже были меньше, но уютнее. В каждой из них имелся мраморный камин. Переходя из комнаты в комнату, Кейтлин заметила огромную кровать с балдахином. Повсюду были расставлены удобные канапе и мягкие стулья. Ковров не было – только лишь голый каменный пол. Холодно, но красиво.

Калеб подвёл Кейтлин к большой стеклянной двери. Покрытую толстым слоем пыли, её было трудно заметить. Калеб подошёл к двери и с силой дёрнул за ручку. Дверь открылась, покрывая всё вокруг облаком пыли.

Калеб вышел, Кейтлин последовала за ним.

Теперь они находились на огромной каменной террасе, отделанной известняком и украшенной изысканной балюстрадой. Кейтлин и Калеб вместе подошли к краю террасы.

Отсюда открывался восхитительный вид на окрестности и океан. Кейтлин слышала шум волн и чувствовала запах солёного морского воздуха. Ей казалось, что она в раю.

Кейтлин всегда представляла дом своей мечты именно таким. Замок был грязный и пыльный и нуждался в заботливых женских руках, но Кейтлин была уверена, что они смогут всё починить, почистить и вернуть этому месту его первозданный вид. Ей казалось, что именно здесь они вместе смогут обрести дом.

«Я думал над тем, что ты сказала, пока мы летели сюда, – сказал Калеб. – О нашей совместной жизни. Мне бы этого очень хотелось».

Он обнял её.

«Я хочу, чтобы мы жили вместе. Давай начнём всё заново. Здесь. Тут тихо и безопасно. Никто не знает об этом месте. Никто нас здесь не найдёт. Я не вижу причины, почему бы нам не прожить нашу жизнь как обычным людям, – говорил Калеб. – Конечно, это место нуждается в ремонте, но мы всё сделаем вместе, если ты не против».

Он посмотрел на Кейтлин и улыбнулся.

Она улыбнулась в ответ. Больше всего на свете ей хотелось заняться благоустройством их дома.

Кейтлин была глубоко тронута его приглашением. Это было для неё важнее всего. По правде сказать, она жила бы с ним где угодно, хоть в лесной хижине.

«Конечно, я не против. Я просто хочу быть с тобой», – ответила она.

Сердце затрепетало, когда он привлёк её к себе и поцеловал. Шум волн, лёгкий морской ветерок – всё в жизни Кейтлин возвращалось на свои места.

* * *

Кейтлин никогда ещё не чувствовала себя такой счастливой. Она неторопливо обходила комнату за комнатой. Калеба не было – он отправился на охоту, чтобы принести еды к ужину. Кейтлин была взволнована, ведь она находилась в доме совершенно одна, на какое-то время он весь принадлежал ей, и она могла осмотреть его взглядом хозяйки, благоустроить и создать уютное гнездышко для неё и Калеба.

Кейтлин заходила в комнаты, открывала окна и впускала в дом запах океана. Отыскав ведро и кусок какой-то ткани, она спустилась к ручью, который тёк на заднем дворе, чтобы набрать воды. Кейтлин отмыла тряпку и вернулась в дом. Стоя на большом ящике, она открывала каждое из этих огромных средневековых окон и протирала их. Некоторые окна располагались достаточно высоко. Тогда Кейтлин использовала свои крылья: поднималась вверх и зависала в воздухе, занимаясь уборкой.

Она была поражена тем, как преображалась комната, как наполнялся светом каждый её уголок. Много лет пыль и соль слоями оседали на окна с обеих сторон. Большим подвигом было просто открыть окно, а чтобы отмыть его от ржавчины и грязи требовались невероятные усилия.

Кейтлин с благоговением рассматривала каждое стекло искусной работы. Толщина секции составляла всего несколько сантиметров и производила впечатление своим прекрасным оформлением. Некоторые из стёкол были окрашены, некоторые остались нетронутыми. Протирая одно окно за другим, Кейтлин чувствовала, как понемногу дом возвращается к жизни, полный благодарности за её помощь.

Наконец Кейтлин закончила и осмотрелась. Она была поражена. Тёмные неприветливые комнаты теперь стали невероятно красивыми и солнечными. Теперь из них был виден океан.

Кейтлин занялась полом. Стоя на четвереньках, сантиметр за сантиметром она чистила его, с удовольствием отмечая, что грязь отступает, а огромные камни начинают блестеть.

Закончив с полом, Кейтлин решила очистить от пыли мраморную каминную полку невероятных размеров. Затем она занялась огромным красиво украшенным зеркалом, висевшим над ней, и натёрла его до блеска. Кейтлин была разочарована, не увидев в нём своего отражения, пусть она и не могла ничего с этим поделать.

Следующим этапом уборки была люстра. Кейтлин смывала пыль и грязь с каждого хрустального подсвечника. После этого дело дошло до кровати с балдахином. Кейтлин вымыла каждую колонну, а затем и саму кровать, не спеша возрождая к жизни старинное дерево. Она собрала старые одеяла, вынесла их на террасу и хорошенько вытряхнула. Клубы пыли полетели во все стороны.

Кейтлин вернулась в комнату, в свою будущую спальню и осмотрела её: теперь она выглядела великолепно. Она сверкала ярче любой другой комнаты в замке. Комната по-прежнему была средневековой, но теперь выглядела намного свежее и уютнее. У Кейтлин захватывало дух от мысли, что она будет здесь жить.

Обнаружив, что вода в ведре стала совсем грязной, Кейтлин решила спуститься к ручью и принести чистой.

Интересно, как отреагирует Калеб, когда вернётся? Наверняка, он будет удивлён, думала Кейтлин. Теперь она наведёт порядок в столовой и постарается создать интимную атмосферу для их первого совместного ужина в новом доме – первого, но не последнего, надеялась она.

Когда Кейтлин добралась до ручья и встала на колени, чтобы наполнить ведро, то неожиданно почувствовала опасность. Она услышала шуршание позади себя. К ней приближалось какое-то животное.

Кейтлин быстро повернулась и, к своему удивлению, увидела волчонка.

Он был белым, лишь по спине ото лба до хвоста проходила чёрная полоска. Волчонок смотрел на Кейтлин так, как будто знал её. Это было странно. Но больше всего Кейтлин поразили глаза животного. Они были такими же, как у Розы.

Сердце Кейтлин взволнованно забилось. Она подумала, что Роза вернулась к ней из мёртвых в образе другого животного. Тот же взгляд, та же мордочка. Цвет меха отличается, но это было не так важно.

Заметив Кейтлин, волчонок испугался. Он остановился, взглянул на неё, а затем осторожно и очень медленно сделал несколько робких шагов навстречу. Кейтлин посмотрела в сторону леса, чтобы удостовериться, что рядом нет волчицы или других волчат. Ей не хотелось драться. Других животных поблизости не было.

Рассмотрев волчонка более тщательно, Кейтлин заметила, что она хромает, а из лапы сочится кровь. Она была ранена. Мать, по всей видимости, оставила её умирать.

Волчонок опустила голову и медленно пошла в сторону Кейтлин, а затем, к её удивлению, опустила голову ей на колено, закрыла глаза и тихонько заскулила.

Сердце Кейтлин сжалось. Она так скучала по Розе, и сейчас ей казалось, что волчица вновь к ней вернулась.

Кейтлин перевернула ведро, села на него и взяла волчонка на руки. Она прижала её к груди и заплакала, вспоминая то время, которое она провела с Розой. Слёзы сами текли по щекам. Как будто чувствуя её горе, волчонок внезапно подняла голову и лизнула её прямо в лицо.

Кейтлин наклонилась и поцеловала волчонка в лоб. Она крепко держала её и прижимала к груди. Кейтлин решила оставить волка себе. Она сделает всё возможное, чтобы вылечить её и вернуть к нормальной жизни, а потом, если волк захочет, она оставит её у себя.

«Как же тебя назвать? – спросила Кейтлин. – Розой назвать не могу… как насчет… Рут?».

Волчонок лизнула Кейтлин в щёку, будто сообщая, что имя ей нравится. Для Кейтлин это был знак согласия.

Так появилась Рут.

* * *

Кейтлин уже заканчивала уборку столовой, когда заметила нечто интересное на стене. Там, над камином висели два длинных серебряных меча. Кейтлин сняла один из них и стёрла с него пыль, восхищаясь рукоятью, которую украшали драгоценные камни. Это было красивое оружие. Она отложила тряпку и ведро и не смогла удержаться, чтобы не испробовать его в деле. Кейтлин ходила по комнате и размахивала мечом налево и направо.

Интересно, сколько у Калеба ещё оружия? Они могли бы как-нибудь устроить тренировочный спарринг.

«Я смотрю, ты нашла мечи», – сказал Калеб, внезапно возникший в дверях. Кейтлин немедленно вернула меч на место.

«Прости, я хотела просто посмотреть».

Калеб рассмеялся.

«Мой дом – это твой дом, – сказал он, входя в комнату и неся на плече две огромные оленьи туши. – Ты можешь пользоваться любыми вещами. К тому же, ты – моя дама сердца, ради тебя я бы дрался на мечах», – добавил он и подмигнул.

Он шёл по комнате, важно вышагивая с оленьими тушами на плече, как вдруг остановился и начал внимательно всё осматривать.

«Ух ты! Дом, как новый», – сказал он.

Калеб стоял на месте и изумлённо осматривался. Кейтлин была счастлива, что смогла удивить его. Она сама осмотрела комнату и поняла, что та действительно изменилась. Теперь у них была большая столовая, со стульями и столом для их первого совместного ужина.

Неожиданно заскулила Рут. Калеб посмотрел вниз и впервые заметил волчонка, появление которого удивило его ещё больше.

Кейтлин внезапно подумала, что Калеб может не разрешить оставить Рут.

Однако когда она увидела счастливые глаза Калеба, от её сомнений не осталось и следа.

«Не могу поверить, те же глаза… она так похожа на Розу», – сказал Калеб, не сводя глаз с животного.

«Можно её оставить?», – спросила Кейтлин.

«Конечно, – ответил Калеб. – Я бы её обнял, да у меня руки заняты».

Не выпуская добычи из рук, Калеб пошёл дальше по коридору. Кейтлин и Рут последовали за ним. Они наблюдали, как он занёс оленей в маленькую комнату и положил сверху на огромную каменную плиту.

«Так как по-настоящему мы готовить не будем, – сказал Калеб, – я, пожалуй, сцежу для нас кровь. Затем мы её выпьем в качестве ужина. Как только я закончу с приготовлениями, мы сможем сесть у камина и поесть».

«Мне нравится эта идея», – сказала Кейтлин.

Рут села у ног Калеба и, задрав морду, заскулила. Он рассмеялся, отрезал от туши небольшой кусок и скормил его волчонку. Рут проглотила кусок и заскулила сильнее, выпрашивая добавку.

Кейтлин вернулась в столовую и принялась протирать кубки. Перед камином возвышалась куча шкур и мехов. Кейтлин собрала их все и отнесла на террасу, чтобы хорошенько вытрясти.

В ожидании Калеба Кейтлин любовалась закатом. Она слышала прибой, дышала морским воздухом. Никогда ей ещё не было так хорошо. Она стояла на террасе с закрытыми глазами, потеряв счёт времени.

Когда Кейтлин снова открыла глаза, было почти темно.

«Кейтлин, ты где?» – послышался знакомый голос.

Она поспешила обратно в комнату. Калеб уже стоял там, держа в руках два огромных серебряных кубка с оленьей кровью. Он зажёг расставленные по всей комнате свечи. Кейтлин помогла к нему, разложив шкуры перед камином.

Через минуту комната уже освещалась слабым мерцающим светом. Кейтлин и Калеб уютно устроились на шкурах. Прибежала Рут и села рядом. Окна были открыты, с моря дул ветер, и становилось прохладно.

Они сидели рядом и смотрели друг другу в глаза, наслаждаясь ужином.

Пока они пили свой особый напиток, Кейтлин поняла, что никогда прежде не чувствовала себя такой живой и не ощущала такого прилива сил.

Калеб тоже оживился. Его глаза и кожа блестели. Они повернулись и посмотрели друг на друга.

Калеб протянул руку и ласково провёл ладонью по щеке Кейтлин.

Сердце Кейтлин бешено забилось, и она поняла, что нервничает. Ей казалось, что прошла целая вечность с тех пор, когда она была с ним. Она так долго ждала этого момента, и вот, когда он наступил, ей чудилось, что она впервые проводит с ним вечер. Она видела, что его ладонь дрожит. Он нервничал, так же, как она.

Ей так много нужно было сказать ему. У неё было много вопросов, которые она собиралась задать. А теперь она видела, что Калеб тоже хочет спросить её о многом. Но в этот момент им не хотелось говорить ни о чём.

Они слились в страстном поцелуе. Когда его губы коснулись её губ, Кейтлин совсем потеряла голову.

Она закрыла глаза, чувствуя его тело и ощущая его страстные объятья.

Они медленно легли на шкуры перед камином. Сердце Кейтлин готово было выскочить из груди.

Наконец-то он принадлежал ей.

Глава восьмая

Полли быстро шла по бесконечным мраморным коридорам Версаля. Стук каблуков отдавался звонким эхом в высоких потолках, лепнине, мраморных каминах, невероятных размеров зеркалах и люстрах.

Полли почти не замечала ничего вокруг. Для неё жизнь в роскоши уже давно стала привычной. Она не могла себе представить, что можно жить по-другому.

Сейчас она думала о Сэме. Такие гости редко бывают во дворце. Его появление – необычное событие. Здесь, в Версале очень редко появлялись гости-вампиры, особенно те, кто прибыл из другого времени. Если же такое случалось, Эйдена они не волновали. Должно быть, Сэм – важная фигура. Молодой, немного сбитый с толку юноша привлёк внимание Полли.

Однако кое-что во всей этой ситуации Полли не могла понять. Ей казалось, что они с Сэмом каким-то образом связаны: что они встречались раньше, или же он связан с кем-то, кто важен ей.

Это было странно. Тем более что прошлой ночью Полли видела очень реалистичный сон о девушке-вампире по имени Кейтлин. Её образ до сих пор стоял перед глазами. Во сне девушки были лучшими друзьями. Полли чувствовала, что этот сон больше был похож на встречу двух давних и верных подруг, чем на обычное сновидение. Проснувшись, она почему-то знала всё об этой девушке и помнила все моменты их встреч.

Однако это не имело значения, поскольку Полли была уверена, что никогда не бывала ни в одном из увиденных во сне мест. Может быть, таким образом она заглядывает в будущее? Полли знала, что вампиры посещают друг друга во снах. Она также знала, что они могут видеть будущее и возвращаться в прошлое. Не все вампиры обладали этими способностями. Возможно, Полли просто оказалась в мире иллюзий. Нельзя знать наверняка заглядываешь ли ты в будущее, возвращаешься ли в прошлое или просто спишь.

После этого сна Полли стала скучать по Кейтлин. Как же глупо скучать по кому-то, кого никогда не встречала.

И вот появился этот юноша, Сэм. Он как-то связан с Кейтлин. Но откуда она это знает? Может быть, ей опять всё это снится?

Кроме всего прочего Полли чувствовала определённую симпатию к Сэму. Нет, конечно, она не влюбилась в него с первого взгляда, но и не была к нему равнодушна. В нём что-то было. Чувство, которое она испытывала к нему, не было любовью. Полли чувствовала к нему интерес и хотела узнать о нём больше.

Волнение и интерес возрастали ещё и потому, что Кендра явно положила глаз на парня. Ещё было слишком рано говорить, хотела ли Полли завязать с ним отношения или нет. Об этом было рано думать. Сэм выглядел таким наивным, простодушным и впечатлительным. Все знают, что Кендра – настоящая хищница. Она родилась в королевской семье и никогда не знала слова «нет». Каким-то волшебным образом она могла получить всё что угодно и от кого угодно.

Полли всегда казалось, что у Кендры есть коварный замысел. Вот уже много лет она пытается уговорить вампиров обратить её. Это запрещено, и никто из них не осмелился бы пойти на это. И вот теперь её цель – Сэм. Он новичок здесь, и Кендра не упустит шанса попытать удачу снова. Полли поёжилась. Она представила, что может случиться с Сэмом, если Кендра добьётся своего.

Да уж, сегодня определённо необычный день. Мысли путались в голове. Спускаясь в зал, Полли поняла, что опоздала. Новый певец, о котором так много сейчас говорили, давал частный концерт для Марии и её фрейлин. Женщины всех возрастов обсуждали не только его голос, но и его внешность. Полли хотелось взглянуть на него хоть одним глазком. Она так ждала этого момента, и сейчас ей было вдвойне досадно, что она смогла прийти только к самому концу.

Один из недостатков Версаля – его размер. Так думала Полли, шагая по коридорам. Никогда не поспеть вовремя!

Полли сбавила шаг в конце очередного коридора. Два стража открыли перед ней громадную дверь. Полли вошла в зал и в тот же миг смутилась.

Все люди обернулись и посмотрели на неё. Полли поняла, что помешала, поскольку певец всё ещё выступал. Она покраснела, а затем нашла свободное место в конце зала и села там с друзьями.

Когда зрители перестали на неё смотреть, Полли смогла сосредоточиться на выступлении, понимая, что мероприятие почти завершилось.

Взглянув на певца, Полли потеряла дар речи. Он был намного красивее, чем о нём говорили. Эти тёмные глаза, тёмные кудрявые волосы, идеальная кожа, одежда по последней моде… На нём был чёрный бархатный пиджак, белые чулки и блестящие чёрные туфли. Он стоял в самом центре небольшой сцены и чувствовал себя комфортно и уверенно. По внешнему виду он напоминал … русского.

Но главное – это его голос. Он был завораживающим. Его пение поразило Полли. Она не могла вымолвить ни слова. Она могла лишь слушать, не в силах оторвать свой взгляд от его лица.

Полли сидела в оцепенении и продолжала смотреть на него, слушая последние аккорды, в то время как остальные люди в зале вставали, аплодировали и подходили к певцу. Зрители обступили артиста, а он продолжал улыбаться, стоя среди толпы и купаясь во всеобщем внимании.

Полли медленно пробралась к сцене. Она видела, с каким благоговением на него смотрят другие девушки. Ей хотелось увидеть вблизи.

Певец обернулся и надменно посмотрел прямо на Полли. Его взгляд был наглым и высокомерным и как будто приказывал окружающим восторгаться его персоной.

«Мне очень понравился ваш концерт», – сказала Полли и поняла, что нервничает.

«Я не сомневаюсь. По-другому и быть не может», – ответил он.

Остальные девушки захихикали. Его ответ показался Полли грубым. Однако она по-прежнему не могла оторвать от него взгляда.

«Если ты и дальше будешь так на меня смотреть, то назови, хотя бы, свое имя», – сказал артист.

Полли пробормотала что-то невнятное. Ещё никто и никогда не разговаривал с ней в таком тоне. Внутренний голос говорил ей, что нужно уйти. Однако она никак не могла заставить себя это сделать.

«Полли», – выдохнула она.

«Полли, – передразнил он с усмешкой. – Как птица».

Полли покраснела, а остальные засмеялись. Она не могла понять, толи она его ненавидит, толи по уши в него влюблена. Почему он такой высокомерный?

«Итак, Полли, – сказал он с лёгким акцентом. – Я, пожалуй, тоже представлюсь».

Он медленно протянул свою ладонь, белую и мягкую, как у девушки.

«Сергей», – гордо произнёс он.

Полли держала его за руку и смотрела на него, не отрываясь.

«Сергей», – тихо повторила она.

И не обращая внимания на то, что он тут же отвернулся, уделяя всё своё внимание другим девушкам и на то, что внутренний голос отчаянно приказывал ей бежать от него подальше, Полли поняла, что уже поздно – она была безнадёжно влюблена.

Глава девятая

Проснувшись на следующее утро, Кейтлин не спеша открыла глаза. Она чувствовала себя полностью отдохнувшей и посвежевшей. Впервые за долгое время ей не снился отец. Этой ночью ей вообще ничего не снилось. Кроме того, впервые за долгое время она проспала столько, сколько хотела.

Кейтлин разбудил проникавший сквозь окна солнечный свет и отдалённый шум прибоя. Запах океана также проникал в дом через открытые ставни.

Открыв глаза, Кейтлин поняла, что её голова покоится на груди Калеба. Нагие, они лежали под одеялом. Этой ночью Кейтлин спала в объятьях любимого.

Она посмотрела на Калеба. Его глаза были закрыты, он всё ещё спал.

В первый раз за долгое время Кейтлин чувствовала себя легко и непринуждённо. Здесь и сейчас, в этом замке, в объятьях Калеба ей казалось, что ничто не может помешать их счастью. Ей хотелось остановить это мгновение и остаться в нём навсегда. Казалось, что теперь им ничего не угрожает, и ничто не сможет изменить их жизнь.

Кейтлин осмотрела комнату и наткнулась взглядом на ларец с непрочитанным письмом от отца. Увидев его, Кейтлин стало не по себе: ей казалось, что если она откроет его и прочтёт, жизнь её изменится. Она отвела взгляд от ларца, решив его не открывать.

Кейтлин встала с кровати, босыми ногами ощущая прохладный каменный пол. Взяв в руки украшенный драгоценными камнями ларец, она спрятала его под покрывало. Ей не хотелось смотреть на него. Ей не хотелось ничего менять. Она решила ничего не менять.

Кейтлин медленно надела одежду, которую ей дала монахиня. Вчера она выстирала её в ручье и повесила сушиться на одну из горгулий на террасе. К удивлению Кейтлин, одежда уже высохла и была очень свежей и приятной. Теперь Кейтлин была готова встретить новый день.

Сейчас нужно подумать о том, где раздобыть новый гардероб. Теперь, когда она обрела свой дом, в котором достаточно места для одежды, нужно было что-то придумать. В случае необходимости, она научится шить и вязать. Здесь в округе столько овец, что, наверняка, есть фермер, который продает одежду. Конечно, это не будет модный костюм из 21 века, но ей и не хотелось иметь такой. Кейтлин хотелось смешаться, стать частью этого мира, стать такой же, как люди этого времени. Больше всего ей хотелось жить здесь и сделать это место своим домом. Чтобы ни носили здешние жители, ей хочется одеваться так же.

Кейтлин открыла огромную стеклянную дверь и вышла на террасу. Нагретые солнцем камни были приятны на ощупь. Кейтлин подняла голову и подставила солнцу лицо. Монахиня дала ей новую кожную плёнку, а так же капли для глаз, поэтому солнце больше её не беспокоило. Напротив, Кейтлин чувствовала себя просто прекрасно.

Она подошла к краю балюстрады, положила руки на перила и посмотрела вдаль. Морской ветерок ласкал её лицо, пока она смотрела на синее небо, холмы и прибой вдалеке. На побережье никого не было. В таком пустынном и далёком месте не часто увидишь людей.

«Вот ты где», – послышался голос Калеба.

Кейтлин повернулась и обрадовалась его приходу. Он был уже одет и направлялся к ней.

Подойдя ближе, Калеб широко улыбнулся, и Кейтлин улыбнулась в ответ. Сделав два шага навстречу, она тут же оказалась в его объятьях. Он крепко и нежно поцеловал её.

Как же прекрасно, когда день начинается с объятий любимого.

Они смотрели друг другу в глаза.

«Ты мне снилась», – сказал Калеб.

«Я надеюсь, это был хороший сон», – ответила Кейтлин.

«Конечно», – ещё шире улыбнулся Калеб.

Кейтлин было интересно узнать больше о его сновидении, однако он ничего больше не добавил, а ей не хотелось выпытывать. У Калеба была такая особенность: иногда он замолкал и думал о чем-то. Порой было очень трудно читать его мысли. Конечно, у каждого из них был этот дар, но вот что странно: чем ближе они становились друг другу, тем сложнее становилось читать мысли. Как будто сила любви подавляла силу их способностей. Будто бы в их отношениях всё же оставалось место сокровенным тайнам.

Кейтлин отчаянно хотелось узнать, о чём он думает сейчас, но его мысли были скрыты.

Она взяла его за руку и повела на балкон.

«Мне очень нравится здесь, – сказала она. – Я уже подумала о том, как здесь всё устроить».

Сказав это, она заметила, как лёгкая тень пробежала по его лицу. Это изменение было едва заметно, но Кейтлин находилась довольно близко и смогла его увидеть. К тому же Калеб уже не держал её руку так же крепко, как несколько минут назад. Она не могла читать его мысли, но как женщина почувствовала, что Калеб отдаляется от неё.

Но почему?

«Здорово», – ответил Калеб.

В тоне его голоса что-то изменилось. Он явно был чем-то озабочен и обеспокоен.

Или ей это просто кажется?

Что пошло не так? Может быть, он передумал жить со мной?

Кейтлин смотрела на Калеба, который устремил свой взгляд вдаль. Она смотрела ему прямо в глаза, пытаясь понять, о чём он думает.

«Ты счастлив снова жить здесь?» – нежно спросила Кейтлин.

«Да, очень», – ответил Калеб.

Ей хотелось добавить: тогда почему я вижу грусть в твоих глазах? Это всё из-за меня? Ты любишь меня не так сильно, как думал?

Но Кейтлин боялась сказать это вслух. Ведь эти слова могли всё испортить.

Кейтлин промолчала. Её сердце наполнялось тоской.

Она вспоминала их отношения, все те места, где они бывали вместе. Нью-Йорк, Бостон, Эдгартаун, Венеция, Рим. Им всегда было некогда, им не хватало времени побыть вдвоём и насладиться своей любовью.

И вот это время пришло. Может быть теперь, когда преград больше нет, и ничто не стоит между ними, она ему больше не интересна? Может быть, он боится их сближения? Может быть, он любил её лишь за невозможность быть вместе?

Может быть сейчас, когда они вместе, он не знает, что делать?

А сможет ли Калеб жить тихой семейной жизнью без погонь и битв? Сможет ли он изменить свою жизнь ради неё?

Или, думала Кейтлин, её разум играет с ней злую шутку? Может быть, она всё это выдумала? Может быть, она создаёт проблему из ничего? Может быть, она видит то, чего нет? Ведь Калеб одобрил её намерение всё здесь обустроить. Сказал ли он это искренне?

Кейтлин нужно было знать правду. Она не сможет жить во лжи. Она должна знать, если по какой-то причине больше не интересна Калебу. Она должна.

Решив задать свой вопрос, Кейтлин вся задрожала.

«Калеб, – начала она тихо. В горле пересохло, голос дрожал, – всё хорошо?»

Калеб взглянул на неё в замешательстве.

«Ты выглядишь грустным, – сказала она. – Как будто не совсем счастлив».

«Я…, – начал было Калеб. Глубоко вздохнув, он продолжил. – Я очень счастлив здесь с тобой».

Это всё, что он смог сказать. Его слова показались Кейтлин неискренними.

«Можно мне покинуть тебя на минуту?» – вежливо спросил он.

Кейтлин молча кивнула. Она была слишком расстроена, чтобы говорить.

Спросив её разрешения, Калеб повернулся и направился в комнату.

Куда он пошёл? Почему он так неожиданно оставил её одну?

Кейтлин не знала, что думать. Его уход лишь подтверждал её догадки. Он не мог просто стоять с ней здесь и наслаждаться видом. Что-то происходило внутри него. Какая-то внутренняя сила заставила его уйти.

Мир Кейтлин понемногу рушился.

Что же произошло?

Затем её осенило. Сэра. Она и Калеб были женаты, когда Кейтлин в последний раз с ним виделась. Может быть, их отношения ещё были слишком свежи в его памяти? Может быть, он ещё любит её? О ней ли он думал сейчас? Может быть, после их совместной ночи он вспомнил о своей жене?

Так оно и есть, решила Кейтлин. Другие объяснения не приходила ей на ум. Калеб, должно быть, скучает по Сэре. О ней он думал сейчас. Возможно, он собирался сказать Кейтлин, что отправляется на поиски жены.

Кейтлин не могла читать мысли Калеба, но прежде всего она была женщиной. И как любая женщина, она почувствовала, как сердце её разбивается на миллионы кусочков.

* * *

Калеб торопился уйти с балкона, пытаясь взять себя в руки. Он не мог перестать думать о сыне, о Джейде. Он постоянно вспоминал, как держал на руках его бездыханное тело.

Оказавшись в комнате, наедине с собой, Калеб разрыдался. Он не мог позволить, чтобы Кейтлин видела его слёзы. Именно поэтому он так внезапно ушёл с балкона, оставив её одну.

Как же сильно он любил Джейда. Мальчик был похож на него. Он вырос бы не только прекрасным воином, но и чудесным юношей. Калеб не представлял себе жизни без сына. Сейчас он почувствовал, как вся печаль мира свалилась на его плечи. Теперь, когда Джейда не было рядом, Калеб ни минуты не сожалел о перемещении во времени. Наоборот, он был рад, что теперь находится далеко от Сэры, с которой они никогда не были по-настоящему близки. Он был рад, что переместился сюда вместе с Кейтлин. Он был рад, что смог спасти её в Колизее, и что теперь она рядом. Честно сказать, только благодаря Кейтлин он всё ещё был жив.

В последнее время его закружил водоворот событий. Пока он искал Кейтлин, пока они добирались в этот дом, он не мог по-настоящему осознать, как ему не хватает Джейда. Но сейчас, в самый неподходящий момент чувство печали всецело завладело его сознанием. Именно поэтому он так стремительно покинул балкон. Ведь Кейтлин проводит здесь свой первый день, и они только что провели вместе чудесную ночь. Ему не хотелось её расстраивать.

Калеб переходил из комнаты в комнату, а затем открыл потайную дверь, за которой скрывалась узкая винтовая лестница. Поднявшись по ней, он оказался на третьем этаже замка. Здесь, на самом верху была обустроена маленькая каменная беседка. Сюда он приходил в минуты печали. Калеб сел на край камня и стал всматриваться вдаль.

Он вспоминал свою жизнь. Он был счастлив оказаться в этом месте и в этом времени. Он был невероятно счастлив быть здесь с Кейтлин. Его сердце разрывалось от тоски по сыну, однако чем больше он сидел здесь, тем отчётливее чувствовал его присутствие рядом с собой. Калеб знал, что не сможет переместиться во времени, чтобы увидеть своего мальчика. С тоской он понимал, что должен принять всё как есть и отпустить его. Калеб глубоко вздохнул и почувствовал, что ему стало легче.

Чем больше он размышлял, тем больше понимал, что ему хочется иметь ребёнка. Теперь уже от Кейтлин. Ребёнка, которого у них никогда не было. Он знал, что у двух вампиров не может быть детей. Но вдруг есть какой-нибудь выход?

С тех пор, как он снова увидел Кейтлин, он пытался найти подходящий момент и сказать ей, как много она значит для него, и что остаток жизни ему хочется провести вместе с ней.

Он уже был готов рассказать ей обо всём в Париже, у реки, но в последнюю минуту не смог собраться с духом и признаться.

Но теперь, в этом замке Калеб почувствовал, что время пришло.

Он встал и принялся ощупывать стены старой беседки в поисках тайника.

Проведя пальцами по гладким камням, он наконец-то нашёл его. Калеб нажал на рычаг, и в камне образовалась небольшая щель. Калеб нажал на камень, и он выпал.

Просунув руку в тайник, он нашёл то, что искал. Много лет назад Калеб спрятал здесь нечто ценное. Это была маленькая серебряная коробочка, украшенная драгоценными камнями.

Внутри лежало обручальное кольцо его матери.

Однажды, много лет назад она отдала кольцо сыну и завещала ему преподнести его лишь той женщине, которую он по-настоящему полюбит и с которой останется навсегда. Для вампиров слово «навсегда» имело особое значение.

Калеб никогда не показывал кольцо Сэре, несмотря на то, что они были женаты. Что-то внутри него противилось этому. Каким-то образом он чувствовал, что их союз обречён.

Но с Кейтлин всё было по-другому. Ему хотелось подарить ей это кольцо. Он был полностью уверен, что свою жизнь он хочет связать именно с ней. И теперь он был готов.

Пришло время сделать предложение.

Калеб открыл коробку в надежде, что кольцо всё ещё в ней.

Так оно и было. Кольцо было таким же красивым, как и когда-то: прекрасно отшлифованный огромный сапфир весом в шесть карат был окружён сверкающей россыпью рубинов и бриллиантов.

Сердце Калеба замерло, когда он подумал о матери, Джейде, Кейтлин и о семье, которую они однажды создадут.

Сейчас он лишь надеялся на то, что она скажет «да».

* * *

Кейтлин в очередной раз обошла дом в поисках Калеба. Она недоумевала, куда он мог исчезнуть.

Неожиданно скрипнула дверь, и она увидела Калеба, спускавшегося по винтовой лестнице, о наличии которой она даже не подозревала. Кейтлин поняла, что он спускается с крыши. Но зачем ему понадобилось подниматься туда?

Она поняла. Другой причины быть не может – он просто хотел уйти подальше от неё и побыть в одиночестве. Ему надоело её присутствие здесь. Калеб хотел побыть один и, возможно, подготовиться к тому, чтобы сообщить ей неприятную новость. Ведь он передумал жить с ней, и ей нужно уйти.

Калеб шёл к ней. Сердце Кейтлин ёкнуло, когда она увидела его печальное лицо. Она чувствовала, что он готов порвать с ней прямо сейчас. Сейчас он скажет ей, что поспешил пригласить её в свой дом, и у него не было возможности всё обдумать, как следует. Он не готов к семейной жизни, и всё произошло слишком быстро. Ей нужно уйти.

Когда Калеб подошёл ближе, Кейтлин увидела его покрасневшие глаза. Он плакал? В этом не было сомнения. Он собирался с духом, чтобы сказать ей то, что она не хочет слышать.

Кейтлин дрожала.

«Кейтлин», – мягко сказал Калеб, не поднимая глаз.

Он не смотрит в глаза. Это может означать только одно.

Кейтлин ещё никогда не чувствовала себя такой разбитой. Куда ей теперь идти?

«Кейтлин…», – начал он снова.

В этот момент Кейтлин подняла руку, не дав ему договорить.

Чтобы он ни сказал, ей не хочется это слышать. Ей не хочется, чтобы его последние слова эхом отразились в её памяти и остались там навсегда.

«Я знаю, что ты собираешься мне сказать», – произнесла Кейтлин дрожащим голосом.

Калеб удивлённо посмотрел на неё.

«Правда?» – спросил он.

Кейтлин кивнула.

«Я не хочу это слышать».

Кейтлин не понимала почему, но Калеб выглядел растерянным, хотя она избавила его от необходимости сообщать неприятные новости.

«Извини, что всё произошло так быстро, – сказала Кейтлин. – Если бы мы не поторопились, всё было бы по-другому».

Калеб был озадачен.

«Не переживай, я уже ухожу», – добавила она.

Сказав это, Кейтлин круто повернулась и быстро зашагала прочь.

«Кейтлин», – крикнул Калеб ей вслед.

Но она не обернулась. Она не хотела знать, что он больше не любит её, что он любит Сэру. Она бы не вынесла этих слов.

Стремительно покидая дом, который она так быстро полюбила, Кейтлин плакала.

Подхватив на руки Рут, она крепко прижала её к себе и поцеловала. Кейтлин не могла сдержать слёз, и они предательски текли у неё по щекам.

Калеб бежал за ней до самой двери.

«Кейтлинг, пожалуйста, постой!»

Но она не могла остановиться. Пробежав несколько шагов, Кейтлин взмыла в воздух с Рут на руках. Через мгновение она уже летела, улетая подальше от этих мест.

Глава десятая

С гордым видом Кайл шёл по мощёной улице в центре Парижа. Стояла глубокая ночь. Кайл чувствовал себя немного спокойнее, ведь он только что вернулся с улицы красных фонарей, где закусил еще несколькими проститутками. Их кровь до сих пор бурлила в его венах. Понемногу он начинал ощущать себя, как прежде.

Кайл ненавидел путешествия во времени. Просто ненавидел. И ненавидел Кейтлин за то, что она вынудила его переместиться. Он думал, сколько веселья он пропускает по её вине, ведь в Нью-Йорке сейчас бушует война, его война. За это он безумно злился на Кейтлин. Эта девчонка заплатит за всё сполна, когда он её поймает. Понемногу его настроение улучшалось.

Кайл шёл переулками, подыскивая себе очередную жертву, однако улицы были пустынны. Уже почти рассвело, и большинство людей спали. Кайл был сыт и если бы сейчас он кого-нибудь убил, то сделал бы это исключительного для собственного удовольствия.

Кайл вспоминал, как много лет назад он и его друзья могли убивать людей просто так, ради веселья. Вот это были времена! Кайл вспоминал, как они оставляли позади себя улицы, полные бездыханных тел. Кровь они не пили, им просто доставляло удовольствие смотреть, как люди умирают. Это было любимое его развлечение.

Сейчас вампиры стали такими осторожными. Они убивают только ради пропитания. Но когда Кайл убьёт Кейтлин и найдёт способ вернуться в будущее, всё будет по-другому. Он воскресит традицию убивать людей и сделает её национальной забавой.

Кайл свернул на какую-то улицу и, наконец, нашёл то, что искал: массивное круглое здание с большими колоннами и мраморными ступенями. Старинное здание заканчивалось огромным куполом. В принципе, оно не отличалось от римского Пантеона, поскольку это был Пантеон парижский.

Кайл хорошо помнил это здание. Его клан почитал это место и использовал его для проведения собраний. Однако парижский Пантеон отличался от римского: здесь вампиры были более суматошные, более разрозненные, более снисходительные. В Нью-Йорке или Риме если кто-то осмеливался пересечь черту, лидеры сразу же убивали виновника, без суда и следствия. Здесь же кланами управляют комитеты. С одной стороны Кайлу это нравилось, поскольку он ненавидел вышестоящих начальников. С другой стороны, ему нравилось наблюдать за тем, как наказывают провинившихся и убивают их у него на глазах.

Кайл вспомнил о своём давнем друге Наполеоне. Он, должно быть, уже стал во главе этого клана. Они, наверняка, сейчас внутри обсуждают что-нибудь важное, ведь вампиры-парижане – известные любители поспорить.

Кайл поднялся наверх, перепрыгивая через ступеньки. Ему не терпелось увидеть своего друга и показать ему, кто здесь главный. У Наполеона есть сила, но у Кайла её больше. Кроме того, Кайл выживал на протяжении многих веков, а Наполеон сейчас всего лишь мальчишка.

Кайл с размаху открыл массивную дверь и вошёл внутрь.

Как он и ожидал, в здании было полно вампиров. Царил хаос. Огромный круглый мраморный зал был украшен колоннами. Пол был тоже мраморный, а полукруглый потолок заканчивался круглым окном. Всё здесь было похоже на римский Пантеон.

За исключение одного отличия: вампиры здесь кричали друг на друга, толкались и пихались. Кайл был прав, в зале шли горячие дебаты.

В центре зала, на трибуне стоял Наполеон и кричал во весь голос, стараясь перекричать собравшихся.

Кайл начал пробираться к нему через толпу, расталкивая всех локтями.

Его путь к центру зала не остался незамеченным, ведь благодаря своему огромному росту Кайл возвышался над всеми, а его обезображенное лицо привлекало внимание. Вскоре уже все смотрели только на него.

Кайл не собирался дожидаться своей очереди. У него было срочное дело. Есть задание, которое нужно выполнить как можно быстрее, а Наполеон и его люди должны ему помочь.

Кайл сделал два огромных шага и взобрался на возвышение. Затем он схватил Наполеона за плечи и поднял его на уровень своих глаз.

Толпа затихла в изумлении.

Наполеон увидел обезображенное лицо Кайла и смотрел на него со страхом. Он узнал его.

«Кайл», – прошептал он испуганно.

Кайл усмехнулся. Он был рад снова увидеть своего старого друга и не мог не восхищаться его наглостью.

«А это ты, маленький недоносок», – сказал Кайл.

А затем он сжал его сильнее, повернулся и швырнул Наполеона в толпу.

Толпа засуетилась. Несколько человек бросились на помощь Наполеону. Они поймали его и смотрели на Кайла с недоумением и страхом. Кто мог осмелиться на такое? Кто посмел поднять руку на их лидера?

Кайл улыбнулся.

«Я вернулся», – сказал он.

Глава одиннадцатая

Калеб стоял у входа в замок и смотрел вслед улетающей Кейтлин. Он был сбит с толку и не понимал, почему она покинула его, и что он сделал не так, ведь они провели чудесную ночь, и Кейтлин выглядела счастливой. Почему она вдруг передумала? Калеб напряжённо думал о том, что стало тому причиной.

Может быть, она винит меня в том, что вынуждена была отправиться в прошлое вслед за мной? Обижена на то, что потеряла в 21 веке нашего ребёнка? Если бы не я, ей бы не пришлось возвращаться. Она была бы жива и здорова, жила бы в 21 веке в окружении любимых людей, в знакомой обстановке и вместе с ребёнком. Так думал про себя Калеб.

Или может быть, гадал он, она до сих пор не простила ему обращения? Она сама просила, умоляла сделать её вампиром. Но ведь он не хотел, он отказывался до последнего, но в конце концов уступил. Может быть, именно поэтому она его презирает? За то, что Калеб обрёк её на вечную жизнь?

Или может быть, она просто меня разлюбила? думал он дальше. По крайней мере, не любит так, как раньше. Может быть, она представляла меня другим, а теперь узнала, какой я на самом деле, испугалась и решила уйти? Может быть, она передумала жить со мной вместе?

Какой бы ни была причина, Калеб должен был её узнать. Он не сможет жить дальше, не получив ответов на волнующие его вопросы.

Калеб решил найти Кейтлин во что бы то ни стало и узнать причину побега. Быть может, ещё можно что-то исправить? Сейчас Калеб чувствовал себя так, будто отправляется на битву. Лучше бы это действительно было так, потому что сражаться намного проще, чем выяснять отношения. Любовь и привязанность к кому-то иногда тяжелее любой битвы, подумал он.

* * *

Кейтлин медленно ступала босыми ногами по песку. Она шла вдоль прибоя, и Рут бежала рядом. День клонился к закату и сильный ветер трепал волосы. Ей ещё никогда не было так грустно. Именно теперь, когда она, казалось, обрела дом, отыскала настоящую любовь, стало понятно, что Калеб не любит её так сильно, как она думала. Какой же глупой она была, живя фантазиями!

И что теперь? Без Калеба жизнь не имеет смысла. Куда идти? К чему стремиться? Она может снова возобновить поиски отца, но зачем? Даже если она найдёт отца и Щит, Калеба всё равно не будет рядом.

Она может отправиться на поиски Сэма. Но опять же, без Калеба жизнь будет её не мила.

Кейтлин смотрела на волны и думала, почему судьба так к ней жестока. Ситуация казалась совершенно безнадёжной.

Неожиданно послышался какой-то шум, и она повернулась.

К своему большому удивлению, Кейтлин увидела, что навстречу ей идёт Калеб. Улыбаясь, он шагал босиком по песчаному берегу и вёл под уздцы двух прекрасных белых лошадей.

Сердце Кейтлин застучало в груди. Что произошло? Он передумал?

Через мгновение Калеб уже стоял в нескольких шагах от неё. Рут кинулась к нему навстречу, повизгивая. Лошади вскинули головы, но тут же медленно их опустили.

Кейтлин не могла скрыть улыбку.

«Я не знаю, что произошло между нами в замке, или, может быть, я что-то не то сказал и обидел тебя этим, – сказал Калеб, – в любом случае, прости меня».

«Дело не в том, что ты сказал. Дело в том, что ты не сказал», – ответила Кейтлин.

Калеб удивлённо посмотрел на неё.

«Мне показалось…, – продолжила Кейтлин, – я подумала, что твоё сердце не со мной».

Калеб удивился ещё больше.

«Что ты имеешь в виду?»

Кейтлин внимательно смотрела на него, пытаясь понять, искренен ли он. Казалось, что да.

Она смутилась.

«Я… я знаю, что ты до сих пор хочешь быть с ней, – сказала Кейтлин уже не так уверенно. – Что ты жалеешь о вашем расставании. Я говорю о Сэре».

Калеб рассмеялся.

«Ты вправду так думаешь? – спросил он. – А я-то думал, что ты зла на меня из-за обращения».

Кейтлин смутилась ещё больше.

«Ты хочешь сказать, что уже не думаешь о ней?»

Калеб опять рассмеялся.

«Последнее время не думаю совсем, – ответил он. – Я никогда ещё не чувствовал себя таким свободным, как сейчас, когда она далеко. На самом деле, меня даже мысль о ней не посещала».

«Тогда что это было? – спросила Кейтлин. – Я видела, как ты изменился в лице. Ты очень грустил. Я не поняла и решила, что ты больше не хочешь меня видеть».

Калеб отвёл взгляд и помрачнел.

«Я думал о Джейде, – с грустью сказал он. – Я очень сильно по нему скучаю».

Кейтлин почувствовала облегчение. Её сердце снова затрепетало. Какой же глупой она была. Почему она так быстро осудила его и даже не дала шанса всё объяснить.

Кейтлин была зла на себя. Она думала, что повзрослела после всего, что произошло, но на самом деле она была той же Кейтлин, бесстрашной, если дело касалось битвы, и боязливой и неуверенной в вопросах любви и выражения чувств.

«Так поэтому ты улетела? – спросил Калеб. – Я думал, ты обиделась на меня из-за ребёнка».

Кейтлин виновато посмотрела на него.

«Я решил, что ты жалеешь, что оставила его в 21 веке, – продолжил Калеб, – вернувшись в прошлое из-за меня».

Кейтлин вдруг осенило. Они просто неправильно поняли друг друга.

Она покачала головой.

«Я жалею, что ребёнок не родился, и я потеряла его. Но я не жалею, что вернулась за тобой», – сказала Кейтлин.

Они приблизились друг к другу и поцеловались. Это был долгий поцелуй, заставивший их обоих улыбаться.

Рут бегала рядом, радостно повизгивая. Кейтлин и Калеб посмотрели на неё и рассмеялись. Напряжение исчезло, всё снова было хорошо.

«Я тут вспомнил Эдгартаун, – улыбнулся Калеб, – и решил привезти этих лошадей, на случай если ты захочешь со мной покататься».

«Я хочу этого больше всего на свете», – ответила Кейтлин.

«Давай я покажу тебе одно место, – сказал Калеб. – Мы можем полететь туда, но думаю, будет романтичнее, если мы поедем верхом, а потом пройдёмся пешком».

Кейтлин широко улыбнулась, ей не терпелось начать путешествие.

Они одновременно вскочили на лошадей. Кейтлин посадила рядом с собой Рут, и они рысью поскакали по песку.

Волны бились о берег, и Кейтлин не могла не вспомнить Эдгартаун. Совершенно другое время, другой континент, другой век, другая жизнь. Всё было как-то взаимосвязано, и Кейтлин казалось, что приключения в Эдгартауне произошли буквально вчера.

Они продолжали скакать вдоль пляжа. Кроме них на нём никого больше не было.

День заканчивался, лучи солнца пробивались сквозь облака и дарили миру сказочный закат.

Ещё некоторое время влюбленные продолжали свой путь по побережью, затем Калеб свернул, и они поехали к подножью холма. Он остановился, и Кейтлин остановила свою лошадь рядом. Как только они сошли на землю, лошади галопом умчались прочь.

Кейтлин посмотрела им в след.

«Не беспокойся, – сказал Калеб, – это дикие лошади, но они всегда вернутся, стоит мне только позвать их. Сейчас они нам больше не нужны, отсюда мы пойдём пешком».

Калеб взял Кейтлин за руку и повел её с пляжа по узкой тропинке, петляющей по склону холма. Они шли по прекрасной мягкой траве, залитой солнцем. Кейтлин несла Рут на руках. Куда же Калеб ведёт её?

Они шли молча. Кейтлин хотела задать Калебу множество вопросов, но сейчас просто наслаждалась его компанией. Ей было приятно, что он рядом. Жизнь снова налаживалась.

Когда, наконец, они взобрались на вершину, Кейтлин была поражена открывшимся оттуда видом.

С вершины холма она могла видеть всё, что происходит на много километров вокруг. Она видела океан, простирающийся до самого горизонта, луга, холмы.

Калеб сел на землю, и Кейтлин устроилась рядом с ним.

Они легли на траву, заложив руки за голову, и смотрели на небо. Кейтлин никогда не видела такого неба. Наступало то волшебное время, когда ночь сменяет день.

Кейтлин потеряла счёт времени. Они так и продолжали лежать на траве, заворожённые красотой мира.

Наконец Калеб поднялся, Кейтлин поднялась следом.

Он смотрел на неё серьёзно, как будто собирался сказать что-то очень важное. Этот взгляд испугал Кейтлин.

Калеб откашлялся. Кейтлин показалось, что он немного нервничает.

«Кейтлин, – начал он и остановился, – я хочу сказать тебе, что ты много для меня значишь. У меня просто никогда не было возможности обернуться назад и вспомнить всё. Я просто хочу, чтобы ты знала, что даже если бы всего этого не случилось, и если бы мы не познакомились так, как мы познакомились, я бы всё равно полюбил тебя так же страстно».

Сердце Кейтлин замерло. Было приятно слышать его слова и знать, что он любит её всем сердцем, так же как она его. Теперь, когда он был рядом и чувствовал то же, что и она, ничто не могло им помешать быть счастливыми.

Калеб снова откашлялся. Сейчас он нервничал ещё больше. Кейтлин не понимала почему.

«Кейтлин, – сказал он, – я хочу спросить тебя кое о чём».

Она не понимала, почему слова даются ему так тяжело. Они так долго знают друг друга. К чему все эти церемонии? Почему он так нервничает?

Калеб открыл рот, чтобы снова начать говорить, одновременно доставая из кармана серебряную коробочку.

Неожиданно высоко в небе послышался пронзительный крик. Они оба взглянули вверх.

Прямо над ними кружил огромный сокол.

Он начал снижаться так быстро, что норовил упасть им прямо на голову. Кейтлин и Калеб пригнулись в последний момент, чтобы сокол не задел их когтями.

Птица приземлилась в нескольких шагах от них на траву и бесстрашно посмотрела на людей.

Через несколько секунд сокол вновь взмыл вверх, едва не задев сидящих крыльями.

Калеб и Кейтлин недоумённо переглянулись, наблюдая, как огромная птица улетает за горизонт.

Взглянув на траву, где только что сидел сокол, Калеб и Кейтлин заметили, что там что-то лежит.

Это был свиток. Письмо, догадалась Кейтлин.

С замиранием сердца она рассмотрела свиток поближе.

На письме красивым женским подчерком было написано: «Для Калеба. Моего любимого».

Глава двеннадцатая

Прогуливаясь по позолоченным мраморным залам Версаля рядом с Кендрой, Сэм с трудом мог сконцентрироваться. Как только Полли их представила и в спешке выбежала из гостиной, они остались наедине. Кендра не промолвила больше ни единого слова, но посмотрела на него таким взглядом, как если бы просила не оставлять её.

Когда она молча отвернулась и медленно пошла прочь, Сэм почувствовал, что должен был следовать за ней. Он спешно догнал её и пошёл рядом, чему она абсолютно не удивилась, но и не попросила оставить её. В то же время Сэм не услышал от неё явного приглашения на совместную прогулку.

Кендра была сложной личностью, которую было не так просто понять. Сэм был поражён, каким влиянием эта женщина – если её можно было назвать таковой в свои 17 – обладала над ним. Её загадочные, светло-голубые глаза завораживали Сэма, не давая ему возможности думать ни о ком другом, кроме неё. Она словно бы его околдовала.

Тем не менее, Сэм знал, что Кендра была всего лишь человеком, простой смертной. Тогда откуда у неё была такая власть над ним?

Он чувствовал исходящую от неё уверенность. Она принадлежала к королевской семье. Это было видно по её походке, гордой осанке и просто по тому, как она себя преподносит. Сэм догадывался, что Кендра принадлежала к тому типу людей, которые привыкли раздавать приказы и делали это буквально с пелёнок. Сэм также чувствовал, что не следовать её приказам было практически невозможно.

Не то, чтобы он был против, совсем нет. С момента их встречи сердце Сэма билось чаще, и единственное чего он действительно желал – это быть рядом с ней. Его словно поразило молнией. Он не мог понять, как Кендре удалось так быстро завладеть его вниманием. Он даже толком не знал её, и до этого самого момента не верил в любовь с первого взгляда.

Он думал о том, когда впервые встретил Саманту и о тех чувствах, которые тогда испытал. Тогда он тоже был безумно увлечён. Но это было другое. Влечение к Кендре было намного сильнее.

Всё было как-то странно, ведь до того момента как Сэм её встретил, он пытался сблизиться с Полли. Когда он познакомился с Полли, то был поражён её красотой. Но она не была настолько чарующе красива, как Кендра и была далеко не так обворожительна. С того момента, как Сэм встретил Кендру, он просто не мог больше думать ни о ком другом.

Они шли мимо огромных окон, выходящих на английские сады Версаля. Их шаги отражались эхом в мраморных коридорах. Сэм наконец-то начал приходить в чувство. Ему было интересно, куда они направлялись. Он не понимал, что здесь делает, и виной всему было присутствие Кендры. Сэм даже стал забывать о цели своей миссии и причине возращения в прошлое.

От аромата её духов кружилась голова. Сэм пытался заставить себя размышлять трезво и не забывать, зачем он здесь.

Кейтлин. Он хотел скорее найти её и помочь сестре.

Эйден. Полли привела его сюда, чтобы встретится с ним.

Но как только они свернули за угол и оказались в очередном коридоре, Сэму стало ещё сложнее держать эти мысли в голове. Больше они не казались ему важными. Он больше никуда не спешил, считая, что самое важное сейчас было просто находиться рядом с Кендрой.

Они шли молча, и Сэм начал думать, что пора было бы уже начать разговор. Он прокашлялся.

«Куда мы идём?» – спросил он.

Ещё несколько шагов они прошли в полной тишине. Сэм гадал, собирается ли Кендра вообще ему отвечать.

«Я должна прибыть ко двору», – медленно и надменно промолвила она.

Сэм смутился. Может, он был слишком назойлив? Может, он не понял какой-то намёк? Может, он должен оставить её в покое?

«Хочешь, чтобы я пошёл с тобой?» – спросил Сэм.

Он внимательно следил за выражением её лица и уловил лёгкий намёк на улыбку.

«Как хочешь», – ответила Кендра.

Он не знал, что это значило, и принял её ответ за согласие. Он просто не был готов покинуть её так скоро. Он решил побыть рядом с Кендрой, пока она не скажет ему, чтобы он её оставил.

«Итак, кто ты такая?» – спросил Сэм.

Они продолжали идти молча, и, казалось, Кендра совсем не собиралась ему отвечать.

«Я имею в виду, ты живёшь здесь? Откуда ты знаешь Полли? Я никогда не был здесь раньше», – продолжил Сэм. Он понимал, что всё, что он говорил, звучало как минимум неубедительно, но он просто не знал, что ещё сказать.

«Это очевидно», – ответила Кендра и неожиданно остановилась перед дверью.

Она нетерпеливо взглянула на Сэма.

Сначала он не понял, что она от него хочет, но потом догадался. Дверь. Она ждёт, что он откроет перед ней дверь.

Сэм неуклюже заторопился к двери.

Кендра вошла в открытую дверь, даже не поблагодарив его.

Сэм быстро следовал за ней, стараясь не отставать.

Теперь они были снаружи, гуляя по безупречно красивым паркам. День был отличный, пусть и слишком жаркий и солнечный.

Сэм почувствовал что-то в своей руке и, опустив глаза вниз, увидел, что Кендра передала ему тонкий чёрный зонтик.

Сначала он не мог понять, зачем она дала ему зонт в ясную погоду, но потом догадался, что она ждёт, когда он его откроет и поднимет над головой, чтобы защитить её от солнца.

Сэм открыл зонт и поднял его над Кендрой. Она продолжала идти как ни в чём не бывало. Он чувствовал себя её слугой.

«Отвечая на твой вопрос, – гордо сказала она, – да, я принадлежу к королевской семье. Я – двоюродная сестра Марии. Я младше неё, что очевидно, но мы практически выросли вместе.

Фактически, мы во всём равны, и я имею такое же право на престол, как и она. Но из законных соображений корону получила Мария».

Сэм увидел Кендру совсем в другом свете. Она могла бы быть королевой. Это многое объясняло. Она вела себя очень по-королевски.

Даже если бы он не знал этого, даже если бы она не была королевских кровей, это ни чуть бы не повлияло на то влечение, которое он к ней испытывал.

«Жизнь здесь бывает очень скучной, – добавила Кендра, вздохнув. – Да, проводятся вечера и балы для высокопоставленных гостей и чиновников. Но есть также бесконечные формальности, этикет, скучные ужины и утомительные церемонии. Я бы предпочла жить в каком-нибудь другом месте… ездить верхом по-мужски… В детстве мне нравилась стрельба из лука, но сейчас мне запрещено этим заниматься. Жизнь здесь полна запретов для женщин. Вся надежда на то, чтобы найти мужчину, который сможет воплотить все твои амбиции. Как по мне, так это ужасно скучно. Мне кажется, должно быть наоборот. Главной целью жизни любого мужчины должен быть поиск женщины. А уж она должна быть свободна в своих желаниях и иметь возможность заниматься тем, что ей нравится».

Сэм был поражен: сначала Кендра молчала, а сейчас выдала такой длинный монолог. Он не знал, был ли он единственным, кому она открылась, потому что почувствовала к нему симпатию, или она вела себя так со всеми.

«Ну, по крайней мере, ты не зануда», – сказал он с улыбкой.

Кендра одарила его холодным взглядом. Он понял, что это было не совсем уместное замечание. Сарказм – явно не её конёк.

«Просто шучу», – ответил Сэм, пытаясь разрядить обстановку.

«Очевидно, именно так», – холодно ответила Кендра.

Они шли вдоль длинной идеально подстриженной изгороди. Окружающие их рабочие активно трудились, выстригая и обрезая большую клумбу из роз.

«Единственное, что оживляет нашу жизнь – это вампиры», – добавила Кендра, проходя мимо огромного бурлящего фонтана.

Тут Сэм понял, что она знала, кем он был. Это стало для него облегчением. Её признание избавило Сэма от неловких объяснений.

«Вы вносите элемент непредсказуемости в равновесие нашей жизни, – пояснила Кендра, – элемент свободы. Мне нравится наблюдать за вашими тренировками, за вашей техникой боя. Ваш вид держит наш вид в равновесии. Если уж говорить совсем откровенно, королевская семья до сих пор у власти только благодаря вам».

Какое-то время они шли молча, и Сэм думал об их разговоре и обо всём, что Кендра ему сказала.

«Ну, а ты? – спросил он вдруг. – Ты с кем-нибудь встречаешься?»

Произнеся эти слова, Сэм сразу же осознал, что говорить их было ошибкой. Он снова смутился. Ему следовало вести себя более деликатно.

Кендра повернулась и удивлённо посмотрела на Сэма.

«Прошу прощения, что? – спросила она. – Как ты смеешь вести себя так нахально и грубо!»

«Мне просто интересно», – тихо ответил Сэм.

«Я не понимаю, какое тебе до этого дело», – добавила Кендра.

Они шли молча, напряжение и неловкость росли с каждым шагом. Наконец они подошли ко второму великолепному дворцу. Сэм был растерян. Он всегда думал, что Версаль представлял собой один дворец. Он и не подозревал, что на территории их было несколько, и один был величественнее другого.

Как только они подошли к парадной двери, несколько слуг поспешили открыть Кендре дверь. Сэм вернул ей зонтик. Она вдруг остановилась и посмотрела на него. И это его слегка удивило. Сэму казалось, что он абсолютно ей не нравился, что он всё испортил, и она сейчас просто уйдёт.

Кендра пронзительно посмотрела на Сэма гипнотизирующим взглядом.

Сэм чувствовал, как сердце забилось быстрее. В этот раз он знал, что её взгляд выражал не только любопытство.

«Ты не такой, как другие, – тихо сказала Кендра, чтобы её слова не услышала охрана. – Остальные слишком стары, они живут на земле уже целую вечность и поэтому более предсказуемы. Ты же моложе и наивнее. Это хорошо».

Сэм не знал, что на это ответить.

«Ну, – сказал он с улыбкой, – ты тоже ничего».

И снова Кендра не уловила смысл его слов. Она холодно посмотрела на него, и Сэм подумал, что на этот раз он точно всё испортил.

Внезапно Кендра добавила: «Отвечая на твой вопрос, нет, я ни с кем не встречаюсь, но, возможно, скоро начну».

После этих слов она повернулась и зашагала прочь.

Сэм молча смотрел ей в след.

Глава тринадцатая

Сердце Кейтлин бешено билось, когда Калеб сел напротив неё и принялся сосредоточенно читать послание.

Она просто не могла поверить в случившееся. Это ведь должен был быть сказочный момент, один из важнейших этапов их отношений. Она почувствовала, как они с Калебом всё больше сближаются. А тут из ниоткуда возникла эта глупая птица, словно посланник смерти!

Что бы ни было написано в этом письме, Кейтлин должна была его прочесть. Её сердце трепетало, но не от любви и волнения, а от страха и ужаса.

На конверте значится надпись с любовью. Это может означать только одно. Письмо прислала Сэра. Кто бы ещё стал так подписывать письма?

Кейтлин дрожала от гнева. Каждый раз возникает эта заноза Сэра и всё портит.

«Ну, что же там?» – наконец спросила Кейтлин. В ее голосе слышалось больше гнева, чем ей хотелось бы. Ожидание было невыносимо.

Калеб взглянул на неё. На лице отчётливо читались озабоченность и сожаление.

«Это от Сэры, – сказал он. – Она сообщает мне, что Джейд жив. Она смогла воскресить его и переместить во времени. Он сейчас находится здесь и хочет увидеться со мной».

Сердце Кейтлин остановилось, как будто бы ей нанесли удар ножом в спину. По взгляду Калеба она видела, что от такого предложения он не откажется. А если она попытается встать у него на пути, то он возненавидит её навсегда. Он станет считать её женщиной, которая не дала ему увидеться с сыном.

«Но как это возможно? – спросила Кейтлин. – Как ей удалось его воскресить?»

Калеб снова прочёл письмо и задумчиво покачал головой.

«Я не знаю, я честно не знаю», – ответил он.

Калеб виновато посмотрел на Кейтлин.

«Кейтлин, – сказал он умоляющим тоном, – мне очень жаль. Я бы ни за что на свете не оставил тебя… и никогда не оставлю, но здесь другое дело. Это мой сын».

Кейтлин резко поднялась на ноги, обуреваемая гневом. Калеб тоже встал.

«Ты должна понять, – продолжил Калеб, обняв её и не давая уйти. – Он мой сын. Я смогу снова увидеть его живым. Разве я могу поступить иначе?».

«Ты любишь её, – ответила Кейтлин. – Ты по-прежнему её любишь».

«Нет, – настаивал Калеб. – Поверь мне, я не люблю её. Здесь дело не в Сэре. Я хочу увидеть своего мальчика».

Несмотря на все свои усилия, Кейтлин зарыдала.

«Ну как мне доказать тебе? – спросил Калеб. – Ты же видела Джейда. Ты знаешь, какой он особенный. Я не могу отвернуться от него. Как я могу отказаться от возможности увидеть его снова?»

Кейтлин плакала, не зная, что сказать.

«Ты можешь отправиться со мной, – сказал Калеб. – Я докажу тебе. Я докажу тебе, что Сэра тут ни при чем. Мы можем полететь вместе. Мы увидимся с Джейдом, привезём его сюда, и он будет жить с нами».

«Ты думаешь, Сэра позволит? – спросила Кейтлин. – Позволит нам забрать ее сына?»

Калеб нахмурился.

«Но он и мой сын тоже. И неважно, чего она хочет. Я не собираюсь больше жить с ней. Я хочу увидеть сына. Мне необязательно жить с ней, чтобы видеться с ребёнком. Полетели со мной. Вот увидишь, мы повидаемся с Джейдом и вернёмся назад».

Кейтлин снова и снова качала головой.

«Я не могу полететь с тобой, и ты это знаешь. Я не смогу смотреть Сэре в глаза. И мне не хочется вмешиваться в ваши с ней отношения».

«У меня с ней нет никаких отношений, – отрезал Калеб. – Ты должна мне верить».

«Но всё же ты собираешься оставить меня, чтобы увидеться с ней».

«Кейтлин, – нежно сказал Калеб, – пожалуйста, пойми. Всё совсем не так».

Кейтлин отвернулась, вытирая слезы.

«Тебе не нужно моё разрешение, – сказала она, не поворачиваясь. – Если хочешь лететь – лети».

Прошло несколько секунд. Калеб подошёл ближе и положил руку ей на плечо.

«Ты будешь ждать меня? Ты будешь здесь, когда я вернусь? Меня не будет всего несколько дней, я обещаю. Я вернусь к тебе, я вернусь вместе с Джейдом. А затем мы начнём новую жизнь. Ты дождёшься меня? Пообещай!»

Кейтлин повернулась и посмотрела Калебу прямо в глаза. Печаль придала ей храбрости.

«Я ничего не стану тебе обещать».

Глава четырнадцатая

Кайл стоял напротив Наполеона в небольшом зале Пантеона. После своего эффектного появления, он увёл его из зала заседаний, как кипящего от злости нашкодившего школьника. Вслед за ними из зала выбежала дюжина верных сторонников Наполеона.

Свита хотела пройти за ними в зал, однако Кайл велел им оставаться снаружи. Они вопросительно взглянули на своего лидера. Наполеон неохотно опустил глаза и кивнул, смущённый тем, что теперь не он отдаёт приказы.

Один из сопровождающих, тем не менее, остался стоять на месте. Кайл подошёл к нему и толкнул его так сильно, что тот вылетел через дверь прямо в коридор.

«Ждите снаружи», – велел Кайл остальным.

Они послушно повернулись и поторопились выйти, оставив Кайла и Наполеона один на один в крошечном помещении.

«Ты как всегда эффектен, – горячился Наполеон. – Я бы последовал за тобой, стоило тебе просто сказать мне об этом. Не нужно приказывать моим людям».

«Твоим людям? – спросил Кайл. – Только благодаря мне ты добился власти. Я буду делать всё, что пожелаю. Я могу даже свергнуть тебя с престола».

Наконец Наполеон успокоился, готовый принимать приказы от своего повелителя.

«Зачем ты вернулся? – спросил он. – Я думал, ты ведёшь свою войну в Нью-Йорке».

«Так и было, – огрызнулся Кайл. – Но одна девчонка встала на моём пути. Очень надоедливая девчонка по имени Кейтлин. И её дружок Калеб. И её брат Сэм. Эти трое нарушили все мои планы. Я вернулся сюда, чтобы поквитаться с ними».

«И что? – со злостью спросил Наполеон. – Что ты хочешь от меня?»

«К несчастью для тебя, они прибыли в твоё время и в твою страну, – ответил Кайл. – Ты и твои люди должны помочь мне разыскать их и убить».

Наполеон возмущённо на него посмотрел:

«Ты выбрал не самое лучшее время. У нас сейчас нет возможности отвлекаться. Мы на грани революции. Я едва сдерживаю своих людей. Они хотят бунта. Они хотят демократии. Они хотят гласности».

«Отлично, – сказал Кайл. – Мы устроим им войну, которой они жаждут. Мы нападём на Версаль».

Наполеон вскинул брови.

«Это невозможно, – прорычал он. – Нам не победить. Солдаты-вампиры защищают дворец. Люди Эйдена. Мои люди не смогут их одолеть».

«Вот поэтому из тебя не выйдет такого хорошего стратега, как я, – возразил Кайл. – Мы нападём и победим. Там будет Кейтлин и все остальные. Я убью её и их всех. Но я согласен, мы не станем нападать немедленно. Мы отвлечём их внимание».

«Отвлечём внимание? Каким образом?» – нетерпеливо спросил Наполеон.

«Семеро диких», – ответил Кайл.

Глаза Наполеона округлились.

«Но это невозможно. Уже несколько веков они заперты в тюрьме. Нет. Они слишком опасны».

«Мы выпустим их на свободу», – ответил Кайл с усмешкой.

Наполеон задумался.

Кайл догадывался, что для него это будет слишком. План был неожиданным и поэтому гениальным. Семеро диких – самые жестокие вампиры на земле. Они не принадлежат ни к одному из существующих кланов. Их поймали в Париже давным-давно и засадили в тюрьму, в недра Бастилии. Если их выпустить, мир погрузится в хаос. Как раз то, что нужно.

Но с другой стороны, они могут наброситься на Кайла и его людей, ведь они неуправляемы. Несколько веков потребовалось, чтобы их поймать. Все – и вампиры, и люди – были рады тому, что их отправили в заточение.

Именно поэтому Кайл и намерен их освободить. Никто этого не ожидает. Такой поворот событий застанет его врагов врасплох.

«Мы освободим их, – командным тоном произнёс Кайл, – а затем нанесём удар. И тогда уже твои люди могут совершать свою глупую революцию».

«Даже если мы это очень захотим, это невозможно, – ответил Наполеон. – Они находятся в подземельях Бастилии. Их охраняют легионы стражей. И, как я слышал, в их камерах стоят специальные решётки, которые нельзя сломать. Нам лучше подождать подходящего момента, – добавил он. – У меня есть шпион в Версале, который докладывает мне обо всём, что там происходит. Нужно подождать её прихода».

«У меня там тоже есть свой человек», – сказал Кайл.

«Кто?» – спросил Наполеон.

«А кто твой?» – спросил в ответ Кайл.

Никто из них не ответил.

«Это всё неважно, – вдруг сказал Кайл. – Мы не будем ждать от них информации. Мы вообще не будем ждать. Мы будем действовать. Мы начнём войну».

«Мне всё это не нравится», – сказал Наполеон.

Кайл шагнул вперёд и посмотрел на него с высоты своего роста.

«Тогда я рад, что не ты находишься у власти».

Глава пятнадцать

Кейтлин одиноко шла через холмы, возвращаясь к замку Калеба. Ей казалось, что мир рушился у неё под ногами. Она была в оцепенении и едва ли понимала, куда идёт. Она не замечала море, почти не слышала шум разбивающихся волн и не замечала, как Рут прыгала вокруг неё, пытаясь обратить на себя внимание. Кейтлин вообще ничего не замечала. В очередной раз она открылась любви и счастью, впустив Калеба в свою жизнь, и в очередной раз её сердце было разбито.

Она была безумно зла на себя. Сколько ещё раз она позволит себе быть такой беззащитной и уязвимой, чтобы ей снова сделали больно? Когда она уже перестанет наступать на одни и те же грабли?

И как её счастье могло так быстро рассыпаться, словно карточный домик?

Кейтлин не понимала, почему её жизнь не может быть просто нормальной. Ей казалось, что она достигает самого пика вершины только для того, чтобы потом упасть на самое дно пропасти. Всё, чего ей хотелось, – это нормальная жизнь, крепкие отношения и место, которое она могла бы называть домом. Кейтлин казалось, что она была близка к мечте. В замке ей было так спокойно; казалось, что ничто в мире не разрушит её счастье.

И вдруг, как гром среди ясного неба появилась эта ужасная птица, принёсшая письмо. Письмо от Сэры. Написанное её ужасным подчерком. Это было так несправедливо. Кейтлин просто хотелось кричать на весь мир.

Так же быстро, как Калеб привёл её на этот холм, когда ей казалось, что этот чудесный момент будет длиться вечно, так же быстро он её покинул. Кейтлин смотрела, как он улетал. Взмахнув огромными крыльями, Калеб направился к Сэре, как будто он так скучал по своей жене, что не мог больше ждать ни минуты, сгорая от желания её видеть.

Возможно, Кейтлин была несправедлива. Конечно, он сказал, что его поездка была связана с сыном. Но было ли это так на самом деле?

И вообще имело ли это хоть какое-то значение? В конце концов, он в любом случае увидится с Сэрой. Он ринулся в путь, как только получил от неё послание.

Кейтлин не знала, что думать.

Это несправедливо, снова сказала она, закрывая лицо руками и захлёбываясь от гнева. Вскоре её гнев превратился в грусть, и она почувствовала, как по щекам текут слёзы.

Куда ей теперь идти? Что ей теперь делать? Она вернулась в прошлое ради Калеба. Он стал её миссией. И теперь, когда он ушёл, какая у неё цель в жизни?

Может, она совершила ошибку, сделав любовь миссией своей жизни? Сделав эти отношения своей главной целью?

Тогда любовь казалась ей важнее всего. В душе Кейтлин продолжала верить, что любовь продолжает быть главной целью её существования.

Но сейчас, когда сердце её было разбито, она не могла избавиться от мысли, что совершила ошибку, коря себя за то, что сразу не отправилась на поиски отца… или чего-нибудь ещё, только не любви.

* * *

Кейтлин добралась до пустого замка Калеба уже в сумерки. Рут семенила рядом. Ей казалось, что с момента, когда она спустилась с холма, прошла целая вечность. Длинная прогулка помогла ей успокоиться. Сейчас Кейтлин просто чувствовала себя опустошённой, расстроенной и одинокой.

Сейчас вместо того, чтобы смотреть на замок как на свой дом, как на место, которое ей хотелось привести в порядок, место, где она могла прожить свою жизнь в мире и спокойствии, вместо этого Кейтлин видела в нём лишь напоминание о Калебе и о том, как он её бросил.

Войдя в замок, она зажгла несколько свечей, чтобы не споткнуться в темноте. Полумрак сейчас соответствовал её настроению.

Рут заскулила, и Кейтлин инстинктивно пошла к комнате, где лежало оленье мясо. Взяв несколько кусов, она скормила их Рут, которая жадно ловила мясо прямо в воздухе. Рут была прожорливым щенком.

Сама же Кейтлин абсолютно потеряла аппетит.

Она одиноко побрела по лестнице и, стараясь не думать о Калебе, направилась в спальню. Она села за небольшой средневековый стол и посмотрела в окно. День был на исходе. Вдали поднималась луна.

Кейтлин зажгла свечу и, придвинув её ближе, открыла дневник. Вот что ей сейчас было нужно. Дневник был единственным другом, к которому она могла обратиться, и кому могла доверить все свои сомнения. Дневник действительно стал ей верным другом, общим знаменателем всех её путешествий.

Она открыла тяжёлую кожаную обложку и, просматривая свои записи страницу за страницей, заметила, как они изменились: изменился сам подчерк, изменились чернила, некоторые страницы были запачканы пятнами грязи или вина. От потёков и сырости страницы разбухли. Казалось, этому дневнику была тысяча лет. Кейтлин была поражена тем, какой толстой стала тетрадь. Неужели, она через всё это прошла?

Страницы были практически полностью заполнены, и Кейтлин пришлось продолжить листать, чтобы найти свободную. Она достала перо, заточила край и, окунув его в чернила, начала писать.

Я не могу понять, как я могла снова оказаться в этой ситуации. Я обещала себе, что этого больше не повторится, обещала, что не влюблюсь в того, кто не сможет быть со мной. Но в этот раз всё казалось по-другому. Калеб казался таким искренним. Хуже всего то, что я до сих пор считаю его таковым. Если бы не это письмо, мы бы и сейчас были вместе.

Сэра. Я ненавижу её. Она всегда пытается разлучить нас.

Но я слишком забегаю вперёд. Мне нужно сделать шаг назад и понять, как это всё началось. Как я оказалась здесь.

Всё это началось в Нью-Йорке. Нью-Йорк, боже мой! Как будто прошла уже тысяча лет. Я была типичным подростком, жила с матерью, с которой мы абсолютно не ладили, и с назойливым младшим братом, которого я очень любила. Хотя, если вдуматься, то всё было абсолютно ненормально. Я была полукровкой, как я потом узнала. Получеловек, полувампир. Моё взросление как вампира началось слишком рано.

Я ходила в ужасную школу, в старшие классы. Джона был первым парнем, в которого я влюбилась. Потом было наше первое свидание и моя первая охота. Я была безумно смущена, когда мне пришлось сбежать с собственного свидания, и ещё больше смущена, когда на следующий день проснулась в абсолютно неизвестном мне месте. Я даже не знала, кого убила в свою первую охоту.

За одну ночь моя жизнь полностью изменилась. За мной охотились тёмные вампиры. Им удалось меня поймать, и они определенно собирались меня убить. Калеб помог мне сбежать. Тогда мы впервые встретились. Я полюбила его с первого взгляда и не перестаю любить до сих пор.

Он привёл меня в свой клан, живущий в Клойстерс, но там мне были не рады. Я была сама по себе, и меня бы точно убили в этот раз, если бы не Калеб, который снова меня спас. Он отвернулся от своего клана ради меня.

Затем начались поиски моего отца, моего настоящего отца, а также поиски мифического меча, к которому он должен был меня привести, меча, который должен был спасти человечество… или что-то в этом роде. Для меня эти поиски означали поиски себя, осознание того, кто и что я.

Мы отправились на поиски вместе с Калебом, объехав всё Восточное Побережье и переезжая из города в город – от долины реки Гудзон до Мартас-Винъярд и Бостона. Потом была ночь, когда мы катались верхом на лошадях по пляжу, первая ночь, которую мы провели вместе…это было прекрасно.

Начало нашего романа было сопряжено с постоянной опасностью. Я нашла Меч. На меня напал Сергей, ужасный помощник Кайла, который ранил меня в спину. Умирая, я умоляла Калеба обратить меня.

Он исполнил мою просьбу.

Я оказалась на острове Поллепел на реке Гудзон, в очередной раз спасённая Калебом. Но он бросил меня ради Сэры, ради своего народа. Он говорил, что хочет лишь помочь им, хочет спасти их от войны. Я безумно ревновала. Вместо того чтобы позволить ему выполнить долг, я вообразила, что он хочет вернуться к Сэре.

На Поллепеле я тренировалась. Там я встретила Полли, мою лучшую подругу, и Эйдена, моего учителя и наставника, а также Блэйка, загадочного парня, которого я любила, но никогда не понимала. Я сражалась и тренировалась, став хорошим воином. На острове я нашла себя.

Потом я обнаружила, что беременна, и это обрушило весь мой мир. Я знала, что Калеб был в опасности, и покинула остров, чтобы его спасти. Эйден говорил мне, что если я уйду, то никогда не смогу вернуться. Тем не менее, я выбрала Калеба, ведь он был для меня важнее всего.

Я объединилась с Сэрой, и вместе мы сражались, чтобы спасти Калеба, которого захватили в плен во время войны вампиров. Мы нашли его в клане Чёрной волны и почти смогли его освободить.

Но Сэм попал под тлетворное влияние Кайла и использовал свою способность перевоплощаться, чтобы нам навредить. Он обманул нас и даже пытался меня убить. Но здесь вступилась Сэра, она отдала свою жизнь за меня.

Можно сказать, что фактически Сэм убил меня, так как обманным путем заставил меня убить Калеба, пронзив его сердце мечом моими собственными руками.

Эйден сказал мне, что есть только один шанс спасти Калеба – вернуться в прошлое. Я согласилась потерять нашего ребёнка, согласилась бросить всё, чтобы просто попробовать. Эйден говорил, что я никогда не смогу вернуться. Я готова была пожертвовать всем ради Калеба.

Я оказалась в Италии в 1791 году. Ассизи. Венеция. Флоренция. Рим. Это было то ещё путешествие. В Венеции я долго не могла найти Калеба, но когда нашла, это разбило моё сердце, ведь он меня совсем не помнил. Я влюбилась в Блэйка. Во Флоренции я наконец-то нашла подсказку, которая должна была привести меня к отцу, но опять появился Кайл и схватил нас обоих.

Оказавшись в Риме, я сражалась за свою жизнь на арене Колизея, участвуя в жестоких играх Кайла. Из-за меня погиб Блэйк, приняв на себя удар, который предназначался мне. Я до сих пор с болью думаю о нём.

Сколько же людей должно ещё погибнуть, чтобы я осталась в живых?

Потом появился Сэм. Я думала, он попытается убить меня, вместо этого он меня спас. Так же, как это сделал Калеб, который наконец-то меня вспомнил. Втроём мы попали в Ватикан.

Там я встретила свой клан, мой родной клан. Они дали мне первые четыре ключа, которые были мне нужны, чтобы найти отца, а потом отправили нас назад в прошлое.

И вот я здесь. В этом новом времени и в этом месте. Я, наконец-то, воссоединилась с Калебом, так, по крайней мере, я думала. Я была уверена, что теперь мы будем вместе, и всё будет идеально.

Но вот снова всё рушится на куски.

Кто же я теперь? Дочь без отца? Сестра без брата? Девушка без парня?

Должна ли я отправиться на поиски Щита? Или я должна искать своего отца? Или бежать за Калебом? Или может ждать его здесь?

Или мне нужно покинуть это место навсегда?

* * *

Кейтлин распахнула парадную дверь и выбежала из замка. Она бежала сквозь высокую траву, пытаясь расправить крылья и взлететь, но крылья не слушались. Она бежала быстрее, пытаясь подпрыгнуть и оторваться от земли, но ничего не получалось. Она продолжала бежать, что есть мочи, но у неё больше не было той силы, что была прежде.

На горизонте виднелась фигура, чей силуэт был виден на фоне полной луны. Небо освещала огромная луна, высвечивая белым светом тысячи маленьких облаков. Кейтлин бежала навстречу фигуре, думая, что это мог быть её отец или, возможно, Калеб.

Пока она бежала, пейзаж изменился, и она увидела, что бежит по долине. Потом Кейтлин увидела себя взбирающейся на огромный холм. Холм был крутым, и подниматься вверх стало невыносимо сложно. Одинокая фигура стояла на вершине и звала ёе к себе, но добраться до верха не было сил.

Тут ландшафт вновь изменился, превратившись в скалистые горы. Кейтлин скользила на огромных камнях, пытаясь бежать вверх по склону скалы. Она оступилась, и тут начался оползень.

Кейтлин скользила вниз. Ей удалось схватиться за большой неустойчивый камень, и, подняв в надежде глаза, она посмотрела вверх.

Отец смотрел на неё сверху вниз, протягивая руку.

«Помоги мне!» – кричала Кейтлин.

«Найди меня, Кейтлин, – ответил он, когда его рука почти коснулась её, – не бросай поиски».

Кейтлин попыталась дотянуться до руки отца, но её нога соскользнула, и она покатилась вниз. Она падала вниз с горы, всё ниже и ниже, пока не начала падать в бесконечную чёрную пропасть. Она кричала изо всех сил, понимая, что сейчас разобьётся.

Кейтлин с криком проснулась и оглянулась. Её дыхание было тяжёлым и прерывистым, а ещё она отчаянно пыталась понять, где находилась.

Она затушила почти догоревшую свечу в углу комнаты и увидела озадаченную Рут на кровати. Посмотрев в огромное окно, сквозь которое пробивался лунный свет, Кейтлин поняла, что это был просто сон. Она всё ещё была в замке Калеба.

Встав с кровати в холодном поту, она босыми ногами ступила на каменный пол. Было очень странно находиться в этом огромном доме одной и спать в этой кровати без Калеба. Кейтлин чувствовала себя здесь чужой.

Её сон был таким реалистичным. Она прошла вдоль комнаты и вышла на открытую террасу, её сердце всё также продолжало бешено биться. Кейтлин взяла кувшин с водой и почти полностью его осушила, продолжая стоять на террасе и вглядываться вдаль. В горле пересохло.

Услышав жалобное поскуливание, Кейтлин посмотрев вниз и увидела в ногах Рут. Она отдала ей остатки воды.

Кейтлин изучала освещённое лунным светом небо. Насколько она любила замок еще пару дней назад, настолько она ненавидела его сейчас. Ей было не по себе. Несмотря на необычные обстоятельства, она всё ещё чувствовала себя отвергнутой Калебом. Она считала, что он должен был отказаться от поездки, должен был остаться с ней и просто быть счастливыми. Он не должен был улетать по первому зову Сэры. При этом Кейтлин понимала, что рассуждает эгоистично, и что Калеб вполне оправданно скучает по своему ребёнку. Тем не менее, она считала, что с ней обошлись незаслуженно.

Кейтлин отключилась от реальности, погрузившись в собственные мысли. Горизонт начал светлеть, избавляясь от тёмной синевы и окрашиваясь в приятный светло-голубой цвет. Она размышляла о многих вещах. Мог ли её сон быть вещим? Возможно, ей следует сосредоточиться на поиске Щита? Возможно, настало время отпустить Калеба навсегда?

Что бы там ни было, Кейтлин безумно желала найти отца. Она хотела, чтобы все поиски были позади, и её жизнь вновь стала нормальной, насколько это только возможно. Но что-то ей подсказывало, что пока она не заполучит Щит и не найдёт отца, её жизнь никогда не станет прежней.

Начало светать. Кейтлин нужно было отвлечься от тысячи различных мыслей, которые кружили у неё в голове.

Рут снова заскулила, и на этот раз Кейтлин взяла её на руки. Ей нужно было прогуляться.

Спустившись по лестнице, она вышла из замка и пошла по тропинке через холмы. Тропинка вела в лес, и Кейтлин решила, что лучшего места для долгой прогулки просто не найти.

Оказавшись в лесу, она сразу же расслабилась. Здесь было по-прежнему темно, как ночью, и спокойно. Кейтлин окружали огромные деревья, раскидистые кроны которых закрывали почти всё небо. Лес пробуждался ото сна, и слышалось пение первых птиц. Атмосфера была умиротворяющей.

Кейтлин размышляла о том, куда ей следует отправиться дальше, и тут же вспомнила о непрочитанном письме от отца. Возможно, пришло время узнать, что он хотел ей сказать. Возможно, в письме она найдёт подсказки. Возможно, расставание с Калебом – это наказание Кейтлин за то, что она отказалась от своей миссии, и способ заставить её сконцентрироваться на главном.

Вдруг раздался хруст веток. Кейтлин быстро обернулась.

За ней шёл огромный мужчина, почти в два раза выше неё ростом. У него были длинные волосы, и не хватало зубов. Раскрыв рот, он выглядел, как настоящий дикарь. В больших, чёрных глазах читалась угроза.

Кейтлин услышала ещё шорох и, обернувшись, увидела, как с другой стороны к ней приближаются ещё два бандита. Они были почти такие же огромные, как и первый. Изрезанные шрамами лица выглядели пугающе.

Сердце Кейтлин забилось быстрее, когда она поняла, что окружена. Должно быть, здесь прятались местные воры и убийцы в ожидании новой жертвы. Она поступила очень глупо. Ей следовало быть более осторожной. Если поблизости нет деревень и городов, это ещё не означает, что нужно терять бдительность.

В другой ситуации Кейтлин бы нисколько не испугалась, но сейчас она не знала, вернулись ли к ней силы, ведь с момента путешествия во времени у неё не было возможности их проверить. Сильна ли она, как прежде? Вернулся ли к ней первобытный гнев? Проснулись ли рефлексы? Вернулись ли скорость, реакция и навыки?

Не самое лучше время для экспериментов, подумала Кейтлин, почувствовав одолевающий её страх.

«Раздевайся», – прорычал самый крупный из бандитов.

Посмотрев на него, Кейтлин заметила, как из-за пояса он достал что-то маленькое и блестящее. Это был кинжал.

Было ясно, что эти трое не просто хотели её ограбить.

Рут зарычала.

«Предупреждаю один раз, – громко и уверено проговорила Кейтлин, стараясь звучать как можно серьёзнее, хотя внутри всё дрожало, – не приближайтесь ко мне».

Двое других бандитов коротко и грубо посмеялись, достав из-за пазухи свои кинжалы.

«Ты посмотри, она и разговаривать умеет!» – сказал один из них.

В этот момент один из бандитов, который стоял ближе всех, решил действовать. Кейтлин же ждала до последнего, не желая сразу раскрывать все карты.

Неожиданно Рут набросилась на мужчину, с силой вцепившись клыками в его лодыжку. Пусть Рут и была щенком, зубы у неё были острые. Она крепко вцепилась в его плоть, и бандит закричал от боли. Он начал трясти ногой, пытаясь избавиться от волка, но Рут не отпускала. Наконец, ему удалось её сбросить, и она отлетела в сторону.

Кейтлин решила, что пришло время действовать. Она бросилась вперёд, подняла руку и ударила ладонью ему под челюсть.

Это был отличный удар. Кейтлин попала по гортани, заставив негодяя схватиться за горло и упасть на колени.

Сжав его голову руками, она с размаху ударила ею об колено, сломав ему нос. Бандит свалился на землю.

Вдруг она почувствовала обжигающую боль в руке и увидела нож.

Сжав руку, Кейтлин почувствовала, как их раны быстро сочится кровь. Тут она поняла, что её порезали ножом. Очень опрометчиво с её стороны было забыть про двух других бандитов, которые оказались быстрее, чем она думала.

Не успела она сориентироваться, как один из них схватил её сзади. Кейтлин пыталась вырваться, но он был достаточно сильным, и как бы она ни старалась, высвободиться из стальных объятий не получалось.

Второй мужчина подошёл спереди, вытирая губы рукавом, как будто глядя на вкусную еду. Он быстро стянул себя штаны.

«Раздень её», – приказал он подельнику.

Бандит начал искать застёжку на её рубашке.

Именно тогда это и произошло. Кейтлин закрыла глаза и вдруг вспомнила все те случаи, когда на неё нападали, над ней издевались и её обижали. Она вспомнила переулок в Нью-Йорке, драку с Каином на Пеллепеле, вспомнила Венецию. Она даже вспомнила мать, от которой никогда не слышала доброго слова. Ещё Кейтлин вдруг почувствовала всю злость и разочарование, вызванные в ней уходом Калеба, вспомнила слёзы и печаль. Она была в гневе, готовая кричать на весь мир. Это было несправедливо. Она заслуживала лучшего.

Несправедливо.

Её переполняла необъяснимая ярость. Она почувствовала себя сильной, как рота солдат. Откинувшись назад, Кейтлин вырвалась из рук насильника и зарычала. Это было свирепое рычание волка. Рык вампира.

Кейтлин развернулась, схватила обидчика и отбросила его в сторону так, что он на полной скорости врезался в дерево и упал без сознания.

Другой насильник, продолжавший стоять перед ней со спущенными штанами, смотрел на неё во все глаза, шокированный таким поведением. Казалось, что он смотрит на дикого тигра, только что вырвавшегося из клетки. Он больше не выглядел дерзким, скорее до смерти напуганным. Он стоял, дрожа от страха.

Кейтлин было его ничуть не жаль. Она превратилась в дикого зверя и была не в силах сдерживать проснувшийся инстинкт убийцы. Взлетев в воздух, она ударила бандита в грудь обеими ногами. Мужчина, так и не сумевший натянуть штаны, полетел в сторону и ударился головой о дерево. Он упал на землю без сознания.

Кейтлин развернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как в её сторону бросился самый крупный из нападавших. Она ждала до последнего, потом пригнулась, схватила его и с размаху отбросила в сторону. Головой вперёд он налетел на ветку, которая вонзилась ему в череп и моментально его убила.

Кейтлин подошла к одному из оставшихся двух бандитов, до сих пор лежавших на земле без сознания. Внутри всё также бурлил гнев. Бандит начал приходить в себя, и Кейтлин с силой пнула его ногой по лицу.

Но ей и этого было мало. Она хотела крови. Она хотела мести. Мести за все жестокости, с которыми ей пришлось столкнуться в жизни.

Опустившись на одно колено, она начала душить преступника. Очнувшись, он обеими руками пытался убрать её руку, но силы были неравны – хрупкая рука Кейтлин прижала его к земле, словно сковав горло в тиски. Глаза бандита вылезали из орбит, а лицо начало синеть. Не пройдёт и нескольких минут, как он будет мёртв.

«КЕЙТЛИН!» – окликнул её голос.

Кейтлин замерла, ведь голос был ей хорошо знаком.

Из леса вышел мужчина в длинной мантии и с посохом в руке. Он шёл ей навстречу.

Отпустив жертву, Кейтлин медленно поднялась на ноги и посмотрела на гостя.

Он подошёл ближе и, сняв капюшон, посмотрел на неё пронзительным взглядом голубых глаз.

Кейтлин смотрела на его неподвластное времени лицо, посеребрённую сединой длинную бороду и знала, что так может выглядеть только один человек. Только один человек в мире имел на неё такое влияние.

Кейтлин посмотрела на любимого учителя.

Перед ней стоял Эйден.

Глава шестнадцатая

Полли никак не могла избавиться от мыслей о Сергее. Казалось, что её заколдовали: что бы она ни делала – гуляла, спала, ела, тренировалась – мысли о нём всегда были с ней. Его резкие черты лица, выдающие в Сергее русского, его гипнотизирующий своей мелодичностью голос, его прозрачная кожа… Полли никогда не встречала таких, как он.

Кроме этого, Полли никак не могла забыть о том, как он нагло и бесцеремонно с ней себя вёл. С Полли ещё никто так не обращался. Что было с ним не так? Что заставило Сергея чувствовать своё превосходство? Почему она, Полли, позволила ему так с собой обращаться? И самое главное, почему она сразу не ушла, когда Сергей стал вести себя с ней подобным образом?

Полли сама себя не понимала. Логично было бы возненавидеть Сергея, но по какой-то совершенно безумной причине, Полли не могла выкинуть его из головы.

Она быстро шла по залу, одетая в своё лучшее платье – лёгкое, нежно-голубое с белой кружевной отделкой и сложным белым воротом, нисходящим от шеи до самого подола. Под платье Полли надела кринолиновую юбку, что придавало ему пышность прямо от бедра. Выдался достаточно жаркий июльский день, и Полли постаралась выбрать самый лёгкий наряд, который только смогла найти, но ей всё равно было жарко. Она, не переставая, промокала лоб от пота, но от жары это тоже не спасало.

Сейчас Полли хотела прийти вовремя. Сергей давал очередной концерт во дворце Большой Триатон, и Полли не хотела опаздывать. Она стремилась быстрее прийти туда, чтобы занять лучшее место в первом ряду и смотреть Сергею прямо в глаза, пока он будет петь. Полли хотела убедиться, что образ Сергея, который она бережно хранила у себя в голове, соответствовал действительности. Она хотела убедиться, что не ошиблась в своих чувствах к нему. Ну и ещё она хотела вновь услышать его удивительный голос.

Сергей стал новой сенсацией. Все люди и вампиры только о нём говорили вот уже несколько недель. Во дворце постоянно произносили его имя. Раньше Полли этого почти не замечала и не считала нужным обращать на это внимание, но сейчас всё изменилось.

Она знала, что они были похожи, – он тоже был вампиром. Откуда он? К какому клану принадлежит? И почему никто о нём ничего не знает, хотя Полли расспрашивала многих? Все предлагали ей разные варианты того, откуда он прибыл. Никто не знал, как долго Сергей собирался пробыть во дворце, и почему он сюда приехал. Буквально за один день он стал неотъемлемой частью Версаля. Полли его появление в стенах дворца казалось таинственным и загадочным.

Ещё более загадочной ей показалась способность Сергея стать своим в этом новом обществе, будто он всегда был его частью. Благодаря грубой и бесцеремонной манере поведения Сергея можно было легко принять за представителя королевской знати. Ходили слухи, что он был русским царевичем, путешествующим по Франции и приехавшим в Версаль на несколько недель, чтобы почтить местную знать своим присутствием. Ещё говорили, что он был самым известным певцом России, водившим дружбу с такими метрами, как Моцарт, Клементи и Сальери.

Завернув в очередной коридор, Полли посмотрела на часы и поняла, что она пришла слишком рано. Это её слегка смутило. Она не хотела быть первым гостем в большом пустом зале. Полли не хотелось, чтобы другие подумали, что этот концерт значил для неё что-то особенное.

Полли замедлила шаг, размышляя о том, куда бы пойти, чтобы убить время, и вдруг услышала шаги за спиной. Обернувшись, она заметила, что по коридору кто-то идёт.

Сердце её перестало биться. Это был он.

Сергей шёл быстрым шагом. Его густые волосы были идеально уложены, а одет он был в шёлковый сюртук царственно-красного цвета, белые бриджи и начищенные до блеска чёрные туфли. Сергей смотрел прямо перед собой, не удосуживая Полли своего внимания и не признавая тот факт, что в этом большом коридоре кроме них двоих никого не было. Его невежество и невоспитанность доходили до таких пределов, что он даже не повернулся, чтобы поздороваться. Неужели, он думал, что это Полли должна заговорить с ним первой?

Полли было трудно дышать. Вблизи, в свете дня Сергей был ещё более прекрасен, чем ей казалось. Полли была совершенно сбита с толку его внезапным появлением и могла с трудом собраться с мыслями.

«Привет», – наконец сказала она.

Сергей взглянул в её сторону.

«Догадываюсь, что ты идёшь на мой концерт», – ответил он, быстро отведя взгляд и даже не улыбнувшись.

Полли замялась, не зная, что сказать.

«Хм… да, я как раз шла в ту сторону».

Сергей ухмыльнулся, как будто поймал Полли на лжи.

«Ты пришла слишком рано, не так ли?» – резко сказал он.

Полли пыталась придумать вразумительный ответ, но ничего не шло в голову.

«Так и есть. Не хочешь пропустить ни одной песни, верно?» – снова спросил Сергей.

И опять Полли не нашлась, что ответить. Когда Сергей был рядом, она сильно нервничала и боялась произнести даже слово.

«Всё в порядке, здесь нечего стесняться, – сказал он. – Будь я на твоём месте, я бы тоже спешил на мой концерт».

Полли слегка откашлялась. «Ты… очень талантливый певец», – сказала она.

«Я – вокалист, – поправил Сергей. – Певцом может быть каждый, а вокалистом – лишь избранные. А так ты права, я знаю, что я талантлив».

Полли была вне себя от злости. Она терпеть не могла, когда её поправляют. Её выводило из себя тщеславие Сергея. Она даже собралась было развернуться и уйти, оставив все воспоминания о нём в прошлом.

Но часть её, та, которую Полли сама не очень хорошо понимала, была буквально загипнотизирована этим вампиром, и её тянуло к нему, как магнитом. Почему? Полли никогда не позволяла людям грубо с собой обращаться. Сейчас её больше всего беспокоил тот факт, что она никак не могла за себя постоять.

«Откуда ты? – спросила Полли. – Как долго ты ещё здесь пробудешь?»

«Пока не надоест, – ответил Сергей. – Я не люблю загонять себя во временные рамки. А что? Ты хочешь, чтобы я поскорее уехал? – добавил он, пренебрежительно взглянув на Полли тёмными глазами».

Вместо того чтобы должным образом отреагировать на его презрительный тон, единственное, что сделала Полли, это отметила про себя, как красиво солнце отразилось в его глазах, когда он на неё посмотрел. Теперь Сергей казался ей ещё более привлекательным.

«Нет, – запинаясь, ответила Полли. – Я ничего такого не имела в виду. Мне было просто интересно».

«Люди здесь слишком посредсвенны, – сказал он. – Лишь некоторые могут по достоинству оценить мои таланты. Я начинаю думать, что моё пребывание в Версале – это бессмысленная трата времени. Скоро я уеду».

Они шли по коридору, направляясь к дворцу.

«Ты – одна из тех, кто по-настоящему ценит мой дар, – сказал Сергей. – Тем лучше для тебя».

Полли посмотрела на него, но Сергей продолжал упрямо смотреть в сторону. Это что, был комплимент? Полли решила, что да, и вдруг почувствовала себя по-своему польщённой его вниманием. Возможно, Полли ему тоже нравилась, но он был такой невежа, что не знал, как лучше выразить свои чувства.

Дойдя до массивной двери, они остановились, ожидая, когда слуги откроют её перед ними. Полли заметила, что эта дверь вела не в главный зал, а за кулисы. Когда дверь открылась, она увидела небольшую гримёрную, в центре которой располагался туалетный столик, а рядом с ним большое, мягкое кресло в бело-золотых тонах.

Полли остановилась у дверей, готовая уйти.

К своему огромному удивлению, она вдруг почувствовала, как Сергей коснулся её руки. Опустив глаза, она увидела, как он сжал её ладонь в своих пальцах.

«Почему ты уходишь?» – спросил он, глядя ей прямо в глаза. Сергей смотрел на неё так, как никогда раньше.

«Ну, – произнесла Полли, с трудом подбирая слова, – Я не знала, хм…»

«Входи. У тебя появилась уникальная возможность понаблюдать за мной перед выступлением».

Отпустив её руку, Сергей развернулся и прошёл в гримёрную.

Полли не знала, что делать. Разумная часть её сознания просила её тут же уйти, но другая часть умоляла не двигаться с места. Ей хотелось узнать, что будет дальше. Ещё Полли хотелось понять, почему её тянет к человеку, который так с ней обращается.

Словно во сне, она прошла внутрь комнаты, услышав, как за ней закрылись массивные створчатые двери.

Сергей сидел в кресле, глядя на себя в огромное зеркало. Отражения не было, но двое слуг тут же принялись напудривать его лицо и приглаживать и без того идеально уложенные волосы. Сергей поднял подбородок вверх и улыбнулся. Полли никогда не встречала такого самовлюблённого человека.

Сергей не обращал на неё никакого внимания, и Полли чувствовала себя очень глупо, стоя рядом с ним и наблюдая за тем, как он готовится к концерту. Она стала задаваться вопросом, зачем он вообще пригласил ей войти. Спустя несколько минут тишины, она собралась уходить.

«Итак, Полли, – вдруг сказал Сергей, – расскажи мне, почему я так тебе нравлюсь».

Полли почувствовала, как румянец залил щёки.

«Я никогда не говорила, что ты мне нравишься», – ответила она.

Сергей ухмыльнулся и довольно посмотрел на отсутствующее отражение в зеркале: «Тебе не нужно ничего говорить. Всё очевидно».

Лицо Полли залил румянец. Ну всё, с неё достаточно. Она была в секунде от того, чтобы выбежать из комнаты, как вдруг Сергей щёлкнул пальцами, и слуги быстро покинули гримёрную.

Полли пошла за ними, но Сергей торопливо поднялся с кресла и поймал ей за руку. В этот раз он держал ей крепко, не отпуская. Двери закрылись, оставив их вдвоём.

Лицо Сергея оказалось в нескольких сантиметрах от лица Полли, и он внимательно смотрел ей в глаза. Его лицо было таким идеальным, что Полли казалось, будто она смотрит на статую.

«Поцелуй меня», – сказал Сергей, обхватив лицо Полли руками и приблизившись ещё на пару сантиметров.

Полли нервно дрожала. В горле пересохло. Она так нервничала, что буквально онемела и не знала, что же ей делать дальше.

Сама того не желая, она начала медленно наклоняться вперёд. Вдруг Сергей страстно припал к её губам. Слегка испуганная его решительностью и сбитая с толку, Полли даже не смогла в полной мере насладиться поцелуем.

Спустя несколько секунд их губы разомкнулись.

Не произнося ни единого слова, Сергей быстро вышел из комнаты и громко захлопнул за собой дверь.

Полли осталась одна, совершенно шокированная произошедшим. Сама не зная почему, она вдруг расплакалась.

Глава семнадцатая

Кейтлин и Эйден шли по лесу, освещаемые первыми лучами восходящего солнца. Рут бежала рядом. Казалось, что их молчаливая прогулка длится уже несколько часов. С другой стороны, слова им были не нужны. Как всегда, когда Эйден был рядом, Кейтлин казалось, что он заранее знал всё то, что она собиралась ему сказать.

При этом Кейтлин никогда не знала, о чём думает он. Больше всего ей было интересно знать, что помнил Эйден. Глядя ему в глаза, Кейтлин поняла, что он помнил всё.

Эйден обладал удивительным даром появляться в её жизни в самый подходящий момент. Как только Кейтлин оказывалась на распутье, не зная, какое решение принять, в её жизни вновь появлялся Эйден и всегда указывал ей верный путь, ведь он был прав – ей не стоит отказываться от поисков Щита, отца и собственного Я. Но каждый раз, когда Кейтлин оказывалась вдали от него, утопая в море событий, ей становилось всё сложнее рассуждать рационально. Присутствие Эйдена помогало ей сконцентрироваться…. и пробуждало чувство вины. Находясь рядом с ним, она хотела быть лучше, чем она есть: хотела стать лучшим человеком, лучшим воином, хотела тренироваться и достичь совершенства. Кейтлин вспомнила о незаконченном курсе обучения на острове Поллепел и о том, каких успехов ей удалось там достичь. Кейтлин скучала по тренировкам и хотела к ним вернуться. Видя Эйдена перед собой, она вспомнила о своих нереализованных амбициях.

Идя рядом с ним, Кейтлин о многом размышляла. Осуждал ли её Эйден? Злился ли он на неё за то, что она отказывалась продолжать поиски? Что он знал? Как он её нашёл? Эйден был Кейтлин как отец, и поэтому она с трепетом ждала, когда он начнёт разговор.

Сама она его начинать точно не собиралась. Кейтлин просто хотела идти с Эйденом рядом и молчать. Присутствие Эйдена было важнее его слов. Он читал её мысли и чувствовал её эмоции. В словах не было большой необходимости.

Кейтлин это уважала и просто наслаждалась их прогулкой. Они уже достаточно долго шли в тишине, так что Кейтлин начало казаться, что она была здесь совсем одна. Погружённая в собственные мысли, она раздумывала о своём будущем, о том, куда отправиться дальше, и о том, вернётся ли Калеб, как вдруг тишину нарушил голос Эйдена.

«Твоя рука ещё болит?» – спросил он.

Кейтлин опустила глаза на кровоточащую рану, о которой почти забыла.

«Да», – призналась она.

«Подойди ближе».

Эйден остановился, Кейтлин подошла к нему ближе, он положил руки на её рану и закрыл глаза.

Когда Эйден убрал руки, Кейтлин обнаружила, что рана полностью затянулась.

Рут заскулила, Эйден улыбнулся и опустился перед ней на колени, приложив ладони к её больной лапе. Когда он поднялся, Рут встала и пошла дальше, больше не хромая.

Кейтлин была в шоке.

Эйден вздохнул и посмотрел на неё.

«Я надеялся найти тебя в другом месте», – сказал он.

Кейтлин задумалась. Как обычно, слова Эйдена можно было трактовать совсем по-разному. Было так непросто догадаться, о чём именно он говорил. Надеялся ли он, что Кейтлин не ввяжется в драку? Или он надеялся, что она расстанется с Калебом? Или что она будет искать Щит? Кейтлин казалось, что он говорил именно об этом.

Она задумалась над ответом.

«Простите, – сказала она, – я не могла продолжать поиски».

Эйден молчал, и они пошли дальше.

«А, может быть, ты всё-таки продолжала искать?» – наконец произнёс он.

Кейтлин снова задумалась. Что он имел в виду? Говорил ли он о том, что часть её никогда не прекращала поиски? Что Кейтлин искала ответы внутри себя?

«Иногда ты ищешь вещь, – продолжил Эйден, – а иногда она ищет тебя».

И вновь Кейтлин не совсем понимала, к чему он клонит, но в какой-то степени понимала, что учитель был прав. Она так давно была поглощена поисками, что, даже решив от них отказаться, чувствовала, что мысли о Щите и отце никогда не покидали её сознания.

«Не думайте, что я не хочу его найти, – пояснила она. – Я хочу. Я хочу помочь. Я просто… Я просто хочу жить нормальной жизнью. Я устала от погонь. Тем более… я вновь нашла Калеба».

«И подумала, что вы всегда будете вместе», – закончил за неё Эйден.

Кейтлин повернулась и посмотрела на лицо старика, ища в нём подсказки. Знал ли Эйден, что уготовило им будущее?

Единственное, что она увидела, это то, как учитель медленно и разочарованно качает головой.

Кейтлин смутилась. Судя по всему, Эйден с самого начала знал, что из их отношений ничего не выйдет, в то время, как она глупо продолжала надеяться.

«Есть более важные вещи, чем вечная любовь», – ответил он.

Кейтлин задумалась. Повела ли она себя, как настоящая эгоистка, выбрав Калеба и отказавшись от поисков? Неужели, судьба решила её за это наказать? Были ли её встреча с Калебом и его уход предопределены судьбой? Сглупила ли она, когда подумала, что сможет обмануть рок?

«Некоторые события действительно предопределены нам судьбой, – ответил Эйден, читая мысли Кейтлин и возвращая её к реальности. – Судьбу нельзя изменить. Можно пытаться её исправить, от неё убежать, но итог один.

Кейтлин, ты – особенная, – добавил Эйден, когда они вышли из леса на открытое пространство».

Кейтлин подняла глаза, радуясь тому, что тёмный, гнетущий лес остался позади.

Они продолжили свой путь, и вдали Кейтлин увидела замок Калеба. Сердце её радостно забилось, и на минуту она даже заставила себя поверить в то, что Калеб вернулся.

Эйден отрицательно покачал головой.

«Ты меня совсем не слушаешь, – сказал он. – Ты его здесь не найдёшь».

Кейтлин повернулась и посмотрела на учителя.

«Он вернётся?» – спросила она, внимательно рассматривая лицо Эйдена и пытаясь уловить в нём любые эмоции.

Всё тщетно – ни одна мускула на лице не дрогнула. Эйден спокойно смотрел на горизонт, устремив в небо взгляд больших светло-голубых глаз.

«Вопрос заключается не в том, вернётся ли Калеб к тебе, – сказал Эйден. – Вопрос в том, что ты, Кейтлин, решишь предпринять дальше. Ты – сильнее, чем один человек. Ты – сильнее, чем одна любовь. На тебя возложена миссия. Ты следуешь велению судьбы и собственной свободной воли. Ты – не та, кто ждёт принятия решений от других людей. Ты – творец собственной судьбы. Пора уже тебе взяться за дело».

Эйден остановился, повернулся и посмотрел на Кейтлин. Она подняла на него глаза, поражаясь тому, как в его напряжённом взгляде смешались упрёк и вселенская мудрость.

«Когда ты уже перестанешь бегать от своей судьбы, Кейтлин? Когда ты уже примешь себя такой, какая ты есть?»

Кейтлин посмотрела на Эйдена, не понимая, о чём он говорит.

А какая она есть? Кейтлин не знала.

«Ты – воин», – просто сказал Эйден, глядя на неё.

Воин, подумала Кейтлин. Иногда она так себя и ощущала. Но были дни, когда она казалась себе совершенно обычной. В её жизни было место храбрости, но это были лишь отдельные моменты, которых было не достаточно, чтобы заполнить ими всю жизнь.

«Такие моменты и определяют настоящего воина, – сказал Эйден. – Иногда даже одного момента достаточно, чтобы им стать. Ещё воина определяют принимаемые им решения. Его храбрость. Во всех других отношения воин – это обычный человек. Нельзя быть воином каждую секунду твоей жизни. Важно, чтобы в тебе жил дух воина».

Кейтлин задумалась над этими словами. Они ей льстили. Чем больше она о них думала, тем больше ей нравилось быть воином. При этом она понимала, что за подобным определением стоит определённая доля ответственности.

«Тебе нужно сделать выбор, – сказал Эйден. – Ты можешь остаться здесь, отказаться от своей миссии, чтобы погрузиться в мирную и счастливую жизнь с Калебом. Это будет жизнь, выбранная сердцем, но не духом. Рождаясь, каждому из нас предстоит сделать выбор: жить по воле сердца или по воле духа. Следуя зову сердца, мы можем превратить нашу жизнь в обыденность. Наша душа должна парить и следовать своему призванию.

Твоё призвание – найти Щит и спасти нас. Твоё призвание – найти отца. И главное, твоё призвание – найти себя».

Кейтлин смотрела на Эйдена, обдумывая его слова.

«Что если мне так и не удастся найти Щит?» – спросила она.

«Что если Щит – это не та вещь, которую можно просто найти?» – в ответ спросил Эйден.

Кейтлин смотрела на него в растерянности: «Что вы имеете в виду?»

«Ты думаешь, что Щит – это предмет…»

Кейтлин замялась.

«Да. А разве это не так?»

Задавая этот вопрос, Кейтлин уже обдумывала миллион возможных вариантов его ответа. Что если Щит не был предметом? Что если он не имел физической формы, тогда чем он мог быть?

По каменному лицу Эйдена было видно, что помогать с ответом он не собирается.

«Я скажу тебе вот что, – наконец произнёс он. – Миссия воина не заключается в поиске предмета или выполнении поручения. Миссия воина – это путь. Неважно, что ты найдёшь в пути, главное – кем ты станешь».

Кейтлин посмотрела на учителя: «И кем становлюсь я?»

Эйден развернулся и продолжил путь в полной тишине. Кейтлин последовала за ним. Они всё ближе и ближе подходили к замку Калеба. Дверь была открыта. Было очевидно, что в доме никого нет.

Они остановились у открытой двери.

«Цена, которую платит воин – это отказ от семьи, от дома, от тех, кого ты любишь. Воин должен пройти свой путь в одиночку.

Выбор за тобой, – добавил Эйден. – Ты можешь войти внутрь, остаться в этом замке и зажить счастливой жизнью, или ты можешь вернуться со мной, тренироваться и исполнить своё предназначение».

Кейтлин стояла и думала. С одной стороны, мысль о том, что ей придётся покинуть Калеба, разбивала ей сердце. От мысли, что он вернётся домой и не найдёт её там, Кейлин становилось очень грустно, как и от осознания того, что ей придётся отказаться от идеальной жизни.

С другой стороны, слова Эйдена глубоко засели ей в душу. Наверное, они разбудили в ней воина. Кейтлин горела от желания вернуться к тренировкам. Она хотела стать той, кем ей было предначертано стать судьбой.

Стоя и глядя на Эйдена, Кейтлин чувствовала, что сейчас ей нужно принять самое важное решение в жизни. Она понимала всю серьёзность этого решения и его огромное влияние на всю её судьбу.

И вдруг Кейтлин осознала, что уже давно его приняла.

В душе она знала, какой выбор ей следует сделать.

Глава восемнадцатая

Сэм одиноко прогуливался по садам Версаля, пытаясь собраться с мыслями. Он шёл по дорожке, петляющей среди идеально подстриженных живых изгородей, и все его мысли были о Кендре. С момента их встречи он не мог думать ни о ком другом. Что-то в ней его привлекало: она была молода, её кожа была ровной и гладкой, а глаза цвета морской волны буквально гипнотизировали. Когда Кендра смотрела на Сэма, устремив на него внимательный взгляд своих прекрасных глаз, он не мог думать ни о ком, кроме неё.

И пусть прошли уже целые сутки с того момента, когда они виделись в последний раз, Кендра по-прежнему не выходила у Сэма из головы. Она словно его околдовала.

Сэму показали его комнату, и он до сих пор ждал, когда его вызовут к Эйдену. Заняться ему было нечем, поэтому он решил осмотреть дворцовые сады. Он остановился и какое-то время наблюдал за тренировкой других вампиров. Техника боя была очень впечатляющей. Наблюдая за другими, Сэм чувствовал в теле невероятную силу, понимая, что он был намного сильнее, чем все остальные.

Так зачем же его вызвал к себе Эйден? Почему его заставляли ждать?

Сэм медленно шёл, пытаясь вспомнить, зачем он вообще вернулся в прошлое. Кейтлин. Он вернулся, чтобы найти её и помочь сестре. Потом появилась эта девушка Полли и привела его сюда. Сэм чувствовал, что она и Эйден были как-то связаны с Кейтлин. Сэм знал, что появился здесь неслучайно, и на то были свои очень веские причины.

И, тем не менее, он не мог избавиться от волнения. Он хотел найти сестру и помочь ей, если потребуется, в выполнении её миссии. Он хотел найти отца. Сэм чувствовал, что Эйден мог привести его к Кейтлин, поэтому-то встреча с ним и заставляла Сэма так нервничать. Без его помощи Сэм не мог даже представить, с чего начать поиски сестры.

При этом мысли о Кендре так завладели его сознанием, что Сэму становилось всё сложнее думать о поисках Кейтлин. Вместо того чтобы думать о ней, Сэм поймал себя на мысли, что мечтает о Кендре. Он страстно желал быть с ней и снова её увидеть. Он даже подумал, что готов был остаться здесь вместе с ней навсегда и отказаться от поисков Кейтлин и отца.

Сэм злился на себя за такие мысли. Как могла эта девушка так быстро запасть ему в душу? Как она могла так заворожить его, что он был готов отказаться от семьи, чтобы быть с ней? Сэм сам себя не узнавал. Ему казалось, что когда Кендра была рядом, он попадал под власть чего-то, что было намного сильнее его самого, и чью власть над собой Сэм никак не мог объяснить. Ему казалось, что от Кендры исходила опасность.

Именно в этот момент Сэм решил больше не искать встреч с Кендрой и не проводить с ней время. Если она посмотрит в его сторону, то он отвернётся, если она заговорит с ним, то он проигнорирует её. Подобное поведение было его единственным шансом освободиться от её колдовских чар.

Вселенная явно играла с его чувствами, потому что именно в этот момент, подняв глаза, Сэм увидел Кендру. Он резко остановился, шокированный этой встречей. Кендра незаметно стояла рядом с группой людей, прямо у самой кромки леса. Она гордо восседала на лошади, смотря на Сэма и придерживая поводья второй лошади, стоящей рядом. Взгляд её не выражал абсолютно никаких эмоций. Она даже не улыбалась, но продолжала внимательно разглядывать Сэма.

Сам того не желая, Сэм направился ей навстречу.

«Что ты здесь делаешь?» – спросил он.

«Собираюсь участвовать в скачках, – ответила Кендра. – Женщинам запрещено участвовать в соревнованиях, по крайней мере, если они хотят сидеть на лошади по– мужски, поэтому я прячусь здесь, чтобы меня никто не увидел».

Сэм огляделся и увидел рядом с Кендрой свободную лошадь. Кендра не отводила от него глаз. Ему сложно было сказать, что она думает, потому что лицо её не выражало никаких эмоций. Хотела ли она, чтобы он присоединился к ней? Хотела ли она, чтобы он ушёл прочь и оставил её одну? Если так, то для кого была эта вторая лошадь?

«Я надеюсь, я не помешал, – начал Сэм, пытаясь разобраться в ситуации. – Я не хотел тебя пугать».

«Испугать меня не так-то просто», – сказала Кендра. Она ещё раз посмотрела на Сэма, а потом уставилась на горизонт, словно кого-то высматривая.

«Я отправляюсь на полуденную прогулку, – вдруг сказала она, развернулась и пустила лошадь медленной трусцой, опустив при этом поводья второго коня. – Можешь пойти со мной, если не боишься, – добавила Кендра, не оборачиваясь и направляясь в лес».

Сэм посмотрел на лошадь, не веря своим ушам. Неужели, Кендра только что пригласила его на прогулку? Можно ли считать это свиданием? Если да, то пригласила она его очень оригинальным способом. Возможно, Кендра была слишком горда и слишком смущена, чтобы пригласить его на свидание должным образом.

Что бы это ни было, Сэм готовился воспользоваться представленным шансом. Будучи достаточно сдержанным в обычной жизни, когда Сэм оказывался рядом с Кендрой, то от его сдержанности не оставалось и следа. Сэм должен был следовать за ней. Это было физическое влечение, бороться с которым у Сэма не было сил.

Он подбежал к лошади, запрыгнул на неё и, пришпорив, пустив лошадь рысью. Спустя несколько секунд он нагнал Кендру.

Она тоже пустила лошадь рысцой, и уже совсем скоро они вышли на широкую лесную тропу.

* * *

Казалось, что они уже многие часы ехали верхом, когда Кендра наконец остановилась. Сэм с трудом за нею поспевал, ведь она вела себя совершенно непредсказуемо, например, могла вдруг пустить свою лошадь галопом по полям. В остальное время они скакали вдоль лесных ручьёв, полян и лугов.

Кендра вдруг повернула, пустив свою лошадь по узкой тропинке, уходящей вверх на небольшой, покрытый цветами холм. Остановившись под большим деревом, она сошла с лошади, привязав поводья к ближайшей ветке. Сэм сделал то же самое, увидев при этом характерные метки на ветке, что позволило ему сделать вывод, что Кендра приезжала на этом место довольно часто.

Не обращая на Сэма никакого внимания, Кендра развернулась и направилась к небольшому ручью. Присев на колени, она брызнула холодной водой себе в лицо, намочила волосы и потом распустила их, позволив им свободно ниспасть на плечи.

Сэм завороженно смотрел, как в волосах играет солнце. Кендра была самой красивой девушкой на земле. Он не верил своей удаче. Почему она выбрала именно его? Нельзя сказать, что Кендра пригласила Сэма на эту прогулку, но она и не противилась тому, чтобы он составил ей компанию. Кендра всем своим видом показывала, что Сэм был ей безразличен, едва ли обменявшись с ним парой слов за всю прогулку, но Сэм знал, что в душе она радовалась его присутствию. Он лишь спрашивал себя, не считала ли Кендра его компанию привлекательной, просто потому что у неё не было альтернативы. А, может быть, он ей вправду нравился?

Кендра обернулась.

«Я бы хотела посидеть на траве, – сказала она. – Под седлом спрятано покрывало».

Сначала Сэм даже не понял, что Кендра обращалась к нему. Посмотрев на её коня, он увидел привязанную к седлу сумку, в которой лежало большое шёлковое покрывало. Сэм понял, что Кендра ждала, чтобы он его достал и расстелил для неё на земле.

Сэм нашёл подобное отношение раздражающим. Он не был её слугой. С другой стороны, он оправдывал её слова тем, что она привыкла к подобному отношению, поэтому решил не создавать лишние проблемы по таким мелочам. Кроме того, Сэм был не против услужить, поэтому с готовностью достал большое розовое покрывало и расстелил его на земле.

Кендра подошла и аккуратно села, расправив юбку. Откинувшись назад, она подняла глаза к небу.

Сэм увидел, что рядом с Кендрой было свободное место. Он размышлял о том, будет ли она против, если он сядет рядом.

«Хм, – начал он, – можно мне присесть?»

Кендра слегка пожала плечами, не отрывая глаз от неба. Его ноги болели от езды, поэтому он принял её молчание за согласие.

Подойдя и сев рядом, Сэм лёг на спину и подложил руки под голову.

С земли открывался отличный вид на небо: среди чистоты небесной глазури над их головами проплывали небольшие белые облака, разбитые на миллион маленьких кусочков.

Сэм и Кендра лежали молча уже достаточно долго, и он подумал, что, наверное, пришло время начать разговор. В тишине ему было неловко.

«Мне понравилась наша прогулка, – сказал Сэм. – Спасибо за приглашение».

«Я тебя не приглашала, – ответила Кендра. – Ты сам поехал со мной».

Её слова возмутили Сэма. С него её выходок было достаточно, пришло время с этим заканчивать.

Сэм сел.

«Ну, тогда, – сказал он, – мне уже пора».

Он готовился подняться и уйти, когда вдруг почувствовал прикосновение холодной руки. Обернувшись, Сэм увидел внимательный взгляд Кендры.

«Не надо сцен, – сказала она. – Я же не просила тебя уходить».

Сэм в недоумении смотрел на девушку. Было очевидно, что она хотела, чтобы он остался. Почему она просто не могла сказать всё, как есть? Неужели, она боялась показаться слабой? Неужели, Сэм заставлял её нервничать? Была ли она слишком горда, чтобы признать свои чувства?

Сэм хотел уйти, вернуться на поле для тренировок, найти Эйдена и продолжить поиски Кейтлин.

Но что-то его останавливало.

Сэм медленно лёг на спину. В этот раз он повернулся набок, опершись на локоть, и посмотрел на Кендру.

Кендра лежала на спине и смотрела на небо.

Сэм не мог оторвать взгляда от точёных черт её лица. Кендра была совершенна.

«Я всегда прихожу сюда, чтобы отдохнуть от Версаля, – выдержав паузу, сказала она. – Здесь нет людей. Здесь нет вампиров. Здесь никто не сплетничает и не злословит, – добавила Кендра, взглянув на Сэма. – Ты слышал, что они обо мне говорят?»

Сэм пожал плечами. На самом деле, до него доходили определённые слухи, но он не хотел её расстраивать.

«Скажи мне, – спросила она, – что они говорят?»

«Говорят, что ты хочешь, чтобы тебя обратили, и тебе всё равно, кто это сделает».

Кендра вновь посмотрела на небо и впервые за всё это время улыбнулась.

«Ты им веришь?»

Сэм пожал плечами: «Я не знаю. Мы с тобой совсем мало знакомы».

«Не верь им. Это всё слухи. Клевета. Только так они могут меня задеть. Всё это потому, что я намного лучше их, и они никогда не станут такими, как я. Поэтому они говорят всем, что я хочу быть такой, как они».

Сэм внимательно смотрел на Кендру. Он не знал чему верить. Единственное, в чём Сэм был совершенно уверен, так это то, что он был безумно влюблён в эту девушку. Неважно, говорила она правду или нет, но ему её было жаль.

Повернувшись к Сэму, она оперлась на локоть и посмотрела ему прямо в глаза. Лицо её было всего в нескольких сантиметрах от него, и от этой близости сердце Сэма забилось быстрее.

«Ты думаешь, что именно поэтому я хочу быть с тобой?» – спросила она.

Сэм пожал плечами. Она была так близко, что до Сэма доходил запах её кожи и её духов. Ему было сложно сконцентрироваться, и он боялся произнести даже слово.

Кендра наклонилась ближе, и сердце Сэма затрепетало. Сейчас её лицо было всего лишь в нескольких сантиметрах от него.

«Знай, что это не так», – добавила она.

И тут Кендра наклонилась совсем близко, и их губы встретились.

В этот самый момент Сэм понял, что пропал.

Глава девятнадцатая

Кайл стоял перед Бастилией, прячась в тени. Он знал, что как раз в это время проходит смена караульных. Ещё он знал, что именно сейчас они были наиболее уязвимы и меньше всего ожидали нападения.

Главное для него было – попасть внутрь. Если бы он смог выманить слабого и неопытного вампира, он легко бы проник в тюрьму. Это был первый и решающий этап плана, который ему необходимо было выполнить. Прежде, чем направить Наполеона и его людей в атаку во всеоружии, необходимо было всё как следует разведать. Он должен был убедиться, что семеро диких всё ещё содержались в подземельях тюрьмы. Ещё Кайлу нужно было найти способ, чтобы их освободить.

Он стал наблюдать и ждать.

Странное это было здание, Бастилия, – круглая каменная башня, уходящая прямо в небо. Она была подобна маяку в центре города. В башне не было окон, только кое-где виднелись железные решётки. Кайл заметил серебряные решетки в несколько рядов, и сразу понял, зачем они здесь. Внутри, глубоко под землёй находились в заточении семь самых злобных созданий, которые некогда разгуливали по земле. Раньше он слышал, что помимо серебра там был ещё один слой какого-то специального металла, чтобы сделать невозможным их побег. Кайлу было необходимо узнать точно, что это за металл. Как только он узнает, из чего сделаны решётки, ему будет легко найти способ их сломать.

Пришло время действовать. Как только караульные сменились, он заметил, что один из них шёл немного медленнее, отстав от остальных. Кайл подкрался сзади и мигом свернул ему шею.

Безжизненное тело рухнуло, и Кайл быстро сдёрнул ключ с его пояса. Это был длинный серебряный ключ от всех дверей. Кайл повернул ключ в замке и открыл серебряную дверь. Он, конечно же, мог открыть её ударом ноги, но не хотел привлекать лишнее внимание, ведь Кайл действовал в одиночку и понятия не имел, насколько хорошо были вооружены стражники, и, само собой разумеется, не хотел вступать с ними в бой.

Кайл оттащил тело туда, где его не сразу обнаружат, и закрыл дверь.

Он внимательно огляделся по сторонам. Прошло несколько секунд, и его глаза привыкли к темноте. Свет, проходящий внутрь, проникал в помещение откуда-то сверху, просачиваясь сквозь решётку, находящуюся высоко под потолком. Внутри Бастилия тоже имела круглую форму, и её коридоры шли крутыми винтами вверх на крышу и вниз в подвал. Всё здание было сделано из камня.

Кайл направился вниз. Он знал, что там, в подземелье и были заперты чудовища.

Спустившись ступенька за ступенькой на десятки метров под землю и оказавшись на немыслимой глубине, Кайл вдруг наткнулся на стену. Он догадался, что эта стена определённо что-то скрывала.

Отойдя назад на несколько шагов, Кайл разбежался и ударил стену плечом. Стена дрогнула, и камни с грохотом посыпались к его ногам. Кайл наделал много шума, но другого выбора у него не было.

Как он и подозревал, лестница продолжалась и по другую сторону стены, уходя дальше вниз. Кайл стрелой помчался по ступеням, зная, что нельзя терять ни минуты.

Наконец он был у цели. Лестница заканчивалась массивными колоннами с серебряными решётками. Толще решёток он ещё никогда не видел. Кайл сразу же заметил, что они были покрыты каким-то специальным составом. Прикоснувшись к ним, его отбросило в сторону, и Кайл почувствовал сильное жжение в ладонях. Оказалось, что металл был слишком токсичен даже для него.

Кайл пригляделся внимательней, пытаясь определить, что же это было. Наконец, он понял – это был титан, самый токсичный металл для вампиров.

Кайл посмотрел в темноту и увидел дополнительные ряды решёток. Сомнений не было: их держали здесь.

Кайл услышал какой-то шум. Когда он чуть подался вперёд, вдруг откуда-то из темноты появился длинный жёлтый коготь, а за ним омерзительная голова с огромными оранжевыми клыками, с которых медленно стекала слюна. Даже отсюда Кайл почувствовал гнилостное дыхание монстра. Древние, первобытные существа, коими являлась свирепая семёрка, имели настолько отвратительный вид, что даже Кайл не мог не отвернуться. На какое-то мгновение он почувствовал облегчение от мысли, что они были заперты. Его даже начали одолевать сомнения о целесообразности их освобождения.

Что если, выпустив их, он создаст опасность, которую будет не в силах контролировать?

А разве был у него другой выход? Именно эти существа могли привести город в необычайный хаос, и тогда он мог бы поймать и убить Кейтлин. Что же делать? Кайлу придётся рискнуть.

Не волнуйтесь, думал он, я вернусь и освобожу вас.

И, как будто читая его мысли, появились другие шестеро, рыча в ответ.

Вдруг Кайл услышал позади себя какой-то грохот. Он резко обернулся и увидел нескольких стражников, готовых на него наброситься. Он был удивлён тем, как близко им удалось подкрасться – они действовали быстрее, чем он ожидал.

Не успел Кайл опомниться, как стражники с силой отбросили его на серебряную решётку. Боль пронзила всё его тело. Кайл был поражён, насколько подготовленной была охрана. По всей видимости, Париж не жалел никаких средств на то, чтобы обеспечить этому месту должную безопасность.

Но Кайл был не промах. Недаром же он жил тысячи лет, и на каждый такой случай у него всегда был козырь про запас. Он собрал накопленную за века ярость, схватил двух их четырёх стражников, которые стояли перед ним, и с размаху столкнул их головами.

Они упали, но оставшиеся двое набросились на Кайла, повалили его и начали наносить удары ногами. Он не переставал удивляться их силе и быстроте реакции, но, в конце концов, Кайлу удалось схватить одного из них за ногу, сломать ему лодыжку и швырнуть его в другого охранника.

Победу праздновать было рано. Через мгновение стражники пришли в себя и опять налетели на Кайла. Какие же они прыткие, отметил он про себя. Продолжать борьбу было рискованно. Для этого было не подходящее время. Кайл воспользовался моментом, рванул меж стражников и помчался вверх по лестнице.

Охрана бросилась вслед за ним, буквально дыша ему в затылок. Кайл понял, что ему не убежать, и он полетел. На крыльях он поднимался всё выше и выше к потолку, оставляя внизу лестницу и колонны. Было ясно, что останавливаться опасно, и он набирал скорость, прилагая для этого все усилия.

С треском пробив каменный потолок, уже секунду спустя Кайл летел высоко в небе. Оглянувшись, он увидел стражников, которые наблюдали за ним с крыши. Ему повезло. Они не могли его преследовать, а должны были остаться охранять крепость.

Кайл не мог прийти в себя после страшного испытания. Теперь стало очевидным, что ему нужна была помощь армии – и армии немалой. Кайлу не терпелось вернуться сюда с людьми Наполеона, штурмовать крепость и сравнять её с землёй.

Глава двадцатая

Держа Рут в руках, Кейтлин летела высоко в небе рядом с Эйденом.

Посмотрев вниз, она заметила, как начал меняться пейзаж: сначала они летели над морем, и Кейтлин наблюдала за разбивающимися волнами, удивительными скалами и песчаными пляжами; потом они повернули вглубь континента, наблюдая за зелёными холмами и густыми лесами. Кейтлин никогда не была в этой части Франции. Сейчас страна казалась ей бескрайней.

В дороге Кейтлин размышляла. С одной стороны, ей безумно нравилась компания Эйдена – человека, которого она знала и которому доверяла. Кейтлин знала, что Эйден никогда не бросит её в беде. Она с нетерпением ждала этого путешествия, готовясь заново начать курс тренировок и сконцентрироваться на своей миссии. Кейтлин не теряла надежду, что там, куда они сейчас летят, она вновь встретит Полли. От этой мысли на душе становилось теплее. Кейтлин гадала, окажется ли там Блейк, и от этих размышлений у неё внутри всё холодело. Она не была уверена, что хотела его сейчас видеть.

Сердце Кейтлин было в очередной раз разбито, потому что ей пришлось покинуть Калеба. Она представляла, как он вернётся домой в пустой замок и обнаружит, что она уехала. Она никогда не обещала ему, что останется навсегда, но было видно, что он продолжал на это надеяться. Теперь Калеб не знал, где её искать. Неужели, они больше никогда не увидятся?

Значит ли это, что Кейтлин добровольно отказалась от идеальной жизни? Если бы она согласилась подождать ещё несколько дней, всё бы наладилось, и она могла бы зажить спокойной и счастливой жизнью с Калебом. Не было ли её решение улететь слишком поспешным?

Кейтлин не могла избавиться от мысли, что её вновь закружил хоровод событий, словно приливная волна, относящая её всё дальше и дальше в море. Эти события заставляли Кейтлин возобновить поиски, искать подсказки и отправиться в другой город, чтобы найти очередной ключ. Кейтлин надеялась, что здесь и сейчас её поиски прекратятся, и она, наконец, найдёт отца и Щит. Тогда она сможет найти себе новый дом, и, возможно, Калеб вновь к ней вернётся. Интересно, понравился бы её отцу Калеб? Кейтлин часто задумывалась над этим вопросом.

Она посмотрела вниз и увидела, как густые леса превратились в открытые поля, а те – в ухоженные дороги. Облака развеялись, и вдали Кейтлин заметила самый величественный дворец, который когда-либо видела в жизни.

Это был даже не один, а несколько дворцов – огромных мраморных зданий, раскинувшихся на большой территории и разделённых друг от друга ухоженными садами. Посреди архитектурного ансамбля располагался большой фонтан. Подлетев к нему и кружа над садом, Кейтлин удивлялась великолепию этого рукотворного творения. Этот дворец был достоин короля.

Следуя за Эйденом и понемногу снижаясь, Кейтлин вдруг поняла, что именно здесь жил его клан. Она была шокирована своей догадкой. Поллепел был великолепным островом, в общем-то, как и остров в Венеции, но этот дворец затмевал их всех своей красотой. Глядя на здания, Кейтлин казалось, что она их уже где-то видела, но не могла припомнить, где именно.

«Что это за место?» – крикнула она, снижаясь.

Они приземлились на дороге у кромки леса.

Эйден развернулся и посмотрел на Кейтлин.

«Версаль, – сказал он, – твой новый дом. По крайней мере, на время тренировок».

Нарядно одетый слуга спрыгнул с лошади, сделал несколько шагов в их сторону и поклонился.

«Тебя представят ко двору», – добавил Эйден.

После этих слов слуга заторопился к Кейтлин и открыл перед ней позолоченную дверь кареты.

Она была слегка сбита с толку: «А как же вы? Вы разве не поедите со мной?»

«У меня есть неотложные дела. Тебя проводят в твою комнату. Когда ты будешь готова, мы встретимся с тобой на тренировке».

После этих слов Эйден сделал несколько шагов и взмыл в небо.

Кейтлин обернулась и посмотрела на слугу, который продолжал придерживать дверь кареты.

«Спасибо, – сказала она, слегка смутившись, что заставила его ждать. – Вам не нужно открывать передо мной двери, я же не принцесса».

Слуга улыбнулся, Кейтлин села в карету, и он закрыл за ней дверь.

Внутри было уютно и не очень просторно. Удобно расположившись на бархатных подушках, Кейтлин взяла Рут на руки и посмотрела в окно. Слуга вскочил на место кучера, хлыстнул лошадей, и они неторопливо поскакали, везя Кейтлин по красивой дорожке, ведущей к дворцу. Они с Рут прильнули к окну. Кейтлин обратила внимание на идеально стриженые газоны, безграничные английские парки всех форм и размеров, огромные фонтаны в центре и аккуратно подстриженные кусты. Дорога была совершенно ровной, что тоже немало удивило Кейтлин. Она поражалась её чистоте и белизне. Казалось, карета летела по воздуху.

Подъехав к главному входу, Кейтлин увидела, что из дворца вышло несколько человек, чтобы её поприветствовать. Это её смутило. На мраморных ступенях, ведущих к дверям, стояли слуги, а вокруг было много других людей, которые пришли, чтобы взглянуть на Кейтлин. Все с нетерпением ждали, когда же к лестнице подъедет карета.

Когда лошади остановились, к дверям подошёл слуга и открыл перед Кейтлин дверь. Она медленно вышла.

Глядя на столпившихся людей, одетых в изысканные платья и причудливые шляпы, Кейтлин вдруг задумалась о собственном наряде. Быстро оглядев себя, она с ужасом поняла, что до сих пор была одета в то простое платье, которое дали ей монахини.

Кейтлин пошла вверх по лестнице. Дойдя до конца, ей показалось, что за это время она преодолела как минимум сотню мраморных ступеней. Люди не сводили с неё глаз. Кейтлин же думала о том, кому предстоит её представлять и знакомить с дворцом теперь, когда Эйден её так внезапно покинул. Кейтлин оглядела лица, надеясь найти среди них хотя бы одно знакомое, а также втайне надеясь, что среди этих людей была и Полли.

Лица были незнакомыми. Кейтлин почувствовала себя здесь вдруг совершенно чужой.

Услышав смешки, она обернулась и увидела группу разодетых в пух и прах девушек, внимательно осматривающих её с головы до пят и весело посмеивающихся и перешёптывающихся. Кейтлин почувствовала, что краснеет. Эти девушки явно над ней насмехались.

Она вновь почувствовала себя не в своей тарелке и попыталась быстрее пройти. Люди в толпе были такие чопорные, чванливые и непримиримые, что Кейтлин начала задумываться о том, чтобы развернуться и уйти. Вдруг толпа расступилась.

Перед собой Кейтлин увидела самую красивую девушку на земле. Она была одета в длинное, шёлковое платье с высоким воротом, которое выгодно подчёркивало точённость её фигуры. Кожа девушки была смуглой и сразу выделялась на фоне бледных лиц толпы. Кейтлин решила, что девушка была родом из Африки, и ей было на вид не больше 18. У неё были большие зелёные глаза и длинные ресницы. Держала она себя прямо, по-королевски. Кейтлин подумала, что перед ней стоит принцесса.

Девушка неодобрительно посмотрела на группу перешёптывающихся хохотушек.

«Замолчите уже! – резко проговорила она. – Разве так мы встречаем гостей?»

Хохот прекратился.

Девушка прошла навстречу Кейтлин и сделала реверанс.

Кейтлин тоже присела в поклоне, изо всех сил стараясь выглядеть достойно. Она была очень благодарна этой незнакомке, кем бы она ни была.

«Очень рада с тобой познакомиться, Кейтлин, – сказала та. – Эйден мне много о тебе рассказывал. Меня зовут Лили».

Кейтлин пожала протянутую руку. «Спасибо», – ответила она.

«Я попросила у Эйдена разрешения показать тебе дворец и владения. Ты ведь не против моей компании?»

«Буду очень рада», – ответила Кейтлин и облегчённо вздохнула, ведь теперь у неё появилась возможность убежать от этой толпы.

Подойдя на шаг ближе, Кейтлин взяла Лили под руку, и они начали вместе спускаться по ступеням. Рут бежала рядом.

«Не обращай на них внимания, – прошептала Лили, пока они шли сквозь расступающуюся толпу. – Они слишком молоды, и им совершенно нечем себя занять».

Сама того не желая, Кейтлин улыбнулась. Лили ей сразу понравилась, и Кейтлин знала, что они станут хорошими друзьями.

«Кейтлин!» – послышался взволнованный голос, который Кейтлин тут же узнала.

Она обернулась и увидела, как к ней навстречу бежит Полли – взволнованная и одетая в нарядное придворное платье.

Подбежав, Полли крепко обняла подругу, когда Кейтлин ещё даже не успела собраться с мыслями.

Рут взволнованно заскулила и продолжала повизгивать до тех пор, пока Полли не наклонилась и не обняла её тоже.

«Боже мой! Я не верю своим глазам! – затараторила она. – Ты мне вчера снилась. Это было так странно. Я знаю, что мы не знакомы, по крайней мере, официально, но во сне я всё вспомнила: Поллепел, Венецию, всё-всё. Это вправду была ты? Я просто не могу в это поверить!»

Кейтлин радостно улыбалась, глядя на подругу. Она был счастлива снова видеть Полли и ещё более счастлива от того, что та её вспомнила.

«Да, это была я. Это я, твоя лучшая подруга Кейтлин. Я так рада тебя здесь видеть».

Полли снова её обняла. Судя по тому, как на них все смотрели, своим бурным выражением радости Полли нарушала все мыслимые и немыслимые нормы местного этикета.

«Боже мой, это просто невероятно! – снова сказала Полли. – Нам нужно так много наверстать. Давай я тебе всё здесь покажу, – добавила она, схватив подругу под руку и пытаясь увести прочь».

Кейтлин остановилась и посмотрела на Лили. Та выглядела расстроенной.

«Это как раз собиралась сделать Лили, – объяснила Кейтлин. – Я была бы рада, если бы ты пошла с нами».

«О, боже мой, ну конечно! – ответила Полли. – Лили – просто чудо!»

С этими словами Полли взяла под руки их обеих и буквально потащила прочь от толпы зевак.

Они подошли к огромному мраморному входу во дворец. Это был самый величественный дворец, который Кейтлин когда-либо приходилось видеть в жизни. И это было так не только из-за размеров и масштабов дворцового комплекса, но и из-за того, сколько времени и сил вкладывалось в то, чтобы поддерживать эту красоту. Во всех вазах стояли свежесрезанные цветы, полы были устланы великолепными коврами, стены украшены удивительными гобеленами и картинами, а на полу стояли уникальные китайские вазы.

Как будто этого было недостаточно, с потолка спускались огромных размеров хрустальные люстры, свет от которых отражался в десятках элегантных зеркал. Солнечный свет проходил в комнаты через большие окна, превосходящие по размеру все, которые Кейтлин когда-либо приходилось видеть раньше. Они осмотрели всего лишь один коридор, а ноги Кейтлин уже заныли от усталости. Этой удивительной экскурсии не было конца.

Полли болтала всю дорогу, не переставая. Кейтлин никогда не видела её такой взволнованной. Она говорила и говорила, едва успевая перевести дыхание и рассказывая Кейтлин о дворце, окружающих его садах и парках, об Эйдене, их тренировках, королевской знати, местных сплетнях, Марии-Антуанетте и больше всего о своей новой любви. Имени этого парня она не называла, а лишь намекнула, что он был певцом.

«Ты должна с ним познакомиться, – сказала Полли, взволнованно схватив Кейтлин за руку. – Боже, он просто прекрасен. Сначала он может показаться грубым, но это он не со зла. Просто так он ведёт себя перед выступлениями, ему так легче подготовиться, ну, ты понимаешь, о чём я говорю. Я постоянно о нём думаю. Он мне очень нравится!»

Кейтлин посмотрела на Полли, ловя себя на мысли, что никогда не видела её такой влюблённой. Кейтлин была за неё очень рада, хотя то, как Полли говорила об этом парне, Кейтлин слегка настораживало. Он может показаться грубым? Никто не должен вести себя грубо по отношению к Полли. Кейтлин решила, что ей нужно обязательно познакомиться с этим парнем и убедиться, что он подходил для её лучшей подруги, особенно учитывая тот факт, что Полли была в него по уши влюблена.

«Я очень за тебя рада, – сказала Кейтлин. – Но будь осторожна, не торопись с выводами. Ты заслуживаешь самого лучшего к себе отношения».

«Он относится ко мне очень хорошо», – ответила Полли, будто защищаясь.

Её тон испугал Кейтлин. За всё время их знакомства Полли никогда не отвечала ей грубо или резко. Кейтлин чувствовала в ней какую-то перемену. Этот парень, певец, странно на неё влиял. Обеспокоенность Кейтлин возрастала.

«Я просто говорю, – тихо ответила Кейтлин, оправдываясь, – что ты заслуживаешь лучшего».

Эти слова слегка смягчили Полли. Она посмотрела на часы. «О, боже мой! – воскликнула она. – Я опаздываю. Он даёт концерт в дальнем зале дворца. Мне нужно идти!»

С этими словами Полли неожиданно побежала прочь от них по коридору.

Кейтлин остановилась, совершенно сбитая с толку. Ей не верилось, что Полли могла вот так её бросить, едва проведя с ней несколько минут. Было очевидно, что этот парень полностью завладел её сознанием. Кейтлин это совсем не нравилось.

«Она всегда такая?» – спросила она Лили.

Лили отрицательно покачала головой: «Нет, лишь с тех пор, как познакомилась с этим парнем. Как по мне, так он настоящий идиот. Он мне не нравится».

Кейтлин была согласна с Лили. Полли буквально околдовали, и этот парень был ей не пара. Кейтлин вспомнила времена, когда её подруги встречались с неподходящими парнями, но были слишком в них влюблены, чтобы разглядеть правду. Тогда Кейтлин с болью в сердце наблюдала за их отношениями, не в силах как-то повлиять на ситуацию. Когда бы она ни пыталась говорить с подругами или делиться советом, они отказывались её слушать, и от этого страдала их дружба.

«Я совсем не узнаю Полли», – сказала Кейтлин.

«Я тоже», – ответила Лили.

Кейтлин вздохнула, а Лили взяла её под руку, и они продолжили осматривать дворец. Рут бежала рядом.

Кейтлин скучала по Полли, но при этом ей нравилось гулять с Лили в тишине. Иногда Полли была слишком шумной и громкой, а рядом с Лили Кейтлин было очень спокойно.

«Значит, вы с Полли уже давно знакомы?» – спросила Лили.

«Уже несколько веков», – ответила Кейтлин и вдруг подумала, что для человека её ответ звучал слегка необычно. Кейтлин решила, что Лили примет её за сумасшедшую.

Но Лили лишь понимающе кивнула.

«Не беспокойся, – сказала она, – я знаю всё о таких, как ты. Я всю жизнь живу в окружении вампиров. Меня уже ничто не удивляет».

«Значит, ты прожила в этом дворце всю жизнь?» – спросила Кейтлин.

Лили кивнула. «Я принадлежу к королевской семье. Мария – моя троюродная сестра. Меня удочерили, если тебе это интересно. Иначе как у этих людей могла родиться чернокожая девочка вроде меня, – сказала Лили и громко рассмеялась. – Мои настоящие родители родом из Кении, но они умерли, когда я была ещё младенцем. Меня удочерила королевская семья во время визита в Африку. И так я оказалась здесь. Разве не странно?»

«Нет, я не нахожу в этом ничего странного, – серьёзно ответила Кейтлин. – Мне кажется, что ты единственная здесь, кто ведёт себя подобающе королеве».

Кейтлин увидела, как Лили поменялась в лице. На нём отразилась искренняя признательность. Кейтлин поймала себя на мысли, что теперь у неё есть новая лучшая подруга на всю жизнь.

«Это самые приятные слова, которые мне когда-либо говорили, – сказала Лили. – Здесь все только и занимаются тем, что сплетничают друг у друга за спиной. Ты совсем не такая».

Выйдя через заднюю дверь, они спустились по мраморным ступеням и вышли в дворцовый парк.

«Не отставай, подруга, – добавила Лили. – Нам нужно с тобой пройти не один километр, чтобы осмотреть весь дворец».

Они гуляли уже очень давно, осматривая сад за садом, парк за парком. Лили показывала Кейтлин различные здания. Когда они обошли большой пруд, Лили указала на дворец, который являлся личной резиденцией королевы Марии-Антуанетты.

«Она весёлая, – сказала Лили, – и любит закатывать праздники. С ней не соскучишься. Проблемы создают люди из её окружения. Мария – тоже вампир, как и ты. Здесь это важно: все делятся на вампиров и людей. Все люди здесь хотят быть вампирами, но их никто не обращает. В какой-то степени можно сказать, что мы живём в гармонии: вампиры защищают нас, а мы разрешаем им здесь жить. Мы охраняем дворец днём, а они – ночью. Пока это у нас неплохо получается, но в последние годы были и некоторые неприятные случаи».

«О чём ты говоришь?» – спросила Кейтлин.

«Я говорю о том, когда человек влюбляется в вампира или наоборот, когда вампир уже почти соглашается на обращение кого-то из людей. Эйден это категорически запрещает. Если кто-то ослушается, то его тут же выгоняют. Из-за подобных инцидентов обстановка может накаляться. Мы можем дружить с вампирами, но нам запрещено пересекать черту. Я не вижу в этом ничего сложного. Тем более, все парни, которые мне нравятся, люди. Не могу сказать того же о большинстве моих подруг-людей. Некоторые так цепляются за вампиров, что просто не оторвать, если ты понимаешь, о чём я».

Кейтлин задумалась. Она вспомнила свои чувства, когда была человеком, и поняла, что должны испытывать эти бедные девушки.

«Вампиры только и занимаются, что тренировками, проводя дни напролёт на поле. Кажется, что каждый день они находят новое оружие, с которым нужно отработать удар, или новый приём, который нужно отточить. За ними интересно наблюдать. Обычно мы собираемся и смотрим, как вы, ребята, сражаетесь друг с другом. Я думаю, это самое большое развлечение в этом дворце».

Спустившись вниз по заросшим травой ступеням, они пересекли двор и подошли к отделанному мрамором зданию, стоящему поодаль от всех остальных.

«Здесь вы живёте, – сказала Лили. – Я думаю, ты видела условия и похуже».

Кейтлин была очарована видом здания. Оно выглядело, как дворец в миниатюре. Кейтлин не могла поверить, что тоже сможет здесь жить. На поле рядом с дворцом она увидела десятки вампиров, сражающихся друг с другом на деревянных мечах, оглашая воздух глухими ударами игрушечного оружия.

Кейтлин вдруг охватил приступ паники, когда она подумала, что среди этих вампиров может быть Блейк. Она уже было собралась спросить о нём Лили, но потом передумала, боясь услышать ответ. Встреча с Блейком – это последнее, что ей хотелось сейчас пережить. Сердце её до сих пор болело по Калебу, и она не переставала спрашивать себя, не ошиблась ли, когда решила его оставить и уехать.

Лили остановилась перед дверью и посмотрела на Кейтлин. «Дальше ты пойдёшь одна», – сказала девушка.

Кейтлин обняла подругу. «Спасибо тебе, – сказала она, – за всё».

«Скоро увидимся, – ответила Лили, обнимая в ответ Кейтлин. – Вампиры и люди всегда обедают вместе. Я займу для тебя место рядом с моим».

«Отлично», – ответила Кейтлин.

* * *

Оглядев комнату, Кейтлин поразилась её великолепию. Все другие комнаты, в которых ей приходилось жить, например, комната на Поллепеле, были красивыми, но простыми – сделанные из камня, они больше походили на средневековые монастырские кельи. Эта комната была другой. Она была большой, просторной и красиво обставленной. На полу лежал ковёр, а окна были декорированы портьерами. В комнате был большая люстра, зеркала, туалетный столик и большая кровать с балдахином. Всё здесь было больших размеров и кричало изыском и богатством.

И Кейтлин это нравилось. Она уже так долго жила в дороге, сегодня ночуя в одном месте, а завра в другом, что перспектива жизни в такой тихой и уютной комнате её откровенно прельщала. Она не могла привыкнуть к мысли о жизни во дворце. Ей это казалось сном. Кейтлин аккуратно прошлась по комнате, слов по залу музея, боясь даже прикоснуться к сияющей лаком спинке кровати или идеально гладким покрывалам.

В отличие от Кейтлин Рут не мучила себя сомнениями. Она радостно бегала по комнате, игриво виляя хвостом и всё обнюхивая.

Кейтлин подошла к большому комоду с зеркалом, стоящему в углу. У него была сияющая мраморная столешница и золотые ящики. На комоде лежало несколько комплектов одежды на выбор. Кейтлин не верила своим глазам. Каждый наряд был красивее и экстравагантнее предыдущего. Перед Кейтлин лежало длинное кружевное платье чёрного цвета. Ещё она увидела светло-голубое платье с жёлтыми пуговицами. Видимо, так в Версале видели повседневную одежду – этот наряд был слегка короче, чем обычные платья, но Кейтлин он всё равно казался очень нарядным и официальным.

На выбор было представлено несколько видов шляп, а рядом лежал тренировочный костюм. Он был сделан из неизвестного Кейтлин материала, похожего на тонкую кожу. Костюм был полностью чёрным. Длинные штаны и кофта походили на обтягивающую кольчугу с уплотнениями для защиты. И тут Кейтлин его узнала. Это был тренировочный костюм, который носили все вампиры клана Эйдена. Он был лёгкий и прочный. Костюм был удобен для сражений и при этом элегантен. Наряд дополнял чёрный кожаный плащ с высоким воротом.

Кейтлин быстро скинула с себя грязную одежду и уже собралась примерить новый гардероб, когда увидела в другом углу комнаты роскошную ванну. Она была наполнена водой, и от поверхности шёл пар, будто кто-то специально подогрел воду к её приходу. Ванна была наполнена пеной, а вокруг стояли разнообразные душистые мыла на выбор.

Кейтлин задёрнула шторы, лишив комнату солнечного света, полностью разделась и легла в ванну. Горячая вода приятно щекотала кожу, позволяя мышцам расслабиться. Ещё ни разу в жизни Кейтлин так не радовалась возможности понежиться в тёплой воде.

Откинувшись назад, она закрыла глаза и сделала глубокий вдох. В голове мелькали картинки прошлого, и Кейтлин силилась от них избавиться. Всё тщетно. Перед глазами она видела лицо Калеба таким, каким она запомнила его в то утро, когда они сидели на террасе. Она вспомнила его смеющееся лицо, когда они ехали на лошадях по пляжу. Она вспомнила, как они вместе летели в небе. Вспомнила Калеба на вершине холма, красоту и безмятежность его лица как раз перед тем, как приземлился сокол.

Кейтлин изо всех сил старалась избавиться от этих воспоминаний, ведь именно тогда её жизнь поменялась навсегда.

Она старалась заставить себя думать о чём-нибудь другом. Она думала об Эйдене, их лесной прогулке, и о его словах. Что, если Щит – это не тот предмет, который можно найти? Что, если он – это то, что находит тебя? Что если Щит – это то, кем ты становишься?

Кейтлин открыла глаза и уставилась в потолок, размышляя над его словами. Что Эйден хотел сказать? Кем она становилась?

Кейтлин посмотрела на край стола, куда она положила послание от отца. Оно по-прежнему лежало в серебряном ларце, призывая её открыть его и посмотреть. Кейтлин не знала, о чём ей мог писать отец. Она гадала, сможет ли открыть ларец сейчас. Часть Кейтлин очень этого хотела, но при этом она понимала, что как только откроет письмо и найдёт в нём подсказку, ей придётся бросить всё, чтобы вновь отправиться на поиски. Она не хотела уезжать отсюда так быстро. Здесь Кейтлин была счастлива. Более того, ей нужно было ещё многому научиться.

Как Кейтлин ни старалась, но любопытство брало верх. Она медленно вылезла из ванны, вся покрытая мыльными пузырями, завернулась в большое махровое полотенце и босыми ногами прошла по мраморному полу. Взяв ларец в руки, Кейтлин остановилась на мгновение, внимательно его разглядывая и чувствуя исходящую от него энергетику.

Чувства подсказывали, что в этой шкатулке кроется невероятная мощь, от которой по всему её телу разбегались электрические токи. Кейтлин была в доле секунды от того, чтобы, наконец, открыть послание.

Вдруг послышался стук в дверь. Кейтлин быстро спрятала ларец, плотнее запахнулась полотенцем и прошла через комнату, чтобы отпереть дверь. Открыв задвижку, она выглянула наружу, встретившись с парой голубых глаз, ярко выделявшихся на веснушчатом лице, обрамлённом рыжими волосами. Она тут же заметила большие уши и широкую улыбку. Кейтлин этого совсем не ожидала. Перед ней стоял Патрик.

«Кейтлин, ты ещё не готова?» – услышала она голос. Голос был Патрика, теперь сомнений не оставалось.

«Готова к чему?» – в замешательстве спросила Кейтлин.

«За тобой меня послал Эйден. Время тренироваться. Пошли, а то опоздаем!»

«Минуту!» – крикнула Кейтлин.

Она быстро пересекла комнату, вытерлась полотенцем и быстро надела тренировочный костюм. Зачесав волосы назад, она закрепила их в тугом пучке и спрятала его за высокий воротник, чтобы волосы не мешали во время схватки.

Кейтлин быстро вышла из комнаты. Рут бежала рядом.

Снаружи её всё также ждал Патрик, развернувшись к ней спиной. Услышав шум шагов, он повернулся и задорно улыбнулся.

Кейтлин не удержалась, чтобы не улыбнуться в ответ. Было в нём что-то ребяческое и весёлое, что всегда заставляло её улыбаться.

«Боже, вы, девчонки, всегда собираетесь целую вечность», – сказал Патрик.

Кейтлин последовала за ним через поле.

Он на ходу передал ей деревянный меч. Кейтлин с радостью за него схватилась и пробежала пальцами по рукояти.

«Я – Кейтлин», – сказала она, не уверенная, что Патрик её помнит.

Он весело рассмеялся.

«А ты думаешь, я не знаю? – спросил он. – Все только о тебе и говорят. Всем не терпится увидеть, на что ты способна!»

Завернув за угол, они прошли через английский парк и вышли в открытое поле, где их ждал десяток вампиров клана Эйдена. Аккуратно выстроившись вокруг импровизированного тренировочного ринга, они наблюдали, как на нём сражаются два вампира. Вдали, на мраморных ступенях сидели зрители из королевской знати, внимательно наблюдая за поединком.

В воздухе раздавался треск от ударяющихся друг об друга деревянных мечей.

«Говорят, ты – хороший воин, – сказал Патрик, – но не думаю, что ты лучше меня, – добавил он, подмигнув».

Патрик ускорил шаг, и вскоре они уже стояли вместе с остальными. Кейтлин наблюдала, как на ринке сражаются два вампира.

Она не верила своим глазам. Перед ней были близнецы Тайлер и Тейлор. Время шло, а они всё также сражались друг с другом. Кейтлин наблюдала, как Тайлер сделал выпад, но Тейлор вдруг расправила крылья и пролетела у него над головой, а затем больно ударила брата деревянным мечом в спину.

Зрители взревели.

«Это нечестно! – крикнул Тайлер, обращаясь к Эйдену, который спокойно наблюдал за схваткой. – Она пользовалась крыльями!»

Эйден сделал шаг вперёд.

«Тейлор, ты нарушила правила», – сказал он.

«Это был не перелёт, а прыжок!» – защищалась Тейлор.

Эйден медленно покачал головой: «Дисквалифицирована».

Тейлор удручённо ушла с ринга.

«Кейтлин!» – позвал Эйден.

Все посмотрели на неё, и Кейтлин почувствовала, как покраснела от смущения.

«Ты следующая!» – прокричал он.

Тейлор ушла с ринга, освободив место Кейтлин. Тайлер остался в центре поля, ожидая следующего противника.

Кейтлин медленно вошла в круг и встала напротив него, ощущая на себе внимательные взгляды десятков пар глаз. Крепко сжав рукоять меча, Кейтлин ощутила его вес.

Стоя в нескольких метрах от Тайлера, Кейтлин внимательно его рассматривала. Он был таким же, каким Кейтлин его себе запомнила. Если память ей не изменяла, то Тайлер больше любил атаковать, чем отбивать удары. Ещё он любил сбивать противника с ног. Кейтлин посмотрела ему в глаза, увидев в них озорство и самовлюблённость. Судя по его взгляду, Тайлер ожидал, что схватка с Кейтлин станет для него лёгкой победой.

Тайлер бросился в атаку. Он сделал выпад, который, будь он удачным, больно бы ударил Кейтлин прямо в живот.

К счастью для Кейтлин, её инстинкты проснулись вовремя. В самую последнюю секунду она увернулась, сделала шаг в сторону, и удар Тайлера прошёлся по воздуху. Кейтлин была на волоске от поражения. Она поразилась собственной скорости, сконцентрировавшись на сражении и победе.

Позволив Тайлеру атаковать вновь, Кейтлин заняла оборонительную позицию. В этот раз он нанёс удар сверху, метясь прямо Кейтлин в лопатку. Взяв меч за оба конца, она подняла его над головой и предотвратила удар. Сцепившись мечами, в сантиметрах друг от друга, Кейтлин видела перед собой потное от усилий лицо Тайлера, его напряженные скулы и жалкие попытки завершить атаку. Он пытался пересилить Кейтлин и выиграть схватку.

Вместо того чтобы пытаться победить Тайлера силой, Кейтлин решила использовать её против него. Отклонившись назад и пригнувшись, она позволила мечу опуститься прямо себе на спину.

Открывшись, она сильно ударила Тайлера ногой в грудь, попав по солнечному сплетению. Она могла ударить его ниже, но решила, что это будет нечестно.

Как бы там ни было, её удар был победным. Опустившись на колени и глотая ртом воздух, Тайлер был побеждён. Стоя над ним, Кейтлин прижала острие меча к его горлу. С неё было достаточно. Она победила.

Среди зрителей пронёсся приглушённый гул одобрения. Тайлер, побеждённый и смущённый, заковылял с ринга.

«Кто готов сразиться с Кейтлин?» – спросил Эйден.

На мгновение на поле воцарилась тишина. Желающих не было.

И вдруг раздался голос: «Я!»

Кейтлин с удивлением посмотрела на говорящего. Это был Каин. Он выглядел, как и раньше, только сейчас он полностью побрил голову и выглядел крупнее и злее, чем обычно.

Если у него и остались какие-то воспоминания о Кейтлин, то они, очевидно, были не самыми приятными. В глазах его был холод и злость, которых Кейтлин не видела раньше. Каин был одет в укороченную модель их тренировочного костюма, через тонкую кожу которого вырисовывался рельеф его мышц. Судя по всему, он был опытным воином.

В руках Каин держал два деревянных меча – один длинный, другой короткий. За поясом у него было заткнуто другое оружие. Схватка была нечестной. У Кейтлин не было такого арсенала. Возможности у противников должны были быть равными.

Кейтлин в замешательстве посмотрела на Эйдена, но он смотрел в другую сторону. Он знал, что Кейтлин была в неравных условиях, но его, видимо, это вполне устраивало.

Особого времени для размышлений у Кейтлин не было, потому что Каин тут же ринулся в атаку. Он выхватил что-то из-за пояса и метнул им в сторону Кейтлин.

Этот ход её слегка испугал, но ещё больше испугала её собственная реакция. Каким-то образом, сама не понимая, откуда взялась такая скорость, Кейтлин выхватила меч и разрезала им воздух, сбив оружие в воздухе и не дав ему долететь до головы. Посмотрев на предмет, который упал на землю, Кейтлин поняла, что Каин стрельнул в неё из рогатки круглым шариком, напоминающим эбонит. Кейтлин поразила не только скорость, с которой он выстрелил в неё, но и коварство, с которым Каин решил начать схватку.

Каин набросился на Кейтлин с перекошенным злобой лицом, изо все сил стараясь ударить её в грудь обеими ногами. Кейтлин удалось избежать удара в самый последний момент, но это не означало, что их бой был закончен. Как Кейтлин поняла позже, удар ногами был отвлекающим манёвром, потому что одновременно с ним Каин размахнулся длинным мечом и со всей силы ударил им Кейтлин в бедро. Боль волнами разошлась по всему телу.

Кейтлин быстро развернулась, чтобы встать лицом к лицу с Каином. Она была в бешенстве.

Его тактика боя была нечестной, про себя подумала Кейтлин. У него не хватало мужества открыто сражаться. Вся ситуация выводила Кейтлин из себя, и вскоре она уже едва могла сдерживать гнев. Больше Кейтлин не позволит ему нападать первым.

Подпрыгнув, Кейтлин бросилась на Каина. Как она и ожидала, он увернулся от удара, но в ту же секунду она взмыла в воздух и со всей силы ударила его тыльной стороной ладони по лицу.

Толпа взволновано выдохнула. Звук от шлепка ещё долго висел в воздухе.

Каин посмотрел на Кейтлин такими глазами, что она поняла – пощады не будет.

Он бросился на неё, дико размахивая обоими мечами. Именно такой реакции Кейтлин и добивалась. Она лишила его равновесия, и теперь Каин полностью потерял контроль.

Держа в руках один единственный меч, Кейтлин искусно отбивала все наносимые ей удары, справа и слева, спереди и сзади. Каин был проворен, но Кейтлин была быстрее, и это не могло её не радовать. Более того, Кейтлин поняла, что она была настолько быстрой, что все движения Каина закались ей медленными и неторопливыми.

Схватка превращалась в настоящее удовольствие. Каждый раз, как Кейтлин блокировала очередной удар, она поворачивалась и била Каина в плечо. Удар за ударом, она повторяла этот странный ритуал, переключившись со временем на удары в бедро и живот. Кейтлин играла с Каином, как кот с мышкой.

Вскоре она заметила, что её тактика совершенно сбивала Каина с толку, и он с трудом понимал, что происходит. Когда он повернулся, Кейтлин схватила его сначала за одно запястье, а потом за другое, и со всей силы ударила ногами в грудь, выбив из рук всё оружие. Пролетев несколько метров, Каин упал на землю.

Толпа восторженно взревела. Кейтлин была победителем этой схватки.

Каин был в бешенстве, потому что не привык проигрывать. Вместо того чтобы с достоинством признать поражение, он вскочил на ноги и ринулся на Кейтлин.

Она это ожидала меньше всего. Всё произошло так быстро, что не успела Кейтлин среагировать, как его руки оказались у её талии, борясь с ней и притягивая к земле. На мгновение Кейтлин потеряла сознание и слегка испугалась. Забравшись сверху, Каин придавливал её к земле.

Эйден сделал шаг вперёд. «КАИН!» – крикнул он.

Каин не обращал на него никакого внимания. Он продолжал вдавливать Кейлин в землю, держа её руки коленями и не давая ей пошевелиться. Он был близок к тому, чтобы её задушить.

Кейтлин чувствовала, как внутри неё разгорается невероятная злость. Видя, как руки Каина приближаются к её горлу, она вдруг почувствовала невероятную силу. Освободившись от его хватки, она схватила его за запястья и вывернула их. Перекатившись и оказавшись сверху, она заломила руку Каина за спину, а потом с силой ударила его в пах.

Он упал на землю рядом с ней. Битва была окончена, но Кейтлин было этого мало.

Каин разбудил в ней такую злость, что она не могла вот так сразу её погасить. В гневе вскочив на ноги, она вновь больно ударила его ногой в живот.

«Кейтлин!» – крикнул Эйден.

Она его почти не слышала. Подойдя к Каину, она упёрлось подошвой ему в горло и начала жать со всей силой. Каин не мог дышать, но Кейтлин это было безразлично. Она следовала голосу гнева и отказывалась слушать разум, который советовал ей прекратить.

Вдруг Кейтлин почувствовала, что её толкнули в бок, и потеряла равновесие.

Оглянувшись, она увидела Эйдена, который шёл в её сторону. Она была поражена: как он мог её ударить, если между ними было как минимум четыре метра? И тут она увидела вытянутую руку – Эйден смог сбить её с ног, даже к ней не прикасаясь.

Эйден хмуро посмотрел на Кейтлин, и она поняла, что её вновь ждёт выговор.

Глава двадцать первая

Кейтлин шла по лесной тропинке рядом с Эйденом. Учитель молчал, внутренне негодуя. С момента начала их прогулки он не проронил ни слова.

После боя он просто вывел Кейтлин за пределы круга, подальше от остальных, и они взмыли ввысь. Она последовала за ним, чувствуя себя провинившейся школьницей, и это чувство определенно ей не нравилось. Кейтлин казалось, что она уже достаточно взрослая, чтобы самостоятельно решать, насколько удачны были те или иные приёмы, применяемые ею в ходе сражения. Кроме того, Каин сам напросился.

Они долго шли по бесконечной тропинке через лес пока, наконец, не дошли до небольшой поляны, ярко освещённой солнечным светом, проникающим сюда сквозь кроны деревьев.

Эйден остановился и посмотрел на Кейтлин.

«Ты меня разочаровала», – сказал он.

«Я не виновата! – ответила Кейтлин в свою защиту. – Вы ведь видели бой. Он с самого начала играл не по правилам».

«Это не имеет значения, тебе нужно было быть выше этого».

«Он пытался сделать мне больно. Нарочно пытался сделать мне больно. Даже когда бой уже был окончен».

«Ты перестаёшь защищаться слишком рано, – ответил Эйден. – Бой никогда не заканчивается».

«Это ведь ваша работа – судить бой. И если вы и должны на кого-то злиться, то злитесь на него, – проворчала Кейтлин в ответ, просто взрываясь от гнева. Хватит с неё нравоучений. – Почему вы не отчитываете его? Почему только меня?»

Кейтлин понимала, что разговаривает с Эйденом неподобающе грубо, но её терпение давно иссякло, и она была рада, наконец, высказать всё, что накопилось.

Эйден был абсолютно спокоен и лишь слегка покачивал головой.

«Я решил поговорить именно с тобой, а не с ним, – медленно промолвил он, – в качестве награды, а не наказания. У тебя есть уникальная возможность услышать то, что я скажу. У него нет такой возможности. У тебя есть возможность стать лучшим воином, которого я когда-либо тренировал. У него нет такой возможности».

«Вы мне НЕ отец! – проворчала Кейтлин. – Мне не нужна эта возможность. Я не хочу вас слушать!»

Произнеся эти слова, она поняла, что ведёт себя слишком своенравно, но просто уже не могла остановиться. Она так устала от людей, которые всю жизнь пытаются её поучать, устала противостоять этим людям и просто устала брать на себя вину за чужие ошибки.

«Ты права, – спокойно ответил Эйден, – я – не твой отец, и ты не обязана находиться здесь и отвечать мне. Ты сама выбрала свой путь в жизни. Ты сама выбираешь каждый шаг этого пути. И только ты сама должна решить, останешься ты здесь или уйдёшь», – спокойно напомнил он.

Кейтлин задумалась над его словами и успокоилась, понимая, что Эйден был прав. Она сама выбрала этот путь. Она сама решила, что хочет тренироваться. Она просто…просто не знала, что с ней творится. Кейтлин была настолько зла на всех и вся, что не могла рассуждать трезво.

«Твоё главное преимущество может стать твоей главной слабостью, – добавил Эйден. – Твоя страсть. Твой гнев. Я не пытаюсь сказать, что тебе не стоило бить Каина. Я лишь хочу сказать, что тебе не следовало делать это лично».

Кейтлин пыталась понять, что он имел в виду. Ей всегда было сложно постичь истинный смысл его слов. Она поняла, что это его заявление ей следует добавить в копилку мудрых мыслей Эйдена, над которым следует хорошенько подумать.

«То, что ты до сих пор не можешь понять, так это то, что твои силы ещё не достигли максимального развития. Внутри тебя кроются такие способности, о которых ты даже и мечтать не могла. Я хочу показать тебе, как их высвободить. Ты мыслишь поверхностно – для тебя важны такие вещи, как победа и поражение, гнев и месть. Если ты хочешь стать сильнее, тебе нужно заглянут глубже в своё сознание».

Кейтлин сделала глубокий вдох и начала успокаиваться. Чем больше Эйден говорил, тем легче ей становилось. Чем больше он объяснял, тем лучше она понимала, что он не ставил своей целью её поучать или контролировать её действия. Кейтлин начала понимать, что Эйден действительно хочет помочь. И она была ему за это благодарна.

«Что я должна для этого сделать?» – спросила она.

Эйден сделал несколько шагов в сторону и развернулся лицом к ней. Он закрыл глаза и, глубоко дыша, взял свой посох так, чтобы его край касался её плеча. Она чувствовала, как дерево касается кожи.

«Сними туфли», – сказал он.

Кейтлин сделала так, как он велел. Мягкая трава щекотала ноги.

«Закрой глаза».

Она закрыла глаза. Казалось, молчание длилось вечность, и ей стало интересно, что же он делает. Тут она снова услышала его голос.

«Что ты чувствуешь?» – спросил он.

Кейтлин задумалась.

«Я чувствую…лес, ваш посох на моём плече, чувствую траву под ногами».

«Что ещё?» – продолжал Эйден.

Кейтлин сконцентрировалась.

«Я чувствую…как ветер треплет мои волосы…Я чувствую солнечное тепло и влажность, от которой кожа становится липкой».

«Так, – сказал Эйден, – очень хорошо. Сейчас я хочу, чтобы ты вытянула руку и развернула её ладонью вверх. Держи посох между нами и не открывай глаза».

Кейтлин медленно вытянула руку и схватилась за посох, ощущая гладкость старинного дерева и исходящую от него энергию.

«Не хватай его так сильно, – сказал Эйден, – просто положи на ладонь и слегка придерживай. Не нужно сжимать его в кулак».

Кейтлин ослабила хватку.

«Хорошо, – сказал Эйден, – теперь, когда ты держись его, опиши, что ты чувствуешь».

«Я чувствую кусок дерева», – ответила она. Кейтлин чувствовала себя глупо, потому что не понимала, что ещё он хочет от неё услышать.

«Какое конкретно дерево? – настаивал Эйден. – Можешь ли ты почувствовать его структуру? Его вес? Его плотность и размеры?»

Кейтлин сконцентрировалась и постепенно начала ощущать текстуру дерева во всех деталях.

«Хорошо, – сказал Эйден. – Сейчас постарайся поднять посох над головой. Используй только ладонь, не поднимай его руками. Используй энергию своего тела, проведи её через ладонь. Найди эту энергию. Прочувствуй её».

Кейтлин постаралась сфокусироваться. Вдруг она почувствовала, как теплеет рука. Поднимая посох вверх, она ощутила сгусток энергии прямо в центре ладони.

«Хорошо, – сказал Эйден. – Отлично. Теперь открой глаза, – добавил он, выдержав паузу».

Кейтлин медленно открыла глаза.

Увиденное чрезвычайно её удивило.

Прямо перед собой она увидела посох Эйдена. Она не держала его в руках, он просто висел в воздухе, метрах в шести над землёй, прямо над её открытой ладонью.

Кейтлин удивленно взглянула на Эйдена.

Как только она отвернулась, посох упал и громко ударился о землю.

Эйден нахмурился.

«Ты отвлеклась, – сказал он».

«Как я это сделала?» – спросила Кейтлин, всё ещё в шоке от произошедшего.

Эйден наклонился и поднял посох.

«Это лишь один из твоих талантов. Сейчас я хочу развить в тебе именно эту способность. Твоя сила кроется внутри тебя. Я называю это центрированием. Ты можешь использовать эту силу, чтобы передвигать предметы на большие расстояния или приближать их к себе.

Теперь ты видишь, что между тобой и физической вселенной нет преград. Как только ты это осознаешь, то постигнешь искусство боя».

С этими словами Эйден развернулся и направился в лес. Вскоре он совсем исчез из вида. Кейтлин искала его везде, но он словно испарился.

Кейтлин осталась стоять на поляне, удивлённая его поведением.

Но ещё более удивлена она была собственными способностями и тем, что только что проделала. Насколько глубоко были спрятаны её таланты? Сколько ещё ей предстоит узнать о самой себе?

Глава двадцать вторая

Сэм стоял на арене римского Колизея. Он был в полном боевом обмундировании, вооружённый с головы до ног. Он смотрел сквозь шлем, пытаясь разглядеть своего противника, который стоял напротив и также был вооружён.

Сэм бросился вперёд, и они встретились в жестоком поединке.

Воин, стоявший перед ним, был больше и сильнее, но Сэм отражал удар за ударом. С каждым взмахом меча силы покидали его, и, в конце концов, он так устал, что не мог поднять руки. Он упал на колени. Воин высоко поднял меч, готовый вонзить его в грудь Сэма.

Сэм моргнул и, открыв глаза, оказался в пустыне. Раскалённый песок рассыпался под ногами. Песок был повсюду. Вдали виднелась огромная гора. Вскоре он уже медленно взбирался на неё, используя меч как опору. Одет он был в белую мантию.

Умирая от жары, Сэм откинул капюшон и поднял глаза вверх. Там, высоко, на фоне палящего солнца виднелся силуэт мужчины в белых одеждах. В его руках был посох. Сэм знал, что это был его отец.

В предвкушении встречи Сэм взбирался всё выше, пытаясь двигаться как можно быстрее. С каждым шагом подъём становился всё круче. Опустив глаза, Сэм увидел кишащих у ног змей и скорпионов. Солнце безжалостно палило, и подъём становился всё опаснее. Сэм больше не был уверен, что ему удастся добраться до вершины.

Обессиленный, он посмотрел вверх.

«ОТЕЦ!» – крикнул он.

Отец улыбнулся. Взгляд его источал бескрайнюю, чистую любовь. Он медленно откинул капюшон, повернув лицо к солнечному свету, и Сэм увидел, как сильно они были похожи.

Вдруг Сэм оказался на вымощенных камнем улицах Парижа. Стояла туманная ночь. В свете фонарей он разглядел фасад церкви – сам не зная откуда, но он знал, что это был собор Парижской Богоматери.

Сэм открыл огромную средневековую дверь и зашёл внутрь. Там было мрачно и пусто. Идя вдоль рядов, он увидел перед собой большой серебряный ключ. Свет ярко освещал его, а сам крест парил в воздухе.

Сэм протянул руку и был близок к тому, чтобы схватить его. Он точно знал, что перед ним был именно тот ключ, который он искал.

Он знал, что этот ключ спасёт жизнь его отцу.

Сэм проснулся, тяжело дыша. Удивлённо оглядевшись, он надеялся увидеть рядом отца, но нигде не было. Сэм вновь огляделся, пытаясь сориентироваться и понять, где он находится.

Он лежал на шёлковом покрывале на траве, на самой вершине холма. Кендра лежала в его объятиях. Они оба были раздеты.

Сэм всё вспомнил. Было так сладко проводить с ней время, но мысль о том, как быстро Кендра поменяла своё к нему отношение, не давала ему покоя. Сначала она не проявляла к его персоне никакого интереса, и тут вдруг решила быть с ним. Была ли это просто игра? Или просто Кендра была такой непостоянной?

Как бы там ни было, он был счастлив ощущать её в своих объятиях. Он смотрел на её бледную гладкую кожу и светлые кудри. Она прижималась к его груди с легкой улыбкой на лице.

Могла ли она просто его использовать? А, может, всё-таки испытывала к нему такие же сильные чувства, как и он к ней? И как же Сэм мог так быстро влюбиться? Была ли его любовь настоящей? В любом случае он был уверен, что просто хочет быть рядом с Кендрой.

Сэм обдумывал свой сон. Это был самый странный сон, который он когда-либо видел. Никогда раньше он не видел во сне отца, и это видение было больше похоже на предзнаменование. Он пытался понять, что же мог означать этот сон. Ничто не приходило на ум.

И тут Сэм вспомнил. Вечерняя тренировка. Он слышал, что сегодня на ней будет присутствовать Эйден, и Сэм должен был с ним увидеться, во что бы то ни стало. Часы Кендры показывали 4:30. Он уже опоздал на полчаса.

Сэм сел и начал спешно одеваться, твёрдо решив попасть на тренировку.

Кендра открыла глаза и резко села.

«Что случилось?» – спросила она.

«Эйден, – ответил Сэм, – мне нужно его увидеть. Я уже опаздываю».

Кендра нахмурилась.

«Я полагаю, что время, проведённое со мной важнее, чем время, проведённое с ним», – раздражённо ответила она.

Сэм понял, что обидел её.

«Пожалуйста, пойми. Я вовсе не хотел тебя обидеть. Мне действительно нужно увидеться с Эйденом. Я не могу снова упустить его. Я уже опаздываю».

Кендра отвернулась, открыто демонстрируя своё раздражение.

У Сэма не было времени на её капризы. Он закончил одеваться и запрыгнул верхом на коня.

Он смотрел, как медленно и не торопливо двигалась Кендра, одеваясь и собираясь. Казалось, никто и ничто не могло заставить её двигаться быстрее.

Сэм был в нетерпении. «Пожалуйста, Кендра, – сказал он, – я тороплюсь!»

«Ну, тогда езжай! – проворчала она со злостью. – Я вовсе тебя не задерживаю!»

Сэм сидел верхом на коне и не знал, что делать. Одно было ясно – Кендра никуда не спешила.

«Езжай!» – громко скомандовала она.

Он слышал злость в её голосе и был удивлен её резкостью.

«Увижу ли я тебя снова?» – спросил Сэм.

Кендра отвернулась, застёгивая пуговицы на своей блузке.

«Иди и встречайся со своим другом вампиром, – проворчала она. – Он явно для тебя важнее».

Сэм понимал, что что бы он ни сказал, его слова не смогут её утешить. Он решил больше не терять времени. С Кендрой он разберётся позднее.

Пришпорив коня, он ринулся галопом вниз по склону. Он надеялся, что не упустит Эйдена на этот раз и сможет, наконец, с ним увидеться.

Глава двадцать третья

Кейтлин стояла на тренировочном ринге в окружении всех членов клана. Эйден внимательно наблюдал за ней со стороны. После тренировки в лесу он вновь вернул её на ринг, и теперь она часами участвовала в боях и всегда выигрывала. Толпа зрителей значительно увеличилась. Она победила практически всех ребят и девушек из клана, и сейчас ей предстояло встретиться в бою с самыми сильными воинами из всех.

Молва о ней распространялась очень быстро, и все члены королевской семьи тоже собрались, чтобы посмотреть этот бой. Вместе с другими зрителями они разместились на мраморных ступенях лестницы.

Кейтлин сражалась, не обращая внимания на десятки устремлённых на неё глаз. Она уже многому научилась и боролась так, как никогда раньше. Она чувствовала себя подвижнее и быстрее, полностью взяв под контроль собственные чувства и эмоции. Она как будто знала наперёд каждое движение своего противника. Этому научил её Эйден, хотя она до сих пор до конца не понимала, как объяснить эти способности. Они шли глубоко изнутри. Во время каждого боя слова Эйдена эхо отдавались в её голове. Твой злейший враг – это ты сама. Единственный, кто может тебя победить – это только ты, твоё новое Я.

Она пыталась прочувствовать бой на разных уровнях. Временами она даже закрывала глаза и пыталась почувствовать вибрацию вокруг, ощутить энергию противника. Она чувствовала, как врастает в землю, и связь между ней и физическими объектами становилась всё сильнее. Противники нападали на Кейтлин с мечами, копьями и другими видами оружия, и она пыталась почувствовать связь с каждым из них. Нет преград между тобой и физическими объектами. Преграды ты создаёшь сама у себя в голове.

Кейтлин даже не могла представить, каким хорошим воином она стала. Сейчас на ринге с ней сражались два самых лучших и свирепых ученика Эйдена. Один напал с копьём, а другой – с металлическим шаром, дико вращающимся на длинной цепи. Кейтлин хладнокровно приняла бой. Впервые она не чувствовала по отношению к ним ни гнева, ни ярости. Вместо этого она просто терпеливо ждала.

Она ждала до последней секунды, пока летящее на полной скорости копьё не оказалось максимально близко, и тогда она увернулась в самый последний момент. Копьё пролетело мимо, буквально в сантиметре от её головы. Она ловко подняла руку и поймала его в воздухе. Одним движением Кейтлин сломала его пополам и отправила назад в бросавшего. Тупая сторона копья пришлась тяжелым ударом прямо в грудь противнику.

Не останавливаясь, она выставила вторую половину копья вперёд и поймала на неё цепь с шаром, которой замахнулся второй противник. Цепь вылетела из его рук. Затем Кейтлин ударила его ручкой копья прямо в солнечное сплетение. Он упал на колени.

Толпа взорвалась аплодисментами. Кейтлин посмотрела на Эйдена. Судя по его взгляду, бой бы ещё не окончен.

«Длинные мечи!» – крикнул он.

В круг вышел слуга и бросил ей меч. Она поймала его в воздухе, с нетерпением ожидая появления нового противника.

Эйден многозначительно посмотрел на Кейтлин. По его взгляду она поняла, что он выбрал для неё кого-то особенного.

«Блейк!» – крикнул он.

Сердце Кейтлин замерло. Этого не может быть.

И тут из плотной толпы вампиров и людей вышел одинокий хмурый воин с длинным мечом.

Сердце Кейтлин перестало биться – перед ней действительно был Блейк.

Он смотрел на неё холодным и озлобленным взглядом, чем просто разбивал ей сердце. Больнее всего было то, что он совсем её не помнил.

Эйден очень хорошо подобрал ей последнего противника. Он однозначно хотел, чтобы этот бой вывел её из равновесия. Его план сработал.

Кейтлин больше не чувствовала себя спокойной и уверенной, больше не могла контролировать эмоции. Она пыталась взять себя в руки, но ничего не получалось. Она сильно нервничала и была близка к тому, чтобы сорваться. Справиться с бурей нахлынувших эмоций никак не получалось.

Не успела Кейтлин прийти в себя, как Блейк нанёс первый удар. Он держал меч высоко над головой и был в идеальной форме, как и полагается хорошему воину. Он действовал невероятно жёстко и быстро, пытаясь нанести Кейтлин удар по голове. Она была поражена его скоростью. Мечи были деревянными, поэтому его удар определенно не смог бы её убить, но вполне возможно мог сильно ранить. Было очевидно, что Блейк её не помнил. Он атаковал так, как атаковал бы своего злейшего врага.

В последнюю секунду Кейтлин смогла увернуться от удара летящего меча, но он всё равно слегка её задел.

Она была сбита с толку и немало шокирована поведением Блейка. Хорошо, что ему не удалось её ранить. По крайней мере, пока.

Блейк снова развернулся и посмотрел на Кейтлин. Что-то не давало ей собраться, вспомнить все свои навыки и умения и бороться так, как если бы она боролась с обычным противником. Она понимала, что должна атаковать, но не могла заставить себя это сделать. Вместо этого Кейтлин начала вспоминать, как когда-то в Колизее Блейк отдал за неё свою жизнь. Эти мысли просто разбивали ей сердце, ведь она стольким была ему обязана.

Блейк бросился в атаку, и Кейтлин пришлось отражать его удары – удар за ударом. Она не могла атаковать. Просто не могла себя заставить.

Наконец, после нескольких безрезультатных атак их мечи сомкнулись в воздухе, и лицо Блейка оказалось совсем близко к Кейтлин. Он был весь в поту от усилий, из всех сил стараясь её перебороть. Сейчас Блейк был всего лишь в сантиметре от Кейтлин, и она видела его разгневанное лицо. Было абсолютно ясно, он её совсем не помнил.

«Блейк, – с напряжением промолвила она, стоя к нему плечом к плечу, – это же я. Кейтлин. Разве ты меня не помнишь?»

Он взглянул на неё и через несколько секунд ответил: «Ты ведь здесь недавно. Я определенно тебя не знаю».

С этими словами он с силой её толкнул, и Кейтлин упала, покатившись в пыли.

Она так и осталась лежать на пыльной земле.

Удар привёл её в чувства. Блейк её не помнил. Для него они были чужими людьми. Она наконец-то это в полной мере осознала.

Кейтлин поднялась на ноги, полная решимости. Блейк вновь бросился на неё, готовый завершить бой. Сейчас Кейтлин успокоилась и смотрела на Блейка так, как смотрела бы на любого другого противника.

Ей удалось вновь получить полный контроль над эмоциями. Она знала, что больше не позволит им взять верх над собой. Теперь она была выше них.

Это понимание изменило её жизнь.

Блейк вновь бросился в атаку, пока Кейтлин ещё лежала на земле, но она ловко перекатилась в сторону, обхватила его тело ногами и перекинула через голову.

Толпа ахнула.

Подпрыгнув, она встала на ноги, тогда как Блейк упал спиной на землю в нескольких метрах от неё.

Он тоже вскочил на ноги и возмущённо посмотрел на Кейтлин. Отклонившись назад, он упёрся ногами в землю и метнул меч прямо в неё.

Это был очень хороший, чёткий и неожиданный ход, который смог бы выполнить не каждый воин. Нелегко всё-таки превратить меч в копьё. Если бы это произошло с кем-нибудь другим, то противник Блейка вряд ли бы выиграл эту схватку.

Кейтлин разгадала его план. И даже несмотря на то, что она теперь полностью контролировала свои эмоции и чувства, у неё не было времени, чтобы уклониться или отбить удар. Всё указывало на то, что меч-копьё вот-вот достигнет цели.

Именно поэтому Кейтлин решила, что пришло время испытать новые способности. Удобно упиревшись ногами в землю, она мысленно собрала всю имеющуюся у неё энергию и попыталась разбудить ту силу, которую открыл в ней Эйден.

Кейтлин ощущала меч, его энергию и текстуру. Она стала с ним одним целым и усилием воли заставляла его изменить направление.

И в самый последний момент ей это удалось. Усилием воли Кейтлин заставила меч сменить направление – он поднялся вверх над её головой и упал в грязь.

Зрители, как и Блейк, были в изумлении. Это было невероятно. Кейтлин двигала предметы, не прикасаясь к ним. По силе и способностям она определённо превосходила всех здесь присутствующих. Все были просто поражены.

Держа в руках деревянный меч, Кейтлин повернулась к Блейку, чтобы окончить бой. Ему не оставалось ничего другого, как закрываться щитом, ведь теперь Кейтлин яростно нападала на него слева и справа, нанося удар за ударом. Она абсолютно вымотала его. Подняв щит над головой, Блейк опустился на одно колено. Кейтлин была в одном ударе от того, чтобы выиграть бой.

Но в этот момент что-то отвлекло её внимание. Ей показалось, что она кое-кого увидела среди толпы зрителей. Позабыв о самообладании и правилах боя, она остановилась, опустив меч и открыв рот от изумления.

Все зрители обернулись, чтобы посмотреть, что же так привлекло её внимание.

Из толпы вышел молодой парень и в таком же изумлении направился к Кейтлин.

Он подошёл к ней и крепко её обнял.

Она обняла его в ответ, чувствуя, как из глаз хлынули слёзы.

Перед Кейтлин был её брат. Сэм.

Глава двадцать четвёртая

Улетая от дома, Калеб чувствовал, как его сердце разбивается на части. Перед глазами стояло полное горечи лицо Кейтлин. Причинить ей боль – это последнее, что он хотел сделать. Он никогда не предполагал, что ему когда-то придётся её оставить. Больше всего на свете он хотел остаться с Кейтлин и никуда не уезжать, ведь он собирался сделать ей предложение.

Но новость о воскрешении сына была больше, чем просто предлог, чтобы покинуть Кейтлин. К Сэре его отъезд не имел никакого отношения – от кого бы ни пришло послание, он всё бы бросил ради встречи с сыном. О Сэре же он вообще не думал.

Все его мысли занимал только Джейд. Калеба не покидало чувство вины за смерть сына в Венеции. Он сделал бы всё что угодно, чтобы его вернуть. Он не раздумывал бы ни минуты, если бы встреча с сыном означала общение с Сэрой и расставание с Кейтлин. У него просто не было выбора. Боль расставания с Кейтлин и мысль больше никогда не увидеть сына давили с одинаковой силой.

Калеб летел вдоль побережья, наблюдая, как внизу менялся пейзаж: крутые горы переходили в луга, потом в леса, а затем опять в горы. Калеб, конечно, помнил, где жила Сэра – в средневековой деревушке на самом юге Франции. Она в течение многих столетий была её домом, и Калеб знал, что непременно найдёт её именно там.

Сгорая от нетерпения перед встречей с сыном и желания как можно скорее вернуться к Кейтлин, Калеб полетел быстрее. Он до сих пор не мог поверить в реальность его воскрешения. Как это случилось? Он был уверен, что раз умерев, Джейд уже никогда не мог вернуться, ведь он не был настоящим, полнокровным вампиром и не мог быть воскрешён.

Калеб задумался. Сейчас был 1789 год. Получается, что до смерти Джейда ещё два года. Как же всё-таки Сэре удалось его воскресить? Возможно, что причина была в том, что он вернулся всего лишь на два года назад, а в 1789 году Джейд был всё ещё жив. Это было единственное разумное объяснение, которое приходило Калебу в голову.

С точки зрения человека, если меняется будущее, тогда меняется и прошлое. Из этого следует, что тот, кто умирает в 1791 году, перестаёт существовать и в 1789-м. И это значит, что Джейд не мог быть жив.

Калеб был совершенно сбит с толку. События не выстраивались логически, но ему было всё равно. Он просто хотел снова увидеть сына.

Калеб начал резко снижаться, кружа над береговой линией. Наконец он увидел замок Сэры. На пустом побережье он был легко заметен. Его шпили пронизывали небо, а многочисленные внутренние дворы и террасы не могли не радовать глаз.

Как и предполагал Калеб, Сэра уже ждала его внизу, на одном из верхних парапетов замка, устремив взгляд в небо. Когда она заметила Калеба, лицо ещё осветила улыбка.

Но Калеб был недоволен. Джейда рядом с ней не было, и улыбаться в ответ ему уж точно не хотелось. Судя по выражению её лица, Сэра уже убедила себя в том, что за этим визитом скрывалась какая-то романтическая подоплёка. Она вновь смотрела на него так, как будто они всё ещё были вместе. Она когда-нибудь изменится?

Калеб спикировал и приземлился на парапет в нескольких метрах от Серы. Она сразу же подошла к нему.

«Любовь моя», – ликовала она, широко раскинув руки для объятий.

Калеб сердито взглянув на неё, вытянув вперёд руку и жестом её остановил.

«Сэра, – резко сказал он, – наша встреча не имеет никакого отношения к нам с тобой. Я здесь только ради Джейда. Ты писала, что он жив. Где он?»

Калеб чувствовал, что должен действовать решительно. Он не хотел давать Сэре повода думать, что они когда-нибудь будут вместе. Сэра же проигнорировала его вопрос и вздохнула:

«Ты притворяешься, что я тебе безразлична. Но это только потому, что я так много для тебя значу. Я чувствую, что ты просто горишь от желания быть со мной».

Калеб покачал головой.

«Это всё твои фантазии. Между нами всё кончено. Ну, где же мой сын?» – спросил он более настойчиво.

Сэра покачала головой, не обращая внимания на его слова:

«У наших отношений всегда было большое будущее. Ты просто всегда боялся проявить свои настоящие чувства».

Калеб подошёл ближе и схватил Сэру за плечи. «Сэра, мне не до игр. Где он?» – потребовал он.

Она взглянула ему прямо в глаза, улыбнулась, повернулась и направилась вниз по винтовой каменной лестнице. «Следуй за мной», – проговорила она, не оборачиваясь.

Калеб последовал за ней. Они прошли через нижний внутренний двор замка. Калеб чувствовал, как сильно бьётся его сердце, предвосхищая встречу с мальчиком. Ему было интересно, как выглядит его сын сейчас, и сколько ему лет.

Они оказались в огромной спальне с большими окнами, выходящими на океан. Джейда там не было.

Как только Калеб вошёл, Сэра тут же закрыла за ним дверь. Она подошла к кровати, села на край и расстегнула две верхние пуговицы на своей рубашке. При этом она соблазнительно улыбнулась и взглянула на него.

«Калеб, ты же знаешь, почему ты здесь», – сказала она.

Калеб посмотрел на неё в полном замешательстве: «О чём ты говоришь?»

«Мы оба знаем, – сказала она. – Хватит игр. Ты же знаешь, что Джейда здесь нет».

Калеб похолодел. Он едва ли мог говорить.

«Скажи мне, где он», – прошипел он.

Улыбаясь, Сэра встала, подошла к нему и нежно провела рукой по его плечу.

«Не валяй дурака. Ты же знаешь, нашего сына нет в живых», – ответила она.

Эти слова ранили Калеба в самое сердце. Он рефлекторно оттолкнул её руку.

Сэра была шокирована его реакцией и его поведением.

Калеб пришёл в ярость, когда, наконец, понял, что его обманули. Он чувствовал себя полным кретином. Но это было уже не так важно, по сравнению с убийственной мыслью о том, что Джейда не было в живых.

«Как ты только могла сделать такое!? – завопил Калеб срывающимся голосом. – Ты солгала! Ты обманула меня!»

«О, перестань! Ты же не такой наивный. Ты знал, что его не оживить. Жива только наша любовь. Конечно, мне нужен был предлог, чтобы заполучить тебя. Ну, а теперь, когда ты здесь, и мы вместе, что ещё нужно для счастья? Мы можем зачать нового ребёнка!»

Калеб резко развернулся и стремглав помчался из комнаты, даже не оборачиваясь, чтобы посмотреть на Сэру. Он был взбешён и опустошён одновременно.

Но не успел он дойти до двери, как почувствовал прикосновение её ледяных пальцев. Острые ногти впились в руку.

Теперь была её очередь злиться.

«Не смей меня бросать, – прошипела Сэра, – после всего того, что у нас было».

Калеб зло посмотрел на неё в ответ.

«Хорошенько запомни, – сказал он стальным голосом, – я сделаю всё возможное, чтобы мы с тобой никогда не встретились ни в этой жизни, ни в какой-либо другой. Ничто не заставит меня вернуться. Понятно?»

Проговорив эти слова, Калеб отдёрнул её руку и вышел из комнаты.

«Калеб! – провизжала Сэра. – Вернись! Умоляю, прости меня!»

Быстро поднимаясь вверх по лестнице, Калеб всё ещё слышал её вопли и крики, эхом разносящиеся по огромному пустому замку. И даже когда он слетел с крыши, отправляясь высоко в небо, до него продолжал доноситься её вой, который постепенно слился со свистом ветра, щебетанием птиц и грохотом бьющихся волн.

Глава двадцать пятая

Сэм и Кейтлин шли по саду Версаля, взявшись за руки. Он был потрясён, увидев её здесь, увидев её бой на тренировке. Он очень гордился своей старшей сестрой. Сначала Сэм даже не понял, что это была Кейтлин. Он просто стоял с остальными, восхищённо наблюдая за состязанием.

Для него стало шоком открытие, что самым сильным воином из всех была его сестра. Он испытывал благоговейный трепет перед её способностями. Он никогда прежде не наблюдал подобного стиля ведения боя. В Кейтлин сочетался воин-человек и мастер-вампир. Она двигалась с молниеносной скоростью, нападая, нанося удары, уклоняясь и делая такие трюки, каких он даже себе представить не мог – настоящее искусство в движении.

После окончания тренировки Кейтлин сразу окружили благодарные зрители, и со всех сторон посыпались поздравления. Даже Эйден выразил своё одобрение. Сэму хотелось поговорить с ним, но Эйден даже не посмотрел в его сторону, и тут же исчез. Теперь, встретив Кейтлин, Сэм больше не чувствовал большой необходимости с ним разговаривать.

Кейтлин несомненно была в своей стихии. Сэм не мог ею не восхищаться. Его распирало от гордости за сестру. Но самым особенным для него было то, что несмотря на толпу поклонников, которые жаждали поговорить с ней, Кейтлин предпочла уйти с ним. Сэм был очень рад, видя, что, она скучала по нему так же сильно, как он по ней.

Встретить Кейтлин здесь было большим сюрпризом. Сэм воображал, что ему придётся объехать немало городов и земель, чтобы её найти. При этом ему никогда и в голову не приходило, что она может быть прямо у него под носом. Теперь, наконец, он успокоился. Он чувствовал, что, возможно, здесь и сейчас было лучшее время для продолжительного отпуска, ведь у него для этого было всё самое необходимое: он мог жить в красивом дворце рядом с сестрой, наслаждаясь безопасностью и любовью Кендры. Всё было, как прежде – лишь Сэм и его старшая сестра. Теперь они могли жить счастливо вместе.

Пока они шли, Сэм вспоминал детство и все те ужасные места, куда перевозила их мать, и где им приходилось жить: в городах на Среднем Западе, в Нью-Джерси, в Хадсон-Вэлли… и в ужасном Гарлеме.

Но теперь Сэм смотрел на детство в совершенно новом свете, уже зная, кем была Кейтлин, и кем был он сам. Взрослея, он всегда чувствовал, что они с Кейтлин были совершенно другими, не похожими ни на кого. Он думал, что это было так только потому, что они всегда были новичками в городе. Его никогда не посещала мысль, что они были по-своему уникальны и обладали особой силой. Он и представить не мог, что принадлежат к особой расе, особому клану, что у них с сестрой была своя судьба и уникальное предназначение, уже не говоря о том, что их родители вовсе не были их настоящими родителями.

Сэм всегда испытывал необъяснимое и непреодолимое желание найти отца. Теперь, когда он знал о своей особенной миссии, всё встало на свои места.

Вспоминая прошлое, он теперь ясно видел причину бесчисленных столкновений с их матерью. Он всегда жил с ощущением, что она их не любит так, как должна любить мать. Сэм не раз задавался вопросом, были ли они вообще родными.

«Прости меня, – сказал он, наконец, когда они проходили мимо огромного фонтана. – Прости за всё, что случилось в Нью-Йорке. Прости за то, что ты вечно попадаешь из-за меня в переделки. Прости за Калеба. Я знаю, что ты чуть не убила его только потому, что я поменял свой облик, чтобы выглядеть, как он. Прости за то, что я пытался напасть на тебя. Я был не в себе и не мог контролировать свои действия».

Кейтлин посмотрела на Сэма с любовью, на которую способна только старшая сестра.

«Сэм, не нужно извиняться, – сказала она. Её голос звучал неожиданно зрело и уверенно. Он был похож на голос воина. – Это было так давно. Я знаю, что ты это не со зла».

«Это было влияние Саманты. Это она подбивала меня, – продолжал Сэм, запинаясь. – Всё тогда было по-другому. Я словно потерял рассудок и ничего не соображал».

«Всему есть причина, – сказала Кейтлин. – Сейчас всё встало на свои места. Калебу была уготована смерть. Я должна была вернуться за ним. И, конечно же, я должна была быть здесь. Это касается и тебя. Мы находимся в вечных поисках, ищем свой путь. И речь идёт не просто о тебе и мне. На кону судьба целого рода.

Теперь я знаю, что, с одной стороны, да, у нас есть свобода выбора. Но с другой стороны, многое из того, что мы ошибочно полагаем, что делаем сами, на самом деле, предопределено судьбой. И теперь я почти уверена, что судьба сильнее, чем свобода выбора. В конце концов, мы делаем выбор не так уж часто. Мы только думаем, что именно мы и никто другой делает это».

Сэм задумался над словами сестры, находя их вполне убедительными. Он и сам чувствовал нечто подобное, правда, никогда об этом особо не задумывался. Не без восхищения Сэм отметил, что Кейтлин стала очень мудрой. Казалось, он разговаривал с воином, имеющим за плечами многовековой опыт жизни.

«Что касается твоих ошибок, то ты не просто загладил их, а сделал гораздо больше, – с улыбкой добавила Кейтлин, когда они свернули на другую тропинку. – Ты спас меня в Риме. В Колизее».

«Я боюсь, что расслабляться рано – Кайл ещё может вернуться за тобой, – ответил Сэм с неожиданным беспокойством. – Поэтому я вернулся сюда, именно в это время и место. Я хочу помочь тебе, и искупить свою вину».

Сэм был удивлён абсолютным спокойствием Кейтлин.

«Я уверена, что Кайл где-то здесь, – невозмутимо сказала она. – И я не сомневаюсь, что он будет пытаться найти меня. Но теперь меня это больше не тревожит. Я чувствую себя сильнее, чем когда-либо и с нетерпением жду нашей с ним схватки».

Сэм взглянул на Кейтлин и почувствовал исходившую от неё силу и уверенность в себе. Без сомнений, она станет достойным противником Кайлу, отметил про себя Сэм. Гордость за Кейтлин переполняла его как никогда.

«Возвращаясь к Ватикану и тем вампирам в белом. Они дали тебе ключ, – сказал Сэм. – Я не переставал думать об этом. Они сказали, что осталось три ключа, чтобы найти нашего отца. Я никогда не верил в его существование, но теперь я изменил своё мнение».

«Он действительно существует, – уверенно сказала Кейтлин. – Я видела его».

Удивлению Сэма не было предела. «Как видела?» – почти вскрикнул он.

«Ты не понял. Я видела его во сне».

Сэм вдруг вспомнил: «Точно. Я знаю, о чём ты говоришь. Мне он тоже снился прошлой ночью».

Кейтлин повернулась и внимательно посмотрела на Сэма. Он даже растерялся от такого напряжённого взгляда. Она остановилась.

«Что конкретно ты видел во сне?»

«Я…, – запнулся Сэм и занервничал от того, что его торопили с ответом. Кейтлин очень хотела знать подробности, и он, конечно же, не мог её подвести. – Ну, в общем, я взбирался на гору…и как бы увидел его, но не мог до него добраться, – говорил он, всё чаще и чаще делая длинные паузы между словами. – Потом я оказался в большой церкви, где я и нашёл витающий в воздухе ключ. Это был знак, что мы должны найти этот ключ там».

«Сэм, вспомни хорошенько. Ты узнал эту церковь?»

Сэм сдвинул брови, напряжённо думая. В тот раз он узнал её, но теперь начал сомневаться.

Он начал перечислять всё, что помнил: высокие потолки, вход с арками и три огромные двери.

Кейтлин взволнованно спросила: «А над арками были резные фигуры?»

Глаза Сэма загорелись. Да, теперь он вспомнил.

Кейтлин на минуту задумалась.

«Это же собор Парижской Богоматери!» – воскликнула она.

«Да, ты права», – ответил Сэм.

Кейтлин устремила взгляд куда-то в пространство. Она была под впечатлением от собственной догадки. Сэму же было интересно, почему это было так важно, и он спросил: «Ты думаешь, это был не просто сон?»

Кейтлин утвердительно кивнула.

«Да, не просто. Видишь ли, в мире вампиров сны – это что-то вроде послания, встречи, особенно если речь идёт о нашем отце. Он хотел сказать тебе, где мы сможем его найти. Мне кажется, именно об этом был твой сон. Нам нужно найти четыре ключа. Мне кажется, во сне он говорил тебе, что второй ключ спрятан в соборе Парижской Богоматери».

Как же Сэму было приятно, что именно ему отец оказал честь передать такое важное послание.

«Интересно, почему отец пришёл к тебе, а не ко мне?» – спросила Кейтлин.

«Трудно сказать, – ответил Сэм. – Возможно, каждый из нас получает разные кусочки подсказок. Мы оба принадлежим к его роду, поэтому нам и предстоит разгадать это вместе».

Кейтлин была с ним согласна.

Сэм почувствовал себя очень важным. Он был полон решимости присоединиться к Кейтлин и отправиться на поиски отца.

«Именно мы должны найти его, – заявила Кейтлин. – Многое поставлено на карту, не только для нас, но и для других людей. Мне очень нужна твоя помощь. Ты мне поможешь?»

Вначале Сэм очень обрадовался этому предложению, но потом при мысли, что ему придётся покинуть это место и Кендру, ему стало не по себе. Она так и не выходила у него из головы.

«Что-нибудь не так?» – спросила Кейтлин.

Сэм колебался. Он не знал, куда деть глаза, потому что он был слишком смущён, чтобы сказать правду.

«Знаешь…», – начал он, и тут же замолк. Он не знал, как объяснить. Неужели, он был настолько влюблён? Разве он может подвести сестру? Что она теперь о нём подумает?

«Ну… ты понимаешь, … хм… я встретил тут кое-кого…» – начал было Сэм.

Сначала Кейтлин смотрела на него с изумлением, а потом с пониманием.

«Сэм, – сказала она, и в её голосе прозвучала интонация родительского наставления, – в жизни есть более важные вещи. Ведь это наш отец».

Говоря это, она понимала, что ведёт себя, как последняя лицемерка. Ведь она тоже собиралась прекратить поиски из-за Калеба.

«Я знаю, – ответил Сэм, всё также избегая смотреть Кейтлин прямо в глаза, – просто… ну… эта девушка, она другая, и мы… только встретились, и я не уверен, что уехать прямо сейчас будет верным решением…»

Во взгляде Кейтлин читалось неодобрение. Он не знал, как ещё объяснить. Он, конечно же, хотел отправиться с Кейтлин, но в то же время он был совершенно одержим Кендрой.

«Разве ты не понимаешь, – взмолился Сэм, – ведь у тебя в жизни тоже был некто. Калеб. Что с ним случилось?»

Теперь в глазах Кейтлин была печаль и разочарование. И, заметив это, Сэм тут же пожалел о сказанном. Кейтлин отвела глаза в сторону. Она выглядела подавленной.

«Да, – мягко сказала она, – был однажды». Последовало мучительное молчание.

Сэм начал извиняться: «Прости меня. Я действительно хочу тебе помочь. Но девушка, которую зовут…». Он не успел закончить, как они оба услышали голос, который произнёс: «Кендра».

Сэм и Кейтлин резко повернулись и увидели саму девушку. Одетая в платье василькового цвета, она высокомерно смотрела на них обоих.

Глава двадцать шестая

Кендра шагнула вперёд и встала между сестрой и братом. Она враждебно смотрела на Кейтлин, как будто они боролись за одну территорию. Кендра явно давала понять, чтобы Кейтлин отступила, ведь Сэм – её собственность.

Кейтлин смотрела на Сэма в надежде, что он вмешается в ситуацию и укажет Кендре на её место. Она надеялась, что он не позволит этой девушке так с ним обращаться.

Но, увы, надежды Кейтлин так и остались лишь надеждами. Она была шокирована тем, что Сэм попал под абсолютное влияние Кендры. Как будто она обладала какой-то властью над ним. Она даже казалась выше него, и рядом с ней он выглядел каким-то беспомощным.

Кейтлин была расстроена. В прошлом она уже видела, как подобное случалось с её друзьями. Было очевидно, что Сэм был полностью в руках этой девушки.

«Кендра, – холодно повторила Кейтлин, смотря ей прямо в глаза. – Нас не представили».

«Нет, не представили», – так же холодно подтвердила Кендра.

«Ну, – медленно и злобно сказала Кейтлин, – ты стоишь между мной и моим братом, а мы вообще-то разговаривали».

Кендра смотрела на Кейтлин, не отрывая взгляда, и на лице её читалось раздражение. Она не двигалась с места.

Сэм обошёл Кендру и встал между ними, чувствуя, как неминуемо нарастает напряжение.

«Всё не совсем так, – примирительным тоном сказал Сэм Кейтлин. – Она просто хотела представиться. Кейтлин, это Кендра. Кендра, это моя сестра Кейтлин».

Кейтлин заметила, что Сэма бросило в пот; он очень переживал по поводу того, что они сразу не нашли общий язык.

Тем не менее, Кейтлин продолжала сверлить Кендру стальным взглядом. Кендра также не отличалась любезностью. Сэм нервно метался между двух огней.

«Я и мой брат как раз обсуждали путешествие, в которое мы собираемся, – холодно сказала Кейтлин. – Вообще-то завтра мы уезжаем, поэтому можете попрощаться сейчас».

Кейтлин казалось, что именно ей нужно взять ситуацию под контроль, чтобы помочь Сэму вырваться из плена этой властной девушки, рядом с которой он казался таким беспомощным. Кейтлин действовала радикально, но у неё не было другого выбора.

Кендра повернулась и посмотрела на Сэма. Он избегал её взгляда, так же как и взгляда Кейтлин. Кейтлин никогда не видела его таким суетливым и нервным.

«Сомневаюсь, – ответила Кендра. – Сэм никуда не поедет. Кроме того, у нас планы на завтра».

«У нас планы?» – спросил Сэм. Кейтлин услышала в его голосе надежду. По его тону она уже поняла всё, что он чувствовал и хотел сказать, и даже больше. Её сердце разрывалось. Неужели, он всерьёз позволит этой девчонке управлять собой?

«Да, верно, – сказала Кендра, – у нас планы».

Кейтлин уставилась на Кендру, кипя от ненависти. Она молилась, чтобы Сэм набрался мужества и противостоял ей. У него и раньше была проблема – он всегда привлекал не тех женщин. Они были властными, контролирующими и всегда плохо на него влияли. Саманта была тому отличным примером. А сейчас – Кендра. Ему просто жутко не везло в любви, поэтому сейчас Кейтлин была не очень удивлена.

Но она всё ещё была зла, ведь она так надеялась, что Сэм изменился, и что у него хватит сил сказать Кендре «нет». Она продолжала надеяться, что он поможет ей в её миссии.

Сэм смотрел на сестру грустными и виноватыми глазами. Где-то глубоко внутри он хотел отправиться с ней, но просто не мог отказать Кендре.

«Мне очень жаль, – сказал Сэм надрывистым голосом. – Я… я думаю, я не смогу поехать с тобой завтра».

Кейтлин кивнула, сохраняя спокойствие и самообладание, хотя её сердце разрывалось. Кипя от гнева, она заметила победную ухмылку на лице Кендры, при этом понимая, что могла мало что изменить. По опыту Кейтлин знала, что когда дело доходило до сердечных вопросов, никто не может влиять на любовные отношения друга. Друг сам должен во всём разобраться. Если Сэм хотел что-то поменять, это должно было быть исключительно его решением.

Кейтлин взяла себя в руки, стараясь контролировать охвативший её гнев, развернулась и ушла прочь, пока не совершила или не сказала что-нибудь необдуманное.

«Кейтлин, стой!» – окрикнул её Сэм.

Но она и не собиралась останавливаться. Было абсолютно ясно, что Сэм принял своё решение.

И, по правде говоря, в глубине души она понимала, что не имела никакого права его осуждать. Кейтлин знала, что значит быть влюбленной и готовой отказаться от миссии. Теперь жизнь Сэма – в руках его судьбы.

Пока Кейтлин шла, она всё больше осознавала, что завершить миссию ей придётся в одиночку.

* * *

Кейтлин вернулась в свою комнату, плотно закрыв за собой дверь. Ей хотелось побыть одной, хотелось уединения. Это был такой длинный и волнующий день: она многому научилась у Эйдена; была на высоте на ринге, сражаясь лучше, чем когда-либо раньше; испытала истинный шок от встречи с Блейком, который причинил ей боль тем, что совсем её не помнил; потом была потрясена встречей с Сэмом. Не говоря уже о встрече с Кендрой, которая полностью подчинила себе волю её брата.

Столько противоречивых мыслей и чувств мелькали сейчас в её сознании, что Кейтлин просто не знала, как к ним относится. Событий за сегодня произошло столько, что их хватило бы дней на десять.

После заката солнца Кейтлин разделась, чтобы принять ванну, отдохнуть и расслабиться. Она чувствовала, как в тёплой воде расслаблялась каждая мышца её тела. Рут терпеливо сидела рядом.

Мысли мелькали, ка в калейдоскопе. Кейтлин думала о Сэме и о том, как сильно он изменился. Думала об Эйдене и о своих новых возможностях. Она думала об отце и о своей миссии. Она думала о сне Сэма и о парящем в воздухе ключе. Думала о соборе Парижской Богоматери. Чем больше все эти мысли сливались воедино, тем более уверенной она становилась в том, что должна закончить миссию.

Версаль был полон роскоши, но Кейтлин чувствовала, что миссия зовет её дальше. Все, кого она любила (кроме Калеба) были здесь, но у каждого была своя жизнь. Полли попала под влияние своего возлюбленного. У Сэма была Кендра. Блейк даже её не помнил. Что же касается тренировок, то Кейтлин чувствовала, что научилась уже всему, чему могла. Она не знала, что ещё приготовил ей Версаль, но чувствовала, что ей нужно двигаться дальше.

Кейтлин вылезла из ванны, обтёрлась полотенцем и переоделась в повседневную одежду, которую нашла висящей на спинке кровати. Это был красивый шёлковый халат в бело-золотой гамме. Ничего более роскошного Кейтлин не мерила в жизни.

Опустившись на огромную кровать под балдахином, она оказалась в окружении многочисленных подушек. Кейтлин вздохнула.

Рут запрыгнула рядом и положила голову ей на колени.

Через несколько мгновений Кейтлин потянулась к прикроватному столику и взяла ларец.

Она медленно села на кровати, держа ларец обеими руками и внимательно его рассматривая. Кейтлин провела рукой по инкрустированному драгоценными камнями краю, пытаясь почувствовать энергию отца. От ларца будто бы исходил электрический ток. Казалось, в руках Кейтлин держала частичку его самого.

Рут посмотрела на Кейтлин и заскулила, как будто прося её как можно быстрее открыть ларец.

Кейтлин решила, что время пришло.

Она взяла ларец в руки и надавила на замки с обеих сторон, чтобы открыть.

Раздался лёгкий щелчок. Крышка открылась с лёгким свистом, высвобождая воздух, который был заперт там в течение нескольких веков. Крепления скрипели.

Открыв ларец, Кейтлин не поверила своим глазам.

Глава двадцать седьмая

Кайл стоял рядом с Наполеоном, возглавляя огромную армию единомышленников. Наполеон собрал весь свой клан, всех своих людей, сотни сильных вампиров. По ходу следования к крепости они призывали всех граждан присоединиться к ним и штурмовать Бастилию. Взбудоражить толпу оказалось не так сложно, так как среди французов уже давно распространилось массовое недовольство и злость по отношению к представителям королевской власти, а тюрьма в Бастилии была символом этого недовольства, ведь она представляла собой всё королевское, что ненавидели люди. Чем дальше они шли, тем больше становилась толпа.

Наполеон посмотрел на Кайла, чтобы тот показал дорогу.

Кайл чувствовал власть, наслаждаясь ощущением того, что ведёт за собой целую армию, и предвкушая грядущие разрушения и кровопролитие. Он и его армия стояли на мощёной площади напротив Бастилии. Крепость, чем-то похожая на замок с разводными мостами и сторожевыми башнями, хорошо охранялась солдатами и выглядела так же грозно, как и раньше. Однако однажды побывав внутри, Кайл уже знал её сильные и слабые стороны и уже придумал план по её захвату. Он держал в кармане химическое вещество, которое сможет противодействовать титану и навсегда освободит семёро диких.

При этой мысли Кайл улыбнулся. Как только он освободит этих монстров, по Парижу распространится такой хаос, какого город ещё никогда не видел. Более того, он знал, что это послужит началом настоящей революции.

Огромная толпа служила отличным отвлекающим манёвром, и Кайл мог, не боясь, перелететь через стену и приступить к работе. Революция же была тем манёвром, который мог помочь ему добраться до Кейтлин. Кайл был уверен, что, как только он устроит хаос на улицах Парижа, Кейтлин забудет о своих знатных покровителях, и он сможет её легко найти и убить. От этой мысли у него начали течь слюни. Нельзя было терять ни секунды.

«СЕЙЧАС!» – закричал Кайл.

Толпа ринулась в бой. Пересекая площадь, она направились прямо к Бастилии. Люди штурмовали стены. Через мгновение раздались выстрелы, и разводные мосты оказались подняты. Толпа ринулась в бой, также стреляя по охране. Взятие крепости уже превратилось в кровавую бойню, хотя толпа ещё не достигла её стен.

Воспользовавшись ситуацией, Кайл вырвался из толпы и взмыл в воздух. Он направился через ров, думая подлететь к зданию с другой стороны. Он спрятался за каменной набережной и наблюдал, как все охранники ринулись к главному входу. Кайл понял, что это был его шанс. Подлетев ближе, он сбил с ног оставшихся охранников, забрал у них ключи и проник внутрь здания.

Кайл хорошо запомнил план Бастилии, поэтому ему было легко перемещаться там в темноте. Он спустился вниз по спиралевидной каменной лестнице, а потом влез в углубление в стене, которое обнаружил ранее. Остановившись, он ждал появления многочисленных охранников. Кайл знал, что, если он просто подождёт, охрана пробежит мимо него, чтобы помочь защищать ворота.

Он был прав. Спустя мгновение, дюжина вампиров-охранников пробежали мимо, не заметив его присутствия. Он подождал ещё несколько секунд, чтобы убедиться, что опасность миновала, а затем бегом бросился вниз по лестнице.

Добежав до больших железных решёток, он сорвал их с петель одной рукой.

Спустившись ниже, Кайл достиг больших серебряных решёток. Он достал ключи, добытые у охранников, и легко их открыл.

Теперь он оказался в абсолютной темноте. Не останавливаясь ни на минуту, Кайл бежал всё дальше, спускаясь в подземелья тюрьмы. До него доносился мерзкий запах дикой семёрки, а это означало лишь одно – он был близок к своей цели.

И вот он стоял у ворот. Этот уровень тюрьмы был пещерообразным. Перед собой Кайл видел титановые засовы. Ему даже пришлось отойти назад, потому что энергия металла была очень сильной.

Кайл прибыл вниз во всеоружии. Достав сумку, он запустил в неё руку и бросил на засовы специальный порошок. Монооксид сидния. Только это вещество могло растворить титан.

Кайл подождал несколько мгновений и на его глазах титан поменял цвет, превратившись из ярко-серебряного в розовый. Кайл знал, что порошок выполнил свою миссию. Он протянул руку, схватил засовы и дёрнул их изо всех сил.

Даже после действия порошка понадобились значительные усилия, чтобы сорвать решётки. Кайл тянул изо всех сил и вскоре смог сорвать с петель вековые засовы.

В тот же момент семёро диких вышли их тени и прошли в паре метров от него. Они были самыми свирепыми монстрами, которых он когда-либо видел – истинные посланники ада. Их уродливым лицам было больше тысячи лет. Они подняли на Кайла огромные когти и зарычали, готовые напасть даже на своего освободителя.

Он знал, что благодарности от них ждать не следует. Более того, они могли убить его в любую секунду.

Кайл восхищался ими. Он хотел, чтобы они убивали. Но он не хотел бороться с ними сам. Это разрушило бы весь его план.

Кайл развернулся и бросился бежать, а затем взлетел, зная, что они будут следовать за ним. Он поднимался всё выше.

Семёро диких были быстры, как никто другой. Уже через мгновение, они летели за ним по пятам.

Хорошо, подумал Кайл. Они готовы.

Он долго летел, и наконец, достигнув главного уровня, пролетел через главный вход прямо к подъёмному мосту. Как он и надеялся, семеро диких следовали за ним, как стая шершней. Но теперь, когда они почувствовали себя свободными, они потеряли свою цель. Они упустили Кайла из виду и вместо этого занялись тем, что срывали головы охранникам.

Кайл с облегчением вылетел на открытую местность, радуясь тому, что сбросил их с хвоста. На его уродливом лице светилась огромная улыбка. Внизу под ним тысячи людей сражались на смерть, штурмуя крепость, с другой стороны которой семеро диких разрывали охранников на части. Через несколько минут, монстры будут свободно бродить по улицам, громить и разрушать. Такого безумия Париж еще не знал.

Кайл не чувствовал такой радости с тех пор, как он был ребёнком. Всё шло идеально. Теперь он мог легко найти и убить Кейтлин.

Пришло время для его личной революции.

Глава двадцать восьмая

Кейтлин сидела на кровати, удивлённо смотря на открытый ларец. Внутри лежал аккуратно свернутый и скреплённый воском свиток. На воске была печать в виде маленького старинного креста. Кейтлин сразу его узнала, ведь точно такой же старинный серебряный крестик висел у неё на шее. Глядя на печать, она дотронулась до шеи, чтобы убедиться, что он был на месте.

Кейтлин взяла свиток в руки. Текст был написан на хрупком и пожелтевшем от времени жёстком пергаменте, которому по виду было как минимум несколько сот лет.

Она осторожно сломала печать и раскрыла письмо.

Первое, что Кейтлин заметила, разворачивая его, так это то, что свиток был разорван. Оборванные концы бумаги говорили о том, что свиток был не цельным. Скорее всего, его разорвали пополам, и сейчас в руках она держала лишь верхнюю половину.

Внимательно разглядывая письмо, Кейтлин отметила про себя, что оно было написано элегантным почерком. Она видела подобный почерк лишь однажды, изучая копию Декларации Независимости. Почерк был идеальным, и было трудно представить, что письмо было написано рукой человека.

Кейтлин чувствовала, как дрожали её пальцы, когда она смотрела на свиток. Она понимала, что это был почерк её отца. Это означало, что он был реальным. Это означало, что он действительно оставил это послание специально для неё. Он знал о её существовании и заботился о ней. В этот момент Кейтлин утвердилась в своём желании исполнить возложенную на неё миссию и найти отца. Она начала читать письмо, внимательно вглядываясь в каждое слово.

Моя дорогая Кейтлин,

Если ты читаешь это письмо, значит, ты уже преодолела множество препятствий. Это значит, что ты уже сделала выбор и решила пройти этот нелёгкий путь до конца. Я хвалю тебя за это. Ты действительно дочь своего отца.

Прости мне все загадки, коды, письма и ключи. Просто тайна, которую я охраняю, имеет огромное значение, и мне пришлось разбить её на подсказки, чтобы другие не добрались до неё первыми. Раскрыть тайну может только самый достойный, и это – ты.

Если ты читаешь это письмо, значит, у тебя уже есть один ключ. Тебе нужно заполучить ещё три, чтобы найти меня.

Сейчас тебе нужно сконцентрироваться на поиске второго ключа. Чтобы найти его, тебе нужно отправиться на Поле учёных…

В этом месте письмо было оборвано, прерываясь на середине предложения.

Кейтлин прочла его во второй и третий раз и только потом отложила в сторону.

Она откинулась назад. Голова кружилась. Всё это было так волнующе. Сейчас её миссия казалась ещё более реальной и значимой, чем прежде.

Кейтлин была растеряна. Поле учёных? Где может находиться это место?

Она была полна решимости отправиться на поиски прямо сейчас, вернуться к исполнению миссии и найти это место, где бы оно ни было. Кейтлин хотела добраться до второго ключа как можно быстрее.

Не успела она хорошенько поразмыслить о том, где могло находиться Поле учёных, как в дверь постучали.

Кейтлин встала с кровати, но даже не успела дойти до двери, когда она вдруг распахнулась.

В комнату ворвалась Полли. На её лице сияла счастливая улыбка. На ней был роскошный наряд – длинное атласное розовое платье с белой отделкой. Волосы были аккуратно собраны в пучок. Образ завершал красивый макияж.

Рут радостно подбежала к девушке.

«О, Боже! Почему ты до сих пор не одета? – начала Полли. – Концерт же сегодня вечером!»

Она прошла в комнату и принялась быстро перебирать гардероб Кейтлин в поисках подходящего платья.

Кейтлин растерянно присела на край кровати.

«Какой концерт?» – спросила она.

«Разве я тебе не говорила? Он поёт сегодня. Мой парень. Ты просто должна пойти. Там будут все!»

Полли взволнованно подошла к Кейтлин, схватила её за руку и стянула с кровати.

«Не говоря уже о том, что ужин вот-вот начнётся, – продолжила она. – Концерту всегда предшествует ужин. Все ждут, что ты там появишься!»

Кейтлин освободила руку из рук подруги и медленно покачала головой.

«Прости, Полли, – сказала она, – но я не могу пойти. Я уезжаю из Версаля».

Полли недоверчиво на неё посмотрела:

«О чём ты говоришь? У нас даже не было времени толком поговорить! Как это, ты уезжаешь? Ты ведь только приехала!»

«Прости, – ответила Кейтлин, – но мне нужно найти отца. Я собираюсь вернуться в Париж, в собор Парижской Богоматери. Я чувствую, что либо найду его там, либо обнаружу новую подсказку, которая поможет в моих поисках».

Полли выглядела разочарованной.

«А времени поговорить у нас не было, потому что ты всё время проводишь со своим певцом», – добавила Кейтлин. Она хотела, чтобы Полли знала, что она действительно чувствовала по этому поводу.

Полли опустила голову. Впервые в жизни Кейтлин видела её грустной.

«Прости, – сказала она. – Я не хотела тебя обидеть. Я просто… – Она подняла глаза на Кейтлин, и в них вновь загорелся озорной огонёк. – Он такой замечательный. Ты должна с ним познакомиться. Пожалуйста. Я обещаю, что после этого вечера всё изменится. Мы будем больше времени проводить вместе. Это всего лишь начало. Он ещё не знаком ни с одним из моих друзей, и я хочу, чтобы ты была первой!»

Кейтлин не знала, что делать. С одной стороны, она хотела уехать прямо сейчас. С другой, она не хотела расстраивать Полли или кого-либо ещё, особенно учитывая тот факт, что все приняли её здесь с радушием. В любом случае был уже вечер, и Кейтлин не видела ничего плохого в том, чтобы подождать с отъездом до утра. Смотря на Полли, она поняла, что для неё знакомство Кейтлин с её парнем имело огромное значение. Кейтлин легко могла это понять. Если бы подобная ситуация случилась с ней, и речь шла о Калебе, она бы чувствовала то же самое.

Кроме того, Кейтлин так любила Полли.

«Хорошо, – сказала она, – я останусь на ужин, но завтра уеду».

«Ура!» – закричала Полли, прыгая от радости. Кейтлин не переставала удивляться тому, каким, по сути, ребёнком была Полли. Подруга торопливо просмотрела все платья Кейтлин и выбрала элегантную длинную юбку жёлтого цвета с красной отделкой.

«Примерь-ка вот это, – сказала она. – Да, это просто идеально. Ты должна надеть именно её».

Кейтлин посмотрела на себя и покачала головой. Раньше она ни за что бы ни надела ничего, хоть отчасти похожего на эту юбку. Юбка была длинной, тяжёлой, многослойной и слишком нарядной. Казалось, на неё ушло столько материла, что хватило бы, чтобы сшить портьеры для всех комнат дворца.

«Я не знаю, Полли, – сказала она. – Я не думаю, что это моё».

«Ерунда, – ответила Полли, бегая вокруг и прикладывая юбку то так, то этак. – Боже мой! Как красиво! – добавила она, вздохнув.

Кейтлин решила, что сопротивляться было бесполезно. Полли отлично разбиралась в моде. Она решила, что раз уж изысканные наряды не имели для неё совершенно никакого значения, то лучше сделать так, как хочет Полли, просто, чтобы порадовать подругу.

«Хорошо, я это надену», – сказала она.

Услышав эти слова, Полли практически закричала от восторга, хлопая в ладоши. Рут радостно гавкала.

Кейтлин поняла, что ночь собирается быть долгой.

Глава двадцать девятая

У них ушли часы на то, чтобы нарядиться. Они собирались на концерт гораздо дольше, чем этого хотелось Кейтлин. Наконец, Полли была довольна тем, как обе они выглядели. Раз уж они не могли видеть собственного отражения в зеркале, девушкам приходилось полагаться на мнение и вкус друг друга. Если верить Полли, то Кейтлин выглядела восхитительно. Кейтлин была в этом совсем не уверена. Она не считала, что может выглядеть восхитительно, каким бы шикарным ни был её наряд.

Нужно признать, что так долго, как сегодня Кейтлин ещё никогда не одевалась и не накладывала макияж. Она была окружена десятками слоёв ткани, каждый из которых причинял ей ещё больший дискомфорт, чем предыдущий. А если учитывать, что на дворе стояла июльская жара, то Кейтлин чувствовала, что с каждым новым слоем температура её тела тоже неумолимо увеличивается. Кейтлин не могла понять, как женщины этого времени со всем справлялись.

Как будто мучений с платьем было недостаточно, Полли покрыла её лицо многими слоями густой, белой пудры. Кейтлин не понимала, как такой макияж мог считаться красивым. Если даже и так, то разве одного слоя пудры не достаточно? Бледная от природы, Кейтлин была уверена, что сейчас выглядит просто смешно.

В довершение жуткого макияжа и ужасного, жаркого наряда, который Кейтлин была готова в любую минуту с себя сорвать, Полли водрузила ей на голову огромную, тяжёлую шляпу. Кейтлин было так жарко и тесно, что она даже не могла возмущаться, чувствуя себя куклой, которую нарядили для того, чтобы покрасоваться ею перед другими. Кейтлин терпеть не могла подобные наряды. Она предпочитала простую, свободную одежду, которую было легко одевать и снимать. Она не любила разукрашивать лицо макияжем и ненавидела долго собираться.

При всём при этом Кейтлин нужно было широко улыбаться. Она не хотела портить Полли настроение, которое, как всегда, было чрезмерно радостным.

«Боже мой, ты выглядишь просто прекрасно! – сказала подруга. – Ты будешь самой красивой дамой на сегодняшнем вечере». Не сказав больше ни слова, Полли взяла Кейтлин под руку, и они вышли из домика для гостей, направляясь к главному дворцу, для чего им пришлось пересечь идеально подстриженные английские сады. Рут бежала рядом.

Когда девушки начали подниматься по мраморным ступеням, слуги бросились к дверям, чтобы открыть их перед ними. Кейтлин почувствовала себя настоящей королевой.

Проплыв в раскрытые двери, она вошли в мраморный холл, в другом конце которого их уже ждали слуги, покорно придерживая позолоченные двери.

Кейтлин и Полли вошли в большую столовую. Это был роскошный зал, основное внимание в котором сразу же приковывал к себе огромный обеденный стол, рассчитанный минимум на пятьдесят человек. Вокруг него стояли массивные, обитые светло-голубым бархатом стулья с белыми подлокотниками. На столе стояли цветы и горящие свечи. Посуды и приборы были из настоящего серебра и тончайшего китайского фарфора.

Стол ломился от изобилия, а тарелки гостей были полны разнообразных лакомств. По залу бегали десятки слуг, готовые мгновенно отреагировать на любые пожелания присутствующих. Бокалы из дорогого хрусталя никогда не были пусты. Над столом весели прекрасные хрустальные люстры, свет от которых радостно отражался от всех поверхностей.

И это было не всё. Все гости были одеты в изысканные наряды, красивее которых Кейтлин не видела. Перед глазами были платья и костюмы всех возможных цветов, форм и размеров. Необычные образы завершали экстравагантные шляпы и не менее вычурные украшения. Пальцы мужчин и женщин украшали кольца размером с мяч для гольфа, а женщины были увешаны сияющими серьгами и массивными браслетами. От стола исходило яркое сияние.

В углу зала располагались арфист и виолончелист, наигрывая приятную лёгкую мелодию, которая дополняла и без того расслабленную атмосферу ужина.

Оглядев гостей, Кейтлин поняла, что многие лица были ей совершенно незнакомы, хотя некоторых она всё-таки узнала. Она увидела Сэма, сидящего рядом с Кендрой. Она облокотилась на его плечо, и он кормил ей клубникой, политой шоколадом.

Кейтлин увидела Блейка, сидящего у дальнего края стола рядом с высокой, красивой блондинкой. Кейтлин чувствовала, что его спутница была человеком. Ей было немного больно смотреть на их счастливые лица, поэтому она тут же отвела взгляд, пытаясь сконцентрировать его на ком-нибудь другом. Кейтлин увидела близнецов Тайлера и Тейлор, а потом, к своему облегчению, увидела Лили. Только её присутствие позволило Кейтлин слегка расслабиться. Она ещё больше обрадовалась, когда увидела рядом с Лили свободное место. Кейтлин поспешила к нему. Полли шла рядом.

«Ты не против, если мы здесь сядем?» – спросила она Лили.

Лили радостно подняла на них глаза. «А вы думаете, для кого я приберегла эти места?» – спросила она, улыбаясь.

Кейтлин села рядом с Лили, а Полли села рядом с Кейтлин.

Кейтлин изо всех сил старалась не смотреть на Блейка. Повернув голову в другую сторону, она увидела Сэма и Кендру. Они были влюблены, и это тоже слегка расстроило Кейтлин, поэтому она вновь отвела глаза. Нервно заёрзав на стуле, он не зная, на ком ещё может остановить взгляд. Ей не терпелось уйти.

«Где же он?» – Кейтлин спросила Полли, ища среди гостей нового парня подруги.

Ей хотелось с ним познакомиться и самой убедиться, что он стоил всего того внимания, которым его окружили. Потом Кейтлин намеревалась сразу же уйти. Она удивилась, когда не увидела его в дверях, чтобы поприветствовать Полли и проводить её к месту за столом, ведь именно так поступали другие мужчины.

«Сегодня у него концерт, – с гордостью ответила Полли, – поэтому за ужином его не будет. Он всегда готовится перед выступлением. Ему нужно время, чтобы побыть одному, за кулисами. Именно поэтому он такой талантливый певец».

Кейтлин посмотрела на Полли, не зная, серьёзно ли та говорит. Она никогда не видела подругу такой влюблённой, и это снова заставило Кейтлин забеспокоиться. Всё, что Полли говорила об этом парне, вызывало у Кейтлин мурашки и ощущение, что что-то с ним было не так. Он казался ей самовлюблённым и напыщенным. Кейтлин не было никакого дела до его концерта; она считала, что чем бы он ни был занят, он должен был встретить Полли, усадить её за стол и отужинать с ней, особенно учитывая тот факт, что она была так в него влюблена.

В очередной раз Кейтлин поймала себя на мысли, что хочет сказать Полли, что именно она думает о её новом увлечении, но заставила себя прикусить язык. Она не хотела вмешиваться и портить момент. Тем более, Кейтлин не думала, что Полли захочет её слушать. Она решила, что подождёт с выводами до того, как сама с ним познакомится.

В дверях появилось несколько слуг. Они поменяли стоящее перед Кейтлин блюдо на другое и наполнили её бокал тягучей красной жидкостью.

Кейтлин сразу же почувствовала подступающий голод, как только поняла, что в её бокале находится кровь. Подняв его к губам, она увидела, что жидкость была светлее обычной крови, которую ей до этого приходилось пить.

«Это очищенная кровь», – сказала Лили.

Кейтлин недоумённо посмотрела на подругу.

«Её очистили от примесей. По идее, так она стала полезнее, – добавила Лили. – Не забывай, что ты в Версале, тут всё достаточно экстравагантно».

Кейтлин пригубила бокал и поняла, что эта кровь была легче, и пить её было приятнее. Кейтлин также поразило то, что она сразу же почувствовала прилив сил. Что бы они ни сделали с этой кровью, это улучшило её качество.

Взяв кусок сырого мяса с тарелки, Кейтлин бросила его Рут, которая пряталась у неё под ногами. Поднявшись с места, волчонок выхватила мясо из рук и тут же его проглотила. Посмотрев на хозяйку, Рут выпрашивала добавку. Кейтлин бросила под стол ещё один кусок.

Оглядевшись, она заметила, что вампиры и люди сидели вперемешку, активно общаясь друг с другом. В их общении не чувствовалось напряжения.

«Необычная картина, не так ли?» – спросила Лили.

Кейтлин кивнула. Вокруг все непринуждённо беседовали, и в воздухе звенел весёлый смех.

«Я завидую твоей жизни, – сказала Лили. – Жизнь королевской знати полна вынужденной лени. Перед тобой пример нашей повседневной жизни. Если бы у меня был выбор, я бы предпочла драться, путешествовать и делать что угодно, лишь бы быть подальше отсюда».

Кейтлин с удивлением слушала Лили, потому что как раз в этот момент думала о том, какой бы восхитительной была её жизнь во дворце.

«Но здесь так красиво…» – сказала Кейтлин.

«Любое место теряет свою привлекательность, когда становится твоей клеткой», – ответила Лили.

«Но ты не в клетке. Ты принадлежишь к королевской семье. Перед тобой открыт весь мир».

«Мои действия ограничены моралью моего класса, – сказала Лили. – Я не могу путешествовать с простолюдинами, не могу ездить по простым дорогам, не могу отправиться куда-то в одиночку. Я всегда должна соблюдать приличия и нескончаемые нормы этикета. Ты права, я могу уйти, но куда? Я – пленница собственной жизни».

«Почему же ты её не изменишь?» – спросила Кейтлин.

Лили вздохнула.

«Я много об этом думала. Очень много. Возможно, однажды я решусь на это, но не сейчас… пока я готова жить в золотых оковах».

Лили улыбнулась и подняла бокал. Кейтлин сделала то же самое и прикоснулась своим бокалом к фужеру подруги. Они выпили.

«Кейтлин!» – услышала она радостный голос.

Это был Сэм. Он обращался к ней через весь стол. Очевидно, он не ожидал увидеть её здесь и поэтому радостно улыбался сестре, подняв бокал в её честь.

«Я так рад тебя здесь видеть!» – сказал он.

Кейтлин улыбнулась и тоже подняла бокал, приветствуя брата.

Сидящая рядом с ним Кендра хмуро посмотрела на Кейтлин с нескрываемой ненавистью.

«Боже мой, откуда ты его знаешь?» – спросила Полли.

«Кого? Сэма?» – в замешательстве спросила Кейтлин.

Полли кивнула.

«Он – мой брат!»

Полли удивлённо посмотрела на Кейтлин широко открытыми глазами.

«Твой брат? Кто бы мог подумать! Боже мой! Когда он впервые здесь появился, то сказал, что ищет сестру. Я и представить не могла, что он говорит о тебе! Вот это да! Твой брат. Это так замечательно!»

Полли о чём-то задумалась, нервно накручивая локон на палец.

«Раз так, – наконец проговорила она, – тогда ты должна его предупредить».

Кейтлин обеспокоено посмотрела на подругу: «О чём?»

«Об этой ведьме, – сказала Полли, – о Кендре. Она за ним увивается только в надежде, что он её обратит. Она уже перепробовала это со всеми нашими парням. Они знают, что обращение во дворце запрещено, поэтому никто не согласился. Сэм играет в опасные игры. Ему нельзя её обращать, поэтому не стоит давать ей надежду. Он должен знать настоящую причину её к нему интереса».

Кейтлин внимательно посмотрела на Кендру, чувствуя, как ею всё больше овладевает злость. Общее неприятие и отвращение, которые вызывала в ней эта девушка превратились во что-то большее. Кейтлин необходимо было защитить брата.

Она собралась встать, обойти стол и поговорить с Сэмом прямо сейчас. Стоило ей отодвинуть стул, как она услышала звон бокалов. Все гости поднялись со своих мест и как по команде вышли из-за стола, чтобы пройти в другой зал.

«Куда все направляются?» – спросила Кейтлин.

Не успев ответить, Полли вдруг сильно заволновалась, еле сдерживаясь, чтобы не побежать из столовой самой первой.

«Ура! Пришло время тебе с ним познакомиться. С моим парнем! Он уже на сцене, сейчас начнётся концерт. Пошли быстрее, – сказала Полли, хватая Кейтлин за руку. – Нам нужно занять хорошие места!»

Гости медленно продвигались в соседний зал. Полли вела Кейтлин за руку, проталкиваясь сквозь толпу. Просторная гостиная, соседствующая со столовой, была достаточно большой, чтобы в ней можно было организовать камерный концерт. Зал был заставлен десятками канапе, кушеток и мягких кресел.

Полли и Кейтлин выбрали небольшое канапе в первом ряду, на которое они сели вместе с Лили. Прямо перед ними возвышалась сцена, покрытая чёрно-белой мраморной плиткой. Над сценой висела большая люстра. По краям сидели музыканты – арфист, клавесинист, виолончелист и скрипач. Не хватало только вокалиста.

Кейтлин огляделась, наблюдая, как все взволнованно занимают места в ожидании концерта. Она увидела Сэма и Кендру, сидящих на двухместном диване, держась за руки. Посмотрев в другой конец зала, Кейтлин заметила Блейка и его девушку. Оглядев зал внимательнее, Кейтлин заметила, что почти у всех была пара, у всех, кроме неё.

Она и так чувствовала себя здесь не очень уютно, а от этой мысли ей стало совершенно не по себе. Она не могла выкинуть мысли о Калебе из головы, несмотря на то, что они разбивали ей сердце. Ей хотелось как можно скорее уйти отсюда. Кейтлин очень надеялась, что парень Полли не заставит себя долго ждать, а концерт пройдёт как можно быстрее.

Единственным утешением для Кейтлин было присутствие рядом с ней Лили. Она стала ей настоящим верным другом, и Кейтлин хотелось, чтобы они могли провести больше времени вместе и вдоволь поболтать. Кейтлин вдруг задумалась о том, как сильно изменилась её жизнь: ещё какое-то время назад она думала, что единственным её другом была Полли, но жизнь вновь преподнесла её сюрприз.

В зале вдруг стало тихо. Большой занавес открылся, и несколько слуг задули свечи в конце сцены. Кейтлин увидела мужчину в длинном бархатном сюртуке с высоким воротом и белой рубашке с пышными рукавами. Он вышел на середину сцены. В тусклом свете лица его почти не было видно. Кейтлин лишь заметила чёрные волнистые волосы и самодовольную походку, не лишённую театральности.

Когда певец подошёл к самому краю сцены, Кейтлин наконец смогла хорошо рассмотреть его черты.

У неё перехватило дыхание, и тело охватил холод.

Нет, не может быть.

«Сегодня я исполню несколько мотетов Вивальди», – с выражением произнёс он.

Парень обернулся и кивнул музыкантам. Стоило ему открыть рот, как раздались первые аккорды музыки.

Кейтлин внимательно вглядывалась в его лицо, стараясь убедить себя в том, что ошибалась. Нет, она была права. Это был он. Кейтлин была шокирована и испугана этим открытием.

Прямо перед ней стоял её враг – Сергей, помощник Кайла, тот, кто забрал у неё Меч в Королевской часовне в Бостоне, тот, кто пронзил её этим самым мечом в сердце, и тот, кто помогал Кайлу превратить её жизнь в сущий ад.

Она узнала шрам на его щеке. Сомнений не оставалось – перед ней был Сергей. Теперь Кейтлин была совершенно в этом уверена.

Её трясло. Она хотела наброситься на него прямо сейчас, убить его голыми руками и отомстить за всё, что он ей сделал.

Кейтлин понимала, что не могла этого сделать. Он стоял на сцене, исполняя мотеты, а в зале сидели люди, которые отнеслись к Кейтлин со всей добротой и гостеприимством. Она не знала, каким образом Сергею удалось проникнуть в их окружение. Неужели, никто не знал, кем он был на самом деле?

Хуже всего было то, что рядом с Кейтлин сидела Полли, её лучшая подруга, по уши влюблённая в это чудовище. Это не укладывалось у неё в голове. Полли была словно под гипнозом.

Кейтлин не знала, что ей делать. В первую очередь, она чувствовала, что ей нужно предупредить Полли, а затем уже всех остальных. Это было не простое совпадение, Кейтлин знала это наверняка. Сергей вернулся в прошлое в надежде её найти. Скорее всего, он до сих пор искал Щит. И, вероятнее всего, его в прошлое послал не кто иной, как Кайл.

Он проник в это общество, преследуя корыстные интересы. Встретившись с Кейтлин лицом к лицу, он, скорее всего, притворится, что потерял память и не знает, кто она такая.

Зато Кейтлин отлично знала, что может собой представлять Сергей. При виде него у неё начинал неприятно ныть шрам на спине, чуть выше почки. Этот шрам будет всегда напоминать Кейтлин о нём. Пришло время расплаты.

Кейтлин пришлось напрячь все силы и собрать всю волю, чтобы дослушать его пение до конца.

Что бы хуже всего, так это то, что, несмотря на её к нему отношение, Кейтлин должна была признать, что Сергей был отличным вокалистом с прекрасным голосом. Его пение было удивительным. Голос его напоминал голос ангела, сошедшего с небес. А песня, которую он пел, была старинной и мелодичной. Казалось, что именно такие песни должны напивать монахи в монастырях.

Как это было возможно? Кейтлин терялась в догадках. Как такой мерзкий человек, как Сергей, мог иметь такой чудесный голос? Всё-таки жизнь полна парадоксов.

Что бы Кейтлин ни знала и ни чувствовала по отношению к этому человеку, музыка Сергея её завораживала, и это было странно. Он обладал неведомой силой, и Кейтлин изо всех сил старалась не попадаться на удочку его таланта.

Прошло много времени, прежде чем концерт закончился. Зал взорвался бурными аплодисментами – все гости встали с мест и восторженно хлопали в ладоши. Кейтлин поражалась их неосведомлённости.

Полли посмотрела на подругу.

«Ну, как? Что ты думаешь? Разве он не прекрасен? Разве он не чудесен? Боже мой, какое это было выступление! И не говори мне, что он тебе не понравился!»

Не дожидаясь ответа, Полли схватила Кейтлин за руку, намереваясь отвести за кулисы, чтобы познакомить с Сергеем.

Кейтлин её остановила.

Полли в замешательстве смотрела на подругу.

«Что происходит?» – спросила она.

Кейтлин пыталась собраться с мыслями и сохранять спокойствие:

«Полли, нам нужно поговорить».

«Сначала ты должна с ним познакомиться, – ответила Полли, – мы можем поговорить позже…»

«Нет! – резко перебила её Кейтлин. – Мы должны поговорить сейчас. Прямо сейчас!»

Полли удивлённо смотрела на Кейтлин, когда та схватила её за руку и потащила в другой зал, в противоположном направлении от того, куда шли все остальные гости.

Вскоре они оказались в пустой комнате, прилегающей к гостиной.

«Кейтлин, что ты делаешь? Мне нужно увидеться с ним…»

«Полли, – серьёзно начала Кейтлин. – Этот певец, твой парень Сергей, совсем не тот, кем хочет казаться».

Полли посмотрела на неё непонимающим взглядом.

«Полли, он очень, очень плохой человек, – продолжала Кейтлин. – Он – злобный и жестокий вампир. Он – верный помощник Кайла из клана Чёрной волны. Он вернулся в прошлое, чтобы найти меня. Мне жаль, что приходится тебе это говорить, но он использует тебя, и тебе нужно держаться от него подальше».

В первый раз в жизни Кейтлин увидела, как лицо Полли исказила гримаса злости.

«Ты не знаешь, о чём говоришь! – отрезала она. – Сергей совсем не такой. Ты его с кем-то перепутала. Сергей – это само совершенство. Да, он – вампир, но он родом из мирного клана. Он не прибыл из будущего, он всегда жил в этом времени, он мне сам это говорил. Он родом из России. Он певец. Он прибыл сюда не ради поисков, и уж точно не ради того, чтобы найти тебя. Ты просто думаешь, что ты – центр вселенной, и всем есть до тебя дело!»

Кейтлин поразили её слова. Она и не думала, что Полли может вести себя подобным образом.

«Полли, пожалуйста, постарайся понять…»

«Я всё понимаю. Ты завидуешь. Ты хочешь, чтобы он достался тебе. Ты не можешь вынести мысли, что я могу быть счастлива. Да что с тобой не так? Я думала, что мы друзья».

Полли вдруг сорвалась с места и прошла мимо Кейтлин, направляясь назад в гостиную. В самую последнюю секунду Кейтлин смогла поймать её за руку.

«Полли, я говорю правду. Пожалуйста. Я знаю, что мои слова причиняют тебе боль, но ты должна меня выслушать. Ты должна мне верить. Держись от него подальше».

Полли посмотрела на Кейтлин, сгорая от ярости.

«Убери от меня руки», – медленно и твёрдо произнесла она. В голосе было столько злости, что Кейтлин невольно разжала пальцы.

«Нашей дружбе конец!» – отрезала Полли, а потом развернулась, вышла из комнаты и громко хлопнула дверью.

Кейтлин осталась одна. Она была опустошена и разбита. Ей было грустно от того, что их дружба закончилась. Кейтлин раздражал тот факт, что между ними встал парень. Именно он изменил её лучшую подругу. С Сергеем Полли стала совсем другой.

Больше всего Кейтлин переживала из-за того, что не могла ничего сделать, чтобы всё исправить. Она знала, что что бы она ни говорила или делала, Полли её не послушает. Она была слишком влюблена, чтобы видеть вещи в реальном свете.

Кейтлин переживала, что Полли могла попасть в беду. Сергей мог разбить её сердце.

Сейчас Кейтлин отчётливо поняла, что пришло время прощаться с Версалем. Она осталась здесь только ради Полли, но, как оказалось, это было ошибкой. Кейтлин не могла позволить себе продолжительный отпуск. Пора было возвращаться к поискам отца.

Выходя из комнаты, Кейтлин заметила, как открылась другая дверь. В её сторону шла Лили.

«Что случилось?» – спросила она, подойдя. Они вышли из комнаты вместе.

Кейтлин не знала, что ответить. Она надеялась, что не привлекла к себе лишнего внимания, вылетев из зала, одновременно гадая, что могли заметить остальные гости. Как бы там ни было, находиться в обществе Сергея Кейтлин не могла. Она не доверяла себе, боясь, что оказавшись рядом, она может не выдержать и наломать дров.

Кейтлин покачала головой, не зная, что из этого она могла рассказать Лили:

«Мы с Полли… поругались».

Кейтлин чувствовала на себе внимательный взгляд подруги.

«Из-за Сергея?» – спросила Лили.

Кейтлин резко повернулась. Лили была догадлива.

«Как ты узнала?»

Лили вздохнула, ничего не ответив. Они продолжили свой путь по коридору.

«Полли очень изменилась с тех пор, как с ним познакомилась. Её поведение стало невыносимым. А этот парень… он – настоящий самовлюблённый гад. Я лично его не выношу и не понимаю, что она в нём нашла. Я даже не знаю, откуда он взялся. Просто однажды он просто стал частью этого общества».

«Я знаю, откуда он появился», – сказала Кейтлин.

Она остановилась и посмотрела на Лили.

«К своему несчастью, я знала его раньше. В другом времени и месте».

Лили смотрела на неё во все глаза: «Ты имеешь в виду в другом веке?»

Кейтлин кивнула. Лили была поражена этим признанием.

«Он – злой человек и правая рука ещё более злобного существа, вампира по имени Кайл. Хуже всего то, что Сергея в вампира обратила я».

Теперь Лили выглядела совершенно шокированной.

«Я жалею об этом каждый день своей жизни. Я знаю, что что бы он ни задумал, нам не стоит ожидать ничего хорошего. Я знаю, что он использует Полли в своих целях».

Лили покачала головой: «Я пыталась говорить с ней, но она отказывалась меня слушать. Самое странное то, что ему, очевидно, Полли совсем не нравится».

Кейтлин вздохнула.

«Ты улетаешь?» – спросила Лили.

Кейтлин посмотрела на подругу. В глазах Лили читалась печаль. Кейтлин в очередной раз поразилась догадливости этой девушки и тому, как они смогли стать очень близкими друзьями за очень короткое время.

Кейтлин кивнула:

«Я должна лететь. Мне нужно найти отца и Щит. Меня ждёт важная миссия, от выполнения которой я очень долго уклонялась».

«Куда ты направишься дальше?» – спросила Лили.

Кейтлин задумалась. Она вспомнила письмо отца, упоминания в нём Щита и новую подсказку. Фраза не выходила у неё из головы. Поле учёных. Что бы это значило?

«Мой отец оставил мне письмо с подсказкой о том, как его найти. В нём он упомянул место…, но как его найти, я не знаю».

«Что за место?»

«В письме говорилось о Поле учёных».

Лили посмотрела на неё в явном удивлении. Кейтлин не ожидала подобной реакции.

«Ты знаешь, где это?»

«Да, – произнесла Лили, не дыша. – Так в средние века назывался район Парижа. Это загадка. На самом деле там нет никакого поля. Это название указывает на церковь, участок земли, который сотни лет назад сдали в аренду. Скорее всего, эта фраза указывает на аббатство Сен-Жермен-де-Пре, самую старую церковь Парижа».

Кейтлин пыталась переварить информацию. Слова Лили имели смысл, учитывая место и древность постройки. Как только Лили произнесла название церкви, Кейтлин почувствовала, что именно туда ей и следует направляться.

«Я тебе так благодарна», – сказала она.

«Это ещё не всё», – ответила Лили.

Кейтлин внимательно посмотрела на подругу. Лили выглядела так, будто только что увидела призрака.

«Твоя загадка: Поле учёных… Когда я была маленькой, мне сказали, что однажды здесь появится человек, который спросит меня об этом, – Лили огляделась, чтобы убедиться, что их никто не слышит. – Мне сказали хранить этот секрет и никому о нём не говорить, пока не появится кто-то, кто спросит меня об этом поле. Мне сказали, что этот человек будет Избранным. Мне было поручено охранять артефакт – то, что приведёт тебя туда, куда нужно».

Кейтлин не верила своим ушам. Она знала, что Лили принадлежала к королевской семье, но и подумать не могла, что в её руках может находиться ценный артефакт. Ей казалась странной сама мысль, что сохранность важного для вампиров секрета была возложена на смертного. Кейтлин ещё раз убедилась, что Лили была совершенно уникальной личностью.

Кейтлин сгорала от любопытства.

«И что это?» – спросила она, чувствуя, как от волнения сильнее бьётся сердце.

Лили вновь заговорщически огляделась и, убедившись, что за ними никто не следит, взяла Кейтлин за руку.

«Пошли», – сказала она.

* * *

Кейтлин шла рядом с Лили по нескончаемым мраморным коридорам, проходя мимо множества слуг, выстроившихся вдоль стен. Подойдя к массивным створчатым дверям, они подождали, пока слуги их откроют. В присутствии Лили они кланялись особенно низко и усердно.

Кейтлин вновь на неё посмотрела, поражаясь тому, как по-королевски к ней относились в этом дворце.

Спустившись по мраморной лестнице, они завернули в коридор и потом спустились вниз, преодолев ещё один лестничный пролёт. Лили вдруг остановилась и огляделась.

Вокруг никого не было.

Достав из-за пазухи маленький ключ, она вставила его в замочную скважину, и дверь открылась.

Войдя в каменный коридор, Кейтлин замешкалась, потому что он заканчивался мраморной стеной. Тупик.

Подойдя к стене, Лили провела пальцами по её поверхности и вскоре нашла потайную задвижку. Когда она на неё нажала, открылась дверь, и Кейтлин увидела тайный проход.

Удивлению её не было предела.

«Я не открывала этот проход с детства, – сказала Лили. – Кроме меня никто во дворце о нём не знает».

Они вышли на тёмную лестницу. Лили взяла факел со стены, и они направились во мрак.

Внизу было не только темно, но и сыро. Их путь освещал тусклый свет от одинокого факела в руках у Лили. Они шли по петляющим коридорам и вскоре вошли в каменные подземелья дворца.

«Когда-то здесь был винный погреб, – сказала Лили, – правда им уже многие века никто не пользуется».

Завернув в очередной коридор, они упёрлись в новую каменную стену. Лили провела пальцами по каменным выступам. Кейтлин взяла факел. Наткнувшись на плесень на стене, Лили сняла её пальцами и потянула за крошечную ручку.

Из стены выдвинулся небольшой ящик.

Открыв его, Лили достала содержимое.

Кейтлин поднесла факел ближе, поразившись находке.

Внутри лежал большой серебряный крест. По размеру он был больше ладони. Лили вытащила его наружу и передала Кейтлин. Крест был тяжёлым.

«Это алутский крест, – сказала Лили. – Он хранится в королевской семье уже несколько веков. Он предназначается тебе».

Кейтлин удивлялась массивности реликвии.

«Откуда ты всё это знаешь?» – спросила Кейтлин.

«Ты спросила меня о Поле учёных. Значит, этот крест предназначается именно тебе. Я не знаю, как он поможет тебе в твоих поисках, но мне кажется, что он будет полезен».

Кейтлин тоже так думала.

«Я не понимаю одно, – сказала Кейтлин. – Моему брату, Сэму, снился собор Парижской Богоматери. Я думала, что мой путь лежит туда. Сейчас, прочитав письмо и увидев этот крест, я больше в этом не уверена. Всё указывает на то, что мне следует направляться в Сен-Жермен-де-Пре. Может ли эта церковь быть как-то связана с собором?»

«Может быть, тебе просто стоит сначала отправиться в Сен-Жермен, и что бы ты там ни нашла, это приведёт тебя в Собор. Я не знаю наверняка, но мне кажется, что церковь Сен-Жермен – это следующий шаг на твоём пути».

Кейтлин была с ней согласна. Она повернулась и с благодарностью посмотрела на Лили.

«Я не знаю, как тебя благодарить, – сказала она, обнимая подругу. – Возможно, что следующая зацепка заставит меня вновь отправиться в прошлое, – сказал Кейтлин с грустью в голосе. – Если я права, то мы с тобой больше никогда не увидимся».

Лили улыбнулась: «Увидимся. Люди тоже переживают несколько жизней, как и вы. Я открою тебе маленький секрет – некоторые из нас тоже умеют путешествовать во времени».

Глава тридцатая

Полли ворвалась в гостиную и стала пробираться сквозь толпу, чтобы увидеть Сергея. Она не могла поверить, что Кейтлин оказалась такой грубой и завистливой. А ведь она считала её своей близкой подругой! Теперь Полли стало понятно, что Кейтлин просто завидует ей, как и все остальные. Похоже, ей самой нравится Сергей. Видимо, она намерена добиться его внимания и увести его у Полли.

Или же Кейтлин просто не может смириться с мыслью, что Полли встретила такого потрясающего мужчину. Какой бы ни была причина, Полли не нуждается в советах Кейтлин. В глубине души она знала, что они и Сергеем просто созданы друг для друга.

Полли пробралась сквозь толпу прямо к нему. Он стоял в окружении дюжины поклонниц. Полли почувствовала приступ ревности. Растолкав остальных девушек, она встала прямо напротив Сергея, пытаясь обратить на себя его внимание.

Наконец, он её заметил. Сергей возмущённо посмотрел на Полли, как будто она отвлекла его от чего-то очень важного.

Однако Полли была уверена, что знает настоящую причину такого поведения. Он просто не хотел показывать на людях свои истинные к ней чувства и поэтому устраивал подобные сцены.

«Мне очень понравился твой концерт», – выпалила Полли.

Сергей приподнял одну бровь и отвернулся, беседуя с одной из стоявших рядом девушек.

Полли была уверена, что всё это просто часть игры. Она знала, что он по уши влюблён в неё, но старается изо всех сил не выдать себя.

Всё нормально. Терпения Полли не занимать. Она подождёт, пока все эти надоедливые девицы исчезнут, и вот тогда она поговорит с ним с глазу на глаз и выяснит всё о его чувствах.

* * *

Сергей появился из-за кулис. Полли ждала его в коридоре. Ей хотелось, чтобы он заметил её, как только выйдет из зала. Сергей остановился и удивлённо на неё посмотрел.

«Ты ждала меня здесь всё это время?» – спросил он.

Полли кивнула.

«Это тебе», – сказала она, протягивая ему букет цветов.

Сергей молча взял его и быстро пошёл по коридору.

Полли побежала следом за ним.

Через какое-то время он заговорил.

«Можешь ещё раз похвалить мой голос», – сказал он на ходу.

«Он просто потрясающий».

«И это всё? Это всё, что ты можешь сказать? Потрясающий? Может придумаешь что-нибудь получше?»

Полли силилась вспомнить какой-нибудь более подходящий эпитет.

«Твой голос просто изумительный, я никогда не слышала ничего подобного».

Сергей кивнул в знак одобрения.

«Я знаю, – ответил он. – Это было одно из моих лучших выступлений».

Полли лихорадочно соображала, чтобы ещё ему сказать. Ей хотелось побыть с ним подольше. Она быстро шла вслед за Сергеем, пытаясь не отставать.

«Я думала…, – начала она, – я думала, мы можем отпраздновать твой успех».

Сергей резко остановился и принизывающим взглядом посмотрел на Полли. Повисло долгое молчание.

«Что ты имеешь в виду?» – спросил он.

Полли задумалась. На самом деле она ничего такого не планировала. Она просто искала повод побыть с ним ещё чуть-чуть.

«Не знаю», – нерешительно ответила она, пожимая плечами.

Полли показалось, что он смотрел на нее целую вечность. Наконец Сергей облегчённо вздохнул.

«Очень хорошо, – сказал он. – Если хочешь, можешь пройти со мной в мою комнату».

Сердце Полли взволнованно забилось. Правильно ли она его поняла?

Сергей развернулся и пошёл прочь. Полли семенила рядом.

«Мне бы этого очень хотелось», – проговорила она на ходу.

Глава тридцать первая

Сэм не мог дождаться окончания концерта. Он никогда раньше не слушал классическую музыку, и голос певца не произвёл на него никакого впечатления. Этот тип на сцене показался Сэму настоящим придурком, но он всё равно ему аплодировал, ведь пел он не плохо.

Важнее всего для Сэма было то, что вечер с Кендрой проходил просто изумительно. Она всё время стремилась прильнуть к нему поближе. Он не знал, что ему от неё ожидать – она была то чрезмерно холодна, то невероятно приветлива. С момента появления Кейтлин, Кендра вела себя, как жуткая собственница и не отходила от Сэма ни на минуту.

Сэму это даже нравилось. Ему казалось, что она была в него по-настоящему влюблена. Сэм был счастлив.

Как только концерт закончился, Кендра взяла Сэма за руку и повела его прочь из зала, подальше от посторонних глаз. Сэм и не думал сопротивляться. Кендре не хотелось оставаться и говорить с певцом. Ей хотелось отвести Сэма к себе в комнату. На эту ночь у неё были чёткие планы. С самодовольной улыбкой она увела Сэма из гостиной, чему он был несказанно рад.

Они прошли по коридору, миновали огромную залу и поднялись по лестнице.

«Ты ещё не видел моей комнаты, – сказала Кендра и улыбнулась. – Она самая большая в замке, за исключением комнаты Марии, разумеется, что вполне естественно».

Сэм долго ждал этого момента. Он постоянно вспоминал, как они чудесно провели время после конной прогулки.

Они прошли ещё один лестничный пролёт и оказались у нужной двери. Слуга открыл её, а когда они вошли в комнату, закрыл дверь вслед за ними.

Сделав несколько шагов, Кендра повернулась к Сэму и начала срывать с него одежду.

Она покрывала его лицо и шею поцелуями, а он отвечал ей тем же, охваченный страстью.

«Сэм, – прошептала Кендра, снимая с него рубашку, – ты можешь для меня кое-что сделать?»

Сэм едва ли мог думать трезво.

«Да», – ответил он, целуя её в шею.

«Всё, что захочу?» – снова спросила она.

Сэм кивнул.

«Я хочу быть с тобой всегда», – прошептала Кендра, покрывая поцелуями тело Сэма.

«Я тоже», – совершенно искренне ответил юноша. Его никогда так не влекло ни к одной девушке.

Он всё время вспоминал Саманту. Их отношения тоже были страстными, но всё же они не шли ни в какое сравнение с тем, что он испытывал сейчас. Кендра была для него идеальной девушкой. Если бы сейчас ему предложили жениться и провести всю жизнь рядом с ней, он бы согласился, не раздумывая.

«Я знаю, как мы сможем быть всегда вместе», – продолжала Кендра.

«И как же?» – спросил Сэм.

Откинув голову назад, она обвела руками его лицо и внимательно на него посмотрела. Сэм тонул в синеве её глаз.

«Обрати меня», – сказала Кендра.

Сэма поразила её просьба. Он сразу же вспомнил, что это запрещено. Если он совершит нечто подобное, то его выгонят из дворца. Отношение к ним обоим сразу же изменится. Сэм помнил, что в Версале существовало одно единственное правило, которое ему совсем не хотелось нарушать.

С другой стороны, обращение Кендры было самым естественным и идеальным способом сохранить их любовь на века. Тем более, раз ей тоже этого хочется, ведь она сама об этом попросила.

«Я…, – начал было Сэм, не зная, что сказать, – я не уверен, что здесь это разрешено».

Кендра отстранилась от него и нахмурилась.

«Конечно же разрешено! – резко сказала она. – Запретить пытаются те, кто просто завидует, те, у кого нет любимого человека, которого они могут обратить».

Сэм никогда не думал об этом. Возможно, она права. Возможно, его просто ввели в заблуждение.

«Я…», – снова начал он, но остановился, не зная, как продолжить.

Внезапно Кендра опустила взгляд, и глаза её наполнились слезами. Смотреть на её печальное лицо было просто невыносимо.

Она медленно кивнула.

«Теперь мне всё ясно, – сказала она. – Ты не любишь меня так же сильно, как я тебя».

Сэм почувствовал, как сердце его разрывается на части. Ему совсем не хотелось огорчать Кендру.

Обняв её за плечи, он прижал Кендру к себе и посмотрел ей прямо в глаза.

«Кендра, не говори так, – сказал он. – Я правда люблю тебя. Правда».

Признаваясь ей в своих чувствах, Сэм говорит совершенно искренне. Ему казалось необычным, что он так быстро влюбился, но он действительно чувствовал именно так, как говорил.

В её глазах снова появилась надежда.

«Но ты не хочешь быть со мной всегда?» – спросила она.

«Я очень этого хочу», – ответил Сэм. И сейчас он тоже говорил правду.

«Так что же нам мешает? – спросила Кендра. – Или ты боишься? Боишься того, что скажут другие? Боишься, что тебя накажут?»

Сэм вспыхнул:

«Я никого не боюсь и ни перед кем не отвечаю».

Кендра улыбнулась, чувствуя, что победила:

«Я так и думала. Ты именно такой, каким я тебя представляла».

Чем больше она говорила, тем больше Сэм ей верил. Действительно, почему он должен перед кем-то отчитываться?

«Тогда покажи им, – сказала Кендра. – Докажи. Докажи мне. Обрати меня. Сделай меня своей навечно».

Она подошла к нему и крепко поцеловала Сэма в губы. Теперь он уже не мог сопротивляться охватившим его инстинктам.

Рыча, он откинул голову назад и оголил клыки.

Наклонившись над Кендрой, он вонзил их глубоко в её шею.

Кендра закричала от боли, но было уже слишком поздно. Придерживая её голову одной рукой, Сэм вонзал клыки всё глубже и глубже в её плоть. Он не мог остановиться, чувствуя, как кровь девушки быстро бежит по его венам.

Он продолжал пить, как будто это был последний день его жизни.

Глава тридцать вторая

Полли лежала в постели рядом с Сергеем. Она положила голову ему на плечо и с интересом рассматривала его лицо. Сергей молча смотрел в потолок ничего не выражающим взглядом.

Черты его лица были прекрасны. Как же ей повезло встретить такого мужчину, думала Полли.

Она вспоминала, как чудесно они провели эту ночь. Сейчас как никогда она была уверена, что им предназначено судьбой быть всегда вместе. В эту минуту она бы сделала для него всё, что угодно.

Полли провела ладонью по его груди. Сергей вдруг повернулся и посмотрел на неё.

«Расскажи мне о своей подруге», – сказал он.

Полли смутилась.

«О той, что сбежала с моего концерта».

Кейтлин. Полли начала злиться. Зачем он спрашивает о ней именно сейчас? Зачем портит такой момент?

«Она мне даже не подруга, – ответила Полли. – Она просто никто. Прости, что она тебе помешала».

«Как её зовут?» – настаивал Сергей.

«Кейтлин», – ответила Полли.

По взгляду Сергея Полли поняла, что лишь подтвердила его догадку. Полли вспомнила, как Кейтлин говорила ей, что знала Сергея и раньше. Но как это возможно? Да нет, это просто смешно. Но почему он спрашивает о ней именно сейчас?

«И куда же она так спешила?» – спросил он.

Полли пожала плечами.

«Я не знаю. Да и кому это интересно?»

Сергей резко развернулся.

«Мне интересно, – грубо сказал он, – иначе я бы не спрашивал».

Полли была ошарашена. Чем она его так обидела?

«Прости меня», – проговорила она.

«Отвечай на мой вопрос», – настаивал Сергей.

«Что именно ты хочешь знать?» – сдалась Полли.

«Куда отправилась твоя подруга?»

Полли снова пожала плечами и задумалась.

«Я не имею понятия. Наверное, она отправилась на поиски отца. Она уже давно его ищет».

«Она говорила о чём-нибудь конкретном?»

Полли попыталась вспомнить. Неожиданно её словно осенило.

«Да, действительно, она упоминала о каком-то сне, о своём брате и о каком-то ключе в церкви».

Сергей широко открыл глаза. Почему его это так заинтересовало? В следующую секунду он уже сел на кровати и схватил её за плечи.

«Что за церковь?»

Полли была напугана. Она не понимала, что происходит.

«Что случилось? Почему это так важно?»

Сергей резко встряхнул её.

«Говори!»

«Собор Парижской Богоматери, – пролепетала она испуганно. – Она говорила о нём».

В мгновение ока Сергей перепрыгнул через кровать и тяжело приземлился на пол.

Он скинул с себя простынь, оделся и поспешил покинуть комнату.

Полли расплакалась.

«Что с тобой? – кричала она. – Почему ты такой жестокий? Куда ты идёшь?»

Полли ничего не понимала. Еще минуту назад всё было идеально.

Сергей остановился у двери, повернулся и в первый раз ей улыбнулся. Но это была не улыбка влюбленного мужчины, а, скорее, злобная ухмылка.

«Глупая девчонка, – ответил он. – Я получил от тебя всё, что хотел. Теперь ты мне не нужна, а вот твоя подруга заплатит сполна».

Сказав это, Сергей выбежал из комнаты, громко хлопнув дверью.

Полли села, обхватила голову руками и зарыдала.

Слезы ручьём текли по щекам. Какой же глупой она оказалась. Как она могла довериться Сергею? Как же была права её подруга – единственная, лучшая подруга!

Но хуже всего было то, что из-за неё теперь Кейтлин грозила опасность.

Глава тридцать третья

Обнажённый Сэм лежал в огромной кровати Кендры, растянувшись на роскошных покрывалах. Кендра была в его объятиях. Они лежали в окружении многочисленных шёлковых подушек. Сэм пребывал в незнакомом до этой минуты состоянии блаженства. Он как будто умер и попал на небеса. Таких отношений как с Кендрой, у него ещё никогда не было, и он надеялся, что они будут вместе всегда.

Однако мысль о последствиях того, что он только что сделал, не давала ему покоя. Он обратил Кендру, как Саманта когда-то обратила его. Сейчас Кендра мирно спала у него на груди, и казалось, что ничего не изменилось. Но Сэм знал, что стоит ей проснуться, как всё станет по-другому. Навсегда. Теперь она обращена. Теперь она – одна из них.

Сэм вспомнил, как трудно ему было осознать, что с ним случилось. Но опять-таки он не просил об обращении. Его ему навязали. В случае с Кендрой, она просто умоляла её обратить. И она получила то, что хотела.

Сэму было интересно, какой будет Кендра. Будет ли она его любить так же или даже сильнее?

Сэм не мог отделаться от сверлящего чувства, что он сделал что-то не так, что он нарушил в некотором смысле сакральное правило вампиров. Он знал, что так или иначе ему придётся за это отвечать.

Пока Сэм лежал и думал, Кендра вдруг открыла глаза и села, выпрямившись, как стрела. От сна не осталось и следа. Она смотрела во все глаза застывшим в напряжении взглядом дикого животного перед нападением. Её взгляд был устремлён куда-то вперёд, прямо сквозь Сэма. Она смотрела так, будто совершенно его не узнавала.

«Кендра, с тобой всё в порядке?» – спросил Сэм, сев в кровати.

Она вдруг быстро спрыгнула на пол, в один прыжок оказавшись на середине комнаты. Её реакция немало удивила Сэма. Через доли секунды она уже одевалась, стоя к нему спиной. Кендра двигалась неестественно быстро. Сэм никогда не видел никого, быстрее неё. Это было необычно. Судя по всему, Кендра наслаждалась вновь обретённой скоростью.

Сэм медленно встал с кровати, оделся и подошёл к ней ближе.

«Что случилось? Всё в порядке?» – опять спросил он.

Кендра даже не обернулась. Сэм ничем не мог объяснить ещё странное поведение.

«Давай вернёмся в постель», – попросил он.

Кендра резко обернулась, обжигая Сэма взглядом.

«С какой стати?» – резко сказала она.

«Что ты хочешь этим сказать?» – спросил Сэм.

«Я уже получила от тебя всё, что хотела».

Сэм не верил своим ушам. Неужели, Кендра действительно это сказала?

«О чём ты говоришь?» – быстро спросил он, услышав страх в собственном голосе.

Ничего не ответив, Кендра бросилась к двери, но Сэм успел схватить ещё за руку, пытаясь остановить.

Она развернулась и с силой его отпихнула. Сэм удивлённо отшатнулся. Кендра же внимательно смотрела на него. Нужно было видеть её глаза! Они сверхъестественно сверкали и изливали на Сэма потоки ярости.

«Никогда не смей прикасаться ко мне!» – прорычала она низким гортанным голосом.

«Кендра, – произнёс Сэм как можно мягче, – это я, Сэм. Что произошло? Разве ты не узнаёшь меня?»

Кендра вдруг расхохоталась прямо ему в лицо. Её смех был страшным, демоническим.

«Конечно, я узнаю тебя, жалкое создание, – с издёвкой начала она. – Запомни, я никогда не любила тебя, и просто использовала, чтобы получить то, что хотела. Ну, а теперь всё. Я сохраню тебе жизнь только потому, что ты обратил меня. Но предупреждаю, если ты, твой клан или твоя сестра будете мне мешать, вы жестоко за это поплатитесь».

С этими словами Кендра повернулась и, ухватившись за большую дубовую дверь, одним рывком сорвала её с петель. Двое слуг, совершенно огорошенные, стояли и смотрели на эту сцену. В следующее мгновение дверь с невиданной скоростью полетела в них и сбила обоих с ног.

Кендра напоминала дикое животное, которое быстро двигалось огромными прыжками, перелетая несколько метров за шаг. Она мчалась по коридорам Версаля, с грохотом круша всё, что попадалось на пути. Кендра была словно торнадо.

Сэм не верил собственным глазам. Он смотрел на слуг, лежавших без сознания, на горы обломков вокруг и с ужасом думал: «Боже, что я натворил!»

Через мгновение Сэм уже гнался за Кендрой. Её слова жгли его словно жало. Она только играла с ним. Неужели, он угодил в ловушку? Что она имела в виду, говоря о Кейтлин? Что же было у неё на уме?

Сэм бежал со скоростью, на которую был способен лишь настоящий вампир. Он заметил Кендру в одной из дальних комнат. Она неистовствовала, отшвыривая в разные стороны людей и приводя их в неописуемый ужас.

Сэм торопился. Кендра громила коридор за коридором, пока не достигла главного входа.

Около дюжины стражников со штыками преградили ей путь. Когда Кендра приблизилась, они направили своё оружие прямо на неё.

«Не приближайтесь!» – прокричал один из них.

Кендре они были не указ: подпрыгнув в воздух, она оказалась высоко над их головами и одним ударом ноги выбила тяжёлые створчатые двери, которые с грохотом рухнули на пол.

Оказавшись на улице, она разбежалась и взмыла в воздух, разрезая крыльями темноту ночи.

Сэм уже собрался последовать за ней, как вдруг заметил что-то странное на горизонте. У него ёкнуло сердце. Оттуда, прямо по направлению к дворцу бежала разъярённая толпа из тысяч и тысяч людей.

Глава тридцать четвёртая

Кейтлин летела над сельской местностью, удаляясь всё дальше от Версаля. Серебряный крест и свиток отца лежали у неё в кармане. Рут она сжимала в руках. Впервые за всё это время её посетило необычное ощущение. Глубоко в душе у неё росла уверенность, что она была на правильном пути и делала то, что должна была, и то, что было предназначено ей судьбой. Кейтлин искала отца и Щит, следуя полученным подсказкам и велению судьбы.

Полёт действовал на неё отрезвляюще. Она радовалась тому, что удалялась от Версаля.

Она даже рассердилась на себя за то, что не сделала этого раньше. Кейтлин давно знала, в чём заключалась её миссия, так почему она так долго откладывала с её исполнением?

Она подумала о Калебе. Её сердце сжалось, когда она вспомнила, как мир померк для неё с его уходом. Кейтлин так сильно его любила. И в то же время она не могла не признать, что если бы он не ушёл, вряд ли бы она отправилась на поиски отца. Она была уверена, что какие бы неприятные и болезненные ситуации не возникали, этому всегда была причина, хотя её бывает не так просто определить, пока происходят эти событие, но по прошествии времени она становится очевидной.

По мере приближения к Парижу Кейтлин чувствовала, как ею всё больше овладевает нервная дрожь при мысли, что она, возможно, скоро встретится с отцом. Неужели, он всё это время ждал её в Париже? Совсем близко от Версаля! Будет ли он ждать её в церкви Сен-Жермен-де-Пре или в соборе Парижской Богоматери? Обнимет ли он её при встрече? Будет ли он ею гордиться? Отдаст ли он ей Щит?

Кейтлин надеялась, что отец обязательно будет ею гордиться, а также будет приятно удивлён, узнав, какой женщиной и каким воином она стала. Он, конечно же, признает все те жертвы, на которые ей пришлось пойти ради того, чтобы его найти. И он откроет для неё совершенно новый мир и представит её своему окружению. Тогда у Кейтлин появится шанс обрести дом и семью. Она бы этого очень хотела.

Кейтлин с сожалением подумала о Сэме. Как бы она хотела, чтобы он вместе с ней отправился на поиски отца! Но он был полностью поглощён романтическими отношениями, и она просто не могла ничего изменить. Люди приходят к осознанию важности вещей каждый в своё время. Она надеялась, что у Сэма всё наладится. Но стоило ей подумать о Кендре, как надежда таяла.

Больше всех Кейтлин сейчас думала о Калебе. Она страшно по нему тосковала. Ей не хватало его присутствия, не хватало возможности говорить с ним по душам. Что бы Кейтлин ни предстояло найти, она бы предпочла найти это вместе с Калебом. И если бы по какой-то причине ей снова пришлось вернуться в прошлое, она непременно сделала бы это вместе с ним.

При этом Кейтлин понимал, что стала намного сильнее. Она стала настоящим воином. А быть воином означало быть бесстрашным, действовать в одиночку и прокладывать свой собственный путь, идя вперёд, даже если никто не хочет разделить с тобой дорогу. Здесь речь шла о личной силе и мужестве, без которых не обойтись, когда делаешь то, о чём другие даже не смеют думать.

Кейтлин почувствовала прилив сил, вспомнив тренировки и мудрые советы Эйдена. Помощь Калеба не помешала бы, но она вдруг почувствовала, что смогла бы справиться с миссией и сама.

Между тем сельский ландшафт с густым лесом остался позади, и Кейтлин увидела вдалеке Париж. То там, то здесь виднелись здания, колокольни церквей, владения аббатств и современные городские постройки 18 века. С высоты птичьего полёта красота города просто захватывала дух.

Кейтлин присмотрелась к городскому пейзажу, и сердце её тревожно забилось. Несмотря на поздний час, улицы города просто кишели толпами людей с факелами в руках. Даже с этой высоты Кейтлин могла ясно ощущать напряжение и ярость, исходящие от толпы. Люди кричали, бегали по кривым улочкам, а ещё бросали камни в окна, закидывали факелы в здания и крушили всё, что попадалось на пути. Выглядело так, будто основные силы толпа сконцентрировала на взятии Бастилии и уже оттуда растекалась дальше во всех направлениях. Казалось, что началась война.

Этого Кейтлин никак не ожидала. Её план был предельно прост: посетить церковь Сен-Жермен-де-Пре и найти в ней то, что она искала. Она не предполагала, что ей придётся разгуливать среди толп разъярённых горожан. Она никому не хотела причинять зла, но в то же время не могла допустить, чтобы ей мешали.

Перелетев на левый берег Сены, Кейтлин заметила высокую квадратную башню церкви Сен-Жермен-де-Пре. Она была легко заметна даже с высоты птичьего полёта. К башне примыкало здание монастыря, выделяющееся длинной покатой крышей. Его стены заканчивались арками, придавая всему комплексу изящную цилиндрическую форму. Подобные церкви обычно встречались в деревнях, и Кейтлин была очень удивлена, увидев такой средневековый шедевр здесь, в центре столицы.

К счастью, людей в этой части города почти не было. Кейтлин выбрала тёмную аллею, где можно было незаметно приземлиться.

Держа Рут в руках и не теряя времени, Кейтлин быстро направилась к чёрному входу в церковь, заметив, что огромные парадные двери были заперты. Кроме того, она не хотела входить со стороны площади, чтобы избежать встречи с разъярённой толпой.

Обойдя здание сзади, она наткнулась на маленькую дверь под аркой, которой, возможно, пользовались священники. Дверь была заперта. Кейтлин почувствовала прилив сил и вспомнила уроки Эйдена. Она взглянула на дверь, закрыла глаза и стала глубоко дышать, представляя, что на двери появилась ручка. Послышался щелчок, и дверь открылась сама. Это было свидетельством того, что она, наконец, овладела загадочной техникой Эйдена.

Кейтлин собой безумно гордилась, ведь ей не пришлось выбивать дверь. Она вошла внутрь.

В церкви было темно. На алтаре догорали несколько свечей. Вероятно, их оставили прихожане после вечерней службы. Церковь освещал только лунный свет, полосами льющийся сквозь бескрайние витражи, доходящие до самого потолка.

Кейтлин подняла голову и принялась их рассматривать. Таких красивых витражей она ещё никогда не видела. Они шли рядами, доминируя над стенами и венчая высокий сводчатый потолок с колоннами в римском стиле. На стенах сохранились старинные фрески. Сами стены выглядели очень древними. Эта церковь отличалась от всех тех, в которых ей приходилось бывать раньше. Казалось, она стояла здесь всегда.

Кейтлин вспомнила слова Лили о том, что Сен-Жермен – самая старая церковь Парижа, ей сотни лет. Теперь, увидев её собственными глазами, она не могла не согласиться с подругой. Для Кейтлин было невероятно, что эта церковь была древней даже для 1789 года. По сравнению с ней она чувствовала себя ничтожной песчинкой в океане времени.

Кейтлин шла по длинному проходу, направляясь к алтарю.

Её шаги гулким эхом отдавались в блестящем полу, выложенном красивым чёрно-белым мрамором. Повсюду виднелось множество деревянных стульев, аккуратно выстроенных рядами. Церковь могла вместить ни одну тысячу прихожан. В стенах были устроены небольшие арки, в которых размещались небольшие статуи с изображениями разных средневековых святых.

Кейтлин остановилась перед скромным алтарём, также устроенным в стенной нише. Там на пьедестале из мрамора возвышалась статуя Марии, держащей крест.

Кейтлин достала из кармана крест, который ей передала Лили. Она подняла его выше и стала внимательно рассматривать. Он оказался точно такого же размера, как и крест в руке статуи. Такого Кейтлин никак не ожидала. Она пригляделась ещё внимательнее, и, к своему полнейшему удивлению, обнаружила, что крест, который держала статуя, на самом деле был полым, и словно ждал, чтобы в него вставили недостающую деталь. Кейтлин взобралась на пьедестал и попробовала вложить свой серебряный крест в руки статуи. Она делала это очень аккуратно и медленно, всё ещё сомневаясь, что он подойдёт. И, о, боже! Крест с идеальной точностью занял своё место! Чтобы убедиться, что она не ошибается, Кейтлин проверила всё ещё раз. В этот момент она услышала шум и увидела, как в пьедестале открылось потайное отделение. Кейтлин спустилась на пол и открыла его. Мраморное отделение не желало поддаваться, возмущённо скрепя и выпуская в воздух клубы древней пыли.

Опустив руку в образовавшееся углубление, Кейтлин что-то там нащупала. Она с трудом верила в реальность происходящего. В руках у неё оказался ещё один свиток, такого же размера и формы, как и тот, что передал её отец. Кейтлин медленно его раскрыла. Её руки задрожали, а рот невольно открылся от удивления, когда ей стало понятно, что в нём содержится.

Глава тридцать пятая

Сэм стоял у главного входа в Версаль. Увидев, как толпа штурмует лестницу, он решил, что пора действовать. Он поспешил на помощь стражам, которые тщетно пытались восстановить тяжёлые входные двери. Людям было просто не под силу поднять их и поставить на место.

Сэм побежал вперёд и, призвав всю свою силу, вернул дверь на прежнее место. Он быстро огляделся и увидел огромную деревянную балку, висевшую над камином. Она была размером со ствол старого дерева, и понадобился бы десяток человек, чтобы её поднять.

Сэм подбежал к камину и, к огромному удивлению стражников, в одиночку снял балку, пронес её через весь холл к дверям, а затем подпёр их ею. Теперь открыть двери стало совсем непросто.

Сэм успел как раз вовремя. Через мгновение послышались удары сотен кулаков. Толпа пыталась проникнуть внутрь дворца.

Благодаря Сэму дверь могла некоторое время выдерживать натиск.

Через несколько минут к Сэму присоединились Эйден, близнецы и все остальные члены клана. Стражники со всего дворца прибежали на помощь. Вскоре появились Полли, Лили и даже сама Мария-Антуанетта. Все были в растерянности и не понимали, что происходит.

«Что случилось?» – спросила Мария.

«Поступило донесение, что Бастилия пала, миледи, – отчаянно кричал один из стражников. – Народ устраивает беспорядки на улицах, уничтожает всё на своем пути. И вот мятежники добрались до дворца. Это революция!»

На лице Марии и сопровождавших её фрейлин отразился ужас.

Эйден выступил вперёд, собрал своих людей и начал раздавать указания.

«Тэйлор и Тайлер, вы защищаете восточное крыло».

Близнецы мигом бросились выполнять приказ.

«Каин, держи западный вход. Я сам помогу защищать эти двери. Лили, помоги Марии и фрейлинам добраться до их комнат. Оставшиеся из моих людей будут вас сопровождать».

Сэм подошёл к Эйдену. Повернувшись, тот осуждающе посмотрел на юношу.

«Отправляйся на помощь своей сестре, – приказал Эйден. – Ты и так уже довольно сильно усложнил ей жизнь».

Сэм чувствовал себя виноватым перед Кейтлин, вспоминая Кендру и её угрозы.

Подбежала Полли.

«Это всё моя вина! – кричала она. – Сергей обольстил и обманул меня. Я сказала ему, что Кейтлин отправилась в собор Парижской Богоматери».

Эйден покачал головой.

«Лети с Сэмом. Кейтлин понадобится ваша помощь. Сделайте всё возможное, чтобы она нашла Щит. Ничто не должно ей помешать, что бы ни случилось».

Сэм повернулся к Полли.

«Я ошибся, – сказал он. – Я должен всё исправить. Я должен помочь Кейтлин».

«Я тоже, – ответила Полли. – Я лечу с тобой».

Дверь затряслась – люди ломились внутрь.

«Летите!» – приказал Эйден.

Сэм бросился бежать, Полли побежала за ним. Они взмыли в воздух через открытое окно, отправившись навстречу ночи.

Вскоре они уже летели высоко в небе.

Сэм решил сделать всё возможное, чтобы спасти сестру. Если для этого придётся убить Кендру, то так тому и быть.

Глава тридцать шестая

Дрожащими руками Кейтлин развернула новый свиток. Её сердце бешено билось, ведь это была вторая часть отцовского письма.

Кейтлин быстро вытащила первую половину, развернула её и соединила со второй частью. Соединив обе половинки, она увидела, что они совпадают идеально – перед ней было целое письмо.

Теперь она могла прочесть его от начала до конца:

Моя дорогая Кейтлин,

Если ты читаешь это письмо, значит, ты уже преодолела множество препятствий. Это значит, что ты уже сделала выбор и решила пройти этот нелёгкий путь до конца. Я хвалю тебя за это. Ты действительно дочь своего отца.

Прости мне все загадки, коды, письма и ключи. Просто тайна, которую я охраняю, имеет огромное значение, и мне пришлось разбить её на подсказки, чтобы другие не добрались до неё первыми. Раскрыть тайну может только самый достойный, и это – ты.

Если ты читаешь это письмо, значит, у тебя уже есть один ключ. Тебе нужно заполучить ещё три, чтобы найти меня.

Сейчас тебе нужно сконцентрироваться на поиске второго ключа. Чтобы найти его, тебе нужно отправиться на Поле учёных…

Теперь Кейтлин читала вторую часть письма:

… в собор Парижской Богоматери. Кинжал укажет путь. И не забудь: остров большой.

Скоро мы будем вместе.

Я люблю тебя.

Твой отец.

Кейтлин снова и снова перечитывала письмо. Она была полностью сбита с толку. Кинжал укажет путь? Какой кинжал?

Кейтлин ещё раз осмотрела мраморное отделение, в котором нашла свиток. Возможно, она что-то упустила… Кейтлин просунула руку глубже и ощупала стены.

Неожиданно она на что-то наткнулась. Нечто было прикреплено к задней стене.

Кейтлин с силой дёрнула и извлекла из ниши небольшой серебряный кинжал. Не может быть! Как она могла его сразу не заметить!?

Теперь у неё был кинжал, который необходимо каким-то образом использовать в Соборе для поиска ключа.

Но что имел в виду отец, когда писал, что остров большой?

Всё указывало на то, что собор Парижской Богоматери был конечной точкой её путешествия. Однако что-то не давало ей покоя. Письмо казалось ей слишком простым, очевидным и прямолинейным. В нём, наверняка, есть какое-то скрытое послание, которое она сразу не заметила.

По крайней мере, сейчас Кейтлин знает, куда ей нужно отправляться дальше.

Неожиданно послышался сильный удар в дверь, а затем громкий звук разбитого стекла.

Кейтлин услышала громкие возгласы и поняла, что в церковь проникла толпа революционеров. Ей было больно смотреть, как прекрасное бесценное старинное стекло разбивается на мелкие кусочки и разлетается по залу.

Это была не её война, не её революция. Ей предстояло сразиться с другими, более опасными врагами.

Её битва начнётся в соборе Парижской Богоматери.

Глава тридцать седьмая

Калеб летел навстречу ночи, полный решимости вернуться к Кейтлин. Он ненавидел себя. Калеб не понимал, как он мог оказаться таким наивным глупцом. Сэра так ловко его провела.

Но что ещё хуже, так это то, что он оставил Кейтлин. Ради чего? Он снова упустил момент, когда мог бы сделать ей предложение. Там, на вершине холма они находились на пике своей любви, а он оставил её ради какой-то иллюзии, ради того, чтобы узнать, что известие о воскрешении Джейда оказалось обманом.

Он никогда не простит Сэру за то, что она сделала. Она снова разрушила его жизнь.

Он никогда не простит себя за то, что оказался таким глупцом. Он должен был послушаться Кейтлин и остаться с ней.

В полёте он закрыл глаза, вновь и вновь вспоминая, как он с тревожным чувством возвратился в замок, чтобы увидеть, что он был пуст. Кейтлин ушла. Он бегал из одной пустой комнаты в другую и, наконец, понял, что она оставила его.

С тех пор он искал её везде, где только мог. Сейчас он тщательно осматривал Париж, улицу за улицей.

Неожиданно его словно ударило током. Он получил телепатический сигнал от Кейтлин. Она здесь, она в опасности. Каждой клеточкой тела он ощущал это. Кейтлин в беде, он был абсолютно в этом уверен. И вдруг Калеб почувствовал, откуда шёл этот сигнал – из самого сердца Парижа.

Он изменил курс и решительно и быстро направился в другую часть города, намереваясь найти Кейтлин и исправить свои ошибки.

В этот раз всё будет по-другому. В этот раз они действительно начнут новую жизнь и больше никогда не расстанутся. В этот раз ничто не встанет у них на пути. Калеб был в этом уверен.

И когда, наконец, они останутся одни, вдвоём, он сможет задать ей свой сокровенный вопрос.

Он предложит ей стать его женой.

Глава тридцать восьмая

Кейтлин летела через Сену от Сен-Жермен-де Пре к острову Сите. Медленно облетая небольшой узкий остров, она наслаждалась его видами. На нём возвышался собор Парижской Богоматери – огромное, величественное и доминирующее над всем пейзажем здание. Глядя на собор, у Кейтлин захватывало дух, а от мысли, что внутри она сможет найти то, что так давно искала, по коже бегали «мурашки».

Облетая остров снова, Кейтлин пыталась лучше его разглядеть. Изначально она думала, что собор будет единственным зданием на всём острове. На самом деле остров был усыпан рядами средневековых домов, извилистыми улочками и многочисленными мостовыми. Кейтлин пригляделась и увидела, что в отличие от других районов Парижа, здесь не было многочисленных толп людей. Более того, на площади перед собором совсем никого не было. Кейтлин это показалось странным. Почему бунты и протесты не распространились на самую известную часть города? Кто же стоял за этой революцией?

Кейтлин спустилась ниже, внимательнее вглядываясь в улицы. Внизу было подозрительно тихо. Неужели, это ловушка?

Кейтлин приземлилась на большую, вымощенную камнем соборную площадь и осторожно выпустила Рут из рук. Собор освещали десятки факелов, и Кейтлин с восхищением смотрела на величественное здание. Оно было огромным. Украшали его сводчатые двери и десятки разноликих скульптур. За своё путешествие Кейтлин побывала в десятке церквей: в соборе Дуомо во Флоренции, в соборе Святого Марка в Венеции и десятке других больших и маленьких церквей, но никогда не видела собора величественнее и грандиознее этого. Кейтлин вдруг вспомнила, что именно отсюда и началось ей путешествие по Франции. Получается, что круг замкнулся. Что такое важное хранил в своих стенах этот собор?

Подойдя к главному входу, Кейтлин потянулась к дверной ручке, просто чтобы проверить, заперта ли дверь.

К собственному удивлению, Кейтлин обнаружила, что дверь была открыта.

Она с опаской огляделась по сторонам. Вокруг никого не было.

Потянув на себя дверь, Кейтлин вошла внутрь, съедаемая беспокойством. Вокруг было слишком тихо. Всё было слишком просто.

Оглядев церковь изнутри, Кейтлин поразилась её размеру и грандиозности. Перед глазами предстали нескончаемые ряды скамей и безграничные проходы, с обеих сторон которых высились огромные колонны размером с три больших ствола дерева. Колонны уходили под самый сводчатый потолок. Между ними висели массивные люстры.

Центральный проход заканчивался большим алтарём, украшенным десятком статуй. Кейтлин не верилось, что люди могли приходить сюда за молитвой и уединением – зал был настолько огромен, что мог вместить всех жителей города. Крепче сжав кинжал, Кейтлин задумалась о том, откуда же начать поиски. Вдруг почувствовав опасность, она быстро обернулась, но как и раньше никого не увидела. Нельзя было терять ни минуты.

Закрыв глаза, Кейтлин попыталась сконцентрироваться и позволить интуиции взять верх над разумом. Она заставляла себя успокоиться и настроиться на энергетику ключа. Из письма Кейтлин знала, что ей необходимо найти ключ, и знала, что кинжал ей должен в этом помочь. На этом её догадки заканчивались.

Спустя несколько мгновений такой медитации Кейтлин вдруг почувствовала сильный импульс, исходящий из подземелий церкви.

Она пошла налево, вошла в широкий, отделанный мрамором коридор и затем повернула в другой проход. Пройдя ряд выстроившихся вдоль стен статуй, Кейтлин очутилась перед небольшой узкой лестницей, которая, петляя, уходила вниз. Спустившись по ней, Кейтлин вошла в просторный склеп с низкими потолками. Здесь было достаточно мрачно. Помещение освещали лишь несколько лампад. Кейтлин поняла, что перед ней была подземная часовня. Вдоль стен разместились многочисленные ряды саркофагов. Она представила, как здесь когда-то жил древний клан вампиров.

Полностью отдавшись в руки интуиции, Кейтлин следовала своим ощущениям, которые привели её в длинный, тёмный коридор, в пыльном воздухе которого она прошла мимо нескольких саркофагов. Чутьё ей подсказало остановиться перед одним из них.

Оглядев гроб, Кейтлин не заметила в нём ничего примечательного. Только она собралась отойти, чтобы осмотреть другие саркофаги, как услышала поскуливание Рут. Волк села перед этим саркофагом, закрывая ей проход. Кейтлин решила осмотреть гроб ещё раз, более внимательно.

Разглядывая замысловатый рисунок крышки, она увидела там небольшую фигуру рыцаря, изображённого со сложенными на груди руками. Она обратила внимание на его кольчугу и ремень и вдруг кое-что заметила. В ремне была сделана прорезь, по размерам как раз соответствующая клинку её кинжала.

Подняв небольшой, украшенный драгоценными камнями кинжал, она аккуратно вставила его в отверстие. Лезвие подошло идеально. Вдохновлённой первой небольшой победой, Кейтлин вставила кинжал внутрь до самого основания.

Каменная ручка опустилась, и в ладони статуи открылось небольшое отделение. Кейтлин была поражена находкой. В каменной руке она увидела небольшой золотой ключ.

Взяв его в руку, Кейтлин внимательно на него осмотрела, до сих пор не веря своей удаче.

Правда, эта находка слегка сбила её с толку.

Этот ключ не мог быть тем ключом, который она ищет. Он был совсем не похож на предыдущий – этот ключ был маленьким и золотым, а предыдущий – большим и серебряным. Кейтлин сделала вывод, что этот ключ должен быть промежуточным звеном в её поиске.

Вдруг Кейтлин услышала какой-то шум в главном зале церкви, прямо у себя над головой.

Быстро спрятав ключ в карман, она схватила Рут и поспешила выйти из склепа.

Поднявшись вверх по лестнице, она оказалась в главном зале собора Парижской Богоматери. Оглядевшись, Кейтлин не увидела никаких признаков опасности, но вдруг центральная дверь с грохотом раскрылась, и внутрь собора ворвалась огромная, шумная и неуправляемая толпа.

Кейтлин сразу поняла, чем эта толпа отличалась от других толп на улицах – здесь были одни вампиры. Толпой управлял не кто иной, как Наполеон. Кейтлин узнала его по фотографиям из учебников истории. Она была поражена фактом, что он был вампиром и сейчас руководил целым кланом из сотен солдат, намереваясь напасть на неё. Не будет преувеличением сказать, что этот бой собирался быть нечестным.

И только сейчас Кейтлин поняла, что попала в ловушку. Они ждали её прихода, чтобы она привела их к ключу. Она была окружена. Эти вампиры собирались убить её. Кейтлин попала в засаду.

Ей нужно было быстро определиться с планом действий, потому что толпа, не раздумывая, бросилась в её сторону. Кейтлин закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться, собраться с силами и накопить необходимый заряд ярости. Она знала свои способности и была уверена, что может справиться с целой армией. Кейтлин просто это знала.

Сотни вампиров бросились в её сторону, а Кейтлин бросилась на них. В самый последний момент перед тем, как они схлестнулись в битве, она взлетела очень высоко в воздух и схватилась за огромную люстру, висящую в пятнадцати метрах над полом. С молниеносной скоростью забравшись по цепям ещё выше, она приблизилась к самому потолку. Оттуда, решила Кейтлин, она могла вылететь в одно из витражных окон или сбежать через крышу.

Она была уже близка к своей цели, как вдруг стёкла в потолочных окнах задрожали.

Подняв глаза вверх, Кейтлин увидела перед собой самое ужасное существо, с которым ей когда-либо приходилось встречаться в жизни. Оно смотрело на неё с жутким оскалом.

Стёкла в других окнах тоже задребезжали, и Кейтлин увидела ещё шесть подобных существ – огромных, уродливых вампиров. Они перекрыли ей доступ к крыше.

Кейтлин была окружена со всех сторон. Ей не оставалось ничего другого, как принять бой.

Времени не было. Схватившись за цепь, на которой висела массивная люстра, Кейтлин сорвала её с потолка. Тяжёлая железная люстра диаметром в двенадцать метров упала прямо на толпу внизу, раздавив под своим весом десяток вампиров Наполеона.

Кейтлин раскрыла крылья в самый последний момент, взмыла в воздух и мягко приземлилась на пол. Оказавшись на земле, она нашла ещё один большой канделябр, схватилась за его цепи и стала яростно размахивать им над головой, расчищая пространство вокруг себя и сбивая десятки окружающих её вампиров. Кейтлин превратилась в настоящую машину для убийства, не давая ни единому человеку приблизиться к себе ближе, чем на пятнадцать метров.

Вдруг воздух огласил невыносимый визг, и с потолка на Кейтлин стали падать те ужасные семь существ, которых она увидела в окнах. Крепче взявшись за канделябр, Кейтлин бросила его в одного из них.

Это был меткий удар. Сбив монстра, канделябр пригвоздил его к стене.

Теперь Кейтлин осталось справиться с оставшимися шестью чудовищами. Прежде чем она смогла что-то предпринять, один из них обрушился на неё сверху и бросил Кейтлин через зал. Существо было сильным. Кейтлин ударилась о стену в десятках метрах от него и на мгновение потеряла сознание.

Кейтлин знала, что могла справиться с армией Наполеона, но не имела и малейшего понятия, как ей победить эти шесть ужасных созданий.

Как бы там ни было, она вскочила на ноги, готовая драться. Сделала она это как раз вовремя, потому что один из монстров оказался близок к тому, чтобы ударить её по голове. Увернувшись, Кейтлин услышала, как его кулак просвистел в нескольких сантиметрах от её лица и ударился о стену. Потянувшись в мечу, Кейтлин быстро его выхватила и обезглавила уродца.

С мечом в руках Кейтлин встретилась лицом к лицу ещё с одним из жутких монстров, который набросился на неё в этот самый момент. Вовремя увернувшись, она развернулась и разрубила его пополам.

Осталось четыре. Силы и ловкости Кейтлин не хватало, чтобы справиться со всеми ними за раз. Тут она почувствовала, как её сильно ударили в спину, попав по почкам. Кейтлин пролетела через зал и ударилась лицом о стену.

Поднявшись, ей было сложно собраться с мыслями – перед глазами всё плыло. Она лишь увидела, как на неё надвигается армия Наполеона и четверо жутких монстров. Ей нужно было время, чтобы сконцентрироваться, но его у Кейтлин не было. Противник был уже близко, а силы были на исходе. Это был один из тех моментов, когда Кейтлин думала, что настал конец. Она мысленно готовилась встретить свою судьбу.

В этот самый момент соседнее витражное стекло разлетелось вдребезги, и в зал ворвался ещё один вампир. Он тоже бросился на Кейтлин.

Когда он приблизился, Кейтлин смогла разглядеть его лицо.

Она застыла от удивления. Это был Калеб.

Он ворвался как раз вовремя, чтобы схватить её на руки и взмыть в воздух прежде, чем злобные существа раздавили её ногами. От мощных ударов их ступней в полу образовалась большая дыра.

Калеб приземлился высоко над землёй, на одном из верхних балконов собора. Он нежно опустил Кейтлин на пол. Снова взмыв в воздух, он столкнулся с одним из монстров в воздухе. После непродолжительной схватки Калеб отшвырнул его в другой конец церкви. Послышался сильный удар о каменную стену.

Вдруг на Калеба набросились оставшиеся три вампира-гиганта, привлекая его всё ближе к земле.

При виде этой картины Кейтлин будто бы очнулась ото сна. Силы к ней вернулись, как только она увидела, что Калеб был в беде. Спрыгнув с балкона, она камнем бросилась вниз, чувствуя невероятную силу.

Пикируя, Кейтлин увидела, как Калеба резко бросили на пол, нанося ему серьёзные удары по голове. Ею овладела невиданная ярость. Такой злости она не испытывала никогда. Гнев проник в каждую её клетку, она чувствовала его в ногах, руках, во всём теле – в ней проснулись первобытные ярость и злость.

Увеличив скорость, Кейтлин пулей летела на одного из прижавших Калеба монстров. Не останавливаясь, она упала прямо на него. В последнюю секунду существо подняло на Кейтлин свою уродливую голову, которую она ударила с такой силой, что размозжила череп надвое.

Перекатившись, она локтем ударила другого монстра, заставив его отпустить Калеба. Не успел уродец подняться на ноги, как Кейтлин подпрыгнула и с силой ударила его под подбородок. Удар был такой мощный, что монстр перелетел на другой конец зала, приземлившись на большой острый выступ.

Осталось избавиться лишь от одного мерзкого чудовища, которое в этот самый момент бросилось на Кейтлин. Закрыв глаза, она решила проверить свои новые способности. Используя разум, она подняла вампира в воздух, перекинула его через всю церковь и выбросила в окно.

Калеб смотрел на Кейтлин с восхищением.

Вампиры Наполеона были шокированы тем, что Кейтлин удалось справиться с такими страшными и сильными существами. Посмотрев на них, Кейтлин зарычала, готовая раздавить любого, кто решиться с ней сразиться. Добровольцев не было – вампиры развернулись и бросились бежать из церкви. Наполеон ушёл вместе со своей армией, так и не отважившись сразиться с Кейтлин после того, что только что увидел.

Кейтлин помогла Калебу подняться. Он улыбался, и Кейтлин знала, что с ним всё будет в порядке.

«Ты спасла мне жизнь, – не переставая улыбаться, сказал Калеб, – хотя это я должен был спасать твою».

Кейтлин тоже улыбнулась.

«Ты тоже меня спас», – сказала она.

Не успели они опомниться, как раздался звук бьющегося стекла.

Обернувшись, они увидели, как в дальнем углу церкви вылетело несколько окон. Кейтлин не верила своим глазам, неужели, это было ещё не всё?

В собор влетели Кайл, Сергей и Кендра. Поднявшись в воздух, они держали в руках необычное оружие и летели прямо на Кейтлин и Калеба.

В это же время распахнулись огромные двери центрального входа, и в зал влетели десятки преданных Кайлу солдат-вампиров.

Кейтлин не обращала на них никакого внимания. Она давно ждала этой встречи. Кейтлин всей душой ненавидела эту троицу – Кайла, Сергея и Кендру. Она увидела, как Калеб встал рядом с ней, готовый к открытому противостоянию. Она знала, что он разделял её чувства к этим негодяям.

«Пора тебе заплатить за убийство моего сына!» – вскричал он, взмыв в воздух и направившись прямо на Кайла.

«Давно надо было от тебя избавиться!» – парировал тот.

Столкнувшись в воздухе, они начали бороться, оскалив клыки.

Кейтлин не теряла времени. Она ринулась на Сергея, радуясь мысли, что сможет отомстить своему врагу, который в буквальном смысле вонзил ей нож в спину да ещё и разбил сердце лучшей подруге.

«Ты заплатишь за всё!» – крикнула Кейтлин.

Сергей лишь ухмыльнулся. «По-моему, ты забываешься, – крикнул он в ответ. – Это ты меня создала. Если кто и должен заплатить, так это ты!»

Кейтлин и Сергей встретились в воздухе. Он пытался достать до её горла, но Кейтлин уже предвидела этот ход. В последний момент она увернулась и набросилась на него, привлекая к земле. Кейтлин вдавила Сергея в пол. Обхватив его шею руками, она начала душить противника, готовая убить его на месте и, наконец, отомстить за всё то, что он с ней сделал, за то, как он поступил с Полли и за его преданность Кайлу. Держа его в стальных объятиях, Кейтлин подумала, что победа будет за ней, как вдруг ощутила сильный удар в спину, который заставил её разжать пальцы.

Обернувшись, Кейтлин увидела злобно улыбающееся лицо Кендры. Достав небольшой серебряный кинжал, она бросилась на Кейтлин, готовая всадить его ей в сердце. Кендра была ловкой и хитрой, поэтому Кейтлин лишь чудом удалось избежать удара.

Развернувшись, Кейтлин ударила Кендру тыльной стороной ладони так, что так потеряла сознание.

В этот момент на неё набросился Сергей, нанося серьёзные удары и заставляя её отступать. Кейтлин могла справиться с каждый из них по отдельности, но вдвоём они были силой, с которой ей сложно было бороться. Обернувшись, она увидела, что Калеб до сих пор дрался с Кайлом – они боролись, катаясь по полу и не уступая друг другу ни в чём. Это была жестокая драка с ударами руками и локтями, с попытками задушить друг друга. Иначе как эпической битвой это назвать было трудно.

За их спинами Кейтлин увидела десятки других вампиров. Она поняла, что вдвоём с Калебом им не удастся справиться со всеми сразу, тем более, если учитывать, что в первую очередь необходимо было разобраться с Кайлом, Сергеем и Кендрой. Кейтлин почувствовала, что они были близки к поражению, и эта битва могла стать их последней битвой на земле.

И вдруг вновь послышался звук бьющегося стекла.

К ней летели ещё два вампира. Кейтлин не верила своим глазам.

На неё летели Сэм и Полли.

Они появились как раз вовремя. Кендра уже собралась с силой ударить Кейтлин по почкам, когда на неё упал Сэм и со всей своей мощью ударил Кендру локтем в горло. Отлетев на несколько метров, она ударилась о стену и упала. Сэм спас Кейтлин жизнь.

В этот момент Сергей вскочил на ноги, готовясь нанести Кейтлин удар по голове, но Полли оказалась быстрее – она с силой ударила Сергея обеими ногами в грудь, от чего он перелетел через весь зал, врезался в алтарь и вдребезги разбил несколько мраморных статуй.

Кейтлин вскочила на ноги, безумно обрадованная их появлением и безгранично благодарная за помощь.

«Калеб!» – крикнула она, и все трое бросились в атаку.

Втроём они напали на Кайла, схватив его за горло и пытаясь задушить. Было похоже на то, что эту битву Кайлу вряд ли удастся выиграть.

Оглянувшись, Кейтин увидела, что на них бросилась вся вражеская армия. Кендра и Сергей тоже начали приходить в себя.

«Калеб, отпусти его! – крикнула Кейтлин. – У нас нет времени! Надо уходить!»

Калеб не горел желанием так просто сдаваться. Сжав пальцы так сильно, как только мог, он увидел, как набухли вены на лице у Кайла, а само лицо побагровело. Кейтлин казалось, что Калеб не собирался сдаваться, пока не доведёт дело до конца.

«КАЛЕБ!»

Нехотя Калеб ослабил хватку и плюнул Кайлу в лицо. Кайл был без сознания.

«Мы не закончили», – процедил Калеб.

Кейтлин посмотрела на Сэма и Полли.

«Я нашла ключ, – сказала она, – но он открывает какую-то другую дверь, она находится не в соборе».

«Давай-же! – сказал Сэм. – Найди её. Бери Калеба и отправляйся прямо сейчас. Мы останемся здесь и отвлечём толпу».

«Мы не можем позволить вам сражаться в одиночку!» – воскликнула Кейтлин.

«Ты должна идти, – сказал Сэм. – Дело здесь не только в тебе. Речь идёт о нашей миссии. СТУПАЙ. Миссия – превыше всего».

Кейтлин знала, что Сэм был прав. Она должна была воспользоваться этим шансом. Нельзя было терять ни секунды.

Сэм улыбнулся, и Кейтлин с удивлением увидела, как стало меняться его лицо. Через пару секунд лицо Сэма превратилось в лицо Кайла.

«У меня припрятана пара трюков в рукаве», – прорычал Сэм голосом Кайла. Это было жуткое зрелище.

Сейчас Кейтлин поняла, что с Сэмом и Полли всё будет в порядке.

Обернувшись, она взяла Калеба за руку, схватила Рут, и они взмыли в воздух, вылетев в разбитое окно на потолке.

Обернувшись в последний раз, Кейтлин увидела, как Сэм в образе Кайла раздаёт приказы «своим» людям, загоняя их в ловушку. Кейтлин поняла, что с её братом и подругой всё будет хорошо.

Глава тридцать девять

Кейтлин и Калеб вылетели через крышу собора Парижской Богоматери, направляясь в ночное небо. Пролетая над маленьким островом Сите, Кейтлин неустанно думала, куда же отправляться дальше, куда ведёт её этот ключ. Она вспоминала письмо отца, постоянно повторяя про себя одну и ту же фразу:

Не забывай, остров большой.

Эти слова не давали ей покоя с тех пор, как она их прочла. Остров большой. Остров большой.

Может быть, думала Кейтлин, на острове есть еще какое-то место, где может храниться ключ? Какое-нибудь место рядом с собором?

Её враги – Кайл, Сергей и Кендра – смогли проникнуть в клан и узнать всё о соборе Нотр-Дам. Однако никто из них не видел второй половины письма. И никто даже не догадывался, что оно указывает иной путь. Путь к последней подсказке. Последнее место. Все думали, что ключ хранился в соборе, но это было не так, и Кейтлин это знала.

«Куда теперь?» – спросил Калеб, летя рядом с ней.

Кейтлин начала снижаться, чтобы обследовать остров более тщательно. Калеб последовал за ней.

На острове было множество средневековых домов, между которыми располагались кривые улочки и переулки. В конце одной из улиц остров сужался. Нечто привлекло внимание Кейтлин.

Здесь находилась другая церковь. Не такая огромная, как собор Парижской Богоматери, но всё же достаточно большая и необычайно красивая. Эта церковь была единственным отдалённым строением на всём острове, и у Кейтлин не осталось никаких сомнений в том, что она искала именно её.

Остров большой.

Кейтлин кивнула в сторону церкви.

«Нам туда», – сказала она Калебу.

Они приземлились у главного входа.

Церковь представляла собой высокое массивное сооружение из белого камня, увенчанное шпилем. Фасад церкви был богато украшен высеченными из камня фигурами и горгульями. Вход был один, в форме высокой, полукруглой двери. Остановившись прямо перед нею, Кейтлин поняла, что именно это место имел в виду её отец.

«Ты знаешь, куда мы пришли?» – спросила она.

«Да. Это часовня Сент-Шапель, – ответил он, глядя на Кейтлин, – священное для всех вампиров место. Церковь находится здесь уже много столетий. Большинство людей даже не подозревают о её существовании. Они предпочитают посещать собор Парижской Богоматери».

Кейтлин повернулась к Калебу.

«Мне кажется, мы нашли то место, которое искали. Мой отец написал в письме, что остров большой. Я думаю, он имел в виду, что на острове, кроме Нотр-Дама есть ещё и другие церкви. Он пытался сказать мне, что наше путешествие окончится за стенами собора».

Кейтлин и Калеб подошли к двери, и уже было собирались открыть её, как вдруг дверь сама распахнулась, что их немного испугало.

Перед ними предстала высокая и очень красивая женщина-вампир в белой мантии и капюшоне. Когда она сняла капюшон, Кейтлин увидела её светло-голубые глаза и длинные каштановые волосы.

Женщина смотрела на неё и улыбалась.

«Кейтлин, – произнесла она, – мы ждём тебя. Добро пожаловать».

Кейтлин и Калеб посмотрели друг на друга. Женщина отошла в сторону, и они вошли внутрь.

Как только они это сделали, монахиня закрыла дверь и заперла её на три засова. Замки были сделаны из металла, который Кейтлин никогда не видела прежде.

«Титан, – послышался голос женщины. – Вампиры не смогут с ним справиться. Никто на нас здесь не нападёт. Вы в полной безопасности. Чувствуйте себя как дома».

Кейтлин чувствовала, что женщина говорит правду. Её присутствие действовало умиротворяюще. В первый раз за долгое время Кейтлин могла расслабиться. Она в безопасности. Наконец-то.

«И всё же у нас мало времени, – сказала женщина. – Я полагаю, у вас есть ключ?»

Кейтлин удивлённо на неё посмотрела. Откуда ей это было известно?

Женщина улыбнулась и продолжила: «Конечно, я знаю всё. Мы принадлежим к клану твоего отца и следим за твоими поисками».

Кейтлин достала маленький золотой ключ из кармана и протянула его ей.

Женщина убрала руки.

«Нет-нет, не нужно отдавать его мне. Держи его у себя. Только ты сможешь открыть замок этим ключом».

Внезапно женщина повернулась и быстро пошла по длинному мраморному коридору.

Калеб и Кейтлин поспешили вслед за ней. Их шаги глухим эхом отдавались в огромном пустом храме.

Кейтлин подняла глаза вверх и увидела высокие потолки, заканчивающиеся шпилем, и бесконечные ряды полукруглых витражей, высотой в несколько метров. Она была поражена красотой этого места. Казалось, они находились внутри гигантского калейдоскопа.

Пока они шли по коридору неизвестно куда, Калеб повернулся к Кейтлин и прошептал ей на ухо:

«Прости меня. За Сэру. За то, что оставил тебя. За всё. Я надеюсь, ты простишь меня».

Кейтлин было приятно слышать эти слова. Её захватили чувства, и от волнения она не могла вымолвить ни слова, поэтому просто протянула Калебу руку.

Ей было приятно ощущать его прикосновения, ведь рядом с ним было хорошо и надёжно.

«Эта церковь была построена много веков назад, – сказала женщина. – Она – особое место для нашей расы. Эта церковь призвана хранить самые важные и ценные сокровища. Здесь, среди остальных ценностей, находится часть креста, на котором распяли Иисуса, а также терновый венец».

Женщина свернула в другой коридор. По мраморным ступеням они спустились на нижний уровень храма. У Кейтлин перехватило дыхание. Такого красивого места ей ещё не приходилось видеть. Низкий полукруглый потолок был выкрашен в тёмно-синий цвет. Его украшали сверкающие золотые арки. В свете факелов комната была похожа на сокровищницу. Потрясающее зрелище. Кейтлин казалось, что они находятся в гробнице Тутанхамона.

«Здесь мы храним самые ценные артефакты. Они находятся в специальном серебряном сундуке. Понадобилось более двадцати лет, чтобы его сделать. Внутри сундука лежит то, что ты ищешь».

Войдя в комнату, Кейтлин потеряла дар речи. Прямо перед ними стояло множество вампиров в белых мантиях и капюшонах. Каждый из них держал кубок, наполненный белой жидкостью.

В самом центре комнаты стоял мужчина-вампир с длинной седой бородой и пронзительными зелёными глазами. Он по-доброму взглянул на Кейтлин и Калеба, протянув каждому по кубку.

Женщина жестом разрешила Кейтлин приблизиться.

Когда они подошли к старцу, Кейтлин охватила дрожь. Здесь ли её отец?

«Пейте», – мягко сказал старик.

Оба взяли кубки и выпили.

В ту же минуту Кейтлин почувствовала, как силы возвращаются к ней. Это белая кровь клана её отца, догадалась она. Голова закружилась.

Старец отошел в сторону. Оказалось, что позади него стоял огромный сверкающий серебряный сундук.

«Ваш ключ», – тихо сказал он.

Кейтлин вернула ему кубок, прошла вперёд, опустилась на колени и вставила ключ в небольшую замочную скважину.

Послышался щелчок, и тяжёлая крышка медленно открылась.

Внутри, среди прочих драгоценностей, находился второй сундук с замком поменьше.

Кейтлин смутилась.

«Простите, – сказала она, – но у меня только один ключ».

Старик покачал головой.

«У вас есть ещё один».

Кейтлин задумалась, не понимая, что он имеет в виду.

Старик посмотрел на её шею.

И тут Кейтлин вспомнила о своём старинном серебряном кресте. Неужели, это и есть ключ?

Она торопливо сняла его с шеи и вставила в замок маленького сундука.

К её удивлению, он вошёл идеально.

Кейтлин повернула крест, и сундук открылся.

Внутри лежал большой серебряный ключ. Такой же ключ она получила когда-то в Ватикане. Кейтлин поняла, что стала на шаг ближе к встрече с отцом.

Её охватил восторг.

В то же время Кейтлин была разочарована, ведь она надеялась отыскать все три ключа одновременно и встретиться с отцом здесь, в этой комнате.

Кейтлин взяла ключ, встала рядом с Калебом и взглянула на старца.

«Вам осталось найти еще два ключа, – сказал он. – Только после этого вы сможете открыть врата, заполучить Щит и встретиться с отцом. Мы гордимся тобой, так же как и он. Твой отец ждёт тебя в другом месте и времени. Я сожалею, что его нет здесь, среди нас. Вы готовы снова переместиться? Готовы продолжить своё путешествие?»

Кейтлин повернулась к Калебу, хотя ответ на этот вопрос она уже знала. По его глазам она поняла, что он готов последовать за ней куда угодно.

«… тогда встаньте на колени».

Калеб и Кейтлин встали на колени, держась за руки.

«Склоните головы».

Выполнив указание, Кейтлин почувствовала, как сердце её забилось быстрее. У неё было так много вопросов. Где они окажутся в этот раз? Переместятся ли они вместе? Что будет с Полли? Сэмом? Рут? Она также о многом хотела спросить Калеба.

Весь клан собрался вокруг них, некоторые из вампиров положили руки им на головы.

«Мы придаём вас земле, Кейтлин и Калеб, – голоса вампиров эхом отдавались в сводах зала, – чтобы когда-нибудь проснуться. По милости господа».

Рут подошла к Кейтлин и легла рядом, поскуливая.

Вампиры повторили слова во второй раз, а затем в третий. Кейтлин чувствовала, что начинает терять сознание.

И прежде чем уснуть, она повернулась к Калебу и увидела, что он тоже смотрит на неё. Она взглянула ему в глаза и поняла, что в следующий раз они уже не расстанутся ни за что на свете.

«Я люблю тебя», – сказала Кейтлин.

«И я люблю тебя», – ответил Калеб.

Это были последние слова, которые она услышала. Кейтлин чувствовала, что её тело становится легче, поднимается под потолок, а затем весь мир исчезает во мраке.

Content

Морган Райс
Желанная

Отзывы о серии «Журнал вампира»

О Морган Райс

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двеннадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцать

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвёртая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава тридцатая

Глава тридцать первая

Глава тридцать вторая

Глава тридцать третья

Глава тридцать четвёртая

Глава тридцать пятая

Глава тридцать шестая

Глава тридцать седьмая

Глава тридцать восьмая

Глава тридцать девять