Сьюзен Стивенс

Бриллиант твоей души

* * *

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

The Flaw in His Diamond

© 2014 by Susan Stephens

«Бриллиант твоей души»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Глава 1

Итак, что мы о нем знаем? – Положив руки на полированный сосновый стол, Ева бросила взгляд сначала на свою старшую замужнюю сестру, Бритт, а затем на младшую, Лейлу.

Щеки Лейлы порозовели, хотя она привыкла к допросу с пристрастием со стороны Евы. Сестра Лейлы была крепким орешком. И это еще мягко сказано. Ева становилась тем еще фруктом, произнося свои обличительные речи. Именно это сейчас и происходило. Лейла обожала обеих своих сестер, хотя временами страстно желала, чтобы Ева нашла себе подходящего мужчину и покинула родительский дом, забрав с собой свой взрывной характер. Насколько спокойной станет в таком случае жизнь? Лейла могла только предполагать, однако надеялась на лучшее. Но кто возьмет Еву? Лейла и Бритт пытались заинтересовать неженатых мужчин в Скаванге, описывая восхитительные качества своей сестры, но кавалеры не приглашали ее никуда, кроме как на игру в дартс. В ответ на превосходные характеристики, выдаваемые Лейлой и Бритт, они напоминали о всем известном характере Евы, о том, как громко она может кричать, а затем обращали свой взор в сторону более спокойных девушек.

– Ну, я слушаю! – выпалила Ева, выпрямляясь и упираясь кулаками в бедра. – Мне нужны ответы. В случае с Бритт все понятно – она вышла замуж за шейха Шарифа, одного из ведущих звеньев консорциума. Но ты, Лейла? Стыдно! Я удивлена, что ты ничего не видишь. И не говори мне, что я слишком остро на все реагирую. Надо уметь проявлять твердость.

«В этом Ева дока», – усмехнулась про себя Лейла. Ее сестра могла спорить даже сама с собой, не замечая, что в споре, кроме нее, больше никто участия не принимает.

–  Я не позволю, чтобы все было так, как требует консорциум, хотя ты и согласна с ними, – страстно продолжала Ева. – И прежде чем ты скажешь слово, Бритт, позволь мне внести ясность. Может, я и вижу, что наш семейный бизнес крадут три беспринципных человека, но в отличие от тебя у меня нет намерения лечь в постель с одним из них, чтобы…

–  Довольно! – неожиданно резко прервала ее Лейла. – Разве ты забыла, что твоя сестра замужем за шейхом Шарифом?

Лейла покачала головой, с улыбкой извиняясь перед Бритт за Еву. Бритт лишь пожала плечами. Обе сестры привыкли к тирадам Евы. Все, что ей было нужно, – это крепкая рука, чтобы она не закусывала удила. Ева была умной и разносторонней девушкой, однако, по мнению Бритт и Лейлы, редко думала перед тем, как что-нибудь сказать или сделать. Что касается Лейлы, это качество сестры она находила особенно тревожным.

– Вы обе абсолютно бесполезны! – взорвалась Ева, поскольку ее сестры продолжали пить кофе и просматривать газеты. Они привычно ждали, когда вспышка Евы пройдет сама собой.

Тряхнув головой, Ева отбросила назад яркие, словно пламя, рыжие волосы длиной до талии и взяла газету. Ее морщина на лбу стала глубже, когда она прочитала статью о последних улучшениях на руднике, инициированных ее врагом, Романом Квисвадой, который шокировал ее на свадьбе Бритт своей привлекательной внешностью и несгибаемым характером.

– Граф Роман Квисвада? Кошмар! – ядовито проговорила она. – Для начала у него идиотское имя.

– Он итальянец, Ева, – терпеливо сказала Бритт, продолжая читать газету. – И он самый настоящий граф. Это древний титул…

– Граф? Как же, – фыркнула Ева. – Он может считать, сколько штакетника понадобится в шахте. Подсчитывая[1], он хотя бы будет занят!

– У него сильный характер, – мягко заметила Бритт, бросая взгляд на Лейлу.

– Ведь это тот самый мужчина, перед которым я захлопнула дверь на твоей свадьбе? – Ева взглянула на фотографию Романа в газете. – Насколько я помню, ему это не понравилось.

– Перестать потирать руки от предвкушения сделать что-нибудь подобное, – предупредила ее Лейла. – На свадьбе ты не впустила его к невесте, которую он должен был сопровождать в церковь.

– Можно подумать, он произвел на тебя впечатление, Ева, – заметила Бритт, откладывая газету. – И не забывай, он нам нужен.

Ева засопела.

–  Просто он мне не нравится, – заявила она.

–  Но нам нужны деньги, – спокойно напомнила ей Бритт. – Мы не можем позволить себе расстроить этого человека. Шахта пропадет без инвестиций консорциума. Сотни людей лишатся работы. Ты этого хочешь?

–  Конечно нет, – запротестовала Ева. – Но должен быть другой путь, более продуманный, хотя, может, и растянутый во времени. Вы хоть представляете, сколько раз я просила этого ужасного человека встретиться со мной, чтобы мы могли обсудить мои тревоги по поводу ускорения его программы?

–  Обсудить? Или выступить в качестве последней инстанции? – поинтересовалась Бритт, вскидывая подбородок и глядя на свою сестру.

Вспышки Евы не пугали ни Бритт, ни Лейлу, но, как и Лейла, Бритт мечтала о том дне, когда их средняя сестра встретит мужчину и ее страстная натура найдет альтернативное поле деятельности.

–  Он должен услышать правду хоть от кого-то, – бушевала Ева. – И я говорю по-итальянски. Так что у него нет повода отказываться от встречи со мной!

–  Насколько я помню, граф говорит на шести языках, – мягко сказала Бритт, чем вызвала презрительное фырканье со стороны Евы.

–  Если вы не хотите ему противостоять, это сделаю я!

– Я знала, что мы можем на тебя рассчитывать, – с кривой улыбкой произнесла Бритт.

– Кому свежий кофе? – предложила Лейла, которая, как всегда, выступила миротворцем. Свою среднюю сестру она обошла на расстоянии, словно Ева была динамитной шашкой, готовой взорваться.

Но Ева еще не закончила.

– Только взгляните на это! – заявила она, раскладывая на столе местную газету. На первой полосе красовалась большая фотография графа Романа Квисвады, а заголовок, набранный жирным шрифтом, гласил: «Граф спасает Скавангу». – Как будто он спас нас единолично! – возмущенно воскликнула Ева.

– Именно это он и сделал, – вздохнула Бритт, поднимая голову и кидая взгляд на свою сестру. – Квисвада, Шариф и третий член консорциума, Раффа Леон, спасли Скавангу. И если ты этого не видишь…

– Тебя даже не упомянули, Бритт, – бросила Ева. – А ведь ты вроде как управляешь рудником.

– Я управляю рудником, – подтвердила молодая женщина. – Единственная причина, почему граф оказался в центре внимания, заключается в том, что он согласился на интервью, когда посетил рудник, чтобы увидеть, как выполняются его поручения.

– Но он был слишком занят, чтобы увидеться со мной! – продолжала возмущаться Ева.

– Он действительно был слишком занят, чтобы увидеться со мной, – подтвердила Бритт, снова пожав плечами и глядя на Лейлу.

– Наверное, у графа не было времени на то, чтобы отвлекаться на подобного рода беседы, – мягко добавила Лейла.

– Ну спасибо, – фыркнула Ева и закусила губу, внимательно изучая фотографию своего врага в газете. – Приятно слышать, что я отвлекаю невероятно занятого графа от дел. Насколько я могу судить, семья Скаванга в этой статье ни разу не упоминается. Все, что интересовало журналистку, так это информация о могущественном графе Романе Квисваде.

–  Может, потому, что она брала интервью у него? – рискнула спросить Лейла.

–  Может, потому, что она переспала с ним? – резко парировала Ева. – Впрочем, мне все равно. Для мужчины, подобного ему, любая женщина – всего лишь очередной трофей.

–  Это только твое мнение, – пробормотала Бритт.

–  Что? Что ты хочешь этим сказать? – требовательно поинтересовалась Ева у своей старшей сестры.

Бритт покачала головой, сжала губы и приняла невинный вид, в очередной раз обменявшись взглядом с Лейлой. А та постаралась вовсе не выказывать никаких эмоций, чтобы ни в коем случае не подлить масла в огонь.

–  Он опасный тип, если хотите знать, – проворчала Ева, отодвигая газету.

–  К счастью, мы тебя не спрашивали, – мягко возразила Бритт.

–  Его прилизанные волосы, дизайнерская одежда только подчеркивают высокомерие и высокий титул, – пробормотала Ева, с явным неодобрением глядя на фотографию графа.

– Волосы у него уж точно не прилизанные, – возмутилась Бритт. – Я бы это заметила. А во-вторых, Шариф доверяет графу, как самому себе, поэтому ему доверяю и я.

Ева сузила глаза, предвкушая конфликт.

–  Ну, а я не могу дождаться, когда встречусь с ним снова, – пропела она.

–  Уверена, ваши чувства взаимны, – не удержалась Бритт.

–  А я уверена, что Ева увидит в нем благоразумного человека, – вставила Лейла, пытаясь предотвратить назревающую ссору.

–  Благоразумного? – Бритт скорчила гримаску. – Интересно ты выразилась. Но как бы то ни было, позволь напомнить тебе, Ева, что без денег Романа и денег двух других членов консорциума и рудник, и город давно пропали бы.

–  Я все помню, – заверила свою старшую сестру Ева. – Я просто не понимаю, почему он не остался, чтобы посмотреть, как все пройдет. Ах да, я забыла, – колко продолжала она. – Он предпочел вернуться на свой остров.

–  Он уехал на остров ради свадьбы своего кузена, – заметила Бритт.

–  Все равно он мог бы увидеться со мной, как я и просила, прежде чем уезжать, – настаивала на своем Ева. – Если бы он соизволил дать объяснения, мы наконец смогли бы понять, что происходит на руднике.

– Для этого требовалось, чтобы ты перестала протестовать и выслушала бы. – Бритт старалась говорить мягко, зная, что Ева искренне тревожится по поводу того, какой ущерб окружающей среде могут причинить нововведения на руднике. – Не можешь же ты в самом деле ожидать, что он забудет обо всех своих делах, чтобы встретиться с тобой. У него есть своя жизнь, а также другие деловые интересы. В бизнес вовлечены очень большие деньги.

–  Конечно, речь всегда идет об очень больших деньгах, – обронила Ева, качнув головой.

–  Боюсь, что так оно и есть, – спокойно сказала Бритт. – Мы хотим, чтобы у людей была работа.

–  Меня это тоже волнует, – заверила сестру Ева. – Но меня также беспокоит земля, которая остается нетронутой на протяжении вот уже тысячелетия.

–  Почему бы тебе не поговорить на эту тему с Романом, а не обсуждать это с нами? – предложила Лейла.

–  Я пыталась. – Ева скривилась. – Он не желает со мной встречаться.

–  Но ты можешь попытаться снова, – произнесла Бритт, взглянув на Лейлу. Предварительно она убедилась, что Ева на них не смотрит. Они обе заметили вспыхнувшее влечение между Романом и Евой – как те обменивались взглядами, стоя через проход в церкви. – Ничего нельзя предугадать заранее. Что, если отношения между вами улучшатся, когда вы встретитесь еще раз?

–  Это вряд ли возможно, – фыркнула Ева, пропуская сквозь пальцы свои огненно-рыжие волосы. – Вероятность того, что он согласится выслушать женщину, примерно равна утверждению, что на завтрак он ест гвозди.

–  Но ты не узнаешь, если не попробуешь, – возразила Лейла.

Бритт встала и обняла Еву.

–  Не стоит расстраиваться, – сказала она. – Не переживай. Даже ты не можешь в одиночку спасти мир.

–  Но я могу попытаться.

– Верно, ты можешь попытаться спасти небольшой кусочек мира, – согласилась Бритт.

–  Именно это я и сделаю. – Голос Евы, чье лицо уткнулось в плечо старшей сестры, звучал приглушенно.

–  Что ты сделаешь? – настороженно поинтересовалась Бритт и отодвинула Еву на расстояние вытянутой руки, чтобы посмотреть ей в глаза. – Что бы ты ни собралась предпринять, может, сначала обсудим это?

–  Нет, не думаю, – вздохнула Ева и сделала шаг назад. – Мне больше не наливай кофе, Лейла, спасибо. Мне надо кое-куда съездить.

Он никогда не пил – предпочитал не терять контроль над собой. Роман ухватился за возможность ускользнуть во время приема с шампанским, последовавшего после церемонии венчания. Все будут готовиться к сегодняшней вечеринке, и это даст ему шанс принять душ и переодеться, а возможно, и освежиться в бассейне.

Он остановился, как и всегда, на скалистой тропинке. Это место имело для него особое значение, ибо здесь Роман стоял в свой четырнадцатый день рождения и думал, не бросить ли ему золотую цепочку, которую он носил, в море. А затем он, возможно, последует за ней, подталкиваемый юношеской злобой.

К счастью, он оказался сильнее минутного порыва и не последовал желанию выплеснуть свое горе. Это могло бы доставить боль другим и причинить вред ему самому.

Для свадьбы было жарковато. Скинув с себя пиджак, Роман расстегнул несколько пуговиц на рубашке. Его рука коснулась тонкой золотой цепочки.

Приемная мать подарила ему эту цепочку в день рождения. В тот же день она, запинаясь, объяснила, что его родная мать умерла. Она выполнила просьбу покойной, которая хотела, чтобы ее единственная драгоценность принадлежала сыну.

Так впервые Роман узнал, что воспитывается не родной матерью. Кем же была женщина, которая сидела тогда перед ним? Он до сих пор помнит свой шок и свою боль. Известие о том, что отец не является его отцом и воспитывает Романа не родная мать, навсегда изменило его жизнь. Приемный отец пришел в ярость, когда узнал, что Роману известна правда о его рождении, но непоправимый ущерб уже был причинен. Приемный отец не сомневался, что Роман, узнав правду, сломается. Приемная мать спорила с ним, считая Романа сильным молодым человеком. Он был для нее настоящим сыном, и она понимала его, как никто другой.

В тот день, полный ярости и боли, он стоял на скале, словно молодой лев, готовящийся к прыжку. В нем бурлили юношеские эмоции. Затем он вернулся домой и потребовал, чтобы ему рассказали всю правду. Так Роман услышал историю о своем родном отце, графе, пьянице и игроке, который передал сына бездетной семье мафиози в счет уплаты карточных долгов.

– Ты не родной сын, поэтому ты не можешь унаследовать семейный бизнес, прости, – сказал вдобавок приемный отец, когда Роман еще не полностью пришел в себя. – Но я не мог бы любить тебя сильнее, будь ты моим родным сыном. Ты унаследуешь мой остров и всю мою собственность, в то время как кузен займется бизнесом. Твоя работа будет заключаться в том, чтобы защищать его.

В тот день Роман понял, что он отлично умеет владеть собой. Его не взволновало, что он получит остров или значительный доход. Самым страшным было то, что до настоящего момента его жизнь была ложью. В тот день он изменился. Его приемная мать сказала, что он стал отстраненным и отдаленным. Это убивало ее, а его приемный отец полыхал бессильным гневом, видя, что ничем не может помочь.

Роман до сих пор испытывал вину и часто спрашивал себя: не ускорило ли его поведение смерть приемной матери? Он об этом никогда не узнает, но время от времени в голове Романа слышался ее нежный голос, говорящий, что у его родной матери не было выбора. В их кругу женщина обязана подчиняться решениям мужчины.

Он подумал об этих двух женщинах – его родной и приемной матерях, – двух сестрах, глядящих на него сверху. Его охватило единственное желание – сделать так, чтобы они были счастливы на небесах и гордились им.

Сигнал телефона заставил Романа вернуться в реальность. Взглянув на дисплей, он нажал на кнопку. Спустя мгновение мужчина почувствовал прилив гнева. Потребуется полчаса, чтобы добраться до особняка, если он будет следовать по тропинке, но ведь можно и сократить путь.

Глава 2

Решительно настроенная Ева почти добралась до цели своего путешествия и остановилась, чтобы перевести дыхание. На вершине скалы виднелся величественный дом графа, белая цитадель власти, окутанная полупрозрачной дымкой. Крутая тропинка поднималась к скале, нависающей над лазурным морем. Возможно, кому-то это и покажется восхождением в рай, но Еве было жарко. Молодая женщина вспотела, и только гнев придавал ей сил, когда она снова и снова повторяла про себя, ради чего сюда приехала.

Узнав, когда ближайший рейс из арктической Скаванги и как добраться до острова графа Квисвады, Ева не стала ничего выяснять о топографии, не говоря уже о климате. Холм остается холмом везде, но дорога к логову графа показалась ей опасной и трудной.

Сев на каменистую тропинку, Ева поднесла руку к лицу. Солнце палило немилосердно, а ей даже не пришло в голову захватить с собой из самолета бутылку воды. Поездка вышла незапланированной. Она стала возможной после того, как Ева поссорилась с Бритт. Во время последней перепалки она посоветовала своей любящей старшей сестре не вмешиваться и заниматься своими делами, причем посоветовала в такой форме, что ей до сих пор становилось плохо, когда она вспоминала об этом. Почему она всегда сначала говорит, а уже потом думает, что сказала, когда поправить ничего нельзя и остается только сожалеть?

Ева уехала, не извинившись, сев на первый же рейс из Скаванги. Самолет доставил ее на материковую Италию, откуда она на пароме доплыла до острова, принадлежащего графу Квисваде. На пароме было полно взволнованных свадебных гостей, все они пребывали в настроении, отличном от ее собственного. Все они были счастливы, поскольку направлялись туда, где, по их словам, состоится свадьба года. Ева даже сразилась с группой пожилых мужчин в дартс и, конечно, выиграла. Она – свой парень, сказали они, похлопывая ее по спине, и молодая женщина засияла от гордости.

Сейчас же она словно оказалась в парилке.

Ева встала и снова решительно направилась к скале. Чем ближе она подходила к особняку, тем сильнее билось ее сердце. Она никого и ничего не боялась, но самой себе Ева была вынуждена признаться, что она немного побаивается графа, главным образом потому, что никогда не встречала человека, который был бы на него похож. На свадьбе Бритт он возвышался над Евой, лицо его было замкнутым и суровым. Он был старше ее и похож скорее на римского центуриона, нежели на аристократа. Ей вспомнились его губы – губы человека, любящего плотские наслаждения. После их встречи Ева часто о них думала. Черные волосы графа были длинными и густыми. В глазах его светился холодный ум. На гладко выбритых щеках проступила щетина, что было несколько неуместно, если учесть, что с момента его бритья до свадебной церемонии прошло не так уж много времени. Но было что-то особенное в его настороженных глазах. Это заинтриговало Еву, потому что глаза мужчины выдавали его беспокойное и, возможно, опасное прошлое.

«Надо немедленно с этим завязывать, – подумала Ева. – Хватит себя накручивать». Неужели она готова сдаться, даже не встретившись с ним? Если постоянно думать о неудаче, неудача обязательно последует. Если же думать об удаче, шанс на выигрыш всегда остается. Таков был девиз Евы.

Может, Роман и сильная личность, но и она не лыком шита. Кроме того, надо убедить его в необходимости замедлить ведущиеся работы. Квисвада был неприлично богат, и, хотя Ева не любила вещественные доказательства богатства, ей было любопытно, как живут такие люди.

В любом случае она не искала спокойствия. Ей требовался вызов, подобный этому. Ей нужно было оставить довольно узкий мирок Скаванги и проверить себя в огромном мире. К тому же она искренне переживала за шахту, а это была возможность доказать свою правоту. Сомнений у Евы не было. Дело за малым – заставить Квисваду выслушать ее.

Поправив рюкзак за спиной, Ева продолжила восхождение, размышляя о природе сердцебиения. К чему ей, собственно, волноваться? Граф ей не угрожает. Он – мужчина не ее типа…

«Все мужчины не твоего типа», – заметил ехидный внутренний голос.

Ева была вынуждена снова остановиться. Не способствовало хорошему самочувствию и то, что на ней было слишком много одежды. Ее поспешное решение приехать в Италию привело к тому, что девушка оделась так, как в арктической Скаванге: в джинсы, ботинки и термальный жилет, который она расстегнула. Под ремни рюкзака была засунута тяжелая парка. Замечательно она одета! На острове графа уместнее всего шорты, легкий топ и тюбик солнцезащитного крема.

Она бы не приехала, прояви граф больше благоразумия… Является ли это настоящей причиной, или истина кроется в чем-то другом?

– Что ты хочешь этим сказать? – вслух пробурчала Ева, а затем виновато огляделась, чтобы убедиться, не слышал ли кто, как она разговаривает сама с собой. Графа Романа Квисваду окружала такая чувственная аура, что было несомненно: он чрезвычайно хорош в постели. Та-ак, а вот теперь ей действительно надо подумать.

Подбоченившись, Ева вынуждена была признаться самой себе, что ей неизвестно, что значит «хорош в постели». Нет, она не была девственницей, но опыта в этой области у нее было маловато. Конечно, у нее случались свидания с мужчинами, но ни одно из них не завело ее настолько далеко, что ей захотелось бы тут же оказаться с парнем в постели. К тому же она отпугивала мужчин. Если поначалу они не проявляли страха, то к тому времени, когда общение подходило к концу, откровенно боялись Евы. Вот таким образом пора экспериментов миновала. Она стала слишком старой для свиданий. Ева убеждала себя, что это не важно, что секс ее просто не интересует.

Так было до тех пор, пока она не встретила графа.

Позволив рюкзаку упасть на землю, Ева уперлась руками в колени и перевела дыхание. Подняв голову, она оценивающе взглянула на ворота, преграждающие дорогу в логово Романа. Они были высоки, но не настолько, чтобы не попытаться через них перелезть. Перекинув через ограду рюкзак, Ева принялась взбираться по решетке, как обезьянка. В деревне ей сказали, что в связи с грандиозной свадьбой в доме, скорее всего, никого не будет. Для ее целей это подходило как нельзя лучше. Это давало ей шанс осмотреться, пока не вернется граф.

Ева быстро заметила камеры видеонаблюдения, но не испытала тревоги. Она слышала, что многие люди устанавливают такие камеры, но мало кто из них включает их. Ева решительно зашагала по впечатляющей подъездной дорожке. По обе стороны дороги росли кипарисы, обеспечивая желанную тень и прохладу. Под ногами хрустел гравий. На фоне ослепительно-голубого неба выделялся дом, больше похожий на старинный замок. Украшенная башенками резиденция графа Квисвады словно сошла с картинки из книги сказок. Ева ничего подобного не ожидала. На стенах и окнах цвели бугенвиллеи. В Скаванге доминирующим цветом был серый, а здесь буйство красок производило ошеломляющее впечатление.

Даже Ева вынуждена была признать, что его сад великолепен. Со всех сторон ее окружали разнообразные цветущие растения, видовое разнообразие было потрясающим. «Сколько людей на него работают?» – спросила себя Ева, пробежав пальцами по безупречно белой стене. И сколько таких домов, которые ничего для него не значат, разбросаны по всему миру? Вряд ли хоть какой-то из них имеет для графа такое же значение, как простой деревянный дом на берегу замерзшего озера, в который она приезжала с сестрами на отдых. И они проводили в этом домике время столько, сколько Ева себя помнила. Удобств там было немного, но ей было все равно.

Дойдя до входа, Ева подняла тяжелый дверной молоток и с силой постучала в дверь.

Ответом ей было молчание.

Приложив руку ко лбу, Ева подняла голову и посмотрела в окно. Похоже, в деревне не преувеличили, утверждая, что на свадьбе будут все. Особняк выглядел абсолютно пустым. Развязав шарф, Ева вытерла пот с лица, одновременно прикидывая, что делать дальше. Может, кто-нибудь отыщется позади дома?

Там тоже не оказалось ни души, зато был сказочный бассейн.

– Эй! – позвала Ева. – Есть кто-нибудь живой?

Ответом ей послужило жужжание цикад. Взгляд Евы с тоской опустился на прохладную чистую воду. Она едва на ногах держится от усталости. Конечно же, если она несколько раз окунется, никто не пострадает, верно?

Ева скинула рюкзак и, раздевшись до нижнего белья, подошла к краю бассейна. Вход в воду был очень удобный.

Какое наслаждение! Какие невероятные ощущения…

Ева некоторое время оставалась под водой, а затем, вынырнув, поплыла кролем.

– Что за черт?!

Рев раздался словно из ниоткуда. Ева прижалась к голубым плиткам бортика, с растущей паникой осознавая, что она почти голая.

– Ева Скаванга? – произнес тот же самый сердитый мужской голос.

Роман Квисвада? Да, так и есть. Граф Квисвада стоял возле бассейна и испепелял ее взглядом.

– Да… – слабым голосом откликнулась она.

Это ей не понравилось. Цепляясь за остатки достоинства, Ева выплюнула хлорированную воду и посмотрела вверх.

Боже милостивый, его рубашка была полностью расстегнута! Она еще никогда не видела столько мускулов. Ее тело мгновенно откликнулось на все это мужское великолепие: соски затвердели, низ живота прострелила тягучая боль. Вода, которая секунду назад была всего лишь прохладной и освежающей, неожиданно стала ласкать ставшую гиперчувствительной кожу. Солнце из наказания превратилось в теплую негу на ее плечах. Граф выглядел еще лучше, чем она запомнила.

Через плечо у него был перекинут пиджак, который он удерживал одним пальцем. Брюки обтягивали упругие ягодицы и мускулистые бедра. Его рубашка была белоснежной, а сам он показался Еве невероятно большим. Оставалось признать: выглядел граф превосходно.

И при этом был зол как черт. Ева чувствовала исходящий от него гнев. И как, черт возьми, она собирается вылезать из бассейна?

Женщина в его бассейне оказалась проблемной особой. Ева Скаванга? Невероятно! Система оповещения в особняке была соединена с телефоном Романа – так он и узнал о том, что на территорию замка вторглись посторонние. В камерах мелькнула тень девушки, перелезающей через ворота. Конечно, нарушителем границ частной собственности мог оказаться кто угодно, но Ева Скаванга?! Хорошо, что он доверился инстинкту и вернулся домой.

–  Немедленно выбирайтесь из моего бассейна!

–  Не могли бы вы передать мне полотенце? Пожалуйста, – попросила Ева, словно он был мальчиком, прислуживающим у бассейна в отеле.

–  Я сказал, вылезайте!

«Она сама виновата, что влипла в такую ситуацию», – сказал себе Роман.

Ева свирепо уставилась на него.

– Я услышала вас и в первый раз, – огрызнулась она, – но я не могу…

– Не можете что? – перебил ее он. – Не можете двигаться? Не можете взглянуть мне в лицо? Не можете придумать оправдание, почему оказались здесь?

Положив небольшие ладошки на плитки возле бассейна, Ева легко вылезла из воды. Перед глазами Романа предстала русалка с длинными, до талии, огненно-рыжими волосами, сказочными грудями, стройной фигурой, невероятно длинными ногами и крошечными ступнями.

Несколько секунд Ева молча смотрела на него, а затем потянулась за полотенцем.

Роман встал на ее пути:

–  Когда я сказал, что у меня нет времени на встречу с вами, мисс Скаванга, именно это я и имел в виду. Что вы делаете на моем острове без приглашения? Нам нечего обсуждать.

–  Это ваше мнение, – заявила Ева. – Я приехала, чтобы его изменить.

–  Желаю вам в этом удачи.

После пребывания в воде ее нижнее белье стало полупрозрачным. Места воображению почти не осталось. Вода стекала с Евы, подчеркивая каждую линию и каждый изгиб ее тела. Может, в следующий раз она дважды подумает, прежде чем надевать такие крошечные трусики, решив охладиться в бассейне незнакомца.

– Пожалуйста, передайте мне полотенце, – процедила Ева сквозь зубы. – Полотенца за вами. – И она воинственно вздернула подбородок.

Она ждала. Роман смотрел на нее с бескомпромиссным выражением лица. Ева возвращала ему этот взгляд и смотрела на него не моргая. Каким-то образом ей удалось сдержаться и не скрестить руки на груди, хотя, как подозревал Роман, Еве этого очень сильно хотелось. Ей не стоит волноваться. Он не заинтересован.

Но так ли это на самом деле?

Продолжая глядеть на нее, как он считал, без какого-либо интереса, Роман ощутил, что в нем произошла некая странная перемена. Ему захотелось рассмеяться, причем без издевки. Ева была чертовски мила.

Пока она холодно не напомнила ему:

–  Полотенце, пожалуйста… Когда вы созреете, граф Квисвада.

–  Конечно, мисс Скаванга. – Он потянулся за полотенцем, не разрывая зрительный контакт с ней.

Судя по всему, у Евы не возникло ни малейшего подозрения по поводу того, какую реакцию она вызвала у Романа. Вполне возможно, она долго будет оставаться в неведении. Вполне возможно даже, что она считает себя непривлекательной женщиной. Вот почему она старается отпугнуть мужчин сама, а не дожидаться, когда оттолкнут ее. Роман счел Еву освежающей ноткой. Он привык к гламурным, уверенным в себе женщинам, чьей единственной целью было задержаться в его жизни. Хуже, по его представлению, были лишь родители, имеющие дочь на выданье. Его не интересовал ни один вариант. Он предпочтет умереть холостяком, но не жениться исключительно потому, что так принято.

– Спасибо, – отрывисто произнесла Ева, когда он наконец подал ей полотенце.

Неудача как-то не вязалась с образом Евы Скаванги, впрочем, как и осторожность. Приходилось признать, что ему нравится ее стиль поведения. Может, он и не отправит ее домой на следующем пароме, а задержит на острове, пока его это будет устраивать. По крайней мере, пока она здесь, неприятностей на руднике можно не опасаться, а к тому времени, когда он отошлет ее домой, работы будут завершены.

Ева это не планировала. Вообще-то она ничего не планировала. Но она уж точно не мечтала быть пойманной с поличным графом, когда она плавала в его бассейне, нарушив границу частного владения. И тем более не тогда, когда она была, можно сказать, обнажена, а Роман, напротив, был полностью одет. Не о такой встрече она думала, вылетая из Скаванги.

– Так как, мисс Скаванга, вы собираетесь протестовать на краю бассейна? – саркастически осведомился Роман. – Или мы продолжим в доме? Или мне лучше сразу отдать приказ о вашем немедленном выдворении?

Кажется, Роман Квисвада не в настроении вести переговоры. Он настроен враждебно, и, к большому смущению Евы, его совсем не впечатлило ее полуобнаженное тело.

– Вы не посмеете меня выдворить, – ухватилась Ева за его последнюю фразу.

– Уверяю вас, мисс Скаванга, я могу делать здесь все, что пожелаю.

– Но я проделала долгий путь, чтобы увидеться с вами, – запротестовала она. Проклятье! Ее голос дрожал. Она не ожидала, что он будет таким агрессивным. Она-то думала, что мужчина с аристократическими корнями будет не так строг по отношению к женщине, прибывшей издалека. Неужели она ошиблась? – Пожалуйста…

–  Пожалуйста, простите, что я вторглась в ваш дом, или, пожалуйста, не депортируйте меня с острова? – В его голосе слышалась насмешка.

–  И то и другое. – Ева, которую рассердил тон графа, каким-то чудом сумела сдержаться.

–  Неужели вы просите меня, мисс Скаванга?

–  Нет, просто взываю к лучшей стороне вашей натуры. – Говоря это, Ева приподняла бровь, словно утверждала, что она сомневается в наличии таковой.

Следовало ожидать, что нарушитель частных владений будет унижен оттого, что его поймали, будет молить о прощении или даже прольет крокодиловы слезы, однако на лице Евы читалась решимость. Вроде бы от встречи с ним зависит многое, а она продолжает держаться вызывающе. «Могла бы вести себя и поскромнее… Могла бы, если бы была другой», – с кривой усмешкой заключил Роман. Скромность не в ее характере. И в этом заключается ее очарование.

– Вы весьма высокого о себе мнения, мисс Скаванга, – заметил он.

Впервые за время их беседы она опустила глаза. Это натолкнуло Романа на мысль, что внешняя бравада – это напускное, а внутри Ева Скаванга далеко не уверена в себе.

Ева смущенно переступила с ноги на ногу. В своем мире она чувствовала себя уверенно, так как люди знали ее и понимали, чего от нее можно ожидать. Она всегда старалась быть вежливой. Просто характер у нее напористый. По крайней мере, так она предпочитала считать.

Подумав об этом, Ева немедленно почувствовала себя виноватой, так как вспомнила о споре со своей сестрой. Выходит, она была не так уж вежлива, как предполагала, а иногда могла быть даже грубой. Но граф пока ее не выгнал, а это шанс заставить его выслушать все, что она собирается ему сказать. Добыча алмазов на руднике Скаванги любой ценой – неправильный подход. Однако выражение лица Романа предполагало, что ей надо бы вести себя поучтивее, если она хочет, чтобы беседа состоялась.

–  Я приношу свои извинения, – через силу выговорила Ева. – Думаю, мы плохо начали.

–  Вы начали, – поправил ее Роман.

Глава 3

«Этому мужчине нравится меня унижать», – подумала Ева. Она напряглась и рассердилась, стоя возле восхитительного бассейна графа. Может быть, она и получила урок, поняв, куда заводит безрассудство, но отступать не собиралась.

–  Если бы вы не ускорили темп работ на руднике, меня бы здесь не было.

–  Значит, так, по-вашему, следует исправлять ситуацию? Думаю, вам лучше последовать за мной в дом. Я решу, что делать, когда вы примете душ и переоденетесь.

Признаться честно, Ева не ожидала, что он пригласит ее в дом.

–  Спасибо, – смущенно пробормотала она.

– Не благодарите меня, мисс Скаванга. Вы просто досадное недоразумение, страдать из-за которого я не намерен. Когда я выдворю вас со своей территории, вам будет страшно появиться на расстоянии пушечного выстрела от острова. Это понятно?

Граф повернулся и зашагал к дому. В душе Евы вспыхнул гнев. Ей пришлось прикусить язык, чтобы не сказать что-нибудь такое, о чем она впоследствии, без сомнения, пожалеет. Если бы работы на руднике не вызывали у нее тревогу… Если бы добыча алмазов не зависела от этого человека…

–  Так вы поняли? – спросил он, оборачиваясь.

–  Да. – Ева скрипнула зубами.

–  И пока вы будете гостить в моем доме, воздержитесь от хлопанья дверьми. Я ясно выразился, мисс Скаванга?

–  Яснее не бывает.

Ева вспомнила, как на свадьбе Бритт ее тело так же отреагировало на присутствие Романа, как и сейчас. Тогда она была настолько поражена этой реакцией, что захлопнула дверь прямо у него перед носом. На свадьбе Бритт Ева чувствовала себя женственной, но это длилось только пять минут, пока граф все не испортил. Из сказочной подружки невесты она превратилась в замухрышку.

– Пожалуйста, пройдите со мной в дом, мисс Скаванга.

Она могла быть крутой дома, потому что там ее знали, да и она знала местных жителей, но граф не проявил к ней никакого интереса как к женщине. Она должна быть довольна. Нет. Она должна испытывать облегчение. Однако то, что ее отвергли, вызывало у Евы неприятное чувство.

Ну что ж, если граф намерен оставаться в рамках бизнеса, будет деловой и она. Поравнявшись с ним у двери, Ева протянула ему руку:

– Ева Скаванга.

Роман проигнорировал этот жест.

Проглотив гордость, Ева попыталась снова:

–  Я не ожидала, что мы…

–  Встретимся вот так? – перебил ее Роман. Его враждебность ощущалась почти физически. – Действительно, кто мог ожидать?

Враждебность – слишком мягкое слово, чтобы описать поведение графа. Да, она нарушила границу его земельных владений, но ведь она извинилась. Да, она искупалась в его бассейне, но ведь и за это она принесла извинения. Так какая же муха его укусила? Почему он так враждебно настроен по отношению к ней?

От графа исходила властность. От него также веяло сексуальностью. Ева должна была признаться, что она находит эту комбинацию завораживающей. Впрочем, и опасной тоже, иначе по ее спине не бегали бы мурашки. Но по крайней мере, она чего-то добилась. Хотя бы встречи.

–  По крайней мере, мы стоим лицом к лицу, – заметила она, когда граф открыл дверь.

–  Это кажется вам смешным, мисс Скаванга?

–  Я просто констатирую факт.

–  Вот вам другой факт. Вашему вторжению здесь не рады, поэтому как только…

–  Как только мы поговорим, я уеду, – поторопилась сказать Ева.

–  Уедете куда? – спросил Роман, отступая в сторону и предлагая ей пройти. – Вы об этом не подумали, правда? Вы бросились на встречу со мной, не подумав ни о чем, потому что на руднике не сумели заставить выслушать вас.

– Вы вините меня за то, что отказались со мной увидеться? Я вынуждена была приехать сюда! Вам, может быть, все равно, что случится со Скавангой или с живущими там людьми, но мне-то не все равно. Да и для вас это тоже имеет значение, поскольку ваши деньги…

–  Поскольку я вложил деньги в город и в рудник, тем самым сохранив работу людям, хотите вы сказать?

–  Вы просто выдоите нас, как корову, и оставите ни с чем, – с горечью сказала Ева.

–  Не понимаю, о чем вы говорите, мисс Скаванга. Так вы заходите или как?

Не стоило его злить. Как она могла забыть об этом?

Роман провел нарушительницу спокойствия в просторную оранжерею. Он был не в восторге оттого, что ему приходится принимать нежеланных визитеров на своем острове, тем более женщин, создающих проблемы, да еще выдвигающих требования!

– Я не требую ничего особенного, – бросила ему в спину Ева. – Меня просто беспокоит скорость проводимых вами работ.

Роман замер как вкопанный:

– У вас есть альтернативное предложение, мисс Скаванга?

Она чуть не врезалась в него.

– Может быть. – Щеки Евы покраснели, когда она осознала, что почти прикоснулась к Роману. – У меня нет инженерного образования, как у вас, – признала она, поражая его тем, с какой быстротой пришла в себя. Он был также удивлен, что Ева искала информацию о нем – скорее всего, в Интернете. – У меня также нет других навыков, – добавила она, – зато я отлично знаю эти места.

«И еще у нее хорошая специальность, – вспомнил Роман. – Интересно, почему она не работает по профилю?»

– Позвольте заверить вас, мисс Скаванга, что самые лучшие умы собрались, чтобы сделать это предприятие успешным.

– Может быть, и самые лучшие умы, – согласилась Ева, чувствуя, как в ней закипает кровь, – но в руководстве нет никого из местных, так что вы можете принять неверное решение.

– Как насчет вашей сестры?

– Бритт – фигура номинальная.

Роман взглянул на нее.

–  Похоже, вы совсем не знаете свою сестру, – протянул он.

–  Я знаю достаточно, – возразила Ева, но в глазах ее мелькнула растерянность.

–  Ваша сестра – отличный предприниматель. Она решительна и обладает ясным мышлением. Она руководит вашим семейным бизнесом в отсутствие ваших родителей и брата, а сейчас консорциум доверил ей управление рудником.

–  Мне все это известно.

Роман знал, что Ева потеряла свою мать, которая могла бы благотворно подействовать на нее в переходном возрасте. Журналисты писали, что Ева находит счастье в борьбе, а не в постели.

Бритт работала на консорциум, тогда как Ева выступала решительно против этого. Ева не хотела, чтобы все менялось. Она ясно дала понять, что видит будущее Скаванги в туризме, но для этого требовалось сохранить уникальную арктическую природу, а не заниматься разработкой месторождения, что могло навредить ландшафту. Роман же считал, что можно сочетать оба подхода.

– Ваша сестра гораздо ценнее для нашего проекта, чем вы думаете. Возможно, вам следует поговорить с ней, – сказал он.

В эту минуту Ева выглядела совершенно несчастной. Роман нашел ее ахиллесову пяту. Она переживала за свою семью и рудник гораздо сильнее, чем за себя.

У Евы голова шла кругом как от шока при встрече с графом, так и оттого, что он пригласил ее в свой сказочный дом. Они вышли из оранжереи и оказались в просторном холле с витой мраморной лестницей, под которой стояло огромное фортепиано.

Еве стало не по себе, когда она вспомнила, что на ней мокрое белье, поверх которого накинуто полотенце. Конечно, она предпочла бы встретиться с графом, будучи одетой иначе, но тут уж ничего нельзя было поделать. К тому же Роман упомянул о том, что ей стоит поговорить с сестрой. Ева знала, чего добилась Бритт на руднике, и не могла не восхищаться ею. Почему всегда так получается? Почему она не может контролировать свой язык? Ради рудника надо постараться исправить положение.

– Все, о чем я прошу, – это возможность поговорить с вами, а затем я уеду.

В его глазах забрезжила искорка юмора.

–  Вы даете мне слово?

–  Да, – кивнула Ева. – Чем раньше состоится разговор, тем лучше, – добавила она, чувствуя себя не совсем уверенно из-за его насмешливого взгляда.

– А что мне до этого с вами делать?

–  Выслушать меня? – предложила Ева, прежде чем сумела остановить себя.

–  Я устанавливаю здесь правила, мисс Скаванга, – сухо сказал Роман. – Я говорю, вы слушаете.

Ленивый взгляд графа прошелся по ее телу, и она вспыхнула. Как ни сильна была ее антипатия к нему, тело Евы словно жило собственной жизнью.

–  А сейчас, какое бы удовольствие ни доставлял мне разговор с вами, мне нужно вернуться на свадьбу. Прошу меня извинить, мисс Скаванга. – Роман подошел к лестнице.

–  Не волнуйтесь. Я все еще буду здесь, когда вы вернетесь, – бросила она ему вслед.

–  В самом деле?

Ева зачарованно наблюдала, как он провел длинными загорелыми пальцами по густым черным волосам. Граф был необыкновенно мужествен. Великолепные манеры контрастировали с его почти варварской внешностью. Дизайнерская одежда не могла скрыть широкие плечи Романа и сильную грудь. Он был рожден для битвы, и очень трудно было представить его в каком-нибудь аристократическом салоне.

– Закончили меня рассматривать, мисс Скаванга? – поинтересовался граф Квисвада.

Ева смутилась. Она не осознавала, насколько откровенно его разглядывает. Улыбка вернулась на его насмешливые губы. В горле Евы пересохло. Она привыкла к откровенным чувствам, к белому и черному, и подобный обмен любезностями был для нее в диковинку.

– Пожалуйста, не позволяйте мне вас задерживать, – торопливо проговорила она. – Я с радостью останусь здесь…

–  В холле? – Роман огляделся. Сардоническая усмешка скривила его пухлые чувственные губы. – Впрочем, я не возражаю. Но если вы надеетесь, что я оставлю вас в своем доме без присмотра, то вы ошибаетесь. Вы пойдете со мной.

–  Что? – ошеломленно переспросила Ева. Ее охватил шок от перспективы провести вечер с графом.

–  Вы последний человек, которого я оставил бы в своем доме. Ваша репутация опережает вас, мисс Скаванга. Откуда мне знать, что вы не поменяете замки, пока я буду отсутствовать?

«Насмешничайте сколько хотите, – подумала Ева, – но я нахожусь здесь и не собираюсь никуда идти». Но… если подумать… Отправившись с графом, она сможет найти для себя ночлег.

–  Хорошо, – нехотя согласилась она. – Я присоединюсь к вам в деревне.

–  Я не позволю вам испортить праздник, – заявил Роман. – Вы находитесь в моих владениях, а это означает, что я несу за вас ответственность. И я не допущу, чтобы вы явились в деревню сама по себе. Вы будете рядом со мной, чтобы я мог наблюдать за вами. На свадьбу мы пойдем вместе.

–  На свадьбу? – Ева рассмеялась. – Это невозможно. Мне нечего надеть.

–  Придется вам импровизировать. Я не оставлю вас в особняке одну, и это окончательное решение. Я намереваюсь уйти через полчаса. Вы должны быть готовы к этому времени.

–  Если бы я смогла найти место, где можно переночевать, вы, конечно, были бы счастливы?

– Желаю вам успехов, но все возможные места заняты в связи со свадьбой, а так как у меня нет намерения выпускать вас из поля зрения, вам придется провести ночь здесь.

–  Вместе с вами?

–  Ну, я не собираюсь покидать остров в ближайшее время. Однако вы можете вернуться домой. – Граф взглянул на часы. – Если поторопитесь, то успеете на последний паром.

–  Вы представляете, как мне сложно было добраться сюда? Но я должна высказать вам то, что меня тревожит. Неужели вы действительно считаете, что я могу уехать, не сделав то, ради чего задумала эту поездку?

Роман взглянул на нее:

–  Может, все-таки подумаете?

–  Ни за что.

– В таком случае, – с насмешливой учтивостью произнес он, – мой дом – ваш дом на ближайшие двадцать четыре часа, мисс Скаванга. Но не особенно увлекайтесь. – Тон его стал жестким. – Вы уедете, когда я вам это разрешу. А сейчас поторопитесь, мисс. Я никогда не опаздываю.

Ева вздрогнула. Она не привыкла, чтобы с ней так разговаривали. В Скаванге она справлялась с самыми разными ситуациями и не имела привычки выслушивать чьи-либо инструкции. Граф смотрел на нее в упор. В его взгляде по-прежнему угадывалась насмешка.

–  Роман Квисвада, – сказал он.

–  Прошу прощения? – не поняла Ева.

–  Я представился вам, – объяснил граф. – Так как вы останетесь в моем доме, я думаю, мы должны быть, по крайней мере, вежливыми по отношению друг к другу. – Он взял ее за руку.

Рукопожатие продлилось несколько секунд, но реакция после этого сохранилась надолго.

– Зовите меня Роман, – глядя на Еву сверху вниз, добавил он.

Как императора? Завоевателя?

Однако взгляд графа советовал не шутить по этому поводу.

Одно было несомненно: Роман Квисвада любит командовать людьми. Куда бы он ни пошел, все следуют за ним. Когда он говорит, другие слушают. Волк не думает о том, что наступает на муравья – примерно так граф относится к ней.

Неужели эти черные глаза снова смеются над ней? Несносный человек!

Но телу Евы, казалось, было на это наплевать, оно жило собственной жизнью. Что бы Роман ни сказал, ее тело продолжало желать его.

– Рада, что наконец-то заинтересовала вас, – холодно заметила она, проверяя, на месте ли полотенце.

– О, вы меня заинтересовали, мисс Скаванга, – небрежно отозвался граф, поднимаясь по ступеням. – Хотя может наступить день, когда вы об этом пожалеете.

– Вы угрожаете мне? – Голос ее звучал слабее, чем она надеялась.

– Просто даю вам понять, что я глаз с вас не спущу.

Пульс Евы зачастил при этой мысли, хотя рассудок предупредил ее, что все это может плохо закончиться.

– Ну что ж, предупрежден – значит, вооружен, – пожала она плечами. – Тратьте ваше время, наблюдая за мной, если желаете.

– Я так и сделаю, мисс Скаванга, не сомневайтесь, – подхватил граф. – А теперь примите душ и переоденьтесь. Встретимся в холле.

Еву передернуло от его издевательского тона. Но что она наденет? Джинсы и блузку? Она не предполагала, что ей придется идти на свадьбу, когда покидала Скавангу, а оскорблять жениха и невесту Еве не хотелось.

– Я лучше подожду вас рядом с деревней, – предложила она.

– Я в этом нисколько не сомневаюсь. Но этому не бывать, Ева. Мы пойдем в деревню вместе.

– А люди не будут задавать вопросы?

– А если будут?

– Не проще ли уделить мне несколько минут и поговорить со мной, прежде чем вы отправитесь на свадьбу? – спросила она, стараясь не вдыхать пряный горьковатый запах, исходящий от графа.

– Я не ищу легких путей.

– Ну, если свадьба для вас так важна…

– Довольно! – негромко, но внушительно произнес Роман. – Может, рассмотрим наши с вами мотивы пребывания здесь, мисс Я-всегда-права? Я приехал на остров, чтобы присутствовать на свадьбе своего кузена. А с чем сюда пожаловали вы?

Глава 4

Граф физически подавлял Еву. Он надвигался на нее, пока расстояние между ними не сократилось до нескольких дюймов. Ева постаралась не отшатнуться и не отступить назад. Если она это сделает, то свалится с лестницы.

– Вы знаете, почему я приехала.

– В самом деле? – хищно улыбнулся Роман.

– Вы должны это знать, – настойчиво сказала Ева.

– В самом деле? – повторил он.

Граф обладает большим, чем у нее, жизненным опытом, и у нее нет ни единого шанса. К тому же он, судя по всему, уверен, что существует иная причина ее визита, нежели тревога за рудник. Разве не так?

– Что, нечего возразить? – вкрадчиво поинтересовался Роман.

В глазах его появился непонятный блеск, и почему-то Ева почувствовала себя неловко.

Она могла бы многое сказать, но делиться с графом не собиралась. Она не привыкла, чтобы ее заставляли оправдываться. Как не привыкла она и к мужчине, который смотрел на нее так, словно знал все ее потаенные мысли.

–  Единственная причина, по которой я здесь нахожусь, это моя земля, – отчетливо произнесла она. – Я думала, это очевидно.

–  Для вас? Возможно, – все с той же тревожащей ее проницательностью заметил граф. – Идем, Ева?

Она хотела было пройти мимо него, однако сильная рука остановила ее.

– Ведь вы провели исследование рудника, верно? – спросил Роман.

Его взгляд рождал в ее душе непривычные эмоции.

–  Да, конечно. Более того, я выросла, зная об этом все.

– Все меняется со временем. – Роман несколько отодвинулся, увеличивая расстояние между ними, но тем не менее этого было недостаточно, и Ева остро ощущала его присутствие. – Железная руда и минералы закончились. Без алмазов рудник ничего не стоит.

–  Бритт сказала, что минералы близки к тому, чтобы закончиться. Она не говорила, что добывать больше нечего.

–  Это лишь вопрос времени.

Ева помотала головой – не только для того, чтобы выразить несогласие, но чтобы разорвать будоражащий ее душу зрительный контакт.

–  Залежи иссякают уже давно.

– В этот раз дело действительно идет к концу. – Роман сделал шаг вперед, и Еве пришлось задрать голову, чтобы взглянуть на него. – Рудник продолжал приносить прибыль так долго только благодаря стараниям Бритт. Она скрывала от вас с сестрой истинное положение вещей, не желая вас тревожить. Но нельзя вечно закрывать глаза на проблему. Вы со мной согласны, Ева?

О, как же он хорош!

–  Сейчас у Бритт нет выбора, – запальчиво возразила Ева. – Она должна поддерживать политику консорциума.

–  Ваша сестра полностью согласна с тем, что мы делаем. Возможно, вам стоило поговорить с ней на эту тему до того, как вы покинули Скавангу.

Вместо этого она поспорила с Бритт. Еву снова охватило чувство вины, и она прикусила язык, не позволяя вырваться гневным словам.

–  Неужели ради алмазов стоит разрушать уникальный полярный пейзаж? Ради каких-то драгоценностей.

–  Вам предстоит многое узнать об алмазах, Ева.

Но Еву Скавангу было сложно переубедить.

– Должен существовать другой способ сохранить рудник.

–  Когда найдете его, дайте мне знать, – предложил Роман. – А пока можете воспользоваться одной из гостевых комнат.

–  Но мы еще не закончили наш разговор, – запротестовала Ева.

–  Я закончил, – лаконично ответил он.

Трудно изображать из себя леди, стоя в мокром белье, с которого стекает на пол вода, и завернувшись в полотенце.

– У вас двадцать минут, Ева. Затем я ухожу, – предупредил граф.

Ева, решив быть вежливой, ответила:

–  Постараюсь вас не задержать.

–  Уж постарайтесь. Я не намерен ждать.

Она остановилась.

–  Особняк огромен. Где гостевая комната? Куда мне идти?

–  Когда подниметесь по лестнице, поверните налево и откройте последнюю дверь справа. Вы не пропустите ее. На двери ручка в форме львиной головы. Поспешите, Ева. У меня в распоряжении не весь день.

–  Благодарю вас, Роман.

Ее попытка проявить кротость заслужила скептический взгляд. Так, понятно, ручка в форме головы льва. А ручка на его двери – без сомнения, сжатый кулак.

Поднимаясь по лестнице, Ева чувствовала на себе взгляд графа. Роман был так уверен в себе, так мужествен, что рядом с ним она ощущала себя молодой и неопытной. У нее складывалось впечатление, что все ее прежние неудачи с мужчинами были для него словно открытая книга. Должно быть, про себя он над ней смеется. Ева привыкла к тому, что если она что-нибудь делает, то делает это хорошо, однако ее сексуальные познания были слишком скудными.

– Не тревожьтесь так, Ева, – сказал Роман, вдруг оказавшись перед ней. Ева резко выдохнула, обнаружив, что чуть не налетела на него. – Со мной вы в полной безопасности.

В его хрипловатом голосе отчетливо слышались веселые нотки. Значит, он чувствует, что она смущена, и издевается над ней.

Ну что ж, она не может ему это запретить. Ева, не останавливаясь, пожала плечами:

– Не понимаю, почему вы решили, что я тревожусь. Вовсе нет. Я в состоянии с собой справиться.

– Я так и понял, – сухо обронил он.

Еве не понравилось, что она столь страстно отреагировала на его, казалось бы, простое замечание. Крошечные волоски на ее шее встали дыбом, а сердце учащенно забилось. От Романа волнами исходила властность, и это подавляло Еву. Ее сестер позабавило бы, если бы им стало известно, в каких смешанных чувствах она пребывает. Что же особенного в этом мужчине? Отчего ее сердце начинает колотиться как бешеное? Почему ее тело, словно само собой, льнет к графу Квисваде? Роман не принадлежит к типу мужчин, которые нравятся ей. К тому же он высокомерен и обладает диктаторскими замашками. И все-таки он – самый красивый мужчина из тех, кто встречался на ее пути.

Граф не проявил к ней никакого интереса как к женщине, что явилось облегчением. Безусловным облегчением. Но это ненормально. Он мог, по крайней мере, изобразить интерес. Это был бы знак вежливости. Разве аристократам не положено быть галантными? Разве их этому не обучают строгие няни?

– Я сказал, чтобы вы повернули налево, – напомнил граф.

«У меня отличная память», – огрызнулась про себя Ева. Она молча шла дальше, давая себе клятву не слишком зацикливаться мыслями на Романе Квисваде.

Ей страстно хотелось как можно скорее оказаться за дверью гостевой комнаты. Подальше от нелюбезного хозяина. Еве было необходимо успокоиться и остыть. Граф куда-то исчез. Вот и хорошо. Прекрасно! Довольно наблюдать графа Квисваду и сардоническое выражение его лица. Сегодня ей еще предстоит пережить свадьбу. Придется прикусить язык.

Роман застонал от удовольствия, стоя под ледяным душем. Его разгоряченной коже холодная вода была необходима, как успокаивающий бальзам. Все чувства мужчины были обострены благодаря Еве. Она не только бесила его, но и привлекала к себе, что было тревожным знаком. Между ними, как стена, стоял нерешенный спор. Роман не забыл свое первое впечатление при встрече с Евой на свадьбе ее сестры. Он решил, что она соткана из энергии и огня. Его мнение осталось неизменным, однако при близком знакомстве Ева оказалась гораздо более сложной натурой, чем он думал. Она была вдумчивой, страстной и решительной. А Роман всегда любил вызов. Надо приручить Еву Скавангу, иначе она продолжит мучить его.

Выключив душ, Роман взял полотенце, вытерся и позвонил одному из своих помощников в Скаванге. Ему нужно было узнать о ней как можно больше.

– Марк? Мне требуется информация. Да. Ева Скаванга. Она здесь. Что ты хочешь сказать? Ты знал? Почему ты мне не сообщил?

Роман несколько секунд выслушивал сбивчивые объяснения. Он быстро понял, что молодой человек оказался во власти чар Евы.

– Отлично, теперь мы оба знаем, – нетерпеливо оборвал он своего помощника. – Конечно, с ней все в порядке. И это подводит меня к следующему вопросу. Ты, похоже, восхищаешься этой женщиной. Почему? Лично мне она кажется постоянным источником проблем.

– Не списывай ее со счетов, – сказал Марк. – Ева – горячая голова. Ей нравится считать, что у нее мужской характер, но сердце у Евы золотое и даже, может быть, слишком доверчивое.

– Я так не считаю.

Марк его словно не слышал.

– Она верит, что экотуризм спасет Скавангу. Ева в ужасе от того, что наш проект может нанести вред городу. Она опасается, что Скаванга будет завалена отходами.

Роману это было известно.

Его молодой помощник продолжал восхищенно отзываться о Еве.

– Ты не объяснил ей, что наши методы сводят к минимуму разрушения и что они будут обратимыми? – поинтересовался Роман.

Марк рассмеялся, представив себе женщину, которая, кажется, заинтересовала их обоих.

– А ты пытался поговорить с Евой разумно? – ответил он вопросом на вопрос.

– Понятно, – с кривой усмешкой протянул Роман. – Скажи-ка, у нее есть отношения с кем-нибудь?

В трубке воцарилась тишина.

–  Она ни с кем не встречается, – наконец сказал Марк сдавленным голосом, словно в горле у него пересохло.

–  Почему? Она привлекательная женщина.

–  Мужчины скорее сбегут за полярный круг, чем рискнут встречаться с ней, – вздохнул его помощник.

–  У нее какие-то проблемы с мужчинами?

–  Ей не везет с ними. – Марк подбирал слова очень осторожно.

–  Объясни! – настойчиво проговорил Роман.

–  Ее старшая сестра, как ты знаешь, Бритт. Она уверена в себе и замечательная бизнесвумен. Бритт замужем. Самая младшая из сестер Скаванга – Лейла. О ней сказать что-либо определенное сложно, так как она всегда находится в тени Бритт и Евы и…

–  Мне нужна характеристика Евы, – с нажимом произнес Роман. – Меня не интересуют две других сестры. Их на острове нет. Здесь находится Ева.

–  Ева – одиночка. Возможно, когда-то в прошлом ей причинили боль.

–  Однако это не помешало ей вломиться в мой дом и искупаться в моем бассейне, – пробормотал Роман.

–  Она вломилась в твой дом?! – По голосу Марка было понятно, что он шокирован.

–  Она затерроризировала меня, – сухо сказал Роман. – Она продолжает настаивать на том, что нам обязательно нужно поговорить о ее любимой Скаванге.

–  Это похоже на Еву.

В голосе Марка послышались восхищенные нотки. Роман почувствовал раздражение.

– Довольно, Марк! – охладил он пыл своего молодого помощника. – Она – то еще шило в… Забудь, что я тебе звонил. Я разберусь с ней сам.

Последовала долгая пауза, а затем Марк спросил:

–  Она остается с тобой?

–  Не волнуйся. Ева Скаванга – не мой тип. Мы идем с ней на свадьбу, вот и все.

–  Ты берешь ее на свадьбу?

–  Я что, нанял попугая? – вздохнул Роман. – Мы идем на свадьбу, чтобы она постоянно была у меня перед глазами.

Марк немного нервно рассмеялся, и Роман понял, что тот встревожен.

– Расслабься, – посоветовал он. – У меня нет в отношении ее никаких планов…

«Сейчас. Разве что, может быть, позже», – подумал он.

–  Если бы ты позволил мне достучаться до тебя, пока Ева была в Скаванге, она, возможно, не предприняла бы эту поездку.

–  Марк, уж не тревожные ли нотки я слышу? На чьей ты стороне?

–  На твоей, конечно, – поспешил заверить его Марк, – но…

–  Я не пожелал увидеться с Евой. Я проигнорировал все ее просьбы о встрече. Ты должен был бы уже понять, что я не люблю иметь дело с эмоциональными дамочками. У Евы небольшой пакет акций и никаких привилегий. Просто она является членом семьи, чью фамилию носят рудник и город. Я обращаюсь с ней так же, как с любым другим акционером, – не хуже и не лучше.

А в личном плане?

В приручении Евы Скаванги содержался элемент привлекательности.

Роман закончил разговор, выяснив все, что он хотел знать. Ева ни с кем не встречается. Интересно. Что, если он пробудит ее страсть? Роман пожал плечами и слегка улыбнулся, отбрасывая полотенце. В том, чтобы держать ее рядом с собой, были и деловые причины. Пока Ева здесь, она не сможет ничего натворить на руднике. Если бы она не занималась организацией пикетов, а посещала встречи, на которых Роман разъяснял сущность проводимых работ, она не тревожилась бы. А сейчас она оказалась на острове, на который паром прибывает по его требованию. Он отошлет ее домой, когда сочтет нужным.

Роман облачился в чистую рубашку и брюки. Он решил было побриться, но затем забраковал эту идею. Перед его глазами стоял образ Евы в мокром нижнем белье. Он потянулся к шкафу за солнцезащитным кремом. С его стороны это был вовсе не дружеский жест. Ева жила в Арктике, а здесь солнце южное. Солнечные ожоги могли помешать планам Романа заняться с ней сексом. Проведя рукой по густым черным волосам, он посмотрел в зеркало и вдруг представил лицо Евы, с вызовом смотрящей на него. Ничто на свете не доставляло Роману такого удовольствия, как скрещение шпаг с горячей женщиной. Ева будет гостьей на свадьбе, а затем, по ее же просьбе, он полностью уделит внимание ей.

Ева нашла дверь с ручкой в форме головы льва. Слава богу! В этом доме слишком много комнат. Дверь была тяжелая. Ева положила руку на львиную голову и почувствовала, как приятно прикосновение. Интересно, что она испытает, если прикоснется к графу?

«Перестань об этом думать!» – велела себе Ева. У нее пятнадцать минут на то, чтобы принять душ, переодеться и встретиться с графом внизу. Если она успеет…

Молодая женщина открыла дверь и стала озираться, словно деревенщина в королевском замке. Комната была роскошной, функциональной и экстравагантной. Как и во всем особняке, цвета были приглушенными, однако богатство чувствовалось во всем. На стене висела огромная картина. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что это подлинник Пикассо. В последний раз, когда Ева видела эту картину, та была выставлена в галерее в Стокгольме. Рядом висела табличка: «Предоставлено неизвестным владельцем».

Неплохо, совсем неплохо. Ева покачала головой. Она была вынуждена признаться, что ей нравится роскошь окружающей обстановки. Удивительно, конечно, что такой брутальный мужчина окружил себя столь утонченной атмосферой. «Граф очень интересный человек», – подумала Ева.

Она сбросила рюкзак на пол и, ступая по роскошному мягкому и, судя по всему, отнюдь не дешевому ковру, прошла через всю комнату на балкон, с которого открывался потрясающий вид на лазурное море. Воздух был насыщен ароматом цветов, и Ева пожалела, что не может задержаться на балконе и помечтать, склонившись над каменной балюстрадой. Но время шло, а ей еще предстояло принять душ и переодеться.

В комнате было четыре двери. За первой дверью оказалась гардеробная. Апартаменты были явно предназначены для гостей, у которых было все и которые привыкли только к самому лучшему. Она точно не была таким гостем. За второй дверью Ева обнаружила зал с тренажерами. За третьей дверью скрывалась отделанная мрамором ванная комната. При виде ее у Евы буквально отвисла челюсть. В ванне и душе хватало места для двух человек. Пушистых полотенец было достаточно, чтобы завернуть в них целую армию, а напор воды был таким, что им можно было наполнить озеро. Ева вернулась в спальню и, не удержавшись, легла на огромную кровать, застеленную хрустящими белыми простынями, хранящими запах солнца. Цветное покрывало соответствовало по тону картине. Как она сможет покинуть все это великолепие?

В дверь постучали.

– Ева!

А ведь она даже не приняла душ!

–  Пять минут! – прокричала молодая женщина.

–  И не минутой больше, – откликнулся Роман.

Интересно, как он ее накажет, если она опоздает?

Нужно немедленно перестать так думать, даже в шутку! Она может быть крутой у себя в Скаванге, но здесь, в доме графа, она точно не в его команде.

Приняв душ, Ева вытерлась полотенцем и скрутила волосы в узел на затылке, закрепив его заколкой, которую она достала из рюкзака. Это была старая пластиковая вещица, но у Евы не было времени высушить волосы как следует. В дверь снова требовательно постучали. Если она не поторопится, граф, чего доброго, взломает дверь. С него станется!

Ну да, она не стилист, была вынуждена признать Ева, глядя на себя в зеркало в спальне. Как-то придется пережить тот факт, что она в таком виде идет на свадьбу, причем вместе с Романом, безусловно одетым в костюм от известного кутюрье.

– Готова! – объявила она, открывая дверь.

Роман отреагировал моментально:

–  Нет.

–  Нет?

–  Нет, – повторил он.

Ева была готова извиниться за свою одежду, но язык не поворачивался. Роман продолжал смотреть на нее, и она вспыхнула.

– Вы не можете пойти на свадьбу в таком костюме.

– Допустим, – согласилась она и попутно решила, что они могут перейти на «ты». – Что ты предлагаешь?

Как и предполагала Ева, Роман был одет безупречно. На нем были брюки с кожаным ремнем и пиджак, под которым виднелась темная рубашка. Он выглядел еще лучше, чем прежде, если такое вообще возможно. Его густые темные волосы были влажными после душа, а на лице проступила щетина. Противозаконно выглядеть так сексуально. Однако выражение его лица было неодобрительным.

– Ну? – поторопила его Ева. Роман смотрел на нее сузившимися глазами и размышлял. – Я приехала сюда не для того, чтобы оказаться на свадьбе. Я даже не хотела идти. Ты предложил это.

– Да, я, – медленно проговорил он.

– Ты стыдишься меня?

Роман потряс головой, словно приходя в себя.

– В отношении тебя у меня нет никаких чувств, – сухо заметил он. – Я просто думаю, что ты ощущала бы себя более комфортно, будь ты одета иначе, вот и все.

– Тогда решено, – сказала Ева и попыталась закрыть дверь. – Я подожду тебя здесь.

Роман рукой придержал дверь.

– Подождешь меня где? – Он был в ярости. – Ты пойдешь со мной, и пойдешь немедленно. Выбора у тебя нет, Ева. Решение уже принято.

Глава 5

– Неужели ты серьезно думаешь, что все заметят, как я одета? – спросила Ева, начиная тревожиться.

–  Конечно, все заметят.

–  Потому что я с тобой, – фыркнула она.

–  Людям будет любопытно, – кивнул, соглашаясь, Роман и пожал плечами.

Еще бы!

– Почему бы тебе не сказать, что я твоя служащая, которая неожиданно приехала на остров? – предложила она, идя за ним.

Его это предложение позабавило.

–  Никто не поверит, Ева. Меня здесь слишком хорошо знают.

–  Потому что все твои служащие выполняют то, что ты им приказываешь, я полагаю.

Роман бросил на нее взгляд, который подразумевал: да, все выполняют его приказы – за одним-единственным исключением.

–  Что, если они подумают, что я администратор музыкальной группы? – Ева глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

– Ты хочешь, чтобы люди так думали? – Он сжал губы.

– Честно говоря, мне все равно, что обо мне подумают, – заявила она.

– Зря, – сказал Роман. – Это хорошие люди, Ева. Я думаю, что тебе захочется понравиться им.

Такого ответа Ева не ожидала – это был единственный ответ, на который ей нечего было возразить. Роман явно беспокоился за нее, и это было столь неожиданно, что глаза молодой женщины вдруг на полнились слезами. Она не привыкла, чтобы другие люди, не считая сестер, проявляли подобное беспокойство. В основном все боялись выказать его из страха, что она откусит им голову. Ева почувствовала себя не в своей тарелке.

– Я просто стараюсь быть практичным, – объяснил граф. – Пытаюсь тебе помочь. Почему ты не можешь согласиться? Кстати, у нас не так много времени.

Роман взглянул на часы, и Ева поняла, что он прав. Конечно, было бы невоспитанно и грубо, если бы почетный гость опоздал на вечеринку.

– Что ты предлагаешь? – спросила она.

– Этот ремень, – сказал Роман.

– Какой ремень? – недоуменно нахмурилась Ева.

– Тот, который ты носишь с джинсами. Он очень симпатичный.

Ева была удивлена, что он заметил такую мелочь. Это был хороший ремень, тонкий, с серебряной пряжкой.

Ремень давал ему необходимую передышку, он позволял хоть какое-то время не смотреть на замечательные груди Евы, обтянутые топом. Кстати, ремень подарил Роману мысль. Да, он мог не тащить с собой Еву на свадьбу своего кузена, однако выпускать из поля зрения не желал. И в отличие от ее мнения о нем, он не привык унижать людей. Ему захотелось помочь ей.

– Куда ты? – окликнула его Ева, когда Роман повернулся и зашагал по коридору.

Он не ответил, а спустя несколько секунд принес новую белую рубашку.

–  И что мне с ней делать? – спросила Ева, когда он передал рубашку ей.

–  Вернуться в свою комнату и надеть ее.

–  Ты шутишь? – Она недоверчиво уставилась на Романа. – Она же не удержится на мне. Подозреваю, что это твоя рубашка. Ты же вдвое шире меня в плечах, Роман.

–  По меньшей мере вдвое.

–  Так что мне с ней делать? – повторила Ева.

–  Просто примерь ее для меня. Если это не сработает, мы отбросим эту идею. Ну же, Ева, давай, – продолжал убеждать ее граф. – Никогда не знаешь, что получится. Тебе может понравиться.

–  Сомневаюсь.

–  Просто сделай, Ева, иначе мы точно опоздаем. – Его тон стал приказным, и она скрылась за дверью, во второй раз в жизни захлопнув ее перед его носом.

Ева решила, что в предложении Романа кроется здравый смысл. Ей не хотелось выделяться среди гостей на вечеринке, поэтому она по крайней мере должна была попытаться сделать подобие платья из его рубашки.

Она постарается. Почему бы нет?

Рубашка не подошла.

Конечно, она и не должна была подойти. Почему она подумала, что подойдет? Придерживая ворот рубашки рукой, Ева открыла дверь.

– Какая-то проблема? – поинтересовался Роман.

– Нет, никакой проблемы, – солгала она. – Я всегда выхожу в свет в таком виде.

Он выглядел расслабленным и добродушным.

– Проблема очевидна. – Ева начала сердиться. – Рубашка не скрывает мое тело. Ты представляешь, что произойдет, если я не буду придерживать ее?

– Предпочитаю не представлять. – Уголок сексуального рта Романа дернулся вверх. – Но мне кажется, что тебе требуется помощь.

– Развлекаешься на мой счет? – прищурилась Ева.

– Ты такая чувствительная, – промурлыкал Роман. – Или в тебе говорит пробудившаяся совесть?

– В связи с чем она должна была пробудиться?

– Может, тебе не стоило приезжать сюда? – предположил он.

– Мне не стоило доверять тебе, когда ты обещал, что предоставишь мне ночлег.

– Подойди сюда, – мягко позвал ее Роман.

– Нет. – Она попятилась.

– Ева…

Голос его был мягким, как бархат. Бархат, под которым скрывалась сталь. Ева сделала еще шаг назад. Она не доверяла выражению его лица. Когда Роман положил руки ей на плечи, она едва не подпрыгнула. «Самое правильное сейчас – оставаться спокойной», – сказала она себе. Не показывать ему, как влияет на нее его прикосновение.

– Что за черт? – выругался Роман, заставляя ее приблизиться. – Где ремень, Ева?

–  Ремень? Я оставила его в джинсах. И если ты думаешь так же, как и я, то должен понять, что ремень ситуацию не спасет.

–  Возьми его и позволь мне судить самому, хорошо?

Еще одно приказание? Ева распрямила плечи и сузила глаза. Впрочем, ничего страшного, если она сделает так, как он просит. Во всяком случае, она докажет Роману, что он ошибается.

Роман застегнул на ней ремень. Он свободно лежал на ее бедрах.

– Вот так, – вполголоса проговорил он, спуская рубашку с одного плеча.

Ева постаралась стоять неподвижно, почувствовав его прикосновение, но дрожь все-таки охватила ее.

Роман сделал шаг назад, чтобы взглянуть на молодую женщину.

–  Еще один штрих, – произнес он, и Ева ахнула, когда он распустил ее волосы, позволяя им упасть ей на плечи.

–  Что ты сделал? – проворчала она, стараясь собрать волосы.

–  Превосходно. – Роман отвел ее руку. – Вот теперь ты готова.

Ева в ярости отшатнулась от него и вдруг увидела свое отражение в зеркале. Боже! Она выглядела почти женственно.

–  Совсем как у Боттичелли, – заметил он. – Не сомневаюсь, ты станешь украшением вечера.

– А я сомневаюсь, – фыркнула Ева. – И если ты подразумеваешь, что мой вид напоминает тебе «Рождение Венеры» Боттичелли, то я не голая. И я не собираюсь позировать, стоя в раковине.

– Постарайся не наступить на раковину, когда окажешься на пляже, – как ни в чем не бывало посоветовал Роман.

Он насмешничает. У-у, наглые глаза! И сказочные зубы… И потрясающая, сексуальная улыбка, вынуждена была признать Ева.

–  Ты готова? – спросил он.

–  Если ты так считаешь, – неохотно ответила она, каким-то образом сумев отвести от него взгляд.

Ева проигнорировала предложение Романа взять ее под локоток и прошла мимо него.

–  Спасибо, что помог мне нарядиться со вкусом, – пропела она. – Найти хорошего стилиста в наши дни почти невозможно.

–  Не переусердствуй, – предупредил ее Роман. Голос его прозвучал неожиданно близко. По спине Евы пробежала дрожь. – Ты выглядишь потрясающе, – добавил он, поравнявшись с ней.

–  Спасибо, – натянуто поблагодарила она.

Голос Евы не соответствовал ее самочувствию, а чувствовала она себя ох как неуверенно. Поэтому Ева постаралась отстать от Романа – ведь от него исходила уверенность в себе. К тому же ей безумно хотелось еще разок взглянуть на него. Он двигался с грацией атлета. С его густых темных волос все еще стекала вода, а…

– Прибавь шагу, Ева, – вторгся в ее мысли голос графа. – Я не хочу опоздать.

Идя следом за ним, Ева скорчила гримасу. Неожиданно Роман обернулся и перехватил ее взгляд. Одна темная бровь поползла вверх. Ева была вынуждена признать: еще никогда ей не встречался мужчина, подобный Роману Квисваде.

Он распахнул входную дверь и отступил.

– Что, готова к вечеринке? – насмешливо поинтересовался Роман.

Ева кивнула и высоко подняла голову. Да, она готова.

К тому времени, когда они прибыли на берег, гости уже собрались. Романа приветствовали так, словно он был по меньшей мере особой королевской крови. Для него в этом, судя по всему, не было ничего необычного, однако для Евы все стало внове, особенно комплименты, которые отпускали ей мужчины. Уже не в первый раз после приземления в Италии Ева радовалась тому, что знает итальянский язык. Было бы не так весело, не понимай она того, о чем говорят люди.

– Я чувствую себя Золушкой на балу, – призналась она.

Лицо ее пылало от бесконечных знаков внимания, которые оказывали ей мужчины.

На Романа это, казалось, не произвело никакого впечатления.

–  Мои друзья находят тебя интригующей, – небрежно бросил он.

–  Потому что они прежде меня не видели? – предположила Ева. – Или их интересует, каким образом я оказалась рядом с тобой?

–  Ни то ни другое. Ты привлекательна, а моим друзьям нравятся привлекательные женщины.

Она привлекательная женщина? Друзья Романа считают ее привлекательной? Для Евы это стало новостью. Впервые мужчина назвал ее привлекательной. Она привыкла слышать другие эпитеты в свой адрес. Упрямая. Решительная. Вздорная. Но никто не считал ее привлекательной. Это было впервые, и это было волнующее чувство. Ей захотелось улыбнуться.

–  Тебя что-то забавляет? – резко спросил Роман и нахмурился.

–  Нет. – Ева помотала головой.

Она во все глаза смотрела на графа. Ей показалось или он действительно ревнует? В это невозможно было поверить. Мужчины избегали ее в Скаванге, тогда как тут, на Средиземноморском побережье, они вились вокруг Евы. И надо признаться, молодой женщине это нравилось, тем более что она знала: ей ничто не грозит ни от друзей Романа, ни от него самого.

Роман говорил с гостями, которые то и дело кидали на нее любопытные взгляды. Ева поигрывала своим симпатичным ремнем и вспоминала свою мать. Утта Скаванга никогда не скрывала своих сомнений относительно Евы. Она боялась, что ее дочь так и не станет женственной. И чем больше она старалась сделать из Евы симпатичную девушку, тем яростнее та сопротивлялась. Ева чувствовала, что уступает своим красивым сестрам, и решила стать сорвиголовой. Сорвиголовой она была и сейчас.

Впрочем, тут следовало внести поправку: сорвиголовой она была до сегодняшнего дня. Благодаря Роману Ева ощутила себя чуть ли не красавицей.

–  Твои друзья – приятные люди, – сказала она, когда Роман повернулся к ней.

– Приятные? – протянул он, неодобрительно взирая на то, как кое-кто из мужчин продолжает разглядывать Еву. – Они те еще негодяи, все до единого.

Ева спрятала улыбку. Кажется, Роман действительно не безразличен по отношению к ней…

Впрочем, что-то она размечталась. Роман пылкий средиземноморский мужчина, которого интересует каждая юбка. Но все-таки приятно завладеть его вниманием, пусть даже на один вечер. Для нее это было внове, а поведение Романа совсем не походило на повадки жителей Скаванги. К тому же ее опыт общения с противоположным полом сводился к игре в дартс и к бильярду.

–  Тебе не надо быть такой дружелюбной со всеми, – неожиданно произнес Роман.

–  Почему? – пожала плечами Ева, втайне надеясь услышать какой-нибудь комплимент. – Разве тебе не все равно?

–  Мне все равно.

–  Тебе почти удалось обмануть меня.

–  Ты мило выглядишь в этой одежде. Чертовски мило.

–  Да ладно, скажешь тоже. – Она была уверена, что Роман насмехается над ней, и была готова отбить удар.

–  Если не веришь мне, взгляни на себя, – предложил он, поворачивая ее к бару.

Позади барной стойки было закреплено большое зеркало, и, вглядываясь в него между бутылками и снующими туда-сюда барменами, Ева с трудом узнала себя. У особы в зеркале были розовые щечки, сияющие глаза и водопад медных волос. Эта стройная особа стояла рядом с мужчиной, который выглядел как ожившая мечта любой женщины. Но вместо того чтобы испытать приятное возбуждение или почувствовать себя польщенной, она ощутила, как в животе у нее все перевернулось от опасения. Старая Ева вернулась, готовая защищать себя от боли, вместо того чтобы рассыпаться в благодарностях за комплимент.

– Если бы у меня было с собой какое-нибудь платье, я все равно выбрала бы эту одежду, – неожиданно заявила она. Губы Романа изогнулись. – Ты смеешься надо мной? Я сказала что-то смешное?

Ева почувствовала себя смущенной. Она не могла соперничать с другими девушками, сделавшими стильные прически и надевшими дорогие дизайнерские платья. Следовало бы раньше догадаться, что Роман будет над ней насмехаться. Возможно, это была единственная причина, по которой он пригласил ее на вечеринку. Возможно, таким образом он наказывает ее за то, что она призывала к саботажу на руднике, и за то, что она объявилась на его острове без приглашения.

– Куда это ты собралась?

Роман схватил ее за руку, когда Ева в гневе устремилась прочь.

–  Я возвращаюсь в особняк.

–  О нет, пока еще нет. Ты останешься здесь, со мной. Не думаешь же ты, что я позволю тебе отправиться в мой дом, когда там никого нет?

–  В один из твоих домов, – уточнила Ева.

–  Не цепляйся к деталям, – посоветовал Роман, ноздри его затрепетали, он привлек Еву к себе.

В глазах Романа пылало темное пламя. От него исходила властность. Ева подавила желание бежать от него со всех ног. Вздернув подбородок, она встретилась с ним взглядом:

– Я останусь на вечернике.

И она останется на его острове, пока они не поговорят. Вот тогда и посмотрим, каково его истинное мнение о ней.

– Вот и прекрасно, – холодно бросил Роман.

Ева расслабилась и перестала бороться с ним.

Он отпустил ее.

Ева не могла не заметить, насколько популярен Роман. Она была поражена, увидев, как некоторые пожилые люди целуют ему руку. Роман говорил с ними, как со старыми друзьями. В этой деревне тепло встречали родственников. То, чего ей недоставало. Причем по ее вине. Ева изводила родных своими выходками. Она предпочла им дикую природу и жизнь на воле. Ничто и никто не мог заполнить пустоту в ее душе после потери родителей. Это было под силу только суровому арктическому пейзажу. И лишь сегодня Ева начала понимать, как недостойно она вела себя по отношению к сестрам. Когда она в последний раз думала о том, какое это счастье – иметь семью? Когда она извинялась после ссор?

– Физически ты здесь, а мыслями – одному Богу известно где, – проницательно заметил Роман. – Вроде бы совсем недавно ты радовалась празднику, а сейчас снова посерьезнела. – Он устремил на нее темный взгляд.

– Я отлично провожу время, – успокоила его Ева, – хотя я не понимаю, почему вокруг тебя такая суматоха.

– Мои лучшие качества скрыты так глубоко, что ты не можешь заметить их и видишь лишь неприглядные черты моего характера, – с насмешкой произнес он.

Ева распахнула глаза:

– Ты хочешь сказать, в тебе есть хорошие качества? Но я хочу знать, почему кое-кто из стариков целует твою руку?

–  Ты предпочла бы, чтобы они плевали мне в лицо?

–  Нет, конечно, – не очень убедительно соврала Ева. – Но мне любопытно.

Взгляд Романа сказал ей, что он не собирается посвящать ее в какие-либо детали.

Глава 6

Роман видел, как смотрят на него пожилые жительницы деревни. Он знал: они ждут не дождутся, когда он представит всем свою невесту. Они по-прежнему считают его наследником Дона, который навсегда останется для них лидером. Роман не был законнорожденным сыном, а бизнес, который унаследовал его кузен, был абсолютно законным, но старшее поколение деревни все еще ждало, когда он подарит им наследника. Роман постоянно заботился о них, намеревался их защищать и в дальнейшем. Однако сельчан ждет разочарование: то, что он появился с привлекательной незнакомкой, ничего не означает.

Была определенная ирония в том, что раньше Роман отказывался от связи с этими людьми, веря, что он никогда не станет частью их общества, а сейчас он чувствовал себя их центром. Но нельзя забывать, что в четырнадцать лет он пережил потрясение, не зная, кто он и к какому миру принадлежит.

–  Роман…

–  Извини, Ева, – виновато произнес он. – Я отвлекся на минуту.

– О, пожалуйста, я не буду тебе мешать, – саркастично проговорила Ева. – Я тоже вполне довольна тем, что хмурюсь и смотрю в пространство перед собой.

–  Почему бы мне не познакомить тебя с кем-нибудь? – предложил он.

–  Хочешь сбыть меня с рук? – ехидно поинтересовалась она.

–  О нет. Я буду поблизости и собираюсь наблюдать за тобой.

–  Замечательно, – нахмурилась Ева.

Для Романа это было внове. Он привык к женщинам, которые твердо знали, чего хотят, и которые преследовали свои цели. Они были безразличны к его эмоциям, и до настоящего момента Романа это устраивало. Ему было довольно того, что они выказывали интерес к его телу и к его банковскому счету, однако Ева, вынужден был признать он, не вписывалась в эти рамки. В нем даже взыграл собственнический инстинкт и инстинкт защитника, когда некоторые из его пьяных друзей подошли к Еве ближе, чем, по его мнению, допустимо.

Язык тела Евы говорил ему одно, в то время как ее тревожные глаза – другое. Она выглядела потрясающе, но молодую женщину словно не волновали восхищенные взгляды, которыми ее одаривали гости. Не один мужчина, как заметил Роман, был готов переспать с ней, но все они смирились с тем, что ее мужчиной на свадьбе был он.

Он не чувствовал ничего подобного тому, что испытывал сейчас, – начиная с юности, когда Роман поклялся, что чувства не будут играть в его жизни никакой роли. Забота о ком-то – это напрасная трата энергии. Так решил он в четырнадцать лет. К тому же чувства ранят. Забыв любовь и заботу, которую ему дарили приемные родители, он предал их самым неприглядным образом. И за что?

–  Ты опять это делаешь, – объявила Ева, возвращая его в реальность. – Только в этот раз я, наверное, должна радоваться, что у тебя под рукой нет оружия.

–  Что ты хочешь этим сказать? – спросил Роман, уже зная ответ.

Он повел плечами, избавляясь от плохого настроения.

–  Нам надо получать удовольствие от вечеринки, пока мы здесь, – сказала она.

–  Ты читаешь мои мысли.

Они чуть не улыбнулись друг другу, но этот момент быстро прошел. Роман мог контролировать себя, он расслабился. Ева доставляла ему хлопоты в Скаванге, но сейчас под маской женщины, от которой можно ждать только проблем, он разглядел скромную, робкую натуру, которая старалась, как могла, для других. И в этом они были похожи. Мнение Романа о Еве начало меняться. Им следует забыть на этот вечер о своих разногласиях и посмотреть, куда их это приведет. Чтобы смягчить ситуацию, Роман предложил вроде бы нейтральную тему для разговора.

–  Расскажи мне что-нибудь о твоей семье, – попросил он.

–  Зачем тебе это? – Ева с подозрением посмотрела на него.

Роман не винил ее за то, что она проявляет осторожность. Совсем недавно он ясно дал понять, что не приветствует ее появление на острове, а сейчас просит рассказать о людях, которые ей дороги.

Ева уклончиво ответила на его вопрос, а затем, как Роман и ожидал, перевела разговор на другое.

* * *

Перепады настроения Романа сбивали Еву с толку. На мгновение, когда глаза мужчины потемнели, сила его невысказанных эмоций напугала ее. Однако каким-то шестым чувством она поняла, что это связано с прошлым.

Ева обрадовалась, когда рядом с ними остановились люди, чтобы поболтать с Романом, и фокус беседы сместился. Она не хотела делиться с ним историей своей семьи. Она не собиралась говорить с человеком, которого практически не знала, о своих близких. Ева не желала добровольно отдавать ему в руки козырную карту, посвящая его в то, кто она и чем дышит. Вместо этого она с удовольствием стала наблюдать за тем, как Роман общается с островитянами и гостями. Он, казалось, был искренне заинтересован тем, что они ему рассказывали. Ева даже пожалела, что она не открылась Роману хотя бы чуть-чуть. Судя по всему, здесь каждый был рад тому, что может назвать Романа своим другом. Она позавидовала ему. Он легко общается с людьми. Сама Ева такого дара лишена.

– Ева, познакомься с…

Роман представлял ее всем как почетную гостью, а не как кость в горле, не как незваную визитершу, которую он был бы рад выкинуть с острова. Все присутствующие на свадьбе старались, чтобы Ева чувствовала себя комфортно.

У Романа был настоящий талант заставлять людей чувствовать себя желанным. Ева поняла это, когда одна из женщин сказала, обращаясь к ней:

–  Приезжай к нам снова.

– Да, Ева, приезжай к нам еще, – с иронией подхватил Роман.

– Лучше не дразни меня, – предупредила его Ева. – Иначе я действительно приеду еще раз. Я обещаю тебе это.

Роман удивил ее тем, что рассмеялся, хотя они оба знали, что скорее ад замерзнет, чем она снова появится на острове.

– Итак, возвращаясь к твоей семье…

Этот мужчина когда-нибудь сдается?

– У тебя две сестры, Бритт и Лейла, и брат Тур. Твои родители умерли, как и мои.

Ева решила поменять тему, но, увидев, как на лице Романа промелькнула тень, спокойно сказала:

–  Мне жаль, что твоих родителей нет в живых.

–  Мне тоже жаль, что твоих родителей нет в живых. Должно быть, несладко вам пришлось, когда они умерли.

–  Но у меня были мои сестры – они восполнили потерю. Да и Тур вначале не отставал от них. Но родителей терять тяжело.

Почему ее сердце неожиданно устремилось к Роману? «Может, оттого, – подумала Ева, – что он пережил то же, что и я?» Она старательно скрывала от мира боль пережитого, однако подозревала, что это можно увидеть в ее глазах, впрочем, как и в глазах Романа. Кстати, в первый раз с момента их встречи он не сделал даже попытки усмехнуться. На мгновение их связала тонкая нить понимания.

–  А где сейчас Тур? – поинтересовался Роман, первым нарушая затянувшееся молчание.

–  Кто его знает… – пожала она плечами и ощутила болезненный укол в сердце оттого, что давно не видела своего брата. – Тур уехал из дома после похорон матери, и мы больше его не видели.

– Ты улыбаешься, – заметил Роман.

–  Просто вспомнила, как мы отдыхали, когда были моложе. Тур любил кататься на коньках на замерзшем озере и посмеиваться над тем, кто упадет раньше всех.

–  Счастливые тогда были времена, – задумчиво протянул он.

–  Да уж. – Ева вздохнула, вспомнив, что это было до того, как рудник стал приносить убытки и отец начал пить.

–  Ты в порядке, Ева? – Роман нахмурился.

Ева улыбнулась ему, показывая, что все в порядке. На самом деле она не знала, как чувствует себя. Ощущение утраты вернулось и, словно камень, ударило ее. Возможно, это произошло потому, что присутствовавшие на свадьбе дружные семьи заставили ее осознать: нельзя жить исключительно прошлым, и, если она продолжит двигаться в выбранном направлении, у нее не будет будущего.

К ним вновь подошли люди и избавили ее от ответов на вопросы, которые неизбежно стал бы задавать Роман. Девушки флиртовали с ним, а привлекательные мужчины хлопали его по спине. У Романа для каждого находилось доброе слово, пока один из молодых островитян не пригласил Еву потанцевать. На мгновение лицо Романа потемнело, а затем он пожал плечами, словно говоря: «Воля ваша».

Ева согласилась, но, выйдя на танцевальную площадку, ощутила на себе взгляд Романа. Он приводил ее в трепет. Ева напряглась, но молодой парень был вежлив и не прижимал ее к себе. Из уважения к Роману, предположила она. Партнер Евы посмотрел на Романа, будто хотел сказать, что он заботится о женщине, с которой танцует. Роман вместе с друзьями переместился к бару, но Ева то и дело чувствовала на себе его взгляд. Ее партнер горделиво поглядывал на своих приятелей, словно говоря: «Видите, с кем я танцую? Да. Так и есть. С девушкой, которая пришла на вечеринку с графом». Замечательно! То от нее хотят избавиться, то демонстрируют как трофей, причем делает это юноша, который, скорее всего, еще не бреется.

С другой стороны, только час назад она думала, что ей придется подпирать стену, пока Роман с друзьями будет развлекаться. Горькая ирония заключалась в том, что она действительно хорошо проводила время с прекрасными людьми, но человеку, с которым Ева мечтала провести время, это было безразлично.

Кровь пульсировала в его жилах, отзываясь стуком в висках. Неожиданно охватившая Романа ревность грозила спровоцировать сцену, которой он страшился. Вначале он был рад, что один из деревенских юношей – вежливый парень из хорошей семьи, которую Роман отлично знал, – пригласил Еву на танцевальную площадку. Он старался убедить себя, что заслужил перерыв в общении с этой рыжеволоской и что он выполнил свой долг по отношению к ней. И раз уж они пришли на свадебную вечеринку, почему бы им не провести приятно время. Чего Роман не ожидал, так это тех чувств, которые он будет при этом испытывать. Почему-то он не мог позволить себе выпустить Еву из-под наблюдения даже на одну секунду, постоянно проверяя, где находятся руки юноши. Извинившись перед друзьями, Роман отошел от бара.

* * *

«Я прекрасно провожу время», – убеждала себя Ева. Да и как может быть иначе, если она танцует на берегу моря с привлекательным юношей, который к тому же очень вежлив и предупредителен? Ева не видела в нем никаких недостатков. Однако эти уговоры, как и тот факт, что он танцует с ней только потому, что хочет произвести впечатление на своих приятелей, не помогали. Ничто не помогало.

Ева попробовала убедить себя еще раз. Она замечательно проводит время. Что может быть лучше танца при свете луны на экзотическом пляже?

Только танец с Романом.

Ева посмотрела в сторону бара, недоумевая, куда он мог запропаститься, и напоминая себе, что вообще-то они не являются парой. Роман ей ничего не должен. Она ничего не должна ему. Еве не хотелось показаться грубой, поскольку на вечеринке все были к ней очень добры, даже пылающий энтузиазмом юноша. Она должна была закончить танец. Да, но почему у нее появилось ощущение, будто все краски этого вечера потускнели? Место было красивое. Небо было подобно черному бархату, на котором сверкали, как бриллианты, звезды. Легкий ветерок пригнал несколько тучек, добавивших драматической окраски. Музыка была прекрасная, а от аромата еды у нее рот заполнился слюной.

–  Угощение пахнет замечательно. – Ева вежливо высвободилась из объятий своего юного партнера. – Я голодна. А вы?

–  Хотите, я принесу вам что-нибудь поесть, синьорина?

– О нет, не надо. Я не собираюсь надолго разлучать вас с друзьями.

Юноша тут же исчез. Ева печально улыбнулась, зная, что танец с ней был для него лишь игрой. И для Романа она тоже была как игра. Молодая женщина оглянулась, пытаясь найти его, но Романа нигде не было видно. Ну да ладно, она пока перекусит. Шеф-повара в высоких белых колпаках без устали работали, готовя барбекю. Ева выбрала гигантский сэндвич и, только откусив немного, поняла, как сильно проголодалась. Когда она в последний раз ела?

–  Смотрю, ты закончила танцевать.

–  Роман? Извини. – Ева обернулась и чуть не подавилась. – Ты меня напугал, – призналась она.

–  Я вижу, – кивнул он и предложил ей бутылку воды. – Возьми, запей.

Терпкий вкус домашнего лимонада заставил ее закашляться, изо рта вылетели кусочки багета. Это совсем не походило на ту роль, которую она определила для себя еще в Скаванге, – роль уверенной героини, которая точно знает, в чем состоит ее миссия и как добиться успеха. И в ее сценарии уж точно не было картины, в которой она давится сэндвичем.

Ева постаралась не обращать внимания на то, что Роман ходит босиком. Брюки его были закатаны, приоткрывая мощные лодыжки. Ее взгляд скользнул вверх. Граф заметил, что она уделяет ему слишком много внимания, поняла Ева, встретившись с насмешливым взглядом Романа.

– Надеюсь, ты не скучаешь? – спросил он.

Разве может быть иначе? Только деревянная кукла может не замечать привлекательности Романа. Это пугало. Это захватывало. При свете луны все становилось загадочным, и Роман Квисвада стал загадкой для Евы.

–  Должно быть, нелегко тебе, поскольку ты никого здесь не знаешь, – сказал он.

–  Но все, с кем я познакомилась, были весьма дружелюбны, – возразила Ева.

–  Я это заметил. – Роман оглянулся, словно проверяя, что юноши поблизости нет. – Носовой платок? – предложил он.

Ева пыталась слизнуть крошки языком.

–  Спасибо.

–  Приношу свои извинения за то, что оставил тебя одну.

–  Не стоит извиняться. Мне был обеспечен прекрасный уход.

Роману ее колкость не очень понравилась. Он замолчал. Но Ева не хотела затевать ссору. Не время и не место.

–  Прекрасная вечеринка, – вежливо добавила она. – Спасибо, что пригласил меня.

–  У меня не было выбора.

–  Как и у меня, – не сдержалась Ева, вздернув подбородок.

Лицо Романа оставалось непроницаемым. «Интересно, о чем он думает?» – спросила себя Ева, глядя на него. Роман же смотрел на нее так, словно знал что-то, чего не знала она. Пора уходить, решила Ева, но тут Роман негромко рассмеялся, а ночной бриз выбрал именно этот момент, чтобы растрепать его густые темные волосы. Ева, словно завороженная, наблюдала за тем, как он поднимает руку и приглаживает их.

– Вечеринка еще не закончилась, Ева. Я ошибаюсь или ты так и не нашла пристанище на ночь?

Ева молча поблагодарила темноту, скрывающую ее горящие щеки. Она даже не подумала поинтересоваться у кого-нибудь.

– Все в порядке, – сказал Роман, как будто знал, что она забудет о желании найти комнату в деревне. – Ты останешься со мной. Я не передумал.

Зато она передумала. Это полное безумие – остаться в его доме. В ее голове то и дело рождались эротические фантазии. А если он прикоснется к ней… а если она…

– Не пугайся так, Ева. Все, что я тебе предлагаю, – это кровать на ночь.

Ее глаза сузились.

– А что еще ты мог бы предложить?

Голос молодой женщины, возможно, и звучал вызывающе, однако она была разочарована. Ева даже чувствовала себя немного униженной оттого, что Роман не делает попытки уложить ее в свою постель.

Может, потому, что он знает?..

Нет. Это исключено. Никто не мог рассказать ему, что вызывающе смелая Ева Скаванга неопытна в любви. Если бы Роман узнал, это было бы совсем уж унизительно. Он, наверное, посмеялся бы от души.

– Какая-то проблема, Ева?

– Почему ты спрашиваешь? – заносчиво поинтересовалась она, пряча сомнения.

– Ты хмуришься.

– Нет никакой проблемы. – И давно пора вспомнить о хороших манерах. – И я благодарна тебе за то, что ты позволил мне остаться на ночь.

Проблемы действительно никакой не было. Особняк больше любого отеля. А фантазии Евы так и останутся фантазиями.

Они снова оказались на танцевальной площадке. Ева не успела оглянуться, как одна из девушек, с которой она познакомилась на вечеринке, игриво толкнула ее в объятия Романа. Ева не смогла высвободиться, поскольку Роман обхватил ее и притянул к себе. Она немедленно напряглась.

– Надеюсь, ты не собираешься устраивать сцену? – улыбнулся он.

Ева молчала, не доверяя своему голосу, – только не сейчас, когда ее тело оказалось прижатым к мускулистому телу графа.

–  Ведь мне не обязательно танцевать с тобой? – наконец сдавленно пробормотала она.

–  А что в этом ужасного?

Роман говорил тихо. Его шепот был весьма сексуален. Их окружили люди. Им было интересно, как она поступит.

– Думаю, у тебя нет ни единого шанса, – усмехнулся он.

Как будто она этого не знает! Ева повернулась и улыбнулась девушке, танцующей со своим партнером.

–  Один танец, – неохотно процедила она сквозь зубы.

–  Одного танца будет более чем достаточно, – весело согласился Роман.

Глава 7

– Никаких шуток и подкалываний за мой счет, – предупредила Ева, когда они стояли на танцевальной площадке.

В это время с ее телом творилось что-то невероятное.

– Если бы я не был тебе так нужен, – поддразнил ее Роман, – если бы ты могла открыто выразить свой гнев, как привыкла делать в Скаванге, и сказала бы мне, куда я могу отправляться, ты чувствовала бы себя лучше, не так ли, Ева?

Самодовольный негодяй! Ну почему она приехала на этот остров? Впрочем, она знала почему.

И потом, Ева всегда гордилась своим сильным характером, своей независимостью. Ее тело, может, и растаяло оттого, что Роман совсем близко, а соски затвердели, но ее дух крепок. Что же касается остального…

Об этом лучше было не думать. Тело женщины – хотела она того или нет – откликалось на близость Романа, словно было уверено, что он способен удовлетворить все ее потребности. Не стоило ей приезжать сюда.

«В самом деле? – скептически поинтересовался внутренний голос. – Ты в самом деле предпочла бы не появляться на этом экзотическом острове и не танцевать с таким сексуальным мужчиной?»

– Держу пари, сейчас ты думаешь: «И почему я приехала?» – промурлыкал возле ее уха Роман.

– Как ты… – Ева прикусила язычок. Сделав глубокий вдох, она заявила: – Я здесь, и я останусь на острове до тех пор, пока не получу то, ради чего приехала.

Роман рассмеялся:

– Ты можешь получить больше, чем ожидаешь.

– Я просто должна попробовать. – Она попыталась высвободиться. Безуспешно.

– Разумеется, – сказал он, его хватка стала сильнее. – Тебе удобно, Ева? Между нами достаточно места?

– Рада, что я не на каблуках.

Она улыбнулась ему, заметив, что люди продолжают толпиться вокруг них. Что же касается ответа на его вопрос… Места между ними никогда не будет достаточно.

–  Что, начнем танцевать? – спросила она, когда музыканты заиграли.

–  Прошу прощения, – пробормотал Роман. – Я задумался.

–  Интересно, о чем?

–  Я пытался понять, чего ты боишься.

–  Я ничего не боюсь, – с вызовом бросила Ева.

–  Ты – словно натянутая струна.

Щеки молодой женщины пылали. С телом ее творилось что-то непонятное. Ева представить себе не могла, что она будет чувствовать, танцуя с Романом. В любом случае она ничего ему не расскажет.

–  Танец со мной, должно быть, для тебя обязанность? – предположила она.

–  Причем нудная, – подхватил он.

Роман сделал па, и Ева оказалась еще ближе к нему. Они танцуют вместе совсем неплохо, была вынуждена признать она.

–  Люди смотрят на нас. О чем они думают? – спросила Ева.

–  Что ты впервые на острове. Они не знают тебя и гадают, кто ты и почему пришла со мной.

–  Надеюсь, они не считают, что между нами существуют какие-нибудь отношения?

–  Как раз наоборот.

–  Неужели тебе все равно? – Ева подняла на него глаза.

–  Я никогда никому не объясняю свои поступки и не делюсь подробностями своей личной жизни.

Ева не могла оторвать взгляд от Романа. Она пришла в восторг от того, как он вздернул бровь и улыбнулся уголком рта. Глаза его таинственно блестели.

– Ты получаешь удовольствие, мучая меня? – вырвалось у нее.

– Я получаю удовольствие от того, как ты на меня смотришь, – промурлыкал Роман.

Его искренность вызывала тревогу.

– Что же касается поддразниваний… Да, мне нравится дразнить тебя, Ева. К тому же ты не можешь отрицать, что между нами существует притяжение…

– Я ничего не собираюсь признавать, – поспешно сказала она.

Роман растянул губы в сексуальной улыбке:

– Ты очень привлекательна, когда сердишься.

И ты пожалеешь, если не уступишь соблазну. – Музыка стихла. – Ты не должна пропустить следующий танец, – предупредил он и снова улыбнулся.

Ева заподозрила неладное:

– Что в нем особенного?

– Ты сама мне расскажешь.

– Позволь мне сначала перевести дух.

– Пожалуйста.

Оглянувшись, Ева заметила, как люди по-прежнему смотрят на них. Чего они ждут? Что притягивает их, словно магнитом, к танцевальной площадке?

Одно было несомненно: Роман выиграл этот раунд, и она ничего не может с этим поделать.

Роману нравилось, как Ева краснеет. Танцевать с ней было приятно. Он не мог вспомнить, когда получал столько удовольствия. И танцевала она прекрасно. Ева была наделена природной пластикой и чувством ритма. Дразнить ее ему тоже нравилось. Это было очень легко, так как воспламенялась она мгновенно. Все ее чувства были на поверхности. Когда Ева забывала о сдержанности, чувствовалось, что она может быть дикой, необузданной и невероятно сексуальной. Какому мужчине не понравится такое сочетание качеств в женщине? И что-то подсказывало ему, что Ева была неопытна в любовных делах – достаточно вспомнить историю ее взаимоотношений с мужчинами, вернее, отсутствие таковой.

Ева хмурилась, ожидая, когда начнется следующий танец. Роман всегда считал танец прекрасной прелюдией к сексу.

–  В общем, ты сама мне расскажешь, – повторил он.

–  Что расскажу? – недоуменно спросила она. Танец начался. Ева смутно чувствовала какой-то подвох. – Не люблю танцевать, – призналась она. – Избегаю этого, как могу.

– Так же, как ты избегаешь мужчин?

На секунду Ева утратила дар речи.

–  Как ты узнал?! – воскликнула она.

–  Надеюсь, ты не собираешься это отрицать, – не отвечая на вопрос, сказал Роман.

–  Просто мне это не интересно, хотя я не думаю, что ты поймешь меня.

–  Успокойся, Ева, я не ищу столкновения, – успокоил ее Роман. – Мы живем в свободном мире. Ты делаешь то, что хочешь.

–  Рада слышать, что ты придерживаешься таких взглядов.

– Сарказм тебе не к лицу. И не надо мне лгать насчет того, что мужчины тебе не интересны. – Он понизил голос. – Ты говоришь одно, а твое тело – совсем другое.

– Я танцую, – резко сказала Ева, глаза ее метнули стрелы. – Танец заставляет мое тело двигаться, если ты не заметил.

Роман рассмеялся.

– Только не с таким энтузиазмом, который заметен невооруженным глазом. Впрочем, извини меня, если я неправильно интерпретировал сигналы, посылаемые твоим телом. – Он помолчал. – Тебе кто-то причинил боль?

– Я пришла на вечеринку не для того, чтобы обсуждать с тобой свою личную жизнь. Я здесь по одной-единственной причине, и эта причина – Скаванга.

– Хорошо, ты меня убедила, – кивнул Роман, однако было очевидно, что он ей не поверил.

И они закружились в танце.

Еву отвлек свист. Повернувшись, она увидела, что невеста и жених также вышли на танцевальную площадку, чтобы исполнить традиционный танец молодоженов. Гости выражали свое одобрение. Ева на секунду забыла о высокомерии Романа и улыбнулась. Ради этого и устраиваются свадьбы. Когда жених взял невесту на руки и понес ее прочь, Ева подумала, что еще и ради этого. Ради секса. Он был на уме у всех, не только у молодых.

– А что сейчас? – с некоторой нервозностью спросила она, когда люди вокруг них начали перегруппировываться. – Мы тоже должны что-то делать? Послушай, может, уже достаточно танцев?

– Неужели Ева Скаванга теряет свойственное ей присутствие духа? – поддразнил ее Роман.

–  Разве это не очевидно? – Ее тревога возрастала с каждой секундой.

–  Не волнуйся, Ева. Тебе не надо ничего делать. Предоставь все мне.

–  О, это утешает, – саркастически заметила она.

Музыканты прекратили играть, и тут Роман наклонился и поцеловал ее.

Это был не поцелуй вежливости. Вежливостью в нем и не пахло. Это был искусный поцелуй. Поцелуй страсти.

Голова Евы закружилась от шока, а окружающие начали криками выражать свой восторг. Перед глазами молодой женщины вспыхнул свет, а затем Роман отпустил ее. Она дрожала, стоя перед ним. Ева прикрыла рот рукой, словно ей хотелось скрыть свое возбуждение. Ее так еще никогда не целовали. Роман целовал Еву с той же уверенностью, с какой делал все остальное. И ей это понравилось, очень понравилось. В сравнении с этим поцелуем ее фантазии были не чем иным, как пустыми раковинами. Губы Романа были жесткими и нежными одновременно, и от него так приятно пахло…

Следующая пара вышла в центр, и, повинуясь общему порыву, Ева стала смотреть на них. Мужчина наклонился и расцеловал свою партнершу в обе щеки.

– Вот, значит, как? – Ева бросила обвиняющий взгляд на Романа.

Он вздернул бровь, но ничего не сказал.

Граф Роман Квисвада оказался безбожным манипулятором. Танец был всего лишь невинным развлечением, а не прелюдией к оргии.

–  Какая-то проблема? – лениво протянул он.

– Да. Ты! – Она сердито уставилась на него. – Как ты посмел?

–  Как я посмел? – повторил за ней Роман с легкой усмешкой.

–  Не строй из себя невинного агнца, – бросила Ева. – Я знаю, что ты сделал.

–  Надеюсь. Но нам пора идти.

–  Тебе пора идти, – подчеркнула молодая женщина.

Роман отвесил насмешливый поклон:

–  Могу я поблагодарить тебя за танец?

–  Если ты хочешь спровоцировать сцену…

–  Не особенно. – Он подхватил ее, когда, попытавшись броситься прочь от него, она споткнулась. – Готова идти, Ева?

Ева презрительно фыркнула и направилась в тень бара, чтобы зализать свои раны. Голова у нее продолжала кружиться от поцелуя. Женщину бросало то в жар, то в холод. И одного поцелуя Еве было мало, ей хотелось большего!

Роман играл на ее теле, как скрипач на скрипке.

Она не сомневалась, что этот поцелуй задумывался им как демонстрация силы, как наказание за ее поведение на свадьбе сестры, за провокации в Скаванге, направленные против него. Еще один раунд остался за Романом, но битва далека от завершения.

–  Еще один танец? – послышался за ее спиной хриплый голос Романа. – Или ты устала? Я тебя не утомил?

–  Ты истощил мое терпение, – сказала Ева, поворачиваясь к нему.

– И даже если бы я был последним мужчиной на земле… – Он прислонился к стойке бара и улыбнулся ей. – Ты хочешь лечь со мной в постель, Ева, не так ли?

–  Ты… – Она не находила слов, чтобы выразить свои эмоции.

–  Я знаю, кто я, – уверенно произнес он. – Вопрос в другом. Знаешь ли ты, кто ты?

– И тебе не стыдно?

Он пожал плечами:

–  Почему мне должно быть стыдно? Ты получила удовольствие от поцелуя. Впрочем, как и я.

–  Ты так думаешь? – возмущенно спросила Ева.

Он получил удовольствие от их поцелуя? Не может быть!

– Я знаю, – поправил ее Роман, не сводя глаз с ее сердитого лица.

Еве было бы гораздо легче справиться с этой ситуацией, не будь Роман так привлекателен.

– Если в твоем образовании имеются пробелы, я буду счастлив их заполнить. Держу пари, что так оно и есть, – добавил он.

Взгляд Евы опустился на его бедра. Внизу живота появилась тягучая боль. Дыхание перехватило. Сердце бешено билось в ее груди. Ей нужно бы сбежать, но хочет ли она этого? Во взгляде Романа сверкал вызов, но было и еще кое-что, чего она прежде не видела. Это было желание. Он жаждет секса с ней. И чем скорее, тем лучше.

Глава 8

Вполне возможно, что Ева переломила бы ситуацию, но она умела только отпугивать мужчин. А это не тот случай.

Роман уводил ее с пляжа. Их ноги утопали в песке, глаза были прикованы друг к другу. Когда они немного отошли от берега, Роман неожиданно приложил палец к губам. Ева заметила фигуры в траве. Влюбленная парочка издавала вздохи, заглушаемые ритмичным шумом волн, набегающих на пляж.

Парочка их даже не заметила. Ева позавидовала их способности раствориться друг в друге настолько, чтобы перестать замечать окружающее. Она когда-нибудь узнает, как это бывает? Маловероятно. То, что было так естественно для других, представляло для нее проблему.

Роман словно почувствовал, что ее что-то беспокоит.

–  Какая-то проблема, Ева?

–  Нет, – солгала она, радуясь тому, что темнота скрывает ее смущение. Неужели это ее, всегда уверенную в себе Еву Скавангу, смутила пара, которая занимается любовью?

Роман не стал настаивать.

– Смотри под ноги, – предупредил он. – Не споткнись о камни.

Он уверенно положил руку ей на локоть. Его хватка была сильной. Несмотря на противоречивые чувства, которые ее обуревали, Ева ему доверяла. В Скаванге она контролировала ситуацию. Она прокладывала путь, но здесь, на острове, радовалась, что Роман помогает ей идти.

– Кажется, камней больше нет, – сказал Роман, выпуская ее руку. – Теперь ты не споткнешься.

Вот только сердце ее по-прежнему трепыхалось…

– Спасибо.

Они шли бок о бок, но дистанция между ними была значительная. Прикосновение Романа длилось всего несколько секунд, но Еве уже недоставало его.

– Держись поблизости от меня, – распорядился он.

Она улыбнулась, хотя Роман в темноте ее улыбку видеть не мог.

– Хорошо, – откликнулась Ева. – Я буду рядом, пока мы не поговорим.

Роман рассмеялся:

–  Это обещание?

–  Не сомневайся.

Ева слушала приятный смех Романа, и на душе у нее было очень хорошо.

Они шли по тропинке, ведущей к особняку. Величественное здание в свете луны казалось миражом. Ева надеялась, что ее цели более реалистичны. Она не забыла, ради чего приехала на остров, и была решительно настроена заставить Романа выслушать ее и развеять тревогу.

Роман замедлил шаг, когда подъем стал круче. Ева остановилась, чтобы перевести дыхание. Он спросил, понравилась ли ей вечеринка.

–  А как же иначе? Правда, ты посмеялся надо мной… тем поцелуем. Ничего, я с тобой еще расквитаюсь.

–  Нисколько в этом не сомневаюсь.

Ева прерывисто вздохнула. Ему, судя по всему, вечеринка тоже понравилась.

–  Может, тебе стоит выбираться из Скаванги почаще? – предложил Роман.

–  Может, – согласилась Ева и пожала плечами. – Музыка была замечательная. Она заставляла меня чувствовать себя счастливой и одновременно ощущать грусть. Это отдает безумием?

Роман поджал губы и ничего не ответил. А разве не безумие беседовать с этой сложной женщиной, прежде чем уговорить ее лечь с ним в постель? Кстати, она разделяет одну из его страстей. Любопытное совпадение.

– Музыка обладает способностью затрагивать и мою душу, – заметил он, останавливаясь рядом с ней.

Ева снова вздохнула, глядя в темноту.

–  Раньше ты меня сердил, – скрепя сердце призналась она.

–  Ты уже не выглядишь сердитой, – сказал Роман.

–  Я же говорю – раньше.

–  Понятно.

Похоже, она говорит о поцелуе.

–  А еще ты заставляешь меня смеяться над собой, – продолжала свои признания Ева.

–  Надеюсь, ты не ожидаешь, что я это как-нибудь прокомментирую?

–  Лучше не надо. – Она повернулась к нему. – Почему ты постоянно меня дразнишь?

–  Потому что тебя легко дразнить, – усмехнулся Роман.

–  Ты невозможен. – Ева покачала головой.

–  Я на это надеюсь.

Роман убрал волосы с ее лица. Несколько мгновений они смотрели друг на друга.

– Пойдем, – сказал он.

Ева взяла его за руку. К великому удивлению Романа, ему это понравилось.

Ева чувствовала себя с ним в безопасности, и это было невероятно. Роман заставлял Еву пожалеть, что ей не удается быть смелой во всех отношениях. Подняв глаза, она заметила мимолетную улыбку на губах Романа. Наверное, не стоило ей флиртовать с ним. Она отпустила его руку. Мечтать о Романе ей не воспрещается, но что толку, если мечты останутся всего лишь мечтами? К тому же, если он узнает правду о ней, всю правду, то, скорее всего, посмеется.

– Я не слишком спешу, Ева? – услышала она в темноте голос Романа.

Может быть.

– Нет. – Она рассмеялась, скрывая свою боязнь. Все происходило, с ее точки зрения, слишком быстро.

Роман подождал Еву у поворота и улыбнулся, когда она подошла близко к нему. В ее фантазиях он всегда занимал главенствующее положение. Разве могло быть иначе, если Роман Квисвада – прирожденный герой? А после того поцелуя на свадьбе…

А как все сложится в реальной жизни? В сексуальном плане ей такой мужчина еще не встречался. Лучше начать с парня попроще, с которым…

«Которым ты могла бы управлять?» – съехидничал внутренний голос.

Когда Ева проходила мимо, Роман притянул ее к себе:

–  Ты действительно настолько не уверена в себе, Ева?

–  Что? Нет. – Она сделала попытку рассмеяться. – С чего тебе это пришло в голову?

–  Я могу читать тебя, как открытую книгу.

Ева отвернулась, остро ощущая твердую хватку Романа на своих обнаженных руках. То, что она – существо, неуверенное в себе, одна из самых серьезных ее проблем.

Ночь сгустилась, вокруг не было ни души. Волны с тихим шелестом набегали на темный берег. Поцелует ли ее Роман? Поцелует ли он ее потому, что хочет этого, или лишь для того, чтобы подразнить?

Роман ответил на молчаливый вопрос молодой женщины, наклонив голову, чтобы заглянуть ей в глаза. Он заставил Еву подождать. Наконец она подалась вперед, к нему. Ева задержала дыхание, когда Роман коснулся ее губ, предлагая поцеловать его. Ей очень хотелось окунуться в чувственный мир, поэтому она охотно откликнулась на его предложение. Неужели возможно только чувствовать, ни о чем не думая? Ева решила, что можно. Как только Роман ее поцеловал, места для мыслей не осталось. Он был необыкновенно мужествен и сексуален. Роман возвышался над Евой, однако не было и намека на то, что он использует свои превосходные физические данные, чтобы доминировать над ней. Он обнял ее за талию одной рукой, а другой обхватил лицо женщины так нежно, что Ева тут же капитулировала. С первой же секунды Роман заставил ее желать большего.

Так было до тех пор, пока его рука не скользнула к ее ягодицам. Это было естественно для Романа, однако напугало Еву. Это было слишком интимно. Это было все, чего она так жаждала и так боялась. Утратив самообладание, она подалась назад.

–  Ева?.. – касаясь ее губ своими губами, спросил Роман. Неужели женщина ее возраста остерегается секса? – Почему ты меня боишься?

– Нет, я не боюсь, – запротестовала Ева. – Просто я слышала, что… – Она прикусила губу.

– Ты веришь всему, что слышишь? – поинтересовался он.

Роман взглянул на нее в свете луны, бледную и очень уязвимую. Странное дело, он не испытывал ничего, кроме желания защитить женщину, которая то и дело сражалась с ним. Он хотел Еву, но он сделает шаг, только если она сама придет к нему – без сомнений, которые, казалось, одолевали ее. Ева не была очередным трофеем в списке женщин Романа Квисвады. Ей удалось проникнуть ему в душу, чего еще никто не смог сделать. Он хотел подарить ей невиданное удовольствие. Хотел держать в своих объятиях и…

–  Остановись! – вдруг выкрикнул Роман, когда Ева оказалась в опасной близости от скалы. – Он, в отличие от нее, знал эту тропу как свои пять пальцев. Ему даже не требовался тусклый свет луны, чтобы заметить, что она приблизилась к краю пропасти. Схватив Еву, он притянул ее к себе. Голос его смягчился, когда он попросил:

–  Веди себя осторожнее на тропинке, если не хочешь упасть. Здесь слишком опасно.

Пляж, на котором проходила вечеринка, остался далеко позади. Перед ними было лишь море под опрокинутой чашей усыпанного звездами неба.

–  Я… – начала было Ева и умолкла. Она никак не могла оправиться от шока, поняв, насколько близко подошла к обрыву. – Как ты думаешь, что мне надлежит сказать человеку, только что спасшему меня?

–  Думаю, нам не стоит спешить. – Голос Романа звучал хрипло.

Ева поджала губы, затем вздохнула и произнесла:

–  Согласна.

–  Не волнуйся так, Ева. Рядом со мной ты в безопасности.

Некоторое время они стояли в тишине. Должно быть, они оба сказали больше, чем собирались, предположила она.

–  Я искренне благодарна тебе за то, что ты спас меня.

–  Ты, может быть, та еще штучка, – грубовато сказал Роман, – но я вовсе не хочу, чтобы ты свалилась со скалы.

В его голосе ей почудилась улыбка. Ева была рада это услышать. Ей нравились легкие пререкания с Романом, она доверяла ему.

–  Еще одна просьба… – начал мужчина. Ева подняла глаза. – Перестань так вздыхать, – предупредил он. – Мне непонятно, что означают твои вздохи. То ли ты взволнована, то ли просто устала.

–  После всех этих танцев и поцелуев? – беззаботно усмехнулась Ева. – Думаю, я справлюсь с этим.

Она знала, к чему все шло, знала с самого начала. Но она скажет Роману, как только они доберутся до особняка, что не станет заниматься с ним сексом. Несмотря на разговоры, которые он мог счесть двусмысленными, она женщина совсем другого склада.

Да, но какого?

–  Ау, где ты, Ева?

–  Рядом с тобой.

Но она знала, что он имеет в виду. Роман был крупным мужчиной, скорее всего, с таким же большим сексуальным аппетитом. В животе у нее все перевернулось при мысли о том, что она натворила.

Роман, без сомнения, оценивает ее по ответу на его поцелуй. У Евы Скаванги была репутация страстной женщины – так она относилась ко всему в жизни, за исключением одной области. Может, стоит предупредить его прямо сейчас?

– Ева…

Сердце ее учащенно забилось, когда Роман повернул Еву лицом к себе. Она сделала шаг назад и уперлась спиной в выступ скалы. Руки Романа моментально обхватили ее, и Ева оказалась в ловушке. Выхода не было. Освещенный луной, он смотрел на нее внимательно и пристально.

–  Как насчет того, чтобы рассказать мне правду, прежде чем мы пойдем дальше по этому пути?

–  Как ты?.. – Она осеклась.

–  Как я узнал? Ты шутишь? Я уже сказал раньше, Ева, что могу тебя читать, как книгу. Это несложно. А теперь я хочу услышать от тебя всю правду.

–  Правду? – Неужели ей придется сейчас признаться, что она вовсе не такая, какой старается казаться?

Роман убрал руки и пожал плечами:

– То, что ты приехала на остров, имеет отношение к Скаванге и совсем не имеет отношения к нашим танцам на свадьбе, верно?

Ах, он об этом…

–  Никакого, – сказала Ева, отворачиваясь. – Могу я теперь идти? – Она взглянула на него с мимолетной улыбкой.

–  Прошу. – Роман отступил.

Они были уже в нескольких ярдах от ворот имения Романа, а пропасть между ними никогда еще не была такой непреодолимой. Она снова это сделала, все разрушила. Значит, она сама не знает, чего хочет.

У ворот Роман отстранился, пропуская Еву вперед. Он был такой уверенный в себе, такой расслабленный. Проходя в ворота, она случайно прикоснулась к нему. Молодую женщину словно обожгло пламенем. Каждый нерв в ее теле ожил. Тело требовало своего, в то время как Ева опасалась неудачи.

– Проходи, – предложил Роман, кладя руку ей на плечо.

Он открыл дверь и провел Еву в дом. Вместе они поднялись на второй этаж и дошли до его комнаты. Взгляд Романа впился в нее.

Сердце Евы забилось как безумное.

–  Я не могу это сделать.

–  Не можешь сделать что?

–  Чего бы ты от меня ни ждал, я не могу это сделать.

–  Ты уверена?

–  Уверена.

–  Откуда ты знаешь, чего я от тебя хочу? – На губах его заиграла улыбка. – Обещаю никому не говорить, что Ева Скаванга растерялась, если ты обещаешь, что никому не расскажешь, как я обманом украл у тебя поцелуй.

–  Ты хочешь сказать…

–  Хочу ли я тебя поцеловать? А как ты сама думаешь, Ева?

Роман наклонил голову и прижался к ее губам в медленном страстном поцелуе. Он заставлял ее отступать к кровати и, несмотря на свое решение выложить ему все напрямик, Ева с каждым шагом все теснее прижималась к Роману.

Глава 9

Роман прошептал, целуя ее в шею:

– Ты этого хочешь? Этого?

Он дразнил мочку ее уха, и молодая женщина трепетала в его объятиях.

Ева не могла говорить. Колени ее дрожали. Роман не выпускал ее, пока она наслаждалась новыми ощущениями. Его большая рука нашла ее грудь, и искусные мужские пальцы начали свою работу. То, что Роман способен быть таким нежным, привело ее в восторг, ломая последние барьеры.

Его рука коснулась ее лона, и из горла Евы вырвался стон. Шок оттого, что ласки Романа стали интимными, выбил все мысли из ее головы. Она действовала инстинктивно, прижимаясь к нему все сильнее.

Ева скинула обувь, но в спешке споткнулась, однако Роман тут же подхватил ее, помогая восстановить равновесие. А когда она дрожащими руками безуспешно попыталась расстегнуть его ремень и снять рубашку, он помог ей.

То, что прежде казалось ей неправильным, пугающим, недостижимым, неожиданно превратилось в самую естественную вещь на свете. Ева стояла и смотрела, как Роман расстегивает ремень и снимает рубашку через голову.

Его тело привело ее в восторг. Он был мускулистым, крепким и загорелым. Он был великолепен. Заметив простую золотую цепочку на шее Романа, Ева заинтересовалась. Что это может означать? Он вовсе не выставлял свое богатство напоказ. Даже его часы были простыми, без каких-либо изысков. А цепочка была занимательная – чувствовалась тонкая, деликатная работа, – тогда как Романа никак нельзя было назвать деликатным.

Сердце Евы забилось учащеннее, когда он отбросил ремень в сторону. Сняв туфли, Роман спустил брюки, открывая ее взору сильные загорелые ноги. Стоя перед Евой практически обнаженным, да еще с растрепанными волосами, он походил на языческого бога. Роман был намного выше и крупнее Евы. Ей понравилось, что рядом с ним она выглядит такой маленькой. Она окинула взглядом его широкие плечи, плоский живот, сильные бедра и быстро отвела взгляд в сторону, заметив бугорок в трусах.

– Ты прекрасна, Ева, – негромко произнес Роман, с нежностью касаясь ее волос.

Ева задержала дыхание, чувствуя, как сгущается между ними атмосфера. Нечасто она стояла в прозрачном бюстгальтере и трусиках танга перед мужчинами, и Ева упивалась его искренним восхищением. Но останется ли он доволен ею? Взгляд ее упал на кровать, и она подумала о множестве гламурных и утонченных женщин, с которыми Роман, без сомнения, водил знакомство. Молодая женщина с трудом перевела дыхание. То, что она собиралась сделать, было безумием. Но жизнь без изюминки скучна.

Взгляд Романа был теплым и озорным, и это помогло Еве расслабиться. Но этот взгляд также заставил ее бесконтрольно трепетать от желания. Ей хотелось быть ближе к нему. Ей хотелось, чтобы он прикоснулся к ней и привлек в свои объятия.

Возможно, Роман почувствовал это, а может, ему тоже этого хотелось, потому что он взял Еву за руку и притянул к себе. То, что он сделал в следующее мгновение, удивило ее. Не выпуская руку Евы, Роман провел подушечкой большого пальца по ее нижней губе.

– Ты чувствуешь? – вкрадчиво прошептал он.

Да, она чувствовала зарождающуюся страсть. Роман улыбнулся уголком рта, словно понял, что она испытывает.

– А как насчет этого? – негромко спросил он и, держа ее руку, провел ею по соскам женщины.

Ощущение, которое вызвало это прикосновение, заставило Еву сладко вздохнуть. Все это время Роман продолжал удерживать ее взгляд, чтобы не упустить реакцию. Ее возбуждение усилилось, когда она прочитала одобрение в его глазах. То, что казалось ошибочным, вдруг стало самым правильным на свете. То, что Роман заставлял ее делать, помогало Еве понять, что она может без страха отзываться на желания своего тела. Ощущения были невероятными. Внизу живота запульсировала тягучая боль, и Ева не удержалась от стона.

Услышав его, Роман улыбнулся.

– Кажется, тебе это нравится, – сказал он.

Нравится – слишком слабое слово, чтобы описать ее чувства. Ева знала одно: она жаждет большего.

Почувствовав это, Роман отправил ее руку в другое путешествие – в этот раз по ее животу и затем ниже, по гладкой теплой поверхности бедер.

–  Думаю, тебе это тоже нравится, – прошептал он улыбаясь.

–  Ты же знаешь, что да, – прерывающимся голосом сказала Ева.

Уверенность женщины в себе росла с каждой секундой, поэтому она выгнула спину, требуя еще более смелых ласк, когда Роман начал гладить и сжимать ее ягодицы. Места для страха не осталось. Мужчина обещал ей неизведанный рай, и она желала попасть туда. Роман не спешил, и Ева полностью расслабилась.

– Чего тебе больше всего хочется? – спросил он.

Ева перевела дыхание и честно призналась:

–  Я сама не знаю, чего хочу. Мне очень трудно представить, что возможно, а что нет.

–  Попробуй рассказать мне, – хрипло предложил Роман. – Загляни в себя и расскажи мне о своей самой невероятной фантазии. Расскажи, чего ты ждешь от меня.

–  А ты сам не можешь догадаться?

–  Нет. – Роман привлек женщину к себе. Они стояли возле кровати. Он держал Еву в объятиях, его подбородок покоился на ее волосах. – Ты не можешь избегать этого всю жизнь. Ты должна начать говорить об этом, Ева.

–  Тебе хочется, чтобы я была откровенна с тобой? – догадалась она.

–  Может быть, – признался Роман.

–  Ты беспощаден, в то время как я вся дрожу.

–  Ты дрожишь от желания, – пробормотал он, лаская ее шею.

–  Ты так хорошо меня знаешь.

–  Я могу читать в твоей душе, помнишь?

–  Прикоснись ко мне, – прошептала Ева.

–  Я прикасаюсь к тебе.

Да, он прикасался к ней, и Ева плавилась от тепла и нежности его рук, но ей этого было мало. Роман понимал это, так же как Ева понимала, что она может получить гораздо больше. Если бы только она смогла заставить себя произнести эти слова… Но впервые в жизни слов у нее не было.

– Почему бы тебе не показать мне, чего ты хочешь, если для тебя это будет легче? – предложил Роман.

Он опять дразнит ее. Но это она способна сделать. Она слишком сильно этого хочет. Ева взяла его руку и поднесла к своему телу, однако прикосновение Романа было слишком легким, словно трепетание крыльев бабочки.

– Так несправедливо, – запротестовала она.

– Кто говорит о справедливости? – глухо рассмеялся Роман, глядя на нее сверху вниз. Глаза его сверкали.

– Хорошо, я покажу, – преисполнилась решимости Ева.

– Пожалуйста. – Он, казалось, был абсолютно спокоен.

Неожиданно Роман сжал ее в объятиях, и она с шумом выдохнула.

– Боже, Ева, – в свою очередь выдохнул он. – Тебе известно, что ты необыкновенно отзывчива?

Ева расставила ноги и неожиданно почувствовала смущение. Надо же, Ева Скаванга смущена. Оказавшись на острове Романа, увидев его, она могла думать только об одном – как бы оказаться поближе к нему. Сейчас, когда она предельно приблизилась к Роману, ей этого было мало. Мало!

Ощущая его руки на своем теле – Роман ласкал ее повсюду, кроме одного места, где она отчаянно жаждала его почувствовать, – Ева простонала:

– Ты меня убьешь.

Роман рассмеялся. Его смех был бархатным.

– Сомневаюсь. – Руки Романа продолжали изучать ее тело. – Как же ты нетерпелива, Ева. Ты слишком торопишься добраться до конца. – Наклонив голову, он вгляделся в ее глаза. – Я научу тебя терпению, и ты узнаешь, как щедро оно вознаграждается.

– Я не хочу!

Роман снова рассмеялся:

–  Имеешь ли ты представление о том, насколько ты готова? Ты такая горячая и влажная. Но если ты желаешь получить от меня больше, тебе надо сказать об этом.

–  Я желаю получить все!

Ева неосознанно пошевелилась и выгнула спину, надеясь почувствовать руку Романа в самом интимном местечке. До нее долетел негромкий мужской смех.

–  Играешь не по правилам, – мягко пожурил он ее.

–  Прикоснись ко мне, – взмолилась молодая женщина.

–  Какое облегчение, – протянул Роман.

–  Что ты имеешь в виду?

–  Я имею в виду, что слухи о том, что пылкая и сексуальная Ева Скаванга изменилась в худшую сторону, оказались только слухами.

–  Ты рад этому?

–  Я счастлив.

–  Тогда зажги меня!

Роман опять рассмеялся и наконец принялся ласкать средоточие ее женственности. Дыхание с шумом вырвалось из горла Евы. Боль между бедрами стала почти невыносимой. Она стучала в ее голове, в висках, заглушая биение сердца.

–  Ласкай меня, – простонала Ева. – Ты знаешь, чего я хочу. Не мучай меня больше.

– А я хочу, чтобы ты изнемогала от желания, – откровенно признался Роман.

– Я уже изнемогаю. Неужели ты не видишь? Ты начал, ты должен закончить.

Смех Романа не стихал.

– Ложись на кровать, Ева.

Сердце ее пропустило удар. Она стала неуклюжей из-за переполнявшего ее желания. Роман помог ей лечь.

–  Не останавливайся в этот раз, – попросила Ева.

–  Я сделаю все, чтобы помочь тебе, – прошептал он. – Я хочу видеть, как ты будешь сходить с ума от наслаждения в моих руках.

Ева вздохнула:

–  И тебе это понравится?

–  Даже не сомневайся.

Как далеко она зашла? Как далеко ее завел Роман? Это было восхитительно и одновременно страшно – слышать такие слова. Ева задрожала от предвкушения – ей хотелось, чтобы он увидел, как она будет изнемогать от страсти.

Роман прижал Еву к своему торсу. В этом его поцелуе не было ни грамма нежности. Он был требовательным и жадным. Намерения мужчины были абсолютно ясны.

– Это будет долгая ночь, – предупредил Роман, оторвавшись от ее губ и глядя на нее потемневшими глазами.

Для нее любая ночь будет слишком короткой – еще никогда в своей жизни Ева не испытывала ничего подобного. Но сможет ли она удовлетворить Романа?

Он лег на кровать рядом с ней. Ей предстояло решать – говорить или промолчать. Ева решила промолчать. Ее переполнял страх, однако возбуждение было слишком сильным, и справиться с ним женщина была не в силах.

– Приди ко мне, Ева! – скомандовал Роман, и она подалась ему навстречу.

В его объятиях Ева чувствовала себя в полной безопасности. А то, что Роман был расслаблен и никуда не торопился, помогло расслабиться и ей.

Ощутив, как он по очереди втягивает в рот ее соски, Ева прерывисто вздохнула и запустила пальцы в его волосы, а когда она почувствовала, как Роман ласкает ее между бедер, она подумала, что так недолго и умереть от наслаждения.

–  Ты хочешь большего, Ева?

–  Ты же знаешь, что да.

–  Тогда ты должна сказать мне, чего ты хочешь.

Но она по-прежнему не могла переступить черту.

–  Нет, – дрожащим голосом сказала Ева.

–  Да, – безжалостно отрезал Роман.

–  Как я могу говорить об этом, если мне трудно сосредоточиться? – попыталась вывернуться она.

–  Я не причиню тебе вреда. Ты можешь мне верить.

Как она могла о чем-то думать, когда ее сердце стучало как молот? Для Романа это все естественно, но для нее…

Ева удивилась, когда он подложил под нее подушку.

– Колени стиснуты, как клещи? Не самое лучшее начало, – с кривой улыбкой заметил Роман. – Расслабься, а затем скажи мне, как ты себя чувствуешь.

Ева отвернулась.

– Я смущена, – выпалила она. Собравшись с духом, она предприняла еще одну попытку. – Остро ощущаю свое тело. – Ева сжала губы, задумавшись. – И испытываю невероятный восторг, а еще досаду, – с неловким смешком призналась женщина. – Еще я чувствую себя незащищенной, но не хочу, чтобы ты останавливался.

–  Наконец-то ты мне веришь, – удовлетворенно кивнул Роман.

–  Кажется, да. – В глазах ее вспыхнул прежний огонь, Ева улыбнулась.

–  Браво. – Дыхание Романа ласкало ей ухо. – Значит, на уме у тебя это? – Он куснул ее за мочку.

–  О да.

–  И это? – Его палец коснулся ее лона. – Ты такая отзывчивая, – прошептал Роман ей на ухо.

–  Но я не должна…

–  Не должна что? – переспросил он, когда она отвернулась. – Не должна позволять себе испытывать удовольствие? Не должна позволять себе терять контроль?

Пока она, прикусив губу, думала над ответом, он снял с нее крошечные трусики.

–  Надеюсь, ты понимаешь, что тебе это не потребуется, – с улыбкой произнес Роман, когда Ева ахнула. – И на твоем месте я не боялся бы потерять контроль. Тебе следует к этому привыкнуть.

–  Если ты так говоришь…

–  Я так говорю. Это мои правила, помнишь?

–  Мне нравятся твои правила, но только в этом контексте, – быстро сказала Ева.

–  Вот и хорошо, – удовлетворенно прошептал он.

Ева невольно застонала, испытывая радость оттого, что Роман, опытный любовник, все знает о наслаждении и о том, как доставить его женщине.

–  Взгляни на меня, Ева, – приказал он.

–  Если я обещаю смотреть на тебя, ты прикоснешься ко мне снова?

–  Что, выдвигаешь свои условия? – улыбнулся Роман.

–  А разве я не имею на это права? Какой ты хочешь меня видеть? Покорно принимающей твои ласки или другой?

–  Я не узнаю, какой еще ты можешь быть, если ты будешь покорно принимать мои ласки, – сказал он. – Но у меня появился один вопрос.

–  Какой?

–  Чьи правила, по твоему мнению, доставят тебе большее удовольствие? Твои или мои?

Ее правила? Какие? «Доставляй мне удовольствие, только я не знаю как. Я не эксперт в этом»?

А его правила? «Доставляй мне удовольствие, ты знаешь, как…»

– Твои правила, – решилась Ева. – По крайней мере, сейчас.

Глава 10

– Правило номер один: ты делаешь то, что я скажу. Правило номер два: ты не теряешь контроль, пока я тебе не разрешу. Только когда я разрешу, – повторил Роман. – Это может оказаться не так легко, как ты думаешь.

– Я рискну, – кивнула Ева. – Но как я…

Он чувствовал, что она находится на грани. Он знал, что ее не надо подталкивать.

– Остановишь себя? – подхватил Роман. – Ты легко это сделаешь, если вспомнишь, что я не буду прикасаться к тебе, пока ты не будешь выполнять мои требования.

Ева напряженно кивнула.

– Делай так, как я говорю, и ты будешь получать удовольствие столько, сколько захочешь. Попробуй только ослушаться меня, и я немедленно остановлюсь.

– Я буду слушаться, – пообещала Ева.

– Причем с радостью, – прошептал Роман, на его губах заиграла сексуальная улыбка. – Ну что, попробуем?

Роман был дирижером, а она оркестром, которым он виртуозно управлял. Боль внутри достигла критического уровня. Ева была не расположена спорить.

– Я принимаю все твои условия.

– Мы оба взрослые люди. Все веселятся на свадьбе, поэтому ты можешь открыто выражать свои эмоции.

Ева кивнула, хотя не совсем поняла его. Она сочла Романа расчетливым – другое слово женщина подобрать не смогла. Неужели он не способен на чувства? Она-то надеялась, что ее первый настоящий сексуальный опыт будет совсем другим. Ева представляла себе традиционную романтическую встречу с обычным человеком, а не с мужчиной, который возвел секс в ранг искусства. Неужели ей хочется этого?

Пока она размышляла, Роман обнял ее. Рука ее почему-то потянулась к золотой цепочке на его шее. Ева откинулась назад, чтобы получше разглядеть ее, однако Роман отвел руку Евы. Не прикасаться к цепочке? Хорошо. Но почему?

Необходимо ли ей знать о Романе все? Чего, собственно, она ждет от этого мужчины? Разве не достаточно того, что у него есть опыт в таких делах?

–  Ты девственница?

–  Что? – переспросила Ева. Вопрос застал ее врасплох.

–  Похоже, не девственница, – резюмировал Роман, – но близка к этому.

Ева скованно рассмеялась:

–  Как такое может быть? Женщина либо девственница, либо нет.

–  Ты должна была предупредить меня, – заявил Роман, отстраняясь.

–  О чем предупредить? – с вызовом поинтересовалась Ева.

Но ей было понятно, что он имеет в виду.

Он нахмурился:

– Нет ничего сложного в том, чтобы сказать правду.

Ева промолчала. Подождав немного, Роман пожал плечами и снова обнял ее. В этот раз она не ждала. Она не хотела больше никаких вопросов и объяснений. Молодая женщина жаждала одного – его прикосновений. Когда Роман наконец начал ласкать Еву, ее стоны, наверное, были слышны в деревне.

– Понравилось? – прошептал Роман, когда она немного успокоилась.

–  А ты как думаешь?

–  Я думаю о большем.

– Неужели это возможно? – рассмеялась Ева.

Роман продолжил интимные ласки. Она сразу умолкла и прерывисто вздохнула.

– Больно? – тихо спросил он.

Ей потребовалась секунда, чтобы она могла говорить, – секунда, чтобы привыкнуть к новому ощущению. Его ласки стали интенсивнее, и Ева забыла обо всем.

– Тебе хорошо? – выдохнул Роман возле ее уха.

Ей было так хорошо, что хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось.

–  Да.

–  А сейчас? – спросил он.

–  Да, о да…

Ева наслаждалась непривычными ощущениями, а Роман продолжал свои ласки. Он не спешил. В их распоряжении была вся ночь. Скоро Ева забыла свои страхи и подалась навстречу ему, ища большего. Роман одной рукой обхватил ее талию и тут же нащупал шрам. Он не был большим и не был глубоким, но пальцы мужчины почувствовали, что кожа повреждена. На ощупь этот шрам не казался результатом падения с дерева в детстве или какого-либо хирургического вмешательства. Он больше всего походил на след от ожога. Роман не собирался ничего спрашивать у нее. Сейчас для этого не было времени. Тем не менее это был еще один кусочек истории жизни Евы Скаванги.

Возможно, вскоре шрам ответит на все его вопросы. Ева – красивая женщина, которую нельзя назвать невинной, но и искушенной ее назвать тоже нельзя. Она держится настороженно, может быть, потому, что когда-то ей пришлось испытать боль.

Какие бы еще открытия ни ждали Романа, то, что он уже знал о Еве, разбудило его инстинкт защитника. Стоит ли считать это началом отношений?

Следует немедленно забыть об этом. Он давно научился не рисковать своим сердцем, своей гордостью, своими чувствами. Он просто не создан для подобных отношений.

–  Что ты делаешь? – прерывистым голосом спросила Ева, когда Роман потянулся к прикроватной тумбочке.

–  Защищаю тебя, – объяснил он, разрывая пакетик. – Хочешь?..

Лицо Евы посерело.

–  Хочу что? – сдавленным шепотом спросила она.

–  Хочешь надеть его на меня? – предложил Роман, протягивая пакетик ей.

–  Я так не думаю.

Ева растерялась, когда он сдернул с нее простыню.

Роман подождал. Наконец Ева рассмеялась, но это был невеселый смех. Она не хочет продолжения, догадался Роман. Очень странно. Он начал сомневаться, а заходила ли она так далеко хотя бы раз.

–  Может, ты не знаешь, как? – предположил Роман.

–  Не говори ерунду, – вспыхнула Ева, натягивая простыню. – Ты слишком самоуверен.

–  Вот как? – Он подался вперед и взял ее за руки, заставляя взглянуть на себя. – Ты играешь в опасную игру, Ева.

–  В какую? – Она была удивлена.

–  Ты лежишь обнаженная в моей постели.

–  Я что-то не заметила, чтобы ты возражал.

– Когда я занимаюсь сексом с кем-либо, я должен быть уверен в партнерше. – Роман встал. – Считай меня старомодным, но в сексе должны принимать участие два человека, и между ними должно царить доверие.

–  Может, ты предпочитаешь предварительно составить контракт? – съязвила Ева, закутываясь в простыню.

–  Это и есть контракт. О нем, как правило, не говорят и его не подписывают, но это контракт.

–  Значит, секс для тебя все равно что бизнес, к которому надо подходить с ясной головой. Я права?

Роман возмутился:

–  Тебе хорошо известно, что я так не думаю.

–  Или, может быть, секс для тебя – приятное времяпрепровождение с женщинами, которые знают правила игры?

Он сжал губы, размышляя.

–  Женщины ждут от меня того же, что и я от них, – кивнул он.

–  Значит, просто секс?

–  Обоюдное удовольствие, – мягко поправил ее Роман. – Не обманывай себя, Ева.

–  Значит, переспал и забыл? – подытожила она.

–  Не будь саркастичной. Тебе это не идет. И ты в глубине души понимаешь, что я прав.

–  В самом деле? – с гримасой спросила она.

–  Ты не можешь прожить жизнь, основанную на лжи. В какой-то момент ты должна признаться самой себе, кто ты такая. Ты неопытна? Ты боишься, что из-за этого мое мнение о тебе ухудшится? Некоторые люди остаются девственниками до конца дней, и при этом они счастливы. Ты не можешь через силу заставить себя заниматься сексом. Если это случается, то случается. Если же нет…

– Ты знаешь все на свете, я полагаю? – натянуто поинтересовалась Ева.

– Послушай, ты можешь запереть свою дверь на ночь, если это поможет тебе почувствовать себя лучше. – Роман отодвинулся.

Глаза Евы наполнились слезами. Она не понимала, что произошло. Не понимал и Роман. Он хотел ее так же сильно, как Ева его, а возможно, даже сильнее.

– Ты поцеловал меня, – дрогнувшим голосом тихо проговорила она.

Сердце перевернулось в груди мужчины.

–  Да, – согласился он.

–  Это было ужасно?

Роман больше не мог это выносить и заключил ее в свои объятия:

–  Вовсе нет.

–  Я никогда не встречала мужчин, подобных тебе, – сердито заметила Ева, отодвигаясь от него.

–  Проблема заключается в том, что ты хорошая актриса. И ты весьма соблазнительна.

Она покачала головой, давая понять, что не согласна с ним.

–  Ты считаешь, что знаешь меня, но мы познакомились только сегодня.

–  А сколько времени, по-твоему, мы должны узнавать друг друга? – спокойно спросил Роман.

–  О, я забыла. Ты весьма проницательный.

–  Может быть. – Он пожал плечами. – В том, что касается тебя.

–  И что это значит?

Ева громко всхлипнула и провела рукой по лицу. Это тронуло Романа сильнее, чем ее знойный взгляд из-под полуопущенных ресниц.

– Это значит, что я отправляюсь в постель, Ева.

И ты тоже. Но ты спишь в своей спальне, а я в своей.

Глава 11

– Куда ты? – спросила Ева, когда он направился к двери.

Ева не раздражала Романа. Она была потерянной душой, она искала ответы на сложные вопросы. К сожалению, он не был человеком, который способен помочь ей.

–  Я собираюсь принять душ. Предлагаю тебе сделать то же самое. По другую сторону от холла есть ванная. На двери висит халат, которым ты можешь воспользоваться. А потом возвращайся в постель. Мы завтра встаем рано утром.

–  Зачем?

–  Я покажу тебе, чем занимаюсь, и, надеюсь, это поможет тебе не переживать из-за рудника. Ты не забыла, где твоя комната?

–  Конечно нет.

–  Тогда спокойной ночи.

Ева начала вставать с кровати, но запуталась в простынях. Это заставило Романа вернуться к ней.

–  Не прикасайся ко мне, – предупредила она. – Что же до того, что мы завтра рано встаем… Я бы на это не очень рассчитывала.

–  Вот как? – протянул Роман. – А мне казалось, что ты мечтаешь обсудить положение дел в Скаванге. Или для тебя это теперь не имеет большого значения?

Глаза Евы расширились, а затем она поджала губы. Роман подозревал, что она собиралась сказать что-нибудь язвительное, но вовремя остановилась.

– Я хочу обсудить с тобой дела Скаванги, – подтвердила Ева. – В какое время встретимся?

Роман постарался скрыть удовлетворение:

–  В шесть утра в холле. Не опаздывай. И надень джинсы.

–  Тебе не надо меня провожать, – сказала она, когда он последовал за ней к двери.

–  Прости мои хорошие манеры. Я всего лишь открою для тебя дверь и закрою ее за тобой. Не хочу рисковать – вдруг тебе придет в голову снова захлопнуть ее перед моим носом. – Роман открыл дверь. – Увидимся утром.

Еву сильно задело то, что Роман мог вести себя по-деловому после того, что произошло между ними. Ей следовало бы радоваться, что их страстная встреча не закончилась обоюдными сожалениями, но к женщине вернулась прежняя неуверенность в себе. Оказавшись наконец в своей комнате, Ева не могла избавиться от ощущения, что ее выставили вон. Такого в ее фантазиях не было, зато это была реальность, и с этим ей предстояло жить.

Они на короткое время стали близки, но сейчас она чувствовала, что между ними словно выросла стена. Почему она не смогла пойти вместе с Романом до конца? Что с ней не так? Почему в Скаванге она могла быть сильной, а здесь – нет? Как насчет тех целей, которые она ставила перед собой до того, как приехала на остров? Почему она все разрушила? В ее фантазиях все было просто и понятно, однако действительность оказалась куда сложнее.

«Я влюбляюсь в Романа», – поняла Ева, обхватив себя руками и прислонившись спиной к двери ванной комнаты. С Романом Квисвадой никто не сравнится. Но у него любовь в повестке дня не стояла: он ясно дал это понять. Он почти признался, что в его сердце места для любви нет. Роман относился к сексу как к еде и ел, когда был голоден.

Ева закрыла глаза и позволила себе пожалеть себя несколько минут, а потом собралась с силами. Она приехала на остров не просто так, и цель ее еще не достигнута. Разве Роман не сказал, что завтра они собираются отправиться куда-то, причем это восполнит все пробелы и ответит на ее вопросы о руднике? Ей надо поблагодарить его за то, что он не дал этому любовному фарсу развиться дальше. Роман заставил ее вспомнить о том, что действительно важно, – о Скаванге.

Но почему же она чувствует себя опустошенной?

Потому теперь ей было известно, что Роман – гораздо более сложный человек, чем она представляла. Она влюбилась в героя своих фантазий, но граф Квисвада слишком реален.

Ева приняла ванну, а Роман по-прежнему был у нее на уме. И это не имело никакого отношения к тому, что он обладал потрясающим телом и был экспертом в области секса. Дело было даже не в смешинках, мелькающих в его глазах. Все дело было в нем самом. Даже лишенный богатства и привлекательной внешности, Роман остался бы особенным, тогда как она была слишком робка, слишком неловка и слишком неопытна. У нее не было ни малейшей возможности удержать его внимание. Благодаря Роману, Ева смогла иначе смотреть на многое. Он заставил ее стремиться вернуться домой и обнять своих сестер, сказать им, что они должны держаться вместе и что она постарается с ними не спорить. Роман заставил ее понять, что иногда лучше остановиться и как следует подумать, а не бросаться сломя голову в атаку, как только в голове мелькнула та или иная мысль. Но секреты были не только у Евы. У Романа они тоже были. Ей хотелось узнать его лучше. Хотелось раскрыть его тайны…

Ева думала о Романе так долго, что вода в ванне остыла. Есть ли шанс, что сегодня ночью он к ней придет?

Ведь шанс есть всегда…

В большом доме царила тишина, когда Ева босиком вернулась в спальню. Лунный свет, заливающий комнату, усиливал романтическую атмосферу. Но все это было напрасно. Неловкая Ева снова все испортила. Запахнув халат, она подошла к окну. Завтра будет новый день. И Роман обещал, что они поговорят. Если так, ее поездка близка к завершению.

А затем она вернется домой, и все продолжится без изменений. Должно быть, ей на роду написано остаться синим чулком.

Но ведь так не должно быть!

Подойдя к двери, Ева приоткрыла ее. Это не было приглашением. Но если Роман заметит это и войдет…

Возможно ли это?

Откинув простыни, молодая женщина легла на кровать и потянулась. Закрыв глаза, Ева выровняла дыхание. Она лежала, напряженно вслушиваясь в тишину, и ей казалось, что прошли часы. Вдруг она услышала, как скрипнула, открываясь, дверь, но это было где-то далеко. Затем дверь закрылась. После этого – тишина. Признав свое поражение, Ева откинулась на подушки. В планы Романа не входило навестить ее сегодня. А она, дурочка, надеялась…

Ева ворочалась и металась всю бесконечную ночь. Когда она проснулась, то была очень удивлена, что все-таки проспала. Времени на завтрак не оставалось – только на душ. Ева спустилась в холл в тот самый момент, когда там появился Роман.

– Готова? – спросил он, поворачиваясь к ней.

Ева молчала. Она старалась держать себя в руках, снова увидев Романа.

–  Куда мы идем? – наконец произнесла она.

–  Открывать вам глаза, синьорина Скаванга.

–  Звучит заманчиво.

Если она не поспешит за ним, Роман уйдет один.

Они снова были вместе. Еве снова было не по себе.

Выйдя наружу, Роман повел Еву мимо розовых кустов, что было чудом для такого жаркого климата, а затем по аккуратно подстриженной орошаемой лужайке. Ева заметила плавные линии белого вертолета. В кабине никого не было. Значит, пилотом будет Роман? Интересно.

– Пригни голову, – предупредил он, когда они дошли до длинных лопастей.

Открыв дверцу, он жестом пригласил Еву залезть в кабину. Когда она устроилась в кресле, он передал ей наушники.

Ева подготовилась к тому моменту, когда его рука коснулась ее руки. Было важно вести себя так, словно накануне ничего не случилось, словно он не видел ее обнаженной. Словно он повел ее в рай, но захлопнул дверь у нее перед носом.

–  Какая-то проблема, Ева? – спросил Роман.

–  Нет. Но я не ожидала увидеть вертолет.

– Медленное плавание на пароме не подходит для того, что у меня на уме, – сказал он, проверяя, хорошо ли она пристегнута.

Пах Роман восхитительно, а выглядел еще лучше. Ева сомневалась, что она переживет эту поездку, проходящую в ограниченном пространстве.

Роман захлопнул дверцу с ее стороны, что дало Еве несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Но шансов на это практически не было. Ей никогда не будет хватать времени, пока Роман рядом. От него исходила сила и уверенность в себе. Простое наблюдение за тем, как он надевает наушники, пристегивается и что-то говорит по-итальянски диспетчеру на контрольном пункте, уже возбуждало женщину. Его обращение с винтокрылой машиной, когда он переключал рычаги и делал последние приготовления перед вылетом, показалось Еве невероятно сексуальным. Такими же сексуальными были его обнаженные руки, загорелые и покрытые редкими черными волосками. Сильные мужские руки и запястья заставили ее вспомнить о чувственной натуре Романа. Достаточно ей было взглянуть на его рубашку с короткими рукавами и джинсы с кожаным ремнем, как Ева представила, какое безупречное тело скрывается под этой одеждой.

– Тебе удобно, Ева?

Раздавшийся в ушах голос Романа оглушил ее. Вздернув подбородок, она сказала:

– Да, спасибо.

Роман вновь стал проверять все перед отлетом. Его резкий профиль с легкой щетиной Ева нашла невероятно сексуальным. Роман Квисвада был самым необыкновенным мужчиной, с которым ей довелось встретиться. Она заставила себя отвернуться и посмотреть в иллюминатор.

Прошло несколько секунд, и земля начала уменьшаться в размерах. Остров становился смешением красок: зеленой, оранжевой, коричневой и голубой.

– Ты меня слышишь? – поинтересовался Роман.

– Отлично.

– Ты не нервничаешь?

Интересно, в каком контексте?

– Ничуть, – заверила его Ева.

– Хорошо. Мы будем в воздухе примерно час.

– Ты скажешь мне, куда мы направляемся?

–  На одно из моих предприятий на материке. И не надо кричать. Я тоже прекрасно тебя слышу.

–  Я думала, твоя работа заключается в добыче и огранке алмазов.

–  Так и есть.

–  Значит, на одно из твоих предприятий? Понятно.

Роман заговорил с кем-то по радиосвязи. Ева замолчала, изнывая от желания узнать что-нибудь более конкретное.

Закончив разговор, Роман повернулся к ней и сказал:

– Я научу тебя всему, что знаю сам.

Молодую женщину бросило в жар.

Это касается только алмазов? В голосе Романа звучали веселые нотки, так что невозможно было догадаться, о чем идет речь. Не о недостатке ли у нее опыта, что она продемонстрировала прошлой ночью?

– Бриллианты способны на многое. Они могут не только купить женщину или уничтожить мужчину, – негромко проронил Роман.

Мысли Евы вернулись из страны мечты к реальности. Под ними блестело море, а рядом змейкой извивалось побережье. Затем внизу замелькала земля – поля и фермы, – чуть позже показались маленькие городки и оживленные улицы. Наконец они закружились над гигантской промышленной зоной.

– Добро пожаловать в «Квисвада индастриз», Ева, – объявил Роман, посадив вертолет прямо в центре желтого креста, нарисованного на асфальте между двумя белыми зданиями. – Здесь алмазы обрабатываются и гранятся. – Он выключил мотор и знаком разрешил ей снять наушники.

Алмазы, алмазы, алмазы… Постоянно они. Еву охватило нетерпение. Она когда-нибудь избавится от них? Почему бриллианты так важны для всех, но не для нее? Да, она хотела сохранить рудник, однако очень жалела, что Скавангу нельзя спасти каким-нибудь иным способом. Разве Роман не понимает, как сильно она хочет обсудить ситуацию в Скаванге? Конечно, она была благодарна ему за уделенное ей время, но Еве хотелось решить вопрос с рудником и вернуться домой. Дело в том, что быть рядом с Романом и в то же время находиться с ним словно на противоположных полюсах было для нее невыносимо.

–  Я все знаю об алмазах, – объявила она, не скрывая своего раздражения, и сняла наушники.

–  Нет, – возразил Роман, надевая солнцезащитные очки. – Тебе это только кажется.

Он снова оказался прав. Экскурсия по его предприятию стала откровением для Евы.

– Не за горами появление синтетических алмазов, – говорил Роман, давая пояснения.

Они прошли в очередное белое здание.

– Должна признаться, я не знала, что алмазы широко применяются в медицине, – заметила Ева. – Мне было известно только, что алмазная пыль наносится на различные медицинские инструменты. А о том, что они необходимы для сотовой связи, я понятия не имела.

– И список отраслей, в которых используются алмазы, можно продолжить.

Романа особенно восхищало, что алмазная пыль используется в медицине. Глаза его блестели, когда один из специалистов, работавших в этом цехе, объяснял Еве все тонкости.

–  Наш босс – один из тех людей, которые поддерживают и спонсируют медицинские исследования, – добавил этот сотрудник с гордостью. – Без него прогресса не было бы.

–  Или он мог бы идти медленнее, Марко, – улыбнулся Роман, положив руку на плечо мужчины. – Но благодарю за теплые слова. В свою очередь могу сказать тебе, Ева, что без людей, подобных Марко, ничего не было бы сделано вообще.

Сюрпризы не закончились и тогда, когда Роман повел ее на ланч. Оказалось, что это небольшое открытое кафе на пляже, а не первоклассный ресторан.

Так даже лучше, решила Ева, сбрасывая обувь. Она могла расслабиться и быть самой собой, забыв о том, что представляет собой Роман. Можно было на время забыть тот факт, что она обедает с миллиардером, который только что привез ее сюда на своем вертолете.

–  Тебя это устраивает? – спросил Роман, когда к ним подошел привлекательный молодой официант и предложил свежий улов.

– Да, замечательно, – улыбнулась Ева, устраиваясь поудобнее на стуле. – Это настоящий рай.

Это действительно был рай – после перипетий последних дней. Она с удовольствием сидела на пляже, погрузив ноги в песок. Роман сидел рядом с ней. Волны ритмично накатывали на берег.

– Я убедил тебя? – лениво протянул он, откидываясь на спинку стула.

Ева улыбнулась, когда стул под ним заскрипел. Легкая пляжная мебель была слишком неустойчива и могла не выдержать вес такого крупного мужчины, как Роман.

–  Я понимаю, что на алмазы есть спрос, – начала Ева. – А теперь мне известно, что сфера их применения неизмеримо шире, что я предполагала…

–  Но? – подхватил Роман, почувствовав вопрос в ее словах.

Ева подождала, когда официант расставит на их столике холодные напитки.

–  Твой особенный интерес к медицине меня поражает, – призналась Ева. – Ты выглядел в том цехе… – Она помедлила.

–  Непривычно страстным? – предположил Роман. – Ты угадала.

–  Для этого есть какая-то причина? – спросила заинтригованная Ева. – Может быть, личного свойства?

Роман пожал плечами, выпил стакан воды, налил себе еще и только потом сказал:

– Да.

Ева ждала продолжения, но в это время принесли заказ, и на некоторое время они отвлеклись на еду. Утолив первый голод, она попыталась еще раз:

–  Значит…

– Ешь, Ева. Иначе твоя еда остынет, а она выглядит соблазнительно.

–  Согласна, – кивнула она, но не пошевелилась, чтобы взять вилку и нож.

–  Ну хорошо, придется мне тебя покормить, – улыбнулся Роман, поправив салфетку на ее коленях.

–  Нет, правда, объясни мне, пожалуйста. Начиная с этой золотой цепочки. Мне кажется, она много для тебя значит. Почему ты ее носишь?

Глаза Романа сверкнули. Ева поняла, что зашла слишком далеко, и отругала себя за любопытство, но он быстро взял себя в руки.

–  Это цепочка моей матери. Она заболела и умерла, – ровным тоном сказал Роман. – Я просто стараюсь сделать что-нибудь хорошее, Ева. Мы все должны делать то, что можем, даже если порой бывает слишком поздно. Теперь, когда ты все знаешь, может, поешь еще?

–  Извини. Я не хотела быть назойливой. Просто я почти ничего о тебе не знаю – только то, что читала в газетах и нашла в Интернете.

–  Это в основном ложь и преувеличения, – отмахнулся Роман.

Ева пожала плечами. Их глаза встретились, и она улыбнулась:

– Но я ничего подобного не подозревала, пока ты мне не объяснил.

Прошло несколько секунд, а потом Роман произнес:

–  Мои родная и приемная матери умерли от одной и той же болезни.

–  Судьба подчас бывает жестока, – мягко проговорила Ева.

– Но я до сих пор не могу с этим смириться. – Роман, казалось, ушел в себя.

–  Это просто ужасное совпадение, – так же мягко продолжила молодая женщина.

–  Я все еще виню себя, – вздохнул Роман, глядя на море.

–  Ты не можешь винить себя за то, что они заболели.

–  Я виню себя за то, что заставил их переживать, а это могло спровоцировать болезнь, – объяснил Роман. – Я вырос, окруженный любовью своих приемных родителей. Только когда мне исполнилось четырнадцать лет, я узнал, что я не родной сын. Мне захотелось, чтобы мои кровные родственники приняли меня, но, когда я приехал к ним, они захлопнули передо мной дверь. В этот день хоронили мою родную мать, а они закрыли дверь перед моим носом, да. У моей родной матери были еще дети после меня, и для них мое появление стало шоком. Они заявили, что мне здесь нет места.

–  Так у тебя возникло чувство неприкаянности?

–  Приемные родители приняли меня назад без вопросов, с распростертыми объятиями.

– Но ведь это хорошо, правда?

Его взгляд помрачнел.

–  Они безоговорочно дарили мне свою любовь, и чем я им отплатил? Я стал отстраненным и холодным.

–  Ты был молод. Тебя переполняли гнев и растерянность.

–  А сейчас слишком поздно.

–  Никогда не бывает слишком поздно, – прошептала Ева.

–  Я хотел одного – чтобы они гордились мной.

– Разве тобой нельзя гордиться?

–  Мне следовало отвечать любовью на их любовь, но я ушел в себя и не заметил, как заболела приемная мать.

–  Все тинейджеры так себя ведут, – заметила Ева. Вот что, значит, время от времени омрачало его взгляд. Ее сердце устремилось к Роману. – Ты до сих пор не можешь простить себя. Для тебя это стало шоком.

–  Ты, конечно, все прекрасно знаешь, – неожиданно резко ответил Роман, но Ева не обиделась, понимая, как ему тяжело.

–  Я представляю, что с тобой происходило. Ведь у меня есть брат Тур, помнишь? Я помню, как он носился по дому, грубя всем подряд, кто бы ни пытался с ним заговорить. Так он давал выход своим эмоциям.

–  Вот, значит, когда ты научилась кричать, – со слабой улыбкой заметил Роман.

В это мгновение их отношение друг к другу изменилось. Между ними возникло понимание, которого прежде не было.

–  То, что я громко разговариваю, не имеет никакого отношения к моему брату.

–  Значит, ты просто такая, какая есть? – с той же слабой улыбкой спросил он.

–  Да, такая, какая есть, – подтвердила Ева.

Чтобы избежать проницательного взгляда Романа, она стала смотреть на сверкающую голубизну моря.

Было бы лучше, если бы Тур остался дома, но что поделаешь, если им двигала жажда путешествий? К тому же время нельзя повернуть вспять – как и в случае с Романом. Остается только все принять так, как есть.

Глава 12

Роман встал и протянул руку Еве. Она колебалась. Затем улыбнулась и взяла его за руку. Он притянул женщину к себе, подошел вместе с ней к стойке и оплатил заказ.

Роман заметил, с каким восторгом официант смотрит на Еву, и прищурил глаза. Впрочем, можно ли винить юнца? С растрепанными легким бризом волосами, с сияющими глазами Ева выглядела восхитительно. И еще она казалась сильной. Возможно, она была такой же сильной, как он, но в то же время оставалась уязвимой и чувствительной. Роман еще никому не рассказывал ту историю о цепочке и о своей семье, только ей. Об этом знали всего два человека в консорциуме, но они дружили еще со школы. Однако, несмотря на то что они с Евой были знакомы недолго, Роман доверял ей. Он находил, что она схожа с неограненным алмазом чистейшей воды. В ней было все, что Роман хотел видеть в женщине.

–  Куда теперь? – спросила Ева, когда они вернулись к вертолету.

–  Зависит от того, согласна ты объявить перемирие или нет, – поддразнил ее Роман. Никогда еще ему не было так хорошо в обществе женщины. – Вообще-то я думаю, ты мне кое-что должна за то, что я устроил тебе экскурсию. – Он весело посмотрел на нее.

Ева встретилась с ним взглядом и улыбнулась:

– Я не совсем уверена, что мы с тобой играем в одной лиге, Роман. У меня нет вертолета, чтобы умыкнуть тебя, или многомиллионного предприятия, занимающегося обработкой алмазов.

–  Можешь отложить возвращение в Скавангу?

–  Ты серьезно? – В улыбке Евы появилось больше тепла.

–  Никогда не был так серьезен, – заверил ее Роман.

–  У нас будет свидание. – Ее лицо сразу же посветлело.

Немного нашлось бы женщин, под влиянием которых Роман изменил бы свои планы. Ева входила в их число. Однако он очень боялся, что закостенел настолько, что разучился чувствовать вовсе.

–  Сначала мы отправимся в одно место, – объявил Роман.

–  Куда? – поинтересовалась она.

–  Залезай в вертолет, и я скажу тебе. – Губы его изогнулись в улыбке, когда он надел на нее наушники. – Мы летим в Рим.

–  Зачем? – спросила Ева, когда они поднялись в воздух.

–  У меня есть квартира в Риме.

–  В этом я не сомневалась.

–  Надеюсь, она тебе понравится.

–  Но все мои вещи остались в замке, – запротестовала Ева.

–  Один рюкзак и тяжелая парка? Мы купим тебе все, что нужно.

–  Для тебя все в жизни просто, – заметила Ева. – Нет, мы не будем покупать мне вещи. Кто я, по-твоему, такая?

–  Владелица небольшого количества акций рудника, в который я вложил деньги. Считай это будущими дивидендами.

Ева помолчала.

– Ты всегда во всем уверен.

–  Я очень уверенный в себе человек, заявляю без ложной скромности, синьорина Скаванга.

–  Я заметила, – пробормотала молодая женщина.

«Это потрясающий дом», – думала Ева, когда Роман ввел ее в одно из самых, наверное, примечательных зданий Рима. Язык не поворачивался назвать эти апартаменты просто городской квартирой. А если вспомнить, что у миллиардеров такие квартиры разбросаны по всему миру, запросто можно позавидовать.

Роман хорошо знал историю города. Он рассказывал ей обо всех примечательных местах, пока они ехали из аэропорта. Увидев, как великие образцы архитектуры минувших веков соседствуют с современными зданиями, Ева была поражена. Рим, можно сказать, был битком набит свидетельствами прошлого величия города. Колизей оказался гораздо больше, чем она ожидала, а от Ватикана захватывало дух. Роман попросил шофера остановиться у фонтана Треви со статуей Нептуна.

–  Это просто поразительно! – воскликнула Ева, вертевшая головой то вправо, то влево.

–  Ты обязательно должна сюда приехать, – сказал Роман, когда они выбрались из машины, чтобы взглянуть на фонтан поближе.

Ева смотрела на это чудо скульптуры чуть ли не раскрыв рот. Все-таки она жила почти в деревне. Роман дал ей монету. Когда Ева недоуменно посмотрела на него, он объяснил, что надо бросить монетку в фонтан, и тогда она обязательно приедет сюда снова. Ева засмеялась, но сделала так, как он посоветовал. Монета с всплеском упала в воду, а Ева подумала о других желаниях, которые у нее были. Осуществятся ли они?..

Заметив, что Ева с удивлением смотрит на сотрудников службы безопасности в темных костюмах, стоящих у подъезда, Роман объяснил:

–  Это президентская охрана. Я живу с ним в одном доме.

–  В самом деле? – Она была потрясена. – Но я тебе верю.

–  Хочешь пойти со мной сегодня на ужин? – спросил он, подводя ее к украшенной орнаментом двери квартиры.

Появился дворецкий в красивом костюме, который открыл для них дверь и скрылся.

–  Ева?

–  Извини. – Она покачала головой, пытаясь вернуться в реальность. – Я задумалась.

–  Я спросил, хочешь ли ты пойти куда-нибудь на ужин или предпочтешь остаться дома?

–  Куда-нибудь пойти… – протянула Ева и покраснела.

Должно быть, это было наивно, но ей хотелось увидеть как можно больше, пока она в Риме. К тому же пребывание в его квартире обязательно напомнит ей о вчерашнем конфузе в особняке, о чем Ева предпочитала не думать.

–  Тогда встретимся через час, – сказал Роман, взглянув на часы. – Если я тебе понадоблюсь, набери единицу на внутреннем телефоне.

–  Что, серьезно?

Он ослепительно улыбнулся.

– Ну, по крайней мере, это легко запомнить, – пробормотала Ева.

Экономка в темной униформе показала ей дорогу в гостевую спальню. Они проходили мимо просторных комнат с высокими потолками и стенами, обитыми узорчатым шелком пастельных тонов. Везде стояла изящная мебель. Все здесь было самого высшего качества. Даже воздух, казалось, был напоен особым запахом. «Возможно, так пахнут деньги», – подумала Ева, осторожно погладив золоченый узор на столе, на котором стояла ваза с белыми розами и лавандой. Аромат был изумительный. Да уж, деньги Романа сохранили Скавангу и позволили ему отреставрировать это историческое здание. Кажется, ей предстоит изменить свое мнение о богатстве – не так уж плохо быть состоятельным человеком.

Обследовав гостиную, окна которой выходили на один из многочисленных римских скверов, а затем спальню, ванную и гардеробную, Ева сбросила обувь и улеглась на огромную кровать. Но времени понежиться у нее было мало. Меньше чем через час она выйдет из спальни, встретится с Романом и отправится любоваться городом. Исследовать Рим вместе с ним – что может быть чудеснее?

Ева легла в ванну. В ванной комнате первоклассная сантехника прекрасно сочеталась с мраморным полом и узорным обрамлением зеркала. Она была готова пролежать в теплой воде всю ночь, однако вскочила, услышав стук в дверь. Это точно был не Роман. Он стучал совсем по-другому.

Накинув халат и обернув голову пушистым полотенцем, Ева открыла дверь. За ней никого не оказалось, зато стояла вешалка с потрясающей одеждой. Рядом виднелись сумки с логотипами эксклюзивных магазинов. Закрыв дверь, она принялась копаться в сумках и обнаружила нижнее белье, туфли, шаль и…

–  Роман Квисвада, ну-ка иди сюда! – прорычала Ева в телефонную трубку. – «Нет» не принимается в качестве ответа. Как ты посмел прислать мне всю эту кучу одежды? Конечно, ты должен был понимать, что мне что-нибудь да понравится. Если хочешь пригласить меня на ужин, веди меня такой, какая я есть, иначе я откажусь.

–  Это обещание? – протянул Роман.

–  Да! – рявкнула молодая женщина и положила трубку.

Чувство предвкушения охватило Романа, когда он приблизился к апартаментам Евы. Он понял: бессмысленно повторять про себя, что Ева своим поведением напоминает невинную девушку, тогда как он – искушенный в любовных делах мачо, которому подобные дамы неинтересны. Почему же он чуть ли не бежит по лестнице? Потому что он хочет ее, а она хочет его. К чему все усложнять?

Роман постучал, и дверь почти моментально распахнулась.

–  Какая проблема? – спросил он, входя в гостиную.

–  Вот эта, – указала она на ряд вешалок с платьями. – Аванс моих дивидендов? Известно ли тебе, как невелик мой пакет акций рудника? Я никогда не смогу расплатиться с тобой.

–  А я не предлагаю тебе взять все платья. Выбери одно.

– Даже одно такое платье раз в сто дороже моих дивидендов. И что не так в моей одежде? – Ева указала на свои джинсы. – Или тебе стыдно появиться со мной на людях?

– Ничуть. Даже не знаю, что взбрело тебе в голову. Я просто подумал, что тебе будет приятнее надеть платье.

Конечно же он прав. Разве это не приятно?

–  Просто я чувствую себя неловко, – призналась Ева. – Я не привыкла, чтобы мне оказывали такое внимание. С твоей стороны это очень мило, но все-таки для меня это странно.

–  Я просто стараюсь сберечь время. Мой совет – расслабься и выбери платье по своему вкусу, иначе мы потеряем столик.

–  Сомневаюсь.

–  Послушай, Ева, если тебя беспокоит вопрос оплаты, почему бы тебе не поработать на меня?

Это прозвучало как гром среди ясного неба. Растерянная, Ева не знала, что сказать.

Роман пожал плечами и прошел в глубь комнаты.

–  Возвращайся в Скавангу и работай на меня, – сказал он таким тоном, словно это было самое очевидное решение. – Ты не хочешь брать ничего просто так, а я не пытаюсь тебя купить. Оплати так, как сможешь. Я согласен. Мой помощник переслал мне твое резюме, я читал его. Твоя квалификация так же хороша, как у Бритт. Почему же ты никогда не использовала свои знания? В чем твоя проблема, Ева? Чего ты боишься?

–  Я ничего не боюсь, – заявила Ева, заливаясь краской. – А… какую работу ты мне можешь предложить?

– Так, давай посмотрим, – задумался Роман, оглядывая вешалку с платьями. – Думаю, это. Как ты считаешь? – Он снял элегантное платье нежно-голубого цвета. – Думаю, голубой прекрасно подойдет к твоим волосам.

–  Ты не ответил на мой вопрос.

–  У меня есть кое-какие мысли. На данный момент это все, что тебе следует знать. Примерь это. Мы можем поговорить о работе за ужином.

–  Судя по всему, ты будешь говорить, а я буду слушать? – прищурилась Ева.

–  Мы оба будем говорить и оба будем слушать, – возразил Роман, взглянув на нее в упор. – Я считаю, что работа на благо рудника и города – это то, чего ты хотела бы.

–  Я выслушаю, что ты скажешь, – кивнула Ева и, вздохнув, приняла платье из рук Романа.

Для ужина Роман выбрал маленький уютный ресторан, в котором невозможно было не расслабиться. Владелец так радушно приветствовал Романа, что всякому было ясно: он здесь частый гость. В ресторане царила атмосфера уверенности и спокойствия, говорившая о том, что он находится в одних и тех же руках долгое время. Мягко освещенный зал был поделен на кабинки, а в углу зала исполнитель джазовых мелодий наигрывал на фортепиано трогательные песни. Ева и Роман заняли кабинку почти в самом конце, тем самым словно отгородившись от остального мира.

– Я больше не могу съесть ни кусочка, – вздохнула Ева, когда официант принес им кофе.

Еда была превосходная, но трудно было думать о чем-либо, когда под узким столом их колени упирались друг в друга.

– Ты выглядишь чудесно, Ева. Я рад, что ты выбрала этот наряд.

Ева поправила платье. У нее никогда не было такой элегантной вещи. Она носила исключительно джинсы и брюки, поэтому платье было отступлением от ее стиля. Она была рада, что Роман не хвастался тем, что заставил ее уступить.

–  Ты снова хмуришься, – заметил он.

–  Просто думаю о работе, которую ты предложил. Ты серьезно?

–  Я никогда еще не был так серьезен. Почему ты никогда не работала по специальности?

–  Я не хочу об этом говорить, – опустила она глаза.

–  Так не пойдет, Ева, – покачал головой Роман.

–  Это была твоя идея, – вспыхнула она. – Либо у тебя есть для меня работа, либо давай забудем об этом.

Роман вздохнул:

– Это плохо звучит для потенциального нанимателя. Расслабься, Ева. Я не устраиваю тебе проверку. Как я и сказал, это серьезное предложение. Консорциуму не повредят знания и опыт, которые ты приобрела в Скаванге. Ты размышляла об этом?

Ева прикусила губу, сообразив, что она опять готова все разрушить, даже не подумав.

–  Извини. Я…

–  Ты смущена, это понятно. Я знаю, что тебе нужно время, но времени-то как раз и нет. Если ты, конечно, хочешь, чтобы работы на руднике продолжались. Либо ты станешь частью проекта, либо нет.

–  А что будет входить в мои обязанности?

– Я хочу, чтобы ты работала со мной.

– Работала с тобой? Но что я буду делать? Я ничего не знаю об обработке алмазов.

– К счастью, в этой области у меня трудятся профессионалы. Я хочу, чтобы ты следила за сохранением экологии в тех местах, где ведется добыча алмазов. Для тебя есть должность в отделе, который обязан давать консультации по тому или иному проекту. Ты превосходно знаешь местность и мечтаешь сохранить неповторимый пейзаж Скаванги, разве нет?

Ева смотрела на него во все глаза.

– Ты серьезно? – медленно проговорила она.

– Абсолютно, – кивнул Роман. – Ты будешь работать над проектами восстановления ландшафта после окончания работ. Я бы также хотел, чтобы ты подумала о возможности создания чего-то вроде заповедника, чтобы туристам было на что посмотреть.

Сердце Евы учащенно забилось от открывшихся перед ней перспектив. Это была замечательная работа, но существовало одно но. Сможет ли она работать с Романом? Сможет ли она работать с ним и не думать о желании, которое он в ней вызывает? Сможет ли она смотреть на то, как он устраивает свою жизнь, женится и заводит детей? Сможет ли она сделать все это ради Скаванги?

Она должна.

Ева молчала, когда Роман расплачивался по счету и обменивался любезностями с владельцем ресторана.

– Пора идти, – сказал он, неожиданно вторгаясь в ее мысли. Ева чуть ли не подпрыгнула на месте. – Ты можешь решить все по пути домой.

– Ты даешь мне слишком мало времени, – заметила Ева и вздохнула.

Но, честно говоря, она уже приняла решение.

Глава 13

Покинув ресторан, в его квартиру они вернулись пешком. Это была одна из тех теплых бархатных ночей, проводить которые в лимузине – просто преступление. Роман хотел пройтись по городу, который очень любил, и показать Рим Еве. К тому же ему хотелось продлить вечер, что было для него редкостью. Мнение Евы о городе было важным для Романа, а ее реакция на его рассказы заставляла мужчину вспомнить свои детские годы, когда Рим очаровывал его. Роман не всегда был таким утонченным, как Ева, должно быть, считала. Он вырос на воле, на небольшом острове и сколотил свое первое состояние, сказав одному из ювелиров, что он граф – титул, который Роман прежде никогда не использовал. В тот раз он впервые познал могущество титула, хотя твердо знал, что титул не имеет ничего общего с характером человека, носящего его. Для этого Роману достаточно было взглянуть на собственного отца.

– Я уже люблю этот город, – сказала Ева, когда они шли мимо Колизея. – Другого такого места больше нет на свете.

Ему было легко с Евой, и, похоже, он начал к этому привыкать. Большинство женщин, с которыми Роман имел дело, стремились залезть к нему либо в постель, либо в бумажник, но Ева была совершенно другой. И он желал ее. Однако Роман не был романтичным с женщинами. В прошлом он всегда ясно давал понять своей партнерше, что ни о каких отношениях, тем более о браке, речи идти не может. Он видел, что любовь творит с людьми, и не хотел оказаться в числе ее жертв. Он предпочитал сразу согласовать со своей партнершей, кто чего хочет, а потом спокойно расстаться. Роману этого было достаточно.

– Ну, вот и добрались, – заметила Ева – немного тревожно, как показалось Роману, когда они дошли до его дома.

Уже знакомые двое мужчин с наушниками и оттопыренными карманами стояли возле стены. Роман кивнул им, они кивнули ему. Он не остановился, чтобы переброситься с ними словечком-другим. Ему хотелось заняться кое-чем, а для этого аудитория была не нужна.

– Что ты делаешь? – выдохнула Ева, когда, закрыв дверь квартиры, Роман прижал ее к стене. – Где дворецкий? – спросила она нервно, озираясь по сторонам.

Роман рассмеялся.

– Только тебя может волновать, где дворецкий, в такое время. Если ты хочешь выпить, я принесу, – сказал он.

Голос его зазвучал хрипло.

– Мне ничего не надо.

Ева говорила прерывисто, ее щеки вспыхнули.

– Думаю, я тебя хочу, – откровенно признался Роман. – Я мечтаю тебя поцеловать. И не волнуйся, ты можешь вести себя совершенно необузданно. Я отпустил персонал на всю ночь.

Ева сузила глаза.

– Я уже слышала нечто подобное, – заявила она.

– Насколько я помню, ты тогда была не удовлетворена результатом нашей прошлой встречи.

Его губы прикоснулись к ее губам.

– Давай продолжим в более комфортных условиях? – предложил он.

– Почему бы нет? – прошептала Ева.

Роман ощутил прилив возбуждения. Ева то словно готовилась разорвать его на части, то – в следующий миг – становилась соблазнительницей, хотя, возможно, сама не подозревала об этом. И в этот раз он доведет все до логического конца. Роман усилил нажим на ее губы и почувствовал, как Ева расслабляется. Он обхватил ее руками, а она прижалась к его телу, отвечая на поцелуй. Обняв женщину за голову, он погрузил пальцы в ее шелковистые волосы. Ева простонала, прерывисто дыша. Подняв ее на руки, Роман понес добычу в свою спальню. Увидев сквозь окна во всю стену огни ночного города, она вздохнула.

–  Никаких уроков истории, – предупредил он, кладя Еву на кровать.

–  Надеюсь, ты присоединишься ко мне? – поинтересовалась она.

–  Можешь не сомневаться.

Сбросив туфли, Ева стянула пиджак с плеч Романа и расстегнула его рубашку. Он разделся, а к тому времени, когда он повесил пиджак на стул и повернулся к ней, Ева сняла платье. Когда он приблизился к кровати, она потянулась к пряжке его ремня, а затем к пуговице над молнией. Их пальцы переплелись, и они рассмеялись. Роман стоял в трусах, глядя на женщину, лежащую в его постели, и не мог поверить своему счастью.

–  На нас не слишком много одежды? – игриво спросила Ева, поднимая на него взгляд.

–  На тебе ее точно больше, чем нужно, – сказал Роман, глядя на ее бюстгальтер и трусики.

– А на тебе нет? – Ева запустила пальцы под резинку его трусов.

Роман сел на край кровати, играя с ее волосами. Он не хотел спешить. Огненные пряди обрамляли лицо Евы, разметавшись по подушке. Она выглядела как обещание, как мечта. Нет, он вовсе не был романтиком. Он всего лишь констатировал факт.

Ева хотела его очень сильно. Все, что происходило между ними, казалось таким правильным, что страхи покинули ее. Их прежняя встреча, которая окончилась неудачно, отступила куда-то во тьму. Она изменилась, да и Роман, кажется, тоже. Он впустил ее в свою жизнь, рассказав о себе больше, чем Ева могла рассчитывать. Благодаря этим рассказам она поняла, что у него, как и у всех остальных людей, есть страхи и он может испытывать неуверенность в себе.

Ева ощущала свою близость с Романом, чего у нее никогда не было ни с одним мужчиной. Но ей хотелось еще большей близости. Однако дело было не только в сексе. Единственное слово, которое могло описать ее чувства к Роману, было «любовь». Да, конечно, Роман предупредил, что в их отношениях места для любви нет, но это было сильнее ее. Она рисковала своим сердцем, своей гордостью и своим будущим, но в данную минуту все представлялось Еве малозначительным. Сейчас для нее имело значение только то, что Роман собирается заняться с ней любовью.

Роман вытянулся возле Евы и обнял ее. Он никуда не спешил и ни в чем не сомневался, словно они уже несколько лет были любовниками. В его объятиях Ева ощущала спокойствие и одновременно возбуждение. Тело Романа было восхитительным, но этим не исчерпывалась его притягательность. Ева дрожала от предвкушения, от того, что должно сейчас произойти. Ей хотелось наконец узнать, что это такое – побывать на небесах. Она не сомневалась, что Роман может ей это показать.

– Ты не смеешь заставлять меня ждать, – прерывающимся голосом сказала она.

– Но я могу попытаться, – улыбнулся он.

– Это битва, которую я не позволю тебе выиграть, – предупредила Ева и запустила пальцы в его волосы.

Роман прижался к ее шее своей небритой щекой.

– Ты безжалостен, – выдохнула она, когда ее охватили небывалые ощущения.

– К счастью для тебя. – Улыбнувшись, Роман прильнул к ее губам.

– Ты прав, – задыхаясь, согласилась Ева. – Я заслуживаю это.

– Сколько бы времени ни понадобилось?

– Конечно.

Роман накрыл ее своим телом, и Ева ахнула. Упершись руками в матрас, он стал ласкать губами ее щеки, ее глаза, лоб, не забывая чувствительные мочки ушей и шею. А затем он поцеловал ее в губы, и Еву накрыли с головой волны удовольствия.

Она всхлипнула, когда он просунул колено между ее бедер.

– Нет. Пока рано, Ева. Тебе придется подождать.

– Почему? – Ее голос дрожал от желания.

– Ты знаешь почему.

– Скажи мне! – попросила она, беря упаковку из его рук. – И ложись.

– И думай об Англии? – пошутил Роман.

–  Не обязательно. Можешь думать, например, о Стокгольме, я не возражаю. Хотя лучше представь, какую неразбериху я способна устроить и нарушить все твои планы.

–  Ты не можешь ничего испортить, Ева. В твоем резюме было указано, что ты умеешь управляться с мощными агрегатами.

–  Да, но я не знаю, как управляться с машинами, которые могут чувствовать.

–  А я-то думал, ты скажешь, что не привыкла управляться с машинами такого размера.

Они рассмеялись, и она окончательно забыла о своих страхах. Потому что она доверяет Роману, осознала Ева. И потому, что она любит его. Все пойдет так, как надо.

И действительно, все прошло как надо. Роман продолжал ласкать ее, и скоро Ева затерялась в вихре ощущений. Когда его рука коснулась средоточия ее женственности, она была уже готова и даже не вздрогнула, когда ласки стали более интимными. Он погрузился в нее и начал двигаться. Для Евы стало шоком, что ей этого мало, что она хочет большего.

– Подожди, не спеши, – отрывисто пробормотал Роман, переводя дыхание.

Ева рассмеялась низким горловым смехом и выгнула спину.

Они занимались любовью всю ночь без устали. Наверное, потому, что она так долго ждала этого, решила Ева. Роман словно не чувствовал усталости. Они подходили друг другу, как две половинки целого.

– Есть одна вещь, которую я не понимаю, – сказал Роман, когда они лежали в объятиях друг друга и отдыхали.

– Ты о чем? – лениво произнесла Ева.

Роман – крупный мужчина, а она такая маленькая. Тем не менее их тела идеально подходят друг другу. Может ли это быть?

– Почему ты боишься мужчин? – спросил он напрямик.

Ева подняла голову, мгновенно очнувшись от полудремы:

–  Я не боюсь мужчин.

–  В самом деле? – протянул он. – А почему же у тебя не было романов?

–  Откуда ты?.. – начала она, но быстро вспомнила, что Роман знает о ней чуть ли не все.

–  Мне даже кажется, что ты не позволяла мужчинам целовать тебя так, как целовал я, потому что боялась вложить им в руки оружие.

–  Теперь ты говоришь чушь.

–  Разве?

Были вещи, о которых Ева никогда не говорила, тем более что сейчас она боялась все испортить.

– Расслабься, Ева, – произнес Роман. – Тебе не обязательно рассказывать мне о том, о чем ты рассказывать не хочешь.

Но самым поразительным было то, что она хотела все ему рассказать.

–  Ты не можешь винить меня за то, что я хочу как можно больше узнать о женщине, которая захлопнула дверь перед моим носом на свадьбе. Кто же ты такая, Ева Скаванга? Может, красивая женщина, которая слепо отдалась мне только что? Или испуганная девушка, которая сидит на верхней ступеньке лестницы и слушает, как ругаются родители?

– Как ты?.. – Ева прикусила язык.

Наверное, он воспользовался услугами своих информаторов, сообразила она.

Чертовы доносчики! Он действительно знает о ней почти все.

– Прости, Ева. – Почувствовав ее напряжение, он убрал несколько прядей ее волос за ухо. Она отвернулась. – Посмотри на меня, – прошептал Роман. – Я не хотел обидеть тебя.

Ева расслабилась, нежась в его объятиях.

– Я не хотел будить неприятные воспоминания, – продолжал Роман, целуя ее в висок.

Но он разбудил. Неужели ей никогда не дадут о них забыть? Некоторое время они молчали. Ева понимала: Роман ждет, когда она расскажет ему о том, что случилось. Причем он выслушает ее и не будет судить.

– А как насчет тебя? Ты когда-нибудь любил, Роман?

Он неожиданно застыл, и это был ответ на ее вопрос. Роман отодвинулся от нее, и молодая женщина испугалась.

– Я никогда не делал секрета из того, что любовь – это не то, что я предлагаю.

Оттого что его тон изменился, Еву охватила дрожь. Неужели после того, что между ними было, она осталась для него только сексуальной партнершей и ничем больше? Даже дружба между ними будет лучше, чем это. Ева ненавидела себя за то, что жаждет большего.

– Значит, ты предлагаешь потрясающий секс и ничего другого? Дорогие подарки и поездки в экзотические места.

А ей хотелось любить и быть любимой, хотелось, если повезет, родить детей…

Они помолчали.

– Ева? – спросил Роман.

Научиться доверять Роману Квисваде было очень трудно, поскольку мужчины ассоциировались у Евы с болью и разочарованием. Она видела, как ее отец постоянно изменял матери, и это заставляло Еву держаться от мужчин на расстоянии.

–  Я не хочу об этом говорить, – сказала она и отвернулась.

–  Извини, что не оправдал твоих ожиданий, – мягко сказал он.

–  Ты извиняешься? – удивилась Ева, приподнимая голову. – Я самый неуклюжий человек, какого себе можно только вообразить. Это я должна просить прощения.

–  Ты должна научиться доверять мне, Ева.

–  Это не так-то просто сделать.

–  Но тебе необходимо излить кому-нибудь душу. У твоих сестер нет проблем, поэтому я должен выяснить, что случилось с тобой такого, чего не случилось с ними. Что такое ты видела, чего не видели они? Что ты пережила?

–  Перестань! – вырвалось у нее. – Ты хочешь узнать, откуда у меня шрам. Почему бы не спросить об этом прямо? Ведь ты не мог его не почувствовать.

–  Я не собирался заострять на нем внимание. Это не имеет для меня значения, но, судя по всему, играет роль для тебя. Я думаю, это случилось с тобой, когда Бритт училась в университете, а Лейлы не было дома…

–  О, ты весьма проницателен.

– Я надеюсь, это не комплимент. У меня есть кое-какие недостатки. Моя голова, например, слишком велика.

–  Как ты можешь шутить?

–  Лучше принять правду, чем скрывать ее. Итак? – Роман ждал.

Ева вздохнула и начала:

–  Когда на руднике появились первые признаки упадка, отец запил. Он приходил домой и бил мою мать. – В ее голосе не было никаких эмоций. – Ты был прав. Бритт тогда училась в университете, а Лейла после школы проводила время у подруг. Я всегда держалась особняком и старалась как можно дольше оставаться в школе. Однажды я пришла домой рано и застала его. Он стегал мать ремнем. Я, не думая ни о чем, подбежала к ней, а затем повернулась к отцу. Он схватил первый попавшийся предмет. Им оказался чайник с кипятком… Ожог зажил.

–  Да, а рана в душе?

–  Моя мать выходила меня. Мы сошлись на том, что я не стану обращаться в больницу, если отец больше ее не тронет.

–  И он сдержал слово?

–  Да, сдержал.

Роман кивнул и замолчал.

Глава 14

– Пожалуйста, не смотри на меня так. Мне не нужна твоя жалость, – выпалила Ева. – И раз уж мы говорим столь откровенно, почему бы тебе не рассказать о себе? Я уверена, у тебя тоже есть секреты.

Роман поджал губы, вспомнив о том, что его жизнь была построена на лжи, а правду он узнал только в четырнадцать лет. Следующие двадцать лет он строил свою жизнь на чем угодно, только не на любви. Но сейчас, впервые, он не испытывал вины. И все это благодаря Еве.

–  Сын мафиози должен выполнять определенные обязанности, – сказал он. – Когда я узнал правду о своем рождении, то решил, что имею право забыть обо всех этих обязанностях и позволить своему кузену Маттео заниматься этим. Остров и деревня больше не имели ко мне никакого отношения. Я уехал оттуда в ярости, и эта энергия помогла мне сколотить первое состояние. Но остров звал меня к себе. Люди звали. На самом деле я никогда их не покидал, – сообразил он, размышляя вслух. – Дни, когда все решалось силой оружия, к тому времени подошли к концу, а бизнес Маттео уже несколько лет был законным. Мы начали работать вместе, и тогда я сколотил второе состояние.

–  Но люди, живущие на острове, до сих пор называют тебя Доном.

– Да. От некоторых традиций невозможно избавиться. К тому же я хочу сделать все, что в моих силах, чтобы помочь жителям острова. Сейчас я понимаю, какой я счастливец – ведь у меня есть уникальный шанс. Это не только ответственность, как я считал, когда был ребенком, это привилегия.

–  Ты любишь этих людей, – заметила Ева.

–  Да, люблю, – кивнул Роман. Он склонил голову. – И когда это вы стали такой проницательной, синьорина Скаванга?

–  Я такая только с тобой. – И она потянулась к нему.

* * *

Роман собирался посетить Скавангу, чтобы увидеть, какие планы в первую очередь предполагает осуществить Ева. Она задумала создать музей, рассказывающий об истории рудника, и тщательно оберегаемый экологический заповедник. Ева жила ожиданием этого. Она о таком даже не мечтала. Ей и в голову не могло прийти, когда она добиралась до острова, что Роман предложит работать на него. С другой стороны, не ожидала Ева и того, что влюбится в него.

Когда она спустилась в холл, Роман разговаривал по телефону. Ева надела кроссовки, и ее шаги были бесшумными. Он не заметил ее появления. Она хотела удивить Романа поцелуем. Она вовсе не планировала подслушивать, однако в просторном холле был отчетливо слышен каждый звук.

– Значит, работы завершены? – переспросил Роман. – Да. Я вылетаю сейчас. Ева летит со мной. Трудно было выбрать более удачное время.

Ева присела на ступеньку, жалея, что не осталась у себя в комнате. Ее мать часто повторяла, что подслушивающий никогда не услышит о себе ничего хорошего. Но теперь сожалеть об этом было поздно.

– Я уверен, что она согласится работать на меня, – продолжал Роман. – Да, конечно, еще одна проблема решена. – Он рассмеялся. – То, как мне удалось ее убедить, тебя не касается, хотя подозреваю, что мои методы убеждения очень похожи на твои.

С кем Роман говорит? Его тон слишком фамильярен. С подчиненными и персоналом так не разговаривают.

– Ладно, Шариф, предоставь это мне.

Роман общался с мужем Бритт, шейхом Шарифом, и по его репликам было понятно, что разговор начался еще до того, как она вышла из комнаты. Ева вздрогнула и поежилась, словно на нее налетел арктический вихрь. У ног Романа стояла сумка, а на плечи его была накинута теплая куртка, пригодная для суровых северных условий. Неожиданно Еве расхотелось куда бы то ни было ехать.

– Ева! – радостно воскликнул Роман, заметив ее. – Что ты сидишь на ступеньках, как маленькая потерянная девочка? Спускайся вниз и присоединяйся ко мне!

Роман протянул руку, а Ева заколебалась. У нее появилось дурное предчувствие. Роман утверждал, что не способен любить, значит, он держит ее подле себя с какой-то целью. Но с какой?

– Да что с тобой? – недоуменно спросил он. – Что случилось?

Ее мир разрушился. Она смягчилась, она стала доверять ему, а он воспользовался ею.

–  Не надо, – через силу выговорила Ева, когда Роман пересек холл и подошел к лестнице.

–  Что ты хочешь этим сказать? – Перешагивая через ступеньку, он поднялся к ней и взял ее за руки. – Почему ты на меня не смотришь? Что случилось? Что не так?

Ева упорно отводила взгляд.

–  Я слышала твой разговор по телефону, – наконец произнесла она.

–  И что именно, по твоему мнению, ты слышала?

–  Что отсрочка была частью твоего плана.

– Какая отсрочка? Какой план? – Роман нахмурился.

–  Ты планировал задержать меня здесь, пока работы на руднике не будут завершены.

–  И что? – Он покачал головой. – Что не так? Или мне надо было приостановить все работы до твоего возвращения?

–  Ты должен был быть честным со мной.

–  Я и был честен с тобой.

–  Да? Поэтому ты рассказывал, каким образом убедил меня остаться здесь?

–  Ты слышала часть разговора и в результате мне не веришь? Понятно, – протянул Роман. – Теперь я понимаю. – Он помолчал. – Мне кажется, что ты никогда не будешь мне верить. Тебе всегда будет чего-то не хватать.

–  Ты соблазнил меня и держал рядом с собой.

–  Я не слышал, чтобы ты жаловалась.

–  Ты удерживал меня здесь, чтобы я не устроила никаких неприятностей на руднике.

–  Вот, значит, как ты считаешь? И ты не сомневаешься в своих выводах, верно? Я возвращаюсь в Скавангу вместе с тобой. Разве этого не достаточно?

–  Теперь, когда работы завершены, тебе нечего терять.

Роман напрягся:

–  Не могу поверить, что ты это сказала, Ева.

–  Ты не смеешь утверждать, что твои мотивы были невинными.

–  Так оно и было, – попытался убедить ее Роман. – Я оскорблен тем, что ты так думаешь обо мне.

–  Ты использовал меня, – с обвинительными нотками в голосе продолжала она.

– А ты – меня, – не остался в долгу он. – Разве у каждого из нас не было в голове своего плана, когда наши отношения начинались? Разве мы не изменили эти планы, как только лучше узнали друг друга? Я точно изменил. И знаешь что, Ева? У нас обоих есть недостатки. У тебя и у меня. Если ты не можешь с этим жить… – Он отвернулся и нетерпеливо махнул рукой. – Я хотел тебя и думал, что ты хочешь меня, но сейчас мне начинает казаться, что я напрасно потратил время.

– Значит, мы расстаемся? – сглотнув, спросила Ева.

Роман помолчал.

–  В любое время, когда ты захочешь, – спокойно ответил он.

–  Неужели ты передумал лететь со мной? – прошептала она.

–  Ты покинешь Рим немедленно, – заявил Роман. – Я приеду в Скавангу… возможно, приеду в Скавангу, – поправился он, – позже. Ты постоянно будешь размышлять над тем, не задержал ли я тебя намеренно. Поэтому тебе лучше уехать сейчас и приступить к работе. Я был серьезен, когда делал тебе то предложение. Сконцентрируешься на делах…

–  А затем? – не выдержала Ева. Она похолодела, ожидая его ответа. Неужели ничего не изменилось? Неужели она снова все испортила?

– Думаю, тебе нужно время, чтобы определиться, чего ты на самом деле хочешь, Ева. Ты можешь воспользоваться моим самолетом. Он заправлен горючим и готов к вылету. Мой шофер отвезет тебя в аэропорт. Ты можешь вылететь в Скавангу и начать работу сразу по возвращении. Если желаешь, можешь также притвориться, что никогда не приезжала ко мне на остров.

Это было последнее, чего она хотела.

–  И это все, что ты считаешь важным? – прерывистым голосом спросила женщина.

–  Мы говорим не обо мне, Ева, а о тебе. Я хочу, чтобы ты разобралась и решила, чего ты ждешь от жизни. Надеюсь, ты все обдумаешь с холодной головой.

–  Я должна уехать без тебя? – Ева едва могла соображать. Она с трудом сдерживала себя. Больше всего на свете ей хотелось броситься к Роману и сказать, что она не может жить без него.

–  С тобой все будет в порядке, – сказал он, ошибочно принимая ее растерянность за беспокойство. – Тебя будут сопровождать мои люди, а я сообщу твоим сестрам, что ты приезжаешь. Они будут тебя ждать.

Он предусмотрел абсолютно все. Еве ничего не оставалось делать, кроме как сказать:

–  Спасибо. – Она подняла голову и смогла через силу улыбнуться. – Ты получишь первый отчет послезавтра, если тебя это устраивает.

–  Более чем. – Роман тоже улыбнулся, но в его улыбке, казалось, сквозило сожаление.

Не ошиблась ли она?

Он позвонил по телефону и дал необходимые указания для ее отлета.

Почему она валяет дурака, когда ей так много предстоит сделать? Ей досталась работа, о которой она и мечтать не могла, уговаривала себя молодая женщина, распаковывая чемодан в своей комнате в Скаванге. Благодаря работе у нее не будет времени скучать по Роману.

Но кого она хочет обмануть?

Она снова все испортила. Ева легла на кровать и уставилась в потолок. «Работа, думай о работе», – приказала она себе.

Но оставалось еще одно важное дело, которое ей надо было завершить. Она пыталась связаться с Бритт еще в аэропорту, как только приземлился самолет Романа, но ей сказали, что сестра на деловой встрече. Минут через пятнадцать она позвонила снова – с тем же результатом. Наконец, узнав голос Евы, секретарша Бритт предложила соединить ее с сестрой.

–  Нет, пожалуйста, не мешайте моей сестре. Я разберу вещи, приду в офис и подожду ее.

–  Подождете? Вы уверены, мисс Скаванга?

–  Да.

По дороге Ева купила два букета – один для секретарши, другой для Бритт. Таким образом она собиралась загладить свою прошлую вину перед ними.

Персонал не мог скрыть своего удивления при виде Евы Скаванги, терпеливо сидящей в приемной. Многие перешептывались и смотрели на нее. Без сомнения, это станет темой сплетен в ближайшее время.

– Ева? – услышала она голос Бритт и подняла глаза.

У ее сестры было деловое выражение лица, но выглядела она красивой и сияющей.

–  Брак идет тебе на пользу, – тепло заметила Ева, когда Бритт наконец выпустила ее из своих объятий.

– Я люблю Шарифа, – просто сказала Бритт, убирая прядь огненно-рыжих волос с лица сестры. – Как насчет тебя и Романа? – деликатно поинтересовалась она.

– Нет меня и Романа. – Ева закусила губу и тряхнула головой. – В любом случае я пришла, чтобы поговорить не об этом. Я хочу извиниться.

– Извиниться? За что? – недоуменно спросила Бритт.

– Почему ты все усложняешь? – мягко укорила Ева сестру.

Бритт положила руку на плечо Евы и повела ее в свой кабинет, где их никто не потревожит.

– За свое поведение. За свои вспышки, которые стали настолько привычными для тебя, что ты, наверное, уже забыла, как мы поругались перед моим отъездом на остров Романа. Я…

– Перестань, Ева, – мягко перебила ее Бритт. – Не наговаривай на себя. Все было совсем не так. И мы с Лейлой любим тебя такой, какая ты есть. Без твоих вспышек, – лукаво добавила она, – это была бы не ты.

Ева вздохнула и обняла сестру.

– Вы самые лучшие сестры на свете, – пробормотала она. – Я люблю вас.

Глава 15

Прошло почти два месяца с момента появления Евы на острове. Эти месяцы почему-то казались Роману годами. И он почему-то не мог выкинуть Еву из головы, вспоминая, как им было хорошо вместе.

– Да, Шариф, – рассеянно откликнулся он, беря телефон.

– Это не Шариф. Я просто воспользовалась его телефоном, Роман.

– Бритт? – Роман мгновенно насторожился. – Все в порядке? У Евы все хорошо?

– Все ли хорошо с нами? Да, – подтвердила Бритт. – А с тобой? Я что-то сомневаюсь.

– Черт со мной. Расскажи мне о Еве. – Он прижал телефон к уху.

– Сколько ты будешь так жить, Роман?

– Жить как?

– Оставаться вдали от нас. Ева изменилась с тех пор, как съездила к тебе.

– Насколько изменилась? В лучшую или в худшую сторону?

В трубке воцарилось молчание, а затем Бритт предложила:

– Почему бы тебе не приехать в Скавангу и не увидеть все своими глазами?

– У меня слишком много дел.

– Для меня это звучит как пустая отговорка.

– Для тебя все звучит как отговорка. Ты никому не веришь на слово. Вот почему мы наняли тебя, чтобы управлять компанией.

– По крайней мере, приезжай на праздник, Роман. Приезжай и взгляни, чего Еве удалось достичь. Или я слишком многого прошу?

Роман стиснул зубы.

– Ничего не могу обещать, – наконец произнес он.

– Да уж, это очень похоже на то, что Ева рассказывала о тебе.

– Она делилась с тобой секретами?

– Ей не нужно было это делать. Ева – моя сестра. Я читаю ее мысли как открытую книгу. Так ты приедешь на праздник или нет?

Роман так долго молчал, что это вызвало совсем не женскую и совсем не литературную реплику со стороны Бритт.

– Ладно, Бритт. Увидимся.

Роман вздохнул и положил трубку.

Не помогало ему избавиться от мыслей о Еве и то, что он связывался с ней каждый день. Сейчас как раз наступило время для ее почты. Она была щепетильна в том, что касалось прогресса на руднике. Роман изучал ее отчеты с тайным желанием найти хоть малейший знак того, что она скучает по нему, однако отчеты касались исключительно дела. Ева Скаванга, самая эмоциональная женщина, которую он знал, превратилась в ледышку. Сказать по правде, с работой, как он и думал, она справлялась замечательно.

Кстати, Бритт была права. Роман был сам не свой с того момента, как расстался с Евой. Ему недоставало ее огня, ее темперамента. Ему недоставало сумятицы, которую она вносила в его жизнь. Конечно, он мог бы порасспрашивать своих людей в Скаванге о Еве, но чувствовал, что не стоит этого делать.

Раздался звук, оповещающий о том, что поступило электронное сообщение. Должно быть, это было письмо от Евы с ее очередным отчетом.

Кажется, на деньги, которые он инвестировал, они создали сад вокруг рудника. Хорошо. Ева, наверное, радуется. Роман снова пробежался по сухим строчкам, словно это могло заставить Еву оказаться ближе к нему. Его опять пронзило чувство утраты. Как же ему недоставало Евы! Неужели – и сердце мужчины забилось быстрее от этой мысли – он полюбил ее?

Роман подался вперед, когда пришло еще одно сообщение от Евы.

От кого: Евы Скаванги

Кому: Роману Квисваде

Тема: Вызов будущему

Мы увидим тебя в Скаванге или здешние условия слишком для тебя суровы?

От кого: Романа Квисвады

Кому: Еве Скаванге

Тема: Ошибочные предположения

Поспешные выводы никогда не были твоей сильной стороной, Ева. Сконцентрируйся на работе, иначе ты мне без надобности.

От кого: Евы Скаванги

Кому: Роману Квисваде

Тема: Ты увольняешь меня?

От кого: Романа Квисвады

Кому: Еве Скаванге

Тема: Увольняю тебя?

Черт, нет! Это будет стоить мне денег. Уж конечно, к этому моменту ты должна была бы узнать меня получше.

Нет, она совсем не знает Романа, но хотела бы узнать. Ева отодвинула стул, вставая из-за стола и потягиваясь. Переписка по электронной почте вызывала у нее противоречивые чувства. Постоянное общение с Романом было необходимым, полезным, но безликим. Неужели можно так сильно скучать по мужчине? Сестры, наверное, были правы. Ее гордость – единственное, что не позволяло ей честно и откровенно поговорить с Романом. Гордость и неуверенность.

– Ты глупышка, если позволишь ему уйти, – с необычным для нее жаром доказывала Лейла. – Правда, конечно, если ты не хочешь на всю жизнь остаться старой девой.

Ева вздохнула и несколько минут жалела себя, а затем позвонила Бритт.

–  Этот праздник… завтра… в честь возрождения рудника…

–  Значит, ты придешь? – В голосе Бритт слышалось удовлетворение.

–  Конечно приду.

–  Только не одевайся как парень, – предупредила старшая сестра. – Приглашена пресса. Если хочешь, я пройдусь с тобой по магазинам.

–  Избавь меня от этого, – простонала Ева.

– Где она? – поинтересовался Роман у Лейлы.

–  Почему я должна вам говорить? – спросила Лейла скорее с любопытством, чем с гневом.

–  Думаю, вам это известно.

–  Мне известно, что вы задели ее чувства, граф Квисвада. Мне известно, что ваше отсутствие сказывается на ней не лучшим образом. И еще мне известно, что вы единственный мужчина, не считая Тура, который не боится моей сестры. Но я все-таки хочу знать, зачем вам нужна Ева?

–  Она работает на меня. Мне есть о чем с ней поговорить.

– Как насчет того, что вы скучали по ней? – предложила свой вариант Лейла. – Это могло бы сработать.

–  И это говорит тихоня?

–  Почему бы вам самому не поискать ее, граф Квисвада?

Потому что это отнимет слишком много времени. Роман жаждал увидеть Еву сейчас, немедленно.

–  Я набирал все возможные номера. Она не берет трубку.

–  С чего это она вам вдруг понадобилась?

–  Возникла неотложная необходимость.

Роман скучал по Еве сильнее, чем мог выразить словами, и хотел покончить с этим разговором как можно скорее. Вообще-то скучал – слишком слабо сказано. Он не мог жить без нее. Он мечтал, чтобы Ева снова оказалась в его объятиях, мечтал снова ласкать ее теплое восхитительное тело. Он заставил ее уехать, а сейчас торопился все изменить.

Роман попробовал еще раз.

– Да ну же, Лейла, – мягко начал он. – Помогите мне. Ведь вы отзывчивая девушка.

– С чего вы это взяли? Внешность может быть обманчивой, граф Квисвада.

«Расскажи об этом моему другу Раффе», – подумал он, вспомнив реакцию третьего члена консорциума, когда тот впервые увидел фотографию Лейлы. Раффа Леон счел ее невинной и привлекательной. Роман же считал, что Лейла гораздо более проницательна и упряма, чем кажется на первый взгляд. И он, судя по всему, не ошибся в своей оценке.

– Зовите меня Роман, – вежливо произнес он. – И скажите же мне наконец, где Ева. Пожалуйста. Если вам небезразлична ваша сестра, помогите мне. Я должен найти ее, Лейла.

Лейла после долгих уговоров сообщила ему, где следует искать Еву. Он закрыл глаза и облегченно выдохнул.

– Спасибо, – сказал Роман, и его мысли тут же устремились к Еве.

– Вы любите ее? – спросила Лейла.

Это отрезвило мужчину.

– Извините меня, Лейла, но не вам первой я признаюсь в том, что испытываю к вашей сестре.

А теперь, если вы простите меня…

Роман бросил трубку и закрыл глаза. Скоро его самолет приземлится. Он наконец увидит Еву и расскажет ей обо всем, что у него на сердце.

Глава 16

Следовало признать, что иногда Ева делала отвратительный выбор, и сегодня был как раз один из таких случаев. Продавщица убедила ее, что облегающее голубое платье с ярко-розовым воротником потрясающе смотрится с рыжими волосами и белой кожей.

–  Надо же, как отвратительно я выгляжу, – пробормотала она, потянувшись к молнии.

–  Позволь мне.

–  Роман!

–  Да, это я, – сказал он, пристально глядя на нее.

Перед глазами Евы все закружилось. Такого просто не может быть! Как Роман Квисвада оказался в том же магазинчике в Скаванге, что и она? Никто не знал, что сегодня она отправилась за покупками… Никто, кроме ее сестер.

–  Что ты здесь делаешь? – оправившись от шока, спросила Ева.

–  Вот, зашел в магазин…

Голос Романа звучал приглушенно, он в упор смотрел на Еву. Она с трудом заставила себя видеть в нем только своего босса. Он потрясающе выглядел в джинсах, лыжной куртке, ботинках. На шее Романа болтался шарф. Он был словно якорь в качающемся перед ее глазами мире. Даже продавщицы отошли как можно дальше, словно почувствовали исходящую от него властность. Ева не винила их. Трудно было стоять рядом с Романом и не ощущать его превосходство. Проще отступить и надеяться, что он не заметит тебя.

–  Платье ужасное, Ева. Не понимаю, почему ты согласилась его примерить. Мы уходим, – сказал он, обращаясь к продавщицам. – Я видел платье получше. Магазин чуть дальше, по этой же улице.

–  Вот как? – запинаясь, проговорила Ева.

–  Я поселился в отеле недалеко отсюда, – продолжал Роман. – И видел, как ты зашла сюда. Ты ищешь платье для завтрашнего праздника?

–  Вот почему ты появился здесь…

–  Это одна из причин, – уклончиво ответил он. – Повернись. Давай я помогу тебе снять платье. – Роман расстегнул молнию, и Еве показалось, что все продавщицы разом вздохнули. – А теперь одевайся. Мы идем покупать тебе другое платье.

– Ты не должен мне ничего покупать, – заявила молодая женщина. – И… – начала она, когда они выходили из магазина.

– И меня слишком долго не было, – закончил за нее Роман.

Когда его губы коснулись ее губ, Еве оставалось только согласиться с этим утверждением. Спина ее уперлась в витрину, а руки Романа легли по обе стороны от ее головы. Ева краем глаза видела, как продавщицы прилипли к витрине.

– Ты что, собираешься устроить спектакль? – тяжело дыша, выдохнула она, когда он наконец отпустил ее.

Роман улыбнулся и снова притянул Еву к себе. Она покорно ответила на поцелуй, запустив пальцы в его волосы.

– Идем! – хрипло распорядился Роман. – Я передумал.

Ева шагала следом за ним по направлению к отелю.

–  Но платье… – на ходу запротестовала она.

–  Его доставят, – отрезал он.

–  Как мы узнаем, что оно подойдет?

–  Поверь мне, подойдет. – Роман лукаво усмехнулся, и сомнения Евы отпали. – В моем номере большая кровать, – обронил он, когда они стояли возле лифта.

Ева сглотнула:

– Я нисколько в этом не сомневаюсь.

Как и следовало ожидать, Роман снял лучший номер в отеле – пентхаус. Едва они переступили порог, как он заключил Еву в объятия и прямо в прихожей стал срывать с нее одежду. Женщина не отставала от него. Как же она по нему соскучилась!

Когда они отдышались, Роман взял Еву на руки и понес ее, как она решила, на кровать. Но нет, это был диван в гостиной.

Когда они все-таки добрались до постели, Ева думала, что у нее не осталось сил, но оказалось, что она ошиблась.

* * *

Они успели на праздник. Белоснежное платье подошло Еве изумительно и заставляло ее чувствовать себя принцессой. Роман был в темном костюме. С легкой щетиной и иссиня-черными волосами он выглядел как настоящий пират. Ева боялась сойти с ума от любви к нему.

Бритт приветствовала ее так, словно они не виделись несколько месяцев, а Романа она представила всем как члена консорциума, благодаря которому город продолжает жить.

– Если бы не алмазы Скаванги, ничего бы не было. И без вас, трех сестер Скаванга, – галантно добавил Роман. – Хочу сообщить вам, дорогие друзья, – обратился он к гостям, – что мы приняли важное решение. Бритт станет президентом «Скаванга майнинг», а Ева Скаванга будет отвечать за природоохранную деятельность.

Все захлопали. Когда заиграла музыка, Роман отвел Еву в сторону.

Она нахмурилась.

– Ты забыл посоветоваться со мной, – объявила она.

– Тебе нужна эта должность или нет?

– Ты шутишь? Конечно же нужна. Я всегда мечтала именно о такой работе.

– Я так и думал, – удовлетворенно заметил Роман.

– Иногда приятно получать сюрпризы, – призналась Ева.

– Что ж, мне надо посмотреть, как еще я могу тебя удивить.

– Да, пожалуйста, удиви меня.

– Первое, – сказал Роман, засовывая руку в карман и вытаскивая оттуда золотую цепочку.

Ева лишилась дара речи.

–  Думаю, на тебе она будет смотреться лучше, чем на мне.

–  О, Роман! – Еву захватили эмоции. Несколько мгновений она не могла вымолвить ни слова.

–  У меня есть для тебя кое-что еще, – продолжил он.

–  И что это?

Роман помолчал.

–  Я люблю тебя, Ева Скаванга, – торжественно произнес он, глядя ей в глаза. – Люблю сильнее жизни. Мы возвращаемся в Рим! – объявил он и нахмурился, увидев, как изменилось выражение ее лица. – Ты не хочешь?

–  Ты любишь меня? – наконец спросила Ева и засияла. – О, Роман, это самая чудесная новость, которую ты мог мне сообщить.

Роман крепко обнял ее, вдыхая запах шампуня:

–  А ты? Можешь ли ты полюбить меня, Ева?

–  О, Роман… – Она негромко рассмеялась. – Я уже люблю тебя.

Он прижал ее к себе.

– Ты только что сделала меня самым счастливым человеком на свете, – признался Роман и, обхватив ладонями лицо любимой, поцеловал ее.

Эпилог

Они все сделали не так, как принято. Сначала у них состоялся медовый месяц в Риме, а затем они должны были пожениться на острове Романа. Свадьбу планировалось провести на пляже, в окружении друзей и членов семьи.

Во время торжественного приема, состоявшегося накануне отъезда на остров, Лейла села рядом с герцогом Санталабриа, старинным знакомым Романа, что очень не понравилось Раффе Леону. Тот то и дело бросал на герцога мрачные взгляды. Ева задалась вопросом: почему ее младшая сестренка выбрала такого мрачного типа? Неужели он ей понравился? «Что ж, может, и так, – счастливо вздыхая, подумала она. – Пути сердца неисповедимы».

–  Покажи мне свое кольцо, – попросила Лейла, когда мужчины встали из-за стола, оставив сестер Скаванга одних.

–  Мне не нужно кольцо, – сказала Ева. – Это старомодная концепция.

–  Не могу поверить! Что ты сейчас сказала? – воскликнула Бритт. – Ведь мы занимаемся добычей алмазов! И почему тебе не нужно кольцо, Ева? – потребовала объяснений старшая сестра, глядя на свое кольцо с бриллиантом в несколько карат.

–  У меня есть кольцо, подаренное Романом. – Ева показала скромное платиновое кольцо, которое они с Романом выбрали вместе.

–  Да, симпатичное колечко, – одобрительно кивнула Бритт.

–  Но все-таки с бриллиантовым кольцом было бы надежнее, – заметила Лейла.

–  Может, Роман устроит сюрприз? – не очень веря в это, предположила Ева.

И Роман действительно сделал ей сюрприз. На острове. Когда священник, совершавший обряд, спросил о кольцах, он вынул из кармана изумительное кольцо. У Евы захватило дух.

– Бриллианты Скаванги, – сказал Роман, глядя на нее.

–  Оно восхитительное, – только и смогла произнести она.

–  А теперь можете поцеловать невесту.

Роман обхватил ладонями лицо Евы и прошептал:

–  Я люблю тебя, Ева.

–  Я тоже тебя люблю, – глядя на него сияющими глазами, откликнулась она.

Когда Роман оторвался от ее губ, он твердо добавил:

–  Навсегда.

–  Навсегда, – повторила за ним Ева.

Примечания

1

Игра слов: count – граф и count – считать. (Примеч. пер.)

Content

Сьюзен Стивенс
Бриллиант твоей души

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Эпилог

Примечания