Мишель Кондер

Самая дорогая ложь

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

The Most Expensive Lie of All

© 2014 by Michelle Conder

«Самая дорогая ложь»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Глава 1

– Восемь – три в мою пользу.

Круз Родригез, человек, в одиночку сколотивший многомиллионное состояние и когда-то один из самых известных игроков в поло, в замешательстве опустил ракетку для игры в сквош и уставился на противника:

–  Что за чушь! Этот мяч не считается. К тому же счет восемь – три в мою пользу.

–  Ну уж нет, compadre! Гол был.

Круз возмущенно смотрел на Рикардо, готовящегося к очередному броску. Братья устроили небольшой дружеский матч, но их упрямство не позволяло им уйти без победы.

– Хитрецы в конечном итоге всегда получают по заслугам, ты ведь об этом знаешь? – пробормотал Круз, передвигаясь в другую часть площадки.

Рикардо улыбнулся:

– Ты ведь не можешь всегда побеждать, mi amigo.

Круз почувствовал, как у него открывается второе дыхание. Мастерски отбив неплохую подачу Рикардо, он молниеносно направил мяч в другую сторону поля. Кроссовки Рикардо заскрипели по покрытому резиновым покрытием полу корта, когда он устремился за мячом, но все-таки его упустил.

–  Chingada madre!

–  Ну что же ты так, – начал дразнить его Круз. – Вот теперь уже девять – три, все еще в мою пользу.

–  Не зазнавайся, – устало заметил Рикардо, вытирая головной повязкой пот со лба.

Круз покачал головой:

–  Ты ведь помнишь поговорку? Не зная брода…

–  Пожалуй, ты слишком много говоришь, la figura.

–  Приятно знать, что ты все же знаешь свое место. – Круз хитро улыбнулся брату, готовясь к подаче мяча.

Рикардо закатил глаза, затем показал брату средний палец и уверенно принял оборонительную позицию, до последнего не желая признавать своего надвигающегося поражения. Но сегодня Крузу в этой игре не было равных, и, когда Рикардо отбил мяч в его сторону, он, двигаясь с небывалой скоростью и грацией, смог отразить его атаку.

На этот раз Рикардо не торопился подниматься с земли: он мысленно просчитывал траекторию последней подачи. Через какое-то время он в замешательстве покачал головой:

–  Как же это несправедливо. Ведь сквош даже не твоя игра.

–  Это верно.

Когда-то, много лет назад, игрой Круза было поло.

Вытирая пот со лба, Круз открыл спортивную сумку, затем кинул бутылку воды брату. Рикардо жадно начал пить.

– Ты ведь прекрасно понимаешь, что я позволяю тебе выигрывать в этих маленьких соревнованиях только потому, что, когда ты проигрываешь, с тобой просто невыносимо находиться, – уверенно произнес он.

Круз не смог сдержать улыбку. В словах его брата была доля правды. Всем прекрасно известно, что большинство профессиональных спортсменов с трудом переживают поражения. Ко всему прочему, Круз пребывал в весьма хорошем настроении, в таком состоянии он чувствовал себя практически непобедимым.

Вспомнив причину своего восторга, он еще раз достал из сумки телефон и проверил, не пришло ли ему сообщение, которое он ждал с таким нетерпением.

–  Ты так часто проверяешь свой телефон… – заметил Рикардо. – Только не говори мне, что нашлась-таки достойная chica, которая знает себе цену?

–  Размечтался, – пробормотал Круз. – Нет, это связано с работой.

–  Не волнуйся. Настанет день, и ты найдешь женщину своей мечты.

Круз посмотрел на него, нахмурившись:

–  Я вовсе не собираюсь ее искать.

–  Значит, судьба сама сведет вас, – заметил Рикардо.

Круз засмеялся.

– Не слишком-то на это надейся, – ответил он. – Раньше умрешь, если будешь так переживать за меня.

Круз бросил мяч в воздух и с силой по нему ударил, задумавшись над пророческими словами брата. Когда-то в его жизни уже была женщина, о которой он думал каждую свободную минуту. Долгие восемь лет он пытался выбросить ее из головы, но у него ничего не получалось. Круз очень рано понял, что люди, к которым больше всего привязан, причиняют много боли. Поэтому он стал относиться к жизни с той же легкостью, с которой богатые люди разбрасываются деньгами. Подобное мировоззрение быстро помогло ему добиться успеха. Круз стал вкладывать деньги в рискованные проекты, от которых отказывались многие опытные бизнесмены. Именно игра в поло научила его качествам, необходимым для успешного ведения бизнеса, – настойчивости и целеустремленности.

Сейчас он ожидал сообщения о том, что стал счастливым обладателем самого престижного в Восточном Хэмптоне коневодческого хозяйства – фермы «Райский берег».

Поборов в себе желание еще раз проверить телефон, Круз передвигался из стороны в сторону по площадке для сквоша.

– Вот это пресс, – томно произнес хищный женский голос.

Через стеклянную стенку корта за ним наблюдала Лаурен Бернсайд, юрист из Бостона, чьими услугами Круз пользовался, когда хотел заключить сделку, не предавая информацию о ней огласке. Приняв сексуальную позу, Лаурен внимательно смотрела на мужчин.

–  Я всегда догадывалась, что под вашими деловыми костюмами скрывается сильное мускулистое тело, синьор Родригес. Теперь я в этом убедилась.

–  Лаурен. – Круз отпустил край своей футболки, ожидая, что Лаурен перестанет столь вызывающе на него смотреть.

Она была довольно привлекательной. В прошлом году они даже чуть не оказались в постели.

– Пришлось проделать долгий путь, чтобы навестить меня. Простого сообщения было бы достаточно.

– У нас возникла некоторая проблема, – она продолжала улыбаться. – Я решила сообщить тебе новости с глазу на глаз.

Круз нахмурил брови, на этот раз ее попытки соблазнить его совершенно не действовали. Он прекрасно знал, что женщины считали его весьма привлекательным. Высокий мускулистый брюнет, ослепительно улыбающийся, но, к сожалению, любовь его не интересовала. По странному стечению обстоятельств, женщины находили это в нем весьма притягательным. Одна из его спутниц однажды назвала его «непокорным». И он, улыбаясь, ответил ей, что собирается и дальше таким оставаться…

–  Мисс Бернсайд, это совсем не те слова, которые я хочу услышать. – Он специально начал говорить спокойным тоном, игнорируя бешеное сердцебиение.

–  Давайте я сначала спущусь.

Лаурен была достаточно умна: она быстро поняла, что неинтересна ему, и тут же оставила попытки дальнейшего флирта.

–  Это что, твоя новая пассия? – поинтересовался Рикардо.

–  Нет, – ответил Круз резко. – Но она хочет ей быть.

Круз сложил руки на груди, наблюдая за тем, как Лаурен, открыв стеклянную дверь, пересекает площадку для сквоша.

– Что за проблема? – напомнил ей Круз.

Лаурен приподняла изящную бровь.

– У проблемы есть имя, – спокойно заметила она. – Аспен Кармайкл.

Круз заметно напрягся, услышав имя женщины, которую пытался выбросить из головы все эти годы.

В последний раз, когда он ее видел, ей было восемнадцать лет, и ее хрупкую, но весьма привлекательную фигуру скрывала только ночная рубашка. Тогда она смогла устроить сцену соблазнения, достойную Мэрилин Монро. Ее маленькая уловка, которую она придумала со своим высокомерным богатеньким женихом, лишила Круза состояния и уважения семьи и друзей. Быть ему проклятым, если он снова решит связаться с Аспен Кармайкл.

–  И каким же образом она учиняет нам проблемы?

–  Она хочет быть владелицей «Райского берега», и ее дядя весьма благородно согласился продать ей ферму по сниженной цене. Похоже, что, если она за пять дней сумеет собрать нужную сумму, ферма достанется ей.

Круз застыл на месте:

– Насколько же он снизил цену?

Лаурен назвала сумму в два раза меньше той, что предлагал Круз.

–  Джо Кармайкл, конечно, не отличается особым умом, но какого же черта он делает?

–  Они семья, дорогой, – пожала плечами Лаурен. – Разве ты не слышал о том, что голос крови не заглушишь?

Круз прекрасно знал, что каждый человек думает в первую очередь о себе самом. Он провел рукой по своим намокшим от пота волосам, и несколько капель упали на землю. Лаурен тут же от него отпрыгнула, словно он пытался облить ее серной кислотой, затем смущенно посмотрела на Рикардо, который был занят осмотром ее женских прелестей. Круз полностью погрузился в свои мысли. Восемь лет назад ферма «Райский берег» была для него настоящим домом. В течение одиннадцати лет он жил на втором этаже над конюшнями: сначала работал помощником конюха, затем стал тренером, после – менеджером и, наконец, возглавил звездную команду по поло Чарльза Кармайкла.

Круз рассерженно сжал зубы. Тогда ему было всего тринадцать лет. Чарльз Кармайкл мечтал создать команду по игре в поло, которой бы не было равных, и именно в Крузе он увидел искру таланта. Для матери же он был неуправляемым мальчишкой, который, однако, перенял все функции главы семьи после внезапной гибели отца. Она уверяла его в том, что лучшим выходом из ситуации будет уехать вместе с американцем. На самом же деле она беспокоилась лишь о благополучии всей семьи, ведь старик Кармайкл заплатил кругленькую сумму за то, чтобы она отпустила своего сына с ним. Тогда уже Крузу было об этом известно, но он не мог подвести семью.

К тому же, как бы там ни было, его мать оказалась права. К семнадцати годам Круз стал самым молодым игроком, достигшим десятого разряда. А к двадцати годам ему пророчили мировую известность. Но в двадцать три года все его мечты рухнули, и виной тому – хитроумная Аспен Кармайкл. На ферму «Райский берег» она переехала, когда ей было десять лет, после того как трагически погибла ее мать. В эти годы Круз практически ее не видел. Летом он играл в поло в Англии, а Аспен почти весь год училась в дорогой частной школе. Она всегда казалась ему несуразным взбалмошным подростком. Но однажды Круз повредил плечо и целое лето провел на ферме. Аспен было тогда шестнадцать лет, и она превратилась в настоящую красавицу. Круз предпочитал незаметно наслаждаться ее красотой, не предпринимая никаких действий. Надо признаться, что конечно же его мучили страстные мечтания, в которых Аспен играла главную роль. Но он никогда бы не посмел притронуться к ней, если бы она не сделала первый шаг.

Круз осознал, что проводит языком по своей нижней губе и все еще, казалось, ощущает незабываемый вкус ее поцелуя. Той ночью она точно не показалась ему невинной. Он стиснул зубы, пытаясь выбросить мысли об Аспен из своей головы.

– С тобой все нормально, hermano?

Круз тут же развернулся к брату, но посмотрел на него невидящими глазами. Он старался думать о себе как о честном, справедливом человеке, умеющем забывать прошлые обиды. После того как Чарльз Кармайкл его выгнал, он держался как можно дальше от фермы «Райский берег». Теперь же поместье выставили на продажу, и такая покупка будет весьма успешной инвестицией. И совсем не важно, что он собирается сровнять его с землей и построить на его месте отель.

–  Все нормально. – Он перевел свой взгляд на Лаурен. – И я вовсе не волнуюсь по поводу Аспен. Ей негде взять такую сумму.

–  Верно, у нее нет денег, – согласилась Лаурен. – Она берет их взаймы.

Круз застыл в недоумении. Он знал, что на ферме «Райский берег» выращивают хороших лошадей для поло, но даже это не может быть гарантией того, что Аспен сможет заработать на этом бизнесе достаточно денег.

– Ей не удастся собрать нужную сумму.

Во взгляде Лаурен появилось сомнение.

– По информации из моих источников, она движется к цели.

Круз принял невозмутимый вид:

– Насколько уверенно?

– Она собрала две трети суммы.

– Двадцать миллионов! Кто вообще окажется настолько тупым, чтобы дать ей взаймы двадцать миллионов долларов в такое экономически нестабильное время?! А главное, что она вообще могла им предложить взамен?

Лаурен в замешательстве приподняла брови, не зная, как реагировать на столь бурное проявление чувств, но поняла, что ей стоит молчать.

– Черт! – Прилив адреналина, который Круз раньше всегда ощущал перед игрой, вновь охватил его.

– Ты хочешь, чтобы я начала с ней переговоры? – нерешительно спросила Лаурен.

– Нет! – Круз отчаянно пытался найти решение этой проблемы, но видел перед собой образ юной девушки, одетой в облегающие бриджи для верховой езды. Она стояла, облокотившись о деревянный забор, разговаривая с кем-то и радостно смеясь, в то время как ее локоны пшеничного цвета словно переливались на солнце. Внезапно Круз почувствовал прилив возбуждения.

– Лучше займись Джо Кармайклом и любыми другими предложениями о сделке, а я разберусь с Аспен.

– Конечно, – пробормотала Лаурен, фальшиво улыбнувшись. – К тому же постарайся узнать, что Аспен предлагает взамен денег. Встретимся в моем офисе в Акапулько через час.

Рикардо подождал, пока Лаурен уйдет, затем подбросил резиновый мяч в воздух.

– Ты мне не говорил, что собираешься покупать владения Кармайклов.

– А должен был? Это просто деловая сделка.

Рикардо в замешательстве приподнял бровь:

– Ты ведь однажды поклялся, что больше никогда не появишься на ферме «Райский берег». Так в чем же дело?

«В чем дело? – подумал Круз. – Да в том, что старый Чарли ушел на тот свет, а его сын, дядя Аспен, не может и дальше держать на плаву доставшееся ему по наследству поместье, ведь ему надо содержать в роскоши свою жену, поэтому они переезжают в Англию».

Правда, Круз думал, что Аспен последует за ними, чтобы быть на содержании у своего дяди. Но, кажется, он ошибался. Одно он знал точно, нет никакого смысла раскрывать свои планы чрезмерно романтичному брату.

–  У меня нет времени сейчас говорить об этом. – У Круза появилась идея. – Нужно подготовить мой самолет к вылету.

–  Ты решил поехать в Восточный Хэмптон?

–  Да, – грубо ответил Круз.

Рикардо тут же поднял руки вверх, пытаясь успокоить брата:

– Не горячись, просто завтра у нас запланирована вечеринка по случаю маминого дня рождения.

Круз уже уверенно направился в сторону раздевалок, обдумывая поездку в Восточный Хэмптон… и прибытие на ферму «Райский берег» после стольких лет.

–  Можете не ждать, что я там появлюсь.

–  Боюсь, единственный человек, который все еще надеется на это, – наша мама.

Круз застыл на месте. Эти резкие, откровенные слова Рикардо были для него подобны удару в сердце. Семья всегда была для него на первом месте, но сейчас все изменилось. Его родственники не знали, как себя вести в его присутствии, а мать вообще часто смотрела на сына полным вины взглядом, который только напоминал ему о тех темных временах его прошлого, когда он покинул родину.

Круз снова посмотрел на Рикардо:

– Ты ведь это все так просто не оставишь, верно?

Рикардо тут же рассмеялся:

–  Пожалуй, упрямее тебя человека не найдешь, mi amigo.

–  Ну да, конечно. Знаешь что, брат, тебе не нужна жена. Ты и сам прекрасно выполняешь ее функции.

Аспен прониклась уважением к продавцам, предлагающим товары по телефону. Оказалось, совсем не просто слышать каждый раз отказ. Но если она хочет получить желаемое, необходимо взять себя в руки. Дороги назад нет. К тому же она уже была близка к цели. Сейчас не время жаловаться, ведь на кону стоит ее любимый дом.

Позабыв на мгновение о своих переживаниях и страхах, Аспен улыбнулась грузному мужчине, сидевшему с ней за столом, и незаметно поправила свое шелковое платье. Палящие лучи солнца заставляли шелк сиять, но ничто не могло уже поднять ей настроение, ведь ей приходилось слушать тирады Билли Смита Третьего, сына главного врага ее покойного дедушки. Билли только что выиграл в поло.

– О да, – пробормотала она. – Я слышала, что это был гол дня.

Билли Смит унаследовал бизнес по производству картонных упаковок своего отца. Такая легкая жизнь безумно ему нравилась, как и многим, оказавшимся в его положении. К примеру, ее бывший муж не стесняясь продолжал жить на деньги своей семьи.

Аспен обратила внимание на упитанного богача в начищенных ботинках и дорогой белой форме для поло. Много лет назад она пыталась поладить с Билли, но он всегда придерживался мнения о том, что дело женщины молчать и выглядеть красиво. Когда он попросил ее встретиться с ним после игры, она была вне себя от счастья, что ей подвернулся такой шанс поговорить с ним. Аспен готова была сделать что угодно, лишь бы Билли согласился одолжить ей необходимую для покупки фермы сумму. Судя по блеску в его глазах, он не отказался бы увидеть ее обнаженной… Но Аспен не была в настолько безнадежном положении. Пока что.

«Этого не будет никогда», – гордо напомнила она себе.

Поэтому она продолжала ему улыбаться и рассказывать о своих дальнейших планах, касающихся преобразования фермы. Аспен начинала понимать, что список людей, к кому она может обратиться, очень быстро заканчивается. Аспен старалась не обращать внимания на то, как Билли пожирал ее глазами.

– Твой дед перевернулся бы в гробу, если бы узнал о том, что Смиты вложат деньги в его ферму, – объявил он.

Ее дедушка действительно был суровым и безжалостным ценителем традиций.

– Но его больше с нами нет, – напомнила ему Аспен. – И если я не достану нужную сумму, дядя Джо продаст поместье за самую высокую цену, которую ему предложат.

Билли задумчиво наклонил голову, затем медленно осмотрел ее с головы до ног.

– Говорят, что у него уже есть главный покупатель.

Аспен понадобилась минутка, чтобы расслабиться и собраться с мыслями.

– Это правда. Какая-то большая компания, которая, без всяких сомнений, построит на этом месте отель. Я уверена, ты понимаешь мое негодование, ведь ты сам являешься примерным семьянином.

Лицо Билли медленно растянулось в улыбке, отчего Аспен внутри поежилась. Она слишком сильно старалась ему угодить.

– Да, это верно, – протянул Билли. Он откинулся на спинку кресла, в то время как Аспен молила бога, чтобы ей никогда больше не пришлось иметь дело с высокомерными мужчинами.

Потому что именно из-за них она и оказалась в этой непростой ситуации. Ее дедушка слепо верил только в три вещи: власть мужчин, силу и традиции. Мужчины должны получать по наследству землю, а женщины должны быть спокойными и терпеливыми. И своей железной волей он пытался контролировать всех, кто был с ним не согласен. Когда мать Аспен умерла так внезапно, девочка стала жить со своим дедушкой и дядей. Ее бабушка умерла задолго до этого. Аспен сразу же понравился ее дядя Джо, но он никогда не старался защитить ее.

–  Прости меня, Аспен, – сказал дядя Джо, когда месяц назад она встретила его в библиотеке поместья. – Отец оставил ферму в мое распоряжение, и мне решать, что с ней делать.

–  Верно, но дед не предполагал, что ты надумаешь ее продавать, – с укором ответила Аспен.

– Но он не должен был перекладывать свои финансовые проблемы на Джо, – тут же заявила властная жена дяди, Тэмми.

– Дедушка в последнее время не очень хорошо себя чувствовал, – напомнила ей Аспен, но, зная, что не найдет понимания, сразу повернулась обратно к своему дяде: – Не продавай «Райский берег», дядя Джо. Прошу тебя. Ведь ферма находится во владении нашей семьи уже сто пятьдесят лет.

Прах ее матери покоился на этой земле.

Но дядя Джо покачал головой:

–  Извини, Аспен, мне нужны деньги. Но в отличие от своего отца я не жадный. Если ты сумеешь найти нужную мне сумму до моей сделки с русскими, тогда ты сможешь забрать «Райский берег».

–  Джозеф Кармайкл, ты сошел с ума?! – возмутилась Тэмми.

Но, кажется, впервые в жизни дядя Джо не стал слушать свою жену:

– Я все равно собирался содержать Аспен. Но я правда думаю, что она поступает неразумно, желая оставить себе это место.

Аспен была вне себя от счастья, поэтому, не обращая ни на что внимания, просто вылетела из комнаты. Только потом к ней пришло осознание того, что именно предложил ей ее дядя. Сумма была просто космической, но она понимала, что ей необходимо собраться с силами и начать действовать.

Раздался сигнал, ознаменовавший окончание очередной игры в поло, и Аспен отбросила все свои страхи.

– Послушай, Билли, я предлагаю тебе выгодную сделку, – раздраженно заметила она, позабыв о манерах, которые с детства вдалбливал в нее дедушка. – Или соглашайся, или не занимай мое время.

Билли носком ботинка прочертил восьмерку на пыльной земле.

– Дело в том, Аспен, что сейчас мы и так заняты с поместьем «Окс», а твоя ферма нуждается в хорошем ремонте.

– Да, кое-какие работы нужно будет провести, – с притворным спокойствием ответила Аспен. – Но все эти затраты я включила в бизнес-план.

– Я просто думаю, что мне нужны более веские аргументы, чтобы я предложил своему отцу вложить сюда деньги, – сказал Билли. Его глаза при этом маслено блестели.

Грудь Аспен неприятно сдавило, потому что она прекрасно понимала, о чем он говорит.

– Черт возьми, Аспен, ты ведь была замужем и давно уже не столь наивна.

О да, к большому своему сожалению. В итоге она поняла, что больше никогда не хочет оказаться снова под властью мужчины. А Билли желал именно этого.

– Твоему папе тоже нужны эти «аргументы» или только тебе? – протянула она.

Билли понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что над ним издеваются, после чего он бросил на Аспен высокомерный взгляд:

– Я тебе не какой-то сутенер.

– Нет, – спокойно продолжала Аспен, отбросив с лица локон своих светлых волос. – Ты грязная, подлая крыса, и я теперь понимаю, почему дедушка Чарли всегда говорил, что такие люди, как ты, – мусор.

Но Билли лишь откинул голову назад и разразился смехом.

– Ты знаешь, я не верю слухам о том, что в постели ты настоящее бревно. Блеск твоих глаз и бешеный темперамент говорят об обратном. – Он дотронулся до ее щеки. Аспен подняла руку, чтобы избавиться от его прикосновения, на что Билли лишь улыбнулся. – Дай мне знать, когда передумаешь. Мне всегда нравились страстные женщины.

Еще до того, как Аспен успела ответить ему, что обязательно расскажет обо всем его жене, он ушел. Аспен наблюдала за тем, как Билли взял бокал шампанского со стола и направился к группе наездников. Она молила бога, чтобы кто-то выхватил из его рук этот бокал и выплеснул его содержимое в лицо.

В негодовании Аспен повернулась и, тихо выругавшись, чуть не натолкнулась на стену. Однако кто-то обхватил ее за плечи, предотвращая падение. Резко вздохнув от неожиданности, она подняла глаза, чтобы поблагодарить своего спасителя. Но слова застыли у нее на губах, когда она натолкнулась на холодный взгляд мужчины, которого, казалось, давно забыла. Круз Родригез смотрел на нее холодным, суровым взглядом, от которого по ее коже побежали мурашки. Эти восемь долгих лет превратились в пыль. Аспен охватило чувство вины и стыда.

–  Я… – Она моргала, пытаясь собраться с мыслями.

–  Здравствуй, Аспен. Рад снова тебя видеть.

Аспен снова моргнула, не веря его словам. Таким же тоном он мог произнести приказ о ее казни.

– Я…

Глава 2

Круз опустил взгляд на хрупкую стройную женщину, которую держал за плечи, и пожалел о том, что оставил свои солнцезащитные очки в машине.

В семнадцать лет в Аспен Кармайкл была заметна зарождающаяся чувственность и сексуальность. Теперь она по-настоящему расцвела: длинные густые волосы, пикантно расстегнутая верхняя пуговица на платье, красивая большая грудь. Крузу было трудно оторвать от нее взгляд.

– Ты?.. – спокойно отметил он, опустив руки с ее плеч.

Аспен поспешила застегнуть верхнюю пуговицу своего платья. По-видимому, мужчины, готовые дать ей деньги, считали своим долгом любоваться ее роскошными формами.

–  Я… – Аспен встряхнула головой, чтобы собраться с мыслями. – Что ты здесь делаешь?

–  Старик Чарли перевернулся бы в гробу, если бы знал, как ты встречаешь людей из индустрии игры в поло, – медленно протянул Круз.

Мягкий, бархатистый голос Круза взбудоражил и без того напряженные нервы Аспен, на этот раз она не смогла сдержать дрожь. По спокойному выражению лица Круза она не могла понять его истинных чувств.

–  Мой дедушка, наверное, сейчас чувствует себя словно на раскаленной сковороде. – Она улыбнулась, пытаясь рассеять напряжение, которое повисло между ними.

–  Ты намекаешь на то, что твой дедушка в аду, Аспен?

«Может, так оно и есть», – подумала она.

– Возможно, это и так. – Аспен покачала головой, понимая, что манеры, самообладание и спокойствие внезапно оставили ее. – Приветствие было действительно ужасным. Давай попробуем еще раз? – И, не дождавшись его ответа, она протянула руку, стараясь не обращать внимания на бешеное сердцебиение. – Здравствуй, Круз, добро пожаловать в «Райский берег». Выглядишь замечательно.

И это была только половина правды. Круз стал по-настоящему восхитительным мужчиной. Его густые черные волосы слегка касались воротника дорогого костюма, а пронзительный взгляд темных глаз и ярко выраженные линии скул делали его лицо еще прекрасней. Тело Круза всегда было мощным и накачанным, но эти восемь лет только прибавили ему статности и силы.

Аспен хотелось попросить у него прощения за то, что она была замешана в событиях прошлого, результатом которых стали несправедливые обвинения. Но как рассказать о том, что через несколько месяцев после отъезда Круза она написала ему письмо, в котором объясняла всю ситуацию, но не смогла решиться его отправить. Позже она была занята уходом за своим дедушкой, пережившим сердечный приступ, и посылать это письмо Крузу было уже слишком поздно, поэтому она попыталась забыть мужчину, о котором мечтала когда-то.

А теперь их встреча может разрешить все обиды прошлого. Аспен не могла на это надеяться, но зачем продолжать мучиться и винить себя в том, что произошло?

«Потому что тебе просто нравится так себя наказывать», – подумала она.

– Как и ты.

«Как и ты – что? Ах да, замечательно выгляжу».

– Спасибо. – Аспен провела слегка дрожащей рукой по платью, делая вид, что стряхивает с него пылинки. – Так, значит… ты здесь ради поло? Последняя игра уже состоялась.

– Я здесь не ради поло.

Аспен совсем не нравилось испытывать такое сильное волнение. Она попыталась взять себя в руки и уверенно приподняла подбородок.

–  В центральном шатре подается охлажденное шампанское. Я скажу Джуди, что я…

–  Я здесь и не ради шампанского.

Еще более взволнованная тем, как Круз холодно смотрел на нее, Аспен чувствовала себя так, словно она находилась под палящими лучами беспощадного летнего солнца.

– Что же, тогда тебе лучше сказать мне о цели своего визита, потому что мне еще необходимо встретиться с несколькими людьми, до того как они покинут ферму.

Круз посмотрел на нее так, словно мог видеть ее насквозь. Словно ему хорошо известно, насколько некомфортно она себя сейчас чувствует.

«Это просто невозможно», – напомнила Аспен себе, укоряя за то, что не может справиться с волнением.

Круз заметил, как на гладкой шелковистой коже Аспен проступил пот, а взгляд ее чудесных зеленых кошачьих глаз растерянно блуждал по сторонам. Круз не понимал причины ее странного волнения, но он не мог выпустить ее из поля своего зрения, пока не добьется того, чтобы она успокоилась.

Круз внимательно посмотрел на Аспен, облаченную в элегантное дизайнерское платье и шикарные туфли. Ее пышные вьющиеся волосы слегка растрепались, словно она только недавно покинула постель своего очередного любовника. Круз был уверен, что много мужчин уже успели испытать настоящее блаженство в ее страстных объятиях. Но не он. Только не он.

Круз старался придумать, как преподнести ситуацию так, чтобы Аспен не догадалась о его выгоде в покупке фермы «Райский берег». Но пока ему это не удалось, он решил, что стоит держать ухо востро и не позволять себе отвлекаться на ее пухлые соблазнительные губы.

–  Я приехал сюда, чтобы купить лошадь, Аспен. Что же еще?

–  Лошадь?

В замешательстве Аспен моргнула: она не ожидала такого ответа.

– У вас ведь есть для меня лошадь, верно? – спокойно заметил Круз.

Аспен тихонько откашлялась:

–  Джипси Блу. Чистокровная кобыла. Раньше участвовала в играх. Она просто великолепна.

–  Я не сомневаюсь.

Аспен нахмурилась, услышав напряженный тон его голоса. Внешне Круз оставался спокойным и невозмутимым. Он стоял, засунув руки в карманы своего дорогого костюма, теплый ветерок слегка растрепал его волосы, но он производил впечатление мужчины, которого мало что волнует в этой жизни.

–  Аспен, ты ждешь, что лошадь сама материализуется перед нами?

–  Я… – Аспен поймала себя на мысли, что ее взгляд все время устремляется к его чувственным губам.

Что вовсе не удивительно, потому что воспоминания о том давнем поцелуе ни на секунду не оставляли ее.

– Конечно же. – Аспен посмотрела по сторонам в надежде найти Донни, но понимала, что так поступают только трусы. Показывать потенциальному покупателю лошадь входило в ее обязанности. – Сегодня лошадь участвовала в играх, поэтому она должна была остаться в северном манеже.

И как же удачно, что именно там и произошел поцелуй в ту судьбоносную ночь.

–  Слушай, давай я проведу тебя мимо восточных загонов? – внезапно спросила она, стараясь хоть как-то потянуть время. – Там пасется Триггер, он наверняка тебя все еще помнит и…

–  Я здесь не для того, чтобы вспоминать прошлое, Аспен.

Резкий, напряженный тон ее немного смутил. Они проходили мимо заводчиков лошадей, которые в это самое время загоняли своих животных в прицепы для транспортировки. Это было обычной картиной после серии дневных игр. Между Аспен и Крузом по-прежнему царило напряжение. Она рискнула посмотреть на него краем глаза, задумавшись над тем, чувствует ли он себя так же некомфортно. Казалось, что он просто хочет поскорее завершить намеченные дела.

Сделав глубокий вдох, Аспен остановилась недалеко от конюшен и повернулась к Крузу, чтобы покончить с обидами прошлого до того, как они войдут внутрь. Прикрыв глаза ладонью, она посмотрела на него. Неужели он всегда был таким высоким? Таким сильным? Таким прекрасным?

–  Круз, послушай. Ты застал меня врасплох своим приездом. – Она медленно выдохнула, пытаясь успокоиться. – Я хотела бы, чтобы ты знал, – мне очень жаль, что я была частью событий, последствиями которых стал твой вынужденный уход отсюда.

–  Правда? – холодно спросил он.

– Конечно же! Я никогда не хотела причинять тебе никаких неприятностей.

Круз все еще стоял так же неподвижно.

– Это правда! – не выдержала Аспен, чувствуя, как начинает закипать ее кровь.

В ту ночь она оказалась в конюшне, потому что Чад, теперь уже ее бывший муж, за ужином рассказывал дедушке о том, что собирается жениться на ней, как только ей исполнится восемнадцать лет. Аспен прекрасно понимала, что дедушка уже сам спланировал ее будущее, в то время она стремилась угодить ему, забывая о своих мечтах и желаниях. Поэтому после ужина, взволнованная, она спустилась в конюшни, чтобы побыть наедине с лошадьми, в месте, где она чувствовала себя как никогда ближе к своей покойной матери. Ей нужно было понять, что делать дальше. Конечно же теперь Аспен понимала, что не стоило стучать носком ботинка о стену, выплескивая таким образом свой гнев. Услышав шум, Круз спустился из своей комнаты, чтобы узнать, в чем дело. Она вспомнила, что он уже тогда выглядел таким сильным и прекрасным в потертых джинсах и наспех застегнутой рубашке.

–  Что тебя так разозлило, chiquita? – спросил он, его напряженный взгляд контрастировал с легким шутливым тоном его голоса.

–  Ты бы хотел знать? – как будто бросая ему вызов, ответила она.

Вспоминая, как игриво отбросила с лица локон своих волос, Аспен поморщилась, понимая, что таким образом неосознанно пыталась привлечь его внимание. Тогда она не понимала, что делает, ей просто не хотелось, чтобы он уходил. Свет от факела рядом с ними был таким теплым, и казалось, что в этом мире остались только они вдвоем. Аспен была практически уверена в том, что первый шаг сделала она, но уже через мгновение его объятия сомкнулись и контроль над поцелуем перешел к нему.

Это был ее первый поцелуй.

Даже сейчас ее дыхание стало сбивчивым, стоило только вспомнить о той ночи. Тогда гамма эмоций нахлынула на нее – чувство безысходности, страсть, невероятное желание – она никогда раньше ничего подобного не ощущала. Но сейчас не время признаваться в этом Крузу. Особенно когда он смотрит на нее таким холодным… скучающим взглядом.

–  Все это дело прошлого, Аспен, у меня нет времени, чтобы предаваться ностальгии.

–  Это твое право. Но на следующий день я объяснила дедушке, что он не так все понял.

–  Да?

–  Да, это правда. – Аспен подняла на Круза виноватый взгляд. – Мне…

–  Действительно жаль? Ты уже это говорила. Тебе нравится повторять одно и то же?

Аспен в замешательстве моргнула. Ей показалось или он действительно ее ненавидит?

–  Нет, но я не уверена, что ты поверил моим словам, – спокойно заметила она.

–  Это имеет значение?

–  Конечно же, ведь когда-то мы были друзьями.

–  Мы никогда не были друзьями, Аспен. Но я рад, что твоя маленькая ошибка не смутила Андерсона, и он все-таки на тебе женился.

Аспен провела языком по своим пересохшим губам.

– Дедушка решил, что лучше ему ничего не рассказывать.

Круз тут же рассмеялся:

– Что ж, теперь мне даже жалко этого дурака.

Если бы он с самого начала знал, какая ты маленькая изменщица!

О да, он точно ее ненавидит.

–  Послушай, я просто хотела извиниться. Хотела, чтобы между нами не осталось недопонимания.

–  Нам нечего выяснять.

Аспен внимательно на него посмотрела. Круз стоял спокойно и неподвижно, но ей почему-то казалось, что ее обхаживает свирепый хищник. Она не верила в то, что он оставил прошлые обиды.

– Я сделала ошибку, но, как ты уже сказал, ты не хочешь вспоминать прошлое. – Аспен была вне себя от гнева: она тоже о многом предпочла бы забыть.

Аспен резко развернулась и быстрым шагом прошла к конюшне. Она лишь немного успокоилась только после того, как зашла в прохладное помещение. Ее легкие сразу же наполнились таким знакомым сладким запахом сена и лошадей.

Круз следовал за ней. Зайдя в конюшню, он осмотрелся по сторонам, заметив в углу потертые одеяла и грязные ведра – Аспен и Донни еще не успели убраться в этой части фермы. Она надеялась, что Круз не станет смотреть вверх и не увидит, как из маленьких щелей внутрь просачивается солнечный свет. В воздухе повис клуб пыли, когда мимо них пролетел голубь, и любопытные лошади высунули из своих загонов морды. Аспен по привычке потянулась в карман за угощением, забыв о том, что на ней было надето платье, вместо обычных джинсов и рубашки. Поэтому она просто погладила по носу ближайшую лошадь.

– Прости, дорогая. У меня ничего для тебя нет. Но позже я тебе что-нибудь обязательно принесу.

Круз остановился рядом с ней, но даже не попытался прикоснуться к лошади.

–  Это Пантера. Мы назвали ее так потому, что у нее храброе сердце горного льва, хотя она бывает обидчивой. Правда, девочка? – Она с любовью погладила животное, а затем перешла к следующему загону: – А это Дельта. Она…

–  Просто покажи мне лошадь, которую продаешь, Аспен.

Она услышала явное раздражение в его голосе. Начиная сама злиться из-за его поведения, Аспен быстро направилась к загону Джипси Блу. Если бы она была в состоянии и дальше содержать ее, то не стала бы продавать свою любимую кобылу.

– А вот и она, – напряженно начала Аспен. – Отец – Блу Рэйс, мать – Лэди Белингтон. Возможно, ты знаешь, что она несколько лет назад выиграла два раза подряд на чемпионате Кентукки Дерби. – Аспен сделала глубокий вздох. Если Круза все устраивало в отношениях между ними, то и ей пора прекратить беспокоиться по этому поводу. – Есть еще люди, заинтересованные в ее покупке, поэтому тебе стоит решать быстрее.

«Неожиданно она сменила тон, – подумал Круз. – Сначала, явно чувствуя себя некомфортно, изливала свою вину, а теперь стала холодной, чопорной богатой наследницей».

– Я тебя разозлил, – заметил он, решив ослабить свой напор.

Ведь так ему не удастся получить от нее информацию, которая ему нужна. Всему виной это место. В нем таились призраки прошлого, о котором он старался не вспоминать. Он покидал это место пешком, с сумкой на плече, не взяв у старика Кармайкла ничего, кроме тех денег, которые он уже успел заработать.

Неосознанно его взгляд перешел в ту часть конюшни, в которой той ночью он увидел Аспен в ее прозрачной соблазнительной ночной рубашке. Тогда на нем тоже было мало одежды. Когда он услышал шум, то успел натянуть лишь старые джинсы и поспешил спуститься вниз, чтобы узнать, что случилось. Он совершенно не ожидал увидеть Аспен. Она выглядела очень сексуальной: Круз даже застыл на месте, очарованный ее соблазнительным образом. И все это было ловушкой. Теперь-то он знал об этом. Он поцеловал ее, потому что давно изнывал от желания. Она же оказалась в его объятиях, потому что хотела его подставить.

Круз сжал челюсть, вспоминая о том, как он старался держать себя под контролем. Как он не желал пугать ее напором своей страсти. Как не хотел лишать ее девственности. Она же обвела его вокруг пальца, выставила полным дураком, и он ей это позволил.

– Как я уже сказала раньше, – Аспен откашлялась, – наша встреча получилась неловкой.

Аспен, должно быть, заметила, куда был обращен его взгляд, потому как в ее голосе появилось некоторое волнение.

Круз уже собирался притвориться, что ничего не помнит, но слова внезапно застыли на его языке: средняя пуговица на ее платье почти расстегнулась, и Круз осознал, что мечтает, чтобы так оно и произошло. К его удивлению, он больше не мог держать свои эмоции и желания под контролем, поэтому поспешил зайти в загон.

Он действовал автоматически, проводя рукой по спине кобылы, чувствуя ее гладкую шерстку, проверяя мускулатуру ее передних ног. Однако его непослушные мысли возвращались к Аспен: он вспомнил о тех тихих стонах, которые срывались с ее губ в ту ночь восемь лет назад, и его дыхание сбилось.

– Это отличная лошадь для игры в поло. На поле она чувствует себя комфортно, к тому же она очень быстрая.

Слова Аспен заставили его вернуться из мира грез в реальность, и он напомнил себе о том, что приехал сюда по делу.

– Так что ты думаешь?

Ему потребовалась минута, чтобы понять, что она говорила не о себе, а о лошади.

–  Она просто идеальна. Покупаю.

–  Ох. – Аспен неловко рассмеялась. – Ты даже не хочешь сначала ее объездить?

–  Нет.

–  Что ж, я ведь сама сказала тебе решать быстро. Я скажу Донни, чтобы он подготовил документы.

–  Отправь их моему юристу. – Круз погладил лошадь по носу, и она тут же уткнулась в его ладонь. – Я слышал, что Джо продает ферму.

Аспен поморщилась:

–  Хорошие новости быстро разлетаются.

–  Мир поло весьма тесен.

–  Иногда слишком. – Аспен указала на лошадь: – Она испортит твой дорогой костюм.

–  У меня много костюмов.

Аспен не знала, каково это – иметь много денег. После того как отец покинул их, они с матерью жили в нищете, поэтому богатство фермы «Райский берег» было для нее настоящим потрясением.

– Куда ты собираешься уезжать, когда ферма будет продана?

– Она не будет продана, – напряженно заметила Аспен, делая шаг назад, когда Круз вышел из загона. – По крайней мере, кому-то другому.

Он вопросительно приподнял бровь:

–  Ты собираешься ее купить?

–  Да. – Сейчас Аспен как никогда нуждалась в позитивном настрое.

Рядом Джипси Блу издала недовольный звук и высунула свою мордочку в дверь. Аспен заметила, что ее ковш с водой был практически пустым. Она тут же взяла сосуд в руки и наполнила его.

– Позволь мне.

Круз забрал ковш из ее рук и снова зашел в загон. Аспен последовала за Крузом, чтобы наполнить кормушку.

–  Эта ферма большая. Здесь трудно работать одной, – сказал он.

–  Тем более девушке? – тут же раздраженно отреагировала она.

–  Я этого не говорил.

–  Прости. Я так бурно реагирую, потому что очень многие говорят мне о том, что я не справлюсь… – Она нервно засмеялась, понимая, что чуть не излила душу практически незнакомцу. Ему ведь все равно? – Дело в том, что… – Аспен внимательно на него посмотрела. У Круза были деньги. Она слышала о том, что он весьма успешен в бизнесе.

–  Но дело в том, что… – напомнил ей он.

Услышав в его голосе усмешку, Аспен быстро посмотрела ему в глаза. Неужели он догадывался, о чем она сейчас думала?

– Прости, я просто…

«Засмотрелась на твое прекрасное лицо? Крепкое тело? Просто отлично, Аспен».

– Дело в том, что, – она сутулила плечи, – для покупки фермы мне нужно еще десять миллионов долларов. – Аспен постаралась изобразить на своем лице добродушную улыбку. – Ты, случайно, не ищешь новый проект для инвестиций?

Глава 3

Аспен не могла поверить, что произнесла вслух вопрос, который в последнее время занимал все ее мысли. Теперь, когда на сделку с Билли Смитом она уже не могла рассчитывать, а на то, чтобы собрать нужную сумму, у нее осталось всего пять дней, ее потихоньку стало охватывать отчаяние.

– Это большие деньги.

Сердце Аспен бешено заколотилось, во рту пересохло.

–  Я прошу их в долг, – поправила она его. – Но ты ведь знаешь, как говорят… – Она тут же замолчала, потеряв нить своих мыслей, когда он выпрямился в полный рост и засунул руки в карманы своих брюк.

–  Люди много что говорят, Аспен.

–  Если ты не задашь вопрос, то никогда не узнаешь ответ, – прошептала она, облизнув губы. – А я уже в отчаянии.

Глаза Круза загорелись.

– Хороший делец никогда сразу не раскрывает свои карты. Иначе у его врагов появляется над ним власть.

Лицо Аспен залилось краской: она услышала в его голосе чувственные нотки.

– Я не считаю тебя своим врагом, Круз.

–  Тогда ты поступаешь очень глупо, – тут же подозрительно спокойно ответил он. Аспен почувствовала, как рушатся все ее надежды. О чем она вообще думала? Где ее профессионализм? Но где-то в глубине души она знала о том, что он никогда не согласится на ее предложение.

–  И какая же выгода меня ждет?

Его вопрос поверг ее в шок – неужели он заинтересовался сделкой?

–  О, я могу тебе все описать по пунктам.

–  Правда?

Аспен решила не обращать внимания на его скептический тон.

–  Я подсчитала лошадей, которые скоро принесут потомство. Также мы собираемся купить дорогого жеребца, чтобы улучшить родословную наших лошадей. К тому же у нас есть лошади, которых мы собираемся тренировать. Я не знаю, известно ли тебе о том, что у нас здесь организована школа верховой езды, я обучаю детей и взрослых. – Дыхание Аспен сбилось: она замолчала, затем добавила: – Это выгодное предложение.

–  Если это такая удачная сделка, почему тебе не дали денег в банке?

–  Я слишком молода… обычно это первая и самая главная причина. Но я думаю, что никто из нас и не догадывался о том, что в последние годы дела на ферме шли не так хорошо и… – Почувствовав, что снова начинает говорить больше, чем следует, Аспен замолчала. – В банке сказали, что у меня недостаточно опыта, чтобы сделать ферму доходной.

– Наверное, тебе стоило получить образование, прежде чем выходить замуж, чтобы обеспечить себе хорошую жизнь.

От его пропитанного ненавистью тона Аспен вновь напряглась.

–  Я не выходила замуж, чтобы обеспечить себе хорошую жизнь, – раздраженно ответила она. Аспен удержалась и не стала говорить Крузу о том, что ей осталось доучиться только один семестр, чтобы получить специальность врача-ветеринара, и о том, что ей удалось совместить это с полноценной работой на ферме. Но она прекрасно понимала, что сейчас ее слова прозвучат как оправдание.

–  Если ты так плохо думаешь обо мне, тогда зачем ты изображаешь интерес к моему плану? – не в силах сдержать свои эмоции, разгоряченно сказала она. – Или же ты решил украсть наши идеи?

Круз тут же звонко рассмеялся, что только усилило ее гнев.

–  Мне не нужны ваши идеи, gatita. У меня достаточно своих.

–  Тогда зачем давать мне пустые надежды?

–  Ты думаешь, я это делаю?

Аспен возмущенно на него уставилась:

– Ты прекрасно понимаешь, что именно это и делаешь.

Круз подошел к ней поближе:

– Может быть, я и правда заинтересован.

Тон его голоса заставил ее напрячься, но она была слишком рассержена, чтобы обращать на это внимание.

–  Не играйся со мной, Круз. У меня осталось пять дней на то, чтобы найти деньги.

–  «Райский берег» действительно так много для тебя значит?

–  Да.

– Я полагаю, что женщина в твоем положении всегда выбирает легкую жизнь, – ответил он с таким высокомерием, что Аспен чуть было не задохнулась от возмущения.

Легкая жизнь? Он понятия не имел, как непросто работать на ферме. Здесь она чувствовала себя в безопасности и счастливой после того, как окончательно осиротела. И после того, как ее брак развалился. Она планировала открыть на территории фермы школьный лагерь для детей, к которым судьба была не так благосклонна. Общение с лошадьми оказывало успокаивающее воздействие на трудных подростков. Таким же трудным подростком была когда-то и сама Аспен. И сейчас ей было невыносимо больно слушать жестокие упреки Круза.

Аспен уже собиралась попросить покинуть ее владения, но надежда все же не до конца угасла. Быть может, стоит быть более убедительной.

–  Ферма «Райский берег» находится в собственности моей семьи уже целый век, – начала она, стараясь говорить спокойный тоном.

–  Избавь меня от этой лирики…

Аспен вновь моргнула в замешательстве:

–  Мой бог, какой же ты жестокий. Я не помню, чтобы ты раньше был таким.

–  Не помнишь, gatita? – Его голос стал заметно тише, и ее сердце тут же начало учащенно биться. – Каким же ты меня помнишь?

Взгляд Аспен тут же переместился на его губы.

– Я помню, что ты…

«Ты был высоким, и твои волосы казались иссиня-черными при ярком свете солнца. Твое лицо было настолько прекрасным, что казалось, должно быть на обложках журналов по всему миру. А твои губы страстные, но в то же время невероятно нежные…»

–  …Хорошо обращался с лошадьми. – Аспен заставила себя посмотреть ему прямо в глаза. – Что ты был умным и старался держаться на расстоянии от всех. Также я помню, что, если ты был из-за чего-то рассержен, даже мой дедушка не рисковал к тебе подходить. Я помню…

–  Достаточно. – Круз резко взмахнул рукой в воздухе, заставляя ее замолчать. – Сейчас я хочу узнать только об одном, – мягко произнес он.

Помнит ли она его поцелуи? Да, этого ей никогда не забыть.

–  О чем? – задыхаясь, спросила она, коря себя за слабость в голосе.

–  Насколько сильно твое отчаяние?

Аспен покачала головой, пытаясь освободиться от тех сильных эмоций, которые он одним своим присутствием вызывал в ней.

Круз потянулся и взял в руки локон ее волос, смотря на нее обжигающим взглядом.

– Если ты хочешь, чтобы я одолжил тебе денег, мне нужно нечто большее, чем процент от доходов фермы.

Аспен ощущала, как тревожно поднимается и опускается ее грудь. Она поспешила высвободить свой локон из его рук.

– Что ты имеешь в виду?

Его глаза были практически черными, он словно прожигал ее своим взглядом.

– Ох, давай не будем играть в невинность. Ты ведь чувственная женщина, которая способна согреть постель любого мужчины. – Он замолчал, ласково смотря ей в глаза. – И если все случится так, как я запланировал, то ты окажешься в моей постели.

Он что, шутит?

Аспен раскрыла рот от удивления и негодования. Гнев поднялся в ней огромной кипящей волной. Как бы ни была Аспен виновата перед Крузом, он не имел никакого права относиться к ней как к… шлюхе.

– Уйди с моей дороги, – приказала она.

Его взгляд остановился на ее подрагивающих от обиды губах.

– Аспен, гордость может сыграть с тобой нехорошую шутку.

Ей было хорошо известно о том, что гордость – это порок.

–  Меня заставляет отказаться от твоего предложения элементарное уважение к себе.

–  Можешь называть это как хочешь, я предлагаю обычную деловую сделку. Все не так уж сложно, правда?

–  Нет, это просто отвратительно.

–  Интересно сказано, – надменно произнес Круз. – Скажи мне, Аспен, было бы это все так же отвратительно, если бы я сначала сказал тебе, какая ты красивая, а потом затащил в свою постель? – Он сделал шаг вперед, затем продолжил, понизив голос: – Если бы я сделал именно так, ты бы сказала мне «да»? – Его губы изогнулись в насмешке. – Если бы я постарался быть романтичным с тобой, Аспен, уже через несколько часов ты бы оказалась в моей постели, и я бы сэкономил кучу денег.

Аспен посмотрела на него пылающим взглядом, хотя в ее воображении появился образ их обнаженных, сплетенных в объятиях страсти тел.

– Можешь оставить свои деньги при себе и свалить с моей земли, – произнесла она.

Его ноздри раздувались от частых вдохов, и Аспен только сейчас поняла, как близко друг к другу они стояли.

–  И к твоему сведению, – продолжила она, желая окончательно его растоптать, – я бы никогда не сказала тебе «да».

–  Правда?

Круз сделал еще один шаг ближе, и Аспен оказалась прижата спиной к деревянной стене загона. Круз снова коснулся тугого локона ее волос, на этот раз поднеся его к своему носу. Она уперлась руками в его грудь, но он не сдвинулся с места. И внезапно она ощутила упругость его мышц, скрытых под его рубашкой, и частое биение его сердца. Внезапно она так ярко вспомнила прикосновения его губ. Вспомнила, как тогда его сильные руки обхватили ее талию. Желание вновь разгорелось огнем: ее грудь набухла, а ноги стали ватными.

Круз, к ее большому удивлению, ничего не сказал в свое оправдание. Он наклонился вперед, не обращая внимания на ее отчаянное сопротивление. Его горячее дыхание коснулась ее уха.

– Давай я расскажу тебе, что я помню, gatita. Я помню, как соблазнительно выглядела твоя попка в обтягивающих бриджах для верховой езды. Твои розовые бикини, которые ты часто надевала, когда ездила на лошади вдоль пляжа. Я помню, как ты на меня смотрела. Почти точно так же, как ты смотрела на меня сегодня, когда я осматривал лошадь. – Он сжал ее волосы в кулак. – Ты ведь думала о том, что почувствуешь, когда я снова прикоснусь к тебе, не так ли?

Аспен попыталась сразу же опровергнуть его слова, но не смогла сделать даже вдох.

– Я всегда думала, что ты реалист, а не мечтатель, – постаралась она произнести насмешливо, страшась того, насколько беззащитной себя чувствовала. – Только в твоих мечтах я могу согласиться на это предложение.

Круз с силой сжал челюсть, слыша насмешку в голосе Аспен. Как она вообще может называть его мечтателем, если сама до сих пор верит в то, что сможет справиться в одиночку с управлением фермой?!

Круз вновь вспомнил о том, как испуганно и невинно она выглядела, когда ее дедушка кричал на него. Его обвинили в том, что Круз совратил ее в ту ночь, но на самом деле Аспен и ее гадкий жених Чад Андерсон хотели его подставить. Им нужно было убрать его из игры, чтобы Чад стал капитаном звездной команды по поло Чарльза Кармайкла. Другого объяснения ее действий он не находил.

Круз внимательно посмотрел на Аспен. Выражение ее лица было упрямым и гордым, на щеках горел яркий румянец. Сердце билось учащенно, она неосознанно увлажнила свои пухлые губы, проведя по ним языком.

– И тебе бы понравилось. – Круз сильнее сжал в кулак ее волосы и придвинулся так, чтобы их тела соприкасались. – Тебе точно понравится, – пообещал он, обхватив другой рукой ее за талию и заглушив ее крик протеста поцелуем.

Она тут же сжала губы и стала сильнее его отталкивать, но ее сопротивление только привело к тому, что их тела стали еще ближе.

Аспен застыла на месте, видимо, такая близость их тел взволновала и ее. Круз застонал, проводя языком по ее сомкнутым губам. Он почувствовал, как дрожь прошлась по телу Аспен, но затем она начала брыкаться еще сильнее. Ему хотелось, чтобы она сдалась. Он попытался найти в себе силы и терпение, чтобы смягчить свои прикосновения. Лаская и прикусывая ее губы, он проводил по ним языком. Аспен издала тихий стон, и Круз почувствовал триумф, когда она наконец приоткрыла свои губы и прижалась к нему настолько близко, что он смог ощутить чарующий аромат ее духов. Вновь простонав, Круз старался прикасаться к ней с большей нежностью. Внезапно его охватило необычное ощущение, словно он наконец-то нашел то, что искал слепо все эти годы. Крузу не хотелось, чтобы этот поцелуй кончался.

Если бы Круз с самого начала знал, что его ждет такое искушение, он не позволил бы себе этот поцелуй. Но теперь он не мог остановиться. Ее губы были такими сладкими, такими нежными, их прикосновения такими жгучими.

Круз не смог сдержать стон, когда Аспен осторожно пошевелилась в его крепких объятиях; и последние здравые мысли покинули его. Он потянулся и обхватил ее бедра руками, затем провел ладонями по ее ягодицам, еще сильнее прижимая ее к себе.

– Да, – прошептал Круз охрипшим голосом, все еще прикасаясь к ее губам. – Поцелуй меня, gatita.

И Аспен согласилась на его просьбу. Прикосновения ее губ были настольно страстными, что казалось, она так же, как и он, вечность мечтала об этом поцелуе. Как будто бы она тоже не могла жить без…

– Ох!

Они оба одновременно вскрикнули, неожиданно почувствовав боль: Круза что-то ударило по голове, а он столкнулся лбом с Аспен. Развернувшись, он бросил недовольный взгляд на лошадь, которую несколько минут назад собирался купить. Та возмущенно фыркнула.

Словно очнувшись ото сна, Аспен моргнула, потерев шишку на лбу. Выражение ее лица тут же стало гневным, и Круз понял, что на продолжение ласк он может больше не рассчитывать.

– Ну ты и мерзавец!

Аспен замахнулась и залепила ему пощечину. Круз потирал подбородок. Он заметил, как Аспен резко побледнела, почти теряя сознание.

– Аспен?

Она взглянула на Круза так, как будто это он на самом деле только что ее ударил.

– Только посмотри, что ты заставил меня сделать! – прокричала она.

А вот это было на нее похоже – во всем винить его.

–  Напомню тебе, что ударила меня ты – только потому, что тебе понравился наш поцелуй.

–  Ох!

Аспен изо всех сил попыталась оттолкнуть его, и на этот раз он был рад отступить назад.

–  Сегодня я уже отказала одной грязной крысе, теперь же отказываю другой. – Она бросила испепеляющий взгляд в сторону Круза. – Теперь убирайся.

–  Я не заставлял тебя ничего делать, gatita. Ты сама просила меня об этом.

–  Не зови меня так.

Его разум, возможно, все еще был затуманен, потому что он не мог вспомнить, как он ее назвал.

–  Быть может, тебе стоит по-другому одеваться, чтобы мужчины не думали, что тебя легко затащить в постель.

– Боже мой. Ты серьезно?

– Шелковое платье, туфли на высоком каблуке, растрепанные волосы – все это наводит любого мужчину на определенные мысли.

Круз удивленно наблюдал за тем, как она уверенно расправляет плечи и оправляет одежду.

– Любой мужчина, который судит меня по тому, как я одеваюсь, не стоит моего внимания. Ты и Билли…

Круз поднял руку в воздух, прервав ее горячую тираду.

–  Мы с ним совершенно разные, – прорычал он.

–  Продолжай повторять это себе, Круз. – Аспен раздраженно вскинула голову. – Может быть, тогда ты сможешь мирно спать ночью.

–  У меня нет проблем со сном, – тут же ответил он. – Но если ты передумаешь и все-таки решишь принять мое предложение, я еще сутки пробуду в гостинице «Бостон интернэйшнл».

–  Не слишком обнадеживайся. – Аспен поспешила оставить его одного. – Надо быть сумасшедшей, чтобы согласиться на твое предложение.

Глава 4

Господи, как же она была зла!

Аспен расстегнула платье и стала рассматривать свое отражение в большом зеркале в спальне: обычная женская фигура, слегка растрепанные волосы. И покрасневшие губы, которые вдруг стали нежными и чувствительными. Припухшими. На подбородке остались следы от щетины Круза. Неосознанно она сжала бедра вместе, вспомнив о наслаждении, которое испытала в его объятиях. Восемь лет назад его поцелуи были другими. Он прикасался к ней с осторожностью и нежностью. Сегодня же он целовал ее напористо и даже нагло. Как будто бы хотел полностью завладеть ею. Никогда еще Аспен не целовала никого в ответ с такой страстью. Слава богу, что лошадь Джипси Блу решила пробудить их от этого безумия.

Неосознанно Аспен провела языком по припухшим губам и снова почувствовала вкус поцелуя. Она хотела Круза, в то же время понимая, что таким образом он стремился всего лишь ей отомстить.

Аспен провела рукой по своим волнистым локонам. Сегодня непослушные локоны явно ее раздражали, поэтому она быстро заплела их в косу, затем надела джинсы и рубашку и направилась в конюшни.

Донни, ее помощник, в недоумении приподнял бровь, когда она что-то ему пробурчала, затем ушла работать. Даже обыденная рутинная деятельность в конюшне – уборка сена, уход за лошадьми, подготовка их ко сну – не смогла избавить ее пережитых ощущений.

«Гордость может сыграть с тобой злую шутку».

Гордость? О какой гордости он говорит? Ее почти не осталось.

Аспен остановила движения щеткой и прислонилась лбом к боку лошади, вдыхая ее родной запах. По привычке она посмотрела на старую ржавую подкову, застрявшую между двух балок. Когда Аспен была маленькой, мама часто рассказывала ей историю о том, как эта подкова туда попала, поэтому, как только Аспен стала жить на ферме «Райский берег», первое, что она выяснила, действительно ли подкова была здесь. С тех пор всякий раз, когда чувствовала себя плохо, она приходила на это место, чтобы спросить совета у своей матери.

– Как же мне сейчас не хватает тебя, мама, – пробормотала она.

Дельта беспокойно зашевелилась, будто бы намекая, что Аспен нужно продолжать ее расчесывать.

– Да, я знаю. – Девушка погладила гриву лошади. – Я просто задумалась.

Она думала о том, как много это место для нее значит. О своих мечтах, которым не суждено сбыться, если она не найдет деньги для фермы. Через пять дней какая-то огромная успешная компания может купить эти земли. Аспен почувствовала, как к горлу подступает ком. Круз прав – гордость заставила ее сказать ему «нет». Так что же будет, если она согласится на его предложение?

Нет, она не сможет. Круз был сильным, властным и высокомерным мужчиной. Именно от таких мужчин она пообещала себе держаться подальше.

«Но ты ведь не собираешься выходить за него замуж».

Нет, ей просто нужно с ним переспать. И тем не менее даже такая перспектива ее ужасала.

Внезапно Аспен вспомнила улыбку матери. В день своей смерти она много работала и просто валилась с ног от усталости. К тому же именно в это время заболела Аспен. Вероятно, пребывая в своих нерадостных мыслях, мать Аспен забыла, что машины в Англии ездят по левой стороне дороги. Это привело к ужасной трагедии. Аспен долгое время чувствовала себя опустошенной. Не прошло и дня, чтобы она не тосковала по матери. И во что бы то ни стало она хотела сохранить «Райский берег» – место, в котором живы воспоминания о самом близком на свете человеке. К тому же здесь она ощущала себя как никогда защищенной.

Глупая гордость. Именно она не дала ее дедушке и матери позабыть о старых размолвках и жить в мире. Теперь она не позволит гордости окончательно разрушить свою жизнь. Если Круз Родригез желал овладеть ее телом, пусть так оно и будет. Уже многие годы ее не особенно волновал секс. К тому же тогда он быстро разочаруется – ведь в постели она действительно пассивна.

Аспен почувствовала приступ тошноты, вспомнив свою первую брачную ночь. Но в объятиях Круза она ощущала себя абсолютно по-другому, нежели во время близости со своим бывшим мужем. Большую часть их непродолжительного брака Чад провел в нетрезвом состоянии. После неприятного опыта их первой брачной ночи Аспен чувствовала панику каждый раз, как только он входил в спальню. Вскоре он стал искать удовлетворение в объятиях других женщин. Аспен пробыла с ним полгода, она пыталась стать для него хорошей женой, но после обвинения в измене она не выдержала… и уехала на ферму «Райский берег» и старалась не вспоминать о прошлом.

По телу Аспен прошлась дрожь.

«Если ты передумаешь и все-таки решишь принять мое предложение, я буду до завтрашнего утра в гостинице „Бостон интернэйшнл“».

Без всякого сомнения, Круз ненавидел ее после того, что случилось в ту ночь восемь лет назад, но, должно быть, он правда ее хотел, если предложил подобную сделку. Может ли она забыть о своей гордости и провести с ним ночь за деньги? Вдруг ее равнодушие к близости с мужчиной покажется ему смешным? Аспен раздраженно вздохнула. Она не могла знать, что произойдет, поэтому нужно найти в себе силы открыться другому мужчине, чтобы, наконец, узнать, в чем причина ее равнодушия к сексу…

Аспен развязала хвост Дельты, который для игры в поло был завязан в пучок, думая о том, что случится с ее лошадьми после продажи фермы.

Одно Аспен точно знала – за самое дорогое в жизни всегда нужно бороться.

Похоже, Круз начал сходить с ума. Если мужчина поставил свое плотское желание выше здравого смысла, жди беды. Только безумием можно объяснить его поведение. Как еще оправдать то, что он предложил женщине, которая даже ему не нравится, десять миллионов долларов за секс? И что он будет делать, если она все-таки примет его предложение? Ведь он не собирался выполнять свою часть сделки. Конечно же он хотел Аспен. Что в этом удивительного. Ведь она была невероятно соблазнительной.

Его первоначальным планом было сделать все возможное, чтобы она не смогла собрать деньги для покупки фермы «Райский берег».

Но все получилось так, что он стал в ряд с такими мерзавцами, как Билли Смит.

«Нет, ты еще хуже, – подсказывал ему его внутренний голос. – Ты собираешься переспать с ней и оставить ее без земли, которая долгие годы принадлежала ее семье».

Неприятное чувство тревоги, которое он ощутил, когда снова приехал в «Райский берег», вернулось. В его мыслях всплыл образ Аспен, флиртующей с Билли Смитом. Он наблюдал за ними несколько минут перед тем, как подойти. Аспен направила на соблазнение несчастливо женатого Билли все свои женские чары. Позволила бы она Смиту целовать ее, прижимать к стене загона точно так же, как она позволила сделать сегодня Крузу?

– Будь она проклята. – Круз напомнил себе, что ему стоит выбросить эту женщину из своей головы. Забыть о том, как в его объятиях в ней разгорелся огонь страсти. Но к его сожалению, теперь он вновь перестал слушать голос разума.

За то, что Аспен сделала с ним много лет назад, она заслужила оказаться в такой сложной ситуации.

В номере зазвонил телефон. Круз знал, кто это был, еще до того, как ответил на звонок. И теперь настало время сказать ей, что он не собирался давать ей деньги за секс. Но Круз этого не сказал. Вместо этого он отбросил все здравые мысли и произнес:

– Я заеду за тобой завтра утром в семь часов.

На другом конце провода долгое время молчали, и Круз уже стал сомневаться в том, что это была именно Аспен, но в конце концов послышался ее слегка охрипший неуверенный голос:

–  Почему?

–  Потому что утром я вылетаю в Мексику.

Она тихо кашлянула:

– Я могу подождать твоего следующего визита в Бостон.

Она, может быть, подождет. А вот он нет.

– Тебе нужны деньги до понедельника, разве не так?

После его слов последовала еще одна долгая пауза.

–  Верно, – наконец напряженно ответила она.

– Тогда завтра увидимся.

Он повесил трубку до того, как она успела еще что-то сказать, затем уставился на телефон. Круз не знал, что поразило его больше – то, что он не отказался от своего глупого предложения, или то, что он вообще изначально его озвучил. Он вовсе не был удивлен, что Аспен согласилась. И вместе с тем Круз почему-то ощущал нарастающую тревогу. Как будто бы он взял на себя что-то заведомо непосильное.

Быть может, ему нужно выпить еще текилы.

«Просто пойди прими душ, идиот, а потом ложись спать», – сказал он себе.

В субботу в его клубе состоится большой турнир по игре в поло. Приедет делегация из Китая. Эти три дня он должен провести в клубе и постараться завоевать расположение китайцев, чтобы заключить удачную сделку.

Круз выдавил на голову немного шампуня из бутылки и стал быстрыми движениями мыть волосы. Факт оставался фактом, восемь лет назад Аспен Кармайкл подставила его для того, чтобы место Круза в звездной команде по поло занял ее высокомерный жених. Она сама пришла тогда к нему, обвила руками его шею, а он как последний дурак потерял контроль. Круз бы сделал для нее что угодно тогда – так сильно она ему нравилась. Ему была ненавистна мысль о том, что Аспен смогла так легко его одурачить. Но на этот раз все козыри в его руках.

Впервые за вечер Крузу удалось расслабиться. Почему бы не получить то, что Аспен предлагала ему восемь лет назад? Теперь она стала старше, но, по-видимому, все еще продолжала пользоваться обаянием для достижения своих целей.

«Что ж, игра началась, мисс Кармайкл. Игра началась».

Глава 5

Аспен к шести часам утра уже была собрана и готова к отъезду. Скрываясь в гостиной за бархатной занавеской, она наблюдала за тем, как Круз вышел из машины и уверенным шагом направился к входной двери. Он, как всегда, выглядел обворожительно, слегка потертые джинсы облегали его сильные, мускулистые бедра, а бежевая футболка удачно сочеталась с загорелой кожей и черными волосами.

Аспен не хотелось, чтобы он подумал, что она волнуется, поэтому она подождала пару минут после того, как он позвонил в дверной звонок.

– Доброе утро. – Аспен надеялась, что он не заметил волнения в ее голосе, и напомнила себе, что если она все-таки собирается доводить это дело до конца, то должна взять себя в руки. – Не хочешь кофе или чай?

Его взгляд скользнул по лицу Аспен, затем остановился на ее подбородке, исколотом его щетиной. Аспен также задержала взгляд на его губах, вновь ощутив прилив возбуждения. Она заметила, как Круз раздраженно сжал губы и внезапно повернулся, чтобы осмотреть гостиную.

– Нет. Нас ожидает мой самолет. Пойдем.

Отлично. Конечно же на вежливую беседу перед поездкой она рассчитывать не может. Аспен повернулась, чтобы забрать ключи с журнального столика и взять договор, который составляла прошлой ночью.

– Я бы хотела, чтобы ты это подписал.

На лице Круза явно читалось сомнение.

– Что это?

В этом договоре были прописаны все условия, с которыми, она надеялась, он согласится. К тому же Круз не сможет пойти на попятную и не выполнить свою часть сделки, если он окажется не удовлетворенным их близостью. А в этом у нее не было никаких сомнений.

– Прочитай это. Там все предельно ясно.

Круз забрал из ее рук документы, в тишине комнаты послышался шелест листов бумаги. Старинные часы четко отсчитывали время. Неожиданно Круз рассмеялся. Недовольно поджав губы, она ждала, пока он успокоится. Она думала, что у него могут возникнуть кое-какие возражения по поводу положений договора, но она вовсе не думала, что он найдет в документе что-то смешное.

– Один раз? – В его глазах появились озорные радостные огоньки. – Ты что, шутишь?

Она не шутила. Одного раза, по ее мнению, было очень даже достаточно для них обоих.

– Нет. – Аспен показалось, что он готов снова залиться смехом. – Я не понимаю, что тебя так раз веселило?

Круз стал присматриваться к Аспен внимательнее – так, как будто выбирал товар на рыночной площади. Аспен повернулась, чтобы снова оказаться с ним лицом к лицу.

–  Если бы ты до конца прочитал этот договор, то знал бы, что там сказано, что деньги будут тебе возвращены. По сути, я достаюсь тебе бесплатно.

–  Как?

–  Я не понимаю, о чем ты. – Аспен пыталась подавить тревогу.

– Как ты собираешься мне отдавать эти деньги? – прошептал он.

– С тех денег, что выручу на ферме.

Круз поморщился:

– Даже при стабильном экономическом положении ферма с трудом сможет держаться на плаву.

Круз посмотрел ей прямо в глаза, и влечение, которое охватывало их каждый раз, когда они оказывались близко друг к другу, разгорелось с новой силой. Аспен сделала глубокий вдох. Круз источал настоящий мужской первобытный магнетизм, и по тому, как в довольной усмешке растянулись его губы, она поняла, что он умел пользоваться своей привлекательностью.

– Это ты так думаешь. У меня же на этот счет другое мнение.

Круз внимательно на нее посмотрел, и Аспен была удивлена тем, как ей удалось выдержать его напряженный взгляд.

– Хорошо, если твои идеи окажутся удачными, gatita.

Аспен гордо приподняла подбородок. Дела шли вовсе не так, как предполагала.

– Это выгодная сделка. – Она повторила те слова, которые говорила Билли Смиту и многим другим до него. – Или соглашайся, или не отнимай мое время.

Круз продолжал внимательно на нее смотреть.

–  Я вот что тебе скажу. Увеличь время нашей встречи до одной ночи, и я соглашусь.

–  Целая ночь?!

Его ленивая улыбка заставила ее почувствовать разряд электричества, который прошелся по всем чувствительным окончаниям ее тела.

– Хорошая идея, gatita. Да, целая ночь.

Мерзавец.

– Как это ты меня называешь? – нахмурившись, спросила она.

Его улыбка стала порочной.

–  Котенок. Ты напоминаешь мне рассерженного котенка.

–  Понятно. – Аспен взяла в руки ручку и уставилась в документы невидящими глазами.

–  Подожди. Перед тем как ты внесешь изменения, я хочу кое-что узнать. – Круз указал пальцем на второй пункт договора, согласно которому он должен заплатить деньги независимо от того, произойдет секс между ними или нет. – Ты намекаешь, что можешь меня кинуть?

Аспен нахмурилась:

–  Кинуть тебя?

–  Передумать. Нарушить свое слово.

–  Я поняла, что ты имел в виду, – раздраженно ответила она, втайне подозревая, что ему нравилось выводить ее из себя. – И можешь быть уверен в том, что я выполню свою часть сделки. Я просто хочу быть уверена, что и ты выполнишь свою.

– Есть кое-что, что тебе необходимо знать.

Аспен подозрительно сузила глаза:

– Что же?

– Компания «Тримекс холдингс» принадлежит мне.

Аспен нахмурилась:

– Мне это ни о чем не говорит.

– На данный момент компания «Тримекс холдингс» предложила самую высокую цену за ферму «Райский берег».

Круз наблюдал за сменой эмоций Аспен – шок, неверие, злость, неуверенность.

– Так, значит… – Она еще сильнее нахмурилась. – Это все обман?

–  Мое предложение?

–  Да.

–  Нет, мое предложение все еще в силе.

–  В этом нет никакого смысла. Зачем тебе давать мне деньги взаймы, чтобы я смогла купить землю, которую ты хочешь купить сам?

–  Потому что я уверен, что в конечном счете она все же будет моей.

Аспен закачала головой:

–  Не будет. Джо меня не предаст.

–  Ты в этом уверена?

Аспен посмотрела на него с отвращением:

– Я и не думала, что ты можешь быть таким безжалостным.

– В этом и есть причина моего успеха.

Она покачала головой:

– На этот раз тебя ожидает разочарование. Могу ли я тебе доверять?

То, что она поставила под вопрос его порядочность, вывело Круза из себя.

–  Я бы мог ничего тебе не рассказывать, так ведь?

–  Хорошо. – Аспен резко выдохнула, затем в беспокойстве отошла в другую часть гостиной. Она бросила на него испепеляющий взгляд. Затем снова подошла к нему и взяла в руки ручку. – У меня нет другого выхода.

Что-то сжалось у него в груди, когда он заметил, как договор упал из дрожащих рук Аспен.

– Лучше я.

Желая, чтобы все это поскорее закончилось, Круз схватил ручку и заменил слова «один раз» на «одну ночь» в документах. Затем он поставил дату и подпись на последней странице.

* * *

Перелет из Восточного Хэмптона в Акапулько занял пять часов. Круз почти не разговаривал с Аспен с тех пор, как они покинули ферму. И Аспен была этому рада. Она не была уверена, что ей бы удалось поддерживать с этим мужчиной беседу. Она решила, что он был настоящей акулой. Огромным монстром, который выслеживал и беспощадно убивал свою жертву. И она ввязалась с ним в игру. Аспен не могла понять, почему все еще испытывала к нему желание. Ей не нравилось, что Крузу достаточно было бросить взгляд в ее сторону, и она тут же теряла самообладание. А его прикосновения заставляли ее решаться на глупые, безрассудные поступки. В такие моменты она просто не могла себе доверять.

Но все эти мысли покинули Аспен, когда самолет вышел на посадку, и в ее лицо ударил поток теплого влажного воздуха. Круз уверенными шагами спускался по трапу. Аспен старалась смотреть куда угодно, но только не на него, она решила сосредоточиться на том, чтобы расслабить болезненно напряженные мышцы своих плеч. Но все же она заметила, как Круз надел солнцезащитные очки, затем молча крепко пожал ожидавшему их мужчине руку и забрал у него ключи от машины. Он вел себя настолько уверенно, что внезапно Аспен почувствовала укол зависти. Еще вчера она готова была поприветствовать его как старого друга, извиниться за то, что послужила причиной его ухода с фермы много лет назад. Теперь же она жалела, что ее дедушка не выпорол его сначала. Он этого заслуживает.

– Ты ведь знаешь, что я ненавижу тебя, правда? – не думая, сказала Аспен.

Он даже не стал смотреть на нее, просто на мгновение застыл, потянувшись к ключу в замке зажигания.

– Догадываюсь, – абсолютно невозмутимо ответил он.

Круз повернул ключ в зажигании, и машина ожила. Затем он медленно осмотрел Аспен с головы до ног. Она почувствовала, как учащенно стало биться ее сердце.

– Это не имеет никакого значения.

Полное отсутствие эмоций с его стороны выводило ее из себя.

–  Почему же?

–  Смотри сама.

Молниеносным движением он потянулся к ней, обхватил ее за шею и до того, как она успела что-либо понять, начал целовать. Аспен надеялась, что в этот раз ей удастся противостоять соблазну его страстных прикосновений. И ей удалось. Но только на мгновение, а потом все мысли вылетели из головы и остались только чувства. И тут же прикосновения его губ стали более нежными. Затем он отстранился, при этом выражение его лица было сияющим, словно он с самого начала знал, что выйдет из этой ситуации победителем.

– Он не продаст тебе ферму, – вспыхнула Аспен.

Круз лениво улыбнулся:

– Он продаст ее мне.

Аспен не могла больше на него смотреть. Она ненавидела его абсолютную самоуверенность.

– Долго еще нам ехать? – процедила она.

Он тихо засмеялся:

– Так не терпится начать, gatita?

– Да, – тут же ответила она. – Хочется скорее освободиться от твоей ужасной компании.

Круз в замешательстве наклонил голову в сторону, смотря на нее.

– Может, я хочу сначала немного за тобой поухаживать.

Аспен резко выдохнула.

–  Мне интересно, что бы сказала твоя мама, узнав о твоем поведении?

–  Черт. – Круз взволнованно провел рукой по своим волосам, он уже больше не казался таким уж невозмутимым. Затем он тихо выругался и прибавил скорости.

–  Проблема? – спросила Аспен, очень сильно надеясь на то, что он ответит положительно.

–  Можно и так сказать, – прорычал он.

Аспен ждала, что он продолжит тему, но, так и не дождавшись подробностей, обреченно вздохнула. Решив отвлечься, она повернулась, чтобы посмотреть в окно: она увидела Мексику: прекрасную землю с могучими горами и протяженной золотой пустыней, землю, которая так контрастировала с голубой лазурью Тихого океана. Круз вел машину мимо маленьких городов с пешеходными дорожками, выложенными брусчаткой, по которой ходили прохожие и туристы. Аспен начала расслабляться.

Она краем глаза посмотрела на прекрасное лицо Круза, черты которого сейчас были такими серьезными и напряженными. Тишина в машине начинала действовать на нее удручающе.

– Так, значит, ты вернулся в Мексику после того, как покинул ферму?

Круз на мгновение перевел на нее свой взгляд:

–  Ты хочешь услышать мою краткую биографию, gatita?

–  Я просто решила завести непринужденную беседу.

– Выбери другую тему для разговора.

Хорошо.

–  Почему ты хочешь купить мою ферму?

–  На ее месте я смогу построить отель.

Аспен возмущенно на него посмотрела:

–  Ты собираешься все там снести, не так ли? – Разрушить единственное место, которое она могла назвать домом.

–  Наверное.

–  Ты не можешь так поступить.

–  Вообще-то могу.

–  Почему? Из мести?

Она заметила, как он напрягся.

– Нет, из-за денег.

Аспен сделала глубокий вдох, теперь она еще больше была уверена в том, что ни в коем случае не допустит, чтобы ферма попала в руки этого человека.

– Долго еще до отеля? – спросила она устало.

Круз улыбнулся.

– Кажется, что ты не рассчитываешь получить наслаждение, gatita.

На это Аспен ничего не ответила, а просто продолжала смотреть невидящими глазами в окно.

– Еще нескоро, – неожиданно резко ответил он. – Нам нужно будет сначала кое-куда заехать.

Посмотрев на Круза, Аспен заметила его недовольство.

–  Куда заехать?

–  Мне нужно заглянуть в дом своей матери.

–  Твоей матери? – Она нахмурилась. – Зачем ты везешь меня туда?

– Поверь, эта ситуация мне тоже не нравится, – ответил Круз. – К сожалению, мой брат организовал сегодня вечеринку-сюрприз по случаю ее дня рождения, и я пообещал, что приеду.

– День рождения твоей мамы… – Аспен размышляла вслух. – Ты бы мог меня предупредить.

– Что я только что и сделал.

Она возмущенно выдохнула.

–  Не раздувай из мухи слона, – предупредил Круз. – Я ведь не переживаю.

–  Да, это заметно. Но как я могу не беспокоиться? Что она обо мне подумает?

–  Что ты моя очередная любовница. Что еще?

Круз заметил, что Аспен были неприятны его слова, и он тут же почувствовал угрызения совести. Но ведь у него не было причин ощущать себя виноватым. Аспен попросила у него деньги, он рассказал ей свои условия, и она согласилась. Почему-то Круза мучили сомнения, словно он принял решение, о котором потом пожалеет.

– У меня нет подарка, – тихо произнесла Аспен.

Круз сконцентрировал внимание на особенно неровном участке дороги, чтобы не допустить аварии.

– Я обо всем позаботился.

На долгое время в машине установилась тишина, которую Аспен все же нарушила:

–  Что же ты ей приготовил? Если бы я правда была твоей любовницей, я бы знала.

–  Ты и есть моя любовница, – напомнил Круз. – Только на одну ночь.

Круз почувствовал новую волну раздражения оттого, что Аспен явно была в неприятном предвкушении близящейся ночи.

–  Деньги, – ответил он, стараясь выбросить мысли о сексе с ней из своей головы.

–  Прости?

–  Я подарю ей деньги.

– Ох.

Аспен поморщила нос, словно ощутила какой-то неприятный запах.

– Что тебе не нравится? – резко возмутился он.

– Все в порядке.

Но тон ее голоса говорил об обратном.

– Деньги правят миром, gatita, – уверенно сказал Круз.

– Любовь правит миром.

– Любовь – абсолютно бесполезное явление, – сказал Круз, видя по напряженному выражению ее лица, что она явно была с ним не согласна. Что ж, ему было все равно. – Послушай, моя мать продала меня твоему дедушке, когда мне было тринадцать. Мне кажется, я знаю, что ей хочется получить в подарок.

Аспен выглядела взволнованной и ошарашенной.

– До меня доходили слухи об этом, но я никогда им не верила.

– Можешь поверить, – ответил он, не сумев скрыть свое волнение.

– Я уверена, что твоей матери не хотелось, чтобы ты уезжал.

Круз промолчал. Аспен вздохнула, затем произнесла:

– Я прекрасно понимаю, как ты себя чувствуешь.

– Откуда ты можешь это знать? – с насмешкой спросил он. – Ты ведь выросла в большом поместье и ходила в частную школу.

– Я так жила не с самого рождения, Круз. Мой отец оставил мать, когда мне было три года. Я просто хотела сказать, что мой дедушка заплатил моему отцу, чтобы он от нас ушел.

Круз нахмурился. Он всегда думал, что мать Аспен жила как богатая наследница.

–  Твой отец ведь был лыжным инструктором, не так ли? – спросил Круз.

–  Верно.

–  Хорошо, что тебе не пришлось иметь с ним никаких дел.

–  Из-за того, что у него была не очень престижная профессия?

–  Нет, потому что он принял деньги от твоего дедушки.

–  Мне жаль, что это произошло с тобой, – тихо произнесла она.

Крузу вовсе не нужна была ее жалость.

–  В результате для меня открылось много возможностей. С некоторыми детьми судьба поступает гораздо суровее, – спокойно произнес он.

–  Верно, но когда ребенок чувствует себя брошенным…

Круз тут же оборвал ее на полуслове:

– Ты просто идешь дальше, не оглядываясь назад.

Аспен услышала в его голосе отголоски старой глубокой обиды. И внезапно ей захотелось сделать что-то, чтобы он почувствовал себя лучше, но Аспен вовремя вспомнила, что Круз вряд ли нуждается в ее сочувствии.

– Я бы хотела купить цветы, – внезапно объявила Аспен.

Машина Круза свернула на другую улицу, и он громко выругался, увидев, что им не избежать огромной пробки.

–  Что?

–  Я бы хотела остановиться, чтобы купить цветы.

–  Зачем?

Аспен казалась расстроенной.

–  Во-первых, у твоей мамы день рождения, а во-вторых, я еду в гости без подарка.

–  Я же сказал тебе, что обо всем позаботился.

–  И судя по твоему отношению к деньгам, я уверена, что ты подаришь ей солидную сумму, но я хотела бы преподнести ей что-то лично.

Круз сжал зубы, моля бога, чтобы он дал ему терпения.

Через пять минут он вырулил к небольшим магазинчикам возле дороги.

– Я пойду за цветами. Ты подожди меня здесь и закрой все двери, – объявил Круз.

Уже совсем скоро Круз парковал машину перед большим красивым домом, у стен которого были расположены несколько крупных глиняных горшков с яркими цветами. Выйдя из машины, Круз открыл багажник и достал оттуда большие красивые коробки.

–  Ты ведь сказал мне, что собираешься подарить своей матери деньги, – в замешательстве спросила она.

–  Собираюсь. Это подарки для моих племянников и племянниц.

Аспен была весьма удивлена и даже начала подозревать, что, возможно, у этого мужчины все же было сердце. В доме Круза в одночасье окружила толпа его племянников и племянниц. По восторгу детей казалось, что приехал Санта-Клаус: они встречали Круза с выражением сдержанного обожания на лицах. Словно сомневаясь, что он настоящий. Аспен заметила, что семья относилась к Крузу с любовью, но по тому, как никто не посмел прикоснуться к нему или обнять, было понятно, что что-то в их отношениях явно не так.

Но казалось, что Круз ничего странного не замечал. Дети, сияя от радости, распаковывали подарки: машинки на радиоуправлении, спортивные принадлежности, куклы. Аспен догадалась, что подарки служили заменой настоящих чувств, на которые Круз был невероятно скуп.

– А это Аспен, – объявил Круз после того, как дети немного поутихли. – Аспен, это моя семья.

Каждый из членов семьи смущенно представился. Аспен постаралась вести себя уверенно и непринужденно, продолжая улыбаться.

– Это от нас обоих, – сказала Аспен, протягивая матери Круза цветочную композицию, тут же заметив, как на лице пожилой женщины появилась искренняя радость. Когда-то она, должно быть, была очень красивой, но теперь ее лицо было испещрено морщинами, а густые волосы серебрились сединой.

Женщина смотрела на своего сына с нескрываемым обожанием, и Аспен хотелось пнуть Круза за то, что в ответ он едва смог улыбнуться.

Сестры Круза неловко замолчали, пока на выручку им не пришел Рикардо, который взял ситуацию под свой контроль и пригласил всех на крытую террасу дома. Оттуда уже доносился аппетитный запах барбекю. Младшая сестра Круза, Габриелла, которой на вид было лет девятнадцать, взяла Аспен под руку и представила ее двум своим двоюродным братьям, стоявшим у гриля с щипцами в одной руке и с бутылкой пива в другой. Габриелла также показала ей небольшой виноградник, за которым продолжала ухаживать ее мать, и урожайный огород. В тени магнолии отдыхали три хорошо откормленные собаки. Из дома открывался потрясающий вид на чистый океан.

– Круз никогда раньше не приводил свою девушку к нам, – прошептала Габриелла.

Аспен неуверенно улыбнулась. Она знала, что Круз не собирался знакомить ее с семьей.

Вернувшись на террасу, Аспен заметила, что Круз удобно устроился в одном из кресел во главе огромного стола, а вокруг него кружились его мать и сестра, как будто бы он был какой-то звездой, которой они обязаны угодить. Они спрашивали у него, хорошо ли он себя чувствует или хочет ли он чего-нибудь, предлагали ему напитки и еду, словно рабыни своему падишаху. Двоюродные братья Круза занимались приготовлением еды. Аспен решила в спокойствии насладиться прекрасным видом виноградника, расположенного вдоль лазурного берега океана.

Беседа между членами семейства была похожа на музыку ребенка, тренирующегося играть на скрипке, – она то текла легко и непринужденно, то становилась совсем вымученной и затихала. Казалось, что никто не знал, на какой теме разговора лучше остановиться. Мать Круза продолжала бросать на сына виноватые взгляды. Круз по большей части разговаривал со своим братом о рабочих делах.

Внезапно Аспен начала ему сочувствовать, ей захотелось разрушить стены, которыми он оградил себя от других людей. Но к счастью, в это самое время один из его маленьких племянников принес подаренный ему баскетбольный мяч и позвал всех играть в «четыре квадрата». Габриелла тут же сорвалась с места и позвала Аспен за собой. На этот раз никто не спросил у Круза, хочет ли он присоединиться к игре. Младший племянник Круза быстро нарисовал на земле четыре цветных квадрата. В это время Аспен слушала другого похожего на ангелочка с черными кудрями мальчика, который сосредоточенно рассказывал правила игры.

Вскоре взрослые и дети охотно присоединились к игре, и Аспен впервые за этот день почувствовала себя счастливо и расслабленно: она смеялась вместе с детьми и боролась за победу. Когда один из малышей постарше решил сделать необычный бросок, мяч неожиданно поменял траекторию и полетел в сторону деревянного стола. Круз легко поймал его, тут же сделав подачу Аспен, которую она тут же отбила.

–  Выходи играть.

–  Нет, спасибо.

–  Он никогда не играет в игры, когда приходит, – прошептала Габриелла.

Аспен слегка ей улыбнулась, прекрасно понимая, каково это – бороться за любовь человека, который вовсе не хотел ее проявлять. Она помнила, что, когда была маленькой, ее дедушка и дядя были слишком важными и серьезными, чтобы играть с ней. С Крузом было то же самое, но она была уверена, что, если он хотя бы немного расслабится, всем вокруг него станет комфортнее, поэтому она снова кинула ему мяч.

– Ты что, боишься проиграть? – игриво бросила ему вызов Аспен.

Круз медленно поднялся и поставил бутылку пива на стол. Казалось, что все члены его семьи одновременно задержали дыхание в ожидании того, что же он будет делать дальше. Аспен заметила, что Круз также почувствовал резкую смену обстановки, улыбка исчезла с его лица, а во взгляде, который он обратил на нее, появились опасные огоньки. Он стал медленно приближаться, словно голодная пантера. Его черные волосы сияли в лучах яркого палящего солнца. По коже Аспен внезапно пробежали мурашки. Ей хотелось бежать в панике. Но тело ее не слушалось, поэтому она не двигалась с места. Круз взял ее за руку и очень осторожно, будто бы передавал ей младенца или тикающую бомбу, вложил в нее мяч. Затем он наклонился к ней совсем близко, и Аспен на мгновение забыла о том, что их окружают другие люди.

– Я сказал – нет.

Когда он снова посмотрел на Аспен, в его глазах читалось явное предупреждение о том, что стоит отступить. Затем, не сказав больше ни слова, он развернулся и ушел в сад.

Аспен смогла наконец выдохнуть. Его злость должна была испугать Аспен. Просто привести в ужас. Ее дедушка распоряжался своим гневом как оружием, и, когда Чад напивался, он вел себя неуравновешенно и агрессивно. Но поведение и настроение Круза почему-то вовсе не пугало. Напротив, вызывало в ней совершенно другие эмоции. Она ощущала, как по ее телу проходит дрожь, а чувства становятся более интенсивными. Казалось, что ему достаточно один раз ее коснуться, и она теряла контроль над собой. И это пугало Аспен.

Раздался звук открывающей задней двери, и Аспен заметила, как Круз покидает террасу, а его брат Рикардо, держа в руках красивый торт с кремовыми розами, в замешательстве уступает ему дорогу.

На террасе начали шепотом переговариваться на испанском, но Аспен, несмотря на то что не знала языка, интуитивно понимала суть разговора, почувствовала себя виноватой. Последовав за Крузом в сад, она нашла его около маленького виноградника. Яркий солнечный свет делал его смуглую кожу еще более загорелой, что, по мнению Аспен, было ужасно несправедливо, ведь ее светлая кожа на солнце только краснеет и обгорает.

Круз услышал ее шаги по рыхлой земле, но, не подав виду, засунул руки в карманы своих джинсов и продолжал любоваться дивным пейзажем бескрайнего океана. Он выглядел таким сильным, благородным, недосягаемым, как древний бог.

–  Я надеялся, что мне удастся минутку побыть одному, – сказал он глубоким низким голосом, не поворачиваясь в ее сторону.

–  Они не знают, как вести себя с тобой. – Аспен подняла на него глаза, не в силах больше молчать. – Твоя мама, кажется, все еще продолжает страдать. Она чувствует свою вину. Одно я могу сказать точно, она очень сильно тебя любит. Они все тебя любят.

Круз заметно напрягся, глубже засунул руки в карманы. Аспен даже не подозревала о том, что сейчас начала бередить его старые болезненные раны. Круз знал, что его мать все еще чувствует себя виноватой. Но он понятия не имел, что еще можно придумать в сложившемся положении: находиться в окружении своей семьи ему было некомфортно. И если бы он не приехал, родственники бы веселились от души.

–  Не говори о том, чего не знаешь, – резко ответил он.

–  Я понимаю, что ты расстроен… или даже зол из-за того, что с тобой произошло, – нежно произнесла она.

Круз тут же повернулся к Аспен лицом:

– Я не чувствую никакой злости. После смерти моего отца я, как старший сын, обязан был заботиться о своей семье. Мои сестры занимались домашними делами. Мы во всем полагались друг на друга, сплотились, чтобы выжить.

– О, дорогой, наверное, тебе было ужасно тяжело их оставить.

Круз раздраженно нахмурился:

–  У меня не было выбора. Старик Кармайкл предложил моей матери денег, а она решила отпустить меня с ним.

–  И что бы ты делал?

Работал бы на плантации и ухаживал за садами богатых людей. Иногда бы брался за временную работу, но он был достаточно смышленым, чтобы не ввязываться ни в какой криминал.

–  Разную скучную работу.

–  А твоя мама не работала?

–  Она иногда занималась уборкой домов. Если бы я не стал тогда главой семьи, не знаю, что бы с нами случилось.

–  Мне очень жаль, Круз. Это непосильная ноша для ребенка. Тебе, должно быть, было нелегко. – Она поморщилась. – Наверное, поэтому они и относятся к тебе, как к королю.

Круз бросил в сторону Аспен гневный взгляд:

– Это не так… Они ходят вокруг меня на цыпочках, словно боятся, что я вот-вот взорвусь.

Аспен замолчала, и Круз заметил сожаление и сочувствие в ее глазах. Что-то сжалось у него в груди. Зачем он делился своими детскими воспоминаниями с этой женщиной?

Возможно заметив его напряжение, Аспен что-то тихо пробормотала, Крузу даже пришлось напрячь слух, чтобы уловить ее слова.

–  …Ненастоящие.

– Что, прости? – Он вновь гневно на нее посмотрел. – Ты говоришь, что мои чувства по отношению к моей семье ненастоящие?

– Конечно же нет. Но возможно, если ты прекратишь хмуриться и ходить с таким грозным выражением лица, они смогут почувствовать себя с тобой более комфортно. – Она неуверенно ему улыбнулась. – Я ведь вижу, что ты тоже любишь свою семью. Сказать по правде, ты напоминаешь мне моего дедушку. Он тоже старался держаться от других людей на некотором расстоянии.

Круз сузил глаза. Никто в его семье не поднимал тему прошлого, даже Рикардо. Круз вернулся с фермы «Райский берег» восемь лет назад полный злости и обиды, и эти чувства все еще давали о себе знать. Они заставляли его настойчиво и упорно двигаться вперед.

Круз посмотрел на Аспен. К несчастью для нее, сейчас он был по-настоящему зол.

– Я не помню, чтобы в сочиненном тобой договоре говорилось что-то о предоставляемых тобой услугах психолога.

Ее глаза внезапно загорелись сочувственным огоньком.

–  Я только хотела тебе помочь. Хотя не знаю почему, – пробормотала Аспен, тяжело вздохнув.

–  Твоя помощь тоже не требуется. Мне нужна от тебя только одна вещь. И разговоры до и после вовсе не обязательны.

Круз заметил на ее лице боль, которую она тут же попыталась скрыть холодным высокомерием. Круз раздраженно сжал зубы. Почему, черт возьми, стоило ему на нее посмотреть, его охватывали такие сильные эмоции: страсть, злость, разочарование, безумное желание.

Круз напомнил себе, кем она была на самом деле. Женщиной, которая готова использовать свое тело, чтобы добиться желаемого. Ведь в прошлом она уже это сделала, когда завела его в ловушку, и тогда его чувства ее вовсе не волновали. Это главное. Ее настоящее лицо. И после того как Аспен наконец окажется в его постели, он сможет навсегда выкинуть ее из своих мыслей и из своей жизни. И черт возьми, он не мог дождаться этого момента.

Глава 6

Уже был вечер, когда Круз свернул на длинную подъездную дорогу к «Клубу поло Родригез». Аспен слышала о том, что этот отель считается одним из лучших в мире. Но в данный момент это ее не волновало. Она была сильно напряжена. Отель действительно поражал своим великолепием. Высокий, наверное в десять этажей, дворец с теплыми, медового цвета стенами, сделанный в форме подковы. Отель был окружен садами, а в центре расположился чудесный фонтан в форме люстры.

Как только машина остановилась, к ней тут же подбежал консьерж. Из стеклянных дверей главного входа то и дело появлялись роскошно одетые дамы и господа. Аспен посмотрела на свою блузку и джинсы, которые она не снимала со вчерашнего дня. Она чувствовала себя Золушкой, и это только заставило ее сильнее ощущать преграду между собой и суровым, задумчивым мужчиной рядом с ней.

– Что ж, теперь мне понятно, почему у этого отеля семь звезд, – заметила она с нескрываемым восхищением.

Возле бассейна застыли бронзовые статуи лошадей, вода из маленьких фонтанчиков струилась около их копыт.

–  Здесь есть на что посмотреть. Мне даже страшно заходить внутрь.

–  К сожалению, нам не могут подать ужин на обочину дороги, поэтому зайти внутрь тебе все же придется.

Взгляд Аспен тут же метнулся в сторону Круза – она услышала нотки озорства в его голосе. Круз был таким прекрасным и привлекательным. Что случится, когда они поднимутся в номер?

Аспен старалась не отставать от Круза. Ей удалось заметить, с какой легкостью он привлекал к себе внимание окружающих. К нему подошел еще один сотрудник отеля в строгом деловом костюме, и она решила не мешать их разговору и отошла.

– Аспен?

Закончив беседу со своим подчиненным, Круз нетерпеливо ждал, пока она подойдет, но внимание Аспен неожиданно привлекла картинка с изображением лошади.

– Это ты сделал?

Круз выглядел весьма удивленным.

–  Почему ты так решила?

–  Когда мы были в доме твоей матери, я видела похожее изделие. К тому же я помню, что раньше в свое свободное время ты любил вырезать что-то по дереву.

Круз замолчал, и Аспен почему-то почувствовала себя неловко.

– Я уже много лет этим не занимаюсь.

Аспен не смогла сдержать свое любопытство:

– Ты и в поло больше не играешь. Почему?

Какое-то время он молчал, и Аспен начало казаться, что ее вопрос не был услышан.

– У меня были другие дела.

–  Скучаешь по игре? – спросила Аспен, точно зная, что он не мог не скучать по игре, в которой был одним из лучших.

–  Следи за тем, куда наступаешь, – ответил он и тут же отошел.

Прекрасно. Вот и конец их беседы.

Аспен решила в дальнейшем постараться держать язык за зубами. Она проследовала за Крузом к лифту. Мысли о том, что ждет ее впереди, отнимали слишком много сил. Оказавшись в номере Круза, Аспен вздохнула с восхищением, как только увидела его шикарную гостиную. Круз, не обратив внимания на ее реакцию, уверенно зашел в комнату и бросил бумажник и ключи на стол. Не замедлив шага, он пересек комнату и раскрыл занавески, за которыми скрывались стеклянные двери и просторный балкон. Посмотрев сквозь стекло, Аспен заметила изумрудно-зеленое поле для поло. Ее взору открылся также вид на конюшни, крыши которых были покрыты оранжевой черепицей.

–  Красиво… – Она вдохнула теплый воздух, который переносил с собой запах свежескошенной травы и сладко-кислый запах магнолии. – Это ведь бассейн – там, впереди.

–  Верно. – Круз стоял позади нее, засунув руки в карманы джинсов. – Это бассейн с соленой морской водой, в котором обычно лошади спасаются от жары.

–  Как же им повезло!

–  Если ты пройдешь несколько шагов влево, то сможешь увидеть бассейн и спа.

Аспен была рада отойти подальше от этого мужчины, который притягивал ее как магнит.

– Ох… – Она увидела прекрасный бассейн с чистой голубой водой.

– В Мексике жара иногда бывает просто невыносимой.

Аспен быстро посмотрела на манящую своей прохладой гладь воды и ужаснулась, когда перед ее глазами стали возникать образы их страстно сплетенных обнаженных тел. Картинка была такой яркой, что казалась реальностью. Она представила, как сильные загорелые руки Круза поддерживают ее в воде. Аспен держится за его сильные, мускулистые плечи, в то время как он ласкает ее красивую грудь…

Она почувствовала, что краснеет.

– Ты когда-нибудь занималась любовью в бассейне, Аспен?

Он подошел к ней ближе или ей просто показалось?

Аспен сделала глубокий вдох, затем уверенно расправила плечи.

–  Бассейн меня вовсе не привлекает.

–  Жаль, а идея просто прекрасная.

Аспен не хотела еще сильнее усложнять сложившуюся ситуацию: лежа в постели, гораздо легче закрыть глаза.

– Кровати будет достаточно.

Круз задумчиво посмотрел на Аспен, словно пытаясь угадать ее мысли. Затем он внезапно отвернулся.

–  Я решил, что не хочу заниматься любовью на голодный желудок.

–  То, что произойдет, не имеет ничего общего с любовью, – напомнила ему Аспен.

Круз повернулся к ней, прожигая ее своим напряженным взглядом:

– Когда ты окажешься в моих объятиях, Аспен, то станешь думать по-другому.

Каким же высокомерным он был! Аспен гневно уставилась на его широкую спину, она не могла понять, почему он медлил. Еще раз осмотревшись в гостиной, она заметила бутылку шампанского в ведре со льдом, которая стояла на обеденном столе. Может быть, ей нужно напиться. Круз, словно прочитав ее мысли, недовольно сжал губы.

– Пойдем… Я покажу тебе твою комнату.

Аспен ощутила, как ее сердце начало часто и неровно биться.

«Он просто покажет тебе твою комнату, дурочка, а не набросится на тебя».

Круз остановился, чтобы дать ей возможность пройти, затем указал на закрытую дверь:

– Это ванная комната, там должно быть все, что тебе необходимо.

Аспен кивнула, чувствуя себя в полнейшем смятении. Когда стало понятно, что она не собирается никак отвечать на его слова, Круз развернулся и пошел дальше.

– Я дам тебе время освежиться после поездки.

Аспен заметила книгу на прикроватном столике.

–  Это ведь твоя комната, – произнесла она.

–  А чья же еще?

–  Нет, просто… – Она робко на него посмотрела. – Я думала, что тебе нравится иметь свое личное пространство.

–  Мне больше нравится, когда кто-то согревает мою постель.

Ну конечно.

– Ужин должны подать через двадцать минут.

После того как он закрыл за собой дверь, Аспен упала на огромную, застланную шелком кровать, думая о том, что будет делать в том случае, если секс с ней разочарует Круза.

Позже за ужином она сидела сжавшись от напряжения и безумного волнения, не в состоянии насладиться аппетитными блюдами мексиканской кухни.

– Что-то не так?

Аспен с трудом смогла посмотреть в сторону Круза. Он это серьезно? Ей предстояло опозориться перед мужчиной, которому она даже не нравилась!

– Все в порядке, – ответила Аспен, стараясь казаться расслабленной.

Круз нахмурился, посмотрев на тарелку перед ней:

–  Все дело в мясе? Если блюдо для тебя слишком острое, то я попрошу принести что-то другое.

–  Нет, нет, еда просто великолепная.

Круз положил на стол вилку, затем поднес к своим губам бокал с вином. Он источал уверенность и спокойствие, которого ей так не хватало.

– Тогда почему твоя тарелка все еще полная?

Он провел языком по своей нижней губе, чтобы убрать с нее остатки вина, и Аспен как завороженная смотрела на это. Она вспоминала о том, какими страстными были его поцелуи. Но вместе с тем она ощущала дикий ужас, потому что понимала, что этот мужчина не остановится, пока не получит все.

–  Я… я просто много съела на вечеринке.

–  Нет, это неправда. Ты и тогда почти ни к чему не прикоснулась.

–  Я вообще не отличаюсь отменным аппетитом.

–  Сейчас далеко не лучшие для тебя времена, не так ли, Аспен?

Это было скорее заявление, нежели вопрос, и Аспен начала думать о том, что, возможно, он ощущал себя так же, как она.

– Можно и так сказать, – осторожно ответила она.

–  Это потому, что ты все еще любишь Андерсона?

–  Что, прости? – Аспен была растеряна его прямотой. – Нет, наш брак был кошмаром с самого начала.

–  Так, значит, у тебя к нему больше не осталось чувств?

–  Нет.

Круз задумчиво прищурил глаза.

–  Почему ваш брак был кошмаром?

–  Лучше не спрашивай.

–  Я уже спросил.

–  Верно, но я не хочу об этом говорить, к тому же тебе ведь все равно.

Круз продолжал внимательно на нее смотреть, а Аспен не могла придумать, что еще можно сказать. Она совсем не ожидала, что он спросит ее о Чаде, поэтому испытывала беспокойство.

– Подойди сюда.

Он произнес это мягко, но командным тоном, отчего атмосфера накалилась еще сильнее. Дыхание Аспен стало неровным от охватившей ее паники. Он словно хотел контролировать каждое ее движение.

Стараясь быть невозмутимой, она отбросила волосы с плеча.

– Подойди сам.

Несмотря на то что Круз сидел неподвижно, она чувствовала, что все его тело было напряжено. Он источал бешеную энергию, которую она могла ощущать, даже сидя на другом конце стола. Казалось, что Аспен не хватает воздуха. И, несмотря на все попытки сопротивления, она ощущала себя марионеткой в его руках.

Круз смотрел на нее, слегка прикрыв глаза, и она совсем не ожидала, что он резко поднимется со своего места. Сердце Аспен больно екнуло, затем учащенно забилось. Но она продолжала казаться невозмутимой, даже несмотря на то, что испытывала внутреннюю панику. Она не двинулась с места, боясь пошевелиться.

– У тебя восхитительные волосы.

Аспен сделала быстрый вдох, чтобы наполнить необходимым воздухом легкие. Единственное, что успокаивало ее, – это то, что Круз не знал о ее сомнениях и переживаниях. Продолжая смотреть вперед, Аспен почувствовала, как он взял в руки один из ее шелковистых локонов. Аспен поняла, что дальше не выдержит такого напряжения. Она уже ощущала панику и не была готова пойти дальше. Как ни старалась, она не могла выбросить из головы воспоминания о грубости и безжалостности Чада, и в этот момент Круз для нее перестал существовать.

– Черт возьми, Аспен. Что теперь не так?

Полный раздражения голос Круза только усилил страх. Схватившись за стул, она со скрипом подвинула его как можно дальше от того места, где стоял Круз. В результате Аспен оказалась в тупике, стесненном металлическими коваными поручнями балкона. Она схватилась за одну из балясин, наслаждаясь ощущением прохладного металла под своими пальцами и делая вид, что не может отвести глаз от прекрасного вида на поле для игры в поло.

– Что в этой ситуации беспокоит тебя больше всего? – напряженно произнес Круз.

Аспен знала, что он снова стоял у нее за спиной… казалось, каждая клеточка ее тела чувствовала его приближение, – но она не стала оборачиваться. Что уж тут говорить, Аспен с самого начала знала, что у нее ничего не получится.

–  Это не из-за денег. – Аспен подняла глаза на багровое закатное небо. Она ведь собиралась возвратить Крузу деньги, которые у него возьмет, все до единого цента. – Нет, дело в том…

–  Тогда дело во мне? – спросил он резко.

Аспен подумала о том, что вести беседу с человеком, которого не видишь, весьма интересно. Она стала чувствительна к каждой нотке его голоса. И ей безумно нравился его низкий чарующий тембр, тепло его тела, которое словно окутывало ее…

– Скорее дело в том, что я тебе даже не нравлюсь, – быстро сказала она, поражаясь своей смелости.

Произнеся эти слова вслух, Аспен поняла, что говорила правду. Неожиданно она почувствовала прикосновение Круза к своим плечам. Он медленно развернул ее к себе лицом. Несмотря на то что Аспен ощущала дикое смущение, она подняла глаза. В мерцающем сиянии свечи, когда луна скрылась за тучами, Аспен трудно было понять выражение его лица. Медленно и нежно Круз провел ладонями по ее шее, затем обхватил подбородок. Его прикосновения напомнили Аспен действие электрических разрядов. Она застыла на месте, когда ощутила, как он проводит своим большим пальцем по ее закрытым губам. Его взгляд обратился на ее пухлые губы. Они оба стояли абсолютно неподвижно. Аспен задрожала и приоткрыла свои губы, затем он стал водить пальцем по ее сомкнутым зубам, словно очерчивая их форму. Она догадывалась, что на этом Круз не остановится.

Играя нечестно, Круз стал проводить ладонью по ее шее, массируя напряженные мышцы. Аспен почувствовала, как ее тело охватывает огонь, и, сдавая свои позиции, разжала зубы, давая ему возможность продолжать наступление. Круз тут же воспользовался этой возможностью, и Аспен сама не успела понять, как наклонила голову в сторону, обхватив зубами его большой палец. Но Круз не спешил, и Аспен начала посасывать палец, активно проводя по нему языком.

Круз никогда не видел столь эротичной картины. Аспен обхватила его большой палец своими губами, сводя его с ума движениями языка. Каждое ее прикосновение возбуждало Круза до такой степени, что скоро в его брюках стало тесно. Не в силах больше ждать, он припал к ее губам. Аспен немедленно ответила на его поцелуй с такой безумной страстью, что казалось, она была в отчаянии и сумасшествии. Круз направил ее к металлической ограде балкона и остановился, только когда их тела были плотно прижаты друг к другу.

Не в состоянии больше мыслить здраво, Круз приподнял Аспен и позволил обхватить себя ногами, оказавшись таким образом максимально близко к ее раздвинутым бедрам. Все это время он продолжал целовать ее с безумной страстью, желая услышать как можно больше тихих стонов наслаждения. Воротник ее скромного, но элегантного платья, которое сидело на ней так соблазнительно, не был особым препятствием для его блуждающих рук. Он без труда спустил мягкую ткань ворота вниз, затем обхватил и сжал ее грудь, лаская пальцами покрытые кружевом бюстгальтера соски. Выгнув спину, Аспен прижалась к нему сильнее. Круз низко застонал, проводя языком дорожку до ее уха, затем прикусил ее мочку и продолжил усыпать ее шею поцелуями, посасывая ее нежную кожу. От Аспен исходил аромат цветов, а на вкус она была подобна меду. Она сильнее сжала свои бедра и крепче вцепилась в плечи Круза, стараясь быть к нему как можно ближе.

– Круз, пожалуйста…

Больше ему ничего не нужно было слышать, он тут же опустил чашечки ее бюстгальтера вниз, обнажая грудь, затем немного отодвинулся, чтобы посмотреть на нее.

– Идеально. Твоя грудь идеально умещается в моей ладони.

Круз продолжал ласкать ее большую грудь, с восхищением наблюдая за тем, как покрасневшие соски набухали. Взяв кончики возбужденных сосков, он легко их сдавил. Аспен тут же вскрикнула, еще сильнее выгибая спину, словно почувствовав боль. Круз, обхватив один сосок губами, начал его посасывать, продолжая пальцами нежно ласкать грудь.

– Круз! О господи, Круз!

Аспен вцепилась руками в его волосы, стараясь удержать, и Круз был ей благодарен за это. Потому что вкус ее кожи был способен сбить его с ног, и желание овладеть ей становилось практически невыносимым. Сильнее обхватив ее талию руками, он плотно прижался к ней своим возбужденным членом. Ее страстные стоны наслаждения не оставляли ему никакого выбора.

– Я хочу тебя, Аспен. – Он провел руками по нежной, гладкой коже ее бедер, затем задрал подол ее платья до самой талии. – Скажи мне, что ты тоже хочешь меня, mi gatita. Скажи мне, что все это не из-за денег.

Круз сразу же почувствовал, как напряглось ее тело, и только что произнесенные им слова эхом раздались в его голове.

– Я…

Аспен посмотрела на него, ее щеки покраснели от страсти и возбуждения. Легкий ветерок развевал шелковистые волосы.

– Мне очень жаль, – тихо прошептала она, тяжело дыша.

Круз на мгновение замер. Неужели он сходил с ума? Красивая женщина была в его объятиях, и он не спешил этим воспользоваться. Круз не понимал, чем вызвано такое смятение чувств, но знал, что сейчас нужно остановиться.

Возбужденный член, упирающийся в ширинку джинсов, как будто говорил ему о том, что десять секунд назад все шло как надо, поэтому Круз сделал шаг назад, чтобы хоть как-то успокоиться.

Должно быть, его смятение отразилось на лице: Аспен вдруг сильно побледнела, Круз стал опасаться, что ее может стошнить.

– Успокойся.

Он уже хотел прикоснуться к ней, но Аспен резко отстранилась и быстрыми неловкими движениями поспешила прикрыть себя платьем.

– Не могу в это поверить. Я все разрушила, – тихо пробормотала она.

Где-то внутри себя Круз был согласен с Аспен – она действительно все разрушила.

– Иди спать, Аспен, – напряженно произнес Круз, расстроенный и разозленный на то, что совесть не позволяла ему поступить по-другому.

Ее прекрасные зеленые глаза были полны непонимания.

–  А как же…

–  Я сейчас не в настроении.

Круз резко развернулся и направился в номер.

* * *

Аспен осталась стоять на балконе отеля, прохладный ночной воздух ласкал ее распаленную кожу, понимание того, что Круз отказал ей, потихоньку начало проникать в ее сознание. Она вновь вспомнила бывшего мужа. Выражение отвращения на его лице, когда он посоветовал ей купить гель-лубрикант. Тогда она еще была такой наивной и неопытной в сексе, что даже не знала, о чем он говорит. Поэтому он ей объяснил:

– Это смазка. Ты слишком сухая. Это противно.

Сгорая от стыда, она решила найти ответы на мучащие ее вопросы в Интернете и узнала, что некоторые женщины страдают от недостаточного естественного увлажнения из-за низкого уровня гормона эстрогена. Аспен не стала подробнее разбираться в этой проблеме. Униженная, она сделала так, как сказал Чад, но гель они так и не использовали. После той ночи он больше не хотел к ней прикасаться.

«Не вспоминай об этом, – с тревогой говорила Аспен сама себе, только сейчас заметив, что прижимает руку к своему животу. – Все, что было с Чадом, уже не имеет никакого значения, и ты прекрасно знала, что с Крузом может получиться то же самое».

Взяв волю в кулак, Аспен зашла внутрь и заметила, как Круз, стоя к ней спиной, наливает себе какой-то напиток в бокал.

– Ты все равно должен дать мне денег взаймы, – сказал она, с удивлением заметив, что ее голос прозвучал уверенно и спокойно.

Плечи Круза тут же напряглись, и он медленно развернулся, чтобы посмотреть на нее. Аспен вела себя холодно, высокомерно. Круз не спеша уселся в одно из удобных мягких кресел.

–  Нет, не должен, – ответил он, желая вывести ее из себя.

–  Да, ты должен. Ты ведь подписал…

–  Я сам знаю, что я подписал. – Он медленно крутил в руке бокал с напитком, продолжая неотрывно смотреть на Аспен. Ее взгляд был холодным и бесчувственным. Черт возьми! Обычно это он так себя вел.

–  Тогда ты понимаешь, что если получается так, что ты не хочешь… – Она замолчала, так и не развив свою мысль до конца, затем упрямо приподняла подбородок. – Я ведь тебе доверяла.

Робкое откровение Аспен только заставляло его еще сильнее мучиться от угрызений совести.

– В договоре ничего не было сказано про то, в какую ночь все должно случиться. – Круз замолчал, давая ей возможность понять, о чем он говорит. – На сегодня ты свободна. Как я уже тебе сказал, я не в настроении.

Аспен нахмурилась:

– И когда же ты будешь в настроении?

Да хоть прямо сейчас!

–  Я не знаю, – резко ответил он, раздраженный тем, что в ее присутствии с трудом себя контролировал.

–  А что, если у меня не будет настроения, когда ты решишь, что настало время?

Ничего хорошего из этой ситуации не выйдет. Если он продолжит здесь находиться, то точно не сдержится и завершит то, что они начали на балконе.

Круз встал с кресла. Глаза Аспен испуганно округлились. Он стремительно подошел к ней, запустил одну руку в ее роскошную копну волос, приподнял ее подбородок, пристально смотря ей в глаза.

– Когда я решу овладеть тобой, Аспен, можешь быть уверена, что ты будешь в настроении.

Затем он резко припал к ее губам и поцеловал – страстно и долго.

Аспен стояла словно завороженная, прижимая ладонь к своим покрасневшим губам, наблюдая за тем, как Круз удаляется в сторону лифта.

«Мы еще посмотрим!» – эти слова ей хотелось прокричать вслед Крузу. Но она сдержала свой порыв. Сейчас Аспен ощущала себя потерянной, беспомощной и жутко уставшей. Она поспешила зайти в спальню, в надежде, что сон поможет забыть ей о тревогах реальности.

Когда Круз вернулся обратно в номер, его мрачное настроение не улучшилось. Он уходил в конюшню, место, в котором часто искал покой, когда было тяжело на сердце, – но сейчас легче не стало. Теперь, когда Аспен вернулась в его жизнь, он не мог уже выбросить мысли о ней из своей головы. А что еще хуже, не понимал, что за игру он с ней затеял. Достаточно было одного взгляда на Аспен, чтобы понять, что он ее хочет… Круз никогда еще не терял так быстро контроль над собой. Он был абсолютно уверен в том, что сможет провести с ней одну ночь, утолить свое желание, а на следующее утро отправить ее обратно домой. Каким же он был глупцом! Теперь Круз понял, что хочет видеть ее в своей постели не потому, что платит ей за это огромные деньги, а потому, что она тоже этого хочет. От этих мыслей начинала болеть голова. В последний раз, когда ему нужно было что-то от семьи Кармайкл, он серьезно и болезненно обжегся, и ни к чему повторять ошибки прошлого.

Круз вспомнил слова Аспен о том, что его семья обращается с ним как с королем. Он настолько погряз в своей обиде на мать, что добровольно про пустил годы общения со своей семьей, даже не задумываясь над тем, что холодность и отстраненность никак не способствовали налаживанию отношений. Теперь же он посмотрел на все глазами Аспен. Это правда, он держался от своих родственников на расстоянии. Но так ему было легче.

«Это непосильная ноша для ребенка. Тебе, наверное, было нелегко».

Да, ему действительно было нелегко. Возможно, другие люди тоже понимали, через что ему пришлось пройти, но никто не осмеливался открыто сказать ему об этом.

Круз нахмурился. Возможно, ему следует сейчас же найти Аспен, провести с ней ночь и покончить с этим сумасшествием? Но интуиция подсказывала ему остановиться и успокоиться. Что-то было не так в странном поведении Аспен – она то сгорала от страсти, то застывала в холодной панике, – но он не мог понять, что же именно было не так.

«Не могу поверить. Я все разрушила».

Почему она так сказала? Это ведь он остановился, нарушив их единение. На лице Аспен Круз увидел выражение покорного смирения. Возможно, все дело в ее бывшем муже – ведь Аспен призналась, что не была счастлива в браке с ним.

Круз снова нахмурился: его не должны волновать слова и чувства Аспен Кармайкл, и он не понимал, почему сердце говорило ему обратное. Стараясь выбросить из головы эти спутанные мысли, Круз тихонько открыл дверь в спальню и застыл на месте, когда заметил, что в комнате никого не было. На полу валялись какие-то вещи. Нет сомнения в том, что Аспен будет расстроена, когда узнает, что потеряла их. Особенно вот эти нежно-персиковые шелковые трусики. Круз провел пальцами по прохладной нежной ткани ее белья, и его мгновенно охватила мощная волна желания.

Позже он протер ладонью покрытый щетиной подбородок и достал бритвенный станок. Суровые черты лица Чарльза Кармайкла неожиданно возникли перед глазами. Поначалу Круз восхищался целеустремленностью и объективностью этого мужчины. В самом же конце он перестал так думать. Старик Кармайкл был безжалостным и необъективным в принятии важных решений. Неужели Круз превратился в такого же расчетливого дельца?

Круз остановил движение бритвенного станка и уставился на остатки крема на своем лице. Почему так внезапно его жизнь стала казаться ему невероятно пустой и бессмысленной? Подумав об этом, Круз рассмеялся: у него было все, что человек может только пожелать. Деньги. Власть. Женщины. Уважение.

Правда, Аспен не чувствовала к нему уважение. Да и он сам сейчас не уважал себя.

Круз сделал глубокий вдох, расправив напряженные плечи.

Хорошо, утром он скажет Аспен, что она может возвращаться домой. Он не будет заниматься с ней сексом за деньги, а просто даст ей нужную сумму взаймы. Но в итоге ферма ей не достанется. Потому что она достанется ему. А он всегда получает то, что хочет. Конец истории.

Глава 7

Проснувшись, Аспен решила, что не может весь день сидеть в своей спальне, поэтому рискнула выйти в гостиную роскошного пентхауса. Она вздохнула с облегчением, не заметив там Круза. В воздухе лишь стоял соблазнительный аромат его лосьона после бритья. Когда же зазвонил телефон, оповещая о новом сообщении, она чуть было не подпрыгнула от удивления.

Сообщение написал Круз: «Можешь чувствовать себя как дома и переставлять в комнатах все, как тебе удобно. Вечером мне нужно будет с тобой поговорить».

– А как насчет билета обратно домой? – вслух возмутилась Аспен.

Воспоминания о событиях прошлой ночи все еще мучили ее. Аспен представляла себе вероятный исход – они попытаются заняться сексом, но она вновь все испортит. Круз конечно же станет над ней насмехаться, и Аспен вынуждена будет уехать обратно домой. Жизнь, однако, на этом не закончится, и она постарается обо всем забыть.

– Ох, – тяжело вздохнула Аспен. – Ты ведь не собиралась снова вспоминать про эту катастрофу?

Полная решимости, она кинула свой телефон в сумку и, подойдя к деревянному обеденному столу, налила себе чашку горячего крепкого кофе. На столе также стояло множество блюд. Когда Аспен сняла с них крышки, она была удивлена, решив, что Круз заказал все, что было в меню отеля. Аспен умирала от голода и поспешила положить себе на тарелку порцию яиц всмятку и бекона.

Затем, не зная, чем еще себя занять, она позвонила на ферму. В трубке послышалось ржание лошадей, и Аспен остро почувствовала тоску по дому.

* * *

Наверное, решение Круза найти Аспен было глупым, но после трех долгих часов, проведенных в зале для переговоров на собрании, ради которого из штатов съехались представители разных подразделений его компании, у Круза заболела голова. Аспен не покидала его мысли. Поэтому он объявил о том, что сотрудники могут быть свободны на обеденный перерыв. Не было никакого смысла продолжать собрание. Как только он найдет Аспен, он организует ее перелет домой на ферму «Райский берег». И тогда он уже сможет мыслить здраво.

Но Круз нигде не мог ее найти. Когда он описывал внешность Аспен своим работникам, казалось, что он описывал женщину мечты. Круз остановился около столика консьержа, чтобы узнать, не заказывала ли Аспен такси в город. Это было на нее похоже – сделать что-то невероятно глупое, чтобы ему потом пришлось решать ее проблемы. Оказалось, что консьерж отлично знал, о ком он его спрашивал, отчего настроение Круза испортилось еще сильнее.

–  Светловолосая красотка.

–  Да, это она, – резко ответил Круз.

Не обратив внимания на недовольство в тоне начальника, консьерж оживленно продолжал говорить:

– Она на конюшне. По крайней мере, была там еще три часа назад.

«И откуда, скажи мне, – подумал про себя Круз, – ты об этом знаешь?» Он сразу же представил Аспен флиртующей с его консьержем-студентом.

Тихо прорычав, Круз быстро направился через широкое изумрудное поле, цвет которого никак не мог сравниться с красотой глаз Аспен, в сторону конюшен. Он старался себе напомнить о том, что если бы подождал до тех пор, пока она проснется, то сейчас бы ему не пришлось ее искать.

Сначала он услышал звонкий, мелодичный звук ее смеха, затем перед его глазами предстал весьма соблазнительный облик – длинные стройные ноги, облаченные в облегающие джинсы. Ее радостный смех вывел его из транса, и только после того, как он несколько раз кашлянул, Аспен выпрямилась и вышла из загона. Круз заметил, как один из его работников убирает свой бумажник в задний карман джинсов, его шея при этом немного покраснела.

Круз еще никогда не испытывал такого жгучего чувства ревности, ему хотелось схватить своего женатого ассистента за горло и выкинуть из конюшни. Крепко сжав челюсти, он все же сдержался.

– Я думаю, что ваши услуги нужны в другом месте, сеньор Мартин.

– Конечно же, сэр. – Его ассистент нервно сглотнул, затем поспешил открыть дверь в загон, проходя мимо Аспен. – Простите, сеньорита.

– Ох, мы просто… – Аспен замолчала, а Льюис посмотрел на нее глазами полными тревоги. Потом она перевела взгляд на Круза и заметила его отстраненное выражение лица. На нем был очередной дорогой деловой костюм, весь его вид источал какую-то первобытную силу. В этой его мужественной грубости было что-то невероятно соблазнительное.

– Даже не начинай. – Аспен приподняла одну бровь. – Ты решил, что теперь ты в настроении?

– Нет.

Выражение лица Круза стало еще более суровым. Он направился к Аспен, заставляя ее отступить в загон.

– Что ты задумала? – резко произнес Круз, не оставляя ей пути отхода.

Желая оказаться от него хоть на каком-то расстоянии, Аспен аккуратно переступила через лежащую на полу лошадь, взяла в руки щетку, которую оставил Льюис, и продолжила его работу.

–  Я чувствую себя ужасно из-за того, что мы помешали Льюису работать. Я решила расчесать шерстку Бандита за него.

–  Я имел в виду, что ты затеяла с ним?

Аспен остановила движения щетки, ей был не по душе его грубый тон.

–  Если ты подразумеваешь то, что я думаю, тогда мой ответ – да, я предложила Льюису заняться сексом, но, к сожалению, у него оказалось только девять лишних миллионов. – Затем она пожала плечами, как будто бы говоря: «Что тут поделаешь?»

–  Не умничай.

Аспен уставилась на него.

–  А ты не оскорбляй меня. Ты правда так плохо обо мне думаешь, Круз?

–  Посмотри на эту ситуацию моими глазами. – Круз сжал кулаки. – Я пришел и застал тебя, смеющуюся, словно школьница, а один из моих лучших тренеров в это время убирал свой бумажник в карман. Что я должен был думать?

Взгляд Аспен стал ледяным.

– Он показывал мне фотографии своих детей, которые катались по дому на спине домашней козы.

На какое-то время воцарилась напряженная тишина, и Аспен уже ожидала, что Круз развернется и уйдет. Наверное, такое поведение было его защитной реакцией. Но на этот раз он остался.

– Прости меня, – неожиданно сказал он, запустив пальцы в свои густые волосы. – Я слишком бурно отреагировал.

Еще ни один мужчина не извинялся перед Аспен, поэтому она в абсолютном замешательстве не знала, что сказать.

– Что ж, хорошо…

Впервые за все время Круз выглядел смущенным:

–  Я пришел сюда не для того, чтобы с тобой поругаться.

–  А для чего? Если ты решил проверить травму Бандита, то я уже осмотрела его копыто, и с ним уже все в порядке.

Круз нахмурился:

–  Это решать ветеринару, а не тебе.

–  Твой штатный ветеринар был занят, а я знаю, что делаю. Мне осталось проучиться только один семестр, чтобы стать дипломированным ветеринаром. К тому же я уже лечила наших лошадей на ферме от нескольких болезней. Так что я не выходила замуж, чтобы обеспечить себе безбедную жизнь.

–  Ты давно хотела мне это сказать, не так ли?

–  Да, надо признаться, что это было весьма приятно.

Они уставились друг на друга, уголок губ Круза приподнялся в усмешке.

–  Я полагаю, ты хочешь, чтобы я еще раз извинился?

–  Это будет уже слишком, не так ли?

–  Наверное.

Аспен не смогла сдержать ответную улыбку, поэтому быстро склонилась вниз, чтобы приподнять заднее копыто Бандита и почистить его.

– Ты изменилась, – тихо заметил Круз.

Она подняла глаза, и он кивком указал на инструменты в ее руках:

– Раньше ты вела себя как принцесса.

–  Правда? – В ее зеленых глазах загорелись радостные огоньки. – Так ты меня видел?

–  Не только я, но и все парни на ферме. – Круз пожал плечами. – Мы подготавливали для тебя твою лошадь, ты каталась, затем мы чистили ее и ухаживали за ней. Раньше ты, наверное, даже и не знала, как пользоваться этими инструментами.

Аспен поморщилась, затем снова принялась чистить копыто.

– Это потому, что мой дедушка не разрешал мне ухаживать за лошадьми. У него были весьма строгие представления о том, что должна и что не должна делать женщина. По этой причине от него ушла моя мама. Она никогда мне много не рассказывала о дедушке, но однажды я подслушала ее разговор с подругой, и она сказала, что он никогда не воспринимал чужие мнения.

Убедившись, что копыто коня было чистым, Аспен погладила его по шерстке, затем стала убирать инструменты.

– На сегодня это все, мальчик.

Аспен посмотрела на Круза, который все еще заслонял ей проход. В конюшне послышался какой-то шум.

– Почему ты подставила меня той ночью?

Его вопрос был неожиданным, а тон, которым он его произнес, напряженным и грубым.

–  О чем ты говоришь? – Аспен не могла понять, в чем суть его претензий.

–  Восемь лет назад. Ты и твой жених.

–  Жених?

Она нахмурилась, затем осознала, что он говорит о той ночи, когда ее дедушка застал их на конюшне. Внезапно она вспомнила гневную, агрессивную реакцию своего дедушки. Аспен поморщилась, старые воспоминания вновь нахлынули на нее.

–  В то время я еще не была обручена с Чадом, – медленно произнесла она.

–  А твой дедушка так не считал.

–  Позже я узнала, что он дал свое согласие на предложение Чада без моего ведома.

Круз тихо выругался.

– Он принудил тебя согласиться на этот брак?

Аспен не спешила ответить.

–  Нет. Я могла отказаться.

–  Но не отказалась?

–  Нет, но в ту ночь я не считала себя обрученной.

–  А когда поцеловала меня?

Аспен напряженно застыла на месте.

–  И тогда тоже.

–  Я все еще не получил ответа на свой вопрос.

Она не могла вспомнить, что он у нее спросил, ее мысли были направлены в прошлое.

–  На какой вопрос?

–  Почему ты подставила меня?

Аспен покачала головой:

– Я не очень-то понимаю, о чем ты говоришь.

Круз заметил, что в ее взгляде было искреннее смятение и непонимание.

– Ты хочешь сказать, что это было простым совпадением, что твой дедушка застал нас, затем выгнал меня с фермы, в итоге освободив дорогу в капитаны его звездной команды для Андерсона?

Глаза Аспен округлились: казалось, она искренне удивлена.

– Я никогда бы… – Она часто моргала, словно пытаясь собрать свои запутанные мысли. – Дедушка сказал мне, что это ты сам решил покинуть «Райский берег».

Круз, услышав ее наивные объяснения, состроил насмешливую гримасу.

– Скорее было так – мне предложили выбор: или я ухожу сам, или мне помогают это сделать, – произнес Круз с горечью в голосе.

Он не мог обманывать себя, что не чувствовал обиды. Ведь на протяжении одиннадцати лет он относился к Чарльзу Кармайклу с восхищением, на что старик ответил ему злобой и ненавистью, несправедливыми обвинениями, разрушив тем самым все обещания, которые он когда-то ему давал.

–  Он обвинил меня в том, что я обесчестил его внучку, а ты не произнесла и слова, чтобы разубедить его в этом.

–  Я ничего об этом не знала, – мягко произнесла Аспен. – Позже я сказала ему о том, что между нами ничего не было.

Крузу не нужны были ее извинения.

–  Пусть будет так.

–  Но ты мне не веришь?

–  Это не имеет значения.

–  Наверное, но я слышу в твоем голосе боль, и я тебя не виню. Я не должна была тогда молчать.

– В моем голосе можно услышать не боль, а абсолютное отвращение. – Круз сделал шаг ближе, отметив то, какой маленькой и хрупкой она казалась. Ему была хорошо известна на вкус ее кожа, он знал ее запах. – Той ночью… – Он заставил себя собраться с мыслями. – Я чувствовал обиду. Я думал, твой дедушка меня уважает. Заботится. – Круз резко выдохнул, затем провел рукой по своим волосам. – Я оказался не прав. Ты знаешь, что он мне тогда сказал?

Круз не мог понять, почему рассказывал Аспен столь личные подробности, но, казалось, не мог остановиться.

–  Он сказал мне, что я недостаточно хорош для его внучки. Он не допускал даже мысли, чтобы твоя чистая благородная кровь смешалась с моей безродной мексиканской.

–  Моя родословная не столь безупречна. Мама позаботилась об этом, когда сопротивлялась и бунтовала против своего отца. Мои родственники никогда не могли забыть старые обиды и помириться. А матери всегда безумно хотелось вернуться на ферму, которую она считала своим домом.

Аспен чувствовала, что в горле застрял нервный ком.

– Но дедушка выгнал ее. И так же он поступил с тобой. Через два дня после того, как ты ушел, у него был сердечный приступ, и я уверена, что это случилось из-за того, что он понял, что и тебя потерял. Хотя он этого не показывал, но из-за твоего ухода дедушка чувствовал себя ужасно. И мне стыдно за то, как я себя повела тогда. Я просто испугалась, Круз.

Она посмотрела на него глазами полными раскаяния, и Крузу ничего не оставалось, как только поверить в искренность ее слов.

–  Ты ведь знаешь, какой у моего дедушки был сложный взрывной характер. Я боялась его.

–  Он ничего бы тебе не сделал, – резко ответил Круз. – Он был зол на меня, а тебя он любил и боготворил.

– По крайней мере, до тех пор, пока я делала все так, как он хочет. – Аспен дрожала. – Я была так взволнованна и испугана, когда впервые приехала на ферму «Райский берег»! Об этом месте мне много рассказывала мама. Я никогда не встречалась со своим дедушкой раньше, и мне безумно хотелось ему понравиться. Но когда я повзрослела, мне стало сложнее во всем с ним соглашаться. Той ночью… – Аспен замолчала и посмотрела на Круза любопытным взглядом. – Почему же ты не стал защищать себя? Почему ты не сказал моему дедушке, что это я поцеловала тебя?

– Этого поцелуя хотела не только ты. – Круз взволнованно провел рукой по своим волосам. – И ты тогда выглядела такой… испуганной.

Аспен неуверенно ему улыбнулась.

– Да, мне было действительно страшно. Я никогда еще не видела своего дедушку в таком гневе.

Круз на мгновение закрыл глаза.

– Ты подумала, что он отречется от тебя и выгонит точно так же, как твою мать.

Правда о том, что произошло в ту роковую ночь, повисла в воздухе.

–  Сейчас все это кажется таким глупым, но…

–  История могла повториться. Твоя мама связалась с лыжным инструктором… ты – с игроком в поло.

–  Я так о тебе не думала, но дедушка был очень зол. – Аспен задрожала, вспомнив выражение лица своего дедушки в ту ночь. – А я не хотела покидать ферму, то место, которое так любила моя мама. Она часто рассказывала мне о своей жизни на ферме. Ты же видел в конюшне подкову, застрявшую между двух балок на потолке?

Круз кивнул.

– Много лет назад моя мама и дядя Джо играли с остальными ребятами в игру, в которой нужно было набросить подкову на вертикальную палку. Однажды мама так расстроилась проигрышу, что запустила подкову в голову дяде Джо. – Аспен тихо засмеялась, вспоминая, как ее мама рассказывала ей эту забавную историю. – Но бросок не был точным, подкова полетела вверх и каким-то образом укрепилась на потолке. Моему дяде крупно повезло. – Она улыбнулась. – И поэтому каждый раз, когда я смотрю на эту подкову, мне кажется, что мама где-то рядом.

Аспен быстро отвела свой взгляд, затем, казалось, через силу заставила себя снова посмотреть на Круза.

– Я так долго мечтала тебя поцеловать, что ни о чем другом в тот момент не могла думать. Я знаю, что ты не хочешь этого слышать, но я прошу у тебя прощения, Круз. Я должна была заступиться за тебя.

Круз обхватил ее лицо своими руками и припал к ее губам. Его поцелуй был легким и нежным.

– Все нормально. Я помню, какой у твоего дедушки был вспыльчивый характер.

Губы Аспен изогнулись в неуверенной дрожащей улыбке.

– Мне кажется, я его унаследовала.

Круз покачал головой, проводя большим пальцем по ее щеке.

– Ты не выглядишь грозно, когда злишься. Ты прекрасна.

Аспен фыркнула, и Круз не мог удержаться, чтобы не поцеловать ее снова, на этот раз прикосновения его губ были томными и полными страсти. Теперь уже Аспен тихо стонала от наслаждения. Круз запустил свои пальцы в ее шелковистые волосы, при этом коленом он пытался отодвинуть ящик с инструментами с дороги. Затем прижал ее к себе, обхватив ее талию своими руками. Движения его губ были неспешными. Он хотел, чтобы страсть между ними разгоралась постепенно.

Аспен приподнялась на цыпочки и обвила его шею руками, и казалось, что время остановилось. Круз не мог сказать, сколько они стояли так в объятиях друг друга. Аспен немного отстранилась от него, из-под ее длинных ресниц смотрели глаза, полные желания и страсти.

Аспен провела языком по своей нижней губе, затем быстро опустила глаза, заметив это, Круз нахмурился. Он был уверен, что увидел какую-то неопределенность и опасение в ее глазах. Он начал ласково прикусывать ее пухлую нижнюю губу. В его голове все еще был миллион вопросов, один из них – почему Аспен становилась такой скованной и неуверенной, когда дело касалось интимной близости, – он неохотно завершил свой поцелуй и прижался лбом к ее лбу. Они оба часто дышали.

– Сегодня я должен быть на официальном ужине в отеле. Пойдем со мной.

Аспен, казалось, не могла пробудиться ото сна, не могла поверить, что они смогли откровенно поговорить о прошлом. Ее охватило жгучее возбуждение, которое не шло ни в какое сравнение с тем, что она испытывала с Чадом.

– Я бы с радостью…

И так оно и было до тех пор, пока Аспен не увидела на своей кровати изумрудное вечернее платье и черные босоножки на высоком каблуке в раскрытой коробке для обуви. Аспен стояла неподвижно в центре гостевой спальни.

«Сними это. Выглядишь ужасно. Вот. Лучше надень это».

Аспен задрожала, ясно вспомнив голос Чада, полный отвращения и раздражения. Круз не похож на ее бывшего мужа. Она это понимала. Но, несмотря ни на что, в ее груди что-то болезненно сжалось. Потому что это платье было своего рода символом того, что ей владели. Что она находилась под контролем. Аспен знала, что просто не может позволить Крузу полностью захватить власть над ней.

И внезапно она вспомнила, о чем подумала, когда услышала его приглашение на ужин. Она думала, что это будет настоящим свиданием. Что отношения между ними будут настоящими. Но ведь это неправда. Если бы Круз не предложил ей эту сделку, то Аспен вообще бы сейчас здесь не было. Она согласилась на его предложение и пока еще не исполнила свою часть договора. Но ей предстоит это сделать, потому что по-другому она не сможет сохранить ферму. Как она могла про это забыть? Как она могла забыть, что Круз намеревался лишить ее дома?

Аспен снова посмотрела на платье. Она знала, что Круз был баснословно богатым мужчиной, который привык всегда добиваться желаемого. По какой-то причине он решил, что хочет ее. На одну ночь. Но это вовсе не значит, что теперь она обязана носить одежду, которую он для нее выбрал.

Не успев полностью осмыслить свои действия, она быстрым шагом направилась в гостиную. Тусклые лучи закатного солнца освещали сильное тело Круза, он стоял перед окном и разговаривал по телефону. Как будто бы почувствовав надвигающуюся бурю, он повернулся, посмотрел на платье в ее руках, тут же закончив разговор.

Аспен указала на платье:

– Я не могу его надеть.

Круз нахмурился:

–  Оно тебе не подходит?

–  Нет. Да. Я не знаю, я его не мерила.

Он улыбнулся:

– Тогда в чем проблема?

– Проблема в том… – Аспен опустила руки и взволнованно стала ходить по комнате. – Проблема в том, что я не твоя собственность. Я независимая женщина, я сама могу выбирать для себя одежду.

После ее пламенной речи в гостиной наступила долгая напряженная тишина.

– Я так понимаю, что твоему дедушке не нравился твой стиль одежды? – Круз грациозно устроился в одном из больших мягких кресел. – Или же это был Андерсон?

Его вопрос привел Аспен в некоторое замешательство.

– Чад не имеет к этому никакого отношения, – резко ответила она.

Прекрасные глаза Круза потемнели.

– Наступит время, когда нам придется поговорить о твоем бывшем муже.

Сердце Аспен забилось чаще.

–  Не придется.

–  Придется, но не сейчас. Что же насчет… – Он указал на изумрудное платье, которое она сжимала в своих руках. – Это ведь просто платье, Аспен. Я подумал, что ты не взяла с собой ничего подходящего из одежды.

– Не взяла. – Не обращая внимания на свое смущение, она продолжила: – Но я сама могу купить себе одежду.

Круз нетерпеливо и раздраженно вздохнул:

– Ну хорошо. Я пришлю тебе чек за платье.

Аспен не была уверена, что он это сделает.

–  Быть может, ты и купил одну ночь со мной, Круз, но это не значит, что теперь я принадлежу тебе.

–  Я не хочу, чтобы ты принадлежала мне. – Он положил локти на мягкие ручки кресла. – Надень это платье. Или не надевай его. Мне все равно.

–  Что для тебя вообще имеет значение? – спросила Аспен, устав от его равнодушия. – Кажется, что ты специально лишаешь себя всего, что любишь, – своей семьи, игры в поло… – Аспен замолчала, заметив, что Круз уже не казался таким расслабленным и равнодушным.

–  Я преподнес тебе это платье в знак примирения. – Он схватил свой пиджак с подушки кресла. – Можешь его выкинуть, мне все равно.

Наблюдая за тем, как Круз покидает номер, Аспен ощущала смешанные чувства, затем она вернулась в свою спальню, закрыв дверь, прижалась к ней спиной.

Знак примирения?

Аспен ощутила себя глупой капризной принцессой. Но прекрасно понимала, почему она себя так повела. Она чувствовала напряжение во всем теле. Мысль о предстоящем сексе с Крузом пугала ее. И катастрофа была неминуема.

Аспен бросила платье на кровать, стараясь не обращать внимания на возрастающую тревогу. Затем она разделась и приняла горячий, почти обжигающий душ, представляя себя в нежных объятиях Круза. И осознание этого только заставило ее чувствовать себя еще хуже.

Это ведь не история любви. Между ними только сделка, которая будет завершена очень скоро. Но даже после того, как она получит деньги от Круза, все может закончиться плохо, если ее дядя решит продать ему ферму «Райский берег», которую тот превратит в гостиничный комплекс.

Аспен вернулась в спальню, и ее взгляд вновь упал на роскошное платье. Даже скомканное, оно казалось очень красивым. К сожалению, у Круза был отличный вкус.

Глава 8

– Ты вообще слышишь, о чем я тебе говорю?

Круз поднял глаза на Рикардо, который перечислял всех, кто будет присутствовать на официальном ужине, и рассказывал о том, что делегация из Китая была восхищена отелем. Они решили встретиться и поговорить перед самым событием в баре «Сансет».

– Конечно же, – соврал Круз. – Можешь продолжать.

Рикардо нахмурился, но, к счастью, продолжил свой рассказ. Круз мыслями был где-то далеко. Он думал об Аспен. Он был уверен, что восемь лет назад она подставила его, никогда даже не задумываясь, что все может быть по-другому. Он был просто ослеплен ненавистью.

Черт, этой женщине как-то удавалось заполнить все его мысли. И как бы Круз ни сопротивлялся, он понимал, что совесть не даст ему отобрать у Аспен ее дом – ферму «Райский берег». Но если он позволит Аспен следовать ее глупому плану, уже через год она гарантированно окажется банкротом. Правда, это была не его проблема. Аспен – взрослая девушка, она способна позаботиться о себе сама. Но безумное желание оберегать ее от всего возвращалось к нему с новой силой. Крузу хотелось оградить ее от тревог и волнений. Это просто какое-то сумасшествие. Он не мог выбросить эту женщину из своей головы.

Осознав, что Рикардо ждал его ответа, Круз задумчиво покачал головой.

–  Сэм Харрис будет завтра участвовать в игре. Я понял.

–  Вообще-то, – спокойно заметил Рикардо, – Сэм Харрис заболел. И Томми Хассенбергер займет его место.

–  Пришли Сэму бутылку текилы.

–  Я уже прислал цветы.

Круз покачал головой:

– И ты еще говоришь, что тебе нужна жена?

Обычно его брат отвечал на подобные реплики ответной издевкой, но, к неудовольствию Круза, на этот раз он этого не сделал.

– Что с тобой? – вместо этого решил поинтересоваться его брат.

Круз потер свой подбородок рукой и осознал, что ему стоило побриться.

–  Все в порядке.

–  Ты витаешь в облаках. Не связано ли это с Аспен Кармайкл?

Бинго.

– Если я скажу нет, ты решишь, что я обманываю, а если скажу да, ты захочешь узнать подробности.

Рикардо покачал головой и засмеялся:

– Dios mio, все слишком далеко зашло.

Круз не стал обращать внимание на слова Рикардо. Конечно же он безумно хотел Аспен, он готов был себе в этом признаться, но здесь не были замешаны романтические чувства. Сильная страсть, не более.

– Mi, oh, mi…

Круз медленно развернулся и увидел в широких двойных стеклянных дверях бара Аспен: она была похожа на голливудскую диву пятидесятых годов: зеленый шелк платья словно вода струился по ее изящному, хрупкому телу. Круз почувствовал, как в горле пересохло. Лиф платья был незамысловатым, но он только подчеркивал тонкую талию и красивую грудь. Аспен забрала свои густые волосы в элегантный низкий пучок на затылке.

Круз едва сдержал безумный порыв показать всем, что эта женщина принадлежит ему. Аспен по-прежнему не замечала Круза, стоя к нему спиной, но от легкого соприкосновения их бедер она неожиданно подпрыгнула. Аспен подняла глаза, и Круз склонил голову в ее сторону, обратив взгляд на ее пухлые губы, затем услышал ее сбивчивое дыхание.

Аспен не знала, чего ожидать от вечера, но когда она зашла в бар, то решила вести себя расслабленно и непринужденно. Ей хотелось забыть о сделке и страхе, который она испытывала из-за приближающейся ночи.

–  Ты все-таки надела платье, – произнес Круз нежно.

–  Да. В конце концов у меня не оказалось выбора. Спасибо тебе.

–  Ты потрясающе выглядишь.

Его страстный взгляд словно разжигал в ее теле огонь.

Аспен посмотрела на искусно пошитый дорогой смокинг Круза, в котором он выглядел великолепно.

– Ты тоже… хорошо выглядишь, – хрипло произнесла она.

Аспен подняла голову, и, как только их взгляды встретились, казалось, что в голове Круза раздались раскаты грома. Время словно остановилось…

– Сеньор Родригез, гости уже расположились в розовом зале.

Круз повернулся к своему управляющему:

– Спасибо, Пако. Я буду там через минуту.

Мужчина почтительно наклонил голову и удалился. Круз взял руку Аспен и прикоснулся к ее ладони губами. Он почувствовал, что ее пульс был таким же неровным, как и его.

–  Я жалею, что вообще организовал этот дурацкий ужин.

–  Ужин вовсе не дурацкий. – Аспен улыбнулась. – Это ужин в честь уважаемых гостей, которым выпала возможность открыть завтрашний турнир. Это важное событие.

Но не важнее того, что ждет их сегодня ночью в номере отеля. Дыхание Круза сбилось, он отчаянно боролся с желанием увлечь Аспен в какой-нибудь тихий темный уголок. Круз улыбнулся про себя, радуясь тому, что ситуация снова под его контролем. Он взял Аспен под руку, направляя ее в зал и мечтая о том, чтобы официальный ужин закончился быстрее.

Но ужин длился до глубокой ночи. Когда Круз заметил, как Аспен неуверенно передвигает еду в тарелке, он великодушно решил поменяться с ней блюдами, предложив ей взамен суфле из козьего сыра. Затем подали главное блюдо. На этот раз уже Аспен поменялась с Крузом тарелками, заметив, как он посматривал на доставшийся ей аппетитный стейк.

Круз улыбнулся, нежно провел ладонью по ее подбородку, затем снова вернулся к беседе, которую вел с двумя азиатами. В течение ужина Круз брал ее руку в свою, переплетая их пальцы. Он держал ее за руку так, словно такое поведение было для него абсолютно естественным. Словно они действительно были на свидании.

Несмотря на то что Аспен почти ничего не съела, она не чувствовала себя голодной. Она долго общалась с женой мэра и ее дочерьми. Оставшись одна, Аспен размышляла о том, стоит ли ей подойти к пожилой женщине, которая сидела на другой стороне стола. Неожиданно Круз вновь взял ее за руку. Его ладонь была намного больше ее маленькой и хрупкой ладони, его кожа казалась более смуглой.

Круз посмотрел на Аспен, затем поцеловал ее ладонь. За стол вернулась одна из дочерей мэра. Аспен продолжала непринужденную вежливую беседу, но все это время она ясно ощущала пристальное внимание Круза.

Что-то изменилось между ними с того момента, как она спустилась в бар. Круз вел себя так, словно он уже был влюблен в Аспен. Он бросал на нее взгляды, в которых читалось нескрываемое обожание, заправлял выбившийся локон за ушко, наливал ей воду в бокал…

В начале отношений Чад вел себя так же галантно. Но близилась дата свадьбы, и Аспен не могла уже узнать в нем мужчину, который начал за ней ухаживать. Чаду пришлось переехать обратно домой, когда его отец пригрозил, что лишит его наследства, таким образом он хотел подтолкнуть сына к тому, чтобы он нашел себе постоянную работу. Аспен старалась наладить отношения между Чадом и его отцом, но казалось, что Чада лишь раздражало ее участие.

Аспен снова подняла свой взгляд на Круза: тот был полностью погружен в беседу с молодым человеком, сидящим рядом. Будет ли он груб с ней? Аспен нервно сглотнула, затем опустила глаза на руку Круза, в которой он держал бокал с вином. Он медленно проводил пальцем по тонкой ножке бокала. Аспен вспомнила, что так же нежно Круз прикасался к ее губам. Внезапно он прекратил это действие. Аспен почувствовала, что внимание Круза направлено к ней. Во рту пересохло, а сердце стало бешено биться. В ней боролись страх и влечение.

– Аспен?

Она посмотрела на него невидящим взглядом.

– Все в порядке?

Его глубокий, чувственный голос прозвучал очень близко к уху Аспен: по ее телу пробежались мурашки. Все же она постаралась собраться с силами.

– Все в порядке.

Круз положил руку на спинку ее кресла.

– Кажется, мыслями ты где-то далеко.

Аспен охватила паника, и она совершила ошибку, посмотрев в этот момент на Круза. Как только их взгляды встретились, его глаза сузились в подозрительном беспокойстве.

–  Эй, что случилось?

–  Ничего. – Аспен заставила себя улыбнуться. – Мне просто нужно пойти в дамскую комнату.

Круз внимательно на нее посмотрел, но, к счастью, его вопросы прекратились.

– Возвращайся скорее, ужин подошел к концу.

Роскошное, невероятно сексуальное вечернее платье, которое выбрал Круз для Аспен, идеально сидело на ее стройном теле. Аспен ощущала на себе взгляд Круза. Прохладная шелковая ткань платья мягко скользила по ее гладким ногам.

Стоя перед зеркалом в уборной, Аспен пыталась успокоить свои разыгравшиеся нервы, тщательно протерев лицо холодной водой. Она поправила свой макияж, с удивлением заметив, что ее щеки сильно покраснели. И виной тому Круз, ведь каждый раз, когда он оказывался рядом, Аспен думала только о сексе с ним. Но паника Аспен не утихала. Последний раз она так нервничала перед первой брачной ночью. Тогда она также ощущала волнительное предвкушение, которое не привело ни к чему хорошему.

Аспен покачала головой, ругая себя за излишнюю эмоциональность, затем убрала несколько выбившихся прядей. Улыбнувшись своему отражению, она чуть не столкнулась с Крузом, ожидающим ее снаружи.

–  Тебя так долго не было, я начал волноваться. Уже собирался зайти внутрь, но побоялся тебя испугать.

–  Я бы не испугалась. – Аспен вздохнула. – А вот про пожилую женщину в соседней кабинке я не могу сказать с уверенностью.

Радостный смех Круза разрядил обстановку. Он протянул ей руку:

– Пойдем?

Аспен с нежностью вглядывалась в его лицо. Круз был властным и мужественным – гораздо сильнее Чада, и не был таким же гадким, жалким, как ее бывший муж. Даже когда Круз считал ее предательницей, он не клеймил и не упрекал ее, как это, без сомнения, сделал бы Чад.

– Аспен?

Она заметила в его глазах желание, и ответный огонь стал разжигаться в ее теле.

Круз улыбнулся, отчего Аспен снова нервно сглотнула.

Когда они проходили по уютному коридору, Аспен показалось, что она видела знакомую ей мужскую фигуру, склонившуюся к столу. Ей показалось, что это был Чад. Мужчина стоял к ней спиной, поэтому она не могла видеть его лица, но она заметила, что это был блондин среднего роста, спортивного телосложения.

Круз вызвал лифт, и на мгновение Аспен отвлеклась на их отражение в гладкой золотой поверхности дверей лифта. Она подумала о том, что они с Крузом хорошо смотрелись вместе. Он был высоким и сильным, она – хрупкой и женственной и чарующе прекрасной в этом изумрудно-зеленом платье.

Двери лифта открылись. Аспен еще раз бросила взгляд в сторону ресепшн, но мужчины там уже не было. Она вздохнула с облегчением. После их последнего прощального разговора Чад согласился держаться от нее подальше.

Как только лифт начал свое движение, Круз приблизился к Аспен, крепко обхватив ее талию. Аспен тут же отвлеклась от мрачных размышлений.

– Ты нервничаешь и волнуешься, словно пони, которого объезжают в первый раз.

Аспен тихо засмеялась, услышав, с кем он ее сравнил. Аспен не могла рассказать Крузу, что ей в холле померещился Чад. Круз начал бы задавать массу ненужных вопросов.

–  Все нормально.

– Ты дрожишь. Все дело в сделке?

– Дело не в сделке. Я даже забыла о ней на какое-то время.

Этот ответ явно понравился Крузу. Но у Аспен не было времени, чтобы подумать, почему он выглядел таким довольным, – двери лифта открылись. Круз отстранился, затем положил свою руку ей на поясницу, подталкивая в сторону гостиной, освещенной тусклыми лампами.

–  Хочешь чего-нибудь выпить?

–  Да, пожалуйста, – громко и резко произнесла Аспен.

Круз подозрительно сузил глаза:

– Ты будешь пить…

Аспен натянуто улыбнулась:

– Джин с тоником.

Аспен невольно поморщилась. Она ненавидела джин с тоником. Подойдя к стене в гостиной, Аспен стала рассматривать картину, которая в неярком свете ламп выглядела еще более завораживающе. Аспен восхищенно вздохнула:

–  Это ведь Ренуар.

–  Верно.

Круз передал Аспен ее напиток, тщательно перемешав в бокале лед.

–  А ты ничего не будешь пить?

–  Нет. – Он уселся на ручку ближайшего кресла, не отрывая взгляда от Аспен. – Тебе не нравится?

–  Что?

Он указал на бокал в ее руках:

–  Твой напиток?

– Нет, он замечательный. По крайней мере, я предполагаю, что так оно и есть. – Пора взять ситуацию под контроль. Тогда, возможно, ей удастся достойно пережить эту ночь. – Послушай, может быть, нам стоит… начать?

– Начать?

Аспен хотелось себя пнуть. Она подошла к небольшому столику и поставила на него нетронутый напиток. Все это время она продолжала чувствовать на себе взгляд Круза. Прошлой ночью она явно ощущала его возбуждение, как и сегодня в конюшне. Тогда почему же он остановился? Неужели у него были проблемы с эрекцией, как и у Чада? Аспен задрожала. Когда такое происходило, Чад обращался с ней особенно грубо.

Круз наклонил голову в сторону и, казалось, собирался что-то сказать, но передумал. Затем поднялся из кресла. Его рука потянулась к волосам Аспен. Она бессознательно отстранилась от его прикосновения, рука Круза неподвижно застыла в воздухе.

– Я просто хотел распустить твои волосы.

Аспен уставилась на его грудь, пытаясь успокоить дикое сердцебиение.

– Я могу это сделать?

Аспен кивнула, не доверяя своему тихому и неуверенному голосу.

– Повернись ко мне спиной.

Ей потребовалось много сил. Когда Аспен наконец повернулась, Круз начал нежно гладить ее плечи.

–  У тебя такая красивая спина. – Он массировал напряженные мышцы ее шеи, и Аспен не смогла сдержать тихий вздох наслаждения.

–  Как же это приятно! Должно быть, я действительно сильно напряжена. – С губ Аспен снова сорвался стон, и она начала извиваться под его руками.

– Сильнее или нежнее? – спросил Круз, его голос охрип от сильного возбуждения.

Он услышал, как дыхание Аспен сбилось, затем и он сам затаил дыхание, когда она прижалась своими ягодицами к его ширинке.

– Сильнее, – прошептала она, дрожа всем телом.

Тонкий мускатный аромат ее кожи сводил его с ума, и он начал осыпать ее плечи легкими поцелуями. Аспен склонила голову вниз, затем уперлась ладонями в край столика перед собой. Круз сразу заметил, что ему будет достаточно поднять длинный шелковый подол ее платья, сорвать трусики, нагнуть ее немного вперед, чтобы войти в нее… и ему едва хватило сил, чтобы сдержаться. Крузу хотелось чуть дольше насладиться вкусом ее кожи, поэтому, крепче обхватив ее талию руками, он начал осыпать горячими поцелуями обнаженную спину. Аспен изящно выгнулась. Круз больше не мог ждать, он повернул ее к себе лицом и приник к ее пухлым чувственным губам.

Его поцелуй не был нежным, как раньше в конюшне: прикосновения его губ были почти грубыми. Аспен сразу же приоткрыла губы, в порыве страсти вцепившись в его волосы. Ее поцелуй был вкуса кофе со сливками, и Круз не смог сдержать низкий стон. Неосознанно он прижал ее к себе еще ближе. Ему хотелось большего. Все еще продолжая страстно целовать Аспен, Круз стянул с себя пиджак и стал нетерпеливо расстегивать пуговицы своей рубашки. Аспен застонала, затем быстрыми безумными движениями помогла ему освободиться от одежды, проводя ладонями по его обнаженным плечам. Круз потянулся к застежке ее платья, расстегнул две маленькие жемчужные пуговицы. Он провел ладонями по обнаженной спине Аспен, затем обхватил ее талию, одновременно осыпая поцелуями подбородок, лаская губами мочку уха. На ней были маленькие золотые сережки. Круз прикоснулся языком к одной из них, нежно прикусив ее чувствительную кожу и крепко сжав грудь в ладони. Аспен дрожала. Круз ласкал пальцем ее сосок, Аспен сильнее прижималась к его торсу. Он понимал, что им не удастся добраться до спальни, поэтому он усадил Аспен на столик, надеясь, что он выдержит напор их страсти. Немного отстранившись, Круз наслаждался видом ее прекрасного обнаженного тела.

– Ты так прекрасна, – выдохнул он, лаская губами твердые соски.

Возбуждение обжигающей волной охватило его тело, он шире раздвинул бедра Аспен. Столик оказался слишком низким, и Круз понял, что придется приподнять бедра Аспен, чтобы войти в нее.

– Слава небесам, что на тебе платье, – простонал Круз, затем обхватил губами ее набухший сосок, скользнул дрожащими от нетерпения руками под подол ее платья, чтобы прикоснуться к ее горячему лону.

Но уже через мгновение Круз почувствовал, как Аспен застыла в панике, рефлексивно вцепившись ногтями в его плечи.

– Подожди!

Затуманенный разум Круза с трудом воспринимал изменения ее настроения, но он все же постарался собраться с мыслями.

– Нам понадобится гель-лубрикант, – пробормотала Аспен, уткнувшись лицом в его шею.

Лубрикант? Круз нахмурился. Неужели она никогда не испытывала наслаждения во время секса?

Он обхватил одной ладонью ее подбородок, пытаясь поймать ее блуждающий взгляд.

–  Аспен, что с тобой?

– Я просто… – Она нервно провела языком по своей верхней губе, смущенно отводя глаза в сторону. – У меня недостаточно естественной смазки. Мне нужно было тебе об этом раньше сказать.

В замешательстве Круз уставился на нее, не в состоянии произнести ни слова. Было видно, что она говорила со всей серьезностью, но сквозь тонкую ткань трусиков Круз уже успел почувствовать, что Аспен была сильно возбуждена.

Видимо, его молчание затянулось, и Аспен подумала, что разочаровала Круза. Она стала его отталкивать, одновременно пытаясь слезть со стола. Вероятно, каблук одной ее босоножки зацепился за подол платья, поэтому, споткнувшись, она потеряла равновесие. Тихо выругавшись, Круз обхватил ее за плечи, предотвращая падение.

–  Аспен, подожди.

–  Нет. Отпусти меня.

Не обращая внимания на ее попытки вырваться, он снова нежно заключил ее в объятия. Аспен тут же уткнулась лицом в его шею, и он стал гладить одной рукой ее волосы. Его сердце бешено колотилось. Круз отчаянно пытался понять, что же вообще происходило. Подождав, пока дыхание Аспен немного выровняется, он чуть отстранился:

– Кто тебе сказал, что у тебя недостаточно естественной смазки?

Аспен тяжело вздохнула и еще сильнее прижалась лицом к его шее. Круз аккуратно обхватил ее затылок.

– Я знаю, что ты очень смущаешься. Это был Андерсон?

– Такое случается с некоторыми женщинами.

Круз не сомневался, что это правда, но он уже успел почувствовать тепло ее увлажненного лона, скрытого тонким кружевом ее белья, поэтому понимал, что проблема была не в этом.

– Я уверен, chiquita, но это не твой случай.

Аспен подняла голову, чтобы посмотреть на него.

– Ты ошибаешься. Чад и я… Мы можем не говорить об этом?

Круз решил, что убьет этого мерзавца. Встретившись с ее раздраженным взглядом, он чуть не засмеялся, но вопрос был слишком серьезным.

– Он причинил тебе боль?

Она прикусила губу и опустила вниз глаза.

–  Аспен?

–  Ох, ну хорошо. – Она тяжело вздохнула. – В нашу первую брачную ночь Чад был… Я сильно волновалась. А Чад сильно выпил, и я поняла, что совершила ошибку. Вообще, я намного раньше поняла, что совершила ошибку, еще до свадьбы, но ситуация вышла из-под контроля, и я уже не знала, как все остановить. Поначалу Чад был весьма очаровательным. – Она нерадостно рассмеялась. – Но употребление алкоголя сильно его изменило, и в ту ночь… – Она нервно сглотнула. – В ту ночь…

–  Он изнасиловал тебя, – напряженно произнес Круз.

–  Нет. Это случилось по моей вине. Я слишком сильно волновалась.

Круз еле себя сдерживал.

– Не перекладывай вину на себя. – Он снова заставил ее посмотреть ему в глаза. – Чад должен был заметить, что ты чувствовала себя некомфортно. – Он выругался. – Черт возьми, Аспен. Тебе ведь было всего восемнадцать лет!

Губы Аспен слегка дрожали, но она попыталась улыбнуться. Круз сжал ее крепче в своих объятиях, не отпуская до тех пор, пока она не перестала дрожать.

– Он не хотел ничего плохого, Круз. Это было непросто.

Что ж, когда он будет убивать этого урода, он сделает это медленно и мучительно.

– Все нормально. Я знала, что так произойдет. Ты можешь меня отпустить.

Аспен снова попыталась освободиться из его объятий, и выражение ее лица означало то же обреченное смирение, которое Круз видел прошлой ночью.

– Когда я только приехал на ферму «Райский берег», чтобы работать на твоего дедушку, – неуверенно начал он, – я так сильно тосковал по своей семье, что целый месяц каждую ночь плакал. Я был еще ребенком, и мне было по-настоящему тяжело. Но тогда я считал, что мне пора повзрослеть и вести себя мужественно.

– Ох, Круз.

Аспен положила руку на его широкие плечи, и, хотя Круз понимал, что рассказывал ей все это только для того, чтобы отвлечь ее от ее собственных неприятных воспоминаний, он не мог не насладиться ее легкими, нежными прикосновениями.

– Я думал, что моя мать отвернулась от меня. Я думал, что она считает меня позором нашей семьи.

– Нет. – Аспен всплеснула руками. – Я встретила ее только вчера, но знаю, что это неправда.

– Может быть, и так. То, что сказал тебе Андерсон, тоже неправда. – Аспен медленно опустила глаза, Круз приподнял ее подбородок, встречаясь с ней взглядом. – Аспен, ты красивая чувственная женщина, и я хочу тебе это доказать, если ты позволишь.

Она нахмурилась:

– Я не понимаю, каким образом ты можешь это сделать.

Круз обхватил ладонями ее лицо, заставив замолчать.

– Я хочу тебя, Аспен. Я сгораю от желания поцеловать тебя, заняться с тобой любовью. Я хочу, чтобы ты забыла обо всем, кроме наслаждения, которое я собираюсь тебе подарить. И вопрос только в том, хочешь ли ты, чтобы это произошло?

Круз напряженно ждал ее ответа.

Наконец, все еще прижимая платье к своей груди и глядя на него большими, полными сомнения глазами, Аспен кивнула:

–  Хочу.

–  Тогда ты можешь расслабиться и позволить мне о тебе позаботиться, Аспен… – Круз подождал, пока она снова поднимет на него свой робкий взгляд из-под полуопущенных ресниц. – В любой момент мы можем остановиться. Ты поняла?

Аспен замолчала, удивленно округлив свои прекрасные зеленые глаза.

–  Ты правда это сделаешь?

–  В то же мгновение, mi chiquita. И не скажу ни слова.

Глава 9

Аспен вдыхала теплый мускусный аромат Круза, в то время как он нес ее на руках в свою спальню. Она чувствовала безумное смущение. Паника не утихала.

Когда Аспен фантазировала о сексе, этот процесс представлялся ей романтичным и чувственным, восхитительным и внеземным, горячим и необузданным. В реальности же она ощутила себя скованной и смущенной. Аспен не могла поднять на Круза глаза, когда он лег на бок рядом с ней, она думала о том, что, наверное, выглядит нелепо: спутанные локоны, разбросанные по постели, задранный подол платья…

–  Ты не мог бы выключить свет? – Яркое освещение тревожило ее даже сквозь сомкнутые веки.

–  Я могу его выключить, если так ты будешь чувствовать себя комфортнее, но тогда я не смогу видеть тебя.

–  В этом и весь смысл.

–  Открой глаза, gatita.

–  А это обязательно?

Услышав его тихий смешок, Аспен тут же открыла глаза и недовольно посмотрела на Круза. Он выглядел расслабленным. Он лежал, заложив одну руку под голову, в его взгляде читалось горячее желание.

–  Ты ощущаешь себя комфортно, не так ли?

–  Ты будешь ощущать себя так же очень скоро, – пообещал он. – Намного больше, чем просто комфортно.

Круз прикоснулся ладонью к лицу Аспен, затем начал медленно проводить пальцами по ее щеке, носу, очерчивая тонкие черты ее лица, спускаясь по ее шее к ключице. Аспен было вовсе не просто полностью попасть под его контроль, но она продолжала лежать неподвижно и постепенно осознала, что ее чувствительная кожа покрывается мурашками.

– Ты вообще получала раньше наслаждение во время секса, mi chiquita?

Аспен нервно сглотнула, борясь с желанием отвернуться в смущении от Круза, но его волшебные пальцы уже гладили обнаженную кожу и легко прикасались к ее соскам. Аспен резко вздохнула, мгновенно позабыв обо всех своих заботах.

–  Нет, – честно ответила она на его вопрос.

–  Хмм… – Круз стал осыпать ее нежную кожу поцелуями. – Тогда нам придется это исправить. Я теперь просто обязан показать тебе, что такое настоящее наслаждение.

Круз придвинулся ближе, позволив ей почувствовать тепло его тела. Он смотрел на нее так, словно не мог думать ни о чем другом, кроме нее. Эта мысль испугала Аспен, потому что за то короткое время, что они были вместе, ее влечение к нему только возрастало. Этот мужчина не покидал ее мысли. Она не могла не восхищаться его красотой. Мужественные черты его лица, широкие плечи – он словно материализовался из ее мечты, готовый исполнить все скрытые желания. Вместе с тем она ощущала себя в его объятиях в безопасности, и осознание этого привело ее в абсолютный шок. Аспен думала, что никогда не сможет ощущать себя так спокойно с мужчиной.

По ее телу разливалось приятное тепло, которое постепенно распалялось в огонь страсти. Заметив в глазах Круза одновременно и нежность, и необузданную страсть, Аспен тут же растаяла. Она потянулась и провела рукой по его щеке, покрытой легкой щетиной.

– Возьми меня, Круз. Пожалуйста.

Словно ожидая от нее именно этих слов, Круз поднес ее ладонь к своим губам.

Аспен потеряла способность мыслить, потому что Круз стал страстно целовать ее, отчего по телу словно проходили электрические разряды. Теперь вместо стеснения и смущения она ощущала безумную страсть, которая затмила все прочие чувства. Аспен чувствовала только, как большие горячие руки Круза гладят и ласкают ее тело. Он нашептывал ка кие-то нежные слова, снимая с нее платье, затем стягивая ее маленькие кружевные трусики. Уже через несколько секунд она оказалась полностью обнаженной. Губы Круза сомкнулись вокруг ее набухшего соска, он начал его посасывать, проводить по нему языком, прикусывать, одновременно лаская ее бедра.

–  Ты все еще со мной, chiquita? – тихо спросил Круз.

–  Да. – Она обхватила его широкие плечи. – Но на тебе еще осталась одежда.

–  Это ненадолго, – уверил Круз. – Сначала надо кое о чем позаботиться. – Он нежно положил ее обратно на кровать. – Ложись, gatita. Это только для тебя.

Аспен послушалась, но сразу же неосознанно напряглась, когда почувствовала его руки на своих сомкнутых бедрах. Она ожидала, что Круз силой раздвинет их, накроет ее своим телом и одним толчком войдет в нее. Поэтому Круз привел ее в замешательство, когда согнул одну ее ногу в колене и начал проводить ладонью по ее бедру, словно гладя кошку. Аспен начала извиваться, пытаясь быть к нему как можно ближе, с ее губ срывались тихие стоны. Ладонь Круза поднималась выше по ее бедру. Мучительно медленно. Аспен нетерпеливо извивалась, стараясь прижаться к нему сильнее и почувствовать на себе вес его тела.

–  Терпение, chiquita, – произнес Круз, сбивчиво дыша.

– У меня его не осталось, – простонала Аспен, затем резко вздохнула от легкого прикосновения Круза к коротким волоскам между ее ног. Круз нежно провел рукой по ее животу. Аспен поняла, что хочет ощутить его внутри себя. Все мысли о том, что она может его разочаровать, что ей не удастся справиться со своей панической реакцией, вылетели из ее головы. Она сгорала от желания. Ей просто необходим был… он!

Аспен затаила дыхание, когда пальцы Круза начали нежно ласкать ее лоно, но затем резко выдохнула, когда он перестал к ней прикасаться.

–  Круз, пожалуйста… – Аспен крепче обхватила его шею свободной рукой и притянула его голову к себе, чтобы припасть к его губам.

–  Ты хочешь, чтобы я ласкал тебя, chiquita? – произнес Круз.

–  Ты знаешь, чего я хочу. – Затем ей в голову пришла ужасающая мысль. – Разве ты не хочешь?

Круз застыл на месте, не сводя с нее напряженного взгляда, затем прижал их сцепленные руки к своей выпирающей ширинке. Его член казался просто огромным. Это первое, о чем подумала Аспен. Затем ее охватило жгучее желание увидеть его, прикоснуться к нему.

– Никогда не сомневайся в этом, – слегка охрипшим от возбуждения голосом сказал Круз. – Никогда.

Он страстно поцеловал ее, затем заставил себя отстраниться от ее губ.

– Я стараюсь не спешить. Чтобы убедиться, что ты абсолютно к этому готова. – Он снова взял ее руку в свою. – И мне нужно кое-что тебе показать.

Круз прижал ладонь Аспен к ее животу, затем направил ее вниз, к шелковистым волоскам между ее ног.

– Раздвинь немного свои бедра, chiquita, – прошептал он ей на ухо. – Нет. Сильнее. Да, вот так…

Затем он направил ее ладонь еще ниже, и с губ Аспен сорвался вздох наслаждения, когда она прикоснулась к своему влажному лону.

– Ты все еще думаешь, что не хочешь меня? – спросил Круз с нежностью.

Охваченная волной наслаждения, Аспен закрыла глаза и так и не смогла произнести свой ответ.

– А теперь я хочу попробовать тебя на вкус.

Аспен тут же попыталась сомкнуть свои ноги:

– Круз, ты не можешь.

Он поднял на нее свой взгляд, черты его лица были напряжены, руки лежали неподвижно на ее раскрытых бедрах.

– Позволь мне, Аспен. Помнишь, я обещал тебе, что подарю только наслаждение.

Все еще чувствуя некоторое напряжение, Аспен позволила ему сильнее раздвинуть ее ноги. Она закрыла глаза, когда Круз склонил вниз голову и провел языком по сомкнутым губкам ее лона.

Аспен знала о том, что некоторые мужчины любят доставлять удовольствие женщинам таким способом. Она училась в частной школе для девочек, по этому слышала, как ее сверстницы рассказывали о своем интимном опыте, некоторым из них подобные ласки нравились, некоторым нет. Аспен всегда полагала, что принадлежит ко второй группе. Но низкие стоны наслаждения Круза, прикасавшегося к ее чувствительной коже, убедили ее в обратном. К тому моменту, как он подключил к ласкам свои пальцы, Аспен с трудом могла дышать. Она изнывала от возбуждения, дрожа и извиваясь под умелыми ласками Круза.

– Все хорошо, chiquita. Позволь наслаждению завладеть тобой.

И это произошло. Движения его пальцев ускорились, и уже через пару секунд Аспен показалось, что ее тело разлетелось на тысячи чистых хрустальных осколков.

Открыв глаза, она заметила, что Круз внимательно на нее смотрит.

– Что ты ощутила?

Аспен улыбнулась:

–  Я еще никогда в своей жизни не испытывала такого наслаждения.

–  Это только начало, – медленно и высокомерно произнес Круз.

Аспен засмеялась, затем резко вздохнула, когда он накрыл ее своим телом. Рельефные мышцы его рук напряглись. Круз, удерживая себя только на согнутых локтях, припал к ее губам в страстном поцелуе. Аспен почувствовала, как сильно напряжен его член, и с удивлением ощутила нарастающее возбуждение внизу живота. Она снова начала извиваться под ним, разводя бедра в стороны.

Тихо прорычав, Круз стянул с себя брюки, потянувшись в прикроватную тумбочку за презервативами. Аспен, не смея шевелиться, наблюдала за его движениями. Зубами он разорвал упаковку и, держа одной рукой твердый член, надел на него презерватив.

– Если ты и дальше будешь на меня так смотреть, mi gatita, нам не нужно будет предохраняться, – хриплым от страсти голосом прошептал он.

Аспен почувствовала, что краснеет, но не могла оторвать от него своего взгляда. Он был таким соблазнительным. Таким…

– Ты прекрасен! – произнесла она вслух.

Аспен провела ладонями по его спине, восхищаясь гладкостью загорелой кожи, до конца не веря в свою смелость. Аспен заметила, что на лбу Круза выступил пот. Ее губы растянулись в улыбке. Круз заметил это и застонал. Затем припал к ее губам, накрывая ее своим телом и прижимая к кровати. Они находились в позиции, которая оставляла власть за мужчиной. Но сейчас Аспен это вовсе не пугало. Потому что она понимала, что в действительности обладает женской силой, о которой раньше не знала. И это ощущение было восхитительным.

– Обхвати меня ногами, – хрипло инструктировал Круз.

Аспен послушалась, сразу же почувствовав прикосновение к гладкой круглой головке пениса. Словно в трансе, она прижала ладони к пояснице Круза.

Круз остановился, и на мгновение старые страхи Аспен вернулись, ее тело напряглось в ожидании предстоящей боли, и, когда он наконец стал медленно в нее входить, она не смогла сдержать стон. Аспен обхватила руками шею Круза, чтобы страстно его поцеловать. В ее глазах появились слезы, когда она ощущала, как он медленно, миллиметр за миллиметром входит в нее. Поначалу Аспен казалось, что она сможет легко принять его, но затем его движения показались ей слишком интенсивными.

– Расслабься, amada, – прошептал Круз, все еще касаясь ее губ. – Я с тобой.

Жадно целуя Аспен, он почти полностью вышел из нее, затем снова медленно вошел. Аспен начала таять под его ласками.

Круз приподнял голову, напряженно смотря на Аспен:

– Ты просто восхитительна.

Под весом его тела Аспен беспомощно застонала, прогибая спину.

–  Мне кажется, я причиняю тебе боль.

–  Нет. – Аспен резко вздохнула, когда почувствовала, что движения Круза стали более глубокими. – Я ощущаю себя потрясающе. Ты просто восхитителен.

Круз застонал, благодаря небеса за то, что теперь он мог ускорить свои толчки. Каждый раз, когда он входил в нее, она все крепче держалась за его плечи, ее тело постепенно напрягалось. В одно мгновение Аспен охватил невероятный всепоглощающий огонь, который заставил ее тело содрогаться от невероятного наслаждения.

Как в тумане Аспен ощущала, что Круз продолжал движения. Вскоре он обхватил руками ее ягодицы и вошел в нее одним резким движением. Круз откинул назад голову, и Аспен застонала, почувствовав, как беспощадный огонь наслаждения захватил их обоих.

Время казалось бесконечным, Аспен лежала, глядя в потолок, медленно возвращаясь в реальный мир. Она чувствовала себя великолепно. Просто восхитительно. Ее расслабленное тело было влажным от пота. Аспен провела ладонью по волосам Круза, ощущая его теплое дыхание на своей шее. На лице Аспен появилась глупая улыбка, когда она вспомнила, как он направил ее ладонь, чтобы она смогла почувствовать, насколько влажным было ее лоно. Внезапно Аспен вспомнила пьяные восклицания Чада и поняла, что он ни на что был не способен в постели. В глубине души она всегда об этом знала, но никогда не могла до конца поверить в то, что это правда. Особенно если учесть, что он был весьма очаровательным, когда не пил. Но после сегодняшней ночи воспоминания о близости с Чадом больше никогда не будут ее мучить. Теперь она была свободна.

* * *

Через несколько часов Круз проснулся и открыл занавески пультом дистанционного управления. Небо было бледно-голубым. Негромкий звук, который производили двигающиеся занавески, явно потревожил спящую Аспен, потому как она заерзала и сильнее зарылась в одеяло, которое он ночью набросил на их обнаженные тела. Круз крепче сжал ее в своих объятиях.

Прошлая ночь была незабываема. Во-первых, Круз понял, что сексуальная жизнь Аспен до него была невероятно скудной, во-вторых, он также осознал, что секс с другими женщинами для него был только бледной тенью того, что он испытал с Аспен. Никогда раньше его наслаждение не было столь интенсивным и всепоглощающим.

Круз нахмурился, вспомнив условия их дурацкой сделки. Этот чертов договор! Круз задумался об отеле, который должны были построить на месте фермы «Райский берег». Прошлой ночью он решил отказаться от своего прежнего плана. Аспен считала ферму своим домом. Поэтому ферма должна достаться ей. Аспен выиграла эту битву, и впервые ему было не жалко проиграть.

Раньше Крузу было достаточно осознания, что он заработал столько денег, что может купаться в них. И для этого он прекратил свою спортивную карьеру. Он быстро понял, что в этом мире главную роль играет статус, социальное положение. Поэтому долго и упорно работал. И сейчас, возможно, многие люди сказали бы, что он добился настоящего успеха. Но, может быть, пора уже остановиться и вспомнить о своем давнем желании завести семью?

Черт возьми. Он разговаривал сам с собой.

Круз закрыл глаза и позволил себе насладиться теплом Аспен. Аккуратно, чтобы не потревожить, он начал гладить ее шелковистые волосы. Круз вспомнил о том, как она выглядела прошлой ночью, когда он ласкал ее губами, и не смог сдержать возбужденный стон. Лучше ему сейчас выбраться из постели, принять душ и начать свой рабочий день. На сегодня запланировано много дел: встречи и переговоры, которые затянутся до самого вечера…

Перевернувшись, Аспен крепко прижалась к нему. Она застонала и провела ладонью по его обнаженной груди. Круз закрыл глаза, когда почувствовал, как ее рука начала скользить по его телу, но внезапно отдернулась.

– Прости, я… – Аспен села в кровати, пытаясь собрать в пучок растрепавшиеся волосы.

Сонная, она выглядела невероятно мило. Ее тело было мягким и порозовевшим, губы пухлыми от ласк и поцелуев прошлой ночью. Не в силах сдержаться, Круз опустил свой взгляд на ее обнаженную грудь, и Аспен прикрылась простыней. Но ему все же удалось на мгновение насладиться красотой ее полной груди, на которой были заметны следы покраснения от соприкосновения с его жесткой щетиной…

По какой-то причине внезапное смущение Аспен отбило у него желание заниматься рабочими делами.

– Доброе утро.

Аспен посмотрела на него в замешательстве. Затем неуверенно провела языком по своей нижней губе.

– Доброе утро.

Возникла пауза. Круз не мог придумать, что еще сказать.

–  Чувствую себя…

– Нелепо?

Она медленно выдохнула.

–  Да, но прошлая ночь была…

–  Чудесной.

Аспен поморщилась:

– Тебе не обязательно это говорить. Я имею в виду, конечно, для меня это было восхитительно, но… не важно.

Внезапно Круз испытал приступ жгучей ненависти к бывшему мужу Аспен.

–  Останься на день, – внезапно сказал он.

–  Зачем? – Казалось, Круз и сам был шокирован своим необычным предложением. Но почему бы ей и правда не провести здесь день? Через несколько часов в отеле состоится турнир по поло. Аспен любила эту игру.

–  Я думала, что у тебя сегодня много дел, – сказала Аспен.

–  Это правда. Но есть много причин, чтобы ты осталась. К примеру, турнир по поло. Это одно из ярких событий года.

Аспен неуверенно улыбнулась:

– Я бы не хотела усложнять ситуацию, в которой мы оказались.

Осознав, что Аспен пытается от него отстраниться, Круз произнес раздраженно:

–  И как то, что ты посмотришь турнир по поло, может что-то осложнить?

–  Наша сделка…

– Забудь об этой сделке! – Круз быстро встал с кровати. – Останься со мной, потому что тебе этого хочется. Останься, потому что прекрасная погода и скоро состоится первоклассный турнир по поло. Останься, потому что ты много работала и заслужила отдых. Выбирай любую причину.

– Что ж, если ты об этом так говоришь…

Круз разрывался между желанием поцеловать ее и немедленно отправить домой.

– И что ты решила?

Она снова провела языком по губе.

– Мне действительно хочется посмотреть турнир.

Аспен стояла на балконе номера и смотрела вдаль на освещенное ярким солнцем поле для игры в поло, размышляя над тем, что же все-таки она здесь делает. Вспомнив нелепую утреннюю беседу с Крузом, она поморщилась. Когда он предложил ей провести еще один день в отеле, она обрадовалась. Но после того, как Круз признался, что весь день будет занят, она почувствовала себя глупо. Конечно же Круз не вкладывал дополнительный смысл в свое предложение – он всего лишь хотел, чтобы Аспен задержалась здесь на время турнира.

Облокотившись на перила балкона и закрыв глаза, Аспен тяжело вздохнула, пытаясь решить для себя, правильно ли она поступила. Круз явно попросил ее остаться из вежливости. Она согласилась, чувствуя к нему безумное притяжение. Согласилась, тайно желая вновь испытать наслаждение, которое мог ей подарить только он. Но несмотря на то, что она провела с Крузом лучшую ночь в своей жизни, ситуация оставалась прежней – он хочет присвоить ферму «Райский берег». Да, он сумел доказать ей, что в постели она может быть желанной, но Аспен не могла так просто выкинуть из головы причины, по которым вообще здесь оказалась.

Наконец приняв решение, Аспен развернулась и отправилась в номер собирать свой чемодан.

* * *

В кабинет Круза ворвалась его личная помощница. Пытаясь сосредоточиться на деловых переговорах, он не смог скрыть своего раздражения:

– Что такое, Мария?

Затем он нахмурился, услышав смущенный голос Аспен.

– Все нормально… не надо его отвлекать… – Голос доносился из-за двери кабинета.

Мария обернулась и посмотрела назад:

–  Ох, сеньорита Кармайкл хотела бы с вами поговорить.

–  Пропусти ее.

В дверях появилась Аспен, и Круз тут же нахмурился, заметив ее чемодан, прислоненный к стене.

–  Что случилось?

–  Я вижу, что ты сейчас очень занят. – Аспен посмотрела на его сотрудников, сидящих за столом переговоров. – Это может подождать.

–  Нет, не может. – Его глаза потемнели, когда он понял, что она собирается уехать. – Что-то не так?

–  Нет, нет. Я просто пришла, чтобы попрощаться. Не хотела уезжать, не предупредив тебя.

– Я думал, ты решила остаться?

Аспен сглотнула.

– Этим утром наша сделка была завершена и…

Круз тихо выругался.

– Я же уже сказал тебе, что сделка отменяется. Она уже не имеет значения. Я не собираюсь покупать ферму. Она останется твоей.

За эти три дня Круз действительно ощутил, что многое изменилось. Он узнал правду о том, что на самом деле произошло много лет назад. Он провел чудесную ночь с Аспен. Каждый раз, когда он смотрел на нее, его охватывали чувства, которые он никогда раньше не испытывал ни с одной женщиной. Чувства, которые он до сих пор не мог объяснить.

–  Правда? – Аспен сделала неуверенный шаг в его направлении. – Я не могу поверить!

–  Да, – немного хрипло произнес Круз, задумавшись над тем, почему он не может смотреть на Аспен, не испытывая желания сорвать с нее одежду.

–  Круз…

Казалось, что Аспен вот-вот заплачет. Но она радостно засмеялась и, подбежав к нему, обвила руками его шею. Действуя инстинктивно, Круз поднял ее, и Аспен обвила его своими бедрами. Почувствовав неистовое желание, Круз крепче сжал ее в своих объятиях.

– Спасибо тебе… Это так много для меня значит.

Ты даже себе не представляешь.

Аспен склонила голову и начала страстно целовать Круза, не слушая его возражения. Еле сдержав свой стон, он ответил на поцелуй. Вновь почувствовав вкус ее губ, он уже не мог держать себя под контролем. Аспен заерзала в его объятиях, и Круз сильнее прижал к себе ее раскрытые бедра. Она начала что-то бормотать. Сначала Круз не обращал на это никакого внимания, но затем слова «Мы не одни…» все-таки просочились в его затуманенный разум.

Круз посмотрел на удивленные лица своих сотрудников. Аспен была права. Никто из них не удосужился смущенно отвернуться, и он не мог их в этом винить. Он также был шокирован тем, что вовсе забыл, что кто-то еще находился в комнате.

Круз медленно выдохнул.

– Я прошу нас простить. Мне придется перенести совещание.

Он продолжал держать Аспен в своих объятиях до того момента, пока за последним сотрудником не закрылась дверь. Затем набросился на нее, стягивая одежду и расстегивая ширинку своих джинсов. Отодвинув в сторону ноутбук, он уложил на стол Аспен. Ее рубашка была уже расстегнута, обнажая прекрасную грудь, скрытую лишь тонким кружевом белого бюстгальтера. Белокурые пряди, выбившиеся из косы, делали ее невероятно соблазнительной. Под нетерпеливыми ласками Круза Аспен стонала, выгибая спину.

–  Дверь не закрыта, – едва смогла произнести она, пытаясь выровнять дыхание.

–  Никто не зайдет сюда, если ему, конечно, дорога работа в моей фирме.

–  Это ведь…

–  Сумасшествие? – Пальцы Круза слегка дрожали, когда он стягивал с нее джинсы. – Тебе надо чаще носить юбки, – пожаловался он.

Аспен тихо засмеялась, затем резко вздохнула: приспустив ее маленькие трусики, Круз развел ее ноги в стороны. Заметив, что она уже готова была его принять, Круз простонал от удовольствия.

–  Я никогда раньше не желал женщину так сильно, как тебя. – Он склонил голову и начал ласкать языком ее увлажненное лоно. Аспен тут же инстинктивно развела бедра в стороны с максимальной силой. Круз заметил, что она наблюдает за тем, как он ласкает кожу ее чувствительного лона. Почувствовав, что Аспен уже близка к оргазму, он выпрямился и вплотную приник к ней:

– Только со мной, mi gatita. Я хочу быть внутри тебя, когда ты достигнешь пика наслаждения.

Быстро надев презерватив, Круз положил ноги Аспен себе на плечи и одним быстрым толчком вошел в нее. Она тут же резко вздохнула, и, вспомнив о том, что он узнал о ней прошлой ночью, Круз постарался смирить свой пыл.

– Нет, не останавливайся. Пожалуйста.

Она обвила руками его шею, притягивая еще ближе, и Круз закрыл глаза, постепенно ускоряя свои движения, массируя пальцем ее клитор. Уже скоро они одновременно достигли финальной точки наслаждения. Прекрати в этот момент мир существовать, Круз бы даже этого не заметил.

Глава 10

– Скучаешь по этому.

– По чему?

– По игре в поло.

–  Почему ты так думаешь?

–  Твое тоскливое выражение лица говорит само за себя. – Аспен улыбнулась Крузу.

Они стояли около конюшни, наблюдая за тем, как обслуживающий персонал и игроки-наездники заканчивают последние приготовления к турниру.

– Мне просто интересно, в каком состоянии находятся лошади.

Аспен склонила в сторону голову и посмотрела на лицо Круза: оно было скрыто под тенью бейсбольной кепки. Его волосы привлекательно закручивались в локоны на шее.

– Почему ты прекратил играть?

Круз повернул голову, направив на нее свой прожигающий взгляд:

–  Из-за денег.

–  Ах. Кажется, я знаю главное увлечение твоей жизни. – Она засмеялась.

–  Нет никакого увлечения, – сказал недовольно Круз, но он не был по-настоящему раздражен. – Просто, когда я покинул ферму «Райский берег», у меня практически ничего не было, и я понял, что если буду продолжать играть в поло, то не добьюсь желаемого.

Аспен покачала головой.

– С деньгами ты чувствуешь себя защищенным. Но мне действительно жаль, потому что смотреть на тебя во время игры – это удовольствие.

Круз странно на нее посмотрел, затем неуверенно улыбнулся.

– Все в прошлом. И даже несмотря на то, что я иногда скучаю по игре, моя жизнь сейчас и без того наполнена событиями. Кстати, я хотел тебе сказать… – Его голос стал более напряженным. – Андерсон здесь. В прошлом месяце в Аргентине он получил травму, поэтому я не ожидал, что он приедет. Я сказал ему, чтобы он держался от тебя подальше.

Аспен застыла на месте. Так, значит, она действительно видела Чада прошлой ночью в фойе отеля!

– Тебе не нужно сражаться в моих битвах, Круз. – Аспен не хотела втягивать его в свои отношения с бывшим мужем.

Круз покачал головой, словно прекрасно понимал, о чем она думала, затем легко и шутливо дотронулся пальцем до кончика ее носа.

– Кто-то ведь должен это делать. – Круз снял свою кепку и надел ей на голову. – Тебе нужна шляпа, если ты собираешься стоять на солнце, mi gatita. Я отойду на минуту.

Круз направился в сторону конюшни: его мужественная фигура источала энергию. Аспен должна была чувствовать раздражение из-за его высокомерного поведения, но после того, что произошло прошлой ночью и этим утром в его кабинете, казалось, она больше не могла на него сердиться. Аспен улыбнулась, вновь вспомнив события последних дней: ее тело вновь охватило нарастающее возбуждение, улыбка стала шире, потому что теперь она лучше понимала реакции своего тела.

Mi gatita. Мой котенок.

Аспен закатила глаза. Ей так нравились его ласковые прозвища.

Зазвонил телефон, оповещая о новом входящем сообщении. Аспен быстро достала его из кармана: сообщение оказалось от ее помощника Донни, который оповещал ее о том, что он отменил занятия по верховой езде на сегодня. Аспен пожелала ему удачно провести время с семьей.

Семья… Какое приятное слово.

– Лови.

Услышав голос Круза, Аспен вовремя подняла глаза и поймала комок одежды, который он в нее бросил. Затем заметила хитрую улыбку на его прекрасном лице.

–  Что это?

–  Ты будешь моей новой помощницей. Как быстро ты сможешь переодеться?

Аспен сразу же ответила:

–  Мне нужно пять минут.

–  Видишь Льюиса? – Круз указал на игрока на поле.

–  Да.

– Встречаемся там через две минуты.

Аспен чувствовала себя до безумия счастливой. Когда Круз прошел мимо нее, она схватила его за руку. Как только она прикоснулась к его коже, по ее телу словно прошелся электрический заряд.

– Ты правда собираешься играть?

Он остановился, затем слегка склонил голову.

– Ты же сама сказала, что смотреть, как я играю в поло, – это настоящее наслаждение, не так ли?

Аспен покачала головой: его высокомерие вызвало у нее улыбку. Круз, должно быть, как-то почувствовал изменения в ней: он развернулся и посмотрел на нее.

– Осталась одна минута, – напомнил он ей.

Аспен понятия не имела, что ей делать дальше со своей безнадежной влюбленностью.

Он был влюблен. Эта мысль застала Круза врасплох прямо во время игры в поло: он уже собирался выходить в нападение, чтобы забить гол, в шоке он чуть не свалился с лошади. К счастью, годы тренировок и хорошо подготовленная дрессированная лошадь позволили ему удержаться в седле. Он передал мяч другому игроку.

Круз не был готов отдаться этому новому для него чувству. Еще не время. Любовь не входила в его ближайшие планы. Может быть, просто радость и адреналин оттого, что он снова оказался на поле, вызвали эту эйфорию?

Круз посмотрел на сектор, в котором расположилась команда, и сразу же заметил Аспен. На голове у нее была кепка с эмблемой его команды, а кудрявые белокурые волосы развевались на ветру. Она выглядела невероятно соблазнительной и желанной, радостно хлопая в ладоши, болея за него.

Прозвучал сигнал окончания игры, и Круз тут же направился к ней. Аспен лучезарно ему улыбнулась:

– Как же ты любишь красоваться. Поздравляю с победой.

Круз улыбнулся ей в ответ. Она была просто прекрасна. Сексуальная, умная, веселая, темпераментная. Конечно же он был по уши в нее влюблен.

Другие игроки подходили к нему, хлопали по спине, поздравляли с победой, радовались его триумфальному возвращению, но все это он слушал краем уха. Его внимание было обращено к Аспен. Он даже не догадывался, что постепенно влюблялся в нее. Возможно, всегда ее любил. И Круз не мог дождаться того момента, когда он сможет сказать Аспен об этом. Прошлой ночью ему даже показалось, что она разделяет его чувства.

Но сейчас признаться ей он не мог. Он сделает это, когда они окажутся наедине. Возможно, за изысканным ужином. Круз улыбнулся в предвкушении этого счастливого момента.

Аспен взяла его лошадь под уздцы, и он вылез из седла.

–  Последний гол был просто восхитительным.

–  Я тоже так думаю.

Круз снял шлем, и Аспен тут же нежным движением убрала волосы с его лица.

– Тебе нужно постричься, – заметила она.

Круз застыл на месте, встретившись с ней взглядом.

–  Мне нужно кое-что тебе сказать.

–  Что же?

– Не здесь. – Он покачал головой. – Я обещал Рикардо, что закончу разговор с делегацией из Китая, которой я уделил недостаточно внимания сегодня. Давай встретимся в номере через полчаса?

–  Кажется, у тебя важные дела.

–  Верно. Давай я отведу лошадь в конюшню, где Льюис сможет привести ее в порядок. – Круз снова сел в седло, затем потянулся за клюшкой, которую протягивала ему Аспен. Но вместо того, чтобы забрать ее, он схватил Аспен за руку и притянул к себе, чтобы еще раз поцеловать. – Очень важные дела.

Аспен наблюдала за тем, как Круз верхом на лошади направился к конюшне. Невольно она прикоснулась пальцами к своим губам, горящим от его поцелуя.

– Как же это трогательно.

Услышав голос, полный насмешки, Аспен тут же развернулась. Какое-то мгновение она стояла, застыв от изумления.

– Чад, – в конце концов тихо произнесла Аспен.

Улыбка, появившаяся на его лице, была бесспорно очаровательной.

– Он самый, детка, он самый.

Глава 11

Надеясь, что Чад был всего лишь плодом ее воображения, Аспен несколько раз моргнула, затем резко вздохнула, внимательнее всматриваясь в его лицо.

– Что с твоим глазом?

Чад дотронулся до вспухшей побагровевшей кожи:

– Встретился с твоим ухажером. Он что, не рассказал тебе об этом?

Да, Круз говорил ей, что видел Чада, но, видимо, решил скрыть от нее подробности встречи. Приятное тепло разлилось в груди Аспен. Она не принимала насилия ни в каком виде, но реакция Круза заставила ее чувствовать себя действительно важной для него.

–  С тобой все в порядке?

–  А тебе разве есть до меня дело? – раздраженно сказал Чад.

–  Конечно же нет. – Сердце Аспен бешено колотилось, она была чрезвычайно взволнована этой неожиданной встречей. Чад выглядел привлекательно – модная стрижка, небольшая щетина на лице, дорогая брендовая спортивная одежда.

–  Я не ожидал встретить тебя вдали от фермы.

Слова Чада помогли ей вернуться из воспоминаний в реальность, и она попыталась восстановить дыхательный ритм.

–  Я… здесь по делам, – запинаясь, произнесла она, затем посмотрела по сторонам в поисках Круза. И почувствовала резкую злость на саму себя. Ведь она больше не была той наивной восемнадцатилетней девушкой. Ей не нужно, чтобы Круз или какой-нибудь другой мужчина защищал ее.

–  Кто бы знал, – сказал Чад, глядя в сторону отеля, – что парнишка из конюшни выбьется в люди.

–  Что тебе надо, Чад?

–  Я просто хотел поздороваться.

–  Что ж, тебе это удалось, так что…

–  Что? – Чад в удивлении развел руками. – Это все, что ты мне хочешь сказать?

–  Мы много лет не виделись. И я не знаю ни одной причины, по которой надо что-то менять.

–  Что, если я хочу это поменять?

Аспен раздраженно искривила губы.

– Я думаю, Круз уже предупредил тебя, чтобы ты близко ко мне не подходил. – Как же она ненавидела себя за то, что ей пришлось воспользоваться этим ходом.

Чад поморщился:

– Я понимаю, что нашему юному гению хочется верить, что все ему подчиняются, но я не следую его приказам. Неужели ты находишься под его контролем, Асси?

Аспен сжала губы. Она не собиралась продолжать играть игры со своим бывшим мужем.

– Прощай, Чад.

Аспен развернулась, чтобы уйти, но, кажется, у Чада были на этот счет свои планы.

–  Аспен, подожди. – Он побежал за ней. – Я не хотел тебя обидеть.

–  Нет?

–  Нет. Вообще-то я хотел попросить у тебя прощения.

Аспен остановилась.

–  За что?

–  За то, что был таким идиотом, когда мы только поженились. Это было тяжелое для меня время…

Аспен подняла руку, заставляя его замолчать:

– Не надо, Чад. – Она прекрасно знала все его уловки: Чад извинялся далеко не в первый раз. И все его извинения были пустыми и бессмысленными. – Это уже не имеет значения.

И это было абсолютной правдой: в мыслях Аспен теперь был только Круз. Он не входил ни в какое сравнение с Чадом. Он был невероятно гордым, но вместе с тем всегда нежным. Он был умным, предприимчивым и властным. И Аспен не могла дождаться момента, когда они снова окажутся вместе. И возможно, тогда она найдет в себе смелость сказать ему о том, что она его любит.

Аспен посмотрела на Чада. Он больше не мог причинить ей боли, и осознание этого факта принесло легкость.

–  Чад, мне очень жаль, но я не хочу общаться с тобой. Между нами давно все кончено. – Она улыбнулась, ощущая прилив уверенности в себе.

–  Я просто хочу, чтобы мы остались друзьями, Аспен, оставили обиды прошлого позади.

Аспен было жалко отказывать ему в этой просьбе, но слишком много боли он причинил ей когда-то.

–  Я уже оставила старые обиды в прошлом, но мы никогда не сможем быть друзьями, Чад.

–  Это из-за Родригеза? – с отвращением спросил Чад. – Ваша интрижка ненадолго. Он любит только своих лошадей.

Аспен улыбнулась: она узнавала прежнего Чада.

–  У вас что-то серьезное?

–  Это тебя не касается.

–  Ты влюблена в него. – Чад сплюнул на землю. – Ты всегда любила его.

–  Это не так. Я думала, что люблю тебя.

–  Но не любила, не так ли?

–  Почему ты так ненавидишь Круза? – не сдержавшись, спросила она.

Чад пожал плечами, затем раздраженно на нее уставился:

– Потому что он всегда был высокомерным мерзавцем, который не видел во мне соперника. Он никогда не воспринимал меня всерьез, только если дело касалось тебя.

Внезапно Аспен взорвалась смехом.

– А я думала, что тебе нужна была ферма.

Чад покачал головой:

– Не нужна. А вот Круз хотел заполучить ее. И я слышал, что ему недавно удалось это сделать.

Аспен почувствовала легкую тревогу, но не стала на ней концентрироваться. Ей захотелось немедленно уйти.

– Что это значит?

На лице Чада появилось ехидное выражение – как у гиены, почуявшей раненого зверя.

– Юный гений купил ферму «Райский берег»… Ты разве не знала?

Аспен понимала, что не нужно слепо верить словам Чада, но она не могла заставить себя просто так уйти. Она словно услышала голос своей матери, говорящий ей о том, что у них с Крузом все было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

–  Как ты узнал подробности продажи фермы?

–  Мой отец тоже хотел ее купить. Он надеялся, что ему удастся получить ее практически даром в последнюю минуту.

Аспен ощутила приступ головной боли.

– Что ж, это неправда. Круз не покупал ферму. Твой отец получил недостоверную информацию.

Чад пожал плечами:

– В таком случае юрист, который вел переговоры по сделке, ошибся. Мой отец был просто ошарашен, когда узнал, что Родригез заплатил за ферму в два раза больше начальной стоимости.

Аспен почувствовала ком в горле.

– Я все же полагаю, что он не прав. Прошу меня простить.

Аспен хотела быстро уйти, но Чад схватил ее за руку.

– Он ведь этого не стоит, и ты знаешь. Может быть, сейчас ты этого не понимаешь, но он не останется с тобой.

Не желая слушать колкие высказывания Чада, Аспен резко развернулась и кинулась к нему:

– Это не твое дело.

Чад отпрянул от нее, затем смущенно засмеялся:

– А ты изменилась.

– Мне об этом говорили.

Еще раз напомнив себе, что нужно собраться с мыслями и успокоиться, Аспен несколько раз нажала кнопку лифта.

Чад ненавидел Круза, и в его интересах было навредить ему. Но как он узнал об их с Крузом сделке? И о том, что Круз пообещал ей не покупать ферму?

«Успокойся, Аспен», – говорила она сама себе, стараясь держать нарастающую бурю эмоций под контролем.

Как только двери лифта распахнулись, она увидела безупречно одетую, похожую на супермодель женщину. Какое-то мгновение Аспен думала, что, возможно, она ошиблась номером, но это было не так.

–  Извините… – Аспен нахмурилась. – Я ищу Круза.

–  Он в душе, – ответила женщина.

В душе? Аспен нервно сглотнула, пытаясь подавить внезапный приступ ревности.

– А вы…

Женщина протянула ей руку:

–  Меня зовут Лаурен Бернсайд. Юрист Круза. Аспен Кармайкл, полагаю?

–  Верно. А вы здесь по поводу продажи «Райского берега»?

В глазах Лаурен загорелись насмешливые огоньки, и в комнате повисла напряженная тишина.

– Вам следует спросить об этом Круза.

Как хорошо он был знаком с этой женщиной, если она называет его по имени?

Аспен подошла к небольшому столу, над которым висела картина Ренуара, и прикоснулась к его прохладной деревянной поверхности. На нее нахлынули воспоминания о том, как она стояла, облокотившись об этот стол, и Круз нежно целовал ее шею, нашептывая на ухо ласковые слова. О да, она любила Круза, и именно поэтому ситуация, в которой они оказались, выглядела просто отвратительной.

«Он ничего и никого не любит, кроме своих лошадей», – вспомнила Аспен слова Чада, и постепенно в ней вскипал гнев. Несмотря ни на что, она все же пыталась успокоиться, напоминая себе, что не знает всей правды.

– Лаурен, Аспен!

Аспен повернулась, услышав голос Круза. Ее охватило возбуждение, когда она увидела этого прекрасного мужчину в простых потертых джинсах и белой футболке, обтягивающей мускулистое тело.

Круз улыбнулся. Аспен отвела взгляд в сторону, но его внимание уже было обращено к другой женщине.

–  Ты принесла контракты?

–  Да.

Аспен повернулась и присела за столик, стараясь подавить те воспоминания, которые у нее были связаны с этим предметом мебели.

– Это контракты на покупку моей фермы? – спокойно спросила Аспен.

Круз нахмурился, и Аспен поняла, что была права.

– И когда же ты собирался мне об этом сказать?

Вероятно, ее спокойный размеренный тон заставил его насторожиться.

–  Ты не могла бы оставить нас, Лаурен?

–  Конечно. Я положу контракт на стол.

Лаурен посмотрела на Круза – в ее глазах читалось вожделение, и Аспен почувствовала, как краснеет только оттого, что она была свидетельницей этого взгляда.

–  Что ж, вот как все получилось… – Аспен пересекла комнату и остановилась возле прекрасного букета цветов. Прикоснувшись к нежным лепесткам роз, она подумала о том, как бы ей сейчас хотелось запустить эту вазу в стену гостиной.

–  Я собирался сделать тебе сюрприз за ужином.

Сюрприз? Аспен в замешательстве раскрыла рот, не зная, как реагировать на эти слова.

–  За ужином? – Она невесело рассмеялась. – Ты гадкий, высокомерный мерзавец.

–  Аспен…

–  Не надо. – Аспен была разочарована, и ей хотелось как можно быстрее уйти отсюда. – Больше ни слова. Я не хочу ничего слышать. Я ненавижу тебя!

Она быстро развернулась, чтобы выбежать из комнаты, но в ту же секунду Круз оказался перед ней, преграждая дорогу.

–  Аспен, дай мне объяснить.

–  Нет. – Она постаралась его оттолкнуть. – Ты обманул меня. Врал мне. Ты говорил, что не собираешься покупать «Райский берег», но все же это сделал.

–  Черт возьми, Аспен! – Круз схватил ее за запястья, пытаясь удержать, но она смогла вырваться. – Послушай же меня. Я оставил Лаурен сообщение о том, что не буду покупать ферму, но она не получила его вовремя, – сказал он, сбивчиво дыша.

Ее гнев, вспыхнув внезапно, тут же испарился, оставив Аспен опустошенной.

– Отпусти меня, Круз, – тихо произнесла она.

Круз нахмурился:

– Я рассказал тебе правду.

Аспен тяжело вздохнула, затем сделала шаг назад.

– Это уже не имеет значения.

– Конечно же имеет. – Круз подошел к столу и взял в руки документы, которые оставила там Лаурен. – Просмотри их.

Аспен неуверенно посмотрела на бумаги, которые он ей протягивал.

–  Что это?

–  Как только я узнал, что твой дядя согласился на сделку, я связался с Лаурен и дал ей поручение составить документы на передачу прав собственности тебе. Все написано в контрактах.

–  Что?

–  Я собирался рассказать тебе об этом за ужином.

Аспен нахмурилась:

– Ты хочешь сказать, что наша с тобой сделка все еще в силе?

Круз недовольно прорычал:

–  Конечно же нет. Я не хочу, чтобы ты возвращала мне эти деньги. Я дарю тебе ферму.

–  Даришь… – Аспен покачала головой. – Ты хочешь сказать, что ты даешь мне деньги в долг для того, чтобы я могла купить ферму?

–  Нет, я дарю ее, не требуя ничего взамен.

–  Зачем тебе это делать?

–  Так ты сможешь чувствовать себя защищенной.

–  Защищенной?

–  Ты бы оказалась банкротом уже через год, если бы взяла деньги взаймы.

Нахмурившись, Аспен отошла от Круза подальше.

– Ложь! Я составила отличный бизнес-план, по которому ферма сможет выбраться из неприятностей…

Круз недовольно покачал головой, и Аспен тут же замолчала.

–  Аспен, нет ни единого шанса, что ты сможешь выплатить все долги и остаться на плаву, – тихо произнес он.

–  Так, значит, ты просто отдаешь мне ферму? – Она с трудом могла воспринимать его слова.

–  Это просто земля, Аспен.

–  Я не хочу, чтобы ты мне ее дарил.

–  Почему ты упрямишься?

Аспен не знала ответа на этот вопрос. На протяжении многих лет она думала, что стремится почувствовать себя защищенной, но на самом деле ей хотелось признания и уважения. Она хотела быть хозяйкой своей судьбы, своего будущего. Хотела найти свой путь. Но так получилось, что за последние несколько дней Круз стал центром ее мира.

Аспен покачала головой:

–  Я хочу все сделать по-своему.

–  Так делай! – чуть ли не закричал он. – Но без огромных долгов.

–  Я думала, что ты, как никто другой, поймешь меня, – сказала Аспен, чувствуя себя абсолютно опустошенной. – Ты ведь ненавидел свою мать за то, что она не поверила в твои силы, когда ты был еще подростком.

–  Это разные вещи.

–  Мне так не кажется.

– Ты ведешь себя глупо.

Аспен бросилась к Крузу:

–  Не смей называть меня глупой! Один мужчина уже достаточно унижал меня. Я больше никому не позволю это сделать.

– Dios mio, я не это имел в виду. – Круз повернулся к ней спиной, затем так же внезапно развернулся, схватившись за голову. – Аспен, я люблю тебя!

Аспен обхватила себя руками, словно пытаясь удержать сердце в груди. Она посмотрела на Круза, чувствуя бурю противоречивых эмоций.

– Нет, не любишь.

Круз выругался.

–  Я только что потратил двести миллионов долларов на землю, которую собираюсь просто так тебе подарить. Как ты еще можешь это объяснить?

–  Ты сумасшедший.

–  Что ж, возможно, и так, но сейчас ты ведешь себя невероятно упрямо. Я ведь сделал то, что ты хотела. Любая другая женщина на твоем месте уже бы стояла на коленях и благодарила меня за это.

Почему-то Аспен услышала в словах Круза сексуальный подтекст и тут же покраснела. И ей действительно хотелось стоять перед ним на коленях: ласкать его тело до тех пор, пока он не сойдет с ума от наслаждения. Но это было неправильно. Власть Круза над ней была куда больше влияния, которое имел на нее когда-то Чад. Приняв этот подарок Круза, Аспен полностью окажется под его влиянием. И осознание этого заставило ее почувствовать леденящий страх.

– Я не собираюсь играть в твои игры. С меня довольно. Прощай, Круз. Надеюсь, твои деньги никогда не закончатся. Без них тебе будет страшно одиноко.

Глава 12

Прошла неделя. Круз сидел рядом со своим братом на корте, вытирая обильный пот и наслаждаясь усталостью и болью в мышцах. Неожиданно завибрировал телефон. Круза охватило раздражение, когда он увидел, что сообщение от Лаурен.

–  Теперь эта женщина пишет мне сообщения, – пробормотал Круз.

–  Кто она?

–  Мой юрист.

Может быть, если Лаурен окажется поблизости, Круз примет ее откровенное предложение. Сейчас он был не прочь забыться в объятиях другой женщины. Почувствовать легкий цветочный аромат ее тела. Запустить пальцы в ее дикие шелковистые локоны. Услышать ее радостный смех.

– Ты что-то бурчишь себе под нос, – так некстати заметил Рикардо.

Похоже, Крузу пора обратиться в психиатрическую больницу, чтобы с помощью шокотерапии он перестал думать об Аспен Кармайкл. Его признание в любви, скорее все, было вызвано приливом адреналина от игры в поло.

Чувствуя себя невероятно уставшим, он прочитал сообщение Лаурен.

–  Лаурен сообщила мне, что теперь я являюсь полноправным владельцем фермы «Райский берег».

–  Я думал, это как раз то, чего ты хотел?

–  Нет. – Круз не обращал внимания на заинтересованность брата. – Я не хочу больше иметь ничего общего с этой землей. – Нахмурившись, он начал набирать номер на своем телефоне. – Мария, проследи за тем, чтобы мой частный самолет был готов к вылету, и отмени все встречи на сегодня.

–  Ты же сказал, что не хочешь больше иметь ничего общего с этой землей.

–  Так оно и будет, после того как я завершу это дело.

– Ах, hermano, не хочется говорить очевидное, но на прошлой неделе…

Круз поднял с пола свою спортивную сумку и засунул в нее ракетку.

– На прошлой неделе у меня были совершенно другие причины поехать на ферму. Сейчас же все изменилось.

Настроение Аспен было превосходным. Сезон игр в поло завершился, им с Донни уже не нужно было готовиться к соревнованиям, которые проходили каждую среду. Поток учеников сократился. С приближением зимы уроки проходили в закрытом помещении.

– Жаль, что крыша так не вовремя стала протекать, – произнесла Аспен, обращаясь в тишину конюшни. Впрочем, теперь дыры в крышах, стены с облупившейся краской, ржавые гвозди в заборах больше не являлись ее проблемой.

Аспен взяла попону, чтобы накрыть ей Дельту, и направилась в загон. Лошадь тут же фыркнула.

– Привет, красавица, – ласково заговорила с ней Аспен. – Вижу, что ты уже поужинала. А я не голодна.

Аспен даже не помнила, ела ли вообще что-нибудь сегодня.

– Зачем вообще принимать пищу, – она засмеялась, – если нет желания жить? Но нет, жизнь нужно продолжать в любом случае. Я стану ветеринаром, впереди ждет много интересных событий, и мне больше никогда не придется встречаться с Крузом Родригезом.

Аспен прислонилась к потертому одеялу, которым она накрыла спину лошади. Круз сказал, что любит ее, но как можно любить человека, которого ты совершенно не знаешь? Она практически убедила себя, что тоже его любит.

– Просто страсть, – сказала она Дельте, которой это было совершенно неинтересно. – Плотское желание, сильное, сводящее с ума.

Аспен сделала глубокий вздох, наслаждаясь запахом сена, лошадей и самой фермы «Райский берег». Внезапно в горле встал нервный ком, в глазах появились слезы и, казалось, последние силы оставили. Как же сильно она будет скучать по этому месту! По своим лошадям. По школе верховой езды.

–  Мужчина, которому вы теперь принадлежите, большой и сильный, он позаботится о вас. – Дельта качнула головой. – Он больше всего на свете любит лошадей.

–  Ты правда так думаешь?

Аспен резко развернулась, в растерянности застыв на месте. Перед ней стоял Круз, одетый в дорогой серый костюм.

–  Что ты здесь делаешь?

–  Ты прекрасно знаешь.

Аспен выпрямила спину.

–  Как же быстро работает твой чудо-юрист.

–  Так и должно быть. Я ведь плачу ей неплохие деньги. А теперь ответь на мой вопрос.

Аспен поправила одеяло на спине Дельты, пытаясь не смотреть на Круза.

–  Это же очевидно. Ты купил ферму, теперь все здесь твое.

–  Я уже говорил тебе, что это произошло по ошибке, – напряженно напомнил он. – Все случилось, когда я был занят игрой в поло.

Аспен покачала головой:

– Ты правда думаешь, что я тебе поверю? – Она нахмурилась. – Эта твоя супермодель не посмеет сделать шаг без твоих указаний.

–  Супермодель?

–  Мы сейчас говорим о той брюнетке, которая ожидала тебя из душа, помнишь?

Круз грозно нахмурился, но вскоре его губы растянулись в широкой улыбке.

–  Я никогда не спал с Лаурен.

–  Какое мне дело. – Аспен вскинула голову. – Ты не отойдешь? Мне надоело, что ты постоянно преграждаешь мне дорогу.

Круз продолжал улыбаться.

–  Да, это так. – Но он не сдвинулся с места. – Ты права, Лаурен всегда действует только согласно моим указаниям, – продолжил он. – Но к сожалению, она знала только о моих старых указаниях, а новые были утеряны в результате компьютерного сбоя.

–  Мне уже все равно. Я решила начать все с чистого листа.

–  И куда же ты пойдешь?

–  Пока не знаю. – Аспен пожала плечами. – Но там должно быть замечательно.

–  А как же подкова твоей матери?

–  Она исчезла. – Аспен уже успела пролить много слез. – Я не знаю, где она. Когда я вернулась на прошлой неделе, ее уже здесь не было. – Она шмыгнула носом. – Наверное, это знак.

–  Знак чего?

Его голос стал мягким. Таким же нежным, как в ту ночь, когда она рассказала ему про Чада. В груди Аспен проснулась жгучая боль.

– Знак того, что я слишком долго связывала все свои надежды с этим местом. Я думала, что оно мне необходимо, но оказалось, что я хочу совершенно другого.

Круз подошел к ней ближе.

–  Чего же ты хочешь?

–  Это не важно.

Круз не обратил внимания на раздражение в ее голосе.

–  Скажи мне.

–  Нет! – Она постаралась отойти от него как можно дальше, держа в руках ведро, в котором раньше был корм для Дельты. – Я думаю, во мне осталось еще немного гордости, так что… нет.

Круз забрал из ее онемевших пальцев ведро. Когда он взял ее за руки, она тут же закрыла глаза, стараясь не думать о том, насколько приятными были его прикосновения.

Аспен нервно сглотнула. Затем высвободила свои руки.

– Я собираюсь закончить свое обучение и пройти где-нибудь стажировку. Начать новую жизнь, – быстро сказала она.

Не замечая ее сопротивления, Круз обхватил лицо Аспен и, приподняв ее голову, заставил на него посмотреть.

– Начни новую жизнь со мной?

Аспен отпрянула:

– Я и не знала, что в твою команду требуются ветеринары.

– Я говорил не о работе, и ты об этом знаешь, – раздраженно заметил он. Затем его голос стал мягче. – Я так скучал по тебе, mi gatita. Я люблю тебя.

– Я…

– Ты мне не веришь? – Он медленно выдохнул. – Все поменялось. На прошлой неделе я не верил твоим словам.

Круз провел рукой по своим волосам, в то время как Аспен хотелось оказаться далеко-далеко отсюда.

Она смогла себя убедить, что ничего к нему не чувствует. Но рядом с ним она сразу же поняла, что это был самообман.

– Я знаю, что ты на меня злишься, Аспен, и не виню тебя за это. Я думал, что понимаю сущность людей. Думал, что держу свою жизнь под контролем. Но ты показала мне, что я был не прав. После того как твой дедушка выгнал меня с фермы, я пообещал себе, что больше никогда не окажусь в ситуации, при которой меня смогут отвергнуть. Я ошибался. Теперь я понимаю, почему ты не хотела, чтобы я просто подарил тебе ферму, и, если ты хочешь, мы можем считать, что я одолжил тебе эти деньги.

Услышав его слова, Аспен дрогнула. Но она не могла себе позволить любить его. Наступит время, Круз воспользуется властью над ней, перестанет ее слушать – так было с Чадом. Лучше сейчас избавить себя от этой боли.

–  Я не могу.

–  Я знаю, как много боли ты испытала в прошлом, Аспен. Сначала твой дедушка с замашками тирана, затем Андерсон, которому вообще повезло, что он еще дышит. Но я обещаю тебе, что, если ты дашь мне шанс, я все исправлю.

Аспен грустно покачала головой:

– Ты тоже сделаешь мне больно.

Круз начал нежно вытирать ее слезы своими пальцами, и только тогда она осознала, что плачет.

– Ты сделаешь это неспециально. Я знаю, что внутри ты ласковый и добрый, но… – Она замолчала, вспоминая свои собственные слова, которые она совсем недавно сказала Дельте. Круз позаботится о ней. Но может ли она доверять его любви? Может ли она быть уверена, что он будет прислушиваться к ее мнению в будущем? Сможет ли она не потерять себя в безумном желании ему угодить? – Я не знаю, как вести себя в отношениях с мужчиной.

– Тогда мы действительно идеальная пара. Я тоже мало что знаю о серьезных отношениях. Но с тобой мне хочется столько всего начать и попробовать! С тобой я чувствую, что живу!

Глаза Аспен наполнились слезами.

– Я знаю, что ты боишься, chiquita. Я больше не боюсь.

– Нет? – Аспен подняла на него свой взгляд.

Круз склонил к ней голову и нежно припал к ее губам.

– Нет.

Он слегка ей улыбнулся, затем полез во внутренний карман своего пиджака. Он достал небольшой красный вельветовый мешочек и положил ей на ладонь.

– Ты помогла мне понять, что я неправильно отношусь к решению проблем. Как только я вижу какой-то недостаток, я сразу стараюсь его исправить. Мои инстинкты говорят мне о том, что я должен заботиться о людях вокруг. Но чтобы избавить себя от возможной боли, я всегда старался держаться на расстоянии, держать свои чувства под контролем. Но как я ни старался, с тобой мне этого сделать не удалось. Ты заполнила весь мой мир, Аспен, с тобой я так много всего чувствую. И так много всего хочу!

Аспен поняла, что в мешочке находилось какое-то украшение. Во рту у нее пересохло. Она уже догадывалась, что там было, но совершенно не знала, как себя вести. Она хотела быть с Крузом больше всего на свете, но получить обручальное кольцо сейчас было слишком неожиданно.

– Давай же, открывай. Это не то, что ты думаешь.

Развязав шнурок слегка дрожащими пальцами, Аспен аккуратно перевернула мешочек, и его содержимое оказалось у нее на ладони.

–  Ох! – Она резко выдохнула, заметив маленькую, искусно выточенную из дерева фигурку лошади на тонком кожаном шнурке. – Круз, как красиво! – Она подняла на него свой полный восхищения взгляд. – Это похоже на те фигурки, которые стоят на каминной полке в доме твоей матери. Ты ведь сам их для нее вырезал, не так ли?

–  Да, – нехотя ответил он.

Внимательно посмотрев на него, Аспен увидела истинные эмоции в его глазах. Ее губы дрожали, но она в конце концов призналась себе самой, что чувствует к нему.

– Ты любишь меня?

Круз обхватил ее лицо руками и притянул ближе.

–  Люблю. Больше собственной жизни.

–  Ох. – Аспен обвила руками плечи Круза, нежась в его объятиях. Она ощутила, как слезы начали стекать по ее щекам. – Когда ты вырезал эту фигурку?

–  На прошлой неделе: я не мог больше концентрироваться на работе, и мои сотрудники, вероятно, собирались уже звонить в психушку. Надо признаться, что пальцы не сразу вспомнили старое ремесло.

Аспен сжала в ладони маленькую фигурку лошади.

–  Я буду ценить это, как сокровище.

– А я буду относиться к тебе как к сокровищу. Повернись спиной, – слегка охрипшим голосом произнес он.

Аспен вздохнула, ощущая себя невероятно счастливой. Она прижала фигурку к груди, Круз нежно убрал ее волосы с шеи, затем завязал на ней кожаный шнурок украшения. И она снова повернулась к нему лицом.

Круз посмотрел на деревянную фигурку, которая теперь висела у нее на груди.

– Ты знаешь, что в культуре некоторых народов считается, что таким образом я связал наши судьбы навеки?

Аспен улыбнулась:

–  Уверен?

–  Абсолютно. И если ты до сих пор мне не веришь, у меня есть для тебя еще кое-что.

Он достал маленькую коробочку, и на этот раз Аспен была уверена, что в ней кольцо. И уже не важно, каким огромным будет в нем камень, потому что она примет его от Круза – теперь знает, что его любовь к ней чистая и настоящая. С улыбкой на лице она открыла коробку и уже не первый раз за этот день была удивлена тем, что увидела. Внутри на темно-зеленой бархатной подкладке лежало самое прекрасное кольцо, которое она когда-либо видела.

– Такое маленькое! Ох, прости. – Она быстро приложила ладонь к губам.

Круз поморщился, надевая кольцо на ее безымянный палец.

– Поверь мне, кольцо я выбирал не впервые, но я знал, что, если подарю тебе дорогое и массивное, оно не так сильно тебе понравится.

Аспен засмеялась, тут же кинувшись в его объятия, чувствуя невероятную радость оттого, что он так хорошо ее понимал.

– Оно просто восхитительное!

Круз поднял ее на руки и нежно поцеловал.

–  Я собираюсь подарить тебе сережки, которые будут удачно гармонировать с кольцом, но они будут настолько тяжелыми, что, надев их, ты не сможешь стоять.

–  Тогда я буду носить их только в постели. – Глупо улыбаясь, Аспен покрывала поцелуями его лицо. – Ох, Круз, ты идеален.

–  Это значит, что ты наконец признаешься мне в ответных чувствах? Я ведь знаю, что ты тоже меня любишь.

–  И откуда же?

– Ты назвала моего юриста супермоделью.

Аспен немного отстранилась:

– Ты думаешь, я тебя ревную?

–  Очень надеюсь на это. А теперь, пожалуйста, mi chiquita, скажи «да» и останься в долгу передо мной до конца своей жизни.

–  Ты правда дашь своей жене деньги взаймы и разрешишь ей тебе их вернуть?

–  Если она будет продолжать говорить мне, что любит меня, то она может делать что угодно.

–  Да, Круз. – Аспен уткнулась лицом в его шею, наслаждаясь чувством спокойствия и защищенности, которое она ощущала в его объятиях. – Я люблю тебя и с радостью буду у тебя в долгу до конца своих дней!

Круз прикоснулся к маленькой фигурке лошади у нее на груди.

– И я люблю тебя, mi gatita. Только тебя!

Content

Мишель Кондер
Самая дорогая ложь

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12