Мэри Эдвардс

Где-то, когда-то…

Глава 1

Из глаз Шарлотты неудержимо струились молчаливые слезы. Они перемешивались с капельками пота, скатывающегося с кончиков грязных волос на виски, текли по щекам и исчезали под толстым шерстяным зеленым свитером, которого она, казалось, совершенно не замечала, несмотря на влажную и удушающую атмосферу джунглей.

Тяжело спускаясь по пыльным деревянным ступенькам лестницы, она уронила лопату. Стальное полотно ударилось о приклад брошенной партизанами за ненадобностью сломанной винтовки. Резкий металлический звук эхом отозвался в африканских джунглях. Казалось, ничего этого Шарлотта не замечала. В отчаянии, исходящем из самого сердца, она подняла руки и уставилась на стертые до крови ладони. Она ободрала кожу о деревянную ручку лопаты и теперь ладони покрывали сплошные волдыри и розовые ссадины.

Шарлотта медленно перевела взгляд на кучу свежевырытой земли и ее отключившееся на время сознание начало проясняться. На нее нахлынули воспоминания о происшедших за последние сутки событиях.

Тяжело вздохнув, она закрыла грязными руками разгоряченное лицо. Ей казалось невероятным, что всего лишь день назад все они были вместе, весело смеялись и шутили. В медицинском центре Красного Креста, расположенном в небольшой деревянной хижине в Тамбе, все шло обычным порядком. Крошечная деревушка Тамба, состоявшая из нескольких раскинувшихся кругом грязных жилищ, затерялась в джунглях. В небольшой палатке с пятью койками работали две сестры милосердия и один врач из общества Красного Креста.

Но когда солнце стало медленно уплывать за темнеющий небосвод, неожиданно раздался оглушающий раскат снарядного взрыва, заставивший замолчать пробуждающихся ночных жителей джунглей.

— Это ошибка! — полушепотом-полукриком выдавила из себя охваченная ужасом Шарлотта. — Это, должно быть, ошибка. Кому взбредет в голову стрелять по такой маленькой деревушке, как Тамба?

Вторая ошибка угодила прямо в грязную хижину, на крыше которой был укреплен большой деревянный крест. Обе санитарки, Доминик и Гнес, погибли на месте. К счастью, было уже поздно и в миссионерской школе не оказалось ни одного ребенка.

С этого момента началась паника, а жизнь Шарлотты превратилась в сплошную неопределенность. В считанные секунды все деревенские жители убежали в темные заросли джунглей, предпочли неизвестности соседство диких зверей.

После этого обстрел прекратился. Доктор Дональд Браунинг, Шарлотта и Кейт, родная сестра доктора, через деревянный люк в медицинской палате спустились вниз и спрятались в земляном подполе. В ожидании рассвета они просидели в кромешной темноте несколько часов, прислушиваясь к лающей, хрюкающей и сопящей жизни ночных джунглей. Боясь, что источниками всех этих звуков могут оказаться двуногие звери, они сидели молча, не двигаясь.

Дон начал действовать, как только первые лучики утреннего света пробились сквозь узкие щели деревянного пола. Оставив Шарлотту и Кейт в укрытии, он вылез на дневной свет, чтобы вызвать подмогу по радио. Но прежде чем он сумел это сделать, в деревне появилась группа партизан численностью не менее двадцати человек. Некоторые из них оказались ранеными. Чтобы сохранить в секрете присутствие в хижине женщин, Дон лично позаботился о раненых партизанах, снабдил их пищей и лекарствами. В знак благодарности они его пристрелили.

Уронив руки меж коленей, Шарлотта в отчаянии качала головой. Могила Дона оказалась слишком мелкой. Но что она могла сделать? Почва оказалась каменистой и даже на рытье такой ямы Шарлотта потратила целое утро. У нее ныли все кости, рук она почти не чувствовала и боялась, что уже никогда не сможет ими пользоваться. Если бы Кейт могла помочь ей… Но та все еще пребывала в состоянии шока после того, как увидела на руках Шарлотты умирающего брата. Да и у Шарлотты не хватило бы мужества просить Кейт о помощи. Испытывая невыносимую боль в душе и теле, Шарлотта опустила Дона в его последнее пристанище в сырой земле джунглей.

Слезы потекли сильнее, и Шарлотта очнулась. Она торопливо стала вытирать лицо, размазывая по щекам грязные полосы, и попыталась подавить разрывающие все тело рыдания. Есть вещи более важные, на которых необходимо сейчас сосредоточиться. Как выбраться отсюда? — вот что самое главное для них в настоящее время. Перед своим уходом партизаны уничтожили генератор и радио, следовательно, они не смогут вызвать помощь.

Позже у них будет достаточно времени для раздумий и сожалений. А сейчас… Сейчас!

Именно в этот момент остановились и мысли Шарлотты, и дыхание. Ей показалось, что даже сердце перестало биться. Пугающее ощущение чьего-то присутствия заставило ее поднять голову. Она напряженно прислушалась… ничего! Ни пронзительных криков, ни сопения, ни хлопающих крыльев! Джунгли были неестественно молчаливы. Вокруг Шарлотты сгущалась атмосфера недоброго предчувствия. Она не могла оторвать испуганных глаз от густых зарослей, пытаясь разглядеть, что заставило диких зверей затаиться в молчании, которое так леденит ее душу.

Из непроницаемой зелени джунглей медленно вышел вооруженный человек, похожий на огромную гориллу.

— Гляньте-ка, кого это мы здесь обнаружили, — сказал он, обращаясь к невидимому спутнику… или спутникам.

Шарлотта не шелохнулась. Она беспомощно уставилась на незнакомца. Следом за ним появился еще один грязный и небритый солдат. Увидев Шарлотту, он злобно ощерился. У нее перехватило дыхание, но когда она увидела, что из кустов больше никто не появляется, воздух с шумом вырвался из груди. Их было только двое, хотя осознание этого факта не принесло Шарлотте облегчения. Первый мужчина был достаточно высок и силен, чтобы без особых усилий одной рукой оторвать ее от земли, второй лишь немногим уступал ему.

Оба были в запылившейся пропитанной грязью униформе, окрашенной в камуфляжные коричневый и оливковый цвета, что позволяло им растворяться в джунглях с легкостью хамелеонов.

Талии обоих были перетянуты широкими ремнями, с которых свисали подсумки, набитые патронами.

“Наемники”, — подумала Шарлотта, не отрывая испуганного взгляда от нацеленного на нее оружия. Оба незнакомца подобно львам, изготовившимся для последнего прыжка, медленно приближались к ней. Во рту у Шарлотты все пересохло. Что они намереваются делать? Должна ли она спросить их об этом?

Из тысяч ужасных мыслей, заполонивших ее сознание, отчетливее других стучала в мозгу одна догадка.

Ей придется о них позаботиться, а затем она, как и Дон, будет убита. Ее взгляд упал на лопату, и далее на валявшуюся сбоку винтовку. Спустя мгновение оружие было уже у нее в руках. Тут же она вскочила на ноги, сделала шаг вперед, чтобы встретить первого мужчину наставленным на него ружьем. Заряжено оно или нет, эта мысль не приходила Шарлотте в голову.

Ее вены готовы были разорваться от адреналина. Мускулы, о которых она и не подозревала, напряглись, готовясь к первому удару. “Я не думаю, что вам удалось найти то, на что вы надеялись”, — сказала она мысленно и, преодолевая боль в ободранном пальце, сжимала спусковой крючок.

Неожиданная мысль поразила ее, как удар молнии. Его акцент! Мужчина был англичанином!

Тело Шарлотты обмякло от облегчения, винтовка свободно повисла в ее руке. Это английские солдаты!

— Слава Бо!.. — Готовая возблагодарить небеса, Шарлотта вдруг осеклась на полуслове. Здесь нет британских солдат!

Прежний леденящий страх, усиленный бурной реакцией, вновь охватил ее. Если они не из английской армии, но англичане… Значит, это могут быть только наемные убийцы. Первая реакция была правильной.

Мужчины, которым заплатили, чтобы убивать! Они работают на того, кто предложит наивысшую цену. Интересно, на чьей же стороне эти два превосходных экземпляра? Да разве это так уж важно? Она вздохнула, ощущая волнение от пристального взгляда приближающегося солдата.

Еще один шаг и вот он уже стоит перед Шарлоттой, возвышаясь над ней. Шарлотте пришлось откинуть голову назад, чтобы увидеть его лицо. В его наружности было что-то агрессивное. Сейчас он стоял так близко, что Шарлотта ощущала его дыхание на своем лице, а исходивший от его тела запах пота ударил ей в ноздри. Однако в пронзительной черноте глаз незнакомца она не заметила подтверждения агрессивности намерений.

Он не выглядел циничным. Он ничего не говорил и, как ни странно, именно в этом молчании, а не в огромной, нависшей над ней туше, она усматривала для себя угрозу.

Руки вновь стали твердыми, палец снова схватил спусковой крючок. Сможет ли она это сделать? Подними винтовку и потяни крючок. Это противоречило всему тому, во что Шарлотта верила, но она не может позволить себе умереть без борьбы. Ее палец продолжал сжиматься. Только сейчас, если она и дальше потянет за спуск, она ничего не докажет, поскольку выстрелит в землю.

Повисшее молчание продолжалось, кажется, целую вечность, прежде чем он пошевелился и протянул руку, чтобы обезоружить Шарлотту.

Ее сознание, как и тело, не могли допустить чьего-то прикосновения. Шарлотта откинулась назад и подняла винтовку, целясь ему прямо в грудь.

Имей Шарлотта мужество и нажми на крючок, пуля пробила бы изрядную дыру. Но мир закрутился словно в бешеном танце, она почувствовала, как ружье выскальзывает из ее рук и услышала глухой стук, когда оно упало на землю.

Очнувшись, Шарлотта обнаружила себя в плену таких сильных рук, какие ей еще не встречались. Согнутым локтем незнакомец подпирал подбородок Шарлотты на случай, если она вздумает кусаться, а другой рукой заламывал ей запястье.

Второй солдат стоял перед Шарлоттой с нацеленной на нее винтовкой. Его ярко-рыжие, словно пламя, волосы выбивались из-под красного берета.

Где остальные? — оглушительно раздался в ее ушах голос гиганта. Он словно ножом вспорол ее сознание.

— Здесь никого нет, кроме меня, — прошептала Шарлотта, надеясь, что Кейт не найдут. — Никого, — повторила она.

Кровь стучала в ушах, и она боялась потерять сознание.

— Не ври! — цинично выкрикнул солдат. — Шакалы всегда бродят группами.

— Я одна, — упрямо выдавила она, а про себя молила, чтобы у Кейт хватило ума спрятаться, если та стала невольной свидетельницей происходящего. Шарлотта знала, что ее ждет, но она не видела никакого смысла в том, чтобы Кейт разделила ее участь.

К сожалению, надежды Шарлотты развеялись как пыль. Она услышала голос Кейт.

— Оставьте ее в покое, — закричала она, срываясь с веранды на помощь Шарлотте.

Оба солдата обернулись, услышав неожиданный злой выкрик. Тот, что держал Шарлотту, притянул ее к себе и закружился с ней вместе, словно в бесконечной карусели.

— Нет! — с болью выкрикнула Шарлотта, увидев, как Кейт в грязной белой блузке с эмблемами Красного Креста на рукавах забилась в руках противника. — Почему ты не спряталась? — спросила она, всхлипывая.

Руки, сжимавшие Шарлотту, несколько ослабли, хотя по-прежнему крепко ее удерживали. Рыжеволосый удивленно взглянул на гиганта, все изумленно смотрели друг на друга и, казалось, были не в состоянии ни говорить, ни двигаться.

Солдат медленно разжал руки, освобождая Шарлотту. Она была слишком оглушена происходящим, чтобы сопротивляться, и сейчас стояла рядом с человеком, который захватил ее в плен.

— Кто ты? — спросил гигант с неожиданной мягкостью в голосе. Его глаза пристально следили за Шарлоттой в ожидании ответа. — Ты медицинская сестра?..

Шарлотта взглянула ему в лицо. Оно было грязным, давно небритым. Те же темные глаза. Тот же строгий рот. Но сейчас проглядывалось что-то еще. Симпатия? Смущение? Она не была уверена. “Красный Крест” — все, что она могла выдавить из себя.

Молча мужчины повернулись друг к другу. Но Шарлотта ничего не видела. Голова пошла кругом, она боялась, что может потерять сознание. Она почувствовала, как чья-то рука обнимает ее. Это была не солдатская рука… это не мог быть солдат, все было так умиротворяюще. Голос, мягкий и глубокий, проникал в ее сознание нежными словами. Ей хотелось припасть к телу, которое было рядом с ней, раствориться в его защитной среде. Они подошли к двери госпиталя, и Кейт заставила Шарлотту оторваться от солдата и оставить его так же, как она была вынуждена оставить Дона. Выбора не было. Обстоятельства вынудили ее выкопать для Дона могилу и оставить его в ней.

Шарлотта открыла глаза и прищурилась в лучах солнца, падающих через окно на кровать.

— Что произошло? — спросила она сидевшую у ее изголовья Кейт.

— Как ты себя чувствуешь? — улыбнулась та.

— Как в тумане, — ответила она недовольно. Шарлота знала, что что-то произошло… но что?

Прошло мгновение, второе… и она вспомнила!

— Где они? — спросила она, усаживаясь на кровати и с тревогой оглядывая комнату в полунадежде обнаружить в ней обоих мужчин.

— Они снаружи, — ответила Кейт, и Шарлотта расслабилась. — С тобой сейчас все в порядке? Поспи еще немного, если хочешь. Нет нужды вставать, если чувствуешь себя неважно.

— Кто они? Чем занимаются? — спросила Шарлотта, игнорируя заботу Кейт по мере того, как неопределенность начинала уступать место страху при воспоминании о том ужасе, когда эти двое появились из кустов.

— Они англичане, — ответила Кейт с видимым удовольствием. — Они намерены вывести нас отсюда, — сказала она, ободряюще улыбаясь и беря Шарлотту за руку. — Они хотят нам помочь.

Оптимизм Кейт и то, как она выразила свои чувства, привели Шарлотту в содрогание.

— Кейт, — мягко отреагировала она, не желая разрушать ее горячую веру в то, что та нашла двух ангелов-хранителей. — Кейт, здесь нет английских солдат.

Кейт выглядела ошарашенной.

— Должно быть, они наемники, — объяснила Шарлотта. — Мне очень жаль, Кейт. Но разве ты не видишь. Они не могут быть кем либо еще.

— Ну и что! — удивилась Кейт. — Они собираются нам помочь.

— Разве? — грубо переспросила Шарлотта. Ее нелегко было убедить. — Как узнать, что им можно доверять? Мы ничего о них не знаем. Они просто свалились на нас из джунглей и хотят, чтобы мы встретили их с распростертыми объятиями.

В ее голосе послышалась злость. Как Кейт может быть такой глупой? — досадовала она. Особенно после смерти Дона. Эти двое вооружены и чрезвычайно опасны. Шарлотта не доверилась бы им даже если бы у них не было оружия. Но с этими автоматами на груди, к которым они относятся с таким почтением, словно они сделаны из чистого золота, пришельцы могут сделать с двумя беззащитными женщинами все, что им захочется.

— Пойдем и поговорим с ними, — предложила Кейт. — Они очень сожалеют о том, что произошло.

— Сожалеют! — воскликнула Шарлотта, не веря своим ушам. Ей и впрямь не верилось в то, о чем говорила Кейт. Кейт, ее подруга, пытается внушить, что двое мужчин, эти животные, которые до смерти напугали ее, сейчас сожалеют.

— Им следует пожалеть о многом, — произнесла она сквозь сжатые зубы. — Ну что ж, они могут убираться отсюда со своими сожалениями. У меня нет желания видеть кого-либо из них. Мы справимся и без их помощи.

— Шарлотта! — взорвалась Кейт. — Они англичане. Наемники или нет, но они солдаты и знают, что делают… Если кто-то и может вызволить нас отсюда, так это они.

Кейт немного поколебалась, затем поднялась и направилась к двери.

— И кроме того, у нас нет выбора, — добавила она, не оглядываясь в сторону Шарлотты.

— У нас есть выбор пойти с ними и быть убитыми в каком-нибудь безлюдном месте, где никто не найдет никаких доказательств, — ответила Шарлотта, останавливая Кейт. — Или же мы можем остаться здесь и заботиться о себе до тех пор, пока кто-нибудь нас не найдет, — подчеркнула она. Она не пойдет… она не может пойти с этими мужчинами.

— Не будь глупой, — отреагировала Кейт, оглядываясь на Шарлотту. — Если мы останемся здесь, то умрем прежде, чем кто-то обнаружит нас… если нас вообще обнаружат. Возможно, все думают, что мы уже мертвы. Но если эти двое хотели бы нас убить… — добавила она, показывая пальцем на дверь, — не забудь банду, которая убила Дона. Кто смог бы доказать, что не бандиты уничтожили нас всех?

Какое-то время обе женщины упрямо смотрели друг на друга, ни одна из них не хотела сдаваться. Вскоре первой смягчилась Кейт.

— Ты пережила ужасное потрясение, но посмотри на вещи трезво. Если мы хотим выбраться отсюда, должны довериться им, потому что иного выбора нет.

Никогда! — думала Шарлотта, молча глядя в лицо Кейт, хотя по ее решительному виду поняла, что та приняла решение отправиться вместе с мужчинами.

Понадобилось несколько мгновений. Затем она неохотно вынуждена была признать правоту Кейт. В знак согласия Шарлотта медленно кивнула.

— Хорошо, мы идем. Но я никогда не смогу им довериться.

Радостно улыбнувшись, Кейт повернулась к кровати и взяла Шарлотту за руку.

— Идем, — требовательно позвала она, принуждая Шарлотту подняться с кровати и подталкивая ее к двери. — Ты почувствуешь себя иначе, когда поговоришь с ними… Мы ведь здесь все равны, — одобрительно пожала она руку Шарлотты.

Шарлотта остановилась на полпути.

— Равны! Эта огромная горилла одной рукой справится с шестью такими, как мы с тобой!

Ирония в ее голосе была вызвана воспоминанием о том, как эти сильные руки легко пленили ее.

Когда они вышли на веранду, Шарлотта увидела обоих мужчин, сидящих в тени сучковатого огненного дерева и разговаривающих друг с другом. Холодные мурашки пробежали по ее спине. Мужчины взглянули на нее, и у Шарлотты задрожали ноги.

— Ну же, успокойся, — подбодрила Кейт, когда Шарлотта отступила назад. — Подойди… Пожалуйста, познакомься с ними.

— Мы уже знакомы, — холодно ответила Шарлотта. — Мое согласие пойти с ними вовсе не значит, что я должна стать членом их дружеского союза.

Ее голос прозвучал холодно и решительно, при этом Шарлотта подчеркнуто взглянула на державшую ее руку Кейт. Кейт разжала пальцы и молча осталась на месте, в то время как Шарлотта пошла в другую сторону.

Прогуливаясь за деревянным госпитальным зданием, Шарлотта думала о том, что пройдет немало времени… если вообще такое случится… когда она сможет подойти к этому мужчине и заговорить с ним. Найдя местечко в тени, она уселась на твердую глинистую почву, испытывая страстное желание побыть в одиночестве.

Что будет с ними? Смогут ли они выбраться отсюда? Нервы Шарлотты были издерганы и натянуты до предела, и она с тревожным беспокойством признавала, что даже с этими двумя вооруженными мужчинами они не в состоянии противостоять большой группе бандитов, такой, как та, что совершила налет на госпиталь.

Подтянув ноги, она положила подбородок на колени. “Бедный Дон”, — прошептала она, вспомнив его улыбку и игривые приставания. На мгновение ее обуяла такая злость, что она была готова взорваться.

Запустив пальцы в волосы, она тревожно вздохнула. Нельзя, чтобы эмоции брали верх, подумала она. В создавшейся ситуации — причем неважно, вооружены мужчины или нет — ей потребуется вся изворотливость ума, поскольку она все еще не была окончательно убеждена в том, что сама не нуждается в спасении от этих вооруженных людей.

— Могу ли я присоединиться к вам?

Застигнутая врасплох бесшумным появлением человека, она быстро повернула голову. Не ожидая ответа, он сел рядом и так же, как она, подтянул свои длинные ноги.

От его близости на затылке Шарлотты поднялись волосы. Она хотела сказать, чтобы он убирался прочь. Но вместо этого молча прикусила губу, прислушиваясь к бурному биению сердца. Почему он пришел, подумала она. Ей не хотелось, чтобы он находился там. Не хотелось также, чтобы его присутствие здесь пленило ее с той же легкостью, как недавно это сделали его руки. Но ей не хватало сил подняться и уйти. Трепетная слабость охватила все тело.

— В такой ситуации, как эта, вы должны продемонстрировать свои цвета, — нежно сказал он.

Не зная что отвечать, Шарлотта уставилась в непроницаемую листву джунглей.

— Почему вы так одеты? — спросил он. Шарлотта, наконец, поняла, что он имеет в виду ее шерстяной свитер. — Вам не будет холодно, — мягко настаивал он. — Разве у вас нет блузки?

— Под свитером, — коротко ответила она. Ей не хотелось говорить ему о том, что она так тепло оделась холодной ночью, а после того ужаса с Доном, ей так и не представился случай снять свитер.

— Тогда снимите этот свитер, и позвольте всем увидеть, какая вы есть на самом деле.

— Зачем? — взорвалась она. — Чтобы эмблема могла спасти меня так же, как она спасла Дона? Эти монстры знали, что Дон был доктором, они видели опознавательный знак Красного Креста и все же убили его… Это не спасло его, — добавила она угасающим в печали голосом.

— Это может спасти от ошибок, вроде той, что произошла сегодня утром, — сухо произнес он. — Неужели вы не понимаете, что могло произойти, если бы не появилась Кейт? Вы были похожи на партизанку. Мы знали, что здесь была стрельба и не ожидали найти кого-либо в живых. Что вынуждает вас занимать такую нелепую и опасную позицию?

— О, да, — язвительно усмехнулась Шарлотта. — Я догадалась о ваших намерениях. Вы их подтвердили.

В его глазах вспыхнула злость. Он схватил Шарлотту за руку, принуждая ее взглянуть на него.

— Нечего валить с больной головы на здоровую. Вы напоминаете солдата в самовольной отлучке и не хотите считаться с последствиями. Но перед уходом отсюда вы наденете униформу.

— Да?.. А кто сказал, что мы собираемся куда-то с вами? — горячо отреагировала Шарлотта, чувствуя, как его злость словно нечто материальное обжигает ее, когда она мятежно встречает его свирепый взгляд, не желая удовлетворить его своей покорностью.

— Потому что я не собираюсь оставлять вас здесь. Нравится вам это или нет, но вы в нас нуждаетесь, и если я вас заберу, вы будете… на вас будет униформа Красного Креста, — добавил он более спокойным тоном.

Шарлотта не стала спрашивать, кто оденет ее в униформу, если она сама откажется это сделать. Ей не нужно было спрашивать. Ответ был достаточно ясен… У нее не было никаких иллюзий относительно того, что для него такая работа оказалась бы не слишком деликатной.

— В следующий раз дайте знать, на чьей вы стороне, — сказал он более мягким и не таким командирским тоном. Позволяя Шарлотте уйти, он со вздохом откинулся назад и прислонился к стене.

— А на чьей стороне вы, мистер?..

Она вопросительно смотрела на него в ожидании ответа.

— На вашей, — буркнул он. — А зовут меня Морт.

— Мистер Морт! — отреагировала Шарлотта с сарказмом.

— Просто Морт! — ответил он, удивленно улыбнувшись.

Эта улыбка на мгновение разрушила его защитную оболочку, лицо стало теплым, без тени враждебности, глаза загорелись другим светом, лучи которого проникли в душу Шарлотты. Она быстро отвернулась, стараясь сбросить с себя это неожиданное волнительное ощущение.

— А на чьей я стороне, по вашему мнению?

— Откуда мне знать, — раздраженно ответила Шарлотта, уверенная в том, что его взгляд по-прежнему прикован к ее лицу. Замешательство вновь начало охватывать ее теплой волной. — Вы… вы, — она спотыкалась в своих словах, руки неопределенно двигались в воздухе, словно пытались поймать в нем те слова, которые ей были нужны. Ее самообладание рушилось под напором поднимающегося изнутри нового осознания действительности, причиной которого стал человек на ее стороне, — вы просто появились из джунглей подобно Кинг Конгу и его тени…

Он рассмеялся.

— Думаю, мне следует попытаться влезть в шкуру этой большой гориллы.

Осознав, что их ссора с Кейт могла быть услышанной, Шарлотта повернулась к нему, изобразив на лице кривую улыбку замешательства. Она пыталась вспомнить, не называла ли его в пылу ссоры еще какими-то словами… словами не для его ушей.

Его лицо светилось, глаза сияли удовольствием. Шарлотта быстро отвернулась, не желая смотреть и видеть то, что хотели бы и были готовы видеть ее глаза. На его голове сейчас не было красного берета. Густые каштановые волосы стелились по стене деревянного здания, словно искали незатененный укромный уголок, и отсвечивали подобно сверкающей на солнце меди. Отсутствовал широкий кожаный ремень с развешанными на нем бесценными железками, не было смертоносного ружья. Не было солдата, вместо него был человек. Человек, чье присутствие, хотя она и не хотела в этом признаваться, возбуждало в Шарлотте что-то глубокое.

— Зачем все это? — быстро спросила она, пытаясь отделаться от беспокойных мыслей, которые навязчиво лезли ей в голову. Следует объясниться с ним более ясно, пока у него не создалось впечатление, что она полнейшая идиотка. — Морт… Что это символизирует?

— Просто Морт.

Отбросив назад голову и прислонив ее к стене, он замолчал.

Шарлотта ответила тем же, хотя и не могла расслабиться. Он не сказал ей своего полного имени, а она уже разрешила ему сидеть рядом, и он всего лишь через несколько минут начал испытывать на ней свои чары. Он наемник, напомнила она себе. Он продал себя, чтобы убивать.

Между Шарлоттой и непрошеным визитером повисло молчание. Она тяжело дышала. Морт был как камень. Его присутствие завораживало, лишало присутствия духа, это было все равно, что сидеть рядом с коброй. Она не могла понять этого. Был ли это страх, вызванный тем, каким образом он предстал перед ней, задавалась она вопросом. Но странно то, что она уже его не боялась. Хотя его присутствие ставило ее в такое щекотливое положение, при котором она не была уверена в своих поступках.

После бесконечного покусывания губ, разгибания и сгибания ног, ломания пальцев Шарлотта, не выдержав, повернулась к нему, проклиная себя за капитуляцию.

Голова Морта покоилась на деревянной стене здания и, хотя его глаза были закрыты, Шарлотта ясно представила себе их темно-коричневую радужную оболочку с черными, как уголь, кружочками в центре. Она внимательно изучала его черты, увидела темные тени под глазами, проступающие сквозь загорелую кожу серые тона, свидетельствующие о скрытой усталости. Чем он занимался? — размышляла она. — Где жил, чтобы стать таким грязным? Она забыла о своем собственном положении неопределенности, позволив своим глазам путешествовать по его лицу в поисках любого признака, раскрывающего его личность.

— Значит, мы теперь друзья? — спросил он, не двигая головой и не открывая глаз.

Пораженная неожиданностью его слов и обескураженная тем, что он догадался о ее тайных мыслях, Шарлотта подскочила.

— Нет, — коротко ответила она и быстро отвернулась.

— Эй, Гай! — разнесся голос Кейт в жаркой и душной атмосфере, от звука которого в испуге вспорхнула стая птиц.

Гай — это тот, второй, подумала Шарлотта и осудила Кейт за то, что та, видимо, совсем лишилась рассудка, если так громко кричит, не отдавая отчета в том, что в кустах кто-то может прятаться.

— К столу подано… Где Морт?

В мягком и веселом галльском акценте едва слышалось неодобрение, и Морт вскочил на ноги с такой быстротой, какой Шарлотта не ожидала от такого большого мужчины.

— Пора идти, — сказал Морт, протягивая руку Шарлотте, чтобы помочь ей встать.

Рука осталась незамеченной. Она больше никогда не притронется к нему, — горячо поклялась себе Шарлотта. Но Морт перехватил инициативу, наклонился, подхватил ее и поставил так быстро на ноги, что она оступилась и упала на него.

От неловкости на ее щеках вспыхнул малиновый румянец, а руки оказались зажатыми между двумя телами. Она не могла поднять глаза и взглянуть на него.

— Иногда человеку нужен друг, — сказал Морт, не отпуская ее из объятий.

— Да… но я выбираю себе друзей осторожно, — сердито ответила она. Ее разбирала злость на то, что, по его мнению, она позволит ему стать ее другом, что только он даст ей силы, и она сможет выдержать его взгляд.

— Я тоже, — ответил Морт веселым голосом. — Я тоже, малышка Шарлотта.

Звук ее имени, слетевший с его губ вызвал дрожь во всем теле Шарлотты. Слово “малышка” скатилось с его языка подобно нежному признанию и помутило ее разум.

— Я не разрешала вам называть меня Шарлоттой, — взорвалась она, браня себя за глупость, бесхитростность которой лишь усложняла ее положение.

— М-м-м, — промычал Морт задумчиво.

Шарлотта знала, что он дразнит, но не осуждала его за это.

— В таком случае, — заключил он, — я буду называть тебя Шатти… Думается, что Шарлотта звучит несколько официально между друзьями.

Последнее слово он сопроводил легким толчком. Ноги сами понесли Шарлотту вокруг здания под защиту компании.

Глава 2

Ярко светило солнце, покрывая яркими пятнами картины, висевшие на иссушенных стенах госпиталя. Тонкий слой серой пыли покрывал полы, стены, окна. Даже растительность, окружающая медицинский центр, выглядела скорее серой, чем зеленой: люди затоптали все следы растительной жизни. В центре поляны все еще гордо стояло огненное дерево, его огромные флюоресцентные цветы свисали с искривленных ветвей словно языки пламени. Шарлотта всегда удивлялась тому, как на таких блеклых ветвях вырастали такие изумительные цветы.

Задумавшись над иронией жизни, Шарлотта вздохнула и склонилась к перилам веранды. Все выглядело точно так же… ничего не осталось. Все кончилось. Если они выберутся отсюда… в данном случае Шарлотта считалась с большим если… ее отправят на корабле прямо домой. Назад, к безопасности. Она криво усмехнулась, потупила взгляд, беспомощно устремив его в сухую землю и размышляя над безопасностью, от которой освободилась.

— Брайен.

Губы Шарлотты медленно произнесли это имя. Звук, сорвавшийся с уст был похож на шепот, задумчивые глаза затуманились воспоминаниями.

Брайен — счастливый, улыбающийся, стоящий на собственных ногах. Картинка сменилась. Вместо счастливой улыбки — запавшие щеки, бледная кожа, печальные с темными кругами глаза. Разбитый человек в инвалидном кресле!

Представила это четко, как будто Брайен был здесь, рядом и Шарлотта могла слышать его голос: требовательные выкрики, приказывающие ей сделать то, сделать это.

— Знаешь, все не так плохо. Мы выберемся отсюда.

Шарлотта обернулась, сердце испуганно дрогнуло, поскольку она думала, что находится тут одна. Она оказалась лицом к лицу с Мортом, который, прислонившись к косяку, видимо, уже некоторое время стоял в открытых дверях.

В Шарлотте начала закипать злость, поскольку он вторгся в ее интимный мир. Но Морт, казалось, не заметив этого, улыбнулся и направился к ней.

— Ты мне не веришь? — спросил он, склоняясь к перилам и занимая то же самое положение, что и Шарлотта. Шарлотта неподвижно уставилась в густые заросли джунглей, а Морт продолжал:

— Я бывал в переделках и похуже, чем эта, и выходил из них с улыбкой. Не надо волноваться, мы точно знаем, что делаем.

— Меня не беспокоит своя шея, — коротко отреагировала Шарлотта. Видимо, у него создалось впечатление, что она из пугливых.

— О!.. — воскликнул он, многозначительно растягивая этот звук. — Чья же шея тебя беспокоит? Моя?

— Не обольщайся, — фыркнула Шарлотта. Она не скажет ему, что думала о Брайене. Это не его дело. — Может, кто-то и считает тебя королем, но только не я, и я ни… — запнулась Шарлотта, не найдя подходящих слов. Почему ее беспокоит даже разговор с ним? Неважно, что он о ней думает. — О… в общем, это неважно, — поспешно добавила она.

— Хорошо, если ты не намерена припасть к моим ногам, как насчет того, чтобы оглядеться вокруг. Где ваши спальни?

— Что?! — вспыхнула Шарлотта. Ее наихудшие опасения начинали подтверждаться. Все это дружелюбие не что иное, как хитрая игра с целью насладиться приятной ночью в уютном госпитале, оборудованном с домашним комфортом, прежде чем утром избавиться от Кейт и от нее. “Мы все здесь равны!” — цинично подумала она о недавнем замечании Кейт… Потрясающее равенство!

Шарлотта сердито повернулась и направилась прочь. Но сильная рука удержала ее.

— Не надо бежать от меня, Шатти, — уверял Морт, притягивая ее к себе. — Ночью я буду дежурить, и сейчас хочу поспать. Кем бы я ни был, гориллой, королем или человеком, — процитировал он доставшиеся от нее титулы, — я все же нуждаюсь в отдыхе.

Шарлотта медленно окинула его взглядом, злость уступала место унижению и она начала осознавать, что вела себя, как ребенок.

— Пожалуйста, скажи, где бы я мог поспать? — настаивал Морт.

Шарлотта повернулась и молча повела Морта вдоль веранды, затем через дверь в коридор, где располагались четыре небольших спальни.

— Которая из них твоя? — спросил Морт. Затем, чтобы пресечь нежелательную реакцию с ее стороны, добавил: — Шатти! Почти неделю я не спал в кровати. У меня нет ни желания, ни сил, чтобы физически или психологически бороться с тобой. Сегодня ночью я хочу, чтобы Кейт спала с тобой, а Гай в соседней комнате. Таким образом, мы все будем близко друг к другу… А сейчас, пожалуйста, покажи свою комнату.

У Шарлотты вспыхнуло лицо и она показала на первую дверь.

— Вот эта, — сказала она, чувствуя себя абсолютной идиоткой.

— Тогда я оккупирую вот эту.

Открыв соседнюю дверь, Морт обнаружил там две койки с матрасами.

— О, — смущенно пробормотала Шарлотта, вспомнив, что ей следовало бы взять простыни, прежде чем заходить в комнату. — Я возьму постельное белье, — заявила она решительно, затем повернулась, не ожидая его ответа и не увидев улыбки, появившейся на лице Морта. Если бы она знала, в каких условиях ему приходилось спать последние пять ночей, то поняла бы, что голые матрасы — уже подарок судьбы.

Вернувшись с простынями, Шарлотта нерешительно остановилась в дверях. Морт сидел на одной из кроватей и расстегивал рубашку.

Он не заметил появления Шарлотты и мгновение она наблюдала за ним. Во всем его теле ощущалась страшная усталость и изможденность. Интересно, что он делал до того, как появился в госпитале. Он выглядел таким утомленным.

Морт поднял голову и выражение его лица мгновенно изменилось, уступив место улыбке, которая снова скрыла напряжение и усталость, только что виденные Шарлоттой.

— Если все это предназначено мне, то сначала на меня надо вылить не один ушат воды, — сказал он, с изумлением глядя на чистые простыни в руках Шарлотты.

— В конце коридора есть душ, — ответила Шарлотта, кивнув головой в направлении ванны. Затем поспешила вперед и бросила простыни на пустую койку.

— Душ? — приподнял брови Морт. — И даже вода? — закончил он с недоверием.

— Да, — кивнула Шарлотта, улыбаясь. — Мы обеспечили себя водой пару дней назад. Ох, да ведь она холодная. Они разбили генератор, — добавила она, вспомнив, что натворили здесь бандиты.

— Могу я одолжить полотенце? — попросил Морт.

— Разумеется, у нас их полно, — тепло улыбнулась она человеку, которого поклялась ненавидеть. Но теперь, после того, каким она увидела его на кровати и поняла, что он всего-навсего лишь человек, она испытала потребность проявлять заботу. Он действительно страшно устал, о чем и говорил ей, и кроме того, он тоже обеспокоен. Это было заметно по его хмурому взгляду, когда она тайно наблюдала за ним.

— Я пойду и принесу полотенце, — неожиданно сказала она и почувствовала себя глупой, словно вслух высказала свою озабоченность.

Когда Шарлотта вернулась с полотенцем и куском мыла, то не могла сдержать возгласа удивления. Морт стоял возле окна, повернувшись к ней спиной. Он был уже без рубашки, и Шарлотта увидела, что его левое плечо являло собой сплошной почерневший синяк, а через всю лопатку шла сильно загноившаяся ссадина.

— Что ты сделал с собой? — воскликнула она, когда он повернулся и ей открылись раны, покрывавшие левую половину его тела, часть груди и ключицу. — Почему ты ничего не сказал?

Морт криво усмехнулся.

— Мы шли рекой и подошли к водопаду. Я решил, что быстрейший путь — это вниз со скал… Но это оказалось быстрее, чем я ожидал.

Он сделал гримасу, дескать, нечего вспоминать прошлое.

— Не волнуйся, я выживу.

— Надо сделать перевязку, — заключила она, сделав профессиональный осмотр и позабыв, что дала обет больше к нему не притрагиваться. Шарлотта осторожно прощупала поврежденные места, изучила их глазами специалиста. Она не обнаружила ни переломов, ни смещенных костей, а большая ссадина не будет выглядеть столь устрашающе, если ее хорошо очистить. И все-таки, все это довольно мерзко и, должно быть, болезненно. — Где же он кончается? — спросила она без тени смущения, исследуя синяк, который исчезал под ремнем брюк.

— Там, где нет ничего возбуждающего.

Ослабив ремень и сдвинув брюки на пару дюймов вниз, он указал на конец ушиба на бедре.

Глаза Шарлотты предупреждающе вспыхнули.

— Иди и прими душ, — сурово распорядилась она.

Ей придется прикасаться к нему больше, чем хотелось бы, но выбора не было. И хотя за всем, что бы она ни говорила или делала, он усматривает намеки на интимность, без него им не обойтись.

— Я схожу за бинтами и, когда ты закончишь, сделаю перевязку, — добавила она, не давая ему возможности для последнего комментария.

— Есть, сестра, — резко повернулся он, и отдал салют. Затем схватил полотенце и вышел из комнаты.

Весь перевязочный стерильный материал забрали бандиты. Кладовка опустела, и Шарлотта продолжила поиски в заброшенной палате. Но в госпитале не оказалось ни одного перевязочного пакета. Они унесли с собой почти все, и ей не оставалось ничего другого, как использовать старые прокладки и бинты в надежде, что они еще достаточно чистые. Затем она вернулась в спальню, чтобы приготовить постель до возвращения Морта.

— Чистая вода! Чистые простыни! Ты меня разбалуешь.

Шарлотта обернулась на его голос, не в силах сдержать удивленной улыбки. Ей казалось, что ничто в мире не сможет удивить и расслабить эту огромную фигуру.

— Ну вот видишь… улыбка не оставляет боли, — сказал Морт с ответной улыбкой на чистом и свежевыбритом лице. Он пересек комнату, взял Шарлотту за подбородок и притянул ее лицо к своему. — А, может, мое падение кажется столь забавным?

Кожа под его рукой горела, вызывая дрожь во всех конечностях. Она постаралась отвести взгляд, но его черные глаза удерживали ее и потребовалось время, чтобы собраться и взять над собой контроль.

— Пожалуйста, убери руку. Я должна перевязать твою рану и потом, ты же сам говорил, что нуждаешься в отдыхе.

Он медленно и нежно провел рукой по ее лицу, запустил пальцы в белокурые вьющиеся волосы, а затем встряхнул золотистые локоны так, что вся белокурая масса мягким облаком рассыпалась по плечам. По спине Шарлотты словно электрический разряд проскочил. Она быстро отвернулась, опасаясь, что ее ответная реакция окажется сильнее, чем реакция Морта.

Морт повернулся к кровати.

— Что ж, если ты настаиваешь, то давай. Играй в медицинскую сестру, — заговорил он грубым командирским голосом, столь далеким от того нежного и ласкающего, которым только что ее одарил.

Он лег ничком на кровать, и Шарлотта начала очищать воспаленную рану. Ее рука была слишком мягкой еще и от того, что не хотела плотно соприкасаться с его плотью, она работала быстро, стремясь поскорее завершить то, что начала. Ей было трудно объяснить странную реакцию на Морта, а в сложившейся ситуации она считала, что будет лучше, если не станет пытаться понять или анализировать свои неожиданные эмоции.

— Ну, вот и все, — наконец объявила она с огромным облегчением от того, что работа завершена. — По крайней мере, рана больше не будет загрязняться, — сказала она, собирая медицинские инструменты.

Морт не ответил, и Шарлотта взглянула на него — может, он спит? Так и есть. Усталость одержала победу. Он заснул, когда она обрабатывала его плечо. Шарлотта смотрела на лежащего мужчину и чувствовала, как внутри у нее все сжимается в тугой комок. Затем прикрыла плечи Морта тонкой простыней, опустила москитную сетку, собрала аптечку первой помощи и покинула комнату, осторожно прикрыв за собой дверь.

Минула полночь, когда Морт появился снова. Шарлотта тотчас заметила, что выглядит он намного лучше и почувствовала облегчение. Сквозь черты его лица уже не проглядывала усталость.

— Вы должны были уже спать, — сказал Морт раздраженно, увидев двух женщин, сидящих за столом. — Завтра нам предстоит долгий путь. Я не хочу, чтобы кто-то падал в обморок от усталости. Сейчас же идите в постель.

Это был приказ и хотя Шарлотта чувствовала, что не заснет, она покорно вслед за Кейт последовала в спальню.

Но в кровати Шарлотту вновь охватили беспокойные мысли, вызванные появлением Морта. Он приказал ей идти в постель и спать. Хорошо. Первая часть команды выполнима, думала она, глядя на противоположную койку, где мирно спала Кейт.

Затем она услышала мягкие шаги под окном, подумав, что это Морт несет свою вахту.

Глаза ее непроизвольно уставились на занавески. Между ними как будто не было никакого барьера.

Прекрати! — приказала сама себе. Почему он обладает такой силой, которая заставляет тебя так сильно реагировать? И почему ты разрешаешь себе относиться к нему именно таким образом? Шарлотта была настолько обескуражена, что уже не испытывала никакой уверенности в том, сможет ли она во всем этом разобраться. После того, что произошло, она должна ненавидеть Морта. Но к стыду своему, она не могла его ненавидеть.

“Почему?” — задавалась она вопросом.

Это из-за пережитого шока, решила она, стараясь укрепить свое пошатнувшееся достоинство. Эти странные обстоятельства… стали венцом произошедших событий. В обычной обстановке она бы никогда не поступила подобным образом. Морт не мог ей нравиться. Она ничего о нем не знала… кроме того, что он наемник.

Она снова услышала за окном мягкие шаги и постаралась подтвердить свои мысли. Спустя несколько мгновений ее эмоциональный шепот заполнил темноту комнаты: “Англия, пожалуйста, помоги мне быстрее!”

Но как только на Шарлотту нахлынули воспоминания о доме, ее душа наполнилась обычной печалью. Она стала теребить палец, на котором должно быть обручальное кольцо. То, которое дал ей Брайен после того, как попал в беду. В беду, которая изменила в нем все.

Шарлотта уже давно не бывала в обществе Брайена. Брайен был хорошим другом, но у них никогда не было романтической связи. Пока не случилось это несчастье в горах, которое отняло у него ноги.

Предложение Брайена, сделанное на больничной койке, оказалось для Шарлотты полным сюрпризом. Как можно мягче она постаралась отказаться, но Брайен проявил такую настойчивость, что в конце концов она неохотно дала согласие, потому что не знала, как отказать человеку, находящемуся в таком положении.

Временами у нее теплилась надежда на то, что когда Брайен вернется домой и убедится, что жизнь в инвалидной коляске не такая никчемная, как думал, то сам отменит их помолвку.

Этого не случилось. Брайен все глубже и глубже впадал в черную депрессию, перенося всю свою горечь на Шарлотту. Бросать в нее вещи, хватать за руки и оставлять на них синяки стало его основным занятием.

Шарлотта погладила одной рукой другую, убедившись, что на ней не осталось следов раздражительности Брайена. Она знала, что он оказался жертвой обстоятельств. Что Брайен в инвалидном кресле не тот Брайен, какого она повстречала в первый раз и что со временем тот первый Брайен может вернуться. Но осознание этого не облегчало ей жизнь. Чувствуя, что она не может удержать Брайена от падения и зная, что для собственного же спасения ей на время надо покинуть его, она записалась добровольцем для работы за границей в рядах Красного Креста. Это решение на шесть месяцев привело ее в Африку, что, по ее мнению, позволит ей восстановить силы, вернуться к Брайену в лучшем состоянии и справиться с ситуацией.

Сейчас, грустно признавалась себе Шарлотта, у нее может не оказаться шансов вернуться к нему вообще.

За окном снова послышались тихие шаги, и ее начало охватывать чувство вины. До сих пор она не встречала никого, похожего на Морта. Такого способного… такого достойного!

А может именно поэтому судьба так неожиданно свела ее с Мортом? — вдруг подумалось Шарлотте. Можно ли вообще сравнивать его с Брайеном? Это была ужасная мысль, от которой глаза Шарлотты наполнились слезами.

Глава 3

В последний момент Шарлотта обернулась, чтобы бросить прощальный взгляд на Тамбу, пока та не скрылась среди деревьев. Подобно мощному лучу прожектора солнце выхватило покрытое пылью белое дерево на зеленом фоне леса. Здание выглядело заброшенным и одиноким. Приют трудолюбия сейчас брошен на произвол судьбы.

У Шарлотты было такое чувство, что она вот-вот заплачет, но глаза ее оставались сухими. Она уходит. Она знала, что когда-то придется это сделать, но… не таким образом.

Рука нежно обняла плечо Шарлотты.

— Перестань, — мягко успокоил Морт. — Не время сожалеть об этом.

Шарлотта повернулась и, освободившись от объятий, поспешила вслед за Кейт и Гаем.

— Это не гонки, — предостерег Морт, поравнявшись с ней. — Не иди так быстро. Нам предстоит длинная дорога.

Шарлотта не ответила. Она не нуждалась в напоминании о том, как далеки они от цивилизации. Она продолжала идти, устремив взгляд на дорогу. Но шаг все-таки сбавила, придя к выводу, что как бы быстро она ни шла, Морт все равно способен идти быстрее, и ей от него не убежать.

Она сейчас стала достаточно умна, чтобы понять: останься они с Кейт одни, им вряд ли удастся отсюда выбраться. Нравится или нет, но без Морта и Гая им не обойтись.

Они шли по пыльной дороге, достаточной для проезда лишь одной машины. Когда Морт приближался к Шарлотте, звук его тяжелых башмаков заглушал шум от ее мягких резиновых ботинок. Кейт и Гай шли впереди.

Неожиданно Шарлотту охватил страх. Что их ждет впереди? — спрашивала она себя. Кто их ждет, скрываясь за густыми непроницаемыми зарослями джунглей? Там, как сказал Морт, куда им надо проникнуть. Внезапно она почувствовала огромную благодарность к человеку, который был рядом с ней. Наемник превратился в ангела-хранителя. Чувство вины пронзило ее за то, как грубо она с ним обращалась. Он помогает двум женщинам выкрутиться из немыслимой ситуации, хотя мог свободно уйти и бросить их на произвол судьбы.

Шарлотта уже не могла представить, что могло бы случиться с ней и Кейт, не появись он. Сейчас она понимала, что если бы они попытались покинуть госпиталь и самостоятельно выбраться из джунглей, это было бы равносильно самоубийству. Они даже не сумели бы сориентироваться по компасу — если бы он, конечно, у них был. Если бы они не попали в руки бандитам, то наверняка, заблудившись, беспомощно блуждали бы по лесу до тех пор, пока не свалились от изнеможения и не стали добычей диких зверей.

Шарлотта содрогнулась, подумав о предстоящей ночи. Как можно спать на открытом воздухе? Джунгли кишмя кишат дикими зверями, большими и маленькими, четвероногими и двуногими!

— Что мы будем делать ночью? — встревоженно спросила она у Морта.

— Разобьем лагерь, Шатти, — ответил он, даже не взглянув на нее. Он словно давал ей понять, что хотя все время почти в полном молчании и находится рядом с ней, его бдительность не ослабла. Его глаза и уши в любое время готовы принять сигнал бедствия. Большой или малый, неважно.

Солнце освещало небольшую группу, пробиравшуюся по пыльной тропе в густых зарослях. Пот заливал им глаза, но Шарлотта дрожала от страха, который больше чем жажда сушил ей рот. Морт и Гай были удивительно хладнокровны. Для них не существовало никаких проблем, а весь этот поход они рассматривали, как увеселительную прогулку. Но именно сейчас Шарлотта увидела настоящего солдата. Жестко контролирующего себя человека действия, в любую минуту готового к нападению или отражению опасности. Готового убить прежде, чем будет убит сам… Готового убить за деньги, с грустью подумала она.

— Привал, — объявил Морт, когда они подошли к реке.

Шарлотта была несказанно рада. Они шли уже более двух часов. Она вся вспотела, ее мучала нестерпимая жажда. Иссушенные язык и горло доставляли жуткую боль.

Морт отказался сесть. Шарлотта взгромоздилась на ствол упавшего дерева рядом с Кейт, вздохом поприветствовав ее.

— Мне кажется, я скоро начну плавиться, — пошутила она, стараясь скрыть свое беспокойство.

— Это вам поможет, — сказал Морт, протягивая Шарлотте и Кейт по апельсину.

— Ты уверен, что поступаешь верно? — требовательно спросила Шарлотта. — Тащишь двух женщин сквозь джунгли. Не лучше ли было пойти сначала одному и обеспечить нам помощь?

— Вы справитесь, — ответил Морт и подарил Шарлотте такую улыбку, от которой ей стало не по себе: уж лучше бы и не спрашивала. — Я не могу оставить вас одних. Даже если бы не было войны, я не смог бы оставить двух женщин в таком месте, — добавил он.

Когда с апельсинами было покончено, Шарлотта увидела, что Морт собирает кожуру, которую они с Кейт побросали на землю.

— Это ведь растительные отходы, — сказала она в свою защиту. — Они не загрязняют окружающую среду.

— Я не хочу оставлять никаких следов, — ответил он, глядя в ее глаза и подбирая последний кусок кожуры.

— О… — с легким раздражением произнесла она. Однако ее восклицание не имело ничего общего с тем, что творилось в душе.

Морт отвел Гая в сторону и достал карту, которую они оба начали пристально изучать.

— Морт тебе нравится, не так ли? — нахально спросила Кейт.

— Разумеется, нет, — ответила Шарлотта, взволнованная тем, что Кейт словно в воду глядела.

— Давай, дури мне голову, — насмешливо ответила Кейт, вытаскивая брюки из носков, чтобы охладить ноги. Шарлотта сделала то же самое.

— Сейчас, леди, мы отправляемся в джунгли, — объявил Морт, подходя к ним и пряча карту в нагрудный карман. — Застегните рубашки на все пуговицы… и, пожалуйста, заправьте снова брюки в носки, — добавил он, неодобрительно вздохнув и глядя прямо на Шарлотту.

Шарлотта взглянула на концы своих брюк, затем на Кейт. Та уже обезопасила себя.

— Сейчас, — ответила она, осознав, что обращаются только к ней. — Я хотела проветрить ноги, — ответила с раздражением и раздосадованная тем, что Морт поймал ее, так как она действовала не так быстро, как Кейт. Она провела в джунглях четыре месяца и была, разумеется, совсем не новичком, как это ему казалось. Кроме того, у обоих мужчин рукава рубашек были закатаны до локтей. Она думала лучше, чем говорила.

— Хорошо, заправь брюки в носки, — настаивал Морт, намеренно не спуская с нее взгляда. — Я уверен, что предпочтительнее горячие ноги, упрятанные в брюки, чем прохладные, но искусанные.

Шарлотта почувствовала, как краска заливает ее щеки, быстро наклонилась и заправила непослушные концы брюк в носки.

— Там мы все подвергнемся нападению насекомых, — продолжал Морт, указывая пальцем на густые заросли. Шарлотта была благодарна, что, кажется, сейчас он обращался ко всей группе. — Если вы не закроете свое тело, они сожрут вас живьем. Не воспринимайте мой приказ как придирку, — перевел он взгляд на Шарлотту. — Я поступаю так, потому что хочу доставить вас целыми и невредимыми. И когда мы выберемся из джунглей, я уверен, вы согласитесь, что мы знаем о них больше, чем вы. Итак, делайте так, как я сказал, и все будет замечательно. Нам будет нелегко. Я знаю, вы доверились мне в этом трудном походе… Ну, а я полагаюсь на вас и верю, что вы все преодолеете. Докажите мне, что я доверился тем людям… и не позволяйте мне потерять эту надежду.

Закончив свою речь, Морт вытащил из-под ремня пангу — широкий местный нож — и повернулся к Гаю.

— Где твой нож?

Гай сделал то же самое.

— Я иду первым, — продолжал инструктировать Морт, пристально вглядываясь в два молчаливых лица… Ну, кто может что-то сказать после такой замечательной речи? Разумеется, не Шарлотта. Кроме того, она была слишком напугана, чтобы говорить. — Вы двое идете за мной. Гай замыкает шествие, — отдал Морт последний приказ. После чего все они молча вступили в темную враждебную чащу.

По крайней мере, нас здесь не достанет солнце, подумала Шарлотта, когда оказалась в удушающе-влажном лесу. Она шла сразу же за Мортом, стараясь попадать в его следы и не терять из вида его спину, постоянно опасаясь, что если она слишком долго будет смотреть вниз, то Морт может исчезнуть в густых зарослях. Они продвигались вперед в гнетущем полумраке. Воздух раскалился, как в сауне. Временами заросли редели и сквозь них, как сквозь мутное сито, просачивались на землю лучики солнечного света. Шарлотта ни разу не оглянулась назад, чтобы проверить, все ли в порядке у Кейт и Гая. Ковер из папоротника и травы почти достигал ее колен. Она брела по нему, старясь найти отпечатки следов Морта, и нервно следила за его спиной, видя, как на рубашке, под вещмешком расплывается огромное влажное пятно. Под ногами что-то хрустело и трещало, и она могла только надеяться, что это всего лишь растения. Она пыталась не думать, что прячется под этим роскошным зеленым ковром, в котором она утопала с каждым шагом. Куда бы она ни повернулась, опасность смотрела ей в лицо. И потом, если все это хрустит под ногами, значит оно мертво, а бояться она должна живого.

Миновал час, другой, и Шарлотта начала чувствовать, что сейчас свалится от изнеможения. Хлопчатобумажная рубашка прилипла к влажной спине, ручейки пота бежали по телу.

Она мечтала, чтобы поскорее настала ночь, и они могли бы отдохнуть.

Рубашка Морта становилась все более влажной, но, похоже, состояние ничем не отличалось от того, в котором он был в начале пути. У нее было ужасное чувство, что он может идти бесконечно.

Чтобы отвлечься от собственных несчастий, Шарлотта попыталась думать о Брайене. Успеха она добилась, но мысли эти не принесли ни облегчения, ни радости.

Брайен заполнил ее сознание, но вероломные глаза следили за ногами Морта… сильными… мощными. Шарлотта быстро отвела взгляд. Ее пронзило чувство вины. Она чуть не упала и, чтобы сохранить равновесие, ухватилась за свисающую ветвь. Шарлотта с трудом продиралась вперед, следуя за Мортом и старалась сосредоточиться только на том, чтобы выбраться из джунглей целой и невредимой.

Вскоре впереди посветлело, Морт ускорил шаги. Шарлотта поспешила за ним.

Издав победный клич, Морт выбрался из кустов на большую поляну.

С таким же возгласом Шарлотта последовала за ним, но не разрешила себе броситься в его объятия, прижаться к нему с выражением благодарности. В нерешительности она споткнулась и едва устояла на ногах. Морт подхватил ее.

— Отдохнешь и все будет в порядке, — сказал он, улыбаясь.

Затем отвернулся, чтобы вложить в ножны нож, оставив Шарлотту наедине с собой, которая ослабела больше от его прикосновения, нежели от изнурительного путешествия.

— Здесь мы разобьем лагерь, — сказал Морт, когда появился Гай. Он выглядел почти так же, как и Морт, мокрая рубашка была единственным свидетельством его усталости. Кейт походила на грязную кошечку, вовремя вытащенную из болота. Шарлотта была уверена, что и сама выглядит не лучше.

Морт и Гай освободились от мешков, сбросив их на землю. Шарлотта и Кейт сделали то же самое. Морт расстелил на земле одеяло.

— Отдыхайте.

Этого приказа Морту можно было и не отдавать. Шарлотта и Кейт не нуждались в повторном приглашении и с облегчением повалились на одеяло.

У Шарлотты было такое ощущение, что ей уже никогда не подняться. Она принялась усиленно массировать одеревеневшие мышцы ног.

— Полагаю, у вас найдется пара скейтбордов, чтобы завтра вытащить нас отсюда, — пошутила Кейт.

— Не волнуйся, — отпарировал Морт. — Я смотрел фильмы про Тарзана. — Он с усмешкой взглянул на Шарлотту. — Я привяжу тебя за спиной и вместе с обезьянами мы полетим между деревьями.

У Шарлотты загорелись щеки. Чувствуя себя глупой, она отвернулась и оглядела поляну, стараясь направить мысли в другое русло. Поляна напомнила ей римский амфитеатр. Такая же овальная. Плотно растущие деревья — словно непреодолимые крепостные стены. Она надеялась, что это действительно так, что эти непреодолимые стены спасут их от диких… или им подобных зверей. Было жарко, как в сауне. Шарлотта почти ощущала поднимавшийся от ее спутников пар, хотя сплошная стена деревьев и не пропускала солнце. Они могли задохнуться от жары, но не сгореть дотла под лучами неумолимого солнца, подумала она с гримасой на лице, и начала растирать горящие ноги.

Гай начал собирать камни и укладывать кострище, затем принес сухие ветки, папоротник и мох, чтобы разжечь огонь. Скоро тонкая струя сизого дыма потянулась вверх, развеяв сомнения Шарлотты в том, что такой материал вообще можно разжечь. Морт вытащил из мешка несколько банок с консервами, одну большую жестяную банку и разложил все это на земле.

Надо бы помочь, подумала Шарлотта. Но ее измученное тело отказывалось подчиняться командам, и она не смогла заставить себя встать.

— Могу я чем-то помочь? — все же спросила она, надеясь, что команда Морта приведет ее в движение.

Морт с большим удивлением посмотрел на нее.

— Ты можешь ходить? — спросил он скептически приподняв одну бровь почти до выбившихся из-под красного берета волос.

— Разумеется, могу, — отпарировала Шарлотта, раздраженная его мужским шовинизмом. Но, вовремя вспомнив, что он видит ее насквозь, добавила: — Я не знаю.

Если она сейчас встанет, то, возможно, рухнет лицом вниз… конечно, если ей вообще удастся встать.

Морт нежно улыбнулся, что, кажется, было совершенно чуждо его измазанным грязью властным чертам лица. От волнения у нее застучало сердце.

— Открой, пожалуйста, — сказал он ей, протягивая банку с пищей и консервный нож, спасая ее тем самым от необходимости двигаться.

Не смотри вверх, одернула она себя. Но ее взгляд не мог оторваться от черных глаз.

Неправильно поняв ее реакцию, Морт накрыл ее руку своей.

— Не волнуйся, — одобрительно сказал он, — тяжело бывает в первый день. Вы обе вели себя прекрасно. Я горжусь тобой… Я горжусь вами обеими, — добавил он быстро, посмотрев в сторону Кейт.

Как можно деликатнее Шарлотта освободила руку и приготовилась открывать банки, уверенная в том, что Морт еще долго будет смотреть на нее. Судя по глазам Кейт, она пришла к заключению, что ее отношения вызывают живейшее любопытство у подруги.

— Я привыкла делать большие переходы… и карабкаться по горам, — нарушила молчание Шарлотта, пытаясь восстановить чувство собственного достоинства. Ей также хотелось убедить Кейт в том, что излишний румянец на щеках вызван всего лишь ее неспособностью преодолевать тяготы путешествия в джунглях.

— Я в этом не сомневаюсь, — ответил Морт.

Шарлотта не подняла глаз. Его голос звучал убедительно, а улыбка, тронувшая губы, выглядела достаточно искренне.

— Это не прогулка. Это переход в ненормальных условиях. Чтобы сделать очередной шаг, приходится высоко поднимать ногу, выпутываясь из зарослей. Это похоже на бесконечную лестницу, ведущую вверх. И если человек недостаточно натренирован, то, естественно, он испытывает боль.

Шарлотта подняла глаза.

— Да, боль сильная, — согласилась она. — Нет сомнения, что к утру у меня все онемеет и я не смогу сдвинуться с места.

— Хорошо, — с чувством ответил Морт, удивив тем самым Шарлотту, — тогда я сделаю массаж и поставлю тебя в строй.

— Сомневаюсь, что это поможет, — надменно ответила она, пытаясь скрыть свое замешательство.

— Разумеется, — смеясь согласился Морт, — твои прекрасные ноги сами придут в движение от страха. Стоит тебе лишь подумать о предстоящем массаже.

Не переставая смеяться, он наполнил водой большую банку и передал ее Гаю.

Не будь столь уверен, думала Шарлотта, ощущая нестерпимый зуд в ногах, от которого ее бы не смогло отвлечь даже появление настоящего Кинг Конга.

Шарлотта наблюдала за Мортом, склонившимся над огнем и разговаривающим с Гаем. Затем она посмотрела в сторону Кейт. Увидев всепонимающую улыбку на лице подруги, она быстро потупила глаза и начала открывать банки. Ей трудно бороться со своими эмоциями, не говоря уже о том, чтобы посвящать в них кого-либо еще… Особенно Кейт!

— Ну, вот я и закончила, — сказала она только для того, чтобы нарушить молчание. Открыв последнюю банку, она поставила ее в ряд с другими.

— Есть еще какая-нибудь работа? — спокойно спросила Кейт.

— Почему бы тебе не спросить об этом Морта, — ответила Шарлотта, надеясь, что та уйдет, избавив Шарлотту от своего присутствия. К сожалению Кейт тоже не могла двигаться.

— Думается, Морт сказал мне уже достаточно, — перешла она на конспиративный шепот, и Шарлотта поняла, что ее подруга говорит не о работе. — Ну, а сейчас, может, послушаем твою версию?

— Отстань, Кейт, — проговорила Шарлотта более раздраженно, чем намеревалась. Кейт была настоящим романтиком, и Шарлотта отлично знала, что если она считает, будто между ней и Мортом нечто затевается, то сделает все возможное, чтобы свести их вместе. Кейт всегда совала свой нос в чужие дела. Ей было наплевать, насколько личными могут быть ее ремарки и вопросы. Шарлотта не раз говорила ей, что в ней пропадает отличнейшая сваха, но никогда не предполагала, что может сама стать ее клиенткой.

В зеленых кошачьих глазах Кейт появился озорной блеск.

— Мы обиделись, не так ли?

Затем она повернулась к Морту и Гаю, колдовавшим у костра. Но Шарлотта хорошо знала, что на губах Кейт осталась самодовольная улыбка.

Увидев, что все банки открыты, Морт взял на себя обязанности повара. Он вытащил из мешка оловянную тарелку и свалил в нее всю пищу. Затем разложил содержимое в три банки и одну тарелку, сделав четыре порции.

Шарлотта нерешительно смотрела на холодную пищу. Она думала, что вся еда будет подогрета в большой оловянной банке. Но, кажется, никто этого делать не собирался. Банка предназначалась только для подогрева воды для питья, так что пища должна быть съедена холодной. Она надеялась, что у нее хватит сил проглотить ее.

— Леди, это почти “гордон блю”, — сказал Морт, словно угадывая сомнения Шарлотты. — К сожалению, “Савой” переполнен.

Он взял тарелку и пристально посмотрел на женщин, сидевших бок о бок.

— Ну, кто из вас проявит ко мне благосклонность и заработает эту тарелку?

— О, думаю, что Шарлотта заслуживает этого больше, чем я, — выпалила Кейт, не дав подруге и рта раскрыть.

Морт рассмеялся. Затем склонился к Шарлотте и протянул ей тарелку.

— Ты победила, Кейт. Может, ты научишь свою подругу смотреть чуть добрее?

Кейт рассмеялась, а Шарлотта, смущенная и раздосадованная тем, что они могут так говорить о ней в ее присутствии, рассвирепела.

— Хотя, если подумать, — продолжал Морт, — с ее стороны это было бы неразумно. Мы ведь можем никогда не выбраться из этого ада.

Шарлотта почти выхватила протянутую ей тарелку. Как он смеет так с нею обращаться! Да еще в присутствии Кейт!

Она все еще сердилась, когда он вытащил из мешка недавно испеченную Кейт булку и разломил ее на четыре больших куска.

— Мне не нужно столько хлеба, — возмутилась она, увидев перед носом огромный кусок. Ей будет плохо от холодной пищи. Сейчас она сознавала, что была голоднее, чем думала и расправилась с едой, не обращая внимания на ее температуру. Но ей ни за что не съесть такой большой кусок хлеба.

— Ну-ка, ешь, — приказал Морт. В голосе не было ни шутки, ни удивления, остался командирский тон, которому должны подчиняться. — Ты должна съесть все. После такого долгого пути ты в этом нуждаешься… а завтра нам предстоит то же самое, — добавил он.

На какое-то мгновение Шарлотта вызывающе уставилась на него, но признав его правоту, взяла хлеб. Молча пришла к выводу, что он больше, чем она, привык к такой грубой жизни. Когда он надевал на себя маску превосходства, а голос его становился резким и командирским, всем лучше было молчать.

Удовлетворенный покорностью Шарлотты, Морт взял обе оставшиеся банки и передвинулся к Гаю, который сидел на стволе упавшего дерева.

— Приходится исполнять роль матери, — пошутил он, протягивая Гаю его порцию. — Мы пропали, если не отделаемся от этих красоток, — кивнул он в сторону женщин и подсел к Гаю.

— Не думаю, что это нанесет нам большой ущерб, — шутливо ответил Гай. — Если мы разыграем карты правильно, то через день-два будем в полном комфорте.

Гай улыбнулся женщинам, затем вопросительно повернулся к Морту.

— Ну, и что ты скажешь на это?

— М-м-м… не знаю. Не думаю, что моей матери понравится, если я затеряюсь в джунглях с двумя женщинами. Она всегда предупреждала меня о незнакомках.

Мужчины разразились заразительным смехом, раскатившимся по джунглям. Кейт, не колеблясь, присоединилась к ним. Шарлотта нерешительно улыбалась, прислушиваясь только к смеху Морта, похожему на мурлыканье довольного льва… Царя зверей!

Отличное название. Она грубо оборвала свои думы. Разум снова подвел ее. Вместо грубого животного она имеет дело с красивым и гордым зверем, который забирает себе все, что хочет. Не потому, что он жестокий, а потому, что есть что взять. Наткнувшись на его проницательный взгляд, она вновь испытала страх недоверия и поблагодарила судьбу за то, что Бойгани не так уж далеко.

В каком-то смысле Морт похож на Дона, размышляла Шарлотта пережевывая кусок хлеба и стараясь отмахнуться от интимных мыслей. Они выбрали не очень комфортную жизнь. Существование, при котором столкновение с отвратительными сторонами жизни обычное дело, где смерть естественна и, чтобы не свихнуться, они превращают ужасы в шутки.

Но Дон не выжил, а Морт еще продолжает жить, но придет день, когда удача изменит и ему. От этих дум Шарлотта недовольно поморщилась. Как он может? Неужели мать, о которой он шутил, живет в Англии и ждет его возвращения? Не зная, вернется ли он. И для чего? Для очередной войны!

Шарлотте было интересно узнать, что у него за мать. Думает ли она о нем? А, может, ей все это безразлично? Возможно, у него есть жена?

Эта неожиданная мысль была похожа на пощечину. Раньше она об этом не думала, но ведь ничто не мешало Морту жениться. Ведь она ничего не знает о нем. Даже его полного имени.

Уже давно наблюдая за ним, она сильно прикусила нижнюю губу. Его голова близко склонилась к Гаю, когда они в очередной раз начали разглядывать карту, вытащенную Мортом из кармана. Сколько ему лет? Тридцать три… Тридцать четыре… пять? Он мог прожить с ней десять лет… вполне свободно, подумала она и попыталась стряхнуть с себя гнетущее осознание того, что он достаточно взрослый, чтобы иметь жену, семью, которая ждет его дома.

Последняя мысль Шарлотте пришлась не по душе, но у нее не было никакого желания анализировать причины, толкающие ее к человеку, которого она не знает. С ней случилось нечто такое, что не поддавалось контролю. Она знала, что это плохо, но не могла объяснить, почему себе позволила такое. Но чем больше она пыталась сконцентрировать свои мысли на Брайене и на доме, куда ей предстоит вернуться, тем больше думала о Морте. И если уж быть честной до конца, подумала она, ей следовало бы немножечко задуматься, прежде чем положить на него глаз.

Она не свободна, чтобы думать о Морте. Ее ждет Брайен, который заслуживает если не любви, то хотя бы лояльности.

Одернув себя, Шарлотта начала собирать пустые банки, надеясь, что работа отвлечет ее от дум. После короткого отдыха ноги стали более послушными, мышцы бедер все еще были напряжены и болели, но эффект трясущегося желе в теле прошел. Нет никаких сомнений, что к утру все образуется.

Глава 4

— Я пойду посмотрю.

Шарлотта подняла глаза. Слова Морта вызвали в ее теле дрожь. Куда он идет? Куда бы ни шел, ей это не нравится. Разумеется, они должны оставаться все вместе, полагала она, считая, что их безопасность в их численности.

Как бы прочитав ее мысли, Морт взглянул на Шарлотту.

— Я хочу поискать воду, — сказал он, складывая карту и пряча ее в карман. — Неподалеку должен быть ручей.

Он потянулся за автоматом, лежавшим на земле, повернулся и пошел, скрывшись за стеной листьев, как за саваном.

Кейт и Гай начали собирать топливо, чтобы поддержать огонь. Шарлотта не могла сдвинуться с места и лишь смотрела туда, где исчез Морт. Она беспокоилась о его безопасности. Ей хотелось быть рядом с ним, а не иметь дело с воображаемыми ужасами, которые могут ему угрожать.

Через двадцать минут Морт вернулся, и Шарлотта с облегчением вздохнула.

— Ручей там, где и должен быть, — проинформировал он, широко улыбаясь.

— А разве ты не знал, что он там? — неуверенно спросила Шарлотта. — Ведь у тебя есть карта.

Неожиданно его всемогущество оказались под вопросом. Возможно, подумала она, мы шли наугад и выбрали путь, который может на несколько дней задержать их в джунглях.

— Шатти, известно, что карты бывают неточными, — ответил Морт. Он улыбнулся, угадав сомнения Шарлотты. — И там есть вода.

Из мешка Гая он вытащил тяжелый полиэтиленовый рюкзак с толстыми ремнями.

— Сейчас будем умываться. Кейт, ты пойдешь попозже с Гаем.

Шарлотту это взбесило. Почему Гай не может пойти с ним? Хотя ответ она уже знала. Мужчины не должны оставлять женщин без защиты.

Шарлотта нехотя поднялась на ноги. Лучше оставаться грязной, но в безопасности, думала она.

— Ну, идем же, — поторапливал Морт, — а то для Кейт и Гая не останется времени.

С этими словами он повернулся и направился в кусты. Но на этот раз с Шарлоттой, которая шла следом и думала о том, что ее ждет, когда они достигнут цели.

Ручей оказался неподалеку, и скоро они вышли на поляну, которая была меньше той, где они разбили лагерь. Небольшой просвет в вершинах деревьев пропускал немного дневного света, хотя небо было чистым и лазурным, а сама полянка напомнила Шарлотте небольшую сумрачную комнатку.

— Отлично, — воскликнул Морт, оглядываясь на Шарлотту, которая уже вышла на поляну и в радостном изумлении оглядывалась вокруг. Что “отлично?” — задалась она вопросом.

— Да, — спокойно согласилась она, имея в виду красоту природы.

Морт повернулся и направился к серым камням. Шарлотта последовала за ним.

— А вот и вода, — неожиданно сказал Морт и улыбнулся Шарлотте.

Шарлотта вглядывалась в кристально чистую воду, уже сотни лет струившуюся по голым камням. Она была готова смотреть куда угодно, лишь бы не на его улыбку, которая заставляла сердце бешено колотиться в груди.

Какое-то время Морт стоял, склонив голову, и внимательно рассматривал ручей.

— У нас мало воды? — спросила Шарлотта, неожиданно обеспокоенная мыслью, которая до сих пор не тревожила ее.

— Да, — ответил Морт. — Питьевой более чем достаточно. На три дня и даже больше. Но мы не можем использовать хорошую воду для мытья. Следовательно, если нам надо пополнить эти чертовы запасы… то можем сделать это только здесь.

Он ступил тяжелыми бутсами в воду и показал Шарлотте место, где собирался соорудить небольшую запруду.

— Собери таких камней, как можно больше, — попросил он, показывая на один из булыжников. — Если все сработает, мы соорудим водоем, в котором сможем искупаться.

Она-то полагала, что они смогут вымыть лишь лица и руки. О купании и не мечтала. Быстро начала собирать камни для Морта, пытаясь в то же время успокоиться. Ничто не может доставить ей большего наслаждения, чем купание в прохладной освежающей воде… но ведь ее не оставят одну… а она не собирается скидывать с себя одежду в присутствии Морта. А он что — собирается купаться на ее глазах? — задавалась она вопросами, бросая короткие взгляды на Морта, который, склонившись, укладывал камни.

— То, что нужно, — удовлетворенно произнес Морт, выпрямляясь. Он постоял несколько мгновений, наблюдая за тем, как за возведенной запрудой образуется небольшой бассейн.

Затем начал расстегивать рубашку. При взгляде на Шарлотту его губы тронула улыбка, и он медленно направился к ней.

— Ч… Что ты делаешь? — спросила она, стараясь произнести слова спокойно, но, как оказалось, безуспешно.

— А для чего же мы сюда пришли? — спокойно ответил он.

— Я пришла… пришла, чтобы помочь тебе принести немного воды, — выпалила она, показывая на мешок, валявшийся на земле, и отступая назад, когда Морт снял рубашку. — Сейчас же надень ее, — сердито потребовала она и в страхе отступила еще на шаг.

В страхе не перед Мортом, а перед собой. Если Морт прикоснется к ней, у нее не будет ни желания, ни сил воспротивиться этому.

Морт начал смеяться. Шарлотта застыла в смущении.

— Мысль не из неприятных, Шатти. Но если бы даже ты и желала этого, у меня нет намерений подставлять свою голову на съедение леопардам, тем более, что все их нежное внимание обращено на тебя.

Он долго и тяжело смотрел на Шарлотту, его глаза пронизывали ее насквозь. Он думает, что она не желает его. Это должно было доставить удовольствие Шарлотте, но сама она так не считала!

— Я хотел бы умыться, — сказал он, отворачиваясь, и бросил рубашку на сук ближайшего дерева. — Мы почувствуем себя свежее, избавившись от пота. Жаль, что нет полотенца.

Склонившись над водой, он начал смывать с себя грязь.

— Как твоя спина? — спросила Шарлотта только для того, чтобы не молчать. Она чувствовала себя неловко, позволив воображению отвлечь ее и забыть об окружающем жестоком мире.

— Чтобы оглушить меня, Шатти, тебе понадобится несколько камней, — ответил он, выпрямляясь и стряхивая влагу с волос. — Если ты намерена мыться, то, пожалуйста, сделай это.

— О… да, — сказала Шарлотта, заикаясь. Она попыталась привести свои мысли в порядок, осознав, что все это время не отводила от него взгляда.

Обойдя Морта, Шарлотта вошла в воду и, склонившись, погрузила в нее руки, а затем ополоснула лицо.

— И это все? — спросил Морт, удивленно поднимая брови.

— Да, — коротко ответила Шарлотта.

— Все будет в порядке, — заверил ее Морт. — Я постою на страже. Сними одежду и освежись. Ты будешь чувствовать себя намного лучше.

Да, ей станет лучше. Одно прикосновение к воде уже освежает тело. Но она сомневалась в его предложении.

— А кто будет охранять тебя?

Если он думает, что она намерена раздеться на его глазах, то ошибается.

— Обещаю не подглядывать, — поклялся Морт с преувеличенной серьезностью отдав салют выброшенной до уровня плеча рукой. — Честное слово скаута.

Шарлотта отвела от него взгляд и уставилась на воду. Разгоряченная, нотная, покрытая грязью джунглей — она, должно быть, выглядит так же отвратительно, как Морт. Ей необходимо искупаться.

— А как насчет кусачих насекомых? — спросила она, вспомнив его предупреждение перед тем, как они вошли в джунгли.

— В воде они не кусают, да и на берегу их почти нет. Все это чепуха. Они не побеспокоят тебя… по крайней мере, пока купаешься.

С полминуты Шарлотта колебалась. Но журчащая вода одержала верх.

— Отвернись, — приказала она тоном, каким обычно говорила с непослушными больными. — И не смей нарушать свое обещание.

Морт послушно подхватил оружие и повернулся к ней спиной.

Внимательно наблюдая за ним, Шарлотта начала раздеваться.

— Ничего не клади на землю. Одежду повесь на дерево.

От неожиданности Шарлотта подскочила, прижав к себе рубашку. Она больше испугалась того, что Морт обернулся и подсматривает, нежели того, что могло бы случиться с ее одеждой.

Но Морт держал слово и стоял к ней спиной.

Шарлотта повесила рубашку, быстро стянула ботинки и носки, до колен закатала брюки и вошла в воду. Вода оказалась такой холодной, что с ее губ невольно сорвался возглас.

— Все в порядке? — озабоченно спросил Морт.

— Да, — быстро ответила она и начала плескать воду на плечи и руки.

Вода была студеной. Просто не верилось, что источник находится где-то в душных джунглях. Ощущение этого поднимало у Шарлотты настроение. Она почти забыла о том, что Морт находится совсем рядом, когда уселась на камень и опустила уставшие ноги в воду. После горячих носков и ботинок она приятно освежала ступни.

— Пора заканчивать, — предупредил Морт, — мне кажется, мое терпение скоро лопнет, а бдительность — заснет.

— Нет, ты не посмеешь, — отозвалась Шарлотта, но решила, что и впрямь с купанием надо заканчивать.

Она натянула рубашку на мокрое тело. Затем взяла ботинки и носки и снова вернулась в воду, чтобы обмыть ноги.

Когда один носок был уже надет, что-то сильно ударило по воде на расстоянии нескольких дюймов от ее ног.

Ее охватила паника, из горла вырвался крик. Через мгновение она бросилась к Морту, угодив прямо в его объятия. Их тела сплелись и закружились на одном месте. Держа оружие на бедре, Морт пытался понять, что такое испугало Шарлотту.

Еще долго после того, как они перестали кружиться, Морт внимательно всматривался в джунгли.

— Что произошло? — наконец спросил он, обеспокоенно глядя на молчаливую трясущуюся Шарлотту.

— Меня что-то ударило, — ответила она. Со страху она крепко вцепилась в Морта и, казалось, ничто не сможет оторвать ее от него.

— Где? — спросил он, заглядывая в ее испуганные глаза. — В водоеме?

— Да, — медленно кивнула Шарлотта, пытаясь овладеть собой.

— Покажи, где.

Морт осторожно повел ее назад, к воде, крепко поддерживая рукой.

— Вот это? — спросил он, подавляя смех.

Шарлотта не ответила. Она тупо смотрела на кусок сломанной ветки. Ужас покинул ее тело, уступая место унижению. Положение ухудшало присутствие Морта.

“Что я наделала?” — спрашивала себя Шарлотта. Ответа ждать пришлось недолго.

Рука Морта сжалась. Шарлотта попыталась было сопротивляться. Морт долго смотрел ей в лицо, разглядывая волосы, губы. Затем остановил свой вопрошающий взгляд на ее все еще широко открытых, но уже не испуганных глазах.

Я должна оттолкнуть его, подумала Шарлотта, не предпринимая для этого никаких усилий. Он не посмеет поцеловать ее, если она не разрешит ему. Поэтому все, что ей надлежит сделать, так это отпихнуть его.

Он обнял ее еще крепче. Шарлотта молча стояла в его объятиях, не смея пошевелиться или сделать что-либо такое, что бы напомнило ему об окружении и заставило изменить свои намерения. В этот момент Шарлотту ничто не волновало. Важно, что Морт собирается поцеловать ее, а она страстно желает этого.

— Да благословит Бог этих обезьян! — воскликнул Морт хриплым голосом.

Шарлотта изумленно вскинула глаза.

— Это были шимпанзе, — объяснил он, поднимая руку, чтобы убрать с ее глаз локон волос. — Они охотились за тобой… и эти маленькие проказницы за десять секунд сделали то, что, как я думал, не случится никогда.

И тут он поцеловал Шарлотту, открыв ей доселе неизвестный мир. Время остановилось. К ее удивлению его борода оказалась не столь колючей и лишь подчеркивала первобытность момента, который, как она знала, вот-вот закончится. Она медленно охватила его плечи, сомкнула руки на шее, желая надолго сохранить его при себе. Но знала, что это невозможно. Все, что она могла иметь, уже имеет. Прекрасный момент, за который она будет цепляться и который надолго запомнится.

Неожиданно из горла Морта вырвался глухой мученический стон. Он оторвал губы от уст Шарлотты и безвольно опустил голову на ее плечо, оставив ее холодной и опустошенной… очень, очень опустошенной.

— Что произошло? — спросила она, догадываясь об истинной причине.

Морт вернулся к действительности, к опасностям, их окружающим. Ей захотелось заплакать.

— Почему мы должны были встретиться в этом Богом забытом месте? — спросил он, выпрямляясь и отстраняясь от Шарлотты.

Потому что не могли встретиться в другом, про себя отметила Шарлотта, глядя ему в глаза. Она по горло была сыта Африкой, джунглями, жарой, партизанами и даже обезьянами, чья выходка дала ей момент наслаждения в объятиях Морта, а сейчас кажется издевкой.

Взгляд Морта медленно опустился к ноге Шарлотты. Одна из них была босая, другая в носке.

— Идите и наденьте ботинки, бессовестная мадам.

Шарлотте показалось, что он шутит. Она хотела возразить, но не осмелилась.

— Здесь ничего нет, — сообщила она в отчаянии осматривая их потайное место.

— Никогда не знаешь, кто или что здесь есть, — ответил Морт. По его командирскому тону Шарлотта поняла, что напрасно тянет время.

— Здесь может быть сколько угодно зверей, диких или каких-либо еще. А сейчас, пожалуйста, надень свои ботинки.

Не дожидаясь ответа, Морт повернул ее кругом и подтолкнул к воде, где она оставила ботинки и второй носок.

— Мы похожи на Адама и Еву в Эдемском саду, — сказала Шарлотта, завязывая последний шнурок и поглядывая на Морта с проказливой беспечностью. — Только Адам не надкусил яблоко.

Она не собиралась произносить последние слова, но они сами слетели с языка, повергнув Морта в неудержимый смех. Взглянув на него, она покраснела.

— Шатти, я обещаю, что Адам надкусит свое яблоко, только в другое время и в другом месте.

Он провел рукой по ее лбу с такой нежностью, что у нее помутился разум. Почему судьба так безжалостна? — терзала она себя. Почему ей суждено было встретить Морта сейчас, когда нет никакой надежды?

— А сейчас идем, — позвал ее Морт. — Если мы не поспешим, у наших друзей не останется времени прийти сюда и помыться до наступления темноты.

Он снял с куста рубашку, хорошо вытряс ее и надел на себя.

Ну и что же я сейчас буду делать? — спрашивала себя Шарлотта, возвращаясь вслед за Мортом к лагерю. Ничего! Ответ был фатально ясным. Она уже и так много сделала. И хотя она не сожалела о случившемся, все же считала, что в будущем нельзя допустить, чтобы их отношения зашли слишком далеко. Если она будет вести себя так, как до сих пор, то потеряет к себе всякое уважение. И хотя эта мысль сверлила ей мозг, она понимала, что будет очень трудно отвергнуть Морта. Никогда прежде она не испытывала таких чувств.

Неожиданно Морт застыл как вкопанный. Шарлотта ничего не слышала, его действия явились для нее сюрпризом, и она чуть не уткнулась ему в спину. Но тут же поняла, что и ей следует занять такую же позицию — не двигаться и не шуметь.

Морт медленно поднял оружие. У Шарлотты остановилось сердце. Она смотрела на него с тревогой, ища ответа на роившиеся в голове вопросы. Что он услышал? Может, Кейт и Гай в опасности? А, может, на них напали, что еще хуже? Жива ли еще Кейт?

Но все внимание Морта было приковано не к Шарлотте. Его глаза обыскивали непроницаемую зеленую стену джунглей. Пистолет, о существовании которого она не подозревала, находился в его свободной руке.

Его взгляд был прикован к одной точке, словно он мог видеть через листву. Как он может быть уверен в том, что смотрит в правильном направлении, интересовалась Шарлотта. Ее сердце отчаянно прыгало, а кровь стучала в ушах, она надеялась, что Морт не потерял рассудка.

Автомат, готовый к стрельбе, покоился у него на бедре. Другой рукой он подтянул Шарлотту под свою защиту и сразу же направил пистолет вперед.

С холодящей спину медлительностью впереди раздвинулись кусты. Шарлотта испытала неведомый доселе страх. Она сильно прижалась к Морту не только чтобы защитить себя, но и желая влить в него все свои силы.

Среди ветвей показался человек с оружием наизготовку, одетый так же, как и Морт.

Автомат Морта, словно взорвался выстрелами. Сатанинское зло, еще мгновение назад представлявшее для них смертельную угрозу, свалилось головой вперед к их ногам.

Шарлотта подавила победный крик, готовый вырваться из ее горла. Она увидела второго солдата. Встревоженный выстрелами, он был уже готов к сражению, направив оружие прямо на Морта.

В следующее же мгновение Морт опрокинул ее на землю. И тут же она услышала, как пули рассекают воздух и пришла в полное смятение, почувствовав на себе вес упавшего на нее Морта. Шарлотта услышала глухой стук, когда второй бандит свалился рядом с первым. Затем наступила тишина. Джунгли охватило жуткое молчание, все замерло, включая Шарлотту, пораженную шоком. Тело Морта прижимало ее к земле, ноздри забивал запах его пота. Автомат все еще был наизготовку, направленный туда, откуда мог появиться враг. Но пистолета перед собой она уже не видела. Сейчас его ствол упирался ей в голову. Морт собирается убить ее!

Ледяной холод охватил ее тело, она не могла понять, почему Морт держит у ее виска оружие… готовый разнести ей голову.

Морт не двигался. Два мертвых бандита лежали на земле в нескольких сантиметрах от лица Шарлотты. Ей казалось, что она не вынесет этого ужаса. В душе начинала зарождаться надежда, что Морт, наконец, нажмет на курок и враз покончит со всем.

Неожиданная мысль словно парализовала ее. Она вытеснила из головы все остальное и вырвала из горла истошный крик.

— Морт!

Он оставался недвижим.

— Морт! Морт!

— Спокойно, — коротко предостерег он.

Она испытала облегчение, словно стояла под потоком теплой воды. В течение нескольких ужасных секунд ей казалось, что он убит так же, как и эти две гориллы. Молчаливые слезы катились по ее щекам, а все тело трепетало от недавнего шока.

— Все в порядке, — успокоил ее Морт.

— Их было только двое.

Как можно быть уверенным в этом, думала Шарлотта, когда в этом проклятом месте ничего не видно на расстоянии двух-трех метров.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Морт, не услышав ее голоса.

— Да, — наконец ответила она, кивнув в подтверждение. И мгновенно замолчала, почувствовав, как дуло пистолета зарывается ей в волосы.

— Пожалуйста, убери его, — взмолилась она.

Морт медленно поднялся, убрал пистолет и помог Шарлотте встать на ноги. Попридержал ее возле себя, пока она не восстановила равновесие.

— Было бы предпочтительнее попасть к ним в руки? — равнодушно спросил он, не спуская с нее глаз.

— Ни за что, — ответила Шарлотта ломающимся голосом.

Она уже начала кое-что соображать. Понимала, что Морт скорее убил бы ее, чем отдал в руки бандитов. Осознание этого факта было равносильно шоку. Но она благодарно улыбнулась ему.

Морт улыбнулся в ответ. Обняв ее, начал говорить утешительные слова, стараясь привести в порядок ее смятенные чувства и унять дрожь в теле.

Как долго Морт держал ее в объятиях посреди джунглей, Шарлотта не знала. Наконец, услышала его голос.

— Идем. Нам лучше вернуться, — сказал он.

Его слова вернули Шарлотту к действительности. Непрошеные гости могли навестить Кейт и Гая!

Глава 5

Всю ночь Шарлотта лежала, наблюдая за звездами. Ужас, который она пережила недавно вместе с Мортом, как облако навис над ней и не давал заснуть.

К счастью, бандиты не обнаружили лагерь. Услышав выстрелы, Гай и Кейт спрятались в кустах. Но ему не удалось удержать Кейт в укрытии, когда появились Шарлотта и Морт. Кейт выскочила из кустов, чтобы обнять подругу.

Морт тут же взял все под свой контроль и успокоил женщин перед тем, как отправить их спать. После инцидента он решил, что пока безопаснее всем оставаться вместе и поэтому до утра не позволил Кейт и Гаю идти к ручью.

Первую половину ночи Морт нес вахту, и Гай занял пустое место на одеяле рядом с Шарлоттой. Она прислушивалась к его ровному дыханию, думая о том, как можно так спокойно спать в сложившейся ситуации. Кейт тоже, кажется, заснула, но беспокойно ворочалась с боку на бок под одеялом.

Шарлотта туже завернулась в одеяло. Недавно мужчины поменялись местами — Гай вышел на вахту, а Морт лег, чтобы отдохнуть несколько часов. Она взглянула на Гая, затем на Морта. Он, как и Гай, быстро заснул, его ровное дыхание понемногу успокаивало ее. Но даже близкое присутствие Морта, дающее ей чувство безопасности, не помогало заснуть. И хотя между ними сохранялась достаточная дистанция и оба находились под разными одеялами, он был довольно близко, чтобы не замечать этого. Она вздохнула с облегчением, когда наступил рассвет.

Когда с завтраком было покончено, они свернули одеяла, собрали и спрятали пустые банки, тарелки и другой мусор. Огонь потушили, угли разбросали и присыпали землей. Морт осмотрел место, убеждаясь, что ничего не осталось такого, что выдавало бы их присутствие.

— Даже малейшие остатки мусора могут указать на наш след, — объяснил он, как бы извиняясь за свои придирки. Затем подошел к Шарлотте и Кейт.

— Мне кажется, до наступления ночи мы не доберемся до Бойгани, — сказал он, нахмурившись. — Сомневаюсь, что вы сможете пройти этот путь за один день. — Он замолчал что-то обдумывая. Шарлотта подтянула лямки заплечного мешка. — Поэтому, — продолжал он, — мы двинемся на запад, где найдем подходящее место для ночевки. Мы знаем, где оно находится. Вместе с Гаем мы уже побывали там. Это займет больше времени, но я не намерен рисковать и сразу идти на Бойгани, зная, что до наступления ночи мы не сумеем туда дойти. Я предлагаю лучший вариант, — извиняюще посмотрел он на Шарлотту и Кейт. — Есть возражения?

Ответа не последовало. Шарлотта чуть пожала плечами. Морт отвечал за все, и они должны повиноваться его приказам. В глубине души она даже чуть радовалась тому, что пробудет с ним еще один день. Но что-то ей подсказывало, что чем меньше она с ним пробудет, тем будет лучше для нее.

Морт вытащил пангу из ножен, бросил взгляд на Гая, и, убедившись, что тот готов, двинулся в путь.

Шарлотта в нерешительности не двигалась с места, давая Кейт шанс пойти второй. Она хотела, чтобы та следовала за Мортом. Но Кейт подтолкнула Шарлотту вперед и небольшая группа в том же порядке, что и вчера, двинулась в путь. Шарлотта вновь сконцентрировала взор на широких плечах в грязной рубашке, которая, как она знала, скоро станет мокрой.

И снова Шарлотта старалась попасть в следы Морта, оставляемые им в густой растительности. Проходил час за часом, а они все пробивались вперед. Боль в ногах Шарлотты достигла наивысшей точки, и она боялась, что если остановится для отдыха, то дальше двинуться уже не сможет.

Наконец в джунглях показался просвет.

— Мы ненадолго должны выйти из укрытия, — не останавливаясь проинформировал Морт. Ему никто не ответил. Шарлотта и Кейт слишком устали, а Гай, очевидно, считал, что отвечать не обязательно.

Прошло еще около тридцати минут, когда Морт объявил:

— Ни шагу дальше.

Шарлотта вздохнула с облегчением и бросила взгляд на Кейт и Гая. Кейт выглядела так, как Шарлотта и думала: разгоряченной, грязной с ног до головы, измученной. Под полями белой хлопчатобумажной шляпы она видела ее красное лицо, обрамленное короткими светлыми, но покрытыми грязью волосами. Ее белая рубашка была мокрой и выглядела так, словно ее вытащили из болота.

Шарлотта вновь обратила взор на Морта. Нет смысла беспокоиться о своем внешнем виде, напомнила она себе. Лучше сосредоточиться на том, как быстрее добраться до цивилизации… и сказать Морту до свидания!

Эта мысль не очень ей нравилась, но она была уверена, что другого выхода нет.

Еще одна ночь, еще один день. Возможно, даже не целый день и тогда… все будет кончено. Она больше никогда не встретит Морта, не поговорит с ним, не увидит его. Никогда не взглянет в его глаза…

Шарлотта быстро заморгала, слезы заполнили ее глаза. Ну, уж совсем не время для демонстрации глупой женской слабости, одернула себя Шарлотта.

Ландшафт сменился. Перед ними лежала иссушенная на солнце равнина. Редкие пучки грубой травы и одно мертвое дерево подчеркивали знойную атмосферу этой странной безлюдной местности.

В дальнем конце открытого пространства виднелась такая же густая чаща деревьев, через какую они только что пробирались. Морт погнал их вперед, обещая дать отдых, когда они достигнут деревьев. Шарлотта взглянула на Морта, почувствовав, как напряглись ее нервы. По тому, как он осматривался, как сжимал в руках оружие, она поняла, что им грозит опасность. Он не хотел долго оставаться на открытом месте. Вне окружения деревьев они были слишком заметной целью. Мускулы в теле Шарлотты напряглись. Если они повстречаются с отрядом, уничтожившим госпиталь, им не сдобровать.

Когда они почти достигли спасительной зеленой кущи, Шарлотта вздохнула с облегчением и улыбнулась. Так же отреагировали и ее спутники. Деревья не только спасали от враждебных глаз, они защищали от палящего солнца, которое безжалостно обжигало их на открытом месте и временами Шарлотта чувствовала, что больше не в состоянии выдержать его испепеляющую жару.

Углубившись немного в лес, они услышали звук падающей воды. Ее журчащая песня подействовала на Шарлотту как лечебный бальзам, и она ускорила шаг. Ей страстно захотелось погрузиться в холодную освежающую воду, смыть грязь, которая, казалось, проникла во все поры.

Неожиданно кусты расступились, открыв богатство, которое скрывали. Шарлотта в изумлении ахнула.

Рай, подумала она, восхищенно глядя на извилистую стену из серого камня. Слева огромное темное отверстие уходило вглубь земли. Справа то, что радовало ее глаз — играющий искрящимися брызгами ручей падал вниз с мокрых камней и исчезал в большом водоеме кристально чистой воды. Его веселое журчание неумолимо влекло Шарлотту все ближе и ближе к соблазнительной глубине.

— Я должна окунуться, — сказала она, подходя к водоему и подавляя в себе желание сесть и погрузить ноги в воду… прямо в ботинках.

— Все хорошо, что вовремя, — ответил Морт. — Сначала надо разбить лагерь.

Шарлотта скривилась, подумав, как он может в такую минуту говорить о лагере. И все же неохотно последовала за ним к небольшой площадке, где все они с облегчением сбросили с плеч рюкзаки.

Гай тут же начал разжигать огонь, а Шарлотта, подгоняемая предстоящим удовольствием от освежающей воды, позабыв о зуде в ногах, начала помогать ему.

Морт взял два одеяла и расстелил их на земле. Затем начал доставать разные банки с едой.

— Разве нельзя искупаться перед едой? — спросила Шарлотта. Она была слишком разгоряченной и грязной, чтобы думать о пище.

— Если вы, леди, хотите искупаться, пока мы работаем, то пожалуйста, — ответил Морт с ехидной улыбкой. — Но вам придется это сделать в нашем присутствии. Ради вас мы не намерены прятаться за деревьями. Но мы попытаемся стоять к вам спиной, — добавил он с лукавой улыбкой, как будто напоминал ей о том волнении, которое она пережила вчера у ручья в его присутствии.

— Мне слишком жарко, чтобы думать об этом, — заявила Кейт, забирая у Морта полотенце.

— Я не думала, что у нас есть полотенце, — сказала Шарлотта, вспомнив, как вчера они натягивали одежду на мокрые тела.

Морт усмехнулся.

— В тот раз я забыл его… Наверное, в тот момент было очень жарко, — добавил он, заставив Шарлотту покраснеть, а Гая рассмеяться.

— Надо действительно что-то очень горячее, чтобы заставить его забыть что-либо, — пошутил Гай, непреднамеренно усугубив тем самым смущение Шарлотты.

Чтобы предотвратить дальнейшие шутки в ее адрес, она опустила глаза и подтолкнула Кейт к воде.

— Минуточку, — сказал Морт, останавливая Шарлотту.

Что он еще собирается мне сказать, подумала она, надеясь, что тот не заметил краску смущения, разлившуюся по се лицу. Обернувшись, она увидела, что Морт снимает рубашку и советует Гаю сделать то же самое. — Затем он проверил карманы и протянул рубашку Шарлотте.

— Постирай ее, — сказал он. — И советую сделать то же самое со своей.

Он бросил быстрый взгляд на грязную форму Шарлотты и у той снова порозовели щеки.

— Да, — быстро ответила она, поспешно повернулась и бросилась вслед за Кейт. Она крепко сжимала рубашку в руках, ее предательское сознание желало, чтобы вместе с рубашкой был и сам Морт.

Прежде чем ступить в воду, Шарлотта выполоскала обе рубашки, затем оглянулась, чтобы убедиться, наблюдают ли за ними мужчины или нет. Мужчины, повернувшись к ним спинами, были заняты приготовлением пищи.

Кейт была уже в воде и подталкивала Шарлотту к тому, чтобы снять брюки и прыгнуть в воду в одном нижнем белье.

— Будь настороже, — крикнул Морт, когда Шарлотта уже барахталась в прозрачной холодной воде. — Смотри, чтобы шимпанзе не устроили тебе шутку.

Шарлотта рассмеялась, подняла вверх руку, давая понять, что она об этом не забыла. Даже на удалении она заметила, как Морт улыбнулся в ответ. Ее сердце страстно стремилось к нему, и в то же время ей не хотелось, чтобы Морт узнал об этих чувствах. Она полагала, что судьба была к ней недостаточно добра. Столкнуть с человеком, который так подходит ей физически… когда она должна думать только о возвращении к Брайену.

К счастью, Кейт начала что-то болтать, отвлекая Шарлотту от горестных мыслей. Они провели в воде почти полчаса, не желая отказываться от удовольствия лениво побарахтаться. Им не хотелось возвращаться в удушающую атмосферу джунглей, где, как они знали, просто стояние на месте вызывает боль в ногах.

Голос Морта нарушил их уединение.

— Эй, вы когда-нибудь вылезете оттуда? Или мне придется подойти и самому вытащить вас?

— Идем, — поспешно отозвалась Шарлотта, опасаясь, что малейшая задержка вынудит его исполнить свою угрозу и помешает ей восстановить чувство собственного достоинства, которое она начала терять в своих глазах.

Когда Шарлотта и Кейт вернулись, обед был уже готов. Обе выглядели вполне сносно. Их рубашки были так мокры, что, пожалуй, не было бы никакой разницы, если бы они искупались не раздеваясь. Но, но крайней мере, они сами выглядели чище и свежее.

Шарлотта уселась, готовая наброситься на еду. Она удивлялась тому, как быстро привыкла к холодной пище и охотно ее поглощала… А, может, она была просто голодна? — спрашивала себя Шарлотта, наблюдая за тем, как Кейт расправляется со свой порцией.

Когда с обедом было покончено, Гай пошел к водоему, а Морт остался на страже.

— Почему Гай выполняет твои приказы? — спросила Шарлотта.

Она заметила, что ни у одного из них нет знаков различия, но приказы всегда отдавал Морт, а Гай безропотно подчинялся. Шарлотте это казалось очень странным.

— Я больше знаю о войне в джунглях, — просто ответил Морт, хотя Шарлотте показалось, что он чуточку заколебался. По каким-то причинам ее вопрос расстроил его.

— Уберите все банки, — потребовал Морт.

Это был один из тех приказов, которые вызывали у Шарлотты улыбку. Очевидно он хотел сменить тему. По каким-то причинам ему не хотелось, чтобы Шарлотта знала его звание… но вполне очевидно, что он привык приказывать.

И то, как он внимательно следил за тем, как они убирают и прячут мусор, только подтверждало теорию Шарлотты. Он присматривал за женщинами, пока они не сделали все и не уселись на одеяле отдохнуть. И только тогда встал и пошел к воде.

Шарлотта наблюдала за его медленными и рассчитанными движениями. Как леопард, подумала она, глядя на его обманчиво ленивую и равнодушную походку. Но она хорошо знала, что все это могло мгновенно измениться, и он тут же превращался в ловкого и сильного воина.

Одно наблюдение за ним давало ей ощущение безопасности. Он был здесь, чтобы присматривать за ней, защищать ее. Она не думала, что в мире есть еще хоть один человек, который бы дал ей такое же чувство.

Может, судьба оказалась и не такой уж неблагосклонной, подумала она, вспомнив недавние тревоги. Если бы она не была суровой к Морту… Она тяжело вздохнула. Увидев, что Гай выходит из воды, отвернулась, предоставив мужчинам ту же возможность, какую недавно дали они им.

Очень странно, думала Шарлотта, что два наемника могут быть такими джентльменами. Непохоже, полагала она, что Морт и Гай получили хорошее воспитание.

— Хочешь еще чаю? — спросила Кейт, проверяя содержимое банки, гревшейся у огня.

— Кружки уже уложены, — ответила Шарлотта, не уверенная в том, что Морту понравится, если они залезут в уже сложенный рюкзак в его отсутствие.

У Кейт не было сомнений, и скоро обе уже сидели с кружками в руках.

Шарлотта задумчиво сделала большой глоток, затем исподтишка обернулась к водоему, чтобы убедиться, что Морт не наблюдает за ними. Она была похожа на школьницу, которая тайно выкуривает сигарету под навесом для велосипедов. Гай уже оделся, мужчины разговаривали, стоя. Морт с неизменным автоматом в руке. Как бы она хотела оказаться на месте оружия, никогда не разлучаться с его телом, чтобы он с ней обращался так же осторожно и нежно.

Сделав еще глоток, Шарлотта посмотрела на остатки грязной коричневой жидкости.

— Ты думаешь, что с Давидом все в порядке? — спросила она без задней мысли и тут же пожалела об этом.

Давид, жених Кейт тоже был доктором и работал где-то в Африке. Он переезжал из одной деревни в другую, туда, где не было постоянных пунктов по оказанию медицинской помощи, и Кейт никогда не знала его местонахождения. За время их тяжелых испытаний Кейт ни разу о нем не вспомнила, наверное, как полагала Шарлотта, слишком боялась говорить о нем или о том, что могло с ним случиться.

Кейт медлила с ответом, и Шарлотта начала ругать себя за необдуманный вопрос. Затем Кейт сделала большой глоток чаю. Шарлотта услышала, как жидкость прошла по горлу подруги.

— Я пытаюсь не думать об этом, — ответила в конце концов Кейт.

— Я тебя понимаю, — грустно вздохнула Шарлотта. Кейт была права. Что толку от дум? Они только приносят боль.

Обе задумчиво замолчали. Мысли Шарлотты вернулись к дому. Пора, наконец, признать, что она убежала в Африку от проблем с Брайеном. Считала, что разрыв облегчит ношу, даст шанс настроиться на перспективу и лучшее будущее. Она пыталась делать все правильно, не досаждать Брайену. И все-таки было такое ощущение, что делала все не так, что только она виновата в том, что Брайен так плохо с ней обращался.

Совсем упав духом, она лишь покачивала головой. Сейчас понимала, что даже если бы и не встретила Морта, бегство от Брайена не принесло ей облегчения. В сущности, все стало еще хуже. Она поняла, сколь ужасной была ее жизнь с Брайеном.

Будучи медицинской сестрой, Шарлотта понимала, что таким людям, как Брайен, неожиданно и трагично ставшими немощными, потребуется немало времени, чтобы свыкнуться со своей инвалидностью. Но от того, что знала это, переносить жестокость Брайена было не легче. Если бы она любила его! Но этого не было. Не любил ее и Брайен. Шарлотта была уверена, что Брайен не разрывал помолвку только из-за боязни, что больше он никому будет не нужен.

— Если только, — неосознанно заговорила Шарлотта вслух. Если только Брайен, наконец, признает реальность своего положения. Если бы только она могла уйти к Морту.

— Зачем тебе надо возвращаться? — неожиданно спросила Кейт, чем сильно напутала Шарлотту, которой показалось, что все свои мысли она высказала вслух.

— Что ты имеешь в виду? — переспросила Шарлотта.

За время пребывания в джунглях Кейт стала очень близка Шарлотте. Они делились друг с другом надеждами и страхами, Шарлотта рассказала Кейт все о Брайене.

— Почему бы тебе не остаться с Мортом? — предложила Кейт, давая тем самым понять подруге, что она не упустила ни один мимолетный взгляд, брошенный Шарлоттой в сторону Морта.

— Потому что я помолвлена с Брайеном, — резко ответила Шарлотта, раздосадованная тем, что Кейт вообще осмелилась соваться с подобным предложением.

— Послушай, — умоляюще вытянула Кейт руку, — окажи себе… и Брайену услугу. Ты ему не поможешь. Неужели ты думаешь, что можешь сделать его счастливым?

Шарлотта удивленно уставилась на нее, а Кейт продолжала:

— Ты жалеешь Брайена. Я могу это понять. Но мы обе хорошо знаем, что он хочет на тебе жениться только из-за жалости к себе. Со временем он изменится. Если кто-то сумеет раскрыть ему весь ужас его образа жизни. Подыгрывая ему и отвлекая его от реальной жизни, ты оказываешь плохую услугу.

— Ты не понимаешь, — взорвалась Шарлотта.

Кейт знает ее. Но она никогда не знала Брайена. Она не видела, как этот здоровый, атлетически сложенный мужчина превратился в жалкую фигуру в инвалидной коляске.

— Я понимаю достаточно, чтобы знать, как вы испортите жизнь друг другу… пока один из вас не образумится.

— Нет!.. — крикнула Шарлотта. — Брайен изменится. Но если ему помочь. Если я разорву помолвку, это отбросит его назад, дальше в депрессию.

Она не поступит, не сможет поступить с ним таким образом. И неважно, что думает или говорит Кейт.

— Что-нибудь случилось, леди?

Голос Морта заставил Шарлотту замолчать. Она подняла глаза и увидела Морта, склонившегося над ней с рубашкой в руках.

— Можно это снять? — спросил он, не дождавшись ответа, и показывая на забинтованное Шарлоттой плечо. — Вся повязка промокла, — подчеркнул он, с любопытством поглядывая на Шарлотту.

— О… ну, конечно же, — пробормотала Шарлотта, надеясь, что он не слишком многое услышал из ее спора с Кейт.

— Я наложу другую, — сказала она, доставая из рюкзака Морта пакет первой помощи. — Подойди сюда, — приказала она, направляясь туда, где лежали несколько огромных валунов. Она указала Морту, где сесть и начала искать в пакете нужный перевязочный материал.

Несколько мгновений она смотрела на перевязанную спину Морта. Она действительно не хотела к нему прикасаться. Но знала, что иного выхода нет. И тогда ухватилась за конец повязки и резко, одним рывком оторвала ее от кожи.

— Да ты настоящая садистка, Шатти, — процедил Морт.

— Заткнись. Это не больно, — ответила она, подумав, что он причинил ей более сильную боль, чем она ему. А затем внесла коррективы: она причиняет боль себе сама.

Рана, кажется, зарастала неплохо.

— Ты выживешь, — дерзко бросила Шарлотта, обрадованная тем, что лечение оказалось успешным. Раны на его теле постепенно исчезали. — Бьюсь об заклад, что в темноте ты расцветаешь, — сказала она, нежно рассматривая ярко оранжевые и желтые тона, окружающие рапу.

— Почему бы нам не договориться о встрече, чтобы это выяснить? — повернул он голову, чтобы взглянуть на Шарлотту. — Завтра ночью в Бойгани?

Мурашки побежали по спине Шарлотты. Она не могла поднять взор и встретиться с его глазами, увидеть в них нежную теплоту и найти силы сказать нет.

Не дождавшись ответа, Морт отвернулся и молчал, пока Шарлотта не закончила перевязку и не закрыла пакет первой помощи. Затем склонился над ней.

— Я ненадолго вернусь в Англию, — сказал он, приводя Шарлотту в полное замешательство. — Мои намерения чисты. Я не намерен оставаться в Бойгани даже на одну ночь, — продолжал он, накрывая руку Шарлотты своей.

Случайно она выронила пинцет и обрадовалась, что сейчас может высвободить свою руку, прикосновение к которой Морта пронзило се всю иголками.

— Где ты живешь, Шатти?

Шарлотта застенчиво пожала плечами. Зачем он это делает? Разве он не понимает, что она не желает иметь с ним ничего общего?

— Зачем тебе это надо? — спросила она, чувствуя, как его глаза пронизывают ее тело и она начинает терять голову.

— Потому что ты мне небезразлична, Шатти. Я должен позаботиться о тебе. — Он взял ее за плечо и повернул к себе лицом. — И не спрашивай никаких объяснений. Я не могу их дать… по крайней мере, сейчас. Но…

— Пожалуйста, ничего больше не говори, — взмолилась Шарлотта.

Заботиться о тебе. Но не любить тебя. Не испытывать к тебе интереса! Почему это так ее беспокоит? В нынешнем положении это самое лучшее.

— Ты это тоже чувствуешь, Шатти. Я уверен, что так оно и есть, — продолжал Морт, словно Шарлотта ничего и не говорила.

Да. Конечно, она может почувствовать, увидеть, прикоснуться, когда он так близок. Но допустить этого не может.

— Я найду тебя, Шатти.

Его руки мягко гладили ее плечи. Шарлотта боролась со жгучим желанием прижаться щекой к пальцам его руки. Его глаза горели, как и ее кожа. О да, она беспокоится о Морте. Она также любит его, но не должна!

— Пожалуйста, Морт, — взмолилась она, стараясь сохранить голос ровным, — убери руки.

Он покачал головой и растянул рот в победной улыбке.

— Нет, Шатти. Мне нравится прикасаться к тебе.

Шарлотта проглотила слюну. Ей казалось, что не румянец покрывает ее щеки, а кровь заливает лицо. Как она может противостоять такому мужчине? Он превосходит ее психически и физически и доказывает это с каждой последующей секундой.

— Я знаю, Шатти, что ты чувствуешь, — продолжал Морт, доказывая, что она была права, когда вообразила, что он видит ее насквозь. — Скажи мне, что ты ничего ко мне не чувствуешь, и я оставлю тебя в покое.

Скажи ему… скажи, старалась она убедить застывшие губы. Но голос отказывался лгать, сформировать слова, которые оказались бы абсолютной неправдой. Она постаралась сбросить с плеч его руки.

— Прекрати это, — только и смогла сказать.

— Почему? — спросил Морт, не желая убирать руки.

Шарлотта открыла рот, чтобы пробормотать очередной протест, но Морт отрицательно покачал головой и, приложив палец к ее губам, заставил замолчать.

— Я знаю, ты борешься со своими чувствами ко мне. Почему, не знаю… но я это выясню. А затем, что бы это ни было, с этим надо покончить. Я не сдаюсь. Я привык бороться, Шатти, и побеждать. Я никогда не мирюсь с поражением.

Палец у губ Шарлотты странно воздействовал на нее. Никогда не сдаюсь! Уж это ей известно. И кто в состоянии победить его? Разумеется, не Брайен!

О, нет… нет! Все зашло слишком далеко. Чувствуя, что от собственной вины у нее кружится голова, Шарлотта собрала все силы.

— Прекрати, — потребовала она, беря себя в руки скорее из-за того, что Кейт и Гай могут их услышать.

Неожиданно Морт повиновался, но его улыбка говорила о том, что эта покорность не означает поражения.

— Не обманывай себя, Шатти. Не отказывай себе в чувствах.

Шарлотта рассвирепела от мужской самоуверенности.

— Дома есть человек, который меня ждет, — быстро сообщила она, надеясь таким образом избавиться от Морта.

Но тот лишь рассмеялся.

— Должно быть, он не много для тебя значит, иначе ты бы не бросила его и не сбежала в это отвратное место. И не захотела бы смотреть на другого мужчину.

— Не обольщайся, — прошипела Шарлотта, ненавидя себя за то, что вынуждена говорить так с Мортом. Все, что он говорит, правда, и она не хочет смотреть на другого мужчину… кроме Морта.

Морт обеспокоено нахмурился.

— Не обижайся, — сказал он, накрывая ее руки и глубоко заглядывая в ее глаза. — Это не приносит боли, Шатти. Помнишь, как я поцеловал тебя? — Он многозначительно помолчал. — Вспомни, что ты почувствовала? Вспомни, Шатти. Было безболезненно. Это было прекрасно и поцелуй тебе понравился так же, как и мне… Разве не так?

Шарлотта не могла дать ответа. Он снова загнал ее в угол. Она не могла отвечать, зная, что он прав, и он сам знал это.

— Я не отдам тебя без борьбы, — настаивал Морт. — Если я не убедил тебя сейчас, приеду к тебе. Если не скажешь, где найти, я воспользуюсь другими источниками, — многозначительно посмотрел он на эмблемы на ее рубашке.

Шарлотту охватила паника. Они не сделают этого. Красный Крест не дает адреса случайным людям. Не дает? Уверенность покинула ее. Морт может быть очень убедительным.

— Они тебе ничего не скажут, — отпарировала она, пытаясь убедить и себя и Морта.

— Они мне скажут, — уверенно ответил он. Шарлотта знала, что если Морт захочет ее найти, его ничто не сможет остановить.

Морт опустил руки на плечи Шарлотты и привлек ее к себе, пока их лица не сблизились.

— Ты ведь не собираешься улизнуть от меня, моя маленькая прекрасная принцесса джунглей.

Его глаза, такие близкие, волновали кровь.

— Пожалуйста, не целуй меня, — молила она, боясь, что он намеревается это сделать. — Не надо… не на глазах у других.

Она использовала первый предлог, пришедший ей в голову. Сказать правду ему не могла. Не могла сказать, что его поцелуй забирает у нее все силы. Не могла также сказать, что не испытывает к нему никаких чувств. Лгать еще не научилась. Но и признаться, что он прав, не могла. Не могла, ибо безнадежно его любила. Ничего не хотелось говорить и о Брайене. Услышав о нем правду, Морт стал бы жалеть ее, а этого она не хотела услышать ни от кого… особенно от Морта.

Кажется, ответ удовлетворил Морта. На его лице заиграла улыбка победы, заставив Шарлотту задуматься о том, что такого она сказала.

— Мне следует побриться, прежде чем тебя целовать, — ответил он, поглаживая щетину на подбородке.

Внутри у нее все замерло. Его чувства, словно осязаемой нитью притягивали Шарлотту. Она была уверена, что нечто похожее происходит и с Мортом. Она могла не произносить слов, каких ему хотелось услышать, но не могла оставаться равнодушной, когда он к ней прикасался.

Морт первым пришел в себя.

— Собери вещи, — скомандовал он. — У меня есть неотложная работа.

Полный смысл его слов не дошел до Шарлотты. Она поняла их только тогда, когда они вернулись к своим спутникам, и Морт начал сбривать щетину со своего подбородка.

Глава 6

Огромный серебряный шар луны висел в багряном небе, заливая своим светом поляну. Ниспадающий с застывших камней поток разбрасывал брызги, которые в лунном свете блестели, как бриллианты.

Шарлотта лежала на спине, глядя на луну и звезды, всматривалась в темные тени, которые, казалось, двигались и росли на ее глазах. Слева лежала спящая Кейт, а чуть дальше от нее Гай.

Шарлотта не спала. Она не могла заснуть, и вовсе не из-за холода, который охватывал ее тело. В голове роились вопросы, на которые не было ответа. Что она намерена делать, когда они доберутся до Бойгани? — этот вопрос был для нее самым значительным. Недавняя тирада Кейт заставила ее задуматься. Была ли она честна по отношению к Брайену? Она согласилась на помолвку только из-за жалости к нему. Но как сказать ему, что между ними все кончено?

Скажет она это Брайену или нет, в конце концов, не столь важно. А вот что делать с Мортом? Он не из тех мужчин, которые отказываются от того, чего хотят. Ничто не остановит его на своем пути, потому что он не допустит на нем никаких помех. Но хватит ли сил у нее, чтобы остановить его? Сможет ли она оттолкнуть его, если окажется в объятиях Морта?

Нет! — взбунтовалась она. Надо оттолкнуть Морта, прежде чем он ее обнимет. Когда попадет в его руки, будет поздно. Но в глубине души она сознавала, что не хочет его отталкивать и никакими аргументами ей не сломить своих чувств.

Пытаясь избавиться от мыслей о Морте, она вздохнула и начала считать звезды. Но это не помогло. Она продолжала думать о том, что неестественно любить человека, которого так мало знаешь. Постаралась суммировать свои знания о нем: англичанин, наемник, по имени Морт, хотя одному Богу известно, каково его настоящее имя и, наконец, она его любит. В это невозможно поверить, но ей придется смириться с такой правдой. Она еще ни к кому не питала таких чувств.

Глубоко вздохнув, повернулась на бок. Может быть, это реакция на Морта, такого здорового и Брайена такого… Нет! Нет! Шарлотта не могла заставить себя довести мысль до конца. Она признавала, что Морт был первым мужчиной, который смотрел на нее страстными глазами в течение долгого времени… слишком долгого. И вполне естественно, что она отреагировала на это. Она еще достаточно женственна, чтобы понравиться мужчине.

Нет, не просто мужчине, а Морту, только Морту, с грустью призналась себе.

Поблизости послышались мягкие шаги, и Шарлотта увидела приближающегося Морта. Он присел на корточки, мягко дотронулся до руки Гая, который мгновенно проснулся. Без колебаний Гай вскочил на ноги, потянулся, подхватил лежавший возле него автомат, прошептал несколько слов Морту и отправился нести вахту в течение оставшихся до рассвета часов.

Морт улегся на одеяло рядом с Шарлоттой. Она сразу же ощутила теплоту его тела, а осознав, что он лежит ближе, чем Гай, вновь начала поддаваться панике. Не в силах унять дрожь, она озабоченно взглянула на него как раз в то время, когда он натягивал одеяло на ее голову.

— Что ты делаешь? — удивленно пропищала она.

— Тебе холодно, я пытаюсь тебя согреть.

— Мне совсем не холодно, — резко ответила она, заметив, как улыбка тронула его губы.

— Ш-ш-ш… — предупредил он.

Затем он накрыл рукой ее лицо. В голове Шарлотты зазвенели тревожные колокольчики, их звук исчез за горизонтом, когда губы Морта мягко прикоснулись к ее рту.

Широко раскрытыми в изумлении глазами Шарлотта видела лишь темную тень его лица. И хотя она боялась именно такой ситуации, неожиданность случившегося больше ее не ошеломляла.

Волна желания охватила ее тело, а самым важным стал только этот момент. Ничего больше не существовало: ни войны, ни диких зверей, ни Брайена!

Стон проскользнул между их губами, когда она попыталась обнять Морта и обнаружила, что ее руки, как у пленника, туго стянуты одеялом, и она не в состоянии ими двигать.

Рука Морта еще туже обвилась вокруг. Шарлотта изогнулась, еще раз попытавшись освободить себя от одеяла и желая удержать его при себе. Она снова простонала, на этот раз с нетерпением.

Бесшумно вздохнув, Морт отодвинулся. Сбросил с себя одеяло и накрыл рукой рот Шарлотты. Шарлотта ничего не слышала, но тем не менее застыла, зная, что именно этого Морт ждет от нее. Затем до нее донеслись мягкие шаги приближающегося Гая, и Шарлотта в очередной раз удивилась тому, как Морт мог услышать их, будучи под одеялом.

— Морт, — позвал Гай хриплым шепотом.

Она ощутила, как Морт повернул голову и ответил сонным голосом:

— Да?

— Ты что-нибудь слышишь? — спросил Гай.

— Нет…. А что это может быть?

— Возможно, зверь.

— Нет, — уверенно ответил Морт. — Здесь никого нет. Может, прошел мимо.

— Возможно.

Гай отошел. В течение нескольких минут Морт лежал неподвижно и молчал. Шарлотте показалось, что он заснул. Принесло ли ей это облегчение или разочарование, она не знала.

Затем голова Морта снова скрылась под одеялом. Он взял ее лицо в свои руки и поцеловал. Короткий поцелуй разочаровал ее.

— Ты создаешь много шума, — прошептал он мягким осуждающим голосом. — А теперь спать, — добавил настойчиво, поцеловав кончик ее носа.

Шарлотта уставилась на его темный силуэт.

— Я не могла заснуть и до этого! Как могу это сделать сейчас?

— Спи, — повторил Морт, положив руку на ее талию, а голову ближе к ее плечу.

Скинув одеяло с головы, Шарлотта разглядывала его спокойные черты. Ей так хотелось прикоснуться к нему рукой и пальцем провести по щеке. Обнять его и целовать. Снова попыталась высвободить руки из-под туго завернутого вокруг нее одеяла, но безуспешно.

Неожиданно Шарлотте пришло в голову, что ведь это последняя их ночь в джунглях… ее последний шанс побыть вместе с Мортом. В отчаянной попытке она вновь попыталась выскользнуть из одеяла.

— Спи, — настойчиво проговорил Морт, не открывая глаз. Улыбка, тронувшая его губы подтверждала, что он знает, что и зачем она пытается сделать.

Шарлотта проснулась от дневного света и шумной возни обезьяны где-то поблизости. Морт и Кейт все еще спали. Гай сидел возле водоема. Она захотела встать, но одеяло все еще туго удерживало ее. Если она попытается освободиться, то разбудит Морта, а если позовет на помощь Гая, тот увидит, что рука Морта даже во сне все еще крепко обнимает ее. Поэтому она лежала, вглядываясь в чистое голубое небо и думала о том, что принесет им наступающий день.

Стоит ли ей прислушаться к Кейт и остаться с Мортом. Как бы ей этого хотелось! Но как можно так легко устранить Брайена?

К счастью, Морт скоро зашевелился и необходимость двигаться унесла прочь ее беспокойные мысли.

В ожидании завтрака Шарлотта не отрывала глаз от Морта, печаль застилала ее глаза, как облако. Последний день. До наступления ночи они могут дойти уже до Бойгани. И что тогда? Проведет ли она там несколько дней в ожидании транспорта? И если да, то будет ли Морт вместе с ней? А, может, она сядет в самолет и оставит его там еще до наступления ночи?

А что станется с ним, если она его покинет? Он уверял Шарлотту, что может вернуться в Англию, но ведь не знает этого наверняка и сам. Ему неизвестно, сколько продлится эта война. Все может оказаться хуже, прежде чем стать лучше. Его могут убить! Мысль была невыносима, но Шарлотта ничего не могла поделать, чтобы отмахнуться от нее. Несчастье, которое может с ним произойти, наполнило Шарлотту ужасом.

Нуждаясь в каких-то успокоительных действиях, Шарлотта подошла к Гаю.

— Как вы можете жить таким образом? — спросила она его в надежде разузнать кое-что о Морте.

— Что ты имеешь в виду? — подозрительно взглянул на нее Гай.

— Ведь вас могут убить еще до наступления рассвета.

— Вас тоже.

— Не увиливай, — раздраженно оборвала она его. — Ты знаешь, что я имела в виду. Как вы могли избрать жизнь, в которой убийства и возможность быть убитым — повседневная действительность?

— Мы не стреляем в людей с первого взгляда, — отпарировал он.

Оба задумчиво замолчали на несколько минут. Шарлотта пыталась восстановить равновесие. Она не хотела судить Гая слишком строго. Поступив так, она осудила бы и Морта, а ей не верилось, что тот способен на что-то дурное.

Если бы они приоткрылись чуть больше, подумала она, сознавая, что этого не произойдет. Могли бы назвать настоящие имена. Но ни один из них не хотел сказать больше того, что она уже знала. Несмотря на это, она не собиралась сдаваться.

— Вы не похожи на наемников, какими я их себе представляла.

— В самом деле!.. — удивленно рассмеялся Гай. — И как ты себе воображала наемника? С двумя головами?

В раздумьи Шарлотта поджала губы, игнорируя его издевку. Разговор на интересующую ее тему далеко не продвинулся. Если его продолжить, то можно извлечь что-нибудь еще.

— Я не знаю. Крутым. Грубым. В любом случае не очень приятным.

— Хм, — задумчиво промычал Гай, и Шарлотта поняла, что он не воспринимает ее всерьез. — Ты полагала, что нас можно взбесить, не так ли?

— Разумеется, нет! — ответила она, сдерживая вздох раздражения. — Есть нечто такое, что меня изумляет. Но не спрашивай меня, что это.

— Завтрак готов, — заявил Гай, словно она ничего до этого не говорила. Затем поднялся и ушел, не сомневаясь, что положил Шарлотту на обе лопатки.

Когда с завтраком было покончено, все закрутилось слишком быстро для Шарлотты. Каждый стремился побыстрее упаковать вещи и двинуться в путь. Конец путешествия был близок и всех охватил небывалый энтузиазм. Только не Шарлотту. Она предпочла бы провести остаток своей жизни в странствиях по джунглям, но только вместе с Мортом, а не покидать его.

Все бросили прощальный взгляд на место, которое покидали, и где, как каждому казалось, провели ночь, словно в раю. Только не Шарлотта. Взглянув еще раз на Морта, она поняла, что тот, как обычно, проверяет, не осталась ли какая-нибудь мелочь, указывающая на то, что здесь кто-то ночевал.

Шарлотта вздохнула. В ранних лучах утреннего солнца водоем выглядел маняще, ей захотелось окунуться в его хрустальную глубину, принять последнюю ванну в Эдемском саду.

— Готово, — провозгласил Морт, и они начали последний отрезок своего пути в той же самой цепочке, что и в предыдущие дни.

Солнце уже грело так, как обычно греет в летние дни. Рубашка Шарлотты быстро стала влажной. Она посмотрела на спину Морта. Никаких следов, но и у него они скоро появятся. Она вспомнила о поцелуе, которым они обменялись под одеялом и в который уже раз задалась вопросом, как оставит его одного в Бойгани?

В голове Шарлотты ничего еще не прояснилось, когда неожиданно Морт вытащил бутылку с водой и пустил ее по кругу.

— Еще полчаса и конец пути, — сказал он.

Шарлотта взглянула на него. Ее голубые глаза отражали все горе, которое разрывало сердце на части. Еще не наступил и полдень, а они почти уже на месте, в конце пути, на грани разлуки.

— Разумеется, если допустить, что Бойгани не в руках партизан, — продолжал Морт. — Это возможно, и у нас есть лишь один способ, чтобы это выяснить, — окинул он взглядом Шарлотту и Кейт. — Вы обе на счастье скрестите пальцы, — одобрил он их и отпил воды.

Комок подступил к ее горлу. Время истекало.

— Тогда идем, — приказал Морт, пристегивая бутылку к ремню. — Пора с этим кончать.

Шарлотта потащилась за ним, каждый новый шаг давался ей труднее предыдущего. Она не хотела с этим кончать. В какое-то мгновение она подумала в полунадежде, что партизаны захватили резиденцию, и они не смогут попасть в Бойгани. Затем спохватилась, упрекнув себя за глупость: ведь если Бойгани в руках бандитов, может произойти непоправимое.

Шарлотте показалось, что они шли не больше пяти минут, когда Морт снова остановился.

— Я схожу на разведку, — сказал он, отстегивая бутылку с водой и протягивая ее Гаю. — На тридцать минут. Если не вернусь, поведешь их на юг, — закончил он и взглянул на часы.

Гай посмотрел на свои.

— Хорошо, — ответил он без тени беспокойства.

Слова и действия Морта медленно овладевали сознанием Шарлотты. Дыхание замерло в ее легких. В молчаливой тревоге она наблюдала, как Морт исчезал в зелени. Она не могла говорить, не могла рассказать ему о своих настоящих чувствах. Она никогда не говорила Морту, что любит его, а сейчас, если он не вернется, Гай получил приказ вести их с Кейт на юг, один Бог знает, куда. Морт даже отдал им собственный запас воды на случай, если она им понадобится.

Ее зубы так сильно впились в нижнюю губу, что она почувствовала вкус крови. Она с тревогой посмотрела в спокойное лицо Гая.

— Ты пойдешь на это? Если Морт не вернется, ты уйдешь, не попытавшись найти его?

Она увидела, как дернулось горло Гая, когда он сглотнул слюну, прежде чем уверенно ответить.

— Да. Если Морт не вернется, искать будет нечего, — добавил он.

Последние слова Гай произнес с легкой заминкой.

Шарлотта молилась. Собрав все свои силы, столь необходимые в этот ужасный момент, она молча вглядывалась в заросли, среди которых исчез Морт и молилась, молилась. Она взглянула на Кейт словно на свое собственное отражение: лицо, охваченное горем, закрытые в молчаливой мольбе глаза. И в который уже раз Шарлотта осознала, что она не единственная, у кого есть проблемы. Кейт думала о Давиде, и когда они доберутся до Бойгани… если это случится вообще… Кейт сможет, наконец, выяснить, жив ли ее жених. А, может быть, незнание лучше правды.

— Сколько прошло времени? — спросила Шарлотта, снова вглядываясь в кусты.

— Десять минут, — ответил Гай, посмотрев на часы.

Десять минут! А, кажется, прошла вечность. Она напрягла слух, пытаясь что-нибудь уловить сквозь усиливающийся гомон семейства шимпанзе, которые начали шуметь еще больше, как только путники остановились в молчаливом ожидании.

После очередной вечности Шарлотта снова обернулась к Гаю.

— Пятнадцать, — ответил он, не ожидая ее вопроса.

Вернись! Вернись! Шарлотта молила молча, тугой узел болезненно стягивался вокруг ее живота, она чувствовала себя больной. Ноги онемели, и она боялась, что если Морт не вернется, ей не хватит сил, чтобы сдвинуться и покинуть это проклятое место.

Неожиданно появился Морт. Он осторожно раздвигал руками ветви и двигался так тихо, что Шарлотта вообразила, что они окружены бандитами.

Но его слова развеяли панику, а улыбка разогнала страх.

— Все в порядке. Я заглянул в “Хилтон” и заказал две горячие ванны, — пошутил он.

Пыльные улицы Бойгани выглядели необычно пустыми средь белого дня. Они заметили несколько человек, куда-то направлявшихся в большой спешке, несмотря на жару. Возле некоторых деревянных лачуг, протянувшихся вдоль главной улицы, играли дети. При приближении Морта и Гая, родители быстро загнали их домой.

Шарлотта предположила, что до них по улице проходили солдаты и теперь жители боятся их.

— Ты знаешь, где находится госпиталь? — спросил Морт, обшаривая глазами дома по обеим сторонам пустынной улицы, осматривая каждую дверь и каждое окно, мимо которых они проходили.

— Нет, — ответила Шарлотта.

— Думаю, где-то в конце, — сказала Кейт, показав в том направлении, куда они шли.

Скоро подошли к миссии. Увидев Шарлотту и Кейт, из здания выбежали сестры, чтобы их поприветствовать. Они уже слышали о Тамбе и школе и думали, что там никого не осталось в живых. Обрадованные сестры настойчиво предлагали путникам еду, и, несмотря на решительные возражения Морта, не сдавались.

— Нектар! — с чувством воскликнула Шарлотта, глядя на остатки яичницы с беконом и чашку чая, который не только выглядел превосходно, но и был очень вкусным. Все продукты сестры производили сами на маленькой ферме.

— Ты хочешь сказать, что тебе не нравилась моя пища? — спросил Морт с притворной строгостью прищурив глаза.

— Ну, как тебе сказать… — подчеркивая слова, с улыбкой ответила она. — Раз уж ты спрашиваешь…

— Неблагодарная мадам, — значительно напомнил он.

Тепло разлилось по щекам Шарлотты, так как она вспомнила, как однажды Морт обозвал ее “бессовестной мадам”. Они встретились глазами, и она поняла, что он подумал о том же. Ее охватили прекрасные воспоминания, она снова была в его объятиях, любила… и теперь покидала его!

Ее поглотила печаль, она разволновалась и замолчала.

Покинув миссию, они скоро добрались до госпиталя. Когда Шарлотта увидела пыльное белое деревянное здание, которое выглядело так же, как и то, что было в Тамбе, у нее на глаза навернулись слезы.

Может, это были слезы облегчения? Путешествие закончилось, и они все благополучно добрались до места назначения. Не потому ли она плакала? Шарлотта в этом сомневалась!

Она повернулась к Морту, словно хотела просить его вернуться с ней в джунгли. Но в это время в дверях показался доктор и вернул Шарлотту к действительности.

— Мы из Тамбы, — сообщила ему Кейт голосом, ломающимся от волнения, которое носила в себе в последние дни.

Шарлотта, удивленная тем, что Морт позволил Кейт заговорить первой, повернулась к нему. Но тут же убедилась, что тот ничего не теряет из вида. Он смотрел на нее, и в его глазах отражалась точно такая же опустошенность, как и у нее.

Овладев собой, Морт повернулся к доктору.

— В живых мы нашли только их двоих. Другие были убиты или сбежали.

Шарлотта сосредоточила взгляд на докторе. Она не могла говорить. Если бы она заговорила, слезы, текущие по щекам, могли превратиться в поток. Их путешествие подошло к концу, но это не принесло ей облегчения. Это означало потерю Морта, которая ранила ее больше. Намного больше, чем боль в конечностях, неприятности от грязного тела и страх перед возможным появлением бандитов.

— Мы думали, вы все погибли, — сказал доктор, глядя на них с недоверием, и осматривая каждого в отдельности.

— Почти, — ответила Кейт, повернувшись к Морту и Гаю. — И если этого не случилось, то благодаря… — зарыдала она, не в силах закончить свою мысль.

Доктор обнял ее и спросил:

— Кто из вас Кейт?

Шарлотта кивнула в сторону Кейт.

— Идемте со мной, — пригласил он всех в помещение.

Затем взял Кейт за руку и повел ее по коридору к последней палате, попросив остальных подождать его. Открыв палату, он оставил Кейт в дверях.

Нахмурив брови, Шарлотта наблюдала за Кейт. А та словно онемела, смотрела через открытую дверь, не веря тому, что видит, что остановило ее рыдания.

— Давид! — воскликнула она, наконец, прежде чем тот подскочил к двери и схватил ее в свои объятия. Шарлотта закусила губу, чтобы сдержать собственные чувства.

Представившись Шарлотте и двум солдатам, доктор Алан Маркхэм провел их в комнату для отдыха. Предложив Шарлотте лимонад, а мужчинам холодное пиво, он поделился с ними последней информацией.

Партизаны прошли через Бойгани два дня назад, не нанеся поселку большого ущерба. Они украли припасы и это было самое худшее, что они натворили.

Да, это они могут, подумала Шарлотта, вспомнив, как те очистили Тамбу и убили Дона.

Сильные бои начались дальше к северу, но сейчас и они затихают. Бандиты, понеся большие потери и не найдя поддержки, на которую рассчитывали, начинают сдаваться.

Морт и Гай внимательно слушали. Шарлотта невольно прислушивалась к их разговору. Ее волнение все возрастало. Она просто мечтала о том, чтобы все побыстрее закончилось, и они с Мортом могли бы выбраться отсюда. Сердце ее билось в тревоге. Она прекрасно понимала, что если оставить его здесь, а иначе и быть не может, то никогда не узнает, находится он в безопасности или нет. Покинув Африку, она не узнает, сможет ли он сам выбраться отсюда. Если только война закончится немедленно, и она своими глазами увидит, как он уезжает.

Дверь открылась, пропустив в комнату Кейт и Давида. Сорвавшись с места, Шарлотта обвила руками Давида.

— Они убили Дона, — сообщила она, всхлипывая.

— Я знаю… знаю… — сказал он, успокаивающе гладя ее голову. — Я думал, вы все мертвы. Мы с Нэтом искали вас. Там все разрушено. В госпиталь было прямое попадание. Я считал, что вы все под развалинами.

— О, Давид, — расплакалась Шарлотта.

Она плакала обо всем сразу: о Давиде, который считал Кейт мертвой; о Кейт, ничего не знавшей о судьбе Давида; о себе и Кейт, которые могли умереть, если бы остались в госпитале; о Морте и Гае, которым придется остаться в этом отвратном месте; но больше всего о Морте, о всем том, что они могли бы разделить вместе, но так и не сумели.

Давид еще крепче сжал в объятиях Шарлотту и Кейт.

— Спасибо вам обоим, — с чувством в голосе поблагодарил он Морта и Гая.

Восприняв это, как ключ к началу серьезного разговора, Морт поднялся.

— Ожидаете ли вы какие-нибудь самолеты?

О, нет! — подумала Шарлотта, ощущая, как холод охватывает ее тело.

— Да, — подтвердил Алан Маркхэм. — Вечером должен прибыть транспортный самолет.

— Может он взять на борт женщин? — спросил Морт.

Изумленные Кейт и Шарлотта смотрели друг на друга широко раскрытыми глазами.

Нет, хотелось крикнуть Шарлотте. Не так быстро!

— Я остаюсь здесь, — без колебаний заявила Кейт.

— Ты должна воспользоваться шансом, Кейт, пока он есть, — сказал Морт, посмотрев на Давида, ища у него поддержки.

— Если остается Давид, я тоже, — решительно заявила Кейт. — Я не могу снова оставить его одного.

— Ты полетишь, Шатти? — Вопрос Морта прозвучал, как приказ, которому Шарлотта не могла противиться. Она полетит, потому что Морт ее заставит, и потому, что должна лететь. Но даже если бы пули свистели над головой, ее сердце все равно не хотело бы покидать его. Подобно Кейт, Шарлотта желала быть с мужчиной, которого любит. Но Морт не останется в госпитале. Он намерен вернуться в дикие джунгли и не сможет взять ее с собой.

— Мы должны поговорить, — сказал Давид, освобождая Шарлотту и подталкивая Кейт к двери.

Алан Маркхэм пошел с ними, заявив Давиду, что подежурит вместо него, предоставляя тем самым ему возможность побыть с Кейт.

Вздохнув, Шарлотта посмотрела на Морта. А он на нее. Комната стала молчаливой и гнетущей от невысказанных слов.

— Я выйду покурю, — сказал Гай, поднимаясь и направляясь к двери.

— Я не знала, что он курит, — заметила Шарлотта, вспомнив, что никогда не видела Гая с сигаретой во рту.

— Он не курит, — ответил Морт, еще более удивляя Шарлотту. — Мы провели вместе много времени.

Счастливый Гай, думала Шарлотта. Она провела вместе с Мортом считанные минуты и теперь не находила нужных слов, все казались бессмысленными и пустыми.

— Ты полетишь… не так ли?

Неожиданно для нее голос Морта прозвучал неопределенно, что показалось ей странным для человека, всегда уверенного в себе.

Шарлотта слабо усмехнулась.

— Да, — ответила она, — я полечу.

Она встретила его взгляд, переполненный чувствами, в которых не могла разобраться. Была ли это любовь? Нет, поспешно ответила сама себе. Она слишком возбуждена и видит вещи такими, какими хочет.

В комнате надолго воцарилось молчание, их взгляды скрестились не в силах разорваться.

И тут Морт раскрыл объятия.

— Шатти, — произнес он хриплым от волнения голосом.

Второго приглашения не понадобилось. Шарлотта бросилась вперед, прижалась к нему, его руки крепко обвились вокруг ее тела.

Она обняла его талию, намертво ухватившись за рубашку. Для ласки времени не было, их губы быстро, в соответствие с ситуацией, слились воедино. Шарлотта еще сильнее уцепилась за его рубашку, надеясь, что таким образом он заговорит и она услышит желанные слова.

Если бы только он мог поговорить с ней, переложить любовь в слова, у нее тогда хватило бы сил покончить с фарсом помолвки.

Но Морт молчал. Его поцелуй становился все крепче, жар растекался по телу Шарлотты, а в голове звучало одно имя. Морт! В этот миг она забыла, что не знает его настоящего имени, и что этот человек, которого она любила всем сердцем, до сих пор ей неизвестен.

Неожиданно она отстранилась.

— Не сажай меня в этот самолет. Пожалуйста, не отправляй меня. Я не хочу оставлять тебя. Пожалуйста, Морт! Пожалуйста! — умоляла она, беспомощно вглядываясь в его глаза.

Морт откинул голову и посмотрел на нее сверху вниз. Его проникающий взгляд подавлял се. Еще до того, как он заговорил, она поняла, что у нее нет никаких надежд.

— Ты должна ехать, Шатти. Другого такого случая может и не быть. Я хочу, чтобы ты уехала. И чем скорее это сделаешь, тем быстрее я вернусь к работе и выберусь отсюда.

Шарлотта тяжело сглотнула и прикусила губу. Вернуться к работе! Какой работе? Убивать, если повезет. А если нет, то быть убитым.

— Брось все это, — умоляла она. — Откажись от всего, что ты должен делать и поедем со мной.

Глаза Морта потемнели, мускулы рук напряглись.

— Нет, — взволнованно ответил он, и Шарлотта поняла глупость своей просьбы. Морт не был трусом. Он не повернется и не сбежит, когда обостряется ситуация.

— Я молю тебя лишь об одном — жди меня, — продолжал он.

Шарлотта заметила, как в его глазах нарастает уязвленная мужская гордость и была готова тут же принести свои извинения. Она не намеревалась умалять его мужское достоинство. Пыталась лишь защитить его. Но Морт меньше всего нуждался в защите женщины.

— Просто жди меня, — повторил он.

Шарлотта почти согласилась, но быстро опомнилась, осознав истинное положение вещей.

— Это невозможно, — вяло ответила она.

— Почему нет? — требовательно спросил он, крепко сжав ее руки.

— Потому что я помолвлена. — Не в силах взглянуть ему в глаза, добавила: — Я собираюсь замуж по возвращении домой.

Это была ложь, но необходимая в ее положении. Она не могла рассказать Морту всю правду и тем самым вызвать у него жалость.

Но желаемого эффекта не получилось. Притянув ее к себе, Морт с облегчением проговорил:

— Откажись. Помолвку можно разорвать, — убежденно произнес он, приподняв ее подбородок и вынуждая взглянуть ему прямо в глаза. — Шатти, ты не любишь его. И он не думает много о тебе… Иначе не разрешил бы тебе уехать в это Богом забытое место, — быстро добавил он, заметив, что Шарлотта бледнеет от потрясения.

Его самоуверенное утверждение, в котором, как она знала, содержится правда, вновь вызвало у нее чувство вины.

— Да, я собираюсь замуж, — неуверенно ответила она. — Да, собираюсь, — повторила она, чувствуя, как слезы застилают ее глаза.

— Только один месяц, Шатти, — сказал Морт, обнимая ее. Их губы находились почти рядом. — Я прошу только один месяц. Попридержи события всего лишь на месяц. И тогда я приеду за тобой. И тогда, — он сделал паузу, и Шарлотта почувствовала, как напряженность в его глазах отнимает у нее волю, — и тогда ты точно узнаешь, почему меня ждала.

Затем он поцеловал ее. Поцелуй превратил ее в мешок без костей, поддерживаемый самой сильной в мире рукой, единственной рукой, на которую Шарлотта могла опереться.

Почувствовав волнительное головокружение, Шарлотта склонилась на плечо Морта.

— Позволь мне остаться с тобой. Не отправляй меня отсюда!

— Нет! — Его голос прозвучал в комнате, как гром средь ясного неба. Затем он смягчился. — Ты будешь ждать меня, Шатти?

Он просил ее, а не приказывал, и от отчаяния Шарлотта смутилась.

— Я не могу… Это невозможно. Невозможно, если вернусь домой. Если ты…

— Нет! — прервал ее Морт. — В течение месяца я вернусь в Англию, — уверенно подтвердил он. — Возможно, раньше, но определенно не позже.

— Но… — начала Шарлотта, но он опять не дал ей закончить.

— Если бы я мог, то полетел бы вместе с тобой, Шатти, — он пожал широкими плечами, но у нас здесь есть незаконченная работа.

— Какая? — спросила она тут же представив его больным, раненым… или еще хуже!

— Не спрашивай. Я не хочу тебе лгать.

Убивать, печально подумала она, вспомнив, что мужчина, затмивший весь ее мир, является наемником.

Но она любила его.

— Морт… — начала она, желая, пока не поздно, сложить в слова все свои чувства.

Но было уже слишком поздно. Монотонное гудение становилось очевидным даже на расстоянии. Морт поднял голову, прислушиваясь.

О, нет! Во рту у Шарлотты пересохло. Самолет. Он уже здесь. Нет! Слишком рано. Она подавила поднимавшееся к горлу рыдание. Гудение становилось все ближе и ближе, от вибрации уже задрожало здание, и самолет приземлился на неровную полосу за госпиталем.

Она смотрела на Морта с мольбой в глазах. Ей так много хотелось сказать ему до разлуки, но единственное, что они делали, так это смотрели друг на друга. Шарлотту охватила дикая паника, она открыла рот, но с губ не слетело ни одного слова. В следующее мгновение он отпустил Шарлотту и направился к двери.

— Нет! — Она попыталась остановить его.

Морт покачал головой.

— Не надо, Шатти. Нет ничего более очевидного, чем огромный грохочущий самолет, свалившийся с неба. Они здесь не задержатся ни секундой больше, чем положено.

Не ожидая ответа, он покинул комнату, оставив отчаявшуюся Шарлотту в одиночестве.

Она слушала, как Морт разговаривал с Давидом в коридоре. Он мог бы поцеловать меня на прощание, здесь, а не у самолета у всех на глазах, думала она. Знала, что он этого не сделает, когда вернется. Когда появится здесь, снова будет солдатом.

Неожиданно дверь распахнулась.

— Я остаюсь здесь, — быстро выпалила Кейт, словно знала, что вот-вот вернется Морт, а пока его нет спешила сообщить о своем решении. — Не уезжай, Шарлотта. Оставайся с нами! — протянула она дружескую руку. — Оставайся с нами!

Шарлотта медленно покачала головой.

— У меня нет выбора. Морт не позволит мне остаться.

— Ну, конечно же, у тебя есть выбор, — взорвалась Кейт. — Сделай его сейчас. Пока еще есть шанс.

— Нет, Кейт.

Отведя руку Кейт, Шарлотта подошла к окну. Глядя на пыльную улицу, она всей душой стремилась к тому, чтобы остаться в этом заброшенном месте.

— Я бы хотел, чтобы ты изменила свое решение.

Шарлотта услышала за дверью голос Морта. Ее сердце подскочило, а затем замерло, когда она поняла, что он обращается к Кейт.

— Нет, — услышала она решительный ответ Кейт.

Поняв, что это окончательный ответ, Морт все свое внимание обратил на Шарлотту.

— Идем, Шатти. Они не будут тебя ждать.

Шарлотта не могла говорить. Она в отчаянии переводила взгляд с Морта на Кейт и обратно. Это конец.

Кейт подошла к ней и крепко обняла.

— Я разыщу тебя, когда мы вернемся домой.

Шарлотта кивнула, Кейт неопределенно улыбнулась. Морт взял Шарлотту за руку и повел из госпиталя, прямиком к взлетной полосе.

Двое мужчин в пилотской форме и два рабочих госпиталя спешили разгрузить самолет. Двигатели работали, доказывая правоту Морта. Они не собирались здесь задерживаться.

Все происходило так быстро. Шарлотта посмотрела на Морта и грустно улыбнулась. Он был уже не с ней, его место занял солдат, его глаза и уши были на страже, готовы отреагировать на первый сигнал бедствия. Он был слишком занят, чтобы уделять Шарлотте больше внимания.

— Забирайся, пока они не закончили, — инструктировал ее Морт, когда они подходили к самолету.

Слегка подтолкнул ее к двери, давая понять, что то, что произошло между ними, сейчас исчезло. Что сейчас единственная его забота — посадить ее в самолет и увидеть, как он в мгновение ока отрывается от земли.

Шарлотта была уже у самолета. Следующий шаг приведет ее на ступеньку металлической лестницы. Ей не хотелось взбираться на эту огромную серую птицу. Удовольствия определенно не было. Птица больше была похожа на ангела ее судьбы. Огромная пустая цистерна, несущая внутри небольшую пустую канистру. Когда Шарлотта войдет в самолет, она превратится в пустую канистру, с грустью призналась она себе. Пустое тело без сердца. Ее сердце навсегда останется с Мортом, без него оно ей не нужно, и она хотела, чтобы он его сохранил. Никто не сможет сделать этого лучше Морта, поэтому пускай ее сердце остается с ним.

Она бросила на него прощальный взгляд. Их глаза встретились, передавая друг другу тысячи невысказанных слов. Морт улыбнулся, она чувственно ему ответила, счастливо сознавая, что, наконец-то, у нее есть настоящий мужчина, путь даже на мгновение.

— Всего лишь один месяц, Шатти, — услышала она. Это был голос любящего человека. И тут же солдат занял его место. — Проходи в самолет, — резко скомандовал он.

Шарлотта была уже на второй ступеньке, когда остановилась в раздумье. Затем быстро спустилась, встала на цыпочки, потянула его лицо к своему и быстро, но нежно поцеловала. Она не могла уйти, ничего не сделав, оставить его без жеста, пусть маленького и незначительного.

Затем повернулась и быстро взбежала по ступенькам. В дверях остановилась и сделала прощальный жест Кейт, Давиду и Гаю, стоявшим возле госпиталя.

— Один месяц. Не подведи меня.

Голос Морта заставил ее взглянуть вниз.

— Не подведу, — ответила она с глубоким вздохом, отозвавшимся во всем теле.

Она ухватилась за стальной поручень двери, чтобы поддержать себя. Она должна сказать ему, чтобы он не пытался ее искать. Она должна настаивать на этом, убеждала себя Шарлотта. Но сил для этого не хватало. Она хотела знать только Морта, все остальное было второстепенным. Ни Брайен, ни чувство вины не заставят ее отказаться от Морта.

— Зайди в самолет и пристегнись ремнем.

Это был приказ.

— Но… — оглянулась она беспомощно, желая продлить момент как можно дольше.

— Иди и сядь, Шатти. Если у тебя есть что сказать, подожди, когда мы снова будем вместе.

В его глазах проскользнула улыбка, тронувшая ее сердце. Боже, помоги мне увидеть его снова, взмолилась она.

— Береги себя, — сказала она, сдерживая волнение, подступившее к горлу.

— Я постараюсь, — ответил он, сделав резкий кивок головой, показывая, что ей следует пройти в самолет и сесть.

Шарлотта не хотела говорить “до свидания”, поэтому подняла руку и прошептала его имя. Казалось, Морт думал о том же, еще раз кивнув головой.

Затем Шарлотта повернулась и направилась к ближайшему креслу из шести, сдвинутых в один конец транспортного самолета. Волнение разрывало ее грудь и было чем-то большим, чем просто слезы.

Она бросила прощальный взгляд на Африку. В памяти остались Кейт, Давид и Гай, стоявшие группой, и Морт в одиночестве. Все они превращались в муравьев по мере того, как самолет взбирался все выше и выше в небо.

Глава 7

Подойдя к калитке, Шарлотта в нерешительности остановилась. Взглянула на палец, на котором было кольцо с сапфиром и бриллиантом. Кольцо, которое она не надевала с тех пор, как уехала в Африку. Сейчас оно там, где и должно быть, и Шарлотта должна бы чувствовать себя счастливой. Но она не испытывала этого чувства. Она чувствовала себя словно в кандалах, хотела повернуться и уйти.

Накануне она вернулась домой и не ощутила срочной необходимости во встрече с Брайеном, отложив этот момент на сегодня. Больше нельзя откладывать. Интересно, в каком настроении она застанет Брайена. Готовя себя к самому худшему, она широко распахнула заскрипевшую калитку и быстро пошла по мощеной тропинке.

— Шарлотта! — изумленно воскликнула миссис Тернер, когда та показалась в дверях. Хозяйка была потрясена.

— Здравствуйте, я вернулась, — сказала Шарлотта, задаваясь вопросом, почему мать Брайена выглядит такой расстроенной. Шарлотта стояла, не зная, что еще сказать.

У миссис Тернер, кажется, были те же самые трудности. Она не ответила на приветствие Шарлотты, молчание становилось все более неловким.

— Можно войти? — спросила, наконец, Шарлотта.

— О, да… разумеется можно, Шарлотта, — ответила она в сильном волнении, отступила назад, давая возможность Шарлотте пройти первой. — Брайен в задней комнате… и…

Шарлотта взглянула на старую женщину, ожидая, что та может еще что-то сказать. Но миссис Тернер молчала.

— Тогда я пройду туда? — спросила Шарлотта, видя, как мать Брайена нервно вытирает руки о фартук.

— Да, — ответила та. — Мы еще увидимся, ты застала меня как раз за стряпней, — добавила она и исчезла за кухонной дверью, предоставив Шарлотте возможность самой добираться до задней комнаты небольшого коттеджа.

После такого странного приема Шарлотта смутилась и удивилась еще более, когда зашла в комнату Брайена. Она остановилась, как вкопанная. До этого в комнате не было почти никакой мебели. Брайен потребовал убрать ее, чтобы свободно передвигаться в своем кресле. Сейчас комната снова заполнилась мебелью, а Брайен сидел за большим столом.

— Шарлотта! — воскликнул он таким же удивленным голосом, что и мать, когда увидел ее в комнате.

— Здравствуй, Брайен, — ответила она, размышляя совсем о другом.

Как грустно, подумала она, что человек, за которого собиралась выйти замуж, может быть таким официальным, никогда не назовет ее сокращенным или ласковым именем, таким, например, как… Шатти!

— Я не знал, что ты вернулась! — воскликнул он, быстро передвигаясь в кресле вокруг стола.

Шарлотта не ответила, а лишь смотрела на него с большим изумлением. Он выглядел совсем по-другому: здоровым, счастливым.

— Приятно тебя видеть. Мы все ужасно беспокоились о тебе, — сказал он, остановив каталку неподалеку от нее.

Шарлотте хотелось сказать, что она тоже рада встрече с ним. В какой-то степени так оно и было, но не так, как должно быть.

— Ты произвел здесь небольшие перемены, — нервно сказала она, осматривая комнату, неожиданно ощутив в ней еще чье-то присутствие.

За небольшим столиком за пишущей машинкой сидела симпатичная темноволосая девушка. Она смущенно смотрела на Шарлотту.

— Извини, — сказал Брайен, проследив за ее взглядом. — Это Джулия. — Она… ну… помогает мне в работе.

— В работе? — радостно ухватилась Шарлотта за новую тему, чтобы сгладить неприятную атмосферу, возникающую между ними. — А чем ты занимаешься?

— Пишу для местной газеты.

Шарлотта изумилась. Брайен работает. Он действительно изменился. Возможно, ее отъезд в Африку был по-настоящему правильным решением.

— Расскажи мне все об этом, — настойчиво попросила она, не желая слишком долго занимать свои мысли Африкой.

Брайен рассмеялся.

— Знаю, это звучит неправдоподобно. Но я веду постоянную колонку в ежедневной газете и пишу статьи для ежемесячного журнала. В основном на сельские темы, или же о походах и альпинизме.

— Альпинизме? — переспросила Шарлотта, неуверенная, что не ослышалась. После инцидента эта тема была для него запретной.

— Да, — улыбнулся Брайен. — Именно благодаря альпинизму я получил работу. Кто-то написал в газету письма с утверждением, что тот, кто проводит время в горах, должно быть, сумасшедший. Что мы, альпинисты, заслуживаем того, чтобы быть покалеченными и не должны заставлять других людей рисковать своими жизнями для нашего спасения.

Шарлотта нахмурила брови. Она могла лишь представить реакцию Брайена на такое заявление.

— Ну, я прочитал и дал резкий ответ. Мое письмо опубликовали, появилось много откликов, хороших и плохих. Это подтолкнуло редактора, и он попросил меня ответить на некоторые из писем и, — он сделал паузу, с усмешкой пожал плечами, — одно зацепилось за другое и не успел я опомниться, как получил постоянную работу.

— Я так рада за тебя, Брайен, — от всего сердца сказала Шарлотта.

— Я тоже, — ответил с чувством Брайен, посмотрев Шарлотте прямо в глаза, затем потупился, уставившись на скрещенные руки.

Шарлотта надеялась, что ее собственные глаза не выдадут затаившуюся внутри печаль.

— И Джулия твой секретарь? — спросила она, пытаясь вовлечь в разговор молчаливую девушку, поддержать таким образом беседу и отвлечь свои мысли от Африки и… Морта.

— Да, — ответил Брайен.

Шарлотта заметила, как тень промелькнула по лицу Джулии. Не зная, почему, но она начала испытывать неудобство.

— Но оставим меня в покое, — неожиданно вмешался Брайен. — Расскажи нам об Африке. Должно быть, было очень волнующе.

Какое-то время Шарлотта не могла собраться с ответом. Она чувствовала, как краска заливает ее щеки и была уверена, что Брайен заметил в ее поведении нечто необычное.

— Да, было очень интересно, — ответила она, чувствуя себя глупой и неспособной думать о том, что хотела сказать.

— Пока не началась стрельба, — подтолкнул ее Брайен.

— О нет, — быстро отреагировала Шарлотта, — то есть… да. Но, вообщем-то, было не так уж и плохо. В основном стреляли на севере. Я многого не видела.

Что она говорит? Разве Дон ничего не значит? Нет, Дон кое-что значил, но Морт значил больше. Она так боялась за его безопасность, что не хотела говорить ни об Африке, ни о чем другом, что бы напоминало ей, в каких условиях она оставила Морта.

— Ну, а как поживают остальные? — неожиданно спросила она, меняя тему. — Я еще никого не видела.

— У всех все хорошо, — спокойно ответил Брайен.

Шарлотта понимала, что он тоже считает ситуацию абсурдной. Он наверняка заметил, что она говорит о чем угодно, только не о себе и их отношениях, беспокойно признала она, озабоченно вглядываясь в его лицо.

Брайен долго смотрел ей в лицо. Затем обернулся к Джулии.

— Возвращайся в офис. Я позвоню тебе попозже.

На миг Шарлотте показалось, что Джулия готова высказать протест. А затем собрала какие-то бумаги, уложила их в сумку и, не говоря ни слова, вышла из комнаты.

— Я могла бы вернуться позже, — предложила Шарлотта. Молчаливый уход Джулии натолкнул ее на мысль, что она вмешалась во что-то важное.

— Нет, — тряхнул головой Брайен. — Мне очень жаль, Шарлотта, — добавил он, ошеломив тем самым ее.

— Не понимаю, — сказала она. Ведь это ей следовало бы приносить извинения.

— Я не собирался поразить тебя таким образом, — продолжал Брайен, приводя Шарлотту в еще большее замешательство. — Но… — он помолчал и отрешенно пожал плечами, — думаю, ты заметила все сама.

Заметила, что? Она видела, что Брайен изменился, но разве можно сожалеть об этом.

— Проходи и садись.

Брайен подъехал на кресле к окну, Шарлотта последовала за ним и заняла свое место.

— Мне нелегко говорить тебе об этом, — начал Брайен. Он колебался, словно подыскивал нужные слова.

Шарлотта молча наблюдала за ним. Неожиданно манеры Джулии начали приобретать значение. Не надеясь на что-либо, она отмахнулась от этой мысли.

— Я был жесток к тебе. Не надо! — остановил Брайен попытку Шарлотты возразить. — Так оно и было. Только я знаю, что заставил тебя перенести. Если это тебе поможет, то знай, я страдал от ужасного чувства вины, беспокоясь о твоей безопасности и зная, что ты уехала в Африку только из-за меня.

Шарлотта молчала, надежды ее возрастали.

— Я вынудил тебя к помолвке, и если бы твой отъезд меня не образумил, я заставил бы тебя стать моей женой.

— Это был другой человек, — прервала его Шарлотта, ощущая потребность смягчить промелькнувшую в его глазах боль. — Я знала, что постепенно ты обретешь себя. И так рада этому, — добавила она, наклонившись вперед и накрывая его руку своей, как бы подчеркивая свое удовлетворение тем, что перед ней совершенно новый мужчина. В этом прикосновении она не ощутила того волшебства, какое испытывала с Мортом и потому быстро убрала руку назад и опустила голову.

— Не беспокойся, — сказал Брайен, приподнимая ее подбородок и вынуждая взглянуть ему в глаза. — Я не намерен тебя удерживать.

Глаза Шарлотты широко раскрылись, ее надежды воплощались в действительность.

— Ты хотел сказать, что отменяешь помолвку? — спросила она, чтобы окончательно удостовериться в этом. Она надеялась, что радость не слишком ярко отражается на ее лице.

— Да, — нерешительно ответил Брайен, — если это именно то, чего ты хочешь.

Шарлотту охватило чувство облегчения. Она чуть не выкрикнула “конечно, хочу”.

— Думаю, так будет лучше, — ответила она как можно спокойнее.

Брайен благодарно кивнул.

— Благодарю, что ты восприняла это так хорошо. Я этого не заслужил.

— Чепуха.

Счастье захватило Шарлотту, она уже не сдерживала себя и улыбнулась. Сколько она пережила, думая об этом моменте, ей и в голову не могло прийти, что все это может зависеть не только от нее. Что Брайен мог найти другую.

— Джулия будет также очень благодарна, — добавил Брайен, застенчиво улыбнувшись.

Шарлотта понимающе кивнула. Неудивительно, что Джулия чувствовала себя не в своей тарелке… как и миссис Тернер.

— О, дорогой, надеюсь, что с твоей матерью все в порядке. Она немного испугалась, увидев меня, — сказала Шарлотта с насмешкой в голосе, воскрешая в памяти лицо миссис Тернер.

Брайен рассмеялся.

— Из-за Джулии она устроила мне настоящую трепку. Но я не виню ее за это.

— Я рада, что ты нашел кого-то, кто сделает тебя счастливым, — искренне сказала Шарлотта. Прежний Брайен испарился. Мужчина, сидевший перед ней заслуживает счастья.

— Поверь, я никого не искал. Это пришло само собой, — перебил ее Брайен извиняющимся голосом.

— Ты не должен ничего объяснять. Я понимаю. Я тоже кое-кого встретила. В Африке.

Шарлотта решилась на такое признание, чтобы снять тяжесть вины с Брайена, одновременно почувствовав, как и ей становится легче. Теперь она может быть честной в отношении Морта, может не держать его на расстоянии, как будто он принадлежал к тем, кого следует стыдиться.

Шарлотта чувствовала себя прекрасно, когда ехала домой. Она была намного счастливее, чем раньше, это счастье основывалось на твердом убеждении, что все становится на свои рельсы.

Все будет просто замечательно, говорила она себе. Морт благополучно выберется из Африки. Он вернется домой!

Глава 8

Дни переходили в недели, недели складывались в месяц. Морт не появлялся. Шарлотта ждала и ждала Надеялась, что однажды он заявится, как гром среди ясного неба.

Она постоянно себя убеждала, что для опоздания есть резонные причины. Что он приедет.

Почему? Этот вопрос она первым задавала себе каждое утро. В течение дня он повторялся по нескольку раз, срывался с губ, когда она укладывалась спать.

Шарлотта не могла поверить, что Морт лгал ей о своих чувствах и ответы напрашивались сами собой. Через неделю после отъезда Шарлотты из Африки там развернулись сильные бои. Из газетных сообщений она узнала, что когда была еще в Тамбе, пребывая в блаженном неведении о происходящем, в джунглях разбился самолет, на борту которого находился английский посол в Кении. Посол и два его помощника были взяты в плен. Вылазка по их освобождению, кажется, оказалась удачной, но не сам результат. Сообщалось о больших потерях, и Шарлотта была уверена, что знает имена погибших.

Ожидание становилось невыносимым. Прошло два месяца и Шарлотта пришла к выводу, что остается только один путь. Она должна вернутся в Африку и сама разыскать Морта. Или узнать, что с ним случилось!

— Мне очень жаль, мисс Кук. В настоящее время у нас там достаточно людей, а в сложившихся обстоятельствах мы пока не намерены посылать туда своих сотрудников.

Сколько раз пришлось повторять эти слова мужчине, одетому в зеленую военную рубашку с эполетами на плечах и эмблемами Красного Креста на рукавах? А сколько раз протестовала Шарлотта?

— Но я должна туда вернуться. У меня там друзья… Я должна, знать, что с ними случилось!

— Я сожалею, мисс Кук… Когда там немного поутихнет… Если вы не измените своего решения… Тогда мы будем только рады направить вас туда. Там будет немало раненых людей, которым потребуется медицинская помощь, — сказал он, широко разводя руки.

Это будет слишком поздно! Шарлотта чувствовала себя побежденной. Подавив глубокий вздох, она сорвалась с коричневого кожаного кресла.

— Хорошо, — решительно согласилась она. Это было лучшее из того, что ей сейчас могли предложить. Оставалось только надеяться, что боевые действия быстро закончатся.

— До свидания, мисс Кук. И большое вам спасибо. Мы считаем, что ваш энтузиазм достоин похвалы.

— Спасибо, — ответила Шарлотта, покидая здание.

Все ее мечты рушились, как во время кораблекрушения. Еще недавно она уходила из дома, чувствуя себя на гребне волны надежд. А сейчас, когда вернулась, волна спала, а ее саму смыло и выбросило на какой-то одинокий безлюдный берег. Она не могла думать ни о чем, кроме Морта и его безопасности. Ей оставалось только молиться.

Прошло четыре дня, когда зазвонил телефон. Звонили из штаб-квартиры Красного Креста. Незнакомый голос сообщил, что ее просьба о возвращении в Африку получена, но ситуация там очень взрывоопасная.

Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю, думала про себя Шарлотта, слушая его вполуха. Но по крайней мере это значило, что мужчина в зеленой рубашке оказался не совсем бесполезным. Он дал правильный ход ее просьбе.

— Тем не менее, — продолжал голос в трубке, — если вы желаете вернуться за границу, что скажете о государствах Ближнего Востока? Здесь много возможностей.

В трубке замолчали в ожидании ответа.

Она сразу же хотела отказаться. Если не может вернуться в Африку, ей следует оставаться здесь, дома, где Морт сможет ее найти… если он еще жив!

Но она представила весь ужас своего одиночества. Морт не появляется. Если бы он был жив, то давно приехал. Он обещал один месяц и был не из тех, кто не держит слово.

Шарлотта глубоко вздохнула, осознав, что сидя дома, ничего не добьется. Она лишь зря тратит время, разрывает себя на части и с каждым днем постепенно угасает.

Больше не раздумывая, она дала согласие.

Прожив в Ливане четыре месяца, Шарлотта нашла довольно ироничным тот факт, что Африку считали для нее слишком опасной. Атмосфера здесь оказалась более накаленной. В перенаселенном городе было намного опаснее, чем в безлюдной дикости африканских джунглей.

Возможно, ей так казалось потому, что рядом не было Морта, за кого бы она могла спрятаться, к кому бы могла прижаться, когда звуки выстрелов эхом отдавались в пыльных железобетонных джунглях, в развалинах которых люди влачили жалкое существование, и которые некогда были их домом или местом работы.

И все же именно изнурительное существование на острие ножа помогало Шарлотте сохранить разум и не сойти с ума. Морт все еще был в ее сердце, он будет там всегда. Но она была вынуждена загонять память о нем в тайники своего сознания и продолжать работу по уходу за ранеными.

Работа, повседневность бытия, невинные жертвы — все это помогало Шарлотте думать, что, по крайней мере, Морт умер так же достойно, как жил. Он не был беспомощной жертвой, бредущей по улице или сидящей в собственном доме и неспособной дать отпор.

Прошло немало времени, прежде чем она перестала вглядываться в лица солдат, доставляемых в госпиталь. Были ли это ливанские националисты или солдаты миротворческих сил ООН, которые недавно прибыли в Ливан, сердце Шарлотты каждый раз замирало, и она пристально начинала вглядываться в их лица.

Ей постоянно приходилось напоминать себе, что Морт был наемником, а не солдатом, сражающимся за свою собственную страну или помогающим восстановить мир в союзнической стране. Он просто не может быть здесь и, кроме того, она была уверена, что он погиб где-то в африканских джунглях.

Ночь была особенно трудной. Бомбежки не прекращались даже в темное время, а при одном заходе самолетов госпиталь чуть не стал их целью.

Шарлотта дежурила в течение всей ночи, и чтобы поддержать силы лишь походя выпила чашку крепкого кофе.

Прошло какое-то время, когда она преодолела барьер усталости, эту непостижимую точку, когда сознание и тело действуют автоматически. Когда тело знает, что если остановится, то тут же свалится и станет бесполезным и потому не должно обращать внимания на боль и продолжать работу. Шарлотта знала, что если она закроет глаза или присядет на минуту, то тут же заснет. И поэтому продолжала делать ту работу, на которую была призвана и потому что госпиталь был переполнен и она была нужна.

Шарлотте никогда не приходила в голову мысль бросить работу раньше, чем закончится очередь больных. Она делала то же, что и врач, не жалуясь на усталость, непрерывно сшивала раны, потому что госпиталь был переполнен и работы у всех было по горло.

Сколько раз за последние шестнадцать часов ей приходилось накрывать раненого простыней, готовить его к операции в любом доступном месте.

— Ты выглядишь так, как чувствую себя я, — заметил с улыбкой Майкл, стягивая с рук резиновые хирургические перчатки и маску с лица. Сделав это, глубоко вздохнул с облегчением.

Его сильный французский акцент почти не ощущался в вялых усталых словах. Обычно темное галльское лицо было бледным от усталости. Насмешливо нахмурившись, он взглянул на Шарлотту, когда та пошутила:

— Я просто готовлюсь к следующей операции.

— Перестань, — одернул ее Майкл. — Нам обоим нужен отдых. Давай-ка уберемся отсюда, пока не наступила очередная заваруха.

Шарлотта улыбалась, собирая использованные медицинские инструменты в контейнер для стерилизации. И думала про себя, хватит ли у нее сил забраться по лестнице в свою комнату. Они только что закончили операцию больных, побывавших в ночной переделке. Днем все было спокойно. Но если они задержатся тут надолго, все может начаться сначала. Доктор и сестра могут оставаться на срочном дежурстве, но не Шарлотта и Майкл. Они дежурили слишком долго и сейчас могут быть свободны.

Шарлотта шла по длинному серому коридору рядом с Майклом. Говорить не хотелось. Она наслаждалась тем, что, наконец, освободились из заключения в операционной. И тут же увидели, что из другого конца коридора что-то быстро движется им навстречу.

Носилки быстро катились к ним. Шарлотта и Майкл посторонились, чтобы пропустить их.

Майкл не смог подавить возгласа, когда носилки поравнялись с ним.

Шарлотта услышала. Его возглас пробился в сознание через вихрь мыслей, бушующих в ее голове.

Она могла только вообразить, что вызвало у Майкла такой возглас, в каком состоянии увидел он своим натренированным оком человека, лежавшего на носилках.

Но Шарлотта этого не видела. Она не заглядывала так далеко.

Она сильно прижалась к стене, ощутив ее холод через униформу. И в ужасе оцепенела, увидев бескровное лицо и остекленевшие глаза. Они встретились с ее взглядом в тот короткий миг, когда носилки проезжали мимо.

— Морт! — прошептала она, теряя твердость в ногах. Голова закружилась, кровь ударила в уши. — Морт! — повторила она, не веря в это.

Этот человек не мог быть Мортом. Она просто ошиблась. Морт погиб. Она знала, что он мертв. Все произошло так быстро, она устала, очень устала. Воображение сыграло с ней грубую шутку.

— Нет!

Это слово будто взорвалось в голове Шарлотты, возвращая ей самообладание. Это был Морт! Она видела его глаза, пусть на доли секунды. И скорее почувствовала, чем заметила, что тусклый взгляд человека на носилках тоже признал ее.

— Морт! — повторила она.

На этот раз голос прозвучал сильно и убедительно, она быстро повернулась и направилась к операционной, куда отвезли раненого.

— Шарлотта! — схватил ее за руку Майкл. Повернув ее лицом к себе, спросил удивленно: — Что случилось?

— Это Морт, — ответила она, не сомневаясь, что одно упоминание имени все объяснит Майклу. — Я должна пойти к нему, — добавила она ничего не понимающему врачу.

— Ты знаешь этого человека? — спросил он озабоченно.

Шарлотта кивнула, умоляя его взглядом разрешить ей пойти к Морту.

— Я люблю его, произнесла она, задыхаясь.

Мгновение Майкл молча смотрел на нее.

— Ты не можешь пойти туда, Шарлотта. Не можешь, если он тебе близок.

— Я должна, — ответила она твердо. — Я должна его видеть. Он должен знать, что я рядом. Это может быть…

Она не могла продолжать. Не могла высказать свои опасения, что это может быть последний шанс дать ему знать, что она любит его. Воспоминания о шансах, которые она до этого упустила, пронеслись в голове. Тогда чувство вины помешало ей быть правдивой. Сейчас она была свободна и не позволит Майклу помешать ей.

Сбросив руку Майкла со своей, она поспешила к закрытой двери.

Она сделала пару шагов, когда рука Майкла снова легла ей на плечо.

— Хорошо, — согласился он, — но тогда и я иду с тобой.

Шарлотта с благодарностью одарила его натянутой улыбкой. В этот момент она нуждалась в друге больше, чем когда-либо.

Чувство благодарности к Майклу возросло, когда они вошли в комнату. У нее так тряслись руки, что она ничего не могла делать. Майкл надел на нее колпак и маску.

Но было слишком поздно! Он был уже под наркозом. И хотя Шарлотта опечалилась, что не смогла поговорить с Мортом, но увидев его раны, была рада тому, что Морт находится в бессознательном состоянии.

Ее сердце было готово вырваться из груди. О, Морт! — безмолвно восклицала она. Он был ранен в живот. Там, где был живот, сейчас зияла большая рана.

О, Морт. Эти слова слетали у нее с губ, в то время как щеки заливали слезы.

— Успокойся, — утешал ее Майкл. — Ты сейчас ничего не сможешь сделать. Ты только будешь мешать.

— Да, — неохотно согласилась Шарлотта.

Она знала, что Майкл прав. Почему-то никто не говорит, что я потеряла рассудок, удивилась она. В таком состоянии она не может участвовать в операции.

Она в последний раз взглянула на него. Лицо спокойное и слишком чистое для Морта, отметила она, пытаясь улыбнуться. Волосы короче, чем были раньше. Он был чисто побрит. И все же это был Морт. Ее Морт! Чистый или грязный, он оставался ее неуемным наемником.

— Я люблю тебя, — произнесла она от всего сердца, желая прикоснуться к нему и зная, что не сможет этого сделать. Он слишком сильно пострадал, и если она поведет себя таким образом, то никогда себе не простит этого. Опершись на спасительную руку Майкла, она позволила вывести себя из палаты.

Почему? — спрашивала она, беспомощно глядя на Майкла и ожидая от него ответа, которого он не мог дать. Почему Морт оказался здесь? Почему он ранен? Не во сне ли все это происходит? В голове возникали страшные кошмары.

Нет! Сознание Шарлотты не принимало даже малейших оправданий. Морт был здесь, лежал в операционной, он лишился половины внутренностей. Она обернулась к закрытой двери. Она с ума сходила от отчаяния, не зная, что делать, куда пойти. Но рука Майкла удержала ее от попытки вернуться в палату.

— Шарлотта, — нежно прозвучал голос Майкла. — Операция продлится долго и тебе не стоит здесь оставаться. Помочь ему не сможешь, а выспаться тебе надо. Пожалуйста, идем отсюда.

— Нет, — твердо заявила Шарлотта, сопротивляясь попыткам Майкла вывести ее из здания. — Я должна быть здесь. Я должна быть здесь, если…

Продолжить свою мысль она не смогла, уронила лицо на руки и начала плакать, давая волю эмоциям и слезам, накопившимся со времени встречи с Мортом. Он не может умереть! Боже, пожалуйста, не позволь ему умереть, умоляла она.

— Он сильный мужчина, Шарлотта. С ним будет все в порядке, — попытался ободрить ее Майкл, вызвав у Шарлотты новый поток слез.

Она прекрасно помнила возглас Майкла, когда Морта провозили мимо них в коридоре. Майкл знал об этом и сейчас упрекал себя за допущенную оплошность. Но откуда ему было знать о таком совпадении?

— Пожалуйста, Шарлотта, иди и отдохни, — озабоченно настаивал Майкл. Полагаясь на ее разум, добавил: — Если понадобится, они придут за тобой.

— Нет. — Шарлотта проявила твердость. — Они придут за мной, когда будет уже поздно. Я должна быть здесь, рядом с Мортом. Я не могу оставить его.

Не в очередной раз, думала она. Когда-то она его оставила и потеряла. Ничто на свете не заставит ее повторить эту ошибку. Она останется возле этой двери, пока Морт не придет в себя. После чего пойдет куда угодно. Но сейчас ни за что не оставит его.

— Хорошо, — согласился со вздохом Майкл. — Выпьешь кофе, если я принесу? — вдруг спросил он, бросив на нее сочувственный взгляд.

Шарлотта вытерла слезы на щеках и робко улыбнулась.

— Да, с удовольствием бы выпила.

— Это уже кое-что, — сказал Майкл, уходя и оставляя Шарлотту в одиночестве.

Что за злая судьба сделала все это? — спрашивала она себя. На мгновение вернуть Морта для того, чтобы снова отнять его у нее. Она была не глупой. Знала, чего можно ждать. Не раз встречалась с такими ранениями. Некоторые выживали… немногие… очень немногие. По большинство умирали.

Закрыв лицо руками, начала молиться.

Она все еще молилась, когда вернулся Майкл.

— Выпей это, — протянул он кофе со сливками в пластиковом стаканчике.

Шарлотта не была уверена, что ей этого хочется. Кофе не поможет избавиться от комка в горле. Но она взяла стакан и после нескольких ободряющих слов Майкла начала пить. Она еще не допила содержимое, как почувствовала себя, словно в тумане. Как будто ее куда-то понесло. Еще и еще. Она еще видела Майкла, но совсем забыла о своей усталости. Затем в какой-то миг ее осенило. Кофе! Майкл положил что-то в кофе!

— Майкл! — удивленно упрекнула она, увидев его извиняющую улыбку, и упала ему на руки.

Шарлотта перевернулась на спину и оглядела комнату. Как всегда во время пробуждения прислушалась. Было тихо. Стрельбы не слышно. Взрывов тоже. Она благодарно вздохнула. “Воцарился мир”, — громко произнесла она, надеясь, что он продлится чуть дольше.

А через мгновение уже сидела в кровати, сознание очищалось от одуряющего сна.

— Морт! Где он? Что с ним случилось? Может, он все еще в операционной?

Все это Майкл и его проклятая чашка кофе, ворчала она, соскакивая с кровати и на ходу разглаживая свою помятую униформу. Что Майкл положил в кофе? Она это выяснит. Да, это она выяснит позже. Сейчас главное — Морт.

Майкл, против кого была направлена ярость Шарлотты, находился в коридоре. Она увидела его сразу, как только подошла к двери операционной.

— Как самочувствие? — спросил Майкл.

Отблагодарив его ледяным взглядом, Шарлотта прошла мимо. У нее будет еще достаточно времени, чтобы с ним разделаться.

— Его там нет, — сообщил Майкл, останавливая Шарлотту и заставив ее похолодеть.

— Где… Что?.. — заикаясь, спросила она. На лице появилась боль неопределенности, глаза наполнились страхом.

— Операция закончилась. Он в реанимации, ответил Майкл.

— Закончилась?

Шарлотта вонзила в горло холодные пальцы. Сумели ли они спасти Морта? Или же его внутренности так разорвало, что их невозможно было собрать!..

— Он перенес это довольно хорошо, — продолжал Майкл. Его слова медленно проникали сквозь застывшее сознание Шарлотты.

— С ним все в порядке? — недоверчиво спросила она. Серый туман покидал ее сознание.

— Да, — улыбнулся Майкл, положив ей на плечо руку, — успокойся. Идем посмотрим на него. До дежурства у меня осталось десять минут.

Приливная волна облегчения понесла Шарлотту по коридору. Морт еще жив. Пока еще в опасности, но перенес операцию и у него появился шанс. Он сильный. Физически и психически. Как никто другой. Шарлотта знала об этом.

И пусть он остается таким же сильным, молила она, так как знала, после такой операции ему потребуется огромная сила воли. И она должна помочь ему сохранить эту силу, поддержать искорку жизни, которая не позволит ему сдаться. Шарлотта почувствовала, как внутри нарастает волна уверенности.

— Ты что-нибудь ела? — спросил Майкл.

— Я не могла, — ответила Шарлотта, не посвящая Майкла в то, что, соскочив с кровати, сразу же побежала к Морту. Она подумала, что по ее внешнему виду он и так все поймет.

Майкл остановился и повернул Шарлотту лицом к себе. Прищурив глаза, он долго оценивал ее холодным взглядом.

— Ты считаешь, что сможешь за ним ухаживать? — спросил он, удивив Шарлотту.

— Смогу ли я?

Ей не хотелось ничего иного, как ухаживать за Мортом, постоянно быть рядом с ним. Но ее вдохновение тут же угасло. Никто ей этого не позволит.

— Как я могу, когда?..

— Я все устроил, — прервал ее Майкл, сделав в воздухе успокаивающий жест рукой. — Все знают, что он твой друг, но не знают, насколько близкий, — подчеркнул он.

Шарлотта понимающе улыбнулась. Ее посчитали бы неспособной для такой работы, если бы узнали, сколь глубоки и сильны ее чувства и переживания.

— Думаешь, я справлюсь? — спросила она, интересуясь, почему Майкл доверил ей такую работу.

— Я верю в тебя, — ответил Майкл. — Иначе не предложил бы твою кандидатуру. Думаю, ты справишься, а он только выиграет от дополнительного специального ухода. Но если у тебя есть сомнения, если думаешь, что это слишком для тебя тяжело, можешь не соглашаться.

— Я справлюсь, — быстро ответила Шарлотта. Морт получит лучший в мире уход.

— Он все еще может умереть, — хмуро предостерег Майкл. — Ты можешь это перенести?

— Если он умрет, а меня не будет рядом, я всю жизнь буду мучиться вопросом, могла ли его спасти. Буду обвинять себя в том, что у него было больше шансов выжить, если бы рядом находился человек, который знал и понимал его.

Что она плетет? Знал и понимал его? Она ведь знала и понимала его лучше, чем кто-либо другой. По крайней мере, думала, что так оно и есть.

— Я именно так и думал. Его состояние весьма шаткое и он нуждается в большем, чем обычный медицинский уход, — сказал Майкл, затаскивая ее в комнату для персонала, где всучил ей тарелку с сандвичами.

— Что! — вспыхнула Шарлотта. — Я не могу есть.

Как он мог ждать от нее такого?

— Ты должна поесть, — приказал Майкл. — Полковнику необходимо, чтобы ты сохранила свои силы.

— Полковнику! — повторила Шарлотта.

Она удивилась, но только на мгновение. Затем, придя в себя, нервно рассмеялась.

— Да, — быстро добавила, откусывая сандвич, чтобы не сказать чего-либо еще. Морт — полковник?..

Она быстро жевала бутерброд, мысли бурлили, но она молчала. Если Майклу станет известно, что она не знала звания Морта, ему это покажется довольно странным. И тогда Майкл может подвергнуть сомнению ее компетенцию.

Но, кажется, Майкл не заметил ничего странного в поведении Шарлотты. Он стоял и смотрел как она расправляется с сандвичем. Она знала, что Майкл был прав. Ей необходимо подкрепиться, чтобы сохранить силы. Она сейчас нужна Морту, как никогда, и должна держаться так, чтобы со всем справиться. И не подвести Майкла, который подставил свою шею, чтобы дать ей такой шанс.

— У тебя может быть расстройство желудка, — пошутил Майкл, когда Шарлотта поставила на стол пустую тарелку.

— Я переживу это, — ответила она, быстро направляясь в реанимационную палату.

Глава 9

Шарлотта с надеждой смотрела на беспрерывно гудящую возле кровати машину. Ее глаза следили за прыгающей точкой на экране. “Не смей останавливаться” — обращалась она к этой точке, регистрирующей биение сердца Морта, когда начинала проверять остальное оборудование. Затем заменила почти опустевшую банку с глюкозой.

Когда окончательно убеждалась, что его состояние не вызывает тревоги, начинала обтирать Морта губкой: сначала лицо, затем тело, вкладывая в это занятие всю свою преданность и любовь к человеку, за которым почти бессменно ухаживала уже двое суток, урывая для сна несколько часов между сменами. Несмотря на это, усталости она не чувствовала. Наполненная неиссякаемой энергией, Шарлотта могла выполнять эту работу до тех пор, пока не минует опасность и она сможет отойти от Морта в полной уверенности, что с ним ничего уже не случится.

А пока это время не пришло, она будет возле его кровати, будет следить за тем, чтобы все оборудование работало без перебоев и желая, чтобы Морт не упускал тонкую нить жизни.

Они провели вместе несколько часов, но пережили за это время слишком много. Слишком много пришлось им разделить, чтобы теперь потерять друг друга. Шарлотта мысленно убеждала в этом Морта, когда он находился в коме. Она не отказалась от него, когда он не сдержал своего слова и не приехал к ней, когда он оказался первоклассным лжецом.

Морт был не наемником, а офицером Британской Армии. Причем, в чине полковника!

Она убеждала его, что не отказалась от него, и что ему также не следует отказываться от нее. Потому что и вдали от Шарлотты Кук полковник Адам Мортимер беззаветно любил ее. У нее было также беззаветно вопросов, на которые хотелось бы получить ответы.

Подобные мысли постоянно занимали Шарлотту, но она не высказывала их вслух. Вместо этого она без устали говорила о их совместном пребывании в джунглях. Она снова и снова брала его большую безжизненную руку в свою, изучала длинные красивые пальцы или спокойные черты спящего лица. Она проделывала это со смешанным чувством беспокойства и любви, нежно гладила его открытую ладонь или поглаживала пальцами темные волоски на тыльной стороне руки, вновь переживая каждый миг, проведенный с ним в джунглях. Она не упустила ни одной секунды, ни одного взгляда, ни одной улыбки, ни одного сердитого слова, не вычеркнула из памяти даже страх, переполнявший ее душу. Все вспоминалось легко, ничего не забывалось, хотя с тех пор прошло уже шесть долгих месяцев. Держа его за руку, она страстно желала влить в его тело всю свою любовь и дать ему силу, которая бы вернула его к жизни.

Шарлотта не говорила о днях и неделях, проведенных в одиночестве и волнении. Пока не услышит из его собственных уст объяснений своих действий… она не будет расценивать это, как обман, пока… ей не хотелось думать о Морте как о полковнике Адаме Мортимере, человеке со званием, человеке, достойным уважения, человеке, который ей близок. Который даже может стать ее мужем! Последняя мысль была не единственной, доставлявшей ей удовольствие. Шарлотта допускала, что она может воплотиться в жизнь. Перед ней был незнакомец, и каждое его слово могло оказаться лживым.

Почему? Она этого не знала. Но по каким-то причинам этот жесткий и готовый к действиям наемник оказался офицером и джентльменом. Хотя сейчас знание этого не приносило ей утешения. Не уверенная в том, что полковник десантных войск Мортимер свободен, чтобы любить только ее, она любила Морта и когда говорила, то адресовала свои слова только Морту, наемнику, который вытащил ее из джунглей, спас ей жизнь, превратил ужас в волшебную сказку.

Открылась дверь, прервав воспоминания и тайные думы Шарлотты. Она обернулась и увидела Майкла, входящего в комнату.

— Как чувствует себя наш особый пациент? — спросил он.

Шарлотта улыбнулась. Когда они были одни, Майкл всегда так называл Морта.

— Никаких изменений, — ответила она.

Это было и хорошо, и плохо. Плохо, что сознание до сих пор к нему не вернулось, хорошо, что тело не подает признаков ухудшения.

Майкл обошел кровать, взял медицинские карты и начал внимательно их изучать. Затем придирчиво осмотрел Морта.

— Хорошо, — провозгласил он, выпрямляясь. — Знаешь, Шарлотта, я думаю, что, возможно… — Он не закончил предложения и долю всматривался в лицо Шарлотты. — Все, что ты делаешь срабатывает. Ты даешь волю к жизни.

— Как ты можешь знать, что это я? — спросила Шарлотта в замешательстве, пытаясь парировать предположения Майкла. Если окажется, что Морт женатый человек, все для нее может обернуться довольно плачевно.

Майкл рассмеялся.

— Судя по всему, ты никому не позволяешь быть рядом с ним, — слегка поддразнил он ее.

— Может, у него есть собственная воля к жизни, — ответила она быстро и более спокойно добавила: — Ты сам говорил, что он сильный человек.

— Никто не обладает достаточной силой, чтобы противостоять такому ранению без посторонней стимуляции, — ответил Майкл. Затем повернулся к Морту и слегка похлопал его по руке, словно разговаривал с человеком в полном сознании. — Знаешь, Адам, у тебя здесь особый друг. Если бы я был на твоем месте, то сделал бы все, чтобы она не сбежала.

В замешательстве Шарлотта опустила глаза и начала возиться с простыней, пока Майкл не скрылся за дверью, сказав на прощание:

— Увидимся позже.

Майкл не понял. Да и как он мог? Он знал, что Шарлотта любит Морта, она много ему об этом говорила. Он видел также, что она ухаживает за Мортом, как нежная мать за новорожденным. Но Майкл исходил из того, что чувства Шарлотты и Морта взаимны. Но если бы она сказала Майклу, что провела с Мортом всего лишь три дня и не знает его настоящего имени, он бы посчитал ее сумасшедшей. Шарлотта ощутила беспокойство, подумав о том, что, черт возьми, может случиться, когда Морт придет в себя.

Это будет последняя ее тревога, подумала она, беря над собой контроль. Самое важное сейчас — это вернуть Морта к жизни. Об остальном она побеспокоится потом. А сейчас ничего не должно помешать его выздоровлению, и она проследит за этим.

Морт нуждается в ней и это было не только ее воображение. В этом был уверен и Майкл. Внутри Шарлотты вспыхнула и начала разгораться теплая искорка. Морт должен поправиться. В Африке он спас Шарлотте жизнь, сейчас ее очередь платить и спасать его. Она все сделает для этого.

Шарлотта села на стул возле Морта, снова взяв его руку в свою. С губ сорвалось его имя. Адам. Произнесенное вслух впервые, оно прозвучало странно. Так же странно, как и тогда, когда Майкл в разговоре назвал Морта настоящим именем.

— Адам, — повторила она.

Впечатление не изменилось, хотя значимость этого имени вызвала на ее лице улыбку.

Адам в Эдемском саду! — рассмеялась она про себя, вспомнив, как они были в джунглях вдвоем и как обезьяны бросали в нее ветки деревьев. Она тогда шутила об Адаме и Еве в Эдемском саду, не осознавая, сколь близка была к истине.

Наклонившись, она погладила его щеку и убрала волосы со лба.

— Ты ведь знаешь, что Адам не проявил большой настойчивости, чтобы надкусить яблоко. — Она опустила глаза и посмотрела на его руку, нежно поглаживая при этом пальцы. — Что только доказывает, что я была не совсем подходящей Евой. Согласна, что у меня есть недостатки, у кого их нет, но если бы ты любил меня так, как я люблю тебя…

— Что ты здесь делаешь?

Голова Шарлотты резко вскинулась вверх, глаза расширились, не веря в услышанное. Сердце подпрыгнуло к горлу, чуть не выскочив из груди. Она смотрела в открытые всепонимающие глаза Морта. Мгновение не могла произнести ни слова. Морт был в порядке. В этот миг все страхи Шарлотты ушли. Морт вырвался из ада, где метался между жизнью и смертью и, наконец, вышел на верную дорогу. Сейчас его ничто не остановит. Его первые слова вряд ли можно было расценивать, как выражение нежности. Но неважно, что он говорил, главное, что это случилось, что он, наконец-то, открыл глаза и пришел в сознание.

Обретя голос, Шарлотта смогла только произнести:

— О, Морт!

— Что ты здесь делаешь, Шатти? — повторил он вопрос.

Голос был слабым, пальцы делали робкую попытку сжать ее руку.

Шарлотта улыбнулась. Он назвал ее по имени, он узнал ее. Она не страдала от унижения, слыша, как он называл другие имена, которые значили для него больше, чем ее.

— Тихо… Не пытайся говорить. Просто отдыхай.

Ей хотелось крепко обнять его. Ты сиделка, напомнила сама себе, пока естественные инстинкты не овладели ее сознанием. Инстинкты, которые при существующих между ними отношениях должны держаться в тайне и которые должны все это время быть только профессиональными.

Шарлотта поднялась и положила его руку на кровать.

— Не покидай меня, — сказал Морт.

Шарлотта заметила, как в его глазах вспыхнули страх и боль. Эти чувства, столь несвойственные уверенному в себе человеку, потрясли сердце Шарлотты.

— Мне нужно только к телефону, — заверила она его, показывая на угол небольшой палаты. — Надо известить доктора, что к тебе вернулось сознание.

Инстинкты взяли верх и, не сдержавшись, она приложила руку к его щеке. — “Я не оставлю тебя”, — хотелось добавить ей. Но, возможно, он не захочет, чтобы она оставалась с ним здесь все время. У нее накопилось слишком много вопросов. И потому Шарлотта не могла чувствовать себя уверенной в том, что Морту понадобится не только ее профессиональное мастерство. Пройдет еще немало времени, прежде чем он сможет выдержать ее допрос. А пока она получает удовольствие от того, что ухаживает за ним. Это было проявлением любви, и Шарлотта была готова смаковать каждый ее миг… возможно, это все, что ей осталось!

Майкл появился сразу и бегло осмотрел Морта. Шарлотта затаила дыхание на случай, если доктор сделает какие-то замечания личного характера. К счастью, этого не случилось. Когда Майкл вышел, Морт закрыл глаза и погрузился в сон. Но не в коматозный, как до этого, а в спокойный расслабляющий сон под неусыпным оком Шарлотты. Она больше с ним не разговаривала, позволив ему отдохнуть и набраться сил. Она лишь надеялась, что ее мечты не обратятся в прах.

В последующие два дня происходило то же самое. Морт просыпался на какой-то период, который с каждым разом становился длительнее. Шарлотта ухаживала за ним так же, как это делала после операции.

Они мало говорили, делили молчание, глядя друг на друга. Улыбались чаще. Шарлотта думала, хотела так думать, что больше за них говорят их глаза.

Когда Морт пытался говорить, Шарлотта велела ему молчать, заверяя, что ему следует набираться сил. Она отказывалась отвечать на его вопросы. В действительности она боялась, что в ходе разговора получит ответы на свои вопросы, ответы, которых, может быть, ей лучше и не знать. Она полагала, что чем дольше продлится такое положение, тем дольше Морт останется при ней. А Морт был еще слишком слаб, чтобы возражать.

На третий день после возвращения Морта к реальной жизни Шарлотта поняла, что все готово измениться. Точно так же, как и раньше, он, проснувшись, посмотрел на нее. Но вместо того, чтобы как обычно поприветствовать ее “Здравствуй, Шатти”, Морт сказал:

— Подойди и присядь на минуту.

Сильный и полный жизни голос прозвучал, как команда.

Доброе утро, полковник! — воинственно подумала Шарлотта, а вслух сказала:

— Доброе утро, Морт. С большим удовольствием я бы присела и поболтала с тобой. Но ты еще больной, а я работаю.

— Ну, перестань, Шатти, и присядь, — повторил Морт в своей обычной манере.

Она чуть не ответила “Да, сэр!” Прикусила губу, чтобы не возразить. Она лично от него хотела услышать, кто же он на самом деле, прежде чем дать ему понять, что знает его подлинный статус. Хорошо, сказала она себе, если это то, что хочешь знать, то садись и послушай.

Придвинула стул к кровати, села и озабоченно посмотрела на него.

— Руку!

Произнеся это, он тут же протянул Шарлотте свою руку. Услышав парадный приказ, Шарлотта постаралась сдержать улыбку, вложила свою руку в его, удивившись ее сильному пожатию.

— Что ты здесь делаешь, Шатти? — задал он неоднократно повторяемый за последние два дня вопрос, на который до сих пор не получил ответа.

Шарлотта поняла, что сегодня от него просто так не отмахнуться.

— Я могла бы спросить то же самое у тебя, — ответила она, оттягивая время.

— Не виляй, я спросил первым.

Мгновение Морт ждал ответа. Шарлотта молчала.

— Я вытащил тебя из одного месива, — продолжал Морт, тяжело вздохнув. — Считал, что ты в безопасности на родной земле. В безопасности, Шатти. Разве ты не знаешь, как это для меня важно? Будучи в Африке, я постоянно хотел одного: увидеть тебя в самолете в целости и сохранности. Ты никогда не узнаешь, что я чувствовал, когда самолет поднимался ввысь и увозил тебя из этого отвратительного места.

А ты никогда не узнаешь, что чувствовала я, видя, как ты превращаешься в муравья, думала Шарлотта, сдерживая себя, чтобы не произнести слишком резких слов.

— Я никогда, ни на одну минуту не мог вообразить, что ты проявишь такое легкомыслие и ввяжешься в эту свалку. И что происходит? Как раз тогда, когда я больше всего нуждаюсь в тебе, ты оказываешься рядом! — Он закрыл глаза и тяжело вздохнул от пережитых ужасов. — Я говорил им, что ты здесь, но они не хотели слышать. Они продолжали свое дело, вонзили в меня эту проклятую иглу, и я подумал, что это конец, что мы оба умираем. Потому что я был уже на полпути к этому, а у тебя не было иного выхода.

— Морт, — прошептала Шарлотта хриплым от волнения голосом. Он ее видел! В ту долю секунды, когда встретились их глаза. Он узнал ее сквозь боль от этого ужасного ранения и его единственной мыслью была ее безопасность.

— Почему ты оказалась здесь, Шатти?

— Мне ничего другого не оставалось, — ответила она, что было правдой. Она могла бы ему сказать, что хотела поехать в Африку и искать его там, но решила не делать этого.

Наступило долгое молчание. Шарлотте хотелось поведать всю печальную историю, но что-то в Морте сдерживало ее. У нее было неприятное ощущение, что в его взгляде проскальзывает осуждение. И скоро она в этом убедилась.

— Что случилось с женихом? — спросил Морт. — Ну, знаешь, с тем, который в инвалидной коляске, — неодобрительно добавил он. — Ты снова от него сбежала?

Лицо Шарлотты застыло в изумлении.

— Откуда ты узнал об этом? Я никогда ничего не говорила тебе о Брайене!

— Об этом обмолвилась Кейт, когда мы наблюдали за отлетающим самолетом.

— Кейт! — повторила она в оцепенении.

— Она сказала, что за свою самоотверженность ты заслуживаешь медали либо проверки у психиатра. Так что же? — настаивал Морт. — Ты снова от него сбежала?

Шарлотта покачала головой. Чувство вины вновь захватило ее. Это чувство усилилось, когда ей пришло в голову, что Морт считает, что она поступила неправильно, впервые бросив Брайена, на что он ясно намекал.

— Брайен встретил другую. Сейчас они наверняка уже поженились, — сказала она, не почувствовав облегчения.

— Почему ты мне не рассказывала о нем? — с упреком спросил Морт.

— Не знаю. За те дни, что мы были вместе, я наделала немало глупостей. Не уверена, что делала их я. Уверена в одном: тогда я любила тебя так же сильно, как и сейчас.

Она опустила голову, не в силах прочитать в его глазах отказ. Но в сложившихся обстоятельствах ей ничего не оставалось, как говорить полную правду. Хватит скрываться, он должен знать правду. Может не принять ее, но решать это должен он сам.

Морт замолчал, и Шарлотта почувствовала, как улетучиваются ее мечты.

— Почему ты не приехал и не нашел меня? — спросила она упавшим голосом.

— Как я мог это сделать? — скептически спросил он. — Ведь я думал, что ты связана с инвалидом. Каким бы человеком я предстал в твоих глазах? Я не мог появиться неожиданно и забрать тебя у него.

Голова Шарлотты откинулась назад, она простонала, осознав действительность. Кейт, которая сделала бы все, чтобы соединить Шарлотту и Морта, не желая того, стала причиной их разлуки. Она печально смотрела в глаза Морта, но от горя ничего не видела.

— Ну, успокойся, — мягко произнес Морг, улыбнувшись. — Все позади. Мы снова нашли друг друга. Разумеется, если бы ты рассказала мне все в самом начале, события развивались бы по-иному, и ты бы не приехала сюда в поисках меня. Возможно, все это к лучшему.

Шарлотта улыбнулась, слезы показались на ее глазах.

— Я, конечно, не возражаю, чтобы ты называла меня Мортом, но теперь тебе известно мое настоящее имя. Не кажется ли тебе, что ты должна им воспользоваться?

— Разве я могу себе это позволить? — шутливо спросила она. Все ее страхи и сомнения развеивались под теплым взглядом Морта.

— Он рассмеялся.

— Из тебя получится прекрасная Ева. Просто вытащи Адама из этого положения и увидишь, что его не надо заставлять надкусывать яблоко.

В замешательстве Шарлотта отвернулась и не могла сдержаться, чтобы не улыбнуться. Морт все слышал! Слышал каждое ее слово, когда впервые пришел в себя.

— Это подло, — заметила она насмешливо. — Впрочем, чего ждать от человека, который бродит в джунглях под маской наемника. Это непорядочно с твоей стороны, — продолжала она осуждающе. — Конечно, звучало бы более впечатляюще, если бы я рассказывала своим друзьям, что была спасена полковником, а не головорезом в обносках.

— Головорез в обносках! — удивленно воскликнул Морт, затем начал смеяться. — Ты не представляешь, как тебе повезло.

Шарлотта радостно улыбнулась от воспоминаний.

— Нет, представляю, — заявила она, крепко пожав его руку и ощущая ответное пожатие его пальцев.

Самый удачный день в ее жизни был тот, в который кто-то неизвестный решил пострелять в джунглях, поставив ее в положение жертвы, а затем направил в джунгли Морта, чтобы защитить ее.

— Но чем же ты занимался в Африке? — спросила она.

Мгновение Морт колебался.

— Ты знаешь, что мы были там и поэтому можешь также знать, что мы спасали английского посла. Но это для общего сведения. Что касается остального, то английских солдат там нет. Надеюсь, ты понимаешь? — серьезно спросил он.

Шарлотта кивнула, понимая значимость того, что услышала. Напоминание об опасности, в которой он жил постоянно, бременем легло на ее плечи.

Неожиданно ее осенило.

— Ты вернулся домой вместе с послом? — выдохнула она. Все это время, когда она жила в тревожном ожидании, боясь самого худшего, Морт был в безопасности, в Англии. — Я видела газетные сообщения, но не видела тебя.

— Тебе не полагалось видеть ни меня, ни Гая.

Переполненная любовью, она в удивлении покачала головой.

— Я думала…

Она замолчала, не в силах высказать предположение о возможной гибели Морта в Африке.

Морт весело улыбнулся.

— Не будь такой угрюмой. Я вернулся, и я на твоей стороне.

Глядя на него, Шарлотта прикоснулась пальцами к эмблеме Красного Креста на рукаве.

— Я ни на чьей стороне, — заявила подчеркнуто. — Мы просто убираем за вами грязь.

— Не добивай меня нравственностью. Я этого не вынесу. Мы нуждаемся в вас, а вы в нас. И несмотря ни на что, подойди сюда.

Он потянул ее за руку, принуждая подняться.

— Что случилось? — обеспокоено спросила Шарлотта. За разговором она забыла о его состоянии, о чем вспомнила только сейчас.

— Ничего плохого. Иди сюда. Я хочу тебя поцеловать.

Взяв ее за руку, он потянул вниз, пока она не поняла, что происходит.

— Никоим образом, — неожиданно воскликнула она, быстро отпрянув назад. Она была поражена тем, что он пытается сделать, удивлена тем, что у него есть для того силы. — А сейчас послушай. Ты можешь быть полковником и кем угодно у себя в подразделении, но здесь ты Адам Мортимер. Здесь я отдаю приказы и прошу не забывать об этом.

Кого она пыталась обмануть? Морт все еще держал ее руки, и она сомневалась, что сможет освободиться, если он не позволит.

— Хорошо, — улыбнулся он, проказливо приподняв брови. — Тогда прикажи себе поцеловать меня.

— Я твоя сиделка. Ты мой пациент, — подчеркнула Шарлотта, тщательно выбирая слова, словно собиралась объяснить нечто трудное ребенку. Понимала, что столкнется с трудностями, если и дальше будет ухаживать за ним. — Это было бы не этично, — добавила она, слишком поздно осознав, что попала в ловушку, снова упомянув о нравственности и надеясь, что он не обратит внимания на это слово. Но он обратил!

— Я уже говорил тебе, что думаю о нравственности, — ответил он, широко улыбаясь, и снова потянул ее за руку к себе.

Шарлотта видела озорной блеск в его карих глазах, слишком яркий для человека в подобном положении.

— Если сюда кто-то войдет, я потеряю работу! — сердито воскликнула она, сознавая, что ее защита быстро слабеет. Он смотрел на ее губы, она не могла отвести взгляда от его рта.

— Потеряешь работу? — вопросительно повторил он.

— Да.

Зубы Шарлотты больно впились в нижнюю губу. Она надеялась, что эта боль заставит ее думать о том, что она должна сделать, а не о том, к чему ее принуждает Морт.

— Ну, если тебя беспокоит только это… — Он снова притянул ее к себе. Их лица почти сблизились. Она чувствовала его дыхание на своем лице. — Тебе не понадобится работа, когда выйдешь за меня замуж, — закончил он начатое предложение.

И прежде чем Шарлотта смогла выговорить его имя, застрявшее в горле, он уже обнял ее за шею и начал целовать.

Она быстро раскинула руки и оперлась ими о кровать, боясь, что причинит Морту боль, упав на него своим телом. А затем все помехи исчезли. Шарлотта вернула поцелуй, не в силах устоять перед своим желанием: желанием, которое она тщательно контролировала в течение всех дней ухода за Мортом. Сейчас все взорвалось в одной мощной вспышке. Шарлотту уже ничуть не беспокоило, что в любой момент в комнату кто-то может зайти и увидеть, что она поступает с больным не так, как должна, особенно с пациентом в таком состоянии, как Морт. И когда тело ее начало ослабевать, в руках появилась боль, а в сердце страх, что может навалиться на Морта и сделать ему больно, Шарлотта нехотя отстранилась, отказываясь от сладости поцелуя, которого так долго ждала.

— Полковник Мортимер, — сказала он, накрывая ладонью его горящие страстью глаза. — Что это было, предложение?

— Нет, мисс Кук, это был приказ.

Он слегка улыбнулся той самой улыбкой, которая заставляла кровь Шарлотты сильнее пульсировать в жилах, а сердце рваться из груди.

— В таком случае, полковник, я вынуждена принять его.

Морт улыбнулся. Это была улыбка нежности и глубокой страсти, хотя в ней можно было уловить намек сожаления о своей нынешней несостоятельности.

— Не чувствуй себя вынужденной, — сказал он, поднимая руку и лаская ладонью ее щеку. — Просто пожелай.

Шарлотта знала, что никогда не сможет полюбить кого-либо так, как любит этого человека. Ее сердце разрывалось от такой любви, и она уткнула свои губы в его ладонь.

— Да, я хочу стать твоей женой, — шептала она, переполненная страстью.

Про себя благодарила судьбу за то, что та даровала ей случай вернуть Морту долг и спасти его. Судьба распорядилась так, что в критический момент его жизни она на мгновение оказалась перед его глазами. Миг, который влил в него могучую волю к жизни.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Мэри Эдвардс
Где-то, когда-то…

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9