Александр Федоренко

В поисках Истины. Наследие Предтеч

Зачин

Маленькая человеческая фигурка недвижимо застыла на краю скалистого выступа. Буквально у ног человека разверзалась настоящая Бездна, но он стоял твердо, не боясь сорваться вниз. Не смотря на холод межзвездного пространства, одет он был лишь в легкие одежды, простого путника. Голова была ни чем не покрыта, и студеный ветер трепал коротко остриженные волосы, но мужчина казалось, этого совсем ни замечал, он был глубоко погружен в себя.

— Вращается ли кокон Вселенной, происходит ли круговорот Великой Сферы? — Крутились одни и те же мысли в голове одинокого странника. — Пожалуй, такой вопрос, наверняка, не раз задавали себе великие философы прошлого. — Думал он — но кто сможет ответить? Нет такого ока, чтобы объять этот великий процесс, но скорее всего да.

Очень медленно, но она поворачивается вокруг своей оси. И когда оборот завершается, наступает новый цикл, в ее развитии, и естественно в ходе истории существ ее населяющих. Вращение идет и внутри, самой сферы, где свои оси, галактики меняют свое местоположение, вращаются, меняя рукава, но этот процесс более быстр, чем поворот Большой Сферы. И видимо во время завершения полного круга, идет смена Правящих Сил, таким образом, исходя из этой теории, кругов было три, или точнее третий еще идет.

— Происходит смена Полюсов Власти. — задумчиво пробормотал мужчина — Сущим уже давно правят Новые боги, хотя так зовут себя лишь они сами, да те, кто помнит времена, что были до них. Правящие ранее, стали зваться Падшими, от Старых богов Зари, остались вообще одни воспоминания, и то весьма, смутные. Кое-где они, конечно, уцелели, но превратилсь всего лишь в мелких, местечковых божков, ни на что толком не способных. Хотя нагнать ужас на местное население очень даже могли. Изначальные же Силы, в большинстве своем уснули, и сами по себе пробуждались редко. А еще у каждого в этом Большом Мире, была своя правда, и свое понимание действительности, впрочем, как и справедливости.

Что касается Твари по прозвищу Поедатель, или Пожиратель Пространств, то физически, он вроде бы оставался на месте, но вот, беда, из поглощаемых им «заготовок, по сути, материи, ткани, самого Вселенной, начали рождаться его Слуги, не лишенные зачатков разума. Вот они то, и продвигались вперед, наводя ужас, и сея смерть среди жителей тех миров, которые успели достичь, косматые демоны.

Способа борьбы с ними почти не было, тогда чародеи и шаманы людских племен, были вынуждены прибегнуть к жертвенной магии, Крови и Смерти, разрабатывая все новые и новые Заклятия в этом русле. Убить этих существ не получалось, но вот ввергнуть в долгий-долгий, практически вечный сон выходило. Причина была в том, что это были не единичные твари, существующие сами, по себе, а части единого целого, обладающие коллективным разумом, каким-то таинственным образом связанные с этим целым, проще говоря, с самим Мироедом. Практически они представляли собой рой, разлетевшийся по доступным для них областям Вселенной.

— Коллективное сознание, бесстрашие, безумная ярость и… и хитрость, продуманность, коварство — как это может сочетаться?

Но в мирах большого мира, все-таки нашлись те кому, хочешь, не хочешь, а пришлось сражаться против незваных гостей, выбивая тех из оберегаемых Стражей Порядка, миров. Успешна ли была борьба в остальных частях Вселенной, они не знали, но свои области отстаивали, как могли, не давая продвигаться всеобщей напасти и на чуть-чуть. Но если бы их заботой было только это…

Человек, вышел из прострации, тяжело вздохнул и ласточкой бросился вниз, не для того чтобы погибнуть понятно, а что бы предаться истинному полету, забыв обо всем, хоть на малые доли времени. Он падал в бездну до тех пор, пока не ощутил, что сдавливающая грудь непонятная тоска, отступила, ощущение маетного сердца прошло, и можно снова рваться в бой…

Четвертая книга Априуса

Часть первая

Глава первая Успеть бы вовремя

Априус уже почти час, сидел на вершине высокого холма, внизу раскинулась широкая равнина, вся поросшая густой, зеленой травой. Небо утюжила пара орлов, они кружили, высматривая добычу, которой внизу было великое изобилие. Рус, сидел недвижимо, его глаза неотрывно следили за полетом орлиной пары, но мозг был занят совсем другим. Он сидел так уже давно, время одновременно и имело значение, и в тоже время нет. Орлы охотились, он размышлял, ветер гнал травяные волны по равнине, казалось время застыло — бесконечный полет, бесконечное перекатывание зеленых валов, беспрерывное дуновение, безотрывное созерцание.

Эта картина, умиротворяла и расслабляла, и Априус по-прежнему не двигался, боясь спугнуть бесценные для него мгновения. Просто сидя вот так, обхватив подогнутые колени руками, он мог вечно глядеть на этот бесконечный полет. Потому что сам сделал его таким, это помогало ему размышлять.

Он уже давно наткнулся на этот девственный мир, лежащий сразу за ведомыми ему пределами, и был очарован, его красотой, и перваозданностью природы. Это был мир, казавшийся выдернутым из далеких времен детства, потому что здесь не было разумных существ, ни каких, а вот все остальное было. Мир как бы был и юн и стар одновременно, словно кто-то специально растянул его юность с самого начала времен.

Мысли, мысли, мысли, как всегда куча вопросов, на который требуется долгий поиск ответов. То с чем столкнулись Хранители, не попадало ни под какое определение Сил, а содеянное этим Нечто, просто не укладывалось ни в какие рамки. Мир, в котором это произошло, ни в коей мере нельзя было назвать пограничным, впрочем, серединным он тоже не был, на него натолкнулись совершенно случайно, откликнувшись на призыв собрата.

Каким образом занесло туда его самого он так толком объяснить и не смог, но то с чем они столкнулись там, отбросило все другие вопросы. А столкнулись они ни с чем иным как с перестройкой Реальности, переделкой явленного когда-то Творцом Мирозданья. Нечто вошло в мир, пронеслось сквозь него, и ушло, оставив такие неимоверные следы своего присутствия, что шла кругом голова, у всех без исключения.

Складывалось впечатление, что почву просто перевернули вверх ногами, вывернув наизнанку, и заставив деревья, расти корнями вверх, которые неимоверно удлинились и ушли в небо, впившись в облака. Горы сорвались со своих мест и стали блуждающими, скользя на своих подошвах по грунту, словно улитки. А реки… Реки не то что повернули вспять, они тоже текли вверх, взбираясь на холмы, словно ловкие змеи, а в некоторых местах вообще дугообразно вспучивались, унося свои воды под небесный свод. И это все было без видимых причин, и к иллюзиям или мороку не имело никакого отношения. Хорошо еще мир оказался малонаселенным, и население его совсем еще диким, лишь только начавшим осваивать кремний.

Чародей оторвался от дум, и отвел свой взгляд от орлов, тем самым, отпуская их, и перевел его на небольшую речушку, весело несущую свои воды. Здесь она текла правильно, повинуясь установленным законам.

— Сколько воды утекло с тех пор, как была обнаружена та аномалия? — Впервые, разлепил плотно сжатые губы Рус, по привычке задав вопрос в никуда — Сколько сил потратили двенадцать ставленников Смотрителя, чтобы вернуть тот мирок в прежнее состояние. Но подход их был индивидуален, а то, что сотворило эти изменения, действовало, воздействуя сразу на все. И хоть он с сотоварищами и были сродни первым богам, и по мощи не уступали даже самым сильным из них, но в один момент вернуть все в прежнее русло не сумели. С того самого дня Хранители, стали по очереди дежурить в том мирке, который они назвали Хастаир — что значит Искаженный. Из памяти мира, извлекли только смазанный образ того неведомого передельщика, который все тут устроил. И выглядел он как большое облако, перевитое радужными молниями, на миг принявшее очертание медузы…

Априус нехотя, поднялся на ноги, взял лежащие рядом снасти для рыбной ловли, и направился к речке. Такие вот мгновения как сейчас выпадали теперь довольно редко, и он не собирался тратить их зря. Он вышел на берег, выбрал место, уселся, и принялся устраиваться. Вскоре, обычный поплавок из гусиного пера, уже весело попрыгивал в воде, зеленые глаза, зорко следили, за ним, а вот мозг продолжал размышлять.

Во всем этом мире больше не было разумных существ, ощущение было очень необычным — наверное, так себя чувствовал Творец, глядя на первое свое детище, не с кем было поделиться впечатлениями, потому что равных ему не было.

— Как мы не старались, но сохранить прежний порядок вещей так и не смогли, — невесело усмехнулся своим мыслям Априус — и Поедатель все еще здесь, и его твари рыщут по мирам, пытаясь найти слабину в защите, и или способ обойти Закон, нечто новое из других областей Вселенной стало проникать в хранимые зоны. Но не мы в этом виноваты, изменения неотвратимы, одна эпоха должна сменяться другой, принося с собой и различные новшества, будь то законы, существа или Силы. Что ж, главное это сохранность целостности миров, и живущих в них созданий, а все остальное второстепенно, хоть иногда и очень важно. Время Великих Битв прошло, не поднять теперь армии против наглого неприятеля…. Все исподтишка… да хитростью…

Он, сверился с внутренними ощущениями, с досадой понял, что у него оставалось совсем немного времени, чтобы насладится неспешным течением жизни, и подаренными себе минутами покоя. Еще чуть-чуть, и придется возвращаться.

Так все и вышло. Мир остался позади, звездные просторы встретили своей всегдашней холодностью и незыблемостью, но что-то было не совсем так. Априуса охватил неясный трепет, сердце как говорится, было не на месте, чувство тревоги будоражило душу, но причина такого состояния была не ясна. Он был уже почти возле самого замка, привычно обходя место обитания василиска, который по-прежнему неосознанно сторожил тропу, и тут его настигло эхо, далекого возмущения — что-то не так было с магическими потоками. Не с самими Магическими истечениями Прави, Яви, и Нави, а с теми многочисленными ручьями Силы, что пронзают все Сущее, разнося магию по Вселенной. Где-то в каком-то месте случился сильный сбой, настолько сильный, что уже сталкивающийся с подобным проявлением дисбаланса, Эльдариусиец, сразу ощутил это.

Рус остановился, замер, напрягая все возможные чувства, стараясь всеми мыслимыми способами определить место, откуда шел фон деструктуризации пространства. Каких-то неравномерных колебаний, приглушенных отголосков некой волшбы. Через некоторое время он уже вычислил приблизительный участок, это была область серединных миров, что само по себе уже было необычным, ведь она по ряду определенных причин наиболее стабильна и мало подвержена влиянию посторонних факторов. Да и всегда была под присмотром каких-либо правящих Владык из Тронного Царства, и те и другие имели там какой-то личный интерес. Но только не сегодня.

Хоть его нынешнее чутье не распространялось на ту часть Сферы, но сотворенное когда-то давно Заклятие Упрочнения, не смотря на эоны времени минувшие с тех пор, позволило услышать эхо, от творимого далеко-далеко действа. Он еще раз, напряг все возможные чувства, вслушиваясь в ничтожно малые отзвуки, взор не Эсгалдирна, нет, взор правнука Агатона, устремился в ту сторону, он вновь попытался проникнуть сквозь толщи, отделяющие его от места, где взбесилось пространство межмировой области, и у него получилось.

Он увидел довольно странную картину — некая неведомая сила гнала куда-то сонмы межмировых тварей, населявших межреальность, при чем в определенном направлении. На пути этой навалы он успел заметить, маленькие фигурки существ, похожих на людей, всего лишь небольшую группку, те были застигнуты этим странным явлением, прямо на тропе. Но, не смотря ни на что, не сбежали, а пытались противодействовать творящемуся там чародейству.

— Рисковые ребята — прокомментировал увиденное Рус — им бы убраться оттуда куда подальше, а они вон, еще пытаются что-то противопоставить… Только это все равно что океаническую волну лопатой отбивать…

Те места, были совсем не его вотчиной, но душой, всем своим естеством, он неистово рвался туда, к этой кучке, неведомых чародеев, дерзнувших встать на пути этой, всесметающей лавины. Это была настоящая драка, настоящее испытание для воина, боевого мага, или хитроумного чародея. Но ему туда нельзя.

Пока Рус, боролся с самим собой самому себе, его мозг все же высчитывал координаты мира, название которого не знал, понимая, что не сможет остаться в стороне, не смотря ни на какие запреты Системы Законов. Одновременно с этим, он, продолжал видеть, как горстка смельчаков сражалась, не разрывая строя, плечом к плечу, отражая странные извивы не понятно чего. Вот один чародей выкрикнул какое-то заклятье — и впереди медленно засветилось, забилось громадное пурпурное сердце. Априус понял, что за заклятие применил этот маг, он сам иногда прибегал к подобному, но не во всем. Сложное, заклятье — когда не знаешь ни одного уязвимого места неприятеля, создай такое место и заставь врага поверить в это. Такое чародейство, было довольно опасным, ибо требовало слияния разумов, но видимо иного выхода, этот парень не увидел, и потому рискнул пойти на это, ведь силы Дикого Леса не отступали…

Больше Априус ничего не смог разглядеть, но это уже и не требовалось. Из всего увиденного, напрашивался только один вывод — волна из взбесившихся чудовищ, уроженцев пустых пространств, катится не просто так. А направляется к определенному миру, по пути намереваясь, смести и какую-то плоскую жилую область.

Знать, что там происходит, и почему, было почему-то очень важно для Эсгалдирна, ибо Хранитель должен быть в курсе всех несвойственных обычному бытию проявлений, а тем более таких. И он прямо с места, рванулся туда к незнакомому, но видимо чем-то очень важному миру, понимая что, скорее всего не успеет, потому что в царящем сейчас там бедламе, пользоваться привычными путями нельзя. Этим даже можно усугубить и так невероятный дисбаланс.

— Надо бы помочь… Вот только бы успеть — успел промолвить Априус, до того как исчезнуть с места.

Но как он не старался достигнуть нужного места, как не пытался всеми способами сократить путь, все же безнадежно опаздывал. Рискнуть переместится прямо к пределам обозначенного мира, он не мог, позволить себе такую попытку было чревато последствиями — у него ведь обязанности, и мало ли к чему привел бы такой поступок. Поэтому он двигался рывками, переносясь от одной области к другой, останавливаясь на краткий миг, чтобы сверить «курс» проверяя, не сбился ли? В себе то он был уверен, а вот в течении Силы, и в том что в таких условиях чары сработают так как надо нет.

Во время этих кратких остановок, он творил Заклинания, схожие с чарами Познания, чтобы хоть на эти краткие мгновения быть в курсе, что происходит в околомирье и на окраинах мира. Понимая что, увиденная им сцена, и нынешняя действительность, могут отстоять друг от друга на несколько дней, а то недель, Априус, все равно не мог остановиться, и надеялся успеть. Беглый взгляд на происходящее дал увидеть совсем неутешительную картину — мир, к которому стремились сонмы различных навьих порождений, находился практически на грани гибели. Две Силы, ныне орудующие в Сущем тянули к нему свои жадные руки. И скорее всего это действительно был конец. Но, не смотря ни на что, этот мир все-таки взялись защищать даже сейчас.

Эсгалдирн увидел, как от края до края окоема катятся живые валы — валы, состоявшие из тотчас же творимых слепой напирающей силой живых существ. Целью их был крошечный островок в сплошном сером море, где плечом к плечу стояли старик и девушка, явно не лишенные дара. Но девушка была еще и хорошим бойцом-мечником, то и дело быстрыми росчерками взлетала ее сабля, поражая врагов.

Огненные смерчи периодически проносились над живым морем, испепеляя атакующее воинство. Реальность дрожала, бездонная утроба глотала мириады мириад, однако их место тотчас занимали новые. Голубые молнии косили тех тварей, что успевали подобраться ближе, ну а самых везучих добивала сражавшаяся девушка.

Другая картинка — уже раз виденные им маги, из-за которых он собственно сюда и отправился, застыли над миром, от них отделяется, чем-то неуловимо знакомая воительница, устремляясь вниз к сражавшейся паре. Это увлекает и остальных, теперь они уже вместе со старым магом и девушкой. Взявшись за руки, начинают плести Заклятье, и Априус видит как мгновенная судорога боли, искажает лица прибывших на подмогу волшебников. Это дает о себе знать прикосновение к силе старого волшебника, чья система построения чар, кажется Эсгалдирну тоже чем-то смутно знакомым. Но тут он уверен точно — этого мага он видит впервые в жизни.

Это все что Рус, успевает увидеть во время первой краткой остановки, а для понимания всей ситуации нужно было намного больше. Хранитель вновь посетовал на разность в течении времени, коротко выругался, сверился с координатами, и двинулся дальше понимая, что в следующий раз окажется совсем близко, потому тщательно подготовить Заклинание, которое укроет его чары, и его самого, времени не будет, и потому делал это на ходу. Как бы не был взволнован — помни скрытность превыше всего, это знали все Хранители.

Еще один скачок, и он уже почти достиг пределов нужного мира, чары мгновенно показали отрывчатыми эпизодами, что там происходит. А там свершался конец света, да и тьмы пожалуй тоже, потому что Силы протянувшие к неизвестному миру свои щупальца, ничего оставлять явно не собирались. Рус вновь увидел группку магов сражавшихся бок о бок, кольцо голубого огня сотворенного ими, которое, разрастаясь, сметало всю наступающую массу тварей, в то время как старый маг занимался другим Заклятием. Похоже, пытался пресечь путь, заткнуть дыру, через которую они все лезли. А еще он увидел лик второй Силы, явившейся сюда, такой скорбный и неотвратимый — Мессия вернулся — пришел «спасать» Видимо все было тщательно подготовлено для его прихода, в самом мире творились моления, кровоточили иконы и распятия, но этого Априус не видел. Он еще успел заметить, как очистилось пространство, вокруг пятачка с магами, — сотворенное ими «кольцо» сделало свое дело, но перед ними возник один единственный представитель сил вторжения, явно вожак. Рус услышал слова, обращенные к одной из чародеек, так же четко как будто сам стоял там:

— Ты поспешила, и проиграла. И твои друзья тоже. Между твоим ковеном и нами, нет войны. Твои сородичи поступили благоразумно. Они отступили. Я не хочу нарушать договор.

— Убирайся прочь! Этот мир вам не получить, — буркнула та.

— А если тебя изгонят твои собратья и сестры по Ордену?

— С чего это тебя тревожит моя судьба? Убирайся!!!

Но наглая тварь, осталась на месте, и повернувшись к старому магу вопросила:

— А ты, маг, почитающий себя спасителем мира? Знаешь ли ты, что каждое твое заклятье только приближает его конец?

— Знаю, вражина. И знаю, как мне быть…

— Ну хорошо… А ты, девчонка, чьи деяния переполнили чашу грехов?

Априус не понял, к кому конкретно обращался косматый демон, но по тому, что последовало сразу за этими словами, догадался.

Первый удар нанесла та, что сражалась со старым магом плечо к плечу с самого начала, к ней почти мгновенно присоединилась воительница, и тут же тонкое оружие «гордячки» присоединилось к ним, вонзаясь в горло «рогоносцу».

Глаза твари, вылезли из орбит, на губах проступила кровавая пена. Увенчанные длинными и острыми когтями пальцы вцепились в железо… и тотчас обмякли.

— Держитесь… — Отчетливо слышит Априус тихий голос старого мага, и он увидел как почти мгновенно, крошечный холмик, на котором стояли семеро бойцов, окружало настоящее море врагов.

Полки косматых созданий Ужаса, одинаковых, точно капли воды, с мечами и копьями — и над ними крылатые «манты». Маги вновь принялись за дело, волшба пошла уже из последних сил, но заклятье сменяется заклятьем, никто и не думал отступать. А число врагов не убывает — Лоно, что творит их там, в неизвестности, не знало ни жалости, ни сострадания.

Априус скрипнул зубами, и сжав кулаки прыгнул в последний раз, понимая что не сможет стать рядом с отчаянными защитниками мира, и ему придется выбрать себе другое место. Сравнительно небольшой по меркам Эсгалдирна промежуток пространства, занял все-таки некоторое время, видимо сказалось нарушенное ордами вторжения течение потоков Силы. Для него минуло вроде бы несколько мгновений, но когда он оказался у мира, там минуло уже довольно много времени, и Рус успел лишь к самому финалу трагедии. Еще толком не осмотревшись, он собрался, было, ударить мощным Заклятием по все еще бесчисленным ратям врага, а то, что это именно враги, чуждые всему живому сомнений не возникало. Но тут внезапно прямо в голове прозвучал чей-то гулкий голос:

— Стой!!! Уже поздно, не смей вмешиваться! Тут ты ни чем, уже не поможешь, только зря проявишь себя.

Априус мгновенно обернулся, готовый разить быстро и смертельно, но этого не потребовалось, потому что перед ним стоял Ниррас. В одном из своих любимых обликов, крылатого пса.

— Смотри-смотри, какое переплетение чуждых друг другу Сил, при чем явно просматривается только одна — прошептал Ниррас, я шел по следу обнаруженных мною крылатых бестий, и они вывели меня сюда. Они, бесспорно, принадлежат Поедателю, как и сонмы вот этих рогатых космачей, как и вон те Гиганты парящие в небесах, но вот то лицо среди облаков путает все расклады…

— Скорее всего, тут имеет место сговор — вырвался из груди Хранителя горестный вздох, — Нужно срочно что-то делать… — и он непроизвольно потянулся к «Ракар» собираясь, наверное, первый раз в жизни, по-настоящему пустить его в ход. Губы словно сами собой, начали шептать длинное, но очень губительное Заклятие, составленное еще в те давние времена, когда рати Узурпаторов из Тронного Царства явились на битву при Весте. Сам Априус, не смотря на предупреждение собрата, уже собрался низринуться вниз, как некое действо происходящее возле окруженного холмика с людьми притянуло взоры обоих Хранителей, заставив на время забыть обо всем… Страшная догадка резанула мозг, но было уже поздно, старый маг принял решение.

Он прокричал в небо какие-то слова, затем мгновенно последовал быстрый и неотвратимый полет, кривого клинка, старческая рука не дрогнула, маг, одним движением вскрыл себе горло.

Ниррас выругался, произнеся нечто нечленораздельное, Априус, суматошно потянул Силу из пространства на себя, пытаясь предотвратить неизбежное, а над равниной битвы на миг наступила тишина. Тем временем старый маг, из последних сил удерживаясь на ногах, набрал в ладони собственной крови и, широко размахнувшись, швырнул внезапно возникший темно-алый шар навстречу крылатому чудищу царившему в небе над битвой. Кровь, на лету затвердела, и ударила огненно-красным сгустком в видневшуюся у шеи твари, рану. Она хрипло заклекотала, крылья развернулись, пытаясь опереться о воздух, но куда там, и черный гигант рухнул вниз, сметая все на своем пути. Словно драконий огонь охватил монстра, поедая его плоть. Фонтаны огня поднимались все выше и выше, а бесчисленное воинство врага, заметалось в панике.

Ниррас вновь придержал, Априуса, собравшегося было отправиться вниз:

— Они справятся сами! Видишь, уже стягивают с гибнувшего Зверя Силу, и поворачивают… — Настойчиво проговорил он.

Далеко впереди стал виден тот Первичный Разрыв, откуда началось вторжение. Поток огня плавил саму Реальность, наглухо перекрывая дорогу бестиям, слышался грохот рушащихся пластов земли.

— Они не зачистят полностью — сердито выдавил из себя Априус, взглядом, уговаривая товарища вмешаться, но Ниррас остался непреклонен.

— Ты выдашь себя, а это недопустимо. По-крайней мере раньше срока. Видишь же, все явно затеяли не один век назад. Но смотри же — «рогачи», отрезаны от своей пуповины, по которой валили…. Их там мириады, они сильны — но сила их обратится в ничто, по ту сторону образовавшегося Разрыва. Да, то, что извергнет образовавшаяся трещина, будет способно менять природу вещей, не так жутко конечно, как в «Хастаире» но все же…, главное сами слуги «Поедателя» дальше не пройдут….

Тут Ниррас, умолк, потому что вся равнина озарилась мощной вспышкой от взрыва, на время, укрывая все от любых взоров. И в тот миг Априус, метнулся вниз. Действовал он, как иногда с ним бывало, больше по наитию, чем, руководствуясь здравым смыслом. На месте холма теперь зиял лишь глубокий задымленный провал. Он стремился попасть к самому дну, где лежало еще теплое тело старого мага, пожертвовавшего собой. Рус вспомнил, чей метод построения чар, напоминала ему волшба этого чародея. Анализ был практически мгновенным, хотя конечно он мог и ошибаться. Но руки действовали, словно сами собой. Они извлекли из походной сумки, комок глины, вынесенной когда-то из Эскора. «Живой» глины, той для которой до сих пор так и не нашел применения, и так лежавшей в ней, до сих пор. Она оставалась все еще влажной, не смотря на прошедшие века.

Одним движением, он прижал этот комок, к губам старого мага, понимая, что исход души, если она у того имелась, предотвратить не успел, но вот дух… Дух который у обычного смертного распадается на третий день, а у мага кто его знает через сколько, вполне можно втянуть. Остатки естества, могут быть помещены в этот ком, а дальше будет видно — сейчас было не до предположений.

Априус отнял глину от деревенеющих уст, быстро сунул ее обратно в сумку, и поспешил убраться. Возвращаясь к Ниррасу, он без слов все понял, как Хранителей их ждала сейчас только одна дорога — дорога в их тайный Храм.

Путь туда длинен и причудлив, но именно по нему Хранители передвигались с неимоверной скорость, потому даже не успели притормозить, — Храм раскрылся, как всегда внезапно, вроде бы только что перед ними была абсолютно пустынная, мглистая область, а тут раз и Грандиозное Строение, не облицованное изнутри полудрагоценными и драгоценными камнями, а целиком выполненное из них, но так все и было задумано. Они сами его строили, сами создавали, сами подыскивали место и скрывали, от любых взоров и всяческих случайностей.

* * *

Входили каждый через свои покои, церемонии давно уже были отброшены, но некие атрибуты, все равно были необходимы, для тех или иных нужд.

Априус надел себе на шею цепь с большой хрустальной сферой внутри которой, сейчас, слабо светился голубой прозрачный кристалл. На голову водрузил, золотой обруч, выполненный из искусно свитых между собой спиралей, и пошел в зал совета. Сегодня роль председателя была за ним, раз уж он первый прибыл на место, где случился прорыв, такого масштаба. И хоть и было это совсем не в оберегаемых ими, мирах, случай все равно был из ряда вон выходящим, поэтому сообщить следовало.

За столом пока только Ниррас, но он уже послал весть остальным, оставалось только чуть подождать, когда прибудут оставшиеся десять Хранителей.

— А ты там как очутился то? — Усаживаясь на свое место, поинтересовался Априус, подразумевая, ни чем, ни примечательный мир, где произошли недавние события.

— Чисто случайно, пытался проверить одну теорию, ну насчет опорных миров….

— Понятно, у каждого из нас, свои секреты.

— Ну да, не без этого. Кстати ты заметил, какой силищи был тот пожертвовавший собой маг? Я говорю не о том, чем он владел в тот момент, а о потенциале в целом. Его явно ограничили, ранее он был, несомненно, сильнее. Вопрос лишь в том кем он был на самом деле, этот чародей, и кто его ограничил?

Априус коротко кивнул, делая вид, что особо это его не заинтересовало, рассказывать сотоварищу, о проделанных манипуляциях с глиной, он не собирался, как и о своих догадках.

По залу разнесся хрустальный перезвон, свидетельствующий о приходе еще кого-то из Хранителей. Рус в уме начал прикидывать, как лучше рассказать и показать, все случившееся. Чтобы после, провести всеобщий анализ, этих, совсем не ординарных, событий.

В зал почти вбежал Асамир, за ним не смотря ни на что, степенно прошествовали Эледвен и Элендар. Едва они уселись, появились Числинья, и Загод, а за ними уже и остальные. Хоть Храм и был расположен, далеко от Хранимых пределов, но добирались к нему, почти одновременно все Хранители. Если конечно были в своих Секторах, а не отлучились куда-нибудь.

— Предотвращая ваши вопросы — выждав, когда все рассядутся — невесело проговорил Априус — начну сразу с показа с комментариями.

Он повел рукой, и посреди стола, возникла большая хрустальная сфера, такой необычной чистоты, что казалась, почти невидимой. Ее заволокло сероватой дымкой, а когда та развеялась, все увидели ту ужасную картину — гонимый неведомой силой Дикий лес, вернее его обитателей.

— Это показывает, что при надобности новоявленные слуги Поедателя Пространств, спокойно оперируют потоками в Междумирии — пояснил он — смотрите дальше, это уже само нападение на мир.

Хранители затаили дыхание, когда Априус показывал все что увидел в самой близости от мира, никто даже не охнул, но когда явил Зверя и лик Мессии, раздались пораженные восклицания и возмущенные голоса.

— По всему выходит — это был тщательно подготовленный и заведомо предрешенный прорыв — рявкнул Ниррас — две Силы собирались поглотить его, и помешали им чудом. То ли мир, слишком близок к Царству Престолов, то ли еще почему-то, но у него нет назначенного Хранителя. И хуже всего то, что он совсем не в нашей компетенции, я не позволил Априусу вмешаться. И вот теперь старый маг оборвал пуповину, по которой лезли эти твари, но его гибель образовала громадный разлом, который связан еще с каким-то миром.

— И в связи с этим, предлагаю взять оба этих мира, во внимание в будущем, так просто там все не закончится. Да они далеки от наших секторов, но то, что происходит в них, влияет на судьбу всего Сущего — проговорил Рус, окончательно погасив видение в шаре. Не знаю, что повлекла бы за собой гибель этого мира, тут я не силен, просчитать, но как бы он не был важен, Божественная Троица, ни как себя не проявила. А значит, выжидают. Чего, знать бы только. Напрямую бы спросить.

— Нам запрещено вступать с ними в контакт — жестко проговорила Эледвен — или ты забыл?

— Ни чего я не забыл, просто….

— Может, они предпочитают сделать вид, что ничего не делают — перебил его Тэльк — а сами готовят нечто грандиозное по размаху. Выманивают так сказать своих противников, предлагая сделать первый шаг им…

— Ценой «опорника»? — Не поверил Баград — ведь если бы не это старый маг, интересно кто он? Вторжение бы удалось, и в итоге мир бы пал.

— Не просто пал бы — вмешался Фаши — а стал бы плитой для этого Тракта, будь он неладен. А Мессия вобрал бы в себя души, и не только….

— Какого еще Тракта? — Поинтересовался Априус.

— Да эти «рогачи» как недавно выяснилось, являются ни кем иным как строителями пути, для своего господина. Тракт этот должен пройти всю Вселенную, и после по нему вроде бы пройдет Поедатель, таким образом, вернувшись обратно в свои пределы. Ну как я понял, с пересказанных с десятых уст слов.

— Вот даже как… — задумчиво протянул Априус, — Путь, значит, творят, бросая в его основу, умерщвленные миры…. Что же тем более нельзя оставлять этот мир без присмотра.

— Повлиять мы не можем — пришла мысль от Числиньи, — но Априус прав, в курсе дел происходящих в этих мирах, быть надо. Потому что если Сущее, сольется в… Гм, и слов не подобрать… в общем, стеречь нам будет нечего.

— Ага — хмыкнул Веленфор — только нам будет уже наплевать, ибо самих не станет. А насчет быть в курсе… так глаза и уши нужны много где еще. У нас нет, столько верных и могучих подручных. Тут точно нужны аватары. Хоть у кого-то есть успехи на этом поприще?

Ему ответила тишина.

— В любом случае, лазутчиков, нужно подыскать и отправить туда — непреклонно заявил Априус — помяните мое слово — там еще далеко все не закончилось. И если мы, как и раньше будем лишены возможности не то что влиять, а хотя бы вовремя быть в курсе, боюсь, нам нечего будет хранить. Кстати, какие у кого новости о «Божественной Троице»?

— По моим сведениям, их разведчики нашли исчезнувший остров черных колдунов, и они отправились его штурмовать — ответил Элендар — но чего там переборщили с Мощью, и теперь устраняют последствия штурма, население десятков, если не сотен миров, им пришлось переселять. Через порталы понятно. Забот у них теперь добавилось, хоть и раньше хватало с лихвой.

— А не чего было лезть на троны, не обдумав все, как следует — буркнула Эледвен, которую до сих пор бесил тот факт, что Проклятый маг, сделался Богом…

— А у них, похоже, это случайно вышло — усмехнулся Фаши — выказывали свой протест действием, а тут бац влезли в планы Просвещающего, он их использовал, не успели опомниться нате держите вожжи в руки карета под названием Вселенная теперь управляется вами.

— Значит последний, ведомый оплот Хаоса, уничтожен — тихо, проговорил Рус, не обращая внимания на эти реплики — это уже неплохо.

— На поверхности всегда только верхушка айсберга — ответил ему Тэльк — кто знает, сколько еще у него тайных оплотов?

— Вернемся к вопросу об этих Мастерах Тракта, как они сами себя называют — прощелкал Фирлинг — они, что никогда не отступают от намеченной цели?

— Получается что так — тихо произнес Веленфор — их гонит воля Единого, они Рой, и это значит, что если они находят подходящий мир, то уже никогда не отступят, пока не уложат его «плитой» создаваемого тракта. Время для них особой роли не играет. Выходит, если они выходили хотя бы раз к хранимым нами Секторам, то все равно не отступятся никогда?

— Похоже, что сейчас их больше интересуют ключевые миры, хотя якорные тоже — хмуро пробасил Ниррас — но и с этим, расколотым, не до конца ясно. Не понятно как они проделали Лаз? Почему совпало вторжение со вторым приходом Мессии. Нужно разбираться. Искать в тех временах, когда он только начал впервые посещать миры. Там кроется разгадка, там упрятан ключ.

— Боюсь, на это времени нам не дадут — ответил ему Априус — похоже некие основы в некоторых мирах они успели заложить ранее. Этих тварей надо выловить и допросить, да сложность в том, что разумных их очень мало, но я видел, как один такой общался с теми чародеями, что встали на защиту Санкора, а значит, иногда они идут на контакт.

— Но только когда сочтут нужным — издал Ниррас странный горловой звук — а так, где ты их искать будешь?

Априус не ответил, ситуация складывающаяся в Большом Мире, нравилась ему все меньше и меньше. Скрытность в действии оппонентов нынешних Властелинов, несколько напрягала, с арены действий они, конечно, не ушли, и не уйдут, а значит, по-любому где-то стрельнет. Знать бы где. Хорошо хоть в Секторе тишь да блажь, всех утихомирили, все сбои устранили и ситуацию выровняли. Теперь дисбаланса можно ждать только от врагов извне, а их немало, вот потому и нужны глаза и уши везде, где только можно. Если бы еще и смертные не лезли, куда не надо, и не будили кого не след.

— Строители Тракта…, гм, с ними частично понятно, но мне не дают покоя эти явленные тобой. Априус, Монстры пар в небе атакованного мира — тем временем произнес Асамир — что это еще за напасть такая?

— Твари Ужаса — я бы так их назвала — согласилась Эледвен — придется послать лучших разведчиков, чтобы узнали, что это за…. Ну вы поняли.

— Боюсь, спросить будет некого — хмыкнул Априус — хотя…

— Вот именно что хотя…, миры, которые мы стережем, ведь с нами разговаривают образами, отрывочными видениями может быть и этот заговорит, только придется отправиться самим — горячо заговорил Фаши.

— Тогда на этом и порешим — закончил Априус — а на следующей встрече поделимся тем, что раскопаем. Только по меящиелочам давайте сборов не устраивать. Сейчас же давайте обговорим другие новости или достижения.

Он повел рукой, и перед каждым хранителем, возникло по высокому бокалу, из тончайшего стекла, изумрудная жидкость медленно заполнила их, и в каждом появилась обыкновенная соломинка.

— А я вот что думаю — несколько странным голосом проговорил Ниррас — может мы уже давно, отработали свои прегрешения? Ведь нас назначили Хранителями, еще во вторую эпоху, как бы уравнивать шансы мирян, против произвола богов, которым ничего не стоило стереть в порошок планету, вместе с ее взбунтовавшимися обитателями. А теперь ведь Божественная Троица у власти, может наша служба, уже никому не нужна?

— Может, и нет, только как это выяснить — хмыкнул эльф — Посланники Системы с кем нибудь говорили в последнее время?

— Нет, нет, — послышались нестройные ответы.

— Я говорю не о полном освобождении — крылатый пес, втянул еще немного тоника и добавил — а о большей свободе. Чтобы можно было предаться изысканиям, попутешествовать по Сфере….а то Сектор уже в печенках сидит. Я и в мир этот расколотый попал только потому, что не было мочи на моей окраине пребывать.

— Было бы конечно неплохо, получить чуть больше свободы — проговорил Априус — мы уже стабилизировали миры, настолько, что даже катастрофы вселенского масштаба переживут, и даже если отлучимся на год, другой наврядли с ними что-то случится…

— Это да, только не забывайте что туда могут просочиться все эти надмировые Силы, или их прихвостни — прервал рассуждение товарищей Фаши.

Они еще некоторое время общались, рассказывали интересные случаи, из жизни своих подручных, а затем попытались в очередной раз, послать зов Творцу, как всегда безрезультатно, можно было бы еще обратиться к Смотрителю, но время не имеет привычки стоять, поэтому пришлось распрощаться и выдвинуться восвояси.

* * *

Так пребывая в некоторой растерянности Априус, возвратился в Гиль-Эстэль, его нынешние интересы простирались далеко за пределы Хранимого Сектора, но тут ничего не поделаешь — надо быть здесь. Хотя нарушений за всю свою бытность Хранителем, он допустил не мало. Но все его отлучки были кратковременны, к тому же, кто-либо из патрульных всегда оставался на стороже, и миры не оставались без надзора. Но всему бывает свой предел, последние события, всерьез заставили подумать о будущем….

Он прошел по двору к рукотворному озеру, где на берегу стояло несколько беседок, в одной из которых, находились Дрендом, Куру и Яша, ведущие немного вялый разговор.

— Чего тоскуем? — Заходя, поинтересовался Априус.

— Приелось все — коротко ответил летописец, что-то черкающий на обрывке пергамента.

— Собираемся сделать небольшую вылазку, все равно куда — буркнул куатар, расстроенный постоянными отлучками друга, переставшего брать его с собой.

— А Рунин, где?

— Носится где-то по окрестностям. После того как не стало сторукого, он вообще сильно изменился — ответил снежный кот. — это была его любимчик. Лучший слушатель… во все верящий…, да и вообще.

— Ну да первые столкновения с естественной смертью друзей, — невесело протянул Рус, — не на шутку, подкосили, нашего неунывающего попугая.

Он мысленно припомнил всех, кого они потеряли за это время. Чары могли растянуть жизнь, но не сделать ее вечной. Век, два, это еще по силам, а вот больше… В строю остались только те, кто так или иначе был связан с Хранением. Да еще эльфы. Но не стало карлика Гарли, гномов, орков, гоблинов, корчмаря Густава, жены Саяра — Таны, да и еще много кого. Остались только старые верные соратники. Повязанные с ним не только долгом, но и узами покрепче.

Вот так за тысячу лет, оба замка постепенно, опустели, потому что замену смертным, которым позволено бы было узнать тайну, найти так и не смогли. Ведь устранили колебания миров, а значит, не стало природных катаклизмов, поутихли войны, некого стало уводить к себе. А лишь бы кого, не приведешь.

Ведь, как и было задумано Смотрителем, все его ставленники, ведут очень скрытую деятельность. Давно уже не короли и императоры, не вожди и не божества, хотя конечно тайные ордена, продолжают свое существование, а вот армии будет собрать уже не так просто. Но и не требуется, хотя в случае чего, Эсгалдирн, знал, где набрать рекрутов.

Всех своих подручных, он теперь держал только в Гиль-Эстэль, оставив замок в Андориносе, детям и внукам патрульных, которые и вели там все торговые дела, за это время, взяв под контроль, и несколько кварталов города, где имели свои лавки, павильоны и мастерские. Они торговали всем, чем только придется, и с виду выглядели просто успешными торговцами, хотя и чатично были в курсе, всего того, чем заняты родители.

Априус подошел к перилам, и глянул в прозрачную воду, где резвилась разнообразная рыбешка, некоторое время он любовался красивым танцем семицветных вуалехвостов, а затем повернулся к друзьям:

— Вылазку значит, планируете… И куда бы вы хотели отправиться?

— Есть только один мир, где мы не были очень давно, но всем нам было бы интересно узнать, как он там поживает — начал Дрендом издалека — но лежит он далеко отсюда, и я не знаю, можем ли мы впятером отлучиться надолго.

— Ты в Хрутар, захотел что-ли?

— Нет, я говорю о Весте.

Априус задумался, да в Весте они не были уже давно, он почему-то предоставил этот мир самому себе, точнее Саларилю, которому заповедовал хранить там все, но ни разу так и не проверил за все века прошедшие с тех пор, как вывел туда народ спасенных эльфов. А ведь с Весты все и началось — там он впервые чуть не расстался с жизнью, там уничтожил Темную Шестерку, вместе с прежним каганом, тем самым, получив неограниченную власть над Царствами Ночи. При Весте его Темная Империя на равных сражалась с ратями только что воцарившихся и создавших свое Тронное Царство, Богов-Узурпаторв. Которые повергли всех Прежних, старых богов. И там они отстояли свою независимость. И на Весте же он получил смертельно ранение, уже в другом бою…. С нее же началось Хранение, ибо ее восстановлением он освободил себя от долга перед Вселенной.

— Сейчас не лучшее время, чтобы отлучаться — размеренно проговорил Рус, — но я с вами согласен, засиделись мы чрезмерно, Нужны свежие идеи, да и приток свежего воздуха не помешает. Но пока нужно побыть здесь. Дрендом собирай патрульных, хочу кое-чем поделиться, я же пока немного приведу себя в порядок.

Сказал это, он не имел в виду, внешность, ему требовалось немного упорядочить, мечущиеся мысли, чтобы более-менее связано, поведать, своим подручным, о произошедшем в далеком «опорнике». Он повернулся и отправился в донжон, на ходу лишь слегка кивая всем встречным. Несколько рассеяно поднялся по лестнице, быстро прошел коридор, и толкнул дверь собственных покоев.

Там, растягивая время, подобрал соответствующую одежду, по старинке порывшись в шкафу, хоть мог бы и легко создать ее прямо на себе, но с некоторых пор, он старался позволять человеческому началу все больше и больше проявляться в себе. Хотя и хорошо понимал, что в его роду, лишь только одно существо принадлежало к людскому роду — это мать его отца, остальные же людьми не являлись. Но вспоминая свою жизнь в Даарии, да и в Хрутаре тоже, где жил среди людей, и набрался всяческих привычек и предпочтений, Априус с легкостью проявлялся как обычный человек, за малым исключением. Спустя пол часа он уже подходил к малому залу совета, где уже ожидали собранные Дрендомом подручные Хранителя.

Дверь бесшумно распахнулась перед Хозяином и Рус, с радостью отметил, что его лучшие воины не так уж и постарели, только в глазах виделась мудрость прожитых тысячелетий. Сегодня в зале собрались все патрульные, а так же Лусиарцы, ну и естественно Дрендом. Сатари, близняшки, Саяр и экипаж «Версара» во главе с Хареем. Рунин по своему обыкновению занял место на спинке тронного кресла Априуса, и дремал, не опуская век. Куру и Яша расположились на лавке рядом с тронным креслом — собрание можно было начинать.

Априус еще раз окинул всех собравшихся мимолетным взглядом, отметил про себя абсолютно пустой стол, чуть повел ладонью, и перед каждым возник золоченый кубок, с легким вином. На середине столов, появились вазы с изысканными плодами тропических дерев, и наилучшими фруктами и ягодами.

— Друзья! — начал, Априус — сегодня я собрал вас вот по какому поводу….

Он вкратце изложил события, произошедшие близ несчастного мира, который подвергся спланированному нападению, описал Зверей, царивших в последний миг, в небе этого мира, а затем уже вывесил полномасштабную картину увиденного там.

— Ничего себе!!! — Воскликнул Картус — Предвестники Конца… да таких Тварей не знаю чем и повалить то можно. Разве что на каждую, собрать кольцо из двенадцати драконов, да только таких драконов, не везде сыщешь.

— Я об этом и говорю — кивнул Априус — если заметите такую тварь, где-то из хранимых нами миров, немедленно зовите всех остальных патрульных и меня естественно тоже. Не медля!!!

— А если этих копытоногих «рогачей»? — Поинтересовался Атарк.

— Те просто так не появляются, как уже становиться понятно. Они долго готовятся, засылают разведчиков, в общем, всячески подготавливают почву для вторжения. Первые признак — белесая муть в мире или в межреальности, увидите, поймете, но лучше бы вам это не видеть. Те столкновения, что были раньше с этими тварями, не идут ни в какое сравнение с тем, что происходило там. Этот мир, является одним из «опорных» потому за него и схватка. Надеюсь, все помнят, что это обозначает?

— Миры Великой Сферы — опережая других, заучено ответила Вилисиль — в которых происходит разветвление основных потоков магических энергий снабжающих ее магией.

— Вот потому они и в особом интересе у противников нынешних Владык — пояснил Априус — в таких мирах легче всего получить власть над Потоками, а также существует возможность черпать магию непосредственно из них. Я видел две Силы, пытавшиеся завладеть миром, но не поверю что Падшая Верхушка, не побывала там, и не приложила к этому всему руку. Чую что-то началось, новый виток, в противостоянии Сил. А значит нужно уделять внимание каждой мелочи. Узнаю больше, сообщу, пока же мы с Дрендомом отлучимся ненадолго, вы же как всегда на страже. Замечено ли что-нибудь неестественное в хранимых пределах?

— Да особо необычных случаев вроде бы нет — после небольшой переглядки с собратьями по оружию, ответил Богар — как ты и приказывал, миры опутаны невидимой сетью охранных чар, любое постороннее проникновение сразу будет замечено нами, так что мы бдим.

— Все равно ухо надо держать востро, потому что еще не понятно как такие прорывы устраивались…. Но это еще не все, есть еще одно задание. Знаю, нас осталось мало, и для того чтобы посылать разведчиков далеко за пределы сектора, нужны резервы, нужно кого-то отрывать от дел, но придется. Мне нужен неусыпный надзор за этими двумя мирками, они не особо крупные, да и зона соприкосновения четко определена провалом в плоти миров. Из него если что и полезут слуги Поедателя Миров, и туда по любому кто-то должен отправиться. Лучше если это будут люди или гномы.

— Где их набрать то таких? Чтобы и соображали как надо, и могли быть оторваны от дел? — Хмыкнула Вельда, едва успеваем обучать, как уже выходит срок их жизни, с гномами конечно в этом плане, чуть лучше, но они на поверхность вообще не охотно выходят. Думаю, все-таки наилучшими кандидатурами были бы эльфы, или хотя бы эльфиниты.

— Боюсь что это не лучший выбор — ответил Априус — по причине их практически повсеместной вражды, с людскими расами. Обоюдная неприязнь, не даст такому разведчику действовать должным образом. Лучше всего подойдет человек-купец или гном-скиталец. А где брать? Так в Корчме нашей много разного люда трется, нанять можно, за хорошую плату, они и хорошую службу сослужат.

— Думаешь события произойдут в течении одной человеческой жизни? — Спросил летописец, что-то по привычке записывая, на листке пергамента…

— Скорее всего — да. Потому что к этому имеется множество предпосылок. Тут уж начинается настоящая борьба Сил, либо те, либо другие. Да только слуги Поедателя будут действовать уже не скрываясь, а вот Божественная Троица, предпочитает, чтобы тем противостояли сами жители миров, не пойму уж почему. Частично понятно — любое действие вызывает противодействие, но нельзя же так вот безвозбранное позволять этим тварям хозяйничать в мирах Сферы. Или я чего-то не понимаю, или своим призывом, мятежный маг, а ныне царствующий бог, дал им это право…

— Нам их решений не постигнуть — ответил Дрендом — кто знает, какие законы и ограничения довлеют над этими богами?

— Да ты прав, в общем, на этом у меня все, вы пока собирайтесь в поход, а я чуток развеюсь.

— Далеко ли собрался? — недовольно осведомился Куру.

— Да так… за околицу — неопределенно ответил Рус, и покинув кресло, направился к выходу.

* * *

А уже спустя четверть часа, он, пройдя небосвод близлежащего мира, который имел название Фавор, с удовлетворением осмотрел его Лик. Когда-то в самом начале своей Стражи, они устраняли здесь последствия магии вышедшей из-под контроля, что привело к глобальным изменениям в земной коре, вызвало сдвиг тектонических плит, и вся поверхность мира, что называется порэпалась. А из глубочайших трещин вырывались струи огня, сжигая нижние слои аэра…

В общем, чинить пришлось серьезно, ухлопав при этом некоторый водозапас планеты, и вызвав подъем новых гор. К тому же в опасности оказалось и защитное поле мира, потому как движение ядра сильно замедлилось, и грозило дальнейшей остановкой, что означало неминуемую гибель. Но важно не это, важно то, что находясь глубоко под землей, практически в недрах, Априус, видел гигантские полости, полные исполинских алмазов. Да что там исполинских, они были размером с небольшой город. Поднять и притащить такую громаду, было нереально. По крайней мере, тогда. Но сейчас он кое-что придумал.

Априуса не интересовала денежная ценность таких самородков, да они ее и не имели, но структура такого гиганта, за миллионы лет, приобрела неописуемую мощь, и ее можно было использовать, для чтения чужих заклятий. Разумеется при специальной обработке, и должных дополнениях. При нормальных условиях этот минерал метастабилен, то есть может существовать неограниченно долго. В вакууме или в инертном газе при повышенных температурах постепенно переходит в графит, но этого, Эсгалдирн допускать не собирался.

Он помнил байки Рунина, о Лодуре, известного еще как Локи, который проуроился среди асов, как хитрец, ловкач, и все такое, но… Но еще тот был великолепным знатоком по части колдовства, а в частности чар, уменьшения и увеличения объема, веса, размера. Так вот однажды, он вроде бы ссыпал себе в карман, целую сокровищницу, размеру которой, позавидовал, бы любой, дракон-затворник. Это и навело Априуса, на мысль о возможной доставке, такого вот «алмазика», в замок.

Оставалось только спуститься в одну из глубочайших дыр, оставшихся не закрытыми, выбрать «камешек» размером, поменьше, облегчить, уменьшить, и отправится восвояси. Априус осмотрел горы, сравнительно молодые, но именно внутри их подземных пещер, можно было, разыскать нужный пролом, в глубь земли.

Может быть в любом, другом мире, не входящим в состав. Хранимого сектора, он бы долго искал такой пролом, но тут сам мир, любезно показал такой, шрам, правда был он совсем не под горами, а далеко в океане, и на глубине достаточно серьезной, но тут поможет вторая сущность, его натуры.

Закатное солнце красиво осветило, вечерние воды, когда Априус, преобразовав свое тело, погрузился под воду. Теперь это был уже не тот серкожий демон, в чей облик он перетекал, едва узнав, о своей второй сути, частицы проникшей в него Черноты, давно уже вплелись в структуру, его плоти, и позволяли, менять различные части тела, по желанию. Удлинив пальцы ног, и рук, точнее лап, Рус, добавил между ними перепонки, отрастил на спине гребень, и подумав, сделал жабры, хотя это ему было не особо нужно. Но дела, делами. А насладиться сначала подводным миром, а затем глубоководным, тоже нужно.

Чуть понаблюдав за игрой разноцветных рыб, он мощными гребками, послал свое тело, в мутную глубину, и пока не достиг определенного водного слоя, его сопровождала четверка дельфинов, не выражавшая никакого опасения, по поводу демонической внешности. Погрузившись еще глубже, Рус, встретил только мерно плывущих китов, перекликающихся между собой, — Тиии — Гуиии!

Впадина казалась бесконечной, так плыть ему доводилось всего пару раз за всю долгую жизнь, но для поддержания себя в форме, можно и потрудиться. Ибо мышцы развитые таким образом, действительно становятся твердыми, как камень, а какому представителю сильного пола это не понравится?

Сильный жар, вода, и песок, когда-то сплавившись, закупорили пролом в земной коре, но Априусу, ничего не стоило найти нужное место, и на миг, распылив свое тело на составляющие, пройти вглубь планеты, и вскоре разыскать минерал подходящего размера — это глыбу высотой с дворцовую колонну, и в четыре обхвата шириной.

Проделав все необходимые манипуляции, Рус, бережно изъял драгоценный алмаз из недр, и был таков. До нельзя довольный, он материализовался уже в подвалах Гиль-Эстэль, где занялся восстановлением массы и размера алмазной колоны, и ее последующим водружением на специальный пьедестал. Теперь в его заклинательном чертоге, вскоре появится «Всевидящий Камень» нужно только его еще сделать таковым.

А пока надо сдержать обещание и отправиться на вылазку, дабы его мающиеся от безделья дружочки, чуток развеялись. Посоветовав идею с наемниками, которые ошиваются в Корчме, Априус отметил про себя, что и сам там давненько не бывал, и решил исправить эту оплошность. Вот заодно и друзей выгуляет, хотя конечно прогулка до Корчмы и обратно, это совсем не то, чего они желают.

Выбраться из нижнего яруса, Гиль-Эстэль, для него было минутным делом, уже со двора, он мысленно окликнул куатара, попугая, и ящера, который стал сильно обижаться, если его оставляли в замке, не взяв с собой. За последние полторы тясячи лет, по местному счету, он уж сильно всем приелся, и всегда неунывающий Яша, был не исключением.

— Дрендом! — В голос позвал Априус, — давай руки в ноги, и ко мне!

Летописец появился неожиданно, прийдя со стороны крепостной стены, с несколько смущенным видом, и пробурчал:

— И не зачем так орать, я и так прекрасно слышу.

— Ты че там делал? — Удивленно спросил Рус — окрестности обозревал? Так там вроде ничего нового…

— Да нет, я там щеночка одного подкармливаю…. Ты ж знаешь как в Своре, тяжело с приплодом. За пару тысяч лет она едва ли увеличилась, молодняк едва перевешивает, тех, кто уснул вечным сном.

— Ну тут мы бессильны… даже духи со временем распадаются, а тело как правило стареет и умирает. Ладно, не будем о грустном, скажи лучше, Сатари где?

— Так, как всегда с Вилисиль и Кулури, где ей еще быть? Вельда, правда, тут в последнее время торчит, а они иногда на рынок ходят вместе, но сейчас с близняшками, обе.

— Ну и хорошо, собирайся, пойдем, медовухи выпьем, да проведаем нашего нового корчмаря.

— Неужто, наконец, ты нашел время и для нас? — Поднял бровь летописец — поди, все волки в лесах передохли. А то я уже думать начал что не твой летописец, а этого замка.

— Дрендом не перегибай, я про всех всегда помню. Просто вас много, а я один, и нужен всем и сразу. Не разорваться же мне. Хотя… Может двойников насооружать, вот потеха то будет…

— Куда идем? — Усаживаясь на плечо хозяина, вопросил попугай — Леса валить, или степи выжигать?

— Рунин ты часом не сбрендил? Несешь не пойми что — уставился на него летописец, сделав лицо, посуровей — когда это мы таким непотребством занимались?

— Ну начинать же когда-то надо — не стушевался вещий птах — Побуянить там, покуралесить. А то знаешь ли, хандра в край заела.

— Я тебе счас перьев надеру из хвоста, и хандра сразу пройдет — пообещал Дрендом, и тут же суровое лицо его разгладилось, а на губах заиграла улыбка — показался недодракон, напяливший на себя почти всю амуницию, накопившуюся за века, проведенные в походах.

Все едва не прыснули, от сдерживаемого смеха, настолько комично все это смотрелось, а Яша вдобавок, еще и попыхтев, спросил:

— Фух…, я узе готов. Куда надо ити, кому настуцять, с кем битца?

— С бочонком хорошего питья — улыбаясь, ответил Априус — только сними всю эту сбрую, оставь молот, остальные побрякушки — мы на отдых.

— Да что мы только сделали из маленького безобидного ящеренка — подбегая, проговорил Куру — воинственный ящер теперь. А когда-то его пацанва по джунглям гоняла…

— Когда-то ты тоже был белый и пушистый — потрепав барса, по холке, ответил Рус — да только, не долго… Ладно, раз все готовы, ждем Яшу, и потопали.

* * *

Дождавшись весьма облегчившегося ящера, кратчайшим путем, отправились к узлу схождения дорог, для этого просто использовали одну из звездных дверей, и вскоре уже вышли в маленьком мирке Корчмы. Точнее, по сути осколке погибшего мира. Рус, действительно был тут, достаточно давно, не потому что был так уж занят, нет, просто сюда, постепенно перестали приходить его старые друзья, знакомые еще по Даарии. Правда корчмарем после естественной смерти Густава, он уговорил стать Патара, у которого в те времена с поклонниками как раз был недостаток, впрочем, как и у многих других божеств Ки, которые после свержения Узурпаторов, все равно не смогли покинуть приютившую их голубую планету.

По причине множества пантеонов, они брали себе другие имена, и покровительствовали новым областям, но долго не продержались на вершине Олимпа. Да и сама Ки, стала зваться иначе, название Ра-Да-Га, тоесть Божественный Дар, так к ней и не вернулось. Появившееся имя Терра, или просто Земля затмило все, и вместе с этим почти закончился магически дождь — небесное истечение Силы, льющееся с тех самых пор, как были разрушены накопители. Местные боги ослабли настолько, что стали уже неспособными на грандиозные действа, поэтому постепенно утратили свою власть, уступая место религиозным течениям, которые, по сути не являлись ни чем существенным — так пустое верование. Мессия пришел туда, и этим все сказано.

Со слов Патара. Априус знал, что изменения происходили постепенно, но конец старой эпохи видимо был предрешен. Ки изменила свой лик в очередной раз, пережив пятый по счету потоп, и стала практически миром лишенным Силы, или вернее там ее было очень трудно использовать. Поэтому первенство взяли на себя изобретательство и наука, с соответствующим влиянием на весь мир.

Патар так и не смог докопаться до истины, и в один прекрасный день пришел на осколок настоящей родины, — этот островок с Корчмой, где и стал ее управителем по предложению встреченного им Априуса.

С тех пор минули века, и не смотря ни на что Корчма затерянная среди звезд, процветала, ведь располагалась она на перекрестке миров, где постоянно появлялись какие-либо звездные странники. Только вот бывшие даарийцы, и другие живущие теперь на Земле божки, практически перестали навещать это заведение.

Остановившись недалеко от крыльца, Априус, с интересом осмотрел прилегающую к Корчме территорию. С одобрением оценил березовую рощу, и сосновый бор, которые окружали сотворенное когда-то ими с куатаром заведение.

— Ты погляди — с плеча проорал Рунин — не съели еще пернатых. А жирные то какие.

Все посмотрели на озеро с лебедями, а Дрендом покачал головой, — мол надо же, эстетом оказался нынешний корчмарь.

Априус, хмыкнул, первым взлетев по ступенькам, на ходу накинул капюшон и легонько толкнул дверь, и в нос тут же ударили запахи, такие знакомые с самого первого посещения таких вот заведений в Вышне. Один за другим, они проследовали вовнутрь, быстрыми взглядами оценивая обстановку, и отмечая места расположения посетителей — привычка, ни куда не деться, они прошли дальше.

В кухонных предпочтениях, здесь были сохранены все традиции давнего времени, но с изрядным добавлением блюд и напитков лучших кухонь народов Андориноса — самого огромного города во всей Вселенной. Впрочем как самого огромного, так и самого тайного, доступного лишь для считанных десятков гостей из космоса, впрочем как и эта Корчма.

Незаметной тенью, Рус скользнул к дальнему столику в углу, уселся так чтобы видеть весь зал и выход, но в тоже время самому оставаться неприметным, и шепнул хорошенькой служаночке чтобы позвала управляющего. Затем махнул рукой, своей «свите» призывая усаживаться рядом.

Патар явился почти сразу, расплылся в улыбке, по ауре легко определив с кем, имеет дело, и не став заглядывать под капюшон, проговорил:.

— Давненько ты не заходил, Рус, я уж было подумал, может, осерчал на что? Здравствуйте друзья — отвесил он шутливый поклон «свите».

— Да так… — неопределенно ответил Априус — давай-ка ставь бочонок лучшего эля… хотя нет, забыл совсем давай лучше сбитень, да кружки, и рассказывай новости, все от мала до велика по важности. Про гостей, про слухи да байки. Но сначала скажи твои собратья, случаем не объявлялись?

— У-у — ответил Патар, опускаясь на лавку — боюсь, они вообще отошли от дел, там теперь царит другая вера, да и нравы у нашего же народа другие. Нет теперь нужды не то что в богах, да наставниках, а даже в учителях. В последний раз когда я их проведывал, они подстраивались под новые обстоятельства, имена меняли в очередной раз, и еще там чего-то… Перун вон стал какой-то Илия, громами правда все равно ведает, но божественного сана лишен…. От того и хмур бывает часто. Остальные…. Гм, были сведения что кое-кто даже покинул Землю, но вот куда ушли не знаю? Дуются на меня наверно, что ушел тогда, вот весточки и не шлют…

— Понятно, а тут как? Что за народ?

— Да всякий люд попадается, сразу и не вызнать — куда идут и зачем. Ни те теперь нравы, никто первому встречному не открывается. В основном купцы из тех кто между мирами лазейки знает, да наймиты, иногда беглые монархи, которым личные колдуны устроили переброс, чуть ли не наобум. Но по большей части, те, кого не определишь.

— Эльфы?

— Эти редко бывают, они оседлость любят. Скитания не по ним.

— Если появятся, и увидишь что нуждаются в прибежище, сообщи, мне долго живущие сейчас по зарез как нужны, нехватка кадров, так сказать…

— Заметано.

В этот момент принесли бочонок со сбитнем, и большие деревянные кружки, и на некоторое время Априус, умолк, потягивая напиток, и поглядывая по сторонам.

Для Яши, Рунина, и Куру, Патар сам притянул лавку, и специальный набо посуды, который тут всегда держали для них. А когда тот, сходив на кухню, чтоб отдать распоряжение, вернулся, Априус уже осушил первую кружку, и поинтересовался:

— Интересных вещей не предлагали? — Он понимал, что Патару, не надо объяснять каких именно интересных.

— Нет, ну из того, что бы тебя заинтересовало. Мелочь всякая, ну там как же это по ученному то зовется — син… синтезат… в общем горшочек что кашу сам варит, и засыпать крупу туда не надо, плащ невидимости, сапоги-свертыши, пузырьки с различной хренью, но я их не проверял, ну всякого оружия навалом. Только там один хлам. У нас раньше как если есть меч-кладенец, тебе уже больше ничего не нужно, если конечно ты не без рук. А тут понапридумали бросательно-метательное, душительное.

— Ясно. Слушай дружище, мне бы «скатку» раздобыть, ту еще даарийскую….

— Э-э брат, куда ты хватил, не уцелели они в месиве том, а те что после делать стали, куда годятся? Нет, для простого люда это да, нужная вещь, и чудесная, но нам не годится. Хотя…

— Что хотя?

— Ну если подкорректировать кое-что, да подладить, вариант деревенского стола может и выйдет.

— Это как?

— Ну самый натур продукт, без всяческих изощрений, ни те пива, ни тоника, да и жратва только варенная да печенная.

— Для меня как лаз сойдет — оскалился Яша, что у него обозначало улыбку.

— Для тебя и кусок болотной тины сойдет — тут же встрял Рунин — жрешь лишь бы что.

— Так, а ну тихо, дайте с человеком поговорить, обормоты. Патар, по деревенски, и то нормально, лично мне от всех этих изысков тошно уже, а творить самому бывает несподручно, да и… в общем раздобудь мне такую если что.

— Раздобыть не проблема. А вот отладить….

— Ты же бывший бог, справишься.

— Я такой же бог как и… В общем корчмарь я теперь, но раз так просишь, что нибудь придумаю, посижу покопаюсь…

— Вот и ладушки. Ну а сейчас давай чего нибудь пожуем. Есть что-нибудь новенькое?

— Есть. Как ты относишься к запеченным с салом клубням, «кораблики» называются горячие очень даже ничего, с пивком идут за милую душу, ну и особые вкусности — хобот слона, хвост крокодила, все с наилучшими приправами и соусами. А под них малиновое вино.

— Не жалко то «зверушек»? — Укоризненно поинтересовался Дрендом.

— Зубастых ящериц нет, а начет хоботов, так это не слоновьи на самом деле, другая длинноносая тварь, у нее таких хоботов аж три. И она третирует людей, в тех местах, где обитает. Так что никаких угрызений и жалости.

— Понятно, тогда годится. Скажи, пусть подают.

Патар подозвал служанку, быстро объяснил той, что следует принести, и пристально глянув Априусу в глаза, поинтересовался:

— Ну а у тебя вообще, как дела то?

— В целом неплохо, в моей вотчине все спокойно и мирно, а вот в Большом Мире… — и он принялся рассказывать Патару, о недавних событиях, которым стал свидетелем.

Тот некоторое время сидел молча, переваривая услышанные новости, затем невесело усмехнулся, и проговорил:

— И снова начинается бой…

— Угу — скривил губы Рус — только вот биться с порождениями Поедателя — все равно, что воду ситом перетаскивать из колодца, бесполезно, в общем. Вот перекрывать им дорогу, другое дело, знать бы только как.

— А к самому Поедателю так ключи подобрать и не удалось?

— Так к нему же просто так не подобраться, он же окружен поясом, а ребята из Тронного Царства, пристально следят за всем, что там происходит.

— Следят, то следят, но сами что-то не шевелятся.

— Поедатель пришел из другого домена, он порождение иных законов, другой пространственной метрики, и не зная этих параметров, невозможно подобрать соответствующие Заклятья. Троица, это понимает и пока что довольствуется устоявшимся положением. К тому же им постоянно мешают всякие там несогласные.

— Но появление этих его слуг в таких количествах, это уже нарушение шаткого равновесия, значит и у Вселенной должно образоваться противодействие.

— Ага, должно. Только вот вопрос когда, и насколько весомое. В общем, вы тут ухо востро держите, множественность пересечения путей в этом месте, предполагает возможное появление этих косматых «рогачей» и здесь. Уж больно удобно попадать отсюда в разные миры. Так что если нужна серьезная охрана. Ты скажи.

— Пока не надо, я поставлю «Сторожей» на подступах.

— Их хватит только для разведчиков, давай-ка я пришлю тебе щенков котопесиков и церберов. Обучишь, и пристроишь к охране. Кормежка у тебя найдется, только держи все равно чуть голодными, чтоб не разленились.

— Хорошо, я постараюсь. Кстати ты часом, не собираешься ли проведать наших товарищей по Кругу? А то как-то совесть все же заедает.

— Каждый избрал свой путь, что тут поделаешь, и их судьба теперь тесно связана с судьбой теряющего магию мира. Но как бы там ни было средства, чтобы покинуть Землю, они имеют, так что ты так не убивайся, совсем прижмет — уйдут, если уже не ушли. Но если буду рядом, я постараюсь что-нибудь разузнать.

— Благодарствую.

— Да не спеши, я еще ничего не сделал. В любом случае они мне тоже не чужие, так что выяснить их судьбу надо.

Затем сосредоточились только на подданных яствах, чтобы полностью ощутить новый вкус, и послевкусие. Во время еды, Априус, быстро зыркал по сторонам, присматриваясь к редким, на сегодня посетителям, которые попадали сюда не случайно. Мало было просто пройти через перекресток миров, Корчма еще должна была им открыться, предстать так, сказать воочию, и как она делала свой выбор, так и осталось неразгаданным. Сегодня вот пропустила в себя, двух бородатых мужиков, бороды длинные, до пояса, явно из магов, что имеют собственные башни, и могут либо открывать окна в соседние миры, либо или разыскали какой-нибудь портал, случайно. Через один стол от них сидят трое дюжих парней, по потертым плащам можно понять что ищут работу, но лично он бы, их не нанял, по ил лицам, и по цветам аур, видно что служить готовы кому угодно, принципов никаких. Еще дальше сидит странная компания, состоящая из двух девушек, старика, и воина, годы которого давно перевалили за сорок. О них Рус, мог бы предположить многое, но скорее всего это беглая принцесса, которую в сопровождении служанки, старого отцовского телохранителя, и наставника по всяческим искусствам, переправил сюда, в срочном порядке, какой-нибудь местный колдун….

Еще дальше, занявшие стол, так же как и он сам, то есть, чтобы видеть и дверь, и зал, разместились простые, и немного звероватые на вид парни, эти вообще видать шли по лесу, и неожиданно вышли к корчме. Хотя ав них есть нечто странное, скорее всего по венам течет кровь, какой-нибудь ветви полубогов, тех что граничат, между людьми и зверьми, то есть эти ребята вполне могут при нужде оборачиваться волками или медведями.

— Все не то — мысленно подвел итог Априус — ему нужны совсем другие экземпляры, лучше всего с опытом, тайной работы, но такие попадаются крайне редко.

Он наконец обратил внимание на своих сотрапезников, которые все это время помалкивали, лишь изредка что-то хвалили, или наоборот высказывали нечто вроде — это надо дожарить, а это наоборот пусть будет с кровью. Рунину например особо понравилось малиновое вино, и он даже не отвлекался на мясо, цедил себе и цедил. Яша, наоборот, с удовольствием уплетал хвост собрата, не забывая погрызть баранью ногу, принесенную специально для него. Куру, как ни странно поедал только «кораблики», из печеных клубней, с пригвожденными к ним кусочками поджаренного сала, запивая сбитнем.

Дрендом, как и Априус пробовал все, маринованные ягоды, с кусочками тушеного хобота, крокодилий хвост с ананасами, в кисло-сладком соусе, но пил только квас, уж больно он ему здесь нравился. За едой они неспешно перебрасывались репликами, и подшучивали друг над другом, в замке такого себе не позволишь — там подчиненные. Затем откинувшись на широкие спинки, беседовали о разном, но все хорошее быстро заканчивается, и обсудив дела Корчмы, где Априус все равно оставался владельцем, решили собираться в обратный путь.

— Ну все брат, нам пора, благодарю за угощения. Все, всех благ. До скорой встречи.

До встречи, други мои, до встречи…

Априус и Дрендом подали руки, для рукопожатий, куатар и ящер, попрощались словесно. А захмелевшего Рунина, пришлось нести на руках.

Рус неспеша пошел к выходу, за ним последовали остальные, а Патар, с грустью вспомнил времена, когда они сидели вот так все вместе, но намного в большем кругу.

Спустившись с крыльца, они быстро прошагали к невидимому перепутью, и настроившись на нужную дорогу Перехода, собирались уже ступить на нее, как вдруг позади раздался ужасный треск, все разом обернулись, готовые к чему угодно, только ни к тому, что предстало их глазам. Небо разверзлось, и выплюнуло из себя кусок сверкающего металла. Но так, это показалось только в первые мгновения, а затем раздалась такая отборная ругань, сопровождаемая лязгом, охами, всхлипами, и стало понятно, что это нечто живое.

— Эй мужик, хорош орать! — проворчал, приподняв тяжелую голову Рунин — а то счас утихомирю, не рад будешь.

Но это действия не возымело, гном, а это был именно он, все еще матерился, и грозил небу кулаком. Закован в железо он был с головы до ног, даже чрезмерно, вот только оружия никакого не имел.

— Гноме, что тебя так расстроило? — В один прыжок оказываясь рядом вкрадчиво поинтересовался куатар.

Вот тут то, наугрим, наконец, замолк, даже двигаться перестал, правда перед этим отскочив как ужаленный, подальше от барса. Но заметив людей, чуть расслабился и проговорил злой скороговоркой:

— Колдун гад, меня сюда… Мы пришли его башню рушить, а он грит: — убирайтесь отсюда недоросли малохольные… ну я хотел ему зубы посчитать, так он жезл махнул прокричал чего-то, и меня вихрь взял и понес, понес… Так вот я тут и оказался….

— Не части гноме — прервал его Дрендом — скажи лучше, звать то тебя как?

— Дарином меня величают, назван так в честь великих Даринов, только я не из их рода… А че там, безродный я в общем… изгнали за проступок… Вот и пришлось на службу к барону местному проситься. А тот колдуна хотел себе личного заиметь, а тот заупрямился, из башни даже выходить не стал, ну для разговору… ну нас и послали его вразумить… а он гад…

— Стоп-стоп — вмешался уже Априус, понимая, что сейчас поток ругательств снова возобновиться — раз так все получилось, иди на службу ко мне.

— А ты никак лорд, какой?

— Навроде того. Только служба твоя, если согласишься, будет несколько иная, чем у барона… Глазами и ушами поработаешь. Обьясню потом если согласишься. Так как пойдешь?

Дарин, попыхтел, посопел, покрутил головой, но видать, деваться ему было некуда, и ог кивнул:

— Пойду.

— Ну и молодец, думаю, не пожалеешь. Вон видишь Корчма, стоит? Пойдешь туда спросишь Патара, это корчмарь, скажешь, что от Руса, ты. Побудешь здесь пока, выпивка еда, за мой счет, но только не буянь… меру знай. Угол тебе он тоже выделит, жди меня, и слушай, что вокруг говорят. Я приду проверю, подходишь ли, туда куда, хочу тебя приставить. Все иди, а нам пора.

Проследив за ковыляющим, в сторону крыльца гномом, Априус шепнул нужные слова, открывая на краткий миг, окно портала, они тихо скользнули в него, и когда Дарин, решил оглянуться, вокруг уже никого не было…

А его новые наниматели, были уже в Гиль-Эстэль, где проводили почти все последние века. И Априус не откладывая, решил заняться обработкой и подготовкой алмаза, ведь для заполнением его эфиром, который пронзает все Сущее, было еще далеко. Чем он и занялся.

Глава вторая Пятимирье

Минул месяц, второй, третий. Априус решил, что ошибся в своих предположениях насчет соединенных миров, и уже начал подумывать об отлучке из Сектора. К тому же как-то проходя по двору замка, заметил сидящего под пальмой Яшу, перед мордой которого летала, привязанная шнуром за хвост, здоровенная рыбина. Другой конец шнура находился в клюве у попугая, и тот водил головой из стороны в сторону, раскачивая свою приманку.

Сонный недодракон, не сразу смог определить, что периодически бьет его по носу, но учуяв запах, не открывая глаз, щелкал зубастой пастью стараясь ухватить рыбину.

— Опять дурачитесь? — Беззлобно поинтересовался Априус — нет чтобы делом заняться.

— Какие тут дела? — Раскрыл клюв Рунин, выпуская конец шнура, — скука одна. Ты то хоть, где-то бываешь, нас с собой не берешь.

Из поведения его подопечных, становилось понятно, что им действительно нужно какое-то занятие, а не просто прогулка, с таким же бездельничайнем, только в другом месте.

— Хорошо, я тебя понял, на будущее учту. А сейчас лети, скажи Атарку, пусть готовит «Версар» к отбытию — нет времени пешком топать.

Попугая как ветром сдуло, а ящер, сожрав рыбу, продолжал сидеть, разглядывая хозяина большими, полусонными глазами.

— А тебе что особой приглашение нужно? Или остаться хочешь? Нет? Так иди, надевай доспехи, чтобы походил на боевого ящера, а не на дикого зверя.

Повернувшись, Априус направился к донжону, размышляя брать с собой близняшек или нет? Навстречу выметнулись двое ребятишек, лет десяти отроду, и наперебой закричали:

— Деда, возьми с собой! Ну пожалуйста, ну возьми!

— Малы вы еще — усмехнулся Априус — обнимая внуков — близнецов, Лукаса и Лафаэта, сыновей Альтара, первенца Априуса, названного так в честь его первого учителя Эльдариусийца.

Внуки жили здесь, в отдалении от родителей, потому что тут в Гиль-Эстэль им очень сильно продлевали детство. Так в свое время Априус поступил и с детьми: — Альтаром, Луизой, и Марго. Сына ему родила Кулуриэнь, как и Луизу, а вот Марго, подарила своему господину Вилисиль. Дети правили в замке Бакхор, что теперь располагался уже в Андориносе, там же жили и старшие внуки, давно уже разменявшие пару-тройку веков, как и потомки других патрульных а вот младшие близнецы появились на свет не столь давно, и весьма неожиданно, и что странно были как две капли воды похожи на самого Априуса в детстве. Это были дети Альтара, и его третьей жены, чародейки из Андориноса, Кассиопеи.

— Деда перестань, какие мы маленькие, мы уже все знаем. Куру обещал присмотреть за нами, если ты согласишься нас взять — тем временем продолжать упрашивать Лукас. — Ну сколько нам тут сидеть, мы уже давно все тут облазили.

— Ваши бабушки мне не дадут. Они квохчут над вами как наседки.

— Ну тогда, пусть и они отправляются с нами — поддержал брата Лафаэт.

Априус хмыкнул, обнял внуков и нехотя сказал:

— Ладно, бегите, собирайтесь и бабушкам скажите чтобы поспешили.

Понимая, что ослаблять Хранимый Сектор, отсутствием патрульных стражей, не стоит, в поход он брал только часть хирдманов, Саяра, Дрендома, Сатари, и свою семью со зверокомандой. Внуки не смотря ни на что, были правы, они давно достигли того возраста, когда уже можно выходить далеко за пределы дом, учителей у них было хоть отбавляй, и ребятишки уже много чего достигли в различных поприщах. И Веста была, наверное, самой лучшей кандидатурой, для изучения жизни. Априус поднялся наверх вслед за детьми, отдал необходимые команды Ингольду который оставался за старшего, провел краткий инструктаж для патрульных и объявил о погрузке на «Версар».

Небольшая суета, быстрые сборы и вот корабль уже устремился в путь, пронзая пространство между явью и не явью. Передвижное средство Предтеч, по чьей-то прихоти выполненное в стиле красивейшего корабля, уверенно торило дорогу, каким-то непостижимым образом оперируя с пластами пространства. Двигался ли сам чудо-челн или же вращал материю мироздания вокруг себя, понять было невозможно, но глядя за борт «люди» видели различные проплывающие мимо пейзажи, иногда россыпи звезд, иногда причудливые облака. Но по большей части фиолетовую мглу. Хотя при желании можно было устроить и целый калейдоскоп иллюзий, подобрав виды по вкусу. Заряженный Русом, камень, все еще давал нужную энергию, но искать ему замену, надо было уже срочно. Потому по возможности, чародей, старался избегать лишних нагрузок, на этот движитель.

У Рунина неожиданно нашлось занятие — втолковывать разные прописные истины близнецам. Те с такой охотой и самозабвением слушали его пояснения, и разные истории, что вещего птаха (каким он себя мнил) что называется, понесло. Априус стоял на носу рядом с Атарком, Куру о чем-то разговаривал с Дрендомом, и потому Яша, от нечего делать слонялся по палубе туда-сюда. Облачен он был в доспех, подобранный специально для него в Эскоре, в одном из захваченных замков. Но в данный момент вид у него был не грозный, а весьма комичный, и это вызывало добродушные улыбки на лицах друзей.

— Эй ты увалень толстозадый! — наконец не выдержал Рунин — а ну уймись и перестань наконец топать, как мастодонт какой.

— А цто я, цто я, мне скуцьно, — ответил зубастый ящер, ни чуть не смущаясь — ты вое байки детям тлавис, а меня никто слусать ни хоцет.

— Рунин, — повернулся Априус к попугаю и внукам — расскажи вместе с Яшей как мы впервые попали на Весту, и о первом его превращении в «тирэкса».

— Хорошо, — кивнула птица — эй желтопузый топай сюда.

Проводив недодракона взглядом, Априус и сам вспомнил тот по сути роковой день, все события предшествующие их появлению на Весте, и все последующее за этим. Сейчас она в ходила в отгороженный сектор, на самом краю Мирозданья. Там же находились и Схора. Лундор, Хрутар и безымянники, так и не обследованные никем. Помимо всего прочего у Руса, был еще один интерес в бывшей Темной Империи, а именно найти деда, если тот конечно жив. Хоть сведений о нем почти не было, но слабая надежда все-таки была. Ведь именно со Схоры, находящейся в те давние времена совсем в другом месте, пришел в Эльдариус его, Априуса отец, а значит обиталище деда, в тот период было именно там, в Схорских горах. Если бе не «сделка» со Смотрителем, Априус бы пожалуй точно вернулся в пятимирье и правил бы Темной Империей и по сей день, став для нее невидимым, но бесспорно существующим божеством. Но этого не случилось.

И сейчас на этих мирах по-прежнему лежал отпечаток так и не разгаданной тайны. При чем на каждом из них. Определенные загадки скрывали острова Калабы, странные выходы к загадочным пределам имел Хрутар, родовые связи Схоры так же все еще оставались сокрыты, Весту населяли метаморфы, нигде больше не встреченные, эти способные принимать любую форму и пропорции существа, так и оставались не раскрытыми. А с легкой руки Самого Априуса, там теперь жили и эльфы, которых в пределах Пятимирья ранее не было вовсе.

— Надо бы туда еще и наугримов с орками да гоблинами переправить, только на разные острова, чтобы не передрались, как размножатся — мелькнула мысль, и Эльдариусиец усмехнулся сам себе — мало ли что ли других забот? Но с другой стороны интересно бы было собрать в пятимирье как можно больше разумных существ со всех уголков Вселенной, а таких можно разыскать в Андориносе… Да мечты, мечты. А тут из Сектора, больше чем на седмицу отлучаться нельзя, да и вообще. Хорошо еще, что про отгороженную область кроме его самого и патрульных, да друзей никому не известно. Так сказать укромный уголок тишины и покоя, на всякий случай, на будущее. Надо бы еще упрочнить границы. Всеми мыслимыми способами, чтобы в случае чего, и махнуть туда, с детьми, внуками и подручными.

Эсгалдирн не собирался мириться с участью, которая ждала Вселенную, если Поглотитель Пространств каким-то образом сумеет прорваться дальше, или пойдет по прокладываемому для него коридору-тракту. Пока есть резервы пусть и Темной Силы, Априус собирался, сделает все, что возможно, чтобы отгороженный участок уцелел. Но это все если…

А пока нужно просто заложить основы. Для друзей это просто повод проведать родные края. Развеяться немного, отдохнуть от будней, он же смотрит вперед, в будущее. Главное только успеть, все подготовить….

* * *

Не смотря на прошедшие в Большом Мире тысячелетия, этот упрятанный на окраине Сферы, участок остался практически неизменным. По крайней мере миры, солнца, луны, по-прежнему вращались, оставаясь закрепленными на своих орбитах. «Версар» прошел старым проложенным, один раз путем, скользя между складками, границами и рубежами. Здесь переставали действовать привычные законы, царила фиолетовая мгла, но для межзвездных странников бывавших в местах и похуже, это не казалось особенно угнетающим, хоть некий дискомфорт они и ощущали, под накрывшим корабль, прозрачным пузырем.

— А ты не боишься оставлять Сектор в такое время? — Поинтересовался Куру, застыв, словно статуя у ног Априуса — ведь не ровен час…

— Ну во первых, там патрульные, а во вторых мне понадобится не так уж и мнгого времени чтобы возвратится в хранимый предел, это в случае чего необычного и экстренного. И ты зря беспокоишься, за все эти века, мы приложили столько усилий, чтобы стабилизировать миры, утихомирить «буянов» опутать поясом охранных и сторожевых чар, практически весь Сектор, что по моему больше чем достаточно.

В этот момент корабль как раз, приблизился к Весте, и Априуса осенило:

— Старк, давай-ка правь так, чтобы спустились мы не на материк, а в море, где-нибудь поблизости от островов. Пора их в конце то концов хоть чуток исследовать.

Единственно, что ранее знали об этих островах люди Априуса, это то что те, имеются на Весте, и что по размеру не столь уж и крупные, потому ранее их и не обследовали, выяснив лишь то что они не населены. А после того как мир был окутан Мраком, долгое время, а после восстановлен, о них вообще забыли. Рус просто привел малочисленный народ эльфов на Весту, и предоставил самим себе. Не до нее было все это время, и не до них. Да и осторожничал он если честно, боясь выдать отгороженный участок, правящей ныне Троице, и Смотрящей Системе тоже, хотя та, скорее всего, просто не ощущала Сектор с пятимирьем, таким уж отгороженным.

Теперь же хоть и с большим опозданием, настало время наверстывать упущенное. И свободные от дел члены экипажа, свесились с бортов, рассматривая приближающуюся водную гладь, и клочки суши на ней.

— Давай вот к тому, что похож на бублик. Видишь круглый такой и с озером по середке? — Предложил Атарк.

— Давай, — согласился Априус. — Старк ты все слышал? Вот и правь туда.

Близнецы, с восторгом взирающие на морскую синеву вокруг, переключли свое внимание на приближающийся остров, помимо всего прочего, это был первый клочок суши за все путешествие.

— А там есть обезьянки? — Спросил Лукас у Кулуриэнь.

— Думаю да. Там много кто есть, и самое худшее это змеи и скорпионы. Хоть нам и все равно, в смысле вреда не причинят, нодо жути неприятно, брр. — передернула она плечами.

— А я хотел бы себе словить черную пантеру — протянул Лафаэт — она будет охотиться на твоих обезьянок.

— Да, мои обезьянки ее кокосами закидают, или палками забьют — отпарировал Лукас.

— А она залезет, на дерево. И всех их загрызет…

Априус улыбнулся, — внуки затевали всегдашнюю свою перепалку, и уже более пристально взглянул на остров, еще раз просматривая на наличие любой маломальской опасности, но ничего такого не увидел. Можно было спокойно высаживаться. Что они и сделали, и едва ступив на первые ярды острова, наткнулись на изменяющих форму. Вернее те сами себя проявили.

Отряд едва сошел с «Версара», пройдя всего ничего по зарослям прибрежного бамбука, как практически у самого берега, наткнулся странную растительность. Один из кустов, напоминающих внешним видом красный морской коралл, внезапно ожил, принимая некое подобие человеческой фигуры, и прошелестел:

— Приветствую тебя о пробудивший нас! Чем обязаны мы, столь неожиданному визиту?

Такими ли ловами тот говорил на самом деле, но Рус понял именно так. От неожиданности он несколько опешил, вспоминая, что так и не разу не контактировал с этими загадочными существами. Тогда перед битвой с Узурпаторами, ас ними говорили шаманы из его войска, но сам он ни когда даже не видел метаморфов в воочию.

Подобная метаморфоза произошла тем временем и с несколькими другими кустами, они так же приняли человекообразную форму, и прошелестели:

— Приветствуем тебе о даритель возрождения!

У большого валуна неподалеку тоже выросли ноги, и он прибежал к оторопевшим путникам, выразить свое…, нет, даже не почтение, скорее внимание и любопытство. Логика этих существ, как и всех тех, кто не принадлежал к гуманоидным расам, была не понятна. И о чем можно говорить с такими без подготовки, не знал никто.

— Рад, очень рад видеть вас э-э… в добром здравии — наконец нашелся Априус — как поживаете? Как тут вообще? Все ли в порядке?

— Мы всем довольны — раздался многоголосый шелест — после того как наше племя ушло на этот остров, ничто нас не тревожит…

— А до этого? Что были какие-то трения с эльфами, ну с теми, кто обитает на материке?

— Да, было недопонимание. Все-таки им трудно было принять нашу…, как вы говорите сущность, и тогда мы ушли сюда… Но это было давно. Хотите, мы покажем вам остров?

— Мы будем очень признательны — ответил Априус, довольный тем, что попусту тратить время на самостоятельное исследование острова не придется.

И им показали остров, таким каким видят его они Изменяющие Форму, практически такие же его части, как и все окружающее. Озеро оказалось довольно непростым, и это не только свойства его воды, оно само по себе представляло некое странное устройство, сейчас не работающее. Но Априус явно ощущал способность этого водоема, перебрасывать куда-то погружающихся в него. Он еще раз пообщал сам себе, когда-нибудь посвятить время, изучению Весты, ведь она не смотря ни на что, так и осталась неисследованной.

Вот так в тот день и состоялся первый, довольно обширный диалог. С этими странными существами, и Рус, в очередной раз убедился, что этот кусочек, затерянный на окраинах Мировой Сферы, далеко не прост, и в каждом мире хранит определенного рода загадки, начиная от необычных существ, и заканчивая таинственными областями, скрывающими нечто, оставшееся от времен Сотворения. Хотя может быть и от тех, кто властвовал тут на заре времен.

И тогда он окончательно решил в будущем, создать в отгороженном секторе свою «минивселенную», и для своеобразного эксперимента, и на случай гибели всей остальной части Сферы. Для этого правда придется переселить в пятимирье, разнообразных представителей флоры и фауны, и наилучших представителей разумных видов, не важно насколько разумных. Но это все в будущем, а пока…

— У нас совсем немного времени, — повернулся он к Дрендому и Атарку, когда они уже возвращались обратно к «Версару» — поэтому придется разделиться. Вы, если хотите, можете отправиться в гости к Серентину, я же собираюсь поискать кое-что на Схоре, но перед этим, мы проведаем Салариля, и его народ. Устраивает вас такой план?

— Да — ответил летописец — ни на мгновение не задумавшись.

— Вот и отлично, поэтому я прошу тебя, забрать с собой и остальных. Даже Куру. Вам будет что вспомнить и рассказать детям, да и сам Акиротский дворец-замок, стоит того чтобы на него посмотреть.

Они взошли на борт, и Атарк заметив задумчивость Априуса, сам дал команду Старку, идти к материку, густо поросшему зеленью — теперь там была страна эльфов, которые прежде вообще не появлялись на окраинах Сферы.

Корабль споро шел по лазурной глади, его сопровождали веселящиеся дельфины, и еще какие-то морские животные. Они красиво и грациозно выпрыгивали из воды, и почти бесшумно входили обратно. Лукам и Лафаэт прилипли к бортам, и что кричали им, постоянно маша руками, и те будто все понимая, принялись резвиться еще более изощренно. Довольные близняшки — бабушки стоя млели около пацанов, но Априус ни на минуту не забывал, какую суть хранит натура, его женщин, и помнил, что приглядывать за ними надо обязательно. Они нисколько не изменились внешне эти две стервочки, за прошедшие тысячелетия, минувшие с того самого дня как попытались забрать его или отправить? в загробный мир, в свои мрачные чертоги богинь Смерти. Но как помнится прадед не дал… После пробуждения, они еще долгое время не оставляли попыток сделать это, не смотря на внешнюю покорность, и проявление чувств, то одна, то другая периодически менялась лицом, и наносила удар чем-нибудь острым, или пыталась вонзить в шеею или рук, внезапно отросшие зубы, с которых капал яд.

— Хорошо еще, что хвосты отращивать не умеют — про себя усмехнулся Априус — а то точно бы проблем добавилось.

Он отвел взгляд от жен-сестер, и глянул на своих верных воинов. Те тоже внешне практически не изменились, только огромный опыт отражается в глазах, да кое-где в волосах прорисовалась седина, которую они почему-то не убирают, хотя у хирдманов есть жизненное кредо — вечно молодой, вечно пьяный, а тут на тебе седина, думают солидности прибавляет. Да, сколько им пришлось пережить за все эти эпохи и подумать страшно. Если бы не частички первородной Тьмы, уже наверное бы давно и кости бы в прах рассыпались, или умом тронулись, а так вон ничего себе здравствуют. А так конечно стары как звезды, хотя нет даже старше некоторых звезд. И все это время эти же звезды и оберегают.

Берег приблизился быстро, стали видны могучие деревья исполины. Саларилю было из чего выращивать леса, ведь Просвещающий в свое время обеспечил его всевозможными саженцами, и эльфы вырастили такие красавцы повсеместно, любовно ухаживая за ними. Ведь деревья это еще и их кормильцы и дома, могучие, раскидистые, со внутренними полостями-комнатами, уютными плетенными из живых лиан и лозы беседками и верандами. Но это конечно внутри лесов, на окраинах это больше деревья-сторожа, или просто плотно растущие рядом великаны.

— Интересно нас уже заметили? — Поинтересовался Саяр, вглядываясь в зеленый массив.

— Думаешь, у них выставлены дозоры? — Хмыкнул Атарк — зачем им? Никто не нападет, не тревожит, воевать не с кем.

— У них так заведено — не согласился бывший посыльный — а эльфы традиций не меняют.

— Сейчас мы в этом убедимся — раздалось сверху, и всех обдало тугой воздушной волной — это Рунин, верный самому себе, первым отправился на разведку.

— Вот шельмец — сплюнул Априус — ни как не отучу.

— Да ладно — успокоил его куатар — что ему тут может грозить? Пусть полетает.

Старк аккуратно подвел корабль к самому берегу, в этом месте он был пологим, хотя для «Версара» это было не важно, он мог садиться и просто на землю.

— Мы не будем тут высаживаться — сказал Априус кормчему — давай по тихоньку над лесом, так чтобы верхушки не зацепать.

— Понял — коротко ответил, тот и резко налег на стир, заставляя чудо-челн подняться вверх.

Далее они неспешно плыли над зеленным морем, следуя по невидимому следу, прохвоста который несся впереди. Априуса охватила нервенная дрожь, ведь ему предстояла встреча не просто с Хранителем Весты, по совместительству с королем эльфов, но и с народом, части которого он приходится предком. Ведь Альрия тогда в ту их последнюю встречу перед Катаклизмом, вызванным гибелью Эльдариуса зачала, и родила уже в другом мире, дав начало новому народу. Только ему Априусу тогда было не досуг разбираться со всем этим. Теперь же…

Выходила смешная ситуация он вез своих внуков в гости к своим же правнукам. Хоть и знал он только Иллатарию и Элатриона, бесспорно бывших его потомками, но несомненно имелись и другие. Скорее всего, все имевшие внешность столь отличную от других эльфов. Конечно, он никому не говорил о своих предположениях, но как теперь понимал именоваться праотцом и практически богом Весты, имел полное право — это был мир им восстановленный, и обитал в нем народ им же спасенный, и зарожденный. Он не знал, какой будет встреча, и все размышлял как появиться вот так вот неожиданно, но все решилось само собой. Во-первых, Салариль и почувствовал его, и увидел знакомый корабль, который ни с каким другим не спутать, Во-вторых, все объяснил большой, черный попугай вихрем пронесшийся по лесу, и вскоре усевшийся на вычурный, резной подлокотник королевского трона, дал все понять. И эльфийская королевская чета, успела подготовиться, и дать нужные распоряжения.

К тому моменту когда «Версар» грациозно опустился на поляне возникшую скорее всего от естественных причин, его уже ждали. Конечно, особой теплоты от этой встречи ждать не приходилось, и виной здесь не время, а отсутствие каких-либо дружественных отношений в прошлом. Да эльфы обязаны своим спасением Априусу и его людям, да многие из них являются его потомками, да Салариль получил намного больше, чем потерял, но не было времени дружески проведенного вместе, ни лет, ни дней, ни даже часов.

Но как бы там ни было, весь прибывший экипаж ожидал пышный прием. Высыпавшие из своих жилищ эльфы, все от мала до велика, практически не соблюдая никакого порядка, окружили сошедших на землю гостей. Сходу надели на шею каждому специальные бусы, Кулуриэнь и Вилисиль достались еще и венки из прекрасных цветов на головы. Все это время часть эльфов пела приветствие, часть преподносила дары в виде букетов из цветов и листьев, с вплетенными в них кистями ягод.

— Я уж было начал думать, что ты совсем позабыл о нас — после приветствия проговорил эльфийский король — или перешел в страну забвения.

— Нет, не забыл, просто хотел дать возможность развиваться целиком самостоятельно, и без чьей либо указки. И видя радушие, с каким твои подданные встречают людей, понимаю, что не зря так поступал, в других мирах перворожденные чересчур заносчивы, горделивы и мало проявляют чувства в присутствии смертных.

— У нас нет людей по соседству — хмыкнул Салариль — это полностью наш край, многие даже никогда и не видели человеческих существ

, а те, кого ты привел сюда, особо с ними не сталкивались, за исключением тех отрядов, который нападали на «стары» лес, нго они прекрасно понимают что это было по указке Прежних богов.

Тем временем экипаж провели, на круглую площадку, где были выставлены плетенные столы, и стулья, на вид казавшиеся довольно ненадежными, но когда гости опустились на них, ощутили их надежную прочность. На столах были расставлены блюда с разнообразными фруктами, ягодами, орехами, стояли бутыли с напитками и вином, но это так для украшения больше. А перед гостями поставили отдельные овальные тарелки, где лежали крупные куски рыбы запеченной с грибами, сырные лепешки, и какие-то овощные салаты, заправленные специальными соусами из трав.

— Ну рассказывайте как вы тут поживали все это время — повернулся Априус к Саларилю и Иллатарии.

— Насколько я помню, вначале мы просто отдыхали, радуясь тому, что нас никто не преследует — ответила королева, — затем обустраивались, ростили себе дома и кров, осваивали водоплавание, ведь здесь оказалось множество полноводных рек и просто огромных озер. Ну и само собой, конечно старались восстановить численность своего народа…

— Теперь он уже настолько многочислен — улыбнулся Салариль, — что даже разбился на несколько королевств и Элатрион, помнишь его? Правит горными эльфами, они строят себе города и дороги, мы же не тревожим природу, стараясь оставлять ее девственной как можно дольше. Я жил во дворце, помню все величие моего отца… но после как ты помнишь, была маленькакя сторожка, озеро и лес, выращенный собственными руками… Я привык так жить, и ни какой блеск дворцов мне этого не заменит.

— А я как он — тепло улыбнулась королева — наши дети тоже с нами вонм сидят, а вот внуки, и правнучки пожелали уйти в другие земли, желая странствий, и их покорило море, когда они вышли на побережье. И тогда они окончательно покинув нас основали там города, прекрасные надо сказать из белого камня, с высокими башнями и чудными беседками повисшими над морской гладью. Иногда мы там бываем, но в основном редко покидаем наш Лес.

— Ясно, в общем, тишь да блажь — усмехнулся Априус — но вам бы все равно не мешало освоить хотя бы азы боевых заклятий, потому что внешний мир меняется, там властвуют такие Силы, что и не опишешь, надо только видеть на что они способны. Не хотелось бы чтобы в один прекрасный день, все вы оказались безоружны и беззащитны, хоть вас и защищает прочный барьер, но все-таки.

Априус внимательно посмотрел на сидящих за столами эльфов, и подумал:

— Да, с переселением сюда, орков, гоблинов и наугримов, боюсь я нарушу ихнюю идиллию, даже если тех переселит на островах, они все равно со временем доберутся сюда, и скорее всего возникнут конфликты, а после и войны, Нет уж, так делать нельзя, придется подыскать другие варианты.

Так за беседами, песнями, и легкой трапезой, они провели остаток дня, затем была ночь под звездами и прекрасный лесной воздух, наполненный песнями ночных птиц и стрекотанием цикад. А уже наутро распрощавшись с Вестой, и эльфами, «Версар» продолжил путь, направляясь в Хрутар, где пришвартовался в бухте возле скрытого от всего острова Акирот. Априус же сославшись на неотложные дела, покинул борт, еще до того как корабли вошел в бухту, направился к вратам, что вели в Схору, на поиски следов своего предка, если конечно таковые сыщутся.

* * *

Схора за прошедшие эпохи, сильно изменила свой лик, когда огромные моря пересохли, превратившись в пустыни с барханами и зыбучими песками, горы, не рассыпались, конечно, в пыль, но стали намного ниже, оплыли и растрескались. В свою бытность каганом, Априус конечно бывал здесь, но с того времени, не уцелел ни один город, даже княжества, и те перестали быть.

— Ну да, ничто не вечно под лунами — невесело усмехнулся Рус, шагая по высохшему руслу некогда полноводной реки, к недалеким горам, где некогда низвергались воды красивейшего водопада.

Он не питал глупых надежд, точно зная что о первых временах мира, не сохранилось естественно ни легенд, ни преданий, хотя если и интересовали его чьи-то сказы или былины то это скандаров, которых с его отцом объединяло наличие четырех рук. Но как Априус знал Граатан, скандаром не был, и его четырехрукость была проявлением наследия деда, по словам Агатона, ставшего в то время уже мало похожим на человека. И теперь выяснить ни место появление отца на свет, ни того, кем была его мать — бабка Априуса, не представлялось возможным. Но что касательно деда, тут у Априуса была одна идея.

А заключалась они в том, чтобы пробраться в глубинные подземелья, через естественные разломы, или же через систему ходов, бывшую когда-то в этих горах, в те времена, когда Схорой правили его наместники. Если они эти переходы и тоннели остались, обнаружить их чарами не составит труда.

Априус подошел к узкой расщелине, вертикально раскалывающей горную породу, некотрое время всматривался в разлом, затем, убедившись в правильности выбранного пути, перетек в свою вторую форму, и втиснулся в этот своеобразный проход с неровными краями. Приходилось идти боком, лапами проводя по стене, так он продвигался довольно долго, пока не наткнулся на то что искал — резко уходящий вниз провал, по сути скважину пробуренную неведомо кем. Темень не давала бы обычному человеку рассмотреть ни чего, но магическое зрение позволяло разглядеть и гладкие стены, и большую полость глубоко внизу.

Не долго думая Рус, прыгнул вниз, замедляя свое падение, и готовясь к неожиданностям любого рода. Но ничего такого не произошло, он плавно опускался все ниже и ниже, пока не очутился в довольно небольшой пещере, абсолютно круглой и пустой. Посредине которой в подвешенном без всяких цепей состоянии, находилас закрытая раковина, гигантского двухстворчатого моллюска. Ее створки давно окаменели от времени, но поисковый зонд запущенный Априусом, явно указывал на то, что тот, кого он ищет находиться именно здесь. Ему стоило немалых трудов и изощренных вычислений, чтобы составить эти чары, для которых он использовал собственную кровь, напитанную внутренней сутью.

Рус, приблизился к громадной раковине, хмыкнул, улыбаясь с самого себя, и постучал костяшками пальцев по ее поверхности:

— Эй, дедуля пора вставать, внучек пожаловал.

Ему естественно никто не ответил, только эхо от прозвучавших слов, гулко разнеслось по помещению. Тогда своим всепроникающим взглядом он принялся исследовать раковину. Она явно была полой, и внутри нее лежало тело какого-то существа. Существа, довольно крупного, но очень усохшего. И искра жизни в нем давно уже истлела. Но вот тонкая невидимая нить связывала еще покоящееся тело, с незримым естеством, атманом котрый блуждал где-то в неведомых планах бытия.

Априус застыл на месте, принимая решение, то ли дать предку вечно здесь покоится, то ли попытаться пробудить. Неплохо бы было сначала узнать мнение самого деда, но это было возможно только при помощи Собирателя Атманов, с которым договориться почти невозможно. Рус, и так еле рассчитался с тем, оплачивая старые долги. Пернатый Змей, очень редко шел на контакт, и если уж шел, то требовал в обмен на свои услуги очень много. Другое дело Просвещающий, у того запросы намного меньше, но таких возможностей, к сожалению, нет.

Априус еще раз поскреб когтистой лапой поверхность раковины, обдумывая, если пробуждение удастся, даст ли ему Кротан необходимые сведения? И захочет ли вообще говорить?

И тут прямо в голове раздался едва слышный шепот:

— По-мо-гиии! Помоги освободиться!

— К-как?

— Предай тело огню, оно меня не отпускает…

— Но я хотел спросить…

— Когда уничтожишь останки, у нас будет немного времени.

Априус хмыкнул, и призвал Ракар. И со всего маха ударил им по раковине. Раздался звон, загудело, завибрировало окружающее пространство, но на поверхности раковины появилась сеть мелких трещин. Тогда Рус, примерился и вонзил клинок, в едва видимую щель в том месте гре створки сходились вплотную. Щелкнуло, и створки раскрылись, открывая взгляду коричневую мумию, лежащую в углублении, в каком-то пористом материале. Некоторое время он смотрел на останки чудовищного монстра, в которого превратился его дед, а затем применил «Всепожирающий Пламень».

Загудел огонь, яркое жаркое пламя охватило мумию, и в считанные мгновения сожгло дотла, все, что было внутри раковины. Некоторое время прошло после того когда все прогорело, а затем в пещере резко похолодало, проявилась тонкая струйка тумана, чуть увеличилась, и в голове Априуса вновь раздался шепот:

— Ух, свобода! Наконец-то. Теперь спрашивай, только давай без всяких там… ну ты понял. Говори, что тебя заботит, и быстро скоро меня затянет в иные сферы.

— Хорошо. Что ты знаешь о Поедателе Миров, Поглотителе Пространств, Бездонной Утробе пожирающей все на своем пути, назови, как хочешь другого имени у этого Нечто, нет. Сейчас оно здесь в нашей Вселенной, ты можешь ощутить.

Некоторое время Кротан молчал, затем светящееся облачко дрогнуло, словно от порыва ветра, и Априус услышал:

— Это за гранью моего понимания, нынешняя структура этого как ты говоришь Поедателя, нечто новое. Что же касается его более раннего предназначения, то это Абсолютный Утилизатор. Скажем так, когда отживет старая материя, движение в ней останавливается, и Вселенная, по сути умирает, при его помощи можно очищать пространство. Поглощая, он преобразует все съеденное в себя, но вот что потом? Это не выяснится, пока не произойдет. Видимо Творцы, имели какой-то общий план, на далекое-далекое будущее. А появление этого Поедателя, в нашей Вселенной раньше времени, естественно не предусматривалось, и чтобы оказать существенное противодействие, нужен потенциал разума высшего порядка. Потому что, скорее всего место сотворения Поедателя, обладает абсолютно другой метрикой, тоесть там иное количество измерений, и это уже само собой влияет на нашу Вселенную пагубно.

— Хочешь сказать средство противодействия, а тем более уничтожения нам придумать попросту не возможно?

— Я так не говорил, но для этого нужно обладать истинным видением всего пространства, не только этой Вселенной, вторичного Хаоса, но и всего того что есть извне, и в других плоскостях мерности. Насколько мне было дано понимать, наша Сфера Миров, это лишь одно Творение, одной определенной личности, сам же Макрокосм если хочешь бесграничен, ибо там либо действуют совершенно иные законы не доступные нашему пониманию, либо их нет вообще. Вот тот, кто это зрит, и может совладать с этим «воплощением» чьей-то чудовищной задумки. А меня уж прости, я ни когда не был вне Барьеров Творца.

— И еще вопрос, для меня важный — быстро сказал Априус, видя что свечение облачка, становится все тусклее и тусклее — Что с тобой произошло? По словам Агатона, ты изначально не был таким, как в тот период, когда вырос мой отец.

— Кто такой Агатон, я не знаю, но он прав. Я…

— Это тот кто породил тебя — перебил его Рус — мой прадед, ну по крайней мере мне от так представился, да и вроде бы действительно ощущалось некое родство внутренних сутей.

— А, вон ты о ком… Ну что тут сказать, когда я узрел этот мир, уже осознанно, тут еще было полно различных э-э… ну в общем чудовищ по вашим меркам. Никто не мог дать мне точный ответ Создания ли это Творца, или же порождение иного порядка, возникшие в результате всплеска Силы, в момент соприкосновения падающих искр Первичного Огня и ткани миров, ну или что-то в этом роде.

— И что? — Не понял Априус.

— Да все просто, мне были интересны все первые создания появившиеся на свет. Основатели родов так сказать. Но не человеческих которых еще не было, а всех тех, кто обладал хоть каким-то зачатком разума, пусть и с абсолютно чуждой логикой. В каждом мире, они были свои. Мне было любопытно, узнать если у них стремление к чему бы то ни было, планы, желание, или же только инстинкты, и как часто бывало в те времена неутолимый голод. Я начал странствовать и изучать их, а мир делился, на охотников и добычу, при чем с попеременным успехом. Понятия Зла и Добра не существовало, только «Хорошо» и «Плохо» при чем для каждого в личном понимании. Знаешь, какая отличительная черта того времени?

— Нет.

— Гигантизм. И всякие там Исполинские Змеи, Драконы или Великаны и Колоссы, это совсем не то с чем я сталкивался. Со временем я обнаружил что некоторые области Вселенной более доступны несколько иным существам и сущностям, чем был я. Стал искать способы, чтобы быть более… проникающим и неуязвимым что-ли, ну и нашел. Да… В общем в итоге, я оказался как бы не с теми, и не с теми, и на момент моей встречи с Галаулой, матерью Граатана, был уже несколько другим. А затем когда людей становилось все больше и больше, я я уже мог отпугнуть своим внешним видом кого угодно, да и потребности у меня стали такими, что не очень то понравятся смертным. Далее начался Темный путь, и… Все больше не могу… Прощай.

Голос в голове Априуса стих, облачко рассеялось, и наступила тишина. О некоторое время постоял, не о чем не думая, горестно вздохнул и отправился в обратный путь. Поднявшись на вершину горы, вновь принял человеческий облик, уселся прямо на камень, и стал смотреть вниз, настраивая себя на контакт с миром. Хоть прошли тысячелетия, с того времени как Темная Шестерка перестала высасывать энергию их покоренных миров, но те так и не восстановились полностью. И это сказалось на климате. Среди первой тройки, только Лундор еще как-то держался, оставаясь холмистым миром степей, и кое-где поросший лиственными лесами. Имел множество мелких речек, и небольшие моря. Хрутар океан и моря сохранил, горы тоже не сильно и посыпались, но вот пришли злючие холода, сковавшие льдом почти все прибрежные воды. Здесь же в Схоре наоборот, царила всеиссушающая жара, практически превратившая мир если не в пустыню, то в знойную савану, которую орошали редкие дожди, и малочисленные подземные реки и родники, которые жители приспособили для наполнения искусственных бассейнов, для различных нужд.

Нужно было что-то делать. И делать это должен был он. Но такой власти, как в Хранимом секторе здесь у него не было. Как и времени, необходимого для «лечения», ведь проводить его надо долго и под присмотром. А резервы каждого мира, надо еще измерить и оценить на достаточность. В случае со Схорой, очень пригодились сведения о последнем Потопе, на Ки, о котором он столько наслышан от друзей.

— Значит, так Луны не было видно — начал он размышлять вслух, — а это значит, что она приблизилась очень близко к планете, тем самым, вызвав сильный прилив, сорок суток шел дождь, откуда такое количество? Ах да, хляби небесные отворились… Но с чего бы? Влияние миров всей системы? Определенный порядок выстроения? Или все же божье слово? Но что там за бог то такой объявился? Мало сведений, надо было узнать больше подробностей, но о начале действия, а не о том, как там выжили какие-то смертные. Помнится Сварог, тогда на встрече в корчме рассказывал еще и о каком-то конфликте тамошних богов, что-то там не поделивших, и рассерженных на народы мира.

— Да только мы тогда пробовали эту новую орочью настойку, и я ни чего не помню толком. Вроде бы о Потопе всем известно было заранее, и одни боги желали предупредить смертных, ибо Потоп, назревал Вселенский, и сил местных богов, давно ослабленной Ки, чтобы его предотвратить не хватало. Другие же нет, разгневанные на человечество за… А какая разница за что, главное Потоп должен был состояться по-любому, и об этом было четкое предупреждение.

Априус задумался, потом раздраенно махнул на все рукой:

— А не то все это. Надо дать мирам хотя бы несколько глотков свежей незамутненной Силы. Но где ее тут взять?

Он вновь задумался, мысли постепенно перешли на новых тварей — слуг Поедателя, потом на него самого, и ограждающий того барьер, и тут Априуса осенило.

— Вот же источник Силы, практически под самым носом. Творимый нынешними богами, Заградительный Пояс, который, судя по всему, образует совокупная Мощь всех трех Великих Источников. Источников Прави, Яви, и Нави. Или по-другому Источника Богов, Источника Мудрости, и Источника Мрака. В какой-то точке пространства они все должны сходиться, не сами Источники, а черпаемая из них Сила. Нужно только найти ее…, и немножечко позаимствовать.

Он поднялся на ноги, довольный идеей, и теперь целеустремленный, сосредоточился и исчез. Теперь его ждал Хрутар.

Картина, раскрывшаяся перед бывшим императором, едва он прошел небосвод, потрясала своей масштабностью — огромные ледяные торосы на поверхности абсолютно всех водоемов, и толстый снежный покров по всей суше. И не важно долины ли это, холмистые пустоши или высокогорья. Царство Холода, во всей своей красе, только вот красота эта смахивала на гибель. Будь это просто зима, она бы закончилась через несколько месяцев, но холод и стужа царили здесь уже давно, несколько веков, и никуда уходить, похоже, не собирались.

Априус посетовал, что практически оставил свои бывшие Царства, без присмотра, взвалив на Серентина практически непосильною ношу. И теперь вот пожалуйста — Схора практически иссушена зноем, а Хрутар скован морозом, при чем настолько что стремительно движется к погибели всего живого…

Рус, глянул на приближающийся Акирот, и немного посветлел лицом — этой морской жемчужине не смотря ни на что, удалось устоять перед натиском холодов и ветров. Вокруг острова на многие мили, люда не было видно, и пышные сосновые леса, на северной части, и джунгли на южной, зеленели с прежней силой. Это был единственный, полноценный оазис на всей планете. Это одновременно и радовало, и вызывало горечь.

Априус глянул на бухту — «Версар» плавно покачивается на волнах, ожидая свой экипаж, как и эоны времени тому назад, готовый к дальнему походу или ближнему бою, да только вот сейчас он ни чем не поможет. Чудо кораблю не принести с собой запасы мощи, что наполнят жинью усыпающие миры.

Замок открылся взгляду еще раньше, и его создатель, с удовольствием отметил, что тот по-прежнему грандиозен и прекрасен. Все его башенки, балкончики, так же радуют глаз, как и ранее, а сейчас тем более… Рус присмотрелся и улыбнулся когда-то привычной картине — зеленожелтая неуклюжая фигурка — прыгает в море с балкона, а над ней носится черный попугай, оглашая окрестности своими криками и комментариями. Да так было, до самой той последней Битвы, когда пришла беда, откуда не ждали…

Еще несколько мгновений, и вот он уже сам оказывается на балконе, на том, что при его личном, кабинете. Странно, но все убранство на месте, ни чего не передвинуто, не тронуто, и не добавлено. Нет ничего нового, видимо Серентин так никогда и не занимал его, предпочитая другие помещения, которых тут хватало с лихвой. Сейчас же в кабинете находятся двое — Куру и Дрендом, даже расположились на своих любимых местах.

— Ну как вы тут все находите? — Входя, поинтересовался Априус — Помоему творится полное безобразие с климатом. Надо срочно что-то делать, и я уже знаю что.

Дрендом оторвался от какого-то старого фолианта, и ответил:

— Да я вот тут уже кое-что изучаю…

— А я тебя жду, видишь, даже не пошел по местным кискам, а их тут не мало — зевая, пророкотал куатар.

— Стареешь, наверно брат Куру — хмыкнул Априус — где остальные?

— Сатари, умчалась куда-то, что там осматривать. Твои девочки шушукаются с Анэльтой, ну а близнецов Серентин водит по залам, что-то там показывает — ответил Дрендом.

— А хирдманы?

— Заняты своим привычным делом — тоесть пируют, а заодно приобщают Саяра к… Ну к своим развлечениям, они же тут впервые испытали наслаждения от развлечений с нечеловеческими девами. Вот и его грусть-тоску пытаются развеять таким способом гм…

— Ясненько.

Априус прошел к столу, и уселся в кресло, закинув ногу на ногу. Некоторое время сидел так, глядя на развернутый перед летописцем фолиант, а затем непреклонным тоном проговорил:

— Дела тут совсем скверные, миры, можно сказать, доживают свое, видимо еще сказывается близость всех всевозможных рубежей. Мне тут пришла одна идея как исправить сложившееся положение. Для этого естественно понадобиться ваша помощь. Хочу использовать вас как своеобразные якоря…

Он повернулся к балкону и крикнул:

— Яша, Рунин! Заканчивайте ваши водные процедуры и давайте сюда на совет.

Едва те появились в комнате, Рус, быстро обрисовал всем свою задумку.

— Ты что один туда отправишься? — Сразу же поинтересовался куатар.

— Да, иначе никак, не хочу ни кем из вас рисковать.

— Может я хотя бы с тобой? — Спросил попугай, очень чтивший свою персону, — от меня тут толку мало все равно.

— Нет. Ты и Яша отправитесь на Схору. Там сейчас настоящее пекло, а вы родом из жарких краев. На вас будут ориентирован поток. Вы же его направите в нужные русла. И без отсебятины, а то я тебя знаю. Тебе же Куру выпадает Лундор, хоть с ним вроде все в порядке, но все же. Все вы вместе со мной прошли Посвящение, и должны справиться, опыта у всех с лихвой хватит. А сейчас — он повернулся к летописцу — Дрендом, позови сюда Серентина.

Появлению нынешнего хозяина, предшествовал топот ног и веселые голоса близнецов. Они первыми ворвались в кабинет, и наперебой принялись делиться своими впечатлениями, при чем обращались попеременно ко всем сразу присутствующим, и от того шум и гам не утихал.

Серентин появился как всегда предельно собранный, сосредоточенный и немного озабоченный, видно детки его всерьез озадачили чем-то. Но шел он легко по кошачьи мягко, что говорило о том, что качества великолепного бойца, не смотря на годы, совсем не утратил. На боку как атрибут власти, висит меч из синеватого металла, клинок упрятан в прозрачные ножны из горного хрусталя, на голове серебряный обруч, необычайно искусной работы, и вовсе не гномьей, по причине отсутствия тех на Хрутаре.

— Приветствую великого Априуса — склонил он голову в легком поклоне — что-то видимо серьезное случилось, раз ты самолично решил почтить мою скромную обитель своим присутствием. Раньше меня проведывали только Атарк с воинами, либо Дрендом с твоими э… зверодрузьями, либо он же с твоими женами.

— Прости, так уж все время выходило, что меня звали неотложные дела. Да и… сам понимаешь.

Серентин действительно понимал, что Априусу как создателю и былому хозяину здешних хором, не очень приятно видеть хозяином замка, не себя, а кого-то другого. Да и самого Серентина он стеснять тоже не хочет. Потому всегда с легкостью соглашается отпустить в гости к Хрутарскому Хранителю, кого бы то ни было, но сам под любым предлогом, таких встреч избегает. Но только ни в этот раз.

— Ты прав — тем временем продолжал говорить Рус — угроза уже далеко не шуточная. Но я кажется, нашел способ ее отвести, и стабилизировать ситуацию. Поэтому вскоре, нам придется хорошенько потрудиться. На некотрое время я даже оставлю тебе твоих сородичей — былых Неделимых. Хотя они сами вольны выбирать свое место под любыми звездами, но согласие все же даю. Это конечно далеко не вся ваша обойма, но все же. Дрендом не возражай, — повернул он голову к летописцу — без тебя и Сатари мы сможем, некоторое время обходится, а Серентину вы очень поможете. Да и сами здешние миры нуждаются в присмотре.

— Я не против — заулыбался Серентин — а то в последнее время уже совсем дичать стал. Народ то весь, бросая города, стал в горы перебираться, да под землю уходить, чтобы от мороза скрыться. И мы с Анэльтой не больно то теперь выходим в люди, Перевезли сюда на остров, наиболее редких животных что удалось спасти, да несколько уцелевших представителей из наших, старых кланов, всех что были…. А их там и двух десятков не наберется.

— Надо было нам еще Когтя и Клыка взять с собой — задумчиво протянул Дрендом — я как-то не подумал…

— Да — согласился Априус — они бы пригодились. Ну да ладно не взяли, ну и не взяли. Давайте теперь обмозгуем план действий, ведь такая энергия, что придет сюда, это не шутки, ее надо будет обуздать и направить. Иначе может только все усугубить…

— Все равно мне не нравится, что ты один туда полезешь — перебивая, проворчал Куру, пристально глядя на друга детства — ни тебе подстраховки, ни помощи.

— Это не обговаривается — строго буркнул тот, и повернувшись к близнецам приказал:

— Так сорванцы, вы уже тут освоились? Вот и бегите, ищите бабушек, расскажите им, что интересного, повидали, а затем скажете Атарку чтобы готовился к походу… «Версар» должен доставить Куру на Лундор.

Как только дети выбежали, они начали детально проговаривать план предстоящих действий, в реализации которого, каждому отводилась своя роль. Так просидели почти всю ночь, прикидывая все варианты развития событий, а таких насчитали аж одиннадцать, каждый из которых должен был закончиться положительно. К утру все было решено, и наскоро перекусив, Априус покинул Акирот, а затем и сам Хрутар. Отмеренный им самим отсчет времени начался, и нужно было успеть, сотворить канал, по которому Сила потечет в отгороженный сектор, до того как друзья займут свои места.

Задача предстояла не из легких, ведь сотворенный когда-то огораживающий барьер, нужно было пробить в наиболее подходящем месте, при чем нарушить его целостность лишь на краткое время. А это само по себе уже сложно, но ко всему прочему Стража, приставленная когда-то Тронным Царством, охранять новые рубежи, никуда не девалась, а давным-давно просто превратилась в очень свирепых местных обитателей. Потому Априус, хоть и не хотел, но все-таки взял своих бывших наложниц, для прикрывания «тылов», да и развеяться тем не мешало бы, ведь свою природную суть фурий, те хоть и успешно глушили в последнее время, но иногда она прорывалась на поверхность, совсем некстати.

И вот сейчас, близняшки отрывались по полной, а Рус, спокойно и быстро работал со структурой барьера, безошибочно находя те места, куда когда-то вплетал частички запредельной Мглы. Как бы ни был занят, он все равно не выпускал из виду, творящееся за спиной, внимательно следя за перемещениями и кульбитами, увлекшихся боем жен-бестий. А те, облачившись в свои черные плащи-разлетайки, со специального кроя рукавами, словно летучие мыши, носились между разъяренными чудищами, как угорелые, нанося удары и короткие тычки, парными клинками. Иногда Кулуриэнь, прятала одну саблю в ножны, и тогда в дело вступал ее огненный бич, оставлявший длинные прорехи в массе напирающих монстров. Удостоверившись что «девочки» справляются, Априус быстро закончил с каналом, временно перекрыл его «запорными заглушками» и посмотрел туда, куда ему предстояло отправиться.

Он в очередной раз постарался представить те невообразимы Бездны, откуда явился этот Чудовищный Поедатель, сотворенный по-видимому чуть ли не одновременно со Сферой Миров. Это было видимо всеобщее начало всех начал. Заря Разумов, период Сотворений, тоесть совместных Творений. Только вот творили, все разное, кто что задумал…

— Да — мелькнула мысль — никто так до сих пор внятно, даже в теории не обосновал происхождения Творца. Во всех религиях миров, говорится о том, что вначале был Хаос, в котором вроде бы то ли зародился, то ли осознал себя наш Творец. Но все это так, местные догадки. Никто из моих учителей, никогда не упоминал от том что было до… Да и прадед так ничего вразумительного и не смог ответить… А думаю все потому что все они возникли уже здесь в нашей Метавселенной, а вот сам Творец… Сам Творец возник, родился, образовался, создал сам себя, совсем в другом месте. Это принято называть Ничто, тоесть область где ничего нет и которая сама ничем не является, при этом, не имея метрики измерений, то есть не измеряется как-либо и чем-либо. И вот там то, каким-то образом зародился Разум, и по-видимому не один, каждый со своими особенностями, и потому их Творения столь различны. Но чтобы понять хотя бы очень приблизительно суть Поедателя, необходимо все осязать и обозревать именно с таких масштабов. Хотя какие тогда могли быть масштабы? Ладно че то меня не туда занесло — Априус тряхнул головой, и вновь представил путь который нужно преодолеть.

А сделать это нужно было так, чтобы никто, не смог обнаружить его действий.

— Ладно, девочки — послал он мысль близняшкам — я пошел. Вам же лучше вернуться в Хрутар, или подождать с той стороны барьера.

Он несколько раз глубоко вдохнул, как перед прыжком в воду, и метнулся вперед, на ходу оборачиваясь уже огненным вихрем, потому что изначально все было огнем.

Вокруг дрожало и вибрировало пространство, немыслимое нагромождение пластов реальности, непрерывное движение различных слоев материи сводило с ума, но Априус не останавливался. Вот и он Пламенный Пояс вокруг громадной туши Поедателя, ценой неимоверной Мощи, растрачиваемой зазря, сдерживающий его продвижение.

Мелькнула мысль, — какой же колоссальный потенциал, гибнет тут на краю Вселенной, да при помощи затрачиваемой здесь Силы, можно…

— Эх, да ладно, что уж теперь — он заставил себя, оборвать все даже бродящие на самом краю сознания мысли, и привычно, принялся растягивать время.

Ведь ему нужно было уловить, поймать тот кратчайший миг, когда из объединенной Силы Источников, начинает образовываться пустой мир, и уже первые его материальные частички появляются в физическом пространстве. И вот между этим еще не есть и уже появилось, нужно было сделать «забор» по сути, забор крови Миров. Априус четко понимал, что на некоторое время должен сделаться проводником, через который и пройдет добытая Сила.

— Хоть бы не разорвало — в смятении подумал он, и принялся за дело.

Чары, заготовленные заранее, заработали, создавая невидимый рукав, по которому заструилась такая Мощь, что Априус едва не отшвырнуло прочь. Но он заставил себя терпеть, и направил новообразовавшийся поток к созданному для него каналу. Энергия струилась, пульсируя, чистая незамутненная, и самое главное несущая жизненную силу. Там в мирах, куда она направлялась, все живые существа увидели всполохи в небе, планеты на краткий миг охватила дрожь, солнца выпустили протуберанцы, волновое движение частиц пошло по отгороженному сектору, а истощенные миры, начали принимать живительную силу, которая тут принялась их «лечить».

Конечно, еще не скоро уйдет мороз их Хрутара, и палящий зной оставит Схору, но со временем все нормализуется, в этом Априус не сомневался, а сейчас нужно просто держать этот канал наполненным и открытым, а там друзья распределят все на нужные уровни и планы. Да, не будь он Эсгалдирном, назначенным смотрителем, такое вряд ли удалось бы, да и мысли подобной бы не возникло, потому что, чтобы этот план воплотить в жизнь, надо знать как.

— Тебе пора уходить — смутно уловил он чью-то далекую мысль — дальше оставаться ОПАСНО.

В голове все кружилось, перед глазами все плыло, и Априус решил больше не рисковать — поспешил убраться восвояси. Дело было сделано, теперь уже за судьбы трех миров, можно было не беспокоиться. Далее дело за переселением, в них новых жителей, но это уже будет намного позднее.

Сквозь Рубеж, когда-то проложенным путем, прерывистым и извилистым, Рус, пробрался довольно долго, потому что решил перекрыть эти червячные проходы и лазы, чтобы в будущем никто не смог ими воспользоваться, теперь сюда можно было пробраться только тем путем, которым они ходили на «Версаре».

— Ты заставил нас поволноваться — едва он вышел к ним, набросились на него ожидающие близняшки — мы тут чуть не извелись от неизвестности.

— Да нормально все — устало пробормотал Априус — теперь можете успокоиться. Мы возвращаемся.

— Может нам стоит и в этих областях обзавестись поклонниками — задумчиво протянула Вилисиль — ведь не ровен час, может и придется отступить сюда.

— Для навала надо бы обзавестись тут собственным убежищем — перебила сестру Кулури — а то все по гостя, да по гостям.

— А это мысль — воскликнул Априус, хлопая себя по лбу — как я сам не подумал. А воспользуемся мы уже готовой площадкой, той, где коротал свои дни приговоренный на вечное ожидание Салариль. Там уже есть целый большой лес, озеро, и множество зверья и птиц, не всех же он забрал на Весту. Выстроим большущий такой терем на манер свято-русских, я такой видел у Сварога на Земле. Прям в лесу и стоит, вокруг тишь да благодать.

— Хочешь создать очередной оазис среди пустоты? — Нахмурила бровки Вилисиль — надоело это отшельничество, и так сидим никем не знанные и не почитаемые. А мне, между прочим, поклонения не хватает, богиня во мне хоть и растворилась, но о себе напоминает былыми замашками.

— Это чтобы толпы народа делали тебе подношения? — Улыбнулся Рус — а ты взирала на них свысока, и рекла как им следует жить и поступать?

— Ну да… — несмело проговорила девушка, которой было уже далеко за десяток тысяч лет — а что ты против?

— Да нет, но только не в этом секторе. Не зря же я отстаивал его независимость, от любых богов и богинь, кроме самого Творца. Мне даже интересно, какое общество разовьется на такой вот платформе, без понуканий, надсмотра и указаний. А Заповеди и основополагающие законы им даны, что да как делать знают. Вот, а там у нас можешь даже целый мир взять под свое покровительство, но так чтобы про нас никто ничего не знал. А богини типа Иштар или Астарты, везде есть, так что проблем не будет.

— Это все не то. Я должна жить в том мире, не наведываться — фыркнула черноволосая красавица.

— Ну ту уж тебе придется выбирать сестренка — заметила Кулуриэнь, в отличии от сестры предпочитавшая рыжий цвет, с рубиновым оттенком, за что впрочем и получила свое имя от Априуса. — А сейчас давайте возвращаться на Акирот, я волнуюсь за мальчиков.

— И то, правда — согласился Априус, — да и обратно в Гиль-Эстэль пора уже поторапливаться, мы не в отпуске, в смысле нас никто не отпускал. Я ведь как бы Лорд Звездной Стражи.

И их тут же вобрал в себя сотни, а то и тысячи раз проверенный кокон, и понес в Хрутар.

Глава третья Ожидание

Едва кокон распался, выпуская свою ношу на посадочную площадку на крыше, куда когда-то садились драконы из Картусового полка, Априус почувствовал хоть и незначительные, но все же изменения — это было видно и по ясному, практически без туч небу, и ощущалось в пульсации самого мира, который явно шел на поправку.

— Лед, конечно, сойдет не сразу — весело проговорил Априус — но процесс уже пошел, теперь дело только во времени. Это можно и отметить, идите, приводите себя в порядок, я же переговорю с Серентином. Встретимся в пиршественном зале, столь редко наполняемом хоть как-то, а тут есть кому попировать…

Он проводил своих женщин, до их покоев, сам же пошел в кабинет, где должны был находиться Дрендом с Серентином.

— Ну все вроде бы удалось — еще с порога воскликнул он — думаю это хороший повод закатить небольшую пирушку. А то когда еще так сможем…

— Это верно. Я сейчас распоряжусь — подхватился Серентин, — сделаю все по высшему разряду.

— Вот и ладненько — улыбнулся Априус — Наши еще не возвратились, как вижу? — спросил он у летописца, задумчиво черкавшего что-то на листе пергамента. — Странно я ведт сказал им убраться восвояси сразу как только иссякнет поток… Гм, ну ладно подождем чуток. Как тут мои сорванцы себя вели?

— По-взрослому, впитывают в себя все новое как губки, пока мы тут распределяли поданую тобой Силу, они сидели в зале с моделью, наблюдая, как там отображается процесс восстановления.

— Вон даже как, что ж может из них и выйдет какой-то толк. И придется посвящать их в наше общее дело тоже. В отличии от детей, и старших внуков который знают обо всем лишь поверхностно, эти могут пройти намного дальше, и со временем займут места наряду с патрульными.

— Да, к делу любого не привлечешь, не зависимо от того, насколько он силен в плане волшбы, тут так сказать, предрасположенность нужна.

— Или призвание — соглашаясь, кивнул Априус. Хотя всему свое время. Я тоже далеко не сразу возымел желание, что-либо хранить, и посвятить этому все свое время. Если бы Эльдариус не погиб, кто знает, как бы все вышло, да и потом все так складывалось, что как бы само собой привело меня к мысли стать своеобразным Стражем Порядка, в первую очередь, выставляя оплоты против Хаоса, а там и всех остальных.

Он замолчал, прислушиваясь к чему-то, потом довольно проговорил:

— Вон и наши на подходе, «Версар» уже опустился в бухту, а Яша и Рунин, сейчас уже будут здесь.

В подтверждение его слов, дверь, ведущая на балкон, распахнулась, и ввалился запыханный недодракон на голове которого сидел большой черный попугай, и ворчал:

— Говорил тебе ящерица толстозадая, давай проверим как там с выходом родников на поверхность. Так нет же, заладил — Апли будет лугаться, Апли будет лугаться. Как теперь узнаешь, А ведь такие ключи в горах это начало для мощных горных рек.

— Апли сказал слазу назад — отпарировал ящер — так цто не волци, не волци, зазнайка.

— Вы там хоть не засветились? — Поинтересовался Априус, добродушно глядя на извечных спорщиков. А то вся моя работа по созданию веры в Единого творца, пойдет на смарку.

— Обижаешь — проворчал попугай — я еще из ума не выжил — все в ажуре.

— Зная тебя — хмыкнул Дрендом — все можно предположить. Нам еще боговпопугаев только не хватало.

— Да ладно тебе дружище, когда это я по серьезному пакостил? — Возмутился Рунин — я же понимаю когда можно пошалить, а когда нет.

— Да в последнее время ты и впрямь остепенился — проговорил куатар — вбегая в кабинет — видать действие зелья йотунов наконец-то закончилось.

— При чем тут зелье — несогласился попугай — это характер у меня такой, таких как я еще поискать надо, да и то не найдете.

— Конечно, не найдем — согласился Куру — особенно если учитывать, у кого ты этого всего поднабрался.

— Это ты о ком? О той парочке асгардских пернатых прохвостов?

— О них конечно. Еще скажи, что Хугин с Муниным ни как на тебя не повлияли.

— И скажу…

— Так — перебил его Априус — хорош базарить, идем пировать.

— Тоже мне пир — гаркнул попугай — на десять человек. Вот в Валгалле был пир так пир. И тебе драки, и развлечения, и беседы… Да и тут тоже, в императорском дворце пиры бывали что надо.

— Эк ты загнул — усмехнулся Априус — где я тебе столько народу наберу? Считай это просто званым обедом, и в твою честь тоже. Так что спускаемся, думаю все уже готово.

Они спустились в пиршественный зал, где за давно накрытыми столами сидели Серентин с Анэльтой, хирдманы, Саяр, Сатари, несколько приближенных воинов-барсов, и несколько лесных дев-мавок. Кулури и Вил, появились вместе со внуками, сразу же вслед за Априусом и его командой. Все расселись, и обратили свои взоры на Руса, предоставляя тому сказать тост, обязательный после завершения такого важного события.

— Дорогие друзья хочу сказать, что сегодня мы не просто восстановили прежний порядок течение Силы, но и заложили начало для нового мира. Сюда будут переселены отобранные нами представители разных народов, а так же различные экзепмляры флоры и фауны. И думаю со временем здесь будет райский уголок, не смотря ни на что. Вот и выпьем за то, чтобы эта мечтоа превратилась в желание, которое исполнится.

Он поднес свой хрустальный рог, наполненный густо красным, почти черным вином к губам, и одним махом, опорожнил его до дна. Его примеру незамедлительно последовали и все воины, только женщины, лишб пригубили со своих кубков, внуки же тоже не отстали от деда, до дна выпив свои чаши с тоником. Далее трапеза шла неспешным ходом, во время нее обговаривались как важные вопросы, так и довольно пустяковые темы. Анэльте пообещали доставить, несколько пар так любимых ей единорогов, и даже чету «пегарогов» которые ее весьма заинтересовали.

Так вот неспешно в дружественной обстановке и пролетел остаток дня, и большая половина ночи. И лишь далеко за полночь все разошлись, дабы дать себе небольшой отдых, а уже ранним утром, устроив недолгое прощание.

— Ну мы вроде бы все обговорили — пожимая руку Серентину, задумчиво проговорил Априус — на «Версаре» будут привозить различных существ, а ты уж пожалуйста распределяй их по троемирью. На первое время Дрендом и Сатари останутся здесь, и помогут наладить все. А там как сами захотят. Ну а нам пора возвращаться, хотя я бы с удовольствием задержался, впрочем как и все остальные. Но долг есть долгл.

— Понимаю — кивнул Серентин — а я бы наоборот хотел попутешествовать, хоть на краткое время покинуть эти пределы, и посмотреть Большой Мир, со всем его многообразием жизни.

— Гм. Может быть в будущем, твое желание и исполнится. А пока уж прости, но придется подождать.

— Да это я так… мысли вслух.

— Ничего все решаемо, думаю, вместе мы что-нибудь придумаем. Ну а пока распрощаемся.

Априус, последним покинул замок-дворец, и по широкой лестнице сбежал вниз, прощальным взглядом окинул остров, и грустно так вздохнув, поднялся на борт ожидающего «Версара», теперь он самолично появится тут не скоро.

Напоследок, они сделали небольшой облет мира, и направились прочь из упрятанного сектора, пройдя уже проторенным путем, между складками и границами Рубежей.

* * *

Априус стоя на носу, размышлял некоторое время, как же быть, с этой, в принципе новой напастью — вездесущим слугами Всемирового Поедателя. По всему выходило, что те начинают действовать все хитрее и изощреннее, и что самое худшее пытаются вступать в союзы, используя любые возможности для ослабления нужного им мира. При попытке захвата «опорника» он наблюдал явную их договоренность с этой странной Силой именуемой Мессией, они действовали сообща, и явно же сговор это состоялся давно, а не в предшествующие прорыву дни.

— Нда, хочешь — не хочешь, а придется заняться выяснением — невесело проговорил он — а как говорится среди народов людской расы — хочешь чтобы работа была выполнена хорошо, сделай ее сам! Вот только уверюсь что все в порядке в Хранимых Пределах, и сразу же в путь, чего тянуть?

— О чем задумался Повелитель? — Отвлекая его от размышлений, раздался голос Атарка.

— Да вот не дает мне покоя это вторжение в «опорник», не пойму как это стало возможным. Ведь подготовлено все было очень тщательно, и по-видимому очень давно планировалось, и для этого еще во время воцарения нынешних Правящих богов, там были заложены основы для будущего прорыва. И мир тот ждала настоящая гибель. А это поистине чудовищно. Ведь, насколько мне известно, во всех основополагающих мирах, Первые, то ли по предписанию Творца, то ли по собственной воле, оставили некие сооружения, специальные такие механизмы, расположенные на энергоузлах, в местах наиболее мощного их выхода на поверхность планет. И эти сооружения-механизмы выполняют различные функции, но главное их предназначение в том, чтобы восстанавливать, формировать из базовой материи, все что подлежит перерождению. Я встречал такие гигантские сооружения на Ки, но тогда не до конца понял их предназначение. Так вот какие бы катастрофы не произошли там, эти сооружения, можно запустить, и со временем мир воссоздастся, начиная от простейших организмов, которые воссоздадут аэр. А тут понимаешь полная гибель, остался бы только каменный шар, абсолютно мертвый и пустой.

— Тогда зачем мы….

— Я понял, о чем ты. Но во-первых такие сооружения есть далеко не везде. Во-вторых, любую катастрофу проще лучше предотвратить, чем потом устранять ее последствия. Потому мы и поставлены устранять проявления дисбаланса, и заниматься по сути «лечением» плоти миров. Ведь они, по сути есть живые, пусть и своеобразные организмы, которые не всегда способны излечить себя сами.

— Ты хочешь сказать, что эти твари чувствуют, если мир э-э, скажем так, приболел?

— Что-то в этом роде. А может, помогают ему приболеть, ведь об энергоузлах, или по-другому энергопотоках, или линиях, которые опоясывают и проходят через плоть миров, известно многим. Поэтому если воздействовать на точки выхода этих энергопотоков, можно как лечить, так и наносить вред. Да это прописные истины, чего я тебе объясняю.

— Значит, ты думаешь, что в те, теперь уже далекие времена, слуги Поедателя, проникли в некоторые миры, и таким образом заложили фундамент для будущего прорыва?

— Угу. А может, просто тот первый прорыв не удался, по каким-то причинам. Но нам не мешало бы проверить и свой Сектор. Тем более что теперь более-менее ясно, что надо искать, но я собираюсь это уточнить в ближайшее же время.

— Не знаю, не знаю, как это сделать, ведь миров великое многообразие, и каждый со своими особенностями, а проверять все, это дуронуться можно.

— Ну их интересуют не все миры подряд, а только те которые годятся для создания этого их Проклятого Тракта. И в таких мирах, они по-видимому уже постарались свить свои гнезда, наша задача успеть их обнаружить.

— Да мы вроде не дремлем — хмыкнул бывший конунг — я уж и не упомню когда, отдыхал на самом деле, беззаботно так чтобы.

— Ну тут ты конечно прав. Только вот в Секторе мы не изначально, мало ли что нам Предтечи то оставили. В недрах миров много всякого дремлет еще, и я хоть сам и являюсь выходцем из Первой Эпохи, но и половины той пакости, что осталась от времен сотворения не знаю. Да и мои современники тоже неплохо потрудились, оставив нам немало сюрпризов. Мы ведь с Куру, из додревних времен, хотя конечно и не из Первых Дней, только вот самое интерсное, я имею в виду рассвет Предтеч, увидеть не удалось, нас перебросило намного веков вперед, по временной шкале, а на момент встречи с вами это настал уже почти Закат.

— Да только тогда все было ясно как божий день. Три основные Силы, — Свет, Тьма, Хаос… А теперь? Пальцев на руках не хватит.

— Ну это ты брат загнул. Основных то не так и много, Конечно ты прав, как всегда извечный противник Порядка — Хаос э, Поедатель со своими слугами, этот мутный Мессия — эти вездесущи. Падшие и Иные ограничены в своих возможностях. Ну кто там еще новый Чародейский Орден, но те тоже в основном в Середине сидят, Изначальные и Прежние вообще уже не влияют на ход событий, так что…

— Это ты перечислил наших оппонентов, но не забывай что и Божественная Троица, и эти наши Братцы-Собиратели, иногда несут нешуточную угрозу.

— Гм, да эта честна компания, бывает похлеще всех вышеперечисленных, от их порой не до конца просчитанных действий всю Сферу трясет, и миры корчит в судоргах. И нам приходится быть как между двух огней, проявляя всю свою изворотливость, чтобы оставаться незамеченными.

Он умолк пристально вглядываясь в приближающиеся области, где рисунок звезд, уже начал становиться знакомым.

— Похоже, приближаемся к Сектору — пробасил Атарк — и вновь старые заботы. Когда я уже отдохну то?

— Ты же сам отказался от Валгаллы, а она сейчас вроде бы восстановлена, вот и не гунди теперь.

— Да пировал бы сейчас среди эйнхериев, и забот не знал. Да только не интересно мне все это. Уж больно однообразно и плоско как-то.

— Вот потому и не ворчи, мы и впрямь уже в Сектор входим, так что соберись, На тебя смотрят.

— Кто?

— Мертвые, видящие, звездные духи, элементали, и прочие кто может взирать на тысячи лиг.

— Брр. Как-то мне не по себе от тысячи таких взглядов.

— А ты думал Посвящение, оно просто так? Дань традиции так сказать?

— Нет, не то чтобы… Но чтобы так…

— Не дрейфь, наш хранимый предел это как живой организм, все чувствует, все знает, и по-своему благодарен. Галактика живет в созвучии, пульсирует, дает и отбирает.

А Сектор и впрямь все так же, жил своей разноликой жизнью, и никто из жителей входящих в него миров, даже не предполагал, что их неусыпно стерегут и берегут. И естественно они не знали о страшной и неведомой опасности, что свила себе гнездо внутри Вселенной. Вокруг Сектора не было ни каких границ, барьеров и рубежей, но невидимая паутина охранных чар, окружала его целиком, и не одним слоем.

«Версар» вошел в него черной стремительной кометой, которая то ли сама неслась сквозь пространство, то ли стояла на месте, пропуская его через себя, об этом сразу стало же известно патрульным — подручным Эсгалдирна, и они расслабились, все-таки оставаться самим, им было не привыкать, но так им было намного спокойнее. Те из них кто сейчас находился на «обходе» устремились в Гиль-Эстэль, чтобы успеть встретить корабль на месте, и лично поприветствовать вернувшийся экипаж.

Априус почувствовал мгновенные токи, незримая сфера поведала ему о состоянии миров, и он уже знал что, где и когда произошло в целом, а по мелочи ему сообщат патрульные, если бы произошло что-то серьезное, они бы уже дали знать.

Эсгалдирн в полной мере тут же ощутил всю ношу ответственности возложенную на его плечи, пусть он и не отвечал за каждую жизнь смертного существа, живущего в мирах сектора, но все же, все же. Если сюда доберутся эти проклятые «рогачи», то погибнет не одна тысяча, ни в чем не повинных созданий. И тут он вправе вмешаться. А раз так то его предстоящий разведывательный рейд не будет расценен как нарушение свода правил. Требовалось срочно узнать что сейчас происходит в том мире, и каким образом тварям удалось так тщательно подготовить прорыв.

Ни кому ничего, не объясняя, лишь бросив на ходу: — «Скоро вернусь» — он с разбегу прыгнул за борт, оставив спутников недоумевать, о причинах такого поступка.

— Ты куда? — Еще успели крикнуть близняшки, но его уже и след простыл, оставив борт корабля, Априус стремительным вихрем понесся к недавнему месту грандиозной схватки.

— Ни как его не переучить — пробурчал куатар — снова нас оставил, а сам рискует, и как иногда кажется почем зря. Бывали уже случаи…

— И не говори — согласилась с ним Кулуриэнь, и тут же закричала:

— Рунин стой, ты то куда?

Но стрелой метнувшийся вслед Априусу, попугай был уже далеко, и удерживать его было бесполезно.

— Да их уже невозможно переделать — печально согласилась Вилисиль — это просто бесполезная трата сил и времени.

— Ничего вернется в замок, я ему покажу — пригрозила Кулури — пора бы уже остепениться. Тоже нашелся мне вездсущий, все ему надо, будто за всех в ответе.

Корабль последовал дальше своим курсом, и вскоре превратился в черную точку, и лишь небольшое волновое колебание пространства свидетельствовало о том, что он тут недавно прошел. Априус же, и стремительно летящий по его следу Рунин, были уже совсем далеко, и абсолютно не были беспокоены переживаниями своих близких.

В этот раз Рус, не двигался скачками, а переместился почти прямиком в те области, Сущего, где и находились миры, теперь связанные между собой громадной пуповиной, которую заполняла белесая муть. Путь конечно все равно занял немало времени, но зато у него было время обдумать предстоящее расследование. И путей было два — либо попытаться раскопать что-то в старинных свитках и преданиях, которые еще требовалось найти, либо попробовать узнать все через ведающую сферу самого мира, которая, безусловно должна была помнить все что происходило во времена последовавшие после удачного мятежа чародее Ордена Предела против Прежних богов.

Вот и он мир, во плоти которого зияет рваная рана провала, ведущего к якорному собрату, вроде бы особо ни чем ни примечательные такие мирки, не особых масштабов, ни великолепия и буйства природы, но чем-то они очень важны. Нет, он конечно догадывается чем — подобные этому миры использованы как основополагающие принципы для сотворения Защитного Пояса, но видимо есть что-то еще.

Априус материализовался на узком, каком-то перекрученном участке тропы, у самого мира, пристально всмотрелся в очертания континентов, решая на какой же спуститься. Он естественно помнил, на каком из материков открылся путь для сил вторжения, где был заложен дольмен, с глубокой внутренней камерой, но там ли все началось на самом деле?

Поколебавшись немного, он все-таки напрямую обратился к ведающей сфере мира, так чтобы хотя бы поверхностно что-то о нем узнать. И вскоре уже знал, что на момент недавних событий, большую часть населения мира составляла раса людей, рассредоточенная следующим образом:

Великая империя, варварские королевства, аборигены Восходного континента аборигены Южного берега. Кроме человеческой расы, здесь еще обитали подгорные гномы, «перворожденные», некие странные их детища, а так же орки, тролли, полурослики, кобольды, и еще одно странное племя воинов, не понятно к каким расам относящееся.

Из обрывочных картин, прошлого, становилось ясно, что именно Империя людей в данный временной период являлась сильнейшим из человеческих и нечеловеческих государств. Образованное беженцами с Южного Берега, это государство в течение многолетних и весьма кровопролитных войн сокрушило на главном континенте всякое сопротивление нелюдских рас несмотря на первоначальное многократное превосходство последних в вооружённых силах и магии. Но главенствовала в империи совсем не царственная семья, а кланы чародеев, при чем без верховного магистра, или архимага, а разделенные на ордена, совет которых и правил на самом деле. Фактически именно магическое могущество Орденов обеспечивало Империи безусловное военное превосходство над соседними народами, как нелюдскими, так и человеческими. Цена такого могущества — полный запрет на всякое неконтролируемое волшебств, а вся «незаконная волшба» каралась смертью. В ходу так же было рабство над псевдоэльфами и тяжёлые налоги на торговлю гномов, дань, наложенная на невеличками, отселение орков и троллей в бесплодные резервации, все это постигло оставшихся в живых представителей нелюдских рас на территории Империи. Люди пытались править миром, не думая ни о каких мировых соглашениях и союзах. Здесь в Северных землях, пролилось столько крови, что в пору было привлечь внимание различных Сущностей, но для того что Априус видел собственными глазами, этого было явно мало.

Он вопрошал Сферу Познания, еще и еще, требовалось хоть что-то вызнать о давних днях этого мира, конечно не периода юности, но и не прошедших недавно столетий. Отсюда это было сделать несколько трудновато, жесточайший дисбаланс, сказывался очень сильно, вне мира творилось что-то неимоверное, и чары дотоле всегда срабатывающие безотказно, давали сбой.

— Да, все-таки придется спускаться в мир — невесело прошептал Эсгалдирн, — иначе мой поход будет бесполезным.

Сетуя на себя за очередное нарушение, ведь это была совсем не его область Вселенной, где его действия были бы практически не незаметны, Рус наскоро начал подготовку. Он принял все меры предосторожности, накинул на себя невзрачную личину, «серого» человечка с неприметной внешностью, и начал спуск. Вначале следовало бы побывать еще раз на месте прорыва сил Вторжения, и тщательно все там проверить, но сразу туда соваться не разумно…

Небольшой лесок со стремительным ручьем, укроет от ненужных глаз и поможет поспрашивать, в наиболее удобном для этого дела месте. Не так далеко от имперской столицы, да и тот памятный холм, не так уж далек. Здесь было все необходимое для того, чтобы «поспрашать» Вода, Воздух, Земля — три первоэлемента, плюс деревья, на вид весьма странной породы. Найдя на берегу ручья подходящее местечко, Априус присел, попробовал пальцем воду, затем разулся и вошел в него, постоял так немного, настраиваясь, потом протянул руку к низко свисающей ветви, и потянул ее к воде. Затем прошептал несколько повелевающих слов, ибо этот мир хоть и шел на контакт, но не был связан Заклятием Посвящения с Хранителем, потому требовались дополнительные усилия, и приготовился внимать.

Вначале Априус увидел, обрывочные эпизоды давних войн бушевавших на этих землях, а затем и небольшие части всех событий последнего времени, что произошли в пределах людской империи. Вроде бы ни чем не связанные между собой видения — уличные бои, шествующие навстречу друг другу воинствующие и по пути творящие зверства отряды нелюдей, имперские легионы атакующие башни своих же магических орденов, видел он и того старика, вместе с юной девушкой спешащих куда-то, видел тьму, в которой просматривалось движение тех, кто в ней прятался, эпизоды последних дней вроде бы ничем между собой не связанные, показывающие разность живущих тут созданий, было понятно только то, что издревле здесь поселилась вражда. Вражда породила Ненависть, все воевали против всех, уничтожая друг друга, и оставшиеся в меньшинстве народы нелюдей лелеяли мечты о мести, не годами, а столетиями.

Априус отверг эти видения, и постарался проникнуть в более глубокий временной слой, никому другому такое волшебство было бы недоступно, но проделавший такое не раз, у себя в Секторе, да и не только, Хранитель знал как заставить память мира, показать ему свое далекое прошлое.

Череда из веков медленно отматывалась назад, исчезли людские города, а затем и сами люди, и перед внутренним взорам Априуса предстали величайшие королевства псевдоэльфов времен их рассвета, потом исчезли и они, вновь появились люди, только еще совсем дикие, и они покидали эти земли унося с собой нехитрый скарб, потому что наступали лютые морозы, земля переставала кормить, а живность уже перекочевала в теплые края. Люди переселялись на юг, впрочем, это не было чем-то таким уж из ряда вон выходящим — на той же Земле, именуемой еще много как, такое случалось не раз, когда наступали и отступали Ледники, народы переселялись в более пригодные для жизни места, иначе их бы ждало вырождение. Еще один виток, и вот он видит еще более ранние времена, задолго до Исхода — время темных веков, не потому что знание — свет, а незнание — тьма, а потому что миром правят черные демоны. Их много, очень много они только прорвались сюда, и сразу же принялись изводить род людской, и несчастные принялись их задабривать и преклоняться.

Твари Ужаса, иначе и не назвать бороздили небеса как полновластные Хозяева, ввергая в ступор, цепенеющих от сковывающего страха, людей. Но что-то из все-таки сдерживало, не давало полностью уничтожить людской род, пожрав и растерзав. И они правили так, чтобы люди сами возжелали смерти, лишь бы только спастись от этой кошмарной яви. Но тупой с точки зрения этих существ скот, неожиданно взбрыкнул, не желая идти на убой, и…

— Так, так — пробормотал Априус — похоже, мир был изначально в основном человеческим, и людские расы не мало побродили по нему, в поисках спокойных земель. Но найти такие им так и не удалось. Преследуемые кровожадными Тварями, они искали способ противостоять им, и в отчаянии изобрели жуткие обряды под названием «Кровавые Оковы».

За свою бытность Хранителем, Эсгалдирн не раз сталкивался с кровавыми ритуалами, и обрядами жертвоприношений. Но эти не шли ни в какое сравнение, со всем виденным им раньше. Для того чтобы просто усыпить своего поистине Ужасного Врага, которые при всем при том еще и питался магией, и нужно было лишить его любой возможной попытки освободиться, шаманы людских племен вырезали добрую половину своих сородичей. И самое страшно что отчаявшись спасти своих детей, на заклание отдавались добровольно. Из трупов людей еще истекало «дыхание жизни» а из них сразу же, возводились стены, которыми окружали всего лишь одну такую Тварь, предварительно одурманенную, и ослабленную, а затем погруженную в глубокий сон. Потому что, не смотря на все эти гигантские жертвенники, убить их так и не смогли. Можно ли осуждать этих шаманов и их подручных? Ведь на кону была либо всеобщая гибель, либо такие вот чудовищные меры.

Былых Хозяев, этих чужеродных черных демонов, сковали Заклятьями, погрузили в каменные гробы, вырыв предварительно глубокие котлованы, сверху слои камня и бревен, затем насыпались курганы, а сверху или на склонах дольмены и зиккураты для поддерживания связующих чар. Так и жили дальше в вечном страхе, пока лютый холод не погнал в теплые края. Но там им жилось тоже не сладко, но все же люди прожили на южном континенте довольно долго, (За это время пришлые на Север нелюдские народы, с помощью природной своей магии смогли изменить условия на материке, и тот стал вновь пригоден для жизни) а человеческий род на юге, настигла все та же беда, целые сонмы «родственничков» упокоенных ими Созданий. И началась страшная охота, за двуногими, в панике и страхе мятущимися жертвами. Остатки людского племени ни нашли, ни чего лучше как бежать, на свои старые земли.

И вот тут то и произошло первое побоище между людьми и псевдоэльфами, положившее начало для вражды и лютой ненависти. Начались войны за земли, и выживание. Ужас с юга не последовал за своей добычей, потому что был как-то и кем-то остановлен.

Из видений Априус не мог понять, ни как, ни кем, только лишь видел что это каким-то образом связано с приходом некого Избавителя. И тогда окрепшее человечество начало создавать свою империю. Прошли годы, и древние склепы-могильники разыскали основатели магических орденов, потому что даже находясь в состоянии глубочайшего сна, Твари излучали огромную силу. Над ними возвели разнообразные сооружения, которые трансформировали эту Мощь в более приемлемую. И так было до поры до времени. Пока…

— Чем же вызвано пробуждение? — Размышлял Априус — или планировалось заранее, просто выжидали подходящий момент? Слишком много странностей. Да и размеры гробниц, что-то уж чересчур малы для тех Тварей, что я видел в небе, и из-за которых и наложил на себя руки тот странный волшебник.

Он выбрался из ручья, и некоторое время задумчиво смотрел в небо, нужны были еще данные, а их могли предоставить только болтливые завсегдатаи корчмы или трактира. Поэтому, обувшись и приведя себя в порядок, Рус пешком, отправился в столицу.

На поверку, разыскать подходящий трактир, оказалось не легкой задачей — город был практически разрушен, жители его в большинстве своем сложили головы, и такие заведений нужно было поискать как говорится днем с огнем… Но город медленно восстанавливался, была уже весна, и предприимчивые торговцы, спешили хоть как-то сберечь свое дело. С трудом, но после некоторого блуждания Априусу все же удалось найти чудом сохранившийся большой дом, с нужным заведением.

Уже начинало смеркаться, и малочисленный люд, потянулся промочить горло, постепенно зал заполнился, а ближе к позднему вечеру, народу стало, не протолкнуться. И это не смотря на трудные времена. Кто-то заливает горе и проблемы, кто-то просто проводит время, кто-то что-то вынюхивает, а кто и гуляет на добытые «честным» путем денюжки. Несколько серебряных монет, пара-другая кружек крепленого пива, быстро развязали языки, местным завсегдатаям. И вскоре Априус уже знал, все новости последних месяцев. И о походе озверелых гномов, и неистовых эльфитах, и о их страшном оружии, о войне между магами и имперскими легионами, развязанной самим правителем. О том, что старые сказки, мифы и легенды, внезапно обрели реальное подтверждение, Ю да такое что жуть берет. О кровоточащих иконах, и внезапно возросшей силе служителей Искупителя, рассказывали с острахом и понизив голос. О различной нечисти полезшей из под земли, о неведомых тварях вырвавшихся из преисподней, и еще много о чем узнал Рус, в трактире, вся столица полнилась слухами и байками.

Априус покинул трактир, свернул за угол, и остановился вдохнуть ночной прохладный воздух, очищая легкие от смрада местной забегаловки. Оставаться в практически разрушенном городе не хотелось, и он незаметной тенью покинул его ночные улицы, и вскоре, поскольку через ворота идти не хотелось, он уже был возле стены. Быстро преодолев несложное для него препятствие, Априус двинулся к тракту. Теперь можно было отправляться и на юго-запад, туда, где и происходила главная схватка в тот ненастный день. Туда где старый маг принес себя в жертву, чтобы оборвать пуповину, связывающую этот мир с Порождающим Лоном. Вскоре Рус, подошел к частоколу, которым жители попытались окружить, тот громадный шрам-трещину во плоти их земли. Стену еще не возвели полностью, и хоть посты тут тоже имелись, Рус, сумел проскользнуть. То, что открылось его взгляду, выглядело и пахло отвратительно. Громадный развал, заполненный белесой мутью, непрестанно клубящейся, и похоже что-то неустанно рожающей, вернее кого-то.

— Похоже, тут лучше не применять волшбу — отшвыревая носком сапога, непонятно откуда взявшийся бугристый, содрогающийся ком — протянул он — но я должен понять…

Он точно был на месте развороченного взрывом холма, на котором еще недавно находился дольмен. А дольмены, как известно, могут быть ни чем иным как окном портала, местом выхода скрытых путей. Хотя ставили его, может и не для этого… Дервиши часто используют подобные сооружения для различных целей, хотя и для соприкосновения с иными планами тоже.

— Что ж делать нечего, приступим — пробормотал он едва слышно, и принялся за осмотр.

Спускаться виз, а по сути в никуда, совсем не хотелось, поэтому некоторое время Априус, неторопливо брел по краю, навострив все возможные чувства. Свой смертью старый маг перекрыл дорогу, этим несметным полчищам, но на месте того старого лаза, образовалось вот это, и похоже этот мир все еще под угрозой.

Коря себя за нежелание отступить, и докопаться до истины, Априус все же обратился к чарам, при чем очень непростым, и совершенно не ведомых магам этих земель. Поэтому такую ворожбу следовало очень тщательно замаскировать, а затем подчистить все следы, впрочем, как и всегда. Прощупывая взглядом склон, он все-таки заставил себя идти вниз, к недавней могиле, где кто-то упокоил тело того самого волшебника.

— Гм, ничего себе защита — уже на подходе, изумился Рус, — это только подтверждает мои догадки, и манера построения чар, и вложенная в них сила, и маскировка… Ну да, ну да, бесспорно это их рук дело.

Присев возле холмика, он извлек из сумки сверток, в котором держал тот ком животворящей глины, что прикладывал к уже холодеющим устам покоящегося здесь чародея.

Он вынул глину, не выпуская из руки приложил к могильной земле, и сняв скрепы с чар, стал ждать.

Вскоре перед мысленным взором он увидел быстро сменяющуюся вереницу картинок-видений. Он увидел и этого старого мага, и ту девушку, что была при нем, наверное, ученицу, хотя ее воинские навыки явно говорили о принадлежности к касте воителей. Увидел их приход сюда, точнее, на это место, когда оно еще было холмом с дольменом, увидел их спуск вниз и последовавшую за этим, схватку. Оказалось, что холм имел не естественное происхождение, а являлся насыпным, такие курганы возводили многие кочевые племена для своих вождей. Но этот покрывал совсем не человеческое погребение. Хотя и человеческие останки там имелись, и во множественном числе.

— Так это он и был — мелькнула мысль — тот самый схрон, один из могильников, что удалось увидеть в видении. Там была эта Тварь, Черный Демон — древний Ужас этого мира. Одна из тех, кому поклонялись как богам, одна из былых Хозяев, властвующих здесь когда-то. Маг и девушка пытались удержать этого монстра от пробуждения, и выхода на свободу, и вначале как будто даже преуспели, но потом… Потом тварь все-таки ожила, и вырвалась в небо, и началась уже битва за мир.

Картины того самого дня виденные им самим, и то что видел тот, кто был похоронен в этой могиле, сплелись воедино, начиная от момента начала прорыва и заканчивая последними мгновениями жизни пожертвовавшего собой чародея.

— И что же их пробудило, от почти мертвецкого сна, хотел бы я знать? — Априус нахмурился — для того чтобы это понять, требовалось приложить больше сил, чем он хотел, но деваться было не куда.

Чары Познания вскоре объяснили причину пробуждения Твари — задействованная рядом Сила, это существо питалось магией, и сразу же отреагировало. Теперь он знал, что и двух других черных демона, высвободились таким же образом.

— Но почему только три? Этих же могильников тут много, в чем же причина? И как эти твари смогли вырасти до таких неимоверных размеров?

Словно откуда-то издалека пришел шелестящий шепот:

— Пророчества!!!

— А вон даже как — хмыкнул Априус — что ж пора убираться отсюда.

Он спрятал глину в сверток, и убрал, достал из кармашка на поясе, небольшой флакончик, с белым порошком внутри, встряхнул, вытащил пробку, и сыпанул на обожженную, оплавившуюся, землю. Поднялись белые струи дыма, на краткий миг в них отразились, связи, всех примененных чар, и тут же вс растаяло, теперь никто и никогда не сможет узнать что-либо о действиях Априуса, в этом месте. Вздернув руку, в прощальном салюте, Эсгалдирн, принялся взбираться наверх.

Лицо обдало порывом ветра, на плечо бухнулась знакомая тяжесть, и каркающий голос выдавил:

— Ох, тут и мерзко!!! Как ты ту находишься то вообще.

— Ты что тут делаешь? — Не на шутку рассердился Априус.

— Тебя страхую, что же еще — ни чуть не смущаясь, ответил попугай.

— И что думаешь обо всем, что здесь творится?

— Гадкое и омерзительное истечение чуждой Силы… меняют реальность…. Что-то готовят…

— Вот и мне так кажется. При чем готовят пакость похуже чем та, что не удалась. А мирок, я тебе скажу тот еще. Вернее не сам мир, а его население, им что людей резать что курей. Вот и режут друг дружку, вместо того чтобы объединится, и бить общего врага.

— Они о нем ничего не знают, не забывай. Для них это просто Твари, взявшиеся, не пойми откуда.

— Да но истинных, многопорядочных мирян, тут очень мало. Потому и стал возможен приход Того, кто высасывает жизнь… Здесь действуют принципы меньшего Зла, кои я не приемлю, хотя и понимаю. Боюсь что нравы падут еще больше, основа для этого заложена давно. В общем все тут только начинается, и это не остановить, при всем желании, потому поспешим к себе, не хочу повторения такого вот безобразия, где-нибудь у нас.

— Может, еще разведаем кой-чего. Я тут почувствовал некую странную волшбу, ее принцыпы отличимы ото всего, что мы знаем.

— Нет. Боюсь, и так засветились. А до поры до времени, про нас даже догадываться не должны. Все уходим.

К утру, они уже покидал эти земли, и этот, с трудом отбитый у врага горсткой защитников, мир. Теперь нужна была спокойная обстановка, полная сосредоточенность, и пожалуй бокал хорошего вина. Для этого подходило много мест, но немного поразмыслив, Априус решил вернуться в Гиль-Эстэль.

* * *

Обратный путь не близок, а времени потраченное на него, было жаль, поэтому Рус, прибег к перемещению, в Коконе, который был уже тысяче крат проверенным, и почти, никогда не подводил. В придачу не требовал полной сосредоточенности для поддержания чар. Наскоро осмотрев близлежащие к миру территории, он только покачал головой.

— Видал, что тут устроили?

— Как такое не заметишь — с плеча ответил Рунин, отчего-то совсем не желавший взлетать.

Отойдя на некоторое расстояние, и выбрав одну из более-менее стабильных промежутков, зону, Априус закрыв глаза, позволил Кокону вобрать в себя, их с попугаем. Пока тот нес их домой, Эсгалдирн, прокручивал в голове все что увидел, почувствовал и услышал. Постепенно мозаика начинала складываться, в определенный рисунок.

Вот уже и замок, Кокон, как всегда распался с лекгим хлопком, составляющая его видимая субстанция растаяла, в воздухе призрачной дымкой, и Априус направился к донжону, Рунин же сразу отправился на небольшой облет владений. Рус, понимал, что даже если бы он и захотел, пробраться в свою башню-мастерскую незамеченным, ему бы это все равно не удалось. Во-первых, практически все обитатели замка в межреальности, чувствовали приближение своего предводителя, во-вторых, вся местная живность поднимала гвалт, вой, и лай.

Здесь не было времени суток, но было собственное внутрезамковое время, и по его часам все еще спали, ну или делали вид, это соблюдалось для того, чтобы не отличаться от обычных смертных созданий, разумеется если не было каких-нибудь важных дел.

— Соберемся к обеду — послал он все мысль — обещания — я пока поработаю в мастерской.

Поднялся в башню, обычным путем, то есть ногами, вытащил на широкий балкон, круглый столик, и глубокое кресло, все руками без магии, потому что от той, уже давно начинало тошнить, вернулся в кабинет, взял со стола коробку с курительными принадлежностями, и высокий бокал, из тончайшего стекла.

Вновь вышел на балкон, и усевшись, вынул старинную, каменную флягу — прощальный, как оказалось подарок Альтара, его Наставника, что погиб, как и все остальные родные и близкие, при взрыве Эльдариуса. Налил из нее в бокал, вина, набил трубку, специальными смесями, вызывающими озарение, раскурил, и глубоко затянувшись, выпустил струйку ароматного дыма. Теперь можно и поразмышлять.

Конечно, никто ему не предоставит четкую и ясную картину всей грандиозной задумки устроенной там различными внемировыми Силами. Но для того и даден разум, чтобы размышлять и анализировать. Мир может показать картины состоявшихся в нем событий, своеобразных частей головоломки, из которых и нужно составить общую картину произошедшего. Но а выоды сделать нужно самому.

То, что в этом, на первый взгляд ни чем ни примечательном мирке, пытались создать себе новое мощное оружие, его старые недруги, не было чем-то из ряда вон — он сам предсказывал возможность таких попыток. Но то, что задумали две остальные Силы, было поистине ужасающим. Он почти ничего не знал о этих Силах, вернее о их методах и возможностях, но теперь, после этой вылазки, воочию мог убедиться в их огромной Мощи. Мощи, и Разуме, чудовищном нечеловеческом, бездушном Разуме, сумевшем задумать такое, и почти провернуть…

Выходило что на самой заре становления Божественной Троицы, твари с Границ, каким-то образом то ли прорвались, то ли воспользовались какой-то лазейкой, но проникли в тот мир. Но тогда их план сорвался, люд доведенный до отчаяния не призвал смерть на свою голову, а нашел способ победить явившихся Тварей. И тогда ше состоялось первое пришествие Мессии, избавляющего и искупающего вроде бы чужие прегрешения. Видимо в тот же период, и состоялась сделка, между этими двумя силами, и был разработан план. План воплощение, которого, в жизнь было растянуто на тысячелетия. Но что для этих существ время? Несколько раздражающее ожидание ничего боле.

В это же время, свои зерна раздора сеет и третья Сила, ей нужно нечто иное — Ненависть способная иметь материальное воплощение. Ненависть, рожденная на горе, страданиях, смертях, и желании мстить. Во чтобы вылилась такая сила было не важно, будь то копья, топоры, молоты, жезлы, посохи или клинки, или даже кольца — кастеты, главное только чтобы зародились ростки, потом их нужно было просто лелеять и пестить. И три народа, этим и занялись, даже не подозревая, что делают это по чьему-то науськиванию свыше.

Но как подозревал Априус, эта Сила, тоже вступила в сговор, и совместными усилиями они породили пророчества, исполнение которых словно бы развязывало им руки. Действовали, конечно, очень скрытно, тайно, и не спешно, потихоньку подталкивая народы совершать определенные поступки…

Почва для «освоения» мира подготавливалась. У всех приложивших к этому свою руку Сил, оказались свои цели. Кому-то были нужны души, как пища, кому-то как средство, кому-то сам мир, который должен был быть обращен в очередную плиту, Странного Тракта, который выстраивают для Него, кто-то же просто создавал себе новое оружие, с которым уже можно было выйти на серьезный штурм Тронного Царства. И в те последние дни нарыв как говорится, созрел, был вручен Предмет Силы, выращены Клинки увидели свет, проросли семена раздора между магами и теми, кто силы не имел, была развязана война, которая отвлекла чародеев, лишая тех возможности противостоять силам вторжения. А еще невольно примененная близ спящих чудовищ магия, невольно пробудила их, напитав силой, именно такое количество, о котором сказано в пророчествах. Как всегда нашлись толпы тех, кто готов к приходу конца света, именно на них и рассчитывали, устроители заговора. Но вмешались те, кого в расчет не взяли, хотя и знали об их существовании, и эта горстка магов, сумела таки заткнуть прорыв, и теперь у жителей появилось время на подготовку. А в том, что будет новая попытка захвата, Априус не сомневался.

Он докурил трубку, допил вино, и принялся размышлять, о том, как же им удалось устроить блокаду мира, практически лишив его всех путей сообщения. При чем все твари, обитающие в междумирии, так или иначе, послужили вторженцам. По всему выходило что Мастера, что возводят этот свой Тракт, каким-то образом получили возможность влиять на действующие законы. А это означало, что они свободно могут оперировать с материей, и появляться там, где захотят. Поедатель сам оставаясь на месте, если можно так сказать, выслал далеко вперед себя этих своих орудий прокладки Дороги, и они теперь расшибают лбы, лишь бы только не подвести своего создателя. Бездушные, без эмоциональные, «слепые» орудия, неуклонно идущие к своей цели. При этом проявляющие хитрость, изобретательность, расчет и неудержимость.

— Надо бы в Храме побывать — мелькнула мысль — поведать обо всем собратьям Хранителям, но для начала сообщу все своим. Но до обеда еще далеко надо бы заняться моей нежданно-негаданно появившейся заготовкой для артефакта.

Он встал, прошел в кабинет, где оставил походную сумку, прихватил с собой кое-какие инструменты, и вновь вернулся на балкон. Извлек из сумки сверток, это был все тот же ком животворной глины, завернутый в отлично выделанную кожу какого-то реликта.

— Может, наконец-то стоило заняться бы Кеплерпом? — Без всяких преддверий, укоризненно проговорил хриплый птичий голос, со стороны перил. — Он не смотря ни на что, продолжает развиваться в чреве.

— Вот ты им и займись, старый проховст — разворачивая сверток, пробормотал Априус — хотя нет, а то еще такое вырастет, я тебя знаю.

— Да ладно. Я бы с него почти Слейпнира сделал. Тех времен, когда он еще болтал без умолку.

— Ага, вы там все такие были. Видать Одину, такое нравилось.

— Ну предположим не все, а насчет Слейпнира, я пошутил, второго такого коня не будет, особенно если учесть как тот появился на свет. Хотя конечно умение скакать по небесам было бы неплохо.

— Нет, этот жеребенок дожжен обладать совсем другими качествами, поэтому займусь им я сам.

— Как хочешь, только знай что времени у тебя мало.

— У меня, его всегда мало — хмыкнул Априус — не смотря на все эти века.

— А с этим что хочешь делать? — Попугай уставился на глиняный ком.

— Пока еще не знаю, идей много, но хотелось бы выбрать самую оптимальную…

— Что за ранние посиделки? — Пророкотало за спиной Априуса, и возле кресла появился Куру, все еще обиженный за внезапное исчезновение друга.

— Прости дорогой котик, но так было надо. Я собирался побродить по городу не таясь, а с барсом это как бы не совсем, обычно, и привлекло бы уйму ненужного внимания.

— Ну и как побродил?

— Побродил. Вот теперь кумекаю как к этому всему, что узнал относиться.

— А что такое?

— В одном из миров, обнаружился Союз Сил, по природе своей абсолютно противоречащих друг другу. И в ходят в него наши старые противники, новые враги, и… И что хуже всего известный, но не разгаданный Мессия-Искупитель. К тому же как говорит Рунин, а я склонен ему доверять, там чувствуется еще некое присутствие. Вот так-то брат Куру.

— Гм, — куатар обошел круглый стол, и уселся на пол, напротив, Априуса, спиной к перилам, и продолжил — Вот скажи как ты думаешь, Творец после того как удалился остается ли Хозяином Сферы, или оставил ее бесхозной, завещав тем кто окажется более подходящим?

Априус несколько опешил от такого вопроса, особенно звучащего из пасти горного хищника, но помятуя о том, что куатаров просто облекла такой вот плотью их создательница Таирли, на самом же деле это сверхразумные, владеющие магией существа, ответил вопросом на вопрос:

— Хочешь сказать, отдал на растерзание Силам?

— Нет, но как еще понимать отсутствие любого проявления его Воли?

— Ну Прежние Владыки Тронного Царства, вроде бы как-то связывались с Ним, где-то я такое слышал. То ли посредством Звездного вестника, который, скорее всего, отправляли через Урд, то ли еще как. Но вот у нынешних богов, похоже, такой связи нет. Или она односторонняя. А насчет проявления воли, гм… Не знаю, не припоминаю не одного случая. То ли его детище, я имею в виду нашу Великую Сферу, имеет своеобразную самостоятельность то ли… В общем это уже скорее философский вопрос, потому что факты отсутствуют. Одно могу сказать сейчас над Сфера нависло несколько угроз, а у этих что теперь правят похоже крепко связаны руки, и они оказывают противодействие только совеем уж явным выпадам. По крайней мере во время вторжения я не почувствовал не их собственного присутствия ни кого-то из их приближенных.

— Ну самих богов, я еще понимаю, а как ты можешь чувствовать их приближенных?

— Одинаковые принципы плетения чар, степень мощи, ну и еще некоторые параметры, по которым можно определить.

— Гм, тоесть не наверняка?

— Наверняка можно только если хотя бы раз встречал кого-то из них, тогда есть четкая уверенность, иначе ни как.

— Ну вот видишь, может ты их просто не ощутил, или след не был на поверхности.

— Может и так, но пока могу сказать, что мир тот был предоставлен сам себе. И защита его была делом случая.

— Для нас это так важно?

— Что там не чисто, в этих двух мирах, связанных между собой, упустил важное что-то… и думаю, в ближайший год там много чего произойдет. Кстати что там патрульные наши, по мелочам что рассказывали?

— Ничего особо интересного, так рутина. В основном о том, как рвутся к всемирной власти правители больших стран, или местные колдуны стараются возвеличиться над всеми, и сделаться Властелинами.

— Ты прав в этом действительно нет ничего нового и необычного. Страсти людские, амбиции, неумеренный аппетит во всем, все обычно и буднично.

— Это да, только вот то, что смертные колдуны то ли научились составлять заклятия для вызова демонов из Нижних Пределов, то ли разыскали их в старых книгах, это немного настораживает. Ну и еще несколько случаев пробуждения, не знаю даже, как и назвать их…, в общем, Дремлющих Сущностей.

— Гм, это уже вроде бы как входит в нашу компетенцию — нахмурился Априус — ладно за обедом расспросим подробности, да и я поведаю о своих изысканиях. А пока давай спустимся во двор, гляну как там Риана, она уже почти на сносях.

С сожалением, глянув на ком глины, с которым так и не успел поработать, Априус упрятал его обратно, и поднялся, отправляясь вслед за выбежавшим куатаром.

Конный двор, был хоть и небольшим, но включал в себя конюшню, беговой загон, и даже лужайку для выпаса, размещенную по настоянию Яши, вдали от его озера и пальм. А поскольку Гиль-Эстэль, была громадным замком, то конный двор и определили в самый дальний ее уголок. Это уже было намного позже, ее создания.

Априус и Куру, шли по аккуратной тропке, выполненной из непонятного материала, похожего и на серый шершавый камень и на кожу какого нибудь монстра одновременно. Ее делали гномы, и на все расспросы, что это за материал, только отмалчивались и хитро улыбались. Рус не став ни расспрашивать, ни пытаться определить самому, что это такое — у него и так хватало загадок и всяких там мудреностей.

Не смотря на ранний час. Менгафар был уже здесь, он теперь как и остальные ветераны, жил в Гиль-Эстэль при переезде захватив с собой и самые лучшие экземпляры из своих питомцев. Он вывел Риану, на выгул, не давая застояться, ведь она должна была стать матерью первого в своем роде жеребца. Сама она была кеплианкой, отец же жеребенка, был выведен все тем же Менгафаром, и являлся пегарогом, то есть помесью пегаса и единорога. И вот теперь на свет должен был появиться кеплерп — огромный крылатый единорог, абсолютно черный как и мать, но с белой гривой и хвостом и при всем при этом ни конем не лошадью не являющийся, потому что это совсем другое существо, наделенное разумом и в какой-то степени магией. А еще Априус планировал, что зверь этот, будет обладать еще одним необычным свойством. Для этого в кормежку кобыле добавлялись определенные толченые кристаллы, и порошки.

Они приблизились к загону, и тут же в голове появились картинки — мыслеобразы — кобыла приветствовала их. Априус кивнул ей, послал такие же пожелания здоровья ей, и ее будущему жеребенку, все идет как надо, можно не беспокоиться.

— Менгафар, — обратился он к бывшему полководцу — ты к обеду приходи, поговорим, это не совет, но все же, некоторые вопросы вполне можно обговорить. А то совсем уж ты отшельником становишься.

— Я вольную жизнь люблю, чтобы без седла мчаться по степи, а ветер чтоб раздувал волосы и бороду. А тут что? Сиднем сижу.

— Ну если все так плохо, — Априус на миг умолк — набирай отряд. Из числа, выходцев из Лусиара только бери лучших лучников, обучишь их на пегарогах, и тогда вперед. Просторы есть вот и будет тебе твоя вольная жизнь, а общему делу польза — летучий отряд, что границы Сектора будет регулярно проверять, ну и иногда по степям мчаться, так просто, для удовольствия.

Лицо старого воина, просветлело, глаза засияли, улыбка тронула рот:

— За это вот отдельная моя тебе благодарность Повелитель. Я все-таки дитя степей, мне замковая жизнь уж больно уныла.

— Ну да вам бы только мчаться галопом, да рубаться на право и на лево.

— Не только, но это вот как Харея, море повлекло, так меня степи манят.

— Да понял я, понял, не утруждай себя разъяснениями. Но смотри на будущее учти, если что, чтоб по первому зову прилетал. Ладно, ты продолжай, а мы тут еще побродим, поглядим на твое хозяйство.

Некоторое время хозяин замка и его друг куатар, неспеша прогуливались меж вольеров, глядя на весь это зверинец, Априус невольно рисовал себе стройные полки воинов, восседающих на прекрасных конях, которые и сами по себе великолепные бойцы, отряды собачников где церберы не лютые звери, а прекрасно выдрессированные помощники. Если понадобится, он выставит и летучий полк горгулий, и копейщиков скандаров привлечет, да только вот не с кем теперь так воевать. Против Поедателя все это пыль не более. А старые недруги более не воюют сила на силу. Прячутся где-то, так и не ответив за свои преступления. Хотя если честно Априус давно уже на них не злился, можно сказать почти забыл, новая угроза заботила больше. И совсем не хотелось, чтобы она застала врасплох. Но пока средств для вытеснения Поедателя если не обратно в его чертоги, то хотя бы за пределы вселенной не было.

— Ладно Куру, идем в донжон, пора повидаться со всеми.

— Идем — легко согласился снежный кот, которому жизнь в замке наскучила еще больше чем Менгафару, и он скучал по старым временам, когда они вдвоем с Априусом, были свободны как птицы. И это несмотря на то что, Априус устраивал периодические вылазки.

И они пошли назад.

Глава четвертая В поисках Кристалла

За обедом, простым и безо всяких излишеств — большие куски жареного мяса, овощное рагу, хлебно-сырные лепешки и легкое желтое вино. Априус давно запретил использовать магию для приготовления пищи и напитков, поэтому они просто делали запасы провианта, доставляя его из Андориноса, путем пространственных коридоров. А тут на месте еду готовили цверги, которых Атарк умудрился вывезти из Мидгарда, видите ли, им овладело желания выпытать о том правда ли, когда-то их народ сковал Гунгнир и Мьельнир, если конечно верить Рунину. Былой конунг в чем-то невольно стал подражать своим старым богам, и пытался добыть себе подобное оружие. Но Цвали, Нори и Глам, так звали этих шебутных ребят, ничего не знали об этом, но век имели долгий, и их пристроили на кухню, а поскольку поесть они любили, то овладели искусством кулинарии, весьма хорошо, и Априус забрал их в Гиль-Эстэль, именно для стряпни. Правда, вкусы карликов иногда были не совсем приемлемы, но это им прощалось за веселый нрав.

После того как Априус поведал все собравшимся о своих изысканиях, руководствуясь принципом — одна голова хорошо — а десять лучше, перешли к обсуждению и предложениям. Пока патрульные перекидывались между собой своими мыслями, Априус повернулся к Хорсаку, медленно цедящему вино, с несколько отсутствующим видом, что на берсерка было весьма не похоже.

— Ну давай рассказывай что там на участке у тебя, в Метхоре за века, все улеглось?

— Да вроде бы. Мир чуток потрясло, но не было катастрофических разрушений. А мелкие только в пределах гор, где мы упокоили «Бегемот»…

— В смысле упокоили? — перебил Априус — мы его укокошили, или что ты не уверен? Так надо было «посмотреть».

— Ну — Хорсак несколько смутился — мой взор такие толщи не пронзает. И еще как будто бы мешает что-то.

— Так, а это уже похоже на противодействие. Вот только кому его оказывать. Хотя постой-ка, в этот мир же наведывался искупитель, э-э ну этот Мессия, в прошлом я имею в виду?

— Да, приходил. Его церкви там имеются во множестве, не повсеместно, но и не то чтобы, кое-где.

— Так-так, это уже похоже на схему. Чаша грехов, древние твари-гиганты, не хватало только еще вторжения. Значит, придется и еще раз там побывать, а может даже и не мне одному. У меня тут есть одна догадка, что раз Хранители назначены не в каждом секторе, значит такие как наш, чем-то особенно важны, и нам есть что хранить, что-то, о чем мы пока не знаем…

— Хочешь сказать, что некие сноровистые ребята все так хитро подстраивают, чтобы потом их покровители могли явиться и имели бы власть над миром.

— Не знаю насчет ребят, но само по себе так не складывается. А насчет покровителей, не думаю что у них все так уж договорено и поделено, скорее всего действует принцип, кто успел, тот урвал.

— Ну да, а кто не успел, тот опоздал.

— Вот, именно. К сожалению, а может и к счастью, я не видел ни одного, даже самого захудалого мирка, который бы «спас» Мессия, или уложили в звездную пыль эти слуги Лона. Поэтому не могу сказать, что будет делать опоздавший.

— Когда быть готовым?

— Ты о чем?

— Ну ты же сказал, придется еще раз наведаться в Метхор…

— А-а, ну да. Я скажу, ты отдыхай, а мне пока нужно встреться кое с кем.

Эсгалдирн, поднялся, сделал вежливый кивок, и направился к выходу из зала. Нужно было выполнять обещанное — делиться добытыми сведениями с собратьями, а длинная дорога в Храм, начинала уже надоедать. Раньше они виделись раз в тысячелетие, а теперь чуть ли не каждый месяц. Но дело как известно превыше всего. Иногда ему хотелось взять птичку Дрендома, и оседлав ее полететь на ней. С громом, треском, ураганом, испытать все наслаждение от такого полета, но оно бы привлекло слишком много внимания, и в придачу ко всему такой полет занял бы больше времени. Поэтому как всегда и ни как иначе.

Храм встретил его тишиной, Априус прошел в свои боковые покои, скинул плащ и шляпу, накинул мантию, надел обруч, браслеты и цепь с медальоном, и неспешно пошел в храмовый зал. Мановением руки вывел стол и стул-кресло, нажал на хрустальную кнопку на крышке стола, уселся в кресло и вызвав длинный узкий стакан с тоником, стал ждать.

Это место когда-то отыскали они сами — тогда еще двенадцать новоявленных Хранителей, и в глаза не видевшие своих будущих секторов. В память о обретение второго шанса, возвращении тел, и в знак признавания только одного единого Творца, они выстроили-создали здесь этот храм. Звездный Храм посвященный Визардасу Единому. Богу Богов, Отцу Отцов, Прародителю Прародителей. Единственному с приставкой» Макро». Тысячелетия минули с тех пор, когда создавшие его личности отправились на места своей службы. Храм этот никогда не освящала Великая Благодать Творца, он никогда не посещал его Сам, но они в Него верили хотя сами никогда и не видели, а только лишь чувствовали Великую Энергию Того, Кто создал эту Вселенную. Может быть, и не только Ее, но в этом орден Хранителей уверен не был.

В этот день не было назначено общего сбора, первыми добрались лишь четверо Хранителей. В ключевых мирах шла пока еще тайная борьба Сил, и Априус решил поделиться своими предположениями и соображениями с побратимами.

— Ты звал нас поговорить или хочешь что-то предложить? — Склоняя голову в знак приветствия, напыщенно поинтересовался эльф, усаживаясь в кресло, больше напоминающее трон, впрочем, как и остальные одиннадцать, которые возникали, едва их хозяева появлялись возле стола.

— Тут решать вам — ответил Рус, проходя к звездному зеркалу вделанному в пол.

Несколько пасов руками, некие манипуляции и настройка закончена. Появилось изображение нужного мира, который прозвали Санкором, от которого к другому, тянулся некий связующий канал…

— Видимо здесь Твари Поедателя, наметили дальше продвигать свой странный Тракт, сделав его плитой очередной мир. Сюда же хотел сойти Мессия, здесь же Падшие пытались создать себе новое оружие, способное помочь им вернуть Тронное Царство. А по сути, Власть над всей Сферой. Я не исследовал весь Санкор, но провел некоторое время у раскола, этой гигантской впадины ведущей в другой мир, там уже явное оперирование с пространством, а это уже не просто местечковое колдовство, тут колоссальная мощь требуется. В общем, мне удалось установить, что Твари Поедателя вступили в некий союз с ковеном до нельзя странных магов, те с их помощью создали предмет Силы, который в последствии был вручен смертному правителю. Тот надо сказать оказался подготовлен на славу, и начал войну с орденами чародеев пол сути и поддерживающих человеческую империю и весь то мир. Тем самым сила орденов была ослаблена, в это же время на свет вырвалось древнее оружие Ненависти, и началась массовая резня, это соответствовало пророчествам, и дорога была открыта. Этот дар силы, плюс ко всему еще пробудил спящего в могильнике зверя, других чудовищ вывела из спячки и дала силу спровоцированная магия пришлых чародеев. И все почти удалось. Что случилось, потом вы уже знаете.

По залу разлился мелодичный хрустальный перезвон, появился еще кто-то из Хранителей. Вскоре все двенадцать уже сидели за столом. Априус повторил все для остальных пришедших и умолк, за него продолжил Элендар.

— Второй мир оказался крепким орешком, таким пока и остается. Моим разведчикам удалось выяснить только то, что он закрыт, словно обтянут непроницаемой броней. На вскидку удалось узнать, что войти в него все-таки можно, но вот обратный выход остается под вопросом. Тогда они отправились в этот Санкор, и выяснили, что попасть в «якорник» можно через тот образовавшийся провал, то не просто трещина в плоти мира, а пространственный разрыв… правда там весьма жутко и омерзительно, и в придачу ко всему, что-то беспрерывно рождается, или вернее материализуется. В общем если посылать разведчиков и прознатчиков, то, как бы только в один конец.

— Послать туда людей можно, но этого мало, они, ни чего не смогут передать. Мы же сами не можем — задумчиво проговорил Асамир — нужно что-то еще…

— Можно использовать палантиры Игмара, пусть установят их на вершинах неприступных горных пиков — предложил Фирлинг — и настроят так, чтобы транслировали прямо сюда. И если это действительно так важно придется организовать неусыпные дежурства. Так мы, по крайней мере, будем видеть, что происходит.

— Видеть, но ни знать — хмыкнула Эледвен.

— Трактовать придется самим — согласился Априус — но это уже хоть какая-то идея. Хотя конечно признаюсь мне было трудно судить о произошедшем пока я не поговорил с местными аборигенами. Одних видений оказалось мало.

— Придется всерьез еще заняться трудами этого странника в хламиде — проговорил Тэльк — Священные книжки и писания полистать приходилось, но вот чтобы скрупулезно, это нет. Но раз там так следуют изложенному в них писанию, то это может оказаться важным и у нас.

— Согласна с Тэльком — кивнула Эледвен — это все… все больше смахивает на грандиозный заговор. Нужно успеть разгадать.

— В общем, на это пока и порешим. Так что на сегодня все — сказал Априус поднимаясь. — Извините дела.

Быстрым шагом он покинул зал, в своих боковых покоях оставил все атрибуты, надел плащ и шляпу и был таков. Дальше был путь домой, где ждала его большая семья, которая уже просто жаждала изменений. Наскучило им уединение. Что ж может они и правы.

Мысли, помогли скоротать путь, вот уже и двор Гиль-Эстэль, своих близких Рус, застал в беседке, что над озером. Беседок, правда было несколько одна белокаменная, с колоннами, но в той почему-то почти всегда пусто, другая же из плетенной живой лозы, всегда кого-то принимала. Вот и сейчас в ней сидели Куру, Яша, Рунин, близняшки с внучками, и Саяр. На столе большая тарелище с клубникой, девушки запивают ее вином, Яша же трансформированной лапой горсть, за горстью отправляет себе в пасть крупную черешню, которую зачерпывает в ведерке. Саяр жарит шашлыки, запах дурманит и разносится на всю округу, дети ему помогают, Рунин сидя на широком блюде располосовует ниточный сыр. Один только Куру, задумчиво глядит в воду, где резвятся стайки разноцветных рыбок и ползают огромные раки.

— Откуда все это? — Подходя к столу, поинтересовался Априус — я же запретил использовать магию так.

— А мы и не использовали — улыбнулась Вилисиль — это вот Саяр, притащил. Мы его попросили сходить в Бакхор, вернее на рынок, тут то если через «дверь» за час обернуться можно.

— Ты к нашим заходил? — повернулся Априус к Саяру.

Тот лишь покачал головой, что-то разъясняя близнецам. Те не отставали от него с расспросами.

— Я тут надумал кое-что — присаживаясь на скамью, проговорил Рус, — раз Бакхор, теперь в черте города, может, поместьем там, или усадьбой обзаведемся? Где нибудь среди ферм, или вообще на острове, они же там должны быть острова то.

— Нет уж, хватит с нас уединения — вспыхнула Кулуриэнь — лучше уж среди ферм, да рыбацких поселений.

— Ну вообще идея вам нравится?

— Да, да, да — послышались ответы.

— Вот вы этим и займетесь, сложностей я тут не вижу ни каких. Так что думаю, справитесь. Будем делать вид, что мы фермеры, тем более чего-чего, а разной живности у нас предостаточно. Лучше всего конечно подобрать земли с выходом к морю, но можно и с каналом, который естественно должен впадать в море. Желательно без соседей.

— Хорошо милый — елейным голоском пропела Вилисиль — завтра же и займемся. А сейчас можно нам узнать — голос ее приобрел ядовитые нотки — где ты шляешься все время?

Априус невольно поежился, вспомнив, что во рту его жены, за одно мгновение отрастают ядовитые змеиные зубы, которые она ему не раз демонстрировала. Но сейчас это был просто тон, да и глаза говорили о том что это именно Вилисиль, а не ее вторая сущность. Он давно привык, что временами в его женах просыпались совсем другие натуры. В некоторых мирах лекари называют это раздвоением личности, даже придумали название такому явлению. В мирах где Мессия оставил свой след, это назвали бы одержимостью, хотя там в основном демоны вселяются и духи в тела незащищенных людей. А тут ведь когда-то в этих двух представительниц племени фурий ночи, вошли части богинь. Правда, для служителей церкви все старые боги — демоны, и тут бы у них сомнений не возникало.

Рус посмотрел в глаза темноволосой красотке, перевел взгляд на рыжую и ответил:

— Я пропадаю по долгу службы. Себе за последнее время я не позволил и маленького путешествия. Так что не надо тут губы дуть…

— А не завел ли ты кого на стороне? — Перебила его Кулуриэнь — уж больно часты, стали эти твои отлучки. А нам внимания все меньше и меньше.

— Тут я их поддерживаю — вставил Куру — не надо забывать, что мы тебе не просто беззащитные котики и девочки, которые должны сидеть дома и ждать.

— Да мы же только что вернулись с Пятимирья, вы чего?

— Это не то непреклонно заявила Вил — вон даже Дрендом с Сатари нашли повод, чтобы не возвращаться сюда.

— Они помогают Серентину, да и в конце концов там их истинный дом, родина так сказать.

— А наша где? Сидим тут отрезанные ото всего мира, и ни куда не выходим почти.

— Хорошо будет вам прогулка. Всем прогулкам прогулка, но чуть позже. Пока же давайте есть шашлыки, и не думать о превратностях бытия.

Саяр как раз снимал с огня одуревающее пахнувшее мясо, и раскладывал шампура на разнос, на котором лежали целые охапки различных пряных трав и маленькие томаты.

Первым, конечно, оказался Рунин, за ним поспел Куру, Яша смешно переваливаясь сбоку на бок, поспешил следом боясь опоздать, но все было посчитано правильно и всем хватало с лихвой.

Первое время стояла тишина, все молча работали челюстями, а с донжона в сторону озера потянулись свободные патрульные. Завидя их Саяр улыбнулся, и принялся нанизывать следующую порцию шашлыков. Близнецы с живым интересом бросились ему помогать.

Тут начали подтягиваться остальные обитатели замка, те кто не был на обходе назначенных участков. Пресекая попытки докладов, Априус кивал на парующие шампура, и говорил:

— Просто, берите шашлык вон Саяр, уже третью порцию заряжает, о делах потом поговорим. У нас такие минуты редко выпадают.

Никто упрашивать себя не заставил, мясо со всевозможными закусками исчезло в несколько заходов, разносы и тарелки опустели, и вскоре пустая посуда исчезла сама собой. Насытившись, принялись за обсуждение новостей, и планов прямо на берегу озера. Это все что Априус мог позволить своим людям, перед очередной компанией по устранению нарушителей баланса.

И тут на тебе — о па объявился тот, кого, то было не доискаться, то вдруг сам появляется негаданно нежданно. В небе над замком, пространство как-то странно поплыло, потом небо разошлось, и громадные глаза со щелевидными зрачками уставились на Априуса, а в голове прозвучало:

— Поговорить надо!

— Сейчас приду — мысленно ответил он, ощущая некоторое смятение.

Особо в шоке Рус, конечно, не был, один раз такое уже случалось, но не совсем приятно, когда твою тайную цитадель, так легко находят. Выйдя из беседки, он быстро направился в сторону стены, за которой обитала Свора. Заставлять ждать самого Просвещающего, совсем не хотелось, и обезопасив, место прямо в межреальности, он призвал туда Дракона.

— Чем обязан визиту такой высочайшей особы? — Без тени шутки спросил чародей — ты же теперь негласный Владыка Сущего, или будешь отрицать?

— Ну здравствуй, во-первых! — громыхнул медно-золотой — все никак не научишься манерам. А во-вторых, что за куча вопросов, вместо: — Рад тебя видеть и тому подобное…

— Покорнейше прошу простить о Великий — патетически склонился Рус — Приветствую тебя о Наимудрейший. Я весь внимание, и слух.

— Не паясничай — скривился дракон — после твоих угроз истыкать меня мечом, это уж никак не пройдет.

— Ну в двух словах хоть скажи что в мире происходит? А то сижу здесь, в неведении…

— А что происходит? — Выгнул бровь Просвещающий — Всегдашняя борьба Бобра с Ослом…

— Чего-чего?

— Ах, прости Добра со Злом, хотя иногда мне кажется что именно первое. Две Силы пытаются влиять на сложившееся равновесие, Троица им противостоит, ну а Падшие стараются извлечь для себя пользу из сложившейся ситуации. Но я к тебе по делу. Деликатному.

— Излагай, какому?

— Может, согласишься выполнить одну мою просьбу, не взирая на свою привязанность?

— Хотелось бы знать вначале какую? И чем это мне грозит, если я соглашусь…

— Гм, сейчас объясню… с чего бы начать, так чтоб ты сразу понял? Ага, так вот — это как всегда будет поиск. В общем, в один из периодов правления Падших, думаю тогда когда ты, пребывал в духе, и странствовал по мирам, в глубинах космоса, существовала некая цивилизация. Они добились определенного успеха в соединение, магии, науки, и плоти. И начали изменять себя, изначально это были не эльфы и не люди, но определенная схожесть имелась. В итоге своих опытов они создали новых существ, которым добавили крылья, гребни, стреляющие иглами, выпускаемые хвосты с острейшими окончаниями, и самое страшное и неожиданное их руки могли превращаться в змей состоящих из множества металлических сочлений. Но это еще не главное, именно тогда на взлете своего развития они создали Предмет Силы, Истинную Вещь, Абсолют, Кристалл Знаний, называй, как хочешь.

— Уже начинаю понимать, к чему ты клонишь.

— Да, речь пойдет именно о нем. До конца я не разобрался что это такое. На вид это ничем не соединенные между собой чистейшие голубые бриллианты, в которых заключено пламя. Это по одной из версий. По другой, это один большой кристалл, многогранный, и наполненный первозданным огнем. Этот предмет помимо заключенной в нем невероятной Мощи, содержит в себе знания об устройстве Вселенной, имеет власть над многими стихиями, и… В общем и этого достаточно чтобы обеспокоится. К счастью во время междоусобных войн, он был утрачен. Мне удалось выяснить, что небольшой отряд состоящих из тех существ, которых я тебе описал, покинул пределы своей галактики, и отправился на окраину. Там они разыскали один мир, и на этом все сведения обрываются. Сведя обрывки всех легенд и мифов, я думаю что это либо Извр, либо Такайя. Довольно известные в определенных кругах, своим необычным населением.

— Чем же это они так прославились? В Извре что извращенцы одни обитают?

— Ха, насмешил, интересно бы было на это посмотреть. Нет, там обитают изверги — чешуйчатые демоны. Такайя же населена одними вампирами, которые отреклись от потребления, чьей бы то ни было крови, кроме специально выращиваемых для этих целей животных. При чем режут их обычным способом собирая кровь, а не высасывая ее. Предмет упрятан либо там, либо там. Это миры находится не так уж и далеко от Сектора, который ты охраняешь. Неплохо было бы его разыскать, только прошу — не экспериментируй с ним, когда, или если найдешь. Для начала он требует тщательного изучения. Я не тороплю с поиском, но и не затягивай, так чтоб очень.

— Хорошо, я понял тебя. Но мне надо возвращаться, хочу избегнуть ненужных вопросов, хотя после того как ты явил себя, этого наврядли удастся избежать. Все, пошел я. До встречи.

— До встречи — протянул дракон, уже исчезая.

Вернувшись во двор крепости, Рус, застал своих людей в хорошем настроении, эльфы пели какую-то старинную песнь, о временах, когда их мио еще не знал света луны и солнца, и когда их племя разделилось на поморов, лесных, темных, и заморских. Рунин со стены, что орал Своре, дразня котопсов, заставляя тех, покидать свои логова и яростно воя кидаться на каменную стену.

— Тоскует прохвост — усмехнулся Априус — ничего, дельце обозначилось — развлечется.

Он похлопал эльфам, кивнул мелькнувшему на заденем дворе Харею, «Версар» давно стоял на приколе, и шкипер занимался каким-то своими делами. Кристалл хоть и был заряжен, но заменить его пока не получалось, хотя, давно уже стоило. Потому корабль временно не использовали. Априус укрепил его экипажем, связки ставленников, и теперь с кораблем, остался только Харей.

Завидев своего Лорда, патрульные обступили его со всех сторон, и вопросили:

— Это был тот, о ком мы думаем?

— Просвещающий?

— Великий Дракон?

— Собиратель Истины?

Да, да, да — ответил Априус, сделал лицо озабоченным, и быстро пошел к центральной башне, дабы избежать излишних вопросов. Пройдя в донжон, Рус приказал попавшемуся навстречу Клыку оповестить всех о предстоящем совете, хотя еще недавно не собирался его проводить…

Ближе к ужину, в большом пиршественном зале, очень редко теперь используемом по назначению, но на этот раз выбранному для помпезности, начали собираться все жители замка.

Первыми появились эльфы из личного отряда самого Априуса:- Эсканэль, Элур, Янтэ, и Эстэль сразу за ними важно прошествовали Ингольд с Вильварин, Мэлдир, Таурион и Вельда. Едва они уселись в зал вбежали Куру им Яша, вопросительно глянув на свои места, и получив утвердительный кивок: мол, ваше присутствие тоже обязательно, принялись размещаться. Постепенно зал все-таки заполнялся. Появились Картус, Хитар, Клык, и Богар. Из покоев спустились нарядно одетые Кулуриэнь и Вилисиль, вместе с внуками, а за ними пожаловали и Саяр с Менгафаром. Чуть позднее чередой потянулись связки — Коготь, Кронк и Виргиний, Валид и Тагар. Харей, Рагний, Берлиар и остальной десяток былых солдат — легионеров.

С опозданием прибыли только хирдманы для более надежной сплоченности, укрепленные выходцами из Лусиара. Но это было простительно — причины могли быть разные. Не было только Охтара, гном корпел над новыми идеями создать прочный и легкий сплав, да Дрендома с Сатари, которые остались в Хрутаре. Когда все на конец уселись, даже Рунин занял свое почетное место на тронной спинке, и дождавшись когда все усядутся, Априус поведал все о произошедших событиях, опуская, лишь некоторые детали.

— Из-за наличия столь разнообразных тварей, рыскающих в последнее время по мирам, и их околицам я хочу составить для вас некий перечень наиболее известных мне демонов, чтобы вы могли понять кто есть кто. И прежде всего разбить их по местам обитания на всяких там огненных — обитающих в эфире; воздушных, наземных, водяных; ну и этих: — люцифугов или гелиофобов — демонов светоненавистников, обитающие в самых отдаленных глубинах.

— Ну вообще-то мы вроде как в курсе — задумчиво протянул Атарк — хотя конечно век живи — век учись. Этих пламенеющих, как грязи…

— Вот и я о том же — подтворил вывод патрульного Априус — Отвлекшись, скажу, если не вдаваться в подробности, творец создал всего три вида существ. Ангелов из Света, джинов и демонов из Пламени, и нас грубоматериальных, облек в плоть. Но сегодня речь пойдет только о демонах, поэтому внимание! — и он начал высвечивать трехмерные картинки:

Самые обычные и часто встречаемые во всех мирах Инкубы и суккубы — соблазняющие в основном монахинь. Марширующие демоны — обычно прибывают толпами и производят много шума; Служебные демоны — прислуживают ведьмам, едят и пьют вместе с ними; обманщики — могут являться в образе мужчин или женщин. Но это так для введения в курс дела, тех кто не сталкивался.

— Это для нас — по взрослому важно — выпятил губу Лукас.

— В том числе — согласился Априус — теперь разобьем их по сферам влияния, итак:

— Любовь-Вожделение, похоть и все такое. Эти самые на первый взгляд безопасные.

— Ненависть — Месть — Гнев — Война;

— Жизнь — Исцеление;

— Смерть;

— Природа;

— Деньги-Процветание-Удача;

— Знание — Тайны — Колдовство;

Помимо всего прочего существуют еще так называемые псевдобоги, их тоже не следует забывать, ибо это те еще обманщики. А теперь рассказывайте, что там, в мирах нам подвластных творится? Уточню на всякий случай, если кто не присутствовал, есть ли тревожные сигналы, ну а уже затем поужинаем.

Патрульные стражи, по очереди, один за другим, четко и слажено, принялись докладывать. Из этих докладов Априус сделал вывод, что свободно может отлучиться, и попробовать выполнить просьбу Просвещающего. Оставался вопрос кого взять с собой?

Априус внимательно обвел взглядом всех присутствующих, в дело, касающееся Просвещающего, всякого не посвятишь, и с собою, не возьмешь. Хоть все они тысячу раз проверенные и перепроверенные, но… Видимо придется идти старым составом, за исключением Дрендома, который сейчас очень далеко.

Ближе к ночи, которой здесь нет, Эсгалдирн, распустил своих подручных, и поднялся в мастерскую. Некоторое время выдвигал, и задвигал ящики стола, рассматривая содержимое. А в них чего только не было. Для всех обитающих в этом замке, эти талисманы, обереги, кольца, браслеты, были не более чем безделушки. Но любой смертный колдун отдал бы душу за обладание такими вещами. Через некоторое время Априус все же отобрал два кольца, одно на вид совсем простое, правда, не понятно из какого металла заделанное, а второй представляющее собой ничем не соединенные между собой рубины. Взял так же и небольшой золотой медальон, весь испещренный старинными символами, — вещь явно из предыдущих эпох. Надев все это на себя Рус, оправился в свои покои — надо уделить внимание и внукам, и женам.

Еще с порога детвора набросилась на него с криками:

— Деда расскажи нам про троллей! — Закричали оба близнеца — ну пожалуйста!

— Хорошо-хорошо — улыбнулся Априус — усаживайтесь и слушайте. Толька это будет не сказка, и не история.

— Нет, мы хотим с картинками — заупрямился Лукас.

— С картинками, так с картинками, но усаживайтесь за стол все равно.

Близнецы уселись в кресла, и застыли в ожидании. Над столом появилось небольшое трехмерное изображение мощного существа, и Априус начал пояснять:

— Тролли высоки, долговязы и довольно мускулисты. Внешне схожи с эльфами (из-за длинных ушей) и с орками (из-за внушительных клыков). Длинные руки, сильные ноги и быстрые рефлексы, присущие расе троллей, делают их идеальными охотниками. Цвет кожи у них варьируется от светло-зелёного до синего и фиолетового. Кожа лесных троллей обычно зелёная, кожа троллей из джунглей — синяя или голубая, а ледяные тролли обладают светло-синей. Несмотря на то, что сильные физические повреждения смертельны для них, тролли способны восстанавливать потерянные конечности и заживлять свои раны в очень короткие сроки, что делает их серьёзными противниками.

Тролли разговаривают с характерным акцентом. Племена троллей кровожадны и воинственны. Большая часть троллей до сих пор исповедуют вуду и практикуют каннибализм. С некоторыми из них можно даже договариваться, но это зависит, на какого индивидуума вы натолкнулись. Колдуны часто используют их как тупых, но мощных стражей. Вот, пожалуй, и все, остальное узнаете при личной встрече с ними. А теперь укладывайтесь отдыхать, мне еще надо чуток поработать.

Еще около двух часов Априус обдумывал предстоящий поход. Затем решительно встал, и Кулуриэнь с Вилисиль, наконец-то заполучили мужа в свои объятия. Некоторое время, забыв обо все, он уделял свое внимание только им. Уже проваливаясь в полудрему, дал мысленную команду зверокоманде, быть утром, готовыми отправиться в поход.

А ранним утром, если бы оно наступило, где нибудь в нормальном мире, где есть восход, и закат, за окном раздался душераздирающий вопль — дурачился Рунин, пытаясь спародировать ранний крик петуха.

Априус проснулся, ощущая свое тело зажатым с двух сторон, две богини, как телами, так и внутренней сутью, спали, плотно прижавшись к нему. Он аккуратно высвободился, переворачивая головы девушек на подушки, нежно поцеловал, и сел, убирая закинутые на него ножки.

Он тихо слез с кровати, и вихрем бросился к себе. Там подскочил к шкафу, выбирая самую распространенную во многих мирах одежду. Кожаный жилет, бриджи, высокие сапоги, из мягкой кожи, и плащ-непромокайку с капюшоном. Из оружия взял подаренный когда-то эльфийский лук, с полным колчаном стрел, два парных кинжала, на пояс, и серебряный двуручник, за спину.

«Ракар» теперь стал слишком «тяжел», для обычного мира, и не следовало его всякий раз призывать без особой необходимости. Этот клинок вообще превзошел все ожидания Априуса, и он стал опасаться, что сияние его оружия будет чересчур сильно сказываться на благосостоянии простых миров. Другое дело Тронное Царство, Высшие Сферы, Межреальность, или то же Пятимирие. Но только туда он пока не ходок. Не потому что боги могут отобрать, даже если бы они и смогли проделать, Ракар не может взять никакая другая рука — убьет, всех, кроме куатара. Но и давать повод для желания завладеть таким чудо — оружием как-то не хотелось. Иначе придется убить всех желающих, а Ракар убивая, лишает и посмертия.

Априус зло усмехнулся, вспоминая, что так и не дал своему клинку испить крови Богов, а ведь мог. Мог перерезать их как свиней, как бы Велики и Могущественны они не были. Еще там в их только отстроенном Царстве Престолов. Просто не мог рисковать своей Империей, если бы не вышло, потому позвал на бой их рати. Мог бы прикончить и этого несносного выскочку, что призвал в мир это все пожирающее Чудовище, которое до сих пор не может изгнать никто. Но сделай он это, Вселенная осталась бы без управляющих Сил.

А это еще хуже, чем, так как есть. Он давно уже запутался, пытаясь понять, как бы лучше всего жилось всем разумным существам, уж больно много разногласий, в целях, устремлениях и совершенствованию. А боги, как выяснилось, не всемогущи, и не непобедимы, могут ошибаться, а значит, их власть не может быть Абсолютной. Поэтому Ракар, может еще дождется своего часа.

Походная сумка привычно легла лямкой на плечо, занимая свое место, в нее Априус на ходу сунул несколько флаконов, с маслом и жидкостью под названием Анаптасис — своеобразная горючая смесь из жиров и сукровицы каких-то там животных, давнее приобретение в лавке Андориноса.

Чмокнул в щеки жен, заглянул в комнату к внукам, и накинув плащ отправился к выходу. Гоп-компания ждала его в коридоре, Куру, Яша переминались в нетерпеливом ожидании, Рунин бегал по мраморному полу и ворчал:

— Одно слово — люди. Пока соберутся, пока выйдут. Другое дело мы, раз и готовы.

— Не бурчи — усмехнулся Априус — я уже готов. Вперед!

Стены замка будто растворились, пред ними сразу развернулась тропа, и как в былые времена, четверка друзей отправилась в путь. Куру бежал первым, за ним шел Априус с попугаем, уцепившимся в плечо, а Яша замыкал шествие. Априус тщательно изолировал излучение Силы — не зачем привлекать ненужное внимание. Пусть выглядит так словно они обычные странники, ну почти.

Справа показалось Зеркальное Болото, вода в нем была стоячая, и действительно походило на зеркало, было бы только чему в нем отражаться. Тропа вильнула, проходя у самого его края, и путники стали свидетелями того, что могло бы произойти с ними, будь они простыми магами, попавшими сюда. Из болота, стремительно выметнулось пучок, черных извивающихся щупалец, на лету наткнулся на невидимую преграду, и так же стремительно отдернулся обратно.

— Интересно кем оно тут питается? — Начал размышлять вслух попугай — неосторожные путники, тут случаются редко, а местные твари, и сами с усами. Значит, голодает месяцами. Живучая тварь.

— Тут все такие. Так просто не убьешь — хмыкнул Априус — одни кусты-кровопийцы чего стоят. Но неосторожные путники сюда не забредают.

— Мы вообще куда идем? — Поинтересовался куатар.

— Идем туда, почти знаю куда. Искать то, почти знаю что — ответил Рус, и сам рассмеялся. — Нужно обследовать два мира. Найти там некий предмет, который надежно упрятан, и думаю, так же надежно охраняется. Осталось выбрать, кого мы навестим первыми — вампиров или извергов?

— Интелесный выбол — зубастая Яшина морда выразила полное недоумение — кловососы и скулоделы. Цего-то мне казетца нам там сильно обладуются.

— Успокойся — ответил Априус — тамошние вампиры пьют только кровь выращиваемых им животных. А извергни…, думаю это больше россказни, чтобы отпугивать жаждущих протянуть свои лапы к их миру. К тому же тебе ли боятся друг мой?

— Все может быть — рявкнул Куру — но вы бы внимательней были, не на прогулку вышли. Не наш Сектор. А значит и неожиданности могут быть с сюрпризом.

Заросли Дикого Леса промелькнули чуть в стороне от тропы. Давно уже привыкнув бродить тропами межреальности, никто даже не обратил на них внимания, а вот мир что лежал неподалеку заинтересовал.

— Похоже нам туда — коротко констатировал Рус — Спускаемся!

— И мне так кажется — согласился куатар — ощущаю нечто… э-э непередаваемое.

Приняв все меры предосторожности, они ступили вниз. Небосвод весь затянут серо-черными тучами, и еще на спуске стало понятно, что они попали в один из так называемых «багряных» миров. Здесь никогда не бывает, солнечного ясного дня, царит вечный полумрак, а небо всегда черное в бардовых разводах.

— Похозе я узе догадался цей это мил — покрутив башкой по сторонам, — заявил ящер — в таком млаке могут плятатца только упыли.

— Нам до них нет ни какого дела — спокойно произнес Априус — хотя конечно некая оторопь берет — целый мир вампиров.

— Я бы их вообще всех повывел — прокаркал Рунин — всю породу, неважно чью кровь они там пьют и как. А то поделили их уже на добрых, недобрых, высших, низших, какая разница — кровосос он и есть кровосос.

— Ну это вопрос философский — ответил ему Рус — они ведь могут и не убивать своих жертв, в отличи от множества других видов питающихся плотью.

— Интересно, а как они выглядят — задумчиво проговорил куатар — как люди, как эльфы, как упыри-крыланы, или их внешность демоническая?

— Сколо узнаем — зловеще пообещал Яша, и первый затопал в сторону невысокого холма.

С вершины холма открывался вид на город, вполне такой обычный себе город, если не учитывать, то кто его населял. Не было видно не крепостных стен, ни вообще каких-либо ограждений. Дома были высокими, каменные, походили больше на башни, чем на приземистые привычные строения.

— И как нам искать этот твой предмет? — Поинтересовался куатар — наврядли он спрятан в городах, или их окрестностях.

— Он может быть где угодно. Тогда, когда его прятали, тут и городов то могло не быть. А может, как раз наоборот, они возникли там, где был спрятан предмет, который нам нужен. Так что придется воспользоваться, древним как сам, мир, способом поиска. Иначе тут, годами придется землю рыть. Хотя он может быть и на дне морском, и в горных недрах. Жаль я плохо представляю что нужно искать, мне известна форма, а вот как влияет содержимое, на окружающее пространство не понять. Ладно, давайте за работу. Хотя тут вы мне не помощники, ну разве что Рунин. Так что, Яша, Куру, можете пока погулять в окрестностях, только к городу не приближайтесь.

Достав свой серебряный клинок, и отыскав на вершине холма подходящее место, он принялся вычерчивать сложную фигуру. Со множеством линий, и лучей. Попугай действительно оказался полезен, его знание старых еще йотунских рун и их сочетаний, вперемешку с футарком, давало такие удивительные и работающие комбинации, что Априус всегда поражался.

Вскоре фигура была готова, Рунин, где лапой, где клювом понацарапывал свои закорючки, теперь оставалось лишь оживить пентакль и заставить работать. Откупорив прихваченные с собой флаконы. Рус, аккуратно заполнил ихним содержимым все прочерченные лини и символы. Затем чуть отошел, и кинул искру, поджигая фигуру.

Огонь вспыхнул с такой силой, что казалось, будто это огромный дракон полыхнул своим пламенем. Априус прошептал необходимые слова, и до рези в глазах всмотрелся в пламенные языки, желая увидеть, тех диковинных существ описанных Тагник-Зуром. И узрел, усталый, малочисленный отряд на привале, и воина разбивающего на две равные половинки, большой, размером со страусиное яйцо Кристалл. Они разделили его, и одна часть отряда отправилась дальше со второй половиной. А первая осталась здесь. Всего три воина, Но каких. На вид они особо не отличались от людей, но вот их возможности в бою, были куда шире, чем человеческие. Один обладал парой рук, которые заканчивались костяными клинками, и складывались как у богомола, второй имел на спине гребень, способный ощетиниваться, как дикобраз, выстреливая иглы. Третий же был изменен наиболее жутко, потому что из его спины появлялись… Щупальца! И помимо этого они обладали хорошей выносливостью, и боевой выучкой.

— Неплохая охрана — совсем тихо прошептал Априус — небось, еще и магией владеют. Где же вы укрыли свою часть?

В пламени мелькнули какие-то подземелья, с извилистыми коридорами, скрытыми комнатами, перекрытиями, целая система переходов, связывала их между собой — место было подобрано то, что надо, только вот, где оно теперь?

Достав из сумки небольшой прозрачный пузырек, Априус очень бережно откупорил его, и самую малость буроватого порошка, отсыпал себе на ладонь. Прошептал над ней, несколько слов, и дунул в сторону огненной фигуры. Миг, и над пентаклем, возникла красная стрелка. Стрела — стрелка зависла, над центром магической фигуры, и чуть помедлив, завертелась. Проделав так несколько оборотов, указала наконечником прямо на видневшийся невдалеке город.

— Гм, — пробормотал Априус — выходит, не просто так мы именно сюда вышли. Выходит, придется облазить весь город. Скорее всего, он стоит именно на тех катакомбах, что показало заклинание. Эй Рунин, похоже нам удалось. Где эти охламоны лазят? Пора уже бы, и появится.

— А то ты их не знаешь — они себе где угодно найдут какую-нибудь забаву.

— Это да — усмехнулся Априус — ладно убираем тут все, и идем знакомиться с местными обитателями.

Он взмахнул рукой, и фигура враз погасла, линии стянулись в точку, и вскоре на этом месте была видна только немного взрыхленная земля. Так же как всегда даже не задумываясь, зачистил магический след, и уставился на город, к которому вела вполне обычная насыпная дорога.

— Пойдем через ту рощицу, что подступает к черте города, там и осмотримся немного.

— Я могу слететь — предложил попугай — знаешь же если надо, то меня никто не увидит.

— Что ж, пожалуй это мудрая идея, иногда ты оправдываешь свое имя, вещий птах. Лети, а я пока подожду этих обормотов, они вон уже спешат.

Попугай сорвался с руки, черной тенью скользнул в небо, и Априус стал смотреть его глазами, как это могут и простые, смертные колдуны.

Большими прыжками, подбежал Куру, глянул умными глазами на друга, и прорычал:

— Да не искал я ни каких самок, так просто любопытство удовлетворял. Запахи тут я тебе скажу не очень. Из-за сырости не все гниет, да еще, похоже, тут поздняя осень сейчас, особо и поживиться не чем. Яше, правда, удалось разыскать странное дерево, на нем плоды по вкусу напоминают кровяные колбаски из птицы. Боюсь даже представить, чем такое дерево могут поливать.

— Гм — Априус озадачено потрогал лоб — и посмотрел на веселую морду недодракона, все, так же как и при их первой встрече смешно переваливающегося с лапы на лапу при беге. — Яша у нас мастак находить себе, чего нибудь пожрать. Ладно, потом расскажете, я сейчас немного занят.

Убедившись что ящер и куатар, вполне довольны жизнью и прогулкой, Рус, сосредоточился на связи с попугаем, а точнее с его мозгом.

Тот вначале, описал несколько кругов над кварталами города, затем уселся на шпиле высокой башни, и стал осматриваться.

Город оказался старым, выстроенные в готическом стиле, здания напоминали небольшие дворцы, с вытянутыми, переходящими друг в друга башенками. Тонкими и изящным, имеющими высокие стрельчатые окна, и многочисленные карнизы. Среди домов виднелись и странные сооружения похожие на давно оставленные термитники. Город то ли спал, то ли был просто-напросто мертв, потому как был совершенно безлюден. Рунин попытался позаглядывать в окна, но те были выполнены из столь темного и непрозрачного стекла, что без применения своих способностей об этом нечего было и думать.

Спектр взгляда попугая изменился, теперь стекло уже не было преградой. И Априус увидел, довольно большую гостиную, в которой в уютных креслах с высокими спинками сидели люди. На вид довольно обычные, только кожа была очень бледная, да глаза имели красноватый оттенок белков. У каждого в руке, по большому фужеру с красно-темной жидкостью, пьют, неспешно отхлебывая, и о чем-то непринужденно разговаривают.

Небольшое заклятие, брошенное Руниным, дало понять, что в городе действительно давно не убивали разумных существ, ни каких эманаций смерти, страданий, или мук не было. Здесь никто даже не умирал собственной смертью. Кроме того скота, который использовали эти жители для пропитания, но по-видимому, скотобойня находилась где-то далеко за чертой города…

— Что ж знакомство с вами мы оставим на позже — пробормотал Априус — а пока займемся поиском. — и уже недодракону и куатару: — Ребята, идем в город, наша цель где-то под ним. Рунин как вы поняли, уже там.

И они открыто, не укрываясь, зашагали к недалекой, городской окраине. Чтобы спуститься в подземелья, требовалось отыскать вход в катакомбы, или хотя бы пролом. Поиск по окраине ничего не дал, проникать в дома и рыскать по подвалам, как-то не хотелось, и они просто двинулись к центру. Кривые, извилистые улочки, по-прежнему оставались безлюдными, ни одно живое существо не нарушало безмолвие, и не знай, Априус, что в домах, жизнь все-таки есть, было бы совсем не уютно.

Ближе к центру стали попадаться, ступенчатые проходы ведущие куда-то вниз, сперва никто на них внимания не обращал, но проходящий мимо одного такого куатар, резко остановился и принюхавшись сказал:

— Сыростью тянет. И могильным холодом. Зайдем, проверим?

Априус глянул, на мраморные почти, не истертые ступени, ведущие под землю, стены тоже гладко отшлифованы, и покрыты раствором, пожал плечами и направился вниз. Рунин сразу упал к нему на плечо, куатар и ящер молча последовали следом.

Спустившись, по лестнице, они очутились в просторном помещении, тусклый свет тут же осветил его от края до края, стали видны многочисленные длинные столы с различного размера коробками на них. Никакой охраны, сторожей, вообще ни кого.

— Что-то я не наблюдаю источника света — покрутил головой куатар — видать, магия им не чужда.

— Видать — коротко ответил Априус, и подойдя к столам, принялся рассматривать коробки.

В одних оказались свечи. Толстые и тонкие, разных цветов, спиральные и ровные. В других, пузырьки с ароматическими маслами и сухими травами. А еще разнообразные статуэтки, изображающие изображающих странных существ напоминающих в чем-то и сов и летучих мышей одновременно.

Обшарив весь огромный зал, они обнаружили множество входов, как облицованных плиткой, так и совсем необтесанных с острыми краями. Посомневавшись, Априус все-таки решил войти через, главный вход, широкий, с двумя церемонными створками ворот, богато изукрашенными странными узорами. Распахнулись они без скрипа, открывая широкую, лестницу, ведущую в следующий зал.

Осторожно ступая по ступеням, облицованным черным мрамор, они прошли в следующий, впечатляющих размеров, зал, по сути, напоминающий Алтарный Храм. Множество скульптур, изваяний, алтарей перед ними, открылось взору незваных гостей.

— Похоже, именно тут они чтут своих богов — пораженно проговорил Рус — гляньте, какой размах, может и нам воткнуть парочку свечей?

Рунин, наконец, решившись, сорвался с плеча, и понесся по обширному залу, поднявшись к самому своду. Нужды сейчас смотреть его глазами не было, и Априус сам обошел несколько алтарей, убедившись, что приношения сюда поступают регулярно.

— Посещаемое, однако, место — пробормотал Куру, принюхиваясь к запахам — но нам, помоему еще дальше вниз идти надо.

— Це-то мне как то стласновато — пробормотала зубастая Яшина пасть — он в отличии от остальных топтался у огромных кованных ворот, рассматривая выгравированные на них рисунки и надписи.

Цельнометаллические, но вдобавок и проклепанные железными полосами, они преграждали дальнейший путь вниз.

— Не тлевоз сон спясцих — прочитал недодракон — Ибо если плобудис голод их будет неутолим.

Яша осторожно налег на ворота, но те даже не шелохнулись, и он пробормотал чуть смущенно:

— Запелто клепко. Клюцик надо, искать, или выламывать будем?

— Тебе бы только ломать — раздалось сверху — а магия на что? Замок отпереть много ума не надо. А Силы вообще крохи потратятся.

Априус усмехнулся и тоже подошел, к воротам, высматривая замочную скважину, и увидел просто круглое отверстие — механизм был довольно простой, но надежный. Ключ, скорее всего, был длиной не менее чем в локоть, имел форму стержня, который, будучи уже вставленным в замок, выщелкивал потайные усики, и только тогда ключ поворачивали. Но и усилие, прикладываемое при давлении на этот ключ, должно было быть немалым.

Априус аккуратно прощупал ворота на предмет заклятий — ничего, и собрался, было уже приступить к кропотливой работе по магическому вскрытию замка, как вдруг Яша, почти мгновенно перетек в тирэкса, и с ужасающим ревом — его боевым кличем, ударился в ворота. Ворота не раскрылись, как были запертыми, так и остались, но вылетели, вместе с обрушившимися камнями стены. Грохот, туча пыли и каменного крошева, непереводимая ругань в три голоса, почем свет, поминавшая Яшину выходку, его самого, всех его предков до третьего колена.

— Это у меня нелвное — попытался оправдаться ящер — я больсе на солныске люблю — а тут темно, сыло и млацьно.

— Какое нелвное — передразнил его попугай — ты недоумок, нас чуть не оглушил. Совсем уже мозги раскисли от безделья? Да за такое тебя Марийским крысам скормить надо….

— Не надо меня клысам — с опаской поглядывая на Априуса, пробормотал, уже ставший вновь собой, желтопузый Драконыш — я больсе не буду спесыть.

Туча пыли медленно оседала, и в проеме бывших ворот стала видна часть следующего зала. Почти одинакового размера, и формы, предметы были четко расставлены по залу.

Априус медленно двинулся вперед, уже подозревая, где окажутся, похоже, их ждала гробница, гробница самых невероятных размеров. Но это была не гробница, а самая, настоящая усыпальница. Потому что те, кто сейчас покоился в саркофагах, просто спали, пребывая в своего рода анабиозе. Цикл их нежизни был невероятно замедлен, но пробудится ото сна, они все еще могли, даже без определенного рода ритуалов.

— Будьте осторожны — предупредил Априус — не тревожьте их сон, иначе придется весело. А не зная что нас ждет впереди, я совсем не хочу растрачивать, на эту мерзопакость, ни время, ни силы. Идем дальше.

Похоже, весь второй ярус, был приспособлен под огромнейший склеп. Вычурные каменные гробы, вперемешку с изваяниями, химер гарпий, и вообще неопределяемых к какому виду принадлежат, существ, располагались по огромным залам.

— Ни дать не взять здесь покоятся предки тех, кто живет наверху — тихо проговорил Априус — но только внешний облик их судя по фрескам был просто ужасен. Может испепелить все-таки тут все? Ладно, пока не будем отвлекаться. Давай Куру веди рас дальше.

Куатар первым побежал вперед, на ходу выбирая самый оптимальный путь, и так миную зал, за залом они шли дальше, пока не нашли следующие врата, преграждавшие спуск вниз.

На это раз никакого металла — цельнобетонная, вся покрытая символами иероглифики, плита, перекрывала вход.

— О это уже похоже более старое — проговорил Априус — проводя рукой по поверхности — подъемный механизм, запечатано заклятьем, хорошо хоть не замуровано.

— Это навлоде как пиламиды заклывают — поинтересовался Яша.

— Да в них часто используют подобный принцип. Все зависит, для какой цели служит пирамида. Потому что сооружение с пирамидальной формой для чего только не использовалось за все века существования миров. Но не будем отвлекаться на лекции. Нам надо тихо пробиться туда.

Взламывать различные хитроумные замки Априус учился еще в Лабиринте Познания Грани, как различного рода приспособлениями, так и при помощи чар. Это была одна из стадия обучения, как для развития усидчивости и терпения, так и для своего рода проверки пригодность.

Рус всмотрелся в ряды иероглифов, пытаясь прочитать послание. Каждый символ нанесен, на отдельную, выпуклую плитку, а значит либо надавливается, либо смещается, и все это в определенном порядке. Нужно либо знать текст, и нажимать согласно ему, либо использовать чары. При всем при этом ошибаться нельзя. Иначе и провалиться можно, и сгореть, или быть облитым какой-нибудь все разъедающей гадостью.

Задействовав чары, можно добиться многого, но и трезвый расчет на пару со смекалкой тоже нужны. Априус бросил заклятие, нейтрализую, «сторожа» распутал наложенные охранные чары, и принялся за поиск ключевого слова. Чары познания, затем «поиск истины, и вот один иероглиф заалел, немного засветился, чародей аккуратно надавил на него, тот погрузился в бетон, и остался там, заалел следующий, и так по по порядку, пока нужное сочетание не осталось вдавленным в материал ворот. После этого пришли в движение и остальные символы, выстраиваясь в своеобразный узор, и только тогда раздалась серия щелчков, а каменная плита нехотя поползла вверх.

— Может, сменим занятие — предложил попугай, усаживаясь на плечо к хозяину — станем расхитителями гробниц, ха-ха?

— Это не такая уж и плохая мысль — задумчиво проговорил Куру — в подвластных нам мирах, хватает всякой всячины, навроде зиккуратов, затерянных городов и храмов. Будет чем заняться на досуге, не покидая Сектора.

— Гм, может, и правда займемся — согласился Рус — вот только с этим разберемся.

Они осторожно заглянули в проем, кромешная тьма и больше ничего. В отличие от всех предыдущих залов, в которых светилась сама каменная порода. Пахнуло затхлостью, и смутным ощущением угрозы. Неясной, не выраженной, но явно опасностью.

— Там искривление потоков — вдруг озабоченно проговорил куатар — и излучение какое-то. Боюсь, что-то гасит мое чутье.

— Не только твое восприятие падает — изумился Априус — я бы сказал, войдя туда, мы сильно ограничимся в возможностях. Станем не более чем смертные чародеи из любого королевского дворца.

— Нам не привыкать — буркнул снежный кот и направился в темноту.

Априус чуть заметно улыбнулся — иногда на братца-куатара находит, как говорится, впадает в ребячество, и пошел за ним следом, подвесив в нескольких ярдах от себя небольшой шарик света.

Свет, хоть и был слабым, но давал возможность рассмотреть все равно давал возможность рассмотреть, что здесь когда-то кто-то неплохо потрудился. Стены тщательно выровнены, пол сглажен, обработан, и покрыт квадратами плит, натесанных из обычного дорожного камня.

— Боюсь, что на вон ту и ту плиту наступать не следует — на всякий случай предупредил Рус, указывая на подозрительные места, — здесь могут быть самые примитивные ловушки. Да и вообще это уже ни те огромные залы, что мы миновали. Начинаются сплошные коридоры, ответвления, тупики и завалы.

Искатели двинулись дальше, поминутно озираясь, и стараясь держаться ближе, друг к другу. Рунин даже не пытался взлететь, сидел на плече хозяина, и ворчал, что птицы так глубоко забираться не должны. Пол начал идти под наклоном, ощущение ужаса все усиливалось, при чем причина была совершенно не ясна. Казалось, что из темноты сейчас начнут выпрыгивать самые жуткие твари, самые чудовищные монстры какие только существуют.

— Психоатака — догадался Априус — видимо эти все проходы и лабиринты выдолблены так что образуют специальную сеть, похожую на мозг, вот нам и мерещится всякое.

— Если на мозг — пробасил Куру — то представляешь, сколько на еще здесь петлять?

— Невеселая перспективка — согласно кивнул Рус — да что поделать, идем дальше и защиту от этой напасти поставьте. Экранируйте мозг.

Так они и спускались все ниже и ниже, обходя примитивные ловушки, и различного рода провалы. Наконец впереди замаячил четко вырисовавшийся прямоугольный проем, вырубленный прямо в скальной породе. Медленно приблизившись, Априус взял меч на изготовку, и заглянул, открылся огромный зал, подсвеченный казалось огнем из самых недр. Еще шаг и искатели оказались, будто в большом, каменном саркофаге, здесь гасли звуки и шорохи, не было даже движения воздуха, лишь багровы мрак и тишина, да еще давящее чувство страха и неуверенности. Казалось, сами стены гасят здесь магию, и даже если вложить в чары, намного больше, они все равно распадутся или сработают не так.

В глубине зала, виднелся строго очерченный водоем, средних размеров. Вода в нем напоминала собой черную кровь, и от этого становилось как-то уже совсем не по себе. А в центре этого озера виднелось очертание небольшого островка, на котором, выдерживая форму треугольника, стояло три каменные глыбы, а вот уже в центре них удерживаемый невидимыми цепями сверкал небольшой металлический куб.

— Вот и она — цель нашего поиска — коротко констатировал Рус — осталось только взять!

— Ага, так нам и дали — гаркнул в ухо попугай — коготь даю в озере сидит какая-то аграмадная гадина. А кубик стерегут еще похлеще.

— Гадина говолис — пробормотал Яша — ну тогда я плеоблазуюсь.

Он перетек в тирэкса, увеличиваясь в размерах, куатар подумав, тоже перешел в боевую трансформу, и троица спокойно пошла к озеру. Рунин же не став ждать, унесся к островку. Магия магией, но они и сами по себе были ох как не просты.

Кто бы не обитал в этом подземном озере, ему явно не поздоровилось бы, вздумай он высунуться. Но ему и этого не дали. Сплетенное объединенной мощью заклятие, превратило темную поверхность сначала в вязкую субстанцию, а потом и вовсе уплотнило до состояния твердости. И подойдя к застывшему водоему, они ни секунды не сомневаясь, ступили на его поверхность.

Над островком послышались вначале изумленные, а потом злые вопли попугая. С трех громадных камней, осыпалась крошка, и они превратились в трех воинов. Тех, что прятали и охраняли эту вещь.

К Рунину уже тянулись щупальца появившиеся из спины одного из них. ТЬот не раздумывая шарахнул по ним молнией, сорвавшейся с когтистой лапы, и кувыркнувшись пошел в сторону друзей. Те подоспели сразу после превращения каменных глыб в защитников Кристалла.

Априус для пробы выстрелил из лука, белооперенная эльфийская стрела унеслась быстрее ветра, и отскочила отбитая костяным клинком-рукой «богомола» Человек дикобраз повернулся спиной, ощетинивая игольчатый гребень, напрягся, и туча острейших игл полетела в сторону незваных гостей. Любых других это бы убило, игл было много, и все они летели в определенную цель, но только не этих четверых. Это только разозлило, и не видя особой опасности Априусу, как бы спустил поводок. Взревел громадный ящер, шкура которого превратилась в непробиваемый хитиновый панцирь, рыком поддержал его куатар, проорал что-то древне и злое попугай, а Рус, зловеще улыбнулся, и скользнул вперед, текуче и радостно.

Они одновременно достигли островка, Яша крутанулся и ударом хоста сбросил человек — дикобраза, с островка отправив в долгий полет. Пролетев по воздух, тот хряснулся на спину, обламывая свой гребень и тем самым, вонзая встопорщенные иглы себе же в спину. Послышался душераздирающий крик, и тело упавшего сразу обмякло.

Априусу достался противник, с костяными клинками вместо рук, воин-богомол, не раздумывая, пошел в атаку, уверенный в себе. Чародей чуть улыбнулся, немного поменял угол наклона своего серебряного меча, и встретил, выпад костяных Кл инков, такой встречной веерной атакой, что тому пришлось попятиться. Тем временем, куатар, занялся воином-осьминогом, не смотря на выпады извивающихся щупалец, барс с кошачьей грацией успевал отскакивать, всякий раз срезая по большой части извивающегося отростка. И похоже это доставляло ему удовольствие.

Пока длилась схватка, Рунин мягко опустился на куб, и попробовал его утащить. Но по причине физиологии ему это не удалось, тогда злой от неудавшейся попытки попугай просто кинулся в лицо, человеку-осьминогу, сдирая с того забрало шлема, и впиваясь в глаза. Куатар тут же подскочил ближе, когтистая лапа замелькала как крылья, обрубки щупалец, одни за другим посыпались на землю. Ну а затем несчастного воина, эти двое разобрали просто по запчастям, желая рассмотреть, как же он все-таки устроен.

Наиболее щадяще со своим противником обошелся только Априус, просто улучив момент, снес тому голову.

— И ни какой магии — сплюнув себе под ноги Априус — а то привыкли чуть что сразу чары… Ладно давайте закругляться.

Он подошел к висящему в воздухе кубу, положил на него руку и проговорил:

— Берущий по праву — да возьмет — и одним рывком выхватил куб из держащего тот поля.

— Открывать будем? — Поинтересовался Куру — или так понесешь?

— Наверное, так — подумав, ответил Априус — добудем вторую половину, тогда и разберемся.

— Это нам цто ли столько облатно топать? — Вновь превращаясь в маленького и забавного драконыша, уныло проговорил Яша — ни хоцюууу!

— Никто не хочет — согласился Рус — выйдем сейчас из этого зала и перепрыгнем к извергам….

Они прошли обратно по затвердевшему озеру, покинули огромный зал, и вернулись в переплетение лабиринтов. Там Априус сотворил Заклятие Переноса.

И спустя пару мгновений их уже перебрасывало к Извру. Минутное помутнение перед глазами, небольшой шум в ушах, слабое головокружение, и переход осуществлен.

* * *

Извр, в отличи от Такайи оказался не таким мрачным, даже можно сказать почти солнечным, и гостеприимным, миром. Вести здесь поиск было намного приятней. Спуск в мир много времени не занял. Пронзив небосвод, и затормозив у самой поверхности, они оказались в гуще джунглей. Все это время, руководствуясь внутренними ощущениями, Априус вел свою зверокоманду в нужном направлении.

Яша сразу же завертел головой, высматривая знакомые фрукты, и тут же нарвался на реплику Рунина:

— Что толстопузый кушать захотелось? Или родню высматриваешь, ты же из подобных краев.

— А ты будто нет — нашелся ящер. — Сам то небось, из таких вон будес? — Кивнул он на сидящих, на ветвях и возмущенно орущих, попугаев.

— Я то нет. Меня еще птенцом забрали… И в дар Одину преподнесли…. Так я в Асгард и попал. Там и вырос, потому и предпочтения мои не такие как у этих вот хвостатых. Хотя от хорошего орешка я не откажусь.

— Чую рядом жилье — понюхав воздух, проговорил куатар — не город конечно, но поесть, кому надо думаю, раздобудем.

— Тогда идем — решил Априус — а там разберемся.

Первое же обнаруженное, среди джунглей поселение, оказалось довольно большим. Имело множество хижин сплетенных из тростника, и в принципе миролюбивых жителей, хоть и отличавшихся довольно пугающей внешностью.

Ростом со среднестатистического человека, покрытые зеленой чешуей, выпуклые лбы, носы без ноздревых перепонок, так себе, в общем, по привлекательности существа. Они имели пятипалые лапы, вооруженные внушительного вида когтями, но как потом оказалось предназначенными больше для разделывания плодов, чем для раздирания плоти.

Вначале они страшно испугались и изумились, увидев такую странную компанию прямо посреди своего селения. Но после некоторого колебания предложили свое гостеприимство. Под просторным тростниковым навесом им предложили испробовать меситные фрукты, вот уж Яша и Рунин отвели душу. Чего там только не было — рамбутаны, мангустины, лонганы, манного, кивано, папайя, саподилла, кокосы, ююба, плоды хлебного дерева, бананы и инжир. В процессе угощения вождь рассказал, что племя его является нащадками древней расы, которая почти вся погибла во время войн. Естественно сразу скатившись в развитии на первобытный уровень. И войны эти велись при помощи специально созданных магическим путем летучих существ, которые и превратили весь мир в руины. Выйдя из-под власти своих хозяев, они сначала перебили друг друга, а затем те, кто уцелел, принялись за уцелевшие оплоты самих своих создателей. Остатки народа извергов, бежали в леса и джунгли, пытаясь укрыться от своего страшного оружия, былая слава быстро померкла и от мощного, известного своими зверствами народа не осталось ничего, потому что выжившие пошли совсем иным путем. А со временем вообще переродились в простых, но миролюбивых дикарей. Так же вождь рассказал о затерянном городе, который они нашли в глубине джунглей, решив, в нем поселится. Но обитающий там Ужас, не позволил им это сделать, беспощадно перебил, чуть ли не пол племени, и это за один только вечер, их нахождения среди старых руин.

— Он огромен, черен и крылат — рассказывал вождь — руки его словно молоты, крылья закрывают небо и прочны как панцирь. Мы бросали копья и дротики, пускали стрелы, но он закрывался крыльями и они отскакивали. И тогда мы бежали, сломя голову лишь бы убраться оттуда, так вот и нашли это место. Здесь хорошо. Никто не трогает, нет хищников, которые бы нас страшили. Просто живем.

Априус задумался, описываемый ужас, очень напоминал одного из тех воинов, что показало заклятие, перед разделением отряда, что нес Кристалл. Вполне возможно, что это он и есть. А значит вторая часть предмета, совсем рядом.

— В какую сторону надо идти от вашего селения, чтобы попасть в этот город? — Поинтересовался он у вождя.

— Туда где солнце встает — ответил тот — идти надо до заката, мы постарались далеко убежать, чтобы Ужас не трогал нас больше.

— Что ж пойдем, сходим, посмотрим, что это там за ужас такой обитает.

— И молду набьем — добавил Яша — а если будет соплотивляться, в землю вгоним.

— Смотри, чтоб тебя самого не вогнали, забияка ты наш — проворчал Рунин — я смотрю давно уже противника себе под стать не встречал, вот и разошелая.

Куатар пружинисто встал на лапы и прорыкал:

— Идем уже интересно же посмотреть, что это мы такое разыскиваем. И что оно может.

Они поблагодарили гостеприимных хозяев, на прощание навесили над поселком защитные чары, и двинулись в указанную сторону. Сразу за окраиной, вышли на берег небольшой речушки, она как раз и текла на восток, по ее берегу было идти намного удобней, чем ломиться через заросли, и пока она текла в нужном направлении, они шли вдоль нее.

В самой речке ничего такого не водилось, обычные змеи, изредка показывались на поверхности, держа в зубах некрупную рыбешку, пару раз проплывали водяные крысы, вполне обычная, тихая речушка, правда, в сезон дождей могущая превратиться в могучий, ревущий поток.

Вскоре река свернула, но осталось старое, высохшее русло, и они продолжили путь уже по нему. Рунин все это время носящийся где-то над зеленой кровлей тропического леса, вернулся и сообщил, что неподалеку, (в его понимании этого слова) действительно виднеются руины, похожие на развалины древнего города.

— Вот и отлично — весело проговорил Априус — поторопимся же. А то в темноте будет не так интересно.

Вскоре джунгли расступились, открывая панораму на развалины старого города, густо заросшие лианами, кустарником, диким виноградом и наполненные пением разнообразных птиц.

При приближении к руинам от куба, который нес Априус, пошло небольшое свечение — явный признак того, что вторая половина где-то рядом. Приближение первой части Кристалла, тут же почувствовали и стражи. В небо стремительно метнулась черная тень, а из обрушенной башни, появилась вполне обычная девушка.

— Ну вот — проговорил Априус — обольщать будет, а я то думал…..

— Ага, губу раскатал — прорычал куатар — она отвлечет, а ее соратник тем временем сверху атакует. Но это все для тебя, нас они, похоже всерьез не приняли.

— Их здет бальсое лазоцелование — протянул Яша и затопал по направлению к вросшему в землю, входу в башню.

Девушка смерила его удивленным взглядом, потом всмотрелась пристальнее, и неожиданно выпустила длинный хвост, больше похожий на кнут. Хвост этот заканчивался костяным кинжалом, имеющим невероятную остроту, и именно им она попыталась ткнуть ящера прямо в морду. От неожиданности тот отскочил назад, и уставился на стоящее перед ним существо, которое на ходу трансформировало себя. Отрастали внушительного вида когти, ноги изменяясь выгибались, как задние конечности у кузнечика, многочисленный косички на голове, зашевелились, превращаясь в змей, а во рту стали видны игольчато острые клыки, истекающие ядом.

Хвост вновь стремительно метнулся к застывшему Яше, обвился вокруг лапы и спустя мгновение тот уже растянулся на земле. Стерегущая тут же прыгнула, вперед атакуя хвостом Априуса, а когтями попыталась вспороть горло недодракону. Одновременно с этим, с неба упала крылатая тень, настолько быстрая, что глаз практически не улавливал движение.

Рус ощутил брошенное на них, парализующее волю заклятье, затем серию «дурманов» «паутину сна» и что-то вроде «гипнотического удушья. Защита с легкостью нейтрализовала все, что применили против них, и четверо друзей отвыкшие от такого обращения, просто взбеленились. Теперь им ьыло вадно уничтожить противников, без какого-либо чародейства.

Теперь уже настала очередь Стерегущей удивляться. Потому что Яша, взревел, вскочил с земли и перетек в громадного, и разъяренного ящера. Первый же удар хвостом, отправил защитницу Кристалла, в полет, попутно он снес и остатки каких-то колонн, а девушка, шмякнувшись о стену, дернулась и затихла. Сверху послышался вполне человеческий крик боли, переходящий в невыносимый визг, режущий уши, крылатый монстр, опустился на землю и расправив крылья, пошел на Априуса, определив в нем главного.

— Отдай добровольно — предложил Априус, окатив противника презрительным взглядом — все равно ведь заберем. Заверяю тебя предмет, попадет в самые, что ни на есть надежные руки… вернее лапы.

— Ни за что — прорычало существо — вы все умрете.

— Как хочешь — легко ответил Рус — тогда не обижайся!

Последовавший за этими словами, вихрь ударов, заставил сторожа закрыться крыльями, они у него казались почти стальными, и обволакивали все тело и ноги, обеспечивая защиту. Кто знает, сколько бы продлился это поединок, если бы не раздосадованным неожиданным подвохом, Яша попросту не откусил крылатому голову. Он резво побежал, наклонился с высоты свого роста, и клацнул зубами. Струя черной крови ударила вверх, щедро орошая старые камни, тело с так и не разомкнувшимися крыльями, постояло еще чуть-чуть и рухнуло застывая.

— Яша! — Рассержено выкрикнул Априус — тебя, что инстинкты подводят? А вдруг бы он согласился рассказать? Теперь опять придется лазить по этим развалинам.

— Так мозно цалы использовать — уменьшаясь, сконфужено проговорил ящер.

— Можно. Только не желательно. Никто не знает, на что эта вещь способна, и как отреагирует на магию. Ладно, спалите пока тела этих — он кивнул на трупы, а я пойду башню слегка исследую. Вернее то, что от нее осталось.

А от башни осталось только основание, но подвал уцелел. Некоторое время Априус ходил в полутьме, оставляя на пыльном полу четкие следы. Ничего интересного — рухлядь, да и только. В подвал спустился куатар, за ним подтянулись все еще сконфуженный Яша, и чем-то недовольный Рунин. Походили, посмотрели, и принялись раскидывать обломки старой кладки, в надежде найти люк, или лаз вниз.

Среди старого хлама, и всякой дребедени, обнаружилось несколько бутылок из темного, непрозрачного стекла. Тщательно закупоренные, и залитые сургучом горлышки, чем-то притягивали к себе взгляд. Априус взял одну покрутил, и так и этак, похоже на старую винную бутылку, пузатую и приятно тяжелую. Рунин увидев сомнения хозяина, уселся на вторую и с криками:

— Ох попьем сейчас винца — принялся выковыривать пробку…

Смотреть на попытки попугая удержаться на скользком горлышке, и во время этого расковыривать сургуч, было до боли смешно. Некоторое время слышался только сердитый клекот, да куски сургуча, летели во все стороны, но до пробки Рунин все же добрался, и принялся долбить уже ее.

— Ты так ее во внутрь запихаешь, — смеялся Априус — и испортишь вино крошками, потому что раздолбаешь пробку напрочь. На себя тяни.

— Умный такой, — прохрипел попугай, — сам попробуй и держаться и тянуть.

— Ладно, не дуйся, смотри как надо.

Априус отковырял сургуч, достал платок, обмотал дно бутылки и шарахну им о стену, донышком.

Одновременно с этим Рунин, буркнул какое-то магическое слово, и вонзив свой железный клюв, в пробку выдернул ее. Два хлопка прозвучали практически одновременно, высвободившиеся горлышки бутылок издали одуряющий аромат. Попугай попробовал всунуть туда клюв, но ничего у него не вышло, Априус же сначала поднес понюхать горлышко к носу. И тут…

И тут из бутылки заструился, дым, превращаясь в полуневесомую фигуру, которая уплотнилась в самом верху, превращаясь в странное существо, которое что-то забулькало и захрипело. Никто почему-то не испугался, а Яша спросил с интересом:

— Ты кто? Цего белькоцес, говоли нолмально.

Джин некоторое время озирался, потом склонился перед Априусом и уже четким, громогласным голосом произнес:

— Слушаю и повинуюсь. Приказывай. Чего изволишь мой господин?

Априус слегка оторопел, и пробормотал:

— Да нам как бы ни чего и не надо. Ты лучше о себе расскажи.

Мускулистая фигура джина заколыхалась, четы лица поплыли, он молчал несколько мгновений, а потом проговорил, с какой-то непонятной тоской:

— Я был послан… Помню что летел сквозь звезды… Долго летел. В моей памяти не сохранилось, кем и когда я был создан. Единственное что помню это свое предназначение — исследовать. Когда я нашел этот мир, тут царил полный беспорядок, менялись боги, и обстановка соответствовала. Местные маги противостояли друг другу, но я этого тогда не понял…, Они выглядели такими доброжелательными и развивающимися, в общем, окутали меня свой ложью, а потом захватили специально созданной системой чар. Главы орденов, возжелали узнать, что же я такое, на что способен. В общем, на моей основе они создали своих ракшасов — боевых джинов, вначале вроде бы только для охраны своих башен и входов в подземный мир. Но потом…, Потом они стали натравливать ракшасов на своих соседей, желая власти все больше и больше. И начались истребительные войны… А для меня был выплавлен специальный сосуд, в виде вот этой бутылки, наложено заклятье на службу и начались годы рабства. Лишь тогда, когда умер последний знающий обо мне, наступил покой.

— Интересная история — проговорил попугай, перебегая перед зависшим джином, слева направо — а что ты можешь?

— Вопрос не понят — ответил тот — назовите пожелание. Но не более трех. Таковы условия.

— У-у, не более тлех — пробормотал Яша — да я столько наплидумывать могу. Это знцит что всего цего захоцю — могу позелать?

— В рамках доступного мне — коротко ответил джин.

— Ну тогда…

— А ну молчать!!! — Быстро прервал разошедшегося было ящера, попугай, и повернувшись к хозяину, добавил: — он сейчас такого понапридумывает, вовек не разгребем. А желание испортит.

— Это да — согласился чародей — он у нас такой, либо весь этот подвал жареными гусями забьет либо еще чего-нибудь пожрать закажет. Все не наестся никак — голодное детство сказывается.

— Неплавда я не только о еде думюя — обиделся Яша — я…

— Да ладно шутим мы — улыбнулся Рус, — но над желанием подумать надо.

Он пристально посмотрел на замершего джина, повел головой вокруг, и уже другим голосом проговорил:

— Да, не тот ты мир выбрал, чтобы остановиться. Но да ладно все поправимо. В общем так, во-первых — видишь этот куб? Чувствуешь что там внутри? Доставь мне вторую половину, она спрятана где-то здесь.

Джин склонился в поклоне и ответил спустя миг:

— Слушаю и повинуюсь! — А затем исчез.

Приятели несколько оторопело посмотрели друг на друга, и наперебой начали высказывать варианты оставшихся двух желаний. За этой небольшой перепалкой, они и не заметили, как снова появился джин, вроде его только не было, а вот он уже склонился перед Априусом, и протягивает большую малахитовую шкатулку.

— Благодарю тебя — невольно произнес тот — взял каменную шкатулку, и взвесив на руке, осторожно нажал на небольшую выемку.

Щелкнул замочек, крышка отъехала сторону, и взорам открылась вторая часть разъединенного Кристалла.

— Вот наш поход и закончен — с грустью проговорил Априус, пододвинул к себе куб, и положил на шкатулку — соединять предмет такой Мощи в этом мире почему-то не хотелось. — В общем, так джин, вот тебе мое второе и третье повеление. Выполнять их сразу не обязательно. Посмотри внимательно на этого барса, затем на ящера, запомни их внутреннюю суть, и разыщи в доступных тебе пределах, каждому по самке. Думаю, нас ты найдешь без труда. А после можешь быть свободен — твое рабство окончено!

Он взял в руки бутылку — бывшее вместилище джина, быстро осмотрел, и одним движением разбил ее о стену. И повернувшись ко все еще висевшему перед ним силуэту проговорил совсем буднично:

— Все, исполняй! А мы уходим. Готовьтесь друзья. Нам пора.

Миг спустя, подвал опустел, а еще чуть погодя фундамент осел, похоронив его под грудой камней. Дело было сделано, оставалось соединить половинки артефакта, и передать его заказчику. Но все это Рус, решил проделать где-нибудь на границах Сектора, а то мало ли что…. Выбрав маленький планетоид, который практически весь состоял из скальной породы, зато имел несколько глубоких кратеров, вот в одном из них Априус и решил соединить две половинки, одного целого.

Опустившись всей командой, на самое дно, они разместились, там ориентируясь на стороны света. Априус тут же занялся вычерчиванием ромба, а когда закончил, в его центре расположил куб, и шкатулку. Затем словно по наитию, по углам добавил символы первоэлементов, и нажал потайные кнопки, скрытых механизмов. Едва обе половины Кристалла, почувствовали свободу, и близость друг друга, они воспарили вверх, и с хрустальным звоном, сошлись вместе, сливаясь воедино.

И едва это произошло, все четверо ощутили ток мгновенного сканирования пробежавший по ним, а затем… Затем внутри Кристалла, заметалось алое пламя, он запульсировал, и в мозг опешивших приятелей, хлынул поток перемешанной информации, начиная от первых газовых и эфирных образований, которые предшествовали появлению более материальных субстанций, во время зарождения Вселенной, и до развернутого моделирования планет.

Априус ощутил, острое желания Кристалла, делиться содержащейся в нем информацией, не зависимо от того, согласен ли он на это, и это его насторожило. Мысль не успела еще оформится, как он подхватил крутящийся в воздухе артефакт, и сунув обратно в куб, заставил, тот закрыться.

— Ничего себе подача — пробормотал куатар — я не успевал переваривать…

— Ты зачем остановил? — Накинулся на хозяина Рунин — да там же такое… такие…

— Побоялся, что тебя разорвет, — прервал Априус, начинающуюся тираду — а мы попросту рассудком тронемся. Такие знания надо получать порционно, размеренно, а эта штука хотела все сразу в нас запихать… Нет уж, лучше мы как-то сами до всего дойдем. Ну, если понадобится.

— Мне казетца эту стуковину нузно как мозно сколей, пеледать заказцику — поглядев на каждого по очереди, выдал недодракон.

— Я думаю, Яша прав — кивнул Априус — так что дальнейшее путешествие придется прервать и вернуться в замок. Только я заскочу еще кое-куда, а вы сами уже потом доберетесь.

Так они и поступили.

Вскоре, где-то в межреальности.

Здесь было очень странное небо, однообразно серое, почти стальное, изредка по нему пробегали неестественные волны, и тогда оно озарялось вспышками далеких молний. По сути это было небо над бездной, потому что больше кроме всего этого ничего не было. Разве что кроме одинокого, тянущегося с самого невидимого дна, исполинского пика. Может, это была проявленная основа мира, в виде гигантского скального корня, поднимавшегося из бездны, затянутой наэлектризованным туманом.

На самой вершине пика имелась небольшая площадка, совсем крошечная, но как раз достаточная, чтобы на ней поместился человек.

Мужчина, облюбовавший это место, сидел на самом краю обрыва, свесив ноги вниз, и кого-то ждал. Взгляд его то устремлялся вдаль, словно он пронзал им необъятные просторы Сущего, то сосредотачивался на точке, находящейся перед ним, метрах в трех.

Где обитают Великие Силы Вселенной известно только им самим, может быть в таких немыслимых сферах, что даже чародеям высокого уровня никогда туда не попасть. Поэтому древние изобрели способ — призывать их туда, куда удобно обеим сторонам. Туда где энергия бьет из земли столбом, уходя в небо, таким образом, образуя своеобразный канал. Но это так сказать для простых смертных, а тот, кто может отнести себя к богам, выбирает места на свой вкус.

Этот парень подбирал место сам, ни мало, ни много не озаботившись тем, что кому-то, оно может прийтись не по вкусу. На долгие мгновения его сосредоточенный взор расфокусировался, рассеялся, и стало, похоже, что он просто грезит, но вот его глаза снова взглянули вверх, и с некоторым восторгом стали наблюдать, как плавится небо, и с грохотом сталкиваются плывущие по нему скалы. Хотя здесь явно терялись понятия верха и низа, пропадало ощущение времени, и казалось, что вот так вот просто сидеть можно вечно.

Человек сидел один, положив руку на стоящий рядом металлический ящик, и боролся с искушением, бросить вниз его содержимое. То что содержал в себе этот контейнер имело много названий, и наверное являлось величайшим творением Разума. С его помощью можно было достигнуть предела в совершенствовании. Но так же и для вредоносных целей это предмет тоже использовать было можно. Искатель помнил свои ощущения, когда две половинки артефакта вновь соединились в одно целое. Поток знаний буквально ворвался в голову, ложась по уголкам памяти, навеки впечатываясь в мозг, а в кожу словно обожгло опаляющей волной…. Да, коснись Кристалла простой смертный, или даже эльф его мозг, попросту не выдержал бы, и в лучшем случае бедняга сошел бы с ума.

В руке мужчины возник маленький металлический стаканчик, и тут же заполнился странно уплотнившимся воздухом. Он задумчиво отхлебнул прозрачной жидкости, чувствуя как морозный ком, прошел через горло, и охладил внутренности, а затем и воспаленный мозг. Но дилемма ни куда не делась, как же поступить? Отдать ли Кристалл заказчику, или…

Внезапно послышался шорох, шорох, возникающий при трении чешуек о камень, и громадное золотое тело обвило пик, и стало понятно, что никаких или, уже не будет.

Дракон всунул голову на край площадки, и снижая голос до полушепота, просипел:

— Умеешь ты выбирать места для встреч. Как только и отыскал то такое?

— Я в отличии от вас в высшие сферы не лезу. А место… нравится мне тут. Есть здесь что-то первобытное, напоминающее о заре времен. Может в первые дни творения, тоже было так, а?

— Гм, может, и было. Первый день вроде вообще миллион лет длился. Отсчета не было еще, чтобы точно сказать.

— Ага, и твердь над твердью лишь была. Прям почти как тут. Ты не сопи так, надолго не отвлеку, здесь время останавливается…, ну почти. Можем позволить себе немного поговорить…

— Моментами твоя наглость и бесцеремонность мне даже нравится, но вообще-то я немного занят, так что давай о деле — добыл то, что я просил?

— Да, вот оно. — Мужчина пододвинул к дракону черный отблескивающий куб, — надеюсь, ты его надежно упрячешь, больно он поделиться хочет своим содержанием.

— Даже так? — В странных глазах Медно-Золотого Змея, отразилось изумление — ты хоть не экспериментировал с ним?

— Нет, конечно, ты же предупреждал. У меня и без этого головоломок достаточно. С ними бы разобраться…

Куб исчез, как будто его и не было, а дракон проговорил тяжело:

— Предположительно появилось новое поколение известного нам с тобой Ордена. Хотя это еще не факт. Боюсь, доставят немало неприятностей в будущем. Учить их некому, потому чтить никого не будут. Им и раньше была присуща вера в вседозволенность, а теперь так вообще. Что на ум взбредет то и… В общем спокойным правление Тронного Царства не назовешь.

Человек вздохнул, и с горечью проговорил:

— Надоели они мне все. Но кто-то же должен. Зачем Творец так поступил? Оставил на произвол. Только не судьбы, а всяких там…

— Сам знаешь развитие, совершенствование, раньше жили по указке, сейчас все больше по уму. В богах нужда отпадает.

— Не смеши меня. Я живу не на много меньше чем ты. Человек в истинном своем проявлении как был скотом так им и остался. Лишь единицы пошли предназначенным путем. А основная масса? Какое там образ и подобие… Или эти гордецы, что мнят себя перворожденными, со своей неспособностью быстро меняться, и приспосабливаться, чего они могут достичь, что постичь? Сами по себе?

— Ты я вижу, устал. Отгорел. Разочаровываешься в избранниках Божьих?

— Обрыдло все. Не могу я больше на поводке, хоть и длинном, как цепной песик скакать….. Тупею, острота мышления пропадает.

— Против Него сильно не побунтуешь, и не скроешься нигде.

— Да знаю, но от этого не легче.

— А ты потерпи. Зрю что все еще может измениться. А пока есть у меня к тебе еще одно дельце, вернее даже просьба… нужно кое-что выяснить, разузнать. Вопрос вот в чем — дракон чуть помедлил — в общем, беспокоят тут меня одна штука…. В тему предыдущей. Как ты знаешь все миры изначально развивались совсем не циклично, и тем более не однообразно. Все они по-разному богаты, и в древние времена, некоторые из них как бы ограничили в том или этом. А иные даже скрыли, хочешь, верь, хочешь, нет, но даже Падшие, что правили Сущим десятки тысяч лет, о них так ни чего и не узнали. В мирах этих, жизнь пошла совершенно по иному пути развития, потекла так сказать по другому руслу… Там зародилась Техномагия и начала распространяться по Вселенной. Сейчас все больше и больше.

— Это что некий симбиоз, алхимии, кудесничества, здравознавства и…

— Вот в том то и дело что и… Я хотел просить тебя, чтобы ты по возможности выяснял, что за источники Силы они используют. Тебе ведь знакомы представители таких течений.

— Это кто же? Что-то не припомню.

— Первые поселенцы, что освоили мир известный тебе как Ки, в последствии предоставивший убежище для многочисленных разбитых Узурпаторами, или в спешке бежавшими от них, пантеонов, так называемых богов.

— А, эти — протянул человек — ну да у них имелось много загадочных штук, принцип работы которых мне не понятен, не говоря уже о шемах.

— Это такие челноки? То бишь небесные ладьи?

— Ну да. Всякие там парящие площадки, небесные колесницы, трубки со смертельными стрелами…

— Тоже интересно было бы узнать, на каком принципе они устроены, но не это главное. Источники энергии, которые они используют вот что важно. Поэтому если столкнешься где, с чем-то подобным — сообщи. И еще помимо всего прочего, знай, что в некоторых мирах лишенных солнц, тоже зародилась жизнь. Это не какие-нибудь одиночные монстры, их целые колонии, рои, совершенно чуждые твари, не пойми к какому виду относящиеся. Так вот их родные планеты настолько безжизненны и пусты, что эти твари изобрели способ, уж пока не знаю, как прорваться в обитаемые сектора, населенные такой вожделенной для них двуногой дичью. Это я так на всякий случай предупредил. Ну все благодарю за помощь. Бывай, а мне пора.

Дракон явно спешил, потому так быстро распрощался и сразу же исчез.

— Свидимся — запоздало ответил человек, и тоже покинул место встречи.

Глава пятая Скрытая игра или противостояние Сил

Возвращаясь в Гиль-Эстэль, Априус, то и дело думал о расхождении во времени. Сколько они отсутствовали в секторе, он приблизительно подсчитал, но уж больно причудливо изгибаются кольца Змеи Времени, проходя через Вселенную, чтобы быть уверенным наверняка… За родных и близких. Рус, не переживал — для тех не минуло и пары дней, а вот в мирах, где нарисовались козлоногие твари, мог пройти не один месяц, если не год, а то и два. Конечно если бы случилось что-то экстренное и чрезвычайное, собраться Хранители его все равно бы дозвались, но эта разница в течении времени иногда становилась просто губительной.

Буквально на пороге главной башни, ему сообщили, что пока он отсутствовал, решая свои вопросы, Кулуриэнь и Вилисиль, тоже время зря не теряли. Они не стали морочить голову с приобретением земельных угодий, и последующей постройкой особняка. Просто нашли понравившееся место, предложили хозяевам сумму, от которой те не смогли отказаться, и таким, образом обзавелись поместьем. В которое официально входили: сосновый бор, березовая роща, бухта на морском берегу, небольшое поле, которое можно было распахать при надобности, добротный двухэтажный особняк с хозпостройками, конюшней, кузней, и загонами. Там имелся даже небольшой находящийся, пруд, посреди всех этих угодий. И все это неподалеку от Андориноса.

Так, за несколько дней, у них появился еще один дом. Априус подумав, разрешил, — обоснуются там, тем, кто свободен от патрулирования и всем выведенным из какого-либо мира, которых все-таки иногда, сжалившись, приводил тот или иной страж.

— Гиль-Эстэль же была и остается сверхсекретной! — Непреклонно заявил ее хозяин, своим подручным. — И без нужды туда-сюда бегать не нужно. Всем охочим до утех, лучше подольше пребывать в поместье, раз то не далеко от города.

Он сказал так, прекрасно зная, что большинство жителей Звезды Надежды не прочь были наведываться в Андоринос, по тем или иным нуждам, и дверь-портал, не знала отдыха, теперь же в можно отправлять таких гуляк погостить в поместье, откуда до столицы рукой подать.

В семейные дела своих людей, Рус, не лез уже давно. Единственным его требованием это была полная секретность. Да и жены, были у считанных единиц, потому как одним из главных качеств подобных избранниц должно было стать если не бессмертие, то очень долгая жизнь, и само собой умение держать язык за зубами… А такие жены, были только у некоторых патрульных. Хирдманы вообще предпочитали представительниц женского пола из нелюдей. Так уж сказалось первое впечатление, после связи с «девицами» предложенными Серентином, после их долгой-долгой вахты у Темных Рубежей.

Априус их не осуждал, у каждого свои предпочтения, и пристрастия, кто знает, как бы сложилась его собственная семейная жизнь, не вздумай пантеоны богов Ки, отомстить. И не используй они для этого, двух сестер-близняшек из народа ведьм, именующих себя фуриями ночи. И кто знает, как бы все сложилось, не прихвати потом прадед вместе с его, Априуса оголенным естеством, этих двух стервочек, которых потом пришлось выводить из вечной спячки и на скорую руку укрощать. И он хорошо помнит, кого напоминали ему эти две фурии…

Скорее демониц, чем богинь избравших их тела, для частичного своего воплощения. Хорошо еще хвосты не отращивали, а так что ему только не демонстрировали поначалу. Так что да, выбор хирдманов, Априус не осуждал. Как не осуждал и остальных, не раз перенесших смерть своих близких, и теперь предпочитавших лишь кратковременные связи, а то и вообще девиц из борделей Андориноса, чтобы избежать любых привязанностей. Хотя варианты были, если их поискать, конечно, например те же представительницы народов Предтеч. Но там, как правило, полно гонора и всяких сопутствующих проблем. Так что тут уж каждый решал по своему усмотрению.

Дети, конечно, совсем другое дело, им по наследству передалось что-то от тех частиц, что были в их отцах, и таким образом их круг жизненных лет сильно увеличился. Но тех, всеми путями ограждали от такой жизни, какой жили их отцы. Вначале чарами как можно дольше оставляли в детстве, затем же настойчиво предлагали выбор иного жизненного пути. Исключение на данный момент составляли лишь внуки Априуса, Лукас и Лафаэт, эти двое явно не будут вести торговые дела, да и вообще не станут жить как большинство жителей Андориноса. Но пока Априус закрывал на это глаза, и делал вид, что все идет, как задумано.

Дни как бы там не было летели, и черед его дежурства в Хастаире, снова подошел. Искаженный мир, несмотря ни какие извращенные изменения, здравствовал, но Хранители продолжали наблюдать за ним.

Наскоро переговорив, со всеми кто был в замке, отдав все необходимы распоряжения, он отправился менять, закончившего свое дежурство Тэлька. Свой форпост, Стерегущие устроили на одной из ползающих теперь гор, и именно там, Априус и нашел, своего побратима.

— Ну, как тут — поинтересовался он, входя в обустроенную, под лабораторию пещеру — сдвиги есть?

— Здорово! — Ответил на приветствие Тэльк — ничего нового, мир живет, как ни в чем не бывало, и повторных посещений корректора, не выявлено.

— Знать бы, что он вообще тут делал? Зачем все исказил?

— Вот и поломай голову в очередной раз, а я пошел, надоело уже торчать тут как пень…

— Давай, счастливо.

Проводив собрата, Рус, некоторое время броди, между столами, заставленными тиглями, колбами, разнообразным инструментом, и развернутыми свитками. Затем, вышел наружу, и подошел к самому краю, начинавшегося сразу от преддверий пещеры, обрыва. Посмотрел на небо, глянул на далекую реку, и только потом посмотрел вниз.

Если подводить итог проделанной, здесь работе, то можно сказать одно — наполовину они справились. Не сумев вернуть реки в прежнее положение, просто пустили их по новым руслам, извращенные деревья выжигали так долго, так что копоть стояла месяцы, но в итоге небо очистили от понимавшихся туда корней. А вот горы, вернуть на прежние места не получилось, часть из них сумели приземлить, и заставить застыть, а часть так и продолжала, медленно переползать с места на место. И еще в некоторых местах, корректором, была изменена метрика пространства, его мерность престала быть прежней, и они ни чего с этим поделать не смогли. А спустя пол года, в искаженных местах, стали расти металлические перья, высотой со столетний кедр, и что они такое осталось загадкой.

— Что же ты здесь делал? — Обращаясь к неведомому Перекройщику Реальности, в который раз спросил Рус — и главное для чего оставил после себя такие следы?

Ответа как всегда не последовало, оставалось только строить догадки. Но как их выстроишь, когда даже не понимаешь с кем, имеешь дело. Течение потоков магии, если и нарушено, то лишь самую малость, и этому, может быть совсем иная причина… Тут мысли Априуса, по своему обыкновению перетекли в другое русло, так и не оконченные изыскания в поиске истины, о появлении первых пробоев, в косной материи Сферы. Потому что именно через них, в нее и просочилась чужеродная сила, Хаоса.

Давным-давно, он наткнулся на странные манускрипты, повествующие о существование неких окраинных королевств, именуемых еще как Дворы Хаоса и Порядка. Нет, они не граничили друг с другом, но некую взаимосвязь имели, королевские семьи и того, и другого двора, в определенном возрасте проходили некий таинственный обряд посвящения, пройдя который открывали такие возможности, что и не снились.

По своему они воевали между собой, устраивали друг другу ловушки и западни, но при всем при этом умудрялись как-то сосуществовать. И Априус приблизительно знал, как найти дорогу в те края, но это заняло бы намного больше времени, чем он мог себе позволить, на отлучку из Сектора.

А еще из давних времен тянулась эта загадочная история с рептилианами, которых чья-то злая воля направила в разные миры, где их конечно весьма успешно потеснили, нещадно уничтожая, а остатки схоронились в самых глубоких подгорных пещерах. Вот и хотелось выяснить, откуда они изначально вышли? Кто их гнал по мирам, вынуждая захватывать территории? Или они просто своеобразные паразиты, питающиеся темной энергией?

Это тоже осталось невыясненным. Как и то как, Хаосу удается находить здесь своих человекоорудий. Ничего из Тогда, он не выяснил до Сейчас. А помимо этого, сколько всего интересного хранили в себе тайные уголки Вселенной. А он не мог вырваться из этого круга обязанностей. Хотя нарушить данное слово, можно было в любой момент, а потом сидеть и ждать неминуемой Кары. Но обязанности свои он никогда не игнорировал, обещание сдерживал, и потому, наверное, все его отлучки оставались безнаказанными.

Априус, улыбнулся и сошел вниз, к саду из металлических перьев. Долго ходил среди них, прикасался, трогал, стараясь понять, что же они такое. А потом просто догадка пришла сама — да это же часть мира, из которого прибыл тот, пердельщик, что тут набезобразничал. И если он из мира с другой метрикой пространства, то эти вот перья выглядят там совсем иначе, но как он перенес их сюда?

— Это что просто след его здесь пребывания? Или это и есть та пресловутая техномагия, о которой говорил Просвещающий? И они там у себя, довели ее до совершенства, настолько, что в состоянии переделывать наши ландшафты в легкую…

Рус задумался, а не средство ли это против Поедателя, его метрика тоже видимо отличная от пространства Сферы, потому и поглощает ее с легкостью, как бы свртывая, и растворяя в себе. Он попробовал отломать кусочек «пера» но то не поддалось, тогда призвал «Ракар» попросту отрубил самый краешек. Подобрав его, острием меча, вырезав кусочек спекшейся земли, подхватил и его, после чего отправился назад в пещеру-лабораторию.

Там прямо на полу долго рисовал фигуру, скрещивая линии, добавляя символы, завитушки иероглифов, сочетая самые немыслимые комбинации, а в середине, когда закончил, поместил обломок «пера» и кусочек, спекшейся земли. Осмотрев всю получившуюся конструкцию, остался доволен, хотя в данном случае ей не доставало объемности. Прочел в слух требуемое заклинание, и сосредоточившись, принялся постигать, сокрытую в обломке, загадку.

Он явно видел пространственные изменения, перестройку мельчайших частиц, и след морозного ожога на грунте. А «перо» оказалось вообще чем-то неимоверным.

— И где же интересно вы обитаете ребята с такими способностями? — Пораженно пробормотал Априус — да с вашими возможностями можно воссоздать все что угодно. Или что угодно разрушить.

Откуда бы не прибыл этот странный «гость» за целую тысячу лет, он ни разу сюда не возвращался, и неусыпное бдение за миром, становилось не нужным. Они все еще дежурили здесь только потому, что это была еще одна возможность изучить что-то новое, несвойственное, привычной среде. А лично Априус, время, проведенное в Хастаире, посвящал еще и всевозможным практикам, по развитию себя.

Он подолгу медитировал, в измененных местах, устраивал бои с тенью, упражнялся с мечом, в общем, всячески старался не только поддерживать себя в форме, но и достигать нового уровня. Потому что как бы ни были предпочтительны магически схватки, в конечном итоге, всегда доходило до ближнего боя. И его возможные противники, будь то Падшие, Правящие, или даже Старые боги, предпочитали выяснять отношения именно этим способом. А уж что за вид оружия при этом использовался, не столь важно, хотя все оно представляло из себя некий сплав металла и магии, считанные единицы использовали для боя живое дерево или камень…

Да так, проводил свои дежурства не только, он, Фаши, и Тэльк, сто процентов только в лаборатории не торчали, об этом говорило не малое количество разнообразного оружия, развешанного на стенах пещеры.

Но сегодня, например, у Руса были совсем другие планы, и здесь он абсолютно нарушал заповеди Смотрителя — он стал учить диких аборигенов этого мира. Учить самым простым вещам, практически азам наук: зачаткам письменности, владению огнем, разработкой наипростейших рудников, кузнечному делу, арифметике, скотоводству, и земледелию. До этого они знали только охоту, рыбную ловлю и собирательство. Пользовались огнем, содержа его в клетках, тоесть не умея разжигать, одевались в шкуры убитых зверей.

Таким образом, он немного ускорил развитие местных, темнокожих туземцев, чем заслужил вечную их признательность, став Рондродоном — Пещерным богом. При надобности Априус, мог спокойно набрать тут войско, из верных, сильных и умелых воинов.

За таим вот времяпровождением, Рус, и не заметил, как настал день смены дежурств, и был несколько озадачен, когда в пещеру вошел Загод.

— Привет, ты, что тут совсем заработался? — Усмехнулся побратим, глянув на заставленные образцами столы, булькающую в колбах жидкость, и исчерканные формулами и зарисовками, разбросанные по всюду листки пергамента.

— Да так, проводил кое-какие изыскания, пытаясь вычислить, откуда прибыл, «Изменяющий реальность»…

— И?

— И ничего, ясно только одно что он абсолютно иной, а значит откуда-то из мглистых областей Сферы, где метрика пространства, очень отличимая от нашей.

— А у нас по-твоему какая?

— Ну в основном, мы живем в трехмерном пространстве, которое немного загибается в четвертое.

— А в одинадцати мерном, не хотел? — Усмехнулся Загод, перепончатыми пальцами, осторожно трогая обломок «пера» — Три координаты линейные, остальные — временные. Вселенная замкнута сама на себя, поэтому у нее конечный объем и конечная масса, но нет границ. Есть идея, что и это не конец, и наша одиннадцати мерная Вселенная лишь часть огромного поля параллельных пузырьков — вселенных в двадцати шести мерном пространстве. Причем параллельных не только в пространстве, но и во времени. К сожалению этого не проверить, особенно если не покидать зоны, нами оберегаемые. Я и этот мир обнаружил, только потому, что на месте не сиделось…

— Понятно, ну тогда изложи все на пергаменте, только попроще, а то я не суперспец, во всяких там точных вычислениях, типа формулы V = S/t показывающей, что движение (скорость V) порождает пространство (S) и время (t). При полном покое (V = 0) исчезает время и пространство (S/t = 0). Значит, причиной порождения пространства и времени является движение и связанные с ним изменения: рост, преобразование, становление… Вот этого вот не надо. И так всем известно, что материя есть движение, а без движения, жизнь в любом ее проявлении не возможна.

— Я тебя понял, изощряться не буду. Поясню проще, допустим что могут быть вселенные с большим числом измерений, в которых могут протекать сложные процессы, но тогда физические законы той вселенной должны разительно отличаться от наших, и да, некоторые умы, подозревают у нашей вселенной наличие семи дополнительных «свёрнутых» измерений. Что это такое: представь вселенную в виде поверхности очень длинной но очень тонкой струны. В этой вселенной будет одно «полноценное» измерение и одно «свёрнутое». так вот, теория суперструн, то есть, все имеющиеся пять различных вариантов этой теории, предполагают наличие трёх «полноценных» и семи «свёрнутых» измерений нашей вселенной (итого- десять). Ну и да — до этого я говорил о пространственных измерениях, но можно рассматривать время как ещё одно особенное дополнительное измерение. И в этом даже есть смысл — теория относительности предполагает, что пространство и время могут схожим образом искажаться и тесно взаимосвязаны, что позволяет говорить о пространственно-временном континууме.

— Спасибо за краткую лекцию. Но согласно этому всему, «гость» побывавший здесь вообще не из Сферы?

— Ну почему же, может как раз одна из галактик, в ней, и имеет другую метрику пространства.

— Ладно, ты тут поломай голову, над этим вопросом, а я пойду, меня уже поди заждались. И кстати если уловишь мольбу послать дождя, не скупись удовлетвори ее. Ну все, до встречи.

— До встречи — ответил Загод, провожая собрата, к выходу.

* * *

Попрощавшись с Загодом, Рус, покинул пещеру, внутренне сжался, приготавливаясь к прыжку, и оттолкнувшись от уступа, исчез уже в воздухе. Беспорядочное мелькание слившихся в сплошной поток звезд, короткое головокружение, и вот он уже стоит на замковом дворе. А в Гиль-Эстэль, как раз подходило время обеда, и уже ставшего закономерностью недельного отчета патрульных, которые на время его отсутствия, важные новости сообщали куатару, а тот уже передавал их Априусу.

В виду малочисленности обитателей, стол накрыли в белокаменной беседке, по простому без вычурности. Карлики, которых Атарк, приспособил как куховаров, исправно справлялись со своими обязанностями, но в обычные дни особо не мудрствовали. Окрошка на квасе, поданная в аккуратных, глиняных мисочках, несколько запеченных в соевом соусе индюков, гарнированных жаренным ломтиками сельдереем, на больших блюдах в центре стола, отварные куски крупной рыбы с кольцами жареного лука, разнообразные овощи, поданные целиком, корзинки с травами, ну и конечно кислое розовое вино. Которое в свое время, прямо в бурдюках, натаскали сюда Валид с Тагаром, в одном из охраняемых миров, однажды наткнувшись на племя, которое выращивало особый виноград.

По случаю возвращения Лорда, настроение у всех было приподнятое, с шутками-прибаутками, гомоном и смехом, подручные Априуса, принялись уничтожать все съестное, что подали на обед. Весело хрустя зеленым стеблем сельдерея, Фарсад рассказывал какую-то занимательную историю, Охтар травил анекдоты, из разряда гномьих, Хитар просто улыбался, довольный тем, что собрались в мужской компании, и можно говорить, о чем пожелаешь.

Априус оглядел собравшихся патрульных, не доставало эльфов, Кронка. Виргиния, и и приданных им для укрепления, Перегуда и Ольбега. Остальные были здесь. Харей, все бывшие хирдманы, Картус, Хитар, Клык, и Богар. Коготь, Валид и Тагар, и остатки десятка. Те же кто отсутствовал, были либо в поместье, либо на обходе хранимых пределов. Ну и само собой на лавке у самого парапета, возлежали куатар и ящер, только Рунин по своему обыкновению перескакивал с места на место.

Дав подопечным, в полной мере насладиться своим обществом, Априус выдержал положенную долю времени — то есть пока стол полностью не опустел, и лишь потом отправился в кабинет. Там полистал несколько редких книг, в тяжелых серебряных переплетах, затем, выбрав один из фолиантов, повествующих как превратить распадающийся дух, в собственного помощника, наградив того, неким подобием тела, уселся в кресло и предался чтению. Но мысли все равно то и дело переключались на что-то другое.

Отлучка немного сняла внутреннее напряжение, вызванное вынужденной тайной жизнью, ведь больше всего коробила Эсгалдирна, не невозможность оставлять Сектор, а то, что он вынужден скрываться, не проявляться, ни чем не выказывать своих действий. А ему хотелось как в былые годы, открыто выражать свой протест, бросать вызов, и решительно, без сомнений вступать в бой. По его мнению, навести порядок, в ключевых мирах, можно было в два счета. А в Тронном Царстве этого либо не понимали, либо не умели должным образом обходить, связующие их законы.

И это донимало Руса, так что хоть о стенку бейся. И тогда он выйдя на балкон, отправился не в одно из своих излюбленных местечек, а просто за «забор», то есть за замковую стену. На один из рукотворных парящих островов…

Некоторое время Априус, просто лежал на лужайке, всегда зеленой и цветущей, и пахнувшей самыми обычными полевыми цветами. Именно здесь, на этом островке, они выращивали овец, главным образом для скармливания Своре, но и для себя тоже. Это хоть и не было одним из самых его любимых мест, но иногда он просто прямо с балкона, перемещался сюда, размять ноги, и полежать на шелковой травке.

Сейчас чародей просто бездельничал, жуя травинку, и глядя на большущую отару, беззаботно пасшуюся неподалеку. Наврядли он позволил бы себе, вот так вот полежать, где-нибудь в другом месте, по соседству с выпасом, но тут, совсем рядом с замком, это было возможно. Лежать и рассматривать ходячий шашлык, что беззаботно блеет, не чувствуя как например свиньи или коровы, что завтра поведут на убой.

Гиль-Эстэль была отсюда хорошо видна, во всей своей красе. Лучи, маленького искусственного солнышка всегда равномерно освещали ее, потому так трудно здесь заставлять себя верит, в смену дня и ночи. Величественный замок, выращенный на островке, затерянном в складках межреальности, так о простоял неизменным множество веков, никому не ведомый и ни разу не подвергшийся осаде. Но вид неприступной цитадели всегда привлекал его создателя больше, чем эти все вычурные, словно воздушные замки с изящными башенками и тонкими шпилями. Тут чувствовалась мощь, мощь и стабильность, словно говорящие — порядок в наших мирах, так же незыблем, как и стены этого замка. Иллюзия конечно, но все же.

А для тех, кому не по нраву, теперь есть поместье. Для посторонних оно функционирует, как и все ему подобные. Менгафар занялся разведением копытных, самых простых они продавали в собственных павильонах, Саяр растил на продажу церберов, которые пользовались огромным спросом, и заказы были прописаны на год вперед. Поместье стало неким продолжением Гиль-Эстэль, хоть и находилось весьма далеко, но сходить туда-обратно кому бы то ни было, было очень просто, потому особой разорванности никто не чувствовал, даже если тот же Саяр не появлялся в замке больше месяца.

И наконец-то началась жизнь на виду, открыто, беспечно, но со своими тайнами. Наступило временное затишье, все вроде бы было ничего, но как уже сказано — Априус уже давно стал задыхаться в строго очерченных Пределах, как бы ни были они велики. И проведение, таки сжалилось над ним, только случилось это не сразу. А начиналось все так: — Едва он вдоволь насмотревшись на овец, поднялся на ноги, чтобы вернуться в кабинет, в голове раздалось ставшее уже привычным — Дзаньььь!!! Длин — Длань! Сигнал сбора Хранителей.

Априус, вздохнул, предчувствуя нечто нехорошее, быстро сообщил куатару о том что срочно отбывает, и представил, как пред ним раздвигаются первые пласты реальности, открывая дальнейший путь к Храму, шагнул в разверзающуюся пропасть. Такое путешествие не назвать было легким, и наврядли его осилил, бы кто-нибудь не из числа ставленников Смотрителя, Бездны которыми мчался Априус, мало, чем походили на «живописные» пейзажи той же межреальности или знакомые тем, кто умел перемещаться в звездных ладьях пути.

Тут царила полнейшая, нет, не темнота — мгла, тягучая серая мгла, как будто оставшиеся со времен вселенского разрастания полости, больше нечем было заполнить. И еще в этой мгле довольно часто встречались оранжеватые вкрапления, то ли отблеск далеких звезд, то ли еще что. Априуса это давно перестало заботить, и он даже не размышлял по этому поводу, мысли его текли совсем в ином русле.

Как бы не был длинен путь, но вот уже и он Звездный Храм посвященный Визардасу Единому. Выполненный в форме эллипса, снаружи похожий на огромное фиолетовое яйцо, с двенадцатью округлыми поемами входов. Случайный путник, разумеется, из тех, кто может бродить просторами межреальности, принял бы его за мираж, если бы даже и сумел подобраться к этим областям. Пространство здесь, играло свои злые шутки, искривлялось и скручивалось, так что несведущему страннику, приблизиться к Храму, было просто не возможно. Он бы вечно мог идти к нему, но так и не достигнуть пределов. Но сюда никакой случайный гость забрести попросту не мог, и не случайный тоже, потому что, чтобы искать, надо знать что ищешь. А про этот Храм знали только двенадцать существ во всей огромной Вселенной. Так что никто сюда не то, что проникнуть, даже подойти не мог.

Априус не осматриваясь вокруг, не вошел, а практически пробежал, в свои покои, наскоро привел себя в порядок, сбрасывая свое верхнее одеяние, и ринулся в зал. Но там никого не оказалось, за столом сидел лишь дежуривший здесь в последние недели, Элендар.

— Ты чего переполох устраиваешь, стряслось что? — Быстрым шагом, подходя к модели отображающей два, связанных между собой шара, поинтересовался Априус, за которым уже следовали еще двое братьев по ордену.

— Я вас тоже приветствую… — искривил губы Эльф — вон смотрите сами, вот здесь и здесь отображаются места, где отразились мощные вспышки Силы. Я тут начеркал кое-какие схемы, в общем, выходит, что эти посланники единого Лона — «рогачи» как-то переворачивают любой свой проигрыш себе на пользу. Так по-видимому им удалось укорениться в «якорнике» и оттуда как-то просачиваться в «опорник» Или даже не просачиваться, а создать условия для беспрерывного воссоздания себя, из единого шаблона. Возле провала, образовавшегося, сами знаете при каких обстоятельствах, и фиксируется вспышка силы. Мои разведчики докладывают о непрестанно вылезающих оттуда тварях, сразу вступающих в бой с местными. Империя людей сопротивляется, как может, но пока не очень успешно. Там еще какая-то странность образовалась, вроде бы из ниоткуда возник целый ряд сооружений — различного типа и размера пирамид. И в них чувствуется нешуточная Мощь.

— Опять пирамиды — не удержавшись, перебил Априус — это говорит о том, что выдумывал их вполне человеческий, ну или, по крайней мере, гуманоидный разум. Схема и наука построения подобных сооружений, выдумана давно и отвечает основным принципам геометрических законов нашей Вселенной. А это значит что действуют, эти твари не сами по себе, им кто-то помогает, или помогал. Ладно, Элендар, прости, что перебил, продолжай.

— Так вот именно в этом месте и зафиксирован всплеск. Хуже всего, что местный ковен, каких-то не очень понятных мне колдунов, уговорил правителя людей, пойти на людские жертвоприношения, якобы те будут способствовать закрытию пролома, откуда лезут эти убивающие все, твари. Тот видимо совсем прижатый безвыходностью согласился, но пока там все как было, если не хуже. Плюс ко всему распря между магическими орденами и императором, продолжается, и от этого хуже всем. Тем не менее, пока смертные как-то удерживают свой мир от окончательного захвата. Но боюсь что это так лишь верхушка айсберга, а что там затевается на самом деле пока не понять. Это что касается Санкора. А вот из напарника по несчастью сведения трактовать трудно, ибо он по-прежнему закрыт. Чтобы более-менее все понять и определить серьезность ситуации нужно отправляться туда, или выдернуть кого-то из наших разведчиков.

— Пока обождем — не задумываясь, ответил Тэльк — лишний раз ломать тамошнюю скорлупу не надо. Знать бы еще кто его закрыл, и зачем?

— Ну, тут можно только гадать — хмыкнул Априус — либо хотел что-то скрыть, либо чтобы оттуда что-то не вырвалось, или же наоборот не ворвалось. А может и то и другое и третье. Разобраться можно только на месте, и то, потратив не мало усилий и времени.

— В твоем понимании это сколько, день, два, неделя? — Поинтересовался Фаши.

— Это зависит. Да зависит от множества факторов. Окажет ли мир содействие, показав самые важные и знаменательные моменты своей истории, есть ли местные предания, о чем-нибудь таком этаком. Ну и само собой наши собственные ощущения.

— Не думаю, что нам самолично можно соваться в чужие миры — задумчиво проговорил Тэльк — наша магия чересчур заметна, и привлечет к себе ненужное внимание. Нужно маскировать ее, да и заклятия новые не мешало бы изучить или разработать. Такие как у прежнего поколения, известного всем ковена магов Предела. Чтобы разили точно, как укол шпагой, а не как кузнечным молотом, зацепая все что попадет под воздействие. Да и мощи в них надо вкладывать меньше. В общем, возникает все тот же спрос насчет аватар, я имею ввиду. Их можно ограничить и силой, и возможностями. И отправлять в нужный момент в необходимое место.

— Да было бы неплохо — согласился Элендар — да вот только множество ипостасей доступно было только Создателю. А нам бы хотя бы по одной. Да и то не знаем, как это делается.

— Насчет новых методов использования Силы, я согласен — потирая виски проговорил Априус — а то отставать мы стали от всех этих Великих Чародеев. У них арсенал все множится и множится, плюс ко всему накопленный опыт передают по наследству, а вот лично мое наследи практически уже не использовать. Не та база. Что смог то переделал, но этого не достаточно. Мой наставник сгинул уже бездну времени назад, а больше учить меня было некому. То же знание что я получил как Хранитель, довольно ограничено в выборе средств. Новее же должно рождаться на поле боя, а у нас его нет. В секторах редко найдется достойный противник, а разную мелюзгу плющат мои подручные. Так что явно возникает нужда в дальних путешествиях, куда нибудь к Границам.

— Наша песня хороша — начинай сначала — улыбнулся эльф — ты уже которое тысячелетие подбиваешь нас почаще оставлять Хранимые Сектора и отправляться, как говорите вы люди к черту на кулички. Я тоже иногда испытываю такое желание, только знаешь, пора уже успокоится и смирится со своей участью затворников, и довольствоваться тем, что имеем. А наши наделы все-ьаки весьма и весьма обширны, поэтому лучше оставить подобные мысли и разрабатывать предлагаемые вами методы, сугубо теоретически. Спокойно, размеренно, на дому, обдумывая все и обсасывая с разных сторон.

— Ну в этом вопросе мы останемся каждый со своим мнением — не согласился Априус — не знаю насколько обширны области обследованные вами, до того как первый цикл прервался, а я практически нигде не побывал. Так с десяток миров не более. Я имею в виду дальние области, а не соседствующие с моим родным миром.

— Непознанное манит — хмыкнул Фаши — это мне знакомо — да только вот часто, там можно сыскать погибель на свою голову. Заметь не смерть, а именно окончательную гибель, откуда нет возврата. Где твое я перестает существовать, и появляется нечто такое, чему еще нет определений. А ты при всем при этом еще и Хранитель, представь, что случится с мирами твоего сектора, когда ты вернешься. Ты ввергнешь их в огонь, превращая те области в вечно пылающие огненные бездны, или царства мрака, где он живой и плотный.

— Ну брат ты и загнул — вмешался Тэльк — перестань стращать Априуса — у каждого своя дорога, и выбор. Для того и голова на плечах.

— Во-первых, вообще-то она у нас на шее, если ты не заметил — огрызнулся Фаши — а во-вторых, с чего ты решил что изменение происходит сознательно, и с твоего согласия. Забыл, как было с нами? Столкновение Полей и Потоков, может породить такие Сущности, что даже не поймешь, когда их воля проникнет в твое сознание. И к тому же…

— Эй, эй — поднял обе руки вверх перворожденный, останавливая все разговоры — мы отклоняемся от темы, чего это вы так разгорячились. В конце концов, каждый из нас сам волен решать, как ему поступить, и сам будет держать ответ за свои поступки. Если кто-то из нас хочет сейчас отправиться туда, — пожалуйста. Но не стоит забывать о Законах. Мы, к сожалению, тоже им подвластны. Да и вообще…

В этот момент один из шаров модели, с черной оболочкой сферы, озарился неестественным светом, и взгляды собравшейся четверки одновременно уставились на него.

— Быстрее — вскричал Априус — все что можно… применяем… ну же нужно увидеть.

Они бросились к столу, где уже появлялись мутно-голубые шары, из редкого хрусталя. Эти специальные конструкты могли отражать и схемы применяемых чар и проецировать видения происходящих событий. Палантиры не так уж и давно установленные на вершинах самых высоких горных пиков, естественно тщательно укрытые и защищенные, теперь давали возможность видеть, кое-что из происходящего в мире. И то, что они показывали, без всякого сомнения, говорили о том, что сейчас там решается не что иное, как судьба той планеты. Потому что мир окутывала ночь-тьма, потому что от неба до земли протянулась Золотая Лестница, на верхней ступени которой уже стоял Небесный Странник. Он явился отпускать и судить, Второе Пришествие начиналось. Лик его был полон скорби и печали, и словно говорил:

— Я не хочу этого, но должен исполнять предначертанное.

— Смотрите, кто явился — вскинулся Априус — не удалось в «опорнике» так он решил попробовать здесь. Вон и дорожку себе протянул, видите лестницу какую опускает, и впрямь от неба до земли. Похоже, в мире что-то развязывает ему руки, и открывает путь. Наверно они сами призывают Его, моля… ну о чем-то там моля.

Хранители замерли, стараясь не упустить ничего из того, что творилось в скованных друг с другом мирах. А там похоже схлестнулись такие Силы, что битва происходившая на далеких просторах, приобретала уже вселенское значение, потому что от ее исхода зависела уже судьба не только этих двух миров, а похоже всей Сферы.

Какие действа разворачивались по всему миру, отсюда было понять не возможно. Картинки в шарах быстро сменяли друг друга. Если не пытаться удерживать взгляд на какой-то одной из них. Город, утонувший во мгле, рыскающие по нему устрашающего вида твари. Медленно распространяющаяся по миру тьма, как казалось отсюда, но скорее всего она неслась как воды реки, повалившие сдерживающую их запруду.

Априус подумал о явившееся судить этот мир, пожалуй если не считать Просвещающего, самой загадочной из широко известных, личности, и шар тут же показал лестницу, по которой та начала нисходить. Н шел не спеша, видно зная что все уже предрешено, и никому уже оттуда никуда не деться. Сопротивление бесполезно, даже если найдутся те, кто осмелится. Но не смотря на всю тщетность, такие все же нашлись. Видимо Тэльк, тоже смотрел этот же эпизод, потому что запальчиво вскрикнул:

— Смотрите, смотрите! — Забывшись, он тыкал в шар пальцем — Божественная Троица!!! Вернее один из нее, наконец-то удосужились вмешаться. Вон, на какой зверюге мчит наперерез… Похоже ступени его не держат, слишком тяжел, или совсем другой природы…. О, что-то мне подсказывает, это первая их встреча.

— Далеко — сдавленно протянул Фаши — ни его чар, ни противодействия не разобрать. Но, судя по всему, магия бога, почти не задевает явившуюся «спасать» мир, Сущность.

Затаив дыхание, они неотрывно смотрели на безуспешные попытки ярого бога, помешать продвижению Судии. После первой неудачи бог явно пребывал в смятении, видимо он не понимал, с кем столкнулся, не мог разгадать суть явившегося существа. И потому пробовал воплотить пришедшего, сильнее вогнать в тварный мир. А внизу на лестницу запрыгнули две маленькие, человеческие фигурки. Пара, мужчина и женщина. И решительно зашагали вверх.

— Они тоже пытаются преградить ему путь — обомлел Априус — наблюдая, как падает отброшенный после удара Судии, яростный бог, а сам тот продолжает спуск.

И тогда дорогу ему преградила эта, по-видимому, любовная пара, чародеев-людей. Конечно не деревенских колдунов, но и не выдающихся волшебников, с коими приходилось сталкиваться Априусу.

— Они если и сдержат его, — сквозь стиснутые зубы проговорил Фаши — то не надолго. По-видимому, этому миру все же хана.

Априус не смотря на накал ситуации, все же позволил себе отвлечься, и мысленно пожелал увидеть и остальные места мира. Картинки калейдоскопом, начали сменяться, шар показывал то что, могли уловить палантиры, не более того. Могучие драконы, куда-то стремительно летящие, и что-то в их полете и облике, говорило о том, что это совсем не те тупые выползки что встречаются повсеместно. В этих чувствовалась и определенная сила, и мощный разум. И еще они были как-то связаны с этим миром, не просто жили в нем, а именно имели некую связь. Затем мелькнул какой-то молодой, но уже совсем седой, парень, схватившийся с совсем уж странного вида противником. Далее шар показал небольшой отряд, уже однажды виденный Априусом, но изрядно поредевший. Они в сопровождение орков — воинов плыли куда-то по морю. Рус, пожелал проследить направление, и уперся взглядом в остров, что со всех сторон был окружен неприступными скалами. Видимо там лежала конечная цель. Драконы, похоже, тоже летели туда же. А еще он узрел парочку, старомодно одетых волшебников, довольно старых на вид, тоже пробирающихся куда-то по странному городу, который казался населен одними только зомби. Вновь мелькнул другой город, который видимо изначально был посвящен служению тому, кто сейчас спускался по золотой лестнице. Только теперь это был далеко не пресветлый город, его окутывала тьма, а по улицам преследую обезумевших от ужаса, жителей разгуливали причудливые кровожадные твари. От этого ужаса, миряне еще больше призывали своего спасители, прийти и спасти, и тот явно чувствуя свой триумф, спускался дальше.

— Смотрите, вы видели? — вновь раздался голос Тэлька — как они его…, простые люди, а дорогу ему таки преградили.

Априус сосредоточился, вызывая видение золотой лестницы, и успел увидеть атаку, идущих на смерть людей, а в такие мгновения те на многое способны. Мужчина волшебник, был просто человеком, потому и действовал как маг-воин, ударив кинжалом, с далеко непростым лезвием, а вот женщина… Женщина оказалась вампиршей. Отрастив длинные игольчатые клыки, она достала из-за пазухи какой-то пузырек, что прокричала в лицо спускающейся Сущности, и одним махом выпила содержимое. А потом она бросилась просто на Судию, вонзая свои острейшие зубы тому в шею. И ему пришлось замедлить свой ход, чтобы отбросить от себя, зарвавшуюся парочку. А внизу горел лес, ветры свирепствовали, раздувая огонь, последний час близился. В руке женщины-вампра, была зажата горящая ветка, видимо брошенная сюда порывом ветра, и она нещадно стегала ей своего страшного противника. Что сделали эти двое людских магов, Хранители так и не поняли, но им как-то удалось остановить продвижение звездного пилигрима вниз. И не только это. Сами они, к сожалению, погибли, даже тел не осталось, но ступени лестницы начали исчезать, отрезая дальнейший путь вниз.

Вновь появился ярый бог, известный Априусу еще как мятежник, повстанец, организовывающий сопротивление против Прежних богов. На это раз он не стал кидаться на Судию, а просто что-то орал тому, словно звал за собой, наверное, бросал вызов, и тот похоже его принял, потому что кивнул.

Калейдоскоп отрывочных видений, мозг практически не успевает выхватывать суть из увиденного. Промелькнул какой-то лес, спешно куда-то уходящие эльфы, ведомые единой предводительницей. Мелькнули уже виденные Априусом крылатые твари, жуткая помесь морского дьявола, человека, и козла. Но тут они действовали не в одиночку, у них были напарники. Один походил на рептилиана, другой обладал тремя парами рук, и тоже смутно кого-то напоминал. Леса, пески, моря, огонь, все смешалось в непрерывной череде видений, и трудно было заставить себя выбрать что-то одно, чтобы понять, что же там происходит в этом несчастном мире.

— Остальным представителям Божественной Троицы, тоже бы пора вмешаться — не отрываясь от созерцания творящихся безобразий — коротко бросил Фаши — это уже охватывает весь мир. Шар показал его Хранителей, думаю, они чересчур слабы и ограничены, чтобы как-то помешать наступлению конца.

— Согласен. Им бы пора вмешаться — тихо проговорил Тэльк — Потому что это не простая Тьма, что как цунами накатывает на берег, сея сплошные разрушения. В ней что-то, сокрыто. По-моему она не более чем маскировка. Потому что на свободу вырвались укрытые раньше полчища Тварей, готовых пожирать всех кто встретиться. И еще, потому что шары отражаю сильный магический всплеск — в одном из морей идет очень нехорошая волшба.

— Нужно увидеть что там такое, тогда может, удастся понять что там происходит — коротко бросил Априус — давайте — ка за дело, к сожалению рядом нет палантиров, но попробуем дотянуться до этой точки в море, через те что самые близкие.

Они начали действовать, сплетая неимоверные узоры из известных им типов чар, познания, поиска, и видения истиной сути. Нужно было отринуть на время и Тьму, и Судию, а так же всю мишуру, отвлекающую от истинного действа, чародейство, что творилось в одном из морей.

И увидели они почти круглый остров, а на острове гигантское сооружение напоминающее собой громадную воронку, но чересчур правильной формы.

— Отзеркаленая Пирамида — гулко проговорил Элендар — но вы посмотрите, каких размеров. Это же какая Мощь, так скопилась.

— И похоже что накапливалась там веками — нахмурился Фаши — такое ни за десять, ни за сто лет не построить. Но каково ее предназначение? Она чересчур огромна чтобы использовать ее только для одного мира.

— Похоже, мы скоро все увидим — невесело прокомментировал мелькнувшие в шаре отображения происходящих событий. Как погляжу, туда направляются все действующие лица, увиденные нами через палантиры. Я насчитал уже три отряда. При чем во всех из них есть личности весьма колоритные по силе. И похоже и Судия и его оппонент направляются туда же.

Сколько времени проходило там, мире, находящемся у края пропасти, по имени небытие, сказать невозможно, палантиры могли показывать не последовательно, и к тому же весьма отрывочно, но всем было ясно что это еще длятся события текущего времени, а не прошедшего.

Пирамида, судя по всему, имела множество ярусов, и была хорошо укреплена и защищена. Априус вспомнил схожие накопители Мощи, построенные на Ки, и ужаснулся, представив какую силищу, может таить в себе это сооружение. Вспомнил и рассказы Нин-Хур-Сати о том как воевали между собой ее родственники. И как один из низ засел в «Высокой Горе» из которой отбивался «лучом смерти» «дыханием ужаса» и чем-то там еще. После долгой осады, применив какое-то свое секретное оружие родичи богини, все же взяли ту гору-пирамиду, разнеся врата, ворвавшись внутрь они полностью вычистили ее от вершины до подземелий. Собрата пленили, даже вроде бы изгнали на время, но пирамида простояла после этого целой и невредимой целые эпохи, и лишь недавно утратила свой первоначальный вид.

Эта же громадина, во множество раз превосходила размерами ту, самолично виденную Априусом. Да и защитников там явно хватало, если не сказать что было с избытком. А если к их численности добавить еще то, что ни смерти, ни увечий они не боялись, потому, как уже давно были мертвы, то пирамида становилась практически неприступной.

Но орочий отряд, ведомый небольшой кучкой чародеев, все же высадился на остров и пошел на приступ. В небе над гигантским строением появились драконы, на одном из которых сидел тот седовласый парень, уже виденный в одном из видений, Априусом. Сюда же, но чуть позже вышла и парочка престарелого вида чародеев, воспользовавшихся правда иным способом перемещения. И началось.

Драконы окатили свои пламенем верхние ярусы, орки схватились с полчищами мертвецов, взгляды Хранителей прикипели к шарам, неотрывно следя за всем, что там отражалось. Но видно им было очень мало, потому что из закрытого мира, вытягивать все эти видения было очень трудно. А связать с посланными туда разведчиками, из-за этой закрытости тоже было не возможно. Конечно, если бы там был кто из числа их дюжины, это бы удалось, но вот с подручными так связаться не получалось — не те силы у тех.

— Что-то не пойму смысла — не выдержал напряженного молчания Фаши — для чего все это? Такая огромная Мощь, колоссальные затраты ресурсов… Хотят пробить оболочку мира, сделать его открытым? Или тут что-то другое.

— Зри глубже братец — не отрывая взгляда от шара, ответил ему Тэльк — там похоже разыгрывают очередную вселенскую пьесу некие силы. При чем прописанную, и со строго отведенными ролями. Отсюда конечно не понять, но похоже сценарий схож с Санкоровым, чтобы Он, мог прийти и осудить, нужны предпосылки. А значит, их создавали специально. Да и сам мир, похоже, не прост, ох как не прост. Видимо в старину ему пришлось претерпеть некоторые изменения. Что же там может быть, такого важного, что даже Правящие, не просто обратили туда свой взор, а явились самолично?

— Что ту неясного — удивился Элендар — Судия явился не просто судить и строить новый мир, после него ничего не останется. Тьма там тоже возникла не случайно. В ней видимо и скрываются слуги Поедателя, которые тоже после себя ничего не оставят. Вот боги и стараются им помешать. Ведь эти две Силы вполне способны погубить этот мир безвозвратно.

— Гм — задумчиво проговорил Априус — говоришь, не случайно появились…. их что, кто-то призвал?

— Отсюда можно только гадать — пожал плечами Тэльк — наверное, ты все-таки прав надо двигать туда, и там выяснять, как эти твари получают приглашение на вход…

— Двинем, если в этом будет крайняя необходимость — непреклонно заявил Элендар — пока я не вижу ни чего такого уж, тем более там двое из Божественной Троицы. А они, как известно, умудрились, так походя, скинуть Правящую тогда Великую Семерку. А их в отличии, от Древних, никто так и не смог уничтожить, и поныне здравствуют.

— Они видимо еще служат какой-то цели — со вздохом сказал Априус — нам непонятной, а может и вовсе не доступной пониманию. В последний раз, когда я столкнулся с ними, и затеял схватку, ее резко пресекли. И дали понять что для меня подобные выходки могут закончиться плачевно, если я не оставлю попыток рассчитаться… — он осекся, вспомнив что никогда не посвящал собратьев в свое прошлое. Где была и битва с ратями Богов-Узурпаторов, и похищение богини из Великой Семерки, с последующим пленом, и побегом. За все пройденное время они так и не рассчитались друг с другом, Боги не смогли исполнить свой приговор вынесенный ему, еще до их триумфального вторжения, он так и не отомстил за падение Предтеч, не рассчитался за гибель СлаДаарии и нарушение договора. За плен, и пытки он не держал обиды, ибо спровоцировал их сам, надеясь быть казненным, и освободиться от одержимости Тьмой, которая не Тьма. А затем воскреснуть как и многие до него, как тот же Один, чьи муки наверное не описать. Девять дней провисеть пригвожденным к дереву, из которых часть пришлась на нахождение во смерти, это вам не каждый бог осилит. Хотя разума это ему все равно не добавило, но понимание рун миру он подарил, что не говори. Только сражение Пришлым богам все равно проиграл. Не даром Просвещающий советует не слишком сильно держаться за старое. А ведь по словам все того же Мимира, не смотря на все свою вражду к асам, йотуны предупреждали о приходе Узурпаторов, и даже встали бок о бок со своими извечными врагами на смертном поле. Но видать и впрямь в этом просматривалась воля Единого, раз не смотря ни на что Семеро все-таки воцарились во Вселенной, и создали свое Тронное Царство, откуда и правили всем Сущим, несметное количество веков. А потом Сфера завершила новый виток, и родились маги, которые не захотели мириться с существующим положением дел, их соответствующе обработали, и натравили на Тронное Царство, некие скрытые силы, о которых предпочтительно умолчать.

— Неужели, как и встарь, от нас самих ничего не зависит? — неожиданно пришла мысль — то что предопределено, то и будет? Но тогда нет смысла бороться… Прекрати так думать — одернул Априус сам себя — Его наставники в ту далекую пору, вообще не верили в предначертаность, судьбу и все такое. И всегда советовали идти до конца, не останавливаясь и не сворачивая с пути. А не можешь идти — ползи. Это вот Мессия исповедует смирение, покорность, раболепие, кротость и сулит разнообразные благодати в посмертии. А жизнь так может пойти на всякое соблюдение воздержаний. Нет, это не по нам.

Действо, творимое тем временем в далеком мире, продолжало развиваться. Скрылись в казематах орки, ведомые группкой чародеев, низринулись в бездонный провал драконы, и смотреть стало почти не на что. Сидя за круглым столом, тройка на вид вроде бы людей, и эльф, некоторое время еще вглядывались в дымчатые голубые шары, стоящие перед каждым, из них. Затем Тэльк оторвал свой взгляд от поверхности шара и проговорил:

— Что-то тут не так. Или видим не всю картину. Давайте соткем «Эфирную Сферу» Именно сферу из эфира, а не наполним им круглый сосуд. Знаю это тяжело, но иначе не выясним.

Ранее подобное они еще не проделывали, но все когда нибудь приходится проделывать впервые. А эфир всегда отображает, все чары, творимые, где-либо, и даже когда-либо.

Если бы они были в полном числе, процесс шел бы намного легче, но их было меньше половины, и усилия, потраченные на сгущивание эфира, и заключение его в форму, вымотали всех четверых.

— Фух, готово — натужно произнес Фаши, откидываясь на спинку кресла.

А посреди стола, между шарами Хранителей, засверкала, оранжевым светом, сфера — сгусток, где отражалась любая волшба. Эфир это поле существующее между астральным миром и миром физическим. Эфир это законодатель материальных шаблонов, образующий тела, которые в физическом мире повторяются материально. Это так же всепроникающая среда, колебания которой проявляют себя как электромагнитные волны.

Далее Хранителям, следовало найти нужные сплетения чар, творимых когда-либо в «якорнике» используя при этом и палантиры, и свои видящие шары, как трансляторы. Нужно было не только уметь оперировать эфиром, но и читать все, что в нем отражается. Тут уже потребовалась полная выкладка, ибо расстояние было очень большим. Но не даром этот храм строили они сами. От стен выложенных из разнообразных полудрагоценных камней и минералов пошла мощная подпитка, весь храм загудел, завибрировал, силясь помочь своим создателям. В звездном зеркале отразился нужный участок сферы, и сам Храм стал приемо-передатчиком. Почувствовав существенный прилив сил, Фаши что-то быстро зачеркал на возникшем пред ним листке пергамента. Остальные впились взглядами в сферу, с неимоверной быстротой переваривая отображено в ней.

Быстро просматривая явленные схемы, переплетения и способы построения чар, они анализировали и сопоставляли.

Вскоре картина происходящего за кулисами, стала более-менее ясна. Вернее стало четки видно, что за Силы, приложили к этому свою руку.

— Итак, ясно просматривается присутствие там слуг-орудий Пожирателя, есть что-то и от Хаоса, немалая доля от так называемого Сына Божьего, и даже кое-что от Прежних Владык, ныне называемых Падшими. — подвел свои наблюдения к определенному выводу Тэльк — Жуткая смесь должен вам сказать. А еще вон, и Верховные боги явились на разборки.

— Ага. Интерес там у каждого свой, как видите — мелодично произнес эльф — но для чего велась такая скрытая игра?

— Все они под законом, — если нарушат, то дадут фору противникам — ответил ему Тэльк.

— Пять Сил, таких различных по своей природе… Какой же будет исход? Может пари? — усмехнувшись, проговорил его брат.

— Фаши, ты совсем уже что-ли?

— А что нам еще остается? Сектор не наш, повлиять ни как не можем… Хоть развлечемся чуток…

— Их там не пять — вдруг проронил Априус, пресекая — помните чародея, что изредка мелькал в видениях? Престарелый такой на вид маг, что говорит о серьезном возрасте, молодые, ну те кому не более тысячи, заботились бы о внешности. Этот же судя по всему уже давно перешел в разряд почтенных. Так вот он ведет какую-то скрытую игру. Я не до конца уловил, что за сила его поддерживает. Потянул за ниточку так сказать, и наткнулся на целый клубок переплетений. Там все наторожено, и ловко упрятано, не могу разобрать. Но явная связь этого чародея, с самим миром тоже просматривается. При чем заложенную не сейчас. И еще между ним, предводительницей отряда орков, и парнем что с драконами, есть тоже какая та общность, какая-то смутная связь, будто их обедняет одна школа, и скорее всего они выходцы из одного мира. И причины ихнего нахождения в «якорнике» мне не понятны.

— Судя по всему — кидая взгляд на вычерченный на листке схему, проговорил Фаши — они его защищают вынуждено. Иначе действовали бы несколько иначе. Парень с драконами это седой такой, с хищным лицом? Я сразу не понял что к чему, когда увидел его схватку с каким-то смуглым мужиком. Парень по виду некромант, но выходит вроде как на хорошей стороне. Вместе с драконами он отправился вглубь… За кого он по-вашему? Силу черпает вроде бы во Тьме, которая определенно связана с Поедателем, ну или его тварями, но направляет он ее как против их слуг, так и их же союзников. Он как бы сам по себе, но все же на стороне Порядка. И похоже о присутствии дружественной ему стороны даже не догадывается. Отряд чародейки не в счет, это так мелочь. А вот двое Владык, самолично спустившихся в мир, это уже о-го-го, даже если они и ограничены в средствах.

Он вновь принялся что-то быстро записывать на своем листке пергамента, изредка кидая взгляд то е сферу Эфира, то на свой шар, а когда закончил вычерчивать невероятные фигуры, невесело произнес:

— Похоже, там сейчас сойдутся все известные Силы, нашей Вселенной. Судьба этих миров будет решена в единой битве. Думаю, что в Санкоре сейчас тоже накал страстей разразится бурей.

И словно в подтверждение его слов, шар на модели полыхнул зеленым светом. Там пошла в ход серьезная магия, чересчур серьезная для простого мира, хоть и являющегося опорным, ключевым.

— Чьи разведчики сейчас там? — Напряженно поинтересовался Априус.

— Мои — коротко ответил Элендар — я же на дежурстве. Отсюда удобно поддерживать мыслесвязь.

— Вызывай их. Нужен срочный доклад.

— Боюсь, это займет время…

— Это все равно не даст нам полной картины — вмешался Тэльк — давай, используем твоих посланников, так же как колдуны используют птиц.

— Далеко сильно — засомневался эльф.

— А что делать, пробуй. — Согласился с Тэльком Априус. Фаши призови пока Асамира и Баграда, их легче будет убедить, чем остальных. И вообще, похоже нам придется рассредоточить свое внимание, вы следите за событиями в «опорнике» мы с Тэльком продолжим наблюдать за якорным… Шары только перенастроить надо.

И работа закипела, эльф сосредоточенно вызывал своих подручных, Фаши послал вызов собратьям, и принялся колдовать со своим шаром, то и дело, сверяясь с Эфирной сферой, и поглядывая на модель. А Априус продолжал неотрывно следить за развязкой событий в закрытом мире.

А действующих лиц, в этой вселенской пьесе, все прибавлялось, промелькнул смуглокожий человек, с огромной вспухшей опухолью на левой части груди, седой как лунь воин, бьющийся с ним, но явно уступающий, в магическом искусстве боя. Слишком много персонажей, чтобы понять суть, и трудно определить, что за сцена сейчас самая важная. Через палантиры он мог видеть не всю картину в целом, и магические шары, сами определяли приоритет для персонажей. К сожалению ни в толщи земли, ни в бездонную пропасть перевернутой пирамиды, их «взор» проникнуть не мог. Поэтому ни что стало с отрядом, проникшим в казематы, ни с драконами, узнать было невозможно. Четко видна была фигура Судии, четко просматривалась несущаяся по миру волна высвобожденного Мрака, да еще прозванный когда-то Владыкой Тьмы маг, а ныне бог, устремившийся на бой с Вершителем Судеб. Хотя нет, мелькнул еще его собрат, коричневокрылой хищной птицей стремительно пронзающей небосвод.

Четверка хранителей, застыли за столом, уже не переговариваясь, не бросая реплики, чтобы хоть как-то анализировать ситуацию, потребовалась полная собранность и сосредоточенность. Теперь, когда они разделили свое внимание, стало еще сложнее удерживать бьющиеся заклинания, но тем не менее в шарах все же отражались отрывки видений, увиденные глазами ли, или показанные бездушными палантирами. Два мира, два связанных между собой шара, оба у самого края бездны, в которую их желали втолкнуть.

Хранители смотрели и ужасались, той мощи, которую тратили алчные Силы, желающие получить каждая свое. Становилось ясно, что и в одном и другом мире, дела шли к развязке, наступал так сказать кульминационный момент. Элендар и Фаши, следящие за событиями в Санкоре видели как полчища уже знакомых рогатых существ, продвигаются по землям, человеческой империи, не щадя ни людей, ни зверей, уничтожая практически все на своем пути. И даже обученные солдаты, не в силах их долго сдерживать. Лишь в одном месте виден частокол, где судя по всему бьются совсем не местные воины. Похоже, это помощь из Тронного Царства, нынешние правители которого сейчас, не могут разорваться, чтобы успеть везде. Громадные, злобные твари, с оскаленными пастями, волна за волной кидаются на загорожу, за которой небольшой сборный отряд держит оборону. В самые страшные заклятья, летят белоперенные эльфийские стрелы, плюются огнем гномьи бомбарды, но тварей не убывает, они кажутся бесконечными.

В другом месте легионы штурмовали какую-то башню, видимо как раз того магического ордена, который так сильно ввел в заблуждение императора людей, преследуя какие-то свои цели. Защищать ее вышли такие странные существа, что мало походили на людей, Фаши бы сказал, что они очень похожи на представителей змеиной расы рептоидов, коих великое множество разновидностей. Хотя конечно это его сознание дорисовало их облик, ибо существа эти были скрыты под длинными балахонами с глубоко надвинутыми капюшонами. Бой там разгорелся нешуточный, никто ни кого даже не старался щадить, гибли легионеры, падали нелепые фигуры колдунов все заволакивало дымом, которым люди, по-видимому, ослабляли этих существ.

А в шаре Априуса тем временем отражалась совсем другая картина, бурлящие моря, исходящие паром, объятые огнем леса, и взрыхленная земля. Судия поднимал вою умершую паству и призывал верных ему живых. На ярусах пирамиды, как можно было судить до сих пор кипел бой, отряд прибывший на драккарах, не смотря ни на что сопротивлялся, всей этой навале из мертвых солдат. Что творилось там, в глубине, было не узнать. Все что показали шары в последний раз это падающее в бездну пирамиды тело, очень странного человека, и несущегося ему вслед парня на белом драконе. Промелькнули еще какие-то фигуры девушки, и деревянного голема, плотно сцепившиеся друг с другом, но что там было к чему, Рус совсем не понял.

Некоторое время толком ничего рассмотреть было нельзя, и тогда он поднялся, и быстро обогнув стол, сел в свободное кресло рядом Эльфом, уставившись в его видящий шар. Высокая, серая башня, совсем, совсем не укрепленная, но тем не мене неприступная, предстала перед его взором, и одинокая человеческая фигурка, решительно входящая в нее. По-видимому, человека просто-напросто пропустили, или же заманили в заготовленную западню. Изображение поменялось, и теперь Априус видел сборный, разноликий отряд, державший оборону на определенном рубеже. На них накатывали косматые, рогатые твари, все как одна похожие одна на другую. Это были те самые строители Пути — слуги Поедателя, рвущиеся к вожделенной цели. Казалось они гибнут здесь тысячами, но, совсем не замечая потерь продолжают наступать. Становилось ясно без звука и слов, что если их не сдержать, они не оставят в этом мире ничего живого, а затем низложат в бездну, и сам мир.

Априус не мог понять как вообще возможно существование подобных тварей. Кто разрешил? Зачем? Почему? И тут после того как мозг, с трудом но обработал увиденное, и прочувственное некая мысль-догадка таки родилась. Он понял что есть на самом деле эти слуги Единого Лона. Помимо того, что они его инструмент. Это насмешка над Божественной Троицей, ведь один из нее когда-то давно призвал Поедателя в Сущее. Вызвал Небытие в материальный Мир. Вызвал, а после дал так много пищи, пусть и с намерением удержать, но дал, и вот там то на границе столкновения Небытия и Бытия, начало рождаться нечто среднее. Безликое, бесформенное но верное своему Лону, оружие способное только и делать что уничтожать, а попросту говоря переводить существующие формы в это Ничто. Потому что никакого возрождения, после этого уже не будет. Раньше в пределах этой Вселенной любое столкновение или соприкосновения чего-то с чем-то что-то рождало. Из вроде бы катастрофических столкновений вселенских масштабов рождались миры и луны, возникали солнечные системы. И даже те, кто теперь правит, некогда возникли так же, ибо они есть Грань, граница, рубеж между тем и этим. Вернее порождение этой Грани. Но в основе всего процесса всегда лежала Жизнь, то же что породило соприкосновение Бытия и Небытия, стало лишь средством для уничтожения, при чем полного и окончательного. Может быть тот, кто сотворил Поедателя, и не был настоящим противником Хозяина этой Вселенной, но видимо умысел его был далек от созидания. И не даром при первой осаде Санкора, он видел на разумном «рогаче» такой же точно плащ какой любил носить бывший Владыка Тьмы, ставший богом, как раз после того, как призвал сюда эту гадость. Все-таки им нужно какое-то разрешение, осенила Априуса внезапная догадка. Он собрался, было додумать ее до конца, но тут не своим голосом закричал Тэльк, привлекая всеобщее внимания, и совсем по-человечески тыкая пальцем в разноцветные узоры, отразившиеся в сфере.

Априус опрометью бросился к своему шару, и едва успел усесться, как тот прямо полыхнул зеленоватым светом, а потом одновременно серия видений последовала одна за другой, но предшествовало этому всему, отразившееся в Эфирной сфере, могучее заклинание. На миг шары, связанные с палантирами, вновь померкли, а затем появился тот старый странный старик, который мелькал в видениях до этого. Это он произнес отображенное эфиром заклинание, и теперь шары показывали, к чему приводит его действие.

Весь мир, от полюса до полюса, скрутила судорога жестокой боли. В тысячах мест, над старыми капищами, забытыми алтарями, вросшими в землю или занесёнными песком жертвенниками, посвященных в разные времена, разным божкам и идолам — закурились дымки, частички земли или песка поднимались вверх, кружась, образуя воронки. Столбы пыли росли на глазах, меж их частицами проскакивали искры, сливались в цепочки, от них по смерчам растекалось пламя. Жадно потянувшись к небу, такие смерчи, появлялись повсеместно, они поднимались всё выше, пронзая толщи аэра, всё наливаясь и наливаясь силой. От этих пламенных воронок по земле кругами расходилась смерть. Она появлялась разных обличьях, быстрая и медленная, лёгкая и мучительная, но неотвратимая.

Оживали тени тех, кому некогда посвящались эти алтари, храмы и жертвенники, забытых, оставленных в небрежении — и оттого страшных в своей неистовой злобе и жажде отомстить. Априус и Тэльк не веря своим глазам, видели, как вырвавшиеся из смерча свирепые призраки — ни рук, ни ног, одни разинутые пасти — окружают какую-то церквушку, врываются внутрь, не обращая внимания на священные символы веры, и впиваются в тела, мигом очищая их от плоти.

— О Создатель! Да что же это? — Не выдержав, прошептал Тэльк.

Но это было только начало, шары показали как практически повсеместно, на цветущих островах, и береговой части материков, камни выпускали лапы, отращивали щупальца, воспаряли в воздух — чтобы хватать разбегавшихся жителей рыбацких поселений. Из морских вод, появлялись невероятные твари огромными трезубцами раскалывали пытавшиеся спастись бегством пиратские корабли, акульими пастями выхватывая из воды барахтавшихся человечков.

А чёрная броня мира — искусственная скорлупа-оболочка стремительно восстанавливалась, прорехи и разрывы заполнялись. Неведомо как, но в сознании Априуса отразилось, как глобула закрытого мира вновь сама собой замыкается. В последний миг он еще успел заметить как трое сражавшихся, Судия и двое из Тронного Царства, что-то почуяли, и разом остановились. Шары зафиксировали и вход в мир уже совсем иной силы, имеющей свой определенный интерес в этом страждущем мире. Шестеро былых богов и богинь, спускались величаво, уверенные в себе и в своей победе. Старые неприятели самого Априуса, если не сказать враги, такие же спесивые как и раньше, и чересчур сильно верящие в свою непобедимость. Когда-то у них было много имен и прозвищ, но являлись ли они истинными, так и не довелось узнать. Богиню зелного покоя сам Априус называл ее же собственным отзеркаленым, к остальным при тех редких встречах по имени вообще не обращался. Пропадавшие невесть где столько лет, они объявились и похоже всерьез вознамерились вернуть себе утраченную власть.

А старый маг, стоял, открыто, ни от кого не прячась и не таясь. Он бросил вызов всем богам, и прежним и нынешним, да и не только им. Похоже, он обыгрывал их, и мог уже праздновать свой триумф. Бросившихся к нему воинов, входящих судя по всему в личный отряд самой Божественной Троицы играючи подхватило вынырнувшее прямо из земли иссиня-чёрное, тончайшее, как шёлк, покрывало, мигом потащившее их вверх. Те естественно попытались освободиться, но эти попытки ни к чему не привели.

Такие же чёрные паруса развернулись вокруг шестерых Падших они, конечно, тоже пытались сопротивляться. Но чары были сплетены так, что сам мир принимал на себя каждый нацеленный в сплетшего их чародея удар, оборачивающийся лишь новыми жертвами и, следовательно, большей крепостью стен ловушки. Такая же участь постигла и нынешних владетелей престолов Сущего, на них тоже со всех сторон надвинулись чёрные паруса, сокол издал резкий клёкот и мгновенно изменился: в воздухе неподвижно завис человек в тёмном плаще, безо всякого оружия. Он сразу же уставился на стоящего внизу чародея, мгновенно поняв, кто повинен во всем этом — ловушка такой силы неизбежно выдаёт насторожившего её, прятаться бессмысленно. Но смотри не смотри, а если все зашло так далеко, рыпаться уже поздно. Всё, сомкнулось. Три чёрных шара в небесах, стремительно мчатся друг к другу, сливаются — западня захлопнулась. Чёрный шар стал быстро сжиматься, из поистине громадных размеров, переходя в небольшой шарик. И пока это происходило, низринулся в глубь опрокинутой пирамиды.

Априуса пробрала дрожь, если ор правильно все осознал то в бездну только что были ввергнуты самые могущественные боги, которые когда-либо существовали в этой Вселенной. Пусть заносчивые, пусть спесивые, порой безрассудные, но все-таки боги, способные управлять всей Большой Сферой. Их ничто не удержит. Падение станет вечным. Вроде бы невозможная тюрьма, создана, и ее стены не проломить.

На этом связь с палантирами прервалась, в шарах больше ничего не отражалась Априус и Тэльк, ошарашено посмотрели друг на друга, и не сговариваясь бросились к выходу.

— Вы куда?! — Заорал Фаши, вскакивая с кресла и устремляясь следом.

— Там… — на бегу, оглянулся Тэльк — Там такое…. А, долго объяснять давайте за нами.

— Да что там? — С трудом оторвал свой взгляд от шара Элендар, он как раз зрел, как от мощного взрыва разлетается башня, вернее проваливается сама в себя. Оголяя истинную суть, наглядно показывая кем, были адепты этого ордена и в союз с кем вступили.

Эльф мало знал об этих существах, впрочем, как и всякий кто, когда-либо с ними сталкивался. Но что было известно точно, что они до мозга костей были Иными. Уже выбегая следом за Фаши, Элендар натолкнулся на только прибывших в Храм, Асамира и Баграда.

— Что случилось? Куда это так спешно? — Пытаясь на бегу расспросить эльфа, набросились на него с расспросам собратья по хранению.

— В тех мирах, за которыми установлено наблюдение, произошел ряд событий, после которых стало ясно, что и там и там, орудуют порождения Поедателя. В «якорнике» они использовали тьму как прикрытие, но это так маска, как и их внешний облик не более чем личина. В Санкоре они уже в открытую пытаются захватить весь мир, но их пока сдерживают редкие защитники. За вторым миром наблюдали Априус с Тэльком, они то подняли тревогу. Не знаю, что там произошло, но видимо, повод вмешаться есть. Мы вычислили, что там сошлись в противостоянии пять известных нам, Вселенских Сил, этого уже достаточно для беспокойства. Так что поспешим следом.

Понимая, что нужно действовать более согласовано, Хранители все же, понеслись к миру-ловушке сломя голову. Если даже на время этому сумасшедшему старику, удастся нейтрализовать одних из самых могущественных богов, во всей Вселенной, не важно бывших или правящих, может случиться все что угодно, под угрозой может оказаться само существование Сферы.

Счет времени пошел на секунды, каждое уходящее мгновение начало ощущаться остро и напряженно. Никто даже и представить не мог что может произойти за это время. Что взбредет в голову этому хитроумному магу-одиночке, сумевшему провернуть такое? Что за странные Силы, стоят за ним? Что в сложившейся ситуации предпримут адепты Хаоса, свившие себе гнездышко в этом мире? Что касается вселенского Судии и слуг Пожирателя, то тут более менее ясно — уничтожат все живое, из мира высосут все соки, а затем он станет частью Тракта, ведущего в никуда.

Шестерка Хранителей, в образе огненных вихрей — дар от Смотрителя, пронзая толщи мглистых областей, спешно неслись к обреченному миру. Мысленно обмениваясь краткими репликами, они пытались выработать хоть какой-то план действий.

— Да что там случилось то, объяснит мне кто-нибудь или нет? — Возмущался Асамир.

— Точно сказать не могу — ответил Априус, мысленно — ясно одно, кто-то использовал «якорник» и как приманку и как ловушку. В нее попались, и Падшие, и нынешние Владыки Сущего. На данный момент они нейтрализованы. Заключены в черный шар все вместе, а сам шар отправлен в вечный полет в… В общем тут я недопонял…. Но думаю этого достаточно чтобы вмешаться. Мир покрыла непроницаемая броня, и в нем по-прежнему орудуют Слуги Пожирателя и Мессия.

— Броню придется ломать — пробился голос Тэлька — нанесем совместный удар со стороны полюса…, проломимся в мир…, затем каждый возьмет на себя по одному противнику. Ну в смысле по одной Силе.

— Осталось только решить, кто кого возьмет на себя — согласился Фаши.

— Разберемся по месту — ответил Элендар — отсюда не понять, как там все расположено, ясно только одно что собрались они все в одном месте — на острове среди моря.

Достигнув близлежащих к миру областей, Хранители приняли свою обычную форму, в руках появилось излюбленное оружие или предметы силы. Вдалеке показался шар, покрытый черным блестящим панцирем, магической скорлупы. Априуса просто бесило вынужденное неведение, нужно было знать, что происходит в закрытом мире сейчас. Он пытался сплести чары Познания, задействую все доступные средства. Покидая Храм, он так и не снял обруч, и теперь старался дотянуться и до Эфирной сферы, и до палантиров, все еще воспроводящих все, что доступно их виденью. Впервые в жизни, Рус, пожалел, что не обладает истинной божественностью. Голова просто раскалывалась от усилий, он плел Заклятья помогая себе жестами, и сочетая в них, казалось бы не сочетаемое.

Даже отсюда было видно как содрогается мир, как корчит его в ужасных судорогах. Шар телепало и мотало, еще не много и магические корни, удерживающие его на протяжение всего существования, утратят свою крепость, и он сорвется. Ловушка была устроена великолепно, замыкалась на сам мир, все что угрожало магу — дернувшему за веревочки — принимал на себя он, тем самым еще большее упрочняя стены ловушки, каждое шевеление сопротивляющихся узников отражалось бедствиями и жертвами.

Априус скрипнул зубами, неистово желая увидеть, что же там происходит за этой скорлупой-оболочкой, и словно воочию узрел, как одна из девушек воительниц, очень знакомая на вид, поражает своей саблей, этого старого мага, устроившего здесь все так хитро.

— Да это же та девушка! Та самая, что сражалась рука об руку со старым волшебником, защищая Санкор от нашествия. Как она здесь оказалась? О да тут и остальные из того отряда что бился на пятачке, имеются. Сумели отвлечь этого архимага, не меньше, видно по уровню. Видимо тот, находясь в состоянии эйфории, чуть ослабил контроль, уверовав, что все вышло, что все идет согласно плану, что но великий и могучий, всех обыграл. Да обыграл всех богов, и их подручных, но не простую человеческую девчонку, и ее подругу, устроивших спектакль для старого хитреца. Она сумела поразить эту престарелую гниду, жертвуя собой, и подругой, но не убить. Такого чародея, просто так не прирежешь…

В сознании возникает новый эпизод, то что не удавалось увидеть раньше — нижние ярусы пирамиды, или, по сути, бездна, в прямом смысле — то что без дна. Но там есть точка, в которой пересекаются миры, образуя границу, имеющую твердую основу, материализованную как некую заполненную белесой мутью, равнину. Мелькают лестничные переходы, по которым продвигается отряд рыцарей в белых доспехах, им пытаются преградить путь странные существа не живые и не призраки. Появляется еще один отряд — эти явно из учеников кого-то из Божественной Троицы, отряд, состоящий из самых различных существ, гномы, эльфы, какие-то странные существа из водного мира, мелькает гарпия, с ходу схватываясь с текучими, меняющими форму, тенями, не материальными, но способными нести погибель.

Чары показывают всех действующих лиц, этой драмы, практически одновременно. Априусу едва удается понимать, что там к чему. И кто есть кто. Вот опять мелькнул тот самый архимаг, что привел в действие это грандиозную ловушку, теперь он не выглядит таким довольным, он ползет на коленях подвывая, и разбрызгивая кровь из раны. Мелькает очень странный одноглазый человек, в обрывках грязной рясы, и Рус, не верит своим глазам служитель церкви, занят некромантией, при чем чары, которые он творит, направлены против его же Господина.

Следующий кусок — эпизод, вырванный из происходящего в мире действия показывает, что происходит там на самом дне пирамиды, вернее ее вершине что есть низ, там где соприкасаются миры, идет иное сражение. Бьются поистине великие маги, бьются призванные ими союзники. Драконы, древние силы, три чудовищные твари, из которых две очень даже знакомы Априусу, все смешалось, люди борются друг с другом уже врукопашную, твари и драконы рвут друг друга тоже лапами и зубами, мелькают стены быстро выстраиваемого сооружения. Башни? Да похоже там внизу, возникает черная башня, и в ней пытается укрыться тот, седовласый парень-некромант, взваливший на себя роль защитника этого мира. Рядом с ним драконица, бьется, прикрывая его. Между ними чувствуется странная связь, как будто они являются, отцом и дочерью, но как такое может быть? Парень явно человек, хоть и очень не простой. А драконица, бесспорно настоящий дракон, при чем из тех, что могут перекидываться.

Картина боя опять меняется, показывая сражающихся с зомби, орков и горстку воительниц из человеческой расы. Они дерутся на верхних этажах пирамиды, и отсюда хорошо виден спускающийся Судия, которого уже больше некому сдерживать.

У мира все-таки есть защитники, какие — никакие но они дерутся, похоже, вознамерившись положить своим жизни, но не дать врагу восторжествовать. Сжавшая было сердце боль, немного отступает, и Аириус, обретает надежду — может еще и удастся отодвинуть конец. Нужно лишь поспешить, и не мелочиться сразу, нанести удар самыми сильными Заклятьями, а если та обернутся против них же? Тогда в ход пойдет оружие, выкованное в столь давние времена, что ни одна Сила, присутствующая здесь, над ним не властна.

— Мир еще держится, как и его защитники — коротко бросает Априус мысленный посыл своим собратьям — у нас еще есть немного времени. Поспешим!!!

И они поспешили. Рус, впервые увидел своих друзей в деле. Как и он сам, они сохранили частички, себя прежних, таких, какими были еще до гибели, до того, как получили второй шанс. В левой руке Тэлька, появился огромный, блистающий диск щита, торс, и голову, мгновенно охватил текучий металл, превратившийся в чудесные доспехи. В правой руке очутился меч-дао, только с очень длинной рукоятью, величиной с саму руку, таких Априусу видеть, еще не доводилось. Эльф остался практически неизменным, лишь колчан с белооперенными стрелами появился за плечами, да почти закрытый остроконечный, шлем покрыл голову. В руке он держал составной лук, что тоже не мало удивило Априуса — эльфы предпочитают другие. Фаши предпочел некую разновидность боевой алебарды, с приделанной к рукояти цепью. Чем вооружились Асамир и Баград, Априус рассмотреть не успел — они все вместе прыгнули. Прыгнули, и прямо в полете натолкнулись на мгновенно соткавшуюся стену. Их словно захлестнуло гигантским сачком, и дернуло обратно, одновременно погружая в какую-то вязкую, сразу загустевшую, субстанцию.

— НЕ СМЕТЬ!!! — Загремел в ушах ужасающе мощный голос, в котором явно читались приказ, которому нельзя было не повиноваться — Пусть они сами!

В голосе прозвучали знакомые нотки, и Эльдариусиец, узнал его обладателя, впервые применившего свои чары на нем.

— Вот тебя тут только и не хватало — мелькнула скоротечная мысль — как я только мог предположить, что такое действо и обойдется без него?

Глава шестая Развязка

— Зачем так грубо? — Мысленно спросил он у невидимого представителя Третьей Силы.

— А иначе с вами нельзя — не замедлил с ответом тот — за столько то веков, а думать не научились. Куда вы претесь? Одних вон уже словили, и вы туда же. А ловушка там хитроумная, сразу не взломаешь…

— Не держи нас совсем уж за простаков — загорячился Фаши — если эти так называемые боги позволили себя словить, то…

— Не надо мне тут дебаты устраивать — оборвал его Просвещающий — отвлекаете…

В данный момент, Априус, не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, да что там рукой, даже пальцем, не мог он и разлепить уста. Как и пятеро его собратьев. Все они словно завязли в смоле, Заклятие держало хранителей крепко и одновременно нежно. Сила их спеленавшая особо не церемонилась, но и вреда причинять явно не желала.

— Великий! — Более сдержано, и все так же мысленно обратился к дракону эльф — Может, ты хотя бы позволишь нам, быть в курсе того, что там творится?

— Может и позволю. Охолоньте пока — может, в себя придете. А то я уж подумал, ополоумели совсем. Чуть весы не качнули, а их и без вас, уже расшатали. Тут велась не двойная игра, а многоуровневая. Они свое задумывали, мы свое.

— Кто это мы? — Не удержавшись поинтересовался Априус — не испытывающий священного трепета перед говорящим, в отличии от остальных.

— Так я вам и рассказал — в голосе проявилась нескрываемая насмешка. Умный сам догадается, а глупому и знать не надобно.

— Но действительно, что там происходит? Это то мы хоть можем узнать, только не говори что тебе тоже не ведомо — не унимался Априус. — Не прошу показать, просто престань нейтрализовать мои собственные познающие чары.

— Это можно. Я даже усилю их чуток.

Перед мысленными взорами обездвиженной шестерки, закрытый мир, словно раскрылся. От полюса до полюса они узрели его, так как и не мечтали. Охватили взглядом все его материки, моря, острова, храм прямо в океане, где жили местные хранители. Узрели и остров, на котором была построена пирамида, и соседние два, откуда поставлялись зомби. Узрели подъятых силой Судии, мертвых, узрели волну застывшего мрака, и много чего еще такого, отчего брала оторопь.

Появилось изображение усталого черного дракона, несущего на спине чародейку. Ту самую предводительницу отряда, сражавшуюся и за Санкор, и здесь тоже вставшую на защиту мира, это она привела сюда орков. Это в ее отряде был священник, и девушки — воительницы, остановившие старого безумца.

Дракон вынес ее из пирамиды, вынес прямо к Судье, — нелепая попытка остановить эту Силу. Но тот уже был кем-то ранен, весь бок в запекшейся крови, и чародейка, решила повторить попытку. В ее руке материализовались два меча, такие разные и одновременно, схожие, схожие во вложенной в них ненависти, ко всему живому. Их, то она и вознамерилась использовать. Удар, второй, третий, и вот клинки уже воткнулись в плоть, явившегося судить этот несчастный мир.

— Пророчества исполняются — доносится поясняющий голос — старое и гнилое будет разрушено, выжжено — иначе никак. Там есть тот, кому это доверено и дозволено. Он сплетет чары разрушения, преобразуя в свое орудие все что негативно, и все что извне, что не принадлежит этому миру. Смотрите.

Вновь показалось верх-дно опрокинутой пирамиды, сражение на границе миров не утихало, погибли почти все драконы, полегли явившиеся на последний бой местные божества, но с собой они забрали и тех, кто охранял смуглотелого мага, являвшего собой человекоорудие Иных, скрывавшихся ото всех до поры до времени. Чары показались, как трансформировалось в огромное драконоподобное существо, тело парня-некроманта, ведущего свой собственный бой в запертой, черной башне. Как он используя неведомую магию черпает силы во мраке укрывающем полчища «рогачей», заставляет этот же мрак вливаться в стены этой башни, и она начинает расти, поднимаясь из глубин пирамиды, точно гигантское копье. Сюда стекается вся мощь, которая накапливалась веками, в самой пирамиде, во Тьме, в которой прятались те кто не имеет права на существование, стекает сила ненависти упрятанная в мечах ненависти, что по — прежнему торчат из тела Судии, все это поглощает оружие разрушения.

Молодой чародей, использует собственную кровь, крепя стены своей цитадели, похоже, он решил отдать ее без остатка, отдать всего себя. И башня растет, поднимается, круша все на своем пути, круша этажи и ярусы, погребая зловещих зомби, и магов ими понукающих. Он направляет свое копье-таран, куда? Пока не понять.

Прорываясь, уходят прочь из сорванного с «якорей» мира, отряды Божественной Троицы, одолев адептов Хаоса, покидает его пределы черный дракон, унося на спине обессилевшую чародейку, и рядом с Судией, остается только одна единственная воительница, та чем-то знакомая Априусу. В руке небольшой щит и нож засапожник, как она нашла в себе силы, подступить к этой невероятной сущности не ответит никто. Но ей так и не удается достичь его, он останавливает ее силой взгляда, отбрасывая к краю обрыва.

Ползет вверх все, увеличиваясь, черная башня, впитывает в себя разлитую вокруг силу, ломая собой этаж за этажом, сметая веками отстраиваемые ярусы, но отряды мертвых воинов, все еще неисчислимы, все еще подвластны злой воле.

Стерегущие стражи видят сейчас намного больше, чем в своих шарах. Зрят местных Хранителей, которые из последних сил, удерживают мир, от скатывания в бездну. Видят натравливаемые на их обитель огромные водяные валы. Но та пока держится, хотя стены и покрываются сетью трещин. Видят укрывающееся среди скал, существо еще совсем юное, но уже за что-то расплачивающееся, и оно по праву является хозяйкой Смертного Истечения. И выпускает это Истечение на свободу.

Несутся, падают с неба первые капли яда, ничто не в силах спастись, от них, Подобно кислоте разъедают они и мертвую плоть зомби, и их доспехи. Ужасными язвами, остаются они на теле Судии. Но полоса, этой гадости проходит строго очерчено, совсем не задевая одинокую воительницу, застывшую на краю пропасти, значит, существо выпустившие эту силу, на стороне Правящих богов.

Хранители видят как с неба, на помощь отрезанной ядовитым дождем, женщине, бросается всадник Необычный конь сразу выдает своего владелец — никого другого он не понесет. Априус с трудом и некой оторопью узнает его. С их последней встречи тот невероятно изменился, чего чего, но вот проявления старости Рус, совсем не ожидал увидеть. Да он видел его тогда в Тронном Царстве, сразу после бегства Великой Семерки, но не обратил внимание на такие мелочи в свете тех событий. А вот сейчас…

— Да он же просто старик — не даром говорят Старый Хрофт… А эта воительница… да это же его дочь… та что не от Фригг конечно же. Валькирия… Вот откуда она мне кажется знакомой… я же видел ее в Асгарде… Выжила значит на смертном поле.

Трудно наблюдать за всем одновременно, еще труднее осознавать увиденное. Усиленные силой Просвещающего, чары показывали практически все сразу, не делая перерывов. Вот растущая черная башня с жертвующим собой некромантом, сменилась видом скорченного от ужасной боли Спасителя, промелькнул всадник на восьминогом жеребце, уносящий в небо свою дочь. Мелькнуло жуткое и одновременно жалкое существо, повелевающее ливнем, несущим только смерть. Вновь появилась башня, которая все росла, и крушила пирамиду. Строительным материалом для ее стен, становилась любая пролитая вокруг сила. Тьма веками тут обитающая, изливающийся с неба яд, кровь, Она размазала по пути ползущего на боку старого архимага, так и не сумевшего привести себя в порядок после полученной раны, подхватила Спасителя, и понеслась дальше. Некромант внизу, отдавал себя без остатка, жертвуя своей кровью, совсем не здешнего происхождения, и башня вбирала всю грязь, всю магическую гниль, что успела, здесь накопится.

— Разрушая — он очищает мир — коротко прокомментировал дракон — ни что не остается прежним.

— Ты что не собираешься вмешаться? — Удивился Априус.

— Не тот случай, все и так решится. А право вмешаться я сберегу для более серьезного момента. На мне свои ограничения.

Тем временем и так огромная башня, невероятной длины шпиль, все росла, и росла, поднимаясь к облакам.

— Ему не жить? — Коротко спросил Априус, подразумевая парня-некроманта, сейчас в образе громадного драконоподобного зверя отдающего всего себя в борьбе за гибнущий мир.

— Да. — так же коротко ответил Просвещающий.

Башня, достигла оконечности мира, пронзила небосвод, и гигантским копьем своего навершия пробила охватывающую мир скорлупу, разбрасывая ее осколки на многие лиги в межреальности. И не останавливаясь, понеслась куда-то дальше, волоча за собой весь мир. Не будь некромант в преображенном, теле, его крови ни за что бы не хватило, на все это грандиозное строение.

— Боюсь чары придется перенастраивать — подал голос Асамир — вы насколько я понял, использовали палантиры, а они проецируют только то что в поле их зрения.

— Ладно, уж — прочесть такие явный мысли, для дракона особого труда не составило. — Зрите.

Хранители смотрели, и не верили себе — тонкая натянутая магическая нить сейчас соединяла два мира, и именно по ней оказавшийся в самой гуще схватки Великих Сил, молодой чародей вел свою башню. Из-за владения ей ему пришлось отдать многое, изменит самому себе, стать тем, кем не хотелось ни за какие посулы. Но он стал, и вел сейчас свое орудие к указываемой цели, цели которой обозначил, его друг, в совсем другом мире.

Император, человеческой империи в Санкоре. Тоже отдавши свою жизнь, за собственный мир. Но пламя его души горело так ярко, что даже в посмертии, он не оставил борьбу. И теперь огнем, указывал путь, а рядом с ним стоял….

— Как это может быть? — Не выдержав, воскликнул Тэльк — Мы же с Априусом… Я же сам видел, как его вобрали в себя те черные паруса… Ловушка захлопнулась надежно.

— Такова прерогатива богов — чуть удивленно пояснил Просвещающий — видимо сумел раздвоиться. Хотя раньше это у него не получалось.

А затем, они стали свидетелями самого невероятного явления — соединения двух планет. С грохотом, и громом, следуя за волокущей его башней, сорванный с места мир, проследовал в зияющую пасть гигантского провала, и наглухо закупорил тот. Что происходило дальше, было не понять, но даже два светила, дарящие жизнь обеим планетам помедлив, тоже соединились в одно.

— Отныне будем звать его Слимир — торжественно произнес Просвещающий — слившийся мир. Все господа хранители, мне пора. А вам советую подучиться, грядут перемены. Старые законы отживают свое. Противостояние в Большом мире длится тысячелетиями, но правила игры как видите, меняются. Хитрости, уловки, приманки, нет прямых схваток, как в далеком уже прошлом. Свидетелями подобной игры Сил, вы только что стали.

— Великий! Но я кто там главный заправила? — Почтительно поинтересовался Фаши — а то я что-то недопонял.

— Не мудрено. Там до того все смешалось, что даже мне пришлось использовать аватару, чтобы разобраться, что к чему, и ни кого не спугнуть, при этом. В общем, некогда, родился в семье простого, не очень преуспевающего купца, некий незаурядный ребенок. Детство было не то что тяжелым, но и легким его не назвали бы. Его молодость проходила во времена многих смут, происходило множество бунтов, разгорались и затихали войны Веры, когда в леса виселиц превращались целые города, и реки крови текли по их улицам, именно тогда он потерял всю свою семью, а в его голове появилась жажда мести. Он был очень самодостаточным человеком со своими взглядами на жизнь, не впав в ересь, он хотел изучать магические науки, и в этом ему помог один старый дуот. Это представитель враждебной людям расы, вы их знаете как рептилиан. До сих пор не понятно как ему удалось убедить этого старика помочь ему, но он это сделал. И в это период где-то произошел перелом. Он отмстил, создал свою книгу-учение, не понять как он до такого додумался, говорят вроде просто ставил опыты. С Тьмой. И, разумеется, ставил он их над самим собой. После этого книгу сожгли. Инквизиция гонялась за списками по всему свету. Да только зря.

Из-за преследований инквизицией ему пришлось прибегнуть к очень экстравагантному способу решения проблемы, во время погони Эвнгар разыграл сцену собственной кончины с неимоверным количеством силы которая была выброшена в окружающий мир, отряды которые его преследовали были уничтожены а его тело нашли не сразу даже ищейки инквизиторов, к этому месту не хотели подходить живые существа, и когда инквизиция все же добралась до «бездыханного тела» было принято решение построить некрополь в этом месте, тела всех погибших преследователей были захоронены там, так как инквизиторы былине уверены, что Саладорец не сможет вернуться эти несчастные должны были хранить это место, и не дать темному магу вернуться к жизни.

— Но тогда как он вернулся? — Недоумевающее спросил Асамир.

— Благодаря небольшому отряду его последователей, которые сохранили преданность мастеру и смогли пронести ее сквозь века. При помощи того самого трактата удалось вернуть их обожаемого господина в этот мир. Уже измененным, как сознанием, так и телом. И обретшим союзников, которые прятались во Тьме, вернее ей прикрывались. Изначально он конечно был человеком, но не таким как все, вот и искал иные пути в магии, что его и извратило, ну а потом уже помогли небезызвестные нам всем личности — слуги Поедателя, как вы его зовете. Но не только они…

— И что его подвигло на это? — спросил эльф — врожденное уродство? Власти хотелось всемирной?

— Нет уродом, он явно не являлся. Не худой и не толстый. Жилистый с довольно правильными чертами лица, ни у кого не повернется язык назвать его слабаком, смугловатый цвет кожи предавал ему вид южанина. С недлинной, черной, «козлиной» бородкой и вьющимися темными волосами цвета воронова крыла, глубоко посаженные агатовые глаза. Обладал очень быстрым образом мышления, не все с первого раза понимают его замыслы. Внешне выглядит довольно образованным и грамотным человеком, хотя взгляд немного диковат, и постоянно блуждает.

После нескольких веков проведенных в заточении, в каменном гробу посреди некрополя в пустыне, его характер стал нервным и очень беспокойным. Часто разговаривал сам с собой, и при этом его совершенно не интересовало мнение окружающих по этому поводу. Мыслил быстро, четко и ясно. Многие считают его очень нетерпеливым и вспыльчивым, хотя это всего лишь видимость которую он удачно поддерживал многие годы, и если дело требует, то именно тут и скрывается его истинная сущность, его терпению позавидуют скалы. Явно был уверен в своем превосходстве над другими живыми существами, будь то люди, орки, эльфы, гномы, звери или иные живые и не очень существа, хотя это очень сильно попахивает самолюбством и гордыней, ведь не бывает всесильных, и даже ему приходилось не единожды отступать в поединках и схватках. Он был очень хитер и изворотлив, мог обвести вокруг пальца с помощью правды. Уверен, что весь мир обязан плясать под его дудку. Также обладал очень сильными навыками внушения и телепатии. В итоге стал властелином островной империи, и того самого острова с пирамидой. В процессе постройки, которой, практически все жители были принесены в жертву, а после превращены в зомби. Но не он как видите, оказался главным заправилой, а некий архимах — по совместительству владыка одного тайного поселения, затерянного в межреальности. Им тоже владела месть, и властолюбие. Он то много веков назад и напоролся на этот, мир который решил использовать как ловушку. А тут нашлись союзники — древние враги Божественной Троицы — Иные, и был заключен договор….

— А как же сейчас Божественная Троица? Что с ними? — Послышался мелодичный голос Элендар. — Неужели опять будет битва за власть над Сущим?

— С ними все в порядке. Ловушка лопнула. Плоть, правда, распалась, но ничего восстановят. Один присмотрит. Да и подмастерья у них не лыком шиты. Падшие пока думаю тоже не объявятся, после такого потрясания даже им так сразу не оправится. Да и Спасителю нанесен серьезный удар больше по его суперэго, хотя и тело ему пришлось, временно утратить. Так что пока можете не беспокоится особо. Но все хватит расспросов, я и так задержался. Так что прощайте, мне пора.

Присутствие Духа Познание перестало быть ощутимым, шестерка Хранителей почувствовала себя свободной, и не нашла ничего лучшего как вернуться в Храм. Пораженные произошедшим, они еще некоторое время пребывали в ступоре, словно с трудом переваривая все, чему стали свидетелями, но затем, взяв себя в руки, отправились в обратный путь.

* * *

Все. Но в последний момент, пользуясь едва заметным, и видимым только ему следом, Априус скользнул вслед за Просвещающим. Тот в последние столетия, пребывал вообще в непонятных сферах, и если не догнать его сейчас, кто знает, когда они еще встретятся. Те случаи, когда Дракон, сам находил его, не в счет.

Словно ищейка, пущенная по следу, Рус гнался за драконом, используя для этого все свои познания. Просвещающий видимо сразу ощутил это, и соизволил остановиться, проявившись на небольшом ответвлении своеобразной Тропы, что существует на изгибах Реальностей.

— Ну чего тебе, неугомонный ты наш? — Громадная драконья голова четко прорисовалась, прямо перед оторопевшим Априусом, остальное же тело оставалось, скрыто в тумане.

— Поговорить хотел. А то ведь, в прошлый раз толком не разговаривали, стоит переброситься хотя бы парой слов. Как жизнь, да и вообще…

— Насмешил — выпустив из ноздри струйку дыма, громыхнул дракон — может, еще анекдоты потравим, или новости обсудим?

— Я смотрю, ты совсем в дракона перетек, не обращая внимания, на слова Лимлуга — проговорил чародей — и по манерам, и по виду, че со змеем никто дел иметь не хочет?

— Что поделать. Это в древности для людей мы символизировали мудрость. Теперь драконы в большем почете. Видел бы ты, что с моим братцем стало.

— И что? — насторожился чародей, в голове которого медленно зрел план.

— В орла, превратился СОВСЕМ. Вернее в Орла. Но все так же скрытен. Парит, там где-то в ведомых ему одному областях, со мной лишь иногда беседует.

— Понятно, придется поискать, он мне тоже нужен.

— Это зачем?

— Ну во-первых меня волнует дальнейшая судьба того парня-некроманта, что жизнь положил исполняя предначертанное, сам того не понимая. Он ведь, по сути, спас не только мир, но и богам службу сослужил. И насколько я понял, сорвал планы их противников. А во-вторых я хотел бы поделиться с вами как представителями Третьей Силы, некоторыми знаниями.

— Какими же должны быть эти знания, чтобы мы о них не знали? — Чуть, насмешливо изумился дракон.

— Ну — немного помялся Априус — скажет так это сведения о возрождении Вселенной. Я тут нечаянно активировал Хранилище.

— Какое еще Хранилище? Говори яснее.

— Ну есть одно запредельное место… там содержатся ячейки с Зародышами Жизни. Это своеобразные Зерна Созидания. В них хранятся все зачатки всего — организмов, сжатой материи, звездного пламени, ну и всего того из чего состоит Сфера. Не спрашивай больше, не знаю что в них. Так вот я запустил механизм, и в случае чего Вселенная готова возродиться. Я решил сказать, чтобы вы знали.

Дракон полыхнул пламенем:

— Да ты хоть понимаешь, что натворил?! Я только догадывался о существовании, такого как говоришь — Хранилища, а ты…

— Это вышло случайно, нужно было проверить одну гипотезу…. Ну что сделано то уж не воротишь. Для возврата в прошлое еще не изобрели Заклятий. Бывают только случайные сбои от магических штормов. Но как мне кажется, лучше их не изобретать, всегда найдется кто-то, желающий кардинально изменить прошлое, и мир полетит в тартары. К тому же одна и та же материя не может одновременно существовать в одном пространстве и времени, так что лучше не экспериментировать. Но ты мне лучше вот что скажи, как создать аватару?

— Боюсь для людей, это почти не выполнимо. Можно поместить свой дух в другое тело, но аватара… Понимаешь когда изначально была чистая Сила, а потом облеклась плотью, она может временно отдать часть себя аватаре, создав ее как отдельный организм. Но еще нужна божественность. Ты же был изначально плотским, лишь потом, обретя возможность временно развоплощаться, хотя…. У тебя может и получится, но пути ищи сам. Я же говорю, многое изменилось в работе законов Вселенная, медленно, но стареет, утрачивает созвучие. Старые мантры уже не так сильны, священные гимны тоже.

— Ладно, с этим понятно, ответь мне на вопрос, играющий не малую роль в судьбе Большого Мира. Почему ты не выступаешь против Поедателя и его Тварей?

— Все тот же гребаный баланс, некоторые древние положения нельзя изменить, пока не изменить. По законам магии любой Сотворивший Заклятие, имеет с ним связь. Тем более тот, кто призвал Пожирателя, и пока он жив, эта связь останется. А поскольку чародей, сделавший это, сейчас Истинный бог, то и Поедателя так просто не изгнать, и не победить, ведь клич призыва все еще звучит в эфире, и ни куда не делся…

— Вот как, а сами Правящие боги, это понимают?

— Не считай меня всезнайкой, я читаю в душах, а не мыслях, но думаю да. Только покончить с собой, ему надо было сразу, после того как начался прорыв, как это сделал его собрат по Ордену… А об остальном не спрашивай, сказать не могу, не имею права.

— Хорошо, но как насчет того парня, что добровольно стал на защиту «якорника» толком даже не понимая против кого воюет? Он ведь так и будет лежать в иссохшем теле чудовища, на дне своей собственной башни, пусть не сейчас, но чуть позже дайте ему шанс, пусть и не в старом теле. Ведь должна же быть хоть какая-то справедливость.

— Знаешь, ты должен уже понимать, что справедливости нет…

— Так давай начнем ее творить, — запальчиво перебил Априус — этот парень заслужил свое возрождение. Или ты будешь это опровергать, а Великий? Ведь меня же вы вернули в свое время… К тому же за всю свою жизнь, он был не плохим поставщиком душ, для твоего брата, не так ли? А то куда они отправлялись это уже не его забота. Этот молодой маг сродни мне, меня тоже никто не призывал заботиться о том же Мидгарде во время прорыва Твари из Хаоса. Да и потом, сколько сил потратили мы, защищая миры, и заметь это без всякого назначения. Сейчас да, я Хранитель назначенный и посвященный, но не тогда. Так что уж пожалуйста, изыщи возможности, используй прорехи в законах, или как там вы это делаете, и пусть справедливость восторжествует.

— Хорошо я подумаю. Но тут есть свои ограничения, это не просто душу вернуть в тело, это, по сути, создать новую телесную оболочку и пересадить в нее уже ушедший атман. Но я взял это на заметку можешь не переживать. Если в Тронном Царстве о нем не вспомнят, тогда и займемся.

— Твоего слова мне достаточно. Но скажи-ка мне еще вот что. Я догадываюсь, что нужно было, этому последнему, надеюсь гнезду черных аколитов — Лорды Хаоса хотели взять реванш за прошлые провалы, стремясь если не отъять хотя бы кусок Большого Мира, то наладить каналы для подпитки своих адептов. А Поверженные боги пытались обрести оружие и источники Силы для свержения Божественной Троицы, и вернуть себе Троны. С архимагом, и слугами Поедателя тоже все более-менее ясно. Но что нужно Иным, каковы их цели?

— Их планы и цели далеки от нашего понимания. Странны и туманны. Они хотят спровоцировать рождения нового Творца. Зачем или для чего не знаю.

— Как это возможно в пределах Вселенной? Или вообще возможно ли?

— Это вопросы уже из области философии. Ни кто до сих пор, не знает, как возник наш Творец — по сути, Хозяин Сферы.

— Я немного догадываюсь.

Дракон в изумлении, широко распахнул глаза, удивленно поднимая веки:

— Ну-ну и как же?

— Зародился. В океанах первичного Хаоса. Именуемом еще Ничто. Его первоначало издало первый звук, и первую волну колебаний и вибраций. На которые откликнулись другие более слабые, впервые отвечая на зов. Из этих звуков, волн, и колебаний, родились первые цвета и мантры. ШЕСТЬ ПЕРВИЧНЫХ ЭНЕРГИЙ, ОН СЕДЬМОЙ ВСЕ ИХ ПОДЧИНИВШИЙ И ОБУЗДАВШИЙ. Вот так и появилась его психоматрица. Так, по крайней мере, объяснял мне наставник.

— Хороший видно у тебя был наставник. Он из Истинных Первых что ли?

— Да. Из тех, кто помогал Творцу созидать, уже, после того как он воплотил свой замысел.

— Они его помнили? — Как-то грустно спросил Просвещающий.

— Нет. Их память о Первом Дне, который длился не известно и сколько, была начисто стерта.

— Жаль.

— Всем жаль. Да что уж теперь говорить. Ладно, пора мне. Собратья заждались уже наверно. До встречи, Тагник-Зур.

— До встречи — склонил голову дракон, растаивая в тумане.

* * *

Хранители, как и тысячелетиями, ранее, собрались за круглым столом. Априус, Асамир, и Баград, по очереди рассказали обо всем что увидели, и узнали. Эльф и братья, сидели на диво молчаливые и насупленные. Фирлинг, Числинья, Загод и Веленфор, выслушали молча, Эледвен же все время накидывалась с расспросами, да Ниррас прерывал с уточнениями.

— Да дела — пробормотал Загод выслушав рассказчиков — удайся им задуманное, такие бы беспредел и неразбериха начались, аж жуть берет.

— Не начались же — ответил ему Фаши — меня лично больше беспокоит то, что мы об этих Иных, ничегошеньки не знаем. Откуда они, чем и как живут? Природы их Силы? Еще одни непобедимые? Но таких не бывает, и быть не должно.

— Много чего быть не должно — а случилось — рявкнул Ниррас — похоже нам действительно пора подучиться, раз говорите сам Просвещающий советовал. А то я перестаю понимать действие наших законов, силы извне вообще, похоже им не подвластны. Я понимаю когда, к примеру сражались бы между собой Тьма и Свет, Древние боги и хтониское здл, маги и чародеи, колдуны и волшебники, королевства и империи, это все внутренне, и баланс понятен. Но когда наши же законы, ограничивают нас в борьбе с Инородными Пришлыми Силами, это ни куда не годиться.

— Остается еще вопрос — кто поставил эти весы, что вроде бы взвешивают Равновесие Сил? — поддержал тему Фирлинг — они вроде бы были еще на самой заре времен.

— Может, и были — пожал плечами Априус — эти принципы всегда работали, в местах, где не было явного победителя. Но, по словам все того Просвещающего, нынешних богов, вроде бы сама Вселенная избрала своими управителями, дав им право распоряжаться и тремя Источниками, и вообще всеми ресурсами. По-сути они являются наместниками Хозяина, а значит, имеют перевес, откуда же у их врагов взялось право на противодействие?

— Оттуда что именно местные призвали Силы Запредельные. — Горячо ответила эльфийка — Устраивали пробои для Хаоса, разработали философию о Поедателе, которую и использовал, один много возомнивший о себе, маг Предела. Собственным заклятьем, призвав это всепогложающее Нечто, в нашу Вселенную. Не поклоняйся это малодушное человечество разным там, Иным, они тоже не имели бы такого влияния. Весь вопрос в продажности людской, и в жажде властвовать.

— Этого уже не изменишь — проговорил Тэльк пробарабанив, пальцами по столу — мне начинает казаться, что так было всегда. Кто-то изначально извратил путь людской.

— Согласен, не изменишь, но стремится все же нужно. Хотя порой и на меня накатывет, хочется просто предоставить весь этот заблудший скот, под названием люди, самим себе, и посмотреть чем все закончится. Станут ли сверхсуществами, или впадут в дикость, чтоне сильно отличима от звериной. К тому же и Смотрящий, четких указаний в этом плане не давал, бы оберегаем тварные миры, но не общества гуманов, так что при чрезмерном проявлении их гордыни, жадности, и других пороков, могли бы и не вмешиваться. Пускаяй бы плодились все эти Властелины, чего-то там, Повелители Стихий, Владыки и Владетели, в итоге лни бы либо деградировали, либо нашли способы контролировать таких сородичей. И это было бы нормально. Да только все больше и больше появляется мелких душонок, даже среди простого люда, а отсюда коварство, предательство, всякие злодеяния и тому подобное. Я не стал идеалистом, но пока еще понимаю что хорошо, а что нет, и нехорошие дела ими и остаются, как бы не назывались.

— Мы так и думали — невесело проговорил Фаши — тогда изначально, когда обьявили себя богами, мол чего с этим разношерстым стадом, под названием род людской церемониться. Падите ниц и служите нам, ведь у многих из вас это в крови. Но знаешь брат, попадаются индивидуумы, вот ради них, и стоит пока бороться, не давая прорастать всяким Властелинам.

— Вот и я пришел к такому выводу — согласно кивнул Априус — наврядли и сам Творец, рассчитывал на всех своих чад, ожидая от них неуклонного следования своему предназначению. Так что пока есть эти индивидуумы, будем надеяться… А сейчас прошу меня простить, — он поднялся из-за стола, но у меня есть безотлагательные дела. Пока все будет устаканиваться, можно не беспокоиться, о новых выходках кого бы то ни было. Хотя все возможно. Зовите, если что.

Он развернулся и вышел, а как, только, покинув Храм, сразу отправился в свою звездную обитель, где уже могли и начать волноваться, по поводу его долгого отсутствия. Имея семью, не следует о ней забывать. Жены конечно, скорее всего, в поместье обучают внуков разным премудростям, но зверокоманда должна быть в Гиль-Эстэль, как и патрульные.

— Хотя может по дороге заскочить еще в одно место? — Уже на пол пути, до места назначения, подумал Рус, и круто свернул

Часть вторая

Прелюдия

Где-то среди Межреальности. Все тот же громадный пик, что больше напоминает шпиль, чем гору, одиноко возвышается над заполненной туманом бездной. И такой же одинокий человек, застывший на самом краю, маленькой площадки, на самой вершине. Вокруг никого и ни чего нет, только покрытая изморозью скала. Небо плавится, и всполохами высвечивает струящиеся неведомо где, реки, из расплавленного камня.

Человек достал из сумки, старую каменную фляжку, откупорил и сделал большой глоток, тягучего, красного вина, закрыл глаза полностью предаваясь ощущению вкуса, затем, вновь распахнул очи, и не пряча сосуд, отойдя от края, уселся скрестив ноги, подальше от обрыва. Он освобождал место для, своего визави, а пока тот отсутствовал, задал себе вопрос — а остаются ли Великие Силы неизменными? И сам себе ответил — пожалуй, нет. Вот и Собиратель Душ, изменился, наверно сказывалось пребывание в особых областях Сущего.

Еще изначально, в давние времена, тот стал практически недоступен, ни для кого. Последний раз до него смогла дотянуться только одна лишь кроткая девушка, былая богиня, отказавшаяся от родни, и тем самым от истинной божественности…. Но был еще один случай, когда до Пернато Змея, тьфу ты, уже Великого Орла, дошел зов. И тот откликнулся. И теперь, тот, кто однажды уже обращался к нему, позвал снова. И имел право — ведь исправно рассчитывался с долгом, направляя души павших, только ему — Соборному Мировому Духу, хоть и у того, в недавнее время, тоже появились конкуренты.

Исполинская тень, промелькнула над головой, и Орел, грациозно уселся на каменную площадку, едва не придавив ожидавшего его, мужчину. Повернул голову, чтобы лучше видеть призвавшего его, человека, хотя ему это и не тебовалось, легко вонзил когти в камень, и без обиняков, поинтересовался:

— Чего звал? Опять что ли кого-то надо пробудить? Вернувть из вечной спячки, или что другое?

— Здравствуй Великий!

— И тебе не хворать, хотя, не ты ли говорил что нам не до этих лишнесловий?

— Я. Но вежливость еще ни кому не помешало. А звал, потому что не дает мне покоя, мысль о судьбе одного молодого чародея. Он славно потрудился на благо якорного мира, и не только. Ты должен знать кто он, и где искать его суть.

— Почему он тебя так волнует?

— Потому что напоминает мне, меня юного, ничего толком не понимающего, но так же взявшегося защищать миры, по собственной воле. К тому же благодаря нему, из ловушки вырвались братья-боги, а план противоборствующих им Сил, провалился. Ведь думаю, ни твоему братцу, ни тебе, их участь не безразлична.

— Хорошо, я понял. Говори — чего хочешь? Что ты хочешь конкретно? Даже освободившиеся боги, и те как-то не удосужились заняться его судьбой, хотя и знали о нем…

— Разыщи его душу, и верни в тело. А так же позволь моим чарам, вернуть ему прежний облик. Дальше я все сделаю сам.

— Гм, а ты понимаешь, насколько высока будет плата за мое вмешательство? Да и связующие положения Закона…

— У меня пока еще есть возможность, чтобы рассчитаться. Не во всех моих мирах, побывал Спаситель. И не во всех верят в Валгаллу, которую так и не восстановили…

— Ладно, считай, уговорил. Я подумаю над этим. Только со старым телом это не выйдет… Но в остальном можно посодействовать. Дадим ему новую оболочку. И рад что тебе еще не все равно, а это что-то да значит. А теперь, бывай! Некогда мне тут рассиживаться…

— Погоди, а братец твой далеко?

— Для нас это понятие не существенно. И ты же знаешь, брат, он сам себе на уме, я не так то уж часто с ним вижусь. Ну все, говорю некогда мне… Отрываешь.

Взмах могучих крыльев, и громадное существо испарилось, как будто его здесь и не было, на скале остался только человек, проговоривший тому вслед искривляя при этом губы:

— Вечно вам некогда, занятые прямо куда там. Столько лет прошло, а все никак не пойму, вы на самом деле Третья Сторона, или все же Первая?.

Он поднялся на ноги, хлебнул еще вина, из так и не закупоренной фляги, и некоторое время стоял не двигаясь, словно бы к чему-то прислушиваясь, а потом проговорил натужно:

— Ну что скажешь? Пришел объявить Приговор?

Холодный голос, сейчас слышимый только ему, произнес:

— Может, и стоило бы, но нет, учитывая всю твою необычность, и не усидчивость. Ты хорошо служил, даже чрезмерно усердствовал. И потому на некий, неопределенный срок, можешь быть свободен. В вверенной тебе вотчине наврядли что нибудь произойдет даже в ближайшие пару тысяч лет. Даденный тебе шанс ты оправдал.

— Ты… Ты что отпускаешь меня?

— Вообщето от меня не уходят. Но на время, у тебя как бы длительный отпуск. Пройденный тобой путь, лишь начало следующего. Фаза Обучения и Испытания завершена. Теперь можешь отправиться туда, куда ты так долго рвался. Боюсь для полного анализа твоей кандидатуры, имеющейся практики не достаточно, поэтому изучи те области Сферы, где ни эльфами, ни тем более людьми даже не пахло.

— И насколько это далеко? Как мне их выявить такие Области?

— Идеи придут. Жди.

Голос как появился внезапно, так же внезапно и пропал, а человек еще некоторое время стоял словно огорошенный, приходя в себя — перед ним открывались совершенно далекие горизонты, а затем по своему обыкновению, раскинув руки, как крылья чайки, он с разбега кинулся в бездну. Свободу нужно было ощутить, а что еще может это сделать как не почти бесконечное падение, похожее на полет.

Высшие сферы, спустя некоторое время.

Тот, кто спит вечным сном, не видит снов, дух его парит где-то в сферах инобытия, он блуждает в призрачных мирах, он выполнил своё предначертание и заслужил вечное путешествие, странствие в стане Забвения. В остатках чёрной башни долгое время всё неизменно, плавно течёт время, ни один звук не тревожит тишину, царящую внутри тёмного зала. Пыль изрядно бы припорошила иссушенные временем тела, если бы не старая магия, хранящая это место, и нет ни малейшего дуновения ветерка в закупоренном склепе на так называемом дне миров. Являющимся ни чем иным как сточной ямой под миром. Обитатели этого места давно успели привыкнуть к молчаливой громаде из чёрного агата, никто не обращал на неё внимания и занимался своими каждодневными заботами. Будет ли так всегда? Или же Великие Силы все же снизойдут и возродят к жизни, тех, кто утратил ее столь рано, не прожив отпущенный срок?

Он еле осознавал себя летящим куда-то, сквозь время и пространство не было ни страха, ни боли, одна лишь радость от полёта и предвкушение встречи с кем-то до боли родным и в тоже время совершенно не знакомым. Полёт продолжался то ли мгновение, то ли целые эоны времени он не знал, сколько вот так уже летит, может быть и всю жизнь, а может только начал своё долгое продвижение. Оголенное естество того, кто был когда-то человеком, объединявшим в себе воина и мага, что в принципе редкость, внезапно осознало себя, зависшим в пространстве необъятного храма. Или это ему так показалось, ибо по сторонам, сзади и спереди смутно угадывались далекие своды, колоны и звездный купол неба над головой. Дсе неописуемо огромные тени скользили вокруг него, не превращая этот скользящий полет ни на миг. Затем прорисовались четыре огромных глаза, и впились, казалось в самое нутро зависшего перед ними существа.

— Человек — загремело, заколебалось пространство — после некоторых колебание мы вынесли вердикт о твоей дальнейшей судьбе. Чаши весов твоих добрых и недобрых поступков застыли, Предназначение не выполнено. Поэтому мы даем тебе возможность закончить начатый путь, который прервался вначале. Ты будешь вновь воплощен. Естественно утратив при этом большую часть памяти, имя, и даже некоторую часть своей прежней сути. Но я должен спросить: — Согласен ли ты?

— Кто вы? — Вместо ответа поинтересовался кандидат на возрождение.

— У нас много имен, как было и у тебя. И не одно истине не соответствует. Ха-ха… В общем, можешь звать нас Жрецами Сферы, иногда мы выполняем функцию проводников ее воли. И пойми это не наша прихоть воскрешать тебя, это я говорю на тот случай, если тебе нравился покой забвения.

— Тогда почему же?

— За тебя просили. И уплатили. НИЧТО НЕ БЫВАЕТ В ЭТОМ МИРЕ ПРОСТО ТАК. Тебе оказана великая честь. Обычно о нашем существовании даже не догадываются, а с тобой мы… еще вчера не мог бы себе представить — говорим, потому как твоя заслуга перед Вселенной, не умаляет в этом нас. Не каждому человеку удается спасти целый мир, пусть и не в одиночку, но ты это сделал. И потому за тебя нстойчиво просили.

— Кто?

— Придет время — узнаешь. Только по их просьбе мы это делаем. Твое старое тело останется нетленным, и будет пылится в руинах башни. И ты свободен будешь прервать новый жизненный цикл, если тебя призовут Властвующие ныне гм… Боги. Но пока что-то они о тебе не вспомнили, хоть ты сражался и на их стороне. Быть может они одумаются, и тогда ты волен будешь вернуться, если захочешь… Пока же ты получишь новое имя, составленное из частей тех, что носил прежде, и новую плоть. Как видишь, мы ничего не творим, просто помещаем уже готовое естество в новый сосуд, выполненный из частичек прежнего, утратившего жизненные соки… В общем, отныне ты будешь зваться Кэфентом, в этом имени заключено три твоих старых, надеюсь, ты вберешь в себя и часть от всех трех своих личностей. Все иди. Тебя найдут, едва ты осознаешь себя как человек. И прости, ты не будешь совсем свободен — на краткий миг во тьме четко прорисовались глаза, чем-то схожие друг на друга, но и такие разные — птицы и рептилии — тоесть у тебя не будет свободы выбора, чем заниматься. Служение — это уже ограниченная свобода…

— Но вначале ты познаешь здесь основы мироздания — раздаётся уже другой голос, чем-то смахивающий на птичий клекот.

И поток светло-фиолетовой энергии устремляется к светящемуся овальчику в котором находиться душа чей путь пока окончен. Душа с трепетом внимает истинным знаниям, снисходящим на неё, знаниям творения самых мощных и самых чистых заклинаний первых времён, законов по которым они работают. Это были формулы не боевой магии, а знания хранителей миров производящих коррекцию магических потоков, направляющих их движение в нужные русла, таким образом Душе давали и другие различные знания, учили законам равнодействия, давали знания о том какими способами можно лечить тот или иной мир, какие законы действуют или не действуют в межреальности, о запрете творить что-либо или кого либо, а лишь только изменять и корректировать. Внутреннее суперэго было изменено, и тот, кому принадлежала душа, уже никогда не будет прежним. Наставления, советы, запреты были даны, и названный Кэфентом, услышал:

— Все иди. Тебя найдут, едва ты осознаешь себя как человек. И прости, ты не будешь совсем свободен — на краткий миг во тьме четко прорисовались глаза, чем-то схожие друг на друга, но и такие разные — птицы и рептилии — тоесть у тебя не будет свободы выбора, чем заниматься. Служение это уже ограниченная свобода. В какой-то мере ты станешь… агентом что ли. Ну же ступай!

Кэфент почувствовал, что снова летит куда-то, а затем увидел вспышку, затем наступила темнота, и он ощутил уже почти забытое ощущение молодого здорового, тела. А еще самое главное не было тягучей неизбывной боли, что тяжестью ложиться на душу, не давая подниматься в к Абсолюту, и это тоже было даром Жрецов.

Глава первая Двойное освобождение

Едва вернувшись, в Гиль-Эстэль ее хозяин объявил общий сбор, Априус не то чтобы собирался, распускать своих подручных, а как бы предоставлял им такой же отпуск, какой выпал и ему самому. Отпуск неограниченный количеством дней, и свободой действий, но само собой разумеется, в определенных рамках. Хотя рамки можно и раздвинуть…

Когда все собрались, Эсгалдирн вкратце ввел всех в курс дела, торжественно обьявив в конце:

— Так многоуважаемые мои, вы свободны от своих обязательств, и можете посвятить жизнь всему чему, заблагорассудиться.

Наступило огорошенное, продолжительное молчание, никто не нашелся что спросить, или сказать, и Рус, немного, горько проговорил:

— Что ж, раз молчите, скажу я. Тоесть если вы конечно, непротив, я вам назову кое-какие варианты, чем заняться в первое время. Итак, Менгафар. Твоя мечта сбывается, быстрее, чем ты думал. Возьмешь, как мы обговаривали, под свое командование всех Лусиарцев, за исключением Тано и Киана. И организуешь свою крылатокопытную дюжину, пегарогов ты уже давно отобрал, так что будете прочесывать дикие места в межреальности, и лишь иногда, заглядывать в миры.

— А нам что делать? — Тут же вскочил с места Перегуд. — Я как-то не привык, всю мою жизнь моим домом, были казармы, походные шатры да палатки. Потом наши два замка и палуба «Версара»…

— Погоди, сейчас скажу — усмехнулся Априус, понимая, что воин, попросту отвык думать сам за себя — Значит так, если вы согласны, ты Харей со своей командой на «Версаре» отправятся в гости к Серентину с Дрендомом. Хитар, Ротарь, Богар, Кронк, Берлиар, и вы ребята он обвел взглядом лица остальных в прошлом легионеров, тоже отправитесь туда.

— Это зачем? — На правах былого, наиближайшего соратника поинтересовался Богар?

— Начну по порядку. Во-первых, соорудите настоящие Звездные Врата. Большие чтобы могли армии проходить. Лучше всего в районе первой Дагорлад. Во-вторых, в троемирье, тоесть Хрутаре, Лундоре, и Схоре, сейчас упадок, но как раз уже все условия подготовлены для создания новой мировой империи. Этим и займетесь, вам Хитар и Ротарь тем более не привыкать, заодно и проверите кто там из переселенцев выжил.

— Да наугримов теперь из под гор, вытяни попробуй — хмыкнул Ротарь — они там так замуровались. Что не дозовешься, хорошенько гору не тряхнув.

— Разберетесь как-нибудь. В первую очередь наберете рекрутов для формирования легионов, если понадобиться проведете захват власти, но гдавенствующие позиции не занимайте. Сероентин поможет разобраться…

— И каким принципом руководствоваться во время отбора? — Спросил нескольео, не ожидавший такогозадания-просьбы, Хитар.

— Племенным. Если есть местные армии, их не трогайте, набирайте и обучайте молодежь, из самых захудалых племен. Они только счастливы будут.

В общем, таким образом, будем создавать прочный оплот сугубо для себя, а то что-то совсем непонятно что дальше будет со всей Совокупностью Миров, поэтому не помешает иметь твердый тыл. Союзники у нас если и появятся, то лишь в самом неординарном случае. Впрочем, а когда было иначе? Так что пусть пятимирие вновь копит силы — драться придется одним против всех, но и отходить будет куда. Калабу тоже надо разведать, она не пойми теперь чья. С Вестой мы выянили, там точно нам верны. Но с Саларилем надо договорится о содействии… Далее как только понятно будет, что все начинает получаться, Харей, Богар, и Ротарь, втроем вернетесь сюда, на «Версаре» само собой. Для вас будет еще одно задание….

— А мы — вдруг поднялся Ингольдор — если наш вождь не возражает, конечно, хотели бы отправится в свою родную Арду. Очень уж хочется посмотреть, какой она стала, Да и в чертогах Мандоса, нас могут уже и ожидать, а в этом случае наша служба будет окончена.

— А как же Вильварин? — Поинтересовался Априус — она ведь не оттуда? И Вельда как же?

Эльф посмотрел на свою жену и на своего лесного собрата, рядом с которым сидела Вельда, являющейся принцессой, из человеческого рода, тяжело проговорил после паузы:

— Я думаю, что мы вправе отказаться, от назначенной участи, но явиться просто обязаны. А там посмотрим…

— Да так у нас всегда — буркнул Априус — главное отправиться, а там посмотрим…. Что ж раз решили, значит, так тому и быть. Можете вместе с Хареем, добраться туда, они дальше пойдут, а вы сойдете. Что касается остальных — это по вашему усмотрению, хотите тут оставайтесь, хотите в поместье перебирайтесь, но за замком присматривать не прекращайте. Если уж сильно припрет отлучитьсякуда-подальше, я не буду против, главное не выдавайте своей силы, и скрывайте, кем являетесь на самом деле.

— Я, пожалуй, здесь останусь — неожиданно заявил Охтар — идти мне не куда, мой народ так долго не живет, царство мое разрушено еще во вторую эпоху. Скарб весь мой здесь, да и вообще хоть и не хочется признаваться, но стар я стал, скитаться. Посидеть у камина с кружкой доброго э-э ну чего нибудь доброго, я тут для себя кучу новых вкусов открыл… Так вот это уже для меня то что надо. И за замком присмотрю, и за всем хозяйством вообще. Мож по железу или по камню поработаю…

— Ну раз хочешь — кто ж будет возражать — пожал плечами Рус — а вы ребята куда?

Он глянул на Атарка и остальных хирдманов. Те попереглядывались, затем Старк ответил за всех:

— Да в Андориносе погуляем, старой командой чуток, погоняем разжиревших торгашей. Инкогнито само собой, как варяги дикие. А затем в Нордалии хотим побывать, она по слухам на наши суровые края смахивает, вот веришь — нет повелитель, а тянет по студеному морю под парусом, походить. На досуге вот обговаривали, что, мол, было бы здорово, в юность окунутся, и тут пришла эта идея…

— И то дело — согласился Априус, невольно завидуя, ему то самому в юность нигде не окунуться, нет такого места, чтобы все в гармонии. — Только в Мидгард не суйтесь, там и без вас воду баламутят.

— Ну а ты сам, повелитель? — Поинтересовался Богар — могу, предположить в странствие отправишься?

— Можно сказать и так — усмехнулся Априус — но вы особо не расслабляйтесь, я ненадолго отлучусь. А уже после отправимся в совместный поход, туда, где нет ни людей, ни эльфов, ни вообще кого-либо из известных представителей разумных существ, там обитают совершенно иные формы жизни. И их давно пора изучить. Ну а теперь прощальный ужин…

— Это мы завсегда готовы — растянул губы в улыбке Хорсак — сам удивляюсь, как не надоело то?

— Тебе надоест, как же — поддел друга Рудольф — у нас тут почти Валгалла — ешь, пей, захочешь дать кому-то в зубы тоже, пожалуйста, только в одну из дверей, что внизу выйти надо. Ну и услады там же…

Априусу стало немного грустно — с таким трудом созданный, и просуществовавший тысячелетия Патруль Стражей, не разваливался, конечно, но как бы на время утрачивал свою значимость, хотя может это и на благо. Стража нуждалась в отдыхе, нуждалась в переменах, если понадобится, их снова призовут, а пока… Пока они предоставлены самим себе, и это открывает такие горизонты что и не снилось. Вновь возвращается прерванное еще в юности время странствий, время бесшабашных выходок, и поиска новых путей, во всем. Пришел долгожданный час Дальней Разведки.

Хоть ужин и выдался немного тягостным по началу, но хмельное пиво и дурманящее вино сделали свое дело, загремел смех, посыпались шутки, а по залу понеслись звуки музыки, которая лилась прямо из воздуха, отражаясь от стен, и зовя, пустится в пляс. Последний совместный пир, и не известно, сколько времени минет, пока они снова соберутся…. А перед тем как отправиться в собственные покои, Рус, призвал остающихся без особых дел подручных, и дал каждому непосредственное указание, скрытно выведать все что творится в особо важных местах Сферы, включая Престольное Царство, проявленные Источники, излюбленные миры Божественной Троицы, плюс собрать все возможные сведения о них самих, и слухи о проявлении новых магов Предела, ибо сей тайный Орден, хоть и утратил свое существование, но не угас полностью.

Проинструктировав своих верных сотоварищей, хозяин Гиль-Эстэль прошелся по донжону, заглянул в зал с моделью хранимой ранее ветвью Иггдрасиля, где мерно мерцали многочисленные миры, так долго оберегаемого им Сектора, и лишь потом решительно направился к себе.

Утром, которое здесь искусственное, Априус распрощался с родными, чмокну близняшек и близнецов, и растолкав сонную зверокоманду, приказал следовать к двери ведущей в Андоринос — ему не терпелось. И странствия начинались.

Просторы Вселенной поистине необъятны, чтобы исследовать их полностью не хватит никакой жизни. Да Априус к этому и не стремился, цель его была строго определена. Эта область, скорее всего, лежала в несколько иной плоскости бытия — там, где граничили друг с другом Дворы Порядка и Хаоса. Там где в глубокой древности было основано и процветало до сих пор Янтарное Королевство. И мир в котором оно зародилось, отбрасывал от себя великое множество Отражений, или своеобразных Теней, являющихся ни чем иным как такими же мирами, только немного попроще. И если бы принцы и принцессы из этого королевства, не странствовали по Отраженным мирам, иногда подолгу живя в них, то никто бы и никогда не узнал бы о существовании загадочного мира. Собственная система магии, собственные обряды посвящения, позволили детям королей, далеко продвинутся во владении Силой, и создать удивительные артефакты, не требующие особой подзарядки. Но более всего заинтересовало Априуса, это то как эти Дворы, научились сосуществовать. Или же это всего лишь байки? Вот это помимо всего прочего он и хотел выяснить. Потому что просочившиеся в миры легенды говорили о том, что Тварный мир Порядка создавался не кем иным, а одним выходцем из домов Хаоса, ну или двумя.

Где же располагался этот загадочный мир? Ответ находился во все той же, вроде бы ничем не примечательной для постороннего вгляда Ки, именнуемой еще Землей Матерью, потому что именно она, дала приют многим беженцам из всевозможных миров. Туда и предстояло отправиться собираемому Априусом отряду.

На рынках Андориноса была приобретена соответствующая экипировка — отряд ни чем не должен был отличаться от странствующих воинов. Поэтому были закуплены вещевые мешки, маленькие арбалеты с наборами всевозможных болтов, несколько мечей со скрытыми механизмами, мефриловые кольчуги, и провиант. У ворот города их ждал пятый участник похода, эльфинит Фиор, иначе именуемый просто Пронырой, полукровка от рождения он избрал нелегкое ремесло, не пользующееся популярностью ни у одной, ни у другой расы. Спасенный когда-то Априусом от патрулей, он всячески пытался вернуть свой долг, и вот теперь случай представился. В Гильдии Воров, Проныра не состаял, и отстегивать им, процент тоже не собирался, поэтому жизнь его можно сказать всегда была на волоске от смерти. Брался он только за самые интересные и рисковые заказы, в основном добывал различного рода артефакты, и редкие манускрипты, вывезенные из самых разных уголков Сферы. Ну само собой если они представляли хоть какую-нибудь ценность. Заказчики его щедро одаривали, но денег у него не водилось никогда, он спускал их почти сразу после очередного дела, потому что ни в че себе отказывать не любил.

Априус окинул фигуру, застывшую в тени раскидистого клена, цепким глазом отметил увесистый мешок, за плечами Проныры, и кивком подозвал того к себе.

— Ты готов? — Скорее для проформы, чем, действительно интересуясь, спросил он.

— Да — коротко ответил полукровка, — я уже заждался.

— Вот и отлично — улыбнулся Априус — сейчас заберем еще одного участника похода, затем заскочим в одно местечко и в путь.

Они покинули город, и Отправились вдоль по побережью, выслав вперед Рунина, который внимательно осматривал песчаные пляжи и тенистые места под пальмами, именно в этом районе должен был находится шестой член отряда.

Первым, в чем ничего удивительного, абсолютно голого человека, лежащего на подстилке из сухих пальмовых листьев, обнаружил Рунин. Он спикировал, вниз, уселся у головы спящего, и принялся рассматривать, смешно поворачивая голову.

— Ну че разлегся? Вставай! — Чуть погодя гаркнул он — давай знакомиться.

Ловко перескочи, с песка, на грудь спящего парня, попугай, потоптался чуть, а потом аккуратно, поводил лапой, вычерчивая едва заметный ромб — основополагающую часть руны Ингуз, известную еще как Ингваз. Руна полыхнула огнем, парень судорожно вздохнул, и открыл глаза. Зрачки в страхе расширились, ведь на нем сидел огромный черный попугай, и пристально рассматривал.

— Эй, спокойно, спокойно — произнесла птица — я не собираюсь тебе ничего выклевывать. Так может глазик, другой…

Кэфент бы решил что бредит, если бы не подоспели Априус, и остальные. Быстро пересадив Рунина себе на плечо, чародей бросил на землю ворох одежды и отворачиваясь проговорил:

— На, оденься, размер должен подойти. А вопросы потом.

Бывший некромант оторопело покрутил головой, осматривая эту странную гоп-компанию. Странно было видеть вместе спокойно стоявших рядом человека, полуэльфа, ирбиса, ящера, и огромного черного попугая в глазах которого светился нечеловеческий разум.

— Для начала разреши представить тебе моих друзей — улыбнувшись, сказал Рус — эта вот неугомонная птица, что тебя пробудила — Рунин, он у нас что-то навроде вещуна, ну и много что еше. Снежный барс это куатар Куру, не обманывайся его обликом, в нем заключен мощный интеллект, и незаурядные способности. Этот симпатичный ящер носит имя Яша, любит заводить друзей и разводить рыб. Парень что возле меня предпочитает называть себя Пронырой, легко может достать все, что плохо лежит, и стащить все, что надежно спрятано. Ну а меня зовут Рус, я предводитель этого небольшого отряда. Теперь скажи, каково же твое имя?

— Кэфент — натягивая рубаху, протянул парень — это вы за меня просили? Мне сказали, что меня найдут те, кто просил о моем возрождении, сразу едва я очнусь.

— Да мы. — Коротко ответил Априус — Уж прости, но оставаться безучастным я не мог.

— Но кто ты, что смел, обратится к Ним?

— Скажем так, я Звездный Искатель. А с Ними мы связаны некими узами… Вот и…

— И что же ты ищешь?

— Да все, что может мне пригодится. Но потом все вопросы, сейчас мы перенесемся, в одно уютное местечко там и поговорим. Ты оделся? Ну тогда вперед.

Кокон распахнул свои объятия, и понес свою драгоценную ношу, в гости к Патару. За прошедшие века, пустынный уголок, где располагалась Корчма, совсем зарос лесом, а точнее елово-сосновым бором. И лишь возле самой Корчмы, имелось достаточное количество берез, всех типов, стройных и крученных, белых, и со слегка розоватой корой. Кокон распался у самого озера, беззвучно лопнув, и путники узрели пары лебедей, неспешно скользящие на водной глади.

Кэфент, ошарашено покрутил головой, и поинтересовался:

— Где это мы?

— В преддверии заведения именуемого не иначе как Звездная Корчма — пояснил Априус — сюда редко попадают нежелательные гости, а пиво… пиво, такого больше нигде не варят. Да и снедь на любой вкус найдется. Идем же скорей промочим горло.

По извилистой, посыпанной мраморной крошкой дорожке, они двинулись в сторону крыльца. По обе стороны, от которого росли две чудесные пирамидальные ели, среди ветвей которых то и дело показывались юркие и пушистые белки. Двери приветливо распахнулись, и в ноздри ударили сногсшибательные запахи, готовить тут умели, а неприятный смрад устраняли все время действующие заговоры.

Априус откинул капюшон походного плаща, и по-хозяйски направился к стоящему у дальней стены столу. Простой дубовый стол, выполненный по манере расов, изготавливать подобную утварь для питейных заведений. А значит крепко сколоченный и тяжелый, чтобы просто так не переворачивали. Рядом такая же неподъемная скамья, с рядом небольших подушек на ней, это для тех, кто пожелает задержаться подольше, и не желает отсидеть свой зад…

Едва они расположились кто где, включая и зверей, как по мановению волшебной палочки появился улыбающийся во весь рот. Патар, уже несущий шесть огромных деревянных кружек с пивом.

— Вот вам и здрасьте! — Поприветствовал он старых приятелей и кивнул Проныре с Кэфентом. — Свежим пивком пока охладитесь, а я приму заказ.

— И тебе наше приветствие, старый друг — ответил Априус — как тут в последнее время много посетителей?

— Да как тебе сказать, по-разному бывает. Тут ведь перепутье. Кто скрывается от погони, к нам идут пересидеть, кто найм ищет, тоже сюда. Но по большей мере все же те кто знает о этом месте. Иногда приходят продать, что или обменять. Я даже обменные деньги стал держать, им удобно, мне навар.

— Собратья наши по Кругу так и не заглядывали?

— Нет. По слухам там теперь другие правят, и развитие народов идет по другому направлению. Был тут один скиталец, кое в чем просветил — там теперь научное производство поставлено на основу. Магические ливни иссякли, владеющих силой почти не стало, так на уровне деревенских колдунов да знахарей. Вырваться оттуда теперь не так просто. Так что соваться на Терру просто так никто не станет. Хотя артефактов разного рода, там еще полно, но они все надежно упрятаны.

— Подожди, но там же различных божеств было хоть пруд пруди.

— Было. Но пришел Мессия, посеял новые семена своей веры, и они постепенно отошли на задний план, а точнее всех последователей старых богов просто вырезали. А раз нет почитателей, боги теряют силу, и впадают в «спячку». Думаю это и случилось, не сразу конечно, но в течении нескольких тысячелетий, их нейтрализовали. Уж больно много их там было, а единого и властного не нашлось, вот и доигрались. Людям не нужна сила избранных, там теперь властвуют механизмы, которые подвластны самим людям. Так то.

— Понятно, А мы вот как раз туда собрались, Это что-то навроде отправной точки, так что по-любому пойдем. Кстати, я к тебе тут одного гнома посылал, где он?

— Так я его приспособил, поручения разные выполнять. Счас вот отправил за пивом, рисовое только в «одноглазом корсаре» продают, вот мы там «Веселым Роджером» и разживаемся… А насчет Земли, как знаешь, я предупредил. Ладно, говорите — кушать что будете?

Проныра знакомый с сотнями подобных заведений, ухмыльнулся, и проговорил:

— А на ваше усмотрение. Блюдо дня, или шедевр кухаря, и солений там разных ягодных.

— Да, ягоды и орехи по-любому — добавил Рунин. — Ты же на рынках Андориноса, любые закупаешь, так что мне этот как его… смесь в общем.

— А мне слабо прожаренную баранью ногу — подал голос Куру, и странно изогнувшейся лапой ухватил пивную кружку, и в один миг опрокинул ее содержимое себе в пасть.

Кэфент и Проныра вытаращили глаза, а куатар, как ни в чем не бывало, добавил:

— И бархатного еще пару кружек захвати.

Априус рассмеялся, и хотел добавить что-то, но его перебил Яша.

— А мне лыбной стлоганины, осьминогов в цесноцьном соусе и боценок псеницьного.

— Хорошо сейчас будет.

Патар отправился на кухню и через некоторое время, симпатичные служанки принесли индюшку, фаршированную яблоками и ананасами, кровяные колбаски, и окуневые сосиски — так сказать блюдо дня, ну и весь остальной заказ, буквально следом.

Патар прихватил пинту темного, и вернулся за стол, не собираясь оставлять приятелей одних.

— Тут давеча принесли мне парочку вещей, думаю, они тебе заинтересуют — уверенно заявил он Априусу.

— И что же такое должно меня заинтересовать — удивился тот.

— Да парочка кристаллических сюрикенов, с пробивной способностью о-го-го, и «скатку» ты о ней спрашивал. Примитив, конечно, только самые простые яства творит, но в квесте, она незаменима.

— О, это и вправду неплохие вещи. Мне как понимаешь, голод не страшен, а вот моим новым спутникам, без еды ни как. А тратить время на добывание пищи, иногда ой как не с руки. Так что благодарю брат. Есть еще, что достойное внимания?

— Ну как сказать, для простого странника, это просто необходимые вещи, но тебе… Думаю не нужны, всякие там плащи-невидимки, сапоги что путь сокращают, и в них по болоту можно идти аки посуху.

— Да это лишнее, мы и без всякого там сапог расстояние сокращать умеем, а невидимость надевать так и вообще.

Разговор потек чуть вяло, горячее мясо всегда вызывает аппетит, а в сочетании с холодным, и густым пивом, так и вовсе. Ни куатар, ни Яша, людям не уступали, успевая, есть и свое и из общего блюда тягать куски индейкеи, и колбаски. Для Рунина поставили специальную пиалу, и он то и дело макал туда клюв, запивая проглоченный перед этим орех. Кэфент и Проныра ели жадно, видимо в последний раз так сытно им приходилось поесть, очень давно. Бывший воин-некромант пожалуй вообще не помнил свое прошлое меню, и новый желудок с удовольствием урчал, насыщаясь.

Для завсегдатаев Корчмы, это была странная компания, но не такая чтобы уж, сюда и не такие захаживали, а обслуга давно уже привыкла, хозяин всякий раз приводил сюда разнообразных гостей.

— И куда вы после Терры то намылились? — Поинтересовался Патар, медленно цедя свое пиво.

— Это как путь-дорожка ляжет — ответил Априус — есть очень загадочные места во Вселенной, там возможно то, что не вкладывается ни в какие рамки. Например, Хаос и Порядок пересекаются, переходя друг в друга, и населяющие эти области существа способны ходить друг к другу в «гости» А еще там своя магия, с определенными методами построения чар. В общем, было бы интересно побывать там, может, натолкнусь на решение проблемы с Поедателем. Божественная Троица лишь сдерживает Его, но его слуги ищут способы прорваться.

— Да каждый мнящий себя Истинным Богом приносит в Сферу, новую неразрешимую проблему. Как думаешь, Творец и это предусмотрел?

— Мне кажется, его план в развитии Вселенной предусматривал множество вариантов. И право на жизнь получили такие порой ужасные существа, что нам бы и в голову не взбрело, что такие могут зародиться. Формы их настолько многообразны, что никакой список не вместит. Темные области Сферы, могли такое породить, что не снилось даже Прежним Владыкам, считавшим себя всеведающими.

— Думаешь Уахинбар и иже с ним, не знали об этих Темных Областях?

— А оно им было надо? Зачем им лучезарным соваться туда где никогда не будет почитателей, и не возникнет угрозы их правлению. Они диктовали свою волю только гуманоидным расам, к тому же держали в узде магов Предела. Просвещающий тут намекал, что те области были отделены самим творцом, чтобы никак не пересекались с тем, что нам привычно. Цель его эксперимента — жизнь в любых ее проявлениях, а то какова она не так уж важно. В общем в течении эпох, ни мы туда не совались, ни они к нам, но теперь что-то изменилось. Мы для них не что иное, как прокорм, ну а цели они могут вообще не иметь, кроме поисков среды обитания.

— Нда — протянул Патар — что-то мне все больше и больше начинает нравиться быть корчмарем. Ни тебе чудищ всяких, ни алчных Властителей, а со всякого рода проходимцами, я как-нибудь управлюсь. Еще чего нибудь хотите?

Все шестеро отрицательно покачали головами. Индюшка была съедена, остатки колбасок и сосисок тоже быстро исчезли, и утолив внезапно возникший голод, приятели принялись просто потягивать, густое словно патока, пиво.

Еще некоторое время поговорили о разном, обменялись кое-какими новостями, и распрощавшись, двинулись дальше. А учитывая месторасположение Корчмы — рядом находился перекресток Миров, откуда обладая определенными знаниями, можно было пройти в нужные земли.

Если уж оказались в таком месте, почему же не воспользоваться пространственным переходом. Что Априус и проделал, оставалось, правда, только гадать, в каком же именно краю, они окажутся, ведь Терра — Земля голубая планета, не так уж и мала, как принято считать. Туда можно было и не заходить надолго, но уж больно хотелось посмотреть на произошедшие в ней перемены

Глава вторая Отправная Точка — Земля

Вышли они в странном пустынном месте, похожем на плато, все истрескавшееся и иссушенное ветрами. В округе никого, лишь в небе промелькнула какая-то хищная птица. Кэфент остановился и застыл, раскинув руки, впитывая в себя ощущения незнакомого мира. Проныра хмуро огляделся, и невесело пробормотал под нос:

— Нда погуляли тут…

Априус осторожно потянулся к сферам сознания мира, не зная, как тот отреагирует на его прикосновение. Все было, как и прежде шестиуровневая система построения земли, над ней семь небес, но вот воды стало больше, а материков меньше, да и их очертания приобрели иной контур.

— Яша, — обратился он к ящеру — похоже, твоя родина сейчас подо льдами, и не только она, весь южный и северный полюса считай, закованы ледяной броней. Но нам Туда и не надо, глянем краем глаза, что тут да как, и дальше отправимся.

— А я не больно то и хотел там побывать — ответил недодракон — Цего я там не видел? Холосых воспоминаний до встлеци с вами, у меня нет.

— Вот как тебе повезло увалень толстопузый, что нас тогда встретил — поддел его попугай — не мы бы, так забила бы тебя та ребятня.

— Не забила бы, я бы плевлатился, и они бы лазбезались.

— Ага — скептически фыркнул куатар — Это ты сейчас такой грозный, а тогдада со всех ног улепетывал, а про способность трансформации, и не думал.

— Ницего такого, это был такой маневл, я…

— Тихо вы, нашли время… — прикрикнул Априус — нам бы города посмотреть, да в пару храмов заглянуть, чтоб понять, как тут управляют. Так что перенесемся — ка мы в более обжитые края.

Ориентировал свое Заклинание, Априус, так, чтобы оказаться в местности, где обитали народы, бравшие свое начало от выведенных сюда им самим. И Прсвещающим, беженцев из Даарии. Когда-то ту территорию занимали сплошные леса, но минуло столько веков, земледелие и животноводство процветало, а значит, требовались ровные пашни и луга. Потому не было ничего удивительного, что оказались они в пригороде небольшого провинциального города.

Идя вдоль ровных усаженных молодой капустой и горохом полей, они всматривались в добротные дома, все спрятанные за деревянными заборами, что виднелись впереди.

— Похоже, придется разделиться, — задумчиво пробормотал Априус — вы прочешите окрестности друзья мои, а мы с Кэфентом и Пронырой посетим городские культурные места…. надеюсь такие найдутся. Может это и не самое лучшее государство, для понимания полноценной картины, но все же.

— Смотлите, смотлите — во весь голос заорал Яша — самодвизусцяся колесница!

Все обернулись назад, ящер как раз обернулся, чтобы оглянуться на особо аппетитный кочан капусты, и потому первым заметил эту повозку. Внешним видом она напоминала карету, но не имела никаких упряжек, а двигалась самостоятельно, издавая при этом низкий рокот.

Странная колесница медленно приближалась, стало видно и возницу, что вытаращенными глазами взирал на застывших в пыли проселочной дороге путников. Звук, издаваемый самодвижущейся повозкой, стал громче, и Рунин проговорил, скрипучим голосом:

— Словно зверь, какой ревет, может они запхали туда дракона какого непутевого?

— Нет, это механизм — разглядывая сбрасывающего скорость железного коня — проговорил Кэфент — только вот что заставляет его двигаться? Заволная пружина, или чары?

Поскольку никто из компании Априуса, убираться с дороги и не подумал, то колеснице пришлось остановиться. Возница высунулся и хотел было наорать, чтобы они не заграждали путь, но наткнувшись на заинтересованные взгляды ящера и куатара, явно передумал.

— Мил человек ты не бойся — на языке расов проговорил Априус — вон с какой штукой один управляешься. Скажи нам лучше, что это за город? Чем живет?

Мужик некоторое время насуплено молчал, затем, видимо решив, что перед ним бродячие циркачи улыбнулся и сказал:

— Город зовется Угличем. А живет чем? Ну источник тут хороший, от того и пиво лучшее, сыры славные, таких нигде не встретишь, ну и фермерство процветает.

— Надо бы зайти посмотреть, как народ живет — повернулся Априус к своим спутникам — и потом уже к вознице — подвезешь нас?

— От чего ж не подвести — подвезу — согласно кивнул мужик, умело обработанный куатаром — садитесь — и наклонился, распахивая дверцу.

Априус посмотрел на одежду возницы, потом на себя и своих спутников, и создал иллюзию такой же на каждом из них. Теперь они могли показаться в городе, хоть и не всей честной компанией, Куру и Яше придется погулять в окрестностях.

Те сами все поняли, и отступили от «кареты» сразу же направляясь в сторону недалекой посадки, отгораживающей поля друг от друга. Рунин помешкав, тоже сорвался с плеча, и последовал за ними, и в салон самодвижущейся повозки уселись только люди. Мысленно договорившись, встретится у окрестностей города, через сутки, они расстались.

Расспрашивать возницу о его чудо-повозке никто не стал, выяснить все решили в самом городе, и использовать для этого те средства, которые изобрели сами люди для обучения своего потомства. Вкратце Михася, так звали возницу, все же расспросили, и тот после некоторого рассказа, даже дал им карту города, где были четко обозначены все достопримечательности.

Довез он их до самого центра, где находились здания городского управления, библиотека, несколько трактиров, и учебное заведение. Поблагодарив возницу, они вышли и стали осматриваться.

— Ну что, кто куда? — Поинтересовался Рус.

— Я прошвырнусь по кабакам — оглядываясь по сторонам весело проговорил Проныра — похоже, тут весьма, даже хорошо живут, вон какие люди улыбчивые.

— Хорошо. Только смотри без фокусов своих. Но тут монета в ходу, та что у нас нет. Надо бы обменять, в ювелирной лавке, парочку самоцветов, а потом уже разбежимся. Так что идем, поищем, смотрите внимательно на вывески.

Лавок они не нашли, но зато ювелирная мастерская отыскалась довольно быстро, там не особо торгуясь, они выменяли камни на увесистую пачку бумажных купюр, и разделив ее разошлись. Вернее это Проныра юркнул в какой-то полуподвал, нюхом почуяв нужное ему заведение. Априус же с Кэфентом, дружно зашагали в библиотеку.

Пока шли через площадь все дивились массе снующих туда-сюда самодвижущихся повозок, странных двухколесных механизмов, и с лязгом, проносящимся мимо вагонеткам. В фое библиотеке, их ждал очередной сюрприз, большой металлический шкаф, с окошечком в котором стоял стеклянный сосуд, вверх донышком. Наверное, они долго бы гадали о его предназначении, если бы подбежавший к шкафу мальчишка не продемонстрировал им что это такое. Он нажал на стакан, фонтанчик воды ударил снизу, омывая стенки и дно, затем паренек перевернул его, и поставил все в том же окошечке, но уже в нормальном положении. Далее на глазах изумленных странников, произошло действо, которое иначе как чудом они назвать не могли. Мальчишка поднял руку, опустил в прорезь металлический плоский кругляш, и в стакан, с хрюканьем хлынула струя воды с пузырьками. Парнишка достал стакан, и с удовольствием выпив, убежал.

Вот тут то Кэфент, и проявил свой по настоящему жизненный интерес. Порывшись в складках одежды, он подобрал монету, соответствующую размерам прорези, и повторив действия мальчишки. Априус дождался своей очереди и последовал его примеру.

— Странное ощущение — когда они оба выпили по стакану, проговорил Кэфент — колючая вода. Но как бодрит, и освежает.

— Да вода и впрямь хороша, горло щекочет. Интересно как они добились этого эффекта?

— Кудесничество местное! Ладно, мы же не за этим пришли, идем выяснять, что тут да как. Надеюсь, нам подскажут, что за трактаты следует взять на прочтение, чтобы все понять.

И они пошли по лестничной клетке на второй этаж, следуя указателям на стенах. Взглядам открылось невероятное количество стеллажей и полок, заставленных разнообразными книгами, на входе стоял стол, где сидела миловидная старушка, к ней они и решили обратиться с просьбой помочь. Хорошо еще читальни оказались совершенно пустыми, и бесплатными, а завести глаза для оформления было нетрудно.

— Нам бы что-нибудь про мировую историю — попросил Априус, библиотекаря — так если бы мы были дикари из джунглей, желающие узнать все про все. Или как дети малые, что еще ничего не знают, но обучить их современной жизни просто необходимо.

— Вы наверное вечерники — усмехнулась женщина — Тогда вам нужны энциклопедии, и не один том. И еще кое-какая литература редкая. Сейчас я подберу.

Ждали они недолго, и пока читали названия книг на переплетах, библиотекарша, сноровисто снимала с полок, экземпляр, за экземпляром. Таким образом, спустя десять минут, они дружно опустились за столы, а перед каждым возвышалась стопка, разных по толщине книг. Благо дело каждый из чародеев, умел читать быстро, и отсевать ненужное из текста. Работа по изучению прошло Земли, закипела.

После прочтения нескольких страниц детской энциклопедии, (что уже показатель развитости населения) Априус, выяснил, что прорыв в развитии народов Ки, начался всего лишь несколько веков назад, по крайней мере, так твердила официальная наука. И в этом немало помогла новая религия. Народ хотел большего, обладал в большинстве своем пытливым умом, и таким образом бывшие алхимики превратились в ученых мужей, которые и подарили миру труды по естествознанию, прикладным наукам и всякого рода открытиям. Был изобретен порох, а вместе с ним и пушки, мушкеты, и пистоли, началась колонизация дальних земель. Появились водопровод, осушительная и оросительная система, корабли стали строить многомачтовые, и с пушечным вооружением — прогресс пошел. Практики-мыслители собрали первый печатный станок, и паровой двигатель, кузни превратились в металлургические цеха. Наука и техника пошли бок о бок, лекарское дело тоже пошло по своему пути и появилась медицина. Это положило начало для развития цивилизации, стоявшей на месте тысячелетиями. А затем открытия посыпались отовсюду — метод добывания электричества, паровоз, пароход, плотины с гидроэлектростанциями, в небо устремились первые фанерные бипланы. Человек начал покорять стихии, иным, не магическим путем.

В общем, без магии мир совсем не умер, люди нашли альтернативу, и даже во многом облегчили свой труд и украсили досуг. А то, что осталось от древних времен стало культурными ценностями старины, которые постоянно изучались, и ученными выдвигались предположения, для чего они предназначались.

По мере, невозможно быстрого изучения, Априусу стало ясно, что ни Ки, ни Геи, ни Матери-Земли больше нет, есть просто Земля, или Терра которая даже лик свой изменила, и искать здесь следы какой бы там ни было техномагии бесполезно, нет старых богов, нет и их предметов, а тем более шемов — небесных колесниц. А то, что представляют собой новые религии, больше похоже на хорошо продуманную подделку. Некий симбиоз из того, что было еще во времена солнцепоклонников. Небесная война, здесь вылилась в ангельский мятеж, причиной которого сделали человека. Ни дат, ни сроков, куча противоречий, и одно объяснение — мол, вам не понять Замысел Божий. Но отцы церкви свое дело сделали мир начал развиваться, вначале, правда, почти весь шар захлестнули войны веры, но потом….

Потом наступил некий перелом. Обогатившись на войнах, короли да торговцы принялись вкладывать деньги в производство, в первую очередь конечно нового оружия, но и во всякого рода новшества. И не мало в этом поспособствовали монастыри и церковь. Ибо в первых совершались различного рода алхимические открытия, печатались и переписывались книги, а вторая весьма успешно истребляла колдунов и ведьм, а вместе с ними и сомнительные артефакты старины. Течений вероисповеданий было несколько, около четырех, но главенствовало в основном два, хоть и ответвились они от одного изначального. Любое чародеяние стало запретным и осуждаемым, впрочем, как и кудесничество, астрономия, изобретательство и тому подобное, ибо умных людей сложнее контролировать. Но минули годы средневековья, исчезла ярая инквизиция, и пошло родились основатели физики, химии, арифметики, зоологии и ботаники. А вера? Вера осталась. Ибо это опиум для народа, и надежный инструмент для его же контролирования.

Об истоках веры, Априус выяснил лишь то, сравнительно совсем недано, около пяти тысяч лет тому, Бог, который есть Слово, сотворил это мир. Затем Солнце и Луну, чтобы отделить день от ночи. Затем травы сеющие, и тварей разных, ну уж напоследок человека.

— Ну да — про себя улыбнулся Априус — выходит, двадцать тысяч лет назад я тут по пустому месту гулял. А Инкир и Инлал, или по здешнему Энки и Энлиль, сильно бы удивились узнав что когда они пол миллиона лет назад, тут золото искали для починки аэра, родного мира, тут вообще ничего не было, только пустота. Ясно, что кто-то очень сильно всех одурачил. Вопрос лишь в том кто? Отцы церкви? Или этот, который все слова Творца записывал, и людям передавал, Будто тому, как Всесильному и Всемогущему трудно их высечь где нибудь, так чтоб всем видно было.

Словно по наитию Рус, отбирал книги, и вскоре выяснил, что разошедшаяся по всему миру первокнига — библия, основана на еще более старой книге, книге иудеев Торе. И в Заветах, были помещены лишь чксти текстов оттуда, при чем тщательно подчищенные. Таким образом, все, что все что узнавал новый появившийся на свет человечек ему преподавали из Торы, отсюда и происхождение слова История. Выдержки из нее были скопированы, переправлены, и переизданы специально для рядового обывателя. Тысячи старых фолиантов, древних книг, были сожжены недоумками, и миру вместо миллиона лет, стало всего лишь пять тысяч с хвостиком.

Но как понял Рус, народ такая подделка устраивала, в этой стране вообще в бога верили единицы, большинство же бредило о космосе, и совсем не верили что там, на небе живет бог. Они верили в науку и технику, медицину и в невидимый мир волн, не важно каких, и этого им было достаточно, чтобы жить беззаботно.

Тема религий нынешней Терры, была довольно интересной но Априус решил в нее не углубляться, и как можно больше узнать о достижении человечества в других более, прикладных областях. Напоследок он прочел еще одну статью в журнале, и смутно, практически читая между строк нашел упоминание о очередном божественном переделе, тогда произошло сражение, где некий Элохим-Гибор одержал верх, при этом все остальные участники сражения, были разделены на две категории, именуемые церквями просто демонами из преисподней и небесным воинством. Первое время они еще воевали между собой, но потом полем их сражений стало человечество, при чем кто на самом деле дарил ему свет знаний, так и осталось, сокрыто под сенью тайны. Верные после смерти, а иногда и при жизни, с тех пор попадали на небо, Те, кто отказывался служить ему, или же добровольно следовал учению оппонента, в преисподнюю, таковы были основы верования некоторых народов. Были рождены Пророки, Поводыри, и даже Мессия, все лишь для того чтобы тупой скот по имени человек знал свое место. Остальное — требуха и наслоения. Заповеди, законы, запреты, и все остальные приемы чтобы управлять человеческими массами. Хотя в каждом из них издревле заложена работающая система ценностей — совесть.

Как и много где, в этом мире религия стали инструментом для управления массами, и все так называемые священные источники были написаны людьми. Все это сразу говорило о желании патриархов церкви скрыть правду и повелевать не очень то и разумным человечеством. Потому что даже в своих книгах они писали, что только не грамотные неучи, с пустым мозгом, да фанатичные остолопы подходят для ихней паствы. А Творец, отошел на дальний план, лишь кое-где упоминавшийся как Создатель Сущего, не какого-то там одного мира, вокруг которого прибиты звезды, и солнце с луной, а мириады планет, звезд, и материального пространства, что в вечном движении. Ибо застой это Смерть. А Творец он, на то и Созидатель чтобы строить, а не разрушать. Отжившее же, уходит иным путем, преобразуясь во что-то иное.

— Рус, похоже, все, что мы с тобой тут перелопатили, учат в начальных классах школы — перелистывая страницы очередной книжки — пробормотало Кэфент — хорошо еще мне базовую память не подчистили, а то все вот так сразу и не поймешь. Формулы, теоремы, законы действующие только здесь. Хорошо, что кто-то потрудился составить такие замечательные экземпляры для своих чад, а то так с ходу мы бы не разобрались.

— Это точно. У меня и так голова кругом идет. Хорошо еще эта Глафира Петровна подобрала нам такую содержательную, но не заумную литературу. Боюсь даже представить, чтобы тут творилось, будь еще и магия им доступна.

— И не говори — беря сверху стопки, очередную книжонку кивнул Кэфент — если тут все такие образованные то их не удержали бы местные границы, пошли бы по мирам стремительно и мощно. Видимо потому их похоже кто-то и ограничил. Правило одного дара. Я вот тут читаю раньше у них все было, сказано правда словами другими но вот некий император сетует что теперь люди не владеют телепатией, телекинезом, и ясновидением, а раньше, мол, могли.

— Разорваться, чтобы идти сразу двумя путями невозможно, иначе ничего хорошего не выйдет. Но массы тут в любом случае довольны. Быт их скрашен, условия проживания обеспечены надежно. На каждом углу продовольственная лавка — по местному магазин. Во многих мирах до такого уровня народу, очень далеко. Правда от родной природы, как понимаю, все дальше и дальше, но это уже второстепенное.

Затем на долгие часы они оба замолчали, сосредоточенно изучая отобранную литературу. И только к вечеру, к моменту закрытия библиотеки это занятие пришлось бросить, поблагодарив за помощь Глафиру Петровну, они спустились вниз, и покинули ее, не забыв выпить несколько стаканов газированной воды, из автомата.

К моменту встречи с Пронырой, голова у обоих чародеев шла кругом, вся эта новизна не хотела усваиваться вот так сразу, если бы пожить тут чуток тогда да, они бы научились не только понимать, но и применять знания.

— Ну и мирок — вращая головой по сторонам, проговорил Кэфент — хотя по своему мне тут нравится. Все четко функционирует. Люди вроде как счастливы, и труд их облегчают механизмы. Даже коров доят при помощи аппаратов. Не смотри на меня так, я в журнале вычитал…

— Слово то какое журнал — хмыкнул Априус — смотри понахватаемся тут разного, нас никто понять не сможет.

Чародей открыл, было, рот, чтобы возразить, но тут из-за угла вынырнул Проныра, довольный и улыбающийся. В левой руке он нес какой-то баллон с носиком, в пальцах правой же держал коричневый цилиндр на деревянной палочки, от которого постоянно откусывал кусочек, и с наслаждением проглатывал. Завидев друзей, он сглотнул и довольно проговорил:

— Братцы, вы себе не представляете, чего я тут только не наслушался, и не насмотрелся. И это я, который вырос в Андориносе, где есть все что угодно, но как оказалось не все. Ум за разум заходит. Уж не знаю чему и верить. Пришлось прикидываться выходцем с далекого хутора, который ничего не знает о городской, цивилизованной жизни. С гор спустился, мол, а там только отары пас, по звездам да по солнцу время определял.

И что поверили? — Не поверил Кэфент — на простака ты не похож.

— А куда им деваться, когда я им огниво продемонстрировал? А тут о таком давно забыли. У них спички, и там зажигалки разные. Изобретения, в общем, в ходу. Вот кстати несу одно такое чудо изобретение — сифон называется. В него заправляют шипящую воду. Она так тонизирует, и утоляет жажду, что ни с чем не сравнить. И после тяжелой пищи тоже хороша. Меня тут так наугощали, что только ей и спастись можно.

— Да мы как раз представляем — усмехнулся Кэфент — мы такую воду пили из автомата, это такой шкаф холодильный, продает такую вот водицу, за монеты. Только он еще и сладкую воду продает, если бросишь монетку побольше. А насчет всяких там открытий, и изобретений мы такого начитались, что и не верится, поперва, пока в действии не увидишь. Не все правда понимаем, но вот теперь представление имеем. Ладно, ты разузнал, где тут самая лучшая харчевня, а то мы за день ни чего и не ели.

— О, да тут много всяких, э-э, ну в общем мест, где перекусить можно. Названия только не нашенские совсем. Но я уже разобрался, что к чему. Денег у нас предостаточно, да и час уже поздний, так что идем в ресторан. «Березки» называется. Тут рядом, мне его посоветовали как самый пристойный. К тому же над ним гостиница имеется. Это навроде постоялого двора или таверны что-то.

— Березки, так березки, — пожал плечами Априус и зашагал вперед. — Веди, если разобрался уже, куда идти.

Проныра ловко бросил оставшуюся от лакомства палочку, в мусорный бачок, который здесь имел название урна, сунул баллон под мышку, и ловко обогнав Априуса, повел их вдоль по улице, непрестанно болтая, о названиях здешних закусочных заведений.

— Столовая, видимо от слова стол, или столоваться. — на ходу размышлял полуэльф — Кафе, пивная, пирожковая, сосисочная, блинная, вареничная, и пышечная, тут названия говорят сами за себя. Но они в столь поздний час закрыты уже. Ночью только рестораны работают…

Вскоре они уткнулись в отдельно стоящее здание, окна которого ярко светились, а с первого этажа, из открытых окон доносилась приятная музыка.

Заведение оказалось многоэтажным, на первом размещались бар, раздевалка, санузел, и бильярдный зал. Здесь они задерживаться не стали, и отправились сразу на второй этаж, который целиком занимал ресторан, выше же были уже комнаты, которые предоставлялись для съема. Друзья резво поднялись по широкой лестнице, и распахнули двойные створки двери. Взглядам открылся ярко освещенный зал, разделенный на две половины, одну из которых занимали накрытые секции, вторая же просто была заставлена четырехугольными столами, покрытыми накрахмаленными скатертями. Зал был практически полон, столы буквально ломились от разнообразных блюд.

Не сговариваясь, они сходу на правились к секционной половине. Где в каждой кабинке имелись своеобразные закутки покоя. Неяркий свет образовывал приятный полумрак, к небольшому прямоугольному столу были приставлены, обитые кожей лавки, на вид удобные и мягкие. Проныра первым прошмыгнул за стол, и умостился в самом темном углу, лицом ко входу в кабинку. Кэфент последовал его примеру и сел по другую сторону стола. Априус лишь улыбнулся и спокойно уселся спиной к выходу.

Официантка, так здесь называли служанок принимающих и приносящих заказ, принесла книжечку с перечисленными там блюдами — меню, и улыбаясь удалилась.

— Ну Проныра что нам лучше заказать? — Поинтересовался Рус.

— Во-первых шампанское — это вино такое шипучее, во-вторых мясное ассорти, в третьих суп-харчо, в четвертых цыплят-табака, ну и салаты какие выберите. Только очередность надо соблюдать.

— Ладно, понял, возьмем еще по усмотрению служанки.

Когда официантка вновь подошла к столу, они уже были готовы сделать заказ, и потому просто перебрасывались репликами по поводу того, что успели разузнать. Впитывать такое огромное количество сведений о совершенно незнакомом мире пошедшем по техническому пути развития было тяжело. Но благо дело способность к быстрому обучению имелась у всех троих. И уже немного освоившись они спокойно приступили к поглощению принесенной пищи, суп оказался им в новинку, и пришелся по вкусу, поэтому тарелки опустели быстро, и издав звуки типа «уф» троица принялась за ассорти с салатом из крабов, запивая все это превосходным игристым вином.

— Да такого я еще не пробовал — согласно кивал Априус, отхлебывая из высокого бокала, — в этом мире есть, что почерпнуть даже в виноделии.

— Да тут вообще много чего интересного, имеется. Жаль у нас времени немного, а так бы поисследовать стоило. Я так понял хоть мир и пошел по пути технического прогресса, как они называют свое движение вперед, но охотников за различными артефактами не убавилось. За все время существования здешних цивилизаций их не так уж и мало осталось. И мне даже удалось узнать где содержится некая часть из них.

— И где же? — Поинтересовался Кэфент.

— В неком Ватикане. В столице страны под названием Италия, Рим зовется этот город. Мне попался в пивной, довольно интересный собеседник, профессор чего-то там, он столько всего знал, и умел рассказать, что я уже подумывал, а не прихватить бы его с собой, но он слишком уж опьянел… Так вот тамошние святоши, по его словам методично, из года в год, в продолжении не одного столетия, разыскивали предметы Силы, и прятали их в свои подземные сокровищницы. Но только вот туда никто так и не сумел прорваться…

— Что тебя несказанно задело — усмехнулся Априус — да только пойми нам сейчас не до местных артефактов. Хотя понимаю — ты уже загорелся, желанием проникнуть туда, и спереть что-нибудь эдакое.

— Не без этого — растянул губы в усмешке полуэльф — но я бы и по странам этого мира не прочь постранствовать.

— В другой раз — да, но сейчас мы продолжим свой путь. Этот мир, просто отправная точка.

— И куда же этот путь приведет?

— Если бы я знал. Он не прямой и не ровный. И может извиваться, опоясывая пласты реальности как угодно. Но конец этого пути в месте компромисса.

— Понятно — Проныра потер руки — ну что закажем десерт?

— Давай, мы тебе доверяем.

Полукровка и впрямь не подвел, он выбрал то, что никто себе и представить бы не смог, хотя бы раз не попробовав. Многослойное желе, мусс, трюфеля, и на последок заказал мороженое, тоже разных сортов в одной розетке.

— Нда — облизывая ложечку — прошамкал Кэфент — кулинары тут настоящие кудесники. Никогда не ел ничего подобного. Всякие там щербеты, медовый лукум, и ореховые шарики — это все не то.

— Согласен, ничего лучше этих снежных шариков и быть не может. — Кивнул Априус, осматривая бутылку из-под шампанского — надо будет прикупить такого вина на дорожку. Будет повод, разопьем. Оно продается в этих, как их… магазинах?

— Да у них там, много что продается. Я тут в один такой большой заскакивал, из продуктов там почти все есть, только овощи в других продают. Упаковано правда все несколько необычно, но товар хороший.

— Вот и ладненько, значит, заскочим туда, а потом сразу за город. Встретимся с с нашим зверьем и будем двигать дальше.

— А нам прямо надо так спешить? — Спросил Кэфент, допивая молочный коктейль, и вытирая губы салфеткой.

— Ну не то чтобы очень — задумчиво ответил Априус — но задерживаться сейчас не позволительная роскошь. Если удастся узнать секрет мирного существования бок о бок Дворов Порядка и Хаоса, мы могли бы совместными усилиями изгнать Поедателя, туда откуда он явился. А потом продолжить этот нескончаемый бой между собой. Хаос ведь никогда не успокоится.

— Ну тогда да — лицо Кэфента потемнело — ему ли было не знать на что способны порождения этой бездонной утробы, и их союзники. — Только пока что слуги Лордов Хаоса как раз объединились с «рогачами» Поедателя, а не с нами.

— Ну один мир, это еще не показатель. К тому же там насколько я понял была лишь одна определенная секта черных колдунов, приютившая остатки поколения магов Предела, к которому принадлежал и кое-кто из нынешних Правящих богов. Теперь то ты знаешь, кто есть кто, а то воевал ведь практически вслепую.

— Да — согласился — бывший невольный защитник теперь уже слившегося в нечто новое мира — тогдашние мои познания об устройстве и управлении Вселенной были далеки от реальности.

— Ну все хорош рассиживаться — решительно поднялся Априус — расплачиваемся, и идем, посмотрим как тут ночлежка, пристойная или так себе.

Из ресторана они прямиком отправились в гостиничные покои. Где за небольшую сумму, сняли трехместный номер, лишь немного одурманив, местного приемщика, или как он называется официально администратора.

Первые пол часа ушло на знакомство с туалетным блоком, разобравшись, они долго восхищались удобствами, которые изобрел для себя местный люд.

Приняв душ, справив естественные нужды, странники, долго таращились на стоящий в углу ящик, потом, вспомнив все прочитанное они, решили, что это и есть телевизор. Через пару минут его удалось включить, и о сне никто даже не вспомнил. Смотрели все подряд, все, что показывал волшебный ящик, как назвал его Проныра. А утром, вновь приняв ободряющий душ, покинули гостиницу, и напоследок, перед тем как покинуть город зашли в магазин с надписью гастроном.

В первую очередь взяли аж пять бутылок шампанского, семь бутылок пива, несколько коробок шоколадных конфет с разной начинкой, пару батонов вареной колбасы, десяток плавленых сырков, и три буханки хлеба в форме кирпичика.

— Надо же чем-то зверье наше поудивлять — пояснил Априус — на удивленные взгляды Проныры.

— Тогда возьми им мороженого. Несильное заклятие холода сохранит его для них.

— Вот ты этим и займись, а я куплю пожалуй вот эти интересные жестяные баночки с надписью «шпроты» и «салака» насколько понимаю это не портящийся провиант. А нас ждет неизвестность.

— Тогда надо взять всего, что не портится, — поддакнул Кэфент — тут вон тушеное мясо, молоко, овощи различные…

— Подбирай! — Коротко согласился Рус — только влезет ли все это в наши мешки?

— Всунем — усмехнулся чародей — все, что здесь сделано — интересно попробовать.

— Да это единственное, что мы можем позволить себе, унести с собой.

— А почему не можем всякие там приспособы?

— Не за этим мы сюда пожаловали. Да и работает тут все в основном от электричества.

Априус расплатился за все, что они приобрели, и с изрядно потяжелевшими мешками, они отправились назад. Путь утренним, залитым солнцем улицам, был конечно не сравним с тем когда они шли из библиотеки по ночному городу, и казался не таким интересным — ни тебе множества горящих фонарей, ни светящихся витрины, вывесок, ни натянутые над проспектом гирлянд в виде светящейся символики этой страны. Нет, гирлянды то остались, но они были выключены, а вместо этого добавилась городская суета, снующие туда-сюда автомобили, и пешеходы.

— Да где еще такое увидишь — оглядываясь назад на столб, уже выключенного фонаря — пробормотал Проныра — даже Андоринос при всей его огромности не может похвастаться таким освещением улиц. Там фонари хоть и магические, но так много света не дают.

— Да при всем скоплении в нем разных штуковин — усмехнулся Априус — до здешних городов ему далеко. Хотя мы успели увидеть только один, и совсем не губернский. Думаю это все не просто так. Кто-то переориентировал развитие эго мира, по такому вот пути технических изобретений. Думаю, дальше будет еще техничнее что ли, ведь прогресс тут на месте не стоит. Прйдет лет пятьдесят и произойдет новый скачок, больше всего они будут развивать эту свою электронику и химию.

— Боюсь и представить, что у них может выйти — передернул плечами Кэфент — и так уже вон о железных птицах, прочел что летают, перевозя людей туда-сюда. Субмарины под водой ходят, как рыбы какие, и в них тоже люди сидят. В общем, нам при всех наших знаниях до понимания всех этих технологий еще очень далеко.

— Интересно, что там за эти сутки с нашими компаньонами произошло? — Вслух проговорил Проныра, выскочившую наперед мысль.

— Да все нормально у них — ответил Априус — если бы что не так, я бы уже знал.

Так они и шагали по утренним улицам, любуясь правильной архитектурой зданий и поневоле восторгаясь ухоженности клумб и полисадников, возле них. Становилось ясно, что за городом тщательно ухаживают и присматривают. Видимо здесь процветает единая городская система, иначе все бы было вразброд, как в привычных городах, тех миров, где бывал Априус. Но вот уже и окраина города, никаких тебе стен, ворот, арок, просто монумент с названием города, и все. Да еще тракт, который тут зовется трассой, что ведет к другому городу.

Сразу за окраиной, начинались поля огороженные посадками, и небольшими искусственными водоемами, вот к одному такому путники и направились, идя по проселочной не крытой ничем дороге. Вскоре зоркие глаза Априуса рассмотрели две застывшие белую и грязно зеленую точки, что лежали на берегу. А вернее зеленого ящера и снежно-белого куатара, лениво расположившихся у воды.

— Хорошее место — одобрительно сказал Априус — отсюда, пожалуй, и начнем, дальнейший путь.

На плечо опустилась знакомая, и давно ставшая привычной тяжесть, и каркающий голос проворчал:

— Чего долго, то так? Мы уже ждать умаялись. Эти охламоны вон рыбалку устроили, а мне хоть волком вой — скукота.

— Не бурчи, мы на сутки договаривались. А ты мог бы и в город слетать, ночь ведь длинная. Как что так тебя не удержишь, а тут прямо таки исполнительная птичка…

— Я тебе не птичка — заворчал Рунин — а летать тут не так то и безопасно — видишь вон те столбы с веревками натянутыми между ними — вот от них исходит… исходит… в общем некая угроза. Потому я решил подождать тебя. Горохом, зато брюхо набил под завязку, год наверно теперь его есть не буду.

— Слазь тогда с плеча обжора — сбрасывая попугая одним движением воскликнул Априус — побудешь пока орлом не из тех которые летают, а из тех что горы обсы… в общем гадят где попало.

— Когда это я… — обижено, вскрикнул попугай — да ни разу такого не было, чтоб я да на кого-то из своих…

— А-а, — усмехнулся чародей — ты наверное копишь. Помню, помню как ты во садах Тронного Царства разошелся, они наверное до сих пор дивятся как в одной сравнительно небольшой птице могло оказаться столько…

— Не будем об этом — решительно прервал хозяина Рунин — вон посмотри на этих двух жрунов, небось, всю рыбу из пруда выловили. Так нажрались, что теперь им лень даже шевельнуться.

— Да? А я думал, вы тут голодаете, и мы принесли вам пожевать чуток. Но ничего сами съедим.

— А чего вы там принесли? — Тут же поинтересовался Рунин.

— На следующем привале узнаешь. А пока переваривай то, что уже в тебе. — И повернувшись к куатару и ящеру, крикнул: — Эй, лежебоки подъем! Пора в путь!

Дальше дело было сугубо за ним, ни кто, не смог бы разобраться в принципе перехода из одного отражения в другое. Все кто умел странствовать подобным образом, проходили для этого специальное посвещение. Почти все древние народы, шаманы которых стояли у первоистоков колдовства, оформляли эти ритуалы в своеобразные рисунки на земле, или каменистой почве. Выложенные из небольших камней, выставленные из валунов, или манолитных блоков, прочерченные на каменных плато глубокими канаками, так или иначе они являлись своеобразными Лабиринтами, пройдя которые можно было обрести определенные возможности и способности. Для таких мест часто нужна была жертвенная кровь, либо самого проходящего, либо какого-нибудь редкого и священного животного.

Перед тем как стать Хранителем, Априусу пришлось прожить множество, хоть и кратких, но разнообразных жизней, порой в телах таких странных существ, что душа просто выла, пытаясь отстраниться от увиденного. А до того как Смотритель призвал его, Рус успел не мало веков постранствовать бесплотным духом, так и не распавшись благодаря заклятию прадеда. Потому он видел многое из того, что сокрыто для других, знал, как думают и чем руководствуются всевозможные создания, из различных уголков Вселенной. И обрывки увиденных когда-то эпизодов из жизни основателей Дворов Хаоса и Порядка, отрывки их разговоров, стали возникать в памяти, все, что узнал из преданий, легенд, и старинных свитков, всплывало на поверхность. Все связанное с Янтарным Королевством. До которого было еще так далеко.

— Я могу чем-то помочь? — Поинтересовался Кэфент, у которого в отличии от его прежней жизни, потенциал в магии весьма возрос. Просто пока он еще не успел опробовать свои возможности.

— Землю теперь очень трудно покинуть. Ну, так как раньше. Этот же способ до ныне был доступен вообще лишь двадцатке людей. И все они вначале приходили сюда, а уж потом возвращались к себе. Нам же предстоит наоборот, и пока я не знаю, за что зацепиться. Эти путешествия по теням Эмбера, имеют одну особенность надо представлять детали, того места, куда хочешь попасть. Но я там ни разу не был.

— Ты говорил, нам предстоит посредством отраженных миров добраться до истока…

— Да. Но перемещение по Отражениям — это искусство. Оно требует абсолютного воображения, сверхчеловеческой восприимчивости и способности к крайнему сосредоточению. Естественно, не каждый обладает всем этим, поэтому количество идущих в отражения ограничено. Только величайшие художники отражения Земля имеют некоторые намеки на эти силы, но лишь немногие знают технику движения.

— Мы этим всем вроде бы обладаем.

— Это да, но…. Видишь ли когда-то я использовал основы этого метода, ведя свой отряд как бы сквозь нарезанный слоями пирог из миров, даже не миров а неких зон… и сейчас приблизительно знаю как уходят королевичи… Но нам нужно попасть не просто из Отражения в Отражение, а выйти к истоку, к Альфе так сказать. И для этого нужно знать, не фантазировать, представлять а вспоминать, как там все выглядит.

— Понятно, но вообще как это происходит то?

— На первый взгляд все просто — перемещающийся фокусирует свое внимание на одной-единственной детали отражения, в которой находится, и пытается представить сходную деталь в отражении, которое ищет. Это может быть камень, ветка, здание, книга, человек, но это должно быть что-то характерное, а не общее. Если в настоящем отражении не на чем сфокусировать внимание, можно попытаться представить предмет мысленно, но это усложнит перемещение. Естественно, чем лучше перемещающийся знает отражение, тем легче ему попасть туда. Удерживая мысленный образ, перемещающийся начинает двигаться. Он может идти, перемещаясь медленно. Это безопасно; если бежать, тогда гарантий безопасности меньше. Во время движения житель Эмбера продолжает сосредотачиваться на единственном объекте. Вскоре он вызывает другой объект желаемого отражения. Теперь он сосредоточен на обоих объектах. Так он продолжает движение и концентрацию внимания, к нему из отражения приходит все больше предметов, пока отражение не начнет медленно обретать определенную форму. В этой точке начинает изменяться само восприятие, так, чтобы в целом соответствовать отражению. И наконец, спустя значительное время и минуя огромные расстояния, отражение становится полным. Но только тогда когда «странник» войдет в него все будет завершено, а Отражение станет целым и цельным.

— Че то я не понял — идущий создает отражение или просто идет к тому, что уже существует действительности?

— Гм. Ну поскольку Земля существует в действительности, и существовала еще пол миллиона лет назад, думаю не создает, а воспринимает фон от Сферы.

— А, тогда я понял, в чем загвоздка — Кэфент поднял вверх указательный палец — если перемещающемуся приходится концентрироваться на специальном предмете из отражения, значит, он не способен попасть в отражение, о котором ему ничего не известно. Тоесть если в памяти не удерживается ничего конкретного, нужно сосредотачиваться сверх меры, а если нет уверенности в результате, это еще и крайне опасно.

— Именно так, я не знаю ничего, что лежит на всем этом пути, что ведет к Янтарному Королевству и дальше. Проблема в том, что там можно попасть в ловушку. Сами вымышленные миры обладают неким сдвигом реальности, неким научным парадоксом или невероятностью, и физические тела, вероятно, там не выживут. А если выживут, они могут разрушить вымышленный мир.

— Нда задачка. Но если я правильно понял в этом мире, гости из Эмберских краев бывали? Значит должен остаться след ихнего перехода, след соприкосновения миров. Этого и ближайшего, из которого вошли сюда.

— Гм, а это мысль. Куру ну-ка хорош, прохлаждаться, давай помогай.

— Куатар одним прыжком преодолел расстояние отделяющее его от Априуса, и и поинтересовался:

— Ну как сходили? Где побывали? Рассказал бы хоть, а потом уже требуй чего-то.

— Априус вздохнул и принялся рассказывать. Барс молча выслушал, и в конце этого краткого повествования, Проныра решил немного продемонстрировать достижения этого современного мира. Попросту вставил краник сифона прямо в пасть куатара, нажал на спуск, и тугая струя «колючей» воды ударила с невероятной силой. Куру ошарашено взрыкнул, и сделал глоток, в его звериных глазах отразилось нешуточное изумление, а затем он пробасил:

— Колется… нет, щиплет…. даже скорее щекочет… забавное ощущение. А ну впрысни еще, не распробовал я что-то.

Проныру упрашивать было не нужно, он вновь всунул в пасть куатару, носик краника, и выпустил длинную струю газводы. На этот раз барс, непроизвольно обхватил носик губами, смешно вытягивая их вперед, но глотать, сразу не стал, прислушивался к ощущениям. Через некоторое время все же проглотил, шипящую во рту жидкость, и прорыкал:

— Хорошая штука. В жару особенно. И много так таких вот изобретений.

— Не сосчитать. — Ответил Априус — они появлялись на протяжении двух-трех веков, так что успело поднабраться. Не поверишь, но у них есть железные птицы, в которых люди летают под облаками.

— Как же они движутся? Принцип как у небесной ладьи?

— Нет. Это выдумка местных мастеров, называется мотор. Они используют их для разных целей, чтобы двигать повозки, вагонетки, пароходы, и летательные аппараты. В такой э… механизм накладывается или наливается горючий материал, он сгорая приводит в действие крутящийся вал, и тот вращает колеса.

— Ну это не новость. У народа Нин-Хур-Сати тоже имелось множество таких штук.

— Да имелось. Но здесь это в более широком спектре используется. Доступно абсолютно для всех. А теперь давай за дело. Хотя может в чем-то ты и прав, если они не полные идиоты, то могли и взять за основу древние самоходные штуки…

Пока Проныра пшикал из своего сифона, в распахнутую пасть Яши, и пытался напоить попугая, Априус объяснял барсу, что от того требуется. Искать нужно было не просто астральный след, и не отпечаток открываемого когда-то портала, а место перехода одного мира в другой. След своеобразного катка, по которому проскользили сквозь череду, составленную из определенных миров. Потому что уровень тех, кто это делал, был очень высок, и им не надо было медленно перебираться сквозь каждое Отражение, по отдельности.

Требовалось отыскать место слития миров, место, где пространство растягивалось, переходя из одного в другое, это должен был быть своеобразный перешеек.

— Ладно, чего тянуть, понял я, понял — проворчал снежный кот, и демонстративно и шумно втянул носом воздух.

Априус знал, что сейчас куатар задействует все свои сверхчувства, запаховое зрение, и еще что-то там, не доступное человеческому пониманию. Мир станет более многоуровневым, многогранным, объемным размытым и растянутым. А еще Куру еще как бы сольется с ним, своим сознанием, становясь единым целым.

Затаив дыхание, все смотрели как барс, проникает в сокрытые планы бытия, как подстраивается под них, и ищет, ищет след. Прошло около пяти минут, и куатар сдавленно рыкнул:

— Чувствуется некий оттиск… своеобразного пространственного продавливания…. Не здесь. На обратной стороне планеты, в другом полушарии. Нужно отправляется туда, там будет видно яснее.

— И насколько давнее это продавливание? — Поинтересовался Рус.

— Где-то в пределах этого века.

— Понятно. Что же фиксируй точку, будешь нас наводить. Друзья мы отправляемся. Станьте в круг.

Заклятье Переноса, хоть и не является высокоточным, но в пределы желаемого места, всегда доставит. Им Априус и предпочел воспользоваться. Тем более в пределах структурированного мира, это безопасно на все сто. Воздух, замерцал, засеребрился, и мгновением позже, вся компания изчезла, оставив на берегу лишь отпечатки лап. Вот подивятся местные фермеры, увидев отпечатавшиеся в прибрежном грунте лапы огромного барса, и совсем уж чудные оттиски динозаврих ступней.

Вынесло их на идеально ровный автобан. Уже знакомые с асфальтным покрытием дорог, люди не обратили на это никакого внимания, а вот Яша, некоторое время царапал когтями, идеально ровную поверхность дороги, и изумлялся:

— Так вот какие тут тлакты, Не удивительно, цто они тут мозут так гонять на своих повозках. Давайте убелемся в столонку, а то не хоцю бодаться с этими гломыхалками.

— Ты прав. Отойдем подальше. — Согласился Априус — Куру ты уверен, что это здесь?

— Ну насколько это возможно. Где-то в этом районе было продавливание граней. Найдем подходящее местечко, и я посмотрю снова.

— Там дальше город… — Раздалось хриплое сверху.

— Нам туда не нужно — ответил куатар — хотя без сомнения те, кто ходил сквозь миры, прожили здесь некоторое время. Но мне легче будет где-то тут, на природе.

— Хорошо идем вон в ту рощицу — проговорил Априус — осматривая окрестности. — Да и на глазах нечего маячить. Хорошо что тут вечер уже.

Они двинулись к недалеким деревьям, и вскоре куатар удовлетворенно рыкнул останавливаясь.

— Тут будет самое то. Можно начинать.

Априус посмотрел на своих спутников, и пробормотал несколько неуверенно:

— Что ж друзья за дело!

Таким образом никто и никогда, никто из них по мирам, а тем более серез них, не открывая окон и порталов, не ходил. Всем это было внове и впервые. Но все когда нибудь однажды случается. Не подсмотри Априус в своих духовных скитаниях эту возможность, никто и ни когда о ней бы и не узнал, если конечно не искать специально.

Тут требовалось полное спокойствие, концентрация воли, и умение владеть собой, ну и конечно великолепное воображение. И как ни странно, все шестеро странников, этими способностями обладали. В какой мир они должны были проломиться, не представлял никто, но попытаться вызвать образ подобных деревьев, что были в этой рощице, или вид такого же вот неспешно несущего свои воды ручья, это было возможно.

Априус ожидал какого-то эффекта от начала перехода, но ничего не происходило. Разве что воздух немного задрожал, да пространство чуть заколебалось. Он держа в голове образ ручья, сделал небольшой шаг вперед, затем еще и еще, друзья делая то же самое, последовали за ним.

Глава третья Эмберовы Отражения

Ручей бежал, они шли, и местность постепенно стала меняться, вместо лиственной рощицы появился хвойный лес, на берегу ручья стали попадаться валуны, вода стала более прозрачной, стали видны мелкие, золотистые рыбешки, весело плывущие куда-то. Постепенно перед мысленным взором Априуса, стала проявляться цепочка из пульсирующих огоньков — путь из отраженных миров, которой нужно пройти, чтобы попасть в Янтарное Королевство.

Вот так привязавшись к водному потоку, они и проследовали в иное Отражение, почти ничем не отличавшееся от Земли. Главное что места эти были хоть и обжитые, но в те моменты, совершенно безлюдные. И следуя вдоль ручья, вниз по его течению, они ни кого не встречали, за исключением редких мелких зверюшек.

— А мне тут нравится — крутя головой по сторонам, проговорил Кэфент, — люблю сосновые леса. У них какая-то особенная аура. Вечно зеленые деревья чем-то особенно хороши, ели всегда высокие, стройные, сосны разлапистые, да и дышится тут по-другому. Давайте сделаем привал, а то кто знает что нас дальше ожидает.

— Хорошо — кивнул Априус — вон хорошая полянка, с раскидистой сосной по центру. Ручей рядом, если что надо.

Быстро скинув плащи, расстелили их на земле, и развязав походные вещмешки, достали продукты, приобретенные накануне. Колбасу с надписью «докторская» на этикетке, хлеб кирпичиком, плавленые сырки, все нарезали и запивая пивом из стеклянных бутылок, принялись есть. Первые мгновения стояла тишина, на лицах и мордах, отражалась целая гамма чувств, затем Яша, быстро проглотив свою долю пищи, прговорил:

— Оцень интелесный вкус у сыла, и колбаски тозе. А цто это такое холодное, аз молоз плобилает?

— Это такая замороженная смесь — ответил Проныра, более всех изучивший сорта мороженного — в основном молочная. Но бывает и ягодная, бывает ванильная или в шоколаде. Зовется просто мороженое. Продается в стаканчиках и на палочке, прямо на улице. Ты попробуй пальчики оближешь… Ну в твоем случае лапу обсосешь. Давай помогу…

Поддерживаемое заклинанием в нужной температуре мороженое, очень сильно изумило Яшу, впрочем, не только его, ни попугай, ни везде странствующий вместе с Априусом, куатар, такого лакомства и представить не могли. Есть мороженное в лесу, сидя под сосной, было как-то особенно не обычно, и малюсенькие порции, почти мгновенно исчезли во ртах и пастях. Рунин тоже умудрился не отстать от остальных, ловко искусав свое, воткнутое Априусом, палочкой в землю.

— Ух, как горло холодит — проговорил барс, облизываясь — Проныра дай запить из своего чудо-сифона, а то больно сладко во руту то.

— На — только давай не сильно увлекайся. Осталось уже меньше половины, а заправить будет негде. Даже и не знаю выкидывать ли баллон… как вода закончится, или таскать за собой?

— Если бы попалось Отзеркаленный мир Земли, может быть, и удалось бы наполнить его вновь — поднимаясь, ответил Рус — так что будет видно. Ну что все идем дальше. Руки сполоснем в ручье и вперед.

Они вернулись к ручью, помыли руки, и умылись, а затем, вновь сосредоточившись, принялись проламывать себе путь, проецируя каменное русло ручья на точно такое же, но в другом мире. Так и пошли дальше, держа образ ручья в голове, который вроде бы и был привязан к Земле, но оказался текущим как бы сквозь миры.

Вскоре хвойный лес, сменился лиственным, все больше попадались дубы, осины, березы, вязы, а в конце концов вообще стал оливковыми рощами, вода в ручье помутнела, зато он стал глубже, и шире, превращаясь в мелкую речушку, и на его берегах стали встречаться более крупные животные.

По абсолютно синему небу над головой, всем стало ясно, что они перешли в еще одно Отражение, потому, как и воздух, здесь был несколько суше и жарче… да и вообще чувствовалось, что это уже другой мир, отличный от предыдущего.

— Так говоришь, этот Эмбер является одним из ключевых миров? — Поинтересовался Кэфент, у Априуса, нагоняя того, — или он нечто другое?

— Да является, но он еще и праобраз, прототип, основа, опорная точка на меридиане Сферы. Таких миров немного. На заре времен, точнее еще раньше во время зарождения Вселенной, они послужили шаблоном, моделью, по праобразу которых и выстраивались остальные миры. Плюс ко всему этому они строго закреплены на кристаллической решетке Сферы, каждый на своем месте. У меня никогда не было времени, чтобы не то что побывать в каждом из таких миров, а даже обозначить их на модели Сферы. Вселенная представляет собой очень сложный живой Организм, со своими правилами, законами, и особенностями. И чтобы хотя бы чуть-чуть изучить его, нужно не останавливаться ни на миг.

— Значит, там заложены некоторые основы правил Мироздания? Раз это мир из самых первых, что овеществились?

— Ну как мне кажется, именно там расположен Изначальный Огненный Путь, своеобразный магический узор, представляющий собой целую систему положений Порядка. Узор, который и издает основополагающую цепь действующих законов, именно он и противостоит силам Хаоса, которые ни как не успокоятся. Прости, если объясняю, путано и не понятно. Это так лишь предположения, не более того.

— Значит, думаешь, именно там формируются самые простейшие э, положения Порядка?

— Ну скажем так, это одно из мест, где постоянно вырабатываются контрмеры, против попыток Владык Непостоянства, одержать реванш. Не думаю что так было изначально. То есть Творец тут ни при чем. Это уже творение кого-то другого, более местечкового. Видимо что-то узнал, такое, что сподвигло сделать добавочный инструмент защиты против сил Хаоса.

— Да из своего прежнего опыта, могу сказать, что адепты этих Сил, на выдумку весьма хитры, и в разных мирах действуют весьма по-разному. Где-то они даже не утрачивают людских обличий, хотя имеют и второй облик. Но суть я уловил, кто-то сотворил своеобразный Пик Стабильности, который не только удерживает в э-э, в порядке один мир, но и отбрасывает множество теней, которые хоть и зависят от первоисточника, но живут собственной жизнью. С той лишь разницей, что все что происходит в шаблонном мире, отзеркаливается на его Отражениях.

— Да, лучше и не скажешь. Но главное то, что они каким-то образом взаимодействуют с Двором Хаоса, при этом постоянно не воюя. И это в данный момент, меня интересует больше всего. Если существует возможность как-то договариваться, то почему бы ее не использовать. Победить всеобщего Врага, а потом разбираться между собой. Лучше уж пусть адепты Хаоса, станут нашими союзниками, чем союзниками Поедателя, как уже произошло. Ведь эта ненасытная утроба, что есть, ни пойми что, могла поглотить и Хаос. Который окружает нашу Сферу, я имею в виду. И который по моей теории является Вторичным. Он еще не есть вещество, но уже довольно близок к этому.

— Ну это совсем уж философский вопрос, — что там за пределами Сферы. Никто ведь никогда не выходмл за Барьер.

— Никто и ни когда — грустно улыбнулся Рус, вспоминая прадеда, которому, скорее всего это как-то удалось. Но теперь, поди узнай, вышло ли у него это, может, распылило Агатона на атомы, как говорят на этой Земле, которую они недавно посетили. — Хотя знаешь, собирались же Падшие куда-то бежать? И явились же они откуда-то из-за края, сбросив власть Древних? То-то и оно, об это тоже не следует забывать. Мысли глобально, ты уж не тот запутавшийся мальчишка, что принял бой, не задумываясь, и видящий даже не верхушку айсберга, а так самый кончик.

— Да тут ты несказанно прав, в моей — Кэфент — невесело улыбнулся — общине, тщательно скрывались даже те крохи правды, что были известны. И пожалуй лишь единицы, знали о существовании Правящих Богов. И кто они есть такие.

— Ну и не удивительно. Божественная Троица не кричит о себе на каждом углу, как было до них. В этом и их сила, и их слабость. А о Падших…. Откуда тебе вообще было о них знать? Их свергли где-то около пяти тысяч лет назад, и то смотря каким временем мерить.

— А ты откуда все это знаешь?

Априус быстро взглянул на собеседника — внешне, в смысле возрастным обликом, они почти не отличались, поэтому Кэфент, мог его посчитать практически одногодкой, просто с очень большими знакомствами.

— Да так, изучал редкие книги, старые рукописи и фолианты. Было даже пару глиняных табличек с рунописью… Отец у меня был большим собирателем по этой части. Натаскал всякого, в родовое поместье. Ну а потом еще просветили, некоторые весьма просвещенные личности. Твои вызволители, кстати. Тебе они как представились?

— Назвались жрецами. Жрецами Сферы.

— Гм. Ну можно и так сказать. Так вот, они, пожалуй, единственные, кто может коротко, четко и ясно поведать тебе все историю Сферы. От некоего момента после Сотворения, и до нынешних времен.

— А ты то как с ними встретился?

Рус, чуть улыбнулся, вспоминая первую встречи с Великим Змеем, и произнес, немного погрустнев:

— Ни за что не поверишь, во время водных процедур. Но мы столкнулись друг с другом абсолютно случайно. В океане. Он вынырнул из глубин прямо передо мной, и чуть не сделал меня заикой. А когда заговорил, у меня вообще чуть речь не отняло… Но та наша встреча была мимолетной. Тогда я не знал кто он. Да и вообще ничего почти не знал. А потом… Потом было не до того. Наш э-э… замок взорвался. Неправильное использование Силы. Погибли все. Даже камня на камне не осталось. В один миг, мы с Куру, остались вдвоем. И началось наше звездное странствие, странствие по мирам, и вне их…. А Просвещающий, можешь звать его так, потом сам меня нашел. С тех пор мы с ним как бы, э-э, сотрудничаем, если можно так сказать. Ну и наработались кое-какие обязательства…, так что…

— Понятно. Значит это сугубо твое желание, подвигло их вернуть меня?

— Ну не совсем. Не хотели бы — не стали. А так видать чувствуют, если не угрызение совести, то что-то схожее, ведь если бы не ты со своей безумной башней, сидеть бы взаперти и… ну теперь сам знаешь кому. Да и вся Сфера можно так сказать тебе обязана, это если вспомнить о последствиях. Так что это возвращение, это неизмеримо малая благодарность, за твой, не побоюсь этого слова подвиг.

— Ладно, не будем об этом. Вновь дышу, хожу, и ем, и то хорошо. Хорошо еще память подчистили основательно, а то бы наверно заела насмерть.

— Это да — кивнул Априус — сам себе блоков наставил. А то бы двинулся.

Тем временем ручей превратился в мутный, грязный поток, струящийся в зарослях тропической растительности. И шли они уже через джунгли, то и дело прорубая, мечами дорогу, хотя звериные тропы, тут и имелись, но, то и дело приходилось огибать непроходимые места на берегу.

Рунин все это время дремал на плече Априуса, боясь взлететь и потеряться, а тут еще и дождик начал моросить. Тут он внезапно открыл глаза и проорал:

— Че то не нравится мне погода! Бурей пахнет, как пить дать.

— С цего это ты лесил так? — Полюбопытствовал Яша, шагавший сзади Руса.

— А с того, что навостри чувства, ящерица безмозглая! — Это не простая буря.

Погода резко ухудшилась, задул пронизывающий, какой-то неестественный ветер, небо потемнело, стало тяжелым, засверкали уже близкие молнии. Внешне это напоминало тропическую грозу, но все, как-то разом ощутили, что это нечто другое.

— Не нравится мне что-то это ухудшение погоды — втягивая носом воздух — проревел куатар, останавливаясь — нехорошим таким «сквознячком» потянуло.

— Ты о чем? — Тоже обостряя все чувства, поинтересовался Априус.

— А ты что не чувствуешь? Назревает что-то…

Барс не успел договорить, сзади раздался рев, по ручью все нарастая понесся огромный вал воды, в мгновение превратив, его в бурный, затопляющий все вокруг, неистовый поток. Ветер за какой-то миг, превратился в шквальный, вокруг начали валиться и ломаться деревья, вырванные с корнем кусты, полетели по воздуху, как пушинки, ливень хлынул, сплошной стеной, и вместе со всем этим пришло, странное почти забытое ощущение, недееспособности чар.

— Что творится с магией? — Заорал Кэфент — стараясь перекричать шум и треск — ничего не работает. Даже самое элементарное.

— Сейчас лучше не колдовать, чревато… — крикнул в ответ Априус — давайте прочь от берега. Поток все нарастает.

Уклоняясь от летящих по воздуху обломков, они бросились напролом в джунгли — сейчас усмирять стихию было нелепо, к тому же это явно была не простая гроза. Буквально из ничего родилась огромная скрученная воронка, смерча, который, набирая обороты, затягивал в себя все. Где-то неизмеримо далеко, зародился этот шторм, из столкновения волн, что исходят от пределов, где граничат Порядок и Хаос.

Как так получилось, объяснить сложно, но шторм пронесся сквозь множество Отражений, подхватывая людей и предметы, в том числе и нашу честную компанию, в последний миг, вцепившуюся друг в друга. Арприус как всегда схватил Рунина за лапы, крепко зажав их в кулаке, и не смотря на вопли попугая, не отпускал другой рукой, инстинктивно ухватив недодракона за толстый хвост. Вокруг все ревело, грохотало и выло, буйство стихии было ни с чем не сравнить, магические потоки тоже, словно сошли с ума, здесь нужны были абсолютно другие заклинания, построенные на совершенно иных платформах, там, где все не стабильно, требуется мгновенно, изменяющийся узор.

В отраженных мирах, этот шторм, проносясь везде оставлял свой след. Где проявлялся ураганами, тайфунами, буранами, и бурями, а где селями, и наводнениями, укрыться от него было не возможно, такие колебания миров, хоть и редко, но случались. Путников, долго вертело, и бросало внутри смерча, а затем, когда тот распался, они обнаружили себя в несущемся, потоке, грязной, ревущей воды. Их волокло уже, по какому-то ущелью.

При всей своей силе, чародеи оказались беспомощны, потому что та бешеная скорость, с которой смерч, и водный поток, пронзали пространства миров, не давала, сплестись ни одному, мало-мальски мощному заклинанию. Это было похоже на гигантскую незримую трубу, в которой под невозможным давлением, прогоняется все, что в нее попало.

Априус ощутил что круговерть в голове поутихла, и попытался осмотреться, вскоре понял, что их несет в себе горная речка, с ее неизменными порогами, и перекатами. Нужно было принять такое положение, что бы ноги были впереди, и иметь возможность отталкиваться ими в нужный момент, от несущейся наыстречу опасности. А еще надо было держать Рунина над водой…. Хотя зачем? Рус, с силой подбросил попугая вверх — лети пташка, на то тебе и крылья, а саа принялся искать взглядом друзей, плывущих где-то рядом в бурлящей воде. Одновременно с этим он слышал отзвуки грандиозной битвы, именно она послужила причиной зарождения шторма, там плавилась реальность, там тек камень, и съедалось пространство, дисбаланс был настолько силен, что становилось понятно, почему любое магическое воздействие становилось невозможным.

Но видимо там наступил какой-то перелом, потому что горная река, постепенно, умерила свой нрав, став небольшим, не широким, все увядающим потоком, мелеющим прямо на глазах. Априус сумел встать на ноги и попытался уйти в сторону от течения, волоча за собой Яшу. Выбравшись на каменный уступ, он подтащил ящера, подал руку Проныре, и облегченно вздохнул, увидев как, рядом оказался мокрый куатар.

— Кэфент где? — Прохрипел он, поворачиваясь к полуэльфу.

— Н-не знаю — выдавил тот — наверное, дальше отнесло.

— Ладно, надо выбираться на сухое, не объявится, пойдем искать…

Помогая друг другу, почти на ощупь они начали выбираться из воды. Вокруг почти ничего не было видно, стеной стояла водная пыль, клубился туман, и царила полутьма. Небо было где-то высоко-высоко, все затянутое злыми, темными тучами. Но какой-то намек на просветление все же наметился, хоть тучи все еще были там. Сумасшедшее небо за ними выкидывало свои фокусы. Но в тучах была яркость. Они побледнели и теперь пылали, словно загораживали солнце.

Априус следил, как тучи становились все ярче. Самая большая и яркая из них закружилась так, словно ее взболтали. Внутри нее метались, выстраиваясь, силуэты. Контур начал принимать форму. Сама гроза онемела, когда возникло видение. Что-то определенно формировалось над головами — уже просматривались черты огромного человеческого, лица.

* * *

Кэфент, весь исцарапанный и избитый, шатаясь, выбрался из водного потока, вокруг ничего не было видно, стоял сплошной полумрак, как будто на дне очень глубокого ущелья. Пропасть была просто огромна, стены не ощущались ни слева, ни справа, сверху просто светло серое пятно, вот и все что удалось рассмотреть. Никого из своих спутников, маг не слышал, попытки позвать ни к чему не привели, и он некоторое время просто приводил себя в порядок, выжимая одежду, и проверяя так и не брошенный вещмешок, который сыграл роль смягчающего щита, при ударах.

Внезапно наверху начало светлеть, Кэфент задрал голову и попытался рассмотреть насколько глубоко ущелье, но краев не увидел. Зато прямо над собой, где-то в месте, где должно было быть небо, узрел лицо. Бесспорно человеческое, и лик это был к кому-то обращен, но чародей явственно чувствовал, что диалога там нет, это, скорее всего некое сообщение, предназначенное для кого-то наверху.

Постояв еще некоторое время с запрокинутой головой, чародей всматривался в этот лик, стараясь понять, что же там, на верху происходит. Магические потоки в этом месте просто сходили с ума, чувствовалась близость Хаоса, и еще навязчивое ощущение неизбежности какой-то катастрофы.

Не было под рукой привычного посоха, не было времени и места, вычерчивать пентаграммы, поэтому за те быстротечные мгновения, что ему отводились, Кэфент, не успел даже понять, что происходит. Он просто ощутил чьи-то эмоции, страх, потом ужас, быстро приближающуюся длань смерти. Бывший некромант, мог чувствовать старуху с косой очень хорошо, и ни с чем спутать не мог. Кому-то предстояло умереть, умереть прямо сейчас.

Какая-то внутренняя сила, заставила бывшего воина лиги убийц, сгруппироваться, в последний миг не смотря ни на что, он рискнул бросить, заклинание «Замедления» оно притормаживало действие всего, что происходило вокруг. Непроизвольно он вытянул руки вперед, чуть сгибая их в локтях, и тут же ощутил удар, и громадный груз у себя на руках. Не удержавшись на ногах, Кэфент, опрокинулся на спину, но свой, неожиданный груз так и не выпустил.

От удара о камни, сперло дыхание, словно рыба, глотая ртом воздух, он попытался повернуться на бок, спихивая при этом тяжесть, давившую сверху, и рассмотреть, что или кто, упало ему в руки. Видимость по прежнему была нулевая, но магического зрения ведь его никто не лишал, а с новыми возможностями, он мог видеть, лучше, чем ясным днем.

Кэфент, замер — рядом с ним на голых камнях лежала девушка. Прекрасная, израненная и… и почти мертвая. На левой щеке и горле, глубокие порезы, отпечаток ужаса на бледном лице застыл нелепой маской. Парню не смотря ни на что, сразу же захотелось согнать это выражение с прекрасного лика. Он осторожно провел ладонью по ее лбу — горячий, потом так же нежно по щекам, стараясь не касаться пореза. Ее веки чуть дрогнули, лицо разгладилось, тгда Кэфент с трудом усевшись, подтянул девушку к себе, и положив ее на свои колени, принялся вспоминать приемы искусства врачевания.

Первый же осмотр показал, что серьезных повреждений у спасенной красавицы, нет. Кроме порезов, да полуобморочного шока, от того, что упала в пропасть. Целящие заклятия, и небольшая толика собственной энергосилы, Кэфента быстро привели ее в чувство. Веки дрогнули, и она распахнула чудесные голубо-синие глаза. Казалось, даже туман понесло прочь, от этого взгляда, чародей замер, не смея пошевелиться, и постарался держать руки так чтобы не испугать незнакомку.

Несколько секунд она, не моргая, смотрела ему в лицо, затем быстро бросила взгляд — вправо-влево видно оценивала ситуацию, и видать надумала что-то не то. Тело ее напряглось, мгновенно выгнулось с дугой, и не меняя позы она вскочила на ноги. Чародей и опомнится, не успел, как его собственный клинок острием уже глядел на него. Сноровки и умения этой красотке явно было не занимать.

Только сейчас Кэфент обратил внимание, что незнакомка одета по воински, хоть и весьма дорого, но и в ее стойке и в осанке, он безошибочно мог определить если не профессионала, то довольно сносного мечника.

— Эй — эй — Кэфент выставил обе руки вперед — вообще-то, если ты не заметила я тебя спас. Ты вон оттуда прилетела — он осторожно потыкал пальцем вверх. А потом я тебя лечил, после водного купания, мне как-то не до тог было, это если ты о чем-то не том подумала…

Спокойный голос, и расслабленная поза, наверное, подействовали успокаивающе — незнакомка опустила меч и что спросила. Кэфент пожал плечами и помотал головой, демонстрируя полное не понимание. Она спросила еще на нескольких языках, но ни один из них чародею был не знаком. Тогда он быстро, бросил то, полученное от Жрецов, заклинание, что позволяло понимать всех, даже не гуманоидных, разумников.

— Ты кто? — Было ее первым, понятым им вопросом. — И где мы, и что ты тут…?

— Твой спаситель — улыбаясь, ответил Кэфент — ты навернулась в пропасть, а я словил. Сам не знаю, как так получилось, что мы оба остались целы. Я немного подлечил тебя. Так что верни мой клинок, и не балуйся больше, а то еще порежешься.

Она хмыкнула, и показала несколько довольно мастерских выпадов, затем протянула ему меч, и сказала недоуменно:

— В пропасть? Странно… мы ведь упали в бездну, в ту что за краем Всего. А не в пропасть или провал. Ничего не понимаю… может это Камень как-то повлиял, хотя он и был у Бранда а не у меня. Ну да ладно, это потом… Значит, я тебе обязана жизнью. Могу отблагодарить золотом или драгоценностями за мое спасение. Нужно только вернуться в мой дворец. Я вообще-то принцесса. Но ты то, как тут очутился?

— Бурей забросило. Мы с друзьями пытались разыскать одно загадочное королевство. А тут налетел такой шквал, что нас понесло сквозь миры и пространства. Голова до сих пор кругом, я потерял своих товарищей во время паводк… мне, удалось выбраться из потока только здесь, я еще не успел сориентироваться, как тут ты шлепнулась мне в руки.

— О должно быть вы попали в шторм в Отражениях. Это естественный, но не очень понятный феномен. Одна теория о его происхождении говорит, об интерференции волн, которые расходятся от нашего Эмбера и Дворов Хаоса, формируя природу Отражений. Как бы там ни было, когда поднимается такой шторм, он может пронестись через большое количество отражений, прежде чем выдохнется. Иногда эти шторма наносят много ущерба, иногда не очень. Но в мгновения буйства они часто переносят предметы. Так что вам еще повезло, легко отделаться.

— Ты сказала от нашего Эмбера? Неужели ты оттуда?

— Да я одна из принцесс королевской крови. И являюсь законнорожденной дочерью своего отца. К сожалению, он успел неплохо продолжить свой род, потому не о каком наследстве речь даже не идет.

— А как ты то сюда попала? Наверху как я ощутил, идет сражение…

— Это наши семейные разборки, совпавшие с войной Хаоса и Порядка. Сейчас там финальная битва. А в пропасть я упала, будучи сброшена одним из моих братьев, оказавшимся тем еще мерзавцем. Думала что все уже, путь мой прервался. Но видно рановато мне еще на свидание со смертью. Как будем выбираться?

— Для начала надо найти моих друзей. А там посмотрим. Меня кстати Кэфентом кличут. Я не принц, и вообще не имею отношения к королевской династии. В моем родном э… мире, другие иерархии. Хотя в свое время я был советником императора, так что не очень то задирай нос, принцесска.

— Я тебе не просто какая-то заурядная принцесска, или королевна из Отражений, мой род основал король Эмбера, а он есть основополагающая Порядка. Мы сродни богам.

— О покорнейше прошу меня простить ваше высочество! — Поклонился Кэфент, немного ерничая, но боюсь вам уже не вернуться к прежней жизни. Из этого провала непросто будет выбраться… Но не в этом причина, я… — чародей осекся, потому как ему на плечо опустилась довольно ощутимая тяжесть, а в ухо прокаркало?

— Ну ты и забрался дружище. Насилу отыскал, в таком-то тумане не особо полетаешь. О, да ты уже и подругу себе нашел. Здравствуйте леди! Меня зовут Рунин, я представляю собой редкий вид вещих говорунов.

— Обалдеть — пролепетала девушка — он не просто разговаривает, а ведет беседу, как…. как….

— Как и вы — люди — перебил ее попугай — с кем имею честь?

Черноволосая красотка, мило улыбнулась, и по-воински склонила голову, потому что всякие там реверансы, без платья были бы неуместны:

— Я принцесса, Дейдара Эмберская. Являюсь одной из многочисленных детей своего отца, повелителя Янтарного Королевства. Который к сожалению погиб, и теперь вся наша семья погрязла в борьбе за трон. Так что не в лучшие времена вы попали к нам.

— Из тумана неслышно выскользнул куатар, и уставился на незнакомку, своими умными глазами, потом вслух проговорил весело:

— Я смотрю Кэфент, ты времени зря не терял. Хороший выбор одобряю. Здравствуйте леди, меня зовут Куру, мы вместе с вашим другом путешествуем.

Обалдевшая принцесса только хлопала ресницами, не сразу прийдя в себя от необычно разумных зверей и птиц. Затем воспитание и привычка быстро адаптироваться к ситуации взяли свое, и она проговорила:

— Очень приятно меня зовут Дейдара, можно Дейдра ой…

Из-за стены тумана появились Априус и Проныра, следом за которыми семенил возмущающийся Яша.

— А вот и мои приятели — улыбаясь, проговорил Кэфент — знакомитесь принцесса из Янтарного Королевства, ее высочество Дейдра.

Последовала следующая череда представлений и приветствий, а когда все более-менее привели себя в порядок, Рунин усевшись на плечо Априуса, проворчал:

— А не пора ли нам убраться из этого негостеприимного места? Тем более что реальность тут разваливается провалами, образуются каверны, не пойми из чего. У меня голова кругом идет.

— Да по-моему она не просто разваливается, а не успевает воплощаться, стабилизироваться, — присев словно перед прыжком, пробасил Куру — и наш пернатый друг, безусловно прав, нужно срочно валить отсюда.

— Отсюда будет, не так то просто переместится — проговорила принцесса, с весьма озабоченным видом, озирающая окрестности — вон даже пространство плавится… видимо близость Хаоса сказывается, да еще и мой братец успел с Камнем Правосудия начудить. Но этого места все равно быть не должно. Вы видимо являетесь очень сильными э-э корректорами пространств, другой причины для образования этого места я не вижу.

— Гм — пробормотал Априус — интересная теория, но анализировать будем потом, А насчет перемещения, что нибудь придумаем…

— Каким это образом — выгнула бровь в изумлении Дейдра.

— Видишь ли, мы можем путешествовать и несколько иным способом, чем привычные тебе перемещения по Отражениям — улыбнулся Кэфент — но для того чтобы это делать, нужно иметь истинные представления об устройстве Вселенной. Ваши же догмы, несколько ошибочны, или вернее не полны и не столь объемны. Миров существует великое множество, но чтобы осознанно попасть в какой-то определенный мир, нужно не только обладать возможностями, но и иметь представление о его месторасположении на звездной карте Сферы. Или попросту знать его координаты. Знакомы ли тебе быстрые перемещения? А не долгие странствия из Отражения в Отражение?

— Да, но только они опасны. Не каждый может справиться. Это зовется у нас адской скачкой. Нужен специально обученный конь, и полная сосредоточенность на том месте, куда нужно попасть. Один из моих братьев может проделывать это и на автомобиле… Это такая самодвижущаяся карета.

Априус не особо прислушиваясь к разговору, туман вокруг казался живым, по нему то и дело пробегали зеленоватые искорки, очертания каменных стен уже были не видны, и требовалось как можно быстрее принять решение — каким именно способом отсюда следует выбираться. Единственное что еще оставалось вещественным это каменное русло ручья, и слабо текущий по нему поток. Самый первый элемент, с которого все и начиналось. Местоположение Эмбера на карте Сферы, так и осталось неизвестным, поэтому отталкиваться от него было Самый первый элемент с которого все и начиналось. Местоположение Эмбера на карте Сферы, так и осталось неизвестным, поэтому отталкиваться от него было невозможно. Решение пришло быстро, в памяти всплыли давние дни, когда и вдвоем с Куру, спешно убирались из не менее странного места, просто уйдя в неизвестность.

— Станьте рядом друг с другом — голосом, не терпящим возражений, приказал он, мысленно уже произнося начальную фразу, старого как мир заклинания.

Старого, неимоверно древнего, но все еще действенного и могучего. Потому что в таких условиях, пробовать, что-либо другое было довольно рискованно, и крайне не разумно. А не стабильность здешней материальной ткани, вызывала просто рвотные рефлексы, даже у него, видавшего всякое, так что чем быстрее они отсюда уберутся, тем лучше.

Быстро встав рядом с друзьями, Априус лихорадочно стал ждать начала действия чар — потому что даже текущий рядом ручеек, стал проваливаться в бездну, вместе с каменистым руслом, и берегами. Наконец «Воздух», вокруг них, или точнее то, что здесь его заменило, сгустился, стал более плотным, и вот уже четко оформившийся, кокон, вобрал их в себя, и рванувшись вверх, понесся прочь отсюда, туда где проявленная реальность имеет стойкие законы, а не плывет словно плохо сработанная иллюзия.

Он несся куда-то, время будто бы остановилось, хотя Дейдре казалось, что прошла целая вечность. Все это время, Кэфент не отпуская, держал ее за руки, неотрывно глядя в ее расширившиеся от ужаса глаза. Она хоть и была довольно рисковой штучкой, любящей ввязываться в опасные предприятия, и даже в ближний бой, но ее трясло как в лихорадке. Впрочем, не удивительно — такое перемещение могло привести в ступор кого угодно. Упругие и и слегка мутные стенки купола, все равно давали возможность даже обычным человеческим зрением видеть, проносящиеся вдалеке, звезды. Принцесса дрожала всем телом — у нее появилось стойкое ощущение что все что произошло после падения — это явно ее бредовые видения, и она, должно быть, погибла, а все что происходит уже не связано с проявленным миром. Если это было посмертие, то оно было до жути странным и ужасным, хотя чего еще можно ждать после падения за край Всего?

Вдруг, она почувствовала, как ей на плечо перебрался, этот странный, черный попугай. Он немного повозился, устраиваясь поудобней, и внезапно, принцесса четко услышала его слова прямо у себя в голове:

— Не бойтесь сударыня, все будет хорошо. Это вполне безопасный способ, покрыть большие расстояния, если конечно знать все секреты. Кокон никогда не распадется вне мира. Так что где-нибудь да приземлимся. А там останется только сориентироваться…

Девушка ощутила, успокаивающую волну, перетекшую в нее, от этой странной птицы, успокоилась, и даже попыталась посмотреть на приближающийся круглый, темно-зеленый шар, над которым висело оранжевое солнце.

— Ну вот еще чуток, и вновь почувствуем твердь под ногами — снова раздался мысленный голос попугая.

— Б-благодарю за поддержку — мысленно попробовала ответить девушка, пораженная возможностью пернатого, общаться мысленно, или как говорят в Отражении Земля — телепатически.

Сказать, что ей было не по себе, это ничего не сказать. Но кокон и вправду, быстро понесся вниз, и лишь буквально у самой земли, замедлился, и сразу начал распадаться, на составляющий. При этом, мелодично тренькнув, явно специально для принцессы, предназначенный звук, потому как Априус, чаще всего использовал беззвучное распадение. Некоторое время в сыром воздухе еще мельтешило, что-то напоминающее молочное марево, но затем все исчезло, и странники, смогли осмотреться.

Их выбросило на небольшом пятачке земли, поросшем травой и тростником, также имеющем на себе несколько замшелых валунов, и пару деревьев.

— Тьфу ты, напасть то какая! — Раздался ворчливый голос попугая уже откуда-то сверху — Кажись, нас в болота закинуло.

— В смысле? — Повертел головой Кэфент — хочешь сказать мы посреди болота?

— Нет — проорал сверху попугай, как и остальные из их четверки, прошедший посвящение в Хранители, и потому чувствующий любой мир — похоже, это болотный планетоид. Тут сухих мест, наверно и нет то почти.

После этих слов Рунин, резко рванулся на облет, при этом ушел на такой скорости, что только его и видели. Рус тоже покрутил головой, навострил все возможные чувства, и вздохнув, принялся расчищать месть для магической фигуры.

— Прежде всего, нам нужно выяснить, куда нас занесло — наставительно проговорил он — природные духи здесь имеются, но наврядли они подскажут, где именно в Большой Сфере расположен этот мир. Сам же он что-то не спешит это прояснить….

— А ты уже попробовал спросить? — поинтересовался куатар.

— Да, только не отзывается он что-то. Давайте помогайте, очистим, нужный участок, потом поедим, кое-что обсудим, и продолжим, пока солнце не зашло.

— Вы что все колдуны? — Округлила глаза Дейдра — Моя родня тоже многое умеет, но без помощи каких либо артефактов не особо то и много. А вы по небу носитесь аки… — она замолкла не в силах подобрать слово — и с мирами разговариваете…

— Мы не колдуны — коротко ответил Априус — мы скорее чародеи.

— А что есть разница? — Удивилась девушка.

— Конечно, неожиданно в разговор вступил Куру — но не буду тебе рассказывать об основных отличиях. Все дело в происхождении этих слов, никто уже не помнит, какие отличия были изначально. Колдуны изначально творили обряды ходя по кругу тоесть по колу, и дуние — символу, обозначающему единство огня земного, и небесного и оттого звались из-за этого колодунами. Со временем слово претерпело изменение, и они стали колдунами, как правило, это слово применяют к человеку, занимающемуся нехорошими делами. Чародеи понятно чары разные творили, волшбу делали, вот волшебниками и прозвались. Вот так способных творить зло и пакости стали звать колдунами позабыв об истинном смысле, а тех, кто хорошими делами занимался только — знахарями, что тоже не правильно.

— Куру не путай ее высочество — усмехнулся Априус. В каждом мире свои определения. Единственно, что могу сказать все эти ведьмы, ведьмаки, волхвы, знахари, дервиши, шаманы и прочие природники редко достигают высокого уровня. Волшебники, же и маги да. А уж как они будут использовать свою силу, это зависит только от них. А среди народа, да бытует такое мнение — те, кто пользуется Силой, с нехорошими намерениями — колдуны, а те, кто использует ее для добра окружающих, — ведунами… А для нас — внезапно прервал он себя— нет ни слов, ни названий. Мы надо всем этим.

— Боги??? — Не веря сама себе, пролепетала Дейдра.

— Ну тут смотря что ты подразумеваешь под этим понятием — улыбнулся Априус — не прекращая очищать землю от дерна — если в твоем понимании бог — это могущественное сверхъестественное существо, обладающее рядом качеств, властью над чем бы то ни было… — последовала намеренная пауза.

И Дейдра, Проныра, да и Кэфент, невольно напряглись и навострили уши, а чародей, усмехнувшись, продолжил:

— То нет.

— Ага — раздалось в голове Априуса, скептическое хмыканье куатара — конечно нет — хотя когда-то мы и были их детьми, но потом много всего случилось. Один Творец знает кто мы.

— Мы это плосто мы — подходя к ним, влез в мысленный разговор уже успевший измазаться тиной Яша — болото глубоценнное сказу я вам — продолжил он, переходя к насущным проблемам, уже вслух — самая высокая басня уйдет с велхуской. Ни пелейти, ни пелеплыть.

— О там и как же нам быть — нервно теребя край рукава, полюбопытствовал Проныра, полуэльф, с детства жил у моря, в городских стенах, а Андоринос, если и покидал, то только в случае крайней заинтересованности.

— Да не дрейфь ты, выберемся как нибудь — хлопнул его по плечу Кэфент — счас перекусим, а там и мыслишка появится.

Априус осмотрел участок земли, очищенный от травы, совместными усилиями, и кивнул:

— Хватит. Давайте пороемся в мешках, что-то да уцелело, эти как их… консервы точно целы должны быть. Заодно опробуем дар Патара.

Втроем они дружно развязали мешки, и на сброшенные плащи стали выкладывать жестяные банки с надписью «шпроты» и «салака» и тушеная говядина, «лечо из перца». Проныра порылся в мешке и вывалил на плащ несколько плавленых сырков, оставшихся от предыдущей трапезы. Колбасу и хлеб они съели еще в лесу, пиво выпили там же, остались чудом, или точнее при помощи заклинаний уцелевшие коробки с конфетами и шампанское.

— О да у вас тут еще и десерт найдется — обрадовалась Дейдра — какие же вы запасливые.

— Это да — согласился Кэфент — вот все и пригодилось. Жаль, хлеба нет.

— Надеюсь, сейчас будет — загадочно — ответил Рус — давайте стол сымпровизируем, не на земле же скатерть стелить.

На траве, вокруг одного из валунов, расстелили плащи, на него Априус, впервые раскатал «скатку» именуемую еще и простейшей скатерью-самобранкой. Из нее появились, самые простые яства, как и говорил Патар, немудреные и в большинстве своем едва обработанные. Металлический казанок с варенной в мундире картошкой, круг сыра, круги хлебных лепешек — перепечек, добрячий шмат сала, большой кусок нашпигованного морковью и чесноком запеченного мяса, несколько луковиц, большое лукошко малины, и простые, глиняные кружки с киселем…

— Не густо — протянул Кэфент — я слыхал они чуть ли не пиршественный стол могут накрыть.

— А я слышал, что им заказывать можно словами, а некоторым даже мысленно — проговорил Проныра, прочесывая за ухом — и еще что…

Но тут его перебил Яша, заревевший:

— Скателть! А ну-ка исполняй, хоцю больсого тунца! А есце хоцю жаленого балашка, и…

— Яша успокойся — прервал разгорячившегося недодракона Априус — она сделала все что смогла. Это всего лишь малое подобие тех, о которых вы все наслышаны. Но спасибо и на том. Ложите на нее остальные припасы, открывайте сырки, нарезайте.

— А с этим как быть? — Поинтересовался полуэльф, и так и этак, крутя в руках банку со шпротами.

— Надо просто открыть — улыбнулась принцесса, видя затруднение Прныры — вы что открывалку не захватили?

— Какую еще открывалку? — Не понял парень.

— Ну это такой специальный консервный нож, их много разновидностей. Но сгодится и засапожник, дай, я покажу.

Проныра достал нож, и протянул рукоятью девушке. Та ловко подхватила, и одним резким движением вогнала его в край банки, затем ловко принялась резать, миг — и вот уже ровные рядки золотистой рыбки перед глазами, невольных зрителей. Далее последовали остальные банки, и вскоре все кушанья были готовы к употреблению. Вырезанные из веточек, близрастущего дерева, вилочки, облегчили задачу, сыр, сало, буженину нарезали как могли тоньше, ит едва отложили ножи, с неба камнем свалился Рунин, и проворчал:

— Хотели без меня все слопать? Не тут то было. Ну-ка где моя порция?

Априус добросовестно отобрал всего по чуть-чуть, раскрошил и раздробил, и высыпал на траву у края плаща, затем для удобства ящера и куатара подвинул и им всего, что имелось поесть. И лишь только тогда, сам принялся за еду. Не смотря на то что, четверо из этой семерки, могли вообще обходится без пищи, яства испарились довольно быстро. А затем настала череда десерта, который, запомнится всем семерым, на всю оставшуюся жизнь.

На крошечном островке, посреди безбрежных болот, они наслаждались шампанским, закусывая его конфетами и малиной. Пили из простых глиняных кружек, что остались от киселя, но это почему-то никого не смущало.

— Считай Дейдра, отмечаем твое новое рождение — повернувшись к принцессе, проговорил Кэфент — только вот боюсь, обратно ты не вернешься, для своей семьи ты погибла.

— Да я уже, как бы догадалась — ответила девушка — о вас я так понимаю никто знать не должен?

— Ты правильно догадалась — кивнул Априус — ты не пленница, но и свободна пока быть не можешь. Но мы этот вопрос рассмотрим, как только выберемся отсюда, и доберемся до более-менее приемлемых миров. Здесь очень слабые магические потоки, я бы сказал, они просто истончены и стощены. Выявим местоположения этого мирка, поймем, где мы, так что доедаем и продолжим начатое.

Рунин тем временем доклевал даже крошки и пожаловался:

— Верите или нет, но я даже подустал чуток, пока делал облет. Тут кругом одни бескрайние болота. Ничего интересного. Не птиц, ни змей, ни лягушек, не видел. Но движение в темной, мутной воде рассмотрел. Так что как бы нам не стать приманкой, для кого-то очень и очень голодного.

— Станем, так станем — пожал плечами Априус — не в первой. Я пожел чертить, Рунин идем поможешь, сверху глянешь для большей точности.

Априус убрал «скатку», кинул себе в мешок последние консервы — пару банок со сгущенным молоком, и достав походный меч, оправился к оголенному участку земли, для начертания магической фигуры.

Вначале он провел круговую линию, замкнул ее после саму на себя, затем обозначил центр, и от него принялся проводить лучи, соединяя их, и вписывая внутрь определенные символы. Ту бы не помогла ни привязка к местности, ни точное знание, где находится север, ни направление течения вод. Хотя саму фигуру он, конечно, сориентировал по сторонам света, отмечая положение солнца, и даже днем видимых звезд. Попугай сверху корректировал, некоторые неровности, направленя.

А пока, они работали, Кэфент используя ничем не занятое время, принялся объяснять принцессе прописные истины по основам Мироздания. Теперь он знал намного больше, чем тогда, по сути в прошлой жизни. Вначале он рассказал об самом устройстве Вселенной, ее форме в виде эллипса, о рассредоточении миров, согласно иерархии обитателей, и вкратце затронул Силы которые влияют на ее развитие.

— Ты ведь насколько я понял знаешь только о Порядке и Хаосе — говорил он — но Могущественных Сл, способных ввергнуть не один мир в гиену огненную намного больше — целая вереница Богов, Магов с большой буквы, слуги-орудия Пожирателя Миров, Спаситель, а еще Иные, чуждые своим пониманием Бытия, всему живому. Кстати, насчет разговоров с мирами…. Видишь ли каждая планета, это тоже живое существо, Организм, и если знаешь как, с ними можно общаться. Мыслеобразами, эмоциями, видениями, и ощущениями. Все зависит от того, какого уровня ты достиг. Шаманы древних племен тоже могли, да и могут, но несколько иначе, вгоняя себя в иное состояние сознания.

В этот момент фигура вычерченная Априусом полыхнула синем пламенем, символы и линии засияли, из разложенных по определенным местам мелких кристаллов, ударили лучики, в центре они скрестились, образовывая сферическую модель Вселенной, и хоть вся она и была пуста, тоесть ни один мир не был обозначен, в одном ее месте все же засветилась красная точка. Практически в самом низу, у областей, заполненных чернотой.

Некоторое время все хранили молчание, Априус стоял у фигуры, застыв, как изваяние, с поднятыми к небу руками, затем одна рука пошла вниз, направляясь, ладонью к земле, и хрипло заговорил:

— Место очень не стабильно… мир то ли гибнет, то ли наоборот возрождается, как бы. Но как и там у Края, заклинания если и будут работать то только либо самые простейшие либо самые старые, основанные на других принципах, или точнее на отсутствии каких либо законов. И боюсь, занесло нас ох как далеко, это нижние ярусы Сферы, еще ниже было только Днище, которое прорвал, вломившись сюда Поедатель…. В общем, не самые приятные края. Хотя может оно и к лучшему. — Он повернулся к Дейдре — Насколько я понял, принцесса вы упали в Бездну, так сказать, во время выяснения отношений, между вашим двором и дворами Хаоса?

Девушка молча кивнула, она все еще не пришла в себя, хотя контроль над эмоциями восстанавливала очень быстро. И потому уже почти твердым голосом пояснила:

— Не совсем так. Это была финальная битва. Один из моих братьев заключил сделку с двором Хаоса, завладел Камнем Правосудия, развязал войну, пытаясь уничтожить Эмбер, в общем, натворил делов. Наше королевство это как бы… как бы… скорлупа ореха, в ядре которого — Огненный Путь — стабилизатор Порядка, его суть, его незыблемость. Уничтожив его Хаос, открыл бы дорогу и поглотил все.

— Насколько я понял из этого краткого рассказа — хмыкнул Рус — сейчас совсем не время для переговоров. Ни вашими родственниками принцесса, ни тем более с оппонентами. Они ведь не на самом деле из Хаоса?

— Это тайна великая есть. Поговаривают что мой отец, и его наставник, бежали из Дворов Хаоса, и основали наше Королевство, создав Истинный Лабиринт в Горе. Этим самым, подтверждая, что Хаос первичен. Но в свете открытых вами мне знаний… Не знаю что и сказать. Мы все время противостояли друг другу, они и мы. Они и выглядят как люди, имеют, правда и вторую настоявшую суть, но людское обличие это не личина. Я бы сказала они не из чистого Хаоса, скорее из места, где случился симбиоз Хаоса и Порядка. Но насчет всяких договоров с ними, скажу точно — наврядли что-то стоящее выйдет.

— Что ж, подождем, пока страсти улягутся. С отцом бы твоим поговорить…

— Наврядли это возможно — погрустнела девушка — буквально перед падением в пропасть, я узнала, что его больше нет… он прислал нам послание… Единственно кто бы мог точно рассказать как там и что было вначале это наш загадочный горбун, вольный художник, создатель семейной колоды, и картин в которые можно перемещаться. Главное это зрение и воображение.

— Здорово — пробормотал Проныра — это значит висит у меня на стене картина с королевской сокровищницей, я туда прохожу беру сколько надо, и обратно… или картина с окном в спальню какой — нибудь красотки…

Все рассмеялись, а Дейдра сказала:

— Нет, так просто не получиться, у нас только члены королевской семьи так могут, это у нас в крови.

— Гм, ну а ты могла бы протащит кого-нибудь с собой — заинтересовался Кэфент.

— Думаю да — удивилась принцесса — по крайней мере, в Отражения мы могли даже целые отряды приводить. А вот чтобы через карту, и не членов семьи… не знаю.

— Но перспективы открываются о-го-го — многозначительно сказал Проныра, думая о чем-то своем.

Внезапно всех обдало морозом, казалось, они начинают мгновенно леденеть, кровь заструилась медленнее, навалилась тяжесть, а из болота поднялось три здоровенные башки, каждая размером с островок на котором они стояли. Издав утробный рев, твари с трех сторон двинулись к островку. Против них были бесполезны мечи, пожалуй, даже любое оружие было бы маловато, против таких исполинских жабоидов. Пасти от уха до уха, ряды острейших ровных зубов, этого было бы вполне достаточно, чтобы сожрать целое стадо коров, но твари обладали еще и внутренней силой, сродни той что используют удавы.

Проныра и Дейдра застыли, словно в ступоре, навидавшийся монстров и побольше, Кэфент, ловко выхватил их кармана на мешке, малый арбалет, накладывая первый попавшийся болт, и выстрелил в одно из буркал чудовища. Априус помятуя о том, что даже от своих компаньонов они вынуждены скрывать кто есть на самом деле, предупредил Яшу, чтобы тот не вздумал перетекать в «тирэкса» а сам первым делом, набросил простой, но не видимый «купол» на всю их честную компанию. Холод и тяжесть сразу отпустили, хотя столь малое заклятие и отозвалось сильной болью в висках, но свое дело сделало. Теперь гипновзгляды болотных тварей, не причиняли вреда.

Кэфент лихорадочно перебирал арбалетные стрелы, ища те, чьи наконечники содержали, легковоспламеняющийся состав. Он быстро перезарядил арбалет, и в грудь высунувшегося из воды чудовища, ударил металлический болт, который взорвался огненным облаком. Его примеру тут же последовал Кэфент, а Априус подхватил свой мешок и бросил его Дейдре с криком:

— Возьми мой арбалет, там и болты. Бери те что отмечены красными точками на наконечниках.

Сам же он достал из кармашка на поясе небольшой пузырек, и не откупоривая пробки бросил в одну из тварей, посылая следом маленький огненный сгусток. Пузырек ударился об нагрудные пластины природной брони и разбился, а высвобожденная из него тягучая, жидкость ровной пленкой, покрыла весь корпус болотной твари. И тут же туда ударил огонек, воспламеняя, видимую часть монстра.

Задрав уродлвую морду к небу, тварь жутко взвыла, забила по островку перепончатыми лапами, сотрясая его мощными ударами, а затем и попыталась загасить охватившее ее пламя, в болотной жиже. И тут Априус понял, что у них остаются лишь считанные мгновения, а потом…. Он со всей скорость на которую был способен, потянул из окружающего пространства те крохи Силы, что там имелись, остальное добавил из собственных запасов, и рванулся в небо, захлестывая магическим арканом, всех своих спутников, которых все еще скрывал купол, а потом все вокруг вспыхнуло жарким пламенем, вспух громадный подводный пузырь, за которым последовал такой грандиозный взрыв, что края образовавшейся огненной купели было не рассмотреть.

Краем глаза, отметив, что Рунин следует за ним, Рус, потянул свой драгоценный груз, вверх, туда за небосвод, где никакое пламя им уже угрожать не будет.

* * *

Оказавшись за чертой проявленного мира, он отпустил свою ношу, убирая невидимые петли, с каждого своего спутника, и осмотрелся вокруг. А вокруг лежало Междумирье, охватывающее своими необъятными просторами все пространство, что раскинулось между мирами. Неяркий свет мерно падал сверху, естественно не грея и не слепя, псевдовоздух наполнил легкие, заставляя чуть изменить ритм дыхания. Первым делом Априус глянул на Дейдру, которая тут могла тут преспокойно распрощаться с жизнью, ведь ее способность ходить по Отражениям, совсем не увеличивала шансов на выживание за гранью мира.

Девушка сидела прямо на кочке, обхватив голову руками, и судорожно пыталась вдохнуть.

— Вот и первая незадача — подумал Априус — теперь придется ее все время поддерживать. Хотя пусть этим занимается ее спаситель.

Кэфент словно уловив мысленный посыл от предводителя, склонился над принцессой, помогая той встать, и одновременно поддерживая ее своей силой. С остальными членами отряда, включая и Проныру, все было в порядке. Наскоро осмотрев друзей, Рус, подытожил:

— Ну вроде бы выбрались. Тут уже знакомая нам среда, хоть и не совсем… Ну да ничего не впервой осваивать новое, торя так сказать свои собственные пути. Вот принцесса держите это вам, мне он без нужды — и он протянул Дейдре ножны с собственным клинком. — Дороги тут опасны, и полны всяческих неожиданностей. Так что ухо держать надо востро! Ну все готовы? Тогда потопали.

Априус отвернулся и зашагал по странной, пружинистой почве, напоминавшей собой упругий болотистый наст. Некоторое время даже и подобия тропы, не возникало под ногами, серые безжизненные мхи, да голые, белесые как кости, остовы дерев, которые вроде бы и мертвы, но все же растут.

— Ну и места — покрутив головой по сторонам — пробормотал Проныра — то и гляди полезет всякая нежить.

— Ага — согласился Яша — или мелтвецина всякая.

— Нет тут никого — коротко бросил Априус — и уже давно. Сказывается близость Поедателя. Все живое давно либо бежало, либо попало под ножи прокладчиков Пути, для Него же. А нежити тут нечем насытится. Да и саму ее могут тоже того… — он оборвал себя, вспомнив про принцессу, и молча зашагал вперед, сожалея об отсутствии посоха, которым мог бы пробовать грунт под ногами.

Постепенно местность вокруг менялась, вдалеке появились поблескивающие ртутью, пятна — Зеркальные Топи, стали попадаться странного вида наполовину высохшие цветы, с большими бледно-алыми бутонами, они поворачивали свои головки в сторону путников, и испускали дурманящий запах, способный вызывать мороки, навроде миражей в пустыне, с видами оазисов, чудесных рощ, или даже призрачных замков.

Рус, только усмехаясь, шел дальше, ведя свой небольшой отряд, Кэфент же вовсю рассказывал Проныре и Дейдре, о том, как эти цветочки, набрасываются на приманенную жертву, одним движением лепестков-челюстей заглатывая ее в себя, и пожирают, растворяя в себе даже кости. Рунин от скуки уселся на плечо принцессе, и тоже, принялся повествовать о различных неимоверных чудищах, обитающих в подобных здешним, местах.

Периодически, то там, то тут заставляя путников напрягаться, из под земли, вырывались струйки черной пыли, тогда Априус, слегка менял направление, и некоторое время, они снова шли спокойно.

— Цего мы тут тасимся — нет, нет, да и ворчал Яша — мозем зе пелеместится в более плиятные места…

— Терпение мой друг, терпение — на ходу отвечал Рус, продолжая торить путь, среди серых, безжизненных пространств. — Видишь же близко нет ни одного мира, даже самого захудалого… Да и вообще, тут все как иссушенное, высосанное… Так что пока идем так.

И они шли, даже не обращая внимания, на то, что происходит вокруг. Голые скелеты странных деревьев, постепенно уступили место более привычным зарослям Дикого леса, стали попадаться странствующие кусты-кровососы, и то и дело землю вспарывали как ножами, извивающиеся разрыв корни, но никого из живых обитателей, обычно всегда имеющихся в подобных местах, видно не было. Пейзаж был совсем унылым, и все невольно приуныли, включая и вечно болтливого попугая. Но вскоре, Тропа, в конце концов, все же нашлась, или проявилась, хоть и причудливо изгибалась, но идти стало намного веселее, и легче.

— А все-таки Яша прав — поравнявшись с Априусом прорыкал Куру — долго мы еще будем так тащиться? Насколько я понимаю первоначальный план потерпел фиаско, потому почему бы нам не прыгнуть прямо в…

— Ага, куда например? — Спокойно ответил Рус — нет у нас с тобой укромного местечка, которое мы могли бы выдать…

— Ну хотя бы в Андоринос, там можно подыскать жилье для них — куатар вполне по человечески мотнул головой назад.

— У меня есть несколько другая идея. Похоже, мы оказались в Сумеречных Зонах, не мешало бы разведать, хотя бы пару миров. Все они далеко от здешних звезд, тем и привлекают. Мне тут намекали, что в них могла зародиться серьезная угроза, для всех кто под солнцем живет.

— Понятно хочешь сработать на опережение.

— Да нет, просто выяснить, что за формы жизни и чего могут.

— Ну похоже сейчас и выясним, вон уже виден кругляш, какого-то мира. Будем спускаться?

— Ну, раз такая возможность представилась, — будем. — он обернулся назад и тоном не терпящим возражений сказал — Друзья, нам выпала редкая возможность, увидеть один из Сумеречных миров, так что соберитесь, мы уже подходим. А там дело за малым… Кэфент ты страхуешь Дейдру, я Проныру, Рунин никуда не летать, и вообще от нас не отрываться. Все готовьтесь, боюсь, без сюрпризов не обойдется…

Издалека планетоид выглядел весьма мрачно такой темно-агатовый шар, с небольшим вкраплением багрового. Слои аэра были абсолютно безоблачны, и поверхность мира хорошо просматривалась, даже невооруженным глазом. Виднелись остатки гор, а между ними необъятные то ли равнины, то ли пустыни, скрытые темнотой.

Спуск ни чем особым не отличился, вначале, словно прыжок с обрыва, затем замедленное падение, по сути, торможение, чтоб как говорится, не хрястнутся о землю, хотя это если и грозило кому-то, то только Дейдре и Проныре.

Ночь царила здесь веками, и казалось, они очутились в странной, густой субстанции, потому что темнота была какой-то вязкой, более плотной, чем обычно. Но как бы не было темно, странники, все равно видели всю округу, ну разве что кроме принцессы, которая не имела скрытых возможностей.

— И чего мы тут забыли — недовольно поинтересовался попугай, пытаясь хоть что-то рассмотреть в окружающей их, мгле — ни каких развлечений, ни каких удовольствий… скукотень.

— Не ворчи — не поворачивая головы — ответил Априус — осмотримся., разведаем, и дальше…

Некоторое время просто стояли на месте, не двигаясь, и не делая резких движений, просто осматривались и делились впечатлениями. Сумеречный мир, оказался совершенно голым, ни деревьев с кустарниками, ни тростника, на берегах замерзших озер. Одни сплошные кратеры, провалы, да ущелья, и только на темных равнинах имелась жухлая темно-синяя трава, слегка, фосфоресцирующая в вечной ночи. Видимо научившаяся, поглощать свет от далеких звезд.

— Похоже абсолютно безжизненный мир — вдоволь навертевшись головой, проговорил Проныра — да и кто выживет в таких условиях.

— Не спеши с выводами — усмехнулся Априус — абсолютно безжизненных миров не бывает. Если их конечно не умертвили. А так всегда найдутся природные духи, стихийники, разные там насекомые или еще какие-нибудь паразиты, которых приносят с собой метеориты.

— А ну тогда конечно — уныло протянул полуэльф — да только я имел в виду, совсем другое…

— Да понял я что, а вернее кого ты имел в виду. Но только представляешь ли ты, кого мог породить такой вот мир. Тут и есть то нечего. Если конечно они не способны переваривать камни и вон ту жухлую травку.

— Тисе — вдруг перебил Яша — земля длозыт… колеблется… как словно клоты ходы свои лоют, только больсые такие клоты. Не цюете?

— Да нет пока — враз насторожившись, ответил Рус, он не хотелось выдавать свои возможности, ни кому из новых знакомых, и потому во многом себя ограничил — Куру, а ты что скажешь?

Барс, потянул ноздрями воздух, уши встали торчком, и спустя миг ответил:

— Магии не чую, запахов тоже нет, но вот земля действительно подрагивает, и шуршит там кто-то. У Яши чувствительные подушечки на лпапах, вот он первым и ощутил. Из глубинных слоев лезет кто-то или… — куатар замолчал, на несколько долгих мгновений — или лезут, — закончил он.

— Понятно — быстро проговорил Априус — станем ка друзья спина к спине, и ближе к вон той насыпи из камней. Я сейчас подсвечу немного, посмотрим, кто там покажется.

Подвесив над головами небольшой шарик света, Априус достал из мешка арбалет, и принялся взводить, заряжая осветительный болт, Кэфент и Проныра последовали его примеру, но свои зарядили, обычными стальными. Принцесса обнажила меч, и взяла его на изготовку, ящер, и куатар превратились в сплошной слух, и обнажили стальные когти, один лишь Рунин спокойно продолжал сидеть на плече у хозяина.

Земля в освещенном круге, вспухла пузырем, послышался низкий рык, и из образовавшегося провала выметнулось нечто, до жути безобразное, и зловонное. Зубастый зев, раскрылся мгновенно, тварь атаковала стремительно, и не чуть не мешкая. Дйдра едва успела отскочить в сторону, Априус тут же всадил в землю рядом с открывшимся провалом, осветительный болт, а Проныра разрядил свой арбалет прямо в жуткую пасть промахнувшегося монстра.

Позади и по бокам, почва тоже осела, открылись широкие провалы, оттуда, показались, три усеянные отвратительными шевелящимися отростками, морды и издали жуткий утробный рев. Живая добыча продолжала приманивать все новых, и новых охотников, самым интересным и странным было то, что и Априусу, и его звериной команде, приходилось скрывать свои истинные силы. Никакой боевой трансформации, никаких особо сильных заклятий, ни каких супервозможностей, и это по-своему забавляло всех четверых.

— Что это за твари — визжала Дейдра уворачиваясь от метнувшегося к ней языка — их только из пушки и можно одолеть.

— Да ладно не так уж и страшно — крикнул ей в ответ Кэфент, отмахиваясь мечом — видали мы и побольше, и пострашней… — он мощным ударом рассек чудовищному червю часть «шеи», и добавил — и поотвратительней.

Стальные арбалетные болты, оставляли на телах тварей рваные дыры, но ощутимого вреда не наносили. Становилось понятно, что обычным оружием этих выползней ни как не одолеть. Яша, и Куру откровенно развлекались, полосую острыми как бритва когтями то одну, то другую тварь, не отставал от них И Рунин, как лихой наездник оседлавший первого монстра, и пытавшийся продолбить клювом голову монстра. Для них это была не более чем забава, чего не сказать о Проныре и Дейдре, вертящихся словно волчки, но все же метко наносящих колотые и резаные раны.

Априус в отличии от всех остальных быстро зондировал, этих созданий на предмет разума, и вскоре убедился, что тем тут и не пахнет — одни инстинкты. Он был несколько разочарован, потому уже спустя миг «Малое Огненное Кольцо» окружило его команду, отрезая от тварей, и они поспешили убраться из этого негостеприимного мира.

— Ты ожидал чего-то другого? — Поинтересовался куатар, когда они вновь оказались на Тропе — уж больно кислое у тебя было лицо…

— Если честно то да — ответил Рус — мне тут намекали о возможности зарождения в таких вот мирах, совершенно иного разума…. Соответственно с другим типом мышления… вот и хотел выяснить. Но увидел только огромных кольчатых червей, тупых и ужасно голодных. Что ж думаю, пора вернуться в Андоринос, раз дело не выгорело.

Он повернулся к Кэфенту и Дейдре, и спросил:

— Я так понимаю вам обоим не куда идти в этом Большом Мире? У меня тут появилась идея, пристроить вас, в одном весьма примечательном городе, который расположен в очень даже тайном месте. Но там вы сможете найти все что душе угодно, знание, товары, редкие вещи. Проныра вам расскажет по дороге, сам он как раз родом оттуда. Есть возражения?

Бывший ночной воин и принцесса переглянулись, некоторое время молчали, затем, как-то одновременно пожав плечами, отрицательно покачали головами.

— Вот и хорошо — сказал Априус — тогда в путь. Только заглянем еще в парочку таких вот сумеречных…

— Да что ты хочешь в них найти? — Не выдержал Куру.

— Разум — коротко ответил чародей — не обычный, чуждый нам разум.

— Тебе мало Иных и и этих мастеров Пути?

— Это другое… хотя кто их знает. Теперь много чего не понятного появилось, вот и пытаюсь разузнать, как и откуда.

— Ладно — буркнул барс — только давай по-быстрому — я хоть и ночной охотник, но такие вот потемки все же не люблю.

— Хорошо-хорошо — улыбнулся Априус — мне и самому не доставляет удовольствия бродить в темноте, ожидая, когда появится кто-нибудь, кому мы подходим на обед. Вот заглянем вон в тот мирок, что вынырнул, словно из ниоткуда и все.

Мир и вправду показался вначале миражом, такое бывает, но чем ближе они подходили, тем яснее становилось, что это не иллюзия, а ловко кем-то упрятанный мирок, к тому же мирок, от которого ощутимо тянуло холодом, а значит — угрозой.

Уже наученные недавним опытом, все спускались с обнаженным оружием, взведенными арбалетами, парой-другой готовых к действию огненных заклятий, максимально настороженные, в общем готовые к отражению любых атак. Мир, как и предыдущий, оказался совершенно темен, то ли таким был всегда, то ли там царило долгое затмение.

— Скалы, лава, холод — коротко констатировал Куру — едва только его лапы оказались на твердой поверхности — думаешь, тут возможна жизнь?

— Да ничего я не думаю — ответил Априус — просто специально соваться в подобные места у меня нет ни какой охоты, а так, вот мы проверим…

— Глядите — раздался сверху голос Рунина — не смотря на кромешную тьму, попугая продолжал отлично видеть — вон какие огромные штуки виднеются. Что это?

— Я бы отметил весьма большую схожесть с термитниками — чуть погодя ответил Кэфент — только очень… э-э огромными.

Априус промолчал, просто смотрел, буравя взглядом вертикальные, циклопические сооружения.

— Как вы вообще можете что-то видеть в этой непроглядной ночи? — все изумлялась Дейдра — я вот слепа как новорожденный котенок.

— Плислось науцитца — так чтобы принцесса не расслышала, проговорил Яша — с кем поведесся от того и набелесся…

— Тихо — цыкнул на него Куру — я слушаю…

Не смотря на завывание и свист ветра, куатар сейчас обследовал довольно большие территории. Его чуткий слух и нюх, в комплексе с врожденными и развитыми магическими способностями могли заменить довольно сильное поисковое заклинание…

— Что пойдем туда смотреть? — Кивая в направлении гигантских термитников — поинтересовался Проныра.

— А ты думал — раздалось ворчание сверху — мы так, погулять вышли.

— А ну на место — одернул Априус, попугая, уже решившего отправится к громадинам — там могут быть какие угодно сюрпризы.

— Да что мне сделается? — Удивился тот, — если что молнией садану…

— Тут все наперекосяк… От твоей молнии может кратер образоваться, или наоборот сверкнет искра и не больше. Так что погоди чуток.

Априус неспешно двинулся к ближайшему «термитнику» не опуская взведенного арбалета — но это так видимость для Дейдры и Проныры, если понадобится ему хватит сил, уничтожить и само сооружение и все что в нем. Хотя…. Никогда и ни в чем нельзя быть уверенным до конца. За всю свою долгую жизнь, Рус уже давно научился не рисковать понапрасну, и не быть чересчур самоуверенным, хватило и одного случая, когда Салариль, бывший тогда противником, ранил, а точнее практически убил его обычным вроде бы кинжалом. Правда, с очень нехорошими свойствами, но не это важно, важно то что даже такого сильномогучего чародея, каким был в ту пору Априус, можно снять со счета.

Теперь конечно все по-другому. Былого тела больше нет, а нынешнее способно распылятся на мельчайшие частицы, и снова собираться в определенный образ, и чтобы нанести ему Априусу ранение придется атаковать на всех уровнях Бытия, применяя настолько сильные заклятия, что далеко не всякий Бог, будь то Прежний или Нынешний, окажется, на это способен.

Но тот, кто утратил осторожность — долго не живет. И потому плавной, мягкой поступью, держа наготове взведенный арбалет, и готовых к броску «Огненных Гадюк» он приблизился к смутному очертанию входа, ближайшего к ним термитника.

— За тянуто чем-то — пробасил крадущийся рядом куатар — что-то навроде очень плотной паутины… ну или чего-то подобного. Смотри, даже слабо светится.

— Светится, значит — опасно. Не вздумайте прикасаться, даже клинками. — тихо прошептал Априус — мысленно проникая за этот странный полог, и исследуя все что рядом на предмет ловушек.

— Похоже, простая закупорка — задумчиво произнес подощедший Кэфент — думаю можно просто сжечь. Разрешишь?

— Давай, только чем-нибудь не сильным.

Кэфент долго не мудрствовал — кинул сгусток оранжевого пламени, на преградившую вход заглушку. Огонь жадно накинулся на закупорившую проход субстанцию, и весело сожрал. Открылся широкий проем, в темноте правда едва заметный.

Первым туда проскочил Куру, быстро все, обнюхивая и просматривая.

— Можете войти — донесся его густой бас — только сразу же останавливайтесь.

Все поспешно двинулись вовнутрь, и сразу же застыли на краю огромной котловины. Здесь уже было, какое-то гнилостное слабое свечение, позволявшее даже не вооруженным глазом рассмотреть покрытые застывшей слизью кожистые коконы.

— Ничего себе кто-то яйца отложил! — Воскликнул Рунин, застывший, на плече Априуса — да их тут сотни, если не тысячи.

— Тоцьно, ни цего себе кладка — поддержал его Яша — никогда таких не видел. Это цьто зе эти телмитники, цьто-то навлоде огломных гнезд?

— Да похоже они давно пропали — стараясь получше разглядеть заполненную яйцами котловину — проговорил Проныра — лежат тут наверно сотню лет.

— Не похоже — ответил куатар — они бы высохли, не скорлупа же. Да и чувствую я, в них теплится жизнь. Просто они как бы в долгом инкубационном периоде. Спят до поры до времени.

— Или намерено, погружены в анабиоз — вдруг заметила Дейдра.

— Во что погружены? — Удивился Проныра.

— В Анабиоз. Это такое состояние живого организма, при котором жизненные процессы настолько замедлены, что отсутствуют все видимые проявления жизни. Этот термин предложен в 1873 году немецким ученым Вильгельмом Прейером. Я вычитала в одном из научных журналов, когда пребывала на Земле.

— Хочешь сказать это как бы временное прекращение жизнедеятельности? — Поинтересовался Кэфент.

— Да, но в основном у взрослых особей, или детенышей. А тут ведь только зародыши, которые еще не доразвились. Анабиоз наблюдается при резком ухудшении условий существования (низкая температура, отсутствие влаги и др.). При наступлении благоприятных условий жизни происходит восстановление нормального уровня жизненных процессов. Наиболее устойчивы к высушиванию, нагреванию, охлаждению спорообразующие бактерии, грибы, простейшие Анабиоз по сравнению с оцепенением и спячкой сопровождается более глубоким подавлением жизнедеятельности.

— Но тут однако, чересчур жарко — вытирая пот со лба, — проворчал Кэфент — и жара все усиливается. Такие условия подходят для хладнокровных. И если так, то яйца где-то на стадии созревания. Я в свое время в Змеиных Лесах, много разных кладок повидал. И разорил. Кого там только не было. Но яйца были все в скорлупе, хоть и весьма разной. А тут вон какие странные…

Априус всмотрелся в эти многочисленные кожистые мешочки, что как большие кокосы, лежали по всему периметру котловины. Его взгляд пронзил оболочки яиц, проникая глубже — и да бесспорно, жизнь там не только имелась и теплилась, а находилась практически на стадии вылупливания. Но как такое возможно.

— Похоже, мы привели в действие некий…. Э-э механизм — задумчиво проговорил он — и…. Рунин не вздумай!!!

Но было уже поздно, изнывающий от скуки попугай, сорвавшись с его плеча, и понесся на ту сторону котловины, низко пролетая над коконами. И яйца тут же начали проявлять признаки жизни. Раздался глухой треск, словно бутоны невероятных цветов, яйца накали раскрываться, образуя по четыре лепестка каждое. Внутри виднелось явное шевеление, мелькали перевивы и отростки, напоминающие шевелящиеся кишки.

— Что за мерзость — вырвалось у Проныры, едва он рассмотрел ближайшее к нему яйцо — не отойти ли нам от края?

Но было уже поздно, десятки ближайших к ним яиц, казалось одновременно, выстрелили. Полет вылетевшей оттуда непонятной гадости, был настолько стремителен, что если бы не рефлексы бойцов, выработанные у всех спутников Априуса, им бы крупно не повезло. А так даже не рассмотрев что в них летит, они успели уклониться и начать отражать нападение. Раздались сухие арбалетные щелчки, хлюпающие удары железа обо что-то слизкое и мягкое. Быстрые, смазанные движения, было практически не рассмотреть. Но тренированные глаза, все же улавливали распластанных в полете хвостатых осьминогов…. или белесо-желтых глубоководных пауков.

Вокруг людей шипел проедаемый кровью странных существ, камень, что свидетельствовало о ее ядовитости. Клинки хоть и были хорошей закалки, и ковались лучшими мастерами, тоже враз покрылись коррозией и пошли кавернами.

— Осторожнее!!! — Заорал Рус — их кровь очень ядоита.

— Это почти кислота — уворачиваясь от очередного прыжка — выпалил Кэфент. Надо жечь!

И они начали кидать одно огненное заклятие, за другим, в то время как Рунин, как оголтелый носился над котловиной, уворачиваясь в невероятных кульбитах, от преследующих его осьминогопауков.

— Дейдру прикрой — велел Априус Проныре, отодвигая их назад к проему входа.

Сам же он, принялся метать короткие, злые молнии, во все новых, и новых тварей, не переставая бросать сгустки огня в котловину уже без разбора. Яша и Куру, делали тоже самое, такая боевая магия им была вполне доступна, ни чего сверхъестественного, — так обычное дело для волшебников первого ранга. Тев временем как огонь пожирал все больше и больше яиц, как пустых так и еще не раскрывшихся, сверху нарастал все более слышимый злобноразгневанный режущий уши визг, переходящий в рев.

— Похоже, мамаша скоро пожалует — уловил Априус мысль куатара — а может и не одна… Ты, еще не насытился поисками разума? Может пора ретироваться, мы ведь тоже не железные… обрушим тут все и дальше потопаем. А потом уже сами вернемся, если захочешь.

— Ты прав надо выбираться наружу, и двигать по направлению домой. Тут и впрямь, делать больше не чего. — так же мысленно ответил Априус, метко сбивая молнией летящую ему в лицо тварь…

— Если бы не эта скрытность мы бы ужу все тут спалили, а так вот приходиться как каким то там захудалым магам…

— Да ладно не ворчи — тем и интересней. К тому же нужно держать себя в форме, а то так и жиром заплывем.

— Это да. Все больше хочется лежать и мыслить, чем бегать как угорелый в самых негостеприимных местах.

В этот момент откуда-то из темноты, где укрывался свод строения, опустились толстые грязно-серые канаты, и пон ним издавая злобные вопли спустились совершенно непонятные твари. В них угадывались черты и рептилий, и насекомых, и еще чего-то невероятно омерзительного, некоторые конечности были странно изогнуты, оканчивались большими костяными клинками, другие наоборот имели хватательную функцию, но заканчивали тоже острыми и длинными когтями. Длинные многосуставчатые хвосты, с невероятной быстротой метнулись вперед, стараясь, вонзится жалами в грудные клетки отпрянувших Априуса и Кэфента, а когда это не удалось, изогнувшись, попытались пробить спины. Слишком подвижные и быстрые, отростки чтобы постоянно от них уклоняться.

В глазах чудовищ плескалось красное пламя гнева и злобы, они неотступно следили за быстро перемещавшимися противниками, и старались уловить момент точного удара. А еще Априус разглядел в них некие зачатки разума, но присущие скорее рептилиям, чем каким бы то ни было гуманоидам. Нанося очередной удар хвостом, ближайшая тварь резко распахнула пасть, и извергла из себя, рассеянную струю, смесь ядовитых испарений и кислоты.

Едва уклонившись от этого фонтана, Кэфент отпрыгнул назад, в прыжке метая две огненных сгустка, в летящих ему в лицо зародышей, которые не прекращали выстреливаться из яиц. Следом за ним наружу выскользнули Яша и Куру, и Априусу ни чего не оставалось, как вертеться вьюном, дожидаясь пока этот своенравный попугай, не долетит обратно. Но с другой стороны, это и облегчило задачу — его никто не видел, и вряд ли будут потом расспрашивать, что произошло. Кэфент конечно способен, распознать и примененное Заклятие, и силу в него вложенную, но… До того ли тому сейчас?

Априус пожалел об отсутствии длинного копья, сейчас бы оно подарило ему пару секунд, на волшбу, но в этот момент, Рунин наконец-то прекратил страдать ерундой, и в котловину с яйцами, бухнулся сгусток огня, отвлекая маток, от чародея. И Рус, принялся быстро снимать скрепы, с давно заготовленных для подобного случая чар. «Огненный Шквал» охватил практически всю котловину, от края до края забушевало пламя, выжигая все содержимое. А «термитник» весь затрясся, задрожал, его уже рвало от начавшего действовать «Крушителя Скал» составленного собратом Дрендома, Серентином, в те дни, когда еще не разделяли мир, мерками людскими.

Априус увидел, как Рунин выпорхнул в проход, пронесясь как вихрь, и с удовольствием последовал следом, оставляя обезумевших маток, яростно кидаться на стену огня. Едва выбежав наружу он сразу обернулся окидывая взглядом и остальные «термитники» в свете разгоравшегося пожара, довольно хорошо видимые — если в них тоже имеются кладки, придется уничтожать. Потому как чутье подсказывало — все это находится здесь не просто так. Кто-то разводит, или вернее собирается разводить, тут этих монстров, а затем останется только перебросить их в какой-нибудь серединный мир, и все пиши пропала тамошняя цивилизация. Он повернулся к куатару и приказал:

— Куру, уводи всех! Мне тут нужно закончить. Дождитесь меня где-нибудь…

И не дожидаясь ответа, принялся проверять, сколько потоков силы ему тут доступно, и какой они мощи, ведь иначе придется тратить из собственных запасов, а в подобных местах это довольно рискованно.

Над выбором средств Рус, совсем не раздумывал, почему-то само собой напросилось одно заклятие из боевого арсенала его собственных подручных. Когда-то не особо подававший надежды в этой области, Хорсак, неожиданно для всех составил его. Оно было под стать ему самому — гибельное, тяжелое, безотказное и безудержное. Немного, правда, замедленное, но разящее наверняка. Назвал он его просто «Яростный Турс» в честь руны «турисаз» которая символизировала Мьельнир, молот Тора, Повергатель Великанов.

И вот теперь Априус, применил это очень действенное заклятие на деле. В небе над вторым «термитником» появилась проекция гигантского молота, со среднего размера, увесистой рукоятью. На мгновение «Молот» просто завис, над вершиной строения, а затем стремительно ударил в бок «термитника» вминая северную стену вовнутрь, словно еще мокрую глину на гончарном круге. Затем последовал удар сверху, затем снова сбоку, и так продолжалось, пока постройка не рухнула, проваливаясь сама в себя. Настала очередь третьего сооружения, и пока «Молот» крушил его, Априус искал след того, кто оставил здесь эти рассадники жукоящеров. Затем, убедившись, что все «термитники» разрушены, он отправился вслед за друзьями.

Их он обнаружил сразу на оконечности мира, устало сидящими на странных пнях, совсем не похожих на останки деревьев. Куатар почуяв друга, поднял голову и ворчливо поинтересовался:

— Не желаешь ли, перескочит эти сумеречные зоны, и перебраться, куда нибудь под синее небо и теплое солнышко? Ну можно под зеленое искрящееся, на берег озера со спокойной водой.

— А что так уныло дорогой мой братец-барс?

— А скушно, ничего нового, все это уже было, хоть и не совсем так. Не интересно.

— Ладно уговорил, только вот трудновато будет перескочить, как ты говоришь эти области сумерек… Хотя может принцесса нам поможет — он повернулся к Дейдре и поинтересовался:

— Просветите как нас леди Дейдра, а все эти Тени от Эмебера как расходятся? Веерно или как лучи солонца, либо круги на воде? Тоесть нужно ли постоянно переходить из одного в другое, или же можно как-то напрямую попадать в определенное место?

Девушка немного подумала, и устало проговорила:

— Да по-разному. Нет ничего определенного. Смотря куда надо попасть. Однажды мой родной брат, бежал из темницы, просто используя картину нарисованную на стене. Правда, рисовал ее мастер. Но это я к тому что можно попасть в совершенно разные места, не переходя из Тени в Тень. Но есть и известные точки пересечения миров, правда они довольно опасны. Без особой надобности через них не ходят. Но попасть туда можно отовсюду. Главное потом выбраться.

— Вы сможете нас туда провести? — Напрямую спросил Априус — а уж как дальше на месте решим. Уж больно не хочется, долго тащится по Тропе, так мы до Обитаемых Земель не скоро доберемся.

Хорошо я попробую. Станьте так, чтобы все были рядом, и как только я шагну, сразу делайте шаг следом.

Дейдра поднялась, все тут же очутились рядом, застыв практически вплотную к девушке, она чуть постояла, сосредотачиваясь, и неспешно шагнула, вроде бы находясь все еще здесь в междумирии. Вся остальная компания, затаив дыхание тут же поспешила за ней — впереди, их ждала неизвестность.

Глава четвертая Черный Лес

Проделав около десятка шагов, они оказались в очень странном, и каком-то угрюмом месте. Явном месте Силы, но вот только до нельзя грубой, первобытной.

— Мегалиты — коротко бросил Кэфент, бегло оглядев сооружения из огромных каменных глыб, посреди которого они оказались.

Априус покрутил головой, они стояли внутри каменного круга, расположенного на холме, а вокруг насколько хватало глаз, раскинулся странный лесной массив.

— Черный Лес — прошептала принцесса — он очень древний, и обитают тут в основном жуткие чудовища, хотя встречаются и… нейтралы… то есть не злые и не добрые, или вернее все зависит от их прихоти.

— Ну и ладно — почти весело проговорил Проныра — зато небо вон нормальное, хоть и хмурое серое. Того и гляди дождь пойдет. Деревья конечно да, пугающего вида, но они не мертвы. Такая порода, листья вон какие интересные, темно-синие… мелкие, правда, как молодые. Но ничего лес это не болото, пройдем как-нибудь… э-э принцесса, а куда надо идти? В какую сторону?

— Я точно не знаю — смутилась девушка — Лес сам выводит кого куда.

— Становится все интереснее и интереснее — пробасил Куру — это уже попахивает приключениями и чем-то новым.

— Странное место, очень странное — сверяясь с ощущениями, проговорил Априус — Искажается все. При составлении чар это надо учитывать. Интересно насколько мы приблизились к Серединным мирам?

— Да что гадать — ответил ему куатар — нужно выяснять. И двигаться дальше.

— Тут все не так просто — нахмурившись, произнесла Дейдра — Лес постоянно, хоть и не заметно меняется. В одни периоды отсюда легко уйти, в другие не так то просто. Он словно держит… Но это я так знаю из слухов, что иногда приносила моя родня. Сама я здесь была только раз, и то удалось сразу же уйти. Была на коне, И в тот раз скакала сквозь Отражения, листая в бешеном темпе одно за другим.

— Понятно в общих чертах — нахмурился Априус — главное не наделать глупостей. Поэтому, прежде всего, надо определить скоро ли начнет темнеть, затем решить спускаться ли с холма или остаться здесь? Но это так, второстепенное, главное — надо еще определить, где мы вообще, в какой точке звездной карты Сферы, и далеко ли родные края? Так что вы проверьте окрестности, а я использую силу этого места для определения координат.

— И насколько далеко позволено отходить? — Поинтересовался куатар.

— Или отлетать? — Тут же добавил Рунин, усевшийся на верхушке одной из глыб.

Априус смерил их обоих подозрительным взглядом, и ответил строго:

— В пределах холма, осмотритесь. Дальше не суйтесь. Мало ли кто тут может обитать. Места темные, а значит всякое возможно. Все, теперь не мешайте.

Он прошел на самую середину каменного круга, поднял руки вверх, и так замер, сливаясь с окружающим миром сознанием и всеми чувствами. Кэфент же вытащил меч из ножен, поглядел на небо, и разочаровано спрятал обратно, солнца видно не было, а значит определить его местоположение по тени от меча, не удастся. Проныра вышел за мегалиты, некоторое время всматривался в глухую чащу, до предела напрягая свой врожденный эльфийский слух, и наконец несколько оторопело заметил:

— Ни пения птиц, ни крика зверя. Даже ветер в кронах не играет. Но на нас будто бы смотрят десятки глаз…

— Это сам Лес — чуть запинаясь, проговорила Дейдра — он живой.

— Любой лес живой — назидательно рыкнул куатар, и выпрыгнув из круга камней, принялся усилено втягивать воздух.

Рунин уже заканчивал полный круг облета холма, собираясь сделать это три раза, и пока без дела оставался только Яша. Он потоптался на месте, не зная как ему быть, Априус дал ясно понять, что не следует выдавать свои способности ни к волшбе, ни к боевой трансформе, и потому недодракон просто слушал землю, чувствуя подушечками на лапах, мельчайшие ее колебания.

Кэфент некоторое время постоял, положив ладони на небольшой округлый, плоский камень в центре комплекса, затем проговорил чуть осевшим голосом:

— Сила тут, какая-т угнетающая. Ни это место, ни сам холм для ночлега явно не годятся. Похоже, это помимо всего прочего еще и древнее капище… много темной силы… кровавые жертвы приносились не раз… При чем их не резали, а перебивали суставы конечностей, так чтобы не только сбежать не могли, а даже пошевелиться. Сами жрецы тут же покидали холм, призывая какого-то Баарота… Так что страх и ужас жертв до сих пор витает в этом месте. Отсюда надо уходить, и как можно быстрее, в любой миг может открыться дверь, и полезет всякая гадость, алчущая свежей крови.

— Да мы влоде как пливыксые — отозвался Яша — мозем кого угодно укоротить, или в землю вбить. Лога поотсыбать и все такое.

Едва он это проговорил, вдалеке послышался всенарастающий шум, какой-то низкий рев, сопровождаемый глухими ударами и треском. Куру длинными прыжками взлетел обратно на холм, а Рунин снизился и с долей некоторой иронии, проорал:

— Яша к тебе, похоже, родня пожаловала! Соскучились видать гляди как спешат.

Все, включая Априуса, прервавшего свой поиск, повернулись в сторону нарастающего шума. А там, в чаще кто-то ломился на пролом, на ходу валя мешающие проходу деревья. От тяжелой поступи гигантов начал содрогаться весь холм, и становилось ясно, что существо явно не одно.

— Парами идут. Несколько семей. — заметил Кэфент — голод видать помутил им рассудок, иначе бы не создавали столько шума. Или уверены что нам ни куда не деться?

— Может и то и другое — ответил ему Проныра — в любом случае соваться вниз мне что-то перехотелось. Может завести им глаза?

— Они не только глазами пользуются на охоте — рявкнул куатар — там целый набор чувствительности. И лапы, и нюх, и еще кое-что. Сейчас главное выяснить, что это за вид? Владеет ли магией, и разумом.

— А что ящеры бывают разумными? — Изумилась Дейдра — извини Яша, тебя я не имела в виду.

— Бывают — ответил ей недодракон — есце как бывают. Быстлые, хитлые ловкие, и лазумные. Плиходилось встлечать, до сих пол отолопь белет, как вспомню.

— Ага — подтвердил куатар — приходилось. И те особи были совсем не подарочек. Желали доминировать над всем живым, и даже охотиться перестали, им пожрать пригоняли халуи из людского племени.

— Жуткие должно быть места были… — хмыкнул Кэфент, — мне в таких бывать не приходилось. Но скажите лучше как нам этих вот отвадить? Или будем драться? Только вот чем против таких здоровенных тварей сражаться прикажете?

— А уйти, как нибудь мы не можем? — Спросила уже заметно дрожащая принцесса.

— Может, и можем — внимательно рассматривая приближающихся к холму ящеров, ответил Априус — но уж больно эти места необычны. Хотелось бы больше разузнать. А этих зверушек мы сейчас отпугнем… Хоть и рискованно но…

Он сосредоточился, и неспешно потянул разлитую в каменном круге силу, сворачивая, скручивая, ее в тугую, спираль. Пропуская через себя, немного посмаковал ее вкус, улавливая знакомые оттенки Хвергельмира, и вскоре сплел быстрое и злое заклятие, нечто подобное «Выбросу Тьмы». С некоторым наслаждением снял словно с запруды, сдерживающие скрепы, и пустил «колечко» с горы.

Вершина холма, казалось, полыхнула вспышкой темного пламени, во все стороны окатилась всерасширяющая ударная волна. Мощный толчок чуть не опрокинул, уже лезших на холм, ящеров, морды казалось, обожгло мгновенной электрическая дугой, короткая конвульсия прокатилась по огромным телам, и исполинские звери, ревя, повернули назад. А впереди них волной, валило деревья, словно открывая им, путь для поспешного бегства, и они не заставили себя ждать.

— Ну вот — удовлетворено потер руки Априус — и все дела. Извини Яша, что не дал тебе пообщаться с собратьями, уж больно они быстро заявились. А у нас ни поесть, ни попить, даже захудалого костра нет…

— Уз как нибудь пелезыву — оскалился недодракон.

— Ну вот и хорошо, А нам пора идти, а то скоро сумерки, а мы все еще здесь.

— И куда, хотел бы я знать? — Скептически поинтересовался попугай все это время просидевший на загривке куатара — тут сплошное однообразие.

— Что-то мне подсказывает, что надо идти на север — сверяясь с ощущениями, ответил Куру — оттуда тянет дымком, явно не от пожара.

— На север так, на север — легко согласился Рунин и в один миг взмыл в небо.

Остальные вереницей потянулись следом.

* * *

Лес был угрюмый, темный и молчаливый. Не слашно было ни пения птиц, ни стрекотания насекомых из тех что радуют слух. Зато на лиственном покрове полно было всяких многоножек и мокриц, а между деревьями встречалась толстая паутина, при чем довольно свежая и прочная. Порой приходилось просто прорубаться сквозь заросли мелкой поросли и переступать буреломы.

Внезапно черные стволы стали редеть, и их место заняли темно-зеленые разлапистые и высокие сосны. Запах дыма стал ощутимей, его почувствовали все, а вернувшийся из разведполета попугай, сообщил о близлежащем жилье.

— Там частокол, и избушка на поляне. Но гостей явно не ждут, Ни тропок, ни стежек я не увидел.

— Понятно — коротко протянул Априус — прям владения бабы Яги. Идем поглядим.

Они заспешили вперед, идя в указанном направлении, здесь сосны и ели росли как-то чересчур ровно и даже ухожено, поэтому идти стало куда легче. Воздух перестал быть затхлым и тяжелым, с гнилостным оттенком, запах хвоей и свежестью. Все зашагали бодрее, кидая взгляды по сторонам и поражаясь огромному количеству мухоморов, встречаемых по пути.

— Какие они тут красивые — поражалась Дейдра — и крупные. Жаль не съедобные, а то набрали бы….

— Ну это как сказать — ответил ей Кэфент — некоторые умудряются готовить из них прелестные закуски. Только секрет приготовления держат в тайне.

— Я бы лискнул поплобовать — подал голос Яша — а узе давно в зивоте улцит.

— Тебе лишь бы пузо набить — сверху на головы путников посыпалась труха, это Рунин, скакнул с ветки на ветку — все пришли уже.

Отведя последние разлапистые ветви, мешающие проходу, путники вышли к открытому пространству, и на краю поляны, сразу остановились, вглядываясь в клиновидные листики травы, которой поросло все вокруг.

— Похоже, не пройти тут, если не желаем, чтобы нас разорвало. — с удивлением проговорил Рус — Это один из видов разрыв-травы.

— Чего-чего? — Не понял Кэфент — какой такой травы.

— Ну у расов она так зовется. А вам может быть известна как спрыг-трава, скакун-трава, или ключ-трава, с ее помощью можно преодолевать любые препятствия, стены, двери, замки?. Это растение столь редко, что только люди, посвященные в таинство чернокнижия, могут находить его. А тут вот вм пожалуйста целые заросли. Специально видать выращивают.

— Как тогда ходят? — Понуро спросил Проныра.

— Тропку открывают. Или вообще не ходят — летают. Эти ведьмы по всякому могут хоть в ступе, хоть на метле. Хотя точно не знаю близко не сталкивался. Но переть напролом уж точно не будем.

— Вы на цастокол посмотлите — воскликнул Яша — столько целепов на сесты насазено. В глазницах огонь плесетца, зуть.

— Да тут и впрямь целое разнообразие трофеев. — Воскликнул Кэфент — и одноглазые, и трех, и вообще невесть чьи черепа. В моих краях у нашего владыки был трон из черепов всяких чудищ, некоторые экземпляры я даже узнаю…

— Да бабушка явно не безобидная. — Пробасил Куру — так что делать будем? Орать отсюда избушка-избушка повернись к лесу задом и так далее?

— Ну если она и впрямь такая могущественная, то давно уже нас почуяла, осталось только подождать реакции — ответил Априус, носком сапога осторожно трогая траву.

— Волшебник не надо дразнить мой ковер — он кусается! — Внезапно раздался молодой веселый голос. — Вы чай в гости напрашиваетесь, или это я не правильно истолковала ваш приход?

— Да как бы да — с некоторым замешательством ответил Рус — мы искали тепло и кров….

— Что ж заходите, коль пришли.

Части частокола как не бывало, а по ту сторону стала видна избушка, в двери которой подбоченясь стояла молодка. На ней было простое зеленое платье, такого же цвета волосы, красиво ниспадали до пояса, и уж ни на какую старую каргу она похожа не была. Хозяйка избушки сделала жест рукой, в ней появилась метла, и указав ее на лужайку из разрыв-травы, колдунья открыла проход.

Трава раздалась в стороны, открывая узкую, но ровную тропку, свечение в мертвых глазницах черепов померкло, а хозяйка спустилась навстречу, уже пошедшим к ней гостям.

Априус шел первым, внимательно глядя, в такие же зеленые, как и у него самого глаза ведьмы. А в том, что это ведьма он не сомневался, сила у этих представительниц женского ремесла, особая, по-своему жгучая и близкая к стихийной магии. Она явно их не боялась, то ли уверенная в себе, то ли тут крылось что-то еще. Так же внимательно рассматривала нежданных гостей, на некоторое время в глубине ее очей, промелькнула тревога, видимо ощутила, почуяла, в каждом из пришедших немалую силу, но отступать было уже поздно.

— Законы вежества заставляют меня быть радушным с каждым, даже с теми, кто явился без приглашения — проговорила молодка, звонким чистым голосом — но не подумайте что вам тут особо рады. Проходите в избу — она указала на висящую, на цепях лестницу, что при надобности поднималась и втягивалась.

Недалеко от избы стояла каменная конструкция, в которой Априус, с удивлением узнал календарь. Не просто обыкновенный валун с зарубками, который используют дикие племена, различных миров. А сложный механизм, состоящий из каменных кругов, колец, звезд, шестерен, и реек. Беглого взгляда хватило, чтобы понять, что там не только месяцы и годы показаны, ни и целые эпохи, что расположены на внешнем кольце.

— Зачем госпоже хозяйке такое сложное приспособление? — В лоб спросил он — Это в таком-то дремучем лесу.

— Лес не всегда был таким, и я тоже — коротко ответила она — Кота моего не напугайте там — глядя на куатара, попросила она — и сову тоже.

Это уже относилось к Рунину, который влетел в избу через окошко. Пропустив всех своих путников вперед, Рус позыркал по сторонам, отмечая отсутствие всяких сараев, амбаров, и поленниц. В глаза бросился лишь сруб колодца, весь испещренный замысловатой резьбой и охранными символами.

Ведьма дождавшись, пока он поднялся в избу, быстро прошла следом, плотно притворив дверь. Небольшая избушка снаружи, внутри оказалась довольно вместительно, имела несколько комнат, кладовую, и кучу разнообразных шкафчиков и полок. В открытой печи ярко полыхали березовые поленья, не понятно, откуда, добытые хозяйкой, у окна стоял широкий стол, с лавками по обе стороны, явный признак того, что некогда тут бывало многолюдно. Большой размером с рысь, черный кот внимательно рассматривал пришельцев, взгляд его желтых глаз, быстро пробежал по людям, затем надолго прикипел к куатару, тот издал странный горловой звук, и котяра сразу расслабился, улегся у печки, и замурчал.

— Усаживайтесь за стол — указала ведьма на лавки. — Я так понимаю это у вас делают все, не зависимо от…. Ну вы понимаете.

— Понимаем — Яша попытался растянуть свою пасть в улыбке — сидеть на топцяне или скамье дело пливыцьное. Хоть и удивляет лазных цюдаков.

— Что ж вы пока рассаживайтесь. А я пока посмотрю чем вас можно угостить. — улыбнувшись проговорила хозяйка — Меня кстати Вертаной кличут.

— Ну а я Рус — манерно склонил голову Априус. — Это мои спутники — Кэфент, Дейдра, и он чуть помедлил, вспоминая как на самом деле зовут Проныру, — Фиор. А так же побратимы наши меньшие Куру, Яша, и Рунин, что, не смотря ни на что, пытается разбудить вашу сову. Но вы его простите милая хозяйка, он редко встречал ночных обитателей леса. И еще, поскольку не хотелось бы причинять вам ни каких неудобств, позвольте угощениям остаться за нами.

Не дожидаяс, ь ее согласия он, развернул «скатку» расстилая ее на столе, и там почти мгновенно выдавила из себя большого запеченного осетра, кольца различной колбасы, пару кругов брынзы, ватрушки и пироги, несколько кувшинов кваса, и миски с солеными грибами и капустой.

— Ну чем богаты — пояснил Априус, усаживаясь на лавку. — А пока будем трапезничать, может радушная хозяйка поведает нам о здешних краях?

— Могу и поведать, — усаживаясь рядом с Пронырой, улыбнулась Вертана — только начать следует, наверно с того времени как я сама здесь появилась.

— Ну не сочтите за труд, мы с удовольствием послушаем — оживился полуэльф.

— Вы должно быть слышали о грандиозных битвах случавшихся ту тут, то там, после прихода Великолепной Семерки? Не все миры покорно ложились к их ногам. Не все Старые боги, были столь неосмотрительны, чтобы пойти на прямое столкновение. Но рано или поздно столкнуться все равно пришлось бы. Так и случилось. Арес призвал своих детей дать бой захватчикам. Но племя мое было чересчур гордым, чтобы действовать по плану мужчин. Царица повела нас отдельно, как в обычную стычку, с одними лишь луками, и секирами, без стремян и седел. Одна лишь боевая раскраска да набедренные повязки — вот и все доспехи. Поначалу казалось, что мы даже одерживаем верх, ибо неприятель был введен в ступор видом наших обнаженных тел и чар, пущенных в действие теми кто умел.

Но потом — Вертана тяжело вздохнула, взгляд ее затуманился — потом все резко изменилось. Это было похоже на побоище. Меня скинула лошадь… Помню когда кончились стрелы я отбивалась луком, когда он сломался, дралась как дикая кошка, и вот пытаясь разодрать шею одного из нападающих, я соврала с него медальон… Синяя вспышка света и я полетела в темноту… Очнулась уже здесь, тогда это были девственные леса со множеством чистых озер. Меня подобрали девы лесов…, выходили стали учить. И время словно остановилось, хотя оно здесь и вправду замедляет ход, порой вытворяя злые шутки. Уходя из дубравы можно было в не уже и не вернуться, или вернуться спустя десятилетия. Но так или иначе время все же шло. Из миров после схваток между собой, или иначе именуемой битвой пантеонов, сюда стали попадать различные отщепенцы, которые влияли на лес, своим колдовством. Бывало, даже забредали чародеи, столь высокого уровня, что эти отбросы забивались в самые глубокие норы, дабы только не попасться им на глаза. Но чародеи тоже не несли благо, они стали использовать Лес, как питомник для различных чудищ, которых приводили с собой. Тех правда истребляли Темные Эльфы, но их стрел явно не хватало на всю огромную территорию… — Вертана на миг умолкла, протянув руку за ломтиком сыра.

— А что делали вы? — Тут же смущенно поинтересовалась Дейдра.

— Мы… Мы были столь беззаботны что проморгали начало конца — зло сказала зеленоволосая красотка — А когда решили призвать на помощь берегинь было уже поздно.

Девы Лесов оставили свои дубравы, и ушли ельник, места обитания Ягинь. Те жили обособленно, почти не покидая своих избушек, витали где-то в облаках буквально, и переносно. Не злые и не добрые, равнодушные к бедам что пришли в Лес, они оказались странными соседями… Вид их тел иссушенных постоянным недоеданием, недосыпом и малым потреблением воды, поначалу вызывал отвращение… Но потом мы пообвыклись.

Вертана умолкла, наливая себе кваса, и делая несколько больших глотков. Проныра поерзал на скамье, и не выдержав паузы выпалил:

— А дальше? Что было дальше?

— Гм, дальше пришли волосатые узгары, дикие, необузданные, знающие только кремень, но обладающие невероятной силой, а их шаманы на редкость хорошим умением… Они то и настроили на холмах эти свои святилища-капища… Через которые сюда стало проникать все больше и больше разной грязи. И Лес словно распахнул свои объятия — повалила разная нечисть, нежить, если волхвы, то какие-нибудь кривдичи, если ведьмы, то те, что все поганят вокруг. Сперва все они таились, вынюхивали да разнюхивали что тут да как, а затем поняли что нет тут им супротивника, и обнаглели начали вершить дело свое черное… В ту пору и произошли разные случаи, что в других местах известны как сказки. Так мне объяснила наставница.

— Это какие же сказки, так разошлись? — Поинтересовался Руин, слывший большим знатоком всякой всячины.

— Ну про хитрого оборотня и девочку в красном платке например. Про чудо-юдо лесное. Про мальчишку что обхитрил тупого огра… Да много всякого случалось, Вот, а потом пришла она. Птицеглавая Владычица Мут. Словно коршун с небес набросился ведомый ей ветер, вихрями прошелся по холмам с капищами, и порушил почти все, так что те не могли уже никого пропускать сквозь себя, а нас учить она стала, вместе с Ягинями, которые ее якобы призвали.

— И что у нее и вправду была птичья голова? — Не выдержав, изумилась Дейдра.

— Да, Как у коршуна. Но в остальном от нас она не отличалась, и речь ее стала нам ясна и понятна. И учила нас Мут, разным премудростям жизни. Поведала о цикличности времени, и о календаре Сферы. И о Силах, что в ней обитают, и как правят те, кто ворвался непрошено. О далеких мирах, о волшебных дарах, и еще много о чем. Учила нас ведовству она своему, провела через познание самих себя. И обрели мы власть над первоэлементами, Землей, Водой, Воздухом, и Огнем. Мне правда лучше давалась волшба что с землей-матерью связана, ну и вода немного. И вот как только усвоили мы уроки ее, Мут, повела нас отвоевывать Лес, и стали мы изводить всю нечисть да нежить в округе. Здесь даже начали селиться людские племена, уж не знаю, как и проникали в Лес…

— Почему же сейчас все так запущено? — Перебил ее рассказ, Проныра.

— А потому что пришла пора — Мут, покинула нас, сказав лишь, что настал час уходить. И будто прознав про ее уход, сюда прорвались Кьяранса, Ллотха, и Цирцея. Вот тогда-то и началось настоящее пробуждение Тьмы. Известно ведь что Хвергельмир распадался на отдельные ручьи, и вот один такой отводок стал питать Лес. Не знаю кто из пришлых, это провернул, но постарались они на славу.

Озера начали заболачиваться, деревья скрючивало и выгибало, листва стала синеть, а небо покрыла постоянная хмарь. Среди нас уже не было разговоров о отвоевании Леса, тут хоть бы уберечь хоть какую-то его часть. Потому что рыскающих по лесу алчных хищников становилось все больше и больше. Нужда заставила хуторян потянуться к нашим изгородям, они переселялись просто в большие дупла и рыли землянки, постепенно девы лесов, смешались с ними, потому что как-то надо было выживать, да и природа брала свое. Но растить детей в таких условиях становилось все трудней, охота не давала должного прокорма, да и зверь все мельчал и становился чутким и осторожным. Озера еще кишели рыбой, но пробираться к ним, стало опасно, на это отваживались лишь редкие смельчаки.

Не смотря на это, деревня все же росла и крепла. Сруб за срубом, изба за избой, огороженная мощным частоколом, с бьющим из-под земли ключом, у самой изгороди. На время все наладилось, даже в окрестностях не встречались жуткие твари, ибо кто и пер сюда с дуру, быстро прощался с жизнью. А против нечисти и нежити боролись наши чары…

Тут Вертана на время умолкла, уделяя свое внимание пирожку и отрезанному для нее куску рыбы. Дейдра тем временем подхватила на руки Черныша, так звали хозяйского кота, и принялась гладить и чесать. Априус покрутил головой, обшаривая стены взглядом, и подождав когда ведьма дожует, спросил:

— А где же все делись?

— Темные феи — так они себя сами назвали — запивая съеденное квасом, проговорила хозяйка — возжелали полной власти над Лесом. А тут еще Круг Эпох повернулся, начал свое восстание Великий Бунтарь. И темная сила возросла десятикратно. Это отразилось и здесь. Обезумевшая Ллотха стала плодить детенышей, таким образом, став Паучьей Королевой, по сути: хаотично-злой покровительницей убийства, хаоса и разрушения. Ее детеныши расползались по Лесу, словно саранча, оплетая своей паутиной еще существующие проходы. Сообщение между хуторами, что выдержали всю эту навалу, пропало. Мы оказались отрезанными друг от друга непроходимыми теперь чащобами, началась затворническая жизнь. Вскоре нас вообще обложили вплотную. Вначале появились волки-оборотни, что злее обычного волка во стократ, затем добавились ужасные птицы, что пострашнее любого оборотня или медведя-шатуна. Они хоть и не могли летать, но частокол пришлось делать из самых толстых сосен, потому что рост этих пташек, и их мощные клювы давали им нешуточное превосходство. Пока в деревне поняли, как со всем этим бороться, она была уже переполовинена. Но Цирцее и Кьярансе, этого было мало, они хотели стереть всех, кто хоть как-то противился. Кьяранса к тому времени здорово увлеклась некромантией, назвала себя Леди Мертвых, и нашу деревню начала пробовать на прочность еще и нежить. Тогда за дело взялись те, из Ягинь, кто еще был жив, они владели некоторыми тайнами мира Нави, и кой-чему научили меня…

— И тогда — то ты и стала настоящей ведьмой? — Спросил Проныра.

Вертана невесело усмехнулась, и кивнула:

— Да. Я сочетала в себе умение жриц моего племени, чары Лесных дев, и колдовство Ягинь. Ну и немного боевого умения, которое все время приходилось совершенствовать. Приступы на деревню не прекращались, и тогда на совете было принято решение уйти вообще в глухие дебри, где лес столь дремуч и не хожен, что даже не всякий лось продерется. Плотность растущих деревьев такова, что пробираться надо только с секирами да тесаками, а когда за тобой погоня, это весьма затруднительно. Но мы пробились…. правда, добрались до этого места, где мы сейчас находимся только десятеро. Шесть женщин и два мужчины и два молодых парубка. Пробиваясь сквозь чащу, мы вышли к странным округлым камням, на каждом из которых был выбит определенный символ. Минка, моя подруга сказала, что это сторожевые камни летаргов, был такой народец в Лесу, задолго до моего появления. Но нам терять было уже нечего, и мы проникли за этот рубеж, и были вознаграждены, поскольку вышли на берег чудного, еще не заболоченного озерца, посреди которого был островок. Там и решили обосноваться. Плот сооружали в спешке, дабы быстрее добраться, потому он и распался по пути, если спасли оружие, да веревки… но мы таки перебрались. Хоть мокрые, усталые, но живые, даже никто не ранен был сильно, так ушибы да рассечения.

— А погоня? — Деловито поинтересовался Кэфент.

— А погоня отстала. Или отвел ее кто, как мне думается. Только так и не узнали мы, кто нам подмог тогда. Да и не до того было. Работа закипела, почитай на износ. Огорожу сперва ставили, стволы, переправляя, рыбу ловить учились заодно, хорошо тут холодов не бывает, а то спали ведь под открытым небом. Затем избу сложили на манер Ягиньских, на сваях, с убирающимся крыльцом, большой печью, и при надобности легко передвигаемую. Не совсем конечно то, что у них, но, тем не менее, да и в условиях близкой воды удобно. Так и зажили, Потихоньку сооружали второй частокол, уже наученные старыми промахами, резали быстрые лодки…

— Это видать совсем давно было — перебил Априус — я тут не только озера не видал, а даже болота.

— Давно — протянула ведьма — почитай веков так… А невесть скоко, тут счет иной идет. А озеро… иссохло постепенно, поглотил его Лес. Сила Темная изменила его вконец. Не сразу правда, он еще долго сопротивлялся. Но постепенно духов то, да лесовичков, всех оберегающих Феи, то извели. Зверя чудища пожрали, мы уж тут как могли, спасали тех, кто сумел в чащобы пробраться. Хорошо птица еще водилась, и лесная и озерная. Мы разводить стали уток да гусей, пару коз одомашнили, наладили себе быт, в общем…

— А календарь каменный, откуда взялся? — Прищурившись, глядя на хозяйку, не отставал Рус.

— А календарь сам вылез… Он был там, в прежней деревне, прощальный дар от Мут, а когда мы ее покинули, появился на нашем островке. Только толку от него мало. Дни не отмечены.

— Это эпохальная вещь, периоды, циклы, солнечные затмения, парады звезд, показывает. Но главное витки внешнего круга, это повороты самой сферы — пояснил Априус.

— Тут они нам ни к чему — пожав плечами, ответила ведьма.

— А может он не для вас и оставлен — вступил в разговор Кэфент — мало ли кто в этом лесу тут прятался. Не приходил никто сродни нам по Силе? Ты должна была ощутить.

— Да тут всякие шастали — насупилась ведьма, недовольная тем, что ее перебили — и сродни тебе чародей. И сродни ей — кивнула она на принцессу — Я по законам вежества всех принимала, а что уж они тут искали, не знаю.

— Понятно — кивнул Априус — они не распространялись. А мы скажу честно, просто мимо шли. Из странствия возвращались заблукали маленько. Но извини, перебил дальше что было?

— А дальше как в сказке. Чем дальше, тем страшнее — хмыкнула Вертана — Эти места облюбовали тролли. Но с ними то, как раз мы смогли не враждовать. Они оказались вполне безобидными, если не дразнить. Мы ведь уже жили тут когда они появились, потому приняли нас как естественную часть озера, вернее тогда уже считай болота. В тине начали гады всякие заводится, так тролли их быстро повыбили, так что мы даже радовались, такому соседству, только с острова ходить другим путем — в обход их племенной стоянки. Но как я уже говорила, дичи почти не стало. Сквозь окружающие нас чащобы, да буреломы, ни чудища не пробирались, ни зверь, какой. Ну окромя мелочи — зайцы там, барсуки… Но вот если секач забредет, тут мы уже всей, так сказать семьей брать его ходили. Вот где-то в то время и пришел первый гость. Странный такой, лицо под капюшоном прятал, только я все равно разглядела — не человек. Глаза тоже прятал, прямо не смотрел, расспрашивал все о Царь-Древе каком-то, и Валуне, что будто в самехоньком центре Леса стоит с незапамятных времен. Но мы о том ничего не знали, и он сразу ушел… Затем деваха пожаловала. Вся величественная такая, надменная и гордая, в Лесу, это ж надо в белом платье длинном, прошла, а на нем не репьяхов ни зацепок. Тоже странная до жути, сама молодая кровь с молоком, а волосы седые, и глаза выцветшие, почти белые. Ту интересовал посох Бунхара, якобы находившийся у одной из Ягинь, по имени Сагойя. Ну этой девице мы тоже ни чем не помогли, ибо Сагойю, мы знали, только она с клюкой всегда ходила, а ни о каком посохе мы не слыхали. Мож и был у нее такой, захован где, только она не распространялась. В общем, ушла девица ни с чем.

— Ну а одна ты, почему осталась? — Не сводя своих раскосых глаз с ведьмы — мягко поинтересовался Проныра.

— А беда пришла, откуда не ждали. Как болото усохло, совсем уступив место Лесу, ходить, с пропитанием вообще туго стало. Пришлось взяться за лук, и мне. Вот как-то отправилась я на охоту, шанс подстрелить что-нибудь съедобное еще имелся. Мы уже ни чем, ни брезговали, что подстрелить удавалось. Плазуны, ящерки крупные, бурундуки, белки. Да и комаха почти всякая съестной уже казалась. Только ее много набрать не всегда удавалось.

— Это что за комахи? — Удивилась Дейдра.

— Да разные. Красные муравьи, личинки ос, жуков. Кузнецы, там всякие. Со смесью определенных трав очень даже ничего. Ну так вот отправилась я на охоту, в день тот поганый, одна. Ушла еще засветло, чтоб подальше в чащу уйти, а то вблизи мы уже все повыбили, так как, за черту буреломов с охранными камнями тоже высовываться боялись. Но я прошла к самым границам, и не зря рисковала — напоролась на крупного барсука… Вот… В общем то да се, пока вернулась много времени прошло, подхожу… а а части огорожи как не бывало, одна щепа повсюду разбросана, да двор кровью залит. Ни тел, ни останков, следы только, трехпалые… Так вот одна и осталась, погоревала, погоревала, да взялась за починку. Только теперь уже во все искусство свое вкладывала. Разрыв-траву вокруг огорожи насадила, дальше елочки, сосенки, напересаживала, выискивала да переносила. Так вот за работой незаметно и отошла от горя то, да пообвыклась сама управляться. А сила моя как одна осталась, расти стала, Ну тогда я и решила что ни одна погань больше сюда ни ногой, ни лапой — буду потихоньку Лес, отвоевывать. А стой поры сюда пройти мог только тот кто прямого злого умысла не имел.

— А притворщики значит могли? — Усмехнулся Кэфент.

— А как от таких убережешься? — Невесело ответила ведьма — вначале распознать надо… Да и тоскливо уж больно, если совсем никто добраться не сумеет.

— И много таких нашлось? — Спросила Дейдра, с сочувствием глядя на Вертану.

— Да находились. Кто действительно заблукал, от чудищ спасаясь, а кто именно ко мне шел, уж не знаю как про меня прослыхивали.

— Что ж благодарим за историю — видя некоторую скованность хозяйки — проговорил Априус — из рассказанного тобой, складывается интереснейшая картина. Похоже, кто-то весьма могущий приспособил эти лесные края под заповедник чудищ. Так просто сюда не попасть, надо определенное умение. Врат нет. Открываются лишь краткосрочные окна-проходы, в разных местах. И этому кому-то в случае надобности не надо искать монстров по мирам, стоит просто брать отсюда, а как он думаю, придумал. Что ж придется вмешаться. Пора лесу очистится.

— Вы настолько могущественны, что…? — Глаза Вертаны полезли на лоб — да тут веками все это плодилось и размножалось. И сам Лес, стал источником Силы.

— Он — не источник — покачал головой Априус — он ее накопитель. Всякие монстры и чудовища, это так лишь поверхностное. Суть лежит глубже. И в нужный момент отсюда потянут. Темные Феи, это тоже всего лишь паразиты на могучем организме, кладезь Силы тут устроил явно кто-то помощнее. Будем разбираться, мне все равно сейчас нечем заняться, я так сказать отслужил свой срок у… Да не важно. Что ж друзья вот вам и дело, достойное нас.

Видя что все уже насытились, он свернул, и убрал «скатку» и повернувшись к Вертане спросил:

— С разрешения нашей гостеприимной хозяюшки, я выйду, осмотрюсь. Прогуляюсь на подворье. Надеюсь разрыв-трава только за частоколом?

— Ну… в общем да. Внутри огорожи только лечебное да съестное.

— Тем лучше. Ладно, пошел я, и не стоит за мной ходить, друзья — обернулся он к куатару и ящеру — а то еще потопчете травушку-муравушку. Гостюйте пока.

Спустившись по висящей на цепях ступенчатой лестнице, Рус, очутился во дворе, образованном частоколом. Везде где смотрел глаз, было что-то посажено. Кусты смородины, малинник, разнообразные травы, фруктовые деревца, Небольшой загон с навесом, где блеяла коза, Априус особо отметил подивившись — откуда та здесь взялась. Подойдя к календарю, он долго всматривался в разнообразные круги, лучи, спиралевидные раковины, отмечал положение колесиков и шестеренок. Вскоре становилось ясно, что воспользоваться календарем, мог только тот, кто точно знал, что нужно выставить и как.

— Зачем же тебя тут оставили? — Словно размышляя, спросил Априус — или ты не только календарь? Хотя ладно — храни и дальше свои тайны. Я же займусь Лесом.

Он присел и приложив ладонь к земле, закрыл глаза. Попытался прочувствовать энергетику этого места, проникнуть в земные толщи мысленным взором. Интуиция подсказывала, что лес изменяли снизу, и это не мешало бы проверить.

На первый взгляд, вся поверхность этого мира, выглядела как единая платформа, с множеством разломов, через которые ощущаются кем-то подведенные сюда темные воды Хвергельмира, или вернее одного из его ручьев. До прихода Великолепной Семерки, тот как известно распадался реками. Как там Хугин пересказывал слова своего хозяина — … «из под корня в Нифльхейме бьет источник Кипящий Котел — единственный источник тепла в этом мире холода и бездвижия. Хвергельмир так же являлся, в ту пору обширным резервуаром, материнским истоком всех вод. Сорок рек восходящих оттуда имели место быть. Какие-то ворон даже упоминал — Слид течет в царства пытки, и в её водоворотах клинки, чтобы препятствовать или пугать любого от попытки пересечь. Через Гьёлль проходит мост из золота к подземному жилью Бальдра. Лейфтр (который зовётся «светлым») имеет чистые воды, которые являются святыми, и которыми торжественно присягают и клянутся. Еще старый хитрюга называл имена и других «ручьев» что истекают оттуда — «Кермт и Эрмт и Керлауг — но это не то, ибо сюда подвели явно одну из подземных. А это первые три. Но Гьёлль, которая течёт около Хель (царства мёртвых) отпадает, она там и осталась. Остаются Слид и Лейфтр… Хотя не факт что сюда завернули целую реку, могли и отвести рукав, проведя по специально созданному руслу.

Вот и думай, как поступить? Разрушить всю эту схему, или чуток поломать, чтобы объявился хозяин, и посмотреть, кто он такой, и зачем ему все это понадобилось. А может он и не один, а целая группа, какой нибудь очередной ковен, не прошедших нужного посвящения чародеев. Или…

Хотя чего гадать то. Теперь ему не нужно так уж тщательно скрывать свои действия, можно в открытую. Ну, так на половину своих возможностей… Точно ясно одно Лес в таком виде, в каком он есть сейчас, должен перестать существовать. Ни от его самого, ни от населяющих его дебри тварей, ничего хорошего ждать уже не приходится. Жаль, конечно, умертвлять такой огромный и могучий Организм, но что поделать.

Место, где жила Вертана, было, наверное, самым безопасным кусочком этой обширной территории, и потому именно тут и следовало все проделать. Но перед этим следовало бы проверить, так ли уж скверно обстоят дела по всей лесной зоне.

— Куру! Рунин! — коротко позвал он — идем, прогуляемся. Остальные пусть с Вертаной пообщаются, так и передайте. И помните, здесь привычные чары искажаются, практически не работают…. не разгадал еще в чем тут дело… поэтому если что самые простые и надежные применяйте.

Куатар и попугай не заставили себя ждать — барс одним прыжком покинул избу через дверь, а неугомонный птах, стрелой выпорхнул в окно.

— И чего раньше не позвал — сварливо поинтересовался Рунин — мне уже наскучило там сидеть.

— Да так размышлял… — не вдаваясь в подробности, ответил Априус — давайте по-быстрому лес прочешем. Глянем, как дела обстоят на самом деле.

Заклятие Переноса, и вот они уже стоят на вершине того самого холма, через комплекс мегалитов которого, попали в эти края. Еще несколько мгновений ушло на преобразование тел. Боевой трансформацией конечно местных обитателей не удивишь, но так значительно удобней и быстрей передвигаться. Априус в очередной раз любовался как почти обычный на вид снежный барс, приобретает форму совершенно невиданного зверя. Мех уже не мех, а что-то среднее между темно-серой чешуйчатой кожей и пластинчатой броней хитина, когти удлинились, приобрели металлический блеск, клыки стали саблезубыми, в глазах зажегся красный огонь. Попугай тоже стал еще крупнее, перья удлинились, и даже увеличили объем, клюв и когти сверкают сталью, а глаза буравят окружающее пространство, пристальным хищным взглядом.

Сам Рус, тоже видоизменился, перетекая в свою вторую суть, серо-кожего рогатого демона, с перепончатыми лапами. В этой форме он мог добавлять себе дополнительные части тела — рога, крылья, хвост, той или иной формы, но пока не стал этого делать. Глаза со щелевидными зрачками уставились на раскинувшуюся чащу Леса, а попугай и куатар уловили емкую, все объясняющую мысль:

— Ну что понеслась?

— Понеслась!!! — Одновременно ответили они, и неразлучная троица ринулась вниз с холма.

Основной идеей Априуса было выявить степень опасности лесных обитателей и самого Большого Леса. Первое с чем они столкнулись, проносясь по лесной чаще, была корневая система — живая, и шевелящаяся. Но скорость, на которой он и куатар проносились, не позволяла корням схватить их. Рунин несся среди верхушек деревьев, уворачиваясь от разносторонних атак, шипокрылов, летунов, и жалохвостов. Периодически с его когтистой лапы, слетала короткая молния, и всякий раз, когда он кого-нибудь подстреливал, остальные мгновенно перенацеливались и разрывали неудачливого собрата на куски.

Кого только не встречали во время своего неистового бега Априус и Куру — ядозубы, огры, крысопауки, баньши, драугры, вурдалаки, но это так привычные обитатели гиблых мест, которых друзья навидались с лихвой. А вот порождений Ллотхи ранее не встречали. Это были не обычные пауки, а большие и неповоротливые твари, главоглазы которых защищал прочный панцирь, оказавшийся как вскоре убедился куатар, особенно тверд в передней части, и тварь эту проще разить сзади или сбоку.

— Какая живучая зараза — услыхал Априус мысленную ругань барса — думаю и к огню стоек окажется. — О да тут еще и эндриаги…

Априус на бегу вспомнил, что так зовут лесные чудовища, напоминающие пауков, скорее длинных, чем высоких, и ползающих на шести конечностях. Когда они, застыв неподвижно, поджидают добычу, заметить их чрезвычайно трудно. Но Куру видимо успевает.

Следующая встреченная тварь, заставила задуматься о правильности его выводов по поводу источников Силы, здесь текущей. Утковол стоял набычившись, и уже готовился напасть, на какое-то существо напоминающее сильно изувеченного человека. Априус пристально вгляделся в эту гору мышц, заключенную в мешок из твердой и эластичной шкуры. Башка похожа на буйволью, но пасть усеяна острыми зубами, явно приспособленными разрывать мясо, по всему телу расположены явно недоразвитые лапы, которыми чудище едва способно шевелить. Такой себе плотоядный бычок. Но вот кого он собрался сожрать?

Априус даже остановился, рассматривая странное существо с одним глазом, одной ногой и одной рукой. Чтобы двигаться, оно должны сложиться пополам. Да неспорно это дивный человек, как то кто — то из патрульных рассказывал о таких — мол живут где-то на краю света, плодятся искусственно, выковывая себе подобных из железа, а дым их кузниц несет с собой мор, оспу и лихорадки.

— Наврядли о6о тебе по зубам, братец-вол — усмехнулся Априус и двинулся дальше, оставляя позади выкормыша одной из темных фей.

По пути ему встретился еще один уродливый бык, но несравненно безобразней, чем домашняя скотинка. Хуаллепен кажется, так звалось это уродливое альбиносное существо с когтистыми лапами вместо копыт. Ему Априус просто перерезал когтем глотку, и двинулся дальше навстречу паре черных волков. С горящим яростным огнем глазами.

Рунин тем временем прикончил одну черную рысь возжелавшую попробовать мяска необычной птицы, атакой в морду сбросив ее с ветки, и едва не свалился вниз столкнувшись с сирин. Это удивительное существо с головой женщины и телом сыча, внезапно что-то запело чарующим голосом. Попугай проследил за ее взглядом, и увидел прекрасную девушку, одиноко стоящую у странного, слишком гладкого валуна.

— Ну ну — давай чаруй — гаркнул ее прямо в лицо попугай — интересно будет посмотреть на Бруксу лишенную воли и памяти. Щас то у нее облик прекрасной женщины, однако, когда она голодна или атакует, то кажется ужасной. Вот и поглядим, какой станет.

Он громко по-вороньи каркнул, и устремился дальше, переполошив выводок лесных нетопырей, вдобавок сбив по пути еще какие-то гнезда с ярко-оранжевыми яйцами. Все встреченные деревья за редким исключением имели темно-синие листья, хоть на вид и были разных пород и высоты. Чернильный цвет, один чернильный цвет кругом, как будто некто громадный случайно опрокинул свою чернильницу на некогда разнообразные краски леса. Рунин взял выше и понесся по широкому кругу, зорко высматривая хоть какие-то отличия. Гуща лесной чащи была не однородна, в нескольких местах виднелись более светлые пятна, явно места обитания темных эльфов. Крупные высокие деревья чем-то смахивающие на баобабы, росли там, вместе с кипарисами. Оазис зелени среди моря черноты. Попугай не преминул мысленно сообщить об этом хозяину.

Априус взял себе на заметку, и понесся дальше туда, где когда-то располагались чудные лесные озера, превращенные, по словам Вертаны в обширные гиблые болота. Он даже не разобрал, когда они начались — деревья были все такие же раскоряченные, с переплетшимися корнями, только под лапами зачавкало, и что-то попыталось обвиться вокруг них. Полоснув когтистой лапой по непонятному отростку, Рус, явственно ощутил, что дальше начинается настоящая трясина, и туда лучше не соваться. Он повернул обратно, чувствуя, как темная жижа за ним пришла в движение, что-то стремительно пыталось его догнать, и самое странное было то, что он даже магическим взором, не видел что именно.

Выбежав обратно на сухое, Априус резко обернулся, собираясь уже было кинуть заклятье познания, дабы понять, что же там такое, как вдруг ощутил угрозу надвтгавшуюся сбоку. Уклон, прыжок, полуоборот, и о духи, что же это такое? Существо, тянувшее к нему свои безобразные отростки, больше всего походило, на опутанный переплетенными корнями, здоровенный пень весь покрытый слизью и личинками. Априус всмотрелся, различил во всей этой массе, горящие красным пламенем глаза, и тут же нашел ничего лучшего, как метнуть в чудищу феербол, и отправиться дальше.

Он наращивал темп бега, стараясь покрыть как можно большее расстояние, чтобы наверняка убедиться, что Лес уже не спасти, потому что не только различные образины населяющие его были опасны, но и сам покров, сами деревья были явно не прочь вобрать в себя живую добычу. Наконец чародей, остановился — он узнал достаточно, теперь предстояло решить, как именно навести здесь порядок. В голове роились десятки мыслей, но все варианты, годились лишь в отношении небольшой зоны, а не такой огромной территории. Ни огонь, ни хорошая встряска не годились. Бурный водный поток взять было негде, да он и не смог бы справиться с таким лесом. А вот направленная воздушная волна, с последующим ураганным ветром и еще кое-какими стихийными элементами, вполне. Но оставался открытым вопрос, что делать дальше с этим странным отстойником Темного Источника. Ждать хозяина или в наглую заявить свои права на эти края?

— Ладно, все поэтапно — откладывая нелегкое решение на потом, наконец решился он — друзья возвращайтесь к Вертане, накройте там все защитным куполом, а я немного поменяю тут порядок вещей.

Рус не стал дожидаться пока куатар, и попугай доберутся до избушки, всей своей сутью рванулся вверх, чтобы окинуть взглядом весь лесной массив. Он подымался все выше и выше, но оторваться от Леса никак не мог, докуда доставал глаз, все тянулся и тянулся темный массив, лишь изредка появлялись проплешины холмов, с остатками каменных сооружений — этих непонятных святилищ, ибо обсерваториями они точно не являлись. Это явно был плоский мир, место изначально рукотворное, или кем-то заполненное пространство между… Между чем? Явно не между привычными мирами. Скорее какая-то неизвестная область межреальности.

— А значит — промелькнула досадная мысль — найти необходимый для нужного удара, осколок, будет невозможно. А так хотелось, чтобы все выглядело естественно — бухнулась хвостатая звезда-комета и все тут. Что ж придется действовать иначе. Прежде всего оградить те небольшие участки которые выявил Рунин — там обитает хоть и темный народ, но все же эльфы, шанс для них все же нужно оставить. У них конечно есть собственная защита, но ее будет недостаточно, поэтому незаметно добавим кое-что в уже имеющиеся защитные чары эльфов, а потом можно приступать.

Он хорошо был знаком с эльфийской волшбой, сталкивался с ней с самого детства, да и майяры положившие основу для ее появления были ему небезызвестны. Поэтому труда не составило вплести свои собственные добавления в сеть защитных заклинаний эльфов. А дальше Априуса ждала уже серьезная волшба.

Управление Стихиями бывает довольно разным. И разность еще и в том пробуждена ли та или иная стихия магическим путем или используется природное ее проявление. Многие ведьмы и колдуны умеют вызывать ливни, бури, ураганы, или наоборот делать хорошую погоду. С наводнениями и землетрясениями задача посложнее. Но в данный момент Априус собирался что называется, баламутит воду. И совсем непростую воду. Вызвать возмущения в отводке Слида, это практически колыхнуть саму темную реку, но оно того стоит.

Полная сосредоточенность и призыв. Призыв остатков Тьмы, некогда захватившей его. Так до конца и не разгаданная, странная субстанция из черного обелиска, до конца не изгнанная и не уничтоженная. А еще та Запредельная Пратьма которую призывал на помощь, и в которую окунался вместе с экипажем Версара. Они обе давали неограниченную власть над проявлением Нави. Всех ее порождений, в том числе позволяли оперировать некой долей Силы Кипящего Котла.

Априус решительно потянулся к потоку сокрытому в недрах этого мира. Никаких сомнений, ни какой нерешительности — только намерение и устремление. Иначе быть не может. Ощущение клокочущей черноты, струящийся поток, тем не менее, кажется недостаточно бурлящим, нужно его взьярить. В дни творения — единственный источник тепла, воды позволившие появиться Инеистым Великанам. Заклятье, Еще одно. И вот бурлящий поток темной воды устремляется к преграде перекрывшей путь наверх — огромной замшелой глыбе. Это и есть валун, отмечающий центр леса, тот самый, что разыскивали приходившие к Вертане маги. Напряжение нарастает, растет давление воды на камень, Априус выжидает — пусть копится энергия, в нужный момент ее останется только высвободить.

А пока нужно зачерпнуть немного злой, и жгучей Силы, и вложить в одно, в принципе простое чародейство, своего рода иллюзию. Все кого настигнет это чародейство, увидят и услышат самые свое большие страхи, ощутят приближение чего-то поистине кошмарного, и неотвратимого. Словно стрела, сорвавшаяся с тетивы, волна неописуемого ужаса накатилась на лесных обитателей, и те кто обладал хоть какими-то зачатками разума или инстинктом самосохранения бросились прочь. Рус гнал их в дальний конец Леса, там пусть хоть перегрызут друг друга, но вот так вот уничтожить разом всех почему-то не желал. Силовой барьер оградит их от губительного действия ударной волны, и последующих за ней урагана и паводка.

Теперь следовало делать несколько дел одновременно. Тоесть управлять несколькими заклятиями сразу, практически неотрывно, применяя одно за другим. Едва подброшенный напором воды валун, оказался в воздухе, Априус тут же наложил мембрану на открывшийся проем колодца, а каменной глыбе задал нужное ускорение, чтобы она достигла определенной точки в небе над Лесом. В верхних слоях аэра, глыба затормозилась, полыхнула ярким заревом, неимоверно раскаляясь, и низринулась обратно по крутой дуге. Оставалось только вновь ускорить ее, благо дело Силы тут предостаточно, нужно только успевать вливать ее в быстро сплетаемые заклятья.

Огненный болид, с воем понесся к замершему в ужасе лесу, словно падающего метеорита валун, вонзился в чащу. Вспышка. Громовой удар. И вот уже несущаяся во все стороны всесметающая ударная волна буквально укладывает деревья. Толстенные стволы валит, выворачивая с корнями, не взирая на их прочность и длину, но это еще только начало. Небо становиться черным, появляются первые хвостатые воронки смерчей, по-сути обычные столкновение теплых и холодных воздушных потоков, но сейчас это нечто иное, ибо в них сила Хвергельмира. Задул ураганный ветер завыл, засвистел, и наконец превратился в сплошной рев. Гигантские торнадо, нарастая и приобретая необыкновенную мощь, начали медленно, но неотвратимо перемалывать полегший лес.

Сразу за этим настал черед Воды. За неимением другой — той, что билась в недрах, сдерживаемая лишь тонкой перепонкой магической мембраны. Вспучился гигантский пузырь, а потом низвергся, покатился в разные стороны всесокрушающий вал, сдирая даже многовековой покров из сгнившей листвы и зараженной мерзостью, почвы.

Априус отрастивший крылья в личине демона, кружил над беснующимся миром, он ждал противодействия, но не смотря на корчи и агонию Леса, хозяева этого места не спешили появиться. Темным феям тоже явно было не до того.

— Нда ломать, не строить — горестно вздохнул чародей — созидателем быть не каждому дано. Все только и норовят крушить построенное кем-то. Надо будет что-то сделать с этим всем безобразием, как только все уляжется…

Он еще долго кружил над агонизирующим Лесом, а потом полетел к единственному уцелевшему пятачку — зеленому ельнику где виднелась избушка, огороженная частоколом., над которыми синим сетом выделялся силовой барьер. Куру и Рунин постарались на славу — внутри барьера ни одна травинка не дрогнула, правда, и звуки сюда не проникали, потому тишина была более чем неестественная. Уже опускаясь, принял привычный, человеческий облик, и быстро поднялся в избу. Вся компания оказалась за столом, где Вертана развлекала их видениями в блюдце.

— Что работу мою оцениваете? — Живо поинтересовался Рус — так она еще не закончена. Это только первый этап.

— Да ты там такого наворотил — пробасил куатар — год разгребать надо.

— Во-во — вставил свое слово Рунин — и где только научился так буйствовать. Столько лесу повалил, а потом еще и водой залил. Был лес — стало море. Чем вычерпывать будем. Или все так и оставим? Мы ж такие, наломаем дров и тикать.

Априус посмотрел на попугая волком — не до шуток, мол сейчас, и проговорил чуть смущенно:

— Ну не оставлять же все было в таком виде. Старый лес уже было не вернуть. А позволить существовать этому рассаднику… В общем решение было принято. Переждем маленько, пока вода сойдет, а там есть у меня, кой-какая мысля.

— Нас не просветишь? — Тут же вопросил куатар. — может, чем поможем.

— Это врядли. Тут не чародейство, ни волшба не помогут. Нужно нечто иное. И боюсь ни у вас, не у меня этого нет. Потому я пойду мыслить. Там у календаря особо подходящее для этого место. А вы пока подумайте, прикиньте, как дальше путь держать будем.

* * *

Априус покинув избу, и впрямь отправился к каменному календарю. Тот, кто сработал эту систему отсчета времен, явно задумывал ее и еще для чего-то. Но на данный момент эти круги и завитушки, подходили для иной цели. А главное при долгом взгляде на них способствовали сосредоточенности и концентрации.

Он уселся, скрестив ноги, некоторое время вглядывался в затейливые узоры каменных обручей и колец, и так задумался, уйдя глубоко в себя. Сосредоточено рылся в памяти. Искал короткий эпизод своей жизни. Вернее жизни того, кем он стал на краткий срок. После того как выкрал Богиню Зеленого Безмолвия, одну из Великолепной Семерки Владык Сущего. Он плохо помнил тот период, когда воды Урда унесли их обоих за грань Бытия, туда, где не было еще ничего, но это был уже не Хаос. Здесь внутри Сферы, Рус, не единожды встречал творение рук, его невольной подруги, но тогда когда они сделались Творцом и Созидательницей по воле Вышнего, она вершила иначе, потому что и сама была другой.

Из глубин памяти всплыло видение того первого островка земли, недавно поднятого из бездн водных, голого и пустого, а затем по велению ее руки быстро обрастающего великолепными древами и кустами. Удивительное сочетание хвойных и лиственных пород, стройных высоких, и кряжистых раскидистых, а там где преобладали растения тропиков слоистые, по мере нужды в свете солнца. Чудные гибкие березки с нежно розовой пленкой коры, неожиданно сменялись бамбуковыми стволами разной толщины, те в свою очередь переходили в побережье с бананово-кокосовыми пальмами. Сандал, бальза, баобабы, кусты орхидей и фикусов, баньяновые деревья….

От себя он тогда добавил эвкалипты, кедры, и секвойи. Как это у него получилось? Вспомни теперь попробуй. И Сила тут явно не для взращивания таких лесов. Нужно обладать настоящей божественностью, чтобы созидать явное, а не иллюзорное. Вырастить из зерна быстрый росток может любой, уважающий себя факир. Но когда семян нет, как это сделать? Хотя стоп, почему нет? Во же рядом ели, шишек полным-полно, потому как птицы не поклевали, и белки не погрызли, по причине отсутствия оных.

Ну что ж и на болотах строят города, осушив те предварительно, и завалив их бревнами и землей. Вот бы достать те орешки или шишки, из сказок народов Даарии, что кинешь, и лес произрастет, но сказки на то и сказки — все лишь легкое воспоминание о былом величии. Придется использовать то, что есть — Силу Источника, да собственные знания. Другого пути нет, тут привычные чары не работают, или работают не так.

Он вздохнул, встал на ноги и пошел по импровизированному огороду Вертаны, в поисках семян разнотравья. Собрав все, какие нашел, отправился за изгородь, большим прыжком преодолев расстояние до ельника. Там поьтратил еще немного времени собирая в опустевший мешок шишки, или если те раскрылись, выбивая в карманы, семечки. Затем отошел на самый край бора, и вновь перетек в демона, отрастил крылья и взлетел.

Уже находясь в воздухе, попытался оценить масштабы предстоящей работы. Но четкой картины так увидеть и не смог — пейзаж внизу затягивала дымка, глаз не выхватывал отдельных элементов, видел лишь сплошную грязную жижу, из которой торчали стволы деревьев и перепутанные корни.

Взглянув в другом спектре, Априус увидел где-то далеко-далеко за горизонтом, Огромный завал высотой до неба, и там за этим завалом рвали друг друга в клочья, пришедшие в себя чудища.

— Ну что ж пусть выживет сильнейший — буркнул Априус с вслух, и понесся к тому месту, где воды Слида, вышли на поверхность.

Вокруг круглого отверстия, земля так спеклась, что превратилась в камень, с идеально ровными краями. Темная вода бурлила, клокотала, но уже не выплескивалась наружу с такой неистовой яростью. Рус спустился ниже, завис над самым колодцем, и невольно подумал:

— Сколько же времени и сил Восставший, положил на то чтобы приручить Кипящий Котел? И не пытался ли кто-нибудь добиться власти над источником Нави, после него?

От колодца ощутимо шло тепло, вода в нем бурлила и булькала, и вправду делая похожим на котел с йотуновским варевом, волшебным зельем, что варили инистые великаны, в давно забытую пору. Зажмурившись, Априус сунул туда лапу, и едва не взревел, от нахлынувших ощущений. Ожог, боль, спазм, жар, холод, головокружение, покалывание в пальцах, затем приятное тепло, поднялось по конечности и распространилось по всему телу.

А затем чары начали сплетаться, словно сами собой, губы шептали какие-то заклинания, необузданная, первобытная мощь начала сотрясать все естество последнего из Эльдариусийцев. Перед глазами пролетали отрывки из воспоминаний давно минувших дней, его, и чьих то еще, может самого Сущего. Корни Иггдрасиля, омытые водами Трех Великих Источников, пригвожденный к нему же Отец дружин, Величественный прадуб, что рос где-то на просторах погибшей Даарии… Априус напрягся, и вот оно лапа явственно ощутила нечто округлое и твердое невесть как оказавшееся в ней.

Он выдернул лапу, и всмотрелся в лежавший на ладони предмет. Желудь, самый что ни наесть обычный желудь, только очень большой.

— Намек понял — проговорили занемевшие губы — и Априус-демон с места рванулся в небо.

Некоторое время кружил, всматриваясь, наконец, определил нужную точку, середину — сердце будущего леса, так сказать. Она пришлась на один из приземистых холмов, с которого напрочь снесло все, оголив его, и обнажив лысую, вершину. Опустившись прямо на нее, когтем вырыл ямку, и вдохнув в желудь искру жизни, вложив частичку себя, бережно опустил его в ямку. Аккуратно зарыл, и снова устремился в небо. Уже оттуда кинул заклятие, превращающее все что осталось Леса, в труху, — будет и удобрение и верхний слой.

Дальше Априус словно коршун, что носился над пустынными землями ново — сотворенного мира, кружил над высыхающей землей, и бросал семена. Он сеял новое, пусть и на «фундаменте» старого. Конечно без магии, семена прорастали бы долго, и в малом количестве, но с силой Источника, дело обстояло иначе. Затем он словно слился с этим местом, представляя, как произрастают высокие, темные ели, поднимаются, стремительно стремясь вверх. Ему приходилось выращивать сосны, на одном из парящих островков возле Гиль-Эстэль, но то другое, тут же масштабы о-го-го…

И задуманное начало воплощаться — из еще влажного грунта, медленно, но безостановочно, лезли ростки молодых елочек. Все до единой ровные, одинаково красивые и густые. Становились выше, крупнее, тянулись к небу, надежно укореняясь упругой почве. Лес поднимался как по мановению волшебной палочки. Густой дремучий, естественно никем нехоженый. Между стройными рядами елей сеялись травы, взятые с огорода Вертаны, и вместе с их ростом, уходила недоступность этого мира.

Не следовало, конечно, забывать, что в любой миг, могли нагрянуть хозяева этого места, и тогда нужно будет принимать бой, а Априус несколько забылся, поглощенный творчеством. Но все обошлось, никто не пожаловал, может просто следили с какой-нибудь изнанки мира, может что задумали, а может у них были дела поважнее. В любом случае Априус собирался покидать эти края, и его не особо заботило, кто и как воспримет его поступок. А про то что это могут оказаться некие новые, тайные Силы, он и так предполагал, но сидеть здесь, чтобы это выяснить не собирался. Потому едва новый лес, перестал расти, полетел к одинокой избушке Вертаны.

Дрожь и колебание мира еще ощущались, но явно шли на спад, и нужда в барьере отпала, о чем Рус, не преминул сообщить своим друзьям. И к тому моменту, когда он добрался до частокола, они успели снять поставленный барьер, и вышли за пределы поляны с разрыв-травой. Чтобы своими глазами увидеть, и руками пощупать, только что возведенный лес.

Рунин не утерпев, понесся над верхушками елей, остальные просто покинули пределы, оберегаемые Вертаной, и действительно прикасались к хвойным веткам, проверяя не иллюзия ли это.

— Как… — дыхание ведьмы перехватило — как тебе такое удалось? Это… Это же какая силища тут поработала, боюсь даже представить.

— Ну Силы тут хоть отбавляй — улыбаясь сказал Априус — нужно только знать как направить ее в нужное русло. Вот только Лес пока только растительный. Ни насекомых, ни птиц, ни животных. Тут уж я не властен. Но думаю если наладить тут настоящие Звездные Врата, все это можно будет добыть, и доставить. Было бы кому всем этим заниматься. Только сразу скажу — этому Лесу, никогда уже не стать обычным, главное не превратить его в сплошное Зло, а для этого тем, кто здесь будет обитать, нужно будет пройти посвящение у Темного Колодца. Он не есть изначально зло, но является Источником Тьмы, потому сами понимаете… А нам пора отправляться дальше. Теперь мест с капищами больше нет, порталы не откроются, значит, будем выбираться методом Дейдры, Лес больше не помеха…

— Я пожалуй останусь здесь — неожиданно сообщил Проныра, искоса поглядывая на ведьму — в Андориносе меня никто не ждет. А тут Вертана одна… В общем помогу ей за Лесом присматривать. Эльфов уцелевших разыщу, мозги им вправлю, я ведь все-таки наполовину эльф, хоть и не знаю, какими были мои предки? Лесными, Горными, или Морскими?

— Думается мне что городскими — выпалил Рунин, уже возвратившийся после краткого облета, и теперь восседавший на пышной еловой ветке. — Так что тебе в лесу не будет особо уютно. Я бы посоветовал тебе вернуться вместе с нами в Андоринос. Там запастись всем необходимым, набрать отряд единомышленников и тогда только возвращаться.

— Вещий птах дело говорит — поддержал попугая Кэфент — это разумно.

— Но как я тогда вернусь? — Не согласился Проныра — Коридор то еще не протянут.

— Ну тут я тебе помогу — ответила Дейдра — сопровожу обратно. Вместе с отрядом.

— И я — настойчиво сказал Кэфент — тем более мне все равно пока заняться нечем. Ищу себя так сказать.

— Ну тут бы я не зарекался — усмехнулся Априус — твои э-э… освободители могут думать иначе… А вообще как знаешь, мне ты ни чем не обязан, да и сам я на месте оседать не собираюсь.

— Ух ты нас цто здут стланствия? — Враз напряг слух недодракон.

— Все возможно — ушел от прямого ответа Априус — но это потом, а пока давайте вернемся в избушку нашей гостеприимной хозяюшки.

Они постояли еще чуть под сенью недавно выращенных елей, и повернули назад. Лес без пения птиц, стрекотания и жужжания насекомых, не располагал к наслаждению, а в тишине никто из присутствующих не нуждался. Небольшой бор что окружал изгородь с избушкой, был все же несколько другим, и мухоморы растут, и мурашки копошатся, и даже пробивается зверобой и бессмертник.

Трава на поляне раздвинулась, словно сама собой, пропуская гостей к частоколу. Ведьма чуть повела рукой и часть бревен, исчезла образуя неширокий проход, Априус ощутил некое напряжение исходящее от хозяйки, и поинтересовался:

— Вертана, тебя что-то тревожит или смущает?

— Да не то чтобы так — проговорила ведьма почти шепотом — просто… Скажи кто ты? Сотворить такое с Черным Лесом… вот так вот враз…. И потом вырастить на его месте новый…. Кем надо быть? Я знала Старых Богов, твоя Сила в чем-то сродни их, но не только… Я не могу прочесть в тебе…. Это меня смущает. Ты не бог, но и не чародей, и не…

— Я Звездный Странник — перебил ее Априус — Путь мой не имеет конца. Потому любой мир мне дом. Я Домовой если считать всю Сферу нашим Домом, ее оберегающий дух. Я есть мир, мир есть я. Такова нынешняя моя суть. А то что было раньше уже не важно. Открываю тебе это, чтобы ты не маялась в поисках ответа, которого нет.

Они как раз поднялись в избу, и Априус сразу забрал у Проныры свой походный мешок, достал и раскатал «скатку» мысленно желая, чтобы та выдала чего-нибудь попить. Из скатерти выдвинулись пара высоких кувшинов, и небольшой бочонок, несколько глиняных мисок с длинными сосисками и жареной капустой, а так же хлебцы, обваленные в пряностях. В кувшинах оказалось кисловатое вино, чему все были несказанно рады, бочонок же вмещал в себя превосходный эль, явно сделанный не человеческими руками. Утолив жажду, принялись неспешно поглощать скромные дары скатерти, понимая, что на большее она просто не способна. Но и этого было уже не мало, учитывая то что, в избе Вертаны, кроме странно пахнувшего варева, в казанке, вообще ничего из съестного не было. Как она, выживала и чем питалась, осталось загадкой. Конечно, у нее был небольшой огородик, но круглый год он явно прокормить не мог. Но ведьма, на то и ведьма, чтобы иметь собственные секреты живучести, и сохранения молодости.

— Вертана, а попытайся припомнить, за последние двести лет кто-нибудь наведывался к тебе? — Запивая последний кусочек хлебца, поинтересовался Рус — Из тех от кого Силой так и разит, чуть ли не за версту?

— Ко мне точно никто не приходил, а вот за остальных сказать не могу, они все от меня далековато обитали. Ко мне вообще мало кто совался, поначалу конечно перли разные… э-э… хитрованы, но я таких охотничков быстро повывела, так что не знаю, были ли в этих краях такие сильные колдуны или нет, ко мне они не совались это уж точно…

— Ясно. Что ж будем мы собираться, как говорится — труба зовет. Ты уж тут постарайся продержаться, до прихода Фиора, пока он соберет все что нужно для нормальной жизни Леса, может не одна седмица пройти.

— Да мне то особо не привыкать. Ты лучше скажи Рус, — чудища то на волю не вырвутся?

— Не думаю, заслон там крепкий, а со временем стражу поставите, на пограничном рубеже. Кто-то ведь их тут растил, узнать бы кто? Вот я им приманку и оставил… Ладно, давайте поклажу в порядок приведите и в путь, друзья мои.

— Какая у нас поклажа? — Пробасил снежный барс, имея в виду себя Яшу, и Рунина.

Все быстро навели порядок в изрядно опустевших мешках, и стали у двери. Прощанье было недолгим, и уже спустя четверть часа, они стояли у кромки нового Леса, в нетерпении переступая с ноги на ногу, пока Дейдра сосредотачивалась на подходящем дереве, пытаясь проецировать такое же в Отражении, а Априус заканчивал свои магические воздействия. Перед уходом, он вплетал в ткань этого мира, сторожевые и охранные чары, так чтобы те вообще невозможно было заметить, по крайней мере, при поверхностном взгляде, на тонкие планы…

— Кажется, получается — медленно проговорила принцесса — давайте сразу за мной, не отставая…

Она двинулась вперед, вроде бы среди тех же деревьев, но в ноздри ударил запах привычного лесного воздуха, а тишина сменилась стрекотанием и птичьим гомоном. Все с облегчением вздохнули, понимая, что все получилось, и мир западня выпустил их из своих объятий.

— Как думаешь — мысленно спросил куатар — а сами бы мы, что не выбрались?

— Выбрались бы — ответил Априус — но зачем им это знать? Я не собираюсь раскрывать карты, хотя конечно что-то и придется объяснить. Кэфент далеко не глуп, понимает, что с Источником, порождающим Тьму, не всякий сможет оперировать, а уж если быть точным то единицы смогут. Нужно иметь Тьму в себе чтобы он не сопротивлялся. И естественно обладать достаточной мощью….

— Скажи, а они ведь были тогда, эти источники, когда еще существовал наш родной мир, или проявились после его гибели?

— Думаю были, только выполняли совсем иную задачу, а когда «Сердце Мира» взорвалось, нарушилось вся система течения магии, и они заняли главенствующее положение. Магические силовые линии, именуемые еще линиями Лей, существуют в каждом мире, так было и со Сферой, она просто была переполнена ими, как и всякий мир в начале своего воплощения. С веками, по разным причинам линий становилось меньше, из них ведь забиралась Сила, даже впрок, тоесть ею наполняли различные предметы, именуемые теперь артефактами Предтеч, плюс войны и сражения, в общем, было от чего им по — уменьшится. А сейчас еще посредством Источников, творятся сырые миры, для скармливания Подателю…. Боюсь даже представить что случится если Три Великих Источника иссякнут. Хотя пример есть, в небезызвестной тебе Ки, такое считай, произошло. Там еще в древности, было нарушено равномерное течение Силы… магию собирали, накапливали, бездумно использовали, зная, что она постоянно восполняется. Но все оказалось далеко не так, вот и попытались сохранит ее заряжая все что только возможно — оружие, украшения, кристаллы, одноразовые заклятия, написанные на свитках, но все равно магии там осталось с гулькин нос, теперь как помнишь там процветает наука…

— Да уж, магический дождик перестал даже капать, не то, что лится…

— Вот-вот, так что получаются — запасы Силы во Вселенной не бесконечны, и нам, пожалуй, следует продумать, как быть, если вдруг что…

— Может выстроить свой собственный накопитель? — Мысль куатар была явно не лишена смысла, и Априус молча кивнул, обрывая мыслесвязь.

Дейдра как раз вывела их на большой зеленый луг, и в нерешительности остановилась.

— Я не знаю, куда идти дальше — задумчиво проговорила она — все известные мне Тени отбрасываемые Эмбером, наврядли ведут в нужном направлении.

— Хорошо, тогда дальше поведу я. Ты вывела нас из глухой зоны и это главное — останавливаясь, ответил Рус — сейчас-сейчас ухвачу нужное направление… так насколько я понимаю, нужен ключевой мир, который отбрасывает много Теней…. Ага, есть такой… все ухватил…

Он смотрел на луговую траву, растущую вперемешку с цветами ромашек и васильков, и представлял такую же точно, там, в одном из миров уже знакомого, почти родного Сектора. Шаг другой, пространство вокруг почти не изменилось, луг как луг, но за его концом замаячила извивистая речка, которой не было раньше.

Пройдя еще немного, они оказались на ее берегу, абсолютно лишенном растительности, а когда оглянулись назад, там уже не было ни луга, ни далекого леса.

— Мозно я искупаюсь? — неожиданно попросил Яша — Смотлите какая цюдесная водицька… плозлацьная и такая манясцяя.

— В такой водичке всегда бывают сюрпризы — проворчал Априус — как правило, зубастые и голодные. Но ты прав искупаться действительно хочется. Вперед!

Он перестал оперировать с Отражениями, и просто направился к воде, стягивая кольчугу. И естественно опоздал. С шумом и плеском, прямо с берега в воду вошли два стремительных тела. Спустя миг на поверхности воды появилось две довольные морды — куатара и ящера, и издав созвучное веселое похрюкивание, нырнули опять. Кэфент помог Дейдре освободится от одежды, и провел ее к отмели что выступала, чуть дальше, а Априус с Пронырой бултыхнулись следом за первопроходцами. Предоставленный сам себе попугай, от нечего делать принялся гоняться за стайками мелкой рыбешки, мелькавшими на поверхности.

От реки и впрямь исходило желание напитать усталого путника силой, утолить жажду и голод. А это означало что ее божество живо, и в прекрасном настроении. В свое время это место явно не подвергалось зачистке воинствами Великолепной Семерки, которые уничтожили практически всех Прежних, что обладали хоть какой-то силой, и не изъявили покорности.

Вдоволь наплававшись, и нанырявшись, позволили себе немного полежать в теплой, словно парное молоко прибрежной воде, наблюдая за игрой мелкой рыбешки и скользящими по гладкой поверхности водомерками. Вокруг не переставая, носились большие стрекозы, великолепной раскраски бабочки и крупные шмели. Безмятежный мир, нетронутый никем, такие места особенно нравились Априусу, видимо потому что напоминали детство с его беззаботностью и любопытством ко всему.

Справа раздался неожиданно громкий всплеск, недодракон подскочил от неожиданности и неверяще уставился на громадную рыбину что судорожно хватала воздух раскрытым ртом.

— Это тебе приятель — послышалось сверху — подарочек от меня. Попробуй эту златоперую, весьма редкий нынче экземпляр.

— Рунин как ты ее добыл? — Изумился Проныра, вытаращив раскосые глаза.

Априус сердито глянул на попугая — мол, нечего показывать свои возможности, но то в обычной своей манере возмущенно ответил:

— А что я? Она сама выпрыгнула, я лишь шуганул ее немного в Яшину сторону.

— Спасибо Лунин — послышалось довольное урчание недодракона — ух ты какая класивая… не делгайся… ум-ням — ням.

— Лопай-лопай — снисходительно прокаркал попугай — и помни мою доброту, а то в последнее время совсем от лап отбился. Вырос видите ли…

— Ладно, хорош, прохлаждаться — Априус нехотя поднялся из воды — пора дальше двигаться. Давайте обсыхаем и потопали.

Посвежевшие, и отдохнувшие, получившие заряд бодрости и хорошего настроения они нехотя оделись в пыльную и изрядно изорванную одежду, которую почему-то посредством магии никто чинить и приводить в порядок не желал. Свои обычные вещи, Априус бы конечно не испортил, но купленную на рынке перед походом, не стоило того, чтобы на него расходовать хоть каплю Силы.

Отряхнув звездную пыль с одежды и сапог, накинув почти пустые мешки, медленно побрели вдоль берега, Кэфент и Дейдра, Априус улыбнулся поглядев им вслед — пара явно складывалась, и это не могло не радовать, ибо не упроси он Третью Силу, вернуть парня к жизни, принцесса тоже была бы уже мертва. А так вон, оба живы, и похоже обрели настоящее чувство, что тоже не так часто встречается.

Он перевел взгляд на полуэльфа, который казался грустным, и проговрил:

— Не тоскуй, ты так. Ни куда твоя Вертана не денется…

— Почему это она моя? — Вскинулся тот.

— Ой, да ладно тебе, все ведь заметили, как ты на нее смотрел. Остаться решил. Запал ты на нее это ясно как божий день. Так что не дрейфь, собери все необходимое, и сразу как вернешься «атакуй».

— Да я для нее мальчишка… младенец.

— Ну и что? Ты думаешь, когда срок жизни за век переваливает, разница в возрасте кого-то волнует? Было бы притяжение и все такое… Как известно… — ровесников не ищет.

— Ну да — ну да — смешался Проныра, и перевел тему — ладно зови этих голубков — пора идти, я теперь спешу.

— Как скажешь — улыбнулся Априус, и помахал влюбленной парочке рукой, подзывая к себе.

Спустя минуту отряд шагал уже по живописным лугам, неосвоенных прерий, но это еще не значило что каждая отбрасываемая ключевыми мирами Тень, всегда будет иметь хорошую погоду. Отражения лежали несколько в иной плоскости бытия, и Априусу приходилось напрягаться, чтобы удерживать их. Это походило на своеобразный веер миров, который когда-то развернули, и теперь переходя из одного мира в другой, можно было добраться к самому крайнему.

Порой невидимая стезя выводила их в красные пески пустынь, порой в заснеженные предгорья, где царил лютый холод, но в основном это были обжитые края с засеянными полями, или ровными квадратами огородов. Они увидели множество рек которые мерно несли свои воды, на их берегах безбоязненно паслись стада диких лошадей и и других копытных, которых так нравилось вспугивать Рунину.

По-своему это было веселое и красочное путешествие, и чтобы его описать, понадобилось бы отдельно повествование, но и оно под конец прискучило Априусу, да и Проныра поспешал, потому, в конце концов, Рус, снова прибег к кокону, который аккуратно вобрал в себя слегка подуставшую компанию, и понес согласно заданному заклинанием курсу.

Самая простая, и древняя магия, способ передвижения в коконе известен был еще на заре времен, потому срабатывал всегда безотказно, и единственной его проблемой была возможная неточность, в случае колебаний времени и пространства. Но сегодня все было стабильно, поэтому перенос закончился правильно, и кокон распался, опустив свою драгоценную ношу на землю, в пределах Андориноса, известного еще как город-ярмарка.

— Ну вот — радостно проговорил Проныра, едва ощутил твердую почву под ногами, — мы почти прибыли. Идемте скорее, беру на себя роль гида, покажу вам город, с несколько другой стороны. А затем заглянем в мое скромное логово.

— Не гони лошадей — гаркнул Рунин с плеча Априуса — сначала зайдем, горло промочим. Мы сейчас у восточной оконечности города. А тут всегда готовили лучший «Лемон Твист», — то, что нам всем сейчас надо.

— Это что такое — поинтересовалась Дейдра — напиток?

— Да — отозвался попугай — коктейль такой, смесь яблочного сока, пива, свежего сельдерея и вареной свеклы, с добавлением сока лимона. Главное это секрет пропорций, не зная их не добьешься нужного вкуса, или вообще бурда получится. А в этих кварталах это самый изумительный напиток.

— Тогда уж лучше «Плантатор» попробовать — не согласился плукровка — это пунш такой, пояснил он — это смесь специальной воды, морковного, ананасового и мандаринового соков, с добавлением маринованной в перце, земляники…. Тоже изумительный напиток.

— Ну если на то пошло то из прохладительных очень неплох Матэ, но его не везде готовят…

— Ой Матэ — скривился Проныра — из тыквы пить…. Предлагаю попробовать нестандартный подход — Ласси, уж что-что а он от жары самое то…

— Я готов попробовать и то и другое, и третье — перебил их Кэфент — ведите уже скорей. А то уже и в животе урчит, я от вас столько наслышан о кухнях этого города, что просто сгораю от нетерпения.

— Тогда готов место в пузе — проронил попугай — остановиться тут весьма сложно, еда и питье просто сами прыгают в клюв. В первый раз помнится, мы едва не лопнули, пришлось чары накладывать, чтоб переваривалось быстрей.

— Тут Рунин прав — рассмеялся Априус — выбрать что-то одно в этом городе довольно сложно. Даже самые простые яства настолько разнообразны, что лучше всего выделять их потребления по направлениям. Один день морепродукты с белыми винами и пивом, другой сдоба с киселями и напитками, третий мясное и салаты, четвертый стоит уделить одним только сладостям и коктейлям, а уже потом когда наедятся и глаза и живот, выборочно искать что-то необычное.

— Идемте же скорей — воскликнула Дейдра — я даже не представляла что могут быть такие огромные города…. Так интересно.

— Он один такой в своем роде — пояснил Априус — а эти кварталы населены преимущественно людскими расами, потому и рацион для нас то что надо. В других блюда — так, на любителя, хотя есть и вполне обычные. Давай проныра веди, к «Веселому Жаку» там все хорошо готовят, и быстро приносят.

Полуэльф не заставил себя ждать, первым юркнул в символические ворота, и быстро пройдя с десяток шагов, по главной улице, сразу же свернул в первый переулок, дабы, используя задворки и арочные проходы, быстро пройти к нужному кабачку, избегая ненужной толчеи. И остальным пришлось поспешить, чтобы не отстать.

Глава пятая Андоринос и другие места

Находясь уже в плоском мире Андориноса, Априус лихорадочно решал насколько можно раскрыться перед новыми знакомыми. Но решение пришло само собой, когда его взгляд уперся в спину ведущего их Фиора. Чем они лучше этого полуэльфа, который знал его как странствующего торговца-чародея Руса, имеющего некий вес в приморских кварталах. Пожалуй, лучше для них таким и оставаться, а то, что Кэфент, может что-то предполагать, так это только предположения. С другой стороны они достаточно вместе пережили, чтобы вот так просто ничего не раскрыть и распрощаться, на неизвестное время. Поэтому просто исчезнуть будет некрасиво, и это мягко сказано.

Пока Априус прикидывал, как ему быть, вся компания выбралась на широкую оживленную улицу, большую часть домов которой составляли торговые лавки. Здесь, как и везде в Андориносе — главным занятием являлась торговля, только предпочтение отдавали местным изделиям, а не доставленным из различных миров, как в центре города. Но в любом случае это были не совсем обычные вещи, неважно будь то рулон материи, посуда, или кинжалы и ножи.

«Веселый Жак» имел очень хорошую репутацию, и это сказывалось на ценах, к тому же брали тут серебром, так на всякий случай, ведь этот металл много что мог. Априус порылся в кошеле, удовлетворительно улыбнулся, и приглашающе указал рукой на вход:

— Прошу друзья, ни в чем себе не отказывайте, это мое угощение, а потом мы вас покинем, дела, знаете ли, дела. Хозяин этого заведения по крупица собирал рецепты приготовления блюд, расспрашивая их у гостей Андориноса, и в итоге вышел довольно интересный наборчик.

Они прошли вовнутрь, миновав скучающего вышибалу, и невольно замерли сраженные неестественной торжественностью зала, столы были изготовлены как будто из мрамора, лавки-кресла представляли собой настоящие произведения искусства, настолько изящно были выполнены.

Проныра не стесняясь прошел к дальнему прямоугольному столу, стоящему отдельно в неглубокой нише, и махнув рукой служанке, уселся. Априус подождал пока все разместятся, скептически посмотрел на куатара и ящера, которые вдвоем собирались разместиться на всей лавке, погрозил им пальцем, и обернувшись к уже спешащему к ним половому, приказным тоном проговорил:

— Эй любезный притащи ка на шкуру, а то мои зверьки боюсь, издерут всю кожу на седушке. И скажи на кухне, пусть сразу блюдо с кровавыми бифштексами принесут, все что есть, они у меня прожорливые.

Парнишка, не прйдя и половины пути повернул обратно, Априус же уселся, снял с плеча попугая и пересадил на пустую столешницу.

— А я себе сам закажу — тут же заявил тот — а то опять накормите какой нибудь хренью. Я ж не ворон, какой, всяку всячину жрать, а те и падалью не брезговали.

— Что-то я не припомню, чтоб Хугин и Мунин падаль клевали — изумился наглой брехне Априус.

— Да я о их природной сути — вывернулся попугай — и к тому же когда они по мирам носились, кто знает чем питались? Или ты думаешь два этих охламона натощак дела решали, ага как же…

— Ладно сам так сам, а я за всех пожалуй скажу. Кстати вам тоже друзья могу посоветовать кровавый бифштекс с жаренным во фритюре картофелем. Внутри мясо почти сырое, а снаружи — аппетитная и ароматная корочка…

— Да нет спасибо — ответил Кэфент — полусырое мы в лесу поедим, а тут самое что ни наесть доготовленое попробовать хочется.

Априус пожал плечами и повернувшись к подбежавшей девушке-служанке спросил:

— Что уже есть горячее?

— Черный рис. Фабада, Тортилья с картошкой… Остальное на полуготовности или нужно готовить.

— Ясно тогда нам «Лемон Твист» и Плантатор сразу, соломинки не забудьте, ну и все горячее тоже несите.

— А мне rabo de torro — загадочно вставил попугай — я подожду, пока сделают…

Когда служанка отправилась за заказом, Кэфент недоуменно протянул:

— Черный рис?

— Да ничего особенного — пояснил Проныра — блюдо такое — рис с чернилами каракатицы и морепродуктами. Выглядит, конечно, немного устрашающе, но, тем не менее, нравится подавляющему большинству. Фабада — просто сытное рагу из белой фасоли с несколькими видами пряных колбасок (чорризо, морсильо), кровяной колбасой и хамоном. Оно конечно отлично идет в прохладные осенние дни, а тут жарковато сейчас, но думаю вы оцените.

— А тортилья мне известна — подала голос принцесса — это такой омлет с картошкой.

— Верно — кивнул полуэльф — только тут его подают под особенным соусом, и оно значительно меняет вкус. Рунин что-то я не разобрал, а что ты такое заказал?

Попугай посмотрел на него несколько свысока и ответил:

— Тушеный бычий хвост.

— О-о — только и нашелся, что ответить полуэльф, и добавил — надеюсь хлебцы входят в состав блюда, а то как то не очень будет….

Вскоре принесли напитки, и первое время за столом царило молчание, после столь длительного путешествия изысканные коктейли казались особо ароматными и вкусными. К тому же можно было пить то один то другой, чередовать и сравнивать вкус. А когда принесли горячее, исходящее паром кушанье, Априус ощутил тихие постукивающие молоточки в голове — знак того, что кто-то из его патрульных, ищет разговора. Это означало что есть новости, которые ему Русу, необходимо знать, а значит нужно отправляться в Гиль-Эстэль, не потому что дело срочное, а потому что пора собирать слухи, ведь в каждом слухе есть доля правды, а это неведомый кто-то слишком уж наследил в разных мирах, своей подготовкой к чему-то. Вопрос к чему?.

Они неспешно ели, разговаривая на отвлеченные темы, словно ненароком оттягивая момент расставания. Априус посмотрел на каждого из новообретенных друзей, и решил пока повременить с раскрытием своей персоны, сказав лишь только:

— Друзья, хотел вот переговорить с вами, о вашем приобщении к некому тайному обществу гм… чародеев, но возникли неотложные дела. Поэтому с этим придется повременить, а так как у вас троих сейчас есть занятие, и вы в Андориносе не задержитесь, перенесем этот разговор на позже. Я сам вас найду, как только разберусь с делами, но это случится не так быстро, как бы хотелось. Если что крайне неотложное случится — поспрашивайте обо мне в оружейных лавках портового города, меня там неплохо знают и весточку передадут.

— А как же Черный Лес — взволновано поинтересовалась Дейдра — он ведь все еще опасен.

— Он всегда таким будет — спокойно ответил Априус — нужно научится соседствовать с рукавом Источника порождающего Тьму. А каким будет это соседство, зависит от того, кто заявит права на владение, этой обширной территорией. У вас есть шанс.

— Мы его не упустим — улыбнулся Проныра — можешь быть спокоен. Я сейчас провожу Кэфента с Дейдрой в свою «нору» а сам сразу отправлюсь на животноводческий рынок, подберу новых поселенцев для леса. Вот только денег маловато…

— Об этом не беспокойся. Найдешь там Заура, скажешь что от меня, он договорится, с соседями по поводу отсрочки оплаты. И возьми с собой побольше фруктов, съедите на досуге, а косточки по территории леса, разбросайте, прикопав слегка. Земля еще влажная, должны прорасти.

Стук молоточков в висках стал более настойчивым, И Априус поднялся из-за стола, вынул из кошеля несколько серебряных монет, бросил их на стол, и поманив свою зверокоманду, в прощании склонил голову.

— Прошу меня простить, но нам пора. До встречи друзья. И еще Проныра вам же надо будет чем-то питаться первое время, потому вот тебе «скатка» береги как зеницу ока, теперь и такая большая редкость.

Он подхватил Рунина, усадил на плечо, и быстрыми шагами направился к выходу. Куатар и ящер, тут же последовали за ним. Выйдя из харчевни, они быстро пробежали по улице, завернули в ближайшую подворотню, и замерев на несколько секунд, словно растаяли в воздухе.

* * *

Гиль — Эстэль встретила их непривычной тишиной, замок конечно не был мертвым, но жизнь в нем весьма поутихла. Взявшего на себя обязанности домоуправителя, Охтара, они увидели скучающим на берегу озера, что для гнома было несколько странно. Некогда великий король наугримов сидел на берегу и бросал уткам и лебедям куски пресного хлеба. Рядом с ним сидел огромный пес, по кличке Гард, и наблюдал за бросками гнома, выпрашивая очередную порцию и для себя. Сам он был из помета Трезора, и соответственно представлял собой породу церберов. Одна его голова тут же повернулась в сторону новоприбывших, чуткие ноздри провели опознание, и пес остался сидеть на месте.

Априус ощутил некую горечь — Трезор рванул бы к ним со всех ног, оглашая окрестности замка громовым лаем, и всячески выказывая свою признательность, да только нет его любимого песика уже давно. Трезор пал в Ангабаре, порубежном мире Сектора, приняв неравный бой с небезызвестными косматыми «рогачами» которые пытались просочиться в этот мир, используя свои хитрые лазы и тропы.

Обнаруживший их Богар, сразу возвестил тревогу, и попытался выжать тварей за пределы мира, самостоятельно, но не тут то было. Явившийся по зову патрульного Рус, не успел и глазом моргнуть, как постаревший Трезор, вдруг проявил неслыханную прыть, и рванул к ватаге, странных ногокопытных тварей, едва их заметил. Ворвавшись в гущу косматых «рогачей» он не щадя себя принялся методично выводить их из строя, используя зубы и когти… Пес нашел возможность закончить свою жизнь как истинный боец, а не сдохнуть от старости, дожидаясь когда начнут отниматься лапы.

И Априус его не остановил, и не вмешался, понимая, что тот не простит. Скрепя сердце смотрел, как рвут на части его любимца, а тот в упоении боем даже не замечает этого, отправляя обратно в Лоно, одно его порождение за другим. Но едва бездыханное тело любимого пса, накрыла масса озверевших «рогачей» Априус больше не сдерживался — выжег там все так, что земля еще долгие годы будет опалена в том месте…

Эти воспоминания, пробудили и остальные, и они словно вода, прорвавшаяся в брешь плотины, хлынули в голову. Прошедшие столетия не были тихими, помимо всего прочего, они запомнились бесчисленными схватками, унесшими с собой друзей и товарищей. Ведь эта козлоногая навала ни смотря, ни на что, распространялась, по мирам Сферы. Пусть не равномерно, в пределах Сектора ее удавалось вовремя нейтрализовать. Но как теперь стало ясно, методы распространения этих «рогачей» были весьма разнообразны — ведь орудовали они и в Междумирии, каким-то образом, изменяя его структуру, поэтому в подобных местах, начинали давать сбои привычные Заклятия, а потоки Силы искривлялись и истончались.

Пошла уже совсем скрытая игра, законы магии и те претерпели очередные изменения. Чары, плелись многоуровневыми, с многочисленными слоями защиты, ловушками, и западнями, рассчитывались так, чтобы применивший их оставался неведомым как можно дольше. Про то, что начало твориться в мирах, Априус вообще вспоминать долго не хотел — там во всю лилась жертвенная кровь, и изучалась некромантия, магия стала грязной, если можно так выразиться. От той первозданной, что помнил он, ничего уже и не осталось, потому что поменялось направление применения чар. Но осуждать за это смертных колдунов и шаманов он не мог, — надо же им как-то бороться со свалившимися на голову опасностями.

Многоходовые, и многоуровневые комбинации проделанные чуждым альянсом проявились только недавно, стала ясна главная цель — захват распределителей — ключевых миров, в чем-то схожих с родным миром самого Априуса. Все потому что среди множества Средних миров шесть являются ключевыми, то есть мирами, через которые идут основные Потоки Магических Энергий, которые разветвляются в них по всем остальным средним мирам. Вот они то и приманили эти Силы, что противостоят Порядку.

Так вот ключевые миры более жестко привязаны в пространстве Упорядоченной Вселенной. Потому вблизи каждого такого мира имеется небольшой мир, который называется якорным, и те, и другие явно являются целью козлоногих, вопрос лишь во времени. Эти твари неуемны в своем стремлении выстроить Путь, по которому породившее их Нечто вернется к себе «домой» — такова их идеология. И переубеждать бесполезно. Да и вести разумные разговоры эти косматые демоны могут далеко не все.

За все века, средств уничтожить Лоно Нерекомого, или хотя бы прогнать так и не нашлось, уж больно чужд всему здешнему, но надежда что нибудь придумать все еще не угасла. Поэтому козлоногой напасти, препятствовали, все, кто, где мог, иначе просто было нельзя — всех покорившихся ждала конечная гибель на алтарях под жертвенными ножами…

А тут еще Падшие желающие вернуться на троны, строили всякие козни, нынешним Владыкам, отвлекая от выслеживания слуг Поедателя… Ко всему прочему еще и «Иные» лезли всюду, со своей безумной идеей — спровоцированного рождения нового Творца. Хранители Сущего, просто из кожи вон лезли, чтобы сохранить свои миры, в неприкосновенности, и ни дать не одной Силе, полакомиться ими, или их жителями. Но сфера их влияния охватывала только назначенные Смотрителем участки Упорядоченного, а в остальных областях, выходило, как придется. Высшие Законы не позволяли Сильным мира сего действовать открыто, наступил период тайных игр, скрытых маневров и многоходовых комбинаций. Время скрытых сговоров и невозможных союзов началось. Потому и так сложно было выявить начало подобных акций вторжения.

Априус непроизвольно вспомнил, как проходило пресечение второй попытки прорыва. На этот раз это была Диония, в которой вся власть была у церкви, настолько сильно та там укрепилась. Но это никак не помогло, может даже наоборот, дало некие предпосылки для возможного проникновения орд целеустремленных «рогачей» Хорсаку не мало времени жившему среди эльфов, и перенявшему от них кое-какие познания, как-то удалось почуять предстоящий прорыв, ощутить холодную длань гибельных жнецов, приближающуюся к миру. И он не стал ждать с выводами, просто забил в набат, оповещая о неведомой угрозе.

— И мы поспешили прийти, переносясь, кто откуда, не взирая на занятость, и неотложные дела — шепотом произнес Рус, не замечая как горькая усмешка растянула губы — поспешили чтобы узреть самое начало проникновения. Чтоб понять как это вообще возможно…

Его зеленые глаза заволокло поволокой — он будто воочию увидел орды косматых существ появляющиеся у зыбкой кромке мира, на самой границе Яви и Нави. Твари появлялись будто бы из ниоткуда, вовсю используя эту тонкую грань между светом и тьмой, просачиваясь через извивы реальностей, вопреки всем законам. Для того чтобы иметь полное представление, с кем имеют дело, служители Порядка в тот день, начали с самого малого — наипростейших боевых заклятий и практически обычного оружия, ну разве что исполненного из специальных сплавов и слегка зачарованного. Первые же мгновения схватки подтвердили, что козлоногие демоны довольно живучи, и абсолютно лишены страха, прут вперед, абсолютно не заботясь о сохранности собственных жизней. Чем их только не били по началу, и огнем жгли, и молниями лупили, и ледяными иглами, всячески проверяя, чем смертные маги и волшебники, могут противостоять этой навале — сами то они не всегда могут успеть, не разорвешься ведь, да и о скрытности надо не забывать. В итоге все же пришлось прибегнуть к заклятиям более высшего порядка. Потому что как оказалось, твари тоже владеют кое-какой магией. Совместными усилиями, тот первый прорыв, они закрыли почти сразу, попросту перебив, всех тварей, и затянув неимоверным усилием воли, прореху в ткани Междумирия…

Да теперь ни у кого не возникает сомнений, чьи это слуги. Поскольку, как уже известно, Нерекомое Лоно прокладывает себе Путь сквозь Упорядоченный Остров, чтобы вернуться обратно, за пределы Хаоса, в свою обитель. И эти порождаемые им миньоны — козлоногие существа, этим путем как раз и занимаются. Они разрушают миры и убивают их жителей, чтобы создать этот Путь — искусственную материю нового типа, по которой Поедатель может вернуться в свой континуум. Каждый загубленный ими мир, это своеобразная плита для этого пути.

— Ты это о чем? — изумился куатар, услышав слова друга, явно произнесенные не к месту.

— Да так мысли вслух — ответил Априус — глянул на Гарда — вспомнил Трезора, и как он погиб… Вот и всплыло… эх сколько всего произошло с тех пор, сколько всего случилось. Утраты, потери, и заметь не все в бою. Перестали посещать межзвездную корчму, все наши приятели с Ки. И сам этот мир несколько по-другому стал звучать в пространстве. Недавно мы убедились, что он потерян безвозвратно, выпал так сказать из череды волшебных миров…

— Ни что не стоит на месте — философски заметил снежный кот — река и та не постоянна. Мы слишком долго живем, пора уже и привыкнуть.

Он чуть приподнялся и легонько, одними подушечками под пальцами, вмазал по заду недодракона, пробасив:

— Так ведь, старичок?

— Цто, цто такое? — Подскочил над землей, не ожидавший такой выходки от куатара Яша, к тому же не уловивший суть разговора.

— Успокойся ничего — усмехнулся Априус — иди, проверяй свое водное хозяйство. А то вон Охтар уже всю рыбу выловил, небось. Теперь к птице подбирается.

— Я сцяс ему показу — всю лыбу — взревел Яша, и с неожиданной прытью, помчался к озеру.

За то недолгое время, что они пробыли во дворе замка, неугомонный попугай успел слетать в донжон и устроить там переполох. Потому все кто находился там, поспешили выбежать навстречу своему лорду, видимо новости действительно были серьезные.

Априус укоризненно посмотрел на попугай — не дал мол, и капельки времени на подготовку, вздохнул и пошел навстречу обеспокоенным подручным.

— Ну что такого могло стрястись, что вы меня дергаете? — Поинтересовался он у немного смутившихся Клыка и Картуса, краем глаза отмечая высунувшихся и дверей донжона Киана и Тано. — Да и сами вы вроде как не на службе. Чего неймется то?

— Привычка… Мы тут давече добыли сведения, которые посчитали довольно важными. Тем более после того случая, когда Свен и Лорк, решили повременить…, все помнят чем это закончилось… в общем как-то не хочется попасть впросак….

По лицу Априуса пробежала серая тень, горечь утраты, все еще терзала душу. Парни, выходцы из легионеров Темной Империи, так долго были с ним, что он уже привык к их неуязвимости, а в тот раз удача им изменила. У кромки одного из патрулируемых миров, они столкнулись с теми, кого меньше всего ожидали встретить в новой эпохе. Это были привратники прежнего Тронного Царства, из той поры, когда оно принадлежало совсем другим Властителям. Они и сами по себе представляли довольно серьезную опасность, ибо имели крылья, и обладали огромным ростом, но со своим страшным оружием в руках, были поистине непобедимы. Ибо выдержать прямой выпад их устрашающих жезлов, не смог бы никто, разве что, за редким исключением, когда на таком безумце были бы специальные доспехи, и он бы был бессмертен изначально.

Лорк и Свен, встретив этих существ, видимо не сразу признали в них Крылатых Стражей, из давно минувших времен, а может во время Битвы с Узурпаторами, попросту, не сталкивались с этой жутью, но так или иначе вступили в бой, а не благоразумно отступили, и позвали на помощь. А так их участь была незавидна. Тот злополучный год, хорошо просеял ряды обитателей Гиль-Эстэль, и соответственно подручных Эсгалдирна, повезло еще, что из патрульных стражей, больше никто не погиб.

— Хорошо говорите здесь, не хочется мне пока внутрь идти — разрешил Априус, весь, превращаясь в слух.

Бывший командир драконьего полка, выступил вперед и четко, без лишних слов, и суматохи, отрапортовал:

Все добытые сведения, не касаются наших Областей, это скорее данные об изменение в устройстве Миропорядка…

— Вот даже как? — Изумился Априус — ну давай выкладывай, я весь во внимании.

— Ты же помнишь, повелитель, что я от рождения имею дар разговаривать с драконами, при чем почти с любыми? Так вот встретился мне тут любопытный экземпляр, и поведал о появлении неких странных чародеев, по его словам невозможной Силы — драконы ее хорошо чуют. И эти самые чародеи копошились возле какой-то старой ловушки, поставленной слугами Божественной Троицы. А настроена та ловушка была явно на «Иных»…

— Интересные тебе драконы попадаются Картус — хмыкнул Рус, озабочено потирая висок — ты его хоть проверил?

— Само собой — ухмыльнулся тот — редкий вид, старый уже совсем, что значит многомудрый. Перебирался «повыше» вродь бы с самых «низов» шел, ну летел, в смысле… говорит, неспокойно там совсем стало, сильные магические возмущения и все такое.

— Драконы с насиженных мест просто так не уходят — вновь потер висок Априус — а значит причина веская…

— Так же мы узнали о неком странном шевелении у самых границ Сектора — вступил в разговор Клык — «головастики» донесли, там их целая колония перед началом туманных областей, ты приказал их не трогать — мол, безвредные.

Априус припомнил этих странных не то моллюсков, не то раковидных пиявок, напоминающих своим внешним видом головастиков, с панцирем на голове. Зацепившись присосками, они висели на серебристых, парящих лентах — непонятного вида растительности, что имела место быть в пустотах межреальности, только в одном месте — чуть выше Найрира, последнего верхнего, мира Сектора, если смотреть согласно вертикали.

— Так вот — продолжал Клык, поправляя свою поношенную накидку из шкуры леопарда — они как-то настроились на наш мозг, передали… ну если по-нашему переиначить, то страшно им до жути, пищат тревожно так…, В общем мы с Кианом решили проверить, что могло их так напугать. На всякий случай проверили «сторожевой рубеж», с ним оказалось все в порядке, и пошли за границу Сектора. Но ты же знаешь те области, там так просто не побродишь. Но вот ощущения почему-то навязчиво твердили о наличии пропасти, обрыва, который затягивает Силу… В общем что-то неведомое творится прямо рядом, будто пласты сдвигаются, и ворочается там, словно огромный кто-то.

— Мифические Колоссы Межреальности. Черепахи там всякие… — предположил Априус — или кто похуже? Во Вселенной миллиарды всяких «гигантеров» вопрос лишь том насколько они опасны, и для кого? В любом случае — молодцы что доложили, и главное тут не в том кто ворочается, а в самом провале. Откуда возник, по каким причинам. Вполне возможно это так называемый Путь, провал в Ничто для нас, дорого для Него обратно. Тварями Поедетеля там не «пахло»? В магическом плане у них специфический такой запах…

— Да не до того нам было чтоб… — насупился Киан — мы едва и пару минут там выдержали, Озноб такой напал, что зубы цокотали, и страх за горло взял, будто детей малых в темном чулане запертых. Ну мы и отступили…

— Ага, скажи еще, ретировались — влез Рунин со своей репликой — так красивей звучит, хотя можно и просто — сбежали, ноги сделали.

— Так птица — не выдержал Априус — ты допросишься — верну обратно старому хозяину. Вот он обрадуется. Хугин и Мунин то, наверное, погибли, а ты такой стал, их обоих заменишь.

— Как это ты меня вернешь? Я прошел посвящение, и ни какой нибудь тебе там говорун, пусть и вещий. Да и вообще как ты без меня, не подумал? Со скуки ведь сдохнешь — не остался в долгу попугай — вот дай я сам туда слетаю и все разузнаю. Кто, что, и зачем выясню.

— Не надо ни куда лететь — отрезал Априус — это дело обмозговать надо, а уж потом совать голову в пасть волку.

— Какому такому волку? — Вмиг насторожился попугай — Думаешь там Фенрир что ли? Так он за минувшие тысячелетия ни разу себя не проявил.

— Все когда-нибудь случается — неопределенно ответил Априус — старый мир разрушен, но кое-что от него всеже осталось… как оказалось. Выясним все, но позже, а пока, идем вовнутрь, нечего в дверях стоять, кумыса выпьем…, Его ведь исправно поставляют? — Повернулся он в сторону подошедшего гноме?

Охтар согласно кивнул, и Априус закончил: — Тогда за столом, все обсудим, идемте.

Глава шестая В поисках ответов

После краткого застолья, Априус, целый день безвылазно сидел в Гиль-Эстэль, анализируя сведения о происходящих в доступных его осведомителям областях, событиях, а такими осведомителями являлись как его подручные, так и различные духи, коих великое множество. Он хотел быть в курсе, всего не смотря ни на какие освобождения. Обрывки слухов и сплетен, собранных на рынках Андориноса, причины вызвавшие миграцию некоторых видов элементалей, рапорты патрульных все это он старался свести в одну картину, но пока вырисовывалось плохо.

В Единой Вселенской Сфере знаний, можно много чего почерпнуть, если знать как. Это из нее приходят одинаковые идеи в голову разным людям, из нее рождаются музыкальные шедевры порой в столь различных умах, что диву даешься, и из нее же можно узнать о недавно произошедших событиях, которые иногда интерпретируют как сказки. Все потихоньку просачивается, из мира в мир, из дальних уголков приходят обрывки мифов, и если сопоставлять все это со сведениями добытыми подручными, то мозаика может сложиться. Но как уже сказано — не в этот раз.

Хотя одно выяснялось точно — все нехорошее что творится во Вселенной, так, или иначе направлено против нынешних ее же Владык. Их и раньше мечтали свергнуть, погубить, заманить в ловушки, из которых практически не выбраться, все кому не лень, и кто имеет возможности. Но теперь это противодействие стало активней. А ответы на самые животрепещущие вопросы навроде — как из костной материи возникают эти косматые демоны, слуги Предателя, не нашлись. При чем ни у кого. В схватке за «якорник» и «опорник» выяснилось, что минимум три сверх Силы вступили в сговор, видимо заключили какой-то договор. Но ведь там был и Мессия, неужели и он тоже? в этой связке? И куда он кстати подевался потом?

Почти сразу после этих событий, Божественная Троица по каким-то причинам как бы разделилась. Не то чтобы это было чем то из ряда вон, они и раньше, не всегда были неразлучны, но сейчас вообще казалось каждый шел своим путем, и это при рыскающих по Вселенной, в поисках подходящего мира слугах Пожирателя Всего, где-то затаившимся Падшим, и всяким там адептам извечного Врага Порядка — Хаоса. Которые вот только недавно ох как себя проявили, все вместе взятые. И буквально сразу после этого проявления пропадет один из представителей Божественной Троицы, по сути, главный инициатор переворота, и свержения с пьедесталов Великолепной Семерки. Отомстить то он не отомстил, все они живы и здравствуют, но прежний порядок вещей, существенно изменил и что же — довольствовался этим? Скорее всего, нет, а значит, задумал что-то еще, ведь наврядли бывшего Водана, устраивает его нынешнее положение — не пойми кого, Хотя негласно он и входит в состав Божественной Троицы, которая как ни крути, а правит…

С бывшим величайшим из Смутьянов тоже не все ясно, уж больно часто бродит по мирам как обычный смертный. А значит, пропадает по пустякам, оставляя без присмотра не только покорный ему Ключ Нави, но и много что еще.

Остается третий, самый загадочный, и наиболее ответственный, на котором все и держалось все эти века. Он че то там планирует, просчитывает наперед, многоходовые комбинации, но разорваться на части не может, потому и не успевает везде и всюду. Но он сейчас в основном сидит на месте, в Царстве Престолов. Еще бы ему не сидеть, — Априус чуть улыбнулся при этих мыслях — по слухам во время последней схватки в «якорнике», из плена вырвалась его бывшая возлюбленная которую бог, считал давно погибшей. Теперь они наверстывают упущенное… а им еще наверстывать и наверстывать.

— Надо бы и себе жен проведать, а то что-то я совсем погряз в предположениях, да заботах, хоть и свободен теперь…. Вечером же, отправлюсь в поместье, да напомню, что наложницами быть не так уж и плохо… пока же — думай голова, думай. Надо всегда думать на три хода вперед, предполагать множество вариантов развития событий, но в каждом из них быть только в выигрыше. Так меня учили, так правильно…

Все эти смутные предчувствия не давали толком расслабиться. В трансе, на несколько минут закрывая глаза, Априусу чудились, какие-то смутные видения, краткими обрывками приходящие перед глазами, при чем не возможно было понять это кусочки действительно будущих событий или зашифрованные аллегории.

Плюнув на все размышления, Априус, в конце концов, отправился в зал с моделью Сектора, действительно в чем-то похожей на длиннющую ветвь гигантского дерева с мирами-листьями. Зайдя, он некоторое время смотрел на светящиеся шары и блюдца, и это несколько помогло освободить подсознание, от обычного второстепенного состояния.

И вот словно озарение — в поисках ответа могла бы помочь одна загадочная личность, как и он сам принадлежащая к реликтам. А значит нужно отправиться к старому Йотуну, который с незапамятных времен ведает ключами от кладезя мудрости. Хотя сам от обилия этой мудрости, мог и тронуться рассудком. Они, конечно, не были приятелями, да и виделись всего-то два раза за всю свою, долгую жизнь, но надежда кое-что выведать все же имелась.

Помог ведь Страж Ключа, в свое время подобраться к только что созданной Обители Богов, тем самым, воплотив его. Априуса задумку в жизнь, а потом… Потом они больше не свиделись ни разу, область ту где протекал Ключ Познания, надежно упрятали, скрыли так что не разыскать, при всем желании. Пока правили Самозванцы что пришли Извне, Рус даже помыслить не мог чтобы сунуться на розыски, но и после их падения, место то не стало вседоступным, да и оставаясь Стерегущим, Априус предпочитал его не искать, чтобы не привлечь внимание уже Божественной Троицы.

Но это было до того, как его освободили от повинности. А сейчас — почему бы и нет? Никто из них, не знает кто он, никто не знает и не ждет, обнаружить у себя под носом, возникшего из ниоткуда, могучего чародея, или даже не чародея, а вообще не пойми кого…

— Так что — да поищем! — В слух вымолвил Априус, ощущая нарастающее возбуждение — И плевать на все преграды. Вот только пути туда не существует больше.

Конечно, возле самого русла родника Жизни он бывал, тот ведь течет не из-под земли, имея выход на поверхность только в одном месте… Не даром же носит второе имя — Источник Миров. Но вот толку от его вод, для усталого путника нет никакого, потому что если испить из него, без позволения Мимира, жажда возрастет десятикратно, а если пожелать смыть пыль и грязь, сделаешься еще более грязным. И мудрости это ну аж никак не добавит. А Мимир, которого не понятно кто приставил его сторожить, никому пить из него не позволяет, как не упрашивай, но Априусу этого и не надо.

Его интересует сам старый йотун, и его советы, если тот конечно пожелает их давать, а принудить его, скорее всего, попросту не возможно. Придется опять спаивать чудодейственным нектаром Альтара. А искать древнего Стража, нужно только в одном месте — у каменной чаши, хотя он, скорее всего, может перемещаться вдоль течения всего потока, как ему заблагорассудится. Что ж нужно пробираться именно туда, но как это сделать?

Априус вернулся в кабинет, уселся в кресло, и постарался, как можно четче представить себе обширную долину, по которой течет поток, несущий мед познания. Вспомнить огромный дуб, растущий на берегу, у каменной чаши — не очередная ли проекция Иггдрасиля? И скромную хижину самого Мимира, по словам Хугина изнутри представляющую просто царственные палаты. Когда-то этот источник можно было отыскать в дне пути от еще не набравшего свою мощь Асгарда, он и сам добирался до него в первый раз именно оттуда, на орланах, что вили свои гнезда на золотых крышах сего града. Но теперь об Асгарде исчезла даже память, впрочем, как и об остальных царствах. Нет больше мрачного Нифльхейма что располагался на далеком Севере, края туманов и льдов, под которыми по поверьям сохранялось семя жизни. Нет Огненного царства — Муспельхейма, что на юге, по сути прибежища сил хаоса и разрушения — не там ли образовался первый пробой? Не стало и Йотунхейма, который располагался где-то за границей, на востоке от Мидгарда. Был еще Свартальвхейм мир то ли тёмных эльфов то ли гномов, живущих под землёй, в пнях и камнях. Свартальвхейм находился между Мидгардом и Хель. Ну и последним был и пожалуй остается — Лессальвхейм край светлых существ, альвов и фей, созданий невероятной красоты…

— Нда нет этих царств — вслух повторил Априус — но есть спрессованные Земли, иначе именуемые, а в них остатки и Мидгарда, и Йотунхейма, и на крайнем севере Нифльхейма. Есть и край альвов, эльфы и гномы тоже присутствуют. Но куда переместили Мимира с его дубом? С момента моего первого посещения берегов источника Вселенная все расширялась, близкие некогда друг к другу места, могут теперь оказаться в разных полушариях Сферы. Да и «парни» из Великолепной Семерки могли такого наворотить, что, не зная где искать, вовек не найдешь. На заре своего правления, они были ох как Велики…, Вот они сил и не пожалели, перекроили Старый Мир как захотели. И Мимир теперь может находиться где угодно, безвылазно сидя в какой-то сокрытой области. Как теперь то добраться туда? Не зная нынешнего месторасположения Ключа Яви, не зная чем, они руководствовались, поступая так. Априус всерьез задумался, как же быть?

Мысль как это у него порой, бывало — пришла неожиданно — а может как-то использовать прежнюю модель Мироздания? Ну с точки зрения асов, естественно.

Он вышел из зала, поднялся по лестнице в свои покои, и позвал:

— Рунин, а ну быстренько лётрай ко мне! Куру ты тоже давай сюда!

— Чего ты орешь? Раздалось сварливое ворчание, из-за стрельчатого окна — я всегда рядом, где бы ни был, или ты забыл? Мысленно позвать не мог?

— Так привычней. А то разговаривать разучимся. А теперь скажи мне мой премудрый птенчик — что помнишь ты об корнях Иггдрасиля, который то ли ясень то ли тис. Не из путешествий со мной, а из того времени, когда ты обитал в Асгарде?

— Ты с лавки не падал — удивился попугай — с чего это вдруг тебя на сказки потянуло?

— Сказка ложь да в ней намек. Бай давай.

Рунин глянул на него с подозрением, открыл и закрыл клюв, потом слегка наклонил голову и спросил:

— Ты че память мою проверить решил? Откуда такое недоверие, когда это я хоть что-то забыл?

— Да успокойся ты. Считай, я себя перепроверяю.

— Ну счас пороюсь в закоулках памяти, погодь чуток… — попугай и впрямь даже глаза чуть прикрыл и процитировал: — …Тогда спросил Ганглери: «Где собираются боги или где главное их святилище?». Высокий ответил: «Оно у ясеня Иггдрасиль, там всякий день вершат боги свой суд». Тогда сказал Ганглери: «Что можно сказать о том месте?». Равновысокий отвечает: «Тот ясень больше и прекраснее всех деревьев. Сучья его простерты над миром и поднимаются выше неба. Три корня поддерживают дерево, и далеко расходятся эти корни. Один корень — у асов, другой — у инеистых великанов, там, где прежде была Мировая Бездна. Третий же тянется к Нифльхейму, и под этим корнем — поток Хвергельмир — «Источник, который звенит», из которого вытекают все подземные реки, и снизу подгрызает корень тот дракон Нидхёгг. А под тем корнем, что протянулся к инеистым великанам, — источник Мимира, в котором сокрыто знание и мудрость. Мимиром зовут владетеля этого источника. Он исполнен мудрости, оттого что пьет воду этого источника из рога Гьяллархорн. Пришел туда раз Всеотец и попросил дать ему напиться из источника, но не получил он ни капли, пока не отдал в залог свой глаз…

— Понятно. — Прервал Априус, помятуя, что Рунина может понести — первый и второй остались на местах, они незыблемы в своем роде — то есть вверху где боги, и сферы Абсолюта и внизу, где Преисподняя. И это мы тоже проверяли. Значит Мимиров надо искать где-то в середине Сферы. Но на это может уйти слишком много времени.

— Ты что собрался проведать старого бездельника? Соскучился что-ли? — Набросился Рунин с расспросами — Или секрет, какой у последнего йотуна выведать хочешь?

— Всего понемногу — не переставая размышлять ответил Рус — А не попробовать ли методом, каким ходит семья Дейдры? Известно ведь куда надо, там ничего не должно измениться, ну в корне, по крайней мере. Значит «привязаться» можно. Что же тогда прогуляемся, старый пройдоха, мне понадобится и твоя память тоже. В последний раз мы были там вместе.

В этот момент в покои вбежал куатар, и Априус добавил:

— Твоя Куру тоже, ибо ты был со мной там, в первый раз. Сейчас переберемся на парящий остров, ну тот, что хвойным лесом порос, а оттуда в путь!

— Что прям так сразу? — Удивился попугай.

— А чего ждать? — Пожал плечами Априус, аккуратно усаживая своего, пернатого спутника себя на плечо — Тут никакая подготовка не поможет. Тем более нам с тобой не впервой, а отсюда значительно ближе будет, чем в тот раз из Царств Ночи….

Пока шел разговор чары, уже совершили мгновенный перенос, так что на него даже не обратили внимания, и попугай, как ни в чем не бывало, продолжил речь, уже среди леса.

— Ну и то так, только сосредоточиться будет и трудней и легче чем тогда. Легче потому что можно вспомнить наше застолье, считай, почти под прадревом сидели, пили, ели. Воды рядышком совсем протекали. А труднее потому как давно это было очень, смазались воспоминания то.

— Вы главное вспоминайте само место — зеленую долину, цветочную лужайку, где Мимир поставил стол, берег ручья поросший живой травой с капельками росы на листочках, дерево, что у самой каменной чаши, круговорот воды в ней…

Говоря эти слова, Априус и сам погружался в зрительные образы той поры, когда они с Руниным искали дорогу к Тронному Миру, и за помощью обратились к Мимиру. Тогда преследуя свои цели, он не очень то обращал внимание на окружающие Источник, пейзажи, но за что-то же взгляд все-таки зацепался.

Полная концентрация, вызвать зрительные образы, почувствовать запах травы, свежесть воздуха у вод Источника, вкус напитка каким потчевал их Страж. Первый осторожный шаг, услышать шум бегущей воды, увидеть ее искрящуюся поверхность, ощутить влажность воздуха, мелкими капельками на лице…Второй шаг — шум вроде бы усилился, запах стал резче, третий шаг по хвойному настилу, но Априус представил что идет по мягкому травяному ковру. Сопротивление, очень уж похожее на противодействие, судорожное содрогание пространственной материи… какие-то корчи, но вот…

— Кажется все — проломились — натужно выдохнул Априус, и приоткрыл глаза.

— И не говори — такая круговерть перед глазами. Мне показалось, будто мы с неба свалились — пробасил Куру — нюхая воздух и быстро поворачивая голову. — Теперь понятно, почему сюда никто попасть не мог столь долгое время… Мир то скрытый.

— Да скрытый — нахмурился Априус — и какой-то не такой, каким я его запомнил… Не было тут ни леса, ни… ну всего вот этого. Упростили, до не могу. Вместо серебристой ленты водного потока, колодец какой-то… Вместо раздраженного Мимирового рыка — Кто посмел?! — Тишина.

— Апри ты че с дуба упал и головой о камень ударился? — Удивился Куру — да все тут так выглядит, как в песнях наших хирдманов, в своих песнях. Источник в них выглядит как купель, глубиной около двух футов, обнесенная невысоким бордюром из дикого камня. Вода в купели словно кипит, но она чиста и прохладна. Существо, наделенное магией, ощущает вблизи источника небывалый прилив сил, источаемая им магия пьянит, вызывает видения, но обладающий волей сможет взять себя в руки. — процитировал барс — Так оно и есть.

— Ну вообще то когда мы с Руниным были тут в прошлый раз, все выглядело иначе. Узурпаторы еще не успели все переделать, и тут была зеленая долина, а по ней протекал поток, деля ее на пополам… Рунин ну-ка полетай, посмотри… что-то старого йотуна и не слышно и не видно, да и не чувствуется его присутствие. Куру ты тоже осмотрись, обнюхай тут все.

Покрутив головой, волшебник все же вынужден был признать — место это то. Вон и древо высится на том же месте, и каменный бассейн там же, только все какое-то… неухоженное что ли? И в доказательство виднеется чащоба леса, которого раньше не было и в помине, еще дальше высится совершенно голая гора… вода бурлит все так же, но что-то неуловимо изменилось и в Источнике.

Нет Садовника, при котором тут все благоухало и цвело, сейчас все больше напоминает осень. Априус вновь огляделся — отсутствует не только Мимир, но и его хибара, своего рода царит запустение и бесхозность.

— Тысяча пьяных йотунов, куда подевался этот хрыч? — Послышался возмущенный возглас сверху — нет его нигде. Но это ж ни в какие рамки…, Страж на то и Страж, чтобы сторожить. Мимир бы ни за что не оставил Источник без присмотра.

— Я сам ни чего не понимаю — расстроено ответил Рус — даже след его простыл — ничего не чувствую. А ты Куру?

— Нет ничего… хотя смутные легкие струйки какой-то волшбы есть… но нет не разобрать давно уже…

— И это очень плохо — не своим голосом проговорил Рунин — сказано, если Мимир перестанет оберегать свой источник — это будет означать предзнаменование Конца, начало Рагнарека.

— Пророчество Вельвы давно утратило свое значение — хмыкнул Априус — Узурпаторы заявились и все переиначили.

— А может кто-то пытается ввергнуть мир в пропасть, старыми пророчествами.

— Все может быть — нахмурился Априус — тогда нам тем более незачем здесь торчать. Должны же ребята из Тронного Мира, хоть иногда сюда наведываться, а нам пока с ними встречаться ни к чему. А то еще пропажу Мимира припишут. А я объяснятся, не привык, дам в зубы, и понеслась разборка. Да и вообще, чувствую себя как-то нехорошо, словно вор в отсутствии хозяина, бродящий по дому. Так что идем отсюда!

— Куда это идем? — Возмутился попугай — Зря, что ли сюда проламывались?

— Не зря конечно, мы отправимся к истоку. Должен же он где-то быть.

— А тебе что известно, где начинается поток мудрости? — Удивился куатар — ну если не брать в расчет всякое там под корнем что идет в Йотунхейм….

— Нет, не известно, но мы отправимся туда, где этот водный поток низвергается в долину. Помнишь, Рунин, как мы сюда слазили в прошлый раз?

— Еще бы мне не помнить — проворчал попугай, вновь усаживаясь на плечо хозяина — большего издевательства мне терпеть, не приходилось.

Куру удивленно воззрился на того, Априус только усмехнулся, а попугай продолжи: — Помнить — помню, да только теперь здесь все так перекручено, перекорежено… Выдранный из мира кусок, да и только.

— Вот я сейчас и проверю, так ли все плохо на самом деле.

Априус, вновь сосредоточился на этот раз, привязываясь к самому потоку, и вызывая из памяти крутой обрыв, с которого льются воды Познания. В этом ему помогла и память самой воды, которая, несомненно, хранила в каждой капле, момент прохождение этого места, хотя и утекло ее с тех пор немеряно. Опять ощущение какого-то противодействия, сопротивления, но шаг за шагом идя вдоль воображаемого, стремительно несущегося потока, чародей все больше проникал в потаенное место некоего начала.

Некогда здесь располагались лесистые области, своеобразный промежуток между градом асов и долиной Источника. Может, это был Ванахейм, может вообще издревле нейтральная территория, но так или иначе, сейчас она лежала вне привычного времени и пространства. Априус остановился завороженный девственной красотой этого места.

— Вроде похоже… Нет точно, именно тут мы и шмякнулись — проворчал Рунин — вспоминая мгновения своего непосильного труда.

Именно здесь, с высокого каменного карниза, вниз, низвергались воды источника. Огромная масса воды, попадая в долину, поднимала фонтаны брызг, и создавала ужасный рев, напоминающий рык ужасного чудовища, не совсем то место где хотелось бы задаваться философскими вопросами. Но именно здесь Априусу захотелось задержаться и хорошенько все осмыслить, словно вода приносила с собой потоки информации, насобирав ее по всем мирам. А может, так оно и было?

Опустившись прямо на голый, плоский камень, он уселся лицом к водопаду, мысленно приказал Рунину и Куру — бдеть, а сам погрузился в поток сумбурных и разрозненных мыслей. Было яснее ясного, что незыблемость старинных заповедей ныне подверглась сомнению. Мимир оставил Источник — небывалый случай? Небывалый, вопрос по своей ли воле? С Источником Тьмы, тоже не все в порядке — надо бы спуститься посмотреть. Остается надеяться что третий, и самый главный, уберегут нынешние Владыки Царства Престолов. У которых забот правда полон рот, если судить по обрывкам дошедших слухов. Их старые враги, ни куда не делись, продолжают прощупывать Божественную Троицу, на прочность, искать слабые места. И не важно как эти Силы действуют, суть в том что они отвлекают Правящих, от более важных дел… И тут как раз дракон этот непонятный поведал Картусу о появлении неких Неведомых Магов, чья сила его просто невероятно впечатлила. Что это значит — объявились еще одни противники существующего порядка?

Не многовато ли? Не сказать, что Априус был на стороне этих выскочек, что правят теперь в Тронных Залах Обители Богов. И которые только при великом стечении обстоятельств, да неожиданной помощи Просвещающего, заняли там, места Прежних Владык. Хотя тех Априус тоже не чествовал, если не сказать что был их врагом, не потому что свергли Древних, нет, а потому что карали всех непокорных, навязывали свою Веру, и законы как надо жить. В Древности, конечно, тоже все было не идеально, да только вот он Априус этого не застал, не успел так сказать. Юность мира неожиданно прошла, прервавшись с гибелью Эльдариуса, а тот новый порядок, что установили Предтечи, он не успел попросту понять, как пришли эти Узурпаторы, ныне именующиеся не иначе как Павшие.

Поэтому как правильно и как должно быть он попросту не знал. Знал что всякая тварь, зарящаяся на безмятежное существование мирных жителей Сферы, должна быть уничтожена. Это как бы инстинкт выживания. И не важно кто это, чудовища, вампиры, упыри, перевертни, колдуны, или боги. Хотя конечно если бы не они человек, так бы и остался тупой, ни о чем не заботящейся скотиной, способной только жрать да размножаться. А так пришлось начать думать и делать. И вот это все время, развивающееся существо, он Априус и призван защищать. И без разницы человек это, эльф, гном, гоблин или любой другой прямоходящий разумник, которых на улицах того же Андориноса можно встретить сотнями.

И если сойдутся в единоборстве все эти претенденты на Высокие Троны Сущего, кровь именно этих мирян потечет реками, если не морями в таких то масштабах. Не важно на жертвенниках или в братоубийственных войнах. Вот тут ему уже не все рано, кто свергнет Божественную Троицу, и нужно ли позволять этому свержению случится. Сам то он, никогда даже не помышляя о том чтобы взойти на эти Троны, но и оседлать их кому попало, тоже не даст.

А значит надо обыграть всех. Всех!!! Хотя суть конечно не в Тронах, а в Божественности, которой наделяются Избранные Правитель. Вопрос еще кто их этой Божественностью наделяет? Или это происходит согласно каких-то неведомых законов? Например, кого одобрит… кто?

— Птьфу ты — в сердцах плюнул Априус — как всегда, ничего не ясно и не понятно. Истины нет, одни догадки, а время идет… Хоть бери меч да коси всех подряд, а когда никого не останется, садись думать…. В общем, получается, как не крути, а Большой Мир, ожидает очередная встряска — это я чувствовал всеми фибрами своей души. Видимо Кулури и Вил придется подождать.

— Куру! Рунин! Похоже, нас ждет еще одно путешествие. Правда придется для этого немного покорпеть над гексограммой, но иначе сложнее будет.

— И куда на этот раз? — Поинтересовался попугай.

— Туда где все началось. Туда где должен был прерваться мой жизненный путь, по сути, так и не начавшись. Я перестаю, что-либо понимать из происходящего с этим миром. А это не есть хорошо. Мы отправимся в исходную точку. Это нужно было сделать еще до прихода Узурпаторов, но теперь я знаю больше…

— Но мы же там побывали мимоходом — заметил куатар — я же предлагал тебе посетить уцелевшие миры.

— Тогда я был на привязи, — сухо ответил Априус — теперь свободен и руки развязаны.

Решение вернуться в исходную точку, всего своего длинного пути, Рус, принял даже неожиданно для себя самого. Наверное, эту идею навеял источник, такое вполне вероятно, но подвергать сомнению мысль первой, пришедшую в голову, значит отказаться от подсказок подсознания, поэтому он и не отверг ее. За последние годы он твердо уяснил для себя одно — нет в пределах Вселенной ни одного вездесущего, всевидящего и всезнающего, а значит никто не в силах уследить за всем, что происходит в ее пределах, а тем более за ним. У всех этих сверхСил, есть другие заботы, есть свои враги и обращать внимание на каждый всплеск магических волн, они не в состоянии.

Теперь он осовобожден от обязанностей Хранителя, перед ним открыта вся огромная Вселенная, И… И он может позволить себе все. Даже постараться понять, кто же он Априус есть на самом деле, и где его место в иерархии Сил Упорядоченного.

Когда-то давно, на заре времен, он считал себя человеком, пусть одним из первых, пусть не совсем обычным, пусть сыном богини, но человеком. Ибо тогда думал что отец, хоть и обладал двумя парами рук, но тоже был человеком, а потом… вскрылось много всего, такого, что голова шла кругом. И теперь чтобы все осмыслить, нужно было отправиться туда, где все началось. В точку, где когда-то был расположен его родной мир — Эльдариус. В точку, откуда он выбирался сквозь время, носимый его волнами и в прошлое и в будущее, пропуская целые эпохи, и теперь кроме них с Куру, нет ни одного живого существа, кто бы помнил настоящую Зарю Времен, додревние период Сущего, период, когда даже Старые Боги были молоды, если не юны.

Времена те не то, что забыты, они напрочь стерты из памяти Мира, ибо то было еще рождение, долгие и мучительные роды Вселенной. Ее питание как и у ребенка во чреве матери, еще было другим, она еще проявлялась в мире Яви, показывая один новый мир за другим, и ее сердце гнало по магическим артериям и аортам Энергию Сотворения, равномерно распределяя ее по всей Сфере. И этим сердцем был Эльдариус — мир сглаживающий, преобразующий и распределяющий дикую, необузданную Силу. А потом его не стало, и начались предродовые схватки, и Вселенная проявилась полностью, в том своем первозданном виде, какой ее запомнили Предтечи. Кто бы что ни говорил — с тех пор она очень изменилась, разрослась, расширилась, стала многогранней, многослойней, но все еще не до конца развившейся.

И теперь Силы, которые, так или иначе, зародились, пытались влиять на это ее развитие. Были они или нет тогда на Заре Времен, Априус так и не узнал, его познания до Катастрофы были чересчур малы, а после истины было не доискаться.

Лишь одно он знал точно — всегда был Хаос, еще до того как Творец, упорядочил его малую толику, явив Большую Сферу Миров. Эта Сила бесспорно существовала еще до рождения этой Вселенной. Затем возникла предвечная Тьма — второй враг проявленного Мира, и началось, они стали появляться один за другим, в той или иной форме, такие различные, по сути, и схожие в одном — желании поглотить Сущее. Сущности и их Орудия, Сверхсилы и Боги, все те, кто сделал Вселенную такой, какой она есть теперь.

Еще одно чего Априус, не знал, это когда появилась Смерть, сразу ли в момент зарождения Сферы, или позднее? Тогда в пору его юности уже был Просвещающий, Великий Дракон-Змей, а значит, мог существовать и его собрат — Собиратель Атманов.

Вопросы, вопросы, вопросы. Вот она долгожданная свобода, которая может быть дает ему время на поиски ответов. И самый насущный из них это совсем не расстановка Сил, а необходимость уяснить главное — кто ты есть в этой жизни? В этой Вселенной, которая, облачена в форму эллипса, остров посреди океана Вторичного Хаоса. А для того чтобы решить кто же ты — нужно отправиться на место бывшего дома. И в этом поможет Источник.

И тут новая мысль неожиданно опалила мозг — а не воспользоваться ли моментом и приручить этот поток, как собирался после возвращения из Запредельной ПраТьмы? Сейчас в этом ему никто не помешает, такой шанс, как говорится, выпадает раз за всю жизнь.

— Куру! — Позвал Рус, приятеля — подстрахуешь меня, если что. Я тут собираюсь подружиться кое с кем, хочу попытаться настроить Его на себя.

— А ты часом не сбрендил? — Поинтересовался попугай, усаживаясь на камни перед хозяином — такое никому, и никогда не удавалось, ну как мне кажется.

— Так я же не покорять его собираюсь или подчинять, так небольшое соглашение об обоюдной заботе что ли.

— Ну и чем это может быть чревато — насторожено спросил куатар — как тебя подстраховывать?

— Как, как? Да не знаю как, вытащишь из воды, да и все. Тебе вообще должно быть нипочем вся эта требуха, что должна случиться, если без спроса Мимира полезть в святые воды.

Он разулся, засунул сапоги в мешок, сделал знак куатару, следовать за собой, и подошел к источнику, там остановился, застыв на самой кромке невысокого берега. Живая трава зашевелилась под ногами, щекоча стопы, и пробуждая давно забытые ощущения.

— Тихо-тихо — прошептал Априус — не злись, я буду очень осторожен.

На самой кромке берега он стал боком к потоку, и протянул руку ладонью вниз. Так и замер, прислушиваясь, к ощущениям, настраивая себя на некий лад, В ладони сразу началось некое жжение, покалывание — словно происходила своеобразная настройка, появилось ощущение тепла, поднялось вверх по руке. Поверхность воды заискрилась, чуть забурлила, Априус вдруг вспомнился Урд, в тот самый момент, когда его вместе с захваченной заложницей, затянули воды божественного Источника. И тогда он, махнув на все сомнения рукой, просто шагнул в текучую воду, развоплощаясь за краткие мгновения этого короткого, прыжка. Тихий всплеск и наступил странный покой, сопровождаемый, ощущением мощной, необузданной Силы, что проходит сквозь все его естество, и понимание что Источник его принял, и причин тому несколько. Гадать какая из них самая верная, Рус, просто не стал. Он просто расслабился и ощущал, как струится его сознание, вместе с водами потока через невероятные бездны, он не ждал мудрости, или еще чего-то из области Знаний, просто впитывал в себя мощь Источника, и делился своей. Наверное, за всю долгую, жизнь этот ключ ничего подобного не испытывал, потому что зажурчал как-то весело-восторженно, словно мурчит от удовольствия, громадный, но ласковый зверь.

И тогда Априус рискнул воплотиться, тело соткалось из распыленных мельчайших частиц, уплотнилось, и он до пояса, поднялся из воды. Осторожно поводил руками по поверхности, зачерпнул и брызнул себе в лицо, и обмер, глядя, как прямо на глазах его старая безрукавка и поношенные бриджи, превращаются в странные доспехи. Доспехи, состоящие из невероятного сочетания черной кожи, черного серебра, и еще какого-то материала. Неописуемо эффектные, идеально подогнанные, невероятно прочные, в нужных местах, доспехи, внушали чувство полной защищенности, даже мягкие перчатки не раздражали, а казались естественной кожей.

Априус, от всей души послал мерно струящемуся потоку, мощный импульс благодарности, и полез обратно на берег, где с раскрытой от изумления пастью и клювом, сидели его зверушки.

— Вот оно как — многозначительно, вымолвил попугай — а я уж думал, осиротеем…

— Я признаться тоже ничего хорошего не ждал — проговорил барс, сквозь приглушенное рычание.

— Думали они — хмыкнул Рус — это не первый из Трех Великих Источников в котором, я гм… купаюсь. Просто вам не рассказывал. Да и предыдущий раз был для меня очень даже неожиданным. Воспоминания весьма смутны… Но теперь думаю не придется измысливать способ как быстро добраться когда-то родных пределов. Мне кажется, Источник согласится помочь. Один раз он уже отправил нас с тобой братец Куру, помнишь?

— Помню, что отправил, — глухо прорычал куатар — только вот совсем не по назначению. Мы оказались в Кайлане, отброшенные по времени в самое начало Древней эпохи.

— И там я обрел Силу, помогшую залатать дыру, образовавшуюся после гибели Эльдариуса и иже с ним. И дары, которые положили начало новому порядку. Хотя в чем-то я до сих пор сомневаюсь…

— Это да — барс наклонил лобастую голову, в знак согласия — и добавил, кивая в сторону Источника — хочешь сказать, он разумен?

— По-своему бесспорно, и почему-то к нам благоволит. Так почему же этим не воспользоваться. Перемещения с его помощью отследить невозможно, даже если очень захотеть.

Априус достал сапоги, и обулся, вновь подошел к руслу, в том месте, где берег становился каменистым, и откуда был виден небольшой водопад. Пристально всмотрелся в текучие воды, словно через них измеряя бездны, отделяющие его от родных горизонтов, затем поднял руку, и начертал в воздухе руну «Райдо», немного подумал и добавил «Совелло» и «Тейваз». Первая руна символизировала хорошее начало Пути, и благоприятное путешествия. Солнечная руна освещала весь путь, а «Тейваз» символизировала победу, и достижение намеченной цели. Они засветились прямо в воздухе красным огнем, и Рус, проговорил имя каждой иэ рун, добавляя необходимую задачу в настоящем времени. Заклинание, и мир словно бы отступил назад, открывая неведомые ранее пути, Априус едва успел подхватить Рунина, и другой рукой взяться за загривок куатара.

Немыслимая бездна разверзлась под ногами и лапами, они то ли падали, то ли скользили вниз, сквозь тонкие грани между слоями реальностей, порой, не понимая ни где верх, где низ, и сколько прошло времени, лишь смутно угадывали направление. Априус не думал ни о чем, лишь усиленно вспоминал карту звездного неба, что было так хорошо видно с высочайших гор, Эльдариуса. Полет-падение длился, казалось вечность, но вот появилось ощущение некого спада в быстром скольжении вниз, а потом и вовсе, они ощутили себя в обычном междумирии. С единственной лишь разницей, что здесь вообще ничего и никого, не было, абсолютно пустые области. Но это явно была именно та, точка в пространстве, где когда-то располагалось Сердце Миров, — родной мир Априуса и Куру. И свидетельство тому, была широкая, темно-коричневая стена, подымавшаяся бесконечно высоко вверх, и так же бесконечно тянущаяся в обе стороны.

Это был неизмеримо гигантский ствол, ствол древа, что могли видеть лишь единицы, во всем Сущем, потому как для остальных оно стало, сокрыто, и представляло собой лишь иллюзию или миф. Здесь же если стоять совсем рядом оно было вполне материальным, правда, за пределами досягаемости глаза черты гигантского ствола плыли, становились размытыми, почти призрачными.

Небольшой островок, земли — когдатошний дар Кодра, что позволил тогда хоть как-то закрепиться здесь, совсем оплыл под тяжестью исполинского древа. Превратился из холма, в тонкую полоску земли, и корни Древа естественно давным-давно ушли на какие-то неведомые ярусы. Эпохи назад закончился магический дождь, вызванный себе в помощь именно им Априусом, но свое дело он сделал, росток пророс, еще как пророс, и вымахал до поистине невероятных размеров. Затем угасло искусственное солнце, отгорев положенное время, до конца освещая молодой побег, давая ему запас тепла, и стойкости на долги годы.

Априус и Куру, медленно приблизились к Исполинскому Стволу Древа Миров, в период нестабильности Сущего, взявшего на себя роль скрепы, которая и держала все древнее Мироздание. В прошлый раз, когда проверяли, не здесь ли Поедатель пробил себе дорогу, было не до размышлений и выводов, теперь же именно для этого он, сюда и пришел.

Предоставив куатару и попугаю самим решать, чем заняться, Рус подошел к изрезанной трещинами, стене, и приложив руки к ней, так и замер, представляя немыслимые высоты, которые достиг когда-то совсем небольшой росток, еще бездны времени которые на это ушли…

— Но откуда тогда у него такая Силища? Что за саженец вручил ему Кодр, и для чего? Юная Вселенная в ту пору явно оказалась на краю неведомой пропасти, не сулящей ничего хорошего, ибо та Дыра, что образовалась от взрыва Эльдариуса, и куда утекало уже меняющееся пространство, сама бы по себе не затянулась точно. И тут ей, Сфере, пригодился он Априус, не принадлежащий уже самому себе. Его использовали как инструмент, вопрос лишь в том кто? Некий Дух Вселенной? Одна из ипостасей Творца, в ту пору еще остававшаяся в Сфере?

Все началось с неправильно сработавшего Заклинания. Затем был временной скачек, и Асгард, что еще не совсем тот Асгард, который известен в мирах, и Источник жизни и мудрости, что протекал в окрестностях божественного мира. А потом Источник отправил их обратно в прошлое, или в мир вне времени, в котором он Априус вновь обрел Силу, которой хватило на то чтобы залатать дыру…. И посадить чудо-древо. И тем самым вогнать скрепляющую скобу, остановить распад.

Априус развернулся спиной, к громадному стволу, и плотно прижался к нему всем телом, ощущая движение соков, которых там, наверное, целые реки. Он смежил веки, отправляясь по тайным дорогам памяти, в это же место, только неизмеримо много времени назад. И вновь увидел ту зияющую во плоти Упорядоченного Мира пропасть, огромную воронку, в которую медленно, но неуклонно засасывало окружающее пространство. В нее попросту утекала косная материя Вселенной, что прежде всего странно, ибо скорее сюда должны были ворваться Хаос и Предвечная Тьма, словно в широко распахнутые ворота, но нет, этого не случилось. Кто знает, чем бы все это закончилось для Сферы, но тут подвернулся он — Априус, и все починил…

По всему выходило, что он был призван в трудную минуту, выполнить работу, которую просто в тот миг не было, кому сделать. Не было столь могучих, либо вообще, либо рядом с местом катаклизма. Но прежде чем он смог приступить к решению этой задачи его заставили сделать круг, пройти по закольцованному потоку времени, чтобы он не раздумывая и не сомневаясь, выполнил работу. А затем еще и дал начало новому стержню Миров.

И тут Априуса словно ударило молнией, что называется, осенило, так осенило — да он же сам того не зная — сотворил новую модель Вселенной, сделав Сферу такой, какой она просуществовала не одну эпоху. Тем самым, нарушив первоначальный план Творца, в котором не было никаких Древних Богов. Или же это сам Создатель, находясь уже за пределами Сферы, решил посредством его, Априуса, тогда еще совсем юного, если не считать годы помрачения, проведенные в Кайлане, — кое-что подправить в первоначальном варианте? А может, вся первая эпоха была ни чем иным, как подготовкой почвы для прихода Его, Любимых Детей? Типа вот вам детки Сфера, все готовенькое — идите, правьте. И кто я в этом всем? Невольный Создатель? Слепое Орудие? Или единое связующее звено Великого Перехода? Бр-р.

Мороз пошел по коже, сковал все тело, казалось кровь, застывает на ходу, от таких мыслей. Выяснил, называется свое предназначение. Запутался только еще больше. Априус открыл глаза и с тоской посмотрел на то место, где должен был быть его мир, с лунами, Солнцем и соседними планетами.

— Ты просто Реликт, Априус, — сказал он вслух — реликт эпохи которой не было, потому что нигде ни в одном источнике, не найти и малейшего упоминания о ней. Только трое помнят те времена, ты сам, куатар Куру, и хитрюга Просвещающий, который по видимому был всегда.

— Может нам построить здесь Форт-Пост? — Нарушая ток мыслей Априуса — напомнил о себе снежный барс. — Чудится мне, эти места все еще полны нехороших сюрпризов.

Вместо ответа. Априус, нервно повел глазами вправо-влево:

— А Рунин где?

— Решил попробовать облететь дерево…

— Он что вообще ополоумел, чего ты его не остановил?

— Так я не знал, долго ли ты будешь мудрствовать, а ему заняться было нечем.

— Все как всегда — буркнул чародей — ладно пусть пока летает. Мы еще не уходим.

— Ну и я так подумал… Скажи, лучше как твои изыскания?

— Никак. В поисках ответов нашел лишь новые вопросы. Знаешь, иногда мне кажется, что во время взрыва Эльдариуса, нас перебросило в другую Вселенную.

— Эй-эй. С чего такие выводы?

— А ты вспомни, через какие места нас протащило до того как мы попали в… к асам…

— Но сейчас то мы там же где была дыра, и в той самой Вселенной. Если сомневаешься, давай проверим близлежащие миры, из тех, что помним и что уцелели, после взрыва. Я тебе это еще в прошлый раз предлагал.

— Предлагал, не спорю. Только как мы удостоверимся? Только по месторасположению, ибо сами миры уж явно претерпели все мыслимые и немыслимые изменения.

— Да никак, давай просто побываем, посмотрим, и надеюсь, тогда ты перестанешь нести чушь — насчет другой Вселенной.

— Предлагай — вынуждено согласился Априус — вернее даже — веди!

И Куру повел, рванувшись с места, как застоявшийся скакун. Априус едва успел последовать за стремительным росчерком, в который превратился его снежный барс. Первым миром, который они посетили, стал некогда гористый, и потому любимый куатаром, Эритос. Почти вся поверхность которого, представляла из себя заснеженные горы и плато, за которыми располагались ледяные моря. Но как ни странно Априус помнил Эритос, совсем не царством льда и холода. Наоборот, там почти всегда царило безветрие, а ласковое, солнце равномерно освещало заснеженные просторы. В первый раз их с Куру, сюда привел отец, не для каких-то там магических действий, а просто от души насладиться снегом, солнцем и радостью от всего этого. Дурачились они тогда, как только могли….

С этим, затерянными где-то в глубине памяти воспоминаниями Априус, и вошел в новый Эритос, и обомлел от неожиданности, хоть и понимал, что там будет все далеко не так, как помнилось. Если бы когда-то высокие пики гор опустились так, что едва тянули на это название, это было бы еще ничего, но вместо этого они узрели каньоны. Глубочайшие ущелья, прорезались на тысячи лиг, словно гигантские трещины, располосовав весь мир… Стоит напомнить что каньон это глубокая речная долина с очень крутыми, нередко отвесными склонами и узким дном, обычно полностью занятым руслом реки. Вот такие вот глубочайшие провалы, протянувшиеся до горизонта, и со струящимися по ним водными потоками, предстали перед взглядами друзей.

— Ничего себе — невольно вырвалось у Априуса — даже намека нет на снег….

— И не говори — протянул куатар — а я то думал покувыркаться, побарахтаться в слоях белого пуха…

— Нда, теперь только понырять и можно… правда отсюда это будет не прыжок, а падение. Рискнешь?

— Да что-то как-то не хочется. Хотя красоты тут неописуемые.

— Это да. Сюда бы мастера кисти какого… намалевал бы нам полотен для замковых стен, а то все еще много пустых мест.

— Ну что же, тогда сядем, полюбуемся, ведь скоро закат, будет незабываемо.

— Давай — легко согласился Априус — тем более что мне что-то перехотелось, осматривать остальные миры, пусть останутся в памяти, такими как были. А то боюсь вместо лазурных морей Фтория, мы узрим красные пески пустынь.

— Пожалуй ты прав. Но, по крайней мере, теперь можешь не сомневаться это осколки нашего старого мира — местоположение планет то же. Думаю даже Гидрониус мы нашли бы там же, и еще полным своих океанов, вот туда бы заскочить, я бы не отказался.

— Но это довольно далеко отсюда. И к тому же насколько я понимаю, может оказаться, что он теперь, совсем не в тех частях Сферы, где был раньше. Миры на месте не стоят, а после сдвига всей прежней структуры, сорванные с якорей планеты, могло вынести за пределы старых солнечных систем…

— Солнце начинает садиться — ровно прервал Куру, поток предположений друга, — Наше родное Сонце. Светиус, давай смотреть!

— Давай, и прости братец мою заумность — у меня видимо начинается горе от ума.

— Оно, заметно, смотри не свихнись.

И они, застыв на вершине самой высокой скалы, одиноко торчащей в поднебесье, взирали, как скалистые ущелья приобретают красный оттенок, наполняя весь каньон, чем-то неестественно прекрасным. По сути, сейчас они восседали на вершине мира, и Априуса вновь осенило — ему нужно взглянуть на все Сущее как бы Сверху.

Так как должно быть глядел сам Творец. Лицезреть весь Большой Мир, именно оттуда с немыслимых высот Его Чертога, где он должно быть находился. Ну, или чуть ниже, со сфер Абсолюта. А они должны существовать, даже если тот, Кто Все Создал, и оставил их, ни разу не входя.

Согласно теории верха и низа, такие области должны располагаться где-то в самом начале Великой Оси, выше Тронного Царства, выше всех когда-либо существовавших Обителей Богов. Но туда не подняться ни на какой колеснице, не вознестись вихрем, не пробраться ни какими Тропами, не прокинуть самых наи божественных Мостов. Да и заметят, начнут препятствовать, интересоваться — кто это ломится в святая святых?

— Но, даже если и так — отвечая самому себе, не согласился Априус — я все равно должен найти способ, и как можно быстрее, чтобы успеть, обыграть их Всех. И так чтобы наверняка. Поэтому — думай голова, думай. Ведь, раз Вселенная вращается, должна же существовать и явная Великая Ось, ось Сферы. По ней и подымусь. Или внутри нее, если она полая. А право рождения надеюсь, откроет мне проход, и изыщет возможности для подъема.

Заставив мысли остановить свой бешеный бег, Рус, просто смотрел, как закатное солнце мерно освещает красноватые скалы, наполняя далекую воду реки, багрянцем, и это казалось каким-то зловещим предзнаменованием. Но и эту мысль он тоже погасил, предаваясь любованию величественным пейзажем.

Едва солнце зашло, они покинули Эритос, и вернулись к гигантскому стволу, точнее к малой его части, просто похожей на огромную гору, непонятной ширины, и высоты, при этом всю изрезанную гигантскими трещинами, больше похожими на вертикальные ущелья.

— Рунин, похоже, абсолютно не понимает размеры, этого «деревца» — недовольно проворчал куатар — я думал он так размяться чуток, но этот балбес, похоже, всерьез вознамерился облететь.

— Наврядли — не согласился Априус — у него достанет ума вовремя остановиться. Разведывает мож какую трещину в коре, или дупло… Счас позову.

Мысленный посыл он отправил не просто как зов, а как приказ немедленно прибыть обратно. Сами же они пока присели у «стены, собираясь ожидать попугая, но тот долго себя ждать не заставил.

— Глядите, че я вам приволок! — Раздался сверху хриплый вопль, и к ногам Априуса шмякнулась увесистая железная палица, с обычной ременной петлей, на рукояти.

— Ты где это взял? — С прищуром поинтересовался Куру, опасливо посматривая наверх — надеюсь, никого не пришиб по дороге?

— Да не, она бесхозная была, застряла в коре. Видать какой-нибудь удалец оставил, небось приходил Нидхеггу по башке настучать, чтоб корни не грыз… Ну раньше когда доступно еще было.

Априус поднял палицу, взвесил в руке, и осмотрел. На вид из простого сыромятного железа, но в ней явно чувствовалась некая дремлющая Сила, дремлющая с тех времен, когда к дереву эту «вещицу» еще можно было просто прислонить. Палица одновременно напоминала и булаву, и дубину йотунов, имела литой узор на набалдашнике, и пару необычных рун нанесенных вдоль рукояти. Чародей крепче сжал рукоять в кулаке, и слегка махнул, но вышло так, что чуть не улетев следом, за ней.

— Хороша — удовлетворенно, протянул он — да только не всякий сможет ей помахать…

— А то — самодовольно раздулся попугай — я что попало не тянул бы. Там если хорошо порыться во всех этих кавернах, можно добра на целый замок насобирать…

— Погоди Руин — обождут твои трофеи — рассмеялся Априус — ты мне вот что лучше скажи, а то я не знал, да еще и забыл. Мы вот с Куру, в Асгарде конечно бывали, но так мимоходом, потому ничего почти об асах не знаем. Но ты вот упомянул дракона, что корни Иггдрасиля грыз. Он что еще жив?

— Ну раз дерево есть, значит есть и дракон, а тебе зачем?

— Да так хотел проверить одну гипотезу. А для этого вдоль Древа вниз сойти… А там корни эти, что хрен знает как растут, драконы всякие там извечные… откуда гад только и взялся?

— Это видать случилось, когда дерево уже Мировым стало — вставил Куру — сидел видать в Нижних Пределах, или дрых, а тут зубы чесаться начали вот и начал корни грызть, дерево портить…

— Он сидит не под самим корнем, а в пещере с колодцем, где воды Хвергельмира — уточнил Рунин — раньше можно было пробраться и звездануть по башке, но сейчас это достаточно далеко отсюда.

— Какой там достаточно далеко — воскликнул Априус — да до туда еще о-го-го сколько.

— Ну тогда было ближе — не смутился попугай — обитал он конечно в Нифльхейме, царстве мрака, аккурат у одного из корней этого вот Древа — оно видимо доросло до потока что мы зовем Клокочущей Котловиной, из которой вытекают подземные реки, в том числе Гьёлль, текущая рядом с Хель. Смельчаков дурных всегда хватало, кто-нибудь мог и отправиться дракона побивать, а у ясеня прикорнуть лег, да так что дубину свою потерял, ха. Ну а дракон сидел в воде прямо, и подгрызает корень, мог нырнуть, когда хотел… но ты прав, к этому времени если и жив, то зубы все источил…

— Ладно, с Нидхеггом понятно, а вот о Мировом Гаде что известно тебе Рунин — Всезнайка? Может его приспособить под что-нибудь можно? — Поинтересовался Рус, подумав, что именно Йормунганд мог бы вознести его на вершину Мира. Столько то запасенной Мощи….

Но о нем он помнил только что, тот, как и два других страшилы рождены от Локи, Ангрободой. И о том, что как проведали асы, что вырастают эти трое детей в Стране Великанов, и дознались от пророчицы, что ждать им от тех детей великих бед, — вот и послал Один, подручных своих взять тех детей и привести к нему. И когда они пришли к нему, бросил он того Змея в глубокое море, всю землю окружающее, и так вырос Змей, что посреди моря лежа, всю землю опоясал и кусал себя за хвост. За что и получил свое прозвище.

— Что тебя конкретно интересует — вопросительно уставился Рунин, на хозяина — я там пока жил всякого наслушался. С Змеем этим Тор, в основном встречался. Впервые он встретил Змея в образе гигантского кота, в которого его превратил Утгарда-Локи. Одним из заданий, полученных Тором от Утгарда-Локи, было поднять кошку. Разумеется, Тор не смог поднять чудовище целиком. Всё, что ему удалось, это заставить мнимую кошку оторвать одну лапу от пола. Однако даже это Утгарда-Локи назвал величайшим деянием, когда раскрыл обман.

— И что Тор осерчал?

— Не, не сразу. Следующая их встреча произошла, когда Тор отправился на рыбалку с великаном Гимиром. Великан не хотел брать с собой Аса, отказывался предоставить Тору наживку для рыбы и не хотел грести. Тогда Тор убил самого большого быка из стада Гимира, взял в качестве приманки бычью голову и сказал, что сам сядет на вёсла. Гимиру пришлось взять Тора с собой в море.

Через какое-то время Гимир сказал, что они заплыли достаточно далеко и плыть дальше становится опасно из-за Мирового Змея, но Тор продолжал грести. Гимир был очень этим недоволен, и вот Тор, наконец, остановился. Тор приготовил крепкую лесу и большой крючок, на который насадил бычью голову и Йормунганд попался на приманку. Почувствовав, как крючок впился в нёбо, Мидгардсорм рванулся так, что кулаки Тора ударились о борт лодки. Тор приготовился к долгой борьбе, но дно лодки не выдержало и проломилось. Тогда Тор уперся ногами прямо в морское дно и подтащил Мирового Змея к самому борту. Тор хотел, уже было убить Змея своим молотом, но Гимир перерезал лесу, протянувшуюся через борт лодки, и Змей погрузился в море. Тор пустил Мьелльнир вслед Змею, и, говорят, даже размозжил ему голову. Но все-таки Змей и по сей день, жив, и лежит на дне моря.

— Думаешь, еще лежит? — Заинтересовался Априус.

— Ну не знаю, до прихода Узурпаторов точно лежал, ждал Рагнарека, в котором они должны биться, Йормунганд должен выйти из океана и отравить небо. Тор снести ему голову, но не успеть отойти — поток яда из пасти мёртвого чудовища убьёт его.

— Так-так, тоесть если Змей еще там, то незаметно его оттуда не вытянуть… по-любому. А в тех краях и без того надзор соглядатаев Тронного Царства крепкий. Ладно, возвращаемся в Замок, там помозгую…

— Нет!!! — В два голоса заорали любимцы Априуса — Мы хотим остаться, а ты иди, раз надо.

— С чего это вдруг, вам тут так уж понравилось?

— Сюда очень не просто попасть, — рассудительно ответил куатар — как известно к Мировому Древу давно уже нет проходов, оно сокрыто ото всех. И я не собираюсь упускать возможность кое-что проверить…

— А мне вообще надоело сиднем сидеть в одних и тех же местах — возмущенно ответил Рунин — чего я там, в Замке не видел? Ты за нас не беспокойся, мы давно уже взрослые, сможем за себя постоять.

— Ну и самое главное, — добавил Куру — если что отсюда нам будет легче тебя вытянуть, куда бы ты там Внизу не залез. Так что извини, но мы пока тут побудем.

Априус внимательно посмотрел на обоих неслухов, пожал плечами, прислонил к «стене» палицу, и сказал, ворчливо:

— Ну хорошо, раз вам так уж хочется, оставайтесь. Заодно поглядите, может ли кто-нибудь еще здесь появляться. Только чересчур уж в открытую не гуляйте, а я пошел, надо кое-что проверить….

И он, почти развоплотившись, скользнул вниз, используя грань между явным и призрачным миром.

Глава седьмая Хвергельмир, Корень, Бездна

Априус испытывал невероятный восторг, ведь он скользил почти как в далеком детстве, проносясь за доли секунды, сквозь громадные расстояния. Ориентиром ему служил гигантский ствол, который уходили, и уходил вглубь, куда в бездонные провалы Мира. Априуса не смущала, частично призрачная структура Древа, он понимал, что и само оно, теперь, было не полностью реальным.

А пока он, так скользя вдоль ствола, приближался к потаенным Корням, в голове неожиданно всплыли странные строки:

— …Глупцу не понять,

сколько ползает змей

под ясенем Иггдрасиль:

Гоин и Моин —

Граввитнира дети, —

Грабак и Граввеллуд,

Офнир и Свафнир, —

они постоянно

ясень грызут.»

— Да вроде не видел я там никаких змеев — подумал Априус, отвечая на нежданное предупреждение — хотя конечно наверняка сказать, не могу, что в темных водах их не было. Ибо там начало многих подземных рек…, Так что все те змей-драконы могли в любую из них уйти… Или просто временно укрыться. А может, и вовсе перебили их давно.

Ощущая всем своим естеством, гигантскую опору, что не один век, удерживала весь Мир, Априус спускался все ниже и ниже, перед ним, распахивали свои зевы необъятные пропасти, метрика которых плыла и колебалась, так что не сказать было, сколько мерное их пространство, и вообще до конца ли оно проявлено, или все еще не перешло из Ничто в Нечто.

Казалось, это само Мировое Древо, своим ростом, раздвинуло пласты реальности, отодвинув друг от друга, когда-то близкие области. И теперь, даже когда оно перестало быть полностью вещественным, оно могло все еще расти, а значит его корни и крона, вполне способны достичь и неведомых Пределов.

Внутри Априуса, всего передернуло, едва он попытался хотя бы представить, какие расстояния, прошли только Корни, до которых ему еще далеко. Но тут новая мысль неожиданно врезалась в мозг, да так что он буквально притормозил, свой спуск — а не наткнется ли он на области, что уже не принадлежат Сфере, то есть на Титаническое «Тело» Пожирателем Пространств?

Теоретически Рус, понимал, где должно быть начало Оси, но вот уцелел ли этот Нижний Предел, практически изнанка Сферы, или поглощен? Как выяснить? Ведь Поедатель не пробивался извне, а прорвался согласно призыву на миг обезумевшего мага, практически войдя через ту самую точку, где был скован, Призвавший. А это было так называемое Дно, Круги Адовы, и вот уже за ними, точнее ниже них и должен находиться Полюс — начало Оси. Что там сейчас?

Еще одно подтверждение, что нужен взгляд сверху, на всю Сферу, нет даже не сверху, а всеобьемлюще всесторонне, а тогда… а тогда посмотрим. Но для начала надо пройти то, что уже знакомо и издревле пребывает во Тьме, потому что там она сама себя порождает. Мысленным усилием Априус, приказ телу, собраться, потому что оно, не только доспехи для истинной сути, но еще и броня самой души, а входить в зону Тьмы Истинной, развоплощенным, опасно.

Особо он не опасался, в нем до сих пор жили частицы той странной Черноты, что когда вошла в него из Антрацитового Куба. Большую ее часть, он скормил Хвергельмиру в прошлый раз, и потому на особые сюрпризы не рассчитывал — Источник должен был его помнить, и признать.

— Помнится, я использовал для этого свой меч, как проводник, может из-за этого ни один дракон, себя, тогда и не выказал. Что ж, в этот раз я сойду туда, без «Ракара» который наверно уже звенит от обиды, возмущаясь тем, что перестал им орудовать.

Как бы ни долог был путь, но вот, перед ним, уже и пределы Клокочущей Котловины, да, соскальзывать по стволу, оказалось намного быстрее, чем как-либо еще, достигать нужных областей. Априус издалека ощущает этот Ключ, порождающий Тьму, Ключ, согревающий Бездну, смутно виднеется, его гигантская чаша, где бурлит Мрак. Длинный, почти бесконечный карниз, нависает над ней, если идти тем, путем, то потребуется пройти через Гигантские створки Врат, затем еще долго топать, по серому камню, но зачем, если корни выведут прямиком туда? Точнее Корень, который как раз здесь и начинался, уходя куда-то еще глубже, и именно под ним находилась Клокочущая Котловина.

Так он и поступил, и уже практически достигнув пределов каменной чаши, Априус ощутил смутную, потаенную угрозу, где-то совсем рядом, и в то же время, какой-то неясный дисбаланс проявился в самом Источнике. Беззаботность мигом слетела с чародея, заставляя мгновенно перевести тело в боевой режим, и ощетинится десятком заранее заготовленных, боевых заклятий.

Громовое, нарастающее шипение послышалось слева, ему вторило многоголосое сипение справа, а глухой рокот, смешивающийся со звуками бурлящей воды, донесся из Котловины. Априус не ожидавший такого приема, замер, напружинившись всем телом, глаза безостановочно двигались влево-вправо, стараясь не упустить и малейшего движения, в окружающем Мраке.

Тьма страшит сама по себе, не из-за того ли, что в ней может скрываться все что угодно? И сейчас Априус еще не видел, но уже понимал, тварь явно не одна, и к тому же огромна — звуки идут откуда-то сверху, намного выше его головы, но с каждым мгновением они все ближе, слышнее и при других условиях можно было бы высчитать размеры, издающих эти звуки существ, но не сейчас. «Ракар» он все-таки, призвал, наверное, всего лишь за миг, до того, как гигантская голова, с пока еще захлопнутой пастью, приблизилась почти вплотную.

Наконец застывшие, будто в ступоре познающие чары, соизволили сообщить, что слева возвышается поднявшийся в атакующую стойку гигантский пестрый змей, а справа то ли их клубок, размерами поменьше, то ли непонятная стоглавая тварь. В самой же чаше, еще не менее двух-трех особей, другого вида.

Рассуждать, и выбирать, чьи атаки отбивать первыми, и куда наносить выпады на обратном ходе клинка, времени не было совсем. «Ракар» наконец-то встретил достойных противников, потому что пестрый гад, не был просто змеей, это был Апоп, огромный бог — змей, олицетворяющий распад, небытие, мрак и зло, извечный враг Света, и он для чего-то вбирал в себя воду Источника. Справа же приближался Лафон — стоглавая ехидна, в то время как в чаше рокот тоже усилился, кто-то спешил не упустить добычу.

Априус оскалился, от всей души, врезал Змею кулаком, и тут же завертелся вьюном, уходя и от возможных плевков, и от выпадов голов. Играть в рыцарство, или геройствовать он не собирался, от Бога-Змея просто пока только уворачивался, нанося незначительные порезы, головы, же ехидны, сносил одну за другой, в душе радуясь, что это не гидра, и вместо одной срубленной, не отрастут две новые.

Места было мало, а для уверток и прыжков тем более, к тому же громадный Змей пододвинул свои кольца ближе, так что Априус уже, не прыгал, а перелетал, с места на место, успевая наносить колющую, или режущую рану. Но вскоре пришлось отталкиваться и от самого тела змея, и от каменистого края чаши, из которой высунулась морда еще одного не пойми кого — наполовину зверя, наполовину рыбы, толщиной, пожалуй, превосходивший быка, длиной лошадь. Его зубы походили на лезвие меча, заточенного с двух сторон, и были острыми, словно рога. С каждого бока он был вооружен двойными круглыми щитами.

— Ну ты и урод! — Вырвалось у Априуса, сквозь стиснутые зубы, когда он пробегал по краю чаши, не забыв дать пяткой, по носу любопытной твари.

А мозг, уже переваривал новую порцию знаний — тварь звалась Тараск, и была порождением Левиафана, свирепого водяного змея, и животного под названием онагр. Помимо зубов, Тараск еще поражает на расстоянии югера своим жалом или пометом, а все, до чего оное дотрагивается, выжигается, словно от огня.

— Что называется — обложили! — Еле успев увернуться от очередного выпада, скрипнул зубами Априус, но все равно магию в ход пускать не стал.

Отбить выпад, полоснуть в ответ, увернуться нанести рубящий наотмашь, отпрыгнуть, вверх, вниз, колющий назад, сплошная круговерть и свистопляска.

— Порхай как бабочка и жаль как скорпион — наставляли его мастера Лабиринта.

— Разумом будь спокоен как гладь озера, преобразуй страх и гнев, в холодную, расчетливую ярость — и рази с быстротой молнии — учили в клане оборотней.

Но это было давно, сейчас, же больше пригодились те умения и навыки, что в последнюю тысячу лет он постигал в затерянном среди песков храме, который случайно обнаружил в донельзя странном мире Сектора — Артандии, том самом где произошло так называемое пришествие «Всадников» только на далеком юге. Там среди пустынь, и руин древних городов, остался жить некий клан, который успешно практиковал науку выживать и убивать. В древнем храме, раз в год они устраивали поединки, среди своих лучших бойцов, и Априус стал туда захаживать, потому что раз увидев этих бойцов в действии, тут же решил именно здесь оттачивать свое мастерство, потому что руки бьющихся воинов, превращались в яростных змей, совсем не иллюзорно.

И теперь эти умения просто несказанно пригодились, Рус, исполнял почти привычный танец, с неимоверным количеством извивов, переплетений, и откатов. Руки сделались одновременно и гибкими и жесткими, меч порхал как перышко, но и кулаком, или ногой, он не забывал пользоваться, то же, стараясь метить в самые чувствительные места. Хорошо еще, что алое свечение из Котловины, давало хоть какую-то возможность видеть, и успевать реагировать. Понимая, что вскоре и другие драконы или змеи, доберутся до него, и тогда придется совсем туго, Априус взвинтил свой темп до предела возможностей. За жизнь он не опасался, в случае чего уйдет по заклинанию, а вот утратить честь даже в собственных глазах, было бы нежелательно.

Заметив, что Апоп вьется кольцами, Априус решил поражать каждый извив его тела, а еще он никак не мог, определить размер Змея, на вскидку в том было локтей четыреста с лишним в длину, а в ширь не рассмотреть, — чрезмерное потребление вод, раздуло того невероятно.

«Ракар в руке звенел и дрожал от возбуждения. Казалось, он пел, свою собственную песню, песню упоения битвой. Его клинок постоянно менялся, отливал то фиолетовым, то темно синим, удлинялся, укорачивался, становился то шире, то уже, в общем, подстраивался под определенные части тел, своих противников.

Срубив очередную голову разъяренной ехидны, Априус ощутил, что немного подустал, а ему ведь еще двигаться дальше, силы еще пригодятся. Потому все-таки бросил сгусток мрак прямо в пасть Апопу, тот отпрянул, и Рус, со всей силы вонзил «Ракар» в первое кольцо по самую рукоять. Шкура с треском разошлась, кровь ударила такой мощной струей, что чародей едва успел отскочить. Конвульсия, прошла по громадному телу Змея, но особого вреда удар, видимо не причинил, потому что тот продолжил атаку.

И тут как часто бывало и ранее, Рус, почувствовал подкатывающую боевую ярость, в таком состоянии он запоминал мало, из происходящего с ним. В таком состоянии тело ведет уже не сознание, а инстинкты и навыки, отточенные до автоматизма, а подсознание может отдать мозгу команды применить самые быстрые и надежные заклятия, из арсенала простейших.

В прошлый раз, находясь у Котловины, чародей получил разрешение, на использование силы Источника, но так ни разу к ней и не прибег, сейчас же этой возможностью грех было не воспользоваться. Из клубящейся Тьмы, соткались короткие, острые копья, и вонзились в тело змея, пронзив каждый изгиб его туловища, заставляя изрыгнуть всю проглоченную воду. Априус тут же подпрыгнул, и ударом из-за головы, разрубил позвоночник агонизирующего Апопа, и не медля ни секунды отпрыгнул к ехидне, краем глаза, замечая появление нового персонажа. Останки Апопа тем временем охватил огонь, то ли они сами вспыхнули после кончины змея, то ли выбравшийся из чаши, Тараск, уничтожил их, просто пройдя рядом.

Мелькание «Ракара» слилось в сплошной непрерывный узор, Априус бил нещадно — этих тварей нужно было не проучить, а уничтожить. Не давая сыну Левиафана прицелиться, он покончил с ним в несколько ударов, «Ракар» попросту развалил монстра на части, и боевой пыл человека, немного поутих, давая возможность холодному разуму оценить обстановку.

Пару мгновений, и новый шорох — трение чешуек о камень, на этот раз уже водяной дракон высунул голову, из чаши Хвергельмира, и внимательно рассматривал чародея, его фасеточные серебристые глаза изучающее пробежали по забрызганному кровью Априусу, и измазанному в ней же клинку.

— Накер!? — В свою очередь удивился Рус — он то что здесь делает? Хотя да, его домом всегда была бездонная, как говорят, нора, которую назвали «Накеровой дырой Эта «дыра», по сути своей, таинственное место, откуда всегда вытекает вода, туда не втекая… — Ну все змеюки, вы мне порядком надоели, хорош ховаться, а ну выползайте все сразу, нет времени вас дожидаться.

Стремительной рыбкой «Ракар» рванулся, вперед рассекая изогнутую драконью шею. Априус взлетел на каменный бордюр, и не глядя пару раз полоснул по шевелящейся под темной водой, массе. И так кипящий Ключ, выбросил вверх целые гейзеры черноты, Рус, мгновенно отпрянул, извернулся и добил агонизирующего Накера, отпрыгивая, прочь от Котловины.

Некоторое время он стоял, прислушиваясь, и озираясь, тяжелое дыхание с хрипами вырывалось изо рта, грудь вздымалась, не желая усмиряться, но из чаши Хвергельмира больше никто не показывался.

— Эй Нидхегг! — Позвал чародей — Может, хоть на этот раз покажешься?

Ответа не было, только все тоже мерное клокотание темной воды, да багровый отсвет зарождающегося Мрака.

Априусу вдруг вспомнились слова, услышанные когда-то от Рудольфа, что помимо корней Иггдрасиля Нидхёгг пожирает грешников, клятвопреступников, и подлых убийц.

— Ну что же коль так, живи пока, если конечно ты еще не издох, но корни больше грызть не советую. А то мне тут палицу придарили, узнаю, что снова шкодишь, наведаюсь, все зубы по одному выбью.

Покрутившись на месте, Рус, поколебавшись, взмахнул рукой, и все место схватки охватило багровое пламя, сжигая останки чудищ и выпаривая кровь. А следы подчистят чары уже другого направления, ему же надо двигаться дальше, туда, куда тянется гигантский корень. Туда где располагается то, что до сих пор не имеет названия, проще сказать, как оно не называлось, чем как-то наречь. И Априус глядя в невообразимый Провал, скрепя сердце продекларировал:

«В начале времен

не было в мире

ни песка, ни моря,

ни волн холодных.

Земли еще не было,

и небосвода,

бездна зияла,

трава не росла»

И мне туда спускаться…

Вот он мой путеводитель — Корень, существующий в пограничном пределе, между явным и призрачным миром, состоящий казалось из овеществленного эфира, уходил куда-то за провалы Сущего, и Априус отметая все сомнения, бросился в эту неведомую глубь, как в омут с головой. Держа этот импровизированный якорь Древа, как ориентир, держа свое тело полупроявленным, он словно метеор в межзвездном пространстве, падал и падал, к далекой несуществующей тверди. Практически утрачивая себя, не обращая внимания ни на что, держа в голове одну лишь цель — смутно представляемый образ начала Оси, Рус, пробивался к «нижнему» Полюсу Сферы.

Физические законы утрачивали свою силу, понятия плотности и грубоматериальности остались позади, вокруг были газовая среда, или что-то вроде того, и силовые поля это единственное что смог определить воспаленный мозг Априуса. Перед глазами давно плясали разноцветные круги, в ушах стоял беспрестанный звон, подобный тому, когда долго пребываешь в гулкой тишине, но усилием воли чародей заставлял себя продолжать «спуск».

Мало было оказаться в самом Низу, нужно было еще выбраться «наружу» за Границы Сферы, за ее Кокон, за Скорлупу, можно называть как угодно, но суть одна. Требовалось, проскользнуть по тончайшей грани между внутренней и внешней оболочками, не взламывая Рубежи Творца, что начинаются буквально сразу, за Пределами Тьмы…. Которые он Априус, ни как не минует…. Мысли угасают, сознание меркнет, Рус, пробивается, будто через густую древесную смолу, медленно застывая в ней… но нет, нельзя сдаваться, иначе все, отсюда не вынесут уже никакие Заклинания. Так что Держи-ись!!!

Не Хаос — Мрак внешнего Космоса, слабо разгоняемый лишь фоном, излучаемым Сферой это все что Априус запомнил, перед тем как потерять сознание окончательно, он все-таки проломился, хоть и сам бы не смог сказать как. Но то ли какая-то неведомая Сила, то ли скрытые резервы организма, в последний миг, затухающего разума, заставили Априуса, метнуться в открывшийся перед ним гигантский Шлюз.

Спасительная особенность человеческого организма — в случаях крайнего изнеможения впадать в состояние беспамятства, при котором мозг бездействует, но тело восстанавливает свои ресурсы. Потому спустя некоторое время, чародей осознал себя распластанным, и плотно прижатым к стенке Исполинского Колодца.

Вот и оно, начало неестественно ровного, бесконечно высокого, вертикального Туннеля. Априус с внутренним трепетом, медленно поднял голову, и посмотрел туда, где стенки этого Колодца, сходились в одну точку. Смотри он зрением обычного человека или скажем эльфа, ему бы предстала поистине Гигантская уходящая в неведомую высь, Труба. Но он видел больше, зрел невероятный, Титанический Энергопровод, чем-то похожий на туго сжатую Исполинскую Спираль, она простиралась, и простиралась в бесконечность. Такой вот Мировая Ось показалась его воспаленному взору. И именно внутри нее ему предстояло подниматься.

— Нда, выпали же мне веселые горки — вслух пробормотал Рус, прощупывая незримые, скручивающиеся струи Силы. — Хотя че там сетовать — как всегда дурная голова — ногам покоя не дает… Что же Априус, взялся не ропщи что тяжело, так что — Вперед! А точнее — Вверх!!!

Используя восходящие потоки, видимые в астральном плане как зеленые энергетические струи, он рискнул оторваться от стенки «шлюза», и воспарить, а дальше поднимался уже увереннее, применяя все свои умения что накопились за прожитые тысячелетия. Постепенно скорость полета вверх начала нарастать, да так что чародей едва удерживал себя на грани овеществленности тела, мелькание окружающих его стен Колодца, превратилось в сплошное желтое свечение, проносящееся со всех сторон. Ему казалось, что он летит в столбе приглушенного солнечного света, изредка пронизываемом радужными цветами других энергий. Это сильно мешало глазам, но и закрыть их Рус, боялся, опасаясь полностью утратить ощущение реальности.

Но глаза даже оставаясь открытыми, все равно не видели конца, края этой Исполинской Вертикали, подъем давно превратился в полет, полет в бесконечность, который начинало казаться длиться уже вечность. Свет мягко обволакивает тело, на душе уже спокойно и по-особенному тепло, но Априуса всего сотрясает мелкая, можно сказать молекулярная дрожь. Дрожь совсем не нервная, и не от перевозбуждения, а от переизбытка древней, необузданной Силы, что свободно течет вокруг.

Страх утратить контроль не позволял думать ни о чем другом, даже о том ожидают ли его в дальнейшем, какие-либо препятствия, главное это не сбавлять скорость. Бешенную скорость, от которой он чуть не сходил с ума…

* * *

Подъем закончился неожиданно, вокруг было только одно, разлитое повсюду золотое сияние. Но Априус не чувствовал себя зависшим в невесомости, его ступни явно стояли на чем-то твердом, вещественном, и он рискнул сделать шаг, вперед.

— Никогда не думал, что сюда, когда-нибудь кто-то доберется — в миг, повергая в смятение, душу чародея, раздался чей-то шелестящий голос — что ж заходи, раз пришел. Попробую оказать достойный прием…

Где-то далеко впереди, словно отодвинулся полог, посреди золотого сияния, яростным огнем, вспыхнул плазменный шар, и Рус, непроизвольно заикаясь, выдавил из себя:

— Т-т-творец?!.

— Эка ты хватил, парень, нет, конечно, не Он. Я всего лишь первоэлемент всего живого. Основа жизни до разделения.

— Это как?

— Ну есть четыре стихийных элемента, так сказать составляющие косную материю Сущего, а я ее население.

— В смысле? — Снова не понял Априус.

— Попробую объяснить, хватит знаний — поймешь, а нет, то не обессудь. Ваш живой мир делится на пять подмиров, это растения, животные, бактерии, микробы, и вирусы. Животные это все — звери, рыбы, моллюски, рептилии, птицы и насекомые. И все эти подмиры, заключены во мне, я из них состою. С начала времен я здесь, наблюдаю, смотрю, как разрастаются взятые из меня организмы. И изучаю… Ах прости я не подумал что тебе больно на меня смотреть, погоди-ка…

Плазменный шар начал угасать, а на его месте возникло такое необычное существо, что Априус чуть позорно не уронил челюсть. Перед ним стоял стрекозо-ящеро кузнечик, с изрядной примесью птеродактиля, ну и еще пары-тройки знакомых существ.

— Да, и для удобства можешь называть меня Мэйзаном — проговорило существо, уставившись на чародея стрекозиными, фасетчатыми глазами. — Тебя не смущает мой вид? Нет? Ну тогда рассказывай, что тебя сюда привело.

— Ну… — протянул Априус — я искал сферы Абсолюта, хотел взглянуть на Вселенную глазами Создателя…. Ну и понять кое-что…. И проверить…

— Мне почему-то кажется, ты погряз в бесплодных попытках найти верные ответы на свои вопросы — поинтересовался Мэйзан, что-то явно проделывая с окружающим пространством.

Априус и бровью не повел, когда перед ним из золотого сияния материализовался маленький вычурный, платиновый столик, изящный и утонченный, на нем тут же появились два высоких, стакана из дымчатого стекла, несколько ваз с дивными плодами. Стаканы тут же наполнились голубоватой жидкостью, а у столика проявились по паре больших, по виду меховых шаров.

— Да есть такое — немного стушевался Априус, без приглашения опускаясь на импровизированный стул — не разгадал ни загадки прошлого, ни кто я есть такой, ни марионеткой, в чьих руках я порой бывал… Ох, прости, сам то я забыл представиться — меня Априуом зовут.

— Ну а меня как уже сказано, можешь называть Мэйзаном, хотя это лишь одно из имен, которые я себе взял. Что до загадок, так на некоторые вопросы я могу тебе помочь найти если не ответы, то хотя бы предположения. Насчет того, кто ты есть такой — отвечу сразу. Но начну с того, что мне по ряду определенных причин, подвластны как некоторые потоки Силы, так и Ведические потоки истинного знания. Я Наблюдатель, многое видевший, многое запечатлевший, и… — существо на миг замолкло — и во многом преуспевший. Скучно, вот и забавляюсь всяким разным… — неопределенно добавило оно. — Так вот, мне кажется ты Даритель Жизни, и принадлежишь к редкой Касте Основателей.

— И кто это такие?

— Скажем так это те, кто собственным решением, собственной волей, создал предпосылки для зарождения жизни в любом ее проявлении. Хочешь конкретный пример?

Априус, утвердительно кивнул, добавив:

— Конечно, конкретика бы не помешала.

— Начнем с того, что не всякий созданный мир, изначально предназначен для жизни. К примеру, планета известная тебе как Ки, была бы попросту сожжена солнцем, по причине близости к нему. Только зародившееся солнце, было настолько яростным, что спалило бы все ее поверхность, за месяцы, но… Но нашлись те, кто его слегка притушил, пригасили, нет не так, они поставили на этой яростной, звезде специальный ограничитель. Поле, щит, экран, назови, как хочешь. И лучи стали не такими нещадными, губительными, в общем, влияние солнца, ограничили, сделали его умеренным, и тогда предпосылки для возникновения жизни, стали возможны.

— Даже так, никогда бы не подумал.

— Основа для жизни была заложена, потому они и Основатели. К тому же сделано это было безвозмездно, как дар, потому и Дарители. И таких примеров масса. Сфера в начале своего существования, была просто переполнена потоками Силы, остаточными от Сотворения, и внутренними собственными. Вот Основатели и проявились, доделав некоторые элементы, ты последний из них. Ты остановил процесс распада, даровав жизненный уклад для Сферы. И нет твоей вины в том, что Творец, позволил войти в Сферу, своим детищам, дабы они тут Властвовали, ведь боги что тут уже были, его детьми не являлись, они возникли не по его замыслу. Если убрать временные отрезки, все что было до прихода, Узурпаторов, как принято их называть, было лишь подготовкой. Пример?

Априус снова кивнул.

— Возьмем опять ту же Ки. Ее ведь длительно время населяли ящеры, рептилии всякие там, эоны минули, прежде чем, там появился род людской. Который по одной из моих версий создали те же Основатели, напитав чем-то там комок живой глины, которая была, по сути, прахом, а в прахе частицы всего, что жило на планете миллионы лет. То есть как во мне, все пять миров. В общем, провели подготовку, когда условия стали удовлетворять — бац появляется человек, которому миром и владеть. Так и со Сферой, когда она окончательно устаканилась, что ли, все разложилось по своим местам, звездные системы, галактики там, солнца, планеты, луны, заняли окончательное положение — вот тут и настала пора — прийти тем, кому предназначено Править.

— Ха, — запальчиво воскликнул. Рус, а я с этим не согласен, до сих пор.

— Еще бы тебе согласиться, ведь они нарушили весь привычный уклад сформировавшейся системы жизни. А несогласных попросту уничтожали. Но что поделать вопрос стоял просто — быть или не быть. Кто не с нами — тот против нас.

— Ну ладно с этим и так ясно — поспешил прервать болезненную тему Априус —. А что скажешь насчет Смотрящего? Он как проявился?

— Думаю, он был заложен сразу. Чтобы моделировать поведение всего, он отвергатель идеалов, показатель равномерности, идейный указатель если хочешь. В общем, он Высший Закон, направляющий все в правильное русло, и заставляющий соблюдать свод главных заповедей…. Что еще из незыблемых Истин тебе интересует?

Априус задумался, здесь на верхушке Большого Мира, мысли идут совершенно иные. Сейчас он впервые серьезно задумался о том как во Вселенной появилась Смерть. Была ли она изначально? Или проявилась с первым угасанием Искр Первоначального Огня? И вообще существовала ли она вне Сферы? И чем она является на самом деле?

У древних рас Даарии, Чернобог например не считался абсолютным злом. Он был помимо всего прочего еще и дарителем перерождения, возрождения, после перехода из Живы в Маару. Или по-другому из Жизни в Смерть. Он был еще и возрождением из Смерти. Потому и саму Смерть расценивали как переход, от одного воплощения в другое.

Но что она есть на самом деле? Никому не по душе, когда умирает кто-то или что-то. Потому что, таким как было оно, уже не будет. И от нее не убежать, не спрятаться, она многолика и многомерна, способная быть в миллионе мест одновременно, ее жнецы, если уже посланы за кем-то, редко отступают, и жатва идет постоянно. И никто не знает что там за гранью. И Априус, не применил поинтересоваться:

— Скажи, что ты знаешь о Смерти, была ли она всегда?

— Это вопрос из области основ Мироздания. Если подразумевать Смерть как Распад, то да ее не было, ибо не было еще соединения частиц, но как только цикл Жизни начался, появилось и отмирание, прекращение существования, ограничение срока деятельности, замирания, это все ее вотчина. Слово мертвый, тоесть тот в ком замерли все процессы, именно и есть конечный продукт жизни. А бессмертие, это вечное движение частиц и энергий, останови его и она придет. Ну это так основы…. Для меня она все так же загадочна, как и сам Творец. А вот ее проявление, множественность образов, вездесущность и всевластие, явно связанны с Балансом, со Вселенским законом уравнивания…

— Понятно. Вопрос все таки больше философский, чем реально практичный… А что насчет душ?

— Тут еще больше тайн. Могу высказать лишь предположения. В первую эпоху существовал круговорот душ в природе. Тоесть перерождение, переселение, из человека, в зверя, в дерево, в птицу, и обратно в человека, вечный цикл, оттого все живое и понимало друг друга. Но душа приобретая опыт развивалась, разгоралась ярче, вот тут то и началась охота, и отмершие тела стали сжигать, чтобы души поднимались вверх, устремляясь в некие чертоги атманов. И их начали перехватывать. Тебе известно, что в некоторых мирах одно из имен Великого Птаха, является так же и одним из прозвищ тамошнего Дьявола, извечного оппонента Творца? Нет? Так вот и задумайся над этим. Почему души не уходят обратно к Единому? Может Создатель, потому и прислал этих своих ставленников, что думал они, смогут взять здесь все под свой контроль.

— Ага, только им это не удалось. Мало того, появился еще один борец за души, может вбирать их в себя, не хуже того же Поедателя.

— А что ты хотел, ведь это частицы самого Творца, мощные источники Энергии, вызывающие настоящий экстаз у поглощающего их. А на данный момент все вообще запуталось, мне кажется все из-за того что в Сфере появились Сущности которых в ней быть не должно.

— Сомневаешься в замысле Создателя?

— Нет, думаю у Него все предусмотрено. Но изначальный план явно претерпел изменения.

— Тут я согласен. Хотя никак не пойму, почему и зачем?

— Может, хочет посмотреть, что получится из всей его задумки в Итоге, а может, вообще занят чем-то другим, потому во внутренние дела управления не вмешивается.

— Но у тебя как я понял, никакого сообщения с Ним нет?

— Нет, и вроде бы не было… Понимаешь тут какая штука, я ведь не сразу осознал себя как личность, да и вообще сижу же внутри Сферы. У этих, что звались его любимцами поначалу вроде было, но это видимо потому что они явились сами Извне, но потом и они утратили эту возможность, сам знаешь чем все закончилось.

Априус наконец протянул руку и взял предназначенный для него стакан, про себя отмечая что жидкость в стакане Мэйзана, отличается от его, и цветом и плотностью. Втянул ноздрями будоражащий запах, попытался определить что это, но знакомых сочетаний не нашел, и просто сделал маленький глоток.

Во рту появилось ни с чем несравнимое ощущение, желудок казалось, радостно подпрыгнул, требуя добавки, и Рус, отхлебнув большой глоток, поинтересовался:

— Как же мне тогда быть? Ни чего не делать я не могу, но и явно вмешиваться надо с большими ресурсами, чем имею. Думал, может удастся отсюда дозваться Творца… а раз это невозможно то не знаю как и быть.

— Что именно ты хотел узнать у Него?

— Ну во-первых как изгнать Поедателя, или может быть преобразовать в нечто совсем другое. Во-вторых, как закупорить все бреши используемые хаоситами, ну и про хозяйничающих в Сфере его будто бы детках.

— Это кого ты имеешь в виду?

— Да всех кто прикрывался его Отцовством. В общем хотелось бы избавиться от всех прорвавшихся Извне. Рожденные же внутри Вселенной сами между собой разберутся.

— Понятно. Но помимо ресурсов тебе понадобится право вмешаться. Вернее не только тебе, а тем, чьи действия попадают на вторую чашу Весов.

— И что мне для этого нужно сделать?

— Тебе необходимо качнуть Весы, так чтобы преимущество получила Темная сторона, будем называть ее так, для простоты. И когда это произойдет, ход будет за тобой. Или в другом варианте за Владеющими Сферой, ты же сохранишь нейтралитет, чтобы опять не было перевеса.

— То есть мне требуется временно перейти на сторону оппонентов Тронного Царства? — Напрягся Априус.

— Не совсем так. Ты должен будешь сыграть такую роль, но так чтобы комар носа не подточил. Думаю, тебе это будет не особо трудно. Требуется обыграть все как следует, чтобы сомнений не было. Но бойся разделения, если тебя разделить на темную и светлую половины, темная будет ужасна, и боюсь, натворит таких делов, что вовек не расхлебать. Потому всегда учитывай это.

— Ясно, нужен злодей, что на самом деле не злодей. Придется хорошо подумать. Но это уже чуть погодя, а пока поможешь глянуть на Сферу сверху, хочу видеть всю картину в целом?

— Это можно устроить, ты попробуй фрукты то, нигде такие не растут, это еще не разветвленная ветвь.

Априус не стал возражать, наобум взял крупный плод, и вонзил в его мякоть крепкие зубы. Сок брызнул на язык, потек по горлу, приятно освежая, Рус, впился в мякоть, откусил хороший кусок, прожевал, пытаясь разобрать вкус, но не преуспел. В меру сладок, и в меру кислый вот и все что знакомо, определить принадлежность плода к разновидности деревьев не удалось.

Мэйзан тем временем вновь манипулировал с пространством, причем делал это так искусно, что было не понять иллюзия это, или явное изменение. Золотое сияние вокруг исчезло, они оказались будто бы под сводом гигантского, хрустального Купола, что являлся всего лишь видимо доступной верхушкой Сферы. Понимая, что это всего лишь игра его воображения, Рус все равно оторопел, осознав, что стоит буквально на пороге Пределов Хаоса, а под ним в виде туманных, перекрученных взвихрений раскинулись галактики.

Скопление звезд, пыли, вакуума все это оформленное в огромную систему, которая связана гравитационными силами, вот что представляет собой галактика.

— Их можно разделить на типы — послышался негромкий голос Мэйзана — каждый имеет представление как выглядит галактика, знакомая тебе похожа на пончик или еще что-то. Но на деле, не все они одинаковы. Смотри вон то скопление, к примеру, назовем ее Объектом Хога похоже на две разных галактики, с ярко-желтой группой звезд в центре и синим кольцом звезд, отделенных друг от друга в пространстве. Но нет — это одна галактика, как, например, известный тебе Сатурн — одна планета с кольцом вокруг Это тип кольцевой галактики, между прочим довольно редкий. Чаще встречаются, так называемые «Жруны я не смог подобрать другого названия, их типу.

— Это как?

— Ну смотри вон правее… Агр, пример того, что получается, когда две галактики сталкиваются между собой в железной клетке, и только одна в итоге остается. Галактические столкновения довольно распространены и иногда приводят образованию именно таких галактик. В случае с Arpом, две галактики почти столкнулись друг с другом несколько миллиардов лет назад, и сила тяжести растянула материю между ними. Цикл еще не закончен, и притяжение между ними сыграет свою роль, пока они, в конечном счете, не сольются в одну большую галактику. На данный момент они объединены лишь тонким потоком звезд, газа, и мелких частиц. Вон такой же Ант, еще одна пара галактик, пожирающих друг друга, но намного более продолжительное время. Единственным способом определения, что это две галактики, является желтая группа звезд с обоих концов — они раньше были галактическими центрами. Теперь же они более похожи на одну гигантскую, аморфную каплю, постепенно двигаясь между собой к состоянию равновесия. Большинство из существующих звездных групп в этой галактической паре разделится, прежде чем новая галактика будет полностью сформирована — только самые большие группы переживут слияние… Прости тебе все еще интересно? А то, знаешь ли у меня никогда не было собеседника, а накопилось всяких знаний много, хочется поделиться.

— Нет что ты, продолжай. Вон про ту, что похожа на широкополую шляпу что скажешь.?

— Я назвал ее Сомбреро, у неё есть большая выпуклость в центре, которая, фактически, составлена из нескольких различных групп звезд. Давно уже ломаю голову, как эти кольца смогли так сформироваться. Также, очень вероятно, что сердце Галактики Сомбреро питает крупную черную дыру. Вот… Вон та на мой взгляд тоже весьма интересна, потому что очень велика, а большие галактики чаще всего бывают двух видов: спиральные и эллиптические. Зову ее Центавр А, если не всматриваться слишком пристально, то вряд ли можно увидеть в ней, что-то необычное. Но, на самом деле, это единственная эллиптическая галактика, у которой есть и спиральные элементы.

— А вон то, что просто газовое облако?

— Хм, смотри — Мэйзан снова что проделал, и указанная Априусом галактика, словно бы приблизилась — Южвер, назовем ее расположена в созвездии Гидра, на самом деле является одной из самых ярких галактик.

И действительно спустя миг Рус, оценил ее яркие цвета, проявленные в огромном водовороте розового и фиолетового.

— От скуки я бывало, наблюдаю именно за ней, в ней часто взрываются сверхновые. Розовый цвет — прямой результат деятельности новых звезд, формирующихся в системе, которые выпускают огромную сумму ультрафиолетовой энергии. Эта энергия поглощается окружающей пылью и газом, окрашиваясь в розовый. Южвер пожалуй можно назвать самой симпатичной галактикой, так как она похожа гигантский космический цветок.

— Да, красота. Скажи, а Область занятую Поедателем отсюда можно увидеть?

— Ты имеешь в виду то Ужасное Нечто, что проникло в Сферу, из-за призыва Безумного Мага?

— Ну да.

— К сожалению — нет, слишком далеко. Галактики ведь не сдвинешь. Да и вообще нужен всевидящий кристалл, чтобы обозревать через такие пространства.

— Жаль, я думал, кое-что прояснится.

— Чтобы прояснить что-то для самого себя, нужна большая Модель. Лучше всего будет использовать сферический Зал, чтобы можно было походить и посмотреть. Или специальные чары, изменяющие определенную долю мозга. Тогда можно будет формировать модель у себя в голове, виализируя наружу… только такие изменения очень болезненны. И помимо всего прочего нужны точные сведения.

— Понятно, тогда позволь мне, немного побыть самому, а потом вернемся к беседам, я охотно послушаю тебя, а заодно и немного помучаю расспросами.

— Хорошо, дашь знать, когда будешь готов продолжать.

Мэйзан, пропал, возвращаясь в свой Чертог, и Априус остался один. Он перетек в демона, решив что. Наследство по отцовской линии, может чем-то помочь объять больше, и попытался проникнуть взглядом в необъятные Дали. Созерцать Сферу с ее самой верхней точки, было невероятно трудно, взгляд смотрящего должен был быть одновременно и всепроникающим и всеобъемлющим. Магическое зрение, конечно, позволяло видеть всесторонне, а не только спереди и с боков, но все же его было явно недостаточно.

С виду Вселенная была безмятежна и величественна, обозревать ее просторы было поистине завораживающим зрелищем, но ему требовалось видеть глубинную суть, а не поверхностное великолепие. Где-то на этих просторах притаились враги, многочисленные. Вездесущие, коварные и хитроумные. Их всех, Всех!!! Требовалось уничтожить, Не потому что они не имели права существовать, нет, а потому что угрожали жизни простых мирян, и их миров.

Априус внезапно вздрогнул — приближение этой Силы, или ее посланца, он всегда успевал почувствовать слишком поздно, и времени на подготовку не оставалось. И на этот раз спустя всего несколько мгновений прямо в голове Руса, прозвучало:

— Что, ни как воевать собрался, вон и плацдармы присматриваешь?

— Может быть, и придется. — Мысленно ответил Рус — Тебе ли не знать, как мне надоела эта тягомотина. Всю жизнь что-то мешает, двигаться по предназначенному пути, то то, то это, то еще что-то…

— Ну тут ты несколько не прав, как раз все эти факторы внешнего влияния, и сформировали нужный для тебя путь.

— Нужный для меня, но не мне?

— Да, именно так. Из-за из всех этих превратностей судьбы, ты и стал тем, кем стал. Более того, — теперь ты один из Избранных…, кандидатов так сказать в…

— Кандидатов куда?

— Видишь ли, насколько мне известно, Космос по-прежнему необъятен, и может быть Единому понадобятся помощники… нет, не так, последователи. Не зря же сказано по образу и подобию, а это подразумевает следовать ему во всем. То есть может быть и творить свои упорядоченные островки тоже.

— Чего??? — Априус помимо воли округлил глаза, и впервые заговорил вслух. — Думаю, ты один из претендентов, на высокое звание будущих гм… Творцов. Придет срок, пусть и через вечность, но они понадобятся, более мне не ведомо… но ты должен понимать, как уже сказано, что сырого вещества в Великом Макрокосме, еще более чем достаточно. Его должен будет кто-то систематизировать, структурировать, сотворить галактики и солнечные системы. Для этого и куются кадры, медленно, по-разному, но зародыши Творцов, появляются, я имею в виду, не управляющих, поставленных на готовенькое, а именно тех, кто сумеет создать. Создать не пустынные шары с гигантскими муравьями, как известные в твое время представители Старшего Потока, а цветущие миры, полные водоносных каналов, морей и океанов, с разнообразным населением, флорой и фауной.

— Да это просто не укладывается в голове — выдохнул Априус — нет, ну растения, еще ладно…. Даже соглашусь на возможность проявления миров, из…из… ну ладно допустим, но творить живых, разумных существ, под силу только Всевышнему!!!

— Кто тебе такое сказал? Эльфов, людей, вообще любых гуманов, да, тут нужен праобраз. Но это тогда когда не видел и не знал, а вот воспроизвести это совсем другое дело, был бы образец. К тому же Сила сама найдет обладателя, ей тоже нужно средство для воплощения.

— Для меня, пока все это слишком мудрено. Это все равно, что объяснять простому смертному, как разложить самого себя, на мельчайшие частицы, перенестись на другую сторону озера, и снова собрать воедино.

— Что ж придет время, и ты поймешь, а пока вольному воля, с тебя почти сняты все ограничения… Но если воевать всерьез задумал, то форпосты свои оставь. Да и патрули хоть иногда посылай. Только знаешь, одному идти против всех, не безумно ли это?

— Так я и не собираюсь разворачивать широкомасштабную войну на всю Сферу. Так, нейтрализовать сначала всех тех, кто мешает заняться сугубо Поедателем, и не мне одному.

— И что так вот просто и начнешь?

— Нет, дам немного времени Тронному Царству на наведение порядка, сам же отправлюсь в Дальразведку в неизведанные области окраинных галактик.

— Что ж не могу не пожелать успеха на этом поприще.

Понимая, что представитель Системы, сейчас исчезнет, Априус торопливо проговорил:

— Погоди, что-то я недопонял про кандидатов… это ты серьезно, или это юмор у тебя такой?

— С чего мне тебя морочить, я направляющий инструмент, а не сбивающий с толку. Идейный направитель, заметь не вдохновитель, а именно первое. Моя задача формировать правильное направление для идей и убеждений. А насчет кандидатов… ну скажем так, происходит некий отбор, несогласованный конкурс, и ты уже в этом списке на участие, потому как оказался в нужное время в нужном месте, ведь тот мир, который вы с Илинией, завершали, это и есть отправная точка. А он ведь расположен уж точно вне Сферы.

При упоминании Илинии, и их совместной работы, в груди Априуса, болезненно кольнуло, судьба вечной девушки, так и осталась не выясненной, впрочем, как и много чего еще. Поэтому порядок в Сфере нужно было наводить однозначно, и если понадобиться он не побоится призвать к ответу, даже Третью Сторону, будь они хоть трижды Велики и Всемогущи, хотя как известно таких не бывает.

Голос в голове пропал, как и не было, и тот, кому так и не нашлось подобающего звания в иерархиях Вселенских Сил, остался в одиночестве взирать на необъятный Мир под своими ногами. Емуу предстоял нелегкий Выбор.

Конец четвертой книги. 2015 г.

Content

Александр Федоренко
В поисках Истины. Наследие Предтеч

Зачин

Четвертая книга Априуса

Часть первая

Глава первая Успеть бы вовремя

Глава вторая Пятимирье

Глава третья Ожидание

Глава четвертая В поисках Кристалла

Глава пятая Скрытая игра или противостояние Сил

Глава шестая Развязка

Часть вторая

Прелюдия

Глава первая Двойное освобождение

Глава вторая Отправная Точка — Земля

Глава третья Эмберовы Отражения

Глава четвертая Черный Лес

Глава пятая Андоринос и другие места

Глава шестая В поисках ответов

Глава седьмая Хвергельмир, Корень, Бездна