Сергей Карелин, Яна Икрамова

Творец

Пролог

Яркая вспышка молнии на миг озарила ночную темноту, осветив библиотеку, в которой замерли две женские фигуры. Они старались не обращать внимания на разгулявшуюся за окном грозу, вспышки молний лишь отвлекали их от трудного и важного занятия. Работали они молча, стараясь не производить ни малейшего шороха, точно боясь быть услышанными кем-то посторонним. До определенного момента дело шло успешно, и в свете очередной вспышки на лице одной из женщин можно было заметить улыбку.

Женщина еще не утратила юношеского очарования, была светловолосая и синеглазая. Черты лица свидетельствовали о ее благородном происхождении. Женщина и в самом деле имела самое прямое отношение к престолу. Сейчас она была окружена магической сферой, волны бледно-зеленого света медленно стекали по ее плечам. В библиотеке полилась еле слышная песнь-заклинание.

Стоящая рядом с ней девушка, хоть и была моложе, выглядела старше своей компаньонки. Она была ниже ростом, более крепкая и коренастая. Темные волосы, собранные в тугую косу, строгие зеленые глаза и широкие скулы. Она тоже была окружена магическими потоками, но лишь помогала магу.

В какой-то миг светловолосая вдруг надрывно вскрикнула. Ее голос прогремел словно гром в тишине библиотеки:

– Кера, тяни! Тяни сильнее!

Несмотря на кажущуюся хрупкость, женщина, судя по голосу, привыкла отдавать приказания, будучи абсолютно уверенной, что их выполнят.

– Госпожа Алатея, – тихо откликнулась темноволосая, точно извиняясь.

– Тяни!

– Силы…

– Мне плевать на твои силы! Можешь хоть сдохнуть, но вытягивай. Мне нужно сейчас же! – почти срываясь на визг, закричала светловолосая и в бешенстве сжала кулаки. Но тут же снова взмахнула руками, продолжив песнь-заклинание.

– Да, госпожа, – еще тише отозвалась ее собеседница, стиснула пальцы в замок и приложила руки ко лбу.

– Тяни, Кера, тяни, возьми силу на той стороне. Там полно, я уже вижу. Вытягивай, другого шанса у нас не будет, – чуть слышно пробормотала светловолосая.

Вспышки молний озаряли библиотеку, длинные пальцы госпожи мелькали, творя причудливые узоры. Темноволосая вдруг рухнула на колени, но на лице ее госпожи снова расцвела улыбка. Все шло по плану.

Глава 1

Я повернул ключ в замке, подхватил с пола пакеты и пнул входную дверь. Дом, милый дом. Стряхнул с ног ботинки и, не раздеваясь, отправился на кухню.

– Маруся, кис-кис-кис, я рыбы купил, – громогласно сообщил я, щелкнул выключателем и замер.

И впрямь ощущаю себя кретином. Кошки в доме нет уже третий месяц. Как и жены. То ли у меня активно прогрессирующий склероз, то ли я незаметно схожу с ума. А может, и то и другое в комплексе. У меня уникальная жена, она не потребовала ни денег, ни раздела имущества. Забрала только свои тряпки и кошку. Кошку могла бы оставить. Я что, не способен позаботиться об этой пушистой зверюге? А и черт с ней. Заведу себе кота. Черного. Просто из принципа. Тем более что мне нужно кому-то скормить всю эту рыбу.

Я сунул в холодильник принесенные пакеты, не заморачиваясь на раскладывание по полкам их содержимого, поморщился. Большая часть холодильника по-прежнему забита Маринкиными йогуртами и кефирчиками. Никогда не понимал, зачем ей эта гадость в таких количествах. Интересно, супермачо выделил для этого такое же количество полок в своем холодильнике? Или купил для нее отдельный?

В любом случае то, что лежит в моем холодильнике, наверняка уже несъедобно, и мне стоит потратить вечерок на утилизацию этого рассадника «полезных бифидобактерий». Как-нибудь на досуге.

Я достал бутылку пива и, не озаботившись поиском открывалки, сковырнул крышку вилкой. Крышка отлетела и с тихим звоном скрылась где-то под столом. Я полез в шкаф за стаканом.

Как бы то ни было, а пить из горла я не намеревался. Как любит выражаться молодежь: я себя не на помойке нашел. Сначала ты пьешь из горла пиво, потом переходишь на водку, а потом валяешься под забором в канаве и умираешь, не выходя из алкогольной эйфории. Видали мы такое. Да и отец бы такого разгильдяйства не одобрил. Все-таки он был академиком, уважаемым человеком и никогда не позволял себе подобной беспардонности.

Пиво полилось в последний чистый стакан, и я задумчиво обозрел гору грязной посуды в раковине. Вроде недавно мыл. Раньше такого не случалось. Кухня всегда была Маринкиной вотчиной. Увы, я здесь как классический бедный родственник – сбоку припеку. Теперь моя жена (уже бывшая), вероятно, моет посуду за своим прекрасным бизнесменом. А может, они вообще питаются только в ресторанах или к ним ходит домработница. Маринка, Маринка, как же так вышло? Что-то я упустил.

Не надо было сквозь пальцы смотреть на все эти сумасшедшие диеты и занятия в фитнес-клубах. Где были мои глаза, когда моя умница-жена превращалась в гламурную диву? Мне однозначно стоило сделать ей ребенка и на ближайшую пару лет замуровать в компании подгузников, распашонок и режущихся зубов. Ведь она и сама этого хотела еще буквально полтора года назад.

Но эти вечные страхи: «А что, если не потянем?» А куда б я делся-то? Тянул бы. Во всяком случае, сейчас у меня были бы и сын, и жена, и даже кошка. И над телевизором в гостиной по-прежнему висела бы наша с Маринкой свадебная фотография.

Я решительно отправился в гостиную, включил свет и встал напротив телевизора. Никогда не любил эту фотографию. Разумеется, Маринка на ней вышла ослепительной красавицей, а вот моей физиономией разве что детей пугать. Я ведь настаивал на том, чтобы спрятать этот позорный портрет подальше в недра какой-нибудь кладовки, но, увы, жена демонстративно вывесила его на всеобщее обозрение.

Теперь же, вот уж двенадцать дней как эта фотография заменена более актуальной картинкой. Правда, чуть меньшего формата, и край Маринкиного букета при желании все равно можно рассмотреть. Но это уже мелочи.

Я подошел ближе, разглядывая висящий на стене документ. Надо же, ошибся. Сегодня уже тринадцатый день. Несчастливый, как сказала бы Маринка. Хотя по степени несчастливости сегодня ничем не уступает вчера. Да и не склонен я верить в приметы, астрологические прогнозы и пророчества Нострадамуса. Мне куда как важнее оставаться реалистом. К тому же реальность – вот она, прямо у меня перед глазами.

Я в очередной раз внимательно перечитал свидетельство о расторжении брака и задумчиво отхлебнул из стакана. Созерцанием зеленоватой бумаги стандартного образца, помещенной мною в белую узорчатую рамку, я занимаюсь не первый вечер.

Вероятно, будь я сопливым юнцом, несомненно, диагностировал бы у себя глубокую депрессию. Но, по счастью, я слишком стар для подобных глупостей. И даже тот факт, что они отказались… Стоп. Я сказал себе, что не стану об этом думать. Нет – значит нет. И точка. У меня полно других возможностей, и зацикливаться на чем-то одном мне сейчас нужно меньше всего.

В конце концов, у меня прекрасная жизнь по сравнению другими. У кого-то и сотой доли нет из того, что имею я. И даже развод не такая уж великая трагедия. По крайней мере, все живы и здоровы. А Маринка еще и счастлива. Она действительно этого заслуживает. Ведь я, в отличие от ее нового мужа, не возил ее в Париж. Правда, однажды мы с ней целых три дня были на Байкале. Но это нельзя назвать моей заслугой. Я вообще не хотел туда ехать.

Я оставил стакан на столике и отправился в ванную. Из глубины зеркала на меня уставился мрачный тип и недовольно скривился. Неважный видок, надо бы хорошенько выспаться. Иначе соседи начнут мною пугать своих детей. С такими красными глазами можно сниматься в кино про вампиров. Без грима, естественно. А утром не мешает еще и побриться. И уж совсем замечательно было бы завтра посетить парикмахера. Хотя, кажется, сейчас так модно: легкая небритость, легкая нечесанность, легкая степень идиотизма.

И образ идеального мужчины готов. Правда, новый Маринкин муж совершенно не такой. Он полный идиот с гладко выбритым подбородком.

Тщательно почистив зубы, я решительно прошел по квартире, выключая свет, разделся в темноте и завалился на кровать. Простыня была холодной, и я тяжело вздохнул.

Бес-сон-ни-ца. Можно сколь угодно долго рассматривать причудливые тени на белеющем в темноте потолке, но уснуть это никоим образом не поможет. Как и довольно постыдное для взрослого человека пересчитывание воображаемых овец. Ну, по крайней мере, лично я чувствую себя глуповато, представляя очередного барашка, перепрыгивающего через невысокий заборчик. Еще немного, и мне понадобится психолог. Если не сказать психиатр.

Это уже третья бессонная ночь за последнюю неделю. Подозреваю, что этих ночей было бы куда больше, не будь мой организм так болезненно слаб. К примеру, прошлой ночью я просто отключился прямо на диване в гостиной. И утром с трудом расправил затекшие суставы.

Решительным рывком я сорвал с себя одеяло и встал с постели. И тут же зябко поежился. Мелькнула логичная мысль вернуться под одеяло. Однако перспектива пялиться в потолок до утра не показалась мне достаточно прельщающей, и я включил свет. Резануло по глазам, я сморщился и полез в шифоньер в поисках теплой одежды. Облачившись в шерстяные носки и подаренное пару лет назад тетей Ритой термобелье, я отправился на кухню.

Иные коллекционируют марки, другие собирают вина, я же не алкоголик и не зануда. Я коллекционирую чаи. Белый чай, если быть точным. И даже Маринка смирилась с моим скромным пристрастием. Боюсь, правда, мои друзья и знакомые смотрят на мою коллекцию с долей снисходительного высокомерия. Но так или иначе я не позволяю себе пить пакетированную чайную пыль, непригодную к употреблению.

Я неторопливо заварю себе отличнейший белый чай, доставленный прямиком из провинции Фуцзянь, и в полной мере наслажусь его неповторимым вкусом. И буду абсолютно прав в своей маленькой слабости. А остальные пусть живут как хотят. Вот мой отец меня бы понял.

Я вымыл кружку, налил свежезаваренного чая и присел на табурет у окна. За окном, несмотря на поздний час, кипела жизнь. Вот она, суета большого города: даже ночью ни на миг не замедляется сумасшедший ритм.

Разумеется, таких, как я, неспящих, этой ночью в городе предостаточно. Но, как известно, каждый несчастный несчастлив по-своему, в отличие от всех счастливых. Мучает ли кого-то сегодня такая же бессонница, что приклеилась ко мне? Или я в этом абсолютный уникум? Вероятно, этого мне никогда не узнать. И кстати, это вполне можно было бы сделать темой небольшого рассказа: два человека в разных концах города, мучимые одной проблемой в бессонную ночь и не подозревающие о существовании друг друга. Немного банально, но при должном настрое получится неплохое произведение.

Я допил чай, вернулся в спальню и собрался было достать ноутбук, но взгляд упал на монитор компьютера. Компьютер всегда негласно принадлежал Маринке. Даже странно, что она не забрала его. Я никогда им не пользовался без острой необходимости. Да и зачем бы мне? Для моих нужд у меня есть ноутбук, в компьютерные игры я не играю, а Интернет использую исключительно для пересылки электронной почты.

Да и то обычно я оставлял письма Маринке, а она их отправляла. Уж она-то на просторах Всемирной сети ощущала себя как рыба в воде.

Подозреваю, что и своего красавца в костюме от Армани она нашла где-то в социальной сети. Хотя и уверяла меня, что познакомилась с ним в метро. На кой черт бы этот герой потащился в метро?

Я решительно направился к бару и достал оттуда бутылку коньяка и пузатый хрустальный бокал. Коньяк прекрасное снотворное и, как ни банально это звучит, помогает забыть о проблемах. Правда, все возвращается, когда ты протрезвел, но это уже будущее, а сейчас, в настоящем, я настроен просто выпить.

Бессонница – это такое неприятное явление, которое одним чаем, похоже, не излечивается. И хотя выпивать в одиночку – моветон, но благородство напитка определенно смягчает мою вину. Не водку ж глушу.

Я щедро налил себе коньяка, удобно устроился в кресле, сделал большой глоток и включил компьютер. Раз Маринка может, почему бы и мне не найти себе новую жену в каких-нибудь «Одноклассниках»? Я невольно вздрогнул, вспомнив фотографию моей бывшей одноклассницы, обнаруженную Маринкой как раз в упомянутой соцсети. А в школе была такая милая и скромная девочка.

Ну ладно, пусть будут не «Одноклассники», а этот, как его, «Контакт». Кстати, удивительно, что Интернет еще работает, я последние два месяца за него точно не платил. Может, Маринка заплатила вперед? Вполне в ее стиле. Мне кажется, Марина меня даже здесь регистрировала. Нужно только пароль вспомнить.

Придумывала пароль тоже она, значит, что-то незамысловатое. Скажем, день ее рождения. Ага, угадано с одного раза. Все-таки не один год вместе прожили. И если прямо сейчас меня не потянет в ностальгические воспоминания, то я займусь самообразованием в области интернет-сообществ.

Что тут у нас? Люди, новости, сообщества… Остановлюсь на последнем. Новости меня давно не интересуют, а люди вряд ли заинтересуются мной. Чем только они тут не занимаются! Сообщество поклонников Джастина Бибера? Вероятно, мне даже не стоит узнавать, кто это такой. Проще жить будет. А это что? Друг, который нужен именно тебе. Ладно, посмотрим. Так, что тут пишут? Нажимай на ссылку, напиши, о чем хочешь поговорить, и система сама найдет для тебя идеального собеседника. Стопроцентная гарантия! Чего только не придумают. Как это работает, интересно?

Признаюсь, я не понимаю этого общения в соцсетях. Может, это мои комплексы, но, по мне, лучше живое общение, которого никак не может заменить чат с бесконечными смайликами и сленгом. Проще всего поставить смайлик, когда нечего сказать. А потом не успеешь оглянуться – и ты только и делаешь, что ставишь скобочки да точки, а нормальных слов у тебя три-четыре из десяти.

Допив коньяк, я плеснул себе еще и залпом выпил. Божественный напиток, привезенный мне другом из Франции – как уверял он, эксклюзивный вариант, – ударил в голову. Странно, я обычно быстро не пьянею, но, видно, сегодня судьба напиться.

Я решительно щелкнул на ссылке и почти без колебаний ввел в открывшемся окошке: «От меня ушла жена». Потом перечитал написанное и отправил сообщение. Похоже, реклама не врала, буквально через несколько секунд мой неведомый собеседник отозвался:

«Ты расстроен?»

Он или она назвался Мявк, и на картинке рядом с именем красовался котенок. Пожалуй, все-таки это девушка, решил я для себя.

«Не расстроен. Но уснуть не могу», – коротко обрисовал я свою проблему.

«Так не бывает», – написала Мявк.

«Но у меня так», – как-то растерянно напечатал я и задумался о целесообразности происходящего. Полуночное общение с какой-то девочкой вряд ли делает мне честь. Впрочем, коньяк уже основательно ударил в голову.

«Из-за чего-то же ты не спишь?» – резонно возразила Мявк, и мне подумалось, что, возможно, я ее недооцениваю.

Определенно в этом есть какая-то логика. Если уход жены меня не огорчает, то откуда же взялась бессонница? Какого черта мне врать самому себе или этой незнакомой девочке, скрывающейся за картинкой с котиком? Между прочим, я вообще не ввел никакого имени и сам сейчас называюсь «неизвестный пользователь». Шумно вздохнув, я напечатал:

«Издательство не приняло мою книгу».

«Ты пишешь книги?» – заинтересовалась она.

«Пишу».

«О чем? Где можно купить?»

«Обо всем понемногу. Купить можно в магазинах. Хотя и не во всех».

«Почему тогда не приняли эту книгу? Другие же приняли!» – Мявк умудрилась в пару предложений уложить всю суть моих душевных терзаний.

«Возможно, эту книгу я любил чуть больше, чем другие», – уклончиво ответил я, прекрасно понимая, что вру.

Все, что я писал раньше, было лишь прелюдией к этой последней моей книге. Слабой пробой пера. Но три – целых три – издательства наотрез отказались от нее. Я ощущал себя рыбой, выброшенной на берег.

«О чем твоя книга, писатель?» – В нашем диалоге появился новый персонаж, с именем Ли и синим глазом в обрамлении пушистых ресниц на картинке.

«О жизни».

Не рассказывать же, в самом деле, что я писал биографию собственной матери? Не совсем точную, конечно, как-никак это художественное произведение, но все же…

«Жизнь – это прекрасно! Что еще ты пишешь, писатель?» – полюбопытствовал Ли, а может – полюбопытствовала.

«Большей частью рассказы, повести, небольшие зарисовки. В студенчестве даже стихами не брезговал. По настроению, в общем», – разоткровенничался я.

«Стихи? Напиши!» – немедленно отозвался Ли.

Я растерялся. Но, в конце концов, это ведь только приватная беседа, вряд ли от меня ждут чего-то серьезного. Еще пару глотков коньяка, и я напечатал:

Объятий ночи не боюсь,

Они порою лучше света.

Мой гость неведомый, развей

Зиму в душе и сделай летом.

Оставь надежду мне сейчас,

Скрой прошлое за темной мглою.

Далек пока рассвета час,

Останься до него со мною.

«Красиво!» – откликнулась Мявк.

«Скажи, писатель, если бы твои книги могли менять мир, о чем бы ты писал?» – спросил Ли.

«О мире во всем мире», – не задумываясь, отписался я.

Банальный вопрос и банальный ответ. Я даже немного огорчился и отодвинулся от монитора. Пойти, что ли, попробовать еще раз уснуть. Время уже очень позднее. Даже, можно сказать, такое позднее, что уже раннее. Я хотел выключить компьютер, но тут Ли написал:

«Ты боишься смерти, писатель?»

Я задумался и решительно мотнул головой. Обойдутся. Это мое личное дело, чего я боюсь или не боюсь. Хватит с меня этого интернет-общения. Только время терять. Рука сама потянулась к бутылке. Сделав новый глоток, я почувствовал, как что-то изменилось.

Лампочка мигнула и погасла. Перегорела, что ли? Я вскочил и пару раз щелкнул выключателем. Вышел в коридор, но и там светильник не работал. Я вернулся в комнату. Монитор горел неярким синим светом. Странно. Я снова потянулся к выключателю, но тут кто-то ухватил меня за запястье.

Я ощутил теплую руку, крепко вцепившуюся в меня. С трудом преодолев панику и сдерживая желание закричать, я обернулся. Сзади никого не было, однако цепкая невидимая рука по-прежнему держала меня. Странно, вроде я не настолько пьян… Рванулся к двери, но тут невидимка резко дернул меня в сторону. Пошатнувшись, я потерял равновесие и со всего маху приложился лицом о дверной косяк. И почти мгновенно потерял сознание.

Глава 2

Голова раскалывалась от жуткой боли. Я выдавил из себя слабый стон и героическим усилием принял сидячее положение. Вокруг было темно, и не просто темно – меня окружала какая-то вязкая чернильная темнота, в которой я даже не смог разглядеть своей руки. На ощупь никаких травм я у себя не нашел. Главное, лицо вроде бы на месте, а то я, кажется, изрядно приложился носом. Ладно, жить определенно буду. Теперь, когда убедился, что жив и здоров, надо бы разобраться, что случилось. Я ведь прекрасно помню, что произошло. Как в кино… «упал, потерял сознание, очнулся – гипс», так все и было, за исключением гипса.

Надо бы подняться и перебраться на кровать. Но темно настолько, что я плохо представляю свое положение в пространстве вообще. А уж где искать кровать, и подавно не догадываюсь. Откуда такая темень-то? Мне вдруг пришла в голову бредовая идея, что я умер. А почему, собственно, бредовая? Вдруг это так и есть? И я сейчас где-нибудь в чистилище. А если в аду? От этой мысли у меня по спине пробежал холодок.

Подавив нарастающую панику, я осторожно встал и, выставив перед собой руки, сделал несколько шагов вперед. Руки уперлись в преграду. На ощупь вроде что-то деревянное… Так, а это что? Петли! Точно – дверь! Я изо всех сил толкнул преграду, и она исчезла.

В глаза ударил яркий свет. Ослепленный, я отшатнулся. Пару минут спустя глаза немного привыкли, я осторожно осмотрелся. Передо мной уходил вдаль широкий коридор. Стены его были сложены из грубого камня.

Через каждые метров десять в них были вбиты железные подставки с чадящими факелами. В нос ударил аромат сырости, смешанный с чем-то зловонно неприятным.

Вашу маму… где это я? Фантазия немедленно подсунула несколько самых экзотичных вариантов ответа на мой вопрос. Я ехидно усмехнулся и еще раз внимательно осмотрелся. Наверняка сейчас все прояснится. Вдоль стен коридора располагались еще двери, наверное ведущие в точно такие же камеры, как моя. Честно говоря, никогда не понимал смысла фильмов ужасов, в которых главные герои обязательно хотят что-то открыть или куда-то залезть, причем прекрасно осознавая, что это опасно. Нормальный человек, на мой взгляд, даст деру из такого места, но, как говорится, в таком случае вообще не было бы подобных фильмов.

Тем не менее я не удержался и для очистки совести дернул одну дверь. Закрыто. Ладно, будем выбираться. И я зашагал по коридору. Кстати, а может, это просто сон? Я ущипнул себя и убедился в реальности происходящего. Что ж, но надо было проверить.

Коридор оказался на удивление сухим, да и в воздухе не чувствовалось затхлости, что свидетельствовало о наличии вентиляции.

Мое путешествие было недолгим, так как коридор вдруг начал сужаться и закончился каменной лестницей, ведущей наверх. Поднявшись по ней, я очутился в круглой комнате, нехитрую меблировку которой составляли лишь грубо сколоченные стол и два стула. Окон не было, зато присутствовала массивная, обитая железом дверь с солидным засовом. Замка на ней не обнаружилось. Когда я, отодвинув засов, распахнул дверь, на меня обрушилась такая гамма запахов, что у меня закружилась голова.

Я стоял на большой поляне, по колено в траве, среди которой росли незнакомые мне цветы невероятной красоты. Думаю, любой ботаник душу отдал бы, чтобы очутиться здесь. Над цветами порхали огромные бабочки, размером с мою ладонь, не меньше. Впрочем, насекомые не столь заинтересовали меня, как нечто другое. Поляну обступал самый странный лес, который я когда-либо видел в своей жизни, больше всего он напоминал джунгли… если такое сравнение вообще допустимо в данном случае.

В лесу росли одни дубы. Причем дубы поистине гигантских размеров. Самый мелкий в пять-шесть моих охватов. К тому же они росли настолько близко друг к другу, что создавали настоящую живую стену, через которую вообще, на мой взгляд, невозможно было пробраться. Однако, несмотря на густые кроны, смыкавшиеся и практически закрывавшие собой голубое небо, и чудом пробивавший сквозь редкие прорехи в листве солнечный свет, на поляне было светло.

Я оглянулся и увидел башню, похожую на башни средневековых крепостей где-нибудь в Европе. Именно из нее я и вышел. На башне развевался флаг с изображением какого-то животного, напомнившего мне единорога с крыльями.

Я сел поближе к каменной стене и задумчиво почесал подбородок. В голове все смешалось. Итак, что мы имеем? Вряд ли это ад, скорей уж рай. Но я не ощущал себя бестелесным, тем более что организм постоянно напоминал о себе. Например, мне вдруг захотелось есть.

Так, какие еще есть варианты? Параллельный мир? Что ж, прекрасно! Я стал героем одного из моих собратьев по перу, которые пишут о так называемых попаданцах. Все-таки изрядно я головой приложился, лезут же такие мысли в голову. Надо искать более прозаическое объяснение происходящему.

Прогрессирующая шизофрения? Очень, кстати, правдоподобный вариант. Но, кажется, шизофреники не способны понять, что они больны. Так что, похоже, тоже не мой случай. Увы, других предположений не имеется.

Ладно, подведем итоги. Я оказался черт знает где. Вокруг меня непроходимый лес. Погода, прямо скажем, летняя, так что в термобелье мне даже жарковато.

Выходит, что смерть от холода мне не грозит, максимум легкое смущение неприглядностью моего наряда. Термобелье вообще-то не парадно-выходная одежда. Хорошо еще никто меня в таком виде не видит. А вот смерть от голода – это вполне реально. Не знаю, как долго я провалялся без сознания, но желудок уже начинает бунтовать.

Надо бы начинать куда-то двигаться. В подземелье возвращаться совершенно не хотелось. Придется попробовать пробраться через лес. Будем надеяться, что хищников поблизости нет. Мне даже не хотелось думать, какая в подобном лесу может водиться живность.

Я старательно отмахнулся от вставшей перед глазами картинки моего растерзанного зверями тела и, поднявшись, смело двинулся куда глаза глядят. К моему изумлению, путешествие через лес оказалось легче, чем я думал. У меня сложилась впечатление, что деревья просто расступаются передо мной. По крайней мере, стоило мне приблизиться, как вдруг в казавшейся поначалу монолитной живой стене появлялись просветы, достаточные, чтобы через них пройти. Я немного оживился, но постепенно мой боевой настрой угас.

Подгоняемый голодом, шел я очень бодро, однако никаких изменений в окружающей обстановке не происходило. Все тот же лес. Лес кругом, лес без конца и края. Я решил попробовать поохотиться. Хорошо еще, что первейшие помощники человека – камни и палки имелись в лесу в достаточном количестве. Но пока я не встретил ни одного животного, если не считать порхающих бабочек и щебечущих птиц. Вдруг меня охватила фанатичная уверенность, что скоро я должен выйти к людям. И предчувствие меня не обмануло.

Минут через сорок передо мной раскинулась равнина, которую пересекала широкая дорога, посыпанная каменной крошкой. Дорога вела к замку на горе. Готического вида, с узкими окнами и тонкими высокими башнями, обнесенный высокой крепостной стеной, он не сказать чтобы был большим, но грозным выглядел несомненно.

Оставался открытым вопрос, идти к замку или нет. Я, конечно, чрезвычайно рассчитываю на шизофрению, но, боюсь, история с попаданцем становится все более правдоподобной. И в этом свете посещение замка не кажется хорошей идеей. Могут вполне стрелой засветить. Кто их знает? Но, с другой стороны, какой у меня выбор? В лесу, скажем, я вряд ли долго один протяну, вдобавок ночь уже не за горами, так что придется идти. Прикинусь бродягой каким-нибудь. Или буду разбираться по факту.

Я вздохнул и зашагал к замку.

У распахнутых ворот стояли двое воинов вполне человеческого вида. Уже хорошо. Суровые бородатые детины в кольчугах, ростом под два метра. Головы их украшали двурогие шлемы, в руках они держали длинные копья. Неужели это все реально, а? Видок у этих двоих грозный, и они меня уже заметили, так что отступать поздно. Я еще раз с сомнением осмотрел себя, прекрасно понимая, что мой внешний вид не делает мне чести, и направился к внимательно изучающим меня воинам.

– Смотри, – процедил один из стражников, – странный какой-то.

– Вижу, – отозвался второй. – Что это за наряд на нем? Наверное, из этих уродов, что в здешних развалинах живут. Грязные выродки. Вали отсюда, бродяга, пока головы не лишился.

– Но я не бродяга… – проблеял я. Странно, я прекрасно понял его речь, хотя он явно говорил не на русском языке.

– И кто ты? – рявкнул второй, и на меня нацелились копья.

– Я… в общем, сам не знаю, куда я попал, – выдал я и тут же осознал всю нелепость своей фразы.

Но, к моему изумлению, стражники вдруг многозначительно переглянулись.

– Как так – не знаешь? – прищурившись, переспросил первый.

Я задумался, стоит ли посвящать в подробности незнакомцев. Правда, большого выбора-то у меня не имеется. Вряд ли меня теперь отпустят без объяснений.

– Не уверен, конечно, но, боюсь, я в некотором роде прибыл из другого мира, – осторожно сообщил я и на всякий случай сжал кулаки.

Шансов против двоих амбалов у меня никаких, но хоть пару раз ударю. По счастью, драться не пришлось. Кажется, мое объяснение ребят очень обрадовало. Они почти синхронно расплылись в улыбках и предложили:

– Идемте за нами, господин. Милости просим.

Я, правда, не понял, когда успел стать господином, но от приглашения отказываться не стал. Один из стражников остался на посту, а со вторым мы прошли через ворота в крепость. Широкий двор перед замком представлял собой подобие плаца, вымощенного булыжником. По его периметру тянулись деревянные бараки, скорее всего хозяйственного назначения.

Замок вблизи оказался, на мой взгляд, не столь впечатляющим. Вполне обычной средневековой постройки, чем-то напомнившей мне французские замки. К тому же он выглядел старым и запущенным.

По его стенам бежали извилистые трещины, которые нанесло неумолимое время. Кирпичная кладка кое-где уже начала осыпаться, а черепица на крышах башен изрядно облупилась. В нос ударил резкий запах навоза. Похоже, вон то огромное приземистое деревянное здание справа от замка – конюшня.

Словно в подтверждение моей мысли, я услышал ржание лошадей. В общем, только этот звук да наши со стражником шаги нарушали царящую здесь тишину.

Мы вошли в двери, обитые слегка поржавевшими листами железа, и оказались в небольшом зале, ярко освещенном множеством факелов, горящих на стенах. Плиты каменного пола были натерты до зеркального блеска. К нам сразу шагнули от стен четыре охранника.

– Не велено…

– Знаю, – отмахнулся мой сопровождающий. – Сообщите, что надо отзывать поисковые отряды, нашлась потеря. – Он кивнул в мою сторону.

Охранники уставились на меня с нескрываемым интересом, но мой провожатый уже двинулся дальше. Я почувствовал себя неловко. Похоже, что меня тут в некотором роде ждали. Даже потеряли меня и искать собрались. Любопытно только, для чего я здесь. Пора бы это выяснить, но не на ходу же, в конце концов. Я поспешил вслед за охранником.

На этот раз мы вошли в одну из массивных деревянных дверей, которые тянулись вдоль стен зала, и, поднявшись по узкой витой лестнице, очутились на площадке перед богато украшенными позолотой двустворчатыми дверьми.

Двери охраняли еще двое воинов. Изящные доспехи, в которые они были закованы, отливали серебром. К моему удивлению, из оружия в их руках были только короткие жезлы, чьи венцы украшали прозрачные камни.

Судя по всему, они были предупреждены о моем появлении, а может, просто от природы были невозмутимы. Так или иначе, не спрашивая у нас ничего, охранники распахнули двери, и я оказался в богато обставленной комнате с весело потрескивающим камином. Камин здесь был весьма кстати, несмотря на уличную жару, в замке оказалось откровенно холодно.

Впрочем, я немедленно забыл обо всех своих мелких проблемах, стоило мне увидеть, кто ждет меня у камина. Я поймал себя на мысли, что чрезвычайно вовремя успел развестись. Пусть будет хоть параллельный мир, хоть геенна огненная, это абсолютно не важно, потому что эта женщина стоит напротив меня.

Глава 3

В жизни я видел разных женщин, но сейчас был поражен до глубины души. Женщина… нет, девушка – язык у меня не повернулся бы назвать эту даму женщиной – была невероятна. Хотя понятно, что ей не двадцать лет, но возраст в данном случае не играет никакой роли. До чего же она была обворожительна! Длинное платье обтягивало и настолько выгодно подчеркивало ее точеную фигурку, что она выглядела скорей раздетой, чем одетой. Пышные светлые волосы, волнами спадающие на единственную обнаженную часть тела – плечи, изящные черты лица, нежные пухлые губы, огромные голубые глаза… в общем, мечта мужчины.

С трудом оторвавшись от лицезрения божественной красоты незнакомки, я удостоил своим вниманием мужчину. Невысокий, коренастый, с чертами лица, словно высеченными из камня, и серо-стальными глазами. Да, лицо было некрасивым, даже отталкивающим, но во всем облике этого человека чувствовалась какая-то внутренняя сила. Похоже, что этот мужчина привык повелевать. Одет он был в какой-то замысловатый костюм, тоже неплохо смотревшийся на нем.

Парочка хоть куда, можно прямо сейчас с них картину писать. Красиво получится, жаль, я не художник.

Молчание длилось несколько минут, после чего женщина и мужчина одновременно опустились на колени и склонили головы. Сказать, что я был шокирован, значит не сказать ничего. Даже в первую секунду отшатнулся. Судя по виду этих людей, тут, наоборот, все перед ними должны на колени становиться. Тем более я выглядел как полуголое огородное пугало… Когда ко мне вернулся дар речи, я уже открыл рот, чтобы выразить свое возмущение по поводу странного приветствия, но первым заговорил мужчина, причем не вставая с колен. Голос его звучал торжественно:

– Добро пожаловать в Тонрат. Мы рады принимать вас в своем доме, Странник!

– Я тоже рад, – наконец вставил я свои пять копеек и растерянно улыбнулся. – Вы бы поднялись, что ли. Можно поговорить сидя в креслах?

После этих слов, слава богу, хозяева поднялись с колен. Я даже немного пожалел о такой поспешности. Стоя перед коленопреклоненной девушкой, я поймал очень удачный ракурс. Судя по всему, бюстгальтеров в этом мире не придумали, но для ее груди он был бы ненужным приложением… Я с трудом оторвал взгляд от девушки и опустился в предложенное кресло. Теперь мы трое расположились напротив камина.

– Приносим свои извинения, уважаемый Странник, – снова заговорил мужчина. – Позвольте представиться. Я граф Кетон, владелец этого замка, являющегося столицей моего небольшого графства. Леди Тария, моя верная помощница. Мы ждали вашего появления раньше и начали волноваться, когда вы не прибыли. Поэтому пришлось рассылать поисковые отряды… Как ваше имя, Повелитель?

Девушка улыбнулась мне, и я почувствовал, как мое сердце забилось быстрее.

Ого, повелитель, неплохо звучит… так, надо осторожнее. Сначала все-таки стоит понять, в каком статусе я нахожусь здесь… А то мало ли, может, у них повелителями рабов называют. Или, скажем, буду я тут повелитель половых тряпок. Правда, на колени-то они очень бодро попадали. Ладно, не буду льстить себе. Я самый обычный писатель, даже, можно сказать, заурядный… но, черт возьми, приятно…

– Андрей, – осторожно ответил я.

– Андрей… – повторил Кетон, словно пробуя на зуб мое имя. – Обед будет подан через час, извините, мы не успели подготовиться, так как не знали, когда вы появитесь. Сейчас у вас, естественно, очень много вопросов. Готов ответить на все, но сначала позвольте предвосхитить некоторые из них. Странники – люди из других миров, появляющееся в Тонрате раз в несколько веков. Любой Странник обладает магическим даром, который отличен от тех сил, что используем мы в нашем мире. Кстати, я понял, что вы удивлены, почему вы понимаете нас, а мы понимаем вас, хотя разговариваем на совершенно разных языках. Вы можете понимать любой язык нашего мира, а тот, с кем вы разговариваете, будет понимать вас, кто бы он ни был…

Круто. Эх, так бы в нашем мире языки изучать, – хмыкнул я про себя.

– А как вы определили, что я должен появиться? И именно здесь и в это время? – заинтересованно уточнил я.

– Это было предсказано, – ответила Тария. Голос ее звучал как волшебная музыка. Черт побери, я, похоже, втюрился по уши. – Если умеешь читать Книги Легенд и понимать язык предсказаний, то несложно рассчитать время и место возможного прибытия Странника.

Ответила так, что практически не ответила. Умно. Между прочим, последнее мое воспоминание о доме – ночные разговоры с Мявк и Ли. И я отчетливо помню, как этот Ли меня спрашивал о смерти. А потом… Голову даю на отсечение, что все это как-то связано. Что ж, разберемся позже. Сейчас надо по месту ориентироваться… Тем более мое возращение, судя по всему, вопрос спорный…

– И назад я вернуться не смогу?

Мои собеседники переглянулись.

– Увы, таких случаев в истории не было. Портал действует односторонне, – с искренним сочувствием ответил Кетон.

Странно, меня это известие не сильно расстроило. Все происходящее воспринималось как-то несерьезно…

– Что ж, тогда можно поподробнее, что вы мне хотите предложить? У вас, я так понимаю, есть на меня планы?

Я решил не церемониться. Мне не пятнадцать лет, понятно, что, в каком бы мире люди ни жили, за просто так никто никому ничего не сделает. Конечно, я допускаю, что есть фанатики и все такое, только вот не были похожи мои собеседники на фанатиков. Хотя кто его знает… чужая душа потемки.

– Что вы! – Тария нахмурилась, всем своим видом показывая, что обижена подобным предположением. Мне даже стало стыдно и сразу захотелось загладить свою вину. Какая женщина… Но она не дала мне заговорить. – Конечно, я вас понимаю… То, что вы прибыли в наш мир и мы поспособствовали этому и стали первыми, кто вас увидел, уже одно это для нас огромная честь.

Она посмотрела на меня и вновь улыбнулась. Я почувствовал себя полным дураком. С такой искренней улыбкой люди не могут лгать.

– Поймите, – добавил Кетон, – прибытие Странника – практически явление бога… а кто может богов использовать в своих планах? А вот насчет предложения, естественно, мы смиренно хотели предложить вам нашу помощь…

– Я весь внимание…

– К сожалению, Странники часто сами не могут справиться с появившимися у них магическими талантами, не имея опыта, – произнесла Тария, – и тут главное найти мага, который поможет им и покажет способы практического использования магической силы. Так как мы сами являемся магами, и, смею надеяться, не последними в Тонрате, мы рискнули бы предложить свои услуги вам, Повелитель.

«Повелитель»! В ее устах это слово звучало абсолютно естественно. Никакой игры… приятно, конечно, но несколько нервирует. С другой стороны, кто я такой, чтобы нарушать обычаи?

– Я с радостью приму вашу помощь. – Я постарался быть изящно деликатным. – А можно поподробнее, в чем она вообще заключается?

– Если позволите, – произнес Кетон, – вы сейчас не можете использовать ваши способности. Для того чтобы их активизировать, нужно посетить Храм Странников. В него может войти только Странник. Именно там вы сможете обрести силу. Мы поможем вам добраться до Храма и потом будем всегда готовы оказать любую помощь и дать совет. А они, поверьте мне, понадобятся. К тому же в этом замке вы не просто гость. Вы гость, желания которого закон для нас.

– Понятно, – коротко кивнул я. – И когда мы собираемся в Храм Странников? До него вообще долго добираться?

– За обедом я вам покажу карту Тонрата. Вообще, путь не близкий, но мы воспользуемся несколькими порталами, поэтому путешествие может занять месяц.

Я на секунду задумался. Вопросов у меня накопилось изрядно, но вряд ли прямо сейчас я смогу решить все свои проблемы. Увы, придется распутывать странную паутину загадок этого мира постепенно. Да и устал я от всей этой ерунды с иными мирами и загадочными Странниками.

– Что ж, я очень рад нашему знакомству. – Я встал и поклонился своим собеседникам, чем их, кажется, изрядно смутил, а Тария даже слегка покраснела и тоже вскочила с кресла.

– Рады вам служить, – также с поклоном ответил Кетон, и тут в зале появился слуга. – Конрад, – обратился к нему граф, – проводи нашего уважаемого гостя в его комнаты. Мы рискнули предложить вам одежду, подобающую вашему статусу. Надеюсь, она вам понравится. Конрад, проследи, чтобы нашему гостю помогли одеться…

– Да я сам… – попытался было я возразить, но, поймав взгляд Тарии, замолк и, поклонившись еще раз, покинул зал вместе со слугой.

– Ты уверен? – Тария повернулась к Кетону, когда гость покинул их. – Не похож он на Странника.

– А ты что думала, – усмехнулся Кетон, – он должен быть трехметровым гигантом и изрыгать огонь?

– Нет, конечно, но…

– Это он, Тария. Это Странник. Прими это. И помни, о чем мы с тобой говорили. Крепко помни…

– Помню, – кивнула девушка и задумчиво посмотрела на собеседника. – А он милый…

Кетон хмыкнул и поднялся с кресла.

– Не сомневаюсь в его талантах. Поверь, у него их будет много. Так что наша задача не ударить в грязь лицом. Я думаю, тебе надо подготовиться к обеду. – Кетон выразительно окинул взглядом девичью фигуру.

– Это точно, – задумчиво ответила девушка, теребя рукав платья, – я думаю, да…

– Вот и хорошо. А я пойду посмотрю, что там с обедом. Все надо проверять. И не забывай, Тария, нам повезло. Если ты помнишь, у кого мы Странника умыкнули. И это везение не будет вечным.

С этими словами он вышел. Девушка проводила его взглядом, и на ее лице появилась довольная улыбка.

Глава 4

– Ну, Диар, говори, что там с ней? – Алатея от волнения накрутила локон на указательный палец и крепко сжала кулак.

– Лекарь говорит, она чудом выжила. Он рекомендует не меньше суток полнейшего покоя. Даже разговоры любые запретил. Напоили ее отваром, и она спит, ваше высочество.

– Диар, не забывайся! Ты ошибаешься, если полагаешь, что в этих стенах некому запомнить твои слова. Запомнить и передать куда следует. И тогда твоя глупость обойдется мне очень дорого! – Алатея говорила тихо, но ее слова звучали точно раскаты грома.

– Простите, ваша светлость.

– Так лучше. Ладно, позови мне Ниду. Иди.

Когда дверь за слугой закрылась, Алатея зарычала, в порыве злости смахнула на пол документы и со всего размаха ударила кулаком по столу. Все ее планы рассыпались точно песочные замки. Именно теперь, когда ей так нужна была Кера, девчонка оказалась совершенно беспомощна. А ведь все шло так хорошо. Все шло почти что идеально, пока кто-то не вмешался в сложное плетение заклятий. И этот кто-то был опытен и умен… и обладал магическим талантом. И совершенно неизвестно, можно ли его теперь отыскать…

Дверь чуть слышно скрипнула, но этого было достаточно, и к вошедшей девушке повернулась совершенно спокойная Алатея. От прежней злости не осталось и следа. Красавица улыбнулась и приветливо протянула девушке руку.

– Нида, ты вовремя, мне нужна твоя помощь.

– Да, госпожа. – Девушка склонила голову.

Алатея подошла ближе и мягко взяла ее за подбородок.

– Нида, ты – моя ученица и будущий маг. Запомни, девочка, у магов не бывает господ. Все обстоит точно наоборот! Теперь слушай: прошлой ночью здесь, в библиотеке, был совершен… была применена магия. Вот на этом месте. Мне нужна помощь. След еще не истончился, и распутать будет легко. Но сеть очень сложная, и мне нужен якорь. Не волнуйся, я буду вешать на тебя только небольшие части. Всю сеть разбирать мне не нужно. Достаточно найти искажение. Это, конечно, работа Керы, но ты же слышала…

– Что с ней? – Голос у Ниды был тихий, чуть слышный.

– Ерунда. Сама же видишь, она что-то не так сделала. Теперь нам придется разбираться, пока она отдыхает. Ладно, встань туда. И держи только те «ветви силы», которые можешь. Не прикасайся к белым. Не хватало еще, чтобы и ты пострадала.

Девушка кивнула и встала напротив своей госпожи. Алатея прошептала активирующее заклинание и закрыла глаза. Повинуясь магии, воздух вокруг замерцал, и Алатея увидела, как вокруг нее появляются «ветви силы». Женщина едва заметно улыбнулась. В этот миг она была абсолютно спокойна и счастлива, магия была ее родной стихией. Они действительно напоминали ветви, эти хаотически переплетенные тонкие лучи ослепительно-белого света. Алатея прищурилась, рассматривая причудливые узоры. Часть из них уже побледнела за прошедшее с ночи время, но это не страшно…

Она осторожно направила слабый поток силы и быстро нашла узел, который появился после ночного вмешательства. Вздохнула и погрузилась в работу. Распутывание узла было монотонным и однообразным занятием, но при этом требовалось внимание и аккуратность. Наконец узел развязался, и она заметила на распутанных «ветвях» черные пятна, оставшиеся от чужого заклинания.

Потянувшись к ним, она быстро пробежалась силой… След был, и очень отчетливый. Кто бы ни был помешавший ей маг – а это точно был мужчина (магия, которую творят мужчины, отличается от творимой женщинами, как лед и пламя), скоро ей будет известно, где его найти. Алатея прекрасно знала, как разыскивать неведомое или невидимое.

Когда-то давно это умение помогло ей получить невероятное сокровище. Алатея обнаружила тайное знание. Жаль только, что даже обладание таким чудесным даром пока так и не помогло ей осуществить ее мечту. Впрочем, Алатея была готова ждать. И прикладывать любые усилия на пути к своей цели. Она была уверена в своих силах.

Алатея намеревалась отыскать подлеца, вмешавшегося в ее планы, и вернуть свою потерю. А заодно и наказать мага-нахала. Однако такой, казалось бы, отчетливый след с легкостью ускользал от любого поискового заклинания. Алатея безрезультатно укладывала одну «ветвь» за другой, стараясь узнать почерк неведомого врага… все попытки оказались бесполезными. Нужна Кера с ее запасом силы.

Когда она наконец открыла глаза, за окнами уже была ночь. Она облегченно вздохнула, отпуская магическую силу, и, бросив взгляд на свою помощницу, тихо зарычала. Нида застыла как статуя. Ее лицо стало бледным, без единой кровинки, глаза закрыты. Создавалось впечатление, что девушка не дышит…

– Нида! Я сказала держать что можешь! – Несмотря на искреннюю, казалось бы, заботу, в голосе наставницы послышались нотки недовольства и даже раздражения.

Проведя рукой над головой Ниды, словно смахивая невидимые пылинки, Алатея подхватила пошатнувшуюся девушку и усадила в кресло. Тяжело вздохнула и положила ладони на ее голову. Что-то негромко пробурчала себе под нос. Спустя несколько мгновений Нида задышала ровнее… веки ее затрепетали, и она очнулась… попыталась что-то сказать, но Алатея закрыла ей рот рукой и зашипела:

– Ты забыла все мои уроки? Ты что делаешь? Ты…

Но нравоучения бедняжке Ниде выслушивать не пришлось. Раздался робкий стук в дверь.

– Войдите! – раздраженно крикнула Алатея.

В библиотеку вошел слуга и, церемонно поклонившись, сообщил:

– Ваша светлость, приглашение в королевский дворец… – Увидев полулежащую в кресле Ниду, он замялся и начал пятиться к двери. – Я тогда позже… извините…

– Стой! – прорычала Алатея, и слуга замер как вкопанный.

Ее лицо мгновенно потемнело, теперь вполне можно было определить ее истинный возраст. Магия может многое, но не все… Между бровей пролегла глубокая морщина. В два шага она оказалась перед слугой и буквально вырвала у него из рук приглашение.

– Диар! Впредь я стану наказывать тебя за подобную небрежность! – строго сказала она, едва пробежав глазами по строчкам. – Тебе бы следовало сообщить, что это самое обычное приглашение на ежегодный бал, рассылаемое абсолютно всем аристократам. Даже обнищавшим баронам. Уж эти-то как раз и съедутся со всего королевства и своих убогих бесприданниц навезут. Меня это не касается. Будь добр, не трать мое время на подобные глупости. Запомни, внимание стоит обращать только на личное королевское приглашение! Вот если придет такое – тогда сообщи. В противном случае не беспокой меня. Это понятно?

Диар молча склонился перед своей госпожой. Алатея недовольно махнула рукой, отправляя прочь и слугу, и свою ученицу, уже пришедшую в чувство и виновато смотревшую на нее. Оставшись одна, она закрыла лицо руками и замерла на несколько мгновений.

Это дурацкое приглашение чуть не вывело ее из равновесия. На краткий миг показалось, что во дворце короля вспомнили об опальной герцогине. И приняли какое-то решение. Сейчас Алатея не могла себе позволить ввязаться в противостояние с королем. Пока у нее были куда более серьезные дела. И от этого зависела сама ее жизнь.

Увы, все, что было сделано ранее, – сделано впустую. Все, что сейчас оставалось, – ожидание. Она вынуждена была ждать, пока Кера придет в себя. Без нее найти причину искажения в сложном ритуале не представлялось возможным. Алатея не отличалась терпеливостью, но никогда не позволяла себе утратить связь с реальностью. К тому же ее цель оправдывала любые затраты, будь то силы, или время, или деньги.

Алатея сняла с шеи тонкую серебряную цепочку, на которой висел небольшой ключ. Открыв ключом ящик тяжелого дубового стола, стоящего у стены, Алатея извлекла на свет огромную книгу и, сев в кресло, углубилась в чтение.

Старинный фолиант, лежащий на коленях красавицы, был запрещен во всех известных королевствах. А возможно, и в империи. Разумеется, хранение этой книги каралось немедленной смертью. Впрочем, Алатея не была легкомысленна.

Она прекрасно понимала, что ее статус не позволит ей остаться без внимания где угодно. Даже в своем замке. В каждом его уголке, скорее всего, имелись глаза и уши, старательно изучающие каждый ее шаг. И, конечно, докладывающие обо всем куда следует. До поры до времени приходилось с этим мириться.

Глава 5

Немного поплутав по узким коридорам замка и поднявшись по нескольким лестницам, мы наконец очутились в отведенных мне апартаментах. Надо сказать, я был впечатлен их размерами. Миновав щедро позолоченные двери, я очутился в небольшом зале (думаю, метров сто квадратных) с высокими сводчатыми потолками и натертым до зеркального блеска полом. На гладко выбеленных стенах висели картины, в основном портреты каких-то суровых мужиков и не менее суровых, пышно разодетых женщин.

Все это великолепие освещалось факелами, которыми были утыканы все стены. В углу урчал уже привычный моему взору камин, перед ним стояло несколько мягких кресел. Чуть подальше – приземистый длинный стол, на котором я увидел графин с жидкостью рубинового цвета, несколько высоких бокалов из зеленого стекла и большую вазу, наполненную фруктами странного вида, отдаленно напоминающими яблоки.

Слуга провел меня в конец зала, где открыл еще одни створчатые двери. Моему взору предстала спальня. В ней не было камина, но в отличие от остальных комнат замка здесь было тепло. Кровать под пышным балдахином напомнила мне музейный экспонат из Екатерининского дворца. Рядом с кроватью стояло несколько табуреток, обитых бархатом. Но более всего меня поразила вполне современного вида ванна – только вот крана не было.

Слуга правильно понял направление моего взгляда и, деликатно кашлянув, произнес:

– Господин хочет принять ванну? Я тотчас пришлю прислугу…

Хм, надо же, и название как у нас… как его там зовут…

– Конрад… а принятие ванны происходит только с прислугой?

– А как же иначе? – В глазах у слуги появилось искреннее удивление. – Надо ж принести воды, обмыть господина, обтереть, масла, бальзамы… – перечислял он, загибая пальцы, и как-то странно посмотрел на меня.

– Стоп, – прервал я объяснения Конрада, изрядно смутившись, – все ясно… – Решив для себя, что коли входить в роль, так надо принимать все правила игры. – В общем, хочу принять ванну, – заявил я и деловито кивнул.

– Хорошо, господин, – поклонился слуга, – тотчас пришлю все необходимое. Лорд Кетон распорядился предоставить вам лучшие наряды из фамильного гардероба.

– Вот и хорошо, – хмыкнул я.

Наконец-то переоденусь. А то, похоже, мой прикид изрядно смущал местных жителей. Как, впрочем, и меня самого. Перед красавицей Тарией вообще стыдно так щеголять.

– Тогда, с вашего разрешения, я удаляюсь…

Конрад ушел, а я отправился к столу и, взяв графин, понюхал его содержимое. Цветочный запах, и, надо сказать, очень приятный. Я налил себе полный бокал, пригубил и сразу сделал большой глоток. Напиток был бесподобен и напоминал вино. Я удобно устроился в кресле и, вытянув ноги, закрыл глаза.

Итак, что мы имеем. Как нелепо это ни звучало бы, надо смириться с фактом. Я попал в средневековый мир, в котором направо и налево используют магию… Классика жанра просто-таки. Эх, надо было мне книжки-то фэнтезийные внимательнее читать. Там про такие истории сплошь и рядом пишут. Хорошо еще, мой статус тут необычайно высок, а то пришлось бы мне местным господам сапоги чистить. Но все равно от тюрьмы и от сумы лучше не зарекаться.

Кто его знает, в чем подвох. Конечно, хотелось бы верить, что я тут этакий божок, а окружающие меня люди – верные мои последователи… К счастью, мама меня учила с незнакомыми детьми не играть, с чужими дядями не говорить и трезво оценивать ситуацию. Неизвестно еще, что будет дальше!

Поход в какой-то храм, где у меня должны пробудиться какие-то суперспособности, честно говоря, вообще вызывает недобрые предчувствия. Ну а есть ли у меня выбор? Сейчас моя главная задача – побольше узнать о мире, в который я попал, а там уж…

Деликатное покашливание прервало мой мыслительный процесс, я открыл глаза и оторопел. Передо мной стоял Конрад, а за его спиной, скромно потупив глаза, – три девушки… будь я проклят, если каждая из них не дала бы сто очков вперед нашим телекрасавицам. Две блондиночки, одна брюнетка. Лет эдак по двадцать, фигурки – сногсшибательные, даже учитывая длинные, мешковатые сарафаны. А уж что там под одеждой… ой… лучше не думать.

– Извините, господин, – поклонился слуга, – если мы вам мешаем, то мы можем прийти позже…

– Нет-нет, – поспешно произнес я, решив, что пора вживаться в этот мир прямо сейчас. С такими обычаями процесс обещал быть приятным…

– Тогда я вас оставлю… – И Конрад оставил меня наедине с тремя девушками.

Едва он покинул комнату, на меня уставились три пары глаз и… в общем, все сделали за меня. Я был препровожден в ванную, где и подвергся процедуре мытья. К сожалению, все прошло достаточно прилично, хотя девушки всем своим видом давали понять, что если мне захочется… но я уже и так устал.

Обрушившиеся на меня сегодня новости не способствовали подвигам на сексуальном фронте. К тому же мне предстояло, как говорили в известном фильме, «продолжение банкета». Тем не менее я постарался дать понять моим прекрасным банщицам, что не откажусь и завтра принять ванну, желательно вечером. По-моему, они обрадовались. А может, это я себе льщу.

В общем, через двадцать минут я был вымыт, мне сделали массаж и растерли. Я словно заново родился. Красавицы явно знали в этом толк. Потом на божий свет появилась одежда, в которую меня облачили. Что было весьма кстати, потому что я понял, что без посторонней помощи подобные наряды надеть невозможно.

Особенно яркий эффект имели белые подштанники, на которые я наотрез отказался поменять свои привычные боксеры. И даже попросил девчонок узнать, не сошьют ли мне пару новых по образу и подобию. Черненькая кивнула, и я милостиво согласился одеваться дальше.

Завершив свое дело, девушки покинули меня, а я остался любоваться своим отражением. А что, вышло ничего себе так. Из зеркала смотрел представительный мужчина в замысловатом камзоле из черной ткани, богато украшенном позолоченной вышивкой. Бархатные штаны, на ногах высокие сапоги, еще бы шляпу с плюмажем, и можно было бы считать себя первейшим модником во Франции этак семнадцатого века. Правда, моя прическа несколько портила общий вид. Может, волосы отращивать начать? А так хоть сейчас в костюмную драму какую-нибудь. От самолюбования меня отвлек все тот же слуга.

– Господин, – объявил он, – вас ждут в обеденном зале…

Я последовал за Конрадом, и вновь мы петляли по лестницам замка. Честно говоря, с первого взгляда он не казался большим, но сейчас я уже начал думать, что ошибся… Наконец мы очутились в обеденном зале, и я потерял дар речи. Ни дать ни взять бальный зал. В пол можно смотреться как в зеркало, стены задрапированы бархатом каких-то замысловатых цветов и оттенков. Посередине зала – вытянутый длинный стол, заставленный всевозможными блюдами. Большая часть блюд была мне совершенно незнакома, но выглядела аппетитно. Понятно, что голодом, как и скромностью, местные правители не страдают.

За столом легко можно было рассадить человек пятьдесят, но сидело всего пятеро! Двоих я уже знал – Кетон и Тария. Помимо них за столом присутствовала еще одна девушка и двое мужчин. Не успел я как следует рассмотреть новые лица, как Кетон увидел меня и подскочил, словно на раскаленной сковородке.

– Повелитель!

Следом за ним вся честная компания резво поднялась и принялась пожирать меня восхищенными глазами.

– Позвольте, уважаемый Андрей, представить вам Эллину, командира нашего отряда наемников-эльфов…

Я внимательно посмотрел на девушку. Чем-то она действительно походила на эльфов, которых я представлял по фильмам и книгам. Заостренные уши, смуглое узкое лицо, длинные черные волосы, заплетенные в какую-то сложную косу, и огромные зеленые глаза. Гибкую фигуру обтягивал зеленый комбинезон. А стройные ноги начинались, как говорится, прямо от заостренных ушей. Девушка была ростом метра под два.

Выглядела она эффектно, но я как-то не впечатлился. Что-то было в ее облике чуждое, непонятное…

– Также позвольте представить Айвона и Редда.

Мужчины кивнули мне. Почти синхронно.

Я рефлекторно кивнул в ответ и оценивающе посмотрел на новых знакомых. Крепкие, накачанные ребята с военной выправкой.

– Это наши офицеры. На их плечах охрана замка. Все мы благодарим провидение за великую честь принимать Странника в наших стенах.

– Спасибо, – вымученно улыбнулся я. Если меня каждый раз будут так картинно восхвалять, я, пожалуй, начну зазнаваться.

Меня усадили во главе, остальные расселись по обе стороны стола. Тария оказалась по одну сторону со мной, Кетон соответственно – напротив. Я не очень прилично уставился на девушку. Ну а что поделать, если она так оделась, что… Платье было точно в тон ее обворожительных глаз. Сидит идеально и подчеркивает… все. Декольте могло бы быть и глубже, конечно, но я сидел рядом и все, что нужно, мне было видно. Рукава с разрезами до локтя, и видны тонкие руки. На запястьях массивные браслеты. Воображение живо нарисовало картинку, как я сжимаю эти нежные запястья. Оказывается, не так уж я и устал сегодня. Стараясь отвлечься от откровенно эротических фантазий, я перевел взгляд на блестящую заколку в волосах Тарии.

Тем временем в зале появился десяток слуг, и началась, как выражался один мой друг, движуха. С местными алкогольными напитками, за исключением того самого вина, я не успел ознакомиться и решил довериться выбору Тарии, о чем ей доверительно и сообщил, заработав тем самым многообещающую улыбку, от которой меня в жар бросило. Да что ж такое? Вроде и не шестнадцать лет уже, а слюни пускаю, как бультерьер.

Я сосредоточенно принялся рассматривать угощение. Поросенок в стоявшем напротив меня блюде оказался фарширован чем-то белым и очень пикантным на вкус. Хорошо хоть на столе лежали вилки и ножи вполне привычного для меня вида. Я успел проглотить лишь пару кусков, когда Кетон поднялся с бокалом вина в руке.

– Позвольте выпить за того, кто осчастливил своим появлением этот замок. За Странника!

Все встали и дружно повторили тост. Мне тоже пришлось встать. Вино, которое мне рекомендовала Тария, было превосходным. И оно скоро сделало свое дело. Хмель ударил в голову, и лишь благодаря опыту веселых дружеских застолий, оставшихся, увы, в далекой Москве, я держался. Мои же собутыльники оказались не в пример слабее. За исключением Тарии, которая вообще мало пила. К тому же она, извинившись, оставила нас на некоторое время, и ее место тотчас заняла эльфийка.

– Я очень рада, что вы почтили нас своим присутствием! – заявила она. – У моего народа есть предания… свои предания о Странниках. И я обязательно их вам расскажу…

– Горю желанием послушать, – кивнул я, вдыхая цветочный запах, исходящий от девушки.

Ее рука вдруг оказалась на моем колене, и меня неожиданно бросило в жар. Я огляделся. Кетон о чем-то разговаривал с воинами, и никто, похоже, на нас с Эллиной не обращал внимания.

– Мы, эльфы, не привыкли ограничивать себя ханжескими порядками и запретами людей, – мурлыкнула она, а ее пальчики переместились выше. – Повелитель, я могу доставить вам неземное удовольствие…

Я нервно сглотнул и осушил кубок, который тут же наполнил выросший точно из-под земли слуга. Видя мое смущение, эльфийка рассмеялась, и я вдруг заметил у нее рту пару приличных клыков. Игривое настроение сразу исчезло. Вампиров-эльфов тут еще не хватало.

К счастью, Кетон наконец обратил на нас внимание и что-то тихо пробурчал себе под нос, после чего Эллина отшатнулась от меня и, побледнев, переместилась поближе к Айвону и Редду, которые наперебой стали ухаживать за ней. Я облегченно вздохнул, и тут ко мне подсел Кетон.

– Эллина хорошая девочка, – негромко сообщил он, – просто ее народу несвойственны скромность и стеснительность. Зато они отличные воины и стрелки. Да и женщины у них… – Он заговорщицки подмигнул мне. – Но если она вас раздражает…

– Это не всегда плохо, отсутствие скромности, – ляпнул я, – и она меня нисколько не раздражает. Вот только клыки…

– Ясно, – улыбнулся Кетон, – поверьте, к этому быстро привыкаешь. А вот и Тария.

Появление моей «богини» сразу настроило меня на романтический лад… я почти внаглую стал приставать к девушке, и, клянусь, ей это нравилось. Я не заметил, как исчезли Айвон, Редд и Эллина, затем испарился и Кетон. Мы с Тарией остались наедине.

Глава 6

– Как вам понравились ваши комнаты? – спросила Тария с лукавой улыбкой.

Моя рука обнимала ее за плечи, и девушка, судя по всему, нисколько не возражала против этого. Мы были вдвоем в обеденном зале, и мне было хорошо. Я словно позабыл, что только сегодня попал из своего мира в фантасмагорический мир магии. Сейчас жизнь казалась прекрасной, а девушка, сидящая рядом, – обворожительной.

– Все замечательно, – сказал я, – особенно ванна…

– Понятно, – рассмеялась Тария, и ее смех звонко раскатился по залу. – Три служанки?

– Три, – подтвердил я, не понимая причины смеха, но тем не менее отчего-то чувствуя смущение.

– Вы, наверное, не привыкли к такому. Андрей… могу я так вас называть?

– Можете, – нахмурился я, – я же уже говорил.

– Расскажите мне о своем мире… мире Странников. Мы ничего не знаем о нем, а в книгах об этом практически ничего не написано.

– В нем нет ничего особенного. Магии, как у вас, у нас нет.

– Нет магии? – Тария смотрела на меня глазами полными удивления. – Неужели это возможно?

– Конечно, возможно, – пожал я плечами, сделал глоток вина и почувствовал, что, пожалуй, хватит. Хватит на сегодня спиртных напитков. – В нашем мире нет магии, но есть множество машин, которые заменяют ее.

– Машин? А что это?

– Мм… ну механизмы. Такие сложные механизмы, которые помогают людям. С их помощью можно сделать многое. Например, можно быстро летать или ездить.

– И, наверное, воевать?

– Конечно, воевать. Оружие у нас не мечи какие-нибудь… – В моей голове прозвенел тревожный звоночек. Не понравилось мне выражение в глазах Тарии, когда я упомянул про оружие, хотя, может, спьяну вообразил себе.

– Можете рассказать об этом? – Ее глаза гипнотизировали меня, и я выложил все, что смог вспомнить об оружии, даже, по-моему, привел примеры битв.

– О, это так увлекательно! Андрей, а какие у вас женщины?

По моему опыту, эту тему лучше не затрагивать. Из данной ситуации самый лучший выход один! Я тихо вздохнул.

– Тария, вы самая прекрасная женщина из всех, что мне встречались! – совершенно искренне сообщил я.

Она чуть наклонила голову и прищурилась, глядя на меня. А потом вдруг весело и задорно рассмеялась. Ее смех тысячей колокольчиков зазвучал в пустом зале. Я уставился на нее, полный щенячьего восторга.

– Вы удивительный человек, Андрей, – улыбаясь, сказала она. – Хотите, я расскажу вам историю?

Она стала рассказывать о какой-то девушке, влюбившейся в прекрасного юношу. Я не слушал, вместо этого раз за разом заставлял себя не заглядывать в вырез ее платья. Однако запретный плод был чрезвычайно сладок. Я чувствовал себя словно тумане, нет, скорее я задремал… Очнулся я внезапно и увидел перед собой Тарию, которая с восхищением смотрела на меня. Оглядевшись, я понял, что по-прежнему нахожусь в обеденном зале. М-да, пора спать. А то еще грохнусь прямо здесь.

Не хочется терять лицо, тем более перед такой женщиной, да и статус мой вроде бы не позволяет.

– По-моему, вам пора отдохнуть, – произнесла Тария, как мне показалось, оценивающе оглядев меня. – Вы же, должно быть, смертельно устали?

Я кивнул в знак согласия.

– Тогда позвольте вас проводить.

– Почту за честь, – ляпнул я, и мои слова явно оказались девушке приятны. Надо местным этикетом озадачиться. Только не прямо сейчас.

Мы выбрались из-за стола, и я под руку с Тарией отправился в путешествие по замку. В том состоянии, в котором я находился, я бы наверняка заблудился в бесчисленных коридорах замка и скорее всего скоротал ночку где-нибудь в уголке.

В какой-то момент я вдруг осознал, что моя рука весьма удобно расположилась на талии моей спутницы. Тария ничуть не возражала. Сознание не вполне мне подчинялось, и я, почувствовав себя хозяином положения, передвинул руку ниже. А потом, совсем обнаглев, погладил приятную округлость. Тария нежно улыбнулась и что-то прошептала мне на ухо.

Кажется, ее слова имели сексуальный подтекст. Во всяком случае, мое тело отреагировало именно в таком ключе. Я притянул девушку к себе. Она чуть пошатнулась и прильнула ко мне всем телом.

Однако выпитое давало о себе знать, и я почти тут же отпустил спутницу, почувствовав легкий приступ тошноты. Тария подхватила меня под руку и опять что-то сказала. Я не понял ни словечка. Потихоньку мы дошли до моих покоев.

Я не сразу сообразил, где нахожусь, и рассеянно крутил головой по сторонам. Но когда понял, потащил Тарию в спальню. Почему-то в этот момент мне казалось, что она непременно должна остаться ночью со мной.

– Я сейчас приду, – сказала она, мягко высвобождая свою руку из моей ладони. Чтобы быть услышанной, ей пришлось наклониться ко мне и почти что коснуться губами моих губ. Я вздрогнул. – Я быстро…

И, бросив мне многообещающий взгляд, она выскользнула за дверь.

– Быстро… – зачем-то повторил я.

Надо же было так набраться. С уходом Тарии я немедленно забыл обо всех эротических фантазиях и увлекся более насущными проблемами. Голова шла кругом, и меня мутило. Мне срочно требовалось прилечь. Я, пошатываясь, направился к кровати. Едва моя голова коснулось подушки, я провалился в глубокий сон.

Глава 7

Лес раскинулся у южной границы королевства. Теплый ветер гуляет в ветвях деревьев, солнечные лучи пронзают зеленые кроны и причудливо рассыпаются у земли на мягком покрывале прошлогодней листвы. Здесь царит спокойствие. Величественная тишина этого места не нарушается ни рыком хищника, ни писком грызуна, ни звонкими трелями птиц. Звери и птицы здесь не живут. Да и люди стараются обходить стороной это место.

О нем сложено немало песен и легенд. О нем стараются не говорить. А если и говорят, то всегда приглушенно, вполголоса, с неизменным восторгом и страхом. Его страшатся, его превозносят и о нем тоскуют. О нем мечтают, тянутся к нему мыслями, но никто не желает приблизиться.

Аэден Тэррас – Колыбель. Когда-то давно, когда здешние тысячелетние деревья были молодыми, когда жизнь еще не ушла из этих мест, в самом сердце этого леса появился Старший народ. Здесь начался их путь. Эльфы были мудры, прекрасны и горды. Много веков их сила и знания преумножались и росли в гармонии с лесом. Лес любил своих детей, а дети отвечали ему преданностью и уважением. Так было.

Но неумолимое время утекало точно песок, струящийся меж пальцев, а с ним утекало и прошлое. Всякий народ по сути тот же младенец: рано или поздно карапуз станет ребенком, ребенок – подростком, подросток – повзрослеет. Прошли века, и Старшему народу стала тесна Колыбель. Сперва на поиски иных мест потянулись самые непоседливые – молодежь. Дух перемен звал их в дорогу, будоражил кровь и туманил разум.

И вот все больше и больше молодых эльфов уходило прочь из родного дома.

Однажды их и вовсе не осталось. И тогда прочь ушли те, кто жаждал вернуть своих детей обратно. Первыми заволновались матери, чьи сердца бились в тревоге и тоске. А после, потеряв терпение, в путь засобирались и отцы. С уходом родителей лес точно опустел. В городе остались лишь старейшины. Они были мудры и бесконечно стары.

Лес погрузился в печаль. Он ждал возвращения ушедших и оберегал своих последних оставшихся детей как мог. Те, кто остался, получили великую силу. Всю силу леса. Но в один из дней и они ушли, чтобы не вернуться.

Прошли века, и Старший народ вспомнил о родном крове. Юные эльфы, родившиеся в иных землях, стремились увидеть свой истинный дом. Их родители с нежностью вспоминали оставленные места. Эльфы шли, полные новых грез и чудесных мечтаний. Они несли с собой свежие знания и силы. Они возвращались.

Лес не простил своим детям предательства. Время навсегда замерло в этих местах. И ни один эльф никогда уже не сможет вновь ступить под сень прекрасных деревьев, чтобы вернуться в свой город – Эрис-Аэль – Дом. Старший народ навсегда лишился дома.

На руинах Эрис-Аэля, старательно разрушаемых лесом, уже много веков царила холодная тишина. Она разливалась над стенами и крышами бывшего города и окутывала их вязким покрывалом. Все казалось столь безжизненным и мертвым, что никто не смог бы поверить, будто здесь когда-то жили самые прекрасные существа этого мира.

Но иногда ночами в черном провале, оставшемся после обрушения центральной башни дома старейшин, казалось, мелькал едва заметный огонек. Холодный воздух пах плесенью и землей. В подземелье стояла непроглядная темнота. Огромный зал, расположенный под развалинами некогда самого прекрасного дворца на свете, был окутан ею. Единственный освещенный участок находился у одной из стен, где над человеком, закутанным в длинный плащ, висел слабо светящийся голубой шар. Человек молча смотрел в темноту. Он был красив, но красота его была совсем иной, чем красота бывших обитателей здешних мест.

Лицо его было сурово и напряженно, темно-синие, почти черные, глаза, казалось, впитывали окружающую темноту. Левую скулу пересекал свежий порез. Мужчина был небрит, его длинные темные волосы сбились колтунами. Одежда тоже не отличалась свежестью. У стены рядом с ним стоял меч. В руках мужчина мял небольшую тряпицу с каким-то замысловатым вензелем, вышитым на ней.

Было заметно, что он нервничает. Однако в его взгляде не было страха, скорее нетерпение и ожидание. Он что-то прошептал себе под нос и резко вытянул перед собой ладонь с лежавшей на ней тряпицей. Она вспыхнула багровым пламенем, и мужчину окутала сфера, переливающаяся всеми цветами радуги.

Шепот его постепенно становился все громче и под конец перешел в крик, который оборвался на высокой ноте… В следующий миг перед мужчиной появилось колеблющееся окно портала. Он тяжело вздохнул и, вытерев пот со лба, шагнул в призрачный овал.

Вышел он из него в небольшой комнате без окон. Единственная дверь в ней была наглухо крест-накрест заколочена досками. У противоположной стены стояла невысокая фигура. В комнате было светло от горевших на стенах факелов, но возле неясной фигуры, казалось, сгущалась темнота. По бесформенным одеждам, в которые она была укутана, невозможно было догадаться, кто это – мужчина или женщина. И шелестящий голос, раздавшийся в комнате, также не давал ответа на этот вопрос.

– Ты задержался.

– Великий, но я добирался из… – Голос у мужчины был глубокий, густой, говорил он с едва уловимым акцентом, чуть растягивая звуки.

– Знаю, что добирался. – Фигура повернулась к мужчине. – Я не сержусь на тебя. Нам предстоит серьезное дело. Все, за что мы боролись, все, чего мы ждали, наконец появилось в нашем мире. Свершилось. Пришел Странник.

– Вы уверены? – вырвалось у его гостя.

– Если бы я не знал тебя столько лет, – раздраженно проговорила фигура, – ты бы уже раскаялся в своих словах.

– Но если это так, то мы должны его найти… мы…

– Да, мы должны его найти. Сейчас нам неизвестно его местонахождение, но братья занимаются этим. Сдается мне, тут не обошлось без вмешательства магов. Эти стервятники готовы на что угодно, чтобы получить в свои руки такую силу. Ты знаешь, ведь еще рано.

– Я тотчас займусь поисками…

– Завтра мы сообщим тебе где, – повелительно прошептала фигура. – Мы должны подготовиться. Нам нельзя проиграть этот бой. Поэтому ты не сделаешь ни шагу без моего приказания. Ты понял?

– Да, Великий. – Человек согнулся в глубоком поклоне.

– Марсен! – Голос вдруг смягчился, и в нем послышались нотки заботливой нежности. – Найди Странника. Найди и убеди. Не позволь этим… не позволь никому использовать Странника. Убеди его. Расскажи ему, Марсен! Он должен знать все. Пусть Странник услышит правду. И да помогут нам небеса! Теперь уходи.

Комнату озарила ярчайшая вспышка, и в последний миг мужчина увидел освещенное лицо собеседника. Однако его тут же перенесло обратно – в эльфийские руины. Какое-то время он, ослепленный, привыкал к гнетущей темноте подземелья. Потом осторожно сел, прислонившись спиной к холодной стене. Он думал о своем собеседнике – Великом Знающем. Сегодня был невероятный день – Великий позволил увидеть свое лицо. Мужчина не тешил себя нелепыми иллюзиями и ни на миг не усомнился в том, что способен видеть лишь то, что ему желают показать.

Несомненно, вспышка света и лик Великого – это новый урок. Пока непонятный, но, бесспорно, важный. Он привык запоминать уроки, преподносимые ему, и делать выводы.

Посидев еще немного, мужчина медленно поднялся и направился в темноту. Ему предстояла долгая дорога, к которой следовало хорошенько подготовиться.

Кера прикрыла глаза. Ее распирало от злости на саму себя. Будь это только указанием лекаря, она ни на миг не осталась бы в постели. Но у нее был строгий приказ госпожи. Ослушаться Кера не могла и теперь вынуждена валяться, точно немощная старуха, на мягкой перине. Госпожа запретила даже пальцем шевелить. А ведь Кера прекрасно понимала, чего стоит повелительнице такая забота о ее жалкой жизни.

Теперь, когда чужая сила вмешалась в планы госпожи, Кера как никогда ранее должна была позаботиться о безопасности своей покровительницы, быть ей опорой и щитом. И вот в столь опасное время Кера позволила себе дать слабину. Позволила неизвестному магу все испортить. Она прекрасно сознавала свою ошибку, и горький стыд жег душу.

Отец не одобрял такой всепоглощающей преданности. Он вообще был недоволен той службой, которую выбрала его дочь. Однако с ее решением спорить не стал. Кера всегда ценила в нем это: отец никогда не давил на нее. Иногда, в редкие моменты одиночества или в приступе тоски, она думала, мог ли ее настоящий отец стать ей таким же наставником. Его лица она совершенно не помнила. Да и мать вспоминалась довольно смутно. Кажется, отец был самым обычным фермером, а мать, вероятно, происходила из знатного, но обедневшего рода.

Но подобные приступы случались редко. Приемный отец приучил ее жить настоящим днем. И думать о будущем. Только так. Это участь наемника. Или наемницы, как в случае с Керой. Много лет назад шестилетней девчонке, чудом избежавшей смерти в зараженной страшной болезнью деревне, повезло встретить на дороге отряд наемников. И вдвойне повезло, что командир отряда решил назвать ее дочерью.

Много позже Кера узнала, что где-то далеко у ее приемного отца есть настоящая, родная дочь. Его плоть и кровь. Увы, семейные узы между отцом и дочерью оказались слабы. И сколько бы ни старалась Кера стать достойной дочерью, она всегда чувствовала в отце эту горечь разлуки. Он никогда не забывал о своем родном ребенке. Как бы то ни было, Кера обещала себе, что отец сможет гордиться ею. Даже теперь, когда его не стало.

Воспоминания прервал негромкий стук в дверь. На пороге появилась Нида. Кера чуть заметно кивнула. Нида ей не нравилась, но госпожа назвала девушку своей ученицей, и этого было достаточно. Кера никогда не позволяла себе быть с ней неучтивой, старалась не замечать ее слабостей и ошибок. Впрочем, иногда это давалось с трудом: ученица была глуповата, чрезмерно застенчива и боялась даже собственной тени.

Но главное, она была преданной. Керу это вполне устраивало. В конце концов, если госпоже нужны ученики, она заслуживает самых преданных. На эту роль подошла бы сама Кера, будь в ней хоть капля благородной крови. Однако она довольствовалась ролью телохранителя.

– Кера, тебе лучше?

– Да, – односложно отозвалась девушка.

– Слушай, – Нида опустилась на край кровати, – знаешь, я пробовала помогать госпоже. Но, кажется, я совсем бесполезна…

Девушка рассказала о том, как недавно ей не хватило силы. Кера молча выслушала и лишь покачала головой.

– Мне не хочется отвлекать ее светлость от дел, но тебе все равно приходится лежать, может, ты поможешь?..

Кера пристально посмотрела на нее. Неужели госпожа не видит, как слаба ее ученица? Разве не унизительно было приходить сюда и просить о помощи безродную наемницу? Может ли такая девушка быть магом? Кера тяжело вздохнула.

– Конечно, помогу. Силу надо уметь контролировать… – начала объяснять она.

Когда девушка уходила, Кера задумчиво проводила ее глазами. Все-таки странно, что ученицу обучает простая телохранительница. О самовольном визите Ниды она конечно же доложит госпоже. Та должна знать, что можно ожидать от своих слуг.

Оставшись одна, Кера с грустью посмотрела в окно. Приходится ждать. И время ожидания будет потеряно так бестолково. Она не привыкла лежать без дела.

Время неумолимо движется вперед даже тогда, когда кажется, будто оно застыло. Сутки подходили к концу, Алатея, уставшая томиться в ожидании, чувствовала, как в ней закипает раздражение. Слуги, прекрасно видя состояние своей хозяйки, старались не показываться на глаза. Замок, казалось, вымер.

Алатея толкнула дверь и вошла в комнату Керы. Та уже сидела на кровати. Одета как всегда неброско, аккуратно и удобно, волосы заплетены в косу, на поясе, разумеется, любимые кинжалы.

– О, я вижу, ты совсем здорова! – улыбнулась Алатея и с удовольствием отметила про себя виноватое выражение лица телохранительницы.

– Госпожа! – Кера мгновенно упала на одно колено, преклоняя голову.

– Вставай, нам некогда. – Алатея не стала церемониться, и голос ее зазвучал властно.

Она развернулась и, не глядя больше на Керу, отправилась прочь. Она знала: девушка непременно пойдет следом, еще никогда ей не приходилось повторять приказ дважды.

В полутьме коридоров громыхало эхо их шагов: ровный звук цокающих каблуков Алатеи и глухой стук сапог Керы. В этот миг обе они были почти что счастливы. Алатея снова вернулась к своей цели и могла перейти к активным действиям после столь томительного ожидания. Ей даже казалось, что на голову давит желанная тяжесть короны. Воображение, обычно сдерживаемое расчетливым разумом, позволило себе легкую слабость.

Она представила себе лицо короля, когда он узнает, что должен оставить престол. И тогда королевство получит своего истинного правителя – королеву Алатею. И, несомненно, отец где-то там, в иных мирах, будет доволен и горд своей дочерью. А потом она подумает и о матери. Вероятно, мать будет счастлива видеть обезглавленного короля.

Девушка, увлекшись своими мыслями, мстительно прошипела:

– Подожди, братец, подожди немного, я скоро приду.

Кера, следуя за своей госпожой, была счастлива уже тем, что снова стала ее незримой тенью. Она могла слышать каждый ее шаг, видеть каждый поворот головы и знала, что волнует ее госпожу. О чем ее мысли и желания, куда влекут ее фантазии, чего жаждет ее сердце. Это и было счастье. Кера, словно добрый дух, хранила и защищала королеву Алатею – единственную законную наследницу всего королевства.

И королева милостиво позволяла ей, простой крестьянской девчонке, заботиться о себе. И даже позволяла помогать в самом важном деле – деле восстановления справедливости, в деле возвращения престола настоящей наследнице.

Перешагнув порог библиотеки, они в одно мгновение переменились: теперь в комнате стояли не госпожа и ее защитница, теперь здесь были две женщины, две соратницы, два мага, равных по силе.

Работа, которую предстояло сделать, не терпела условностей и границ. Двум женщинам предстояло стать одним целым и ощутить свою силу в этом единении.

Ни Алатея, ни Кера не чувствовали страха. Объединение не было для них в новинку. Они шли к одной цели.

Глава 8

Мое пробуждение было весьма неприятным. Голова свинцовая, во рту – пустыня. В общем, похмелье в классической его форме. Как говорится – полцарства за стакан воды. Совершив надо собой форменное насилие, я сел на кровати. Так, голова вроде не кружится. Осторожно встал, сделал пару шагов и понял, что ничего страшного не случилось. И то ладно. Давненько я так не напивался. Хорошо хоть завалился спать одетым. Надеть загадочный костюм, который тут называют одеждой, в одиночку я бы точно не смог.

Я добрел до зеркала и оценивающе уставился на свое отражение. Да, видок тот еще. Помятый. Не мешало бы мне сейчас принять ванну… Хотя в первую очередь я бы выпил… Что-нибудь безалкогольное и желательно холодное…

Кое-как расправив свою помятую одежду, я вышел из спальни в зал и обнаружил на столе запотевший графин и вазу со странными фруктами. Не успел я сделать и нескольких шагов к столу, как в дверь деликатно постучали и передо мной появился Конрад.

– Как ваше самочувствие, Повелитель? – осведомился он.

– Не очень, – честно признался я.

– Я понимаю, Повелитель. Могу я вам предложить выпить напиток из графина и съесть один из дерндрогов?

– Дерндрогов? Эти, что ли? – Я показал рукой на коричневые фрукты в вазе.

– Да, именно, – кивнул слуга. – Они вам помогут.

– Ладно, спасибо, – поблагодарил я, но, честно говоря, сразу пожалел.

Моя благодарность, судя по всему, произвела на беднягу слишком сильное впечатление. Похоже, его тут вообще никто никогда не благодарил. Что за нравы, если простое спасибо творит с человеком такое?

Он побледнел, и мне показалось, что Конрад сейчас хлопнется в обморок. Но этого не произошло, вероятно, слуга взял себя в руки.

– Что вам еще будет угодно? Подать завтрак?

– Несомненно подать, – согласился я, вдруг почувствовав голод. – И ванну принять не мешало бы.

– Все сделаем, – низко поклонился слуга и вышел.

Я же опустился в кресло рядом с камином и откинулся на спинку. Что ж, проверим, насколько сильны местные средства от похмелья. В графине оказалась обычная вода, но невероятно вкусная. Никогда не думал, что от простой воды можно получать такое удовольствие. А неизвестный фрукт оказался похожим на хурму, которую я никогда не любил. Но это же лекарство. К тому же действенное. Спустя пять минут я чувствовал себя так, словно и не было вчерашнего застолья. Хоть сейчас готов повторить прошлый вечер. Вот бы мне такой фруктик вчера, а то, похоже, я просто заснул. Хорошо хоть до дела не дошло…

Размышления прервали мои прекрасные банщицы. Вскоре я, чисто вымытый и готовый к новым подвигам, поглощал сытный завтрак. Жизнь налаживалась. Едва я закончил свою трапезу и расторопные слуги унесли тарелки, меня навестил Кетон. Вид у него был какой-то озабоченный и хмурый.

Мой собеседник принес какого-то легкого вина, заявив, что от такого нектара никаких последствий не бывает. Только интересно, почему этот нектар мне не предложили вчера? Вино оказалось превосходным.

– Повелитель, – произнес он, когда мы, откинувшись в креслах, потягивали этот божественный напиток, – я хотел бы поговорить о наших планах.

– Давно пора, – ответил я. – Что-то изменилось?

– Не совсем. – Кетон нахмурился. – Просто возникли определенные проблемы. Как я уже вам говорил, нам надо добраться до Храма Странников. Он находится на острове, изолированном от остального мира магической завесой, за которую можно проникнуть только через порталы, расположенные в нескольких местах Таррента. Но, к сожалению, через порталы могут пройти только маги. У вас же аура совсем не магическая. Поэтому надо сначала все рассчитать и изучить.

Мне не очень понравились его рассуждения.

– Так я правильно понимаю, что этим порталом могут воспользоваться только маги?

– Да, именно так.

– Тогда интересно, если я не маг и мои способности, как вы говорите, должны открыться в Храме, как я смогу попасть в него? Просто замкнутый круг какой-то. Как же другие Странники туда попадали?

– Поймите, – смущенно начал объяснять Кетон, – та информация о Странниках, которая сохранилась, очень противоречивая. Практически неизвестно, каким образом происходило путешествие в Храм и инициация. Везде говорится, что, когда будет нужно, Странник сам поймет, как это сделать. Я хочу еще раз уточнить вашу способность проходить через магические порталы. Обычный человек, без магического таланта, просто не сможет в него войти.

– И что вы собираетесь делать? – подозрительно поинтересовался я.

– Мне надо вас… мм… снять с вас магический отпечаток ауры, чтобы убедиться в вашей способности пройти через портал. Приношу вам свои извинения и нижайше прошу помочь мне в этом.

Я подозрительно посмотрел на мага. Не нравится мне роль подопытной свинки.

– И как это будет происходить? – стараясь выглядеть дружелюбно, уточнил я.

– Это не займет много времени…

– Ладно, – махнул рукой я. Переживу, поди. Вряд ли со мной сделают что-то плохое. Тем более местным магам я нужен живой и невредимый.

– Спасибо, – горячо поблагодарил меня Кетон. – Вы сидите, я быстренько все сделаю.

Казалось, маг не верил, что я соглашусь, и сейчас на его лице было написано огромное облечение. Он встал с кресла и, зайдя мне за спину, поднял руки над моей головой. Я почувствовал лишь легкое покалывание по всему телу, длившееся несколько минут. Потом Кетон опустил руки и, тяжело вздохнув, отступил на три шага.

– Все, теперь разрешите мне удалиться. Необходимо тщательно изучить вашу ауру. Кстати, – маг жестом заправского фокусника извлек из воздуха огромных размеров фолиант и положил его на стол, – я рискнул принести вам историю нашего мира вместе с его картами. Чтобы вы немного ориентировались, мы находимся в королевстве Таррент, наш замок называется Могил.

– Спасибо, только я не умею читать на вашем языке.

– А вы попробуйте, – лукаво улыбнулся Кетон.

Я открыл книгу на первой странице. Весь разворот занимала географическая карта. К моему удивлению, надписи я прочитал с легкостью. Все то же, как и с разговорным языком. Я понимал написанное на незнакомом языке. Вот она, сила магии!

– Кстати, вас к обеду ждет леди Тария, – как бы между прочим добавил Кетон. – Скажите Конраду, он вас проводит к ней.

Я покачал головой. Одно воспоминание о Тарии будоражило кровь. Всегда считал себя спокойным, уравновешенным человеком, а теперь вот выясняется… Какой-то гормональный всплеск прямо! Вот опять, вспомнил о красавице, так хоть под холодный душ беги.

Маг удалился, и я остался наедине с книгой. Стараясь отвлечься от мыслей о Тарии, я с любопытством рассмотрел карту. Быстро нашел Таррент и Могил. Королевство находилось на западе большого материка. Если верить карте, значительную часть королевства занимают леса. Остров Странников, на который нам надо было попасть, расположен на северо-западе, у побережья материка. Между Таррентом и островом лежала также горная гряда, достаточно серьезная. Названия государств мне ни о чем не говорили, только впечатлила река под названием Морр. Судя по ее размерам – крупнейшая река этого мира.

Я перелистнул страницу и погрузился в чтение. Надо признать, что написано было увлекательно, автор несомненно обладал писательским талантом, и когда я наконец смог оторваться от чтения, то увидел, что проглотил практически половину книги. История этого мира ничем особым не отличалась от нашего.

Бесконечные войны за власть, за земли, за магические источники… Да, я узнал, что, оказывается, существуют магические источники, в которых можно заряжать всевозможные амулеты и прочие полезные вещи, не растрачивая на это свою собственную магию. К тому же заряженными подобным образом вещами могли пользоваться и те, кто не имел способностей к магии. Понятно, что тот, кто владел этими источниками, владел огромными деньгами, а соответственно обладал и огромной властью.

Но, как следовало из книги, последняя крупная война, носившая название Войны Исхода, случилась шесть веков назад. И ее инициатором стал как раз Странник по имени Михаил. Интересно, откуда он попал сюда? Если верить книге, он мог вызывать «ужасные бури и двигать горы». Только вот это не помогло ему. Он и его союзники потерпели поражение в войне, и, как было написано, Михаил был колесован в Морриге, столице Моррира, главного своего противника. Летописец старался быть беспристрастным, но сразу было заметно, что он сочувствовал Михаилу.

Я закрыл книгу и задумался. Понятно, что скорей всего меня будут пытаться использовать в своих интригах, как наверняка использовали Михаила. Надо быть очень осторожным. Лично я не хочу закончить жизнь колесованием. Даже если перед этим мне предстоит стать великим и могучим. Мне и сейчас неплохо живется. Ладно, думаю, сумеем мы еще с этим разобраться. Не горит пока.

А вот насущные проблемы решать надо. Я позвонил в колокольчик, стоявший на столе, и передо мной появился Конрад.

– Конрад, меня леди Тария ждет. Проводи меня к ней.

– Конечно, Повелитель, – согнулся в поклоне слуга и, выпрямившись, вышел из зала.

Я отправился за ним. На этот раз наш путь лежал в другое крыло замка. И вот наконец я вошел в богато разукрашенные золотом двери и очутился в большой комнате, половину которой занимал стол, заставленный разнообразными закусками. Во главе его сидела Тария. Она сменила свой вчерашний наряд на более откровенный. Практически прозрачное длинное платье, через которое просвечивало смуглое стройное тело. Я впал в ступор.

– Повелитель! – поднялась она мне навстречу. – Я взяла на себя смелость пригласить вас на обед в мои комнаты.

Я судорожно пытался понять, как себя вести. Мозг, разумеется, отключился. Зато включились рефлексы.

– Спасибо, – просипел я.

«Как прыщавый подросток», – пронеслась в голове шальная мысль. На негнущихся ногах я прошел к столу и тяжело упал на первый попавшийся стул. Аппетита, конечно, у меня не было. Через несколько минут, заметив мою пустую тарелку, Тария поинтересовалась:

– Вы не голодны?

Ага, еще как голоден! Вот прямо сейчас накинусь на тебя и… съем.

– Да, перекусил уже немного. Тария, я хотел принести свои извинения. Если я вчера чем-то…

– Что вы! – перебила она и легко взмахнула в воздухе тонкими пальчиками. – Вы так украсили этот замок своим присутствием! Я чудесно провела вечер. Да и все вами восхищались. Я виделась утром с Эллиной. Кажется, она от вас без ума!

То ли я идиот, то ли чего-то не понимаю. Эта женщина сама буквально напрашивается ко мне в постель. Иначе как еще расценивать ее заигрывания? Сам черт не разберется в местных правилах поведения! Вчера эльфийка руки распускала, сегодня Тария полуголой расхаживает. Похоже, тут целое соревнование по поводу моего соблазнения… Интересно, как мне на это реагировать? Может, конечно, мой статус здесь и высок… Но это надо сначала выяснить. По идее можно у Кетона аккуратно поинтересоваться… А то вдруг муж нарисуется, или еще чего. Оскорбление, дуэль… Хотя легко сказать, еще чуть-чуть, и я наброшусь на Тарию прямо здесь.

Увлекшись своими мыслями, я немного успокоился и наконец взял себя в руки. Что ж, постараемся вести себя нейтрально, а там видно будет. Не знаю, как у меня это получилось, но наш обед продолжался не более получаса, и все было пристойно. Я старался поддерживать светскую беседу, по возможности меньше обращая внимания на прелести собеседницы. Она была немного удивлена, но вела себя совершенно естественно. Через полчаса я откланялся, похоже этим ее еще больше удивив. По крайней мере, она явно хотела мне что-то сказать, однако я решил не ждать, пока она соберется силами.

Едва я вышел, почти лоб в лоб столкнулся с Конрадом. Интересно, он что, тут все время стоял?

– Проводи меня обратно, – велел я ему.

Тот молча кивнул.

В общем, в свою комнату я пришел сытый, но с чувством глубокого неудовлетворения. Потерпим, интересно, что будет дальше.

Глава 9

Со стороны они могли показаться восковыми куклами, кем-то поставленными среди зала. Они замерли в неестественных позах, прижавшись друг к другу затылками и сцепив руки. Взгляды их были абсолютно пусты, лица не выражали ровным счетом никаких эмоций. Даже дыхание, казалось, прекратилось. В этот миг их души витали в иных сферах – то было слияние. Запретное, но оттого не перестающее быть прекрасным знание.

Для места, где они находились, не существовало названий. Но тем, кто был способен сюда попасть, представлялась поистине невероятная возможность увидеть самые тайные, самые глубокие слои мироздания. Путь сюда, разумеется, был не прост. Да и пребывание здесь требовало немалых усилий. А если кому-то требовалось получить здесь информацию, так и вовсе приходилось изрядно потрудиться. И уж точно никто не рискнул бы соваться в такое место в одиночку или будучи неподготовленным. Даже многоопытная Алатея, когда-то попав сюда впервые, чуть было навсегда не заблудилась в хитросплетениях местных уровней и переходов.

Здесь между ними не было никаких границ, их объединяло общее дело, и одним на двоих духом они парили в небытии мироздания. Одним на двоих разумом искали ответы на свои вопросы.

Теперь, конечно, ориентироваться было куда проще. Но чтобы улавливать суть происходящих вокруг процессов и делать выводы, нужны были все знания и умения, которые у нее были. Как обычно, Кера только страховала, наводила и прокладывала дорогу. Алатея не ждала от помощницы великих свершений, но все же была уверена, что на всякий случай девушка тоже запомнит все, что сможет уловить.

В тот миг, когда девушки расцепили руки, выныривая из глубин магического таинства, на губах Алатеи мелькнула чуть усталая улыбка, лоб Керы пересекла глубокая складка задумчивости. Обе они почти одновременно глубоко вздохнули.

В воздухе дрожали тонкие льдинки – магия в этот раз забрала много энергии. Алатея не смогла уловить тот миг, когда заклинание потянуло силу со всех возможных источников. Она была слишком занята контролем собственных энергетических трат. Они были немалыми. Неизвестный маг весьма изощренно запутал след. В какой-то миг Алатея даже восхитилась талантом неведомого противника.

Вероятно, он не был могущественным магом, однако его хитрость с лихвой компенсировала недостаток его силы.

Алатея опустилась в кресло. По счастью, результат был-таки получен, и теперь она могла спокойно оценить ситуацию. Кера была слаба, и приходилось ее непрерывно контролировать: девчонка слишком усердно старалась быть полезной. Из-за этого слияние отняло у Алатеи больше сил, чем ей бы хотелось. Придется задержаться еще на один день, чтобы дать себе немного отдыха.

Бледная как смерть Кера клубочком свернулась на ковре. Ей было холодно, но она не спешила покинуть библиотеку. Во всяком случае, до тех пор пока не услышит новых распоряжений госпожи. Кера знала, что снова подвела свою покровительницу: заклинание утратило контроль и чуть было не рассыпалось. В последний миг сама госпожа выравнивала натяжение нитей и даже поднимала несколько «ветвей».

Только благодаря этому теперь у них есть цель. Не точная, даже, можно сказать, туманная, но Кера дала себе зарок сегодня же ночью внимательно изучить карту и уже завтра представить госпоже больше информации. Она зябко поежилась и, перевернувшись, уставилась в потолок. В ближайшие дни им предстоит непростое путешествие. У девушки не было никаких сомнений в том, что в дорогу отправятся двое: госпожа привыкла все делать и контролировать сама, а Кера привыкла всегда быть рядом.

– Кера, организуй все, мы отправляемся завтра, – подала голос Алатея. Чуть помолчав, уточнила: – Нет. Послезавтра. И мне нужны подробные карты этого района. А еще лучше – информация о магах в тех местах. Если успеешь, попробуй связаться с Эйкаром. Через Ниду, разумеется. Я запрещаю тебе тратить силу, даже самую малость! И, Кера, пусть мне сейчас же принесут ужин.

Девушка торопливо вскочила с пола и поспешила к двери. Ноги не вполне ее слушались, но душевный и эмоциональный трепет с лихвой компенсировал физическую слабость – она спешила исполнить приказ своей госпожи.

Оставшись одна, Алатея тяжело вздохнула и поудобнее устроилась в кресле. Ей было зябко, но она не могла себе позволить сейчас покинуть библиотеку. Зрелище обессиленной хозяйки, с трудом передвигающей ноги и подпирающей собою стены замка, нельзя назвать хорошим стимулом для прислуги. А кроме того, наверняка соглядатаи короля будут счастливы сообщить ему, что Алатея теряет хватку. Как бы ни было тяжело, но ей всегда приходится все делать с оглядкой на короля.

Она зажмурилась и потерла друг о друга замерзшие ладони. Последнее время ей не хватало терпения, и это могло сделать ее уязвимой. Не стоит недооценивать противника. Всех возможных противников. Раз уж придется потерять еще один день, стоит потратить время на погружение в себя, создание внутреннего покоя. Только так можно достичь победы. Алатея улыбнулась и перешла к дыхательной гимнастике.

Глаза слипались, но Кера угрюмо мотала головой, отгоняя усталость. Добрую половину ночи ей пришлось провести над картами. Увы, связаться с придворным магом не получилось. Отчасти это была вина Ниды, совершенно неопытной и ужасно неловкой. Но Кера не привыкла перекладывать ответственность на чужие плечи. Да, Нида оказалась беспомощна, но ведь это Кера не выполнила приказ! Поэтому-то в ночной тишине девушка, борясь со сном, водила пальцем по карте, пристально разглядывая каждый кусочек нарисованного Тонрата. Однако этот ночной поиск не принес результата. Заклинание, отнявшее столько сил, не дало точных координат. У Керы были лишь примерное направление и огромная территория для поиска. Слишком огромная, чтобы пускаться в путь. Требовалась хоть малейшая зацепка. Увы, ничего подобного в запасе не имелось.

Девушка зажмурилась и потерла виски. Ей казалось, что она что-то упустила из виду, но только что? Разозлившись на саму себя и на весь мир, Кера грязно выругалась и, смахнув со стола карты, отправилась к кровати. Она легла, не раздеваясь, поверх одеяла и почти тотчас же уснула.

С первыми лучами солнца девушка рывком вскочила на постели. Ее била крупная дрожь, она судорожно ловила ртом воздух, кулаки сжались так крепко, что ногти глубоко впились в кожу ладоней.

Кошмар, привидевшийся во сне, казался настолько реальным, что Кера еще долго не могла прийти в себя. Но, собравшись с мыслями, первым делом бросилась собирать с пола бумаги. И, разложив на столе карты, лихорадочно стала водить по ним пальцем.

Когда за окном совсем уже рассвело, Кера вдруг вскрикнула и дважды резко ткнула пальцем в одну точку на карте. А затем почти бегом бросилась в библиотеку. Найдя нужный фолиант, девушка надолго увлеклась чтением. Она уселась прямо на пол, скрестив ноги и положив перед собой книгу. Кера пропустила завтрак и, если бы Алатея не оторвала девушку от чтения, возможно, пропустила бы и обед.

Заметив свою госпожу, Кера радостно улыбнулась и вскочила на ноги.

– Госпожа! – Кера от восторга вдохнула слишком много воздуха и закашлялась.

Алатея ободряюще похлопала девушку по плечу:

– Расскажи мне.

– Риггейские руины! Смотрите, здесь стянуты источники, и при воздействии на наш обряд развалины могли оттянуть Странника. Это верно, госпожа. Тут написано. Вот здесь, взгляните. Вы знаете, что там осталось много хаотичной энергии и силы. Искать нужно здесь. Не знаю, правду ли говорят о риггах… но если хоть часть слухов имеет под собой основание, то, возможно, это их рук дело.

– Ты права, – задумчиво произнесла Алатея и, взяв книгу, погрузилась в чтение. – Как ты узнала? – наконец оторвавшись от фолианта, удивилась принцесса.

– Слияние. Я видела голубые облака, но никак не могла понять, откуда они. Я вообще не слышала о подобном. И я подумала, что, возможно, это что-то настолько древнее, что просто забылось с веками!

– Да, это стоит проверить. Хорошо, Кера. Отлично!

Прошло немного времени, и обе девушки, еще раз тщательно проверив все возможности, утвердились в своем решении.

Алатея ободряюще потрепала наемницу по плечу. Кере стало радостно на душе, она с удовлетворением поняла, что наконец-то оправдала ожидания.

Вот только радость от небольшой победы слегка омрачалась смутным воспоминанием: сон, подсказавший место для поиска, глубоко проник в подсознание. Кера не могла заставить себя забыть призрачное видение. Жуткая картина будущего раз за разом вставала у нее перед глазами. В кошмарном сне Кера сама, добровольно толкала свою госпожу в зияющую бездну. И счастливо смеялась. Впрочем, не это было самым страшным. Куда страшнее было чувство удовольствия, засевшее где-то внутри. И ощущение абсолютной правильности этого ужасающего поступка.

Теперь Кера знала, что однажды должна будет решить судьбу своей покровительницы. И это знание раскаленным клеймом жгло душу.

Долго размышлять мне не дали. Раздался стук, и в комнату вошла Тария. Я ощутил, что снова теряю самообладание. Она была невероятно хороша! Теперь я понял, что мой уход ее несколько разозлил: она тяжело дышала, ноздри раздувались, грудь высоко вздымалась.

Тария сухим, безжизненным голосом спросила:

– Я вас чем-то обидела?

При этом глаза ее метали молнии, и я зябко поежился.

– Почему вы так считаете? – невинным тоном осведомился я.

– Вы очень быстро покинули мои комнаты… – В ее голосе сквозил сарказм.

Повинуясь какой-то неведомой силе, я встал и подошел к Тарии. Она внимательно посмотрела мне в глаза. Надо исправлять ситуацию.

– Тария, я… Прости. Я, наверное, действительно слишком внезапно ушел… но я собирался вернуться!

Что я несу? Детский сад какой-то. Что же со мной такое?

Однако моя чушь была принята. Девушка расслабилась, на ее лице расцвела ответная улыбка. Я опять ощутил гормональный всплеск и торопливо предложил:

– У меня тут еще фрукты остались и вино.

Она благосклонно кивнула и, подойдя к столу, щедро плеснула себе в бокал вина. Я последовал ее примеру и, решив завести светский разговор, спросил первое, что пришло в голову:

– Тария, вот Кетон – маг?

– Маг. – Тария внимательно посмотрела на меня, взгляд был изучающим и, я бы даже сказал, подозрительным, но отступать уже было поздно.

– И ты маг?

– Да.

– Тогда расскажи мне о магии. Как вы ею пользуетесь, и из чего она состоит. В моем мире ее нет…

– Ну… – Тария, по-моему, даже немного растерялась. – Что ж, если вы хотите… а что вас конкретно о магии интересует?

Кстати, я уже несколько раз предлагал ей называть меня на «ты», но бесполезно.

– Все. Представь, что перед тобой ученик… э-э-э… школы магов, ничего не знающий про волшебство.

– Хорошо, – задумчиво произнесла Тария, – но предупреждаю, из меня рассказчик плохой, это у Кетона лучше получается. Магия в нашем мире использует силу стихий. Соответственно огонь, вода, воздух, земля. Есть, правда, так называемая магия Смерти, но она запрещена практически во всех королевствах. Как и магия Крови.

– А как становятся магами?

– Ну… вообще, магический дар дается с рождения. Его можно развить, если вовремя разглядеть способности ребенка и отдать его в школу магов. Чем старше человек, тем трудней ему развить свой талант. Могущественных магов не так много… Магия подразумевает труд и терпение, а эти качества нечасто присущи человеческой натуре…

С ума сойти! Я еле сдержался, чтобы не фыркнуть саркастически. Подумать только, «человеческая натура», словно Тария сама не человек. Интересно, к каким магам она себя относит? К могущественным?

– Соответственно, – продолжала девушка, – существуют школы магии по названиям стихий. У каждой школы свои заклинания и свои правила.

– А вы с Кетоном к какой школе относитесь?

Этот простой вопрос почему-то смутил Тарию. Впрочем, она быстро взяла себя в руки.

– Мы относимся к школе воздуха, – ответила она и ослепительно улыбнулась.

– А ты можешь… что-нибудь показать? – попросил я, сам не ожидая от себя такого вопроса.

– Могу, – лукаво посмотрела на меня Тария и что-то пробормотала себе под нос.

В следующий миг бокал, из которого я пил, поднялся в воздух и медленно полетел к двери. Сделав перед ней несколько кругов, он вернулся и опустился передо мной. Судя по виду девушки, она даже не напряглась во время заклинания.

– А нужно знать какие-то фразы? – спросил я, сделав глоток из благополучно вернувшегося ко мне бокала, и лихорадочно вспоминая систему магии в когда-то прочитанных мной книгах.

– Нужно знать основные заклинания, которые активируют «ветви силы». И естественно, уметь пользоваться «ветвями силы»…

– Ветвями? – переспросил я.

– «Ветви силы» видны только тем, кто имеет магический талант. Они есть в любом месте и не привязаны ни к одной стихии. Это основной источник магической силы. А вот от степени таланта и способности чувствовать эти «ветви» и использовать их как можно тоньше и зависит могущество мага. Чем больше ты набираешь из них энергии, тем сложнее заклинания ты плетешь. Слова только помогают активировать заклятие, но они вторичны. Главное, уметь обращаться с «ветвями». Я не очень сильна в плетении, Кетон в этом опытнее меня. Но помимо заклинаний плетения есть атакующие заклинания, использующие чистую энергию. «Огненный шар», или «молния», или, например, «луч мороза». С этими заклинаниями нужно очень аккуратно работать, иначе потоки энергий могут повернуться против самого мага. Цена ошибки очень высока.

– Интересно, а магов много? Этот талант часто встречается?

– Нет, – покачала головой девушка. – Если в королевстве хотя бы тысяча магов, то это очень могучее королевство. Далеко не каждое государство Тонрата может этим похвастать…

– Понятно. А моя магия?

– Ваша магия… – Девушка замялась. – Никто толком не знает, каким образом Странники используют магию. Увы, свидетелей не осталось, а книги передают все очень путано. Мы верим, что станем первыми за шесть веков свидетелями появления в нашем мире магии Странников!

М-да, никто ничего не знает, так что, похоже, этот поход в Храм Странников – поход в неизвестность с непредсказуемым концом. Но разве у меня есть выбор? Я вздохнул и, почувствовав на своем плече руку, повернулся. В глазах Тарии, придвинувшей свой стул к моему стулу, я увидел сочувствие.

– Все будет хорошо, – прошептала она, и от этого жаркого шепота у меня вдруг закружилась голова.

Я потянулся к девушке, но тут дверь в комнату открылась и перед нами возник слуга. Я резко отшатнулся.

– Лорд Кетон просит Повелителя навестить его в библиотеке! – глядя куда-то вдаль, сообщил Конрад ровным голосом.

М-да, как всегда вовремя… Я вопросительно посмотрел на девушку, та ласково улыбнулась.

– Иди…

Я кивнул и направился за слугой.

Когда я увидел то, что скромно называлось библиотекой, то раскрыл от изумления рот. Даже забыл о соблазнительной красавице-блондинке. Я стоял на пороге огромного зала. Вдоль серых каменных стен тянулись стеллажи, забитые книгами. Впечатляет!

Последнее слово я, похоже, произнес вслух.

– Я рад, что вам нравится наша библиотека. – Рядом со мной появился Кетон. – Прошу вас.

Я направился следом за ним и вскоре оказался на пятачке, от которого лучами в стороны расходились стеллажи. Здесь расположилось восемь круглых столов, на одном из которых лежала стопка книг. К нему меня и подвел Кетон.

– Прошу вас, Повелитель.

Я сел на высокий удобный стул. Маг достал с самого верха стопки толстую книгу в коричневом, изъеденном временем переплете и, положив ее передо мной, раскрыл. Я посмотрел в книгу и вытаращил от изумления глаза. Книга была написана на русском языке. Будь я проклят, передо мной была старая добрая кириллица, правда, рукописная.

– Откуда? – вырвалось у меня.

– Вы понимаете этот язык?

– Ну да, это мой язык… язык моего мира, – поправился я.

– Я собрал все книги, написанные Странниками, – объяснил довольный Кетон. Он разве что не похрюкивал от удовлетворения. – И я посчитал, что они вас заинтересуют. К сожалению, мы не можем их прочитать. Если вашу разговорную речь мы понимаем, то, увы, читать на вашем языке в этом мире не умеет никто.

– Спасибо… – протянул я.

– Я вас оставлю. – Кетон поклонился мне. – Если что-то понадобится, просто хлопните в ладоши.

Я лишь кивнул. В этот момент меня занимала только странная книга.

– Завтра мы хотим устроить в вашу честь охоту, – торжественно сообщил Кетон.

– Но я не охочусь…

Охота? Уж чего-чего, а фильмов про Средневековье я посмотрел немало. Нет, я не пацифист и, было дело, в тире стрелял. Но тут явно не ружья, а луки или что там еще. И кстати, лошади. Вот с этими животными у меня полное взаимопонимание. По крайней мере, было в моем мире. В общем, надо поучаствовать. Не сказать, что хочется, но скорей всего будет интересно. Заодно с местными порядками познакомлюсь… Кстати, маг, по-моему, относился ко всему этому слишком серьезно. Вон у него аж глаза сверкают в предвкушении.

– Поверьте, вам понравится. Все ждут вашего присутствия, – заверил он.

– Ладно, – пожал я плечами, – хорошо.

– Отлично, разрешите тогда вас покинуть…

Кетон удалился. Я вздохнул и погрузился в чтение.

Не знаю, сколько на это ушло времени, но я прочитал все лежавшие на столе книги. Их содержание в основном сводилось к каким-то туманным рассуждениям – словно писавшие их Странники все как один были философами и лишь иногда скупо выкладывали факты о своем пребывании в этом мире… но столь куцые и отрывистые, что они особо ничего не проясняли. Я закрыл последнюю книгу и поднялся. Хлопок в ладоши, и появился Конрад.

– Проводи меня, – попросил я.

Вероятно, я так и не научусь ориентироваться в этом замке.

Чего я не ожидал, так это того, что Тария все еще была в моей комнате.

– Э-э-э, Тария? – зачем-то спросил я и уставился на ее живот. На ней по-прежнему было полупрозрачное платье, и я мгновенно вспотел.

– Простите мне мое своеволие, Повелитель. Я решила разделить с вами ужин. Вы не откажете мне?

– Нет! Конечно нет! – искренне заверил я.

– Хорошо, я уже распорядилась, сейчас все принесут.

Я налил полный бокал вина и одним глотком осушил. Самообладание меня окончательно покинуло.

– Тария, а вы мою спальню видели? – вкрадчиво поинтересовался я, на всякий случай переходя на «вы».

– О, – выдохнула она, – вы хотите мне показать?

– Ну, там вообще-то ничего интересного нет. Кроме кровати.

Пойдем в атаку…

– Любопытно, – отозвалась Тария, лукаво прищурилась, и ее язычок заскользил по нижней губе.

Я понял, что готов к любым подвигам.

– Повелитель, – Тария, покачивая бедрами, подошла ко мне ближе, – вы хотите мне что-то сказать?

Я натянуто улыбнулся. Что-что, а вот разговаривать я как раз хотел сейчас меньше всего.

Тария мягко положила свою нежную ладошку поверх моей руки и заглянула мне в глаза.

– Повелитель, вы не рассердитесь, если я…

На ее мягких губах чувствовался чуть заметный вкус вина. У меня пол из-под ног ушел от ее поцелуя. Естественно, я немедленно лишился здравого рассудка. Она хотела было отстраниться, но я уже не собирался отпускать ее. Сама виновата. Первобытные инстинкты взяли надо мной верх, и я, вероятно впервые в жизни, яростно зарычал. Не отрываясь от ее губ, я подхватил девушку на руки и ринулся в спальню. Дверь распахнул ударом ноги и, бросив свою добычу на кровать, глубоко вдохнул. Тария весело рассмеялась и протянула ко мне навстречу руки.

Рванул тонкую ткань платья, та тихо треснула, и я отбросил в сторону жалкие обрывки. Тария совершенно развеселилась и со смехом укусила меня за нижнюю губу. Укусила не больно, но, пожалуй, не стоило ей этого делать…

Глава 10

Проснувшись утром, я некоторое время не открывал глаза, вспоминая события прошедшей ночи.

Первый раз в жизни мне, что называется, «снесло крышу», это, наверное, и есть «сумасшедшая страсть». Но какая женщина! Мне просто невероятно повезло. Я повернулся на бок и протянул руку, надеясь прижать к себе свое новоприобретенное сокровище. Увы, в постели я лежал в гордом одиночестве. Открыв глаза, я огляделся. Сквозь массивные шторы пробивался слабый свет. От Тарии остался только тонкий аромат духов. Моему разочарованию не было предела. Куда она могла уйти с утра пораньше? Или, может, сбежала от меня? Хотя вряд ли. Вроде ночью она казалось весьма довольной.

В задумчивости я поднялся с кровати и твердо решил отправиться на ее поиски. Одежда моя лежала аккуратно сложенной на небольшой приземистой кушетке в углу. Я вспомнил, как мы вчера раздевались, и покачал головой. По идее вещи должны были быть разбросаны по полу, но они, чистые и глаженые, ждали меня. Сервис, однако.

Я кое-как оделся, с трудом разобравшись с костюмом, и вышел из спальни. Так, никого нет. Что там мне про слуг говорили? Я хлопнул в ладоши, и через несколько мгновений в комнату вошел старый знакомый Конрад.

– Где леди Тария, не знаешь? – осведомился я.

– Нет, Повелитель. Она вышла и предупредила, чтобы вас не беспокоили.

– Ясно, – покачал я головой. Ничего, разберемся. – Завтракать не пора?

– Завтрак ждет, позвольте вас проводить, – поклонился слуга.

Он проводил меня в зал, в котором хозяева устраивали банкет в честь моего прибытия. Стол если и не ломился от яств, то был близок к этому. Но в зале никого не было, так что завтракать мне предстояло в гордом одиночестве.

– А где все? – поинтересовался я у Конрада, который стал прислуживать мне за столом.

– Сегодня день охоты, Повелитель. Все занимаются подготовкой.

– А-а-а… – протянул я с понимающим видом.

Хотя сам не особо понимал… точно! Кетон же мне говорил про охоту. Что-то не горю я желанием куда-либо ехать. Неужели других забот нет? Однако вряд ли было бы прилично проигнорировать подобное мероприятие, тем более, похоже, к охоте здесь относятся серьезно. Придется держать марку и убить какое-нибудь местное безобидное животное. Если, разумеется, я вообще смогу попасть в кого-либо. Аховый из меня охотник.

Я закончил завтракать, и услужливый Конрад повел меня навстречу новым приключениям. Я решил довериться хозяевам. Они же не думают, что человек из другого мира, попавший сюда всего день назад, будет скакать на лошади и разить всех стрелами. Или чем они тут охотятся?

Перед замком собралось человек тридцать-сорок, отчего во дворе сразу стало тесно и чрезвычайно оживленно. По меньшей мере с десяток мужчин в странных зеленых костюмах – короткая куртка с длинными рукавами и расклешенные штаны. Не дать ни взять хиппи… Они придерживали возбужденно лающих собак, количество которых я даже не рискнул посчитать. Кетон беседовал с двумя офицерами, которых я видел на обеде в мою честь. Если ничего не путаю, их зовут Айвон и Редд. Справа от них, у лошадей, стояло семь или восемь вооруженных до зубов солдат.

Неподалеку от них прохаживалась Эллина. Ее стройное тело обтягивал темно-зеленый костюм, волосы были убраны под берет. Чуть поодаль выстроились с десяток лучниц, внешне ужасно похожих на Эллину. У каждой эльфийки имелся лук, практически в их рост, а рост у девиц был немалый. Я восторженно присвистнул. Негромко, чтобы никто не услышал.

Первой меня заметила именно эльфийка.

– Повелитель! – вскрикнула она и тут же упала на одно колено. Следом за ней все, кроме державших собак, одновременно повторили ее движение и низко склонили головы. Даже Кетон.

Я изумленно покачал головой. Никак не могу привыкнуть к местному чинопочитанию.

– Встаньте, – проговорил я раздраженно, и народ медленно поднялся с колен.

Ко мне подошел Кетон:

– Все готово, Повелитель.

– Хм, Кетон… – Я огляделся. Остальные держались от нас на почтительном расстоянии. – Понимаешь, я не искушен в вашей охоте. В моем мире такого нет. Ты мне в нескольких словах расскажи, что к чему.

– Конечно, – легкая улыбка пробежала по губам мага, – понимаю. Все просто. Собаки травят зверя. Они загоняют его и держат, пока мы не убьем.

– Интересно, – вежливо кивнул я, но про себя лишь хмыкнул.

Кетон махнул рукой, и два конюха подвели ко мне коня. Стройный вороной красавец, а уж сбруя… Отдельная тема. Драгоценных камней на нее точно не пожалели. На пару таких вот камешков я бы мог в Москве до конца своих дней безбедно жить. Еще и детям бы осталось.

Мне повезло, что я люблю лошадей, сия полезная привычка досталась мне от матери. С детства обожаю сидеть в седле. Дома я стабильно раза три в неделю ездил в конный клуб, где по два часа проводил верхом. Это, кстати, сильно раздражало Маринку, которая несправедливо считала лошадь тупым животным.

Я решил, что в грязь лицом не ударю, запрыгнул на лошадь и подобрал поводья. В глазах мага, когда я посмотрел на него сверху вниз, было удивление. Оглядевшись, я увидел, что взгляды всех людей во дворе прикованы ко мне. Подавив смущение, я постарался принять независимый вид.

К Кетону тоже подвели коня, и он взгромоздился в седло, иначе и не скажешь. Похоже, я лучше местного жителя на лошади держусь. Чем не повод для гордости?

– У вас у седла арбалет, – объяснил мне маг.

Я извлек из седельный сумки оружие. Занятная штуковина. Помнится, я как-то стрелял из арбалета в тире, куда меня затащили друзья, но там была громоздкая штука. А этот легкий и сразу на три стрелы. С таким и захочешь – не промажешь. Мне даже любопытно стало попробовать эту вещицу в действии.

– Командуйте, Повелитель, – наклонился ко мне Кетон.

– Чего? – глупо переспросил я.

– Скажите: «Да начнется охота».

– Да начнется охота, – послушно продекламировал я.

Едва прозвучали мои слова, как свора собак вместе с псарями пришла в движение, устремившись к распахнутым воротам. Не успел я оглянуться, как все они скрылись из виду. С такой же молниеносной скоростью эльфийки оседлали лошадей, их примеру последовали Айвон, Редд и солдаты.

– Это ваша охрана. – Кетон кивнул на эльфиек. – Поверьте, телохранителей лучше, чем они, вам не найти.

С этим высказыванием я склонен был согласиться, уж очень грозным был вид у моих охранниц.

Наш отряд тронулся в путь. Когда мы выехали из ворот замка, произошло перестроение. Мы с Кетоном ехали в центре образованного эльфийками полукруга, спереди нас прикрывали офицеры со своими солдатами. В общем, у меня появилась свита.

Денек был прекрасным. Я бы сказал, только чересчур жарким. Ну, мы-то с Кетоном легко одеты, а вот сопровождавшие нас… Эльфийки хоть и затянуты в облегающие костюмы, но от жары явно не страдают, а вот нашим рыцарям не позавидуешь. Закованы в железные латы с ног до головы, шлемы с закрытыми забралами, в общем, внутри как в консервной банке…

На небе ни облачка. Только лес, к которому вела дорога, меня несколько смутил. Я помню, что пришел из какого-то чудесного и таинственного леса. Но мы ехали к самой обычной лиственной рощице, я видел привычные липы, клены и даже осинки.

Разве что берез не было, а может, я просто не разглядел. Толком не успел подумать о странностях местной флоры, как мы уже въехали в лес. Я увидел довольно широкие тропы, расходящиеся в разные стороны, и услышал звонкий и многоголосый собачий лай.

– Выследили, – удовлетворенно заметил Кетон.

– А на кого охотимся-то? – поинтересовался я.

– На единорога.

– На кого? – Я чуть не упал с лошади. Всегда считал, что единороги священные создания… но чтобы на них охотились?

Эту фразу я невольно произнес вслух.

– Странно, – отозвался Кетон, – у нас единорог, будет позволено мне сказать, не священное животное. Вот если бы вы попробовали поохотиться на грифона или пегаса, то это сочли бы святотатством.

Тем временем мы выехали на небольшую поляну. По ее краям бесновались псы, а в центре метался единорог. Традиционно единорогов представляют в виде прекрасных белоснежных жеребцов с золотистыми хвостами и гривами. Ну или в крайнем случае как кобыл. Тоже белоснежных. И во лбу непременно должен блистать золоченый рог.

На такое величественное существо и впрямь охотиться никто не рискнет. А передо мной на поляне перебирал тонкими ногами олень-переросток. С лошадьми он точно не состоял даже в отдаленном родстве. Мне показалось, что я видел желтые пятнышки на светло-коричневой шкурке. Вместо обычных рожек на лбу у него торчало нечто спирально закрученное. Такую завитушку и рогом-то грех называть.

Я повернулся к Кетону. Тот завороженно смотрел на единорога, сжимая в руках арбалет. Я бросил взгляд на своих сопровождающих. Что у эльфийек, что у людей Айвона и Редда, глаза горели азартом охоты.

– Стреляйте, Повелитель, – прошептал Кетон.

Ага, допрыгался Андрюха. Сейчас буду Бемби убивать. Нашли, блин, добычу. На него ж без слез не взглянешь. Неужели они всерьез собираются убивать детеныша оленя?

Поделиться мыслями на этот счет со спутниками мне помешал резкий удар в плечо. В следующий миг я почувствовал тепло в рукаве, и плечо пронзила острая боль. Я вскрикнул и схватился за него. Рука скользнула по чему-то твердому. Не глядя, я провел ладонью до самого кончика оперения и только после этого повернул голову.

Так и есть, из моего правого плеча торчит стрела. Пока я пребывал в прострации, раздался свист, я ощутил толчок и услышал женский вскрик. Повернув голову, я увидел лежащую на земле Эллину, в ее плече тоже торчала стрела… Меня тотчас окутала голубоватая сфера, и еще две стрелы растаяли, едва коснувшись ее.

Я не успел и глазом моргнуть, как меня стащили с лошади и окружили щитами. Защелкали арбалеты и луки. Засвистели стрелы. Что-то вдали взорвалось.

Боль накатывала волнами, и я почувствовал, что вот-вот потеряю сознание, но в следующий миг плеча коснулось что-то холодное и боль пропала.

Я облегченно вздохнул. Пелена перед глазами исчезла, и я смог наконец осмотреться. Стена щитов, окружавшая меня, распалась. Я сидел прислонившись к огромному дубу, и склонившийся надо мной Кетон с посеревшим лицом держал свою руку на моем плече. Из которого, кстати, уже ничего не торчало. Именно из руки мага в мое тело вливался тот самый приятный холод.

– Очнулся! – раздался радостный голос над ухом, и я, повернувшись, увидел Эллину, у которой тоже был испуганный вид. Плечо у нее было перевязано.

– Да жив я, – только и удалось мне пробормотать, после чего сознание оставило меня.

Глава 11

Девушка подтянула подпругу и еще раз проверила, на месте ли кинжалы. Ласково погладила гриву вороного коня. Жеребец тихо фыркнул и внимательно посмотрел на хозяйку темным глазом. Кера улыбнулась. Тайграх был ее любимцем. Пару лет назад чудо-конь достался ей, мягко говоря, не самым честным образом. Ну а по-простому – Кера просто украла Тайграха у законного хозяина. Впрочем, она об этом ни разу не пожалела.

В жеребце явно текла кровь настоящих эльфийских скакунов, пусть и весьма разбавленная. Однажды Нида сказала, что эльфийцем был прапрадед Тайграха. Кера никогда не задумывалась об этом и не собиралась проверять слова недоучки Ниды. Каких бы кровей он ни был, он стоил всех сокровищ мира. Такого не грех было и украсть. К тому же его бывший хозяин задолжал отцу Керы крупную сумму и возвращать долг не собирался.

Убедившись, что с конем все в порядке, Кера последний раз внимательно осмотрела собранные вещи. Разумеется, в путь отправлялись двое – королева и ее телохранительница. Никаких лишних людей. Керу это вполне устраивало: она не терпела, когда посторонние вмешивались в ее действия. И уж тем более не выносила, когда кто-то мелькал перед глазами ее госпожи. Кера вполне могла сама обеспечить для своей покровительницы комфорт и позаботиться о ее безопасности.

Когда Алатея появилась на пороге конюшни, последние приготовления были уже завершены. Кера поклонилась, приветствуя госпожу, вдруг вспомнив их первую встречу. Казалось, это было так давно, в прошлой жизни.

Тогда Кера еще называлась иным именем и жила совершенно другой жизнью, она не признавала над собой никакой власти, и мир казался ей огромной выгребной ямой.

Тот судьбоносный вечер застал четырнадцатилетнюю девчонку в темном проулке, в окружении семи взрослых мужчин. Все семеро отличались крепким телосложением и отсутствием каких-либо моральных принципов, к тому же они уже изрядно приняли на грудь в ближайшей таверне. Хищники, почуявшие запах жертвы…

Вечерний полумрак и численное превосходство подхлестывали их азарт, а тонкие лезвия клинков, блестящих в руках девчонки, лишь распаляли возбужденное воображение.

Ни один из них не стеснялся в выражениях. Обмениваясь похабными шуточками, они со смехом рассказывали девчушке, что ее ждет. Кера понимала, что обречена, но старалась скрыть страх. Противная слабость несколько раз уже подкатывала к ней, и она усилием воли отгоняла ее. Ничего, четверых она сможет достать… А остальные… что ж, она всегда успеет покончить с собой. Лучше это, чем оказаться опозоренной и валяющейся в сточной канаве.

Женщина появилась из-за поворота совершенно неслышно. Она возникла за спинами нападающих прямо из темноты. Девочка, увидев незнакомку, отчаянно замахала рукой, стараясь предупредить о грозящей опасности. Однако женщина не заметила предостережения.

Не глядя по сторонам, она медленно прошла мимо мужчин и двинулась вперед по проулку. Ее движения были полны грации и очаровательной легкости. Головорезы почуяли новую жертву.

Кто-то сказал вслед красавице скабрезность, другой ухватил за плащ, третий по-хозяйски положил женщине на плечо свою ладонь. Девочка даже не успела понять, что произошло. В один миг все семеро оказались разбросаны по проулку. И можно было не сомневаться – ни один никогда больше не будет смеяться. Женщина, так легко справившаяся с целой шайкой, словно только теперь заметила, что стоит не одна, и пристально посмотрела на юную жертву. Та с восторгом уставилась на спасительницу. Женщина скривилась, недовольно пробормотала:

– Ну извини, – и, развернувшись, зашагала прочь.

– Леди, леди! – наконец пришла в себя девочка и рванулась следом. – Погодите! Благодарю! Вы мне жизнь спасли.

Женщина остановилась и снова повернулась к собеседнице.

– Спасла? – Голос ее звучал удивленно.

– Я думала, мне конец пришел.

– Вряд ли. С этими ты бы вполне управилась. Это полезная практика, – снисходительно заметила женщина.

– Куда там! – В голосе девчушки зазвучали нотки недовольства и грусти. – Я и на четверых-то не надеялась.

– С таким резервом? – Женщина удивленно распахнула глаза. – А ну-ка, подойди ближе! Как тебя зовут?

– Ли.

Женщина чуть приподняла бровь, лицо ее помрачнело. Девушка смутилась и на всякий случай добавила:

– Кералия.

– Итак, девушка, что же мешает вам хорошо заниматься? Или вместо занятий вы предпочитаете шататься по темным улицам в поисках приключений?

Ли возмущенно вздохнула и бросила в ответ:

– Да я целыми днями занимаюсь!

– Значит, ваш учитель плох, – холодно сообщила незнакомка.

Ли кипела от негодования. Никто не отзывался плохо о ее отце, оставаясь при этом безнаказанным. Но странная дама продолжила:

– С таким резервом, девочка, ты должна была этих бездарей даже не заметить. Передай своему учителю, чтобы не тратил ни твое, ни свое время, а отправил тебя к хорошему магу. И сам бы подучился.

Ли растерянно захлопала ресницами, запоздало понимая, о чем говорит красивая собеседница. Еще пару месяцев назад у девочки и вправду был настоящий учитель магии. Как только отец узнал, что у дочери имеются способности, он немедля нашел ей учителя. Однако беда заключалась в том, что магистр Адирион, принявший ученицу, не спешил делиться с ней знаниями. И если роль служанки, кухарки и домоправительницы Ли худо-бедно терпела, то вид пьяного учителя доконал ее. Случилось это под конец третьей недели «обучения».

Вусмерть пьяный маг, ввалившийся в двери собственного дома посреди ночи, отчего-то решил, что молоденькая ученица непременно должна исполнять еще и роль его любовницы. У Ли на этот счет имелось свое мнение. Подкрепленное парой кинжалов. Благо отец учил ее обращаться с оружием с самого детства. От учителя девушка сбежала, оставив на прощанье несколько шрамов. Чтобы магистру было что вспомнить о юной ученице.

Почти десять дней Ли добиралась до города, где рассчитывала найти отца. Но, увы, так и не смогла выяснить, куда его занесло. Как всякий наемник, отец никогда не сидел подолгу на одном месте.

Уставшая от беготни по городу и поисков информации о заказах отца, Ли как раз направлялась на ночевку к знакомой тетке, когда наткнулась на семерых ублюдков. И разумеется, рассчитывать девочке приходилось только на свое оружие.

– Простите, леди, но у меня нет учителя. То есть мага нет. Меня никто магии не учил. Я наемница. – Ли смущенно покраснела.

Незнакомка долго молчала, думая о чем-то своем. А потом предложила пойти с ней. Так Ли оказалась в богатом особняке. И здесь началась ее новая жизнь. Однажды столкнувшись с нерадивым учителем, девушка уже не могла доверять ни мужчинам, ни магам, которым в конце концов нужно было только одно. Ее новая покровительница была совершенно иной. В ней чувствовалась сила. К тому же она легко делилась знаниями, и у нее был талант обучать… Не прошло и трех дней, как Ли уже легко ловила потоки энергии и даже могла зажечь свечу на расстоянии. Она была счастлива.

Незаметно для себя она все больше проникалась доверием и уважением к своей учительнице. Ведь леди Алатея учила ее, даже зная, что она простая крестьянская девчонка. Не пошло и двух лет, а Ли уже неотрывно следовала по пятам за своей наставницей, словно тень. Она восхищалась ею и готова была идти за ней хоть на плаху. А затем наступил день, навсегда изменивший ее жизнь. Наставница открыла ей правду.

В тот день Кера узнала, с кем живет под одной крышей. Из чьих рук она принимала еду, кто учил ее магии, и чье покровительство она получила. И это еще больше заставило ее восхищаться Алатеей. Она поняла, что ее жизнь принадлежит королеве. И она никогда не оставит свою госпожу…

Алатея хмуро смотрела на свою помощницу – Кера задумчиво поглаживала коня. Этим утром наследница престола была в ужасном настроении, и телохранительница вызывала у нее раздражение. Впрочем, Алатея прекрасно сознавала, что, кроме этой девушки, никто не сможет быть так полезен в предстоящем путешествии.

Уже много лет наемница делит с принцессой груз ответственности и тяготы лишений. Глупо было бы отказываться от подобной поддержки. Ведь девушка сама избрала для себя такой путь. Алатея никогда не принуждала Керу быть рядом. Но прекрасно понимала ее восторг и обожание. И принимала их как должное. Она помнила ту угловатую, несуразную девчонку, которая даже имени собственного толком не имела. Вместо него она пользовалась какой-то собачьей кличкой. Дикую и колючую малышку пришлось учить практически всему.

Наемники, вырастившие ее, не удосужились привить девице элементарные манеры. Не говоря уж об обучении чтению и письму. Даже со счетом у бедняжки были проблемы. Из всего их воспитания пользу принесли лишь уроки обращения с оружием, поработали они на славу.

Однако возню с глуповатой девчонкой с лихвой компенсировало то, что в придачу к юной наемнице принцесса получила и ее магическую силу. И чем дальше она учила девушку, тем больше поражалась ее способностям. Кера оказалась талантлива и очень сильна. Кто же откажется от такого подарка судьбы? Лично Алатея не собиралась этого делать.

– Кера, мы едем? – нахмурилась женщина и одарила помощницу суровым взглядом.

– Прошу прощения! – всполошилась девушка и немедля вскочила в седло.

– Будь внимательна, нам предстоит сложная дорога. Я рассчитываю добраться до цели быстро и живой. И, надеюсь, невредимой. Более или менее.

– Госпожа, я…

– Ладно, ладно, я знаю, что не допустишь никаких проблем. Я просто напоминаю тебе, что у меня достаточно врагов. А я доверила тебе свою жизнь. И не только ее.

– Я горжусь этим и ценю, моя госпожа.

– Отлично, тогда не будем медлить.

Едва за их спинами закрылись замковые ворота, Кера подстегнула Тайграха, пуская в галоп. Алатея пустила свою кобылу следом.

У самой границы леса Кера остановила коня, дожидаясь отставшую госпожу. Ветер растрепал ее волосы, дыхание сбилось, но в глазах горел огонь восторга и легкого опьянения быстрой скачкой. Когда Алатея приблизилась, Кера в горячем порыве крикнула:

– Мы найдем его, Тана!

– Разумеется, Вирна, – ответила Алатея с мягкой улыбкой.

Ей вдруг показалось забавным то, как легко перешла Кера на особую дорожную манеру общения. Ведь они не впервые путешествуют вдвоем по королевству и давно привыкли к своим дорожным именам и легендам. Алатея уже практически забыла, что когда-то, придумывая эти имена, неплохо развлеклась. А вот теперь вспомнила и улыбнулась. Таанарэлия – в переводе с эльфийского означало «королева», Вирнэс – преданная душой и телом.

Глава 12

Я сидел на кухне и пил мой любимый «Гиннесс» в компании Семена – закадычного своего приятеля. За окном шел дождь, но, несмотря на промозглую осеннюю погоду, у меня было тепло на душе. Семка, как обычно, восторженно делился впечатлениями о новой подружке:

– Андрюха, ты даже не представляешь! Такая фигурка! Это не девочка, а конфетка!

– Ну почему же? Прекрасно представляю, – флегматично фыркнул я и открыл было рот, чтобы рассказать о своей новой девушке, но тут меня осенило. На моей кухне рассказ о красавице Тарии совершенно неуместен. Здесь, в моей квартире, ее вообще не может существовать.

Я ошарашенно уставился на Семена, не соображая, что со мной происходит. Внезапно я заметил, как стол передо мной расплывается… Я удивленно протянул руку и… открыл глаза. Реальность обрушилась на меня тупой ноющей болью в плече.

Я несколько раз моргнул и уставился на белый сводчатый потолок надо мной. Повернув голову, увидел Кетона, стоявшего рядом с моей кроватью и возбужденно разговаривавшего с Тарией. Оба казались напряженными. Лицо Кетона вообще было неестественного зеленоватого оттенка. Моего пробуждения они не заметили, а я не спешил напоминать о себе. Тем более что разговор был весьма занимательный.

– …его чуть не убили… первого Странника за столько лет! – хватаясь за голову, стенал Кетон.

– Нам повезло, что Эллина была рядом, – задумчиво проронила Тария и отчего-то вздохнула.

– Покушение могло случиться где угодно. Но мы предприняли все меры. Это просто невероятно! Не понимаю как…

– А что говорят шпионы? – перебила Тария.

– Пока ничего не ясно… Мы выяснили, что стрелков было двое и с ними маг. Нам повезло, что первыми атаковали стрелки. Маг только прикрывал их, и всем троим удалось скрыться.

– Следы?

– Никаких следов. Что и странно. Возможно, в замке предатель. Все слишком хитро спланировано. И я найду его, будь уверена.

– Надеюсь, – скептически хмыкнула Тария. – Время уходит. Возможно, нам уже пора…

– Да, – раздраженно перебил маг, – я знаю. С порталами я разобрался. Надо только перенастроить кое-какие «ветви», и должно сработать. У Странника своеобразная аура, тем не менее она магическая, значит, он способен путешествовать через порталы.

– Ясно, – кивнула девушка. – День выезда не изменился?

Интересное кино, значит, день выезда уже известен, а главного выезжающего, то есть меня, оповестить не изволили. А еще называют Повелителем. Подопытный хомяк я, а не Повелитель. Раздражают меня эти местные ребята. И плечо болит так противно…

– Нет. Я бы выехал раньше, но надо подготовиться. И мне нужно заняться безопасностью. Второй ошибки, подобно той, что была на охоте, я не допущу.

А уж я-то тем более не допущу. У них тут вообще бронежилеты какие-нибудь есть?

Пока я размышлял о способах самозащиты, Тария наконец заметила мои открытые глаза и, радостно взвизгнув, бухнулась на колени перед моей кроватью. Ее примеру последовал и Кетон.

– Повелитель! – вырвалось у него. – Простите нас, Повелитель, за то, что не смогли предотвратить покушение на вас. Мы не ожидали, что так быстро станет известно о вашем появлении… Мы…

– Угу, приятный сюрприз вышел, – проворчал я и, отбросив одеяло, сел.

На мне была надета какая-то невообразимо длинная белая ночная рубаха. Колпака с кисточкой только не хватает. Даже стыдно как-то, все-таки я не барышня какая. Смутившись, я прикрылся одеялом и немедленно осознал, что так выгляжу еще глупее.

Плечо неприятно ныло, и я осторожно его ощупал. Вроде все в порядке: гладкая кожа, никаких рубцов. Раздеваться прилюдно я не спешил, поэтому лишь заглянул под рубашку, слегка оттянув ворот. Даже повязки на плече не обнаружилось. Вообще ни царапинки. Похоже, магия вещь чрезвычайно полезная. Интересно, а я так смогу делать?

– Ладно, все забыли и проехали, – остановил я Кетона, который, судя по всему, решил продолжить посыпание своей головы пеплом.

Тария посмотрела на меня… эх, как она на меня посмотрела… Учитывая ее платье, которое, как всегда, лишь подчеркивало все ее достоинства, мне сразу захотелось остаться с ней наедине. Меня вообще этот Кетон стал раздражать. А может, это я после «чудесной» охоты так нервно реагирую?

– Вы должны отдохнуть пару дней, – заметил маг и покосился на Тарию. – Мы собирались…

– Да слышал я вас, слышал, – отмахнулся я. – Планируйте. Вам виднее, надеюсь, когда отправляться. Только, будьте добры, сделайте так, чтобы больше меня не пытались грохнуть, а?

– Чего? – растерянно переспросил Кетон.

– Мне жить нравится, хочу умереть своей смертью в глубокой старости. Ферштейн? – разошелся я.

В этот момент дверь открылась и в проем просунулась голова слуги.

– Что? – раздраженно поинтересовался Кетон.

– Милорд, Эллина хочет засвидетельствовать почтение Страннику.

Кетон с Тарией переглянулись, как мне показалось с облегчением.

– Пусть войдет, – как-то поспешно кивнул Кетон и, посмотрев на меня, пояснил: – Она вас спасла, Повелитель, защитив от второй стрелы и приняв ее на себя.

Вот оно что… Если она мне спасла жизнь, то не поблагодарить ее – свинство. Вид у нее, конечно, жутковатый, с этими ее клыками, но это мелочь по большому счету.

– Мы тогда вас оставим… – поклонился Кетон и, посмотрев на Тарию, добавил: – Я хотел сказать, через три дня мы начнем наше путешествие к Храму Странников… если вы, конечно, не возражаете.

– То есть вы свои магические проблемы уже решили? – уточнил я.

– Да, конечно…

– Замечательно. Пошел укладывать вещи.

Кетон и Тария удивленно переглянулись, но промолчали и вышли прочь. Правда, Тария на пару секунд замешкалась на пороге и бросила мне весьма недвусмысленный взгляд. Я немедля ощутил, как кровь ударила в голову. Не отпускать ее, что ли? Но девушка уже скрылась за дверью.

А в комнате появилась Эллина. Надо отдать должное эльфийке, произвести впечатление она могла. Короткое платье ей невероятно шло. Ткань легкая, облегающая, и фасон необычный. Один рукав длинный, а вместо второго только тоненькие лямочки, штук двадцать, наверное. И парочка из них так волнительно соскользнула с плеча… Что-то я не о том думаю.

Я попробовал отвести взгляд, однако тут же заметил боковые разрезы на короткой юбке. Разрезы доходили до самой талии. Не платье, а сплошная эротика. Они тут все такие идеальные? Или у меня что-то с головой?

– Повелитель, – проговорила Эллина, опускаясь на колени перед моей кроватью, – как ваше самочувствие?

– Мое нормально. – Я посмотрел на девушку и невольно сглотнул слюну. Нельзя в таком виде разгуливать перед мужчинами. – А твое как? Я хочу поблагодарить тебя. Ты спасла мне жизнь.

– Я лишь делала свою работу… – Эллина посмотрела на меня, и я невольно вздрогнул от ее пронизывающего взгляда. – Я рада, что смогла защитить вас. Со мной все хорошо. Моя жизнь принадлежит вам. Только вам.

– Так ты ж вроде на Кетона работаешь? Я тут каким боком?

Надо сказать, ответила она не сразу. Сперва как-то странно сморщила нос и провела пальцем по левой брови. Потом решительно кивнула и произнесла:

– Да, мой наниматель лорд Кетон. – Девушка посмотрела на меня, и я увидел в ее глазах вызов. – Но я принадлежу к народу эльфов. Кетон лишь человек. А вы… вы Странник. Тот, кто способен встретиться с Создателем мира. Тот, кто вершит судьбами мироздания. Для меня честь служить вам. Как и для любого эльфа. Но я рада, что именно мне довелось увидеть вас первой.

Я присвистнул. Когда Кетон изображал раболепство, выглядело несколько наигранно, у Тарии получалось лучше, но Эллина всех их переплюнула. Я аж сам себе позавидовал. Все-таки я невероятно везучий человек. Ни на кого на свете не смотрят таким взглядом, какой Эллина дарила мне. Она и впрямь была от меня в полнейшем восторге.

– Э-э-э… мне тоже очень приятно быть знакомым с тобой, – промямлил я, не зная, как следует себя вести полубожеству в подобной ситуации.

Впрочем, Эллина не умела себя ни в чем ограничивать, она устроилась поудобнее на полу и положила голову мне на колени. Я смутился и осторожно опустил руку на ее макушку. Видимо, этого от меня она и ждала.

– Старший народ никогда не доверял людям, – вдруг сообщила она, – но Странники – это особый случай. Когда-то эльфийская королева была влюблена в Первого Странника. Знаете, он ведь вступил в спор с самим Создателем мира и победил! – Эллина потерлась о мою коленку щекой.

– И что, женился на эльфийской королеве и стал королем? – заинтересовался я.

– Нет, – грустно вздохнула эльфийка. – Он женился на обычной женщине и создал свою собственную империю.

– А что так, не угодила ему эльфийка? – спросил я, втайне вполне одобряя парня. Я бы тоже не рискнул с эльфийками связываться. Вон они какие зубастые.

Эллина подняла голову и внимательно посмотрела мне в глаза.

– Его женщина была порочна, как все человеческие жены. Она получила его сердце обманом. Но в конце это стоило ей очень дорого.

Видно, обида, нанесенная Первым Странником эльфийской королеве, не давала покоя Эллине. А может, был в этой истории тонкий подтекст, намек на который, как мне показалось, я уловил. Но вид у эльфийки был разъяренный. Ноздри раздуваются, глаза горят, зубы оскалены. Кошмар, короче. Я нервно сглотнул.

– Ну, наверное, королева отомстила за такое небрежное отношение, – предположил я.

– Нет. – Эллина пожала плечами, и тотчас лицо ее приняло самый благодушный вид. Она снова устроилась на моих коленях и потерлась об меня носом. – Она пришла в Ларгиз, столицу Риггеи – империи, созданной Первым Странником, вышла на дворцовую площадь и семь раз позвала его.

– Зачем?

– Так эльфы выбирают себе спутника жизни. Нужно назвать имя любимого семь раз. Если он ответит, значит, вы стали парой. Навсегда.

– А если не ответит?

– Такое редко случается. Никто не станет называть чье-то имя без причины.

– Нет, ну а все же?

– Не знаю. Говорят, эльф больше не сможет жить и сам скоро умрет.

– В смысле самоубийство совершит, что ли? – ошарашенно спросил я.

– Нет, просто умрет.

– Ну и порядки у вас. Погоди-ка, а с королевой-то что стало? Ну с этой, которая семь раз позвала.

– Обратилась в камень. И осталась стоять безмолвной статуей на площади Ларгиза.

– Не понял. Это все? А где же месть за поруганную честь? Разве эльфы не устроили негодяю личную вендетту?

– Это был ее выбор.

– Нет, это какая-то неправильная сказка. Что-то вам недоговаривают. Кстати, а Кетон мне ничего подобного про Первого Странника не рассказывал.

– Он не мог знать. Это легенда Старшего народа, – пожала плечами эльфийка.

– И много у вас таких легенд?

– Немного, но мой народ хранит знания о Странниках бережнее, чем люди. Мы знаем, что имеет цену.

– Слушай, а эта статуя, она там так и стоит? На площади…

– Ларгиз давно лежит в руинах, империя риггов не существует уже многие тысячелетия. Но вы правы, статуя сохранилась. Когда Ларгиз был разрушен, она единственная уцелела. – Голос Эллины неожиданно потеплел.

– Я бы посмотрел.

– Непременно посмотрите. Простите, мне нужно уходить.

Она поднялась на ноги и мягко мне улыбнулась. Я почувствовал, как и на моем лице расплывается улыбка. Удивительно, почему я так негативно относился к этой девушке. Она замечательный человек, то есть эльф. И фиг с ними, с зубами, зато она красавица и умница. И кажется, очень серьезная девушка.

– Эллина, погоди. Слушай, ты говорила про жизнь и все такое…

– Моя жизнь принадлежит вам, – спокойно повторила эльфийка.

– Понял. Слушай, после этого случая на охоте… Вот ведь как знал, что не стоит мне туда ехать. Зачем вообще в этого несчастного Бемби было стрелять? Нормальных, что ли, зверей для охоты нет?

– В кого?

– Ну, у меня на родине книжка такая есть, про олененка Бемби. Очень печальная, не хуже твоей истории про каменную королеву. Маму Бемби убили злые охотники. А он был маленький и несчастный. Один в один этот ваш местный единорог.

Эллина осторожно кивнула, однако я не заметил особого сочувствия на ее лице.

– Позвольте добавить, – вдруг улыбнулась она, – вы думаете, что этот единорог безобидный?

– Да какой же еще? Кожа и кости. Дунешь – свалится!

– Простите, но вы не все знаете. Единорог – одно из самых опасных животных в Тонрате.

– Чего? – уставился я на нее. – Как это? Он же стоял как теленок на заклании…

– Его парализовали магией, и с этим три сильных мага еле справлялись. Не было бы их, этот теленок, – Эллина вновь улыбнулась, – превратился бы в свирепого и умного хищника. Охота на него – дорогое удовольствие, так что уважаемый Кетон показал, как относится к своему гостю, пригласив на подобную охоту!

Я только покачал головой.

– А эльфы никогда не убивают без причины. Только при необходимости. Зверей. К людям это не относится. Чтобы убивать людей, не нужны причины, – спокойно продолжила Эллина.

Вот уж точно, что на уме, то и на языке. Бесхитростная деваха. И хотя ее слова отдавали откровенным фашизмом, я почему-то улыбнулся ей в ответ.

– Эллина, слушай, а как у вас обстоят дела с броней?

– Что? – удивилась она.

Я принялся подробно расписывать защитную амуницию моего мира. Потом перешли на оружие. Девушка оказалась большим специалистом в этом деле и удивительно приятной собеседницей… Когда в комнату вошла Тария, я был увлечен разговором. Боюсь, в тот момент моя левая рука по-хозяйски лежала на талии Эллины.

Глава 13

Тем не менее я постарался не отдернуть руку, как школьник, а снять ее с талии степенно, с достоинством. Признаюсь, получилось у меня это с трудом. Эллина как ни в чем не бывало поднялась.

– Повелитель, я всегда в вашем распоряжении…

Она еле заметно кивнула Тарии и вышла из комнаты. Я же удостоился внимательного взгляда моей нынешней возлюбленной. Не знаю, как-то нервировал меня ее взгляд. Нет, ревности я там вроде не видел, но было что-то такое… Оценивала она меня, что ли. Вот всякая фигня в голову лезет.

– Приятно видеть такую благодарность в адрес простой наемницы, – произнесла девушка, садясь рядом со мной на кровать, на то место, где до нее сидела эльфийка.

Сарказм она даже не пыталась скрыть. Да и пусть… Я вообще ей ничем не обязан. Утром сама сбежала, а теперь изображает из себя невесть что.

– Вы о чем-то задумались? – вернул меня к жизни голос Тарии.

– Да так, – махнул я рукой и внимательно посмотрел на сидевшую рядом девушку. Выглядела она сногсшибательно. С каждым разом ее наряды все откровеннее и откровеннее, хотя и без лишней пошлости.

– Я вас обидела? – мягко спросила она и, наклонившись ближе, заглянула мне в глаза.

Я невольно отшатнулся и тут же, смутившись, поспешил взять ее за руку.

– Нет! Конечно нет!

– Вы Повелитель, вы вольны делать что хотите, но я… с того мига, как мы расстались… – Голос ее звучал трагически.

Я напрягся. Не искушен я в любовных сценах, но, кажется, именно при этом действе я и присутствовал. Еще бы разобраться, чего от меня хотят. То ли намекает на скорую свадьбу, то ли предлагает остаться друзьями. А может, хочет еще одну ни к чему не обязывающую ночь? Я бы не отказался, честное слово!

Задумавшись, я прослушал начало рассуждений своей собеседницы, и мне даже стало немного стыдно за свою невнимательность.

– …и если вы что-то подобное обо мне слышали, то… – вещала Тария.

– Прошу прощения, но я о тебе ничего плохого не слышал, клянусь. Наоборот, Кетон очень хорошо о тебе отзывался. Я вообще ни к кому никаких претензий здесь не имею. Разве что к тем, кто в меня стрелу всадил. Но, насколько я понимаю, ты в этом не замешана?

– Разумеется! – ахнула она.

Я довольно кивнул. Реакция уж больно яркая, значит, можно не волноваться. Не то чтобы я на нее думал, но все же. Я посмотрел девушке в глаза и улыбнулся. Правда, долго задержать взгляд я, увы, не смог, очень уж отвлекал меня ее глубокий вырез. Невольно вспомнилась волшебная ночь, проведенная с красавицей. Я ощутил, что снова теряю контроль над собой.

– Повелитель…

– Андрей меня зовут.

– Да, прошу прощения, Андрей, я пришла к вам не только принести извинения. Я должна вам признаться…

– В любви? – машинально ляпнул я.

– Вы знали? – Она отдернула руку и вскочила с кровати. – Вы можете смеяться сколько угодно, но даже у меня есть гордость!

В гневе она была еще прекрасней. Если б я знал, чем умудрился разозлить свою леди, я бы непременно извинился. Но я вообще не улавливал ее настроения, а эти странные разговоры меня окончательно запутали. Может, и черт с ней, с болтовней?

Я резко встал, обхватил тонкую девичью талию, притянул взбешенную красотку к себе и крепко поцеловал. Она почти не сопротивлялась. Почувствовав, что ее руки обвивают мою шею, я чуть отстранился и самым игривым тоном, на какой был способен, спросил:

– Разрешите вас похитить, мадемуазель?

Тария улыбнулась и чуть склонила голову, соглашаясь. Взгляд у нее был лукавый. Я немедля подхватил ее на руки и закружил. Она весело рассмеялась, и я решил больше не терять времени. Когда мы оказалась на кровати, она вдруг посмотрела на меня внимательно и серьезно и чуть слышно прошептала:

– Я люблю тебя.

Я аж воздухом поперхнулся от такого заявления. Почему-то мне показалось, что я никогда еще не был так счастлив. И я, естественно, тут же обещал Тарии достать для нее все звезды с неба, все жемчужины со дна моря и много чего еще. Какое-то время мы целовались и обменивались милыми любезностями, а потом я вспомнил, что обещал ее похитить, и стал изображать разбойника.

Похищение удалось на славу…

Камин, весело треща, пожирал дрова, освещая мерцающим светом небольшую комнату, в которой, кроме двух кресел и низкого столика на витых ножках, ничего не было.

– Итак, ты знаешь, зачем я тебя звал? – Кетон, удобно расположившийся в кресле, строго посмотрел на стоявшую перед ним Эллину.

Честно говоря, он не понимал Тарию… ну подумаешь, эльфийка неравнодушна к Страннику. А кто к нему равнодушен? Впрочем, это ее дело, ей лучше знать, как с этим управляться. Тария никогда себе не позволит проиграть, так что проще ее направлять и немного помогать, тогда все будет идти гладко.

Кетон отбросил неприятные мысли и вернулся к эльфийке, которая стояла с абсолютно независимым видом. Да, забыла девочка, кто ей платит. Маг почувствовал раздражение, но сразу постарался прогнать его. Первое правило всех магов – не думать чувствами и не действовать чувствами. Только разум.

– Ты слышала мой вопрос?

– Да, – коротко ответила Эллина.

– И это все, что ты можешь сказать? – нахмурился он.

– А что я должна сказать? – пожала плечами эльфийка, с вызовом глядя на мага. – Я нанималась служить вам и, если надо, готова отдать свою жизнь. Что-то еще?

– Хм, ты вообще знаешь, кто такой Странник? Чего ты от него хочешь?

– Я? А что хотят женщины от таких мужчин? – Эллина улыбнулась и внезапно подмигнула Кетону.

Он даже растерялся. Проклятье на этих женщин. Что эльфийки, что люди – все они одинаковы. Но, с другой стороны, надо вести себя осторожно. После того как Эллина спасла Страннику жизнь, нельзя с ней не считаться.

– А ты не забываешься? Ты ведь просто наемница. Разве ты достойна Странника?

– Решаю не я, – усмехнулась эльфийка, – Странник сам может выбрать себе женщину.

– Но не тебя! – рявкнул Кетон, потеряв терпение и забыв о том, что девушка может пожаловаться Андрею. Что случилось с эльфийкой, обычно всегда беспрекословно подчинявшейся ему?

– Твой контракт будет разорван, Эллина. Ты нанималась защищать замок и его хозяина, то есть меня. И должна понимать, что в остальные дела свой нос тебе совать нельзя. Это понятно? Или слова «честь контракта» уже ничего не значат для народа эльфов?

Эллина нахмурилась, но сдержалась.

– Честь контракта я соблюдаю и не нарушу, – спокойно произнесла она, – но в отношении остального я сама решу, как мне быть.

– Женщина, – тяжело вздохнул Кетон, – еще раз говорю: не питай надежд насчет Странника. И последний раз предупреждаю: контракт будет разорван. Выполняй свою работу, и только!

– Вы это уже говорили. Я поняла вас. Правда, позвольте выразить сомнение в том, что Странник позволит вам разорвать контракт.

На губах у девушки появилась улыбка.

Кетон негромко хмыкнул. Да, от Эллины надо избавляться при первом же удобном случае. Это уже не охранник и не телохранитель. Он, конечно, надеялся, что ее разум восторжествует над чувствами, но для себя все решил.

– Посмотрим, – произнес он. – Надеюсь на твое благоразумие.

Он встал, показывая, что разговор закончен. Эллина невозмутимо поклонилась и вышла из комнаты. Маг невольно проводил ее взглядом.

– Вздорные девки, совсем потеряли совесть! – рыкнул он.

Глава 14

Алатея задумчиво пошевелила угли палкой. Она сидела на бревне, придвинутом Керой ближе к костру, и смотрела, как спутница тренируется. Алатея даже немного завидовала упорству и выносливости своей подопечной. Кера тренировалась с кинжалами каждое утро, но кроме того никогда не упускала возможности отработать навыки в любое свободное время. Вот и теперь, на привале, она, разложив вещи, устроив спальные места и подвесив над костром котелок с водой, предалась своему излюбленному занятию. Кинжалы в ее руках мелькали с невероятной скоростью. На ее губах играла довольная улыбка.

Алатея не до конца понимала эту восторженность. Для обычной крестьянской сиротки Кера слишком часто улыбалась. Алатея не могла себе представить жизнь этой девчонки. В ее дворцовом детстве не было ни одного мрачного дня. У принцессы Алатеи было все, чего она могла пожелать. А временами даже больше.

Однако она принимала любые материальные блага как должное. В конце концов, иной жизни Алатея не представляла. Единственное богатство, которое она действительно ценила, была любовь. Любовь отца. Король, как бы он ни был занят делами государства, не позволял себе забывать о семье. Он не давал дочери чувствовать себя одинокой. А после смерти ее матери и вовсе ни на шаг от себя не отпускал.

Алатея отлично помнила эти счастливые годы. Даже появление мачехи и рождение наследника не изменило отцовского отношения к принцессе. Теперь Алатея не любила вспоминать, что когда-то называла короля Вартеса братом. И что он был неплохим мальчишкой, хорошим товарищем в играх и вообще забавным карапузом. Он повсюду следовал за сестрой и называл ее Аля. Как это было давно…

С тех пор многое изменилось. Отец ушел в иные миры, откуда уже не бывает возврата. Мальчишка Вартес превратился в мужчину с ледяными глазами и твердым характером. Отсутствие у него магического таланта только подхлестнуло ощущение собственной неполноценности по сравнению с сестрой. Несмотря на то что власть в королевском роду передавалось только по мужской линии, брат заставил сестру отказаться от титула принцессы. И она стала просто герцогиней.

Кера закончила упражняться и принялась за готовку.

– Ты помнишь своих родителей? – неожиданно для себя спросила Алатея и пристально посмотрела на девушку.

– Нет. Иногда мне кажется, будто я вспомнила мать. Но я не уверена, – пожала плечами Кера.

Алатея скривилась. Простолюдинка, что с нее взять. Только крестьянская девчонка может так беззаботно относиться к своему роду. Королева себе такого позволить не может. Алатея помнит и отца, и мать, и еще пару десятков предков, чьи лица строго смотрят из портретных рам в галереях дворца.

Кера неторопливо перемешивала готовящуюся еду и осторожно поглядывала на свою госпожу. Сегодня та пребывала в странном расположении духа. Кера старалась не мешать ее размышлениям. Девушку лишь немного смутил этот странный вопрос о родных. Она действительно не помнила родителей и не хотела вспоминать. Много лет назад отец пытался найти каких-нибудь родственников Керы и даже кое-что разузнал. Однако одна-единственная встреча с теткой запомнилась десятилетней девочке на всю жизнь. Тетка не пустила племянницу на порог. Больше встреч ни та, ни другая не искали. А отец никогда не вспоминал про тот случай.

Суп сварился. Кера достала миски. Алатея, уже привычная к подобным дорожным ужинам, молча приступила к трапезе. Кера, отойдя в сторонку, тоже взялась за ложку. Какое-то время обе увлеченно стучали ложками, не замечая даже, что делают это совершенно синхронно.

После ужина Алатея обошла лагерь, расставляя охранные заклинания, и только после этого устроилась на постели, сооруженной Керой. Та же не спешила ложиться.

Дождавшись, пока Алатея уснет, она осторожно проверила каждый узел плетения и усилила всю охранную сеть заклинаний. В ее действиях не было недоверия или сомнения в возможностях королевы, просто Кера привыкла всегда защищать свою госпожу. Даже когда от нее этого не требовалось.

В тишине ночи глядя на звездное небо, Кера вдруг задумалась о конечной цели путешествия. Какой он, этот Странник? Наверняка он высокий, широкоплечий и красивый. Это ведь почти невероятное чудо – увидеть Странника своими глазами. Кера, разумеется, читала о его предшественнике. О том самом, который возглавил величайший военный поход в истории.

Даже представить страшно, какая сила заключена в нынешнем Страннике. Стоит разыскать его как можно быстрее. Если подобная мощь попадет не в те руки, может произойти все что угодно.

Кера еще долго ворочалась, не в силах уснуть. Слишком живое воображение рисовало картины разрушенного мира. На душе было неспокойно. Но все же усталость взяла верх, и девушка наконец забылась тяжелым сном.

Утро было туманным.

Алатея зябко поежилась, кутаясь в одеяло, и отхлебнула большой глоток горячего ягодного отвара.

– Возможностей не так уж и много, – недовольно пробурчала она. – В любом случае порталы нам сейчас недоступны. В мои планы не входит сообщать кому-либо, куда я направляюсь. Ты же знаешь, что Гильдия магов следит за перемещениями. Думаю, об этом сразу станет известно им, ручным собачкам короля. А тот… Даже если мы попробуем запутать следы, это все равно чересчур опасно. Создавать свой собственный портал, как ты понимаешь, совершенно нелепо. Это займет слишком много времени и сил.

– Я знаю, – кивнула Кера. – Но мы теряем время! Дорога займет недели! Если воспользоваться порталом только один раз, сэкономим почти три дня.

– Нет, невозможно.

– Если изменить отпечаток…

– Нет!

– Простите. – Кера потупила глаза и начала собирать вещи.

– Мы рискуем! Если узнают, что я это сделала…

– Я могу держать обе метки. Тогда никто не осмелится.

– Нет!

– Он уже несколько дней один. С ним могло случиться все что угодно. К тому же там, в руинах, обитают ригги. Если он с ними столкнулся, то, возможно, мы уже зря спешим. Я читала об этом народе. Да и вы…

– Если нас поймают на этом…

– То я буду обвинена в применении запретной магии. Они не смогут доказать, что вы об этом знали. К тому же, если сможем пройти не через один, а через два портала…

– Сократим дорогу до пары дней. – Алатея задумалась.

Желание скорее вернуть Странника боролось в ней с выработанной годами осторожностью. Она сознавала, что, воспользовавшись любым стационарным порталом, она немедля привлечет внимание к своему путешествию. Гильдия магов не упустит возможности выслужиться. Главный придворный маг Эйкар великолепно разбирается в своем деле. Разумеется, король узнает, куда принцесса направляется. И не замедлит выяснить цель ее путешествия. Тогда со всеми планами можно попрощаться. Странник, с таким трудом найденный и доставленный из иного мира, станет для Алатеи недосягаем.

Но чрезмерная осторожность также может испортить все планы. Избегая порталов, Алатея увеличивает время одинокого пребывания Странника. Кто знает, с кем Странник столкнется за это время? Было бы глупо забыть о неизвестном маге, вмешавшемся в дела Алатеи. Возможно, Странник уже в его руках.

Как бы то ни было, время – единственный фактор, который неумолимо продолжает уводить будущую королеву все дальше от ее мечты. И наступает пора принимать рискованные решения. И доверяться воле случая.

– Хорошо, мы поступим, как ты говоришь, – наконец произнесла Алатея.

Кера постаралась ничем не выдать своего ликования. В отличие от своей госпожи наемница привыкла рисковать и умела оценивать шансы на победу. К тому же ей представлялся прекрасный шанс наконец принести пользу и исправить все предыдущие свои промахи.

К вечеру этого же дня у портала в Зеленых Холмах стояли две девушки. Стражник окинул обеих взглядом и тут же отвернулся, не найдя в приезжих ничего примечательного. Заклинания маскировки, умело наложенные Керой, работали идеально. Лениво протянув руку, он удрученно обозрел несколько монеток – стандартную плату за проход, и печально вздохнул. Видно было, что служба ничуть его не радовала. Ссыпав мелочь в металлическую коробку, он кивнул и потерял к девушкам всякий интерес.

Перед распахнутыми дверьми в помещение портала стояла белая колонна с выемкой для ладони. Стандартная процедура. Девушки по очереди осторожно прикоснулись к рисунку и отошли в сторону. После их прикосновений колонну окутало зеленоватое свечение.

Девушки вошли в помещение, в центре которого горело бледно-голубым матовым светом окно портала. Сидевший у дверей пожилой писарь записал их имена. Через несколько минут обе они уже исчезли в портале.

Никто и не заметил, что зеленоватое свечение вокруг колонны мигнуло красным и вновь вернулось к привычному цвету.

Глава 15

Кера недовольно нахмурилась. Лошадь, доставшаяся ей в этот раз, отличалась вздорным нравом и то и дело сбивалась с шага. Кера, привыкшая иметь дело с гордым, но послушным Тайграхом, злилась как никогда. В путешествиях через порталы расставание с любимцем было единственным недостатком. И хотя она беспокоилась о своем коне и злилась на взятую в аренду кобылу, настроение у нее было приподнятое. В конце концов, Висс, надежность которого не оставляла никаких сомнений, обещал доставить Тайграха через семь дней в Рэйдон, ближайший к Риггейским руинам город, из которого они сегодня утром выехали. Решившись на смелый шаг и пройдя порталами, они сэкономили уйму времени. Они заночуют перед руинами бывшей риггейской столицы, а утром войдут в нее. Ночью в развалины отправился бы, наверное, только сумасшедший. Однако ни Алатея, ни Кера не имели представления о том, как дальше искать Странника. Приходилось лишь надеяться, что удача не изменит им.

Хотя Кера больше волновалась о безопасности своей госпожи, нежели о поиске неведомого человека. Во всяком случае, Странник был далеко, а угроза жизни – весьма близко. Чтобы добраться до леса, давно разросшегося на жалких руинах былой империи, пришлось ехать старым трактом, заброшенным и запущенным. Еще лет десять назад этой дорогой вполне активно пользовались, но потом было решено построить более удобную. К слову сказать, новый тракт был почти в полтора раза длиннее старого, однако никого это не смущало.

Жителям Рэйдона, да и всем приезжающим было приятнее объезжать стороной странный лес и древние развалины. Было в этих местах что-то пугающее. Местные жители рассказывали много баек и про лес, и про его жителей. Говорили, что где-то здесь жили вопреки здравому смыслу остатки некогда великого народа риггов. В действительности мало кто встречался с ними лично, но некоторые имевшие такую возможность рассказывали, будто видели сумасшедших оборванцев, грязных и лохматых. Никто не знал, каким чудом им удается выживать в дебрях леса. Хотя догадки на этот счет ходили самые разнообразные.

Однажды на руины приехало несколько магов, это было пару десятков лет назад. Они собирались изучать что-то, однако, как они ни пытались, попасть в лес так и не смогли. Каждый раз дорога словно делала петлю, возвращая их экспедицию обратно к воротам города.

Промаявшись десять дней и истратив кучу магической энергии на попытки пробиться в чащу, маги собрали вещи и в полном составе покинули город.

Все это Алатея прекрасно знала. Раньше, разумеется, ее не интересовала эта местность, но еще до отъезда она имела возможность изучить всю информацию, которую только смогла найти. Кстати, отчет тех самых магов ей тоже попадался. Разумеется, копия. Возможно, даже подправленная и отредактированная, но основной смысл все же остался не искажен. Существовала огромная вероятность того, что магам в этих местах делать нечего.

Поэтому, выезжая на запущенный тракт, Алатея задумчиво перебирала в голове варианты решения столь сложной задачи: как проникнуть туда, куда тебя не желают пускать? Увлеченная своими мыслями, она не сразу даже поняла, отчего ее лошадь резко остановилась. Впрочем, Кера, которая неизменно ехала рядом, уже успела оценить ситуацию.

Посреди дороги стоял подозрительный тип, и вид у него был самый что ни на есть бандитский. Алатея отметила про себя, что в руках у Керы блестят кинжалы, и на всякий случай начала плести щит. Плетение сразу же пересеклось с уже связанными нитями силы: Кера успела поставить свой щит, прикрывая свою наставницу. Алатея одобрительно хмыкнула. Ей действительно не приходилось беспокоиться о себе, когда девушка была рядом.

Меж тем разбойник, видно бывший уже изрядно навеселе, хриплым голосом потребовал денег. И достал откуда-то из недр мешковатой одежки нож. Алатея заметила, что нож давно проржавел, и весело рассмеялась. Кера, не тратя время на пустые разговоры, пришпорила кобылу, проезжая мимо неудачливого грабителя.

Возмущенный мужик щедро осыпал наездниц ругательствами и угрозами. Девушка спрыгнула на землю, оказавшись перед мужиком. По-прежнему не произнося ни звука, ударила грабителя в челюсть, выбила из руки нож и повалила на землю. Бедняга не успел даже охнуть.

– Не смей оскорблять… женщину, – грозно прошипела Кера, сплюнула и бросилась догонять свою кобылу, которая успела сойти с дороги.

Алатея пожала плечами и вернулась к своим размышлениям.

Солнце клонилось к горизонту, а лес все не приближался. Впрочем, и обратно к городу дорога не повернула. Алатея чувствовала нарастающее вокруг напряжение. Какая-то сила в этих местах была, но уловить ее суть у бывшей принцессы не получалось.

Несколько раз она останавливалась и пробовала работать с «ветвями», однако ничего стоящего из этого не вышло. Алатея решила продолжить свои изыскания по пути. Она перебирала в уме имеющиеся возможности и с грустью понимала, что таковых в ее арсенале не так уж и много.

Кера была чужда этих забот. После встречи с разбойником она стала еще настороженнее. Хотя мужик и не был большой проблемой, там, где есть один, всегда могут найтись другие и оказаться куда как опаснее. Неизвестного врага никогда нельзя недооценивать. Это правило она усвоила еще в детстве из наставлений отца. И как бы Кера ни была уверена в своих силах, она предпочитала быть готовой к любой ситуации.

Поэтому, когда почти на закате на их пути возник человек, в руках у Керы снова оказалось ее излюбленное оружие. Алатея же недовольно поморщилась, приняв его за очередного охотника за легкой добычей. Мужчина был бос, борода его сбилась колтуном, одежда, если ее можно так назвать, представляла собой совершеннейшие лохмотья. Кроме того, он был лыс, и в закатном солнце лысина отсвечивала красным. Выглядело это ужасно, и Алатея почувствовала отвращение.

– Уйди с дороги! – прикрикнула Кера.

Человек что-то пробормотал.

– Что ты сказал? – Кера не опустила кинжалы, и лицо ее стало еще суровее.

Продолжая бормотать, оборванец развернулся и пошел прочь. Кера и Алатея удивленно переглянулись. Кера пустила лошадь следом за незнакомцем.

– Эй, ты кто такой?

Но человек продолжал брести по дороге, не переставая бубнить себе под нос. Девушка соскочила на землю и подошла ближе.

– …кровь вернется к крови, сила вернется к силе, кто обретет свое имя, тот обретет свой трон…

Кера оглянулась на Алатею. Услышав бормотание странного путника, она вдруг ощутила беспричинный страх. Упоминание трона заставило девушку насторожиться. Простой ли это сумасшедший или же в его словах скрыта тайная сила?

– Моя го… Тана! – позвала она.

Алатея подъехала ближе. Кера попыталась остановить незнакомца, и тот недолго думая просто сел на землю, скрестив ноги. Они напряженно вслушивались в его невнятное бормотание, в котором было что-то притягивающее и волнующее, хотя мало какие слова удавалось разобрать. Что-то о крови, о силе, о большом народе и о проходящем сквозь миры. Услышав о последнем, Алатея спрыгнула на землю и схватила сидящего пророка за плечо, но, кажется, тот совершенно ничего не замечал вокруг.

Алатея хорошенько потрясла странного человека, забыв даже о своей брезгливости, но так и не добилась реакции. Кера помахала перед его лицом оружием – без толку.

– И что дальше? – спросила девушка. Уже почти стемнело, и следовало искать место для ночлега, но отойти от непрерывно бормочущего мужчины казалось неправильным.

Алатея резко выдохнула и решилась:

– Уходим. Не знаю, кто он и зачем здесь, но мы от него ничего не добьемся.

Кера удовлетворенно кивнула и машинально похлопала незнакомца по плечу. Мужчина, словно очнувшись, повернул голову и внимательно посмотрел на девушку.

– Сила моего народа, – отчетливо произнес он.

Кера растерянно захлопала ресницами. А мужчина меж тем поднялся и громко сообщил:

– Я веду тебя в сердце боли твоей, к матери твоей и отцу твоему. По праву крови твоей, по праву силы твоей верну тебе то, что ты желаешь вернуть.

И двинулся по дороге. Шагал он быстро и уверенно. Ошарашенные девушки, подхватив по уздцы коней, поспешили следом. Впрочем, Кера не забыла накрыть щитами себя и свою госпожу. Странный человек отчего-то внушал доверие, но все это могло быть и хорошо продуманной ловушкой.

Не прошло и получаса, как лес по обеим сторонам дороги стал меняться. Алатея заметила это первой и облегченно вздохнула. Во всяком случае, часть дела была сделана – они вошли на бывшую землю риггов.

Когда Тария ушла, я подошел к узкому окну. Судя по всему, день пошел на убыль. Как ни странно, я привык к этому месту. За столь небольшой промежуток времени я стал здесь практически своим. Даже вот девушку встретил.

Некоторое время я разглядывал безлюдный двор замка, и ни с того ни с сего на меня накатила печаль. Внезапно захотелось все бросить и вернуться домой. Бог с ними, с этими божественными Странниками и прочими фэнтезийными атрибутами. Какой из меня полубог? Здесь все не мое, не родное, не настоящее! Даже сам я изменился. Где теперь прежний Андрей, от которого ушла жена, потому что он был слишком скучным? Мне нравилась моя тихая писательская жизнь. Меня никто не заставлял тащиться через полмира неизвестно куда, меня не соблазняли аппетитные красавицы, в меня не стреляли из лука, в конце концов! На кой черт мне вообще все это сдалось?

Я раздраженно отвернулся от окна и бросил взгляд на смятую постель. Ладно, кое-какие преимущества все же имеются. Тария – просто богиня. Да и вернуться домой мне, похоже, не светит. Буду радоваться тому, что имею. Я жив, здоров и пока что весьма неплохо устроился. Вот разберусь с Кетоном и его путешествием, а там посмотрим.

Назвался Странником, как говорится, полезай в Храм. Или как-то так. Правда, помнится, мой предшественник плохо кончил. Ладно, если научусь двигать горы, буду двигать потихонечку, чтобы никого не обидеть. Эх, Андрюха, нам ли быть в печали? Разберемся как-нибудь и с магией и с магами. Вот только поем и сразу разбираться начну. Я потряс колокольчиком, стоявшим на столе. К моему огромному удивлению, передо мной появился не слуга, а Кетон собственной персоной. Не иначе маг обладал даром предвидения.

– Добрый вечер, господин. Как вы себя чувствуете? – поклонился он. – Я подумал, что вы пожелаете меня видеть.

– Жить буду, если не помру, – хмыкнул я. – Но поужинать мне точно не помешает.

Кетон понимающе посмотрел на меня.

– Сейчас распоряжусь.

Не успел я оглянуться, как в комнате появились слуги, развившие бурную деятельность. Спустя пятнадцать минут стол был накрыт. Я в очередной раз поразился изобилию. Они и правда думают, что мы вдвоем это все съедим? Или сейчас сюда придет рота солдат?

– Оперативно, – пробормотал я с невольным восхищением.

Маг собственноручно налил мне вина. Я благодарно кивнул и принялся за еду. Понятно, что Кетон не просто так пришел, а с разговором. Но придется ему подождать, пока я поем. На голодный желудок я не способен общаться. Я ж у них Повелитель, вот и пусть подождет. Царь ужинать изволит. Однако Кетон дожидаться, пока я дожую, не стал.

– Уважаемый Странник, у нас все готово, – сообщил он мне, поставив бокал на стол.

– Интересно, – протянул я, глотая кусок мяса. – Удивительно, что вы решили поставить в известность меня.

Надо же, по-моему, Кетон даже немного смутился.

– Я не хотел беспокоить вас, – вывернулся маг.

– Конечно-конечно, не стоило меня беспокоить. А то я еще с прошлого раза беспокойный. Ну с того, помните, когда меня грохнуть пытались, – саркастично заметил я, слегка нахмурившись.

– Грохнуть? – непонимающе уставился на меня собеседник. – А, вы о покушении. Мы еще раз приносим вам свои извинения. К сожалению, Странник слишком заметная фигура в нашем мире, и скрыть ваше присутствие очень тяжело. Мы обязательно найдем виновных!

– Удачи, – проворчал я. – Ну и что там? Когда выезжаем?

– Если позволено мне будет предложить, можно выезжать послезавтра. Думаю, откладывать больше не стоит. Как раз мы успеем подготовиться.

– Хоть завтра, хоть послезавтра, – пожал я плечами.

Кетон что-то пробурчал себе под нос, и из воздуха соткалась призрачная карта Таррента. Подобные карты, но на бумаге, я видел в замковой библиотеке.

– Мы находимся здесь. – Палец мага остановился в восточной части материка, изображенного на карте. – Нам надо добраться до Моррига. – Палец проделал путь с востока на запад и опустился на северную часть материка. – Вот этот остров недалеко от побережья и есть остров Странников. На него можно попасть только через портал. Портал находится недалеко от Моррига, только… – Маг замялся.

– Что там еще?

– Портал как таковой в постоянном виде отсутствует. В книгах написано, что он появляется только при вхождении Странника в Мертвый Лес, который и является зоной действия портала.

– Название не обнадеживает, – хмыкнул я.

– Это только название, – поспешил успокоить меня Кетон, – я там был всего один раз, поверьте, это просто мертвые деревья, опаленные много сотен лет назад магией.

– Понятно. – Я еще раз посмотрел на карту. – Насколько я понимаю, от Могила до Моррига расстояние огромное? Надо пересечь весь материк. Это ж сколько мы будем добираться? Год? Если ни машин, ни поездов, ни самолетов у вас нет, может, найдется ковер-самолет или на крайний случай сапоги-скороходы, а?

– Что?

– Ничего, – рассмеялся я. – Значит, путешествие длиною в год? Мне стоит запастись терпением.

– Конечно нет, – позволил себе скромно улыбнутся маг. – Обычным путем нам надо добраться до столицы соседнего королевства Кавент, города Арс. Конечно, и в Таре, нашей столице, имеются порталы, с их помощью мы можем переместиться до Зеленых Холмов, но мы же хотим действовать скрытно, так как если станет известно, что Странник прибыл в Тонрат, думаю, на вас, Повелитель, откроют сезон охоты.

– Понятно… – протянул я. – А в Арсе порталы до Моррига, я так понимаю?

– Именно так. К тому же в Арсе у меня есть несколько очень хороших знакомых из местной Гильдии магов, которые, естественно за определенное вознаграждение, тихо и быстро нас переправят в Морриг. А сам Морриг, в отличие от наших королевств, куда лояльней относится к магам. У нас с этим очень сурово, в Кавенте, впрочем, тоже не сахар.

– А что ж тогда все маги в Морриг не переберутся?

– А кем, например, я там буду? – покачал головой мой собеседник. – Одним из сотни обычных магов. Здесь у меня земля и замок. И здесь под боком Риггейские руины, которые помогли мне встретиться с вами, Повелитель!

– Ладно, ладно. – Я невольно поморщился. Раздражает меня это обращение. Тоже мне Повелитель – сюда иди, сюда смотри, здесь делай что говорят. – Надо ехать, значит, едем. А кто, кстати, едет?

– Я, Тария и вы. Ну и конечно, небольшой отряд охранников.

– Эльфийки Эллины?

– Вообще-то… – Кетон замялся. – Я не хотел бы брать их с собой. Они слишком приметные, и к тому же у нас есть более надежные охранники…

– Куда уж надежнее? Эллина меня собой закрыла! У вас это в порядке вещей, что ли? Как-то с трудом верится. Эллину я хотя бы знаю. Она нормальная девчонка, то есть эльфийка. И вы сами ее нахваливали. Берите Эллину и не заморачивайтесь. А то, что она приметная, так Тария вон куда приметнее, – удивился я.

Что за ерунда? Почему ему так Эллина не приглянулась? Вроде сам мне ее нахваливал недавно. А теперь вот скривился, как от кислых щей. Может, не поделили что-то?

– Как скажете, Повелитель, – покорно наклонил голову маг.

– Послезавтра, значит?

– Да, именно так, Повелитель.

– Мне, вероятно, одежда понадобится какая-нибудь… менее нарядная. И прочие мелочи в дорогу. Трусы, носки и бритва.

Кетон озадаченно на меня посмотрел.

– Шутка, – развел я руками. – Ах да, и мне бы оружие какое-нибудь…

– Оружие?

– Да, оружие. Исключительно в целях самозащиты.

– Вы умеете обращаться с мечом? – У Кетона аж глаза расширились от удивления.

С мечом я, естественно, обращаться не умел, если только не считать драки на импровизированных мечах в светлом детстве, по принципу кто кого перемашет. Но, во-первых, не в моих правилах показывать свои слабые места, а во-вторых, ради собственной безопасности я могу и мечом научиться пользоваться. Как говорится, назвался груздем…

Я изобразил на лице вселенскую скуку и лениво процедил:

– Конечно, я бы предпочел автомат, но, если кроме меча, другого оружия у вас нет…

Маг на миг задумался, потом кивнул, словно в ответ каким-то своим мыслям. Он сделал замысловатый жест руками, и на столе передо мной появился богато украшенный позолотой небольшой жезл, увенчанный крупным камнем красного цвета.

– Это жезл Этона! – гордо заявил Кетон. – Они очень дорогие и достаточно редкие. Но каждый уважающий себя маг старается накопить на него. Чтобы пользоваться им, не нужно заклинаний, но нужен магический дар. У вас он есть, Повелитель. Понимаете, жезл до определенной степени разумен. Он повинуется вашим мысленным командам. Сейчас он полностью заряжен. Правда, приходится со временем перезаряжать.

– И что эта штука может? – поинтересовался я, аккуратно прикасаясь к жезлу.

– В основном защитные заклинания. Всевозможные щиты. Не слишком сильные, но вполне способные уберечь от шальной стрелы или молнии.

– Разумен? – Только сейчас до меня дошли эти слова.

– В том смысле, что повинуется вашим мысленным приказам. Но вам надо сначала настроить его. Возьмите жезл в руки…

Я аккуратно взял его со стола и почувствовал легкую вибрацию, которая сразу же исчезла. Камень на венце полыхнул багровым светом и погас.

– Все, – удовлетворенно кивнул Кетон, – теперь он настроен. Завтра можно будет испытать. Кстати, сейчас им никто не может воспользоваться, кроме вас.

– То есть красть его бессмысленно?

– Не совсем… но, чтобы перенастроить жезл, требуется много времени и сил…

– Спасибо, Кетон.

– Давайте выпьем за удачное путешествие! – предложил он, и мы вновь подняли наши бокалы.

Глава 16

Марсен нахмурился и еще раз взглянул на амулет в своей руке. Зазевавшись, он чуть не угодил под колеса прогромыхавшей рядом очередной телеги с овощами. Кажется, фермеры решили устроить грандиозную ярмарку. Во всяком случае, иного объяснения присутствию такого количества телег на обычно пустынном тракте не было. Деревенские ярмарки не волновали его со времен далекого детства. У него теперь была одна забота – крохотный шарик на тоненьком шнурке, лежащий на его ладони.

Амулет сменил цвет. Он не заметил, когда произошла перемена: утром крохотный шар отливал синевой, а вот в полдень, когда Марсен решил устроить небольшой привал, амулет уже поменял цвет на темно-синий. Вообще-то не велика разница, но он привык замечать даже незначительные мелочи. Как-никак – доверенное лицо братства.

Поэтому с самого полудня мужчина не выпускал шарик из рук ни на миг, раз за разом останавливаясь, чтобы разглядеть его. Он щурил глаза, рассматривал амулет в солнечном свете и, наоборот, в темноте, зажав в ладонях, он даже опускал шар в воду. Сомнений не оставалось – цвет изменился.

Однако конечный результат этого изменения был, к сожалению, абсолютно неизвестен. Разумеется, было понятно, что-то произошло, но вот что? Марсен очередной раз вздохнул и, поправив капюшон, зашагал дальше. Что бы ни происходило, стоило поторопиться.

Проезжающие мимо деловитые торговцы брезгливо поглядывали на грязного оборванца, идущего по обочине, а один из них даже бросил пару неприятных словечек. Вид мужчины и впрямь не вызвал доверия: запыленная одежда, сбитые сапоги и видавший виды заплечный мешок. Но отчего-то фермеры не обратили внимания на торчащий из-за спины путника эфес меча. Может, не особо старались разглядывать, а может, и вовсе не поняли, что это грозное оружие. Возможно, будь они повнимательней, они бы легко распознали воина и поостереглись бросаться словами.

Марсен, впрочем, не замечал ни груженых телег, ни их хозяев, он спешил и не намеревался отвлекаться по пустякам. Бранных слов в свой адрес он и вовсе не услышал – мысли были заняты другим. Он считал дни, которые ему придется провести в пути. И результаты подсчетов ужасно его огорчали. Ему не хватало единственной ценности, которую, увы, невозможно ни купить, ни украсть, ни даже взять силой, – времени.

Марсен крепко сжал в кулаке амулет и в очередной раз мельком бросил взгляд на крохотный шарик. По-прежнему зеленый. Несомненно, хорошо было бы узнать, что означает этот цвет. Но пока имелись лишь предположения. Легко понять, раз цвет переменился, то и с самим «объектом», к которому привязан амулет, что-то случилось. Вариантов тут немного: либо произошло что-то хорошее, либо наоборот. Так или иначе, конечная цель Марсена не менялась. Пока «объект» жив, Марсен будет его искать.

Он всегда с радостью и какой-то особой гордостью отправлялся выполнять поручения братства, но в этот раз его охватывали иные чувства. Восторг, воодушевление, надежда. Марсен никогда не отличался фанатизмом, но сейчас испытывал странную эйфорию от предчувствия важности своей миссии. Многие поколения братьев жили и умирали, зная, что их ожидание не свершится.

Марсену повезло, он родился под счастливой звездой. И теперь именно ему предстоит встретить Странника, того, кто по силе равен лишь Создателю мира. Все, что Марсен знал о Странниках, говорило об их абсолютной исключительности. И в то же время они были обычными людьми. Годы изучения истории Странников научили Марсена восхищаться мужеством и упорством этих людей. Оставившие свой мир ради сохранения равновесия и самой жизни в Тонрате, они заслуживали всяческого уважения.

Важность доверенной ему миссии не оставляла сомнений, но Марсен также знал, что эта честь предоставлена ему абсолютно заслуженно. Его предок воевал рядом с последним Странником, его двоюродный дед всю свою жизнь служил братству. Да и сам Марсен за свои три с небольшим десятка лет успел сделать немало. Во всяком случае, Великий ни разу не был им недоволен.

Вспомнив о Великом, Марсен еще раз осторожно посмотрел на амулет в своей руке. По-прежнему зеленый. Интересно, что изменилось в жизни Странника? Обязательно нужно спросить при встрече. В том, что она состоится, сомнений нет. Марсен отлично помнил наказ – Странник должен слышать только правду и все решения принимать сам. Даже если они идут вразрез с желаниями братства. Марсен, привыкший быть одиночкой, должен предложить Страннику свою дружбу, и ничего больше.

Это казалось справедливым, ведь братство никогда и никого не принуждало к чему бы то ни было. Марсен отлично помнил, как сам, будучи мальчишкой, принимал решение стать одним из братьев. Тогда ему предложили выбор: жить в хорошей семье на правах младшего сына или отдать свою жизнь служению. И с ответом не торопили. Он думал ровно восемь дней.

С тех пор, после той первой памятной встречи с Великим, Марсен ни разу не пожалел о принятом решении. Он даже и представить не мог себе иную жизнь. Обитель казалась ему единственным домом, а дорога – единственной настоящей жизнью. И разумеется, знания, которые щедро отсыпала такая жизнь, с лихвой покрывали все ее недостатки.

На своем новом, самом важном пути Марсен жалел лишь о том, что не может воспользоваться ни порталом (что было бы просто идеально), ни даже лошадью (что, несомненно, облегчило бы задачу). Увы, хрупкое заклинание, заключенное в амулете, совершенно не переносило близости любых живых существ, кроме людей, и очень плохо реагировала на магию. «Завязано» оно было исключительно на самого Марсена. Оттого-то и приходилось идти глухими дорогами, обходить города и деревни, да и вообще держаться особняком. Одиночество его не тяготило, но мысли об упущенном времени бесконечно лезли в голову.

Иногда, чтобы отвлечься, Марсен думал о своей семье. О давних временах.

Он отлично помнил и отца, и мать, и даже младшую сестру – Тою. Помнил и каждый закоулок их крохотного домишки и небольшого двора. Но ярче всего помнил он, как мучительно умирала мать, захлебываясь собственной кровью и прижимая к себе уже остывшее тело Тои. Смерть отца помнил хуже – у самого Марсена тогда уже началась горячка. Так, в луже собственной крови и мочи, в доме с тремя мертвецами, измученного и едва живого, его нашли братья.

Однажды, много лет спустя, Великий сказал, что кровь предка, отважно сражавшегося рядом со Странником, смогла победить черную болезнь, унесшую жизни всей семьи. Марсен не спорил, но до конца так и не поверил. Ведь и в Тое текла та же самая кровь, но это не спасло ее. Марсен скорее был склонен верить в судьбу, для чего-то сохранившую ему жизнь. Ведь черная болезнь не только не отняла у него жизни, но и оставила ему силу и выносливость. Никто не смог бы поверить, что этот крепкий мужчина, легко управляющийся с мечом, когда-то был на волосок от смерти.

Хотя важность крови не было смысла отрицать – не будь Марсен потомком славного рода, брат Ракен не пришел бы в тот злополучный день за умирающим мальчишкой.

Марсен снова взглянул на амулет. Зеленый шарик тускло блеснул на солнце. Жаль, нельзя активировать прямо сейчас – Странник может быть слишком далеко. Марсену предстояло дойти до Риггейских руин и лишь там перейти к основному поиску. Из своего последнего похода Марсен принес доказательства того, что в бывшей Риггейской империи жил и правил Странник.

Эти знания, собранные по крупицам, стоили больших усилий. Но теперь можно было догадаться, почему новоприбывший оказался именно там, в руинах. Правда, об этом месте Марсену ничего не было известно. Да и ученые братья не имели почти никакой информации. Увы, развалины заинтересовали братство слишком поздно: Странник уже появился, а знаний пока не было. Возможно, Марсену придется разбираться с этим на месте. Разумеется, после того как он встретит Странника.

Мимо по-прежнему грохотали телеги, груженные овощами и фруктами, время текло, амулет оставался зеленым. Марсен уверенной походкой шел навстречу своей судьбе. То ли полученной по праву крови, то ли посланной свыше за какие-то заслуги.

Где-то в темноте подземелья Эрис-Аэля Великий махнул рукой, тщательно стирая заклинание слежения, и удовлетворенно кивнул. Несомненно, Марсен заслуживал доверия, но Великий предпочитал знать все наверняка. Удостоверившись, что мальчик не нарушает его наказов, он почувствовал себя спокойнее. Однако не прошло и трех часов, как нити заклинания снова расползлись по комнате, – Великий волновался. Он привык доверять своему предчувствию. А оно говорило: что-то идет не так. Но сейчас он ничего не мог сделать. Странник был закрыт от следящих заклинаний, пока до него не доберется посланец братства.

Поэтому оставалось надеяться на Марсена. Он никогда не подводил и среди всех братьев по праву считался самым опытным.

Кера намотала поводья на запястье, чтобы норовистая кобыла не сбежала. У госпожи животина оказалась куда покорнее и мирно брела следом, не отходя от хозяйки. Пока девушки шли за странным человеком, успело стемнеть. Кера, соблюдая осторожность, перенесла часть энергии на щит своей госпожи.

Впрочем, незнакомец будто не замечал присутствия эскорта, он все так же бормотал что-то себе под нос и продолжал идти вперед. Деревья, стоящие плотной стеной, казалось, расступались перед ним и смыкались опять за их спинами.

Керу не покидало ощущение западни, в которую они идут добровольно. Но в то же время в лесу ощущалось невообразимое спокойствие и миролюбие. Кера привыкла не доверять подобным местам: уж больно тихо – значит, вскорости что-то случится.

Алатею подобные предчувствия не мучили. Сейчас ее куда больше занимал их неожиданный проводник, который, стоило ему войти в лес, сразу переменился. Перемены эти были видны лишь в его ауре, да и то, не будь у нее опыта в таких делах, это невозможно было бы распознать. Но опыт был, и она поражалась тому, как неизвестная ей магическая сила пронизывает полоумного мужичка. Становилось понятно, как этот оборванец живет в самой гуще леса – с такой энергией ему не требуется ни вода, ни еда. Он и впрямь может бесцельно бродить по дорогам целую вечность.

Может, это действительно житель Риггейской империи, который родился пару десятков тысяч лет назад? Во всяком случае, с такой аурой этот человек может быть близок к бессмертию. Если не умрет насильственным путем, проживет он долго. Алатея задумалась, представляя все возможности получения такой силы, а также недостатки и достоинства подобной ауры, и не заметила, что к их компании присоединился еще один человек.

Даже в темноте незнакомку можно было легко разглядеть – ее лицо чуть заметно светилось зеленоватым светом. Кера крепче сжала кинжалы в руках. Женщина была немолода, однако и старухой ее назвать язык не повернулся бы. Как и мужчина, за которым они шли, незнакомка была одета в лохмотья, волосы ее спутались, лицо украшали грязные разводы, а на левой щеке темнел синяк.

Оборванка пристально уставилась на Керу и чуть приоткрыла рот. Сомнений почти не оставалось – перед ними еще одна ненормальная. И старинные книги и местные жители предупреждали, что в здешних лесах водятся сумасшедшие. Были ли они потомками тех, кто некогда населял великую страну, или же кучкой жалкого сброда, оставалось загадкой. Но Кера не намеревалась тратить свое время на разгадывание тайн. Ее волновали другие проблемы.

– Эй ты, женщина, ты меня слышишь? – бросила девушка и нахмурилась.

Оборванка хихикнула и, не отрывая взгляда от нее, широко улыбнулась. Кера поморщилась, разглядев гнилые почерневшие зубы.

– Вы оба, отвечайте! Мы ищем здесь… одного человека. Он мог здесь появиться недавно. Он не местный.

– Первая кровь, – вдруг прошелестела сумасшедшая.

Кера вздрогнула и выставила перед собой кинжал.

– Первая кровь, – повторила незнакомка и добавила: – Я знаю, что ты ищешь.

Мужчина сел на землю и скрестил ноги. Оборванка опять глупо хихикнула и повторила его действия, пристроившись рядом. Кера и Алатея переглянулись.

– И что ты знаешь? – осторожно переспросила Кера, на всякий случай чуть отступая назад.

Женщина не ответила, лишь закачалась из стороны в сторону, затянув какую-то заунывную песню. Язык был девушкам незнаком, а может, это был лишь набор несвязных звуков. Однако теперь «очнулся» мужчина.

– Последняя дочь первого сына? Зачем пришла? – спросил он, глядя на Керу. Не дожидаясь ответа, добавил: – Рано, рано тебе, – и подхватил унылый мотив неведомой песни.

Кера и Алатея слушали напевную мелодию, исполняемую нестройными голосами. Неожиданно Алатея, поддавшись какому-то порыву, подхватила песню и запела вместе с оборванцами. Кера удивленно уставилась на госпожу. Казалось, что та давно знает и слова и мелодию, во всяком случае, она пела не сбиваясь. Голос у госпожи был чудесный. Хотелось слушать его бесконечно и даже подпевать. Хотя сама Кера никогда не пела и была уверена, что совершенно не умеет этого делать.

Постояв в замешательстве, она тоже вполголоса стала подпевать. Сперва неуверенно, а потом все более втягиваясь в мотив. Казалось, слова сами приходят в голову. И в какой-то миг Кера осознала, что не просто поет, но и прекрасно понимает смысл песни. Песня эта была печальная и в то же время светлая.

Песня о гибели целой страны, о смерти людей, которые были наказаны за грехи своих соплеменников. Грехи их были столь тяжкими, что некто высший решил навсегда стереть с лица земли их родину и обречь жалкие остатки выживших на вечные бесплодные поиски нового приюта. Снова и снова вынуждены они бродить по руинам своих домов, навсегда потеряв покой. Но однажды первая кровь сольется с последней кровью, и придет спаситель, который может простить все грехи, если сочтет этих людей достойными.

Песня закончилась, и Кера вдруг поняла, что сидит на земле рядом со своей госпожой. Оборванцы с блаженными улыбками сидели напротив.

Что это? Какая-то магия? Кера не чувствовала ничего магического, но эта песня, мотив которой, хотя он крутился в голове, теперь вспомнить уже было невозможно, явно была необычной.

– Вы в порядке? – шепотом спросила Кера и осторожно прикоснулась к рукаву Алатеи.

Та вздрогнула и, очнувшись, замотала головой.

– Вирна? Что за?..

– Нам нужно уйти отсюда! – Кера резко встала и только тогда заметила, что лошадей нигде нет.

Вероятно, ушли в темноте и заплутали. Вот только как кобыла отвязалась от ее руки? Узел был крепкий…

– Постой. Их аура… ты можешь не видеть, но она сливается! У них общая аура! – выдохнула Алатея.

Кера внимательно присмотрелась к голодранцам. Лицо женщины по-прежнему светилось чуть зеленоватым. Видимо, Кере и вправду не хватало знаний – ничего особенного в аурах она не заметила. Кера вздохнула и задумчиво посмотрела на госпожу.

– Земля холодная, – сказала она недовольно.

Алатея не ответила. Она неотрывно смотрела на странных людей.

Кера растерянно смотрела на сидящую на земле троицу, не зная, что предпринять. Наконец она решилась:

– Эй ты, женщина!

Оборванка почти сразу подняла глаза на Керу и заулыбалась. Мужчина зашевелился и скрипучим голосом произнес:

– Зачем пришла? Тебя прислал отец? Сама захотела на трон?

Кера заметила, как вздрогнула Алатея. Мужчина продолжил:

– Рано, рано тебе.

У них тут всем рано, раздраженно подумала Кера и стала оглядываться, надеясь сообразить, куда могли уйти лошади.

– Что ты знаешь? – жадно прошептала Алатея, вглядываясь в лицо незнакомца.

– Ты? – Мужчина повернул голову, посмотрел на Алатею, словно первый раз увидел, и поморщился. – Совсем кровь разбавили, – с презрением пробормотал он и закрыл глаза.

Оборванка хихикнула и повторила:

– Я знаю, что ты ищешь.

Кера, чувствуя, что начинает злиться, громко сказала:

– Я ищу человека. Если знаешь, где он, покажи. А если нет – мы уходим!

Оборванка засуетилась, вскочила на ноги и принялась шарить по карманам своих лохмотьев. Кера пристально за ней наблюдала, готовая в любой момент защитить свою госпожу.

Алатея наконец оторвала свой взгляд от голодранца и встала с земли. Оборванка забормотала:

– Не уходи, не уходи…

Она выудила из своих обносков какой-то предмет и улыбнулась, протянув находку перед собой.

– Возьми, последняя дочь. Приведи нам спасителя!

Кера недоверчиво посмотрела на протянутый предмет. Больше всего он походил на крохотный кулончик в виде шарика. Алатея ахнула и потянулась к украшению, но голодранка резко отдернула руку и спрятала кулон за спину.

– Не тебе! Последней дочери!

– Вирна, возьми, – приказным тоном бросила Алатея и шагнула в сторону.

Кера протянула руку. Холодный шарик скользнул в ладонь и чуть заметно уколол в середине. Кера посмотрел на кулончик. В темноте цвет шарика было не разглядеть, но зато от него явно исходила магия. Было в ней что-то смутно знакомое. Кера еще не успела понять, откуда ей знакомо это ощущение, когда Алатея прошептала очевидное:

– Сила Странника.

Кера оглянулась в поисках оборванцев, но мужчина и женщина точно растворились в темноте леса. Правда, сама темнота уже не была столь густой, и Кера поняла – скоро рассвет. Она сжала в ладони амулет и, сама не понимая почему, вдруг с какой-то непередаваемой нежностью подумала о Страннике. Внутри, где-то в груди, отозвавшись на эту нежность, тут же будто возник теплый шар.

Кера прикрыла глаза, прислушиваясь к себе, и перед ее мысленным взором возникла огромная зеленая стрелка. Направление она указывала четко.

– Нам нужно обратно в город, – отчего-то улыбнулась Кера. – Я знаю, где искать Странника.

Глава 17

Я задумчиво смотрел в окно, снова вспоминая счастливые московские дни, когда дверь в комнату с грохотом распахнулась. Естественно, я резко обернулся. В дверях стояла Тария, и мне сразу вспомнилась Маринка: в гневе моя бывшая жена была страшнее атомной бомбы. Я мог бы поспорить на что угодно, что моя нынешняя пассия может быть не менее эмоциональной. Мне ли не знать? Поэтому чисто рефлекторно я выставил вперед руку и изобразил на лице самую невинную мину.

– Повелитель, – звонко начала она, и в ее исполнении это обращение прозвучало форменной издевкой.

Мне стало ясно, кто тут повелевает и как следует себя вести. Я еще шире улыбнулся, вероятно становясь похожим на идиота.

– Я, разумеется, не имею права… – еще громче продолжила она, и я перешел в глухую защиту.

– Ну что ты! Ты вправе делать все что хочешь, особенно со мной! – мягко сообщил я и обнял тонкую девичью талию.

Однако сдаваться так быстро она не собиралась.

– Мне сообщили, что вы берете с собой… эльфийку. – На последнем слове ее голос дрогнул.

– Конечно, беру. Кто меня защищать будет? – невинно хлопая глазами, спросил я, прекрасно понимая, куда клонит красавица.

Ну вот я и дожил: идеальная женщина не просто делит со мной постель, а еще и ревнует. Значит, я ей и впрямь небезразличен. Черт возьми, это приятно!

– В таком случае мне нет необходимости сопровождать вас, – холодно сказала она, отстраняясь. Но я держал крепко.

– Как это нет необходимости? Я без тебя никуда не поеду!

Она надула губки и нахмурилась, но уходить не спешила. Я решил, что момент удачный, и самым наглым образом поцеловал ее. Тария фыркнула, но на поцелуй ответила.

– Значит, вы не берете эльфийку? – игриво уточнила она, отрываясь от моих губ.

– Разумеется, беру. Эллина хорошая девочка и отличный телохранитель. Но если моя повелительница будет ревновать, я ее покусаю.

Тария распахнула глаза в притворном испуге и весело расхохоталась. Мы еще пару минут потратили на поцелуи, и я отпустил красавицу собираться. Женщинам на сборы требуется уйма времени, я это точно знаю.

С уходом Тарии я немного заскучал. Делать было особо нечего, и я потащился в библиотеку. В конце концов, надо же поинтересоваться тем, ради чего весь этот поход затевается, – магией.

Чтение не принесло мне какой-либо пользы. Промучившись несколько часов с книгами и не почерпнув ничего, кроме длинных витиеватых определений, я отправился обедать с Кетоном.

Маг, к слову, ничего дельного о силах, которые мне предстоит освоить, сказать не смог. Мол, неизвестно, как они действуют, а обычные «ветви силы» и обычную магию Странники использовать не могут.

На мой логичный вопрос «почему?» ответа у Кетона не нашлось. И тогда я решил настоять на небольшом эксперименте, а маг не решился мне отказать. Мне даже показалось, что ему самому интересно стало, что я смогу сделать.

В результате мы отправились во двор, который предварительно окружили кольцом охраны эльфы под командованием Эллины. Она радостно улыбнулась, увидев меня. Кстати, с утра за мной как тень следовали две эльфийки из ее отряда. Симпатичные, как и их командир. Когда не улыбаются…

– Вы готовы, Повелитель? – повернулся ко мне Кетон.

Я посмотрел на голубое небо, на котором не было ни облачка, и, невольно щурясь от яркого солнца, кивнул.

– Тогда закройте глаза и попытайтесь сосредоточиться. Прислушайтесь к своему телу и попробуйте прикоснуться к магической силе, которая дремлет в вас.

Я закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Вышло ни шатко ни валко. Как в случае с белой обезьяной: мол, попробуйте не думать о большой белой обезьяне. Куда там! Я стоял и думал о всякой ерунде, которая лезла в голову. Однако спустя какое-то время мысли поплыли в легком тумане, и я погрузился в полузабытье.

Ощущение было похоже на дрему на грани сна и яви. Дымка рассеялась, и я увидел, что мир изменился. Я чудом удержался от того, чтобы открыть глаза. Вокруг меня вились бесчисленные голубые ветви разной толщины. Словно я попал в чащу причудливых деревьев.

Я осторожно протянул руку и коснулся ближайшей ко мне ветви. Уж очень хотелось понять, насколько они материальны. Словно что-то мокрое и теплое тронул. И сразу почувствовал, как в меня вливается нечто невероятно тонизирующее и возбуждающее. Мне стало невообразимо хорошо, и я коснулся второй рукой другой ветви. Голова чуть не закружилась от потока бодрости, вливавшегося в меня.

Я был могуч. Меня захлестнула огромная сила. Я мог сделать все, что хочу… я был богом… И это было ошеломительно. Сила лилась и лилась, наполняя каждую клеточку моего тела. И переполняя… Мне вдруг стало страшно. Бушующий во мне океан разрывал меня изнутри. И удержать его я был не в состоянии. Будто попал в неуправляемую стихию: ураган или цунами.

В панике я попытался открыть глаза и вернуться к реальности, но казалось, что иной реальности, кроме этой жуткой стихии, не осталось. Передо мной возникла черная воронка, я видел, как она уходит куда-то в бездну, и чувствовал, что она притягивает меня. Голова закружилась, и все тело вдруг стало невероятно тяжелым. Я не мог пошевелиться и только глядел неотрывно в черную яму. От воронки веяло могильным холодом. И я вдруг вспомнил о том, чего не успел сделать в жизни. Потому что понял – пришел мой смертный час.

А ведь я не рассчитывал на такую смерть! Черт! У меня даже детей нет, чтобы хоть кто-то обо мне вспоминал! Я заслуживаю большего! Я хочу жить! В ярости дернулся назад и начал медленно отступать от воронки. Каждый шаг отдавался пронзительной болью во всем теле, но желание жить было сильнее, и оно подстегивало меня.

Я, собравшись с силами, резко рванулся назад и в следующий миг почувствовал, как проваливаюсь в бездонную яму…

В глаза ударил солнечный свет, и я, очнувшись, огляделся. Меня бросило в дрожь. Я стоял в центре большой воронки, выжженной посреди двора. Несколько деревьев превратились в обугленные остовы. Земля была вспахана, словно тут поработал трактор. У конюшни я увидел своих эльфийских телохранителей, испуганно сбившихся в кучку.

От нее отделился маг и осторожно направился ко мне. Следом потянулись эльфийки во главе с Эллиной. Не дойдя до меня шагов десять, Кетон рухнул на колени, девчонки синхронно повторили его действие.

У меня раскалывалась голова, но оценить масштабы повреждений не составило труда. Да и мои коленопреклоненные спутники имели весьма бледный вид. Едва я хотел осведомиться, что же произошло, как заговорил Кетон:

– Великий, прошу вас, не используйте больше вашу силу. Вы можете погубить себя и всех нас. Местная магия не для вас…

Он продолжал говорить, но я уже не слушал, залюбовавшись выбежавшей из замка Тарией. Волосы ее были распущены и развевались на ветру. Подбежав ко мне, девушка уткнулась лицом в мое плечо и что-то пробормотала. Я ласково погладил ее по голове.

Почти тут же она обернулась к Кетону и зашипела на него, обвиняя во всех смертных грехах. Но преимущественно в желании отправить на тот свет единственного и неповторимого меня. Это было весьма эмоционально, и я даже подумал, что она его ударит. Но до этого не дошло – я вмешался.

– Это я настоял на обучении магии, – объяснил я, – так что Кетон здесь ни при чем! Я вроде жив, здоров, но, честное слово, Тария, я больше к этой магии на километр не подойду. Что это было вообще?

– Простите, Повелитель, но здесь все-таки моя вина, – виновато произнес маг. – Я должен был предвидеть, как истинный Странник отреагирует на использование магии. Нам с Эллиной удалось вас немного сдержать и заблокировать, иначе, боюсь, никто бы не выжил. Вы концентрировали в себе огромную силу, но стихийную. Скорей всего дело в том, что магия этого мира слишком отличается от магии Странников. Вы не можете ею управлять, пока не доберетесь до Храма! Лишь там вы сможете получить могущество. Любая попытка прикоснуться к нашей магии может привести в катастрофе.

– Я-то точно больше этого делать не буду! – перебил я. – Как вы с этим ужасом вообще справляетесь?

Никогда больше не прикоснусь к этим треклятым «ветвям силы». Я до сих пор ощущал пронизывающий холод от воронки. Словно в свою могилу заглянул…

– Поэтому я и предложил вам жезл Этона. По крайней мере, с его помощью у вас будет какая-то защита. И как видите, вы не сможете применять атакующие заклинания… нам сейчас просто повезло. Повторюсь, если бы мы вас не остановили, то вы бы сами погибли и все вокруг уничтожили.

– Вы меня до смерти испугали! – только и сказала Тария, посмотрев на меня таким взглядом, что я невольно вздрогнул.

– Вы хорошо себя чувствуете? – уточнил Кетон.

– Да не знаю даже… Я чувствую себя странно. Но если вы про нашу поездку, то я не отказываюсь. Все равно ведь ехать придется, так? Поэтому отменять что-либо не будем.

Кетон и Тария переглянулись.

– Отправляемся завтра рано утром, – сообщил Кетон. – Вечером к вам придут слуги, чтобы подобрать гардероб для поездки.

– Гардероб?

Ну уж нет! Еще кружевных панталон мне не хватало! И так неизвестно куда еду, где еще придется ночевать, и вообще в дороге надо быть одетым удобно. Я лучше обратно в свое термобелье влезу! А то местные модные изыски я без Тарии даже снять не в состоянии.

– Не надо мне слуг и гардероба! – заявил я, чем поверг в шок Тарию и Кетона. – Я собираюсь одеться по-простому! Кстати, таким образом введу в заблуждение возможных киллеров…

– Килл… кого? – недоуменно переспросил Кетон.

– Ну наемных убийц, – объяснил я.

– А… ну вообще-то, – Кетон растерянно посмотрел на Тарию, и я про себя отметил, что мне не нравятся их постоянные переглядывания, – вообще-то верно…

– Вот и я о том же. Все ваши костюмы лучше на парадный выход какой-нибудь оставьте.

– Хорошо, так и сделаем, – кивнул Кетон. – Как вы себя чувствуете? Той энергии, которая выплеснулась из вас, достаточно, чтобы исчерпать до дна трех-четырех сильных магов…

– Нормально.

– Точно?

Я вдруг понял, со мной что-то происходит. Усталость нарастала, наваливаясь на меня какой-то тупой тяжестью. Кетон с Тарией взволнованно наблюдали за мной.

– Похоже, мне действительно надо отдохнуть, – пробормотал я и пошатнулся. – Я это… пойду прилягу.

Рядом тут же возникла Эллина, но Тария ее опередила, положив мою руку себе на плечи, а свою руку мне на талию. Девушки обменились такими колкими взглядами, что я немного смутился.

– Я провожу! – сквозь зубы процедила Тария.

Эллина только улыбнулась в ответ. Обнажив клыки, разумеется.

Я постарался незаметно подмигнуть эльфийке и покрепче вцепился в Тарию. У меня кружилась голова. Обратный путь в свои покои я помнил с трудом. Едва упав на кровать, я почувствовал горячее тело Тарии рядом и провалился в сон.

Проснулся я затемно. Осторожно снял с груди руку мирно посапывающей Тарии и выбрался из постели. Чувствовал я себя превосходно. Вчерашняя слабость исчезла без следа. Умывшись, я вернулся в спальню, где застал девушку проснувшейся и приводящей себя в порядок.

– Уже уходишь? – проворковала она, самым наглым образом строя мне глазки. Ну конечно, я с радостью поддался на провокацию.

Спустя какое-то время мы слегка уставшие, но довольные лежали в обнимку, и Тария вдруг спросила:

– Может, оставишь эльфийку?

– Она тебе не нравится?

– Нет! – Голос Тарии был возмущенным.

– Но почему?

– Наглые эльфы совсем распоясались…

– Почему тебе не нравится Эллина? – перебил я.

– А почему она нравится тебе? – вспылила Тария и села на кровати. Одеяло, разумеется, сползло с нее, и я залюбовался своей красавицей.

– Мне нравишься ты, – без тени лукавства сообщил я. – Очень-очень! И мне нравится, что ты ревнуешь! Возьму с собой побольше эльфиек, чтобы тебя позлить. – Я ужасно развеселился.

Тария от возмущения тяжело задышала, а потом схватила подушку и огрела меня по голове. Я принял вызов, и некоторое время мы были поглощены битвой на подушках, которая закончилась горячо скрепленным миром. Короче, утро удалось на славу. Оставив свою воительницу вытаскивать перья из пышной шевелюры, я вышел из спальни.

В комнате с камином суетились трое слуг, накрывая стол. Причем получалось у них это так шустро, что не успел я оглянуться, как стол был заставлен разнообразными кушаньями.

Да уж, если три раза в день есть подобным образом, решил я, можно в дверь не пройти.

Но тут появилась Тария, и мне пришлось разделить с девушкой трапезу. Аппетит приходит, как говорится, во время еды, поэтому я набил свое брюхо под завязку. Тария тоже ела за двоих. Нагуляла аппетит, по всей видимости.

Тария, заявив, что ей надо еще кое-что собрать и что она присоединится к нам с Кетоном во дворе замка, чмокнула меня и убежала. Я же принялся собирать свои скромные пожитки. Сунул за пояс жезл и в сопровождении слуги спустился во двор, где, как оказалось, все было готово к путешествию.

Я поглядел на небо – пасмурно, но тепло и безветренно. Погода прямо идеальная: не холодно и не жарко. Может, это знак? Моя тетка, помнится, всегда верила в знаки судьбы. И вечно рассказывала о том, что все события в жизни сопровождаются знаками. А этот поход, пожалуй, самое большое событие в моей жизни. Не считая, разумеется, моего попадания в этот сумасшедший мир вообще. Так что, по теткиной теории, у меня все должно сложиться хорошо. Эх, где наша не пропадала…

Меня ждали Кетон и Эллина. Больше знакомых лиц я не увидел, кроме четырех эльфийек из отряда Эллины. К ним присоединились шестеро вооруженных до зубов солдат.

Когда все сели на лошадей, появилась Тария. Я невольно залюбовался ею. На своем изящном черном жеребце она держалась как заправская наездница. Словно родилась в седле. Вещи погрузили на запасных лошадей, которых я насчитал десяток, и наш небольшой отряд выехал за ворота замка.

Через несколько минут я повернулся и еще раз попрощался взглядом с первым моим домом в этом мире. Пусть и не собственным… но все же приютившим меня, хоть и ненадолго.

Глава 18

Я посмотрел на покачивающего в седле Кетона, погруженного в свои мысли. Ехали мы уже часа три. Дорога была широкой и пролегала по лесу, как сказал маг, огибая Риггейские руины. В общем, птички поют, кузнечики стрекочут, лето, тепло, благодать, да и только. Пива вот не хватает…

Но это мечты прошлой жизни. В этой же настороженные эльфийки то и дело курсировали из начала в конец нашего небольшого отряда и обратно. А двое, вырвавшись вперед, проверяли дорогу. Бдительность на высшем уровне. Тем временем я решил сделать то, что на самом деле должен был сделать еще в замке.

– Кетон, – окликнул я своего спутника.

– Да, Повелитель? – сразу очнулся тот от своих мыслей.

– Расскажи мне о политической ситуации в этом мире… Понимаешь, что это такое?

– Обижаете, – усмехнулся маг. – И с чего хотите, чтоб я начал?

– Ну хотя бы с того королевства, в котором находится твой замок.

– Что ж, королевство называется Танерт. Столица Тар расположена на юге королевства. Правит сейчас король Дарр Восьмой. Между нами говоря, слабый король, еле сдерживающий от развала то, что ему осталось от деда, Дарра Седьмого. Главное, он перестал покровительствовать магам, сам не понимая, что на них держится благосостояние королевства.

– Почему? – поинтересовался я.

– Видите ли, – с жаром произнес Кетон, похоже, для него это была злободневная тема, – маги являются основой любого государства. Кто будет защищать королевство? Кто может строить стены, какие мы можем создавать с помощью магии? Стены в Таре построены тысячу лет назад, и именно благодаря магии они сохранились практически в неизменном виде. В общем, король практически подмял под себя местную Гильдию магов. В результате многие из нее вышли. Я, кстати, тоже. Зато король теперь пригласил наемных магов из Моррига, создав из них секретную службу, которая пытается подчинить себе всех независимых магов вроде меня. К счастью, это у нее плохо получается.

– Ясно, – кивнул я. – И это только в Танерте? А у соседей ваших?

– В соседнем Кавенте похожая ситуация. Хотя, наверное, немного помягче, король тоже подмял под себя Гильдию магов, но, по крайней мере, держит там своих, а не приглашает чужаков!

– А дальше? Ты мне показывал карту, но не рассказывал о вашем мире.

Кетон украдкой вздохнул, что не укрылось от меня. Пусть вздыхает. Негоже Страннику со скуки маяться… Маг прошептал короткое заклинание, и перед нами в воздухе повисла призрачная карта. Лошади сами несли нас по лесной дороге, и я увлеченно рассматривал карту, слушая комментарии Кетона.

– За Кавентом находятся небольшие королевства, – продолжил маг, – которые входят в так называемый Союз Независимых Королевств. Надо отдать им должное, этот Союз способен помериться силами с Морриром. Но он становится единым кулаком только при вторжении извне. Дальше Моррир, за которым простираются бескрайние Великие болота. Там правят хаос и анархия. Говорят, там живут странные и диковинные существа. Никто не смеет входить на их территорию.

– И что, – с неподдельным интересом осведомился я, – никто не пытался?

– Пытались, – невесело рассмеялся Кетон, – только те, кто пытались, назад не вернулись. Но хорошо лишь одно: твари, что обитают там, могут жить только на болотах. Скорей всего, именно специфическая магия этого места и держит их. Трудно представить, что бы случилось, если б бесчисленные полчища тварей напали на людей…

– Ясно, а на юге? Там, где, как она у вас называется… Колыбель…

– Колыбель… – Взгляд Кетона стал задумчивым, и он как-то странно посмотрел на меня. – Эльфы. Этот народ когда-то был самым могущественным в нашем мире… И это длилось много тысяч лет, пока он жил в Эрис-Аэле, в городе, который был построен среди леса и представлял собой нерушимую связь природы и разумных существ. Могущественной магии эльфов в то время не было равных. Но эльфы возжелали приключений. Их души отвернулись от своей родины, и они покинули Эрис-Аэль… Бросили то, что дало им жизнь и наделило великой силой. Глупцы! И Великий Лес не простил их. Теперь в Колыбели никто не живет. Руины Эрис-Аэля поглотил лес, надежно укрыв тайны эльфов.

Маг замолчал, видимо, чтобы я проникся трагедией эльфов. Я же большой драмы здесь не увидел: ну ушли и ушли, в другом месте поселились, с кем не бывает? Я, помнится, еще после предыдущей истории про эльфов в исполнении Эллины решил, что этот народ весьма странный.

– А где теперь они живут? – спросил я, прервав молчание.

– Рядом, – хмыкнул Кетон. – Они поселились в лесах неподалеку от Колыбели, основав там новый город. Говорят, они намерены вернуться в Эрис-Аэль, но пока этого не случилось. Трудно сказать, что происходит в их городе. Эльфы никого, кроме своих, туда не пускают. Кстати, все считают, что он называется Кэр-Надал, в переводе – крепость, но я слышал от эльфов другое название. Хотя я могу и ошибаться.

– Какое? – с любопытством поинтересовался я.

– Тарсин – приют.

– Они, что ли, скрывают это название? – не очень понял я.

– А кто бы захотел признавать, что живет, будто сирота бездомная, в жалком приюте? – иронично заметил Кетон.

– Печально, – пробормотал я, посмотрев на ехавшую в нескольких шагах от меня Эллину.

– Эльфы скрытный народ, они нанимаются на работу, но ничего не рассказывают о себе. Хотя их девушки весьма неравнодушны к нашим мужчинам. Многие полагают, что эльфы вырождаются. Я лично не встречал ни одного чистокровного. Но как знать, может, им не разрешают покидать город. А вот полукровок везде полно.

– А Эллина тоже полукровка?

– Конечно. Не скажу, правда, каких кровей в ней намешано. Но без людей точно не обошлось. Думаю, самая чистая кровь среди них у Лейды, присмотритесь к ней как-нибудь и сравните с Эллиной, сами увидите различия.

– Почему тогда Эллина главная?

– А кто их разберет? – отмахнулся Кетон, и я понял, что разговор об эльфах ему надоел.

– А за морем что-то есть? – сменил тему я.

– На юге располагается империя норрегов. Но она слишком далеко, и мало кто, кроме самых отчаянных купцов, рискует отправиться туда.

– Но рискует?

– Рискует, – согласился Кетон, – только благодаря этому кое-что о ней известно. Но, увы, очень мало. Насколько я понимаю, там царит жесткая диктатура. И к чужакам норреги относятся еще хуже, чем эльфы. Если верить рассказам, нам очень повезло, что империя находится далеко от нас. Иначе, я думаю, всем нам пришлось бы туго…

Я задумался: политическое устройство этого мира явно напоминало феодальные разобщенные государства, готовые при первой возможности вцепиться в горло друг другу. А если учесть странное отношение к магам, удивительно, что гражданские войны тут не начинались… Я осведомился на этот счет у Кетона.

Он сперва не понял вопроса, а когда я ему растолковал, с улыбкой ответил:

– Маг на то и маг, что может здраво оценивать свои шансы и правильно просчитывать ситуацию. К тому же маги все-таки привыкли к одиночеству. Магия не терпит суеты. Маги редко когда объединяются.

Я задал еще один мучивший меня вопрос:

– А как насчет Странников? Неужели никто из прибывших в ваш мир не умирал собственной смертью?

Этот вопрос меня волновал потому, что жизнеописание моего предшественника не настраивало на позитивный лад. Кетон замялся, но когда поднял глаза, то посмотрел на меня с легким сочувствием.

– Да, это так. Но вы каждый раз учитесь на собственных ошибках. Последний Странник продержался очень долго. Судя по хроникам, если бы не его желание захватить Моррир, он бы остался жив…

– И что в нем было особенного? Что он получил в этом самом Храме?

– Увы, Повелитель, – маг покачал головой, – если бы я только знал…

Но я продолжал вопросительно смотреть на него, и он, тяжело вздохнув, продолжил:

– У последнего Странника, насколько мне известно, был дар к атакующей магии. Говорят, что против ревущего белого огня, который он создавал, не могла устоять никакая защита. В принципе способности разных Странников коротко в некоторых летописях описаны. Один, например, умел летать. Второй мог перемещаться без телепортов практические на любые расстояния… но это все предания прошлого, и их могли изменить в угоду правителям тех времен, да и самим Странникам…

– Почему?

– Не знаю, – развел руками Кетон, – но летописцы все как один твердят о подозрительности Странников.

Какая подозрительность? Я, по-моему, вообще самый доверчивый Странник на свете. А как иначе… Если бы не Кетон и Тария, еще неизвестно, где бы я сейчас был…

Я огляделся по сторонам и вдруг понял, что наступает вечер. Судя по всему, наша познавательная беседа с магом затянулась. Наш отряд замедлил движение, и, съехав с дороги, мы через десять минут оказались на большой поляне. Солдаты начали вытаскивать из мешков что-то отдаленно напомнившее мне палатки. Эльфийки растворились в лесу, осталась только одна, которая занялась костром. Вскоре огонь уже с радостным треском жадно поглощал сухие ветки.

Мы тоже спешились. Уже через десять минут на поляне стояло пять палаток. В чем в чем, а в шустрости местным не откажешь.

– Привал, Повелитель, – наконец сообщил мне Кетон то, что я давно и сам понял.

Что ж, привал так привал. К тому же оказалось, что одна палатка предназначалась нам с Тарией. Отличная предстояла ночка.

Глава 19

Наш вечерний привал напомнил мне летнюю вечеринку на свежем воздухе с шашлычком, вином и другими скромными радостями жизни. По крайней мере, все основные слагаемые этого действа присутствовали. Вернувшиеся с охоты эльфийки притащили тушу какого-то животного, наверное пресловутого единорога. Но я особо не разглядывал, к тому же добычу быстро освежевали и нанизали на тонкие палки из непонятного материала, выступившие в роли шампуров. Вскоре на поляне ароматно запахло жареным мясом. Девчонки оказались еще и неплохими поварихами и весьма недурственно приготовили мясо, приправив его какими-то пахучими специями.

Ужинали мы под звездным небом, на большом ковре, разложенном перед моей палаткой. Небо было завораживающе прекрасным. Ярко сияющие звезды не шли ни в какое сравнение с жалкими точками в Москве. Россыпи звезд горели словно светодиодные лампочки. Наверное, мне, как писателю, стоило придумать более образное сравнение, но, один раз представив над головой темный купол с миллионом маленьких встроенных светильников, ничего другого я уже вообразить не мог.

Пока я безрезультатно пытался отыскать в небе хоть пару знакомых созвездий, рядом со мной на ковер сели Кетон и Тария. Как ни странно, справа от меня устроилась Эллина. Вероятно, недовольная мина Тарии не создавала ей никакого неудобства. Я на всякий случай изобразил невозмутимость и полностью проигнорировал откровенное декольте эльфийки. То есть сделал вид, что проигнорировал. Правда, она, кажется, в это не особо поверила. Но Тария мне благодарно улыбнулась, и я расслабился.

Остальные члены нашего отряда ужинали около своих палаток, которые выглядели куда как скромнее наших. Едва разлили вино и я, схватив хорошо прожаренный кусок мяса, впился в него зубами, внезапно ощутив, насколько я проголодался, как мне «обломали всю малину». Кетон поднялся и выставил перед собой на вытянутой руке кубок. Мне невольно пришлось отложить мясо и смотреть на мага снизу вверх. Я старался побыстрее дожевать откушенный кусок, от этого чувствуя себя еще более глупо.

– Хочу поднять этот кубок, – начал речь Кетон, – за нашего гостя… нет, не гостя, а за нашего Повелителя. За того, кто осчастливил всех нас своим появлением впервые за столько веков. И мы гордимся, что стали свидетелями и последователями его! За Странника!

Он в один глоток опорожнил кубок. Я преисполнился уважения. Кубок был объемный.

– За Странника! – присоединилась к тосту Тария, подарив мне многообещающий взгляд.

Я скромно чокнулся с ней, а потом и с Эллиной, которая ради такого тоста подвинулась ко мне поближе, игнорируя недвусмысленные взгляды моей возлюбленной. От нее исходил какой-то еле уловимый цветочный запах, такой будоражащий… Я стойко продолжил изображать невозмутимость. Строго кивнув Эллине, я демонстративно впился зубами в мясо. Тем более что есть хотелось зверски, да и вино было прекрасное. Кетон начал рассказывать какую-то веселую историю из жизни магов, но я, честно говоря, быстро упустил нить повествования. Судя по реакции слушателей, история заслуживала внимания. Потом Кетон, к моему удивлению, негромко затянул песню. Я оторвался от еды и внимательно прислушался. Умеет сразить наповал.

Пел Кетон на чистом русском языке. Даже без акцента. Интересно, что звучало музыкальное сопровождение, хотя никаких музыкантов не было. Магия! Правда, самой песни я не знал, да и вообще сомневаюсь, что такая существует в моем мире. Уж больно заунывная. Кому такое может понравиться? Да и история в ней рассказывалась чрезвычайно банальная. Я быстро заскучал. Немного повеселил меня финал, в нем сквозила неприкрытая двусмысленность. В исполнении Кетона прозвучало это презабавно.

Мне вдруг захотелось иметь под рукой гитару. Можно было бы побаловать местных настоящими русскими песнями. Слава богу, ни слухом, ни голосом я не обделен. Сколько раз играл в компаниях, всегда все были довольны.

Я вздохнул и поделился своим желанием с Тарией. Невольно нахлынула тоска по дому, и мне захотелось немного дружеского сочувствия. Кетон бросил на меня подозрительный взгляд, довольно улыбнулся и проговорил:

– Вы сказали «гитара», Повелитель?

– Да, – искренне удивился я. – А ты знаешь, что это такое?

– Конечно. – Маг, по-моему, даже слегка обиделся. – Я очень много читал о Странниках. И мне известно, что это ваш священный инструмент.

Хорошо что гитара, а не балалайка! Ладно, хоть бубну не заставят молиться. Я ухмыльнулся, представив себе эту картинку.

– Я как чувствовал, – обрадованно продолжил маг. – У меня для вас подарок, Повелитель.

Не успел я опомниться, как передо мной появилась… гитара.

– Откуда? – ошарашенно выдохнул я, беря в руки инструмент. Судя по всему, гитара была местного производства, струны были сделаны из какого-то странного материала. Приятные на ощупь, но, на мой взгляд, слишком мягкие в отличие от обычных металлических или даже нейлоновых струн.

– Я потратил несколько лет на ее создание! – гордо заявил Кетон. – Она сделана из синего дерева. Магически выращенного! Струны тоже с помощью магии вытянуты из оленьих жил, а сама поверхность покрыта…

Понятно, Остапа понесло. Маг, захлебываясь, рассказывал о том, как он делал гитару. Я-то думал, он серьезнее. Недаром говорят, что в каждом из нас живет ребенок.

– Я понял, Кетон, – прервал я его и тут заметил, что глаза моих спутников обращены ко мне.

Мало того, солдаты и эльфийки осторожно подошли к нам и встали чуть в стороне, тоже пожирая меня глазами. Понятно, предвкушают концерт по заявкам слушателей.

Я взял несколько аккордов и поморщился. Расстроена. Ладно, поправим. Минут пять я терзал слух присутствовавших настройкой гитары, но, кажется, они были преисполнены восторга. Я на всякий случай поднял глаза на Тарию и кивнул, намекая, что это еще не музыка, а только подготовка.

Более или менее настроив инструмент, я с видом заправского барда окинул взглядом слушателей и изобразил поклон. Эллина, сообразив, захлопала первой. Остальные подхватили. Под гром аплодисментов я пробежался пальцами по струнам.

Начать я решил со своего любимого номера. По крайней мере, в той, старой жизни он неизменно пользовался успехом. Названия я не помнил, что-то про нечисть. И соответственно сама песня была про эту самую нечисть, живущую в дремучих Муромских лесах.

Незамысловатая, но веселая, с хорошей долей юмора песня Владимира Высоцкого произвела на слушателей неизгладимое впечатление. И это при том, что, кроме Тарии и Кетона, ну, может, еще эльфийки, остальные вряд ли понимали язык Странников. Благодарная аудитория, ничего не скажешь. А как Эллина с Тарией смотрят… Я себя прямо рок-звездой почувствовал.

Незапланированный концерт продолжался примерно полчаса, закончил я его «Осенью» Шевчука и в наступившей тишине протянул гитару Кетону. Тот лишь покачал головой, и тут поляна взорвалась громом криков и аплодисментов. То ли я и впрямь так хорош, то ли это чинопочитание имеет место быть. Не разберешь, но все равно приятно.

Мне пришлось усиленно махать руками, изображая усталость и желание остаться в одиночестве. Народ расходился неохотно. Но скоро мы опять остались вчетвером. Однако новоиспеченные поклонники не успокоились.

– Повелитель, это было прекрасно. Никогда не слышал столь божественной музыки… – начал Кетон.

Настроение у меня внезапно испортилось. Я что, похож на идиота? Понятно, что доброе слово и кошке приятно, но от лести меня уже воротит…

На меня же вдруг накатила хандра. Вот странное существо человек. Вроде свежий воздух, вкусная еда, любимая женщина, почитание… но, как говорится, накатило. Я налил полный кубок вина и залпом выпил, не обращая внимания на странные взгляды, что бросала Тария в мою сторону.

Мне стало одиноко… бесконечно одиноко. Страшно захотелось оказаться в своей квартире, открыть старенький ноутбук и, глядя в окно, написать сказку о том, как я путешествовал в этом мире. И это желание было настолько сильным, что я невольно зажмурился и представил все это наяву. И у меня, по-моему, начало получаться…

Увы, от этих попыток меня оторвал мелодичный голос Тарии:

– С вами все в порядке, Повелитель?

Я открыл глаза и увидел, что Кетон и остальные мои спутники смотрят на меня встревоженно.

– Нормально все со мной, – проворчал я, вновь осушая кубок, который кто-то из эльфиек моментально вновь наполнил вином. – Давайте не будем меня все время Повелителем величать? Я Андрей. Прошу любить и жаловать. Огромная просьба обращаться ко мне по имени! И ничего божественного в этой музыке нет. Так, бренчу под гитару немного, да слух кое-какой имеется!

– Конечно, Повелитель, – попытался улыбнуться изрядно испуганный Кетон.

Я лишь вздохнул. Что-то не нравятся мне эти перепады настроения. Надо как-то себя контролировать…

Видимо, я показался спутникам уставшим, а может, суровые взгляды Тарии, которые она бросала в сторону Эллины, сыграли свою роль. Так или иначе, мои спутники поспешили откланяться и разошлись по палаткам.

Мы с моей девушкой долго засиживаться тоже не стали. Наша палатка оказалась довольно просторной, а Тария, как выяснилось, знала идеальное лекарство от хандры. В общем, ночь была удивительно хороша. Поэтому на следующий день от моей меланхолии не осталось и следа.

Утром, быстро позавтракав, мы вновь тронулись в путь по широкой дороге, вьющейся по лесу. К полудню справа появилась большая поляна, на которой расположилась деревенька домиков в двадцать – тридцать. Все словно игрушечные – ухоженные и аккуратные. Около каждого разбит не менее аккуратный огородик. В общем, как на картинке. Я невольно залюбовался открывшимся мне видом. Но реакция моих спутников поразила меня до глубины души.

Кетон изменился в лице и, спрыгнув с коня, бросился ко мне. То же сделали Тария с Эллиной. Эльфийки встали рядом с нами, ощетинившись луками. Перед ними оборону заняли солдаты, отогнав лошадей в лес.

Кетон, судя по сосредоточенному выражению на его лице и шепчущим что-то непонятное губам, готовил заклинания. То же делала и Тария. Я повернулся к Эллине:

– Что случилось?

– Это не обычная деревня, – ответила эльфийка, – в таких живут оборотни. Мы сейчас в опасности. Убежать от призрачных оборотней нельзя, так что будем сражаться. Вы не бойтесь, Повели… – Она вдруг запнулась. – Андрей… Все будет хорошо. Отобьемся!

– Да я и не боюсь.

Одно хорошо, хоть кто-то меня по имени начал звать. Я покрепче вцепился в свой жезл и пожалел, что не настоял на каком-нибудь холодном оружии. Что ж, посмотрим, что это за оборотни. По крайней мере, на лице Эллины я особой тревоги не увидел.

Глава 20

– Все, остановись. – Алатея махнула рукой и замерла. – К демонам эти болота, как и весь этот лес! Мы ходим по кругу!

Кера остановилась в паре шагов от своей госпожи и задумчиво погладила кулон, висящий на запястье. Шарик на пару мгновений потеплел.

– Это какая-то петля, – успокаиваясь, сказала Алатея и опустилась на землю.

Кера села рядом. Лишних слов не требовалось, обе девушки прекрасно понимали, с чем пришлось столкнуться. Но вот решение проблемы, увы, им было неведомо. Странные люди, растворившиеся в темноте леса, вероятно, обладали особым знанием и могли легко ходить по нему. Однако теперь лес, не желавший впускать посторонних, отказывался освободить двух своих пленниц. Тем обиднее было сознавать, что Странник находится уже очень близко и абсолютно недоступен.

Полдня блуждания по кругу вымотали Алатею эмоционально и физически и даже истощили весь магический запас. Но и самые агрессивные заклинания не причиняли ощутимого вреда окружающей природе. Лес, казалось, с радостью впитывал магию, поглощая ее.

В конце концов она просто сдалась. Сидя на земле, Алатея вдруг ощутила, насколько проголодалась. К несчастью, лошади так и не вернулись, увезя с собой все взятые в дорогу запасы. Искать их было так же бессмысленно, как и пытаться выбраться из этого проклятого места.

Впервые за многие годы Алатея ощутила отчаяние настолько сильное и глубокое, что, казалось, из него не будет выхода. Впервые все ее знания, вся ее сила были бесполезны. И здесь она была не могущественной волшебницей, а лишь девушкой, заплутавшей в лесу. Узнал бы в ней отец свою гордую и своевольную дочь? Может ли она теперь называться его дочерью? Стоят ли все ее старания затраченных сил, если она сама так слаба?

Алатея решительно поднялась на ноги и пошла по дороге, надеясь, что та выведет ее из леса. И опять уперлась в плотную стену деревьев. Отчаяние захлестнуло ее еще сильнее. На глаза навернулись слезы, и тут из-за деревьев показался темный силуэт. Алатея бросилась к незнакомцу, схватила его за руку. Человек дернулся, и капюшон, скрывавший его лицо, съехал в сторону. Алатея увидела глаза незнакомца. Горло свело судорогой, и девушка почувствовала, что начинает задыхаться. Слезы брызнули из глаз. Мужчина улыбнулся и мягко притянул Алатею к себе. Она уткнулась носом ему в грудь и разрыдалась в голос. Отец нежно погладил ее по волосам и, отстранившись, заглянул ей в глаза.

– Аль, ты стала красавицей.

Зареванная Алатея улыбнулась, размазывая по щекам слезы.

– Отец! Но как?..

– Не важно как. Важнее то, зачем ты здесь!

– Я…

– Аль, тебе следовало присмотреть за наследником. А что сделала ты?

– Отец!

– Ты – моя сила, ты – моя кровь, ты – мое сердце! Ты должна сохранять равновесие в королевстве. Зачем ты здесь?

– Странник, я привела в наш мир Странника!

– Будет война!

– Война… – растерянно повторила Алатея.

– Там, где Странник, всегда война. Останови это.

– Как?

– Откажись!

– Что?

– Откажись от своих идей. Останься здесь. Со мной.

– Но…

– Я когда-нибудь обманывал тебя?

– Нет!

– Идем со мной, я покажу тебе свой дом.

– Дом? Почему ты не вернулся? Что ты здесь делаешь?

– Пришло время нового короля. Оставим ему тяготы правления. Теперь мы можем быть свободны. Мы так давно не виделись, идем, ты расскажешь мне о своей жизни.

– Да-да, идем. – Алатея рассеянно кивнула и, вдруг вспомнив, обернулась. – Там Кера! Она пришла со мной.

– Аль, оставь, идем со мной.

– Но куда? Отсюда нет выхода!

– Это особое место, отсюда может выйти не каждый. Идем.

Алатея удивленно посмотрела на отца. У нее не укладывалось в голове, что он жив, но его упорное желание увести за собой дочь отчего-то казалось странным. У девушки был миллион вопросов, но она не могла решить, с какого начать. Эта встреча казалась абсолютно невозможной, но отец стоял рядом, во плоти. Он почти не изменился, разве что выглядел немного усталым.

Много лет потребовалось Алатее, чтобы поверить в его смерть, и вот теперь он вернулся. Значит, все это время она бездарно провела в нелепых попытках заполучить трон, в то время как стоило заняться поисками того единственного человека, ради которого вообще имело смысл стараться. Она ведь могла найти его намного раньше. Ей стоило подумать о том, что отца всегда интересовали загадочные места, вроде этого леса. Конечно, когда он пропал, следовало начать поиски именно отсюда. Почему это не пришло ей в голову раньше? Как глупо. Но теперь все это не имеет значения. Он вернулся.

И значит, то ужасно обезображенное тело, которое нашли через полгода после исчезновения короля, принадлежало какому-то другому несчастному. Теперь получается, в фамильном склепе лежит совершенно посторонний человек.

– А ведь тебя похоронили, – улыбнулась она отцу.

Тот лишь усмехнулся в ответ и взял дочь за руку. Алатея пошла за отцом, и деревья, казалось, расступались перед ними. Местность разительно менялась, лес стал светлее, и в конце концов отец вывел Алатею на чудесную поляну. Вокруг было много зелени и цветов, повсюду летали огромные бабочки. Алатея краем глаза заметила какого-то мелкого зверька, шмыгнувшего в кусты.

– Добро пожаловать в мой дворец, – весело сказал отец, указывая на небольшой домик в противоположном конце поляны.

Он показался Алатее совсем крохотным. Отец широкими шагами подошел к дому и распахнул дверь. Алатея же осталась стоять на месте, недоумевая.

Этот крохотный домишко совершенно не подходил грозному королю, отважному правителю и великому магу. Насколько помнила Алатея, роскошь дворцовой жизни никогда не тяготила его. Мог ли отец измениться за эти годы? Мог ли он стать тихим отшельником, отказаться от всего, что имел, и поселиться здесь, в лесной глуши? Что в этих местах привлекло его настолько сильно? Ради чего он бросил семью и своих подданных?

Алатея вдруг ощутила, как кольнуло в груди. Не сильно, но девушка невольно прижала ладонь к месту укола. Рука скользнула по тонкой цепочке, на которой висел небольшой ключик. Алатея никогда с ним не расставалась. Этот ключ открывал ящик стола в библиотеке замка, там хранилась одна из ее запретных тайн. Прикоснувшись к ключу, Алатея вспомнила о своих секретах.

Возможно, теперь она даже сильнее отца. За прошедшие годы она узнала о магии очень многое. И большая часть этих знаний, кроме нее, практически никому не доступна. Мог ли кто-то иной сместить время прибытия Странника, появление которого ждали не раньше чем через десяток лет? Во всем королевстве нет мага равного ей. И теперь она должна отказаться от своей мечты? Забыть, что в ее жилах течет королевская кровь? Кровь не только истинных королей, но и истинных магов! Отдать трон мальчишке, не способному даже увидеть самую тоненькую «веточку силы»?

Что она здесь делает? Алатея оглянулась, надеясь увидеть тропинку, по которой пришла на поляну, но сзади стеной стояли деревья.

– Отец! – Она подошла к домишке и заглянула в дверь. – Отец? – уже осторожнее позвала она.

В крохотной комнатке не было никого и ничего – ни мебели, ни других предметов, лишь голые стены из необработанных бревен. Но Алатея ведь своими глазами видела, как отец входил в дом! Ошеломленная, девушка выбежала на поляну.

Алатея звала отца, однако ответом ей была тишина. Прислонившись спиной к стене дома, девушка отчаянно пыталась понять, что происходит. Исчезновение отца, столь же внезапное, как и встреча с ним, напугало и совершенно сбило ее с толку.

Алатея почувствовала слабость. События прошедшего дня дали о себе знать: у нее закружилась голова и перед глазами все поплыло. Почти провалившись в забытье, она вдруг услышала слабый голос, зовущий ее.

Отчаянно стараясь стряхнуть навалившуюся усталость, она вскинула голову и огляделась в поисках источника звука. Голос раздался вновь, уже ближе. Алатея осознала, что зовет ее вовсе не отец – голос был женский! Собрав остатки сил, она отозвалась, но голос ее подвел и предательски сорвался на хрип. Девушка опустилась на землю и легла, надеясь таким образом сэкономить силы.

Голос вновь позвал ее, и Алатее послышались знакомые нотки в этом зове. Кера! Как же случилось, что Алатея совершенно забыла о своей верной наемнице? Конечно же девочка не могла оставаться без своей госпожи и отправилась на поиски.

Алатея спокойно закрыла глаза, позволив себе расслабиться: если Кера поблизости, она непременно вытащит свою покровительницу из передряги. С Керой всегда спокойно. Может быть, даже спокойнее, чем с отцом…

Алатея очнулась резко, словно нырнула в ледяную воду. Кера, бледная, с дрожащими губами, сидела перед ней на корточках. Каким-то образом они переместились с поляны, куда привел Алатею отец, на то самое место, где остановились еще днем. Смеркалось.

– Госпожа! Вы очнулись! – с непритворной радостью воскликнула Кера.

– Как мы здесь оказались?

– Пришли. Госпожа, вы сидите так с самого полудня! Я не могла до вас достучаться. Никак!

Алатея вздрогнула, прекрасно понимая, что юная наемница имеет в виду. У Керы было достаточно опыта, чтобы звать не только словами, но и магией. Что же могло случиться, если Алатея не отзывалась на магический зов? Во всех магических книгах ответ на этот вопрос только один. Смерть.

Словно уловив ход мыслей принцессы, Кера добавила:

– Вы сидели как каменная, но стук сердца и дыхание не сбивались. Будто вы уснули сидя. Только я не могла вас разбудить.

– Но я слышала твой зов!

– Госпожа, я…

Алатея пристально вгляделась в лицо своей спутницы. Кера была бледной и выглядела больной. Повинуясь мелькнувшей в голове догадке, Алатея резко схватила запястье наемницы. Ничего, лишь тонкий шнурок с кулоном, полученным от лесных людей. Алатея слабо улыбнулась и уже чисто машинально взялась за другую руку Керы. Наемница посеревшими губами еще пыталась прошептать извинения, но силы покинули ее, и она без сознания повалилась на землю.

Алатея ошарашенно смотрела на глубокий разрез на левой руке Керы. От запястья до сгиба локтя. Она понимала, что девочка умирает у нее на глазах. И ее нужно было спасать во что бы то ни стало. Нельзя позволить ей умереть, ведь, не найдя иного способа вытащить свою госпожу, верная ученица воспользовалась магией Крови…

Глава 21

Мы ждали уже полчаса, но из домиков так никто и не появился. Безмятежная тишина стояла вокруг нас, нарушаемая лишь звуками лесной жизни. Мне начинало надоедать подобное времяпрепровождение, к тому же было достаточно жарко, и я чувствовал, как пот стекает по спине.

– Сколько ждать этих ваших оборотней будем? – полюбопытствовал я у Кетона.

Тот посмотрел на меня с таким удивлением, что мне даже стало не по себе. Ну не знаю я местных обычаев, и нечего на меня смотреть! Именно эти слова я попытался донести до мага. Он понял.

– Понимаете, Повелитель, оборотни должны сами на нас напасть. Если мы войдем в деревню – мы практически погибли. Увидеть призрачного оборотня невозможно. Он может материализоваться только по собственному желанию. Но за пределами деревни они не могут нападать в призрачном виде.

– Тогда совсем запутался, – признался я. – Вы не можете войти в деревню. Но зачем ждать? А если они вообще не нападут? Уедем отсюда, и все.

– Уехать мы не сможем, – пояснила мне Тария, – нам будет постоянно преграждать путь эта деревня. Но не переживайте, оборотни не отличаются терпением. Они нападут, надо только подождать.

Словно подтверждая ее слова, невдалеке раздался протяжный вой. И тут же повторился множеством голосов. Надо признать, хор получился впечатляющий. У меня аж холодок по спине пробежал.

– Готовность! – крикнула Эллина своим эльфийкам, и те слаженно подняли луки с наложенными на тетиву стрелами.

Из воздуха начали появляться оборотни.

По-моему, беспокойство моих спутников насчет оборотней было излишним. Если меня не подвели глаза, эти самые призрачные оборотни напоминали обычных собак, крупных, размером с овчарку, с непропорционально большими головами. Выглядели головастики забавно. Но долго веселиться мне не дали. На меня неслось не меньше двадцати существ. Я ошарашенно уставился на летящую на меня свору.

Лучницы выпустили стрелы. Следом за ними в гущу атакующих ударили два огненных шара, которые, взорвавшись, раскидали добрую половину оборотней. Маги и лучники резко отступили, а на первый план выступили солдаты, которые выставили щиты и мечи, точно волнорезы разрубая волну уцелевших оборотней. Визг и рычание накрыли поле боя. А я… я просто-напросто стоял за своими защитниками и наблюдал за кровавой схваткой, точнее, за избиением оборотней. Они как сумасшедшие бросались на солдат и гибли на их мечах. Им помогли эльфийки, следуя команде Эллины, и поляну перед нами покрыли мертвые тела.

Но, несмотря на то что нападавшие превратились в мертвые тушки, живописно разбросанные по поляне, мои спутники не расслабились. Наоборот, я видел, что они приготовились к чему-то.

– А что вы… – начал было я спрашивать Тарию, но тут появились новые действующие лица.

Эти три существа уже больше были похожи на оборотней, которых я видел в фильмах ужасов. Этакие телята с грацией тигра и мордой жуткой, зубастой твари. Ни дать ни взять машина для убийства. Но слаженные действия эльфиек, солдат и магов привели к тому, что вскоре на поляне стало на три трупа больше.

– А сейчас должен появиться глава семьи, – сообщила мне Эллина. – Придется немного повозиться…

Глава семьи оказался ростом мне по плечо. Огромный саблезубый тигр с красными горящими глазами, которые остановились на мне. Я почувствовал, как у меня начала кружиться голова. В следующий миг он прыгнул, явно целя в мою драгоценную персону. А мне и защититься-то нечем.

Выданный мне жезл на агрессивный выпад никак не реагировал. Я невольно отшатнулся, но, слава богу, между мной и оборотнем оказалось достаточно много препятствий. Кетон с Тарией одновременно вскинули руки, и в оборотня ударили шипящие змеистые молнии, разбрасывая вокруг голубые искры.

Однако они не остановили его, как не остановили и стрелы, оставшиеся торчать у него в шкуре, и солдаты, которых просто разметало вместе с их щитами. И вот я остался один. На меня неслось чудовище размером с взрослого быка, раскрыв свою зубастую пасть, не обращая внимания на тлеющую шкуру…

Я в замешательстве смотрел на громадину, летевшую мне навстречу. Самое странное, я совершенно не испытывал страха. В общем-то я даже не успел понять, что произошло. Просто в какой-то момент в голове словно рубильник щелкнул, и я сделал широкий шаг в сторону. Оборотень, следуя законам физики, которые действовали, по счастью, и в этом мире, пролетел мимо. Надо отдать ему должное, остановился он резко, затормозив всеми лапами сразу. И взревел, видимо, от обиды. Но помощь уже была близка, я уже видел перепуганные лица Кетона и Тарии. Мимо меня, как в замедленной съемке, проплыла Эллина. Я невольно проследил ее движение взглядом, развернулся лицом к оборотню и успел увидеть невероятное зрелище. Эльфийка издала пронзительный крик, похожий на боевой клич, и в ее руке блеснул тонкий меч. Или даже не меч, а длинный кинжал… Короче, холодное оружие. Вероятно, очень острое. Красавица легко оттолкнулась обеими ногами, подпрыгнула в воздухе и, перекувыркнувшись, приземлилась четко на голову твари.

Однако существо продолжало бежать, но эльфийке это абсолютно не помешало. Оборотень упал в паре сантиметров от моих ног. Меня обдало теплой волной его дыхания. Впрочем, это был последний вздох. Эллина вонзила свой клинок точнехонько в середину громадной башки. По всей видимости, там находился какой-то жизненно важный центр. Чудище отключилось мгновенно и окончательно.

– Повелитель! – Первой около меня оказалась Тария и порывисто обняла меня.

Я продолжал пялиться на эльфийку. Эллина невозмутимо спрыгнула с туши, легким движением руки вытянула окровавленный кинжал и невозмутимо принялась очищать оружие от бурой вязкой жижи.

Тем временем подошли остальные. Тария сильно дернула меня за руку, и я наконец оторвался от воительницы и окинул взглядом стоящих вокруг людей.

До меня медленно стал доходить весь ужас произошедшего. Их было много! Не оборотней, нет. Было много людей. Со мной. Я прятался за их спинами, они все были здесь, чтобы защитить меня. И не защитили. Никто из них!

– Эллина, – слабым голосом прошептал я.

Красавица моментально возникла рядом, легко оттеснив в сторону Тарию.

– Спасибо, Эллина, я опять обязан тебе жизнью.

Тария негромко фыркнула. Эллина улыбнулась, обнажая клыки.

– Благодарю, Андрей, – кивнула она.

– В смысле? Это я тебя благодарю.

– А я благодарю за благодарность, – развеселилась эльфийка.

Кетон, похоже чувствуя свою вину, вообще ничего не стал говорить и поспешил ретироваться и заняться врачеванием, устроив импровизированный лазарет, так как практически у каждого солдата имелись раны. Эльфийки занялись обедом. Эллина присоединилась к ним, испросив на это моего разрешения. Я рассеянно кивнул, хотя отпускать ее не хотелось. Со мной осталась лишь Тария.

Я уселся на траву. Бившая меня дрожь утихала.

Тария опустилась рядом. Помолчали. Она заговорила первой:

– Простите меня, Повелитель.

Я кивнул. Отвечать не хотелось. Правда, вид у моей возлюбленной и впрямь был удрученный.

– Я знаю, что всегда оказываюсь лишь свидетелем вашего спасения, – сказала она, глядя куда-то вдаль. – Вы правы, я вам не подхожу. Большая ответственность быть спутницей такого человека, как вы. Я иногда забываю, кто вы на самом деле. Я вижу лишь мужчину. Самого желанного и самого притягательного. Я ужасная эгоистка! Вы не можете принадлежать мне! Вы не можете быть только моим! Я не должна быть рядом, я этого не заслуживаю…

Она замолчала, взгляд ее по-прежнему был устремлен вдаль, но я заметил в углу глаза блеснувшую слезинку. Внутри что-то екнуло. Я не могу видеть женских слез. Особенно если сам становлюсь их причиной.

– Тария, я тебя люблю, – неожиданно для себя признался я.

Она не повернулась, но на ее лице расцвела счастливая улыбка.

После скромного обеда мы вновь тронулись в путь. Кетон сообщил мне, что по дороге мы заглянем в Конвер, в этом небольшом городе живет его знакомый, который поможет конфиденциально сообщить кому-то в Арсе, чтобы там готовили порталы. Объяснение было каким-то путаным, но я не возражал, так как все-таки спать в кровати мне нравилось гораздо больше, чем на земле.

Надо мной простиралось бесконечное безоблачное небо. Я лежал на спине, смотрел на этот лазурный простор, и на душе было спокойно и легко. Вокруг чуть шумели деревья, где-то в отдалении негромко пели птицы, солнце ласково припекало. Умиротворение.

По небу лениво плыло одинокое облачко, похожее на шарик ванильного мороженого. Я улыбнулся и поднялся с земли. То есть хотел подняться, но отчего-то не смог. Вдруг оказалось, что я не в состоянии пошевелить ни одной частью своего тела. Я не чувствовал ни рук, ни ног. Пробовал пошевелить пальцами, но ничего не вышло. В панике я пытался закричать, но не смог выдавить из себя ни звука. Страх накатил волной, и я почувствовал, что теряю контроль над ситуацией. С трудом заставив себя сосредоточиться, я начал считать в обратном порядке от ста. Дойдя до шестидесяти четырех, я понял, что немного успокоился. Чтобы снова не погрузиться в омут паники, я старательно стал анализировать все, что происходит.

Небо над головой было столь безмятежным, что я даже не задумывался над тем, где нахожусь и что меня окружает. Увы, я не могу даже повернуть голову, чтобы осмотреться. Оставалось только догадываться. Что мы имеем? Последнее, что я помню, это то, как заснул в объятиях Тарии. Но что со мной? Тария вряд ли могла бросить меня и просто уйти.

И если я нахожусь в таком странном состоянии, значит, она и Кетон не могут ничего с этим сделать. И какие тут варианты? Магия? Паралич? Что-то еще? Может, мне это вообще просто снится? Или во сне человек не может понять, что он спит? А если понял, что спишь, значит, обязательно проснешься? Кажется, меня заносит…

Ладно, ни магию, ни паралич я контролировать не могу. Остается только ждать, что мне поможет кто-то посторонний. А если вдруг это сон, то… Как говорится, мой сон – что хочу, то и делаю. Хочу – лежу, хочу – встаю…

Я резко вскочил на ноги. Получилось! Руки-ноги мои! Как же это здорово! Выходит, я все-таки сплю? Я старательно ущипнул себя за руку. Ничего. Странный какой-то сон.

Но, надо признать, красивый. Вокруг такое великолепие – лесная поляна, купающаяся в солнечном свете, величественные деревья, благоухающие цветы. И, главное, я так явно чувствую запахи, тепло солнца, движение ветерка… какой-то очень реалистичный сон.

Я не сразу заметил их. Они лежали на земле. Первая – чуть в стороне, на животе, лицом вниз. Ее светлые волосы разметались по траве. Вторая лежала прямо передо мной, на боку, черная коса закрывала ее лицо. Мне вдруг пришло в голову, что девушка лежит на том самом месте, откуда я только что встал. Впрочем, я тут же напомнил себе, что это только сон.

Любопытно, откуда эти дамочки тут взялись? Тайны подсознания? Лежат совсем без движения. Может, вообще мертвые? Жутковато как-то, даже для сна. Темненькая, словно в ответ на мои мысли, зашевелилась и перекатилась на спину. Однако коса так и осталась наискосок лежать на ее лице. Я шагнул поближе, надеясь рассмотреть незнакомку, но мое внимание отвлек огонек, блеснувший на ее руке. Я присел рядом и присмотрелся.

На запястье у нее висел на тоненьком шнурке кулон в виде скрипичного ключа. Точно такой же моя мама всегда носила не снимая. Ей подарил его мой дед. Забыв, что сплю, я схватил тонкое девичье запястье и потянул к себе золотой кулончик. Разумеется, это был он – мамин, – и в этом не было сомнений. У кулона не хватало небольшого кусочка. Это я отломил его в далеком детстве. В порыве я сжал золотую подвесочку в пальцах…

Она умирала. Я всем телом ощутил, как эту девушку переполняет отчаяние и горечь. Она была пропитана этой горечью! Она так сожалела о том, что приходится умирать!

Я даже отшатнулся и мгновенно потерял связь с незнакомкой. Растерянно посмотрел на нее, распростертую на земле. Что же с ней? Мне стало ее невероятно жалко. И тут я вспомнил, что по-прежнему сплю. Вскочив на ноги, я снова внимательно посмотрел на неподвижных девиц. К чему снятся девушки при смерти? Не пора ли мне проснуться? И как это сделать?

Задумавшись, я не сразу понял, что происходит. А поняв – весьма удивился. Темненькая девушка пела. Голос у нее был ничем не примечательный, а вот песня… Это было удивительно! Никогда бы не подумал, что классическую русскую народную песню можно петь так.

Я не сразу и узнал-то. Слова были привычные, мол, парня полюбила на свою беду, и все такое, но мелодия… Мелодия была другая. Было в ней что-то кельтское или ирландское, и, может быть, еще что-то в духе Вагнера, и что-то еще неуловимо знакомое. Песня больше напоминала классическое музыкальное произведение века эдак восемнадцатого.

Я решительно подхватил девушку под руки, потянул на себя, поднимая с земли. Меня не устраивало, что она собралась умирать. Девушка, казалось, меня не замечала, но это было и к лучшему. Во всяком случае, не сопротивляется. Осторожно поставив бедняжку на ноги, убедился, что она вполне способна стоять, и убрал руки. Девица вдруг прервала свою песню и тут же бухнулась на колени. Я поспешил поднять ее вновь. Красивая мелодия полилась снова. Казалось, даже птицы ей подпевают. Но что ж она такая слабенькая-то? Я еще раз окинул ее взглядом и наконец заметил причину всех проблем. На руке у нее темнела огромная рана, от запястья до сгиба локтя. Интересно, что рана была открытая, но совсем не кровоточила. Машинально я поднес руку ближе, и мне почудилось, что рана сузилась. Я отодвинул руку и снова приблизил. Рана тут же стянулась, уменьшаясь. Точно, я же сплю! В моем сне я хозяин. Могу и смертельные раны исцелять. Уже совершенно обнаглев, я провел ладонью по руке девушки. От страшной раны остался лишь небольшой след. Я схватил ее за другую руку и торопливо сжал пальцами золотой кулончик. Меня окутало волнами ее счастья и удивления. Она больше не собиралась умирать. Она была счастлива.

Я поднял глаза и наконец взглянул ей в лицо. И тут же проснулся…

После солнечного леса резко оказавшись в темноте какого-то помещения, я не сразу привык к полумраку, только моргал. Наконец я осмотрелся. Это было что-то вроде столовой или, может, какой-то забегаловки. Какое-то явно общественное заведение в стиле трактиров из фильмов о Средневековье. А может, это и был трактир. Правда, местечко было довольно печальным – все столы стояли пустыми. Я хотел почесать в задумчивости подбородок, и на меня опять накатила волна паники. Увы, я снова ничего не чувствовал.

Что происходит-то? Я снова сплю, что ли? Бред какой-то!

Пока пытался сообразить, во что еще вляпался, к столу, за которым я сидел, подошла девочка и поставила на стол кружку. Я заинтересованно посмотрел на нее. Видимо, что-то случилось с глазом, потому что лицо ее пересекала грязная повязка. А ведь совсем еще ребенок. Бедняга, вся жизнь наперекосяк из-за одного какого-то случая. Не могу я видеть такие вещи. Особенно когда это происходит с детьми. И ведь самое мерзкое, что ничего нельзя изменить.

Ну чем вот я могу ей помочь? Я вообще даже пошевелиться не могу. Или могу? Засмотревшись на девочку, я не заметил, что приступил к ужину. То есть мое тело приступило. Потому что я видел, как подношу ко рту еду, но в то же время ничего не чувствовал. Это очень плохой сон, я хочу проснуться прямо сейчас! Тело продолжало жить своей жизнью и даже задавало девочке какие-то вопросы. Я же продолжал оставаться сторонним наблюдателем. Ощущение было, как будто я играю в какую-то компьютерную игру от первого лица. Только с управлением вышли неполадки.

Тело продолжало есть и разговаривать с девочкой, а я, немного послушав разговор, сосредоточился и старательно посылал телу сигналы. Мне хотелось, чтобы мое непослушное тело помогло этой маленькой девочке хоть чем-то. Может, ей нужны деньги на операцию, может, нужна какая-то другая помощь. Между прочим, одну девушку я уже сегодня спас, почему бы не спасти еще и ребенка? Сон мой как-никак! Или нет?

Наконец, словно услышав мои просьбы, мое тело заявило, что забирает рыженькую девчонку себе и намерено о ней заботиться. Я довольно усмехнулся и проснулся. Теперь уже по-настоящему. И рядом мирно посапывала моя Тария. Приснится же такое…

Следующие четыре дня нашего путешествия прошли без происшествий, и вечером четвертого дня мы въехали в Конвер, оказавшийся крупным городом, окруженным солидными белокаменными стенами. Стены впечатляли, как впечатляли и мощные башни, возвышающиеся над ними по периметру. На их верхних площадках я разглядел какие-то непонятные конструкции.

– Магические орудия, – ответил Кетон, когда я поинтересовался у него, что это такое. – Мощное оружие, но требует долгой перезарядки и постоянного обслуживания. Для защиты крепости идеально…

Провожаемые внимательными взглядами суровых солдат, стоявших на страже ворот, мы въехали в город. Он представлял собой разительный контраст с красотой окружающих его стен. Ободранные одно-двухэтажные домишки жались друг к другу вдоль узких мощеных улочек.

Хотя, как мне показалось, мостили их очень давно – то тут, то там я видел черные дыры между каменными плитами. Улицы были полны какого-то сброда. Читал я про запахи в средневековых городах, особенно от всевозможных нечистот. Но чтобы так! Я невольно зажал нос, что не укрылось от внимания Кетона.

– Потерпите, Повелитель, – негромко сказал он, – когда мы доберемся до Верхнего города, станет лучше. Сейчас мы едем по бедным кварталам.

Благодаря усилиям двух дюжих солдат, ехавших впереди, мы пробивались сквозь толпу, словно река обтекавшую нас со всех сторон. Когда я уже был готов свалиться в обморок от этого чудесного аромата, мы выехали на широкую площадь, и передо мной открылся Верхний город. Я словно очутился в другом мире.

Вдоль широких мощеных улиц тянулись ряды ухоженных раскидистых деревьев, напомнивших мне тополя. За высокими оградами прятались изящные двух-трехэтажные домики. На первом же перекрестке мое внимание привлек фонтан в виде огромной позолоченной рыбы.

– Мы в центральной части города, – пояснил Кетон. – Здесь находится особняк наместника, управляющего Конвером, и казармы местного гарнизона.

– И сколько народу здесь живет? – осведомился я.

– Тридцать – сорок тысяч. С приезжими тысяч пятьдесят будет плюс пять тысяч гарнизон. Конвер небольшой город, как я уже говорил. Вы не видели еще Тар или, например, Крен. Вот это города… а это так, провинция.

Я покачал головой. Ничего себе провинция. По мне, так могучая крепость…

– Сейчас мы направляемся к моему другу Ариену Тьерру, – продолжил Кетон. – Он один из самых уважаемых магов в этом городе. Следуйте за мной.

Поплутав полчаса по запутанным улицам Верхнего города, мы наконец остановились перед воротами трехэтажного особняка. Этакая вилла в итальянском стиле с красной черепичной крышей. На наш стук в высоких деревянных, обитых железом воротах открылось небольшое окошко и оттуда выглянула кудрявая голова… негра. Ну вылитый негр.

Увидев, кто стоит пред воротами, он издал какой-то хлюпающий звук и захлопнул окошко. В следующий миг ворота медленно открылись, и мы, повинуясь взмаху руки Кетона, въехали в них.

Глава 22

Кера проследила взглядом за одиноким белым облачком, лениво ползшим по небесному простору, и только спустя несколько мгновений вдруг осознала, где она находится и что случилось. Рывком вскочила, чтобы оглядеться, но перед глазами тотчас же все поплыло, накатила тошнота, и Кера осторожно опустилась снова на землю.

Однако даже слабость не помешала ей увидеть то, что она боялась увидеть больше всего: в нескольких шагах от нее неподвижно лежала госпожа. Боясь снова подняться, она медленно подползла к ней. По счастью, госпожа была жива, только без сознания.

Кера вздрогнула и посмотрела на свою руку. Тот, кто лечил ее рану, торопился и лишь немного сдвинул разрезанные края, давая им сойтись. Лечил неглубоко, просто спасая девушку от кровопотери. Ткани тела сами доделали начатую магом работу – на руке, от запястья до сгиба локтя, красовался багрово-красный рубец. Керу, впрочем, не заботила красота ее тела, первым делом она проверила подвижность и гибкость поврежденной конечности. Рука отозвалась болью, но этого и следовало ожидать.

Девушка стала оглядываться в поисках неизвестного мага, спасшего ее от верной смерти. Некоторое время она пыталась заметить следы чужого присутствия, но на лесной поляне никого, кроме самой Керы и ее госпожи, не было. Неожиданно Керу точно обожгло понимание, и она испуганно вскрикнула, не сумев сдержать чувств.

Собравшись с последними силами, наемница осторожно коснулась плеча своей госпожи. Как и следовало ожидать, Алатея не отозвалась, не заметила прикосновения. Кера перекатилась на спину и опять уставилась в равнодушное небо.

Оставалось лишь дожидаться мучительной смерти. Поход к такой желанной и такой нужной цели закончится здесь, в этом странном месте, под этим прекрасным небосводом. И этого уже не изменить. Ради своей госпожи Кера готова была отдать жизнь и прибегла к магии Крови, требовавшей от применившего ее самых отчаянных жертв. Но, глядя на замершую, точно статуя, госпожу, Кера не усомнилась в правильности своего решения.

Чего она не учла, так это реакции Алатеи. Слишком добра была принцесса, чтобы позволить умереть даже такой простой девчонке, как Кера. Чтобы затянуть рану, нанесенную при магическом ритуале, госпожа истратила весь остаток своих сил. А после неизвестной напасти, чуть не погубившей ее, эти силы и так были на исходе. Даже если она очнется – окажется беспомощна, как и Кера. И обе они, как новорожденные котята, обречены лишь слабо барахтаться на этой поляне. На сколько их хватит? Магический резерв не восстановить, если ты умираешь от голода и жажды. А еда и вода остались на пропавших в лесу лошадях.

Это конец пути. Девушка вздохнула и закрыла глаза. Тотчас перед мысленным взором возникла зеленая стрела. Кера испуганно вздрогнула и машинально потянулась к таинственному кулончику, полученному от подозрительных людей леса. Маленький шарик, казалось, на миг потеплел. Кера чуть заметно улыбнулась, понимая, насколько близки были они с госпожой к Страннику.

И снова подумала о том, какой же он все-таки, этот пришелец из иного мира. Найдет ли он свое место? И чьи интересы будет представлять? Истинная королева, увы, не взойдет на свой престол, трагично не дойдя до вожделенной цели. Но после появления Странника мир не сможет остаться прежним. Так было всегда.

Когда-то Кера слышала о людях, которые верят, будто Создатель мира следит за своим творением и заботится обо всех населяющих мир существах, и если о чем-то очень просить, Создатель услышит просьбу. История эта показалась Кере забавной. Как просто облегчить себе жизнь, надеясь на высшие силы и оставляя им всю ответственность за происходящее. Жизнь научила Керу верить лишь себе. И все же где-то в глубине ее души теплилась надежда на чудо.

Однако чуда не происходило. Похоже, Создатель не желал заметить умирающих. Или, что более вероятно, за своим миром просто не следил.

Кера облизнула пересохшие губы и снова вздохнула. Она не была готова умереть, но на борьбу сил не осталось. Шарик амулета приятно согревал ладонь. Кера вдруг вспомнила, что в поисках Странника они с госпожой изучили немало старинных фолиантов, в том числе запрещенных. История Странников полна противоречий и несуразностей.

Будучи членом королевской семьи, Алатея имела доступ ко многим первоисточникам, которые позже многократно переписывались в угоду капризам разных королей. Реальная же история продолжала пылиться в самых дальних подвалах королевского замка. Вероятно, и в других королевствах таких книг найдется немало.

В отличие от Алатеи Кера не была любителем старинных раритетов, а утомительные часы, проведенные за чтением нудных летописей, всегда вспоминала с содроганием. Зато теперь ей вспомнилась песня на языке Странников, найденная ею в древних свитках. Вероятно, песню принес Странник, пришедший около трех тысяч лет назад. Кере не удалось отыскать перевод – язык оказался невероятно сложным, к тому же полноценно никто никогда его не изучал, – но, проведя не один месяц в книгохранилище, она выучила песню наизусть.

Нежно погладив амулет, Кера негромко затянула песню, на ходу придумывая мотив…

На душе стало теплее, девушка вся отдалась своей песне и плыла по волнам мелодии, точно по морю. Увлекшись, она не скоро заметила, что давно встала с земли. Слабость, казалось, отступила, и Кера испуганно огляделась по сторонам. Ветер, шумящий в кронах деревьев, отчетливо повторял мотив ее песни.

Тело, казалось, налилось силами. Кера шокированно смотрела на свои ладони, источавшие легкий зеленоватый свет. Не теряя времени, наемница бросилась к госпоже. Достаточно было коснуться плеча Алатеи, как та зашевелилась и застонала. Кера торопливо провела рукой вдоль тела своей королевы, надеясь поделиться неожиданно появившейся силой. Алатея застонала еще раз и открыла глаза.

– Кера? – В ее слабом голосе сквозило удивление.

Увидев, что Алатея очнулась, Кера почувствовала, как сердце словно пропустило удар и тотчас заколотилось в разы быстрее. Губы предательски дрогнули, и из глаз покатились слезы.

Алатея непонимающе смотрела на свою помощницу. Она впервые видела Керу плачущей. Кера упала на колени и уткнулась в ладони лицом. Свечение, окутывавшее ее, медленно угасло.

Ветер в ветвях деревьях все еще продолжал напевать мелодию. Силы постепенно возвращались к обеим девушкам. Безобразный шрам на руке Керы истончался, пока не превратился в розовую полоску. А из-за деревьев вдруг появились сбежавшие лошади и медленно направились к ним.

Подавальщица грохнула на стол тяжелую кружку и вытерла ладони о передник. Посетитель смерил девчушку оценивающим взглядом. Та в ответ недовольно скривилась.

– Присядь со мной. – Голос у мужчины был приятным и глубоким.

Девчушка оглядела пустой зал – лишь за дальним столом в углу храпел пьянчуга, которого в отличие от его собутыльников хозяин не выгнал лишь потому, что пьяница щедро сыпал деньгами весь предыдущий вечер. Хозяин был человеком с понятиями. Подавальщица кивнула гостю и плюхнулась на скамейку напротив, поставив локти на стол. Уж ей-то было понятно, что раз гость просит присесть с ним, то, возможно, ей перепадет лишняя монетка. Может, ему скучно сидеть одному и он желает завести разговор? Или интересуется местными сплетнями?

Но посетитель завел разговор привычный и надоевший:

– Как зовут?

– Дара.

– Красивое имя… Что с глазом? – поинтересовался мужчина и неторопливо принялся жевать заказанное им мясо.

Девчонка вздохнула. Таких, как этот, интересующихся в день она встречала по десятку. Левый глаз ее и впрямь скрывала плотная повязка, закрывая добрую половину лица. Повязка была старая, посеревшая от времени.

– Нет глаза, – ответила подавальщица, и в голосе ее слышалась привычное раздражение от давно надоевшего вопроса.

Посетитель промолчал, продолжая методично жевать очередной кусок говядины. Затем он взял кружку, отхлебнул большой глоток и задумчиво нахмурился.

– Сходи принеси еще, и пусть не разбавляют, – сказал он и внимательно посмотрел на девчушку.

Но та оставалась невозмутима. Просьба эта тоже не была для нее внове. Хозяин любил проверять своих гостей на «чувство», как он выражался, разбавляя напитки или подавая несвежую пищу. Тем, кто сумел распознать жульничество, доставались впоследствии весьма недурные блюда.

Вернувшись с новой порцией пива, девчонка присела напротив уже без приглашения. И уставилась на гостя единственным глазом. Мужчина задумчиво посмотрел на подавальщицу.

– Как случилось? – строго спросил он.

– А тебе-то что? – не менее сурово парировала девчушка.

Однако мужчина ее дерзости, казалось, не заметил.

– Лечить пробовали?

Девчонка весело рассмеялась.

– Чего лечить, чудной, я ж говорю – нету. Совсем нету!

– Как случилось? – повторил гость и отправил в рот очередной кусок мяса.

– Упала, – буркнула Дара и нахмурилась.

– А маги лечить пробовали?

– А где его взять-то, мага? – удивилась девчонка.

Мужчина пожал плечами и уткнулся в свою тарелку. Какое-то время он старательно работал челюстями, потом негромко произнес:

– Отойди.

– Чего? – растерялась девчушка.

– За тот стол сядь. Подальше.

Подавальщица пожала плечами, но просьбу выполнила. Устроившись за соседним столом, она исподлобья уставилась на мужчину.

– Родители где?

– Нету.

– Жалкая? – уточнил посетитель, имея в виду, что сиротку держат в харчевне из жалости и заставляют отрабатывать кров и стол.

– Нет! – Голос девчонки сорвался, маленький кулачок гулко ударил по столешнице, предположение гостя явно задело ее. – Хозяин мне дядька! Брат матери.

Гость чуть заметно ухмыльнулся:

– Чего тогда бьют?

– Неправда, – тихо отозвалась подавальщица и покраснела.

– Сколько тебе? Двенадцать? Тринадцать?

– Шестнадцать. – Девчонка почти шептала.

Гость присвистнул, моментально сообразив, что такой возраст значит для девушки.

– Встань.

– Это зачем? – подозрительно прищурилась его собеседница.

– Встань и иди хозяина позови.

– Если это из-за разбавленного, так…

– Я сказал, позови! – Голос посетителя стал грозным, и девчонка испуганным зверьком шмыгнула прочь.

Хозяин оказался высоким, широкоплечим, с крупным подбородком и крохотными глазками. Гость и не подумал подняться навстречу, продолжая неторопливо жевать свое мясо.

– Ну, – первым нарушил затянувшуюся паузу хозяин.

Дара тихонько пристроилась справа от него.

– Я забираю девчонку, – не глядя на хозяина, сообщил гость и добавил: – Ученицей мага будет.

Подавальщица тихо ахнула.

– Но я не могу на это согласиться, господин, – нахмурился хозяин. – Она моя родственница, к тому же прекрасная работница…

Марсен поморщился и бросил на стол золотую монету. Трактирщик не моргнув глазом смахнул ее со стола.

– Не волнуйтесь, сейчас я ее соберу… – Он схватил ошеломленную девочку за руку и утащил.

Марсен же задумчиво посмотрел на свою кружку. Он прекрасно понимал, что шестнадцатилетняя девчонка, даже если ее держать впроголодь, так или иначе вырастет во взрослую женщину. Даже теперь, если приглядеться, видно, что угловатая девчонка начинает округляться, превращаться в девушку. А это значит, что к прежним побоям и тычкам прибавятся совершенно иные неприятности, куда как хуже.

Вообще-то Марсена не волновали другие люди. Он зашел в эту харчевню на самом отшибе лишь из-за того, что тут было действительно малолюдно. Амулет не терпел постороннего присутствия. И на маленькую подавальщицу Марсен никогда не обратил бы внимания, если бы в ее присутствии амулет вдруг не начал бить крохотной молнией по пальцам. Марсен проверил несколько раз: стоило малявке приблизиться, амулет реагировал. Это показалось ему странным, и он заинтересовался девчонкой.

Несмотря на свою хмурую неразговорчивость и склонность к одиночеству, Марсен прекрасно разбирался в человеческих поступках и мыслях. Много лет он провел в пути, разыскивая для братства различные ценности и артефакты, и, разумеется, ему приходилось сталкиваться с самыми разными людьми. Очень разными.

Малышка-подавальщица читалась точно раскрытая книга. Засаленная повязка, прикрывающая изуродованный глаз, выдавала все маленькие тайны, которые трактирщик желал скрыть. Марсену были видны сбитые колени девчонки, красные огрубевшие ладони. Видны были годы побоев и унижений, видна беспомощность ребенка перед сильным и властным взрослым, смирение и покорность. И страх.

А еще ему виделось будущее девчонки: неизбежное взросление, а с ним и жесточайшие удары судьбы. Пока девчонка только мыла и прибирала за постояльцами, но скоро ей предстояло развлекать их и после вечерних попоек. В отдельных комнатах.

И может быть, впервые в жизни Марсен пожалел кого-то. Таких, как Дара, он встречал немало на своем пути, но только эта одноглазая рыжеволосая подавальщица вызвала в нем сочувствие и желание помочь. Впрочем, без амулета тут не обошлось.

Девчонка уже ждала во дворе, когда Марсен закончил есть и вышел на улицу. В руках она сжимала крохотный узелок, видимо, это было все ее нехитрое имущество. Марсен вздохнул. Девчонка смотрела на него уже совершенно иным взглядом. Кажется, увидеть вживую мага для нее было чуть ли не самым великим чудом. А уж стать его ученицей… Марсен не спешил расстраивать девчонку: ни в каких ученицах он, разумеется, не нуждался.

Дара плелась следом, на указанном расстоянии. Сначала Марсен хотел пустить ее вперед, но, как оказалось, она еле перебирала ногами. Пришлось самому задавать темп. Отойдя подальше от населенных мест, Марсен остановился.

Он планировал разобраться со странной реакцией амулета на девчонку, потом восстановить потерянный глаз и довести Дару до ближайшего города. В том городе жила его давняя знакомая, которая наверняка найдет для девчонки хорошую работу и поможет на первых порах. Деньги у него имелись, и он твердо намеревался дать рыжей девчонке новую жизнь.

Глава 23

На просторном дворе нас встречал Ариен Тьерр собственной персоной. Веселый бойкий старичок с козлиной бородкой и живыми бегающими глазами. Он уставился на меня как на чудо-юдо, но его сразу взял в оборот Кетон, приобняв и что-то прошептав ему на ухо.

После непродолжительного рассказа господин Тьерр, широко улыбаясь, произнес:

– Добро пожаловать в мой дом! – И, покосившись на меня, удалился вместе с Кетоном и Тарией.

К нам же тотчас подбежали слуги и забрали лошадей, другие увели куда-то сопровождавших нас эльфиек и солдат.

Спустя полчаса я уже сидел на балконе второго этажа виллы нашего гостеприимного хозяина и, потягивая превосходное красное вино, любовался освещенным яркой луной Верхним городом, чьи черепичные разноцветные крыши утопали в зелени. Мне вспомнились фотографии итальянских городов с их аккуратными улочками и старинными каменными домами. Если бы раньше знал, что это так красиво, непременно съездил бы в Европу. Все вокруг дышало покоем и уютом.

– Повелитель! – раздался женский голос, и, повернувшись, я увидел Тарию. Она была в легком белом платье без рукавов, струившемся до самого пола. В волосах краснел живой цветок.

Я улыбнулся.

– Ты чудо, – сообщил я и, подойдя, мягко поцеловал теплую щеку возлюбленной.

– Нет, чудо, что я встретила тебя, – улыбнулась она в ответ.

– Где ты была?

– Повелитель скучал? – игриво поинтересовалась Тария.

Я покрепче прижал к себе нежное девичье тело и прорычал:

– Ужасно скучал.

– Завтрашний день мы проведем в городе, надо запасы пополнить, а послезавтра выезжаем. Кетон все уладил.

– Понятно, – хмыкнул я. – Завтра надо непременно прогуляться по городу. Все-таки это первый большой город в этом мире, где я побывал. Ты ведь составишь мне компанию?

– Ну если Повелитель не передумает…

– Не передумает!

Тария вдруг прильнула ко мне и зашептала на ухо:

– А я знаю одну тайну.

– Тайну? – растерялся я.

– Тайну, – многозначительно кивнула девушка, и тут я заметил озорной блеск в ее глазах.

– Какую такую тайну? – Я ухмыльнулся, уже понимая, к чему она клонит.

– Великую тайну Странника. Он сам мне сказал!

– Серьезно?

– Не знаю, – пожала плечами девушка и вдруг нахмурилась. – Может, соврал?

– Он не мог! Странники никогда не врут.

– Правда? – искренне удивилась она, на миг сбросив маску шаловливой девчонки.

– Неправда, – тихо сказал я, – но я тебе врать не буду. Я люблю тебя, Тария.

– Докажи, – игриво прошептала она.

Утром, после плотного завтрака мы с Тарией отправились в город. Кетон отказался поддержать компанию, но заверил меня, что я могу пользоваться неограниченным денежным кредитом лично его, Кетона, и выдал мне какую-то бумажку, исписанную бисерным почерком. Насколько я понял, мне надо было просто показать ее продавцу.

Как ни странно, Эллина тоже не пошла с нами. Я хотел побыть наедине с Тарией, но не позвать эльфийку не мог, это казалось неуважительным после всего, что она для меня сделала. Поэтому отказ Эллины меня даже обрадовал.

Наше путешествие по городу началось, естественно, с улицы магазинов, так я назвал про себя это сборище вычурных зданий разной архитектуры, тянувшихся вдоль широкой улицы, вымощенной каменными плитами. По ней неспешно прохаживались местные франты, одежды которых пестрили разнообразием расцветок и фасонов – я так и не смог понять, что здесь в моде. Кажется, модным было надеть хоть что-нибудь, лишь бы не как все.

Мое внимание привлек один из магазинов. Я прильнул к стеклу как завороженный. Это была первая витрина, увиденная мною в городе, – другие магазины такой роскоши не имели. Здесь же, несмотря на легкую матовость стекла, можно было разглядеть весь товар, не заходя в лавку. А товар был хоть куда, он притягивал меня буквально как магнит, хотя раньше я не замечал за собой интереса к оружию. Лежавшие за стеклом кинжалы были настоящим произведением искусства.

Я застыл, разглядывая клинок, на котором мастер изобразил эпическую битву. Маленькие фигурки выглядели до ужаса реалистично. Я даже вздохнул: слишком хороша вещица, чтобы мне достаться. Я представить побоялся, сколько попросят за это чудо… С тоской я оторвался от созерцания витрины и обернулся, чтобы позвать Тарию.

Мимо проходил какой-то человек, и я по неосторожности задел его плечом. Негромко извинился и пошел было вперед…

Боль обожгла спину и левое ухо, я мгновенно потерялся в пространстве, рванулся куда-то вперед и вниз, запнулся и мешком свалился на землю. Несколько секунд словно слепой щенок тыкался в стороны и ловил ртом воздух, потом, чуть придя в себя, замер на четвереньках, левой рукой зажимая горящее ухо. С левой стороны спины словно пожар бушевал. Наконец, ошалевший и испуганный, я все же сумел собраться и осмотрелся. И моему взору предстал он…

Молодой, почти мальчишка, самодовольный хлыщ отвратного вида. Таких, несомненно, любят малолетние девчонки: длинные гладкие светлые волосы, собранные в аккуратный хвост, острый нос и не менее острый подбородок, тонкие губы, надменный взгляд и идеально скроенный темно-серый костюм, видимо, по последнему писку местной моды.

В правой руке трость с какой-то фигуркой в качестве набалдашника. Эдакий местечковый Брэд Питт. Слащав до отвращения. Но я вполне мог бы и не обратить внимания на этого типа (в Москве еще и не такие встречаются), если бы не зажатая в его левой ладони ручка плети.

С логикой у меня никогда не было проблем, да и надо было быть идиотом, чтобы не догадаться: у него развернутая плеть – у меня горящая огнем спина.

Я почувствовал, как в груди закипает злость. Я резко вскочил на ноги и приготовился к драке. Боец я, конечно, так себе, но ни один урод не посмеет меня безнаказанно унижать. Однако я даже не успел кулаки сжать, как откуда-то появилась Тария. Увидев свою возлюбленную, я немножко расслабился и позволил себе наконец оценить размеры нанесенного мне ущерба. Тария, как местная, должна лучше разбираться таких делах. Может, полицию надо вызывать, или что тут у них? На ладони была кровь, и я поморщился: видимо, ухо пострадало изрядно. Кстати, я только теперь заметил, что этим ухом почти ничего не слышу Спина горела огнем. Немного увлекшись собой и своими травмами, я прослушал начало разговора Тарии и наглого хлыща. Очнулся, лишь когда понял, что этот ублюдок обращается ко мне:

– …И благодари свою хозяйку, что остался жив. Лучше тебе не попадаться мне больше. Никто не может безнаказанно прикасаться к лорду Дейтону! – Трость уткнулась мне в грудь, и я ошарашенно на нее уставился. – Запомни это и убирайся в ту помойную яму, из которой вылез, – добавил урод, презрительно скривился и зашагал прочь.

– Эй ты, – крикнул я наглому хлыщу, – повернись! Или только исподтишка можешь бить? Так я научу тебя, как правильно это делать!

По-моему, он услышал, но никак не отреагировал, даже не остановился.

Ну все. Достал. Я бросился за ним и почувствовал, что не могу пошевелить ни рукой, ни ногой. Что такое?

А тем временем за уходящим мальчишкой словно тень двинулся здоровенный амбал, которого я раньше не заметил. Понятно теперь, откуда столько пафоса – у мальчика за спиной стоял телохранитель.

Я повернулся к Тарии, чтобы поинтересоваться, какого дьявола меня парализовало… но тут…

Она стояла и смотрела хлыщу вслед. Просто смотрела, как он уходит, но в этом взгляде было прямо-таки вселенское обожание! Черт, а ведь на меня она так ни разу не смотрела! Даже когда признавалась в любви! Ну ладно, пусть я не красавец, пусть даже не самый умный, и денег у меня нет, но этот! Ну почему? Что в нем такого?

Додумать я не успел, Тария оторвалась от созерцания белобрысого ублюдка и бросилась ко мне. Она взмахнула рукой, и я почувствовал, что могу двигаться…

– Так это ты меня парализовала? – возмущенно спросил я.

– Простите, Повелитель, за то, что рискнула вас остановить, но нам сейчас не нужны проблемы, а лорд Дейтон очень влиятельный в этом городе человек. Тем более у вас рана, нужно поскорее вернуться к Кетону. Я с такой раной не справлюсь, а он сделает так, что даже царапины не останется…

Я нахмурился и, демонстративно отказавшись от предложенной девушкой помощи, пошел в сторону дома Ариена Тьерра. Ходить я еще могу, а вот с произошедшим действительно не мешало бы разобраться на трезвую голову. Этого хлыща я найду, тем более как на него смотрела девушка… Хорошо, что она еще всю дорогу старалась молчать, видимо чувствуя мое состояние. Когда мы уже подходили к дому, я остановился и строго посмотрел на нее.

– А теперь подробно расскажи, кто это был.

– Лорд Эрдельетес Дейтон. Наследник самой богатой семьи города и одного из самых знаменитых родов королевства. А еще он сильный маг. В его семье дар передается по наследству и при этом с каждым поколением только усиливается. Потому что невест Дейтоны выбирают не только красивых, богатых и знатных, но и обладающих магическим даром. В их семье все маги.

Я слушал эту речь с нескрываемым удивлением. То, как Тария говорила о семье белобрысого выродка, несомненно свидетельствовало об одном: она была бы не прочь занять место невесты этого гада.

– Понятно, – процедил я.

– Повелитель? – растерянно произнесла девушка. – Что-то не так?

– Все так, – отмахнулся я. – Пошли к Кетону.

Мы пересекли двор и, войдя в особняк, поднялись на второй этаж, в комнату Кетона.

Едва мы переступили порог, Кетон подскочил с кресла и бросился ко мне. Видимо, я действительно выглядел неважно: маг побледнел и начал что-то шептать себе под нос. Сперва я даже решил, что он молится, а потом запоздало сообразил – колдует. И немного расслабился.

Лечение, как ни странно, затянулось минут на сорок. Кетон умудрялся так тяжело вздыхать, что я уж было решил, что пришел мой смертный час. Впрочем, в итоге он сообщил, что от моей раны не осталось даже следа.

На всякий случай я потрогал ухо – вроде на месте. Я попытался выразить глубокую благодарность, рассыпаясь в комплиментах магическому дару Кетона, но маг сурово приказал мне отправляться спать.

– Средь бела дня? – удивился я.

– Иначе все мое лечение рауху под хвост! – поучительно подняв палец, сообщил Кетон.

– Кому-кому?

– Это животное, я покажу вам позже, – нетерпеливо сказал маг, и мне пришлось подчиниться.

Наверное, я действительно вымотался, потому что уснул сразу и проспал до самого вечера. Проснувшись же, не обнаружил никого из моих спутников. Даже вечно маячащие на горизонте эльфийки во главе со своей начальницей куда-то испарились.

Но зубастые девчонки меня не волновали, а вот златокудрая красавица беспокоила, и весьма. Я живо помнил взгляд, которым она провожала аристократичного ублюдка. Это, конечно, странно, но я безумно ревновал.

И тот факт, что Тария не сидела у моей кровати, ожидая моего пробуждения, меня просто взбесил. Куда ее вообще понесли черти?! Не с этим ли хлыщом она сейчас прохлаждается?

Взвинтив себя донельзя, я накинул куртку и вышел во двор. Свежий воздух, по всей видимости, немного привел меня в чувство. По пути к воротам мне никто не встретился. Казалось, дом словно вымер. Выйдя за ворота, я остановился в задумчивости. В городе я ориентировался посредственно, тем более что к вечеру даже улица, на которой мы жили, казалась изменившейся. Да и повторять утренний маршрут не имело никакого смысла. Однако, движимый каким-то чувством противоречия, я все равно пошел по улице куда глаза глядят.

Что меня так взбесило? Тария мне не жена и ничем мне не обязана. Захотелось ей посмотреть на другого мужчину – ее дело. Но как тогда расценивать ее признания и бесконечные восторги по поводу моего присутствия в ее жизни? Слова о том, что я для нее кто-то вроде бога и быть со мной рядом – большая честь? Да и вчера ночью она так счастлива была от моего признания в любви. Значит, слова – ложь? И что в итоге? Сопляк с манией величия может безнаказанно уродовать кого угодно, даже не спрашивая его имени? Беспредел какой-то. Или я чего-то не понимаю.

Как там, она сказала, его зовут? Дейтон? Самый известный в городе? Хозяин жизни! А если ему сказать, кто я такой? Куда он засунет свою плеточку? Тоже небось будет падать ниц и лбом о землю биться. Хотел бы я на это посмотреть. А может, и не хотел бы – противно.

Поддавшись внезапному порыву, я остановил какого-то мальчишку, пробегающего мимо, и поинтересовался, где дом Дейтона. Парнишка, кажется, удивился моей неосведомленности, но очень подробно расписал весь путь. Хотя мне все равно пришлось еще пару раз останавливать прохожих, чтобы узнать дорогу, а один раз я даже забрел в тупик. Не силен я в ориентировании на местности.

К дому аристократа я подошел уже поздним вечером. Этот пудель отлично устроился! Высоченный замок скрывался за каменным забором, и, судя по всему, территория вокруг этого жилища была немаленькая. Хорошо живут аристократы, не чета магу Тьерру, у которого мы остановились.

Я встал по противоположной стороне улицы, разглядывая узорчатые кованые ворота. Мастер, который их делал, однозначно человек одаренный. Вензели и цветы, созданные его воображением, вдруг нагнали на меня тоску. И даже какую-то зависть: есть же на свете таланты. А я и в своем мире не преуспел, и здесь меня держат за слугу и плетьми гоняют. А ведь и мое происхождение, и мой статус в этом мире весьма высоки. Черт! Да я не я буду, если позволю выродку остаться безнаказанным. Пусть этот «великий маг» знает, что на всякую силу найдется большая сила.

Мне вспомнилась воронка, оставшаяся после моих занятий магией. И тут же живо всплыли в памяти ощущение близкой смерти и страха. Да и Кетон настаивал на том, что местная магия для меня смертельно опасна. Стоит ли затевать эксперименты? В прошлый раз энергия лилась в меня и выплескивалась как цунами. Что, если сейчас не хвататься за все подряд «ветви» этой самой «силы»? Если аккуратно пропустить через себя энергию одной маленькой веточки, наверняка эти аккуратные ворота снесет к чертям собачьим. Думаю, белобрысому этого будет достаточно, чтобы понять, что он не всесилен.

Убедив себя, я закрыл глаза и постарался сосредоточиться. «Ветви» раскинулись перед моим мысленным взором, и я невольно отметил тот факт, что ближе к замку они становятся гуще и толще. Не просто так, похоже, место для своего жилища эти Дейтоны выбирали. И впрямь тут есть где разгуляться магам.

Ладно, сейчас устроим им фаершоу! Только аккуратненько. Мне пока моя жизнь дорога. Где бы найти такую маленькую веточку, чтобы не пришлось выбираться из черной воронки, как в пошлый раз? Хотя я теперь знаю, как с этим справляться, разберусь как-нибудь. Ага, вот тут есть тоненькая, почти прозрачная ниточка. Бледненькая, в отличие от других – ярко-голубых. Вот ее-то и будем брать…

Я помню точно, что я умер. Я даже видел бога и своих давно оставивших этот мир родителей. Было страшно, больно, непереносимо и невозможно. И никаких слов для этого придумать нельзя. И передать нельзя. Но со своей смертью я успел смириться, поэтому, открыв глаза, я никак не мог осознать, где я нахожусь. Над головой раскинулось небо, затянутое серыми тучами. Пахло чем-то горелым и неприятным. Вдруг надо мной возникло чье-то лицо.

Человек был лохматый и взъерошенный, весь перепачканный не то в саже, не то в золе. Только большие светлые глаза без ресниц сияли, и шевелился рот. Увы, я не слышал ни звука. Кажется, человек пытался меня поднять. Я прислушался к своим ощущениям: не сразу, но мне удалось заставить ноги и руки послушаться меня. Я осторожно сел и огляделся. Куда меня занесло? Здесь, наверное, проходили военные действия.

Артиллерия не промахнулась – вокруг пылающие огнем руины. Жуткое место. Я вдруг увидел чью-то руку, торчавшую из камней… Меня замутило. Человек, который пытался меня поднять, снова потряс меня за плечо. Я пригляделся, и неожиданно до меня дошло, что странный парнишка мне знаком. Ошарашенный, я прошептал:

– Эллина?

Черт! Что с ней случилось? Ее шикарные волосы обгорели, и теперь ее прическа была совершенно мальчишеской, вместе с волосами сгорели брови и ресницы. Одежда на ней висела обрывками, и даже удивительно, что ничего неприличного не обнажилось. Где я, черт возьми?! Что творится-то?!

Эллина помогла мне подняться, и я еще раз огляделся. Смутно припомнилось мне ночное путешествие к дому моего обидчика и тоненькая ниточка силы. Это что же, я устроил? Я же был возле замка белобрысого, где же замок? Неужели?..

Я грязно выругался. А если там, в замке, были люди? Выходит, я их всех?.. Дерьмово.

Эллина продолжала настойчиво шевелить губами и тащить меня куда-то в сторону. Плохо соображая, я пошел следом за ней. С каждым шагом девушка ускоряла ход. Через пару минут мы уже бежали неведомо куда. Мы петляли по улицам, и я быстро перестал ориентироваться. Зато по пути я заметил, что одно ухо стало немного слышать. Какое-то время спустя мы залетели в тупик и забились в самый темный угол. Я прижался к Эллине, и она прошептала:

– Пока здесь.

– Да, отсидимся. Как ты нашла меня? – Я старался говорить как можно тише.

– Вы слышите! – обрадовалась она совершенно искренне.

– Одним ухом, – сообщил я.

– Хорошо! Я шла следом, а когда вы решили… – Она замялась.

– Прикрыла меня, – сообразил я, немедленно вспомнив, что Кетон в прошлый раз говорил, что он и Эллина меня страховали.

– Недостаточно, – вздохнула эльфийка.

– Но жизнь ты мне спасла. Который раз уже. Спасибо. Надо сообщить Кетону и Тарии. Они меня, наверное, ищут, но надо переждать.

Эллина ограничилась энергичным кивком.

– Так я это… Руины – это замок Дейтона?

Эллина снова кивнула и пристально посмотрела на меня.

– Это я? – Я почувствовал подступающую тошноту.

– Вы, – тихо ответила эльфийка. – Помимо замка сгорело шесть особняков вокруг.

Я закрыл руками голову и едва удержался от того, чтобы не взвыть.

Глава 24

Спустя десять минут я пришел в себя, и мы короткими перебежками добрались до дома мага. Однако к воротам Эллина подойти мне не дала.

– Андрей, – прошептала она, – я не могу гарантировать тебе безопасность там.

– Но там Тария и Кетон, – растерялся я.

– С ними может быть кто-то еще.

Я задумался. В Кетоне я был уверен. Я типа его счастливый билет, и отказаться от меня он, наверное, не сможет даже под страхом смерти. Я, конечно, не психолог, но понять это было не сложно. Он меня уверял в исключительной лояльности к моей персоне, и я в это верю. Он заинтересованное лицо… А кроме него, меня защищать-то некому. Бедняжка Эллина одна не справится однозначно. Да и Тария… она меня ждет. Надеюсь, что ждет. Но с этим надо разобраться…

– Я пойду внутрь.

Спорить эльфийка не стала, только кивнула мне и потянула куда-то в сторону. Мы опять побежали. В какой-то момент Эллина заметила на стене ближайшего дома лестницу, и скоро мы уже ползли по крышам. По большей части полз я, а Эллина грациозно шла, слегка пригибаясь.

Я даже не сообразил, что стою на крыше дома Ариена Тьерра, пока Эллина не сказала мне об этом. Она легко спрыгнула с крыши на тот самый балкончик, с которого я вчера обозревал окрестности. Я не решился повторить ее подвиг, и красавица подставила мне стул.

Стараясь поменьше шуметь, я прошмыгнул по коридору к двери в комнату Кетона. И уже было взялся за ручку, но услышал голос мага:

– …и его нет. Он не вернулся сюда! Ты понимаешь, что это значит? Где Странник, Тария? Проклятье, неужели я прошу так много? Ты должна была просто держать его возле себя!

– Ты знаешь, что он все время был со мной!

– Он не должен был вылезать из твоей постели! Вот где было его место!

– Я уже говорила! Любовная магия на него почти не действует. Только когда я рядом! Стоит мне отойти…

– Вот именно! Мне плевать, что он разнес полгорода и положил кучу народу, но где была ты? Что ты говорила ему, Тария? Что?

– Ничего. – Голос моей возлюбленной был напряженным и взволнованным, но твердым.

– Не лги мне! – Кетон сорвался на крик. – Хочешь мне сказать, что он ничего не знал и случайно разнес в пыль замок Дейтона? Того самого Дейтона! Не лги мне! Вспомни, Тария, это я много лет назад вытаскивал одну малолетнюю идиотку из того замка. Или ты решила попытать счастья еще раз? Что ты сказала Страннику? Он знает о том, что было у тебя с Дейтоном?

– Нет! Нет! Ничего не знает! Ничего! Я сказала, это случайность! Они просто столкнулись на улице. Это всего лишь совпадение.

– Всего лишь совпадением было то, что я тогда нашел тебя в замке Дейтона. Тебе повезло, что меня занесло на прием, который давал лорд, и вдвойне повезло, что я заблудился в его доме. Иначе ты бы давно была продажной девкой в Нижнем городе! Я напоминаю тебе, Тария, я спас твою честь и сделал тебя магом! Прекрати мне лгать!!!

– Ты обещал не вспоминать об этом! – Тария почти визжала, кажется, нервы у нее были на пределе.

– И я не вспоминал! Пока ты не потащилась к Дейтону опять!

– Этого не было! Не было! Он ничего не знал! Он не мог знать!

– И что, Странник просто пошел мстить за удар плетью? Не верю! Этот слюнтяй…

– Да, этот слюнтяй, с которым мне по твоей милости приходится возиться! – перебила Тария.

– Что-то ты не особо уставала от этого.

– К твоему сведению, он был у меня в кармане.

– Так открой этот свой карман! И достань мне Странника!

– Он вернется. Он должен вернуться. Он уверен, что я буду его ждать. – В ее голосе сквозила самоуверенность.

За дверью воцарилась тишина, однако я не спешил уходить, надеясь услышать продолжение.

– Надеюсь, что ты права, – заговорил наконец Кетон. – Я устал. Столько сил ушло, чтобы замаскировать магический фон. В нем таится поистине великая мощь, а по нему и не скажешь. Такой жалкий. Иди сюда, мне нужна сила, ты поделишься?

– Я не… – начала было Тария, но Кетон перебил:

– Или, может, тебе уже не по нраву настоящие мужчины?

Я глупо таращился на дверь, пытаясь осознать услышанное. А потом… Я прекрасно знал, что происходит за дверью. В конце концов, я проводил с Тарией каждую ночь последнее время. Она никогда не сдерживает своих чувств…

Я сел на пол и прислонился затылком к двери. В комнате продолжалась любовная возня. Я закрыл глаза. Да, они правы, я хлюпик, слюнтяй и идиот. Они так легко мною манипулировали. Почему мне сразу не пришло в голову, что они любовники? Мужчина и женщина, живут вместе… Я ведь правда верил, что Тария ученица Кетона. Видимо, изучают они не только магию.

Открыв глаза, я увидел эльфийку, которая присоединилась ко мне. В ее взгляде было сочувствие. Я глубоко вздохнул и взял себя в руки. Следующей моей реакцией был гнев. И из-за этой… я такого натворил! Неужели я такой непрошибаемый кретин? Она запудрила мне мозги, и даже без всякой магии! Я ведь поверил. Во все: в любовь, в свою исключительность, в ее чувства.

– Андрей, – наклонилась ко мне Эллина, – нам пора.

Видок у нее был неважный, и я вымученно ей улыбнулся. Просто чтобы не нагнетать тоску. И так дела хуже некуда.

– Куда, Эллина? Мне идти некуда. – Я действительно ощутил полнейшую апатию.

– Со мной.

– Боюсь, тебе стоит держаться подальше от меня.

– Нет! Идем. – Голос у нее, несмотря на шепот, был властным.

Резким рывком эльфийка подняла меня ноги и подтолкнула вперед. Мы вернулись в мою комнату. Эллина заговорила уже не шепотом, но все равно приглушенно:

– Сейчас мы уйдем из города, за стенами для нас приготовлены лошади. Эльфы никогда не выдадут Странника. Я ждала подходящего момента, и вот он подвернулся.

– Я не понимаю…

– Мой народ имеет честь пригласить вас. – Она отвесила мне поклон, кажется, на полном серьезе.

– Зачем?

– В городе людей вы были, теперь побываете в городе эльфов, – ухмыльнулась она и продолжила уже серьезно: – Андрей, здесь опасно. Мой народ защитит тебя. И твоя магия…

– Только не это! – испуганно вздрогнул я.

– Мы научим тебя, чтобы больше никогда…

– Пошли, – махнул я рукой, не дав ей договорить. Я был сыт по горло высокими словами и лестью, на деле оказавшимися обманом и ложью. И выбора у меня по большому счету не было. Что ж, посмотрим, что в городе эльфов…

По пути Эллина рассказала мне, что остальные эльфийки останутся с Кетоном, дабы не вызвать подозрений. Мол, ее исчезновение для них самих сюрприз. Еще Эллина рассказывала об эльфах, их городе и о каком-то важном типе, имя которого я не запомнил, но, кажется, для самой девушки он имел большое значение.

Приближаясь к воротам, я отметил, что количество вооруженных солдат увеличивается, и на нас, по-моему, стали как-то подозрительно поглядывать. Эллина, хмыкнув, что-то прошептала, и я почувствовал, как меня окутало что-то невидимое и мягкое.

– Это заклинание невидимости, – прошептала она, – но через главные ворота нам не выбраться…

Она потащила меня куда-то в сторону, в переулки. Спустя некоторое время мы очутились перед городской стеной. Эльфийка что-то пробормотала себе под нос, и перед нами словно из-под земли появились два парня самого что ни на есть бандитского вида. Мазнув по мне взглядом, они пошептались с эльфийкой, и в следующий миг я почувствовал, что теряю сознание.

Очнулся я уже за городской стеной. Эльфийка на мой вопрос лишь пожала плечами, заявив, что таковы особенности заклинания.

За городскими воротами нас действительно ждали лошади – ухоженные, очень мирные и доброжелательные. У меня уже не было сил, чтобы пытаться узнать, как и когда Эллина это все устроила. Я взгромоздился в седло, и мы поскакали прочь от города.

Когда эльфийка решила, что надо сделать привал, я молча слез с коня и сел на землю, прислонившись к большому раскидистому дереву и равнодушно глядя перед собой. Эллина что-то говорила, но я не слышал ее. Вяло пожевав сушеное мясо, которое она мне дала, я погрузился в сон.

Открыв глаза, в первый момент я невольно зажмурился от яркого света. Солнце стояло высоко в зените, я по-прежнему сидел прислонившись к дереву, и на меня смотрела улыбающаяся эльфийка. Увы, я и раньше-то не был поклонником ее улыбок, а уж теперь…

Девушка выглядела как инопланетное существо. В ней всегда чувствовалась какая-то неестественная, нечеловеческая сущность, а теперь, когда на меня смотрели огромные глаза без ресниц и бровей, этот эффект только усиливался. Короткий ежик неровно обгоревших волос тоже не придавал ей шарма. В целом выглядела она жутковато и жалко. Видимо, она и сама поняла это по моей реакции и грустно покачала головой.

– Выспался?

– Не уверен. Наверное, это от стресса.

– От чего? – задумчиво переспросила Эллина, глядя куда-то мимо меня.

– Стресс. Ну, знаешь, эмоциональное напряжение и все такое…

Эльфийка кивнула и уставилась на свою обувь. Какая-то она потерянная. И вообще, непривычно молчаливая и странная.

– Эллина? – осторожно позвал я.

Она тотчас вскинула голову и заморгала веками без ресниц. Я поежился. Она вздохнула и опять потупилась.

– Эллина, что случилось? Ты передумала ехать к эльфам? Слушай, ты не обязана из-за меня…

– Нет! – Она резко вскинула голову и посмотрела меня. Лицо у нее было серьезное. – Нет. Я отвезу вас к эльфам, там безопасно. Потерпите, пожалуйста. Я виновата перед вами, и моя вина безгранична, но я прошу мне поверить…

– Погоди-погоди… – Я вскочил на ноги. – Что ты говоришь? Ты мне жизнь спасла, ты ни в чем виновата!

– Простите, но я видела… как вы смотрите. Я должна была предупредить вас об этой женщине. О Тарии.

– А ты знала? – удивился я. – Знала, что они с Кетоном…

– Я долгое время работала на него. Простите, но вы были так счастливы.

Я сел рядом с ней.

– Нет, Эллина, ты не виновата. Я сам идиот. От этого никуда не деться, таким уж я уродился, видимо. Надо было догадаться самому.

– Я видела, как вы на меня смотрели…

– Прости, Эллина, а как я смотрел?

Она покачала головой:

– Вы меня презираете.

– С ума сошла? – искренне изумился я. – Ты меня вытащила из этого. Да я тебя на руках должен носить!

– Но…

– Не знаю, как я там на тебя смотрел. Хотя погоди, я понял. Извини меня, но вид у тебя, прямо скажем… Краше в гроб кладут.

Она опять захлопала несуществующими ресницами и какое-то время внимательно смотрела меня. Потом, видимо, осознала, что это шутка, весело расхохоталась, демонстрируя свои острые клыки. Я тоже развеселился и принялся на все лады расписывать, как жутко она выглядит. Эльфийка мне не уступала, и я выяснил, что являю собой образец «грязного оборванца, воскресшего в безлунную ночь».

В целом веселье наше было глупым и неуместным, но мне стало определенно легче. А Эллина наконец перестала выкать и снова стала называть меня по имени.

Глава 25

Мы ехали уже три дня. Я больше не видел странных снов наподобие тех, что пришли ко мне, когда мы добирались до города. Хотя несколько раз я пытался вспомнить ту темноволосую певицу, которую спас в своем сне, но, увы, образ ее почти растворился в глубинах подсознания.

Зато лицо моей спутницы без бровей и ресниц стало вполне привычным. И я уже не пугался, когда «инопланетная» красавица садилась рядом со мной и рассказывала какие-то истории.

Например, я узнал, как мы выбрались из Конвера. И про себя отметил, что эльфом быть весьма неплохо. Эллина всего-навсего пообещала каким-то местным головорезам, что любой эльф выполнит любую их просьбу, и за это получила возможность покинуть город и пару лошадей в придачу. Оказывается, такое обещание стоит невероятно дорого, и дать его может не всякий эльф. Но уж если дает, то непременно сдержит слово.

– И что, теперь все эльфы обязаны этим людям?

– Не все, а только те, кого они попросят.

– А как эльфы узнают, что тот, кто просит, имеет на это право?

– Это эльфийская магия, я не смогу этого объяснить, – улыбнулась Эллина. – Просто знают.

– А ты, наверное, важная особа среди эльфов? У Кетона ты была командиром отряда, какие-то уголовники поверили тебе на слово. Ты, часом, не принцесса замаскированная?

Эллина рассмеялась:

– Нет, не принцесса, но моя мать принадлежит к очень древнему эльфийскому роду.

– А твои девчонки, эльфийки, они там остались одни, им ничего не грозит?

– А что им может грозить? Они не нарушали кодекса и охраняли Кетона.

– Ну мы же с тобой вместе сбежали…

– Пока никто не знает об этом. Они могут только гадать, что с нами произошло. Найти тебя маг не сможет, а меня тем более. Пусть думает, что мы погибли, или пусть решит, что мы сбежали, чтобы быть вместе. Пусть думает, что я тебя соблазнила.

– Вряд ли он в это поверит…

– Я не могу соблазнить Странника? – с нарочитой суровостью поинтересовалась она.

– Ну что ты, без бровей у тебя на это все шансы! – отшутился я. – Слушай, а кто за тебя останется главной? Лейда?

– Ты внимательный.

– Да нет, это Кетон подсказал, – признался я. – Значит, правда, что у вас все определяет чистота крови? У Лейды самая чистая кровь, так? Но Кетон сказал, что ты эльфийка только наполовину.

– На четверть. Мои родители не были чистокровными эльфами.

– А ты сказала, что мать…

– Да, она из древнего рода. Она жена чистокровного эльфа, он принял ее в свой дом.

– Совсем запутала. Я не понял…

– Я расскажу тебе историю моего рода когда-нибудь потом.

– Ладно, тогда расскажи мне о городе эльфов, – попросил я.

– Город эльфов, Энтерас… – мечтательно протянула та и посмотрела на меня, – это лес. Город и лес едины. Дома, улицы, стены – все это деревья, ветви и стволы которых вплетены во все постройки. В городе эльфы черпают свою силу. А когда над городом встает солнце, листва оживает и непередаваемый аромат свежей зелени плывет в воздухе. Ты полюбишь его и никогда уже не сможешь разлюбить. Это самое чудесное место на свете.

Столько в голосе девушки было убежденности, что я невольно проникся и действительно захотел увидеть это место своими глазами.

Правда, в город-мечту я как-то не очень поверил. Увы, таков закон жизни – не бывает ничего идеального. Просто эльфийке, видимо, как и всем нам, свойственно приукрашивать свои родные пенаты и не замечать мелких недостатков.

– Ты мне не веришь! – выпалила она, пристально заглянув мне в глаза.

– Почему же? – Я постарался изобразить обиженное выражение на лице как можно натуральней. – Верю! Только сначала мне самому надо увидеть этот твой рай.

– Увидишь, обязательно увидишь, – улыбнулась она.

– А кто у вас правит? Король? Или вы все равны?

– Разве так может быть? – искренне удивилась девушка.

– В нашем мире именно так, – сообщил я. – По крайней мере, на бумаге…

– Но так нельзя… Ведь есть более сильные и более слабые. Слабые подчиняются сильным, им легче жить, зная, что кто-то может защитить их!

– У нас все не так просто, – успокоил я девушку. – А у вас как?

– У нас нет короля. Есть Совет старейшин. И глава Совета старейшин. Но они только помогают соблюдать Закон. Все эльфы живут по Закону.

– Какому закону?

– Закон Жизни, Закон Леса и Закон Предков.

– Много законов. Сложно, наверное, – протянул я.

– Не сложно, если ты родился эльфом.

– Но я не эльф. И это, кстати, подводит нас к главному вопросу: а что я буду делать в вашем городе? В какой роли я буду выступать? В роли Странника? Было уже, и повторять не хочется. Быть просто человеком? Так вроде людей эльфы к себе не пускают.

– Для моего народа честь принимать у себя Странника. Ты поймешь, когда мы доедем. Странники – великое чудо этого мира.

– Вот не надо, много я уже наслушался об этом… действительно чудо, такого начудил.

– Не волнуйся, тебе не нужно больше использовать магию людей. Ты сам – магия.

– Эллина, я авторитетно заявляю, что никогда…

– И не надо, – перебила она. – Просто позволь моему народу принять тебя в своем доме как гостя. Большего мы не попросим.

Я решил не спорить. Кто его знает, может, она говорит правду. Всегда хочется надеяться на лучшее. Все равно выхода у меня нет… куда я еще мог бы податься? Жить в лесу я не приспособлен, а в любой деревне или городе меня сразу вычислят. Да и денег у меня не имеется.

Тем не менее несмотря на лояльность моей спутницы, я решил больше не расслабляться. Истории с Кетоном и Тарией мне хватило с лихвой. Ничего, теперь буду умнее. То, что девушка поигралась с моими чувствами, – еще полбеды, я ведь и сам неплохо отдохнул с ней. Так что неизвестно еще, кто из нас кого обдурил. А вот намерение мага мной манипулировать меня не устроило категорически. И надо бы от подобных манипуляторов подальше держаться и впредь.

С людьми местными пообщался, так сказать, что ж, пусть теперь будут эльфы.

Само путешествие проходило на удивление спокойно. Никто за нами не гнался, да и на нашем пути не встретилось ни одной деревни или захудалого городишки. На мой вопрос Эллина лишь пожала плечами.

– Мы в эльфийских лесах, – объяснила она. – Люди здесь не селятся, а у эльфов один крупный город. Есть, конечно, небольшие форты и деревушки, но они расположены южнее, ближе к морю. Здесь же – царство природы. Зачем его портить присутствием человека?

То, что я тоже человек, она, видимо, упустила из виду. Хотя нет. Я же Странник! А как она мне раньше объяснила, это больше чем эльф!

В общем, поломав над всем этим голову, я решил постараться не накручивать себя. Никому от этого легче не будет. Как говорится, поживем – увидим.

Утром четвертого дня первое, что попалось мне на глаза, было приветливое лицо эльфийки. В полной комплектации, то есть в его первоначальном виде. Ресницы, брови и даже роскошные волосы Эллины вернулись на свое законное место. Я был впечатлен.

– Это что, преимущества эльфийской регенерации? – сразу заинтересовался я.

Девушка весело расхохоталась.

– Об эльфах ходит столько мифов, но об особенной регенерации я еще не слышала. Кто тебе такое рассказывал?

– Я читал, – немного обиделся я.

– Не знаю, где такое пишут, но это неправда. Хотя, если кто-нибудь спросит, ты обязательно расскажи. Чем больше странных историй рассказывают про мой народ, тем лучше для нас.

– Угу, буду говорить, что вы едите на завтрак младенцев.

– Под винным соусом, – разошлась Эллина.

Смеялась она очень задорно, и я тоже развеселился. Вообще, с эльфийкой мне было так хорошо и комфортно, что я даже забыл обо всех неприятностях. Отсмеявшись, девушка наконец ответила на мой вопрос:

– Это простейшая магия. Я и твои брови на место вернула. Правда, возилась подольше, ты очень странно реагируешь на магию. Но я разобралась.

В голосе эльфийки слышалась гордость, но я не стал заострять внимание на ее заявлении. Меня от одного слова «магия» коробило. Ее новая шевелюра была даже шикарнее, чем прежняя. Трудно сказать, было ли это сделано с каким-то умыслом, но сейчас ее волосы струились по спине до самых ягодиц. И я украдкой любовался этой красотой.

Наше путешествие продлилось еще пять дней. А на пятый день, утром, Эллина, широко улыбаясь, объявила:

– Сегодня уже к полудню мы будем в Энтерасе.

Я пожал плечами. Будем так будем. Мне все эти дни нашего путешествия представились легкой прогулкой с пикниками. С Эллиной было как-то спокойно. Мне даже подумалось, что можно было бы таким образом еще пару месяцев путешествовать. Вслух я это, естественно, не сказал. Тем более Эллина так по-детски радовалась возвращению домой…

Близость города действительно вскоре стала заметна. Лес поредел, дорога, по которой мы ехали, постепенно превратилась в широкое шоссе, вымощенное сверкающей плиткой. Пусть это лишь заклинание, если верить словам Эллины, но оно впечатляло. Встречавшиеся нам по пути эльфы не обращали на нас никакого внимания. Словно нас не было на свете. С одной стороны, это хорошо, но с другой – как-то странно.

– Эльфы всегда такие, – успокоила меня Эллина, – ты едешь со мной, и этого достаточно. Никто не станет задавать ненужных вопросов и лезть в мои дела. Ты один до города бы не доехал. Чужакам здесь места нет. Но не волнуйся, ты тут чужой… но это пока. Пока не станет известно, кто ты!

Я лишь хмыкнул и начал присматриваться к встречным эльфам. Одеты они все были с иголочки, этого не отнять. И все такие утонченно-аристократичные. Наверное, все дело в этом пренебрежительном взгляде и в высоко вздернутом носе, который ничего не чует за сто миль. Такой взгляд был буквально у всех, кого мы встретили на пути.

Но вот ветви деревьев, растущих вдоль дороги, расступились, и передо мной открылся город. И он был прекрасен.

Глава 26

По мере приближения к городу я все больше и больше поражался грандиозности совместного творения эльфов и природы. Город настолько органично слился с лесом, что даже и не поймешь, где заканчивался лес и начинался город.

Въезд в город охраняли две огромные статуи вооруженных эльфийских воинов. Они стояли по обе стороны от дороги. Я поинтересовался, кто это так искусно вырезал такие громадины из дерева, но оказалось, что статуи выращены при помощи магии.

Однако, кроме величественных статуй, никаких других границ города я не увидел. Ни крепостных стен, ни вооруженных отрядов, ни даже таможенного поста не наблюдалось.

– Лес служит защитой, – объяснила Эллина. – Городу эльфов не нужны стены. Ни один человек не войдет сюда незваным гостем. Это древнейшая магия эльфов. Не волнуйся, этот город несокрушим. Ни одна армия не сможет его захватить. И самые сильные человеческие маги ничего не смогут сделать. Зато мы способны обороняться и атаковать так, чтобы застать врага врасплох. Вообще-то это секрет моего народа. – В голосе эльфийки слышалась нескрываемая гордость.

Лес закончился, и передо мной раскинулся сам город.

Неожиданно вокруг все ожило, засияло невообразимыми красками. Изящные, причудливых форм дома-замки, украшенные резными башенками, радовали глаз. Несмотря на то что это были обычные строения из камня и стекла, было в них что-то живое, натуральное. Сплошь и рядом я видел деревья, проросшие сквозь дома, прихотливо сплетенные ветви, формирующие стены и двери, чудные цветы на крышах. Город был живым, в этом сомневаться не приходилось.

А в центре на холме возвышался дворец. Я закрыл глаза, открыл их, но он не исчез. Дворец был прекрасен. Казалось, он парил над городом. У меня в голове роилось множество образов, и я почувствовал желание описать это великолепие на бумаге.

Очнулся я от внезапно обрушившихся на меня запахов. Вдоль дороги поднимались причудливо изогнутые могучие дубы, росло множество цветов, наверное, всех видов и всех расцветок, которые существуют на свете. Дурманящие волны от этого цветочного великолепия накатывали на меня.

Кажется, я единственный, кто испытывал дискомфорт. Мало того, в толпе, обтекающей нас с двух сторон, я, похоже, был единственным человеком среди эльфов. И чем мы ближе подъезжали к центру города, тем чаще я ловил на себе неприязненные взгляды окружающих. Это не укрылось от моей спутницы.

– Не обращай внимания, – посоветовала она. – У нас не бывает чужаков. На границе леса есть небольшое поселение людей, с которыми мы ведем торговлю, но к ним ездит ограниченное число эльфов. Местные эльфы редко видят людей и отвыкли от них. На самом деле они не верят в Странников… Но ничего. Мы напомним им об этом… – Она осеклась и как-то странно посмотрела на меня.

– Как напомнишь? – поинтересовался я.

– Ну… ты же Странник. Пора всем вспомнить об этом.

– Что-то не нравится мне это, – проворчал я, – кто-то уверял, что здесь тихо и спокойно. А я теперь начинаю сомневаться.

– Не сомневайся, Андрей. – Она взяла меня за руку и посмотрела в глаза. – Не сомневайся.

Голос ее был очень убедителен, и я решил уступить. Пока…

Вскоре постройки стали плотнее. Мы ехали по центру города. Попетляв по узким улочкам, остановились перед невысоким домом в окружении могучих дубов, ветви которых свешивались над входной дверью. Выглядело красиво и стильно. Эллина спешилась и, прищурившись, посмотрела на меня. Кажется, моя реакция ей пришлась по душе.

– Заходи, – пригласила Эллина. – Это мой дом.

Я распахнул дверь и оказался в просторной комнате с деревянными стенами. Вдоль одной тянулась длинная вешалка, где на многочисленных крючках висели плащи всевозможных расцветок, три другие были украшены картинами, изображающими батальные сцены. В углу, в окружении нескольких кожаных кресел стоял массивный стол, а на нем стеклянный графин с темно-красной жидкостью. Из двух расположенных друг против друга круглых окон лился мягкий солнечный свет, придавая комнате, на мой взгляд, загадочности.

Я отметил еще огромный стеллаж, набитый всевозможными фолиантами. Два тома, к моему удивлению, были на русском языке. Подойдя поближе, я прочитал названия: «История Странников», том 1 и том 2.

– Ну как тебе здесь? – спросила Эллина. – Эта комната что-то вроде гардеробной.

– Впечатляет, – пробормотал я. – А сколько всего комнат?

– Двадцать или тридцать, – небрежно поджала плечами Эллина, направляясь к овальной двери, которую я вообще сначала не заметил.

– Сколько? – Мне показалось, что я ослышался. – Но…

– У нас не самый большой дом в городе, – махнула рукой Эллина. – Пошли.

Пройдя несколько комнат, в основном заставленных книгами (похоже, у эльфов были популярны анфилады), мы очутились в большом зале. Я невольно присвистнул. Про длинный стол с витыми ножками, накрытый ослепительной белизны скатертью и заставленный множеством блюд, я вообще не говорю. Вдоль белых мраморных стен стояли статуи в полный рост, изображавшие эльфов обоих полов, а также высокие изящные золотые светильники. Натертый до зеркального блеска паркет напомнил мне пол в бальных залах, каким его показывали в кино. Все это великолепие освещалось колоссальной люстрой с огромным количеством свечей. Окна были закрыты тяжелыми бархатными занавесями. В общем, дворец… Но все вокруг дышало изяществом.

Около стола стоял молодой эльф.

– Меня ждали? – с легкой улыбкой проговорила эльфийка.

– Да, Элла.

– Увы, здесь невозможно ничего держать в секрете, – наигранно вздохнула эльфийка, и было видно, что этот факт ее ничуть не огорчает. – Боюсь, о моем приближении было известно уже два дня назад.

– Три, – невозмутимо прокомментировал эльф.

– Ну вот, хотела сделать сюрприз, – рассмеялась Эллина. – Эллай Ксантерилл не появлялся?

– Эллай оставил письмо, обещал вернуться сегодня.

– Ну тогда бегите по домам, а мы с моим гостем будем обедать.

– Элла… – замялся парень.

– Говори, – нахмурилась эльфийка.

– А ваш гость… он…

– Мой гость невероятно важная личность. Прежде чем представить нашего гостя сыну элла Талиароса, я бы хотела представить его Совету. Ты не возражаешь?

Парень покраснел и уставился в пол. Эллина фыркнула и добавила:

– Узнаешь все в свое время, любопытный мальчишка. Но если очень интересно, можешь сам спросить у него, кто он такой.

Парнишка уставился на меня как на восьмое чудо света и даже открыл рот, чтобы что-то сказать. Но, видимо, не смог преодолеть смущения, потому что резко развернулся и почти бегом кинулся прочь из зала. За ним следом ушел его молчаливый товарищ. Эллина улыбалась, как первоклассник на новогоднем утреннике.

– Это Лионель, он помогает мне по хозяйству. Мы не держим слуг, как люди, – эльфы свободный народ, никто добровольно не станет прислуживать другим.

– А как же ваша служба у людей? – растерялся я.

– Это работа. И мы никогда не беремся за работу слуг. Если эльфы работают на человека, то в качестве охранников или воинов, и никак иначе.

– А почему тебе по хозяйству парень помогает?

– Молодым эльфам непозволительно быть без дела. Все они выполняют обязательные работы в городе. В основном чистят или прибирают улицы. Ну а те, кто желает подзаработать, нанимаются в дома, где в них есть потребность. Я редко бываю в городе, поэтому мне нужен тот, кто будет присматривать здесь за хозяйством. К тому же Лионель мне в некотором роде родственник. Он племянник мужа сестры моего отца.

Я немного запутался в таком определении и уточнил:

– Племянник мужа тетки, так?

– Не утруждай себя, – отмахнулась эльфийка, – у эльфов очень сложные родственные связи. Иногда родственниками вообще называются те, кто не имеет никакой общей крови. А иногда наоборот. Ты ведь сам видел, что очень многие эльфы нечистокровные, мужская сила людей больше, чем у сыновей моего народа. К сожалению, не каждая эльфийка готова ждать, пока сможет зачать ребенка от своего мужа. Это очень сложно. Многие идут более простым путем – одна ночь с человеком, и дело сделано.

Я присвистнул. Такие подробности физиологических особенностей эльфов меня озадачили.

– А почему так? В смысле почему эльфы не могут имеет детей?

– Могут. Но чтобы стать родителями, нужны определенные условия. Много тысяч лет назад такой размеренный уклад шел от природы, родители должны были подготовиться к появлению новой жизни, пройти испытания своих чувств, убедиться, что они станут достойными. Но теперь ритм жизни изменился. Мало кто готов ждать десятилетиями. Многие мужья сами отправляют жен к людям, чтобы быстрее стать отцами.

Мне такой расклад показался весьма странным. Но кто я такой, чтобы судить об образе жизни эльфов? Эллина, кажется, заметила мое смятение.

– Правило работает и в обратном порядке, – добавила она. – К примеру, моя мать была наполовину человеком, поэтому родила своим мужьям детей без каких-либо проблем. Кстати, мой отец был тоже нечистокровным.

– А вообще они остались, чистокровные эльфы-то?

– Муж моей матери чистокровный эльф.

– Я опять в твоих родственниках запутался!

– Тогда оставим это до лучших времен. У меня большая семья. Ты привыкнешь. А пока будь как дома. Это теперь все твое. Ты хозяин этого дома, так же как и я. Предлагаю поесть! Не знаю, как ты, а я голодная, как призрачный оборотень!

Мой желудок радостно заурчал, словно услышав слова моей собеседницы.

Стол был сервирован роскошно. Блюда, несмотря на их простоту, выглядели чрезвычайно аппетитно. Никаких салатов или заливной рыбы, на столе господствовал гастрономический минимализм. Огромные блюда с кусками запеченного мяса, свежие овощи и фрукты, прозрачные кувшины с темным вином.

Я набросился на еду. По-моему, местная кухня мне импонирует. И вино оказалось весьма недурным. Минут через тридцать я откинулся на спинку стула и сытым взглядом осмотрел свои новые владения. Кажется, я начал ощущать себя полноправным эльфом.

Глава 27

– Ну что? – Кетон неприязненно смотрел на вытянувшегося перед ним длинного нескладного человека с невзрачным лицом.

Встреть такого где-нибудь, потом и не вспомнишь, как он выглядит. Но для той работы, которой занимался этот человек, подобная внешность подходила идеально.

Корн Окор был главой Конверского отделения ордена шпионов. Эта организация не афишировала свою деятельность, но, когда надо было найти пропавшего человека, должника, сбежавшую жену, обращались именно к ним. И работы для них хватало.

– Пока ничего определенного, уважаемый, – ответил Корн, – единственное, что известно, он покинул Конвер вместе с вашей эльфийкой. Скорей всего, лошади ждали их за городскими воротами. Дальше след теряется. Я отправил на поиски своих лучших агентов. Мы найдем их, господин.

– Надеюсь, – проворчал Кетон. – Уже десять дней возитесь!

Шпион исчез из комнаты. Маг подошел к окну и мрачно посмотрел на вечерний город. Он сомневался, что местные шпионы смогут найти Странника. Демоны б взяли эту эльфийку!.. Остается только гадать, что между ними произошло. И Тария… сколько раз он говорил себе, что не нужно полностью доверять бабам. Если в деле появляется женщина, то обязательно появляется какая-то непредсказуемость.

Лично он не разделял мнение своей партнерши о том, что Андрей обязательно вернется к ней. Неизвестно, какие мысли поселит в его голове Эллина. А если она его в столицу эльфов потащила?.. Нет, Эллина не будет рисковать. Андрей после представления у Дейтона слишком испуган, да и появление в городе эльфов Странника – он же все же человек – может таить для Андрея опасность… Кетон прекрасно знал, как эльфы относятся к чужакам. А о преклонении перед Странником они уже давно забыли. И Странник или человек для них все равно. Тем более что Андрей не может пользоваться магией. Точнее, может, но как! После трагедии в Конвере небывалый наплыв магов. Каждый шаг теперь стоит делать с оглядкой. Пусть следы магии Странника замаскированы, и вряд ли маги смогут опознать давно забытую магию, но все может быть. Надо быть готовым ко всему. Поэтому времени мало… В первую очередь надо найти Странника.

Тихий стук в дверь прервал его размышления.

– Господин? – В дверь заглянул слуга. – К вам пришли.

– Зови, наверное, опять кто-то из шпионов.

Но нет, в комнату вошел прилично одетый стройный молодой человек. На смуглом лице в обрамлении иссиня-черных волос выделялись пронзительно-голубые глаза, холодно изучающие мага.

– Садитесь, – предложил Кетон, окинув гостя оценивающим взглядом. На мага тот явно не походил… на шпиона тем более.

– Меня зовут Крайс ан Тре, – представился молодой человек, удобно устраиваясь в кресле напротив мага. – Я представляю империю. Так сказать, являюсь полномочным послом ее в этой части света…

Кетон покачал головой. Империя располагалась далеко за Великим океаном. Расстояние огромное, и имперцы были не очень частыми гостями на материке. Правда, при дворе короля постоянно находился имперский посланник. Ходили слухи, что магия имперцев сильно отличается от привычной магии Таррента и других королевств материка, поговаривали, что у них в ходу жертвоприношения и кровавые ритуалы.

– Я, конечно, польщен подобным вниманием со стороны империи, – произнес Кетон, откидываясь в кресле. – И чем же обязан?

– Не буду ходить вокруг да около, – улыбнулся гость, – мне известно, что в нашем мире находится Странник. И вы с ним приехали в этот город. – Гость замолчал, с любопытством разглядывая мага.

– С чего вы все это взяли? – холодно уточнил Кетон.

– Ну, право, давайте не будем отрицать очевидное. Просто я оказался в нужном месте в нужное время, и вы не успели еще замаскировать следы. Я прибыл засвидетельствовать гостю нашего мира свое почтение. Итак, могу я быть представлен?

– Я не знаю, о чем вы говорите, – отрезал Кетон.

– Хорошо, – вдруг согласился Крайс ан Тре, – коли вы продолжаете упорствовать и говорите, что Странника нет… то что мне мешает сообщить всем основным Гильдиям магов и конкретно самым авторитетным магам четырех королевств о том, что реально произошло в Конвере? Мне почему-то кажется, что это вызовет большой ажиотаж. А когда узнают, с кем путешествовал Странник…

– То есть вы меня шантажируете? – прищурился Кетон и приготовился превратить наглеца в горстку пепла.

– Нет! – обиженно воскликнул тот. – Как вы могли об этом подумать! Наоборот, мне кажется, что наши с вами цели совпадают. И если вы меня сейчас превратите в горстку пепла, неужели вы думаете, что решите все проблемы? Думаю, вы не доживете до завтрашнего дня…

Маг вздрогнул. Он что, мысли умеет читать?

Кетон задумался. Слишком уверенным был этот щенок, сидевший напротив него. Может, он и блефовал, но рисковать и проверять это почему-то не хотелось. Никогда не помешает выслушать предложение. Сжечь наглеца никогда не поздно.

– Продолжайте, – махнул он рукой.

– Так лучше, – кивнул Крайс. – Итак, Странник покинул город с вашей телохранительницей. Куда они направились?

– А если я скажу, что не знаю? – Кетон нахмурился.

– Бросьте, лорд Кетон, вы привели его в город, устроили с его помощью шикарное представление, подчистили за ним все следы и тайно вывезли из города, заплатив столько, что никто не желает даже намекнуть, куда отправился Странник. И при этом эльфийка знатного рода, с которой у вас подписан весьма любопытный контракт, тоже покинула город. Я готов рукоплескать вам. Безукоризненно выполнено. Может, поделитесь, что же все-таки вас подвигло на это? Я склонен считать, что это личная месть. Вы ведь некоторое время назад были знакомы с погибшим… забыл его имя.

– Лорд Дейтон, – негромко подсказал Кетон.

– Да, именно так. Значит, я прав?

– Нет.

– Неужели? – Гость сощурился и подался вперед.

– Скажем так, не во всем, – вздохнул Кетон, решив, что скрывать свое знакомство с Андреем уже не имеет смысла.

– И в чем же моя ошибка? – Имперец мгновенно изобразил благодушную улыбку.

Кетон задумался. Гость был чрезвычайно осведомлен, однако не знал главного: Странник больше не подчинялся желаниям Кетона. Вмешательство империи в планы мага совершенно не входило, но более чем раскованное поведение посетителя говорило об одном: у этого человека большие связи. Иметь империю во врагах Кетону абсолютно не хотелось. Но и отдавать Странника без боя он был не готов.

– Скорее не ошибка, а небольшая неточность, – мягко кивнул он Крайсу. – Моя подчиненная вывезла Странника из города, но, к сожалению, мы потеряли связь. Я действительно не знаю, где они сейчас находятся.

Гость нахмурился и погладил указательным пальцем свой подбородок.

– Возможно, этот факт может повлиять на мое предложение, – задумчиво протянул он.

– Давайте обсудим, – легко отозвался Кетон.

– Видите ли, мое предложение действительно для того, кто имеет влияние на наш объект, то есть на Странника. Однако с ваших слов выходит…

– Здесь осталась его возлюбленная, – перебил Кетон, почуяв возможность получить нечто действительно ценное.

– Хм… – Крайс снова провел пальцем по подбородку.

– Моя ученица, Тария.

– Как давно он здесь?

– Странник?

– Да. Он успел обзавестись невестой?

– Великая сила любви, – развел руками Кетон.

– Значит, Странник желает воссоединиться со своей женщиной? Однако вестей о нем нет уже несколько дней, не так ли? Это выглядит странно…

– Я сам нахожусь в неведении. Возможно, он попал в беду.

Предположение мага имперцу пришлось явно не по вкусу, темноволосый помрачнел и закатил глаза, видимо что-то прикидывая в уме.

– Ладно, – после длительного молчания кивнул он, – вы знаете Странника, имеете на него влияние и сможете с ним договориться. Мое предложение простое: Странник после инициации должен предстать перед императором, засвидетельствовать свое почтение и прилюдно пообещать верную дружбу и сотрудничество во всех делах.

Кетон присвистнул. Дело приобретало неожиданный оборот. Слово Странника определенно будет иметь особый вес. Иметь такую фигуру в друзьях выгодно любому государству. И без того могущественная империя получит практически безграничную власть.

– Мы, разумеется, будем рады предложить Страннику любые средства для удовлетворения его желаний, – добавил Крайс.

– А зачем это мне? – осторожно уточнил Кетон, с опаской глядя в ледяные глаза имперца.

– Вы его друг, верно? Он доверяет вам, и для империи этого достаточно. Будьте уверены, ваши усилия не останутся незамеченными.

– И откуда я возьму эту уверенность? – Кетон слегка разозлился, понимая, что этот неприятный тип желает его использовать. Как только Странник окажется на территории империи, Кетон может забыть обо всех договоренностях с этим прохвостом. В империи связей у него нет.

– Не нужно волноваться, – улыбнулся Крайс, и улыбка его напоминала звериный оскал. – Мы готовы предоставить гарантии лояльности. Вы просто сообщите нам, что желаете получить за это маленькое сотрудничество, а мы с радостью исполним ваше пожелание. Ваши договоренности со Странником нас не волнуют. И мы не станем вмешиваться в личные дела. Если только это не коснется напрямую империи, разумеется. В остальном вы вольны поступать так, как и планировали. За исключением того, что у вас появится мощная поддержка и при благоприятном исходе дела вас ждет щедрая награда. Чтобы у вас не осталось сомнений, мы с вами заключим магический контракт. Между имперским орденом магов и вами. Я уполномочен взять в свидетели самого императора!

Кетон вздрогнул. А вот это серьезно. Изменить условиям магического контракта невозможно, это могло закончиться смертью. А свидетель контракта – кстати, он не обязательно должен был присутствовать во время ритуала, достаточно его крови, – император вообще лучшая гарантия. Хотя такие контракты заключались крайне редко. Среди магов мало было тех, кто старался следовать всем договоренностям…

К тому же всегда есть опасность двоякой трактовки, когда исполнение обязательств становится просто невозможным, тем самым лишая исполнителя шанса что-либо сделать и приводя его к смерти. Магический контракт нужно составлять очень тщательно. И взвешенно оценивать каждый знак, каждую букву.

– Я могу подумать? – негромко спросил маг.

– Подумайте. Но имейте в виду, что Странника у вас нет. А значит, я тоже должен подумать. Как знать, может, завтра предложение утратит силу.

– Если я соглашусь…

– Не если, а когда, – перебил Крайс. – У нас не так много времени, чтобы его терять. Я жду ваших требований и условий завтра до полудня. В полдень вы получите готовый контракт для изучения. До заката он должен быть подписан либо отвергнут. После заката мое предложение теряет актуальность.

Кетон закрыл глаза и про себя сосчитал до десяти. Затем он медленно кивнул, соглашаясь.

– Замечательно, я рад, что вы столь сговорчивы. Поверьте, мы будем отличными компаньонами. К тому же нам стоит действовать в интересах самого Странника. Мы ведь не хотим, чтобы с ним что-то случилось? Раз он не выходит на связь, нам следует начать поиски. Увы, я должен вас покинуть. Но я с нетерпением жду момента, когда буду представлен избраннице Странника. Ведь она здесь, не так ли?

– Да, – выдохнул Кетон.

– Отлично. Надеюсь, леди скоро встретится со своим возлюбленным. Я прав? Их чувства взаимны, не так ли?

Кетон кивнул. Крайс ухмыльнулся, откланялся и, с шумом распахнув двери, вышел прочь. Кетон задумчиво посмотрел ему вслед. Погрузившись в свои мысли, он даже не заметил вошедшую ученицу. Девушка стремительно пересекла комнату и с размаху села в кресло.

– Я слышала все! Ты примешь это предложение?

Кетон кивнул, но на лбу его пролегла глубокая морщина. Тария вздохнула.

– Мы его найдем. Своими руками задушу проклятую зубастую тварь! Говорила я, что ее гнать надо.

– Говорила, не говорила, но он ушел с ней. А ты осталась здесь. Во всем этом я вижу только один положительный момент.

– Какой? – Тария заинтересованно посмотрела на мага.

– Твоего Дейтона размазало по останкам его чудного имения так, что ни один маг не смог собрать.

– Кетон! – с полувсхлипом выдохнула Тария и вскочила на ноги.

– Сидеть! – жестко рыкнул маг и схватил девушку за горло. – Теперь у меня на шее сидит империя. Будь внимательна, девочка. Не забывай, кто ты и откуда взялась. Ты будешь невестой Странника, а если понадобится, то и женой. Если у тебя были другие мысли на этот счет – забудь прямо сейчас и здесь. Больше ни одного вздоха, ни единого взгляда в сторону других мужчин. Это ясно?

– Ясно, – прохрипела Тария, синея.

– Иди к себе. – Кетон оттолкнул ученицу и сел в кресло.

– А если ты… захочешь… – полушепотом спросила Тария, отдышавшись.

– Мне не нужны чужие невесты, – холодно процедил маг. – Соблюдай правила приличия.

Девушка поморщилась, вздрогнула, и губы ее затряслись. Не говоря ни слова, она подошла к двери и, бросив на Кетона полный презрения взгляд, вышла вон.

Маг закрыл лицо руками.

Глава 28

За пару дней я совершенно освоился в доме Эллины. В день нашего прибытия, сразу после сытного обеда эльфийка повела меня смотреть мою комнату. Выйдя из столовой, мы оказались в длинном коридоре, по обеим сторонам которого сплошной стеной шли двери. По сути и стен-то толком не было – одни двери. Я задумчиво почесал затылок. Не бывает же настолько узких комнат? Или бывает?

Эллина, заметив мое смятение, усмехнулась.

– Это магия. Так удобнее экономить пространство. Пока комната закрыта, она как бы свернута. Откроешь дверь – пространство раздвинется. Я расскажу потом подробнее.

Эльфийка распахнула передо мной одну из дверей, и я вошел в свои новые апартаменты.

До шикарных хором в замке Кетона этой комнате было далеко. Мне не полагалось отдельной столовой или ванной. Только одна большая комната. Очень светлая. Справа у стены расположилась широкая кровать с высокой спинкой, у двери – шкаф, кроме того, была еще пара прикроватных тумбочек, комод, настенное зеркало и люстра странной конструкции. Прямо-таки номер в отеле – минимализм, ничего лишнего, все исключительно практичное. В углу располагалась дверь в отхожее место, которое меня поразило. Я увидел практически аналог земного унитаза. Такими продвинутыми технологиями в замке Кетона и не пахло.

В общем, меня все более чем устраивало. Я недолго думая завалился на кровать и счастливо вздохнул. Кровать была мягкая.

Эллина вежливо извинилась за скромность помещения и, выслушав мои радостные восклицания и похвалы, удалилась довольная. Я остался один. Торопливо стянув с себя одежду, я нырнул под одеяло. Было бы логично сперва помыться, но на сытый желудок лень было куда-то идти.

Совсем было решив заснуть, я вдруг заметил одну любопытную вещь. Настолько любопытную, что даже вылез из кровати. Сначала я решил, что стена с окном просто оклеена обоями, но, подойдя ближе, изумленно присвистнул. Всю стену покрывал сплошной узор зеленых ветвей, обильно усыпанных крупными алыми цветами. Я потрогал растение, потом понюхал цветок. Выходило, что стена в моей комнате действительно заросла плющом или черт знает каким еще растением.

Красиво, но как-то непонятно. Похоже, ветки прямо сквозь стену растут внутрь помещения и вьются по стене. Почему-то только по этой. Остальные стены просто окрашены светлой краской. Налюбовавшись чудом эльфийского дизайна, я все-таки завалился спать. Засыпать было приятно – в воздухе стоял легкий аромат цветов.

Проснувшись, я едва успел одеться, как на пороге возникла Эллина. Лукаво подмигнув мне, сообщила, что дом предупредил ее о моем пробуждении. Я удивился и попросил разъяснений.

Оказалось, что при строительстве дома эльфы закладывают под фундамент разнообразные заклинания. Это проще, чем колдовать потом, уже после строительства. Дома обычно строят рядом с каким-нибудь вековым деревом, заодно обильно заклинают и землю под корнями этого растения.

В итоге дом и дерево вступают в своеобразный симбиоз – начинают взаимодействовать. Причем этот процесс всегда индивидуален. Заклинания у всех одни и те же, а результат – разный. Никто не знает, почему так.

Чаще всего эльфы, у которых хорошо получается накладывать заклинания и чьи строения самым причудливым образом сливаются с домами, становятся кем-то вроде архитекторов. Проще говоря – их нанимают для строительства. Бывает, что кто-то хочет сэкономить и заклинает фундамент сам, а в итоге дерево начинает разрастаться в самых неожиданных местах, например, приходишь ты на кухню, а у тебя сквозь стул растет корень какой-нибудь. А то и похуже чего-нибудь приключается. В общем, как везде: не можешь сам – доверь дело специалисту.

Кстати, этот дом Эллина заклинала сама. Оказывается, у нее это неплохо получается, и ей даже предлагали пойти в обучение к одному известному мастеру. Но она предпочла путь воина. Эллина рассказала, что чудной зеленой стены в моей комнате до ее отъезда не было. Выходит, теперь вот наросла.

Я искренне удивлялся чудесам эльфийского мира. Эллина, как заботливая хозяйка, все рассказывала, показывала и объясняла.

К примеру, я узнал, что элла – это вовсе не сокращение имени моей хозяйки, а лишь уважительное обращение младшего к старшему или более родовитому. Для женщин – элла, а для мужчин соответственно – элл. А вот если кто-то кого-то называет эллай, то стоит немедленно обратить внимание на эту личность. Потому что эллай – это особа знатного рода и весьма уважаемый эльф. Очень редко эллаями называют еще и старейшин. Я наконец разобрался в родословной самой Эллины. Ее родители не были чистокровными эльфами и потому без особых проблем обзавелись прелестной дочуркой. К сожалению, отец эльфийки погиб, и некоторое время спустя ее матери сделал предложение один очень знатный чистокровный лорд. У него уже была жена, тоже чистых кровей, но ребенка родить ему так и не сумела. Побоявшись остаться без наследника, эльф пошел по более простому пути и довольно быстро обзавелся сыном.

Меня очень удивила эта история. Я не знал, что у эльфийки есть брат. Причем Эллина отзывалась о нем с такой теплотой, что я даже захотел познакомиться с этим парнем. К слову, первая жена отчима Эллины была жива и по-прежнему находилась в статусе его жены. По эльфийским меркам двоеженство нормой не считалось, но и не наказывалось. Поскольку у богатых, как говорится, свои причуды.

Днем Эллина отлучалась по делам, оставляя меня в компании с моими мыслями и местными книгами. Я с удовольствием почитал найденные книги о Странниках. Похоже, писал их тот же автор, что и книги в замке Кетона. Язык был скучный, заурядный и пестрил научными терминами. Но я стоически пробирался через эти дебри знаний. По сути ничего интересного и заслуживающего внимания я не нашел. Зато мне попалась любопытная заметка на одной из страниц.

В очерке на букву П про путешествия Странников два абзаца были перечеркнуты, и рядом синими чернилами приписка на русском языке: «Полнейшая чушь». Похоже, писали шариковой ручкой. Откуда взялась ручка и кто написал этот комментарий, я, увы, мог только догадываться. Эллина в этом вопросе мне совсем ничем не смогла помочь. На всякий случай я внимательно изучил размашистый почерк неизвестного комментатора. Может, он мой предшественник. Это было бы интересно. В идеале мне бы почитать его дневник или какие-нибудь записи. Эх, мечты, мечты…

Несколько раз мне попадался на глаза тот парнишка, которого Эллина отрекомендовала как помощника по хозяйству. Каждый раз при встрече со мной эльфик буквально растворялся – так спешил скрыться из моего поля зрения. Убегать у него выходило превосходно. Один раз я даже решил, что он мне и вовсе померещился. Впрочем, может, так оно и было.

В город я пока не торопился выбираться. Во-первых, мне одного Конвера хватило на пять жизней вперед. Во-вторых, мне не хотелось привлекать к себе внимание местного населения. Ну и, в-третьих, я устал болтаться по лесам и наслаждался возможностью побыть в тихой домашней обстановке.

Эллина же в свойственной ей раскованной манере, абсолютно не скрывая от меня никаких своих планов, подробно рассказывала, кто, что и в каких словах говорит о ней, о ее возвращении в город и о том, что она притащила себе какого-то человека. А еще эльфийка с загадочной улыбкой сообщила, что очень скоро мне предстоит весьма важная встреча. Больше ничего я не смог выпытать у девушки. Эллина лишь отмахивалась и обещала, что сюрприз будет приятным. Увы, в этом мире я перестал испытывать радость от каких бы то ни было сюрпризов.

На третий день, когда я сидел у окна и задумчиво разглядывал цветы на стене, Эллина вихрем ворвалась в комнату и с ходу начала тараторить. Минут через пять до меня дошло, что наконец-то мне предстоит ознакомиться с обещанным сюрпризом.

Но сперва я должен помыться, побриться, переодеться и убрать с лица «это жуткое выражение полного безразличия». Разочаровывать Эллину мне абсолютно не хотелось, и я оправился в ванную. Мыться и наводить красоту.

Наконец я привел себя в порядок и вернулся в комнату. Эллина с энтузиазмом заботливой мамаши принялась прикладывать ко мне различные костюмы, каждый раз тяжело вздыхая и отбрасывая вещи в сторону. Я же задумчиво обозрел гору тряпья, появившуюся после моего ухода в ванную. Любопытно, откуда у эльфийки столько мужской одежды? Бывшие ухажеры оставили?

Выбрав из кучи что-то изумрудно-зеленое, Эллина счастливо заулыбалась и потребовала немедленно переодеться. Я отказался наотрез. Никакие доводы девушки не могли сломить меня. Бедняжке пришлось смириться с моим непокорным нравом и выдать мне костюм благородного серого цвета. Я пытался намекнуть, что предпочитаю переодеваться без свидетелей, но в ответ получил резонное: «А кто поможет застегнуть?» Пришлось устраивать мини-стриптиз, правда, Эллина на меня, стоящего в одних трусах, никак не отреагировала, ее волновали лишь застежки и пуговицы.

Посмотрев в зеркало, я увидел этакого франта. В целом костюм был чрезвычайно пышен – об эльфийской сдержанности не могло быть и речи. Мои скромные познания об этом народе предполагали, что это чопорные, высокоморальные и духовные личности, склонные к строгому стилю. Судя по моему виду, я глубоко заблуждался. Или из меня решили сделать посмешище. Впрочем, Эллина, кажется, выглядела довольной.

У дома нас ждала… карета. Натуральная карета, прямо как у Золушки, я даже зажмурился, полагая, что это только мираж. Но нет, карета не растаяла в дымке и даже не превратилась в тыкву, что было бы куда уместнее.

Эллина с грацией кошки забралась в эту мечту девчонок, а я на всякий случай отошел подальше. Молоденький эльф, управляющий этим позолоченным чудом, одарил меня брезгливым взглядом. Я в ответ фыркнул и прыгнул к нему под бок. Беднягу аж перекосило. Эллина высунулась из окна и потребовала идти к ней. Я отказался, пригрозив, что если я не поеду рядом с кучером, то не поеду вообще.

Эльфийка препиралась с завидным упорством, но побывать в роли прекрасной принцессы меня не тянуло совершенно. В конце концов девушка, что-то пробурчав себе под нос, обиженно исчезла в недрах кареты. Судя по залившемуся румянцем пареньку-кучеру, наверное, это был витиеватый эльфийский мат. Интересно, почему я не понял ни слова? Я ж вроде должен все местные наречия разбирать? Или нет?

Размышляя о своих лингвистических способностях, я почти не заметил, как мы пересекли город и добрались до того самого великолепного замка на холме, который привлек мое внимание еще в день прибытия. К слову, эльф так гнал своих лошадок, что я все равно не успел бы насладиться местными красотами.

Эллина скорчила гримасу, видимо недовольная тем, что после быстрой езды у меня слегка потрепанный вид, но промолчала. Должно быть, почувствовала мое настроение. Сегодня я был в ударе.

Следом за Эллиной я вошел во дворец. Мы пересекли зал с колоннами и поднялись по широченной лестнице на второй этаж.

Место было шикарное, хотя и немного вычурное: перила блистали позолотой, в окнах на огромных витражах красовались эльфы в самых разнообразных позах, пол устилали пушистые ковры. В общем, размах поистине королевский, но я почему-то рассчитывал на нечто более экологичное. Эльфы все-таки, лесной народ.

На втором этаже мы прошли еще через несколько залов и очутились в огромном помещении. Под высоким потолком его висело несколько люстр необъятных размеров. Мраморный пол, покрытый пушистыми коврами, темные мраморные стены, на которых были развешены картины, в основном парадные портреты эльфов. На мой взгляд, физиономии одна другой уродливее. Правда, редкие лица молодых эльфийек немного оживляли этот мрачный паноптикум.

В центре комнаты располагался овальный стол на изящных ножках, вокруг которого были расставлены мягкие кресла. В углу тихо потрескивал камин. А я предполагал, что эльфы должны плохо относиться к огню и беречь деревья. Но, похоже, эти эльфы об этом не знают.

Стол был заставлен разнообразными блюдами, и что-то подсказывало мне, что эльфы не привыкли себе ни в чем отказывать. Я хотел было спросить у Эллины, для чего мы сюда пришли, но вопрос решился сам собой. В дверях возник высокий, темноволосый и бледный как смерть эльф. Зато одежда его наконец-то была такой, как я и ожидал: строгой, простой и стильной. Классический старейшина эльфов, я даже не сомневался. Эллина склонила голову, приветствуя вошедшего. Я на всякий случай тоже кивнул.

– Эллина, кто этот человек, ради кого ты позволяешь себе нарушать законы? – Выглядел мужчина сурово, но все-таки угрозы в его степенном начальственном басе я не услышал.

– Старейшина, – негромко отозвалась эльфийка, – мне выпала великая честь представить вам Странника.

Эльф распахнул глаза и переменился в лице. Вся его напускная важность как-то сразу улетучилась, и теперь он выглядел самым обыкновенным мужчиной. Он буквально впился в меня взглядом, словно на мне росли грибы или еще что похуже. Я на всякий случай еще раз кивнул.

Видимо, он нашел в себе силы совладать с потрясением, потому что лицо его вскоре приняло изначальное чуть надменное выражение.

– Странник…

– Да, это я. – Пора уже переходить к диалогу.

– Это невероятное чудо для нашего народа. Мое имя – Лаарксиналь, народ эльфов доверил мне возглавлять Совет старейшин. К несчастью, Эллина не сообщила, с кем мне сегодня предстоит встреча. Поэтому я прошу прощения за то, что другие члены Совета не прибыли приветствовать столь важного гостя.

– Не такой уж я и важный гость, – торопливо перебил я, но эльфа уже было не остановить.

– Мой народ помнит приход Первого Странника, он был силен и умел созидать. Эльфы никогда не оставались безучастными к судьбе Странников. Однако забудем до времени о прошлых днях, вернемся к делам сегодняшним. Эллина не сообщила, какое чудо нас ждет, но сказала мне, что наш гость будет просить о чем-то.

Я растерялся. Просить я вроде ни о чем не собирался. Эльфийка, смиренно молчавшая до сих пор, наконец заговорила:

– Странник желает остаться в городе эльфов, старейшина.

Эльф чуть заметно улыбнулся.

– Не Странник, а народ эльфов должен смиренно просить его быть нашим гостем. Этот город ваш.

Я тяжело вздохнул.

– Колдовать не буду. И в Храм не пойду. Имейте в виду.

Старейшина подозрительно посмотрел на меня, потом перевел вопросительный взгляд на Эллину.

– Не думаю, что Эллина правильно объяснила, – мягко начал он, – мой народ не вправе просить Странника о чем-либо. Это закон народа эльфов. Все, что мы можем получить от Странника, может быть отдано лишь добровольно. Так учит наша мудрость.

– А у меня нет ничего, – развел руками я.

– В таком случае эльфы от вас ничего не получат, – легко согласился он и продолжил: – Позвольте угостить вас?

Я кивнул и сел за стол.

– Э… простите, я запамятовал, как вас зовут? – немного поерзав в кресле, поинтересовался я.

– Лаарксиналь, но, если вам неудобно, можете называть меня Лаар.

– Лаар, а если от меня толку никакого, зачем я вам?

– Простите, Странник…

– Я – Андрей, – представился я.

– Андрей, – согласно кивнул старейшина и налил себе полный бокал вина. – Вы не понимаете значения Странника для народа эльфов. Завтра мы проведем церемонию приветствия, и вам станет понятно, кем являются Странники для эльфов. Возможно, несколько исторических книг помогут вам разобраться…

– Я читал. И про то, как один Странник спас жизнь королю эльфов, и про то, как другой чуть весь народ не уничтожил, а про влюбленную королеву мне Эллина рассказывала.

Лаар задумчиво посмотрел на Эллину, которая по-прежнему стояла поодаль.

– Эллина, ты еще здесь? Пойди и собери немедля Совет. Тех, кого сможешь. И начни готовиться к церемонии приветствия. По твоей вине мы не можем достойно принимать нашего гостя.

– Она не виновата, – влез я.

– Нет-нет, Андрей, мне давно пора, – засуетилась эльфийка и почти бегом покинула комнату. Такой смущенной я ее никогда не видел.

Мы со старейшиной повели неспешную беседу. Правда, в основном она представляла собой монолог эльфа на тему значимости Странников в мире эльфов. По его словам выходило, что одно мое присутствие в городе делает эльфов в разы счастливее. Причем от того, что я неинициированный, то есть не посетивший Храм, ничего не меняется.

Мол, Странник предусмотрен природой для того, чтобы равновесие в мире не было нарушено. А раз я нахожусь в городе эльфов, то самое устойчивое в мире место тоже располагается здесь. Вино у эльфов оказалось довольно хмельным, и я разгорячился. Поэтому не сильно заботился о своих словах и сообщил Лаару, что не так давно разнес в щепки полгорода. Так что о равновесии говорить не приходится.

Однако мой рассказ эльфа ничуть не огорчил, а, наоборот, даже порадовал. Он с самым честным выражением лица заявил, что раз это случилось, то так и должно быть. Значит, этого потребовало равновесие. На мое предложение и здесь устроить хороший шурум-бурум старейшина отреагировал с буддийским спокойствием. И пообещал всячески помогать мне в моих свершениях.

От такой постановки вопроса я несколько обомлел. Так что вошедшие в комнату эльфы застали меня в состоянии легкой прострации. Их было трое. Тот, что шел первым, выглядел надменно и холодно, к слову, его вполне можно было бы принять за местного короля. Смотрелся он шикарно: костюм, сшитый идеально по фигуре, четкие, пропорциональные черты лица, темные волосы, спадающие ниже плеч. В целом – даже больше похож на классического эльфа из фильмов, чем Лаар. Но при этом его нечеловечность ощущалась куда сильнее. Может, конечно, это мое чисто субъективное мнение, но у меня от этого типа мороз по коже пробежал.

Его спутники были поскромнее. У того, что стоял слева, вообще нос был с горбинкой, что придавало ему чрезвычайно интересный вид.

Лаар поднялся:

– Приветствую членов Совета. Андрей, позвольте представить: эллай Сантериэль, эллай Торведал и старейшина Антиэлий.

Последнее имя мне показалось забавным, и я негромко хмыкнул. Впрочем, старейшины сделали вид, что не заметили этого. Так же как и того факта, что я сидел в присутствии целого Совета. Увы, вино изрядно ударило в голову, и я уже чувствовал, что временами уплываю в неизвестность. А между прочим, напиваться средь бела дня – явный признак алкоголизма.

– Мы бесконечно счастливы видеть вас в нашем городе, – меж тем вещал темноволосый эльф.

Остальные радостно поддакивали и рассыпались в комплиментах, адресованных мне. Я кивал.

– Дочь хорошо заботилась о вас? – вдруг осведомился эльф, и я на некоторое время завис, пытаясь понять, о чем речь.

А когда до меня дошло, я даже немного протрезвел. Теперь мне стало понятно, почему этот тип выглядит так величественно. Ведь если память меня не подводит, то отчим Эллины – чистокровный эльф.

– Ваша дочь – просто клад, – чистосердечно признался я.

На его холеном лице мелькнуло подобие улыбки.

– Мне стоит поблагодарить ее за ваше присутствие здесь, – кивнул он.

– Она вообще мне жизнь спасла, – зачем-то похвастал я.

Удивленными выглядели все четверо, и я довольно откинулся на спинку кресла.

В зал влетела Эллина. Увидев высокое собрание, она резко остановилась и склонила голову.

– Мы говорили о тебе, – сообщил Сантериэль.

– Надеюсь, не о плохом, эллай? – отозвалась девушка, не поднимая головы.

– Наоборот, Странник тебя хвалил.

– Благодарю, – коротко ответила она.

– Где остальные? – строго поинтересовался Лаар.

– Обещали быть как можно скорее, старейшина.

Хмель все сильнее бродил в моей голове, и я нагло сообщил:

– А я устал. Может, я уже поеду домой?

На самом деле в этих словах была доля правды. Набрался я знатно. Вино вроде как компот, пьешь и пьешь… а потом накрывает.

Эльфы растерянно переглянулись. Кажется, я нарушал этикет. Лаар, правда, остался невозмутимым:

– Совет не вправе задерживать вас, однако мы не можем себе позволить встречать Странника недолжным образом. Здесь для вас будут отведены лучшие комнаты.

– Да я вроде как и у Эллины…

– Прошу, не отказывайте, Андрей, – мягко попросил он. – Здесь будут созданы самые удобные для вас условия. Позвольте нам показать наше гостеприимство.

Я устало кивнул.

Потом мы шли по каким-то коридорам, и Эллина заботливо поддерживала меня под руку. Комната, которую она мне показала, в несколько раз превосходила апартаменты в доме Кетона. Но я не сумел в должной мере оценить ее великолепия. Меня неодолимо клонило в сон. Уже засыпая, я поймал себя на мысли, что не имею ни малейшего понятия, зачем сегодня встречался с эльфами и для чего я им нужен.

Глава 29

Крестьянин задумчиво оглядел странную, одетую в тряпье девчонку и тяжело вздохнул. Последнее время сумасшедшие гости из леса стали докучать местным жителям куда чаще обычного. В деревне даже поговаривали о том, чтобы вызвать магов. Ведь всем известно, что странные люди, живущие в лесах, способны на многое такое, что, кроме как магией, и не назовешь. Так что оборванцы из леса определенно опасны.

Но, с другой стороны, все уже привыкли к такому соседству. Даже дети с малолетства знают: встретил «лесного» – улыбайся. Если говорить медленно, спокойно и во всем соглашаться с лесными бродягами, то никакого вреда они не причинят. А бывает, что ненормальные дарят что-нибудь или помогают в чем-то. И такая помощь никогда еще не была лишней. В некотором роде их даже можно назвать заботливыми хранителями окрестностей.

Ведь от магов, которые засели далеко в столице, помощи скоро не дождешься. А эти уже проверенные, свои. Нескольким «лесным» деревенские жители даже имена придумали – так часто дикари попадаются на глаза. Особо добрые пытаются даже носить еду к лесу, но никто еще ни разу не видел, чтобы сумасшедшие ее брали. Скорее лесные звери растащат.

Крестьянин покачал головой и улыбнулся. Эта оборванка была ему незнакома, о такой молодой он никогда не слышал. Может, это дочка одного из «лесных». Подросла да из лесу стала выходить?

– Мы находимся у Риггейского леса. Там, – крестьянин махнул рукой в сторону, – деревня. Малые Кочи называется. А вон туда, прямо по дороге, с полдня до города.

Крестьянин замолчал, надеясь, что странной девушке будет достаточно такого объяснения. Лесная жительница застала его врасплох, выскочив из кустов у дороги, когда он шел мимо. Вопросы она задавала очень странные. Оно и понятно – сумасшедшая, не знает, где находится.

– Как город называется? – строго уточнила «лесная».

– Конвер.

– Но это в Танерте, – охнула девушка.

Крестьянин еще раз внимательно посмотрел на собеседницу и подумал, что не очень-то она похожа на ненормальную.

– Да, правильно, мы как раз в Танерте и находимся, – боязливо побормотал он и на всякий случай сделал шаг назад.

«Лесная» кивнула и, развернувшись, скрылась за ближайшими кустами.

Крестьянин покачал головой и поспешил исчезнуть.

– Невозможно!

– Не думаю, что он стал бы врать. Это так – мы на территории Танерта.

– Не понимаю. Даже если бы мы шли напрямик, это заняло бы десяток дней, если не больше! Сколько мы пробыли в этом проклятом месте?

– Трудно сказать. К вечеру станет яснее, лунный цикл остался неизменным в любом случае.

– Не могу поверить, что оказалась в таком положении… Если этот амулет действительно работает, нам надо быть осторожными. Сейчас риск увеличился. Стоит королю узнать, что я нахожусь за пределами королевства, на меня объявят охоту. И живой я не выберусь. Жаль, я совершенно не знаю местных магов. Могут ли тут быть маги, способные нам помешать?

– Трудно сказать. Магическая гильдия в Танерте полностью подчинена королю, и она наемная. Местные маги живут на своих землях.

– Что, если я отправлюсь одна? – осторожно поинтересовалась Кера.

– А мне предлагаешь ждать здесь? Как долго ты будешь искать Странника? После всего этого кошмара в лесу силы у меня чуть больше, чем у новорожденного. Здесь небезопасно.

– Там еще опаснее.

– Сама знаю, – прорычала Алатея, окончательно выходя из себя.

– Но Странник там, и мы…

– Помолчи!

Алатея, отвернувшись, устремила задумчивый взгляд куда-то вдаль. Кера пристально смотрела на свою госпожу. Обе они прекрасно понимали, что сейчас от решения Алатеи зависит исход их пути.

Наконец Алатея кивнула и намотала на руку поводья. Кере не требовалось лишних слов, и она мгновенно оказалась верхом на лошади. Город, в котором предстояло найти Странника, был близко. Чрезвычайно близко.

Покачиваясь в седле, Алатея внутренне содрогалась при воспоминании о произошедшем в Риггейском лесу. Явление отца казалось настолько реальным, что, даже поняв, что он лишь плод ее воображения, Алатея не могла отделаться от мысли, что бывший король все-таки жив и его непременно стоит найти. Что или кто заставил возникнуть отца в ее подсознании, Алатея даже не могла представить.

Никакие наркотики не вызывали подобных чувств и впечатлений. Даже запрещенная магия на подобное вряд ли была способна. Алатея была уверена, что без магии не обошлось, однако это была магия особая, возможно связанная со Странником, как и эти развалины. О странностях этого места известно много веков, но достоверной информации нет никакой. Не исключено, что причина всего случившегося в том, что именно она, Алатея, вызвала Странника в этот мир. Быть может, это какая-то кара, а может, только предупреждение. Так или иначе, от этого леса стоило держаться как можно дальше.

А вот Керу почему-то этот лес привечал. Ей дали амулет, вернули к жизни, даже шрам убрали так, как ни один маг не смог бы. Только неведомые благодетели ничего о себе не рассказали, и потому неизвестно, чем обернутся их дары для девчонки. Алатея не хотела бы потерять свою помощницу в самый важный момент.

Девочка слишком давно и прочно прижилась в маленьком мире приближенных к некоронованной королеве. Да и ее таланты, несомненно, были востребованы. К примеру, сейчас Алатея старательно скрыла тот факт, что вытянула изрядный объем энергии из своей подопечной. Запас сил принцессы был фактически полон. Кера же даже не заметила потери.

– Город, – негромко сообщила Кера, оторвав свою госпожу от раздумий.

Алатея накинула на голову капюшон и сосредоточилась. Теперь любой неосторожный шаг или слово могли разрушить все. Следовало быть предельно внимательной.

По счастью, никто не мог узнать в грязной, запыленной путнице принцессу могущественного королевства. Более того, хозяин постоялого двора сначала даже хотел им отказать. Впрочем, звонкая монета легко убедила его в благородном происхождении путешественниц. Вымывшись и переодевшись, девушки принялись внимательно изучать карту, любезно предоставленную хозяином постоялого двора. За дополнительную плату, разумеется.

Город оказался не таким уж и маленьким. А тот, кто его планировал, явно не отличался любовью к прямым линиям. Улицы причудливо петляли, образуя совершенно фантастический узор. Кроме того, в Верхнем городе, где жила элита, было разбито несколько парков. Все это значительно затрудняло поиск. Кера надеялась на помощь амулета, но маленький шарик никак не реагировал на карту, разложенную на столе. Простейшие поисковые заклинания также не давали никакого эффекта. Оставалось лишь доверять зеленой стрелке – указателю, возникающему перед Керой, стоило ей лишь на миг прикрыть глаза.

Выйдя на улицы города, девушки доверились этому проводнику. К сожалению, амулет был далек от совершенства. Идти по извилистым улицам в указанном стрелкой направлении было просто невозможно. Как только Кера обходила какое-либо препятствие или сворачивала в очередной проулок, стрелка начинала крутиться, сбивая девушку с толку. Кера очень быстро устала, и вскоре ей уже казалось, что голова готова взорваться.

Впрочем, небольшой положительный результат все-таки имелся. Тщательно сверившись с картой, девушки пришли к выводу, что искать Странника следует где-то в Верхнем городе. Хотя это и настораживало. Вероятность того, что пришелец из иного мира уже попал в лапы какого-то местного мага, становилась все очевиднее.

Ходить по улицам Верхнего города для Алатеи было опасно, поэтому ей пришлось смириться с необходимостью вернуться на постоялый двор. Кера же с подобными проблемами вряд ли могла столкнуться, она всего лишь была тенью своей госпожи, и если Алатею могли узнать, то Керу вряд ли. Она всегда старалась быть незаметной, и ей удалось уговорить свою госпожу позволить ей продолжить поиск.

Вечерело. К несчастью, несмотря на более аккуратную планировку, Верхний город все равно не давал Кере возможности идти в нужном направлении. К тому же она ужасно устала, но желание помочь госпоже влекло ее вперед. Стараясь поменьше прибегать к помощи амулета, Кера бродила по улицам, внимательно разглядывая дома. Возможно, завтра это поможет лучше ориентироваться, и она наконец найдет Странника.

С наступлением темноты Кера твердо решила идти обратно. Но амулет вдруг ощутимо нагрелся, и девушка с недоумением уставилась на крохотный шарик, ярко светящийся на ее запястье. Определенно этот свет должен о чем-то говорить. Но о чем?

Кера закрыла глаза, но мгновенно возникшая стрелка почти тотчас исчезла, растаяв легким туманом. Наемница вздрогнула и нерешительно потрогала амулет. Что-то странное творилось вокруг. Шарик на запястье мигнул и потух, но в тот же миг рука взорвалась огненной болью. Кера ахнула и схватилась за запястье. Привычка мыслить трезво в любой ситуации позволила ей сохранить самообладание, хотя боль накрыла ее с головой.

Где-то неподалеку раздался страшный грохот. Земля под ногами содрогнулась, и девушка, не удержавшись, упала на колени. Теперь уже горела не только рука, боль залила все тело. Из последних сил стараясь не потерять сознание, Кера потянулась к «ветвям силы». Но, к ее ужасу, вокруг не было ни одной даже самой тончайшей нити. Словно бездонная пустота залила весь магический фон. Не давая боли победить, Кера погрузилась еще глубже в магический фон и медленно, по капле начала тянуть силу из собственного резерва.

Ей было совершенно ясно, что живой из такой переделки ей уже не выбраться. Резерв она истощила полностью совсем недавно, спасая госпожу. Но упорное желание бороться до конца, привитое отцом еще в детстве, не позволяло ей опустить руки. Сила уходила. Уходила в никуда, словно ее и не было. Но, к удивлению Керы, резерв оказался куда значительнее, чем она предполагала. Пытаясь понять, куда же тратятся силы, девушка наконец обнаружила источник всех своих бед: амулет на запястье. Казалось, что крохотный шарик поглощает магию как губка.

Кера с трудом преодолела желание отшвырнуть подлую вещицу куда подальше. С помощью этого амулета она должна найти Странника для госпожи. И вдруг, испуганная своей догадкой, она вскрикнула и полностью открыла резерв, позволяя амулету вытянуть все до последней капли. Силы оставили ее, и она растянулась на мостовой. Боль уже не терзала ее, но, отдав всю свою силу, она чувствовала себя точно выпотрошенная рыба. Оставалось надеяться, что ее сумасбродный поступок имел хоть какое-то значение и отданная энергия действительно понадобилась Страннику. Именно ему, и никому другому.

Улица вдруг ожила, где-то в отдалении послышался шум, неподалеку кричали люди. Мимо лежащей на дороге Керы пробежали две расплывчатые фигуры. В полутьме было невозможно разобрать ни пол, ни возраст. Да и смотреть на них наемница не собиралась. Устало закрыв глаза, она постаралась расслабиться.

Тотчас возникла привычная стрелка, мигнула и превратилась в зеленый крест. Кера распахнула глаза и удивленно проводила взглядом удаляющуюся пару – девушку и опирающегося на ее плечо человека, светящегося тускло-зеленым светом… Кера рванулась за ускользающим Странником, но, резко вскочив с земли, не рассчитала сил. Перед глазами все поплыло, и краем уходящего сознания Кера успела увидеть лишь темный силуэт мужчины, торопливо хромающего прочь.

Глава 30

Ритуал был проведен по всем правилам, что лишний раз убедило Кетона в серьезности намерений империи. Тем более через день после этого Крайс ан Тре появился в доме Ариена Тьерра. Кетон пребывал в унынии. Сведений о том, куда делся Странник, он раздобыть не смог. Тот словно сквозь землю провалился. Да еще Тария, похоже, не на шутку обиделась. Хотя последнее его сейчас заботило меньше всего.

На этот раз имперец был одет в видавший виды плащ и такую же шляпу. Он даже не соизволил раздеться, а прямо в одежде развалился в кресле и положил ноги на стол. Кетон брезгливо поморщился – обувь гостя покрывал толстый слой засохшей грязи. Несколько комков, отвалившись, рассыпались по столу.

Кетон стиснул зубы и сел напротив гостя. Имперец все же снял шляпу и сладко потянулся, Кетон отчетливо услышал хруст затекших позвонков.

– Я голоден как волк, – сообщил Крайс и попросил: – Мне графин вина и добрую порцию хорошо прожаренного мяса, чего-нибудь на гарнир, на ваш вкус.

Кетон скрипнул зубами, но стерпел и это. На его магический призыв явился слуга, и вскоре на столике перед гостем появилась тарелка с жареной свининой, большая лепешка и графин с вином. Дожидаясь, пока принесут еду, Крайс не сказал ни слова. Потом Кетону пришлось ждать, когда гость насытится. Но вот наконец тот закончил есть и, сделав большой глоток вина, откинулся на спинку кресла. Зевнул и потер ладонью лицо.

– Ну? – Кетон уже не мог сдержать нетерпение.

– Теперь я бы поспал, – лениво протянул Крайс.

Кетон невольно сжал кулаки и чуть было не потянулся к «ветвям силы». Но имперец лишь самодовольно ухмыльнулся.

– Мне кажется или вы не рады моему визиту?

– Если вы нашли…

– Вы потеряли, а искать приходится мне. Это, к слову, весьма утомительное дельце. Если бы не привязанность вашей пропажи к вашей же ученице… кстати, так вами и не подтвержденная.

– Что? – опешил Кетон.

– В любом случае прекрасной Тарии очень скоро представится возможность увидеть своего возлюбленного. Странника я нашел. – На лице имперца расцвела зловещая ухмылка.

Кетон нервно сжал подлокотник.

– Как? – невольно вырвалось у напрягшегося мага. – Где?

– В городе эльфов.

Маг грязно выругался.

– Примерно то же самое я сказал, когда узнал об этом, – рассмеялся Крайс, – но у вас определенно вышло лучше. Пожалуй, мне стоит записать это. Как вы сказали, что там с их матерью?

Кетон хмуро посмотрел на собеседника. Никаких причин для веселья в данной ситуации ему не виделось.

– Это провал. Проклятые эльфы. Так я и знал, что этих тварей следовало пытать, чтобы они сдали свою начальницу.

– Простите? – заинтересованно вклинился в монолог мага имперец. – Я что-то упустил?

– Эльфийка. Это она увела Странника. Но в ту ночь, когда они пропали, оставшиеся охранницы уверяли меня, что не имеют понятия, куда она делась. Проклятые девки умеют убеждать!

– И этот отряд остался под вашим началом?

– Да, их контракт еще не истек.

– Любопытно, очень любопытно… – прищурился имперец.

– Но это нам ничего не даст! Мы все равно не попадем в город эльфов, даже если использовать эльфиек. Они скорее сдохнут, чем проведут нас внутрь. Я не знаю, что об эльфах говорят в империи, но я с ними сталкивался не раз. В их город человек не пройдет никогда. Это невозможно!

– Так и есть, – кивнул имперец, – но любой запрет на то и запрет, чтобы его обходить. И для этого есть самые различные способы…

– Может, поделитесь? – с нескрываемым сарказмом осведомился Кетон. Он много слышал о городе эльфов, знал о его неприступности и тем более знал об отношении эльфов к чужакам.

– Поделюсь, – кивнул его собеседник, – есть заклинания маскировки. Слышали о таких?

– Слышал, – разочарованно ответил Кетон, – они существуют, но неприменимы. Я бы даже сказал – существовали. Для их использования нужна магия перевоплощения. По-моему, уже пару-тройку столетий не появлялись маги с такими способностями. А если бы и появились – кто смог бы их научить? Насколько я помню, магия перевоплощения была уделом избранных, особого клана, который давно вымер. Да и магию эту практиковали исключительно женщины. Мужчинам она никогда не давалась.

– Глубокие познания, – кивнул Крайс. – Ваша информация полностью достоверна. За исключением небольшого штришка – клан магов, способных к перевоплощению, не вымер. Точнее, вымер не полностью. Но это ненужные подробности, и я позволю себе их опустить. Вам же достаточно знать, что я вполне способен применить эту магию. Нужна лишь женщина с магическим талантом. Все-таки перевоплощение – женский удел. Но, как я знаю, такая женщина у нас есть. Ваша чудесная ученица. Ей ведь не терпится отправиться к эльфам на встречу со своим избранником, верно?

– Верно, – кивнул Кетон, почему-то сразу поверив своему собеседнику.

– Отлично, тогда зовите ее. Мы ведь не хотим терять впустую время?

Кетон покачал головой и отдал мысленный приказ. Тария появилась в дверях через несколько мгновений. Она была слегка бледной, но в глазах горел огонь. Светло-голубое, почти белое платье облегало точеную фигуру красавицы. Волосы девушка распустила, оставив свободно струиться по плечам.

Крайс с явным удовольствием посмотрел на девушку. Кетон нахмурился, заметив этот взгляд, и тяжело вздохнул.

– Вы прекрасно выглядите, Тария. – Крайс поднялся и подошел к девушке, протягивая руку. – Я понимаю Странника…

– Я тоже его понимаю, – холодно улыбнулась Тария. – Вы хотели меня видеть?

– Вина? – осведомился Крайс.

Тария кивнула, и Кетон скрипя зубами распорядился. Его сильно раздражал этот наглый молодчик, распоряжавшийся тут, как у себя дома. Пришлось дожидаться, пока Тарии принесут бокал. Все это время имперец не выпускал узкую девичью кисть из своих цепких пальцев. Когда слуга удалился, Кетон предложил всем присесть.

Тария опустилась в кресло, а наглый гость вальяжно устроился на подлокотнике, слегка нависая над девушкой.

– Тария, – сухо произнес Кетон, стараясь не обращать внимания на вопиющее безобразие, творящееся у него на глазах, – наш э-э-э… друг… выяснил, где находится Странник!

– Действительно? – Тария подняла глаза на имперца.

– Всегда к вашим услугам, моя леди, – лукаво ответил тот, наклоняясь ближе.

– В городе эльфов! – выпалил Кетон, окончательно зверея.

– В городе… – До Тарии дошел смысл слов, и она помрачнела. – Значит, он для нас потерян.

– Только не для вас, прекрасная леди. – Имперец вкратце поведал ей о заклинаниях маскировки.

– И вы полагаете, что этой женщиной должна стать я? – предвосхитила Тария заключительную фразу гостя.

– Именно, – кивнул он. – Я всегда уважал умных женщин.

– Интересно. И вы научите меня давно утраченным заклинаниям? Да еще за короткое время? Вы не переоценили свои силы, господин ан Тре?

– Поверьте мне, – мягко улыбнулся Крайс, – я никогда еще не ошибался в оценке своих возможностей. Мало того, я не позволю заблуждаться на этот счет и вам. Будьте спокойны, магия перевоплощения будет открытой книгой для вас. И я готов приступить к обучению прямо сейчас. Кстати, зовите меня просто Крайс.

– Мы готовы! – объявил Кетон.

– Вы готовы? – Имперец внимательно посмотрел на Тарию, словно не заметив выкрика Кетона.

Тария не отвела глаз и решительно кивнула.

– Не сомневался в вас, прекрасная леди. Уважаемый Кетон, будьте добры оставить нас с юной леди наедине. Нам необходимо уединение.

Маг чуть не зарычал. Больше всего на свете ему хотелось размазать этого хамоватого хлыща по стене, но вместо этого он лишь подозрительно посмотрел на Крайса, поднялся и вышел из комнаты. Имперец проводил мага взглядом до самой двери и повернулся к Тарии.

– Расслабьтесь и закройте глаза. Откройте мне свою силу. Нам надо объединить наши магические потоки…

Пробуждение было ужасным. С трудом открыв глаза, я, не вполне осознавая, где нахожусь, прошептал в пустоту:

– Воды…

Никто не ответил. Я попытался оглядеться по сторонам, не отрывая от подушки свинцово-каменной головы. Получилось ни шатко ни валко. Место было незнакомое, но весьма просторное. Я попробовал подняться вместе с подушкой, осторожно придерживая ее рукой, как самое ценное сокровище. В сидячем положении обзор был лучше, но головокружение и боль усилились. Я устало свалился обратно на кровать.

Как же это я умудрился так надраться-то? Память отказывалась мне служить. Последний раз мне было так плохо… никогда. Я вообще не припомню такого жуткого похмелья. Что вчера было-то? Я сосредоточенно старался поймать ускользающие мысли. Получалось с трудом. Кое-как собравшись, я вспомнил, что накануне встречался с эльфом. Кажется, их было трое или четверо. Важные шишки, а я напился. Потом появились еще какие-то важные шишки. Вроде ничего плохого я сделать не должен был.

Мои размышления прервал жизнерадостный голос Эллины:

– Ты еще спишь?

У меня зазвенело в ушах, и я почувствовал, что меня уносит в бесконечные просторы Вселенной.

– Не кричи, – прошептал я и закрыл рукой лицо.

Эллина, будучи девушкой чувствительной, обеспокоилась моим состоянием. Посыпались вопросы из разряда: «Что приключилось с нашим разлюбезным Странником? Не хворь ли?» Я молчал, надеясь, что она вот-вот замолчит. Увы. Чтобы остановить словесный поток и пресечь попытки ощупать меня на предмет всяких болезней, я слабым голосом поведал эльфийке суть проблемы. Эллина притихла.

Я зарылся поглубже в подушку. Нежные пальчики мягко скользнули по моей шее, я испуганно вздрогнул.

– Сейчас все уберу, не будет болеть, – серьезно пообещала Эллина, и я отчего-то поверил.

Видимо, в ход пошла пресловутая магия: девушка гладила меня, осторожно касаясь то головы, то рук, то плеч. Мне почти сразу полегчало, и я уже с интересом наблюдал за ее манипуляциями. Ничего сверхъестественного не происходило: не было ни искорок в воздухе, ни магических ритуалов, вообще ничего. Эллина просто закрыла глаза и с серьезным лицом гладила меня. В голове прояснилось, но на смену похмелью пришла проблема иного рода.

Сидящая рядом эльфийка в характерном для нее откровенном наряде гладила нежными пальчиками мою грудь. Это любого бы привело в смятение. Я не хотел помешать ей, но и продолжать лежать без движения уже не мог. Осторожно погладил ее руку. Эллина вздрогнула и открыла глаза.

– Тебе лучше?

– Намного, – честно ответил я и заставил себя оторваться от глубокого декольте.

– Я бы хотела закончить, – серьезно сообщила девушка.

Я непонимающе уставился на нее.

– Лечение. Я могу закончить? Мне нужно очистить все тело, это недолго, но будет намного лучше.

Я кивнул, но тут же пожалел о своем опрометчивом решении – пальчики заскользили по моему животу. Я дернулся.

– Не бойся, я осторожно, – превратно истолковала Эллина мое движение.

Я несколько смутился.

– Может, в другой раз, а?

– Почему? Сейчас нужно вывести из тела хмель. Тебе неприятно, что я прикасаюсь? – нахмурилась она.

Эллина всегда казалась мне такой простой и открытой, что я не мог ее огорчить.

– Э-э… очень даже наоборот, мне чрезвычайно приятно.

– Так я закончу! – обрадовалась она.

– Эллина, – сорвался я, чувствуя, как пальцы опять скользят по моему животу, – ну я же не железный!

Она чуть наклонила голову набок и пристально посмотрела на меня. Я почувствовал, что едва ли не впервые в жизни краснею.

– Разумеется, не железный, – уверенно сообщила Эллина и добавила: – Я тебе нравлюсь?

– Конечно, – ничуть не слукавил я.

– Отлично, – весело отозвалась эльфийка и моментально стянула через голову легонькое платье.

Я опешил.

– Так лечение будет еще успешнее, – улыбнулась девушка, демонстрируя свои клыки.

К слову, целоваться они совершенно не мешали.

Глава 31

– Тебе пора собираться, – сообщила Эллина когда спустя некоторое время мы, обессиленные, лежали на кровати.

– Куда? – вяло осведомился я.

– Скоро церемония, я как раз принесла одежду…

– Какая еще церемония? – Я чувствовал себя расслабленно и никуда не собирался идти.

– Совет объявит всем, что Странник прибыл к нам. Горожане соберутся в Священной роще, глава Совета сообщит о твоем прибытии, и тебя попросят сказать несколько слов. Потом тебе дадут браслет Странника, он тебя признает, и все.

– Стоп-стоп-стоп! – Я даже подскочил на постели. – Что еще за браслет?

– Артефакт, он принадлежал Первому Страннику и хранится у эльфов. По счастью, это одна из немногих ценных вещей, которая не была оставлена в Колыбели.

– И что это за браслет такой? В чем его особенность?

– Носить его может только Странник. – Эллина пожала плечами и перекатилась на бок.

Я залюбовался ею, пришлось даже напоминать себе, что расслабляться сейчас не время.

– А не Странник? Если ты наденешь, к примеру?

– Зачем? – удивилась Эллина.

– Ну, скажем, по ошибке. Разве всем известно, что это браслет Странника?

Девушка задумалась.

– Нет, не всем. Но он хранится у Совета, а Совет не допустит, чтобы кто-то другой надевал его.

– А если случится ошибка или обман? Кто-то придет и будет выдавать себя за Странника?

Личико эльфийки помрачнело, кажется, я слишком ее озадачил.

– Я не знаю, что случится, – тихо отозвалась она, – но браслет можно носить только Страннику. Другим нельзя, это точно.

Я откинулся на подушку и задумался. Мне категорически не нравилась ситуация. Надевать вещь многовековой давности, принадлежавшую невесть кому, мне не хотелось абсолютно. Да и действие этого артефакта совершенно непредсказуемо. Может, он вообще предназначен для уничтожения Странников?

С другой стороны, отказаться его надеть – значит вызвать сомнения в моем происхождении. Начнутся ненужные вопросы, и, возможно, я даже окажусь в опасности. Есть ли вариант проигнорировать эту церемонию вообще? Судя по тому, что Эллина притащила еще большую гору тряпья, чем в прошлый раз, – такого варианта нет.

Почему так? Стоит случиться чему-то хорошему – сразу происходит какая-то гадость. Может, я просто неудачник? Это просто проклятие какое-то. Ничего, как-нибудь отговорюсь, если что – пригрожу божьей карой.

Правда, я что-то не встречал тут набожных, вообще верят ли в бога местные жители? Эльфы-то скорее всего нет. У них какая-то священная роща есть, там, вероятно, они поклоняются деревьям. А вот как относятся к религии люди, я выяснить не успел. Во всяком случае, я здесь почти что бог, судя по известной мне информации, вот и буду рассчитывать на себя.

Тем временем Эллина соскользнула с кровати и подала мне бокал, настойчиво порекомендовав выпить. Я послушался и не пожалел. После двух глотков я почувствовал, как ко мне буквально возвращаются силы. Я стал свежим как огурчик.

Эллина заставила меня надеть нечто, сшитое, видимо, по последнему писку эльфийской моды. Отвертеться не удалось – после утреннего «лечебного» сеанса эльфийка получила новые рычаги воздействия на меня. Одежда мне не понравилась, но девушка была в восторге и даже хлопала в ладоши. Налюбовавшись на меня, Эллина провела для меня короткую экскурсию по моему новому жилищу.

Мне выделили три огромные комнаты с отдельной ванной. Помимо спальни в моем распоряжении была столовая и нечто вроде гостиной. В столовой я с радостью обнаружил завтрак. Правда, еда уже успела остыть – у эльфов, в отличие от Кетона, расторопных слуг не было и на стол накрывала Эллина. Я сел завтракать в одиночестве – девушка покинула меня, сославшись на то, что ей требуется привести себя в порядок.

Минут через сорок, когда я уже начал волноваться, в столовую вошел молоденький эльф и смущенно попросил следовать за ним. Я его сразу узнал – я видел его в доме Эллины, какой-то племянник или что-то в этом духе.

Я поинтересовался, где Эллина, но ответ мне и самому был очевиден – женщина, отправляясь на общественное мероприятие, не может собраться в считаные секунды. Именно так всегда говорила моя жена.

С ностальгической грустью вспоминая прошлую жизнь, я отправился за эльфом. Парень оказался неразговорчивым, мое общество, похоже, тяготило его. Бесконечные коридоры наводили на меня тоску. Никогда бы не подумал, что можно сотворить столько закоулков и ответвлений узеньких коридорчиков. Мне-то казалось, что эльфы, наоборот, должны любить простор и свежий воздух. Впрочем, дом Эллины выглядел иначе, чем главный дворец, – может, его архитектор был не эльф? Или какой-нибудь эльфийский сумасшедший? Последнее весьма вероятно.

Выйдя из дворца, мы прошли вдоль длинных параллельных клумб, на которых благоухали цветы самых причудливых форм. Я даже остановился ненадолго – полюбоваться. Мой провожатый не торопил, но было заметно, что он нервничает. Я кивнул парню и пошел чуть быстрее. Мы пересекли живописный парк, но я не успел толком осмотреться.

Парк плавно перешел в лес. Здесь уже не было отсыпанных гравием дорожек – только утоптанные тропки. Я уточнил у спутника, является ли это той самой Священной рощей, куда мы направлялись. Парень побледнел и кивнул. Неужели я настолько страшный? Чего это он так на меня реагирует?

От этих размышлений меня отвлекла догнавшая нас Эллина. Я облегченно вздохнул. Когда она рядом, мне было легче. С Эллиной я себя чувствовал в безопасности.

– Лионель! – весело окликнула Эллина моего спутника. – Почему так долго, вы уже опаздываете!

Она еще что-то говорила мальчишке, но я слушал краем уха. В этот момент у меня были дела поважнее. Я любовался. Такой Эллину я еще не видел: длинное приталенное платье с воротником под самое горло, скрывающее все, что только можно скрыть, но в то же время подчеркивающее притягательную красоту фигуры; высокая прическа, украшенная цветами и какими-то блестящими камешками; крупные серьги с рубиново-красными камнями. Впрочем, в этой изящной даме проглядывала настоящая Эллина – ее мимика и жесты вовсе не изменились.

– Андрей! – Девушка посмотрела на меня и чуть нахмурилась. – Что с тобой?

– Любуюсь, – честно признался я.

– Нравится?! – обрадовалась она и прищурилась. – Платье не мое, со вчерашнего дня я так и не успела домой забежать. Пришлось попросить у Альсилеи. У моей матери. Она живет здесь, в комнатах мужа.

– А разве ее муж не знатный человек?

– Очень!

– А почему они не живут в своем собственном доме?

– Но он член Совета! Весь Совет живет здесь, в замке. Не волнуйся, места тут очень много. У Сантериэля сорок семь комнат, и он всегда может получить еще, если захочет. Только он и тысячей комнат не сможет отгородить друг от друга своих женщин, – хихикнула Эллина и подмигнула мне.

Я растерялся.

– Каких женщин?

Эллина подхватила меня под локоть и потащила вперед, прижимаясь ближе и вполголоса сообщив:

– Лавситая, первая жена Сантериэля, терпеть не может мою мать. Она все еще надеется подарить эллаю наследника.

Я призадумался – с чего такая неожиданная откровенность, раньше Эллина о своей семье говорила очень сдержанно. Но буквально через пару минут все встало на свои места.

– Лавситая зарвалась, и ее давно пора поставить на место. Посмотрим, что она скажет, когда увидит меня рядом со Странником. – На лице Эллины читалось ликование.

Я усмехнулся.

– Она и тебя обижала? – шутливо спросил я.

– Собиралась меня выдать за своего сына.

– Какого сына, ты же сказала у них нет детей? – опешил я.

– У нее сын от человека, Мараэнт. Отвратительный и гнусный. Он даже моего согласия не получал, а уже называет меня своей. Надеюсь, сегодня он помрет от злости.

Я расхохотался. Эллина даже в великосветском наряде оставалась верна себе и была той непосредственной девчонкой, с которой я познакомился у Кетона. Мой радостный смех отвлек Эллину от мыслей о злобной Лавситае, и она вспомнила о моем сопровождающем.

– Лионель, хочешь узнать, зачем мы идем? – интригующе спросила Эллина.

Парень кивнул.

– Ты слышал о Странниках?

Лицо молодого эльфа прояснилось, небесно-синие глаза широко распахнулись. Кажется, он был в восторге.

– Я читал книги в вашем доме. Странники – это благословение мира.

– Новый Странник явился, – торжественно сказала Эллина.

Лионель замер, и нам тоже пришлось остановиться. Он словно смотрел в никуда, и в то же время взгляд его был пронзительным. Я залюбовался. Был бы художником, непременно нарисовал такую картину: молодой эльф узнает о прибытии Странника.

– Странник здесь, прямо перед тобой.

Я немного смутился и неловко кивнул:

– Очень приятно.

Паренек перевел взгляд с меня на Эллину и, осознав, что та не шутит, побледнел и бухнулся на колени. Я кинулся его поднимать. Эллина бросилась меня останавливать. Несколько мгновений мы изображали куча-малу. Кое-как оторвавшись от цепкой Эллины, я наконец отпрыгнул в сторону и строго посмотрел на эльфов. Эллина ничуть не смутилась. Лионель был белее снега.

– Дамы и господа, – голосом телеведущего сообщил я, – сдается мне, что нас ждут. Эллина, отряхнись, ты вся в земле. Лионель, запоминай сразу: я Андрей, и никаких иных титулов. Кто будет называть по-другому, получит в лоб. И кстати, я тебя для краткости буду Леоном звать. Фильм такой был, я тебе потом расскажу. Очень хорошее кино. Кланяться мне не надо, я обычный человек. Почти.

Обескураженный моей пронзительной речью парнишка, кажется, забыл, что умеет говорить. Эллина посмотрела на меня со смесью уважения и обожания, во всяком случае, мне так показалось. Но наше дружеское общение прервал появившийся из-за деревьев мужчина.

– Эллина, куда вы запропастились? – раздраженно начал он. – Немедленно идите за мной!

Эльфийка даже не пыталась оправдываться и, подхватив меня под локоть, потащила вперед. Лионель остался где-то позади, и я даже не успел разглядеть, идет ли он следом. А вскоре мне стало не до него.

Передо мной раскинулась огромная поляна или даже поле. По большому счету место было похоже на стадион – огромная площадка и трибуны. Разве что расположены трибуны не замкнутым овалом, а полукругом. В центре площадки на небольшом возвышении стоял мой недавний знакомый, Лаар. Мое внимание привлекла подставка рядом с ним, на ней лежал какой-то предмет, прикрытый алым платком.

Эллина подтолкнула меня в спину, и я направился к Лаару. Трибуны были забиты, но вокруг царила гробовая тишина. Я даже поразился самоконтролю эльфов. Ни единого шороха, хотя я видел, что некоторые пришли с маленькими детьми. Эльфийские малыши чинно восседали на коленях мамочек.

Лаар поднял вверх руку и заговорил. Говорил он негромко, но слышно его было очень хорошо. Его речь меня не впечатлила. Ничего нового я не услышал: очередной рассказ о значимости Странников, о том, какое это чудо и как важно их ценить. Короче, одна вода и ничего по сути. Я даже притомился стоять, но старался виду не показывать. Впрочем, речь, похоже, зацепила местное население.

На трибунах стали слышны шепотки и шуршание, народ пришел в волнение. А когда Лаар наконец сообщил, что в этот раз Странник осчастливил своим визитом эльфийский город, трибуны взорвались овациями. Правда, живые эмоции Лионеля мне показались куда более яркими, чем показная радость толпы. Может, они и в самом деле рукоплескали искренне, но я в это до конца так и не поверил.

Лаар предоставил мне слово. Я никогда не мнил себя оратором, но отказываться было неприлично. Отделался парой банальных фраз о том, как рад и так далее и тому подобное. Лаар объявил, что для личных бесед Странник непременно выделит особое время и примет всех желающих. Меня это насторожило – судя по выкрикам с трибун, желающих было немало.

А потом настал момент, которого я боялся больше всего.

Лаар сдернул с подставки платок – под ним оказалась небольшая шкатулка. Глава Совета достал из нее черный браслет, сплетенный из тонких полосок кожи, на одной из тесемок завязана темно-синяя бусина, на другой – подвеска, судя по всему серебряная, в виде буквы А. В общем, самый заурядный браслет, если не брать в расчет, что Эллина назвала его артефактом.

Ну и не стоит забывать, что носил браслетик не кто иной, как Первый Странник, который был весьма неординарной личностью, насколько я знаю. А значит, этот небольшой предмет может таить очень большую опасность. Я прекрасно помню, что в этом мире происходит с небольшими предметами, например, с полупрозрачной ниточкой силы… Хотя я же тоже Странник, и, полагаю, эльфы абсолютно в этом уверены…

Пока я обдумывал, как повежливее отказаться от сомнительного подарка, Эллина вдруг решила подойти ближе. Я отвлекся, заметив, что она идет ко мне. Лаар же воспользовался моментом…

Я даже не понял толком, что произошло, эльф просто подхватил мою руку и ловко обмотал браслет вокруг моего запястья. Я в панике оглянулся на Эллину и закрыл глаза. Сердце на миг перестало биться.

Глава 32

Кетон пребывал в отвратительном настроении. Этот проклятый имперец перевернул все планы мага с ног на голову. Но, как это ни прискорбно, нужно признать, только он мог в данном случае помочь. Сейчас Тария после сеанса магии с этим молодчиком спала в соседней комнате. Сам Крайс, в отличие от девушки, выглядел лишь немного усталым и поспешил сразу откланяться, заявив, что придет утром. Уходя, он произнес, глядя магу в глаза:

– Мы верим в вас, уважаемый Кетон. Девушка действительно способна на многое. Так что будьте с ней поласковей. Вы же не хотите потерять Странника еще раз?

Эти слова, произнесенные надменным тоном, до сих пор звучали у мага в ушах. Приходиться терпеть. Кетон уныло посмотрел в окно, за которым стояла ночь, и плеснул себе в бокал еще вина.

– Поласковее, – пробормотал он себе под нос, передразнивая имперца. – Ты-то ласковый как никто. Проклятье!..

Жеманство Тарии в присутствии Крайса раздражало мага. Девчонка и так стала чувствовать себя слишком вольготно. Забыла, кому обязана своей честью и знаниями. Кетон прекрасно помнил ту юную глупышку, которая надеялась соблазнить богатого и знатного красавца, чтобы женить на себе. Только бедняжка выбрала не того парня. Дейтона поймать на девичьи прелести было абсолютно невозможно. Тарии крупно повезло, что жизнь свела ее с Кетоном, который успел ее вразумить. Немногим ее предшественницам улыбалась такая удача.

Но юная глупышка выросла и стала женщиной. Его женщиной. Кетон давно привык, что ученица прочно заняла место его постоянной любовницы. С Тарией было легко говорить обо всем и делиться самыми тайными желаниями и целями. Но после появления Странника девушка там, где должна была помогать, шаг за шагом ошибалась. Положившись на свою помощницу, Кетон упустил пришельца. Тария не просто не справилась, она сама спровоцировала уход Андрея. Да еще и заигрывает теперь с этим имперцем. Но как бы ни злился Кетон, ему, как и сказал Крайс, следовало быть поласковее с девчонкой. Потому что империя сделала на нее ставку, и проиграть на этот раз Кетон не имеет права.

Дверь хлопнула и на пороге появилась Тария. На ней был легкий халатик, почти прозрачный, под которым Кетон разглядел нежно-розовую ночную сорочку. В голове вихрем пронеслись самые разнузданные фантазии. И чего не хватало этому Страннику? Девушка была шикарна.

Она направилась к столу и опустилась на стул напротив мага. Тот молча достал из шкафа еще один бокал и налил девушке вина.

– Спасибо, – поблагодарила Тария и внимательно посмотрела на него.

– Послушай, Тария, – маг облизал губы, – ты извини меня за резкость, в последнее время столько всего навалилось… Все шло хорошо, и вот… настоящая катастрофа. Но ты всегда останешься моей любимой ученицей. У нас с тобой одна цель. И ты знаешь, что ради нее мы должны быть готовы на все.

Девушка изумленно смотрела на мага. Кетон прекрасно понимал ее. Он никогда так не разговаривал с ней…

– Знаю, – тихо произнесла она, – я виновата. Клянусь, я совершенно не ждала этого. Не понимаю, как это случилось… – Она расстроенно махнула рукой.

– Мы должны быть с тобой вместе. – Кетон внимательно посмотрел на нее. – Послушай, теперь мы ходим по лезвию. Я не могу доверять этому Крайсу, и тебе тоже не стоит этого делать.

– Империя, – задумчиво протянула Тария, – загадочное место и загадочные люди. Многое из того, что он говорил, я никогда еще не слышала. Он странный человек, сложный.

Кетон нахмурился:

– И что же он тебе говорил?

– Многое и ничего конкретного. Во всяком случае, об империи. Сыпал комплиментами. Типичный мужчина – лесть, вранье, страстные взгляды. Ты ему не нравишься, но, по крайней мере, он, по-моему, готов выполнять условия договора. Хотя, конечно, он не против избавиться от тебя.

– Избавиться? – Кетон задумчиво провел ладонью по подбородку.

– Не сейчас. Со временем.

– Ясно. Этого следовало ожидать. Догадаться было не трудно… Но он рассчитывал, что ты будешь сотрудничать, верно? Он полагает, что ты не станешь рассказывать мне о его планах?

– Думаю, да, – Тария улыбнулась, – но мы с тобой равноправные партнеры. Разве нет? У нас нет секретов друг от друга.

Что оставалось Кетону? Лишь согласиться. Он понимал, что зависит от этой девчонки. Но и он нужен ей. Хотелось надеяться, что эта неудача со Странником заставит ее быть более собранной. И научит следовать указаниями Кетона.

– И не переживай по поводу этого имперца, – добавила девушка. – Он думает, что держит меня на поводке, но совершает ошибку, которую делают все мужчины. Слишком уж самоуверен!

– Так какие у нас планы? – Маг проигнорировал прозрачный намек насчет мужчин.

– Он обещает, что уже завтра я отправлюсь к эльфам. По дороге придется останавливаться, чтобы создать заклинание. Это несложно, но, как я поняла, требует постоянной подпитки. Трудно сказать, сколько я смогу его держать, так что раньше времени прибегать к этой магии нет смысла.

– А Крайс?

– Он сказал, что будет ждать. Тем более если все получится, он хочет оставаться в тени. Зачем вызывать лишние подозрения у Андрея.

– Тебе надо выяснить, что он хочет на самом деле… я опасаюсь имперцев, – признался маг.

– Конечно, – кивнула Тария, – я сама им не доверяю. Но сейчас это наш шанс обрести Странника. В общем, наши планы не меняются. Я свяжусь с тобой. Цель – Храм.

– Храм, – согласился Кетон.

Уже десять дней я бесцельно маюсь в эльфийском замке. Временами даже начинает казаться, что путешествие с Кетоном было весьма неплохим. По крайней мере, я не испытывал недостатка в приключениях и новых эмоциях. А здесь…

Скука. Скука, которую скрашивает только Лионель, прилипший не хуже банного листа к моей полубожественной личности. Парень, раньше смотревший на меня исподлобья, теперь ходит за мной по пятам, без устали расспрашивая о моей прошлой жизни. Интересует его буквально все: от шнуровки ботинок до освоения космического пространства. Информацию паренек впитывает как губка.

Я в целом не против его общества, хотя предпочел бы компанию Эллины. Но эльфийка целыми днями пропадает где-то по своим эльфийским делам. Правда, каждую ночь как по расписанию она появляется на пороге моей комнаты. А утром исчезает, оставляя для меня остывший завтрак.

Это и приятно и обидно, но винить ее не приходится. Эллина слишком долго отсутствовала в городе, и теперь на нее свалилось огромное количество дел.

Первые дни после памятного представления меня эльфийскому обществу для встречи со мной выстраивались целые очереди именитых особ. На торжественном пиру в честь явления Странника в тот день мне не дали толком ни поесть, ни присесть. Я в ином свете увидел небезызвестную Маргариту из бессмертного булгаковского произведения, когда очередной эльф пожимал мне руку. Пальцев своих я почти не чувствовал и к концу вечера сомневался в том, что рука вообще будет работать.

Я проклял и эльфийское гостеприимство, и весь этот прием. Меня даже не очень порадовало знакомство с ошеломительно прекрасной матерью Эллины и с ее не менее великолепной соперницей. А псевдоженишка эльфийки я даже не запомнил в лицо, хотя Эллина показывала мне его дважды. С праздника меня увели в состоянии близком к обморочному.

Но, проснувшись следующим утром, я с ужасом узнал, что желающих пообщаться со мной так много, что для этого выделили специальное место. По счастью, эльфы догадались устроить его на свежем воздухе, в парке. Посетители были чрезвычайно вежливы и старались не сильно досаждать, так что за три дня я встретился почти со всеми жаждущими приобщиться к чуду. Боюсь, я их разочаровал, но тут уж, как говорится, чем богаты…

Все остальное время в гостях у эльфов я бродил в компании Леона по местному парку. Кстати, в нем была небольшая поляна, которая тоже, как я понял, являлась священной. Я даже выяснил, что именно священного в этом месте. Там росло одно-единственное дерево, привезенное некогда эльфами из Колыбели – леса, где некогда зародился этот народ. Ничем особенным примечательно оно не было, даже специального ограждения не предусматривалось.

Про дерево мне рассказала Эллина. В ее рассказе слышалось восхищение и благоговение. А вот Леон реагировал на чудо-дерево куда спокойнее. Мы много раз вместе сидели под его кроной, слушая, как ветер поет в листве. Признаться, я чувствовал в дереве некоторую поэзию. Когда даже легкий ветерок шевелил листву, оно, казалось, начинало играть таинственную мелодию. Во всяком случае, в других местах парка я ничего подобного не слышал. Лионель, как ни старался, не смог услышать ту мелодию, которую слышал я, хотя мы специально несколько раз приходили именно для этого. Но увы: я слышал, а он нет.

Возможно, все дело было в воображении, однако эльф уверенно твердил о моем особом даре. Мол, именно в этом и дело, что я, будучи Странником, могу слышать то, что для эльфов недоступно.

Чтобы порадовать Леона, я сделал ему свистульку из травинки. Мы такие делали в босоногом детстве. Как я и ожидал, парень пришел в восторг. И радостно свистел, смешно раздувая щеки.

В общем, я отдыхал и развлекал мальчишку – вот и все занятия. Негусто, учитывая мою особую значимость, о которой мне все уши прожужжали с момента моего появления в этом мире. Признаюсь, я так до конца и не понял, какова цель моего появления. Нет, то, что я могу обрести силу, я понимал, но в дальнейшем… Либо я всех завоюю, либо меня – как последнего Странника – прикончат. В общем, варианта, похоже, всего два, и оба они меня не очень прельщали…

Утром я проснулся как обычно в своей кровати и неожиданно обнаружил лежащую рядом эльфийку. Эллина задумчиво разглядывала меня. Я радостно улыбнулся ей. Несмотря на то что наши отношения перешли в тесный физический контакт, мы по-прежнему оставались друзьями. Эллина не требовала никаких признаний, как, впрочем, не признавалась в своих чувствах сама. Для меня это было непривычно, но, как ни странно, вполне устраивало. Обжигаться в отношениях с женщинами я больше не хотел.

Эллина сообщила, что сегодня меня ждет сюрприз.

– Если это еще одна встреча с эльфами, то прошу меня уволить, – стараясь говорить как можно более твердо, заявил я.

Она хитро прищурилась и пообещала, что эта встреча мне очень понравится. Я попробовал было отвертеться, но оказалось, что никаких отговорок эльфийка не приемлет.

После завтрака мы отправились в один из многочисленных парков. Пройдя немного вглубь, свернули несколько раз и оказались перед высокими коваными воротами. Эллина вытянула из-под воротника цепочку с ключом и открыла чуть скрипнувший замок. Я задумался, пытаясь вспомнить, видел ли у нее на шее этот ключ раньше. Пока я размышлял, мы зашли, и Эллина заперла ворота снова. Похоже, кроме нас, сюда никому входа не было.

Пройдя метров двести по довольно запущенной и густо заросшей кустарником аллее, мы вышли к небольшому склепу. По крайней мере, мне строение напомнило классический склеп из фильмов о вампирах. Разве что мы были не кладбище, да и солнце ярко светило.

Эллина снова достала ключ и, вставив в замочную скважину, что-то негромко прошептала. Затем повернула ключ дважды влево и глубоко вдавила. Дверь неслышно распахнулась. Мы вошли.

Внутри, как ни странно, было довольно просторно, но я уже успел привыкнуть к эльфийским фокусам с пространством. Мы очень долго шли по длинному коридору, тускло освещенному зеленоватыми светильниками. На мои вопросы Эллина предпочла отвечать загадочной улыбкой. Я смирился и послушно топал за ней. Так или иначе коридор должен куда-нибудь привести.

И он привел, закончившись совершенно неожиданно огромным залом. Трудно описать место, в котором я оказался. Это было похоже на овальную пещеру длиной в пару сотен метров. На стенах виднелись узоры и рисунки, явно сделанные эльфами, но при этом все равно оставалось впечатление, будто так и задумано природой. Эльфийские мастера чувствовали, как следует обрабатывать камень, придавая ему яркие краски и глубину. Стены уходили далеко вверх, сужаясь, но не смыкались куполом. Вверху оставалось широкое отверстие, через которое солнечный свет широким лучом падал в центр зала. И там стояла она.

Мне не требовалось подсказок, чтобы понять, кто она. Я с замирающим сердцем разглядывал мельчайшие складки ее одежды, тонкие ниточки вен на запястье, нежные ресницы. Ни один скульптор в моем мире никогда не сумел бы создать такого. Даже самые известные и прекрасные статуи в подметки не годились ей. Я знал это, я прекрасно понимал, почему это так.

Она была живой. Мраморной и живой. Я даже не мог заставить себя прикоснуться к ней, боясь почувствовать живое биение сердца или ее дыхание. У меня слезы стояли в глазах, настолько потрясла меня красота эльфийской королевы.

– Она прекрасна, – раздался негромкий мужской голос откуда-то справа, и я испуганно вздрогнул. Высокий эльф вышел из тени и пересек зал, подойдя ко мне. – Эльфийский народ стал забывать, но кое-кто помнит.

Голос у него был густой, приятный. Ему не требовалось представляться, я его легко узнал, несмотря на то что раньше мы не встречались. Но уж больно характерные у него были черты лица. Да и манера одеваться схожая. Правда, длинные темные волосы, заплетенные в две косы, меня немного смутили. Но, видимо, это была дань странной местной моде. Так или иначе, сын определенно пошел в отца.

Я заметил неподдельную радость в глазах эльфийки, увидевшей брата. Похоже, она и впрямь его обожает.

– Это мой брат, – произнесла эльфийка, – эллай Ксантерилл.

– Первая встреча эльфов со Странником была трагична, – продолжил Ксантерилл, медленно обходя вокруг статуи. – Первый Странник был загадочным и своевольным. Эльфы долго не могли заполучить ее, она как обычная статуя стояла на городской площади в столице империи, созданной Странником. Он никому не позволял к ней прикоснуться. У королевы не осталось наследника, и ее трон перешел к племяннику. Много столетий спустя потомок королевы встретил второго Странника. И вызвал на бой. Призрак королевы не давал ему покоя, так говорят, – эльф медленно провел пальцем по щеке статуи, – хотя, возможно, он просто хотел доказать себе что-то. Так или иначе, вторая встреча эльфов со Странником закончилась смертью короля. Снова. – Он еще раз медленно обошел статую. – И снова у короля не было преемника. Тогда трон перешел к его сестре. Королева скоро нашла мужа, у них родился сын, и вдруг она при весьма странных обстоятельствах умерла.

– При каких обстоятельствах? – неожиданно для самого себя перебил я, рассказ о судьбе эльфов и Странников меня заворожил.

Ксантерилл задумчиво окинул меня взглядом:

– Ее отравили. Но виновного не нашли. Трон перешел к ее мужу, который должен был править до совершеннолетия сына. Но он не справился с возложенной на него ответственностью. И тогда появился первый Совет. Совет должен был лишь помогать королю до того момента, когда юный принц взойдет на трон. К несчастью, так же как и его отец, юноша не желал быть ответственным за свой народ. Не дожидаясь совершеннолетия, он покинул эльфов и отправился к людям. Тогда следом стали уходить многие. Жажда приключений… – Эльф погладил мраморную щеку королевы и помолчал, глядя на статую. – Несчастливую цепь событий прервал третий Странник, – наконец заговорил он, – появившись прямиком на главной площади эльфийского города. Он всю свою жизнь был верным другом эльфийского народа. А один из старейшин Совета называл Странника братом. С тех пор прошло много столетий, и другие Странники приходили в этот мир. Эльфы всегда были рядом со Странниками, были те дружелюбны к нашему народу или нет. Так уж повелось.

– Почему никто не рассказывал мне этого раньше? – полушепотом спросил я, совершенно растерянный.

– Возможно, вы просто не спрашивали, – чуть заметно улыбнулся Ксантерилл. – Но скорее дело в том, что никто не знает этого. Люди, увлеченные бесконечными войнами, давно потеряли нити своей истории. Эльфы же забыли ее, потеряв себя.

– Почему? – выдохнул я.

– Гордыня. Слишком много человеческого перенял мой народ. Хотя люди полагают, что это исконное эльфийское свойство. Порой я думаю, что они правы. Эльфы покинули свой дом, чтобы найти что-то особенное. Но в мире людей этого нет. Все самое прекрасное они оставили в Колыбели. Теперь их сердца рвутся обратно, но…

– Это я слышал: вам нельзя возвращаться. А кто запрещает?

– Колыбель, – тяжело вздохнула рядом Эллина.

– Как это?

– Ни один эльф не способен переступить невидимую черту, проведенную лесом, – тихо ответил эльф.

– То есть эльфы просто приходят туда, но не могут зайти? Вроде невидимой стены, что ли?

– Нет, не стена. Просто тот, кто войдет, перестанет быть.

– Умрет на месте? – растерялся я.

– Перестанет быть, – упрямо повторила Эллина.

– Ну и порядки тут у вас, – только и смог выдать я.

– Столетиями эльфам не удавалось приблизиться к Страннику. К примеру, ваш предшественник так ненавидел мой народ, что уничтожил всю семью прапрадеда Эллины. Тот, что был до него, эльфов не презирал, но и помогать не спешил. И мы рады, что Странник наконец стал нашим гостем.

– Помогать? В чем? – напрягся я. – Я уже говорил Эллине и повторюсь, я не хочу быть Странником. Мне не нужна вся эта магия или сила. И я не собираюсь идти в этот ваш Храм. С меня достаточно того, что было в городе…

– Эллина рассказала, но, возможно, вы расскажете об этом случае подробнее, – некстати перебил меня эльф.

Я нахмурился. Вспоминать о своей ошибке мне хотелось меньше всего.

– Я полагаю, что могу помочь. Магия эльфов разительно отличается от того, что делают люди. Как роза отличается от клинка.

Меня несколько озадачило такое халтурное сравнение. В конце концов, эльф мог бы придумать что-то более оригинальное. Но я промолчал.

– Андрей пользовался «ветвями», – вмешалась в разговор Эллина, как всегда чуждая условностей.

– Расскажите, – настойчиво попросил темноволосый, и я тяжело вздохнул.

– Я был немного… расстроен…

– Из-за Тарии, – опять вмешалась Эллина с совершенно неуместными пояснениями.

Я поморщился и сухо пояснил:

– Мне показалось, что если брать самую тоненькую ниточку, то большой беды не будет.

Эльф кивнул:

– В целом так и должно было быть.

– Ну, видимо, я перестарался, – развел я руками, – я брал самую тоненькую и прозрачненькую.

– Прозрачненькую? – настороженно переспросил эльф, брови его сложились домиком, и лицо приобрело слегка испуганное выражение.

– Ну да, прозрачную.

– Белую, – сказал он, и отчего-то мне показалось, что это не вопрос, а утверждение.

– Ну да, она была не такая яркая и…

– Белая, – в очередной раз перебила меня Эллина, – это высшая ветвь. Ее энергия сильнее, и пользоваться ею может не каждый.

– Удивительно, что вы ее смогли заметить, – задумчиво произнес эльф.

– Удивительно, что он еще жив! – воскликнула Эллина.

Я внимательно посмотрел на нее – она действительно выглядела взволнованной.

– Эль права, – глядя куда-то вдаль, произнес Ксантерилл, – разрыв белой ветви должен был вызвать большой резонанс.

– Еще бы! – пробурчал я.

– Нет, не вокруг, а внутри вас. Чтобы выжить в такой энергетической пробоине, вам нужно было вложить немало силы. Очень много силы. С трудом представляю себе такой запас.

– Я помогала, – нахмурилась Эллина.

– Даже трех твоих резервов не хватило бы, – отмахнулся эльф.

– Да, вытянуло все за мгновения, – согласилась девушка.

– Но я же жив, – разозлился я, потому что совершенно потерял нить их рассуждений. Судя по разговору, выходило, что я не должен был выжить.

– Я могу назвать это чудом, – легко улыбнулся мой собеседник.

– А я не могу вечно ждать чуда. Повезло один раз, не значит, что повезет еще. Так что в эти игры пусть теперь играют другие.

– Но вы Странник. Так или иначе – ваша цель Храм.

– Зачем мне это?

– Милосердие, – тихо отозвался эльф. – Вы прибыли в этот мир, чтобы принести в него гармонию, укрепить равновесие, не допустить разрушения. Чтобы помочь и… пожалеть. Мой народ многие века скитается, точно бродяга. Мало кто может это признать, но эльфы нуждаются в жалости. И если вы не захотите помочь, мой народ будет ждать еще пять, а то и десять столетий. Как знать, возможно, скоро и ждать будет некому. Трудно скрывать, но, боюсь, всем уже известно, что эльфийская кровь не становится сильнее…

Я озадаченно посмотрел на эльфа. Попытка вызвать во мне жалость показалась мне слегка наигранной, да и жалости как таковой к этому типу я не испытывал. Определенно эльфы не выглядели несчастными. Прекрасный город, прекрасная жизнь – лично мне казалось, что у них тут просто благодать.

– Дети. У нас становится все меньше детей, – прошептала Эллина. – Те, кто рождается… Понимаешь, раньше считали, что кровь эльфов сильнее и все полукровки наследуют способности эльфийского народа. Поэтому и люди никогда не признают детей смешанных кровей. Многие века было принято, что любой, в ком есть хоть капля эльфийской крови, называется эльфом.

– Но правда в другом, – мрачно подхватил Ксантерилл. – Потеряв связь со своей родиной, эльфы потеряли и нечто важное. Трудно сказать что. Теперь многие видят, но все еще боятся признать: эльфийская кровь ослабела. Сегодня даже полукровки не могут иметь детей. Даже от человека.

– Почему? – окончательно запутался я.

– Раньше дети были благословением. Милостью, которую давал Лес тем, кто истинно любил. После мой народ стал жить по закону людей, чьи дети появляются на свет не во благо, а по воле случая. Это казалось проще и удобнее. Но, очевидно, мы что-то упустили.

– Нарушили вековой ход вещей, – вздохнула Эллина, и я внимательно посмотрел на нее. Она и впрямь казалась расстроенной.

– Эллина, – осторожно спросил я, – ты действительно думаешь, что это так?

– Поверь, ошибки не может быть.

Я задумался. Возможно, связь с тем местом, где они родились, была важна для этих людей… то есть эльфов. В конце концов, тут везде действует магия и прочие странности. Может, и на деторождение это как-то влияет. Вот только одного моего сострадания, кажется, было недостаточно.

– Ну а я-то что могу? – вздохнул я, понимая, что, идя на этот разговор, эльфы уже наверняка придумали какой-то план.

– Странник может идти, куда сочтет нужным. Никто не способен помешать ему. Даже в Колыбель. Если бы вы могли говорить с Лесом…

– Меня бы сочли психом… – грустно закончил я. – Мне ведь никак не отвертеться от этого Храма, верно?

Эллина бодро кивнула, ее брат пожал плечами.

– Мне это не нравится, но, наверное, я должен как-то помочь. Только без магии, пожалуйста. Схожу в Храм, обрету, как вы говорите, силу и пойду поговорю с деревьями. Если получится – договорюсь, если нет – не обессудьте.

Эльф ехидно ухмыльнулся:

– Магия – это просто. Забудьте людские методы, люди не способны видеть суть вещей. Их магия жестока и требует большой энергии. Разумеется, сами они не способны ее создать и тянут силу из окружающего мира. Агрессия и разрушение – вот основа их магии. Но эльфы учились магии у природы, которая привыкла созидать. Кому, как не Страннику, понять это. Вы пришелец, чужой в этом мире. Пользоваться его энергией было бы крайне необдуманно.

Я хмыкнул.

– Да и какой смысл тянуть чуждую энергию, когда сам Странник – источник величайшей силы. Просто почувствуйте это в себе. Представьте, что вы – сосуд, полный чудесной влаги. Возьмите одну каплю и мысленно положите ее на ладонь. Из этой капли вы можете создать что угодно.

Я попытался провернуть то, о чем говорил эльф. Не вышло. Я даже умудрился поверить в то, что я большая чашка с водой. Возможно, водичка была во мне не очень свежей. Я пожал плечами:

– Не судьба.

– Попробуй еще раз, прошу, – повисла на моей руке Эллина.

Мне было жалко ей отказывать. Ее брат еще раз медленно начал рассказывать, что делать:

– Осторожно положите каплю на ладонь и представьте что-то небольшое, что-то очень простое.

Я сосредоточенно запыхтел, стараясь придумать что-нибудь маленькое. Сперва на ум пришла мышь, но потом мне подумалось, что живой объект – это уж точно не простой предмет. А потом я подумал, что, наверное, не стоит так много думать. Некоторое время я старательно пытался не думать ни о чем, но зачем-то вспомнил, что и Кетон меня учил ни о чем не думать. Короче, я окончательно запутался в мыслях.

Но это мне и помогло. Я разозлился. На себя и на весь окружающий мир. И решил, что раз уж я достаю из себя воображаемую каплю, то пусть она станет материальной. Чего уж проще. Тщательно зажмурившись, я изо всех сил представлял себе воду на ладони.

К действительности меня вернул легкий вскрик Эллины. Я открыл глаза. У меня в руке лежал крохотный кусочек льда.

Глава 33

Следующие дни я был ужасно занят. В чудесной пещере, которая, к слову, оказалась местом не только запретным, но и незаслуженно забытым, я проводил практически все свое время. Как сказал мне Ксантерилл – кроме его семьи, никто доступа в это место не имел. Поэтому мы в скромной компании друг друга спокойно могли здесь заниматься самыми любопытными делами.

Любопытными для меня, поскольку я впервые наблюдал действие местной магии, так сказать, изнутри. И не менее любопытными для составлявших мне компанию эльфов, которые наблюдали особенности моей индивидуальной реакции на магию. Проще говоря, эльфийская магия в моем исполнении работала, но совершенно непредсказуемым образом. Пару дней я опасался повторения памятных событий в Конвере, но потом вместе с эльфами втянулся в эксперименты.

Выходило действительно интересно. Извлекая из себя магическую силу, я мог ее буквально материализовать. Правда, пока в небольших порциях, но проблема заключалась в том, что всякий раз я получал разные результаты. Например, второй раз сделать льдинку мне, увы, не удалось. Зато удачно вышли облачко пара, снежинка и комочек чего-то желеобразного. Ксантерилл предположил, что вода все-таки слишком сложный объект, и мы принялись искать что-то попроще. Строго говоря, этими поисками мы и занимались почти пять дней. Эллина была уверена, что проблема заключается в моей фантазии, ведь я как-никак писатель и одни и те же вещи способен видеть с самых разных ракурсов. Ксантерилл склонялся к мысли, что дело в моих неинициированных способностях, и был уверен, что Храм непременно позволит мне контролировать всю магию.

Брат и сестра были разительно непохожи во всем. И все же между ними всегда чувствовалась крепкая связь и взаимопонимание. Хотя мне и показалось, что Эллина несколько заискивает перед братом. Но я решил, что для этого у нее есть объективные причины: несмотря на то что Ксантерилл был младше, его социальный статус все-таки выше.

Со мной эльф всегда был учтив и внимателен, но мне он все равно казался надменным. Возможно, я просто не мог адекватно воспринимать его нечеловеческую природу. И если к Эллине я почти что привык, то ее брат неизменно вызывал во мне беспокойство.

Увлекшись магической практикой, я почти позабыл о своем юном товарище – Леоне.

В тот день, когда я впервые опробовал силу эльфийской магии, вернувшись, я обнаружил паренька под дверью своей комнаты. Леон терпеливо ждал моего возвращения. Завидев меня, он радостно принялся что-то рассказывать, но выходило у него очень сумбурно, и мне пришлось прерывать его и успокаивать.

Наконец юный эльф собрался и поделился со мной своими эмоциями: он придумал подарок, который я, по его мнению, заслужил. С блеском в глазах парень вытащил из своего кармана крохотную деревянную свистульку и протянул мне. Я осторожно взял вещицу. Форма была незамысловатая, таких птичек-свистулек мне доводилось видеть множество раз.

Зато эльф умудрился тончайшими узорами покрыть всю поверхность свистульки, так что действительно казалось, будто это настоящая птичка. Можно было разглядеть каждое крохотное перышко. Это была мастерская работа, и я преисполнился уважения к Леону. Он заметно нервничал, ожидая моей реакции, я поднес птичку к губам и осторожно подул. Свистулька издала нежную трель, и я улыбнулся. Ничего настолько искреннего в этом мире мне еще видеть не доводилось: лицо Леона лучилось счастьем. Я горячо поблагодарил его и щедро отсыпал комплиментов, оценивая его работу. Кажется, парень засмущался.

– Это она, мелодия дерева? – полушепотом поинтересовался он, и я некоторое время никак не мог сообразить, о чем идет речь. Наконец я понял и растерянно посмотрел на эльфа.

– А должна быть она? – уточнил я.

– Я сделал свистульку сам, из ветки священного дерева, – объяснил парень.

– И ты полагаешь, что она должна издавать ту же мелодию, которую поет ветер в ветвях?

– Нет? – грустно вздохнул Леон.

Я снова тихонечко подул в свистульку. Звучала она приятно, но до нежного дыхания ветра в листе, конечно, этот звук недотягивал. Я попробовал изобразить мелодию, но музыкант из меня был аховый, да и свистулька не самый удачный музыкальный инструмент.

– Извини, друг, – вздохнул я. – Такой мелодии не получается, но все равно звучит очень красиво.

– У меня еще недостаточно опыта, – довольно легко смирился со своей неудачей парень.

Чтобы развеселить его, я пригласил Леона к себе и, несмотря на усталость, долго рассказывал ему всякие анекдоты. Эльф смеялся как ненормальный, даже над самыми простенькими, вот уж достался мне благодарный слушатель.

К сожалению, все последующие дни я проводил с Эллиной и ее братом и совершенно забыл Леона. Он, видимо, понял, что я занят, и не докучал мне.

Магия увлекла меня настолько, что я даже во сне прокручивал различные способы ее применения. В общем, забыл про все на свете. Даже про Эллину, можно сказать, забыл.

Хотя она всячески старалась напомнить о себе, каждый вечер заныривая ко мне под одеяло. Но я на магических практикумах выматывался так, что сил хватало только до кровати добраться. Тем более у нее появились какие-то дела, связанные Советом. Я особо в это не вникал. Эллина дала понять, что как мужчина я ее интересую достаточно, чтобы не искать кого-то еще. Меня это устроило. Статус наших отношений я бы не смог определить при всем желании, но мне было комфортно, и этого довольно.

Проснувшись, я сладко потянулся и, выбравшись из кровати, направился в ванную. Приведя себя в порядок и позавтракав, я, как всегда, собрался в пещеру. Эльфы дали мне копию ключа, так что я мог приходить туда, когда мне заблагорассудится… Обычно меня сопровождала Эллина, но я бы и без нее не заблудился.

Однако за дверью меня ждали. Возникшая в дверном проеме девушка напористо шагнула мне навстречу. Мне пришлось отступить, чтобы банально не столкнуться с ней лбом.

Незнакомка закрыла дверь и подперла собой, оглядела комнату и негромко поинтересовалась:

– Что-то ценное брать будешь?

Я продолжал ошарашенно смотреть на нее. Заметив мой взгляд, она нахмурилась и переспросила:

– Если случится пожар, что будешь спасать в этой комнате?

Я посмотрел по сторонам. Ничего такого, ради чего стоило бы бросаться в огонь, здесь у меня не было. Не нажил. Разве что…

Я взял со столика птичку-свистульку и положил в карман. Кажется, девушка осталась удовлетворена моими действиями. Она схватила меня за руку и потащила в коридор. Я не упирался.

Пару десятков шагов я сделал по инерции, ведомый незнакомкой, чье появление было как гром среди ясного неба. За то время, что я гостил в городе эльфов, я привык к нелюдям и не ожидал увидеть здесь человека.

Однако даже такое яркое событие не лишило меня инстинкта самосохранения. Не то чтобы я испугался, но выглядело это подозрительно.

Я резко остановился и осведомился:

– Куда мы идем?

Девица окинула меня взглядом и прищурилась. Я строго повторил вопрос:

– Куда идем? Ты кто такая?

Девушка тяжело вздохнула и вдруг резко дернула меня за руку, утаскивая вперед. Я машинально сделал пару шагов, уперся, чтобы остановиться, но незнакомка легко развернулась и толкнула меня. Меня крутануло вполоборота, и я напрягся, готовясь спиной ощутить удар о стену. Однако стены за моей спиной не оказалось. Я начал заваливаться назад. Инстинктивно схватился за то, что попалось под руку. Увы, попалась мне все та же подозрительная особа, которая еще раз подтолкнула меня вперед и шагнула следом. Вмиг вокруг стало темно. Я судорожно сжал руку, крепче стискивая плечо девицы. До меня наконец дошло, что я опять влип в историю.

По-моему, мы находились в какой-то нише. Здесь было тесновато – незнакомка прижалась ко мне почти вплотную.

– Какого черта происходит? – просипел я и попытался оттолкнуть девушку.

– Тише, – прошептала она и взмахнула рукой. В воздухе повис крохотный шарик, еле-еле светящийся бледно-синим огоньком. Девушка махнула рукой еще раз, и я увидел, что мы вовсе не в нише, а в длинном, но очень узком коридоре. Незнакомка кивком предложила мне идти вперед.

Я возмутился такой наглостью:

– Ты кто такая? Какого…

– Я выведу тебя из города, – негромко отозвалась она.

– На черта? Это что, похищение? – иронично уточнил я.

– Нет. Я пришла вытащить тебя отсюда. Здесь опасно.

– И где горит? – Я все еще не до конца понимал происходящее, но отчетливо помнил, что девица что-то говорила о пожаре.

Незнакомка озадаченно посмотрела на меня, потом резко вскинула голову, словно прислушиваясь к чему-то, и мягко приложила палец к губам. Я на всякий случай замолчал. Правда, меня надолго не хватило.

– Что горит-то? Кто тебя послал?

– Нет пожара, – сухо отозвалась она и потянула меня за собой, но я остался на месте.

– Тогда что мы делаем?

– Я вывожу тебя из города.

– Спасибо, конечно, но мне и тут неплохо.

Девушка продолжала к чему-то прислушиваться, было видно, что она напряжена.

– Эльфы опасны, я тебя выведу, ты будешь в безопасности.

Я наконец начал улавливать суть происходящего:

– Слушай, я не знаю, кто ты, но я здесь в безопасности. Меня спасать не надо, я знаю, что эльфы людей не жалуют…

– Ты человек, – перебила она.

– Бесспорно, но меня сюда пригласили. Я гость. А вот как ты сюда попала?

– Пришла за тобой, – пожала она плечами.

– А я звал? – с сарказмом уточнил я.

– Эльфы опасны, – повторила незнакомка. – Жестокие, бесчувственные твари. Тебе нельзя тут оставаться.

Я внимательно посмотрел на собеседницу. Лицо у нее было серьезное, похоже, она искренне верила в то, что меня срочно нужно спасать. Я снисходительно улыбнулся.

– Ты можешь сама выбираться, меня спасать не надо. Я знаю, что эльфы не будут тебе рады. Я, правда, понятия не имею, как ты сюда попала. Слушай, а мы раньше не встречались, а? – Ее лицо казалось мне смутно знакомым, но я, как ни старался, не вспомнил, где мог ее видеть.

– Нет, – строго сказала она и опять сделала попытку потащить меня за собой.

Теперь я не особо сопротивлялся. Побег в мои планы не входил, но меня разобрало любопытство. Действительно было интересно, как девица попала в город, который, судя по словам Эллины, для людей просто-напросто закрыт. В том, что моя спутница нашла лазейку, я не сомневался, и меня даже умилило ее желание спасти вашего покорного слугу. Наверняка бедняжка не знала о моем значении для эльфов. Похоже, приняла за несчастного человека, зачем-то заточенного здесь.

Следуя за девушкой, я пытался определить, где же мы все-таки находимся. Коридор стал немного шире, и иногда от него уходили куда-то в стороны ответвления. У одного из таких поворотов моя спутница резко остановилась, и я с размаху врезался ей в спину.

– Я выведу тебя тайно, эльфы не догонят, я могу защитить, – сурово сообщила она и внимательно посмотрела на меня.

Я вздохнул.

– Я не уйду. Эльфы мои друзья, спасибо за заботу, – медленно, как ребенку, разъяснил я.

Она нахмурилась.

– Ладно. Я знала, что ты не пойдешь. Пойдем, покажу тебе настоящих эльфов. Твоих друзей.

Последние слова она произнесла с неприкрытой издевкой, и лицо ее скривилось. Я задумчиво посмотрел на нее, благо глаза привыкли к скудному свету маленького огонька, зависшего над головой девушки. Мне даже любопытно было, что же такого она сможет мне показать?

Пройдя еще немного, мы оказались в крохотной комнатке, и девица заявила:

– Жестокие, бесчувственные нелюди, смотри.

Она провела рукой по стене, послышался шорох, и в каменной кладке, на уровне пояса возникло отверстие. Узкий луч света лег на пол. Незнакомка жестом пригласила меня заглянуть в открывшуюся щель. Я пожал плечами и опустился на колени.

Несколько минут глаз привыкали к яркому свету снаружи. Наконец я смог разобрать, где нахожусь. Место было мне знакомо, мы с Леоном гуляли здесь. Это была старая площадь, где раньше проводились Советы старейшин. Эллина говорила, что этой площадкой не пользуются несколько веков. Действительно, полукруглые трибуны заросли и частично обрушились. Когда я впервые набрел на это место, гуляя по роще, я проникся красотой и печалью развалин. И мы с Леоном долго рассуждали о тленности всего в мире.

Через узкую щель трибуны мне были практически не видны, только небольшая их часть и бывший алтарь – камень, на котором когда-то стояли выступающие эльфы, дабы все могли их видеть. Я сделал вывод, что нахожусь где-то под трибунами, в подсобном или техническом помещении. К моему удивлению, на алтаре сейчас находился эльф. Более того, судя по звукам, доносящимся снаружи, трибуны также не пустовали. Я повернулся к моей спутнице, надеясь на разъяснения, но она лишь кивнула, смотри, мол.

Я прильнул к отверстию. Эльфу явно пришлось несладко. Его руки были прикованы цепями к двум столбам по обеим сторонам алтаря. К слову, я не припомнил, чтобы они там были раньше. Сам эльф был грязным, оборванным и, похоже, без сознания. Он бессильно повис на цепях, распластавшись на алтаре.

Какое-то время ничего не происходило. Потом к бедняге подошли двое, закутанные с головы до ног в темные плащи, и вылили на него бадью воды. Эльф очнулся. Поднял голову и взмахом откинул с лица волосы. Я ахнул, вскочил на ноги, не рассчитав сил, приложился головой о стену так, что перед глазами поплыли мушки. Девица подхватила меня под руку и мягко усадила на землю.

– Смотри и слушай, – прошептала она мне на ухо.

Я как завороженный прильнул к узкой щели.

Глава 34

Леон выглядел измученным, но в то же время сосредоточенным и собранным. Видимо, его били, я видел кровоподтеки и ссадины на руках и ногах эльфа. Тип в темном плаще встал рядом с прикованным эльфом и, развернув длинный свиток, начал зачитывать обвинение. А в том, что моего товарища обвиняют в чем-то серьезном, сомнений у меня уже не оставалось. Я внимательно прислушался.

Хотя лучше бы мне этого не слышать. Леона обвиняли в нарушении вековых запретов, наложенных еще эльфами – основателями города. И виной этому был я. Та злополучная свистулька, что лежала сейчас в моем кармане, была сделана из ветви священного дерева, и за эту сломанную ветвь Леону грозило наказание.

Это странное собрание трудно было назвать гуманным судом: тип в плаще только обвинял и не давал возможности оправдаться. Будь у меня возможность, я бы объяснил ему, что паренек не виноват, что он только хотел сделать мне приятное. Да и вообще, похоже, никто уже давно не рассказывал эльфам про важность этого священного дерева. Я отлично помнил, что и Эллина, и ее брат неоднократно жаловались на то, что молодежь совсем не знает своей истории.

– Как отсюда выйти? Я должен им сказать…

– Нет, тебе нельзя туда, это их дело, – перебила меня девушка и опять нахмурилась.

Я задумался: с одной стороны, мне не терпелось вмешаться в суд над невиновным эльфом, а в том, что я вижу именно суд, я уже не сомневался. С другой стороны, я мог только испортить все своим вмешательством. Как известно, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. В конце концов, эльфы действительно способны сами разобраться в своих делах.

Я вновь прильнул к щели.

– Лионель, сын элла Талиароса, за нарушение Закона приговаривается к изгнанию без права возвращения. Все мужчины из рода Талиароса также приговариваются к изгнанию, с правом возвращения через четыре века. Все женщины рода, не пожелавшие последовать за мужчинами, обязаны в течение года найти себе новых мужей либо покинуть город без права возвращения. Все имущество рода переходит в управление Совета старейшин…

За один маленький проступок наказывали не только мальчишку, но и всю его родню! Это сколько ж людей, то есть эльфов должны уйти из города? А сам Леон? Его изгнали навсегда! Какая-то чушь! Полнейший беспредел. Мне нужно немедленно выйти к ним! Должны же они послушать великого и могучего Странника? Даже если это будет мне стоить очень дорого! Уж лучше я покину этот город вместе с Леоном, чем стану терпеть такое и молчать.

Моя похитительница опять склонилась надо мной:

– Видишь, я говорила тебе. Они опасны. Их закон жесток, и они не знают жалости. Пойдем со мной, я выведу тебя из города.

– Ну уж нет, я прямо сейчас пойду туда…

– Нет! – вскрикнула она, но тут же снова перешла на шепот: – Пойдешь против их закона – они убьют тебя.

– Ты не понимаешь, я не простой человек, я для них…

– Странник, – перебила она. – Никто не выше их закона. Эльфы не люди и в сострадании видят не силу, а слабость. Послушай, ты только хуже сделаешь. Я за тобой восемь дней наблюдаю, они тебя слушать не станут. Соврут, обманут, но по-твоему не будет.

– Восемь дней? – удивленно переспросил я.

– Смотрела, как ты живешь. Ты слеп. За твоей спиной они говорят о тебе, и ты не слышишь.

– Но он мой друг! – возразил я.

– Эльф? – Лицо ее скривилось, словно она съела что-то горькое. Судя по всему, эльфов она ненавидела.

Отвлекшись на мою похитительницу, я чуть не пропустил происходящее снаружи. Услышав шум, я вновь прильнул к щели.

Тип в плаще перечислял имена тех, кому предстояло отправиться в изгнание, но, услышав одно из них, Лионель вдруг вздрогнул и вскинул голову.

– Нет, – звонко выкрикнул он, – нет!

Тип в плаще замолчал и повернулся к парню.

– Искупление, – негромко пробормотал Леон и опустил голову.

– Сын элла Талиароса просит об искуплении, – громогласно объявил судья, и мне почудились в его голосе знакомые нотки.

Над трибунами разнесся многоголосый гул: кажется, присутствовавшие одобряли происходящее.

– Что это за искупление? – прошептал я, надеясь услышать от девицы объяснения.

– Искупление, – эхом повторила она и замолчала.

– Ну? – не выдержал я.

Снаружи тип в плаще спрашивал трибуны, дать ли парню новую возможность, и предлагал голосовать.

– Я читала об этом обряде, – вдруг произнесла моя похитительница. – О, мне тоже нужно это увидеть. – Она опять чем-то зашуршала и негромко фыркнула.

– Что за обряд? – Я начал злиться.

– Сейчас увидим. – В ее голосе звучала заинтересованность. – Если я не ошиблась, это будет редкое зрелище.

Я растерянно посмотрел на спутницу, прильнувшую к новой щели в стене, и вернулся к наблюдению. Меж тем голосование завершилось, и моему другу решено было дать возможность искупления. Слова попросил присутствовавший при этом безобразии отец Леона, который сдержанно поблагодарил сына.

Тип в плаще заявил, что, если Леон сможет искупить свою вину, все обвинения будут полностью сняты и более никто и никогда не посмеет обвинить его и его род в этом преступлении. Двое эльфов, также в плащах, освободили Леона. Кажется, он был ослаблен, ему хватило сил только сползти с алтаря и сесть рядом на землю. Судья положил руку ему на плечо, наклонился и что-то прошептал, затем отошел в сторону. Леон поднял голову, и мне показалось, что он смотрит прямо на меня.

Я с трудом заставил себя остаться на месте и не броситься к нему на помощь. Девица, приведшая меня сюда, скорее всего права – если я стану вмешиваться, ситуация может получить непредсказуемое развитие. К тому же ничего страшного пока не происходило, наоборот, Леону дали возможность исправить свои ошибки и искупить вину. Трудно сказать, что за наказание ему придумают, наверняка что-то неприятное, но, во всяком случае, парню и его роду не придется уходить из города. Наверняка все должно разрешиться более или менее разумно, вот и эльфы проголосовали за второй шанс для паренька.

Пока я уговаривал себя не вмешиваться в чужие дела, появилось новое действующее лицо, и я совсем потерял способность соображать.

От трибун к Лионелю шла девушка. Она была абсолютно нага, волосы убраны в высокую прическу. Я видел только ее спину, но подсознательно я уже все понял, и мое сердце замерло. Она подошла к Леону и что-то сказала ему. Затем повернулась к трибунам и подняла вверх руки. Мне показалось, что я начинаю задыхаться.

В руках у Эллины была огромная чаша. Трибуны опять загудели…

Эллина поставила чашу перед парнем, встала за его спиной, погладила по голове и повернулась к типу в плаще. Тот протянул эльфийке какой-то предмет, и Эллина опустилась на колени. Я сообразил, что у нее в руке кинжал, только когда лезвие вспороло кожу от запястья до сгиба локтя. Кровь Леона потекла в чашу, но он опустил голову и не издал ни звука. Эллина ловко разрезала и вторую его руку, придержала сзади за локти, наблюдая, как кровь льется в чашу.

Я вскочил, с размаху ударил кулаком в стену, надеясь ее пробить. К моему изумлению, рука окуталась серебристой дымкой, и я почувствовал, как поддались камни стены. Девица рядом зашипела и, схватив меня за плечо, впилась в кожу ногтями. Я дернулся, но она повисла на мне и захрипела прямо в ухо:

– Нельзя!

– Пошла ты, – выдохнул я и, отшвырнув ее, отчаянно ударил по стене еще раз.

Незнакомка охнула и вновь вцепилась в меня. Вдруг я ощутил, что тело перестает меня слушаться и я, обмякнув, заваливаюсь на пол. Моя спутница упала рядом, тяжело дыша. Мышцы точно сковало, я не мог пошевелить и пальцем. Даже дыхание перехватило.

– Нельзя, ничего уже не сделаешь. Если помешаешь, будет хуже. Прости, сейчас сниму заклинание…

Я почувствовал, что горло отпускает и ко мне возвращается чувствительность.

– Я должен его спасти, – прохрипел я, с трудом поднимаясь.

– Нет, не получится. Поздно. Остановишь обряд и навлечешь беду на весь его род. Это его выбор, поздно вмешиваться.

Я и сам понимал, что опоздал. Слишком уж я расслабился, слишком доверчиво и легко отнесся к происходящему. Мне до самого последнего момента казалось, что ничего страшного случиться не может. А ведь эта девица предупреждала, что эльфы опасны. Черт возьми, если они так жестоко обращаются со своими, что же они делают с чужаками? Я сжал кулаки и вновь прильнул к щели в стене.

Было тихо, в этой безмятежной тишине все происходящее казалось каким-то чудовищным миражом. Когда кровь стала течь медленнее, Эллина аккуратно положила левую ладонь на глаза моего друга и резко дернула вверх. Леон безвольно вскинул голову, эльфийка коротко поцеловала его в лоб и одним движением вспорола горло. Кровь опять полилась в чашу, тело эльфа задергалось, но Эллина крепко обхватила его, не давая даже капле крови пролиться мимо чаши. Дальнейшее напоминало жуткую сцену на скотобойне.

В гробовой тишине обнаженная эльфийка орудовала клинком, расчленяя тело и буквально по капле собирая кровь в злополучный сосуд. У меня в голове все смешалось, мне казалось, что это страшный сон и я вот-вот проснусь. Несколько раз я отворачивался, и меня рвало, но раз за разом я, словно в извращенном фильме ужасов, возвращался к злополучной щели. Не знаю почему, но я еще на что-то надеялся. Наконец эльфийка закончила. Легко отбросив то, что когда-то было моим другом, она бережно подняла чашу и протянула ее типу в плаще. Я почти не удивился, когда тот откинул капюшон. Ксантерилл взял чашу и замер, держа ее на вытянутых руках перед собой. Эллина, вся перемазанная в крови, встала рядом.

– Чаша Искупления полна, – громко объявил Ксантерилл, – род элла Талиароса освобожден от обвинений.

Эллина улыбалась. Откуда-то с трибун раздался слабый женский всхлип.

Прошло немало времени, прежде чем я смог заставить себя что-то сказать.

– Зачем? – Это было моим первым словом. Это был вопрос сразу обо всем, я хотел знать, зачем я был здесь, зачем видел то, что мне показали, и зачем было все это? Зачем?

– Я об этом читала, но никогда бы не поверила, что смогу увидеть, – бодро откликнулась моя похитительница. – Проклятые эльфы, это и правда мерзко. Одно слово – твари. Жаль, никто не поверит, если рассказать.

Я вздрогнул. Рассказать? О чем? И кому бы я смог рассказать это? На кого я мог бы взвалить эту ношу, с кем разделить боль, навсегда поселившуюся внутри меня? Я и врагу бы не мог такого пожелать.

– Кто ты? – Я сидел на земле, в проклятую щель по-прежнему проникал солнечный свет.

– Я пришла за тобой.

– Ты знала, что будет с Леоном? – Я начинал злиться на незнакомку.

– Повезло, – ухмыльнулась девица, сидящая напротив меня. – Восемь дней следила за тобой. Проклятые эльфы ни на шаг от тебя не отходили. А потом услышала, что эльфика собираются изгнать. Я видела тебя с ним вместе, это был отличный шанс показать тебе их истинное лицо.

– Это так… – Я не смог подобрать слов.

– Я не ожидала, что изгнание перейдет в другой обряд. – Она брезгливо поморщилась.

– Но как же так? Зачем они…

– Обряд, – пожала плечами девица.

Я привалился к стене и закрыл глаза. Если девица не врет, то мне везет как утопленнику. Незнакомка умудрилась выбрать для своего появления самый подходящий момент и показать мне то, чего мне было не положено видеть. Как знать, может, я бы сейчас по-прежнему баловался магией там, возле статуи эльфийской королевы. А вечером обнимал бы Эллину и… господи!

– Как ты попала сюда?

– Я за тобой пришла, – с завидным упрямством сообщила она.

– Это я уже слышал. Как ты вошла в город эльфов, если сюда не пускают людей?

– Людей – да, но не меня, – не без хвастовства отозвалась она.

– Ты не человек? – нахмурился я.

– Не здесь. Здесь меня не существует, – уклончиво сообщила девица.

– Объясни проще. – Я устал играть в загадки.

– Магия, – пожала плечами собеседница.

– Эллина говорила, что человеческая магия не способна…

– Эльфийка не разбирается в возможностях человеческой магии, – перебила моя похитительница и добавила: – Это не простая магия.

– Золотая? – невесело уточнил я.

– Запрещенная, – радостно отозвалась она.

Я кивнул. Черт ее знает, что за магия, но девчонка и впрямь попала в город эльфов, и я сижу напротив нее, так или иначе, мы оба здесь. С этим приходится считаться.

– Надо уходить, эльфы быстро тебя хватятся.

– У тебя, может, и есть твоя магия, но у меня с этим большие проблемы. Я понятия не имею, как выйти из города, и притом незамеченным.

Девушка ухмыльнулась:

– Подземные ходы.

– Они не дураки, проверят и эти ходы.

– Проверят, когда вспомнят. За восемь дней, что я провела в городе, меня никто не нашел. Про эти ходы никто не помнит. Дворец возводил один из эльфов, который учился в Арсе, в столице Кавента. Он был отличным архитектором. Это он понастроил тайных переходов и подземных ходов. Такого добра всегда полно во дворцах. Эльфы сами до такого бы не додумались – людская школа. Сомневаюсь, что они вообще ими когда-нибудь пользовались. За кем им тут подглядывать? За века они и вовсе забыли об их существовании.

Я задумчиво взглянул на незнакомку. Все происходящее выглядело очень странным и безумно подозрительным. Самым логичным было бы сбежать от этой девицы. Но у моей похитительницы был ряд неоспоримых преимуществ: магия, оружие и моя беспомощность. Я уже смирился с тем, что в этом мире меня кидает из огня да в полымя с завидным постоянством. Но именно сейчас меня это вообще не волновало. Меня все еще штормило при мысли об эльфах и Леоне.

Ну почему именно я? Почему в этот проклятый мир не попал какой-нибудь Шварценеггер, или Чак Норрис, или кто там еще есть? Почему жизнь проверяет меня на прочность?

Девица продолжала сидеть напротив на корточках и пристально меня разглядывала. Кажется, я ее не впечатлял. Мне и самому не хотелось бы видеть себя со стороны, наверное, вид у меня был похоронный.

– Идем, – наконец сказала она и протянула мне руку.

Я ухватился за нее и попытался встать. И тут в ладонь мне врезалось что-то острое. Я испуганно дернулся, затем запоздало сообразил и резко рванул на себя руку незнакомки. Девица отшатнулась, но я уже клещом вцепился в нее. Я наконец вспомнил, где видел ее лицо.

– Ты умирала! – выдохнул я и еще раз взглянул на ее запястье.

Видимо, мое воображение разыгралось не на шутку. Я был уверен, что у нее на руке висит подвеска, та самая, один в один похожая на подвеску моей матери. Ничего подобного. Подвеска была, но другая – маленький шарик, чуть светящийся зеленоватым. Я отпустил девушку.

Она молчала, но мой выкрик, кажется, ее насторожил. Я прислонился к стене и тяжело выдохнул. Какова вероятность того, что девушка, однажды увиденная во сне, придет к тебе и круто изменит привычную уже жизнь? Примерно в районе ноля процентов, полагаю? Одному богу известно, что будет дальше.

– Кто тебя послал? – грубо спросил я.

– Я пришла сама. Чтобы тебя спасти… Прошу, не спрашивай больше пока. – В ее голосе послышались просительные нотки.

– Ладно, черт с вами со всеми, – махнул я рукой. – Пошли отсюда.

Глава 35

Кера сидела, прислонившись к дереву, и задумчиво смотрела в темноту леса. Рядом спал Странник, и, судя по всему, ему вновь снились неприятные сны. Девушка устало закрыла глаза. Длительное расставание с Алатеей тяготило Керу – постоянная тревога о судьбе госпожи не давала ей покоя. И даже сейчас, найдя Странника, девушка не могла не думать о ней… И вдруг на короткое время она стала своей госпожой. Это было странно и необычно. Кера словно оказалась в теле принцессы, ощущая ее мысли и чувства, предаваясь ее воспоминаниям…

Алатея задумчиво смотрела в окно. По Ледесской долине опять расстилался туман, Глейсвеил утопал в туманных облаках и из окон не было видно ни зги. Однако вид из окна успокаивал бывшую принцессу, во всяком случае, томительное ожидание не слишком раздражало. Внешне Алатея по-прежнему оставалась холодно-умиротворенной, но внутри у нее все кипело.

Некоторое время назад ей пришлось отступить от намеченного пути и в самый неподходящий момент менять направление. Теперь оставалось лишь ждать и верить в здравомыслие Керы. Раньше девочка не подводила никогда, поэтому и на сей раз тревожиться казалось излишним.

Куда больше Алатею волновали происходящие в королевстве перемены. Пока по милости неизвестного мага она бегала по чужому королевству в поисках упущенного, здесь, на родине, происходили опасные события. Теперь Алатее надлежало пересмотреть свою позицию в отношении короля. Слишком самоуверенная, она легко сбросила его со счетов. И это может стоить ей ее престола.

Король, сделав вид, что ничуть не заинтересован судьбой сестры, очевидно, тщательно продумывал свои ходы. Алатея, впервые услышав об этом, даже не могла поверить, что упустила из виду такой вариант развития событий. Теперь приходилось лишь надеяться на удачу Керы. Если девчонка сумеет освободить Странника из лап нелюдей быстро и чисто, Алатея еще поборется за свое место под солнцем.

Девушка вздрогнула и зябко поежилась. И все-таки последние события ее подкосили. Сперва она чуть не простилась с жизнью в проклятом лесу, затем эта странная встреча с отцом и наконец, полный крах первоначального плана и вынужденное возвращение. Впрочем, Алатея успокаивала себя тем, что подобные неурядицы – отголосок сложнейшего заклинания, призвавшего Странника. Уж этого-то следовало ждать. Никогда свершения подобной силы и значимости не могут пройти бесследно для совершающего их. Всякое заклинание имеет откат. Вероятнее всего, именно этот откат настиг Алатею в том злополучном лесу. А значит, ожидать повторения не приходится: дважды заклинание в одно место не бьет.

Алатея отвернулась от окна и окинула взглядом библиотеку. Если внимательно приглядываться и знать, что искать, еще и теперь можно было заметить следы призывного заклинания. Мог ли король узнать о ее планах? Или работает все же неудачное стечение обстоятельств? Главный придворный маг, несмотря на свою лояльность к ней, чрезмерно предан королю, и выяснить у него что бы то ни было так и не удалось. Хотя Алатея не особо рассчитывала на эту информацию, но, увы, иного источника во дворце у нее просто не было. Единственной возможностью узнать хоть что-то оставалось возвращение во дворец.

Как бы тяжело это ни было для бывшей принцессы, она была готова. Но пока следовало проявлять терпение. Что бы ни происходило во дворце, куда важнее встретить Странника с надлежащим приличием. Трудно сказать, каким он будет, одно ясно точно: Алатея не позволит более никому встать между ней и ее «добычей».

Алатея кивнула в ответ своим мыслям и вышла из библиотеки. Последние дни казались ей просто пыткой. Замок гудел как пчелиный улей, с увлечением обсуждая знаменательное событие. Даже строгие взгляды хозяйки не заставляли болтливую прислугу примолкнуть. Разве что на пару мгновений. Эта болтовня вкупе с томительным ожиданием колола Алатею больнее кинжала.

Тот злополучный день, когда, не сумев найти Странника на запутанных улицах города, она вернулась на постоялый двор, стал переломным моментом во всем путешествии. Алатею мало интересовало происходящее вокруг нее, все мысли были заняты поиском Странника. Но за ужином она краем уха уловила знакомое имя и немедленно насторожилась. Услышанное ее обескуражило.

Король по достоинству занимал свой трон. Так или иначе, в нем текла кровь его отца, да и коварство матери, похоже, он унаследовал с лихвой. Забыв о голоде и усталости, Алатея покинула постоялый двор и побежала по улицам города, взбудораженного взрывом в одном из кварталов Верхнего города. Ее уже не сдерживали напрасные опасения – слишком возрос риск. Странника следовало найти безотлагательно.

К своему удивлению, бывшая принцесса обнаружила свою телохранительницу на одной из улочек, в самом ужасном состоянии. Девчонка держалась из последних сил, да и удалось ее найти только при помощи заклинания – на магический призыв Кера не отзывалась.

Происходящее требовало самого тщательного разбирательства, но, увы, у Алатеи не было на это времени. Казалось, весь город пропитался стойким смрадом гари, тлена и горелой плоти, но Алатея чувствовала другой, не менее стойкий запах – магии. Возможно, любого другого мага в этом мире смутил бы этот аромат – магия была сложная, необычная. Но для Алатеи это было благоуханье победы. Она чувствовала магию Странника. Неинициированный, он не был способен работать с «ветвями силы», он, словно могучий корабль, пробивающийся сквозь волны, резал магию этого мира, проходя через нее. Даже тончайшие «веточки силы» выгорели дотла под его воздействием. Этот город можно было считать мертвым для магов. Сила сюда уже не вернется.

Пока Алатея прислушивалась к окружающему магическому фону, она заметила еще пару странностей. Сбивчивые объяснения Керы почти не добавили ясности. Со слов девчонки выходило, что в какой-то момент Странник не просто играл с силой, а потерял над ней контроль. И наемница отчего-то почувствовала это. Сомневаться в словах Керы не приходилось, кроме того, они подтверждались полностью исчерпанным запасом сил наемницы.

Однако представить, что Странник станет рисковать своей жизнью, Алатея не могла. Даже находясь на краю пропасти, никто в здравом уме не стал бы совершать подобное самоубийство. Быть разорванным силой – худшая из возможных смертей.

Алатея отдала практически половину своей энергии, чтобы восстановить силы Керы, и через несколько часов девушки уже были в седле. Кера, несмотря на слабость, держалась уверенно. Алатею же терзали сомнения. Ей предстояло принять сложное решение.

– Ты уверена в том, что показывает твой амулет?

– Да, я его видела, с ним была женщина.

– Эльфийка, не чистокровная, – кивнула Алатея. Ее заклинания показывали неизвестную эльфийку точно раскрытую книгу. – Впрочем, как и все они.

– Я вижу направление очень ясно, теперь все стало проще.

– О чем ты? – Алатея заинтересованно посмотрела на помощницу.

– После того что случилось. Я видела его. И теперь амулету как будто легче стало искать. Я могу видеть, как он отдаляется, едет очень быстро.

– Это хорошо.

Некоторое время Алатея молчала, затем решилась:

– Я возвращаюсь в Глейсвеил. А ты отправляешься за ним. Найди его и приведи. Если эльфы действительно похитили его, ты должна его освободить.

– Они могут увезти его в свой город.

– Город эльфов? Он еще существует? Интересно, чем они там занимаются? – скривилась Алатея. – Не важно. Вызволи его и привези ко мне.

– Я сделаю, но… – Кера смутилась. – Почему вы уезжаете? – Девушка перешла на шепот.

– Он женится. Король женится, – пробормотала Алатея в ответ.

Кера внезапно очнулась и открыла глаза. Ничего вокруг не изменилось, все так же она сидела под деревом в ночном лесу, и все так же стонал во сне Странник. Она поняла, что видела сон. Но, увы, не могла его вспомнить. Ей показалось, что она упустила что-то важное. Вот только что? Кера выругалась шепотом и вновь закрыла глаза, забывшись на этот раз простым сном без сновидений.

Моя спутница была не из разговорчивых. А я не горел желанием болтать. Пять дней мы гнали лошадей вперед, останавливаясь, только чтобы поесть или поспать. Погода также не сильно радовала, большую часть времени небо было затянуто сплошной серой пеленой, иногда моросил противный мелкий дождь. Ночевать приходилось в лесу, и на мне живого места не осталось от укусов насекомых.

Но и это было не столь уж большой бедой. Куда сильнее меня угнетало другое. Постепенно до меня дошел весь ужас произошедшего в городе эльфов. Я не мог даже думать об этом спокойно, на меня вдруг как будто что-то наваливалось, и становилось трудно дышать. Моя спутница, наверное, догадывалась о том, что со мной происходит, – я замечал взгляды, которые она украдкой бросала на меня.

Я так и не смог решить, был ли у меня выбор там, в городе эльфов. Мог ли я сделать что-то для спасения Леона или же моя спутница была права? Но сама мысль, что именно я стал причиной случившегося, не давала мне покоя. Злополучная свистулька словно огнем горела, стоило мне взять ее в руки. И все-таки я продолжал день за днем сжимать ее в кулаке.

Моя попутчица не была навязчива, она неоднократно пропадала где-то в лесу, стоило нам остановиться на ночевку, и вообще, казалось, не спешила вступать в диалог.

Как только мы выбрались из проклятого города, девица предупредила меня, что нас однозначно ждет погоня и нам как можно быстрее следует добраться до Авела. Несколько раз она заверяла меня, что погоня еще далеко, и я сделал вывод, что ее отлучки связаны с разведкой обстановки. Это выглядело логично.

Поэтому я старался ехать как можно дольше, пока совсем не темнело. Самое плохое, что мне начал сниться Леон. Сны эти были однообразны и неизменно заставляли меня просыпаться в холодном поту. Во сне эльф огорченно качал головой, голова качалась из стороны в сторону, набирая амплитуду, и, в конце концов отвалившись, катилась по земле, оставляя кровавый след. После таких снов заснуть было большой проблемой.

Моя попутчица казалась уверенной в себе и простой девушкой. Хотя временами ее манера общения выглядела излишне резкой. Впрочем, я быстро понял, что такой уж у нее характер. Я не сильно волновался о том, куда мы едем, ожидая, что в итоге мне придется встретиться с Кетоном. Ведь, кроме него и эльфов, о моем появлении в этом мире никто не знал. Я не сомневался, что маг будет меня искать. Тем более он не в курсе, что я их с Тарией буквально застукал. Возможно, я смогу некоторое время притворяться, что верю ему. По крайней мере, Кетон защитит меня от эльфов. Возвращаться к кровожадным нелюдям хотелось меньше всего на свете.

На шестой день, после полудня, мы приехали в Авел. С Конвером он не имел ничего общего. Город был так же сер и уныл, как и мое состояние. Но, слава богу, в последнюю ночь нашего путешествия Леон мне не приснился, и я чувствовал, что постепенно прихожу в себя.

До нужного дома мы добрались довольно быстро. Это был двухэтажный особняк, огражденный высоким кованым забором. Моя попутчица отчего-то не повела меня через парадный вход, мы вошли со двора.

Девица зажгла свой магический светильник и по узкой лестнице повела меня куда-то вниз. Я ни о чем не спрашивал. Определенно меня вели в подвал, где обнаружилась довольно приличная комнатка с кроватью, письменным столом, книжным шкафом и небольшим буфетом. На стенах горели факелы.

– Тебе придется подождать здесь, – сказала девушка, и я кивнул. – Здесь безопасно, эта комната полностью закрыта от магии. Эльфы не найдут. Я вернусь, когда избавлюсь от слежки.

– Эльфы? – нахмурился я. Мысль о том, что кровожадная Эллина преследует меня, заставила меня вздрогнуть.

– Эльфы, – кивнула она. – Я постараюсь недолго. В буфете есть вино и кое-какая закуска.

Я вздохнул и плюхнулся на кровать. Девушка еще раз внимательно на меня посмотрела и вышла. В замке повернулся ключ. Я напряженно прислушался. Спрятаться от эльфов в непроницаемой для магии комнате казалось хорошей идеей. Однако я оказался запертым в каком-то подземном убежище, и меня охватили сомнения. Ключ снова повернулся в замке, и я удивленно приподнялся с кровати. Моя спутница вернулась.

– Скажи свое имя, – с порога попросила она.

– Андрей.

– Анд Рэй, – повторила она, переиначив имя на свой лад и странно растягивая «э», и негромко фыркнула.

Дверь захлопнулась. Я улегся поудобнее и закрыл глаза. Интересно, почему мне не пришло в голову узнать ее имя? И я стал перебирать в уме все известные мне женские имена. Впрочем, ни одно из них моей похитительнице не подходило.

Время тянулось медленно. В буфете нашлось две бутылки неплохого вина и коробка печенья. Книги оказались занудливыми энциклопедиями, но среди них затесался учебник магии для начинающих. Чтение меня немного отвлекло от грустных мыслей. Жаль, что ненадолго.

Определить время суток я не мог, так что мне оставалось только гадать, день сейчас или ночь. Странно, но я не чувствовал страха. Наоборот, впервые за долгое время мне удалось не спеша поразмыслить над тем, что я сделал в этом мире и что меня может ожидать. И, как ни странно, выспаться.

А если девица заперла меня здесь, как в тюрьме, я даже не знаю, кто она. Быть может, она пришла вовсе не от Кетона? А может, это как раз Кетон проверяет меня на прочность. Я перебирал в уме разные варианты, но так или иначе выходило, что я вновь сам, добровольно позволил загнать себя в ловушку. И все это только по одной причине: доверчивость.

Я доверился Кетону и Тарии, позволяя им смеяться за моей спиной, доверился Эллине и эльфам, поверив в их благородство, а теперь так же нелепо поверил незнакомке.

Тария легко предала меня с Кетоном, Эллина оказалась просто зверем, а темноволосая девица заперла меня в подвале. И что в итоге? Я идиот каких мало. Расчудесный, сильный, могучий Странник – олух и простофиля. Я почти неделю провел с этой девицей и свято верил в ее россказни о погоне! Что, если никакой погони вообще не было? Что, если под предлогом безопасного укрытия она заманила меня сюда, чтобы я медленно и мучительно умер в темном подвале?

Хотя убить меня она могла и по дороге, притом не раз. Но мало ли. В общем, в голову начала лезть всякая муть.

Когда она появилась вновь, я уже изрядно проголодался. Печенье я уничтожил, и, по моим прикидкам, девчонка отсутствовала не меньше суток. Первым делом я схватился за протянутый мне бутерброд. Стоило мне начать жевать, девушка извинилась и принялась объяснять, что была вынуждена задержаться, уводя погоню. Она выглядела виноватой и раскаявшейся.

– Какого шерта ты меня жакрыла? – пробурчал я, не переставая жевать.

– Контур запечатывается при закрытии двери. Когда дверь заперта – ты в безопасности, магия тут не действует.

Я кивнул.

– Может, все-таки скажешь, кто тебя послал? – решил я еще раз попробовать выяснить интересующий меня вопрос.

Она на миг замялась.

– Пока не могу. Я отведу тебя в надежное место. Здесь скоро станет небезопасно.

– Допустим. Но ты не ответила. Так зачем тебе Странник?

– Тихо! – вскинулась она. – Не говори больше этого. – Голос ее стал напряженным. – Если не хочешь, чтобы тебя нашли, не кричи о том, кто ты!

– А почему я не должен хотеть этого?

– Конвер, – вдруг произнесла она.

Я замер.

– Я была там в ту ночь. Лучше тебе туда больше не соваться и вообще держаться подальше от Танерта, иначе это может закончиться плохо.

– Можно вернуться к эльфам, – мрачно съязвил я, но девушка моего сарказма явно не поняла и нахмурилась.

– Есть путь проще, – ответила она.

– Например? – Я уже начал понимать, что Кетон здесь действительно ни при чем. Правда, от этого ситуация выглядела еще запутаннее.

– Кавент, – прошептала девушка.

Я не сразу, но вспомнил, что это название соседнего с Танертом государства.

– Ладно, допустим. Но с чего я должен верить? – покачал я головой, вспоминая, что уже встречался с этой особой во сне. Мог ли и я ей присниться?

– Я привела тебя в наш мир, – нахмурилась она.

Я потерял дар речи.

Глава 36

По счастью, когда мы покидали место моего кратковременного заточения, была глубокая ночь. Я наспех дожевывал выданные мне бутерброды и торопливо шагал за спутницей.

Ее заявление вызвало во мне бурю эмоций, от негодования до ненависти, которые быстро сменились любопытством. Я засыпал девушку вопросами, но она не спешила делиться секретами. Все, чего мне удалось добиться, было обещание рассказать обо всем в более защищенном месте. Но я уже не верил обещаниям.

– Докажи, что это ты. Что ты вытащила меня из моего мира сюда.

Объятий ночи не боюсь,

Они порою лучше света.

Мой гость неведомый, развей

Зиму в душе и сделай летом.

Оставь надежду мне сейчас,

Скрой прошлое за темной мглою.

Далек пока рассвета час,

Останься до него со мною, –

процитировала она нараспев.

Я замер.

– То есть тогда ночью… это ты была Ли? – вырвалось у меня.

– Я, – кивнула моя спутница.

Выходило, что девица и впрямь вытащила меня через Интернет в этот проклятый мир. Я с трудом заставил себя промолчать, хотя мне очень хотелось выразить свою благодарность. Наверное, мое негодование читалось на лице.

– Я была вынуждена так поступить, – мягко улыбнулась она. – Жаль, что тебе пришлось ждать меня так долго.

– Ждать? Да я понятия не имел о твоем существовании! Ты меня сюда притащила, так хоть бы инструкцию дала! Как щенка в воду бросила: барахтайся как сможешь. Я понятия не имею, как быть, то Кетон, то эльфы…

– Кетон? – перебила она.

– Да, первым я встретил Кетона.

– Маг, – как всегда коротко уточнила девушка.

– Да, именно.

Она ненадолго задумалась и покачала головой.

– Не знаю. Нам нужно уходить. Я виновата, что ты попал в Танерт и к эльфам, прости. Теперь пошли.

– И что, это все? Просто прости?

– Теперь я буду тебя защищать, и проблем не будет, – пожала она плечами.

– Верится с трудом.

– Так ты хочешь здесь остаться? – Она выглядела рассерженной. Кажется, ее нервировали неудобные вопросы. А вот меня нет…

– Нет, я хочу, чтобы мне перестали врать! – резко заявил я.

– Хорошо, я никогда тебе врать не буду.

– Если это не ложь, – съязвил я.

– Я не лгу, – сурово отозвалась она.

– Если и это не вранье, – фыркнул я. – Ты еще скажи «мамой клянусь».

– У меня нет матери, – ровно произнесла она.

Я смутился.

– Ладно, просто я не могу больше верить на слово, – вздохнул я, прекрасно понимая, что все равно поверить придется.

– Поклясться на крови? – уточнила она все тем же спокойным тоном, и в руке у нее тотчас возник кинжал.

Я нервно сглотнул.

– Ну уж нет, с меня хватит крови. Веди меня в свое безопасное место, но тебе придется многое мне рассказать.

– Я расскажу тебе все, что знаю сама, – сказала она, глядя мне в глаза, и я по-настоящему поверил.

В долине лежал туман. С холма казалось, что кто-то разбросал серую вату, и из-под нее теперь торчат лишь узкие шпили какого-то замка. Я настороженно повернулся к спутнице.

– Ли, ты же не хочешь сказать, что живешь здесь, а?

Девушка лишь чуть приподняла бровь. Я начал даже привыкать к ее немногословности.

За те дни, пока мы добирались из Танерта в Кавент, она сама, кажется, ни разу не начала разговор. Из нее приходилось все клещами тянуть. Но отвечала она всегда четко, не юлила, не перескакивала на другую тему. Было в ней что-то похожее на простоту Эллины, но изрядно сдобренное угрюмостью и холодностью. Я довольно быстро понял, что она совсем не привыкла к общению. Во всяком случае, к общению с такими людьми, как я.

По ее словам выходило, что она вытянула меня из моего мира, потому что здесь очень нужен был Странник. Я так и не понял, почему именно меня. Девушка несколько раз убежденно говорила, что никто другой не смог бы стать Странником. Та же сложность была и с вопросом, почему именно она. Моя спутница, кажется, вообще не понимала, как она могла не притащить меня в этот проклятый мир. Ведь «мир нуждается в Страннике».

Я не смог выяснить, откуда в этой истории появился Кетон. Выходило, что маг просто влез в сложное заклинание, которое сам бы сделать не смог, и увел Странника прямо из-под носа у магички.

Про то, как она меня искала, девушка рассказывала охотно. И про то, как поехала в лес, и как неизвестные личности дали ей амулет для поиска, и как этот амулет связывал нас. Я поверил. В этом рассказе было много подробностей и мелочей, такое трудно придумать. Да и сам амулет я видел. И вот что странно – на вид это был самый обычный шарик, но стоило его коснуться… Я проверял несколько раз – на ощупь амулет был точь-в-точь как мамина подвеска. Будь я проклят, если понял, как это работает.

Еще я узнал, что мой странный сон вовсе не был сном и я действительно спас Ли в том лесу. Или, по крайней мере, принял в этом участие. Кто его знает, что творится в этом мире…

На самом деле, несмотря на долгую дорогу, времени на разговоры у нас почти что и не было. Путь наш был не из легких. На территории Танерта приходилось скрываться – все-таки я изрядно наследил в Конвере, а поскольку, как мне сообщила девушка, я умудрился выжечь все «ветви силы», то теперь там от магов не протолкнуться. Границу перешли тайно, и, хотя Ли заверила, что неприятных сюрпризов не будет, я все же понервничал. Потом я пережил несколько неприятных моментов, пробираясь сквозь дремучую чащу. Кроме того, часть дороги мы преодолели пешком, потому что лошади только мешали. К слову, коней мы меняли пять раз.

Конечную цель пути Ли обозначила довольно странно: дом. Там, «в доме, где она живет», я буду в безопасности.

Замок, который внезапно возник передо мной, не соответствовал тому, что я ожидал увидеть. Я вообще с трудом представлял, что Ли живет в таком поместье.

– Ты мне еще скажи, что это твой замок, а ты заморская принцесса.

– Нет, я не принцесса, – ровно, как обычно, откликнулась девушка и, пришпорив коня, не спеша поехала вниз по склону холма.

Я двинулся следом.

– Но замок-то твой?

– Нет.

– Ты живешь где-то рядом? – чуть расслабился я.

– Нет, я живу в замке.

– То есть у этого замка есть какой-то другой хозяин, – констатировал я.

– Хозяйка, – бесстрастно сообщила девушка, даже не глядя на меня.

– Разумеется, тоже маг? – уточнил я.

– Да.

Я тормознул коня и спрыгнул на землю.

– Помнится, ты обещала мне никогда не врать.

Девушка тоже остановилась и озадаченно смотрела на меня сверху вниз.

– Я тебе не вру.

– А сказать, что у тебя есть хозяйка, да еще и магичка, мне надо было, а? Очень похоже на вранье!

– Мне нельзя говорить об этом.

– Почему?

– У нее много врагов.

– Замечательно! А хозяйке твоей случайно не нужен карманный Странник, чтобы с этими врагами бороться? Я смотрю, ты как раз одного притащила!

– Не кричи, – нахмурилась Ли. Она спешилась, последовав моему примеру. – Здесь не стоит говорить о том, кто ты. Кругом много ушей.

– Ты обманула меня. На мои вопросы отвечала, что сама пришла за мной и тебя никто не посылал. И вот она, таинственная хозяйка. Хочешь сдать меня ей?

В руке у девушки мгновенно возник кинжал. Я вообще заметил, что она хватается за оружие по поводу и без повода. Но сейчас меня это не пугало.

– И что дальше? – Я почувствовал нарастающую злость.

– Не смей говорить о ней в таком тоне, – прошипела Ли, и кинжал ткнулся мне под ребро.

– Да плевать я хотел и на тебя, и на твою эту… как ее?

Кинжал исчез так же быстро, как и появился, Ли проигнорировала вопрос, взяла меня за руку и пристально уставилась мне в глаза.

– Пойдем.

– Не пойду. – Впрочем, я уже не был так уверен. Идти-то мне было некуда.

– Ты будешь в безопасности, вот увидишь.

– Я буду в зависимости от какой-то дамочки, – на чистом упрямстве продолжил я.

– Ты будешь в безопасности, – повторила Ли.

– Я это уже слышал не раз, и всегда это заканчивалось плохо!

– Только не здесь, – почти по-детски, с обидой отозвалась девушка.

– Я не хочу связываться с магами.

– Не связывайся.

– И не буду. Вот что, ты иди себе вперед, а я пошел своей дорогой.

Я думал, она станет меня останавливать или угрожать, но она промолчала. Отказаться от своих слов я уже не мог и демонстративно развернулся. У меня не было ни малейшей идеи, куда ехать. В карманах звенела лишь пара монет, и я даже толком не разобрался в местной финансовой ситуации. Один, в чужом мире, без средств – невеселая ситуация.

Мое единственное оружие – моя уникальность. Но быть Странником для меня означало попасть в зависимость от очередного мага. Возможно, стоит обратиться к кому-то посерьезнее, например к королю. Наверняка Странник для него будет полезной находкой. Но и мне, вероятно, придется совершать более серьезные поступки. Быть Странником на побегушках у какого-то короля ничуть не легче, чем быть Странником при каком-то маге. Так и так – плохо. Рыба, как говорят любители домино. Хотя, в конце концов, и тут люди живут. Проживем как-нибудь.

Я успел дойти до середины холма. Ли догнала меня и, ни слова не говоря, пошла рядом. Какое-то время шли молча, и в конце концов я не выдержал:

– Езжай к себе домой, зачем ты за мной идешь?

Девушка негромко фыркнула:

– Я обещала защищать тебя.

– Ну так я тебя освобождаю от твоего обещания.

– Ты не можешь.

– А кто может?

– Никто. Я уже обещала, значит, так будет.

Я невольно улыбнулся, все-таки Ли была довольно милой и даже немного забавной. Но главное – невероятно упрямой. Я остановился и внимательно посмотрел на нее.

– Слушай, а если твоя хозяйка решит причинить мне вред, ты тоже будешь меня защищать?

Девушка нахмурилась, словно я сказал что-то очень нехорошее.

– Хорошо, – наконец произнесла она после непродолжительной паузы, – обещаю защищать.

Такой щедрости я не ожидал, учитывая, что моя спутница, судя по всему, была беззаветно предана своей таинственной хозяйке. Что ж, придется идти в замок и быть осторожнее, чем раньше, а также пристально следить за этой магичкой. Посмотрим, чего ей от меня нужно и смогу ли с этим разобраться без вреда для себя. По крайней мере, сбежать я всегда успею. Надеюсь.

Глава 37

Крайс ан Тре небрежно оперся рукой о дверной косяк.

– Ждете новостей? – Его ухмылка, как всегда, была раздражающей.

Кетон вскочил с кресла и с размаху поставил бокал, который держал в руке, на стол. Бокал чуть слышно звякнул.

– Куда вы пропали? – Голос мага вибрировал, нервы его были на пределе.

С момента отъезда Тарии дни тянулись словно заговоренные. Проклятый имперец, который увез девушку, не удосужился даже наладить хоть слабенький канал связи. Никаких известий о них. Мало сказать, что не находил себе места. Он просто озверел.

Крайс негромко фыркнул и, как всегда бесцеремонно, вошел в комнату. Лениво зевнул, поморщился и покрутил головой, разминая шею. В полнейшей тишине, разумеется. Затем наглый имперец лениво плюхнулся на кресло напротив мага, и от его взгляда у Кетона по спине пробежал холодок.

– Ну… – задумчиво произнес гость и пристально посмотрел куда-то вдаль. – Вы допустили ошибку.

– Что?! – Нервы у Кетона не выдержали, и он взревел не хуже раненого зверя.

– Ваша девочка не справилась.

– Тария? – Кетона прошиб холодный пот.

– Сядьте, уважаемый, налейте себе еще вина. Тем более что спешить уже некуда.

– Некуда, – отозвался эхом Кетон и сел в кресло.

– Девочка была чудо как хороша, – все так же задумчиво пробормотал Крайс, – но вам следовало ее тщательнее учить. С такими амбициями иметь столь слабый запас энергии просто преступно.

– Где она? – Кетон в волнении сжал ручку кресла.

– У эльфов, разумеется. Когда прервался последний сеанс связи, я уже понял, что дело плохо. Как только ее раскусили, мне пришлось спешно отступать. И видимо, придется затаиться. Я не могу быть уверен, что нелюди не проследили, кто поддерживает самозванку.

– Вы бросили ее там? – ошарашенно выдохнул Кетон.

– Естественно. – Имперец оставался невозмутим. – Девочка слишком много себе позволила. Ее погубила самоуверенность. Вам стоило научить ее строго придерживаться инструкций и не заниматься самодеятельностью. Хотя я не могу отрицать, что только благодаря ее настойчивости мне кое-что удалось получить.

– Странник все еще там?

– Странник сбежал.

– Куда?

– Полагаю, скучные эльфийские лица ему изрядно поднадоели. И он поспешил вернуться к своей возлюбленной.

– Но Тария теперь там, у эльфов!

– Да, однако Странник этого знать не может. Я полагаю, он вернется к вам. Он ведь должен встретиться со своей невестой, верно? Так что мы просто посидим и подождем его здесь.

– Нет, невозможно! Тария… – Кетон вдруг ощутил, что его губы дрожат. Девушка, которая давно и прочно заняла огромное место в его жизни, была теперь для него потеряна.

– Когда он вернется за девочкой, расскажете, как бедняжка страдала и поспешила за ним следом. Я полагаю, эльфы не посмеют отказать Страннику и вернут ему вашу красавицу.

– Нет, – прошептал Кетон, – вы не понимаете. Ее уже нет.

Крайс чуть приподнял правую бровь и озадаченно взглянул на Кетона.

– Эльфы не впускают в свой город людей. У них очень строгий закон. Очень строгий. Если ее обнаружили… то казнили… на месте.

Крайс присвистнул и покачал головой.

– Уверены?

– Абсолютно.

– Мне стоит навести справки об этом. – Крайс резко помрачнел. – Впрочем, даже если вы правы, Страннику не надо знать этого. Как только он вернется, расскажите ему только мою версию. Не стоит говорить о таких мрачных вещах. Если эльфы убили бедняжку, Странник сам с ними прекрасно расправится. Вам лишь нужно поддерживать его. Будьте ему хорошим другом. Теперь прошу меня простить, я должен отдохнуть с дороги. Устал, знаете ли.

Имперец поднялся и стремительно вышел, не дав Кетону опомниться. Когда хлопнула дверь, Кетон словно очнулся и вздрогнул. Мысли в его голове смешались, он не мог сосредоточиться и чувствовал, что вот-вот потеряет над собой контроль. Он как никогда сейчас ненавидел Крайса. Проклятый имперец втянул его в этот водоворот, и теперь Тарии больше нет. До конца поверить в произошедшее маг был просто не в силах. Где-то глубоко внутри теплилась слабая надежда, что все еще как-то исправится. Но игнорировать доводы рассудка, отдаваясь на волю чувств, Кетон себе никогда не позволял. А трезвый взгляд на вещи говорил только об одном: Тарии нет.

Маг изучал эльфов достаточно долго и неплохо разбирался в их законах. Он прекрасно понимал, что закрытая территория эльфийского города слишком важна для них, чтобы прощать нарушителей границы. Тем более когда речь идет о Страннике. Если эльфы умудрились выкрасть Странника, вряд ли они готовы выпустить его из своих цепких рук. И появление любимой женщины Странника уж точно не входит в их планы. Наверняка им проще всего избавиться от Тарии под предлогом какого-нибудь древнего закона.

– Проклятье! – не сдержавшись, выругался маг.

Бессмысленная смерть Тарии казалась ему несправедливой. И виной тому был, несомненно, имперец. Впрочем, ему хватило рассудительности и здравомыслия, чтобы не забыть о договоре. Быть привязанным к империи теперь Кетону было не с руки. Неизвестно, был ли прав Крайс, надеясь, что Странник вернется к магу. Кетон вообще не готов был предсказывать дальнейшие поступки Андрея. Несмотря на показную изнеженность и слюнтяйство, он оказался довольно странным типом. Его действия не укладывались в рамки логики. Сперва он бросил красавицу Тарию, уничтожив ее бывшего возлюбленного, затем куда-то сбежал от эльфов. Куда и зачем он мог бы пойти в этом мире?

Кетон поднялся и подошел к двустворчатому шкафу. Покопавшись в нем, он извлек на свет книгу в истлевшем от времени кожаном переплете. Вновь усевшись в кресло, он открыл ее и погрузился в чтение.

Однако прочтенное ни в коей мере не устроило мага. Он раздраженно отложил тяжелый том и подошел к столу. Резко выдвинув один из ящиков, он начал нервно перебирать хранившиеся в нем бумаги. И неожиданно взгляд его наткнулся на мутный шарик, лежащий здесь же.

Кетон задумчиво протянул руку и повертел шар в руке. Белесая дымка внутри тотчас посветлела, медленно исчезая, и внутри шара, ставшего прозрачным, возникло женское лицо. Кетон что-то пробормотал себе под нос.

Девушка в шаре тотчас заговорила:

– Это уже третье сообщение, дядя, почему не отвечаешь? Что у вас случилось? Ты в порядке?

Кетон тяжело вздохнул, словно взволнованный девичий голос его раздражал. Но следующая фраза заставила мага вздрогнуть и внимательно прислушаться.

– Он здесь, дядя. Он в Глейсвеиле.

Утро следующего дня Кетон встречал в дороге. Ему предстояло преодолеть немалое расстояние и постараться стряхнуть с хвоста имперца. Удача вновь повернулась к магу лицом, и он не намеревался упускать новую возможность.

Найти Странника в этом огромном мире казалось непосильной задачей. Но, к счастью, Кетон все еще не был одинок. Были у него верные люди. Отдавать такой шанс империи маг не собирался. И даже магический договор его более не пугал. Империя нарушила соглашение первой, когда допустила смерть Тарии. Ради памяти своей ученицы Кетон решил навсегда отказаться от любых контактов с Крайсом. Теперь он вновь был сам себе хозяин и брал судьбу в свои руки.

Замок сиял. Это место не шло ни в какое сравнение с обшарпанным замком Кетона. По широким ступеням мы поднялись к высоким резным дверям и вошли внутрь. В просторном круглом зале меня в первую очередь поразил пол. Паркет был натерт так, что я видел собственное отражение. По обе стороны зала вверх расходились полукругом лестницы, устланные коврами. Помещение было заполнено светом, игриво преломляющимся в цветных витражах огромных окон и отражающимся от пола. Я застыл на пороге, совсем забыв, что пришел чуть ли не на поле боя.

Впрочем, моя спутница никакого благоговения к красоте этого места не испытывала. Широкими шагами она пересекла зал и стала подниматься по лестнице. Я растерянно проследил взглядом за цепочкой грязных следов, оставленных ее сапогами, и мысленно пожалел безнадежно испачканные ковры. Но долго сокрушаться мне не пришлось.

Я заметил ее не сразу, но уж когда заметил, не смог оторвать взгляда. По противоположной лестнице со второго этажа медленно плыла богиня. Девушка в белоснежном платье, белокурая и воздушная. Я внимательно разглядывал ее.

Она неспешно подошла ко мне.

– Приветствую вас в моем доме. – Голос у красавицы был нежный, но я вздрогнул.

Издалека она напомнила мне Тарию – те же светлые локоны, та же точеная фигура. Но вблизи я увидел нечто совсем иное. Эта женщина была аристократкой, даже мне это было видно невооруженным глазом. Во всем: в повороте головы, в легкой улыбке, в движении руки – сквозило благородство и сдержанность.

Я кивнул и хотел ответить на приветствие, но хозяйка меня перебила:

– Дорогой барон, я несказанно рада вашему приезду. Уверена, вы устали с дороги. Но сейчас время обеда, прошу, отобедайте со мной.

Я бы с большим удовольствием сейчас упал в горячую ванну, но отказываться от еды мне тоже не хотелось. Тем более у меня накопилась уйма вопросов, которые я хотел бы задать. К несчастью, прекрасная дама не давала мне такой возможности.

Она, не дожидаясь моего ответа, подхватила меня под локоть и потянула за собой. Мы пересекли два огромных зала и вошли в громадную столовую. Не давая мне опомниться, девушка продолжала светский разговор. Причем она так странно строила фразы, что казалось, будто я ей отвечаю.

– Дорогой барон Теорнесский, я знаю, что ваш путь оказался длинным. Ваши земли лежат почти на самой южной границе нашего королевства. И как я помню, они не слишком обширны. Мне чрезвычайно приятно, что ваша семья помнит о нашем родстве. Уверяю вас, я, как и вы, никогда не забываю своих корней. И хотя наши матери были лишь кузинами, мне всегда было приятно сознавать, что у меня есть такая достойная семья.

Я начал понимать, что меня принимают за кого-то другого. Но хозяйка не дала даже возможности возразить. Указав мне на стул справа от себя, она села во главе стола. По взмаху ее руки подбежал слуга и наполнил бокалы.

– Выпьем за нашу встречу, господин барон.

– Но я не…

– Вы правы, мы ведь родня, я буду называть вас по имени. Выпейте со мной, дорогой Велиэр.

Я бы встал и возмутился, но как раз в этот момент услужливый парень поставил передо мной тарелку ароматного супа. Мой усталый желудок жалобно заурчал, и я, плюнув на всю происходящую ерунду, крепко схватил бокал с вином.

– За вас, – бодро выдал я и, опрокинув бокал одним махом, взялся за ложку. Суп был невероятно вкусным.

Моя выходка ни в коей мере не смутила мою прекрасную собеседницу. Ее лицо ни на миг не изменило вежливо-глянцевого выражения. Она в столь же легкой манере продолжала непринужденно болтать, умудряясь при этом есть. Не знаю, как это у нее выходило, но она успешно покончила с супом, горячим и десертом, ни разу не подавившись, не шамкая, не бормоча с набитым ртом. И при всем том она так и не дала мне за весь обед вставить ни единого слова. Впрочем, вру, один раз я успел сказать «ага».

– Дорогой мой Велиэр, разумеется, вам известно о грядущем чудесном событии – свадьбе короля, и все мы определенно находимся в предвкушении этого празднества.

Разумеется, ничего подобного мне известно не было.

– Мне, как герцогине Ледесса, надлежит прибыть ко двору. Я и так задержалась здесь, в замке, сверх всякой меры. Но ваше послание растрогало меня, и я дожидалась только вас. Поверьте мне, судьба моей семьи для меня всегда стоит на первом месте. Я, несомненно, буду счастлива посодействовать в вашем деле. Вам давно стоило сообщить мне о том, что ваша сестра находится в столь затруднительном положении. Но не волнуйтесь теперь. Мы непременно отыщем ей достойного мужа. Я уверена, что девица такого благородного происхождения не останется старой девой. Я читала в вашем письме, что мужчины находят ее непривлекательной. Что она крупна в плечах, не обладает нежной девичьей бледностью и вольна в суждениях. Насколько мне известно, именно ее силами держится ваше имение. Ваша сестра невероятно сильная и мужественная девушка. Будьте спокойны, у нее будет достойный муж. Возможно, я смогу найти для нее и место при дворе. Вы верно поступили, приехав ко мне.

Я задумался. Выходило, что хозяйка принимает меня за какого-то барона, приехавшего искать мужа для не очень симпатичной сестры. Любопытно, что будет, когда ее ошибка раскроется? Если только… Если только вся эта сцена не напоказ. Что, если эта красивая герцогиня прекрасно осведомлена о том, кто я в действительности? Быть может, это какой-то тест? Или она просто не хочет во всеуслышание объявлять о моем появлении? Это логично. История с бароном откуда-то из дальних деревень вообще-то была весьма кстати. Хотя бы как временное прикрытие.

Закончив обед, красавица поднялась, не дожидаясь, пока я дожую чрезвычайно вкусную сдобу. Мне пришлось спешно вскочить, чтобы не выглядеть идиотом. Хотя, наверное, я все равно смотрелся по-дурацки, ведь второпях я засунул булку в рот целиком и со стороны, вероятно, напоминал запасливого бурундука.

Хозяйка все в той же слегка снисходительной манере продолжала вещать обо всем подряд. Я успел выслушать краткую историю ее семьи, преимущественно по женской линии, поскольку барон, за которого меня здесь принимали, очевидно, был сыном двоюродной сестры матери герцогини. Мне также провели небольшую экскурсию по замку и предложили выпить чаю в библиотеке.

Помещение библиотеки поразило меня до глубины души. Огромные стеллажи уходили куда-то ввысь, к потолку. Стены, пол, сам сводчатый потолок, стеллажи были деревянными. В воздухе стоял запах дерева и книг. Я постарался как можно глубже вдохнуть, чтобы насладиться им. Это место определенно стоило того, чтобы оказаться здесь. Оно было пропитано запахом знаний, накопленных за многие века. Меня заинтересовала система расстановки книг: на нижних полках стояли самые большие, чуть ли не метровой высоты тома, а ближе к потолку на узких полочках теснились совсем крохотные книжки. Я даже ощутил некоторый трепет, предвкушая возможность изучить каталоги книг в этой библиотеке. Могу поклясться, здесь найдутся самые невероятные произведения.

Слегка увлекшись созерцанием соблазнов, я не заметил, как слуга, принесший поднос с чаем, удалился, негромко хлопнув дверью. Но хозяйка словно ждала этого звука.

Мгновение спустя она подскочила к двери, запирая ее на ключ. Затем что-то сделала, и я увидел, как по стенам побежали бледно-желтые искры, сливаясь между собой и образовывая некую тонкую сетку, покрывшую весь периметр стен. Я задумчиво посмотрел вверх, пытаясь разглядеть, закрыла ли странная сеть потолок.

– Хм, – буркнула девушка рядом со мной, – вы правы, это будет не лишним.

И тотчас потолок тоже затянуло бледно-желтым.

– В пол заклинание вплетено, – предвосхищая мой вопрос, сообщила красавица.

– Значит, я теперь в ловушке? – мрачно уточнил я и уселся в ближайшее кресло.

– Вы видите сеть? – вопросом на вопрос ответила моя спутница.

– То, что вы сейчас сделали? – на всякий случай уточнил я.

– Да, – кивнула она. – Неудивительно, вы должны ее видеть, это очень близкая Странникам магия. Не хотелось бы, чтобы кто-то нас услышал.

– Значит, это не моя клетка, а только защита от прослушки? – как можно безразличнее осведомился я.

– У вас чудесное чувство юмора, – улыбнулась девушка. – Я прошу прощения за мой маленький спектакль за обедом.

Я внимательно посмотрел на нее, уж что-что, но в ее взгляде точно не было никакого раскаяния.

– Я понимаю, что вы вполне могли подыграть мне, но мне не хотелось вас утруждать.

– Если я мог, я бы подыграл, но я понятия не имею, о чем мы говорим. – Я устал играть в кошки-мышки.

Девушка слегка растерянно приподняла правую бровь, при этом став очаровательно милой. Я залюбовался.

– Кера? – задумчиво протянула она, и тут я наконец заметил, что девушка стоит в углу, подперев стену. Ее поза выражала крайнюю степень отстраненности: скрещенные на груди руки, угрюмая ухмылка, холодный взгляд.

Я вспомнил, что уже интересовался этим вопросом, но не успел его задать, и торопливо спросил:

– Так все-таки как тебя зовут?

Белокурая красавица вновь подарила наемнице внимательный взгляд.

– Ее имя Кера, не стоит ее винить, она не бывает многословна. Так уж принято у наемников, среди которых она росла.

– А мне сказала, что ее зовут Ли.

Хозяйка удивленно посмотрела на стоящую в углу девушку.

– Я не говорила, – хмуро отозвалась та.

– Но я тебя называл так все это время! – Я просто опешил.

– Ну, – мягко улыбнулась герцогиня, – разве это стоит волнений? Кера действительно когда-то откликалась на это имя. Ее зовут Кералия, так что можете называть как вам удобно.

Я смутился и понял вдруг, что говорю совершенно не о том, о чем следует. Кажется, хозяйка тоже поняла это.

– Мне очень жаль, что вам пришлось пройти через все это. Я не знаю пока всех подробностей, но я полностью признаю свою вину в случившемся с вами. Мне жаль, что я вытащила вас в этот мир.

Я задумался.

– А Ли говорила, что это она притащила меня.

– Действительно? – Впервые красавица на миг сбросила глянцевую маску и с раздражением посмотрела на наемницу.

Я вдруг заметил, что герцогиня не так уж и молода, как мне показалось вначале. Впрочем, даже в своем раздражении она оставалась привлекательной женщиной. Может, даже становилась еще более привлекательной. Наемница в своем углу даже не пошевелилась, только негромко фыркнула. Красавица вернула на лицо прежнюю улыбку и слегка кивнула мне.

– Кера действительно была здесь, когда я читала заклинание. И разумеется, она выступала проводником между нашими мирами.

– А какого черта вы меня сюда притащили?

– Мне жаль, – вновь без тени сожаления сообщила она.

– Э-э-э… – я немного растерялся, потому что не знал имени собеседницы, – леди, мне как бы не очень нужна жалость. Я предпочитаю что-нибудь пореальнее. Например, верните меня обратно. Я буду очень благодарен.

– Алатея, – заметила она мое смущение, – мое имя Алатея, герцогиня Ледесская.

– Очень приятно. Андрей.

Она кивнула.

– Ну так как насчет возвращения?

– Простите, это невозможно. Вы можете не верить мне, но я действительно сожалею, что мне пришлось вас втянуть в это. У нас не было иного выбора. Видите ли, этот мир стоит на пороге войны. И первым делом под удар попадет моя родина, наше королевство. Войска врага вот-вот выйдут к границе королевства.

– А я тут при чем?

– Мы знаем, что явление Странника никто не может предсказать. Но чем дольше Странника нет в этом мире, тем неустойчивее становится равновесие мира. Войны, эпидемии, природные катастрофы случаются все чаще. Наше королевство находится в опасности. Я не могла ждать пришествия Странника. Мне пришлось самой создать историю. У меня не было выбора. Я хочу защитить свой народ.

– Стоп-стоп-стоп, а разве это не дело короля? Раз он управляет страной, он должен бы разобраться со своими врагами. А я так понял, что у него свадьба вместо военных сборов.

– Король молод.

– Ну у него, наверное, есть советники или кто там? – начал злиться я.

Она подошла к окну и задумчиво посмотрела вдаль.

– Король не готов к войне.

– Чудесно, а почему именно вы занимаетесь этим? Почему вы собираетесь защищать страну?

– Потому что я могу, – спокойно сказала она.

– Ясно, только вот я читал хроники о Странниках. По-моему, наоборот, они только и занимались тем, что воевали и пытались завоевать мир… Какое уж тут равновесие.

– Просто ни один Странник не достиг своей цели… Всегда что-то мешало, но тем не менее появление любого из них было событием… – Она внимательно посмотрела на меня. – Странники сами творят свою судьбу.

Глава 38

Разговор с герцогиней затянулся на несколько часов. Но, как ни странно, к концу беседы я проникся к ней уважением. Она определенно была воспитана в лучших традициях и владела словом. Разумеется, я засыпал ее вопросами, и ее ответы были предельно открыты, понятны, но в то же время полны какого-то необъяснимого самоуважения и гордости. Она легко признавалась в самых разных поступках, но при этом ни разу я не услышал в ее голосе неуверенности или сожаления. Например, рассказ о том, что я вызван в этот мир при помощи запрещенной магии, за использование которой положена жесточайшая казнь, в ее изложении звучал так, словно это величайший геройский поступок. А тот факт, что я по ее милости оказался втянут во всю эту кашу, выглядел легким недоразумением.

Мне понравилось ее слушать. В кои-то веки мне в этом мире отвечали на все мои вопросы. Даже на самые неудобные.

– И что же, я так понимаю, вам тоже нужен Странник? Как и всем другим до вас. Для своих собственных целей, разумеется. Но спешу огорчить, я не собираюсь им становиться.

– А вы можете, к примеру, перестать быть мужчиной?

– Что? – опешил я.

– Просто перестаньте быть мужчиной. Станьте женщиной.

– Ну знаете ли, это уже просто…

– Вы не можете, – перебила она. – Вы не можете не быть Странником. Вы уже Странник. Неинициированный. Но так или иначе вы все равно дойдете до Храма. Просто потому, что это ваша судьба. Вы поймете это, быть может, не сейчас, но поймете.

– Хорошо. – Я тяжело вздохнул, потому что в ее словах была определенная логика. – Но что, если я не хочу помогать вам? Что, если я уйду?

– Ваше право, – спокойно отозвалась она. – Я не намерена вас задерживать. Видите ли, для меня не имеет значения, где вы находитесь. Пока вы в этом мире, он находится в гармонии. Став Странником в полной мере, вы и вовсе уничтожите проблему. В любом случае вы здесь, и теперь мир в безопасности.

– А если война все-таки начнется?

– Я верю, что этого не случится. Но если… – Она ненадолго замолчала. – Значит, это нужно для равновесия. Я постараюсь защитить свой народ как смогу. И буду верить в силу Странника.

Мне эта философия показалась несколько странной. То она самыми немыслимыми способами притаскивает меня в этот мир, то вдруг со смиренной покорностью отпускает восвояси.

– Значит, я свободен? Могу уйти?

– Вам есть куда идти? – Она спрашивала все тем же спокойным бархатным голосом, и я отчего-то поверил, что ей и вправду все равно, уйду я или останусь.

– В последнее время я вообще не верю, что кому-то есть дело до того, что со мной происходит, – устало откинулся я на спинку кресла.

– Быть может, я смогу вас убедить в обратном. Но, увы, как я уже говорила, обстоятельства вынуждают меня покинуть замок. Если вы окажете мне честь и будете моим гостем, по возвращении мы вновь обсудим это. Если же вы желаете уйти… завтра утром я дам вам векселя, которые обеспечат вас достаточными средствами.

– И с чего бы такая щедрость?

– Вы Странник, а я причина многих ваших неурядиц. Я виновата в том, что вы попали в плен…

– В плен? – перебил я.

– К нелюдям. – Она брезгливо поморщилась. – Поверьте, я не знала, где эти твари укрыли свой город, но благодаря Кере мы его нашли. Вероятно, омерзительное место.

– Нет, – возразил я, – город эльфов прекрасен.

– Но не они сами, – высокомерно проронила Алатея.

– Я не был у них в плену. Я был их гостем, и со мной обращались как с самым дорогим другом. Эллина… – Я осекся. – Эльфийка не единожды спасла мне жизнь.

– Ложь, – вдруг отозвалась из своего угла наемница. Мы с герцогиней синхронно повернулись к девушке. – Ложь, – повторила она.

– Она заслонила меня собой на охоте, это было еще у Кетона! – Хотя мысль об Эллине заставляла меня чувствовать себя не в своей тарелке, я не мог отрицать реальных фактов.

– А покушение организовали эльфы, – равнодушно сообщила Ли.

– Это неправда! – Я аж задохнулся.

– Восемь дней в эльфийских подземельях дают много интересной информации. Этот темноволосый, с презрительной рожей, с которым твоя подружка все время таскалась, рассказывал, как он успешно спланировал и устроил нападение. Нелюди с первого дня искали возможность увести тебя у мага. Эльфийка все сделала, чтобы приблизиться к тебе.

Я закрыл глаза и мысленно прокрутил в голове все моменты, хоть как-то связанные с Эллиной. Выходило действительно странно. То, что я принимал за верность и дружбу, вполне могло быть удачной игрой на моих чувствах. И быть может, Эллина была даже коварнее Тарии в этой игре.

– А еще она хотела ребенка от Странника, – с ухмылкой сообщила наемница.

Я нервно сглотнул.

– И все же нелюди весьма неосведомленны, – негромко произнесла Алатея. – Чтобы родить ребенка от Странника, следует знать несколько простых вещей.

– Например? – прошептал я, чувствуя, что по спине течет капля пота. Тема, которую начали мои собеседницы, меня совершенно не воодушевляла. Чего-чего, а детей в этом мире мне однозначно сейчас иметь не стоило.

– Чтобы быть матерью такого ребенка, нужно быть женой Странника. Не важно, какой закон это признает, главное, чтобы признал мужчина.

– То есть пока я сам не назову женщину своей женой, детей у меня не будет? – осторожно уточнил я.

– Верно, – кивнула она.

– А если я не захочу, например. Мало ли, может, я такой ветреный тип – сегодня одна, завтра другая…

– Вы Странник, вы вольны поступать как хотите.

– А если… – Я осекся, понимая, что разговор опять увел нас в совершенно иную сторону. Герцогиня знала очень много и легко делилась знаниями, но вот кто даст гарантию, что она не лукавит? Но мне действительно некуда было идти, и я принял решение. – Я предпочел бы завершить этот разговор завтра.

– Увы, я покидаю замок ранним утром, – задумчиво отозвалась красавица.

– Хорошо, я дождусь вашего возвращения.

– Благодарю. – В этот раз в ее голосе действительно звучали эмоции, она казалась довольной. – Мой замок – ваш дом. Располагайтесь, чувствуйте себя свободно. Все слуги будут осведомлены, можете в любое время пользоваться их услугами. И конечно, Кера останется с вами и постарается рассказать все, что вы захотите узнать.

Я с сомнением покосился на молчаливую наемницу. За время нашего знакомства она ни разу не удосужилась развернуто ответить ни на один вопрос. Так что долгих познавательных бесед мне ждать не приходилось.

Затем мы распрощались, и слуга отвел меня в мои новые шикарные покои. Они действительно впечатляли. Несколько комнат, обставленных богато позолоченной мебелью, и спальня с огромной кроватью. Едва оставшись в одиночестве, я разделся и нырнул под одеяло.

Во всяком случае, дождусь возвращения Алатеи, решил я, а там будет видно. Если красавица мне пудрит мозги, уйти я всегда успею. А вот узнать побольше о себе и своей роли в этом мире мне не повредит. После всех приключений хоть отосплюсь нормально и поем по-человечески. Герцогиня пока не внушала доверия, поскольку все, что случилось со мной в этом мире, можно охарактеризовать одной фразой – все беды от женщин. Я решил просто переждать. До того момента, когда речь зайдет об использовании моих способностей. Вот тогда и посмотрю, что к чему.

С подобным ощущением иллюзорной свободы я заснул в первый свой день в Глейсвеиле.

Дни в замке летели невероятно быстро. Я отдыхал, отъедался и осваивался. Ничего особенного не происходило, и я расслабился. Правда, перед сном порой находило чувство неуверенности. А с приближением дня возвращения герцогини я начал испытывать беспокойство. Я понимал, что, вернувшись, красотка Алатея начнет заманивать меня в пресловутый Храм. Но выбор у меня так или иначе небольшой. Да, разумеется, уйти в неизвестность было бы неплохо, но девушка права – я Странник. И пусть мне это не по душе, но в этом мире я чужой.

Даже если я найду возможность как-то жить и зарабатывать, я никогда до конца не стану здесь своим. Рано или поздно все поймут, кто я такой, и тогда мне придется либо вечно скитаться и прятаться, либо принять все таким, как есть. Мне придется стать Странником. Оставалось лишь дождаться условий, которые предложит герцогиня. Быть может, меня устроит ее предложение.

За время ожидания я кое-что успел узнать о хозяйке замка и понял, что наемница безумно обожала свою госпожу и готова была исполнить любой ее приказ с точностью до последней буквы. Еще я узнал, что Алатея определенно очень сильный маг. И вообще женщина с характером. О ней наемница могла рассказывать часами, но, как ни странно, это раскрывало и ее саму.

Разумеется, она была все той же грубоватой девицей, то и дело хватающейся за оружие. Но теперь эта девица казалась дружелюбной. Да и ее извечные клинки меня уже не пугали. Она действительно отлично обращалась с холодным оружием. И, к слову, легко согласилась дать мне пару уроков. Воителя из меня не вышло, зато девушка повеселилась на полную катушку. Глядя на то, как она потешается над моей неуклюжестью, я окончательно проникся к ней симпатией. В конце концов, она старалась, как могла.

В итоге мы в некотором роде подружились. Все равно она постоянно находилась рядом. Так что слово за слово я рассказал ей кое-что о себе и кое-что узнал о ее жизни. Девушка выросла среди наемников, и я, послушав ее рассказы о детстве, раз и навсегда простил ей угрюмую неразговорчивость в начале нашего знакомства. Очень похоже, что она вообще не привыкла долго говорить и предпочитала всякому слову действие. Как и полагается воину.

Но вот наконец вернулась герцогиня. Она выглядела слегка уставшей, но довольной. Я даже растерялся, когда увидел красавицу в дверях своей гостиной.

– Леди!.. – Я подскочил с кресла.

– Господин… барон, – с усмешкой кивнула она в ответ.

Я тоже улыбнулся. Наемница уже просветила меня, что в моих комнатах прослушка мне не грозит. Так что играть роль приезжего родственника мне не придется.

– Как поездка? – формально поинтересовался я. Просто чтобы завязать беседу.

– Вся столица гудит, празднество грозит быть широким и долгим. Это очень утомляет, – ответила она, и я заметил легкие морщинки в уголках ее глаз. Похоже, предсвадебная суета ее и впрямь утомила.

– Ну невеста-то красивая? – поинтересовался я, зная, что это единственное, что волнует всех женщин.

– К сожалению, я не имела возможности с ней познакомиться, – как-то недовольно проговорила Алатея.

Я улыбнулся:

– Увидите на свадьбе.

– Простите, Андрей, – моя гостья пересекла комнату и села в кресло, – мне удалось под благовидным предлогом избежать присутствия на этой свадьбе. Видите ли, я предпочитаю быть здесь, с вами.

Я насторожился. Видимо, вот оно – сейчас я выясню, что же от меня нужно сиятельной особе.

– Поймите меня правильно, я действительно ощущаю себя виноватой. Слегка, – она вновь улыбнулась. – Но, разумеется, я ни в коем случае не поступила бы иначе, будь у меня шанс вернуться в прошлое. Мне нужен Странник. Он нужен моей стране. И моему миру.

Она говорила негромко, без особых эмоций, но отчего-то я проникся. Мне и раньше говорили, что я здесь очень важен и нужен, но Алатея… Она, кажется, реально верила в то, что говорит. Она и правда хотела, чтобы этот мир жил в гармонии. Ну или она очень и очень правдоподобно играет свою роль. Черт их знает, этих женщин, пока что мне встречались одни обманщицы.

Я внимательно слушал долгую речь герцогини. Она рассказывала о том, как Странники могли изменить мир. Алатея явно была осведомлена лучше других, вообще ее открытость и прямолинейность впечатлили меня еще при знакомстве.

– Вы всегда говорите так открыто? – не выдержал я и перебил ее в тот момент, когда она рассказывала об особенностях магии Странников.

– Открыто? – переспросила она и задумалась. – Видите ли, я не намерена скрывать ничего от вас. Во-первых, я рассчитываю стать вашим другом. Разумеется, в этом есть корысть – иметь в друзьях Странника выгодно. Но я питаю надежду, что вас моя дружба не обременит. Во-вторых, как я говорила, я чувствую себя виноватой и обязанной. Я привела вас в этот мир, и по моей вине вам пришлось столько перенести. В-третьих… – Она замялась, но потом, вздохнув, продолжила: – Я поговорила с Керой. Она рассказала мне все, что узнала о вас со дня знакомства. И я полагаю, что после лживых нелюдей любая форма обмана может вызвать у вас категорическое отрицание. Мне бы не хотелось, чтобы Странник считал лгунами всех жителей нашего мира. Сомневаюсь, что это хорошо скажется на равновесии.

Я кивнул и уточнил:

– Вы говорили с Лией сегодня?

– С Лией? – недоуменно переспросила герцогиня.

– О, извините, с Керой. Это досадное недоразумение с именами. Я так и не привык называть ее Кералией или Керой. А на Ли она отказалась отзываться.

– Почему? – искренне удивилась Алатея.

– Честно говоря, не знаю. Сказала, что в этом замке так ее называть не будет никто. Мы сошлись на компромиссном варианте.

– Лия… – задумчиво протянула герцогиня.

Я улыбнулся.

– Не очень-то подходящее для нее имя, но я уже привык.

– Вы правы. – Улыбка красавицы искрилась весельем.

– Значит, она рассказала все, что происходило в ваше отсутствие? – уточнил я. Я, конечно, не особо откровенничал с наемницей, но все равно неприятно было осознавать, что она побежала доносить все хозяйке.

– Трудно сказать, Кера говорит, что вы не очень разговорчивы с ней. В основном она говорила о том, что было у эльфов. Но я бы хотела узнать вашу версию. И… – она запнулась и наклонилась ко мне ближе, – расскажите, за что вы так жестоко расправились с лордом Дейтоном.

Я замер. Откуда она знает?

– Я была там, это невероятно! – В глазах герцогини зажглись какие-то нездоровые искры. – Такая сила, такой направленный удар. Ни одной «ветви» не осталось, все выгорело. Полное разрушение источника. Великолепно исполнено.

Я ошарашенно смотрел на нее. Мне кажется или герцогиня действительно думает, что я целенаправленно разнес чуть ли не квартал? И что мне отвечать на это? Сказать правду или изображать из себя героя?

– Эта сила, – осторожно начал я, – не поддается моему контролю…

– Превосходно, чистый всплеск, неограниченная энергия. Но, думаю, после того как вы решите посетить Храм, все-таки придется действовать иначе…

Я внимательно слушал. Из ее рассказа вырисовывалась любопытная картинка. По словам Алатеи, Странники в силу своей особенной природы способны менять любой фон в этом мире. Например, изменить погоду, или ландшафт, или, как вышло у меня, магический фон. То есть я могу сам создавать источники магии и разрушать их, переплетать «ветви силы» и так далее. Как Странник неинициированный, я, конечно, сделаю это очень коряво. Но вот после инициации Странник получает специфическое умение. Оно может быть разным… Ну об этом я уже слышал, жаль, что Алатея тоже об этом толком не знала.

Любое равновесие – это взаимодействие двух или нескольких сил. Однако разбалансировка ведет к тому, что каких-то сил становится больше. Так уж сложилось, что накапливаться имеет свойство именно негатив, что-то отрицательное, злое, плохое. Больше агрессии, ненависти, зла. И тут у мироздания есть два пути: либо убирать излишки негатива, либо добавлять что-то положительное. Ну и если уж совсем по-простому: сперва что-то нужно сломать, убить, уничтожить, а потом на этом месте создать что-то новое.

Поэтому и Странники приходят в мир разные. Одни Странники – разрушители, другие – созидатели. Ну и по логике вещей они приходят по очереди. Сперва один разрушает что-то застарелое, закоснелое, уничтожает фундамент негатива. А потом приходит другой и создает что-то новое, до того времени неизвестное.

Я призадумался и осторожно уточнил:

– А тот, что был до меня, он был…

– Разрушение, – тут же отозвалась герцогиня. – Ваш предшественник перекроил континенты и политические границы стран. И он действительно двигал горы, как говорят. Несколько крупных кряжей – его работа. Он не смог закончить свое дело, не разрушил Морриг. Но тогда это было невероятно сильное государство. Не чета нынешнему. Поэтому мы живем в мире благодаря Михаилу. Но даже его основное умение скрыто от всех… только догадки.

Я вздохнул. Выходит, мне досталась роль созидателя. Ну это, по крайней мере, не так отвратно. Я как-то не склонен к кровопролитным войнам.

Словно в ответ на мои мысли, Алатея продолжила:

– Когда я нашла вас в вашем мире, я знала, что несу огромную ответственность перед своим домом. И я очень хотела, чтобы новый Странник был не просто созидателем, но и человеком с чистым сердцем. И с талантом. Я знаю, что вы поэт и писатель. Уверена, что в новом равновесии этого мира будет прекрасно все.

Я молчал. Выходит, мои таланты загнали меня в могилу. С одной стороны, это чрезвычайно раздражает, но с другой… все-таки приятно.

Герцогиня вызвала слуг, велела накрыть ужин у меня в гостиной, и мы проговорили до позднего вечера.

Глава 39

Неделя превратилась в две. Две – в четыре, четыре – в восемь. А мне все так же нравилась компания Алатеи. Ее безупречные манеры, ее открытость и уверенность. С ней было легко и свободно. И, что немаловажно, она не планировала затащить меня в постель. Я довольно быстро перестал сравнивать герцогиню с Тарией. Герцогиня выигрывала у моей бывшей пассии по всем параметрам.

Я расслабился. Просто жил. Читал книги по истории этого мира, по магии и понемногу разбирался во всем этом. В кои-то веки никто не называл меня Великим Странником, никто не ждал от меня каких-то свершений и не настаивал на походе в Храм. Я несколько раз заводил разговор на эту тему, надеясь все-таки узнать, в чем корыстный интерес Алатеи. Не верил я до конца в бессребреников, даже если речь шла о прекрасной герцогине. Но всегда получал один и тот же ответ: достаточно того, что я просто существую. Когда придет время, я сам решу, что пора идти.

Меня это более чем устраивало. Во всяком случае, ощущение, что меня водят за нос, постепенно сошло на нет. В замке все называли меня бароном, и я как-то свыкся с чужим именем. О судьбе настоящего барона Теорнесского я знал мало, но герцогиня заверила меня, что, даже если найдется кто-то, кто захочет проверить мою легенду, все будет в лучшем виде. Барон действительно покинул свое поместье и живет инкогнито в отдаленном месте. И его сестра, на самом деле не очень привлекательная, но деловая и сильная духом девушка, в скором времени получит предложение руки и сердца.

Однажды, гуляя по длинным коридорам замка, мы с герцогиней разговорились о ее владениях. Красавица поделилась со мной информацией о принадлежащих ей землях, поселениях, о денежных средствах и так далее. Я привык к откровенности Алатеи, но столь подробный рассказ меня несколько смутил. Девушка оказалась баснословно богата и признавалась в этом легко, как обычно слегка улыбаясь. Мы остановились у окна, и герцогиня показала мне поселение, лежащее вдалеке, там, по ее словам, располагался крупный цех по производству мебели. Ну или что-то в этом духе, я не очень вслушивался. Стоя рядом с герцогиней, я вдруг уловил легкий аромат ее духов и невольно придвинулся чуть ближе. Она пахла чем-то неуловимо знакомым, легким и возбуждающим. Мне показалось, что я давно знаю этот запах, буквально с детства, что-то связанное с морем или, быть может, с жарким летом. Мне вспомнилась единственная фотография, привезенная родителями из Очамчиры, увы, мне тогда было только пять, этот семейный отпуск я практически не помню. Но запах… возможно, это воспоминание именно тех жарких летних дней.

Герцогиня что-то спросила и, не дождавшись ответа, повернулась ко мне. Мы стояли так близко… Ее ресницы дрогнули, и она внимательно посмотрела мне в глаза. Я слышал ее дыхание. Не удержавшись, я провел рукой по ее волосам, она вздрогнула, но не отстранилась. На щеках ее заиграл румянец. Впрочем, она не выглядела смущенной, лишь слегка удивленной. Я придвинулся еще ближе и прижал ее к себе, обняв за талию. Алатея чуть слышно охнула. Черт возьми, это был невероятно восхитительный поцелуй.

Но через мгновение девушка отстранилась. Я замер, боясь спугнуть. На ее лице вновь расцвела улыбка, чуть грустная, пожалуй.

– Вернемся в вашу гостиную, – негромко сказала она.

Я кивнул. Обратно мы шли молча. Я думал, что, возможно, надо бы извиниться за свою несдержанность, но в то же время я хотел продолжения. Она мне нравилась, и даже больше чем просто нравилась. Я вдруг осознал, что давно восхищенно смотрю на нее. Что за прошедшие недели я проникся к ней симпатией, не просто как к другу. И это несмотря на то, что она не давала никаких авансов. Влюбленность? Любовь? Бог его знает. Но меня к ней тянуло.

Закрыв дверь изнутри, герцогиня пересекла комнату и села в кресло. Я сел напротив.

– Андрей, – здесь она всегда обращалась ко мне по имени, не боясь быть услышанной, – я должна сказать вам…

Я вдруг почувствовал себя полным идиотом.

– Простите меня, Алатея, не знаю, что на меня нашло, – перебил я ее.

Она посмотрела на меня долгим, задумчивым взглядом.

– Ничего, это бывает, – ровным голосом ответила она и легко перевела разговор на другую тему.

Минут двадцать мы обсуждали ужин и кулинарные изыски замкового повара. Затем она встала и сообщила, что уходит.

Я проводил ее взглядом до двери и зачем-то пробормотал:

– Подождите.

Она обернулась и посмотрела вопросительно. И я понял, что мне плевать. Плевать, сочтет ли она это неприличным, или откажет, или, быть может, найдет мои устремления смешными. В конце концов, мужчина я или нет? Это романтичным девицам пристало вздыхать о возлюбленном, сидя у окна. Но никак не мне.

– Алатея, сегодняшний поцелуй…

– Андрей, – теперь уже она перебил меня, – для любой женщины этого мира даже доля внимания Странника – великая честь.

Я поморщился, в таком ключе разговор мне совершенно не нравился.

– Многие отдали бы все, лишь бы иметь возможность быть рядом с вами, – продолжала она. – Поверьте, я не исключение. Меня, несомненно, притягивает возможность быть рядом с вершителем судеб мира. И знаете, Андрей, эта страсть усугубляется личной симпатией. Вы мне нравитесь. Уж поверьте, не так часто встречаются умные мужчины, способные трезво смотреть на жизнь. И, что еще важнее, говорить с женщиной на равных. Боюсь, среди наших аристократов таких, как вы, можно перечесть по пальцам одной руки. Кроме прочего, я уважаю вашу силу духа, вы смелый человек. А потому простите мне мою сегодняшнюю слабость. Вы слишком хороши для меня, и я не могла удержаться. – Она слегка покраснела.

Я от такой речи, мягко говоря, обалдел. И как теперь себя вести? С одной стороны, Алатея прямо сообщила, что я ей нравлюсь. С другой – вся эта история со Странником… В чем в чем, а в этом вопросе я не хотел быть Странником. Я предпочел бы остаться просто мужчиной. Однако красавица не оставила мне времени на сомнения:

– Андрей, простите меня, но, как бы ни было горячо мое желание быть с вами, я не могу себе позволить этого.

Я резко встал, хотел что-то ответить, но почему-то потерял дар речи.

– Поймите меня правильно, вы не привыкли к отказам, и я не хотела бы отказывать вам. Но за моими плечами честь моего рода. Любая женщина мира может быть вашей, но не я.

Она опустила глаза и замолчала. Я продолжал стоять как истукан. Что-то происходило прямо здесь, прямо сейчас, но я, похоже, опять упускал главное.

– Алатея, – позвал я осторожно.

Она резко вскинула голову, и я с ужасом увидел, что она плачет.

– Да, – громко сказала она, – я вас люблю. Но знайте, я никогда не стану любовницей: ни вашей, ни кого-то другого.

И она вышла, громко хлопнув дверью. А я так и стоял в оцепенении, не соображая, что вообще произошло. Таких эмоций от герцогини я не ожидал. Да и ее слова меня совершенно обескуражили.

Выходит, она влюблена в меня? С трудом верится. Или я настолько слеп? Вот только любовницей моей быть я ей точно не предлагал. С чего такие высказывания?

Я налил себе вина и в два глотка осушил бокал. Очень хотелось немедленно броситься за Алатеей и выяснить, что происходит. Но что-то подсказывало мне, что сейчас ее лучше оставить одну.

Мы встретились за ужином. И ничего в поведении герцогини не давало и намека на эмоциональную сцену в моей гостиной. Она по-прежнему была мила и спокойна, разве что говорила чуть меньше обычного. Закончив ужин, мы, как всегда, отправились в мои покои. Вот только сегодня за нами увязалась Лия. Впрочем, в этом не было ничего необычного – девушка нередко присутствовала при наших с герцогиней разговорах.

В этот вечер мы говорили на отвлеченные темы, Алатея рассказывала что-то, а я невпопад вставлял малозначительные замечания. Похоже, мы оба старательно делали вид, что ничего не изменилось. Но изменилось решительно все.

В какой-то момент я поймал на себе тяжелый взгляд наемницы. Лия смотрела пристально и как-то неприязненно. Я постарался всем своим видом показать, что и сам абсолютно не рад тому, что в воздухе висит напряжение. Мои гримасы, похоже, девушку озадачили. Кералия нахмурилась и задумчиво потерла переносицу. Я заметил, что она всегда так делает, когда думает о чем-то важном. Наконец девушка встала и молча покинула комнату.

Алатея растерянно проводила ее взглядом, как мне показалось – недобрым. Но сейчас меня это не особо заботило. Мы остались наедине.

– Леди, – перебил я ее рассказ о каком-то не то бароне, не то графе, живущем на севере страны. Кажется, этот господин имел большое влияние на политику государства. Алатея нахмурилась, но замолчала. – Алатея, – чуть увереннее начал я. Вообще-то я не знал даже, о чем говорить. – Ваши слова о том, что вы…

– Оставим это, – сухо отозвалась она.

– Но я не хочу! – Мне надоела эта куртуазная болтовня. – Я понимаю, что здесь не принято выражать свои чувства. Особенно женщинам. Если уж честно, то и у нас считается, что девушка не должна признаваться первой. Но мне плевать. Вы сказали то, что сказали. И я хочу знать, что вы имели в виду.

Алатея прищурилась, и взгляд ее был внимательным, словно бы изучающим.

– Андрей, я не возьму своих слов обратно.

– Значит, ты меня любишь! – Я и впрямь чувствовал себя странно: одновременно было и хорошо, и как-то тревожно.

– Вы слышите то, что хотите услышать? – Голос ее звучал напряженно.

– Да нет, – я развел руками, – я совсем не ожидал такое услышать. Но мне было приятно. Более чем. Наверное, я уже давно не был так счастлив.

– Я не изменю своего решения. Я никогда не буду вашей…

– Да-да, вот с этого места поподробнее, – перебил я пафосную речь герцогини. Ее глаза метали молнии. – Я ни черта не понял про любовницу. Вроде я не предлагал даже, мне бы и в голову не пришло.

Алатея криво усмехнулась:

– Прошу, не говорите мне, что вы поклонник девичьих сентиментальных романов. Мы оба не столь глупы, чтобы верить в то, что мужчина по ночам читает девушке стихи. Заявлять о моих чувствах было опрометчиво, я сожалею. Однако разыгрывать любовную трагедию не стану, это недостойно. Я не могу разделить с вами постель и не могу следовать своим чувствам.

Я задумался.

– Как-то радикально получается: либо любовники, либо чужие люди, верно?

– Я предпочла бы быть вашим другом, – невесело усмехнулась она.

– Но есть же какие-то промежуточные варианты, что ли. Не знаю: там, свидания, ухаживания, цветы, ну и стихи под луной тоже.

– И что в итоге? – Мне показалось, что в ее голосе звучит злая ирония.

– Наверное, свадьба, семья, дети, дом, – пожал плечами я.

Герцогиня изумленно выгнула бровь и полушепотом переспросила:

– Семья?

– А что, я недостаточно хорош для роли вашего мужа?

– Но… вы Странник.

Похоже, я прокололся. Действительно, она аристократка, знатная дама, богатая и власть имущая. А я хоть и важная персона, но все-таки чужак и ей точно не пара. Только зачем было меня вводить в заблуждение своими разговорами о любви? Никогда не пойму этих женщин.

– Вы можете получить любую женщину мира, для чего вам жениться? – сказала Алатея негромко, но я услышал.

И, кажется, понял. В принципе ее логика вполне ясна: обычно мужчину затащить в омут, называемый браком, практически невозможно. Большинство даже самых крутых и смелых мужиков при слове «свадьба» готовы бежать и забиться в угол. В свое время перспектива прожить всю жизнь с одной-единственной женщиной, пусть и самой прекрасной, пугала и меня тоже. Но брак, пусть и не очень удачный, научил меня мыслить трезво. Я никогда не был донжуаном, стремящимся покорить как можно больше красоток, да и девицы до недавнего времени на меня гроздьями не вешались. А потому я с большим трепетом ценил взаимопонимание и взаимоуважение в семье.

Ни с Тарией, ни с Эллиной вопрос не стоял, так сказать, ребром. От меня ждали другого, и я получал от этого удовольствие. Но я никогда не считал себя настолько подлым, чтобы как-то унизить или оскорбить женщину. И уж точно я бы не стал безответственно относиться к порядочной женщине.

Примерно в этом ключе я поведал Алатее свою философию. Она слушала внимательно, но между бровей пролегла глубокая складка.

– Вы необычный человек, Андрей, – наконец сказала она.

– Разумеется, я же Великий Странник, – рассмеялся я.

Глава 40

Она стала моей невестой. Не сразу, конечно. Алатея мне чрезвычайно нравилась, но я не был уверен, что это именно любовь. Хотя где-то в глубине души я уже все решил. Просто на осмысление понадобилось время. Да и сама герцогиня, кажется, не была уверена в происходящем. Даже в тот день, когда я попросил ее стать моей невестой по всем правилам этого мира. Вместо привычных обручальных колец здесь носили браслеты. Один браслет на левую руку, в честь обручения, и второй в день свадьбы – на правую. Мужчинам никаких украшений не полагалось, в день свадьбы они должны были наносить на запястья татуировку с именем жены.

Обручальные браслеты для моей невесты мы выбирали вместе с Лией – все равно я бы не справился один. Правда, похвастаться тем, что купил это чудо ювелирного искусства сам, я не мог. И вообще, быть мужем богатой жены мне казалось абсолютной нелепицей. И тогда я решил…

Мы назначили свадьбу на конец года. По словам Алатеи, на приготовления уйдет уйма времени. В эти дела я лезть не собирался уж точно. А в первый день совместной жизни мы с супругой должны были отправиться в Храм. Пришла пора принимать на себя ответственность…

– Господин барон, к вам гость, он ожидает в холле. – Слуга поклонился и заискивающе улыбнулся.

– Я никого не жду, – равнодушно проронил я.

– Он говорит, что он ваш старый друг, господин барон. Вы учились вместе.

Я замер. Вот оно. Прокол, ошибка, то, чего невозможно было учесть. Если какой-то друг настоящего барона случайно узнал, что его товарищ гостит у герцогини, и решил его навестить, какова вероятность, что он обрадуется, увидев меня? А если не выходить? В любом случае, все это выглядит подозрительно.

Я не успел поддаться панике – в дверях появилась Алатея. Она была как всегда прекрасна. Сегодня на ней было очаровательное серебристое платье со шлейфом. Я в очередной раз позавидовал сам себе.

– Тебе следует спуститься, – спокойно сказала она, выслушав мои переживания. – Немедля.

Я нервно усмехнулся.

– Андрей, если этот человек действительно друг барона, просто скажи, что произошла ошибка.

– Так он мне и поверит.

– В этом замке хозяйка я. И я не помню, чтобы приглашала кого бы то ни было. Этот гость явился без приглашения и вряд ли имеет право что-то требовать.

– Да, но он может раскрыть наш обман.

– Не волнуйся, я могу решить эту проблему.

Я кивнул. Моя невеста была как всегда рассудительна и предусмотрительна.

А вот чего я не ожидал, так это того, что случилось позже. В холле меня и впрямь ждали. Я замер на верхней ступеньке лестницы, глядя в глаза Кетона. Маг мне улыбнулся. Я точно замороженный кивнул в ответ и спустился вниз.

– Господин барон. – Маг почти не скрывал ехидства.

– Кетон. – Я пожал протянутую мне руку.

Маг наклонился ближе и шепнул:

– Я понимаю, конспирация.

Мне вдруг ярко, во всех красках вспомнилась наша с ним последняя встреча. Точнее, не совсем встреча – вряд ли Кетон догадывался о моем присутствии в тот день под дверью его комнаты. И дома, лежащие в руинах. Как-то муторно стало на душе, и я сделал шаг назад.

– Дорогой барон, я случайно узнал, что вы гостите в этом замке, и примчался прямиком к вам. Мы так давно не виделись! Куда вы пропали? Я уже и отчаялся встретить вас вновь.

Я молчал.

– Моя ученица, помните ее, Тария, спрашивала о вас. Бедняжка волнуется. Боюсь, ее сердце разбито.

Я закрыл глаза и сосчитал до десяти. За спиной негромко кашлянули, и я обернулся. Появление Кетона настолько выбило меня из колеи, что я совершенно забыл об Алатее. Впрочем, улыбка на ее лице говорила о том, что она не сердится.

– Кетон, позвольте представить вам герцогиню Ледесскую, мою невесту. – Я старался говорить спокойно, но, пожалуй, все равно вышло слегка надменно.

Маг тоже почти хорошо контролировал эмоции.

– Вы обручены? – Он выглядел спокойным, но голос его выдавал.

– Приятно познакомиться, друг моего жениха – мой друг, – мило проворковала Алатея и протянула руку Кетону. Левую. С браслетом.

Кетон чуть коснулся губами пальцев моей невесты.

– Простите нас, мы так заняты свадебными хлопотами, – продолжала щебетать Алатея, – совершенно нет свободного времени. Мне действительно жаль, если мой дорогой жених слегка увлекся и позабыл своих друзей. Это непростительно, милый. – И она укоризненно погрозила мне пальчиком.

Я притворно вздохнул.

Признаться, я любовался этим концертом и восхищался невестой от души. Ее учили этому много лет – ей, похоже, не было равных в словесных баталиях. Каждое ее слово, сказанное самым нежным и очаровательным голосом, словно вплеталось в кружево сложных фраз. А фразы создавали полотно невероятно тонкой и тщательно выверенной иронии. Она говорила, казалось бы, милые пустячки, но Кетон с каждой минутой мрачнел все больше.

Уверен, он понял каждое слово правильно. Алатея говорила о тяжелых свадебных хлопотах, а звучало это – «уходи, здесь никому нет до тебя дела», речь шла о дружбе и старых приятелях, а в воздухе звенело – «Андрей никогда больше тебе не подаст руки». И еще, и еще…

– Анд… барон, – наконец хмуро сказал Кетон, – у меня к вам серьезный разговор. Я бы хотел поговорить с вами… наедине.

– У меня нет секретов от моей невесты. – Я ни секунды не раздумывал над ответом.

– Тария, – тихо проговорил маг, – с ней случилась беда.

– Мне очень жаль. – Я вдруг понял, что бывшая пассия меня абсолютно не волнует.

– Вы могли бы…

– Простите, Кетон, но я не думаю, что могу чем-то помочь вашей ученице. Надеюсь, с ней все будет хорошо. – Черт, я, кажется, нахватался у герцогини надменности.

Маг ничего не сказал. Он ушел, даже не попрощавшись. Он прекрасно видел, что больше не сможет водить меня за нос. И купить меня прелестями своей подружки у него вряд ли выйдет.

Моя жизнь стала совсем другой. Да и сам я изменился. Что и неудивительно. За три недели до свадьбы мы отправились в город за какими-то очередными не то кружевами, не то фарфоровыми блюдцами – к свадьбе требовалась просто уйма вещей.

Вообще, Аль – так я теперь называл Алатею – сделала все, чтобы о свадьбе знало как можно меньше народу. Известие о таком событии наверняка вызвало бы резонанс, и кто-нибудь очень ретивый заинтересовался бы фигурой жениха. А нам это пока было не нужно. Поэтому на свадьбу не звали гостей, не приглашали родню и вообще об этом старались помалкивать. Однако статус не позволял герцогине просто обменяться супружескими клятвами и получить второй браслет на руку.

Впрочем, она и первый-то тщательно скрывала особым заклинанием. Так что слуги ни о чем не догадывались. Почти. Если не считать слухов, которые расползлись по замку как тараканы, что герцогиня стала любовницей своего троюродного брата. Алатея кривилась, но усердно подливала масла в огонь сплетен. Пока так было удобно.

Поэтому все, что нужно, приходилось готовить самой Алатее или Кере. А на это уходило много сил. Моей невесте зачем-то требовалось приданое, которое Лия таскала в замок буквально по ночам, как настоящий воришка.

Для всех этих тайных дел очень удачно подходил дом в ближайшем городе. Дом принадлежал Алатее, но обычно в нем жила немолодая пара, которая за всем приглядывала. Стоило нам приехать, они словно растворились, оставив дом в нашем полном распоряжении. Я понял, Алатея не раз использовала этот дом, чтобы отдохнуть от замка. Я ее понимал. И вот, гуляя по рынку в компании своих неизменных спутниц – Аль и Лии, я заметил ее…

Сперва я не поверил своим глазам. Но она стояла и смотрела на меня там, на другой стороне улицы. Я подошел. За спиной я слышал оклик наемницы, но в этот момент я был настроен решительно. И Лия мне была здесь совершенно не нужна.

– Здравствуй, – сухо сказал я.

Эльфийка выглядела уставшей, и мне даже стало ее жаль. Ненадолго.

– Я тебя искала. – Она старательно улыбнулась, впрочем, ее клыки меня уже не пугали.

– Зачем?

– Ты пропал, все были взволнованы.

– У меня все хорошо.

– Почему ты ушел?

Я вздохнул. Ну что тут было говорить? Сказать, что все видел и все знаю, – как-то пошло и нелепо. Объяснять, как все случилось? Я не чувствую себя виноватым. Да и вообще, весь этот разговор не имеет смысла. Просто потому, что Эллина перестала что-либо значить для меня. Ну было и было. Прошло.

– У меня скоро свадьба, Эллина, – сказал я, – не нужно меня больше искать. У меня все хорошо. Спасибо за заботу.

И все. Повернулся и ушел не оглядываясь.

В замок мы не вернулись. Просто в один из дней Аль вдруг решила, что для нас это опасно. Я не очень разбирался в этих вопросах, так что доверился во всем девушкам. Мне нравилось жить в городе. Я наконец немного освоился, разобрался с местными деньгами, кое-что узнал о политике, о людях и вообще влился в жизнь этого мира.

Правда, имелась одна небольшая загвоздочка: куда бы я ни пошел, что бы ни делал, Лия точно тень скользила рядом. Сперва я злился, потом возмущался, пытался игнорировать, пробовал обмануть, но в итоге просто привык. Да и огорчать Аль мне не хотелось. Все-таки единственное, что ее заботило больше всего, была моя безопасность.

И вот он настал. Последний вечер моей холостяцкой жизни. Завтра утром я уже буду в новом статусе. В этом мире не принято венчаться, да и обряд бракосочетания – пустая формальность. Здесь есть особые здания, что-то вроде наших ЗАГСов, где любая пара может пожениться. Достаточно просто надеть браслеты невесте под присмотром специального чиновника, он же наносит татуировки на руки жениха. Потом делает запись в журнале, и все. Но аристократические свадьбы предусматривают всяческие обряды и приготовления. Как, например, обязательная церемония чаепития утром в день свадьбы, когда невеста поит жениха из своей чашки и говорит ему, как будет всю жизнь верна ему, заботлива и все такое.

Или, например, накануне дня свадьбы жених обязательно отправляется вечером в ювелирную лавку. Дабы купить невесте подарок. Не важно что – колечко, сережки или подвесочку, главное, быть в этот день последним клиентом в лавке.

Мы с Керой с заданием справились. Влетели в лавку, чуть не сбив с ног хозяина, уже закрывающего тяжелые двери. Я не удержался и купил кольца. Кералия заверила меня, что это будет приемлемо и даже мило.

Правда, наемница колечки сразу же отобрала и припрятала куда-то за пазуху. Я не спорил – карманники в этом городе были большими виртуозами.

Мы возвращались домой, небо было звездным, погода прекрасной, и жизнь моя определенно обрела наконец смысл. Я был счастлив. Чем не преминул поделиться с Лией. Наемница в ответ только кивнула.

В принципе идти оставалась недолго – до конца улицы, направо и еще метров триста. И вдруг… Кералия встрепенулась. Я видел совершенно четко, как она вздрогнула и заозиралась. Напрягся. А девушка уже «сделала стойку» на какой-то ближайший трактир, откуда доносился шум попойки. Она схватила меня за рукав и как-то неуверенно потянула за собой, но тут же остановилась и нахмурилась. Похоже, ей нужно было войти, но тащить меня с собой не хотелось. Я, пока она не опомнилась, сам подошел к двери и потянул на себя.

Внутри действительно гулянка шла полным ходом. Зал был полон, выпивка лилась рекой, уже изрядно захмелевший народ нестройными голосами распевал песни. Лия огляделась и прищурилась. Ее взгляд упал на огромного, похожего на косматого медведя мужика, который басом пел что-то залихватское. Неудивительно, что наемница услышала этот голос даже на улице – пел мужик громогласно. Впрочем, без фальши, и слушать было приятно. Кералия замялась, но решительно подошла ближе к певцу.

Лохматый мужик сперва девушку не заметил. А заметив… Я испугался, что он раздавит крохотную Лию своими огромными лапами. Правда, ей это, кажется, нравилось.

– Дядя Вият!

– Ли, малышка Ли.

Похоже, мне довелось познакомиться с родственником моей спутницы. Лия тут же начала корить дядьку за то, что тот давно не посылал о себе вестей. Мужик оправдывался и отшучивался. Его спутники весело хохотали и тоже шутили с наемницей. А я стоял и не верил своим глазам. Угрюмая Лия в компании этих жутких типов вдруг стала совершенно другой. Она смеялась, болтала, обнималась с дядей и язвительно шутила. Минут на десять про меня вообще забыла. Потом опомнилась и представила меня. Настоящим именем. Правда, без всякий регалий. Просто Андрей.

– Анд Рэй, – задумчиво протянул медведеподобный дядя, копируя манеру Лии.

Я кивнул. Немного посидев в компании веселых наемников, я быстро утомился. Мужики приглашали выпить, а у меня не было ни малейшего желания. Во-первых, у меня завтра свадьба, а во-вторых, в этой буйной компании я чувствовал себя неуютно. Но мне не хотелось огорчать Лию – она очень соскучилась по дяде, и видно было это невооруженным глазом. Пришлось отозвать наемницу в сторонку.

– Лия, оставайся, а я пойду домой.

Она помотала головой и решительно отказалась. Мы немного поспорили. Лия была уверена, что она обязана меня охранять и ни на шаг не отходить. А я решительно настроился идти один хотя бы потому, что я достаточно взрослый мальчик, чтобы меня водить за ручку. Кроме того, до дома действительно идти осталось ну просто до смешного недалеко. Если уж я и это расстояние пройти один не могу, то, пожалуй, не стоит мне жениться. Потому что герцогине будет просто стыдно иметь в мужьях такого слюнтяя. Кажется, последний довод наемницу убедил. Но она все же сунула мне в руку кинжал и попыталась объяснить, как им лучше пользоваться. Но основным был совет вроде: беги быстро и ори громко.

До конца улицы я дошел неспешным шагом. Хорошо, тишина, кругом ни души, ночь ясная… Наверное, я расслабился. Стоило мне свернуть за угол, откуда ни возьмись выскочил здоровенный детина и перегородил мне путь. Я извинился и попробовал обойти бугая слева. Не вышло. Следом за первым появился еще один тип. Меня быстро оттеснили в какой-то проулок между домами. Здесь было темно и отвратительно воняло.

– Э-э, мужики, – примирительно сказал я, прикидывая, стоит ли пытаться защититься кинжалом или же сразу делать ноги, – у меня нет ничего, честное слово.

Тот, что был помельче, хохотнул и громко свистнул. Откуда-то сверху спрыгнул еще один разбойник и очутился почти рядом со мной. Я отступил немного назад.

– Трое на одного вроде как нечестно. – На кинжал я уже не рассчитывал, пытался обернуться как можно естественнее, чтобы прикинуть, что у меня спиной.

– Ага, нечестно, – согласился бугай. Товарищи поддержали его довольными смешками.

– Ну и ладно, – спокойно кивнул я и, резко развернувшись, рванул в темноту. Переулок был узким.

Можно сказать, что это был не переулок даже, а просто проход между двумя домами, и я лишь надеялся, что он не закончится тупиком. Не закончился. Наоборот, стал шире, но почему-то темнее. Я бежал быстро и прикидывал, стоит ли заорать, как настаивала Лия, или же все-таки уйду от погони и так. Долго думать не пришлось. Меня догнали. Обошли и перекрыли дорогу, и я снова оказался в ловушке. Теперь их было пятеро. Наверное, их столько было изначально, просто двое прятались где-то.

Оставалось надеяться только на то, что это просто любители наживы, а не убийцы, вышедшие на охоту. Побить побьют, но убивать не станут. Хотя я их лица видел, так что черт их знает.

– Ути, нервный, – пропыхтел бугай. – Куда собрался?

Я пожал плечами.

– Чем занимаемся? – Внезапно рядом со мной возник высокий мужчина в черном плаще. Голос у него был уверенный и спокойный.

– Иди куда шел, парниша, не мешай добрым людям разговаривать. – А вот у тощего разбойника голосок был противный.

– Меня грабят, – сообщил я неожиданному свидетелю, лицо которого не мог разглядеть из-за низко надвинутого капюшона.

Бугай зарычал и прыгнул на меня. Я резко отмахнулся кинжалом и метнулся вдоль стены ближайшего дома. Теперь все внимание бандитов переключилось на незнакомца, в руках которого появился меч. У бандитов тоже засверкали мечи, и они молча бросились на незнакомца. Теперь я понял, почему тот так уверенно держался. Десяток точных и филигранных движений – и оружие разбойников зазвенело по камням мостовой. Сами они растерянно смотрели на противника, но недолго.

Бугай издал залихватский свист, и появились новые действующие лица. С десяток, не меньше. Выглядели они оборванцами, но у всех в руках были мечи. Меня блокировали двое, на фоне остальных оказавшиеся довольно щуплыми и безоружными. Наверное, не ждали от меня сопротивления. А зря.

Я недолго думая засветил одному разбойнику в подбородок, а второго полоснул ножом. К моему удивлению, импровизированная атака удалась блестяще. Противники явно не ожидали подобного. Удар в подбородок оказался нокаутирующим, а нож чиркнул по животу, который защищала только обычная рубаха. В результате, взвыв от боли, разбойник исчез.

Тем временем мой спаситель орудовал мечом, и около него уже валялось не менее семи тел. Однако еще столько же разбойников наседали на него. Но было не похоже, что это его сильно напрягало. Грабители матерились и сыпали угрозами. Незнакомец не реагировал.

Я постарался подойти ближе к неожиданному спасителю. Очередной разбойник атаковал меня. В руке у него тускло блеснуло что-то металлическое. Я насторожился, но виду не подал. Впрочем, мой товарищ уже управился с нападавшими и не дал мне даже возможности вступить в бой. Он легко избавил меня от противника одним взмахом меча. Я было подумал, что мы победили. Но тип с противным голосом, как ни странно уцелевший, опять свистнул. И почти в одно мгновение откуда-то с разных сторон появились люди. Толпа. Еще разбойники.

Мой спутник повернулся ко мне и скинул капюшон. Вид у него был мрачный.

– Беги! – крикнул он мне. – Прямо и на первом повороте налево! – Увидев, что я все еще стою, он крикнул еще раз: – Я справлюсь, не мешай мне! Беги!

Я развернулся и побежал. Едва я свернул налево, как раздались шаги и незнакомец догнал меня. Дальше мы бежали вместе. Летели куда-то по ночным улицам, и за нами неслась погоня. Но мой спутник явно ориентировался на местности. У меня уже горели легкие и в глазах потемнело от быстрого бега, а он все не останавливался. Я начал отставать. Заметив это, мой спаситель схватил меня за плечо и силой потащил вперед.

Глава 41

Я отдышался не скоро. Горло словно огнем опалили – каждый вдох давался с трудом. Незнакомец же, казалось, совсем не устал. Он сосредоточенно чистил меч, сидя на камне. Мы все-таки оторвались. И даже более того – мы покинули пределы города. Оказались за городской стеной и теперь сидели на берегу реки.

– Спасибо, – просипел я, кое-как придя в себя.

– Ерунда, – отозвался он.

– Вы мне жизнь спасли. Я вам обязан. Черт знает с чего они ко мне привязались.

– Им за вас заплатили, – невозмутимо сообщил мужчина, затем встал и, отодвинув камень, на котором сидел, достал из-под него пару сложенных одеял и отдал одно мне.

Я несколько растерялся. А незнакомец все так же спокойно расстелил свое одеяло и улегся на спину, положив руки за голову.

– Может, вы знаете, кто заплатил? – Я начал понимать, что происходит нечто странное и довольно тревожное.

– Знаю. – Мужчина повернул голову в мою сторону.

– Не поделитесь информацией? – как можно спокойнее попросил я.

– Я заплатил.

Приплыли.

Я тоже расстелил одеяло и лег неподалеку. В конце концов, почему и мне не отдохнуть? Да, этот тип выглядит опасным и странным, но если бы он хотел, то он меня бы убил. На этот счет я не обольщался. Значит, опять я зачем-то нужен… А ведь у меня завтра свадьба… точнее, сегодня.

– Видишь, во-о-он там созвездие – восемь звезд по кругу? – Как-то естественно он перешел на «ты», и мне это понравилось.

– Угу.

– Это созвездие называется Звено. Смотри, одной звезды как бы не хватает, Звено разорвано. Говорят, когда сюда прибыл Первый Странник, наш мир был закрыт. Вообще. Таким его сделал Создатель. Но Первому Страннику это не понравилось. Он разорвал цепь, сковавшую мир, и сам вошел сюда. А потом решил тут остаться. И для других проход оставил открытым. Говорят, что за этот проход он с Создателем повоевал знатно. И ранил его смертельно. Может, даже убил.

Я задумчиво слушал историю о Первом Страннике. Любопытная легенда, только непонятно, к чему бы это.

– Зачем ты им заплатил? – Имею же я право знать!

– Чтобы напали. Никак не мог найти повод убрать от тебя девчонку.

Ага, выходит, за мной следили и знали, что я буду не один. А я, дурак, сам пришел к ним в руки. Черт, Лия бы точно их всех уложила.

– А зачем? – Я почему-то был спокоен, хотя ситуация просто вопила об опасности.

– Поговорить хотел. Не мог найти возможности.

– Ну ладно, давай поговорим.

– Я Марсен.

– Андрей.

– Знаю.

Помолчали, посмотрели на звезды.

– Слушай, не знаю, что ты там хочешь рассказать, но не думаю, что мне это будет интересно. У меня сегодня свадьба, и я…

– С принцессой? – перебил он.

– Что? – Я растерялся.

– Принцесса Алатея твоя невеста.

– Ну да, только не принцесса, а герцогиня.

– Ага, а я портовая шлюха, – хохотнул он. – Кто поверит в эту историю с отречением?

Я не совсем понимал, о чем речь, и переспросил. И тут же об этом пожалел.

– Алатея – сестра короля и, даже отказавшись называться принцессой, вряд ли захочет оказаться от трона. Тем более имея в рукаве козырь.

– Какой козырь? – вырвалось у меня, но я уже все понял.

Откуда-то пришла уверенность, что этот человек говорит правду. Если Алатея принцесса… то я женюсь на сестре короля. Интересно, она специально не поставила меня в известность об этом факте или это случайность? Нет, не верю, не могла не сказать. Она ведь говорила и про отца, и про мать, но ни разу о том, что отец был королем!

– Она из древнего рода, – тем временем продолжил Марсен. – Он правит уже семь поколений.

– Но, насколько я понимаю, девушка не имеет права на трон.

– Зато она старший ребенок.

– Так вроде есть король, ее брат.

– Король без магии. Вся сила рода досталась принцессе. Иронично, не так ли? Чем-то не угодил бывший король миру. Я бы на месте подданных подумал, что лучше – официальный наследник или старшая дочь, обладающая силой рода. В королевстве-то власть испокон века держалась на магии.

– Ну, наверное, уже поздно об этом говорить, король есть король.

– Если сестрица не заявит свои права.

Я задумался. Как интересно… Ничего подобного Аль мне не говорила. Видимо, мой собеседник ошибается, она давно забыла о своем родстве с королем и живет своей жизнью. И у нас свадьба.

– Хороший расклад: сила рода, право старшинства, да еще и муж – Странник, – продолжал Марсен.

Я замер.

Пазл. Мозаика. Части одного целого. Сложилось.

Старшая дочь. Девочка. Сила, огромная сила и знания. Даже запрещенные. И наследник без магического таланта. Проклятый феодализм, проклятое Средневековье, проклятый мир. Наследник должен быть мужчиной, король должен быть мужчиной. Ей нужен король. Два плюс два равно четыре. Нет, не так: одни плюс один. Один шанс и один Странник. «Я не могу быть вашей любовницей» – «Я должна быть твоей женой». И будет новый уклад. Король – Странник. Как Первый Странник. Собственное королевство.

Мысли поплыли как сливки – медленно, тягуче. Проклятье, проклятье, я идиот. Снова, Андрей, тебя развели и использовали… Вот для чего я нужен… Хотя в этом мире все друг друга используют… один я не от мира сего, верю всем…

– Кто ты, Марсен? – вырвалось у меня.

– Друг.

– Нет, у меня нет друзей в этом мире. И не будет. – Я чувствовал злость, но постарался сдержать ее.

Алатея не Тария и не Эллина, это совсем другой случай. Это Маринка. Моя жена предала меня. Снова. Только изменили мне не с бизнесменом, а с троном. А что? Все логично… Впрочем, Маринку я простил. А тут… Разве я многого хотел? Только чтобы со мной были честны…

– Странник, что пришел до тебя, был сильным, – вдруг сказал Марсен. – Люди его любили. Мой прадед умер за Странника. И мой род поклялся служить Странникам. Братство хочет, чтобы ты был с нами.

Я насторожился. Братство? Очередные фанатики?

– Странник, он боролся. За наш мир. Но так говорят книги, сам знаешь, в книгах достаточно лжи. Он не хотел быть таким, каким был. И он верил в право выбора.

Я слушал краем уха. В голове продолжала биться мысль: Алатея меня предала. Но я все равно хочу вернуться к ней. Я хочу услышать это от нее. Посмотреть ей в глаза. Если я откажусь быть Странником, согласится ли она стать моей женой?

– Смысла нет, поверь. Она тебя не выпустит. Она достаточно умна и хитра. Ты ее билет на королевский трон. Ради этого такие женщины пойдут на все. Но решать тебе.

Вот черт! Похоже, последнюю фразу я произнес вслух… но в словах моего собеседника была доля правды.

– У Странника есть право выбора, – упрямо повторил Марсен и сел. – Ты не обязан идти в Храм. Ты не обязан становиться Странником.

– Знаешь, у меня нет вариантов.

– Есть, всегда есть выбор.

– Ладно. – Я тоже поднялся и посмотрел на собеседника. – Хорошо, допустим, я отказываюсь быть Странником. Кому я нужен, что мне делать в этом проклятом мире?

– Стань моим братом.

– Братом?

– Братья помогают друг другу. Мы много столетий ждали Странника, но ты им не стал. Жаль. Мы подождем еще. Ты поможешь нам ждать, расскажешь о мире Странников, прочтешь древние книги.

– Все это вранье.

– Быть может, но ты все равно можешь стать моим братом.

Я внимательно смотрел на него. Не знаю, что это было, но я буквально чувствовал, что он говорит правду. Марсен словно был для меня открытой книгой. Принципиальной и честной…

Тем временем Марсен спокойно взял мой кинжал и провел лезвием по своей ладони. Разрез потемнел, запахло кровью. Я ошеломленно посмотрел на протянутую мне руку.

– Брат? – негромко уточнил он.

– К черту, всех к черту, устал, – пробормотал я и, сам не ожидая от себя, вдруг взял нож и чиркнул по своей ладони…

И мы стали братьями.

– Что ты решил? – поинтересовался он, когда мы встали и он спрятал одеяла в свой походный мешок. – Ты пойдешь к принцессе?

– Не знаю, – покачал я головой. – Думаю, что все равно рано или поздно я должен объясниться с ней.

Не сейчас. Сейчас мне надо прийти в себя… Тем более она умна и вполне может придумать что-то… а еще Кера… Она точно посчитает, что я предал госпожу… М-да.

– У тебя вроде сегодня свадьба? – уточнил Марсен ровным голосом.

– Должна была быть… – кивнул я.

Только вот становиться королем мне совершенно не хочется. Тем более с такой принцессой. Я прекрасно понимал, что Алатея обладает сильным характером и вряд ли будет соглашаться со мной… да и не мое это – быть королем, а быть пешкой в руках жены я не хочу. Тем более сейчас понятно, что это не любовь, а лишь выгода…

– Можешь написать ей письмо, – посоветовал он, – если не хочешь объясняться. Я бы сделал именно так. Кстати, та девушка, что была с тобой и осталась в таверне… Сдается мне, что она не менее опасна, чем ее госпожа, и всецело предана ей. Хотя не думаю, что принцесса рискнет натравить ее на тебя.

Я лишь покачал головой.

– Ты волен пойти со мной. Я отведу тебя в безопасное место. И ты наконец найдешь то, что ищешь с момента прибытия в наш мир. Дом.

Я недоверчиво посмотрел на своего новоиспеченного брата. Нет, я не верил ему, я вообще перестал верить кому-либо. Я просто чувствовал, что он говорит правду. И я принял его предложение.

В романе использованы стихи Яны Икрамовой.

Content

Сергей Карелин, Яна Икрамова
Творец

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41