Фаина Золотаревская

О. Генри и его новеллы

Судьба американского писателя Уильяма Сидни Портера, известного всему миру под псевдонимом О. Генри, была настолько необычайной, что сама могла бы стать предметом увлекательного повествования. В судьбе этой было все, что делает жизнь человека исполненной драматизма. Была единственная большая любовь, оборвавшаяся рано и трагически, было бегство от суда, нелегальное существование на чужбине под чужим именем, затем суд, каторжная тюрьма, а после освобождения — невиданная писательская слава и популярность. Была в этой судьбе и тайна, или, если угодно, загадка, оставшаяся неразгаданной и по сей день.

Все эти непростые жизненные обстоятельства заставили впоследствии знаменитого писателя О. Генри тщательно скрывать подробности своей биографии. Озабоченный тем, чтобы его подлинное имя не стало известным, он избегал всякой публичности, не давал интервью, не разрешал печатать свои портреты, которых, кстати сказать, по этой причине до нас дошло крайне мало, и вообще не любил показываться на людях. Говорят, что многие собратья по перу смогли впервые увидеть О. Генри лишь тогда, когда его отпевали в церкви. Благодаря всему этому личность О. Генри долгое время была овеяна легендами, окутана пеленой таинственности. Подлинные обстоятельства его жизни стали известны биографам и читателям О. Генри лишь спустя несколько лет после его смерти. Но наш информативный век не терпит загадок и умолчаний, и на сегодняшний день биография О. Генри изучена достаточно полно и подробно. Ниже мы познакомим с ней читателя. Однако прежде хочется обратить внимание на маленькую и тем не менее досадную неточность, допускаемую в отношении этого автора. До сих пор псевдоним его часто даже в некоторых специальных исследованиях у нас пишут неправильно, почему-то на ирландский лад — О’Генри, хотя сам писатель ничего подобного не имел в виду.

Уильям Сидни Портер родился 11 сентября 1862 года в семье частнопрактикующего врача. Портеры жили в Гринзборо, и долгое время этот небольшой городок на юге Америки считался местом рождения писателя. Впоследствии, однако, его американские биографы установили, что он появился на свет не здесь, а в находящемся в нескольких десятках миль от Гринзборо поселке Сентр-Коммюнити, куда родители его переехали на время и где прожили первые три года после рождения сына.

Детские годы Уильяма Портера были омрачены ранним сиротством. В трехлетием возрасте он лишился матери, умершей от туберкулеза, и попал под опеку своей тетки по отцу, Эвелины Портер. Она содержала в Гринзборо небольшую частную школу, и здесь Уильям проучился девять лет, получив достаточно хорошее по тем временам образование. Эвелина Портер сумела привить своим ученикам вкус к чтению, и Уильям в школьные годы читал много и охотно. Именно в этот период он познакомился с романами Диккенса, Теккерея, Коллинза, Вальтера Скотта, Дюма.

Портеру рано пришлось подумать о собственном заработке, поскольку его отец, Олджернон Портер, после смерти жены забросил врачебную практику, увлекся изобретательством, пристрастился к спиртному и в силу всего этого стал весьма ненадежным кормильцем семья. Пятнадцатилетнего Уильяма определяют учеником в аптеку его дяди, Кларка Портера. Вскоре он сдает необходимый экзамен в фармацевтическом обществе штата Северная Каролина и становится дипломированным фармацевтом. Между тем здоровье Уильяма начинает внушать серьезные опасения. Появляются грозные признаки наследственного недуга. Друзья Портера, пожилая чета Холлов, увозят его для поправки в далекий Техас, на скотоводческое ранчо своих сыновей. Впоследствии О. Генри не раз рассказывал в новеллах о целительном воздействии спартанского быта ковбойских лагерей на хилых и анемичных горожан. Лучшая из этих новелл — «Санаторий на ранчо». Суровое братство ковбоев испытывало на прочность всякого, кто впервые попадал в его среду. Уильям Портер с честью выдержал это испытание. Очень скоро он стал среди скотоводов своим и даже удостоился варварского, но весьма почетного обряда «посвящения в ковбои», который также был впоследствии не раз описан им в новеллах техасского цикла.

Два гада, проведенные в прериях Техаса, не только исцелили и закалили Уильяма Портера. За это время ему удалось основательно пополнить свое образование. Он самостоятельно изучил языки, испанский, французский, немецкий, перечитал все книги из богатой библиотеки, имевшейся на ранчо Холлов. Те, кто общался с ним в ту вору, вспоминали, что era излюбленным занятием было изучение толстых фолиантов толковых словарей Уэбстера и Уорчестера. Эти лексикографические пристрастия О. Генри сохранялись у него всю жизнь и, несомненно, сказались на уникальной языковой ткани его ноне да.

В 1884 гаду братья Холл продают ранчо, и Портер переселяется в Остии, столику штата Техас. Здесь он перепробовал множество профессий — аптекаря, агента по продаже недвижимости, чертежника местной управы, а затем занял должность счетовода и кассира в Остинском национальном банке, и событие это сыграло роковую роль в его судьбе.

В 1885 году он знакомится с семнадцатилетней Этол Эстес, женщиной, которая, по его собственному признанию, стала его первой и единственной любовью. Спустя два года он тайно венчается с Этол, опасаясь, что ее родители не одобрят этот брак. Однако мать и отчим Этол сразу же примирились с непрошеным зятем и, более того, стали его преданными друзьями на всю жизнь. Именно благодаря материальной поддержке отчима жены Портер сумел в 1894 году стать владельцем и издателем местного юмористического еженедельника, которому он дал название «Катящийся камень». На страницах еженедельника Портер в юмористическом ключе освещал городские новости, публиковал фельетоны, шутливые стихи, карикатуры на злобу дня. Сначала газета имела успех, но затем стала терять подписчиков. В конечном итоге «Катящийся камень» просуществовал недолго. Портер изложил историю его гибели со свойственным ему юмором. Он писал: «Камень катился год, а затем стал явно обрастать мхом. Я же никогда не любил замшелых предметов, и мне пришлось от него отказаться».

Впрочем, свое дело это издание сделало. За Портером утвердилась слава талантливого журналиста, и он был приглашен на должность заведующего юмористическим отделом в довольно крупную газету «Хьюстон дейли пост». Портер с женой и маленькой дочерью Маргарет переселяется в Хьюстон, и в его жизни наступает самая счастливая полоса.

Счастье, однако, длится недолго. Надвигается катастрофа.

В Остинском банке происходит ревизия, и обнаруживается недостача в пять тысяч долларов. Бывшего кассира Портера обвиняют в растрате или похищении этих денег. В феврале 1896 года он получает повестку в суд и выезжает из Хьюстона в Остин, однако по дороге меняет маршрут и скрывается в Новом Орлеане. Через некоторое время он перебирается оттуда в Трухильо, порт и столицу небольшой южноамериканской республики Гондурас. Здесь он живет под чужим именем, изредка публикуя репортажи в местной прессе. Надо полагать, что план бегства Портер согласовал с семьей, поскольку весь период своего нелегального существования он продолжал тайно переписываться с родными.

В те годы город Трухильо был местом прибежища для многих, кто находился не в ладах с законом. Именно здесь произошло знакомство Портера с весьма примечательной личностью — преступником и грабителем Элом Дженнингсом, «специальностью» которого были налеты на поезда и взломы банковских сейфов. Впоследствии Дженнингс сумел отказаться от своей преступной деятельности и стать видным адвокатом и писателем. Судьба затем не раз сталкивала Портера с Дженнингсом, и в конце концов они стали близкими друзьями. Именно Дженнингс явился одним из первых биографов писателя, опубликовав после его смерти книгу «Сквозь мрак с О. Генри», из которой стало известно много важных и интересных подробностей жизни Уильяма Портера.

Вместе с Дженнингсом и его братом Фрэнком Портер кочует по Южной Америке. Он надеется найти постоянное пристанище, куда бы мог перевезти семью и где можно было бы отсидеться, пока остинская история не канет в прошлое.

Но случилось иначе. Родственники сообщают ему о смертельной болезни жены, и, не думая больше о собственной безопасности, Портер спешит к семье. Он преданно ухаживает за умирающей Этол, а после ее похорон отдает себя в руки правосудия.

В 1898 году состоялся суд, который признал Портера виновным в растрате, правда, теперь уже не пяти тысяч, а восьмисот долларов, и приговорил его к пяти годам тюрьмы. Очевидцы рассказывали, что Портер вел себя на суде на удивление безучастно и не делал никаких попыток оправдаться, хотя вину свою отрицал. Скорее всего он находился в своего рода психологическом шоке вследствие свалившихся на него несчастий.

Вопрос о виновности или невиновности Портера неоднократно дебатировался его биографами. Одни из них были убеждены, что он ни в чем не повинен и что все дело было в запущенной отчетности и неразберихе в банковских делах. Об этом же говорил и сам Портер в письмах к родным. Другие относились к такой версии скептически. Но поскольку доказательств в пользу той или иной версии представить не удалось, то тайна эта, по всей вероятности, так навсегда и останется неразгаданной.

Как бы то ни было, Портеру предстояло отбыть наказание за свою вину, действительную или мнимую, и он оказался в каторжной тюрьме Колумбус штата Огайо. Вскоре обнаружилось, что в той же тюрьме отбывает срок за очередное преступление давний знакомец Портера Эл Дженнингс. Встреча с Дженнингсом обрадовала Портера и существенно скрасила годы его пребывания в этом страшном месте. А тюрьма Колумбус была действительно сущим адом, потому что заключенные не только содержались здесь в нечеловеческих условиях, но при этом вдобавок подвергались изощренным издевательствам и истязаниям со стороны тюремной администрации. Сам Портер, правда, оказался в привилегированном положении благодаря своему диплому фармацевта. Он был назначен аптекарем и помощником врача в тюремную больницу, и это давало ему относительную свободу. Однако наблюдать изо дня в день человеческие страдания было свыше его сил, и он признавался в письмах к родным, что его не покидает мысль о самоубийстве.

Спасло его творчество. В тюрьме Портер в свободные часы начал писать новеллы, которые он под псевдонимом рассылал в разные журналы. Несколько новелл было опубликовано, и этот первый успех окрылил его и вселил надежду на будущее.

В июле 1901 года Портера досрочно освобождают из тюрьмы, где он таким образом пробыл три года и три месяца вместо пяти лет. Сначала он едет в Питтсбург, где с родителями жены живет его подросшая дочь Маргарет, а затем переселяется в Нью-Йорк, поскольку к этому времени у него завязались деловые отношения со многими издателями нью-йоркских журналов.

С этой поры жизнь Портера заполнена беспрерывным и напряженным литературным трудом. От него требуют все новых материалов, и он сочиняет до пятидесяти новелл в год. Все более популярным становится писатель, не так давно появившийся на нью-йоркском литературном небосклоне и публикующий свои произведения под необычным псевдонимом О. Генри. Кстати, как возник этот псевдоним, теперь уже установить невозможно, хотя некоторые исследователи и пытаются строить на этот счет свои догадки и предположения. Известно лишь, что это не первый его псевдоним и что до него он печатался под многими другими, такими, как, например, Оливье Генри, Петерс, Джеймс Блис, Ховард Кларк и др. Впервые он подписал псевдонимом О. Генри рассказ «Рождественский подарок Дика Свиста», и под этим именем ему довелось войти в историю мировой литературы.

Ширится слава О. Генри, а вместе с ней растет и ее бремя — бесцеремонное внимание репортеров, бесчисленные письма поклонников, назойливый интерес к его личности. Но Портера гложет смертельный страх перед разоблачением прошлого, и потому он упорно отгораживается от любопытства прессы и читающей публики. Лишь очень немногие могут похвастать, что знакомы со знаменитым писателем О. Генри. Зато завсегдатаи дешевых кафе и ночных баров отлично знают Биля Портера — доброго собутыльника, внимательного слушателя, который к тому же нередко оплачивает из своего кармана их нехитрый ужин и выпивку. В новеллах О. Генри часто обыгрывается образ Гаруна-аль-Рашида, и сам он, подобно этому сказочному принцу, долгими часами бродит инкогнито по улицам, паркам и злачным местам многомиллионного города. Он обладает даром располагать к себе людей, и они охотно раскрывают перед ним душу. Так рождаются многие его новеллы нью-йоркского цикла.

С годами здоровье Портера начинает заметно сдавать, сказываются и тюремные лишения, и нечеловечески напряженный труд последних лет. Гаснут физические и творческие силы, писатель страдает от диабета, больной печени, дают себя знать слабые с детства легкие.

В 1907 году Портер женится вторично. Женой его стала 37-летняя учительница из Эшвилла Сара Коулмен, с которой он был знаком еще в юности. Портер переезжает к жене в Эшвилл, вызывает к себе Маргарет и вновь пытается зажить семьянином. Но избавиться от холостяцких привычек ему уже трудно. Он вскоре возвращается в Нью-Йорк и поселяется в одном из номеров отеля «Каледония», где и настигает его 3 июня 1910 года последний смертельный приступ болезни. Его увозят в карете скорой помощи в одну из нью-йоркских больниц, и здесь он умирает на рассвете б июня.

Сара Коулмен похоронила его в Эшвилле. Там на городском кладбище можно увидеть могилу, покрытую гранитной плитой, надпись на которой гласит, что здесь покоится Уильям Сидни Портер и что прожил он на свете всего сорок восемь лет.

Было бы не совсем точно начинать отсчет творческого пути О. Генри с первых новелл, написанных им в тюрьме Колумбус, хотя такая тенденция и существует в некоторых работах, посвященных его творчеству. Сохранился список новелл, созданных им за годы пребывания в тюрьме, и в нем можно найти такие великолепные новеллы, как «Санаторий на ранчо», «Сделка», «Без вымысла», «Туман в Сан-Антонио», «Рождественский подарок Дика Свиста». Новеллы эти отмечены печатью зрелого мастерства и являют собой итог многолетнего литературного труда.

Литературный дар и тяга к сочинительству проявились у О. Генри довольно рано. Еще будучи аптекарским учеником, пятнадцатилетний Уильям развлекал посетителей аптеки забавными историями собственного сочинения. Первые рассказы он начал писать, живя на ранчо в Техасе. Рассказы эти до нас не дошли, но сохранились свидетельства одного из друзей Портера, которому хозяйка ранчо, миссис Холл, говорила: «А знаете ли вы, что этот скромный паренек — замечательный писатель? Время от времени он читает мне свои превосходные рассказы, которые ничуть не хуже тех, что печатаются в наших журналах».

С 1887 года О. Генри профессионально занимается журналистикой. Он публикует свои материалы в журналах и воскресных приложениях, в газете «Детройт фри пресс», в собственном еженедельнике «Катящийся камень» и наконец в газете «Хьюстон дейли пост», где он ведет рубрику «Постскриптумы». В 20-е годы нашего столетия американский литературовед Мэри Сэнлок Харрел, исследуя техасский период творчества писателя, обнаружила в этих изданиях большое количество новелл, подписанных разными именами, и убедительно доказала, что все они принадлежат перу О. Генри. Впоследствии эти новеллы составили два посмертных сборника — «Постскриптумы» и «Еще раз О. Генри». Вместе с тем следует признать, что О. Генри становится широко известен лишь после своего переезда в Нью-Йорк, когда с 1902 года его произведения начинают регулярно появляться в целом ряде нью-йоркских журналов. Довольно долго он публикуется лишь в периодических изданиях, но вот в 1904 году выходит в свет его первая книга.

Примечательно, что ею оказался не сборник новелл, а роман «Короли и капуста». В основу романа легли впечатления писателя от его сравнительно недолгого пребывания в Гондурасе, прозрачно замаскированном здесь под именем вымышленной республики Анчурия. С изрядной долей сарказма повествует О. Генри о бесцеремонном хозяйничанье некой всесильной американской фруктовой компании в этой маленькой латиноамериканской стране. Представителям компании ничего не стоит сменить ее президента, если того потребуют интересы бизнеса. Как известно, писатель не погрешил тут против истины. Смена президентов в угоду той или иной могущественной корпорации США, желающей видеть на этом посту своего ставленника, была весьма распространенной практикой в недавней истории многих латиноамериканских стран.

Ряд исследователей отказывает этой книге в праве называться романом, считая, что это не более чем серия новелл, связанных между собою непрочной сюжетной нитью. Думается, что такое утверждение не вполне справедливо. Роман «Короли и капуста» действительно создан писателем в основном на материале нескольких, ранее написанных им новелл о Гондурасе. И тем не менее это все же роман, поскольку картина у автора получилась достаточно цельной. Правда, роман своеобразный, с необычной композицией, с необыкновенно искусным переплетением множества самых разнообразных сюжетных линий, но это лишь придает ему особую привлекательность. О. Генри доказал, что способен был работать не только в жанре новеллы. Известно, что в конце жизни писатель говорил о своем намерении перейти к крупномасштабной прозе. Он мечтал создать эпический роман, в котором была бы подробно прослежена история одной человеческой судьбы. Ранняя смерть помешала осуществиться этим замыслам, и О. Генри навсегда вошел в историю литературы как новеллист) а «Короли и капуста» остался первым и единственным романом в его творческом наследии.

Первый сборник новелл О. Генри «Четыре миллиона» вышел в свет в 1906 году. В последующие годы выходит еще восемь сборников: «Горящий светильник» (1907), «Сердце Запада» (1907), «Голос большого города» (1908), «Благородный жулик» (1908), «Дороги судьбы» (1909), «На выбор» (1909), «Деловые люди» (1909), «Коловращение» (1910). После смерти писателя вышли сборники «Всего понемножку» (1911), «Катящийся камень» (1912), «Бесхозное имущество» (1917), «О. Генрнана» (1920), «Постскриптумы» (1923), «Еще раз О. Генри» (1935).

У биографов О. Генри до сих пор нет единого мнения о количестве написанных им новелл. Одни утверждают, что писателем создано около трехсот новелл, другие называют более внушительную цифру — свыше шестисот.

Судьба творческого наследия О. Генри также претерпела немало превратностей. В различные периоды критики и историки литературы по-разному оценивали его творчество, причем амплитуда колебаний зачастую бывала поистине ошеломляющей.

Как уже отмечалось выше, при жизни О. Генри оказался свидетелем невиданного взлета своей популярности и славы. Первое десятилетие XX века в Америке называли «веком О. Генри», книги его выходили в свет миллионными тиражами, критики отзывались о нем восторженно, и некоторые из них даже сравнивали его с Шекспирам.

Затем, начиная с 30-х годов, происходит переоценка ценностей, и творчество О. Генри становится объектом достаточно суровой критики как на родине писателя, так, в частности, и у нас в стране.

Писателю создается репутация второстепенного автора, бездумного поставщика развлекательного чтива, представителя «розового» или «нежного» реализма, утешителя, убаюкивающего читателя «красивыми сказками» и тем самым уводящего его от действительности. Советский исследователь А. Старцев пошел дальше и даже назвал О. Генри «фальсификатором действительности». Некоторые американские литературоведы предрекали, что творчество О. Генри недолговечно и обречено в будущем на полное забвение.

В 50-е годы нашего столетия и позднее, особенно в год столетнего юбилея О. Генри, появился ряд работ о нем, отмеченных стремлением сломать такой стереотип восприятия писателя и уйти от этих далеких от справедливости оценок его творчества. И тем не менее приходится признать, что представление об О. Генри как о писателе неглубоком, в той или иной степени бытует и поныне, Сохраняется тенденция снисходительно отмечать положительные стороны его творчества, делить его новеллы на «хорошие» и «плохие».

Думается, такая тенденция малоплодотворна.

Об О. Генри пишут много и по-разному. Различны глубина суждений, точность анализа у тех или иных исследователей. И все же трудно отделаться от ощущения, что тонкость, глубина и своеобразие этого замечательного американского автора до сих пор не проанализированы в полной мере и не оценены по достоинству.

Впрочем, как бы ни относиться к творчеству О. Генри, непреложным остается тот факт, что забвение так и не стало его уделом. Пока литературоведы вели спор о достоинствах или недостатках О. Генри, издатели продолжали издавать, а читатели не переставали восхищаться его новеллами.

Минули годы и десятилетия, а любовь читателей к О. Генри не иссякает. Многие его современники, авторы, которые по праву были возведены в ранг классиков, заняли свои почетные места в учебниках по истории литературы. А творчество О. Генри продолжает оставаться живым. Как видим, предсказания о том, что век его новелл недолог, оказались несостоятельными.

Русский читатель впервые познакомился с переводами О. Генри в 1915 году. За минувшие 75 лет произведения писателя издавались у нас многократно. Да и в последние годы сборники новелл О. Генри выходят в СССР довольно часто. И тем не менее насытить ими книжный рынок практически не представляется возможным.

В чем же магия этого автора? Почему новеллы его и по сей день остаются излюбленным и увлекательным чтением? Чем привораживает он читательские сердца?

Прежде всего, вероятно, тем, что творчество О. Генри — мощный источник добра и человечности. Его новеллы не только пленяют и восхищают, радуют и увлекают читателя. Они пробуждают в его душе целый мир добрых чувств, вселяют в нее оптимизм и Надежду, проливают на нее бальзам утешения.

Вспомним, однако, что «утешительство» — это как раз тот «криминал», который вменялся писателю в вину. Долгие годы слово это воспринималось у нас со знаком минус. Считалось, что утешительство расслабляет человека, отвлекает его от борьбы. Но теперь, в период переоценки многих представлений и понятий, быть может, пришла пора пересмотреть такую точку зрения. Так ли уж криминально нести слово утешения людям, которые нуждаются в нем практически всегда?

Однако если говорить об утешительстве О. Генри, то нетрудно заметить, что оно все-таки особого рода. Автор отнюдь не стремится вселять в читателя несбыточные надежды или заставить его уповать на чудо. Просто он хочет обратить внимание на те подлинные человеческие ценности, которые всегда могут послужить опорой и утешением в наиболее трудных жизненных ситуациях. И тогда происходит нечто удивительное. Самые, казалось бы, плачевные финалы его новелл начинают восприниматься как счастливые или, во всяком случае, оптимистические. Приведем два примера.

В одной из наиболее известных новелл О. Генри, «Дары волхвов», муж продает часы, чтобы купить своей юной супруге набор гребней для волос. Однако она не сможет воспользоваться подарком, поскольку продала волосы, чтобы, в свою очередь, купить мужу цепочку для часов. Но и ему подарок, увы, не пригодится, раз часов у него больше нет. Печальная и нелепая история, не так ли? И тем не менее, когда О. Генри говорит в финале, что «из всех дарителей эти двое были мудрейшими», мы не можем не согласиться с ним, ибо истинная мудрость героев, по мысли автора, не в «дарах волхвов», а в их любви и самоотверженной преданности друг другу.

В новелле «Из любви к искусству» также ведется рассказ о юной полунищей супружеской чете. Жена мечтает стать пианисткой, муж — художником. Но денег, чтобы брать уроки, нет, и тогда каждый из них решает пожертвовать своими честолюбивыми мечтами ради другого. Жена втайне от мужа нанимается гладильщицей в прачечную. Но затем выясняется, что и муж работает в этой прачечной истопником. Налицо, по сути дела, крушение жизненных планов молодой пары. Рухнули мечты о служении искусству, о блестящей карьере. И все же финал новеллы мажорный. Герои познали радость самопожертвования и поняли, что никакие удары судьбы не страшны — «если любишь»…

Не менее жестокий удар постиг маленькую невзрачную официантку Тильди из новеллы «Дебют Тильди». Она обманулась в своих ожиданиях заполучить хотя бы одного поклонника. Тильди горько плачет, упав головой на стол с объедками. «Но, — говорит автор в финале, — не все было потеряно». Теплое, дружеское пожатие руки Эйлин принесло страдающей девушке утешение.

И даже одна из самых драматических новелл О. Генри, «Последний лист», оставляет в нашей душе не чувство горечи, а удивительное чувство просветления. Мы радуемся выздоровлению юной Джонси, находившейся на краю гибели, и восхищаемся самоотверженностью ее друзей, хотя одному из них, старому художнику Берману, пришлось заплатить за спасение девушки собственной жизнью.

Итак, радость и теплота человеческого общения во всей гамме его проявлений — любви и участия, самоотречения и самопожертвования, верной, бескорыстной дружбы — вот те жизненные ориентиры, которые, по мысли О. Генри, способны скрасить человеческое существование и сделать его осмысленным и счастливым.

Ныне эти на первый взгляд столь очевидные жизненные ориентиры оказались в значительной мере девальвированными. Человечество устремилось в погоню за иными благами, но, так и не сумев придумать ничего лучшего, мало-помалу начинает возвращаться к мысли о непреходящей ценности таких изначальных понятий, как добро, человечность, милосердие, бескорыстие, великодушие.

В сложном и трудном процессе возвращения к этим ценностям О. Генри, утверждавший их всем своим творчеством, остается сегодня писателем не только живым, но и очень нужным.

Писатель Юрий Нагибин в статье «Добрый талант», посвященной столетию со дня рождения О. Генри, говорит о том, что его новеллы, например, из цикла «Сердце Запада», были бы весьма полезным чтением для юношества, ибо они учат мужеству, верности, благородству. Впрочем, отметим вслед за автором статьи, уроки нравственности, которые можно почерпнуть из творчества О. Генри, могли бы, по словам Ю. Нагибина, «послужить хорошей профилактикой» для читателя любого возраста.

Остается лишь добавить, что свои уроки нравственности О. Генри преподносит читателю без малейшего намека на дидактизм или морализаторство. Он делает это столь пленительно весело, ярко и непринужденно, что его уроки прежде всего западают в душу и сердце читателя, а затем исподволь овладевают его сознанием. Но тем они ценнее.

Не следует, однако, представлять себе дело так, будто О. Генри, сосредоточивая внимание на проблемах общечеловеческой морали, полностью абстрагируется при этом от проблем социальных. Эти проблемы, безусловно, присутствуют в его творчестве, хотя в разных новеллах их удельный вес неодинаков. Социальная тема связана у О. Генри в первую очередь с новеллами нью-йоркского цикла, которые представлены в сборника «Четыре миллиона», «Голос большого города», «Горящий светильник», «Деловые люди».

Социальность О. Генри прежде всего проявляется в его демонстративном и подчеркнутом демократизме. Объясняя смысл названия — «Четыре миллиона» — которое он дал первому из сборников нью-йоркского цикла, О. Генри писал, что этим он хотел противопоставить пестрое, многоликое население многомиллионного города тем четыремстам власть имущим, которые претендуют на особую твою значимость. Более того, он намерен с помощью своих книг ввести представителей этих четырех миллионов «в гостиные четырехсот». «Я хочу, чтобы наши четыреста побывали в шкуре четырех миллионов», — говорит он. Писатель стремится привлечь внимание привилегированной части общества к людям, обделенным благами в этом обществе. И потому он часто делает героями своих новелл тех, кто, выражаясь современным языком, находится «у черты бедности». Это — бездомные бродяги, по-нашему — «бомжи», ночующие на парковых скамейках, такие, как Сопи из новеллы «Фараон и Хорал» или Стаффи Пит из новеллы «Во имя традиции», это продавщицы на грошовом жалованье, официантки дешевых кафе, обитатели убогих «меблирашек», полуголодные молодые журналисты, художники, артисты.

Наличие социального неравенства не является для О. Генри секретом, и он недвусмысленно выражает свое отношение к этой проблеме. Иногда он даже делает это «открытым текстом», как, например, в новелле «Пурпурное платье», где он взывает к обладателям «тугих кошельков»: «Дамы, разъезжающие по магазинам в экипажах… девицы, чьи гардеробы пополняются на отцовские денежки… Дамы с набитым кошельком и кучей нарядов… Вы не представляете себе, что это такое — жить с вечной мечтой о красивых вещах, голодать восемь месяцев подряд, чтобы иметь пурпурное платье к празднику…»

Как видим, писатель полон участия и сочувствия к тем своим героям, которые больше всего нуждаются в помощи и защите.

Однако интонация его резко меняется, коль скоро речь заходит об «обладателях тугих кошельков» и героями его новелл становятся дельцы из мира капитала. Здесь писатель прибегает часто к убийственной иронии и даже гротеску, дабы показать деформацию человеческой личности под влиянием страсти к обогащению. В новелле «Роман биржевого маклера» владелец маклерской конторы настолько поглощен взлетами и падениями акций на бирже, что даже ухитрился позабыть о собственной свадьбе. В новелле «Волшебный профиль» феноменально скупая миллионерша воспылала любовью к скромной молодой машинистке только из-за того, что профиль девушки напоминал ей профиль, вычеканенный на серебряном долларе. В новелле «Дороги, которые мы выбираем» саркастическая интонация автора усиливается до гневного обличения. Герой новеллы, бандит и убийца Акула Додсон, разбогатевший с помощью грабежей и разбоя и ставший банкиром, предает своего компаньона с тем же цинизмом и жестокостью, с какими он когда-то убил своего сообщника по ограблению поезда.

Утверждение о том, что богатство многих банкиров и миллионеров не добыто честным путем, а награблено в буквальном смысле этого слова, часто встречается у О. Генри, и в особенности в новеллах о благородных жуликах. К слову сказать, элементы социальной сатиры также с особой отчетливостью звучат в новеллах именно этого цикла. Они собраны в сборнике «Благородный жулик» и повествуют о приключениях двух симпатичных аферистов Джеффа Питерса и Энди Таккера. Некоторые американские литературоведы называли эту книгу О. Генри «скандальной» и упрекали автора в том, что он прославляет в ней гангстеров и бандитов. Между тем герои этого цикла, конечно же, не гангстеры и не бандиты. Они просто жулики, и притом жулики «благородные». Переводчику этого цикла Корнею Чуковскому посчастливилось найти слово, с удивительной точностью передающее смысл ситуации. Здесь явно напрашивается аналогия с понятием «благородный разбойник», широко бытующим в фольклоре, и такая шутливая аналогия, бесспорно, прослеживается у О. Генри. Как известно, благородные разбойники грабили только богатых и щадили вдов и сирот. То же самое говорит автор в отношении Джеффа Питерса: «Вдовам и сиротам не следует бояться его; он изымает только излишки». У благородных жуликов О. Генри существует свой кодекс чести, которого они строго придерживаются. Они ни за что не возьмутся за дела, по их мнению, «подлые» и «грязные». Таковыми они считают, например, кражу со взломом или нелегальную торговлю наркотиками.

Но главное все же не в этом. Жульничество Джеффа и Энди благородно потому, что оно базируется на неблагородных побуждениях тех, кто попадается к ним на удочку. Иначе говоря, человеческие пороки и недостатки, к примеру, такие, как алчность, корысть, честолюбивые амбиции и, наконец, обыкновенное ротозейство и легковерие, обеспечивают успех жульническим проделкам хитроумных аферистов. Околпачивая этих, как они выражаются, «социальных паразитов», Джефф и Энди даже испытывают в некотором роде гордость за свою «профессию». И в самом деле, жертвы их мошеннических махинаций предстают перед нами в столь отвратительном обличье, что мы не испытываем к ним ни малейшей жалости или сочувствия. Таковы, например, миллионер Скаддер из новеллы «Совесть в искусстве» или герой новеллы «Стриженый волк» торговец Мэркинсон, прожженный хищник, который вполне заслуживает того, чтобы его, слегка «остригли».

Большой силы сатирический заряд заложен в новелле «Кафедра филантроматематики», где автор наделяет центральных персонажей цикла ролью филантропов, для того чтобы высмеять это, с его точки зрения, уродливое явление. Он рассматривает филантропию как возвращение богачами части награбленного у народа.

«Когда человек ограбил своих ближних на известную сумму, ему становится жутковато и хочется отдать часть награбленного», — заявляет О. Генри. К тому же в руках дельцов филантропия может стать и немаловажной статьей дохода. «Если поставить филантропию на коммерческую ногу, она дает очень хороший барыш», — говорит Энди Таккер.

По всем новеллам этого цикла рассыпаны сатирические афоризмы, язвительные выпады, иронические намеки, в которых достается и полиции, и миллионерам, и даже самому президенту. Вот некоторые из них: «Я попал в дурную компанию. Это бывает с человеком в двух случаях — когда он без гроша и когда он богат».

«Энди… вероятно, мог бы проследить свою генеалогию только до какой-нибудь финансовой корпорации». «Однажды в пылу полемики он даже выразился, будто я нисколько не лучше Рокфеллера», и т. д.

Если в новеллах о благородных жуликах в авторской интонации преобладают ирония и сарказм, то в новеллах о Техасе писатель прибегает к иным краскам. Именно с новеллами техасского цикла главным образом связана романтическая стихия в творчестве О. Генри.

Как уже говорилось выше, О. Генри в ранней молодости провел два года на ранчо братьев Холл в Техасе. Богатые впечатления тех лет и легли в основу техасского цикла, составившего сборник «Сердце Запада».

О. Генри еще застал в Техасе традиции вольного пионерства. Скотоводческие ранчо и ковбойские лагеря были разбросаны среди необозримой пустынной прерии, вдали от больших городов, и обитатели их вынуждены были оборонять себя и свой дом от бандитских набегов и хищных зверей.

Суровый быт Техаса, овеянный романтическим ореолом, запечатлен писателем в новеллах «Санаторий на ранчо», «Сердце и крест», «Высочайшее отречение», «Принцесса и пума», «Маркиз и мисс Салли» и многих других. О. Генри удалось передать своеобразие этого красочного мира, где царят свои неписаные законы, свой моральный климат, свои понятия о добре и зле, чести и справедливости.

Эти особые условия жизни порождают характеры сложные и яркие. О. Генри рисует техасских ковбоев и ранчменов людьми, исполненными особой красоты, сильными, гордыми, отчаянно смелыми, хотя и грубоватыми. Они скоры на суд и расправу, способны жестоко подшутить над новичком и подвергнуть его испытанию на прочность. Непосвященному забавы их могут показаться дикими. Но с той минуты, как они признают человека своим, не будет у него друзей более преданных, бескорыстных и великодушных. Не случайно мотив верной мужской дружбы проходит через многие новеллы сборника «Сердце Запада». Герои О. Генри не остановятся ни перед чем, если надо вызволить друга, который, по их мнению, попал в беду («Выкуп»), они не изменят заветам дружбы, даже, оказавшись соперниками в любви («Друг Телемак», «Справочник Гименея»). И хотя герой рассказа «Друг Телемак» в своей щепетильности переходит границы разумного, его рыцарская верность другу, по сути дела, глубоко трогательна.

Романтический отблеск лежит и на женских образах этого цикла. Героини новелл, Санта Игер, Жозефа О’Донелл, юная Салли, Йенна ни в чем не уступают мужчинам — ни в силе характера, ни в физической силе и ловкости. Они отлично скачут верхом, умеют заарканить телку, выковать клеймо, свалить выстрелом хищника. Но при этом они красивы, обаятельны, наделены истинно женской чуткостью и тактом.

Культ мужества и силы, воспеваемый в новеллах о Техасе, нигде, однако, не переходит в культ насилия, органически чуждый творчеству О. Генри. В новелле «Пимиентские блинчики» герой оказывается посрамленным и одураченным только потому, что позволил себе запрещенный прием и, добиваясь любви девушки, вздумал угрожать сопернику смертью.

Нетрудно заметить, что О. Генри не только избегает в своих новеллах сцен жестокости и насилия, но вообще не любит каких бы то ни было резких красок. Возникающее в ходе повествования напряжение он немедленно стремится снять с помощью мягкой иронии или юмора. В его новеллах мы не найдем описания ранящих душу человеческих страданий. В этом отношении писатель проявляет явную сдержанность. При всем сочувствии автора к своим героям мы нигде не увидим его хнычущим над их бедствиями, как не найдем у него и героев, плачущихся на свою судьбу, какова бы они ни была.

Эл Дженнингс в своей книге «Сквозь мрак с О. Генри», вспоминая о годах, проведенных в тюрьме, свидетельствует, что товарищи по заключению не раз призывали О. Генри описать все те ужасы, которые они здесь переживают. Однако писатель так и не последовал их совету, несмотря на все свое сострадание к людям и ненависть к насилию и несправедливости.

Более того, сам пройдя через кошмар каторжной тюрьмы, он сохранил светлый, жизнеутверждающий взгляд на мир. О. Генри не ожесточился, не озлобился, не стал мизантропом. Он не поддался соблазну примкнуть к натуралистическому течению «разгребателей грязи», авторов, не боявшихся изображать в своих произведениях самую непривлекательную изнанку американской действительности.

И все же трудно представить себе, чтобы тюремный опыт прошел для О. Генри бесследно. Скорее всего, не прошел. Но он вынес из него нечто иное, не менее сильное, чем вид человеческих страданий. Он встретился здесь с людьми, выброшенными за борт жизни, и понял, что они достойны интереса и сострадания. Он уверовал в светлое начало в человеке вопреки всему. Он убедился, что на дне самой потерянной души брезжит свет человечности, и стоит только коснуться в ней каких-то скрытых струн, как она раскроется навстречу добру.

Среди героев новелл О. Генри таких «потерянных душ» немало. И будь эти люди даже закоренелые преступники, они все равно, по мнению писателя, подвержены закону, который можно было бы назвать «законом цепной реакции добра».

Один из таких героев — Малыш Льяно из новеллы «Гнусный обманщик». Убийца и головорез, он без малейших угрызений совести поселяется у родителей убитого им юноши, выдавая себя за их сына, в детстве сбежавшего из дома. Мало того, он намерен нанести этим пожилым людям жестокий удар, ограбить их и скрыться, тем самым обнаружив свое самозванство и обман. Но происходит чудо преображения. Потрясенный силой материнской любви чужой ему женщины, принимающей его за своего сына, он отказывается от этого замысла и говорит сообщнику: «…Эту даму мы должны дурачить до конца. Один раз она это пережила, второй раз ей не вынести. Я большой негодяй, и, может быть, дьявол, а не бог послал меня на эту дорогу, но я пойду по ней до конца».

Даже в тех немногих случаях, когда О. Генри прямо обращается к фактам из тюремного прошлого, он претворяет их по-своему. Примером может служить эпизод, рассказанный в уже упоминавшейся книге Эла Дженнингса.

В тюрьме Колумбус находился знаменитый взломщик Дик Прайс, осужденный на пожизненное заключение. Однажды ему предложили вскрыть захлопнувшийся сейф одного из банков, обещая за это помилование. Дик Прайс справился с задачей, хотя для этого: ему пришлось прибегнуть к мучительной операции спиливания ногтей на пальцах рук. Однако Дик был обманут. Губернатор отказался подписать помилование, и взломщик вскоре умер и тюрьме.

Оттолкнувшись от этого факта, О. Генри создал новеллу, которая в русском переводе называется «Обращение Джимми Валентайна». В ней рассказана совсем другая история. Это история о преобразующей силе любви, способной закоренелого преступника превратить в благородного человека. Это рассказ о самоотверженной готовности пожертвовать этой любовью ради блага любимой. Жертвуя свободой и счастливым будущим, Джимми Валентайн спасает маленькую девочку, потому что ее гибель причинила бы горе любимой женщине, а также потому, что любимая верит в него. Но это еще не все. Его поступок вызывает ответную реакцию, которую мы уже обозначили выше как «цепную реакцию добра». Сыщик Бен Прайс много недель выслеживал Джимми Валентайна и теперь явился, чтобы его арестовать. Но, став свидетелем его самопожертвования, неожиданно отказывается от своего намерения, делает вид, что не узнает взломщика и оставляет его на свободе.

Такое непредсказуемое поведение героя, рождающееся спонтанно, на наших глазах, под влиянием неординарного поступка другого человека, часто служит писателю «инструментом» для создания многих его неожиданных развязок в новеллах, о чем речь пойдет ниже.

Исследователи, пишущие об О. Генри, неизменно делают попытку объяснить себе и читателю, как сотворено чудо, именуемое новеллой О. Генри. Задача столь же соблазнительная, сколь и трудно выполнимая. Любое чудо, в том числе и чудо искусства, плохо поддается анализу.

И тем не менее попробуем И мы остановиться на некоторых особенностях поэтики новеллы О. Генри.

Жанр новеллы получил весьма широкое распространение в американской литературе середины XIX — начала XX века. Возникла даже особая, американская разновидность этого жанра, получившего название «Шорт стори», что по-английски означает «короткий рассказ». Выдающимися мастерами жанра «шорт стори» были Вашингтон Ирвинг, Эдгар По, Натаниэль Готорн, Амброз Бирс, Брет Гарт. Эдгар По даже сформулировал основные законы создания «шорт стори», которые предусматривали краткость формы, единство и динамизм сюжета и неожиданную развязку.

Творчество О. Генри являет собой пример блистательного овладения жанром короткого рассказа. Он не знает себе равных в мастерстве точной и выразительной детали, в умении построить острый сюжет и наконец в изобретательности при создании неожиданных развязок.

Жанр малой формы требует от писателя экономного и точного отбора выразительных средств. О. Генри двумя-тремя деталями, многозначными и емкими, умеет дать читателю исчерпывающее представление о характере героя и о его жизни.

Искусство создания неожиданной развязки О. Генри обогатил введением двух развязок — предразвязки и подлинной развязки, которая дополняет, разъясняет или, наоборот, начисто опровергает первую. И если о первой еще можно догадаться в ходе чтения, то вторую не в состоянии предвидеть самый проницательный читатель. И это придает новеллам О. Генри поистине неотразимое очарование.

Неожиданная развязка О. Генри — не просто блестящий технический прием. Иногда, как уже говорилось выше, такая развязка мотивируется неожиданным Поворотом в душе героя, вызванным неординарным поступком другого человека. Часто в основе неожиданной развязки у О. Генри лежит непредсказуемость человеческого поведения, призванная, по мысли автора, подчеркнуть сложность и своеобразие человеческой натуры. Но бывает и так, что поступок героя, вначале ошеломляющий нас неожиданностью, на поверку оказывается логически оправданным. Так происходит, например, в новелле «Погребок и роза», где знаменитая артистка Пози Кэрингтон ищет партнера на роль деревенского простака. Она сама родилась и вызрела в деревне и заявляет, что никаких подделок не потерпит. Актер, претендующий на эту роль, отправляется в родную деревню артистки, а, возвратившись, убедительно разыгрывает роль ее земляка. Однако когда он на следующий день, уверенный в успехе, является к Пози Кэрингтон, то выясняется, что она неожиданно разорвала контракт с театром и уехала на родину. Казалось бы, результат ошеломляющий. Но если внимательно вчитаться в новеллу, то можно увидеть, как автор едва заметными штрихами и намеками дает понять, что за внешней бравадой театральной дивы скрываются усталость и тоска по родному дому. И тогда становится ясно, что рассказ актера о ее отчем доме явился лишь последней каплей, переполнившей чашу. Роза, привезенная из деревни, «победила» богемный погребок.

Примеров таких неожиданных концовок у О. Генри, полных скрытого внутреннего смысла, можно было бы привести немало.

Юмористическая стихия новелл О. Генри является одной из наиболее привлекательных сторон его творчества, Юмор О. Генри уходит корнями в традиции комического рассказа, бытовавшего в среде первых поселенцев Америки. Это и забавные приключения, и нелепые ситуации, в которые попадает герой рассказа, и хлесткая, остроумная фраза.

У О. Генри юмор часто бывает связан с комическими ситуациями, которые лежат в основе многих сюжетов. Иногда они помогают писателю в развенчании тех или иных отрицательных явлений действительности. Прибегая к пародии и парадоксу, О. Генри вскрывает противоестественную сущность таких явлений и несовместимость их с нормальной практикой человеческого поведения.

В новелле «Вождь краснокожих» О. Генри пародирует отвратительное бесчеловечное явление, которое в наши дни получило название терроризма. Это похищение детей, а теперь уже и взрослых, с целью выкупа. Здесь смех писателя поистине разит наповал. Два злоумышленника, похитившие мальчика, не только не получили выкупа, но и вынуждены были сами заплатить деньги его отцу, чтобы тот забрал сына обратно. Все дело в том, что мальчишка ведет себя естественно, не принимая навязываемой ему роли жертвы. Он нисколько не боится похитителей, и это сбивает их с толку. Невольно они сами начинают вести себя, как нормальные люди, то есть терпя выходки маленького хулигана, похитители органически неспособны применить к нему насилие. То же самое происходит в новелле «Родственные души». Естественное поведение хозяина дома, куда забрался вор, не вписывается в сценарий обычного грабежа, известие о том, что оба они, и хозяин дома и грабитель, страдают одним и тем же недугом, пробуждают во взломщике нормальные человеческие эмоции, и он начинает вести себя по-человечески — расспрашивает больного, дает ему медицинский совет, помогает одеться и даже приглашает выпить за свой счет.

Пародийность и парадоксальность ситуации обыгрывается также во многих других новеллах О. Генри. В новелле «Комедия любопытства» двое уличных зевак по привычке затесались в толпу любопытных, чтобы поглазеть на собственную свадьбу. В новелле «День благодарения» старый джентльмен, угостивший бродягу сытным обедом, падает в обморок от истощения, а бродягу увозят в больницу оттого, что он объелся. Иногда комическая ситуация вытекает из недоразумения («Чародейные хлебцы», «Выкуп») или абсурдного поведения героя («Справочник Гименея», «Друг Телемак», «Клад»).

Юмор буквально пропитывает и языковую ткань новелл О. Генри. Текст их густо насыщен каламбурами, остротами, забавным словотворчеством. Писатель часто оперирует образами и аналогиями из литературы, истории, мифологии, Библии, и это придает его юмору высокую интеллектуальность. Виртуозную изобретательность демонстрирует О. Генри в создании неожиданных сравнений, метких и ярких метафор. Он находит свои, еще никем не освоенные краски для характеристики персонажей, их поведения и портретов. Вот пример портретной характеристики одного из персонажей: «Цвет его волос напоминал вам картину „Закат солнца в Большом Каньоне“, написанную американским художником и повешенную в американской гостиной для прикрытия дыры на обоях». Здесь стрела юмориста поражает сразу несколько мишеней. Он не только дает нам представление о рыжем цвете волос героя, но одновременно высмеивает и бездарного художника с его яркими кричащими красками, и потребителей этой дешевой безвкусной мазни.

А вот какими «комплиментами» обмениваются во время ссоры два приятеля из новеллы «Справочник Гименея»: «Я не знаю, какой звук издавало бы кислое молоко, падая с воздушного шара на дно жестяной кастрюльки, но мне кажется, что это было бы небесной музыкой по сравнению с бульканьем жиденькой струйки дохлых мыслишек, истекающих из ваших разговорных органов», — говорит Айдахо Грин, а Санди Пратт ему отвечает: «Если бы мне пришлось выбирать между вашим обществом и обществом обыкновенной кудлатой колченогой дворняжки, то один из обитателей этой хибарки вилял бы сейчас хвостом».

Виртуозное владение языковыми средствами, которое всегда восхищало читателей О. Генри, было результатом упорного труда, неутомимого поиска новых форм выразительности. Как уже говорилось выше, О. Генри, по свидетельствам друзей, был «рабом словаря», часами изучая его и выискивая в нем все новые оттенки и значения слов. Редактор и друг О. Генри Роберт Дэвис в своих воспоминаниях рассказывает, что О. Генри всегда долго и тщательно работал над каждой фразой, текст его был безукоризненным, и редакторам ни разу не пришлось исправить в его рукописях ни единой строчки.

Многие новеллы О. Генри — это маленькие шедевры, в которых форма и содержание находятся в совершенной гармонии. В них выверено каждое слово, каждый поворот сюжета. И не тускнеют с годами краски этих маленьких шедевров наперекор прогнозам недальновидных предсказателей.

Читателю, открывающему эту книгу, предстоит встреча с художником большого сердца и неотразимого обаяния, с талантом ярким и оригинальным. Вероятно, для одних это будет встреча с давним и добрым другом, для других — новое и увлекательное знакомство.

Но и тех, кто уже успел узнать и полюбить О. Генри, и тех, кто впервые откроет его для себя, ждут волнующие и радостные минуты соприкосновения с настоящим, большим искусством.

Ф. Золотаревская

Content

Фаина Золотаревская
О. Генри и его новеллы