Юлия Архарова

Дорога в ночь

Глава 1

Рийна Ноорваль

13-й день Атанарил-лин 223 года от О. В.

Я висела вниз головой в паре метров над землей. В воздухе меня удерживало только какое-то эфемерное лоэльское плетение. Стоит эльфам распустить узор – и я упаду. Неважно, что подо мной лишь россыпь камней, а не чан с кислотой или раскаленные угли. Мне и этого хватит.

Жарко. Душно. Влажно. Хорошо еще, надоедливой мошкары совсем нет; впрочем, все эльфы – маги, что им какая-то болотная пакость?

Ночь, небо только-только начинает бледнеть на востоке, а светло уже как днем – на берегу полыхает корабль контрабандистов. Тот самый, на котором всего час назад я была пассажиркой. Корабль, из команды которого в живых почти никого не осталось. Кто-то из матросов утонул, лишь единицам удалось доплыть до противоположного берега. Кто-то, не сумев выбраться из превратившегося в ловушку судна, предпочел покончить с жизнью. Так что эльфам, в виде сомнительного приза, досталась только я, неудивительно, что у них так много вопросов… Вопросов, ответы на которые могут стоить жизни не только мне.

Хайдаш! Я ничего не могу сделать. Ничего! Остается только вертеться, как уж на раскаленной сковородке, и молить всех богов, чтобы они даровали мне шанс. Нет, не выжить! Иная жизнь страшнее смерти… Сбежать. Или хотя бы умереть по своему выбору и желанию. Это, знаете ли, тоже дорогого стоит.

В некотором роде мне повезло: эльфы и мысли не допускали, что я прекрасно знаю лоэльский, а потому не стеснялись обсуждать мою дальнейшую судьбу между собой. Пока меня не собирались ни убивать, ни пытать, но на этом хорошие новости заканчивались. Что хорошего в том, чтобы стать эльфийской рабыней?!

Эльфы… лоэл’ли… Как ни называй, нелюдь – она нелюдь и есть! Сволочи! Гады ушастые! Как же я их всех ненавижу!!!

Беда в том, что эти твари тоже не любят людей. Более того, они в своей ненависти так преуспели, что пару сотен лет назад чуть ли не истребили всех людей на Тауре.

В нескольких шагах от меня негромко беседовали четверо эльфов – высокие, статные, как на подбор. Все как один затянуты в черные мундиры с замысловатым серебряным шитьем. На одежде ни пылинки, на узких лицах печать высокомерия.

Наконец вперед выступил усталый эльф средних лет – какой-то чиновник из эльфийского города неподалеку. Похоже, нелюди решили, что я достаточно долго вишу вниз головой и уже созрела для серьезного разговора.

– Поговорим? – спросил по-имперски эльф.

Взгляд и тонкие, скептически поджатые губы чиновника показывали, какое презрение и отвращение этот лоэл’ли испытывал к жалкой получеловечке. Ко мне.

Вот так. Для людей я полуэльфийка, для эльфов – получеловечка, и не имеет никакого значения, кто я на самом деле. Полукровка, выросшая среди людей и привыкшая считать себя человеком. Дитя двух рас: победителей и побежденных, господ и рабов, эльфов и людей… Дитя ненависти и насилия.

– Да-да… я все скажу!

– Твое имя?

– Ри. Меня зовут Ри.

– Полное имя?

– Ри… Просто Ри.

– И только?

– Я выросла на улицах… – запинаясь, лепетала я. – А там… там не принято давать длинные имена. Только клички… прозвища…

Зачем лоэл’ли знать, что одной половине вольного города Танниса я известна под именем Рийны Ноорваль, а другой – Ночной гостьи Нефрит? Ведь оба имени с легкостью сокращаются до панибратского Ри. Да, имени Ри для этих гадов ушастых будет вполне достаточно.

И пусть я стала эльфийской пленницей. Нет, хуже!.. Рабыней! Но по моему имени лоэл’ли могут выйти на самого дорогого и любимого человека – на мою маму. Страшно подумать, что они сделают с ней, ведь она не только скрыла от эльфийских властей рождение полукровки, но и вырастила ее.

Я ни секунды не сомневалась – проклятые нелюди накинули на меня распознающее ложь плетение, а потому не собиралась врать эльфам. Другое дело, что правда – понятие шаткое и переменчивое, что абсолютной правды попросту не существует, что правда у каждого своя. А потому мне ничто не мешало чуть-чуть искажать эту правду: немного недоговаривать, что-то приукрашивать, по-другому расставлять акценты. И верить, что в моих словах нет ни грамма лжи.

– Ты знаешь, что ты полукровка?

– Да…

Будь я простой человечкой, лоэл’ли со мной бы долго возиться не стали. Сначала устроили бы допрос с пристрастием, а потом сожгли на костре или просто чиркнули ножом по горлу и скинули бы в реку. Но так как я дикая полукровка, у меня быстро нашелся заступник – один из сиятельных эльфов, не мудрствуя лукаво, признал меня своей собственностью. И конечно же он так поступил не из жалости и уж точно не из мнимого милосердия, просто ушастый захотел приобрести себе новую игрушку. «Мой хозяин» немного опасался, что шкурку его новоявленной рабыне поцарапают, а потому допрос свели к «простой беседе».

– Как давно ты знаешь о том, что ты полукровка?

– Ну… с детства. Догадалась как-то.

– Почему не сдалась Наместнику?

– Ну, я же не самоубийца! Я боялась…

Допрашивающий меня эльф презрительно усмехнулся.

Я действительно боялась. Не играла, не притворялась, а просто выпустила на волю страх, что пожирал меня изнутри. Ведь кто я? Лишь маленькая глупенькая напуганная девчонка.

– Ты когда-нибудь встречала других диких полукровок? Слышала что-нибудь о них?

– Нет… Нет! Ни разу!

– Не встречала, значит… Твой возраст? Сколько тебе лет?

Вот тут бы соврать, сказать, что я значительно старше, и тогда вопрос о матери отпадет сам собой, человеческий век короток, а полукровки, как и эльфы, с годами не стареют. Но такой прямой вопрос обойти никак не получится.

– Двадцать пять…

– Что ты знаешь о своем отце?

Лоэл’ли даже мысли не допускал, что моей матерью могла быть эльфийка, а отцом человек. Еще бы! Женщин у эльфов очень мало, а находящихся в детородном возрасте вообще чуть ли не единицы. И чтобы молодая эльфийка спуталась с человеком? Быть такого не может!

– Только то, что он был эльфом.

– Видела ли ты когда-нибудь своего отца? Знаешь его имя? Чем он занимался?

– Нет-нет! Конечно же нет! Откуда мне?!

Я ни капли не лукавила, об отце действительно ничего не знала. Мама, как я ее ни просила, никогда не рассказывала… Хайдаш! Я ведь даже придумать ничего не могу, эльфы сразу заметят столь наглую ложь. Но что же делать?! Мне жизненно необходима какая-нибудь зацепка, которая сделает меня ценной в глазах лоэл’ли не только как генетический материал, но и не позволит эльфам стереть мою личность в ближайшем городе.

– А мать? Что ты знаешь о своей матери?

Вот он тот вопрос, которого я так боялась.

– Она… ну… некоторое время работала в Веселом доме.

– Шлюха, – сказал, как выплюнул, эльф. – Ну да, я мог бы и догадаться.

– А имя ты ее знаешь? – продолжил допрос нелюдь.

– Э-э-э… Лиана. Лиана Тэрсиль!

– Надо же! – слегка удивился эльф. – Не ожидал, что ты так легко назовешь ее имя.

– Пожалуйста, я все скажу, только снимите! Отпустите меня! – захныкала я.

– Неужели тебя совсем не волнует судьба матери?

– Почему? Очень волнует! Это по ее вине я детство провела сначала в Веселом доме, а потом и вовсе на улице!..

И опять я сказала лоэл’ли правду. Мою маму действительно звали Лиана Тэрсиль. Когда-то. Еще до того, как она, узнав, что понесла от эльфа, сбежала из Вольгорода в Таннис. На новом месте жительства мама благоразумно сменила не только имя, но и фамилию и стала Терезой Ноорваль. Моя мать долгое время работала в Веселом доме, но уже шесть лет как она была его хозяйкой.

– Чем ты занималась в Таннисе? Тоже была шлюхой, как и твоя мать?

– Нет!.. Я портниха, шью на заказ.

Снова правда, приправленная кусочком лжи.

Я действительно владела швейной мастерской, но иголку с ниткой мне давненько не приходилось в руках держать – были у меня занятия и поважнее. Уже восемь лет я выполняла деликатные поручения Гильдии Теней и параллельно с этим изучала почти два десятка дисциплин в Академии. На воровском поприще я достигла немалых успехов, даже заслужила право именоваться Ночной гостьей – такой «титул» Гильдия кому попало не дает. Учеба в Академии мне тоже давалась легко, хотя я и старалась по возможности из общей массы учеников не выделяться, но скрыть то, что у меня имеются способности к языкам, было нелегко… Да и как могло быть иначе, если лоэльским и ургским языками я овладела еще лет десять назад, когда был ученицей Серого Охотника – человека, который сделал целью своей жизни отправить в Пекло как можно больше эльфов и которого эти самые эльфы безуспешно пытались разыскать чуть ли не двадцать лет. Разумеется, учил меня Охотник не только языкам…

– Что ты делала на корабле?

– Мм… Один влиятельный человек точил на меня зуб. Если бы я не убралась из Танниса, меня бы убили! – всхлипнула я и повторила: – Видит Араш, убили бы!

Сказать, что у меня были неприятности в Таннисе, – это ничего не сказать. Я провалила заказ! Осталась бы в городе – и долго бы не прожила. А может, и наоборот. Есть способы заставить человека пожалеть, что он все еще жив, и уж, несомненно, главе Гильдии Теней они прекрасно известны. И все это из-за моего проклятого любопытства! Если бы я не открыла шкатулку, если бы не захотела примерить хранившийся в ней браслет… Если бы эта хайдашева побрякушка не превратилась в татуировку на моем плече… Татуировку, которую никак не снять! Мне бы не пришлось бросать все и убегать из города. И я бы не оказалась в плену у эльфов.

– Как давно ты знакома с контрабандистами? Что ты знаешь о корабле?

– Знакома? Давно?.. Нет! Я совсем недавно о них узнала! Искала, как тайно выбраться из Танниса, и вышла на этих людей… А то, что у них есть корабль, только перед самым отплытием узнала!

Все сильнее начинала болеть голова. Кровь набатом стучала в висках. Сильно болел ободранный о киль шлюпки бок… и мне казалось, что я вот-вот потеряю сознание.

Быстрее закончился бы этот допрос! Еще чуть-чуть, и я просто не выдержу, сломаюсь, сорвусь и проговорюсь. И тогда эльфы поймут, что я вру! Что я вовсе не та наивная напуганная дурочка, которую чуть ли не час перед ними разыгрываю.

Нет, только не обморок! Пока я буду в беспамятстве, эльфы со мной что угодно могут сделать… даже личность стереть! Или найти горошинку с ядом, что притаилась у меня за щекой. И то и другое – это не смерть. Это много-много хуже, чем смерть!

Право, даже смешно, сейчас я больше всего боюсь, что меня могут лишить возможности свести счеты с жизнью. Могла бы смеяться – расхохоталась бы.

А может, ну его все?.. Раскусить горошину и отправиться в пламенные объятия Хайдаша?..

– И ты никому не сказала ни о контрабандистах, ни о корабле? Почему? Это могло решить твои проблемы с этим… влиятельным человечишкой.

Кажется, я знаю, как подогреть интерес эльфов к моей персоне.

– Решить?.. У меня не было ни времени, ни возможности. Контрабандисты, после того как я узнала их тайну, за мной все время следили. Видят боги, я восемь раз пожалела, что связалась с этими людьми! И потом, даже если бы я сумела выбраться, сбежать от контрабандистов… то что? Такие большие дела без определенной поддержки не делаются…

Эльфы переглянулись.

– Что ты знаешь?

– Ничего! Слухи. Не более…

– Может, хватит эту получеловечку допрашивать? – сказал по-лоэльски «мой хозяин». – Даже я вижу, что девчонка почти ничего не знает, и уж точно какой-либо угрозы собой не представляет.

– Ну почему же? – не согласился чиновник. – Думаю, нам всем было бы интересно узнать эти самые слухи. О том, кто построил корабль, кому он принадлежал. Все-таки эта, как ты выразился, девчонка несколько дней путешествовала с контрабандистами… Нет, если ее правильно спросить, то она может нам о многом поведать!

Возможно, я и зря намекнула лоэл’ли о том, что контрабандистам могла помогать какая-то важная персона. Ну, кто-то из Городского совета, бургомистр, а может, даже сам эльфийский Наместник. Возможно, действительно зря… Был бы выбор, ни за что бы не полезла в политику, но я не в том положении, чтобы привередничать. Эльфы клюнули на приманку, а значит, теперь я им нужна не только для того, чтобы найти моего папашу. Теперь я важный свидетель и проживу чуть подольше… А там, даст Фиерт, удастся сбежать.

– Хватит, – влез в разговор еще один эльф, судя по всему, главный в этой компании. – Что бы ни рассказала получеловечка, никакого значения это уже не имеет. И хотя часть контрабандистов ушла, корабль захвачен и уничтожен. Да и нет никому сейчас дела до продажности чиновников. Война… К тому же еще немного, и пленница лишится сознания. Не оказалось бы, что все то, что она нам наговорила, лишь привиделось ей в бреду…

Стоп! Война? Какая война?!

В глазах потемнело, сознание начало меркнуть. Вокруг меня будто завертелся мутный водоворот, который засасывал в темноту… Вниз. На дно! Я судорожно пыталась вздохнуть, ухватиться за что-то руками…

И тут виски пронзила стрела всепоглощающей боли…

И я утонула.

Глава 2

Джаред Дэш

13-й день Атанарил-лин 223 года от О. В.

Было около двух пополудни. На небе ни облака, лишь раскаленный огненный шар солнца. Кто бы знал, как я ненавижу ясную погоду, это чистое лазурное небо! Очень скоро в Скалистом море будут бушевать осенние шторма, да и этому краю тоже достанется. Но случится это не раньше чем через несколько дней…

От колючих солнечных лучей уже давно не спасала ни плотная одежда, ни длинный плащ с глубоким капюшоном, ни… Перчаток у меня при себе не было. Их я самым банальным образом забыл захватить с корабля.

Моего корабля. Моей «Греты». Моей утерянной воплощенной мечты.

Еще недавно я был правителем одного из секторов Старого города, контрабандистом, владельцем единственного на Тауре принадлежащего людям корабля, состоятельным и уважаемым в определенных кругах человеком. И пусть я тяготился этой ролью, но, верно говорят, мы не ценим того, что имеем. Я мечтал уйти, поставить жирную точку в этой главе своей жизни… Но уйти не так!

Теперь у меня не осталось ничего – ни корабля, ни команды, ни места, которое я мог называть домом. Теперь я Капитан без корабля.

Часть моих людей утонула, других, вместе с кораблем и товарами, захватили эльфы, спаслось только девять человек, не считая меня… И вот я бросил их. Усыпил и ушел. Потому что не собирался возвращаться в Таннис, потому что они стали для меня обузой.

Потому что эльфы захватили мою бывшую пленницу – воровку и авантюристку, полуэльфийку, Ночную гостью по имени Нефрит. Девчонку, которая могла рассказать ушастым, что я наполовину человек, наполовину вампир. Существо, которое не могло появиться на свет в принципе.

Ведь кто я? Плод любви гурмана к своей пище. Мой отец-человек для матери-вэрины был всего лишь ужином. Перед тем как приступить к трапезе, она, как и любой хищник, решила немного поиграть с жертвой… И появился я.

Для вэров я урод, ошибка природы, а для людей… Люди считают всех вампиров монстрами, безжалостными тварями и во многом правы. И если соплеменникам по отцу станет известно о моем существовании, на меня объявят охоту. Притом сделают все возможное, чтобы захватить живьем, а затем торжественно преподнести столь ценный и во всех отношениях интересный экземпляр господам-эльфам. Лоэл’ли у нас большие любители генетических уродцев и прочих мутантов.

Парадокс судьбы заключался в том, что сейчас мне и податься особо некуда, кроме как в Лайэн. Город, где самый сильный и многочисленный клан вампиров. Город, где живет моя мать… Должна жить. Отношения с этой вэриной у меня сложные, так что писем мы друг другу не пишем, весточек не передаем.

Лайэн – это место, где я могу купить все необходимое, место, где я могу начать новую жизнь, и, что немаловажно, место, где эльфы не имеют практически никакой власти. Лайэн – единственный вольный город на Тауре под протекторатом Одр Крапа, гномьего царства.

Я ушел. Я свободен. Да только нечему радоваться. Я не мог не думать о погибших и попавших в плен людях. О тех, кто доверился мне, кто выбрал своим предводителем и ждет моего возвращения в Таннисе. И наконец, о тех людях, которых я оставил спящими на границе болот дельты реки Велайи, и о том, что на них может напасть какой-нибудь зверь или застать врасплох эльфийский разъезд.

Нет. Все это без толку. Я сделал выбор и теперь снова сам по себе… Почти. Не иначе как Великий Прародитель, собственной божественной персоной, надоумил меня взвалить на плечо бессознательное тело мальчишки. Я взял на себя ответственность за Эриха, приручил сорванца, занялся его воспитанием и не смог бросить парня на произвол судьбы.

Сонного зелья, которым я намазал мальчишке под носом, должно было хватить часа на полтора, максимум два, но парень продрых уже все четыре и пока просыпаться не собирался. Сладко так посапывал, болтаясь вниз головой у меня на плече, и будто бы даже не испытывал от такого положения никаких неудобств. Я, конечно, время от времени менял положение мальчишки – не дело ему все время вниз головой мотаться, но по-другому долго нести не получалось – мне нужно было иметь свободной хотя бы одну руку.

То, что парень так долго спит, не давало мне покоя. Ведь тогда получалось, что и люди, которых я бросил спящими в перелеске у болота, могут все еще дрыхнуть. А чем дольше они спят, тем больше вероятность, что с ними что-нибудь случится. С другой стороны, это сонное зелье было опробовано мною не раз и раньше таких сбоев не давало. Но и на тринадцатилетних подростках, переживших сильное физическое и эмоциональное потрясение, я его раньше не испытывал.

Это даже хорошо, что парень все еще спит, очень хотелось бы отложить разговор с ним как можно на дольше. Слишком многое надо Саже объяснить, на кучу неприятных вопросов ответить, а у меня на это нет ни желания, ни времени, ни сил. Паршиво я себя чувствую, очень паршиво, сказывается длительная прогулка под солнцем, а выгляжу, наверное, и того хуже. Зеркала у меня при себе нет, чай, не девица, но и без того знаю, что видок у меня еще тот.

Вряд ли мне при разговоре с Эрихом помогут опухшая рожа и слезящиеся, красные от полопавшихся сосудов глаза. Да и багровые, сплошь покрытые язвами от солнечных ожогов руки тоже не улучшат картину.

И как меня угораздило забыть перчатки?!

Впрочем, я тогда вообще много чего забыл… Можно сколь угодно долго корить себя за ротозейство, но и против правды не попрешь. Не было у меня времени паковать вещички. Что в непромокаемом мешке на всякий крайний лежало, что под руку подвернулось, то и схватил. Тут вообще хорошо, что жив остался, что мальчишку вытащил.

Мне бы отлежаться хотя бы часа три – и симптомы солнцепека если и не пройдут, то существенно спадут. А указанные выше внешние признаки вполне можно будет списать на недосыпание и пережитое нервное потрясение, да мало ли на что. Но такую роскошь, как пара-тройка часов отдыха, я себе позволить не мог.

С корабля я не захватил ни чего-либо съестного, ни питья, ни даже пустой фляги. Есть пока особенно не хотелось, а вот пить… – я буквально умирал от жажды. И это при том, что воды вокруг было вдоволь. Очень сомнительной по чистоте воды, но на то я и полувампир, чтобы не бояться подцепить заразу, когда утоляю жажду в канале орошения или в пруду, который используется для водопоя скота. Искать родники не было времени, а все колодцы находились на территории поселений дэйш’ли.

Я срывал сочные плоды с фруктовых деревьев, прикладывался чуть ли не к каждой луже, но все равно хотел пить. И начали уже закрадываться подозрения, что моя жажда иного рода…

Давно пора было остановиться, а я все шел и шел. Остались позади заболоченные перелески, потянулись бесконечные эльфийские поля и сады. Я держался как можно дальше от дорог и тропинок, от строений, будь то усадьбы или сараи для садового инвентаря. Каждую секунду я ждал появления эльфийского патруля. Ведь не могли же лоэл’ли не объявить на спасшихся с корабля людей охоту! Мы же нарушили столько законов! Построили корабль и возили по морю и рекам контрабанду, и это под самым носом у сиятельных господ! Да еще несколько раз в год и на протяжении многих лет!

Но погони не было. Я вообще никого не видел. Ни рабов-дэйш’ли в полях и садах, ни путников на дорогах, ни какого-либо шевеления в паре встреченных по дороге поселений дэйш’ли (каюсь, не удержался, подобрался поближе). Скота ни в загонах, ни на выгоне тоже не было. Казалось, все вымерли или куда-то ушли.

Лишь пару раз я видел вдали всадников. А еще столбы дыма далеко на севере, слишком большие, чтобы их можно было бы отнести к обычным кострам. Да и зачем жечь столько костров жарким днем?

На вопросы не было ответов, и отчасти это-то и подталкивало меня вперед. Чем дальше я окажусь от болот дельты Велайи, чем скорее попаду в Лайэн, тем быстрее пойму, что же все-таки происходит.

Кожа на лице зудела, а на руках уже горела огнем. Болела голова, виски словно сжимало тисками. В глаза будто песок насыпали, изображение становилось нечетким, очертания расплывались… Хайдаш, так и ослепнуть недолго!

Я остановился, прикрыл воспаленные глаза рукой.

Нужно подыскать место для стоянки. Вопрос только – как и где. Деревья в садах растут ровными рядами и на большом расстоянии друг от друга, в таком «лесу» точно схорониться не получится, да и укрытия от солнца они почти не дают. Скалы и перелески остались далеко позади.

Поискать укрытие в какой-нибудь из заброшенных с виду лоэльских построек? Ну там в сарае или амбаре каком? Нет, опасно.

Губы высохли и потрескались, безумно хотелось пить. Хотелось холодной обжигающей родниковой воды. Терпкого подогретого красного вина. Горячей крови… Я чувствовал запах крови, ощущал ее вкус на языке… Человеческое тело такая хрупкая оболочка – всего лишь сосуд для бесценной жидкости…

Глухо выругался и встряхнул головой.

Великий Прародитель, я слишком вымотался за последние сутки. Слишком устал.

А еще слишком давно не пил кровь!

Несколько дней назад я чуть не сорвался, чуть не набросился на ту несносную девчонку Нефрит.

Вот он знак, а я не обратил внимания. Тешил себя надеждами, что у меня еще много времени, а вот оно как оказалось. Соблюдая ряд предосторожностей, я еще бы продержался несколько месяцев, может, даже год. Но восьмичасовая прогулка под солнцем усугубила мое состояние.

Нужно срочно найти донора или хотя бы укрытие от солнца, иначе…

Я не могу сорваться! Только не сейчас!!! Если сорвусь, то не только убью мальчишку, нет, я превращусь в кровожадного монстра, который не успокоится, пока полностью не насытится, не удовлетворит свой инстинкт охотника… хищника. Тогда меня как минимум несколько дней не будет интересовать ничего, кроме утоления жажды.

Мальчишки мне будет мало, может, его кровь и смогла бы удовлетворить потребности моего организма, но вампиров терзает еще и другой голод… А значит, я буду искать других разумных существ. Тварь, завладевшая моим телом, вспомнит, когда я в последний раз видел людей. Ее не будет заботить, какие чувства я испытываю к этим существам, как ее не волновало то, как дорог мне Сажа. Я вернусь на болота, выслежу остатки своей команды. И убью их. Тоже.

Нет! Нет! Нет!!! Я не сломаюсь, не сорвусь. Не в этот раз!

К Хайдашу риск! Не так давно я проходил мимо поселения дэйш’ли. Или я там найду укрытие, или отловлю какого-нибудь дэйш’ли, или поймают меня. Других вариантов нет.

Первым делом нужно избавиться от мальчишки, я и так сейчас неважный боец, а если мои руки еще и Сажей будут связаны…

Я вернулся к пруду, из которого недавно утолял жажду. Пологие берега водоема обильно поросли невысоким чахлым кустарником. Чахлым потому, что пасшийся здесь скот планомерно объедал новые побеги и листву. Укрытие, конечно, получилось так себе, но мальчишку издалека не видно, и то хорошо.

Затем я наведался в расположенный поблизости сад и срубил ветку яблони в два пальца толщиной. Нужно оставить мальчишке послание, а то проснется, пока меня не будет, и отправится изучать окрестности, знаю я неугомонную натуру этого сорванца.

Вырезал на ветке: «Никуда не уходи. Скоро вернусь. Д.». И вложил этакую своеобразную записку Саже в руку.

Очень надеюсь, что парень еще некоторое время проспит, а если и проснется, то у него хватит ума последовать моему совету и остаться на месте. В любом случае разведать деревушку надо быстро.

Подбирался к поселению дэйш’ли я медленно, осторожно, хотя все мои инстинкты и кричали о том, что бояться некого и поблизости ни одного разумного существа нет. Но вдруг?

Я привык доверять своим инстинктам, да только отсутствие каких-либо разумных существ на такой огромной территории казалось невероятным. Я просто не верил в это, подспудно ожидал подвоха, что все это какая-то ловушка.

Но не глупо ли? Да и вообще слишком самонадеянно думать, что лишь из-за горстки выживших с корабля опустела огромная территория. Нет, на эльфов это совсем не похоже, слишком рациональна эта раса.

И потом, было еще кое-что. Самым свежим следам на земле было как минимум пара дней. А это полностью исключало возможность ловушки, какой-то хитрой игры, которую затеяли эльфы, ведь корабль ушастые захватили только этой ночью.

Поселение дэйш’ли было вполне типичное. По центру располагался длинный, унылый барак для рабов-дэйш’ли, рядом навес столовой и еще какие-то хозяйственные постройки. Тут же стояло еще одно здание, небольшое по площади, но аж три этажа в высоту – казарма тэлиаков. Да, воины-тэлиаки такие же искусственно выведенные рабы, как и остальные дэйш’ли, но создания они гораздо более ценные, чем простые полевые работники и пастухи, а значит, и нуждаются в условиях получше.

Также на территории поселения были многочисленные постройки для содержания скота, которые мало чем отличались от барака дэйш’ли, а еще большой амбар, сеновал, несколько складских построек.

В паре сотен метров в стороне на пологом холме стоял двухэтажный дом. Небольшой, аккуратный и даже не лишенный некоторого изящества. Сомневаюсь, что в этом поселении постоянно жил хотя бы один эльф, но вот наведывался сюда с проверкой какой-нибудь ушастый регулярно.

Рядом с хозяйским домом стоял другой – поменьше и попроще, где жила прислуга и хотя бы пара охранников-тэлиаков. А вокруг дома был разбит сад – лоэл’ли вряд ли нравилось любоваться сугубо практичным, серым и унылым поселением дэйш’ли.

Никакой ограды, если не считать загонов для скота, не было. Зачем? Все дэйш’ли – и тут не имеет значения, какой они модификации, – боготворят своих господ-эльфов. Они безумно рады, что им дозволенно служить лоэл’ли, приносить пользу. Дэйш’ли не привлекает свобода, их не интересуют развлечения, вкусная еда или выпивка. Им даже абсолютно безразличны существа противоположного пола, в некотором роде рабы-полукровки бесполы… Так зачем им пытаться бежать? И для чего тогда эльфам строить стены, особенно если учесть, что поселение находится в глубине территории и внешнему врагу здесь взяться просто неоткуда?

Ну а с диким зверьем и пара десятков тэлиаков справится. Вряд ли дэйш’ли этой модификации здесь жило больше.

Да, именно жило. Сейчас в деревне не было ни души.

Сначала крадучись, а потом уже почти не скрываясь я исследовал всю территорию поселения. Заглянул в каждую постройку, сарай… Никого. Все рабы-полукровки ушли пару дней назад и скот увели.

Только господский дом с прилегающими постройками я обошел вниманием. И хотя я не сомневался, что там тоже никого нет, а в самом доме можно найти какие-то ценные или просто полезные для меня вещи, лезть туда не рискнул. Лоэл’ли – те еще выдумщики, могли и пару хитроумных плетений оставить.

Тем более что полезными вещами можно разжиться и тут, в той же казарме тэлиаков. Вряд ли, когда эльфы покидали эту территорию, они стали тратить время и силы на то, чтобы поставить ловушки для незваных гостей в сараях и бараках.

Кстати, в одном из полупустых складов мне удалось найти кое-что для себя небесполезное – десяток ящиков с бутылками недорогого лоэльского вина. Определенно эти ящики приготовили к транспортировке, но то ли их вывезти не успели, то ли попросту забыли.

Меня не волновал вопрос, куда ушли эльфы, как и то, могут ли они в скором времени вернуться. В последнее верилось с трудом. Гораздо больше меня интересовало другое – почему лоэл’ли покинули столь плодородную и обжитую территорию? Кто или что их к этому вынудило? И почему дэйш’ли уходили в спешке и бросили много ценных вещей?

А еще я очень жалел, что совсем никого не нашел в деревушке…

Когда вернулся к пруду за мальчишкой, тот еще спал. Повезло. И, надеюсь, повезет еще больше, и сорванец не проснется в ближайшую пару часов. Я взвалил тело Сажи на плечо и быстрым шагом, практически не скрываясь, направился к поселению.

Для укрытия выбрал большой высокий сарай, почти по самую крышу заполненный сеном. Был велик соблазн расположиться в казарме тэлиаков, все-таки с третьего этажа просматривалась вся деревушка. Но по здравом размышлении, я решил, что на сеновале будет всяко безопаснее. Если кто-то в поселение дэйш’ли внезапно нагрянет, то обыскивать сарай станет в последнюю очередь, да и с крыши этого сооружения тоже открывался неплохой вид на окрестности.

Мне нужно хотя бы немного поспать. А потом, когда симптомы солнцепека спадут, а само солнце будет клониться к закату, я отправлюсь на охоту.

Проблема в том, что поблизости нет ни одного разумного существа, а мой голод не может утолить кровь животных. Наоборот, она лишь спровоцирует срыв.

Не спалось.

О каком сне вообще могла идти речь, если стоило мне прикрыть глаза, как я тут же видел жилку, бьющуюся на тонкой шее своего воспитанника.

Впрочем, для того, чтобы слышать ток крови в жилах мальчишки, звук биения его сердца, мне даже не нужно было закрывать глаза.

А это значит, все не просто плохо. Все очень-очень плохо. Если я начал слышать кровь, то вплотную подошел к грани…

Я сделал большой глоток вина из бутылки. Чуть-чуть отпустило. Несмотря на то что вампиры почти не пьянеют, красное вино они ценят и любят – оно на время приглушает жажду.

Неудивительно, что я за час, пока, мучимый бессонницей, валялся на сеновале, успел осушить пару литровых бутылок и уже приканчивал третью.

Пожалуй, если бы я не нашел те ящики с вином, то уже бы давно отправился на охоту. Не потому что надеялся кого-то поймать, а потому что хотел как можно дальше убраться от мальчишки. Даже несмотря на то, что это было бы…

Безумно.

Безнадежно.

Бессмысленно…

Я не в том состоянии, чтобы далеко уйти от поселения дэйш’ли. За последний час симптомы солнцепека немного спали, но все-таки не настолько, чтобы можно было рискнуть выйти из укрытия до захода солнца.

Вэры – необычайно живучие существа, и стоит им вплотную подойти к смерти, как в их организме переключается какой-то тумблер и наступает тот самый срыв. Состояние, когда все инстинкты истинного вампира подчинены только одному – желанию выжить любой ценой! А еще убить как можно больше людей, эльфов, орков…

Я не загнал бы в себя в ловушку, если бы не моя проклятая осторожность! Эх, пил бы кровь разумных существ хотя бы раз в несколько лет, но нет, я не пробовал даже на вкус эту жидкость почти целое десятилетие!.. Кровь животных – лишь заменитель, не самый лучший и действующий лишь до поры до времени. Ни один вампир (или полувампир, если уж на то пошло) не может полностью исключить из своего рациона кровь разумных существ… И я бы не придерживался столь длительной и опасной диеты, если бы не то воздействие, которое оказывает эта жидкость на тело вампира.

Вэр, регулярно потребляющий кровь разумных, выглядит не старше двадцати пяти лет, но стоит ему сесть на диету, как он начинает стареть, притом раза в два быстрее, чем человек. Я вампир лишь наполовину, и это правило не совсем для меня верно, нет, я тоже старею, но раза в два медленнее, чем люди…

Мальчишка все еще спит, и это хорошо. Солнце тоже клонится к закату, что не может не радовать.

Только до захода солнца мне не продержаться никак. Никак!!!

Я отбросил пустую бутылку в сторону и откупорил следующую, уже четвертую по счету. Сделал первый глоток, второй… осушил добрую половину бутыли…

Может, все-таки попробовать? Рискнуть?

Кто сказал, что я обязательно убью парня?!

Ведь я смогу вовремя остановиться?.. Да, смогу!!! Если я сделаю всего пару глотков, мальчишке это сильно не повредит. Ничего, никуда не денется, оклемается.

Лишь пара глотков крови. Да, крови… Такой горячей, пряной, вкус-с-сной!

Я оказался рядом с парнем. Вытащил из-за голенища сапога нож.

Ну не зверь же я, чтобы глотку этого человечка клыками рвать! Нет, мне достаточно небольшого разреза…

Хайдаш!!!

Что? Я? Делаю?!!

Нож застыл всего в миллиметре от шеи мальчишки… Эриха, Сажи, моего воспитанника, того, кого считал своим сыном.

Стиснув зубы, медленно, шаг за шагом, я отходил назад. Старался не слушать, не чувствовать, не видеть. Но мое сердце уже билось в такт с сердцем Сажи…

Вдруг к размеренному стуку сердца Эриха добавилось что-то еще.

Мы не одни.

Резко развернулся. С севера к поселению приближались три сильных, здоровых, разумных существа.

Не знаю, кто они и что им понадобилось в деревушке дэйш’ли. Сейчас это не имеет никакого значения.

Я бросил последний взгляд на спящего мальчика и спрятал нож в голенище сапога. Метнулся в другой конец сеновала, приник к слуховому окну.

Ну и где же они?

Все-таки я не настолько безумен, чтобы сломя голову бросаться на улицу. Немного осторожности не помешает. Пара минут промедления ничего не изменят. Зато потом я вдоволь напьюсь крови!

Я не думал о том, кем могут быть эти сосуды с бесценной жидкостью. Люди это, эльфы или дэйш’ли? Сейчас это не имело ни малейшего значения.

Хотя нет. Если в этой троице есть хотя бы один эльф, мне придется туго…

Из-за угла барака дэйш’ли сначала вынырнула одна фигура, затем вторая, третья. За время короткого отдыха зрение у меня полностью не восстановилось. Вблизи я видел неплохо, а вот вдали… Единственное, что я мог пока сказать о незваных гостях, так это то, что они невысокого роста (слава Великому Прародителю, это точно не эльфы!), а еще, что они передвигаются не спеша, будто крадучись.

Вот они минуют амбар, еще пару каких-то хозяйственных построек… Медленно идут. Как же они медленно идут!!!

Кто бы знал, как мне тяжело оставаться на месте. Как мне хочется сорваться, броситься вниз, на улицу! Разорвать этих пришельцев голыми руками, вонзить в них свои клыки…

Нет. Нельзя. Не время!

Троица осторожно, внимательно осматривала поселение дэйш’ли, совсем как я пару часов назад. И это наводило на определенные мысли… Ха! Мысли! Сейчас я не в том состоянии, чтобы думать.

Меня притягивал стук сердец, манил. Я больше не мог сопротивляться. Да и не хотел.

Соскользнул по лестнице вниз и выскочил наружу.

Я крался вдоль стены большого сарая, того самого сеновала, под крышей которого мирно посапывал Сажа. Заглянул за угол и тут же отшатнулся назад.

Еле слышно выругался сквозь зубы – лицо и правую руку солнечные лучи будто опалили огнем. А еще я наконец смог рассмотреть свою дичь – это были орки. Невысокие толстокожие уроды в безрукавках и штанах из кожи ящеров.

Вот орки доходят до угла, поворачивают…

Резкий выпад – и моя сабля сносит голову первому из орков. Я уворачиваюсь от удара второго и ловлю на язык несколько капель крови.

Мм… Вкуснотища!!!

Обманное движение. Удар. Блок. Снова удар – мой клинок наискось разрубает грудь орка.

Острое жало впивается в шею – третий, шедший чуть позади, орк выстрелил из игломета. Какая игла, сонная или ядовитая?.. Без разницы, на меня яды не действуют!

С рыком вырываю иголку из шеи. Скалюсь на орка… В ответ придурок снова стреляет.

Мимо!

Я бросаюсь к орку, валю на землю и вонзаю клыки в шею.

Поздно трепыхаться, урод. Уже все, поздно.

Кровь ревущим потоком устремляется в горло…

Хорошо, Великий Прародитель, как же хорошо!

Никакое вино или наркотик, ни одна женщина не может подарить такого наслаждения, как кровь разумного существа. На меня волнами накатывает безумие, эйфория, восторг. Я чувствую себя всемогущим и каким-то емким, цельным, ощущаю каждую клеточку своего тела…

Великий Прародитель, неужели я когда-то был так глуп, что добровольно от всего этого отказался?!

Затягиваются ранки на руках и лице, восстанавливается зрение. Кожу по всему телу начинает пощипывать, покалывать…

Орк уже пуст, но я все еще голоден. Перемещаюсь к другому, тому, которому я отрубил голову. Тело еще не успело остыть, а кровь свернуться…

Тихий, еле слышный шорох раздался откуда-то сверху. Я оторвался от поглощения пищи.

На меня смотрел Сажа.

Глава 3

Рийна Ноорваль

13-й день Атанарил-лин 223 года от О. В.

Я лежала беспомощным кулем в фургоне. На лодыжках и запястьях парализующие браслеты, на шее рабский ошейник. Горло сковывало какое-то хитроумное плетение, так что я и звука издать не могла – сиятельные лоэл’ли справедливо решили, что бесправной рабыне дар речи ни к чему.

Фургон эльфов только с виду такой изящный и комфортабельный. А на деле – та еще колымага! На каждой кочке подпрыгивал, трясся и качался так, что мне корабль контрабандистов чуть ли не Чертогами Матери Араш казался. Неудивительно, что эльфы предпочитали передвигаться верхом на лошадях, а фургоны использовали для перевозки скарба, к которому определили и меня.

Да, теперь я всего лишь вещь, забавная зверушка!..

Эльфы меня немного подлатали. Бок, который я так неудачно ободрала о киль шлюпки, натерли какой-то мазью, а может, над раной и поколдовали… Не знаю, я тогда в отключке была.

Поймали меня эльфы ночью, а сейчас солнце уже опять клонилось к закату. И весь день я провалялась в хайдашевом фургоне. Лишь пару раз лоэл’ли объявляли привал, с меня снимали парализующие браслеты, и под охраной тройки дэйш’ли я отправлялась прогуляться до ближайших кустиков.

Чем не возможность для побега? И я бы рискнула, если бы не рабский ошейник. Только Хайдаш знает, встроены в тонкий металлический обруч какие-то магические плетения или это всего лишь безобидная безделушка, атрибут моего нового статуса. Да и я слишком слаба: если свершится чудо и сумею одолеть охранников, то далеко убежать все равно не получится. А когда ушастые меня вновь схватят, то разговор у них со мной будет совсем другой.

Нет, с побегом лучше повременить. Набраться сил, разведать обстановку, ну а эльфы, может, к тому времени немного потеряют бдительность.

Ага, мечтать не вредно. Как бы ни тешила я себя подобными надеждами, как бы ни убеждала, что все наладится, что все еще будет хорошо… я понимала, что врать себе – глупо. Ведь как минимум один из лоэл’ли знал, что я совсем не та, кем хочу казаться.

Перед тем как подвесить вниз головой и начать допрос, меня обыскали. Руководил обыском мой недавний знакомый, эльф по имени Найри, хотя сам он, конечно, не опустился до того, чтобы шмонать какую-то грязную полукровку. И все же в какой-то момент лоэл’ли оказался достаточно близко, чтобы шепнуть: «Хочешь жить – о нашей встрече молчи».

И я молчала. А что мне еще оставалось? И теплила надежду, что некоторое чувство благодарности лоэл’ли не чуждо…

Боги иногда странно шутят. Несколько дней назад я спасла жизнь парочке эльфов, тому самому Найри и эльфийскому принцу. Хотя «спасла жизнь» – это громко сказано. Скорее, предотвратила покушение.

Я почти не сомневалась, что ушастые и сами бы справились. Но если бы кто-то из эльфов погиб или серьезно пострадал, то у всех жителей вольного города Танниса, а возможно, и у всех оставшихся свободных людей на Тауре были бы огромные проблемы. А потому я вмешалась… и попалась.

Как ни странно, эльфы не только сохранили мне жизнь, но и отпустили меня. А ведь они знали, что я полуэльфийка! Впрочем, почему отпустили, как раз понятно – лоэл’ли отправились на ночную прогулку по человеческой резервации тайком и крайне не хотели, чтобы об этом их проступке стало кому-то известно. А вот почему меня не убили?.. Единственное объяснение, которое я нашла, так это то, что юные эльфики просто не смогли убить свою возможную спасительницу. Точнее, не смог лишить меня жизни эльфийский принц, а вот Найри недрогнувшей рукой перерезал бы мне глотку.

Среди схвативших меня эльфов принца не было. Но тогда почему Найри не убил меня как нежелательную свидетельницу той прогулки, почему просто приказал молчать? И почему своей собственностью меня признал другой эльф, а не Найри?!

Кстати, о «моем хозяине». Этот эльф явно дружен с Найри. А еще он в том самом возрасте – между Первым и Вторым совершеннолетием, – когда лоэл’ли уже вполне взрослые, как физически, так и эмоционально, но никем не принимаются всерьез. Хотя после Второго совершеннолетия тоже мало что меняется. Да и как отцы, многим из которых уже за тысячу лет, могут своих двухсотлетних отпрысков признать ровней себе? Однако я не могла не заметить, что «мой хозяин» (а как мне еще называть этого гада ушастого, если представиться мне он пока не пожелал?) пользуется определенным влиянием…

Последние три часа моим единственным развлечением было пересчитывать трещинки на сапоге охранника-дэйш’ли. Да, тряслась в телеге я не одна, компанию мне составляли двое раненых эльфийских выкормышей. Уж не знаю, когда и где их так потрепали, но сейчас дэйш’ли уже шли на поправку. Эльфы же решили, что двоим раненым воинам-тэлиакам вполне по силам присмотреть за парализованной пленницей.

Ха! Знали бы ушастые, что в плен к ним попал без пяти минут Охотник. Что, если бы я пошла по пути своего наставника, я бы сейчас выслеживала эльфов и убивала. И, смею верить, делала бы это хорошо!..

О да! Мы еще побарахтаемся! То, что я не стала Охотником, не отменяет всего того, что я знаю об эльфах, всего того, чему меня учили.

Ну а если я в очередной раз пойду ко дну, то со мной моя ликсия, моя «тихая смерть» – яд, против которого не существует противоядия. Сейчас маленькая горошинка ликсии притаилась у меня за щекой, но стоит сделать легкое движение языком, раскусить, и… через пару мгновений я умру.

Главное – постараться больше не падать в обморок, а еще по возможности не спать: сон в моем положении непозволительная роскошь. Когда тебе и жить-то осталось всего ничего, глупо тратить это время на мир грез…

И еще один вопрос не давал мне покоя: что за войну имел в виду тот эльф? У лоэл’ли что, очередная стычка с орками? Восстание людей? Тролли? Гномы? Вампиры? Какая-то другая раса?.. Бред! Если сейчас и есть на материке Таура сила, которая может что-то противопоставить эльфам, – это орки. Да только и у них, насколько я знаю, дальше пограничных стычек с эльфами дела не идут. Притом что официально между Таэн Лаэссэ и Ургостаном мир. Несколько дней назад, когда я была в Таннисе, не то что о войне, а об этих самых приграничных стычках даже слухов не было.

Что же происходит? Что же заставляет эльфов так спешить, так осторожничать? Даже если действительно война с орками, то от дельты Велайи, где схватили меня, до границы с Ургостаном больше тысячи километров…

Может, находясь в плену у эльфов, и глупо думать о судьбе мира, но в Таннисе у меня остались мама и другие небезразличные мне люди. Случись что, а я ничем не смогу им помочь. Я бы сейчас сама от помощи не отказалась.

К хорошим новостям можно отнести только то, что эльфов в отряде осталось лишь трое – чиновник, допрашивавший меня, куда-то исчез… Все остальное варьировалось между отметками «плохо» и «очень-очень плохо».

Спросите, как я узнала, что отряд покинул тот чиновник? Разумеется, мне радостную новость никто не поспешил сообщить, да и сам эльф не забежал попрощаться. Я просто это почуяла. Есть у меня один странный дар или, если хотите, способность – я могу чувствовать других разумных существ. Я не в силах определить ни пол, ни возраст, ни имя, но чую, кто поблизости от меня – чистокровный человек, эльф, орк, вампир или человек с четвертью троллиной крови.

Никогда других существ с похожим даром я не то что не встречала, даже не слышала о подобных. Наверное, можно сказать, что у меня ненормально сильно развито обоняние, с чем еще сравнить мой дар – ума не приложу. В поддержку этой теории говорит и то, что чем больше вокруг меня существ какого-то конкретного вида, тем хуже я их чувствую. В том же вольном городе Таннисе, где основную долю населения составляли люди, эльфов было всего несколько, так что чуяла я их за пару сотен метров не напрягаясь. Сейчас же ситуация изменилась, и меня окружало несколько десятков дэйш’ли (гибридов эльфов и людей) и трое эльфов. Но мало того, я почти все время ощущала недалеко от себя и других носителей поганой эльфийской крови. Какие-то отряды и караваны двигались по дороге вместе с нами, какие-то навстречу нам… Так что мое чутье на лоэл’ли и дэйш’ли несколько притупилось, но все же не настолько, чтобы не заметить пропажу четвертого эльфа.

Фургон вдруг остановился.

Очередной привал? Что-то случилось? Или эльфы решили остановиться на ночь?

Раздавшиеся отрывистые команды лоэл’ли развеяли всякие сомнения – часть дэйш’ли была отправлена в охранение, а другая вплотную занялась обустройством лагеря для ночлега.

Еще несколько минут назад я мечтала о том, чтобы выбраться из этого дребезжащего качающегося убожества, которое гордо зовется фургоном, на твердую землю. Но небольшой привал это одно, а ночевка в эльфийском лагере – совсем другое, теперь эльфы могут заняться мною всерьез… Нет, право, лучше валяться беспомощным кулем в фургоне, чем опять предстать перед безжалостными взглядами ушастых гадов.

Стало страшно. Тело мгновенно покрылось холодным потом, и, несмотря на парализующие браслеты, меня начала бить нервная дрожь.

Ночь – она такая длинная. Ночью все что угодно может случиться.

Так не пойдет, Ри. Не пойдет, слышишь! Ты через столь многое прошла, столь многое пережила. Ты не должна бояться. Не должна! Не зря говорят, что трус умирает не один раз, а множество. А для тебя сейчас страх и есть смерть! Одно неверное слово, взгляд, жест и все – твоей жизни придет конец.

Я медленно дышала. Вдох. Выдох. Еще вдох… И как заклинание твердила: «Что бы ночью ни случилось, у меня есть выход – есть право на «тихую смерть», и этого никто не отнимет!»

Как ни странно, но мысль о том, что жизнь все еще в моих руках, успокоила.

Вовремя.

К фургону подошли трое дэйш’ли. Сначала они помогли выбраться наружу своим раненым коллегам, затем вытащили меня. Воин-тэлиак беспардонно закинул меня на плечо и потащил к одному из больших шатров.

За то время, что висела вниз головой на плече тэлиака, я успела только немного осмотреться.

Горожанка до мозга костей, я всю свою жизнь провела в Таннисе – одном из шести вольных городов, своеобразных резерваций, которые эльфы милостиво выделили людям. Далеко от города я не удалялась уже лет восемь, со времен своего ученичества у Охотника, но даже тогда не покидала подконтрольную людям вольную территорию.

Всегда, сколько себя помню, я ненавидела прогулки на природе и прочие пикники. Там, вдали от узких запутанных улочек, черепичных крыш, подвалов и чердаков я чувствовала себя беззащитной и уязвимой. Пожалуй, это было одной из причин, почему после исчезновения наставника Серого я не стала искать другого Охотника, чтобы закончить обучение, а выбрала другую жизнь.

И все же моих невеликих знаний, и то большей частью почерпнутых из книг, а не на практике, хватило, чтобы кое-что понять.

За этот день эльфийский отряд успел далеко уйти от реки Велайи. Еще во время привалов я заметила, что вокруг не видно ни скал, ни болот с деревцами-уродцами, да и в воздухе нет и намека на болотную сырость. Уже давно путь отряда пролегал по равнине, лишь кое-где разбавленной живописными рощицами.

Эльфы расположились на ночлег на большой поляне, которую с трех сторон окружал вековой лес. Похоже, это место использовалось для стоянок регулярно, да и сейчас, помимо нашего отряда, вокруг устраивалась на ночлег такая толпа дэйш’ли, что я даже приблизительно не могла сказать, сколько их. А вот эльфов, кроме пленившей меня троицы, учуяла вблизи только парочку, да и то не была уверена… Такима-покровительница, да что же происходит?!

Все эти мысли пронеслись у меня в голове за пару минут, а потом мне стало не до того. В полный рост встали более насущные проблемы.

Тэлиак откинул полог огромного, причудливо расшитого шатра и втащил меня внутрь. Аккуратно опустил на застеленную ковром землю, легко поклонился и вышел.

И вот я, как сломанная кукла, лежу на боку – лицом к входу в шатер, спиной к неизвестному мне эльфу. А кто там еще может быть? Кому еще воин-тэлиак будет кланяться?

Эльф подошел, опустился передо мной на колени. Я внутренне сжалась, когда увидела его холодные изучающие глава, кривую презрительную ухмылку.

– Тише, – сказал по-имперски «мой хозяин». – Не делай глупостей.

И я вдруг поняла, что могу говорить.

– Хорошо… – прохрипела я.

Горло пересохло. Меня начал бить сухой кашель. Но откашляться толком не получалось, тело все еще не повиновалось.

Эльф поднес к моим губам пиалу:

– Выпей. Это просто вода.

Я не в том состоянии, чтобы привередничать. Сделала пару осторожных глотков, дабы не потревожить горошину с ядом, притаившуюся за щекой.

Спазмы утихли, и я наконец смогла нормально дышать. И тут же желудок свело судорогой от голода. Еще бы! Я ничего не ела и не пила больше суток!

Эльф легко коснулся браслетов на руках, и они упали на ковер. Теперь я могла двигать руками, плечами, шеей… Но тело ниже талии все так же парализовано. Опираясь на руки, которые за день стали слабыми и непослушными, попыталась отползти подальше от эльфа.

– Пожалуйста, не надо! Не делайте ничего со мной! – испуганно пролепетала я.

– Тише, девочка! Я же сказал, без глупостей! – В голосе эльфа послышалось раздражение. Ушастый прикоснулся к браслетам на моих лодыжках, и ко мне наконец вернулся контроль над всем телом.

Почти.

Рука эльфа тисками сжимала мои лодыжки, пришпиливала их к земле. Я могла лишь трепыхаться, как птица, попавшая в силки.

Пальцы у лоэл’ли длинные, тонкие, такие бы больше художнику или музыканту подошли … но удивительно сильные.

– Можешь не притворяться, Ри. Со мной все эти игры ни к чему.

О чем он?! Неужели меня уже раскусили?!! Но как?!!

Мысли мечутся, скачут… Во мне нарастает паника. Я не знаю, что делать, что говорить. Да и что я могу?! Будь я в лучшей форме да при оружии, и то не факт, что смогла бы что-то противопоставить этому ушастому гаду. А в том состоянии, в котором я сейчас, нечего и пытаться… Зачем продлевать агонию?

Я замерла, прекратила бессмысленное сопротивление.

Последние десять дней я все время боролась с судьбой. Чтобы сделать еще один вздох, прожить час, встретить рассвет… Но все без толку! Чем больше я боролась, тем больше запутывалась в паутине, и все становилось только хуже.

– Какие игры? – прошептала я и растянула губы в нервной улыбке.

– Сейчас я уберу руки, и ты будешь свободна. Ты не должна меня бояться, я не причиню боли. – Голос эльфа убаюкивал, успокаивал, заставлял довериться, расслабиться…

Ха! Не на ту напал! На меня эти штучки не действуют! Но это не значит, что я не могу притвориться, немного подыграть «хозяину», а там посмотрим.

– Ты меня понимаешь? Веришь?

– Да… – выдохнула я.

– Хорошо, – кивнул ушастый и медленно убрал руки.

Мне безумно хотелось метнуться в другой конец шатра, а лучше вообще прочь… как можно дальше от лоэл’ли, от этого конкретного эльфа. Но я даже не пошевелилась.

– Сейчас я тебе кое-что покажу, но ты не должна пугаться.

Я кивнула.

Да что здесь происходит?! Я не понимала этого эльфа… Я ждала всего, чего угодно: пыток, смерти, того, что эльфы сотрут мое сознание или же просто разложат на этом ковре… Но только не того, что этот проклятый ушастый будет меня успокаивать.

Эльф усмехнулся. Смотрел на меня ушастый с любопытством и без агрессии. Хотя толика презрения в его взгляде тоже читалась, но по-другому лоэл’ли просто не умеют смотреть на представителей других рас. «Хозяин» поднялся с ковра, сделал пару шагов назад, а затем медленно, демонстративно стянул с правой руки перстень.

Черты лица эльфа тут же поплыли, фигура его подернулась легкой дымкой… А когда иллюзия растаяла, мне стоило невероятных усилий не выругаться.

Но ничто не мешало мне разразиться гневной тирадой мысленно… Я знала этого ушастого!

Лоэл’ли стал немного выше и чуть шире в плечах. Изменился цвет волос, из брюнета эльф превратился в пепельного блондина, хотя длина шевелюры осталась прежней, где-то до середины спины. Глаза у «моего хозяина» были зеленые, цвета молодой листвы. Черты лица тонкие и в то же время какие-то резкие, будто вышли из-под резца искусного скульптора.

Некрасивых эльфов не бывает, и «мой хозяин» не являлся исключением из правила. Разве что лоэльская красота чуждая, какая-то неуловимо неправильная… Эльфы очень похожи на людей, но они будто вытянуты вверх. Рост под два метра, худощавое телосложение, но при этом хрупкими лоэл’ли не назовешь. Узкие лица, заостренные уши…

Хайдаш, теперь понятно все! Все!!! И почему меня не убили и не пытали. И почему своей собственностью меня признал не Найри, а другой эльф… Ага. Другой. Щазз! Под иллюзией скрывался младший эльфийский принц Эрайн Элиар-Тиани собственной персоной!

И да, теперь притворяться и играть нет смысла. Во всяком случае, роль напуганной дурочки. Я судорожно рылась в памяти, пыталась вспомнить первую встречу с принцем. Как он себя вел, что говорил… И что говорила я? Что вообще мог знать этот ушастый гад обо мне?!

Так, Эрайн точно знает, что я связана с теневой жизнью Танниса, что не какая-то там портниха. Но ни о моем знании лоэльского языка, ни о том, что я училась у Охотника, ему не известно.

– Теперь ты моя собственность, а я твой господин. Обращайся ко мне – лоэл… – Эрайн на мгновение задумался.

Ну да! Ведь эльфийский принц у нас путешествует инкогнито. А открывать свое имя первой встречной, пусть она даже и рабыня, рискованно.

– Просто лоэл, – продолжил эльф. – Понятно?

– Да, мой лоэл, – кивнула я.

– Хм… а ты умная девочка и хорошо держишься. Твоему самообладанию многие бы позавидовали, – усмехнулся Эрайн.

Кого эльфийский принц видит во мне?.. Интересную и опасную игрушку? Надеюсь.

– И что теперь? – спросила я.

Кажется, мой голос не дрогнул. Хорошо.

– Теперь поговорим.

Я молчала. Ждала, что скажет принц.

– Наблюдать за твоей игрой было весьма забавно. Ты хорошая актриса.

– Кто-нибудь еще обо мне знает?

– Нет, только мой друг Найри. Но ты его и сама узнала.

Я кивнула.

– Может, ты все-таки поднимешься с пола? – раздраженно бросил эльф.

Ну да, такому дылде, как этот лоэл’ли, на меня смотреть не очень удобно. Кстати, надо запомнить, нервишки у Эрайна шалят, да и вообще с выдержкой туговато. Может, потому, что принц по эльфийским меркам очень молод?..

Я встала на ноги, стараясь ни взглядом, ни жестом не показать, как тяжело мне это далось. Сказывалось то, что я добрых десять часов провалялась в фургоне без движения, да и события прошлой ночи наложили свой отпечаток.

Пока Эрайн задумчиво рассматривал меня, я быстро огляделась по сторонам.

Шатер был большой, не меньше десяти метров в диаметре. В центре его стояли стол и несколько стульев. Чуть в стороне располагалась низкая круглая кровать весьма внушительных размеров. Уж не знаю, как этот изнеженный вьюноша умудрился взять с собой в дорогу такое ложе…

А еще в шатре с Эрайном мы были не одни. На краю кровати сидела девушка. Красивая. Соблазнительная. Идеальная. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять: это не просто дэйш’ли. Это дайрэн! Эльфийская наложница, шлюха, подстилка!

Лоэл’ли все так же молча смотрел на меня. Нехороший у него был взгляд, какой-то слишком сосредоточенный…

Вдруг меня накрыло ледяной волной, а затем будто закружила метель. Но только вместо мягких пушистых снежинок были острые кристаллики льда. Которые больно ранили мое тело. Которые были повсюду…

Сколько продолжалась пытка – не знаю. Может, несколько секунд, может, пару часов. А потом волна спала и ко мне вернулись зрение и слух. И оказалось, что я, замерзшая, все так же стою на ковре в эльфийском шатре. Эрайн тоже не сдвинулся с места.

– Что… это было?! – прошипела я, дрожа от холода.

– Ничего, быстро согреешься.

– Но… но зачем?

– Теперь ты не так воняешь, – скривился эльф.

Ну да, видок у меня, наверное, еще тот. Лицо и тело украшает бесчисленное множество ссадин и синяков. Одежда порвана, заляпана грязью и засохшей кровью. На голове настоящий колтун.

Стоп!

Я быстро осмотрела себя.

Рваная одежда на месте, как и повязка на боку. Синяки и ссадины тоже никуда не делись, да и прическа все так же напоминает воронье гнездо, но… Я чистая! Вся! И кожа, и одежда, и волосы!

Эльф решил всего лишь почистить свою новую игрушку, а я чуть было не простилась с жизнью, не раскусила горошину.

Хайдаш! Ненавижу!!!

– Что со мной теперь будет? – тихо спросила я.

– Ну, ты теперь моя собственность, так что решать мне.

– М…меня сотрут? Перекуют?

– Посмотрим. В любом случае, не раньше, чем мы прибудем в Талрэй.

Талрэй – это столица эльфийского королевства, и до нее еще дней пятнадцать-двадцать пути. Значит, у меня есть время!

– Еще вопросы? – усмехнулся лоэл’ли. Кажется, беседа со мной его очень забавляла.

– Не сочтите мой вопрос наглым, – осторожно начала я, – но что происходит? Кругом столько дэйш’ли…

Улыбка спала с лица эльфа, и он отрывисто бросил:

– Война!

– Война?.. Но с кем?! Кто был настолько глуп и самонадеян, чтобы бросить вызов Таэн Лаэссэ?

Тише, Ри, ты переигрываешь!

– Кто же, ну уж точно не люди, – презрительно поморщился принц. – Орки.

– И… что?

– А то, – зло бросил эльф, – что мы были вынуждены отступить, оставить восточное побережье Скалистого моря, все земли между Велайскими горами и реками…

Я его не слушала, у меня набатом билось в голове «восточное побережье Скалистого моря… восточное побережье… восточное…». Но там же Таннис!!! Моя родина, мой город, моя мама. Вся моя жизнь!!!

– А Таннис? – потерянно прошептала я.

– Из него мы тоже уйдем.

Колени подогнулись, и я рухнула на ковер. Воображение рисовало картины одна страшнее другой. Орочья орда, беспощадной волной накатывающая на город, захлестывающая его… Полыхающий Таннис, бесчинствующие всюду орки, окровавленное тело мамы…

– Не бойся, – раздался откуда-то издалека голос Эрайна, – орки не тронули Вольгород. Они сохранили одну вольную территорию, сохранят и другую… И, может, ты встанешь с пола наконец!

– Да… да… сейчас. Встану.

Ри, соберись! Ты все равно ничего сделать не можешь! Тем более если эльф прав, то все еще может обойтись… Да и зачем Эрайну врать? Какая ему в том выгода?

– Мне вот интересно, многое ли из того, что ты поведала нам на допросе, правда? – как ни в чем не бывало продолжил «беседу» эльфийский принц. – Ты ведь не портниха.

– Все правда, кроме этого.

– Как же ты тогда обманула плетение?

– А я и не обманывала его. Меня не просили перечислить все, чем я занималась.

– Хм… А кто ты еще, кроме портнихи? Ты так и не объяснила, что делала тогда на улице.

На мгновение я задумалась. Мало ли как дальше жизнь сложится (ага, если эта самая жизнь вообще будет!), но рассказывать о том, что я воровка, мне не хотелось.

– Иногда я подрабатывала тем, что искала всякие древние вещички, ну те, что были сделаны еще до Последней войны.

– О, так ты не раз бывала в Старом городе! – сразу оживился эльф.

Точно, принц у нас очень интересуется человеческой историей. Из-за этого и приехал в Таннис, и на ночную прогулку отправился… Мне определенно есть, что этому вьюноше рассказать.

Глава 4

Эрайн Элиар-Тиани

14-й день Атанарил-лин 223 года от О. В.

Спать хотелось жутко. Не помогли ни несколько пиал чайлиса, ни даже заковыристое плетение…

Ну что стоило Ареину не будить меня в семь утра, а дать поспать еще два-три часа? Такая небольшая задержка не сказалась бы особо на скорости передвижения нашего отряда.

Ага. Скорости. Это даже не смешно.

Дорога через лес на восток, прочь от паромной переправы и от войны, всего одна. И сейчас она оказалась буквально запружена беженцами-дэйш’ли, которые гнали скот, управляли многочисленными телегами и повозками, тащили на своих плечах мешки и тюки. И посреди всего этого стада вынужден был путешествовать я!

Эх, сейчас бы пришпорить коня и понестись наперегонки с ветром… И я бы сбросил оковы сна!

Но об этом оставалось только мечтать.

До ближайшей развилки полторы сотни ири. Обычно такое расстояние можно преодолеть за день, но в текущих условиях путь займет три-четыре дня. Да и после развилки сомневаюсь, что скорость нашего отряда значительно увеличится.

Найри дремал, сидя в седле. Я, пытаясь хотя бы как-то побороть сонливость и снедающую тоску, читал книгу. На корабле контрабандистов оказалась на удивление неплохая библиотека.

– Не выспался? – спросил Ареин Миолин-Таали.

Как будто я не высказал ему все пару часов назад за завтраком!

В ответ я пожал плечами и скривился, пытаясь подавить зевок.

– Эрайн, мне казалось, ты более разборчив.

И что этому Миолин-Таали так неймется?

– Ну, ты же знаешь… свежие впечатления, новые ощущения… – Я опять пожал плечами.

– Ты этой ночью вообще спал?

– Если можно так сказать… Пару часов вздремнул.

– Надеюсь, ты вдоволь насладился сомнительными прелестями этой получеловечки.

– Почему вас, Миолин-Таали, это так заботит? – перешел я на подчеркнуто официальный тон.

– Девчонка – балласт. Я бы предпочел оставить ее в следующем форте.

Теперь понятно, Ареин решил возобновить вчерашний разговор. Посчитал, что ночи в компании получеловечки мне хватило, чтобы насытиться, что девчонка уже успела наскучить.

– Она моя собственность!

– Да никто у тебя эту девчонку не отнимет. В Талрэе через месяц-другой получишь ее обратно.

– Эта игрушка мне интересна сейчас. Она хоть как-то скрашивает это утомительное путешествие.

– И все-таки я предпочел бы настоять…

– Но ты не можешь. Не в этом вопросе!

– Это не совсем так. Девчонка может угрожать твоей безопасности, а это…

– Миолин-Таали, неужели вы действительно считаете, что какая-то напуганная дикарка может чем-то навредить мне?.. Разве что она расцарапает мне спину. – Я криво усмехнулся.

– Она уже смирилась? – удивился собеседник.

– А у нее был выбор? И потом, ты забываешь о моем природном обаянии… Неужели ты думаешь, что какая-то ора дэйш’ли, какая-то дикая полукровка сможет устоять передо мной?

– Подожди, Эрайн! Ты ведь не раскрыл ей свое имя, не сказал, кем являешься?..

– Не сказал что? То, что я т’раэн Таэн Лаэссэ, путешествующий инкогнито?..

Нас с Ареином мгновенно накрыл полог тишины.

Я поймал обеспокоенный взгляд Миолин-Таали, которым он окинул беженцев дэйш’ли.

Временами этот лоэл’ли, которого отец приставил ко мне в качестве охранника и советника, чересчур ревностно относился к своим обязанностям.

– Ареин, ты думаешь, что мне может грозить какая-то опасность со стороны этих?.. – Я указал на оборванцев дэйш’ли. – Да они с радостью умрут, стоит мне только приказать!

– Иногда опасность может прийти оттуда, откуда ее совсем не ждешь. Слишком многим уже известно, что ты младший принц.

– И что? Мы давно не в вольном городе, мы даже не на восточном побережье Скалистого моря, где можно было опасаться орочьих лазутчиков. Что мне может грозить здесь?!

– Мы уже говорили об этом. Урги могут и сюда добраться, про фанатиков Охотников тоже не стоит забывать. У тебя, у твоего отца и брата врагов намного больше, чем ты думаешь.

– Да? Так кого мне еще следует опасаться в своем королевстве?

– Этот не тот вопрос, который я могу обсуждать с тобой. Но, может, когда прибудем в столицу, твой отец таэ Луорен не откажется тебя просветить… А теперь ответь на мой вопрос. Получеловечка знает, что ты принц?

– Нет, конечно. Не говорил я ей ничего! За кого ты меня принимаешь?

– Но кольцо с иллюзией ты снимал? Она видела твое лицо?

– Да, – кивнул я. – Сам же знаешь, что я не могу носить кольцо все время. Но что с того?

– А то, что девчонке придется либо путешествовать с нами до столицы, либо умереть. Риск невелик, но из ее головы можно вытащить воспоминания о твоем истинном облике.

Фразу «Да кому это нужно копаться в голове какой-то ора дэйш’ли!» я подавил в зародыше. Вместо этого сказал:

– Она останется. По крайней мере, пока… Рад, что нам удалось прийти к соглашению в этом вопросе! – И я уткнулся в книгу, давая тем самым понять, что разговор закончен.

Сосредоточиться на тексте никак не получалось, мысли все время кружились вокруг моего последнего приобретения, вокруг Ри. С раздражением захлопнув книгу, я засунул ее в седельную суму. Время тянулось медленно-медленно, под стать неспешному шагу моего коня, и я не мог дождаться вечера.

Зря я утром сплел парочку узоров, чтобы придать себе бодрости и сил. Когда действие этих энергетических конструкций закончится, я практически моментально усну. И случится это, по моим расчетам, часов через десять. Так что побеседовать мне сегодня с пленницей вряд ли удастся.

Прошлая ночь вышла очень… насыщенной. Чуть ли не добрую ее половину я потратил на то, чтобы приручить получеловечку, внушить ей мысль, что меня не стоит опасаться, что именно от меня зависит ее дальнейшая судьба, что, если мы договоримся и она будет мила и учтива, все в ее жизни еще может сложиться не самым худшим образом. Нет, конечно же, я ничего не обещал пленнице, а просто дал надежду… А вот вторая половина ночи прошла необыкновенно плодотворно, любопытно, интригующе. И не раз, и не два я возблагодарил Творца за то, что мне на пути попался тот корабль контрабандистов, что мне удалось заполучить такую во всех отношениях примечательную ора дэйш’ли.

Вопреки мнению Ареина, я не выспался не потому, что всю ночь кувыркался с получеловечкой на кровати. Нет, я нашел более интересное занятие.

Я, может, и т’раэн, но последнее слово в любом вопросе остается за Ареином. Именно он отвечает за мою жизнь, а потому мне волей-неволей приходится подчиняться этому лоэл’ли. Если бы старший эльф узнал, о чем я ночью с пленницей беседовал, то ему бы это сильно не понравилось. Миолин-Таали вообще никогда не нравилась моя увлеченность историей и культурой людей. Да и не только ему одному…

Так что пусть он лучше думает, что я соблазнился сомнительными прелестями дикарки. Правду знает только Найри и моя дайрэн Яни. Друг будет молчать, Яни тоже никому слова не скажет. Дайрэн просто не сможет нарушить мой прямой запрет.

Ри оказалась удивительно хорошей рассказчицей, она хорошо знала не только Старый город, но и историю людей. Без сомнения, новая игрушка была умна и, в отличие от большинства людей, хорошо образованна. Даже нескольких часов общения с ней хватило, чтобы понять: девчонка отнюдь не проста. Вряд ли она поведала всю свою биографию. Но давить на получеловечку я не стал. Потом. Еще успеется. Благо у меня есть дней пятнадцать-двадцать, чтобы насладиться своим приобретением. В Талрэе с этой ора дэйш’ли придется расстаться, сильно сомневаюсь, что отец разрешит мне оставить при себе получеловечку в ее нынешнем виде… Хотя о чем это я? Ри не должна добраться до столицы. Ведь там ее «перекуют» в обыкновенную дэйш’ли, но перед этим допросят и выяснят все детали нашего знакомства… Как ни жаль, но до приезда в Талрэй мне придется избавиться от девчонки.

Я отрешенно любовался лесными красотами, когда заметил в зеленой стене небольшой просвет. Привстал на стременах, пытаясь лучше рассмотреть.

Да это же… просека! А если впереди просека, то там может быть и какая-нибудь дорога, тропа. Ведь не может вырубка просто так пересекать дорогу в чаще леса?!

К сожалению, так заинтересовавшая меня просека была довольно далеко, и ничего толком рассмотреть не удавалось. Быстро добраться до просвета в лесном массиве тоже не представлялось возможным, разве что пришлось бы прожечь, прорубить себе дорогу в стаде беженцев.

И тут я заметил, что пара телег свернула на просеку. Вряд ли дэйш’ли решили остановиться на обед, эти арритовы выродки скорее упадут от усталости, чем решат отдохнуть раньше времени. Значит, все-таки…

– Ареин, что скажешь? Куда это они?

Старший эльф нахмурился:

– Если мне не изменяет память, то где-то здесь проходит заброшенная, оставшаяся еще со времен Империи дорога. Похоже, эта просека – все, что от нее осталось.

– Дорога! – оживился я. – А куда она ведет?

– Эрайн, – устало вздохнул Миолин-Таали, – этой дорогой почти не пользуются. Даже если кони и пройдут, то насчет фургонов я сильно сомневаюсь.

– А я сомневаюсь, что эти дэйш’ли направили свои телеги в болото! У тебя же где-то была карта?

Миолин-Таали на несколько секунд задумался, а потом кивнул.

– Ладно. Я объявлю короткий привал.

Я толкнул Найри воздушным кулаком. Эльф покачнулся в седле и чуть не упал.

– А?! Что?.. – встрепенулся друг. Осоловело заморгал.

– Просыпайся! У нас тут, видишь ли, привал!

– Эрайн! – прорычал Найри, потирая ушибленное плечо. – Я ведь и упасть мог!

– Ну ведь не упал, – пожал плечами я. – Нечего спать, все самое интересное пропустишь.

– Что, например?

Я указал на просеку:

– Видишь?

– И что я должен увидеть? – раздраженно спросил друг.

– Это старая имперская дорога. И ты поможешь мне убедить Ареина на нее свернуть.

Ареина долго уговаривать не пришлось. Старший эльф только для вида немного посопротивлялся. Притом доводы он приводил более чем сомнительные. Ну, к примеру, какая мне может грозить опасность, если мы поедем по заброшенной дороге? Глупо думать, что там нас может поджидать засада. А то, что нам придется сделать большой крюк и проехать лишние пятьсот ири, вообще бред. Наоборот, так мы доберемся в столицу быстрее, чем если бы продолжили тащиться вместе со стадом дэйш’ли.

К тому же внимательно изучив карту, мы увидели в той стороне несколько небольших рабочих поселков, а значит, за состоянием дороги должны хотя бы немного следить.

Но главное – другое! Заброшенный тракт вел в Дэлион! Сейчас, конечно, этот человеческий город разрушен, но мне никто не помешает посетить его развалины. Не посмеет помешать!

А в крайнем случае, если дорога станет непроходимой или просто опасной, то мы всегда можем вернуться.

Мы обогнали первый обоз дэйш’ли, потом еще два… Больше нам на дороге до самого вечера никто не встретился. Пару раз мы видели уходящие в чащу леса грунтовки; если верить карте, там располагались те самые поселения дэйш’ли.

Я все-таки заставил Ареина признать, что он ошибался, – дорога оказалась вполне проходимой. Да, неизвестно, что нас ждало впереди, но пока наш путь пролегал по укатанной грунтовой дороге, ни каких-либо рытвин, ям и заболоченных участков, которыми нас так стращал старший эльф, не было и в помине. А время от времени встречающиеся на обочинах плоские валуны наводили на мысль, что еще пару сотен лет назад дорога была замощена, а потом дорожное покрытие разобрали за ненадобностью и камни пустили на строительство новой дороги. Той самой, с которой мы недавно свернули.

А что? В этих краях с камнем проблемы. Тут его приходится либо возить издалека, либо пытаться добывать в Скалистом море и болотах дельты Велайи, либо разбирать оставшиеся от людей постройки.

Кстати, о последних. До Элиарай ару (или Последней войны, как говорят люди) этот тракт был весьма оживленным, а сама местность вокруг густонаселенной. А вот нами за прошедшие с войны двести с лишним лет эти места так и не были толком освоены. В итоге сады превратились в леса, поля тоже заросли… И мы получили то, что получили. Постройки, как ни старались, мы тоже не сумели полностью разобрать. В лесной чаще то виднелся дом с ввалившейся крышей и пустыми темными провалами окон и дверей, то из-за деревьев выглядывала покосившаяся башня. Дорогу от разбушевавшейся растительности хранило какое-то старое человеческое колдовство, иначе бы и она давно затерялась в лесу. Наш путь пролегал по узкому зеленому коридору, справа и слева – густая стена леса, над головой – чистое голубое небо. Даже ветви деревьев не могли нарушить незримую границу. Травы под ногами тоже не было, лишь голая земля да редкие камни – остатки былого мощения.

Несколько раз я порывался поближе рассмотреть то или иное заинтересовавшее меня сооружение. Но всякий раз меня останавливал Ареин, которому эти затеи были совсем не по душе. После седьмой такой попытки Миолин-Таали сдался. Мы заключили своеобразный договор, по которому я обязался больше не пытаться исследовать развалины, а старший эльф обещал, что в Дэлионе мы задержимся на день-другой. И мне даже дадут разрушенный город немного осмотреть! Конечно, все мои прогулки по Дэлиону будут совершаться с ведома Ареина и под тщательной охраной тэлиаков.

Лагерь для ночлега пришлось разбить прямо посреди заброшенного тракта. По мне, так невелика беда, и уж точно намного лучше, чем ночевать вместе со стадом беженцев дэйш’ли, но Ареин остался недоволен.

Сил еле хватило, чтобы дождаться, пока поставят шатер. Нет, как все-таки не вовремя закончилось действие плетения! Я так надеялся, что у меня в запасе есть хотя бы час-полтора!

Безумно хотелось растянуться на кровати и отдаться блаженному сну. Но я не мог. Пока не мог.

Дайрэн кружилась по шатру, расставляла треноги с озаряющими шарами. Любого лоэл’ли всегда и везде должны окружать уют и комфорт. Да только сейчас мне абсолютно неважно, насколько идеально заправлена кровать и украшает ли ваза с фруктами походный стол.

– Яни, прекрати!

Рабыня тут же подлетела ко мне, почтительно склонила голову:

– Лоэл Эрайн, что желаете?

– Разыщи получеловечку. Быстро! Она давно уже должна быть здесь!

– Да, мой лоэл, – кивнула дайрэн.

– Быстро! – снова прорычал я. – А то я уже начинаю задумываться о твоем наказании…

Последние слова я договаривал в пустоту, Яни в шатре не было.

Дайрэн вернулась через несколько минут. И не одна. За ней в шатер вошли Найри и получеловечка. Причем пленницу конвоировал мой друг лично.

Я сразу понял – что-то не так.

Ри немного растрепанна, и… у нее какое-то непонятное выражение лица, я не мог его прочитать. А вот с другом такой проблемы не возникло, все-таки Найри я знал очень давно. И сейчас этот лоэл’ли был раздражен, зол и тоже немного растрепан.

Но, мало того, под глазом у пленницы начинал наливаться кровью синяк.

– Что это значит?! Тебе было что-то непонятно? Ты забыл, что Она! Моя! Собственность! – сразу набросился я на друга.

В ответ этот Найри Тоэн-Маринэ лишь пожал плечами. А затем сказал:

– И что? Эта Яни, – кивок на дайрэн, – тоже твоя собственность, но ведь ею ты со мной делишься.

– У нас был уговор, если не помнишь. Про пленницу там ни слова не было!

Я начинал терять терпение. Да что этот лоэл’ли себе позволяет?! А еще друг называется!..

– Если ты не забыл, то я тоже принимал участие в поимке этой получеловечки, – нагло усмехнулся Тоэн-Маринэ. – Обоих поимках! Так почему я не могу поразвлекаться с ней? Все равно ты сегодня без сил и на какие-либо подвиги не способен.

Найри, конечно, тот еще хэт, но сейчас его наглость и самоуверенность превысили все разумные пределы. Еще никогда друг так не забывался, не зарывался.

– Так ты под кайфом? – вдруг понял я.

– Угостить? – усмехнулся друг.

Найри легко толкнул Ри, и та, как сломанная кукла, упала на землю.

Точно! Парень даже парализующие браслеты с получеловечки не снял! Пленница смогла идти лишь потому, что друг временно ослабил действие ножных браслетов.

Найри вальяжно развалился на стуле напротив меня.

– Так тебя угостить? – повторил свой вопрос друг.

– Чем? Только не говори, что…

– Ага, – расплылся в блаженной улыбке этот идиот, – у меня кархи. И я даже могу угостить тебя забесплатно! Все-таки я не такая жадина, как некоторые… – Похотливый и весьма злобный взгляд в сторону пленницы.

Точно идиот!

Кархи – наркотик, который действует только на чистокровных эльфов. Очень сладкий наркотик, мало кто из тех, кто попробовал кархи единожды, может воспротивиться искушению отведать его вновь. Ведь кархи дарует могущество. И отнюдь не иллюзорное, вполне реальное! У лоэл’ли, находящихся под действием кархи, значительно возрастает энергетический резерв – они могут управлять гораздо большим количеством нитей силы… Но с каждым разом кархи требуется все больше и больше, а потом наркоман как-то незаметно начинает сходить с ума. Становится рассеянным, нервным, раздражительным, неоправданно жестоким, а затем вовсе перестает контролировать свою магическую силу.

– И давно ты? – с трудом сдерживая зевок, спросил я. – Надеюсь, ты понимаешь, как это опасно?

– Опасно?! Да брось! – махнул рукой Найри и покачнулся на стуле, чуть с него не упав. Пока он судорожно размахивал руками и ногами и пытался восстановить равновесие, с его пальцев сорвалось какое-то непонятное, больше всего похожее на запутанный узел, плетение.

Я быстро деактивировал непонятную структуру.

Пресветлый Единый, как же я хочу спать! Как я устал! И почему все так не вовремя?!

– Уже три года почти, – как ни в чем не бывало продолжил Найри. – И никаких последствий, побочных явлений… Все врут! Зато сила есть. И силы много!

Аррито хэт! И как я не заметил?! Три года!!!

Слишком занят был собой, вот и не обратил внимания, что характер друга детства стал меняться, и отнюдь не в лучшую сторону. Это Найри меня раньше сдерживал от опрометчивых и просто глупых поступков, да и жестоким его никто бы не решился назвать, наоборот, для лоэл’ли он излишне мягкосердечен. А его энергетический резерв?! Ведь должен я был обратить внимание, что плетения, которые творил Тоэн-Маринэ во время недавнего боя с гидрой, значительно превышали его силы!

Наверное, потому Найри и решил прибегнуть к кархи – устал чувствовать себя слабаком. Верил, что сумеет остановиться, а вон оно как получилось.

– Думаешь, я просто так увязался за тобой в этот человеческий городишко… ну, в Таннис? – продолжал Найри.

– А что, нет?

Лоэл’ли аж фыркнул от возмущения:

– Что я там потерял?! Никогда не понимал, что тебе нравится в этих людишках, ну а про развалины я вообще молчу. Нет, тот вольный город – одно из немногих мест, где можно купить кархи… Так будешь? Уверен, тебе понравится!

Интересно, если я скажу «нет», как друг отреагирует? Судя по его состоянию – возможно всякое…

Я максимально тихо и незаметно стал плести узор, наводящий сон. А пока нужно Найри как-то отвлечь.

– Скажи, а бить было зачем? – Я указал на Ри, забытой куклой лежащую на ковре. – Ведь есть более действенные методы… Она бы сама тебя захотела. Даже стала умолять.

– Так скучно. Мне всегда хотелось попробовать с дикаркой, но их сейчас не сыскать – большая редкость. Знаешь, за сколько можно такой необработанный алмаз продать? На ора дэйш’ли есть любители, готовые заплатить очень большие даже для тебя деньги.

Еще недавно такие мысли Найри и в голову бы не пришли… Или я совсем друга не знал?

– Так почему ты не попросил Наместника Танниса сыскать тебе какую-нибудь человеческую девчонку посимпатичнее?

– Посимпатичнее? Ты вообще этих девок видел? Одна страшнее другой! Я вообще начал задумываться, как первые полукровки появились… Неужели эльфы тогда так неразборчивы были? – Найри скривился. – А вот эта получеловечка – другое дело. Да ты сам посмотри!

Поддавшись искушению, я сравнил обеих девчонок, благо обе перед глазами.

На первый взгляд по всем статьям выигрывала Яни.

И фигура у нее – то, что надо. Узкая талия, крутые бедра, отнюдь не маленького размера грудь. Таких фигур не бывает у лоэльских девушек, у моей дайрэн вполне человеческое тело. Как говорится, есть за что подержаться… Симпатичная ухоженная мордашка, длинные русые волосы. И главное, покладистый характер.

Ри – другое дело! Рост у нее для обычной полукровки довольно высокий, дикарка на полголовы выше той же Яни.

Фигура по эльфийскому типу, то есть, на мой взгляд, излишне худощавая. Потому девчонке вместо ее лохмотьев пришлось подбирать одежду из гардероба Аши, дайрэн Найри. Черты лица тонкие, изящные, но, помимо свежего синяка, их портит множество ссадин… Как и руки, как и другие открытые участки тела. У пленницы я залечил только неглубокую рану на боку, все-таки она, хотя и маловероятно, могла угрожать здоровью, еще какое-нибудь заражение произошло бы. На другое не стал тратить ни силу, ни время.

Но, пожалуй, самое необычное в облике девчонки то, что неизменно притягивало взгляд, – это глаза и волосы. Сказать, что у Ри просто голубые глаза – все равно что признаться в косноязычии. Еще никогда мне не встречался такой глубокий, яркий, насыщенный цвет глаз… А этот невозможный, как для эльфов, так и полукровок, цвет волос? Шевелюра у получеловечки была огненно-рыжая, без сомнения, крашеная, длиной всего до плеч.

Да, что-то меня потянуло на экзотику…

– Ну, что? Видишь?

– Вижу, – кивнул я. – По мне, так эту замухрышку даже сравнивать с Яни глупо. А если тебе нравятся худышки, то у тебя под боком Аша, которой эта получеловечка тоже не конкурентка.

– Ну, раз ты так считаешь, то точно не будешь против, если я немного с этой девкой поразвлекусь, – сказал Найри, тяжело поднимаясь со стула.

– Я думаю иначе.

Зевнув, я тоже встал на ноги. Демонстративно щелкнул пальцами, отпуская на волю готовое плетение.

У друга тут же закатились глаза, подкосились ноги. Я еле успел его подхватить. Аккуратно опустил тело Найри на пол шатра.

Не хватало еще, чтобы он лицо разбил или мой походный стол сломал.

С минуту я раздумывал, оставить все так, как есть, или…

Найри должен проспать до полудня. Но именно, что «должен». Как поведет себя его организм, отравленный наркотиком, я мог только гадать.

В очередной раз судорожно зевнув и мысленно выругавшись, я махнул Яни:

– Позови Ареина. Быстро! Скажи, что дело не терпит отлагательства.

Дайрэн упорхнула. А я, чуть пошатываясь от усталости, подошел к Ри. Неправильно, если эта получеловечка будет всю ночь валяться посреди шатра, да и показываться лишний раз на глаза Ареину пленнице не следует.

Распустил плетение, запирающее речь, снял браслеты.

С пола девчонка подниматься не спешила. В ее глазах таились непонимание и испуг.

Ну да, правильно, мы же с Найри беседовали по-лоэльски. Получеловечка ни слова не поняла, а вот что она себе за это время успела напридумывать… Неужели теперь из-за этого идиота Найри все мои труды насмарку и пленницу придется заново приручать?

– Ты как?.. – тихо спросил я.

– Н-нормально, – настороженно ответила пленница.

– Найри больше тебя не тронет. Но если что, сразу зови меня. Поняла?

Девчонка кивнула.

– Умница. Теперь быстро ползи к той стене. Готовься ко сну. У тебя минута, потом я опять надену на тебя браслеты. Уже до утра.

Ответом мне был еще один испуганный взгляд пленницы.

– Да не сделаю я ничего с тобой. Во всяком случае, этой ночью!

Получеловечка быстро поползла к отведенному ей для ночлега месту. Я только успел защелкнуть браслеты, когда в шатер ворвался Ареин.

– Эрайн, что случилось?!

И куда подевалась вся степенность старшего эльфа?

– Случился Найри, – я указал на спящего на полу друга.

– Что с ним? – сразу успокоился Ареин.

– Кархи. По его словам – три года. И он уже не совсем владеет собой.

Миолин-Таали опустился перед своим дальним родственником на колени. Коснулся рукой его лба…

Я видел, как несколько неизвестных мне энергетических конструкций оплели тело Найри, потом их сменили другие, тоже мне неизвестные.

Ареин застыл над телом Найри, а у меня уже не было сил бороться со сном. И все-таки я не мог отдаться блаженному отдыху. Пока не мог.

Наконец последние окутывающие друга плетения развеялись, и Ареин поднялся с пола.

– Ты прав, – вздохнул он. – Найри действительно давно принимает кархи. И по темной тропе безумия он ушел далеко.

– И что теперь?

– Я заберу его. Ни о чем не думай. Отдыхай.

Ареин наклонился и легко подхватил тело парня.

Я знал, что помочь тому, кто давно принимает кархи, практически невозможно. Но в столице хорошие врачи…

– Подожди! А если Найри отправить в Талрэй? Сейчас! У меня ведь есть Амулет Иракэны.

– Нет. Ты же знаешь, что это твоя страховка на крайний случай, – покачал головой Ареин.

– Но он же твой двоюродный племянник! Единственный сын твоего лучшего друга! Ты же знаешь, что, чем раньше выявлена зависимость от кархи, тем больше шансов от нее излечиться… И так, учитывая, как давно Найри подсел на эту отраву, шансов у него ничтожно мало.

– Извини.

– Ну хотя бы свяжись с… да хоть с моим отцом! У нас особый случай, не принимай решение сам! Вдруг они согласятся использовать Амулет. Тем более что мне сейчас никакая опасность не угрожает.

Немного подумав, Ареин кивнул:

– Хорошо. Я свяжусь с Талрэем. Утром.

Глава 5

Джаред Дэш

14 – 15-й день Атанарил-лин 223 года от О. В.

– Ты правда вампир? Ну истинный?!

Я не рассказал малышу всей правды. Зачем? Вэров не так уж и мало, а полувампир, насколько мне известно, существует только один. Мое происхождение обязательно вызовет у Сажи вопросы, на которые я просто не смогу дать ответов. К тому же нет гарантии, что мальчик вечно будет держать язык за зубами и не проговорится о странном наставнике. Так безопаснее и для него, и для меня.

– Правда, – в очередной, уже не знаю какой по счету, раз сказал я.

Не такой реакции я ожидал от воспитанника. Совсем не такой! Ведь Сажа не просто узнал, что я вампир, и даже не заметил случайно, как я чинно и благородно пью кровь из бокала. Нет. Парень увидел мою вампирскую сторону во всей ее поганой красе.

Я и помыслить не мог, что Сажа будет смотреть на меня с таким восторгом и любопытством. Что он увидит во мне не монстра, а героя из сказок.

Хотя на фоне тех же зеленомордых уродов – орков – я, наверное, смотрелся не так уж и плохо.

– Здорово! – Глаза мальчишки восторженно горели. – Как же все это здорово! Наш Капитан, оказывается, вампир!

– В том, чтобы быть вампиром, мало хорошего. Та же жажда, к примеру… Эрих, я понимаю, что тебя захлестывают эмоции, но говори потише.

– А? Да, – спохватился мальчишка и, тут же понизив голос, зашептал: – Но сейчас-то ты уже не голоден? Да? Ведь ты говорил…

О да, в голосе этого сорванца наконец-то прорезалась некоторая настороженность! Слава Великому Прародителю! Эрих все-таки не безнадежен.

– Нет. Не голоден. И проголодаюсь не раньше чем через несколько лет. Так что тебе, малыш, нечего бояться.

– Я не малыш! – привычно огрызнулся Сажа и насупился.

– Знаю, – улыбнулся я. – Извини.

Когда я понял, что Эрих все видел и моя тайна раскрыта, то думал недолго. Тогда у меня не было времени гоняться за Сажей по всей округе и пытаться успокоить его. Нужно было действовать быстро, пока еще парень не отошел от шока. В любой момент могли нагрянуть еще орки, не было никаких гарантий, что разведчиков только трое… После того как я насытился, мое сверхъестественное чутье пропало – я перестал слышать кровь.

Я метнулся в сарай, по дороге заменил барабан в игломете, а затем просто подстрелил паренька. Выстрела он не заметил. И уверен, Сажа это почувствовал лишь как укол комара, – я был очень осторожен.

Конечно же, игла была сонная, я вовсе не собирался убивать воспитанника. Наоборот, хотел обезопасить Сажу от его же опрометчивых поступков.

Весь вечер и всю ночь я бежал на восток, как можно дальше от поселка дэйш’ли. Остановился под утро, решил все-таки лишний раз не испытывать свой организм – день обещал быть солнечным. Да и с Эрихом поговорить следовало. Я боялся этого разговора. Боялся реакции мальчишки на то, что я вампир, на то, что я фактически бросил своих людей… Но был ли у меня выход? Разве что усыпить мальчишку… Ага, в третий раз! Это уже не смешно!

Местом дневки я выбрал небольшой сарай для садового инвентаря. Уединенное место, максимально далеко от дорог, поселений дэйш’ли и других построек. Надеюсь, орки сюда не сунутся, еще одна встреча с ними мне совсем ни к чему.

Сажа очнулся час назад, и с тех пор мы беседовали. Легкий испуг парня удалось развеять удивительно быстро, мальчик все еще верил мне, доверял.

Зря. Ведь, не появись орки так вовремя, я вполне мог решиться закусить Сажей. Не потому что хотел причинить ему вред, а потому что не мог себя сдерживать, потому что с некоторыми инстинктами не совладать.

Эх, если бы все реагировали на весть о моем происхождении хотя бы вполовину так же спокойно, как этот сорванец, мне бы жилось намного проще. По всем статьям переплюнула Сажу только Нефрит, ее вообще нисколько не волновало, что моя мать – вампир.

Назойливую мысль о Нефрит я отогнал в сторону. У меня и так, что хлопот, что забот… полон рот! Только думать о мертвой воровке мне и не хватало.

– А где все? – вдруг спросил Сажа. – И вообще, где мы?

Вот мы и подошли к самому интересному.

– Наши пути разошлись. Команда решила вернуться в Таннис, я – поискать счастья в Лайэне. Ты тогда спал, так что я принял решение за тебя, – тепло улыбнулся воспитаннику.

– Но… почему?

– Почему я не захотел возвращаться вместе со всеми?

– Да.

Я вздохнул:

– Корабль потерян, товары тоже. Если бы я вернулся, у меня были бы большие проблемы.

– А как же…

– Выкрутятся. Ведь кто они? Лишь наемные работники. Что с них взять? Вся ответственность перед клиентами лежит на мне.

– А, ну тогда…

– Эрих, неужели ты не хочешь посмотреть на Лайэн? Ты ведь всегда хотел путешествовать!

– Да! И Лайэн… это здорово! Просто столько всего сразу…

– Тише, малыш, тише. Я отвечу на все твои вопросы. Времени до заката у нас полно.

Великий Прародитель, и зачем мне эта головная боль?! Почему я взял мальчишку с собой? С ним ведь столько проблем… А сколько еще будет!

Несколько часов я рассказывал мальцу о своей жизни, настолько правдиво, насколько мог.

А потом парень снова уснул. Вовремя. Сил сопротивляться у меня не осталось, я слишком устал и чувствовал, что вот-вот начнется…

Откат.

Проснулся я внезапно. Да, именно проснулся. Вернее всего откат было бы сравнить с целебным сном. Давно я так не высыпался, наверное, с прошлого отката.

Не было никакого промежуточного состояния между сном и явью. Я просто открыл глаза и встретился с взглядом Сажи. Опять.

И почему я решил, что приду в себя раньше, чем проснется мальчишка? Почему вообще решил, что Эрих будет долго спать? Сорванец уже выспался на несколько дней вперед.

– Капитан, вы в порядке? – тихо спросил парень.

– Да, со мной все хорошо, – успокаивающе улыбнулся я воспитаннику.

Мальчишку буквально раздирали противоречивые эмоции: любопытство, восторг, изумление и некоторая настороженность. Впрочем, настороженность – это еще не страх.

У меня было время подготовить Эриха. И все равно парень еле сдерживался, чтобы не забросать меня сотней-другой вопросов. Ведь одно – это услышать, как я между делом упомяну, что моя внешность скоро несколько изменится, а другое – увидеть все своими глазами.

– Мы вроде договорились, что впредь ты будешь называть меня Джаредом. Про Капитана забудь, какой я теперь капитан…

– Да, Кап… то есть Джаред. Извините. Я запомню.

– Надеюсь на то. Давай спрашивай, что хотел.

– Я и не думал, что такое возможно. Что вы так… ну так… – Эрих путался в словах, запинался и никак не мог задать мучивший его вопрос.

– Изменюсь? – подсказал я.

– Да, – облегченно вздохнул мальчишка. – Каково это?

По-хорошему стоило сразу после того, как я перекусил орками, найти убежище и дать завершиться изменению. А так получилось что-то середина на половину. Практически мгновенно у меня сняло все симптомы солнцепека. Но одно дело залечить ожоги и восстановить зрение, а другое – полная перестройка организма.

Для вэров, которые пьют кровь разумных более-менее регулярно, откат происходит незаметно. Они не вырубаются, не теряют сознания, не засыпают, просто за пару минут в их внешности происходят незначительные изменения и вампиры возвращаются к своему «идеальному состоянию». Мне же после почти десятилетнего воздержания пришлось не так легко, целебный сон был необходим. Хотя бы как естественная защита организма, все-таки происходящие изменения отнюдь не безболезненны.

– Странно, – ответил я честно. – Но зато чувствую себя абсолютно здоровым и полным сил… Cкажи, сколько я проспал? Что ты вообще видел?

В сарае было сумрачно, тусклые лучи, пробивающиеся сквозь многочисленные щели, нормального освещения не давали. Мне, конечно, это ничуть не мешало, я даже в кромешной тьме хорошо вижу. На улице с одинаковой вероятностью мог быть пасмурный день, вечер или утро. Нет, только не утро. Я не мог так долго проспать.

– Не знаю. – Сажа задумчиво покосился на дверь. – Часа четыре, около того. Я уже пару часов как проснулся. Вы… У вас горячка была, судороги, вы как в припадке бились. Я очень испугался, тормошил вас, пытался разбудить. Но все без толку. А потом вспомнил, ну, что вы предупреждали.

– Извини, что напугал, малыш.

– Я не… Джаред! Я больше не буду звать вас Капитаном, но и вы тоже… Я не малыш!

– Хорошо, Сажа, – усмехнулся я. – Договорились.

– А вы знаете… ну, как именно изменились? Это всегда происходит одинаково?

Тяжелее всего мне пришлось в первый раз. Мне тогда было уже сорок два, и я знал, что моему организму время от времени жизненно необходима кровь. Были мне известны и максимально допустимые интервалы между приемами. К счастью, я вампир только наполовину, а потому у меня эти интервалы раза в полтора-два больше, чем у других вэров.

Я не рисковал, не тянул с приемом живительной жидкости до последнего. И все же сорвался. Внезапно, ни с того ни с сего, меня накрыло волной безумия, холодной ярости и всепоглощающего голода. Очнулся я под утро на полу кухни, весь в крови. Чужой крови.

К счастью, я плохо помню, что тогда происходило. Но кое-что мне никогда не забыть.

В тот злополучный вечер я ужинал у любовницы, и когда я утром прошел в столовую, то увидел следы своего пиршества.

Я не понимал, что со мной произошло, почему сорвался… Ведь не было никаких предпосылок, да и кровь разумных я пил меньше года назад.

Но стоило мне поймать отражение в зеркале, как я понял все. Произошел, как говорят вэры, «откат к идеальному состоянию». На меня из зеркала смотрел… я, тридцатилетний. Я не просто за ночь помолодел, у меня даже прическа стала такой, как двенадцать лет назад!

«Идеальное состояние» у вампиров обычно наступает в восемнадцать-двадцать лет. Потому, дожив до тридцати и не разу так и не пережив отката, я успокоился, решил, что не унаследовал эту особенность от матери. Узнав, что вечная молодость мне не грозит, я не особо расстроился. К тому же я стал замечать, что с годами меняюсь не так сильно, как окружающие меня люди…

Но эту историю я рассказывать воспитаннику не собирался. Как и кое-что другое.

Мне не нужно зеркала, я и так знал, что видел Сажа. Теперь всегда, стоило мне выпить кровь разумных, я возвращался к тому самому тридцатилетнему «идеальному состоянию».

– Знаю. У меня немного отросли волосы, а щетина на лице, наоборот, стала короче, чем была вчера. Исчезли шрамы. Да и вообще я стал выглядеть моложе на несколько лет. Так?

– Да, так. В точности! – кивнул мальчишка, глаза его горели восторгом. – А как это вообще возможно?

– Сложно объяснить, это одна из особенностей вампиров. Время от времени я пью кровь и неизменно возвращаюсь к этому самому облику. Так я выглядел лет в тридцать.

– Подождите, вы сказали… время от времени? – переспросил Эрих. – Сколько же вам тогда?!

– Немногим больше, чем я выгляжу. Девяносто восемь, если быть точным.

Очень надеюсь, что еще одна моя странность парня не добьет. Тем более если посмотреть, это сущая мелочь по сравнению со всем остальным.

– Ничего себе! – пораженно протянул Сажа. – То есть вы не стареете! Совсем! Ну, разве что временно.

– Можно и так сказать. Тебя это не пугает?

– Э… нет! Это здорово! Хотел бы я так!

Эх, малыш-малыш, знал бы ты, о чем говоришь…

– Ладно, давай отсюда выбираться. Скоро сядет солнце, а по ряду причин нам с тобой лучше путешествовать в темное время суток.

– Потому что вы вампир?

– Не только. Нам неизвестно, что происходит. Куда делись все эльфы и их рабы. Откуда здесь взялись орки… При этом зеленомордые уроды очень нагло себя вели, почти не скрывались, как будто были уверены, что опасаться им некого.

– И что же теперь?

– Мы все равно идем в Лайэн. Но по дороге надо будет захватить «языка».

И что мне стоило оставить в живых хотя бы одного зеленомордого? Сейчас я бы знал ответы на все интересующие вопросы, и нужда бы искать «языка» отпала… А еще орки теперь могут меня искать. Следы той бойни, что я учинил в поселении дэйш’ли, при всем желании нельзя было скрыть. Разведчиков (а кем была та троица, как не ими?) рано или поздно найдут. Надеюсь, все-таки поздно, когда уже нельзя будет определить, что тела практически полностью обескровлены. Но на такую удачу надеяться глупо.

Да, мало мне было эльфов, но если на меня еще орки охоту объявят – совсем весело будет. Помнится, Нефрит жаловалась, что в последнее время ей катастрофически не везет… Похоже, ее невезение заразно.

– Не мешало бы подкрепиться, – сказал я Саже.

– Чем? А вы разве не…

– Не утолил ли я свой голод? – я усмехнулся. – Вампиры не могут питаться только кровью, им нужна и обычная пища. Так что перекусить я бы сейчас не отказался.

– Мм… яблоко? Я тут, пока вы… э-э-э… спали, наведался в сад. – Мальчишка вытащил из-за пазухи красное яблоко и протянул мне.

– Сажа, я же просил тебя сидеть тихо и из сарая не выходить. Те орки могли быть не единственными, да и про эльфов с дэйш’ли не стоит забывать.

– Ну, так я осторожно, – виновато улыбнулся сорванец. – Далеко не уходил, и вообще…

– И все же впредь ты должен слушаться меня беспрекословно. Тебе могло показаться, что здесь безопасно. Но на деле не так. Совсем не так.

– Да, Джаред. Я обещаю. Правда, обещаю.

Солнце давно село, мы шли уже несколько часов. Саже такой длинный переход давался с непривычки тяжело. Но парень держался молодцом – не ныл, не хныкал, не жаловался, что устал и проголодался. Правильно. Все равно я ему делать поблажки не собирался, чем быстрее малец втянется, тем лучше.

Помимо прочего оказалось, что мальчишка плоховато видит в темноте, и мне волей-неволей пришлось примерить на себя работу поводыря. И все равно парень время от времени о корни деревьев спотыкался, а один раз даже чуть не расшиб лоб о низкую ветку.

Солгу, если скажу, что Эрих меня совсем не задерживал. Все-таки вампиры (даже если они полукровки) намного выносливее и быстрее людей. Особенно если эти вампиры недавно наелись до отвала. В одиночку я бы за час преодолел то расстояние, которое мы на пару с сорванцом прошли за это время. Не раз и не два мелькала мысль, что Сажа рановато пришел в себя. Что хорошо бы опять забросить мальчишку на плечо и перестать наконец плестись как черепахи… С другой стороны, по неизведанной вражеской территории передвигаться бегом – это как минимум глупо и безрассудно.

Территория, эта знаменитая житница Таэн Лаэссэ, по-прежнему была пустынна. Как будто и эльфы, и их рабы разом пали жертвами какой-то таинственной эпидемии, да такой, что их тела мгновенно разложились и исчезли. Безумная версия, мне вообще в голову приходили идеи одна фантастичнее другой. Наверное, потому, что самая правдоподобная, которая увязывала и исчезновение эльфов со всем скарбом, и то, что орки теперь нагло разгуливают по этим полям и садам, мне решительно не нравилась.

Но то, что этот край вдруг опустел, иначе как везением я не мог назвать. Если бы в этих садах и полях, как и в былые времена, работали дэйш’ли, нам бы с мальчишкой пришлось туго. Хотя какое пришлось!.. Нас бы давно либо захватили, либо убили, либо я бросил бы Сажу и удирал, поджав хвост.

Везение заключалось еще и в том, что эльфы по какой-то причине не вывезли все добро. В той деревеньке, где я разделался с орками, осталось много всего интересного, жаль, не удалось ничего прихватить с собой. Думаю, в других поселениях тоже кое-что сохранилось. И это хорошо! Нам жизненно необходимо разжиться теплой одеждой, одеялами, кое-какими мелочами. А еще надо что-то решать с едой. Сады тянутся еще довольно далеко, но в предгорьях и уж тем более в самих Велайских горах нечего и надеяться на подножный корм. На одну охоту рассчитывать не стоит, зверья в этих местах немного.

Но пока нам по пути ни одного рабочего поселка так и не попалось. А обыскивать изредка встречающиеся сараи и прочие хозяйственные постройки… Что там можно найти? Лопаты, грабли да корзины?

Можно, конечно, выйти на дорогу, что километрах в двух севернее… Действительно, а почему бы и нет? Какой смысл прятаться, если не знаешь, чего или кого стоит опасаться?

Посмотрел на небо – до рассвета еще далеко, часа четыре, не меньше. Самое время идти на разведку.

– Сажа, – обратился я к усталому воспитаннику, – я пойду разведаю, что там на тракте.

– А я? – осоловело заморгал малыш, встряхнул головой, пытаясь сбросить с себя оковы сна.

По-хорошему стоило бы подыскать для сорванца укрытие и не брать его с собой. Но я не знаю, что найду, кого встречу, что узнаю… И как мне придется действовать. Возможно, возвращаться за мальчишкой будет совсем не с руки.

– А ты со мной. Ничего не делай, пока я тебе не скажу. Даже рта не раскрывай. И да помогут тебе боги, если я разочаруюсь в своем решении. Понятно?

Эрих кивнул.

– Молодец, – похвалил я воспитанника. – Пойдем.

И уже через полчаса мы прятались в густом кустарнике на склоне холма.

Старая, оставшаяся еще со времен человеческой Империи Алрин, дорога стрелой прорезала поля, холмы и сады и устремлялась на северо-восток к Велайским горам. И ни одной живой души на ней не было, во всяком случае, никакого движения я не заметил.

А вот совсем пустынной я бы дорогу не назвал. На ее обочинах валялись корзины, ящики, тюки и даже сломанная телега. Судя по разлившемуся в воздухе смраду, брошенные тары не пустовали. Но источником гнилостного запаха были не только они. У подножия холма, на склоне которого мы нашли укрытие, валялось тело… Ну, это точно был не орк, а вот человек это, эльф или дэйш’ли сейчас сказать не представлялось возможным. Нога у бедняги была вывернута под неестественным углом, скорее всего, он упал с лошади или с телеги, а потом его просто добили. Да, я бы, пожалуй, поставил на то, что мертвец был рабом. Человеку тут взяться неоткуда, а своего бы эльфы не бросили гнить на обочине дороги… В паре сотен метров поодаль я заметил полуразложившийся, частично объеденный труп коровы.

– А… я… Извините! – Сажа юркнул в глубь зарослей, и там его вывернуло наизнанку.

Не самого подходящего я себе спутника выбрал. Ну, ничего, все приходит со временем, в том числе и крепость желудка.

– Что здесь все-таки произошло? – сквозь зубы прошептал я.

И что так напугало ушастых? Что такого могло случиться, если лоэл’ли были вынуждены не просто отступить?.. Нет, они бежали. Притом бежали панически! А ведь когда я был в Таннисе, даже слухов никаких не ходило…

Хайдаш забери меня в Пекло, что здесь происходит?!

Минуты через две вернулся бледный мальчишка, нос и рот он замотал какой-то тряпкой, видимо, надеялся так хотя бы немного приглушить вонь от разлагающихся трупов.

– Ладно, – сказал я Эриху, – пойдем. Здесь нам делать нечего. Но на этот раз далеко от дороги удаляться не будем…

Мы шли метрах в трехстах параллельно тракту. Время от времени я оставлял Сажу и наведывался к дороге. Не знаю, кого или чего я надеялся там увидеть, но все было без изменений. Те же следы панического бегства, разбросанный скарб да изредка встречающие трупы скота и дэйш’ли.

Эрих больше со мной в разведку не рвался. Во-первых, долгий переход его сильно вымотал, и мои отлучки он использовал как небольшие передышки, а во-вторых… Малец краснел и смущался как девчонка, стоило ему напомнить о его недавней слабости. Может, и зря я подначивал парня, но чем дальше он держался от дороги – от пусть потенциальной, но опасности – тем лучше.

Небо на востоке посветлело, скоро рассвет. Я, конечно, могу продолжить идти и после того, как встанет солнце, часа на три меня точно хватит. Но мальчишка еле стоит на ногах, если бы не врожденное упрямство, давно бы рухнул без сил… Так, решено. Сейчас последний раз разведаю дорогу, а потом пойдем искать укрытие для дневки.

Я метнулся к тракту, быстро осмотрелся. Все так же, все по-прежнему, даже пейзажи и те меняются незначительно… А это что? Слабое зарево, и не на востоке, нет, на севере. Такое вряд ли будет от пожара, скорее от костра. Значит, где-то там есть разумные существа, которые могут ответить на мои вопросы.

Вернулся к Саже.

– Я на некоторое время отлучусь, кое-что разведаю, – махнул рукой на север. – Ты жди здесь, никуда не уходи. И, знаешь, лучше залезь-ка вон на ту яблоню – в темноте, да в переплетении веток тебя сложно будет заметить.

– Джаред! – вскинулся мальчишка. – Я с вами! Я…

– Нет, ты устал. Извини, но сейчас ты будешь только помехой.

– Я смогу… справлюсь, пригожусь вам. Честно!

Небо все больше и больше светлело, а у меня не осталось времени на то, чтобы препираться с воспитанником.

– Малыш-малыш, – протянул я, игнорируя возмущенный взгляд Сажи, – ты всего лишь человеческий подросток, а я столетний вампир. Так что жди здесь. Отдыхай, пока есть такая возможность. И это не обсуждается!

Не слушая робких возражений Сажи, побежал назад, к дороге… и дальше к тому, так заинтересовавшему меня, зареву.

Вскоре стало ясно: я не ошибся, кто-то действительно чувствовал себя настолько самоуверенно и безбоязненно, что жег костер. И не просто в поле, а на окраине рабочего поселка дэйш’ли.

Я тихо подобрался поближе… и мысленно выругался. Вокруг костра вповалку спали шестеро воинов. И это были не эльфы и не дэйш’ли… Нет, орки!

Уж повезло мне. Хотел найти еще одну деревушку эльфийских рабов и свести поближе знакомство с каким-нибудь зеленомордым? Вот и получил.

А это что?

В паре десятков шагов от костра виднелись три большие кучи. Грязно-коричневые, сплошь покрытые мелкими, но удивительно прочными чешуйками… К Хайдашу в Пекло такое везение! Не кучи это, а одна из разновидностей орочьей скотины. Если точнее, то атхи – ездовые ящеры, отдаленно напоминающие варанов. Высота в холке около полутора метров, а в длину, даже без учета хвоста, будет все три. А еще эти атхи – основная движущая сила орочьей армии, если противника не загрызут и не порвут когтями, то затопчут гарантированно.

Сейчас атхи спят, но я знаю, как чуток сон у ящеров. Не только звук, но и даже слабый чуждый запах может этих тварей разбудить…

Я замер, старался даже не дышать.

Орки, похоже, часового не выставили.

Что это? Разгильдяйство? Или зеленомордые так уверены в собственной безопасности?

Или я часового просто не вижу?

Так, орки крайне любят число «три», и хотя они переняли у людей десятичную систему счисления, но используют ее в основном в торговле, а сами, как и прежде, считают тройками. Число воинов в отряде обычно кратно трем. Так что если шестеро спят, то в дозоре стоят либо сразу трое орков, либо вообще никого. И склонялся я к последнему…

Что же эти орки здесь делают? Великий Прародитель, неужели война?! Неужели зеленомордые наконец-то смогли прижать эльфов? И что теперь? Не значит ли это, что со дня на день по этим землям прокатится орда орков?.. Пленник мне сейчас нужен как никогда.

И вот она, казалось бы, возможность… Закинуть орка на плечо и дать деру! Но скоро рассветет, а днем я долго бежать не смогу. А значит, меня нагонят, выследят, найдут. И будет бой… Не стоит забывать и про Эриха, которого я просто не могу бросить.

Напасть самому? На моей стороне неожиданность, сила и скорость сытого вампира. Да только шестеро орков – даже для меня серьезное испытание. Но, возможно, я бы решился, если бы не атхи. Ящеры преданы своим наездникам, они с радостью умрут за них, так что три свирепых атха склоняют чашу весов не в мою сторону.

Я даже игломет использовать не могу, в драке с орками от него нет практически никакой пользы. Яд ящеров на орков не действует.

Выбора особого нет, надо уходить. Тихо. Быстро… А потом хватать Сажу в охапку и сматываться подальше от дороги и этих хайдашевых орков.

Медленно, осторожно, стараясь не потревожить и травинки, я стал отползать назад…

Вдруг раздался стрекот, и на меня вылетела… рыгла!

Ящерица размером с собаку, отдаленно напоминающая дикобраза. Идеальный страж и великолепный охотник.

Твою мать!!! У орков все-таки был часовой!

Я вскочил на ноги, собираясь дать деру…

И тут рыгла застрекотала опять. Громко, пронзительно!

В меня полетел целый залп игл. Тех самых, что ковром покрывали спину твари. Тех самых, что используются как снаряды игломета… Какие-то иглы я отбил, от каких-то я увернулся, а какие-то нашли свою цель.

Поздно бежать. Свое дело рыгла сделала, задержала меня и разбудила орков.

Я с силой пнул тварь, и заливающаяся стрекотом ящерица улетела в центр костра. Поднимающихся воинов накрыло волной из горящих головешек.

Прыгнул вперед. Первому, еще толком не проснувшемуся орку снес голову саблей. Увернулся от ударов секиры и меча, словил еще пару отравленных снарядов, на этот раз выпущенных из игломета. Прыгнул через костер, уходя от копья, и толкнул не ожидавшего от меня такой прыти орка… прямо на удачно подставленное острие. Воин рухнул, увлекая за собой нечаянного убийцу.

Скопом нападают, уроды. Не понимают, что друг другу только мешают.

Поймал еще три иглы. Да что этот стрелок никак не успокоится?! Хотя лучше пусть стреляет, чем за меч хватается.

Доля секунды, что я отвлекся на стрелка, чуть не стоила мне больших неприятностей.

Взревел атх, находящийся в эмоциональной связке с убитым орком, и ударом когтистой лапы отшвырнул меня на десять метров в сторону. Прыгнул следом за мной, намереваясь разорвать, растоптать. Я метнулся к твари навстречу и вспорол живот раскрывшегося в прыжке ящера. Лийская сабля разрезала чешую, как подушку с перьями.

Ящер рухнул на землю. Лишь в последний момент я успел выскользнуть…

Тьфу ты! Чуть не придавило!

…чтобы тут же схлестнуться в яростном поединке сразу с двумя противниками. Теми самыми обладателями секиры и меча. Ушел от удара мечника, поднырнул под секиру и вонзил зеленомордому саблю в бок. Увернулся от запоздалого взмаха секирой и толкнул раненого орка под ноги мечнику…

И тут почувствовал, как острое лезвие вонзается мне в спину, под лопатку.

Хайдаш!

Резко в сторону… Уф! Успел! Соскользнул!.. Чтобы тут же подставиться под удар орка с мечом. Попытался увернуться.

Получилось. Почти.

Удар, который должен был прийтись на ключицу и раскроить тело пополам, лишь снял тонкий слой кожи с плеча.

Противников опять двое. Мечник и стрелок, который тоже теперь сжимает в шестипалых лапах клинок. А ведь это именно стрелок пытался продырявить мне спину…

Воины передо мной топчутся на месте, не спешат нападать. Боятся, сволочи! Не дураки, видели, как я с их друзьями расправился. Раненый орк тоже не думает пока подыхать, ползет ко мне и даже тащит за собой секиру… За спиной атх, но и он пока не нападает, ждет приказа хозяина. Справа от меня стена какого-то сарая, слева тоже, и расстояние между постройками всего метров десять…

Проклятье!

Где шестой орк и еще один ящер?.. А, вот они! Атх несется на меня тараном, а на спине у него воин, сжимающий длинное копье.

Твою мать!

Разбежаться, оттолкнуться от стены и оказаться верхом на атхе, за спиной у копейщика. Вонзить клинок в бок, снизу вверх, так, чтобы гарантированно достать сердце…

Орк рухнул наземь, прямо под когтистые лапы своего варана-переростка.

Атх яростно взревел. Взбрыкнул первый раз, второй, третий…

Но я и не таких тварей укрощал. Вцепился мертвой хваткой в ручку седла. И принялся раз за разом вонзать саблю в шею твари… Соскочил с подыхающего ящера.

Меня повело, и я чуть не упал. Слишком много всего. Слишком! Даже для моего наполовину вампирского организма.

Но и противников осталось всего ничего: двое зеленомордых и атх, полутруп с секирой можно не считать.

Орки переглянулись и бросились ко мне…

Нет, ко мне устремился лишь один. Я легко уклонился от удара и рубанул по лапе, сжимающей меч… А в это время второй орк обогнул меня по широкой дуге и вскочил на спину ящера.

Хайдаш! Уйдет!

В Пекло правила, выбора нет!

Отбрасываю в сторону саблю. Бросаюсь к однорукому воину, который судорожно сжимает в левой руке изогнутый кинжал, оказываюсь у орка за спиной и вонзаю клыки зеленомордому в шею…

Голова немного кружится, как после лишней кружки эля. Как же хорошо! Я чувствовал необыкновенный подъем сил, что мне сейчас все по плечу…

Встряхнул головой, разгоняя дурман. Вытер тыльной стороной ладони кровь с губ.

Не стоит так часто пить кровь. А то и подсесть недолго.

И устремился за беглецом.

Орк, слава Великому Прародителю, решил отступать не через деревню (там он мог бы и затеряться), а гнал своего атха прямо через поля на восток. Темная точка всадника была уже далеко… Но атхи не самые быстроногие животные, и уж точно этим тварям не соревноваться в скорости с сытым вампиром.

Беглеца я нагнал минуты через две. И проделал свой недавний трюк – с разбегу заскочил за спину наездника. На этот раз орка убивать не стал, а просто скинул его со спины ящера. С атхом я расправился так же, как с предыдущим.

И вот я уже стою рядом с бьющимся в агонии телом ящера, а орк бросается на меня.

Отшвыриваю зеленомордого в сторону.

– Не спеши, – говорю по-ургски. – Умереть успеешь. Есть разговор.

В ответ орк лишь яростно рычит и нападет вновь. Мой кулак врезается воину в лицо, я слышу, как ломается нос… И зеленомордый падает на землю. Не мертвый, нет. Просто оглушенный.

Вздохнул, вытер с лица пот и кровь. Посмотрел на ладонь и усмехнулся. Да, вытер, называется, скорее уж размазал. Вид у меня сейчас еще тот… Раны давно исчезли, а вот прорехи в одежде остались. С ног до головы меня покрывала кровь, и не только своя, ее-то как раз было мало.

Кажется, что бой с орками и их тварями длился час, но я знал, что он не занял и десяти минут. И если бы не моя вампирская скорость и реакция, я бы не вышел из него живым.

Взвалил на плечо тело орка и быстрым шагом направился к деревне. О том, что кое-что упустил из виду, я вспомнил, только когда подошел к месту недавнего боя…

– Да умри ты! Умри! Умри же наконец!!! – кричал Сажа и молотил какой-то корягой рыглу. Тварь извивалась, стрекотала, шипела и все никак не умирала.

Я бросил орка, подбежал к мальчишке. Выхватил саблю и отрубил полудохлой твари голову. Быстро осмотрел, ощупал воспитанника… Уф, повезло! Ни одной отравленной иглой рыгла мальчишку не угостила.

– Эрих!!! – рыкнул я и отвесил парню подзатыльник. – Ты о чем думал?! Я тебе что сказал?!! Сидеть и не рыпаться!

– Капитан, вы… вы живы!!! – обрадовался мальчишка. – Я так испугался, когда вас не увидел… У вас кровь! Вы ранены?!

– Большей частью это не моя кровь… А та, что моя… – махнул рукой, – на мне все быстро заживает. А теперь ответь на вопрос, что ты здесь делаешь?!

– Ну я… Вас так долго не было, – заскулил Сажа, потирая ушибленную голову. – И рассвет. Я испугался, вдруг с вами что-то случилось.

– Долго? Рассвет? – издевательски переспросил я. – Солнце еще даже наполовину из-за горизонта не поднялось. И то, что я вампир, не значит, что для меня солнечные лучи смертельны. Ведь раньше, когда мы жили в Таннисе, я мог часами находиться на солнце, и у тебя это никаких вопросов не вызывало. То, что ты узнал мою тайну, ничего не изменило.

– Знаю, – тихо сказал мальчик. – Но я волновался. Вдруг… Не мог я там один сидеть.

Я устало вздохнул. Зря сорвался на парня. Он ведь действительно за меня волновался. И не стоит забывать, что Сажа совсем еще ребенок. Когда только повзрослеет и думать научится…

– Ладно, я не сержусь. Но если ты еще хотя бы раз нарушишь мой приказ, то, клянусь, я тебя вылуплю так, что ты несколько дней на задницу сесть не сможешь. Я понятно выражаюсь?

– Да, – кивнул Сажа.

– А теперь объясни мне вот что… Я понимаю, что ты волновался, что тебе до зуда хотелось примерить на себя доспехи героя и спасти меня от злых орков. Но о чем ты думал, когда с корягой набросился на рыглу?

– Так это была рыгла?! – побледнел малыш.

– Да. И тебе необычайно повезло, что все свои иглы она успела истратить на меня. А на вампиров, как ты знаешь, яды не действуют.

– Я… я не знал, правда. То есть я читал про рыглу, слышал, как эта тварь опасна и живуча, но никогда ее раньше не видел… И я не думал нападать! Она сама!

– И ты не придумал ничего лучше, чем схватить деревяшку? Мог бы и меч догадаться подобрать.

– Знаю… Но она как набросилась! Вроде мелкая, а такая шустрая и зубастая. В общем, что было под рукой, то и схватил, а потом уже вы пришли.

– Ясно. Не покусала? Зубы и когти у рыглы не ядовиты, но все-таки.

– Нет, я тоже быстрый, – улыбнулся негодник.

Застонал орк.

Я выругался сквозь зубы. Дурак старый, я так перепугался за воспитанника, что про орка забыл… А ведь если хотя бы на мгновение допустить, что в деревушке или поблизости еще кто-то был… Вряд ли, конечно, он либо проявил бы себя во время моей стычки с орками, либо уже улепетывает отсюда со всех ног… Но где-то, если еще не издох, недобиток с секирой должен ползать. Повезло, что Сажа наткнулся на рыглу, а не на раненого орка.

Быстро спеленал пленника, засунул в рот орку кляп.

– Сажа, я немного разведаю округу. Ты – сиди здесь. С пленника глаз не спускать. Если что случится – свисти.

Беглый осмотр деревни и окрестностей занял минут двадцать. И, если верить следам, кроме отряда орков, здесь уже дня три никого не было.

Недобитка я нашел. Удивительно, но орк не только был еще жив, но и даже пытался куда-то ползти. Неужели надеялся добраться до своих? И не значит ли это, что где-то поблизости может быть еще один отряд зеленомордых или даже целая база?.. Орка я добивать не стал, решил, что он пригодится мне для разговора с другим пленником.

Вернулся к Саже, сгрузил стонущего, изрыгающего проклятия недобитка наземь.

Пока я прогуливался, пленник, которого сторожил мальчишка, окончательно пришел в себя.

Это был типичный орк из касты воинов (к слову, всего каст девять, и воинская занимает второе место после касты жрецов и шаманов). Совсем еще молодой, вряд ли больше двадцати пяти лет. Но в бою уже отличился не раз, о чем свидетельствуют десятки ритуальных шрамов на плечах и предплечьях орка. Не удивлюсь, если окажется, что мой пленник был главным в тройке, а то даже и во всей шестерке зеленомордых… Внешность тоже более чем обыкновенная: рост метра полтора, плечи широкие, чуть сгорбленная спина. Руки длинные, до колен, шестипалые. На лицо красавец: тяжелый, выступающий вперед подбородок, из-под нижней губы торчат небольшие желтоватые клыки, нос приплюснутый, глаза маленькие, черные, глубоко и близко посаженные, лоб низкий. Ни ресниц, ни бровей, ни какого-либо намека на бороду или усы, только длинный смоляной хвост на затылке. Кожа бледная, с ярко выраженным оливковым оттенком.

Воины орков не носят доспехов, их им вполне заменяет одежда из кожи ящеров. Вот и на моем пленнике были мокасины, штаны и безрукавка.

Я вынул изо рта пленника кляп.

– Ну, поговорим? – спросил я по-ургски.

В ответ воин выругался и зарычал.

– Это ты зря, – миролюбиво улыбнулся я, так чтобы зеленомордый мог оценить длину моих клыков. – Я ведь по-хорошему поговорить с тобой хотел.

Орки не боятся смерти, они верят в перерождение души. У представителей этой расы высокий болевой порог, они вообще чрезвычайно упертые создания, так что даже виртуозу пыточных дел разговорить орка нелегко.

К счастью, я знаю, как сделать так, чтобы пленник сам захотел мне все рассказать.

– Сажа, лучше не смотри, – предупредил я мальчишку, а затем поднял недобитка с земли. Встал так, чтобы связанному пленнику был прекрасно виден не только я, но и раненый орк. Вгрызся недобитку в шею…

Всего пара глотков, больше нельзя!

…Отшвырнул тело мертвого зеленомордого прочь.

– Ну, орк, теперь ты будешь говорить? – спросил я у пленника, вытирая текущую по подбородку кровь. – Или ты хочешь, чтобы я выпил и твою душу?

Зеленомордые панически боятся вэров. И все почему? Они верят, что тот, кого укусил вампир, уже никогда не сможет переродиться… Так оно на самом деле или нет, я не знаю. Я вообще во все эти перерождения не верю.

– Ты! Кровосос! Как ты смеешь так называть меня!!! Я принадлежу к могучему племени ургов! – За яростью орк пытался скрыть страх.

– Хорошо, – покладисто согласился я, – орком я тебя больше называть не буду. Но, видишь ли, у меня проблемы. Есть ряд вопросов, на которые мне позарез нужны ответы. И есть голод, который мне все труднее сдерживать. А у тебя в жилах течет такая вкусная, сладкая кровь. – Я наклонился к ургу и плотоядно облизнулся.

Пленник дернулся и от страха еще больше позеленел.

– Если расскажу… Если отвечу… Ты не убьешь меня?

– Почему, – усмехнулся я, – убью. Ты в любом случае сегодня умрешь. А вот как, решать тебе.

– Если отвечу, обещаешь, что не попробуешь ни капли моей крови?

– Ответишь на все мои вопросы, тогда обещаю.

На лице пленника отразилась целая гамма эмоций: упрямство, страх, ярость, неуверенность…

– Ты кровосос! Лживая тварь! Тебе нет веры!

– Кажется, мы договорились обойтись без взаимных оскорблений. Верить или нет, решать тебе.

С минуту орк раздумывал, а потом сквозь зубы вздохнул. Сдался.

– Хорошо, что ты хочешь узнать?

Я сбросил с лица снисходительную усмешку.

– Для начала, есть ли поблизости другие отряды твоих соплеменников.

– Зачем тебе?! – прорычал ург. – Я не предатель!

– А я не собираюсь их убивать. Наоборот, хочу избежать с ними встречи. Ну, отвечай. Или передумал? – Я демонстративно понюхал шею орка.

– Нет тут никого, – быстро заговорил орк. – Нас послали разведать брошенную деревню.

– В другие деревни тоже отряды послали?

– Да. В округе и дальше к горам. У реки никого из наших еще нет, но на эльфов и их рабов натолкнуться можно.

А нам с Сажей как раз надо к горам…

– Что вы должны были делать в деревушках?

– Разведать, закрепиться, ждать, пока подойдут основные силы.

– Основные силы?.. Что вообще вы, урги, делаете так далеко на юге?

Пленник ощерился в злой усмешке.

– Забираем принадлежащее нам по праву. Все эти земли уже наши, а скоро мы перейдем Велайю и вырежем всех эльфов подчистую. Или нет! Лучше! Сделаем высокомерных ублюдков своими рабами!

Ну, это вопрос спорный. Эти территории никогда не принадлежали оркам. Если уж говорить о правах, то эти земли испокон веков были людскими. Да и эльфов я бы слабыми противниками не назвал.

– Значит, война?

– Да…

Я задал пленнику еще множество вопросов. Выяснил, где располагаются ближайшие поселки дэйш’ли и что меня может ждать в предгорьях.

Узнал кое-что и о самой так внезапно начавшейся войне. Оказалось, что у орков был какой-то таинственный союзник. Я долго пытал пленника на предмет, кто же это такой, но внятного ответа так и не добился. Похоже, ург и сам этого не знал. Ясно одно: Ургостан в союз ни с гномами, ни с троллями не вступал… Но кто же тогда? Какая еще сила могла вмешаться в противоборство эльфов и орков, да так, что преимущество впервые за двести лет оказалось на стороне зеленомордых? Да так, что эльфы испугались и побежали?..

Сажа все это время сидел рядом и внимательно вслушивался в мою беседу с орком. Ургский язык мальчишка знал плоховато, но вполне достаточно, чтобы понимать, о чем шла речь.

Ну а когда у меня закончились вопросы, а у орка ответы, я сдержал обещание.

– А обязательно пленника было убивать? – тихо спросил Эрих.

Я окинул воспитанника задумчивым взглядом… Мальчишка бледный, лоб покрыт испариной, зрачки расширены. У ребенка шок. Слишком много крови и смертей даже для того, кто долгое время жил в Старом городе. Но держится малец хорошо, и, кажется, моя природа его совсем не пугает.

– Обязательно, малыш. Скоро тела орков и ящеров найдут, и тогда на нас с тобой объявят охоту. Урги всегда жестоко мстят за своих соплеменников. Так что оставлять свидетеля было бы неблагоразумно. Не с собой же нам его тащить, в конце концов?

– Да, вы правы, конечно, – вздохнул Сажа. – Думаете, все то, что он сказал, правда?

– Скорее всего. Урги – плохие лжецы. Во всяком случае, те, кто принадлежат к касте воинов.

– Ясно… Джаред, а почему пленник так завелся, когда вы назвали его орком? Нет, я знаю, что урги очень не любят, когда их орками называют. Но почему?

Не думаю, что Сажу сейчас очень интересовал этот вопрос. Скорее, он хотел отвлечься, перестать думать о бойне, которую я тут учинил.

– Это старая история. Очень старая. – Я посмотрел на солнце, не было у меня сейчас времени Саже байки травить. – Я расскажу тебе ее. Позже. У нас сейчас работы много, а времени совсем нет.

Первым делом я усадил Сажу на крыше казармы тэлиаков, откуда прекрасно просматривалась не только деревня, но и подступы к ней. Оставил воспитаннику три заряженных арбалета, найденных здесь же. (Эрих стреляет вполне сносно, но самому ему натянуть тетиву арбалета, предназначенного для дэйш’ли, силенок не хватит.) И наказал бдеть, если что – свистеть, ну если совсем припечет – стрелять.

Затем я во все той же казарме разжился чистой одеждой. Из старой оставил только плащ. Ничего, кровь потом отстираю, прорехи зашью, не впервой. Мой плащ относился к разряду вещей незаменимых: удобный покрой, глубокий капюшон, ткань прочная и, главное, уменьшающая негативное воздействие на организм вэра солнечных лучей.

Во дворе наскоро ополоснулся, смыл свою и чужую кровь, вылив на себя пару ведер с ледяной колодезной водой. И отправился на охоту за добром…

На то, чтобы разжиться всеми необходимыми вещами, мне понадобилось около часа. Из найденного меня больше всего радовала подробная карта местности, где были помечены не только рабочие поселки дэйш’ли, но и даже некоторые отдельно стоящие постройки. У орка-стрелка я реквизировал игломет и несколько барабанов с иглами. Второй игломет мне ни к чему, но это оружие всегда можно выгодно продать, а снаряды и самому пригодятся. Также я раздобыл кое-какие припасы, одежду, одеяла, фляги для воды, кинжал для Сажи и даже перчатки для себя. Единственно, чего в поселке не было, так это теплой одежды.

Пока мы находились в поселке, ни я, ни мальчишка поблизости даже никакого подозрительного шевеления не заметили. И все же я нервничал и спешил. Чувствовал, что наше время почти истекло.

Чтобы скрыть следы укусов, я отрубил головы оркам. А затем сделал все возможное, чтобы запутать преследователей, направить их по ложному следу. Пусть думают, что мы направились на запад к переправе через реку. Ну а мы с Сажей пойдем, как и прежде, на северо-восток, к горам.

На дневку мы остановились только в полдень и для укрытия выбрали сарай, который не был отмечен на карте. Я посчитал, что раз картой смог разжиться я, то и у орков она должна быть.

– Ты пока спи, – сказал я мальчишке, – а я подежурю и заодно поклажу в сумках разложу.

– Совсем спать не будете?

– Вздремну пару часов вечерком, мне хватит.

Сажа завозился, пытаясь устроиться поудобнее на одеяле, перевернулся на один бок, затем на другой.

– Джаред, – жалобно протянул мальчишка, – а помните, вы мне обещали рассказать?.. Ну, про ургов и орков.

– Помню, – вздохнул я. – Ладно, думаю, сойдет эта история вместо сказки на ночь.

Мальчишка зафыркал, заворчал, что он уже для сказок слишком взрослый, и вообще на улице день давно.

– Так ты будешь слушать?

– Буду, – буркнул заинтересовавшийся мальчишка.

– Думаю, ты слышал, что урги не всегда жили в Срединном мире, а, как и многие другие расы, пришли в него через Врата?

– Да, я читал об этом.

– Так вот, случилось это лет девятьсот назад. Врата открылись в человеческих землях (а в те времена практически весь материк Таура принадлежал людям). И хотя зеленомордые пришельцы выглядели как дикари, людей сложно было чем-то удивить или испугать. Привычны они были к тому, что из Врат всякая дрянь лезет. В общем, ургам указали на северные пустоши… Разумеется, люди ургского языка не знали, зеленомордые тоже ни на одном из местных языков не говорили. Так что назваться пришельцы толком не могли, и сперва все переговоры происходили путем жестов, рисунков и подарков.

– А при чем здесь орки-то? – зевнул мальчишка.

– При том. Урги оказались немного похожи на низкорослый зеленокожий народец, проживающий в те времена на острове Коготь в Льдистом океане. На орков… Кстати, этих самых орков в скором времени не стало. Ургам совсем не понравилось, что их сравнивают с какими-то немощными уродами. Но было уже поздно, и это название за пришельцами среди людей закрепилось. Так что, если хочешь оскорбить урга, назови его орком, и незабываемый букет впечатлений тебе обеспечен… Ну, еще вопросы есть?

Ответом мне была тишина: мальчишка сладко спал.

Глава 6

Рийна Ноорваль

15 – 20-й день Атанарил-лин 223 года от О. В.

Я не могу находиться на перепутье вечно, пора решать, что делать с горошиной. Когда за щекой притаилась капсула с ядом, есть и пить становится несколько затруднительно. По этой же причине я больше двух суток не спала, так, дремала вполглаза… При таком раскладе о том, чтобы набраться сил и сбежать, не стоило и мечтать.

Во время разговора за собой тоже приходилось внимательно следить. А то сделаешь неосторожное движение языком, и все – отправишься прямиком в Пекло к Хайдашу. Принц же оказался большим любителем поговорить. С одной стороны, это и хорошо, что мне удалось его заинтересовать, а с другой… я так могу когда-то и договориться.

Моя дилемма обострялась еще и тем, что капсула начала саморазрушаться, стала мягкой и очень хрупкой. А значит, надо определяться. Или к хайдашевой матери разжевать горошину и перестать мучиться и трепыхаться. Или продолжить играть, но уже без страховки.

Какой выбор! Какие перспективы! Прямо дух захватывает.

Меня начал бить нервный смех, я закашлялась и чуть не задохнулась. Нелегко смеяться, когда ты, парализованная, лежишь в трясущемся фургоне.

Приступ, как ни странно, прочистил мозги. Я поняла, что все уже решила в тот миг, когда положила злополучную горошину за щеку, – я выбрала жизнь.

Сразу пришел на память вчерашний эпизод с Найри. Когда прибежала наложница принца, я была уже на грани того, чтобы раскусить капсулу. Но все обошлось. Более того, Найри я могла теперь не опасаться, ночью его через портал отправили в столицу. Так что в отряде осталось только двое эльфов: мрачный и пугающий меня чуть ли не до икоты Ареин Не-Помню-Как-Его-Там и младший эльфийский принц. И пока моя жизнь находилась в руках последнего. Что не могло не радовать – Эрайн молод, самоуверен и самовлюблен, до ужаса избалован и… вполне предсказуем.

Решено – долой капсулу с ядом!

Горошину я выплюнула перед обедом и в кои веки нормально поела. А затем даже вздремнула несколько часов в фургоне. А что? К тряске я уже почти приноровилась, и спать в дороге намного безопасней, чем в обществе Эрайна.

После того как солнце село, один из тэлиаков взвалил меня на плечо и оттащил в шатер принца. Там дэйш’ли сгрузил меня на ковер и тихо удалился. И только я подумала, что все как обычно…

Недалеко от входа стояла большая бадья, на три четверти наполненная водой. Ванну буквально окутывали клубы ароматного пара. Рядом на столике лежали полотенца и какие-то губки, щетки, многочисленные баночки.

Что же этот ушастый гад задумал?! И не поспешила ли я избавиться от капсулы с ядом?

– Ри! Я тебя, право, заждался.

Эльф был само радушие и доброжелательность. Только вот глаза его как-то странно блестели… Неужели Эрайн тоже наркоман?

– Если бы я знала, что вы изволите принимать ванну, то не спешила бы, – в тон ответила я принцу.

– Так это не для меня ванна. – Лоэл’ли улыбнулся. – Для тебя.

– Н…но зачем?

– Посчитал, что был несправедлив к тебе. Что ты такого отношения не заслужила… Приняв ванну, ты не только смоешь грязь со своего тела, но и царапины с синяками заживут. Яни добавила кое-какие эликсиры в воду.

Я ошарашенно замерла. Зачем Эрайну передо мной извиняться? Такая доброта со стороны высокомерного ушастого, «моего хозяина», эльфа, который в лучшем случае воспринимал меня как забавную игрушку, явно неспроста. Если только…

Хайдаш!!! Неужели?! Только не это!!!

А что это еще может быть? С чего эльфенок вдруг таким добреньким стал?!

От ванны при других обстоятельствах я не отказалась бы…

Но мыться здесь?! В присутствии этого проклятого ушастого?!!

Да лучше сдохнуть!!!

Возможно, это глупо, но у меня есть пунктик.

Когда ты выросла в Веселом доме, когда твоей матери долгое время приходилось торговать собой…

Когда ты всю свою сознательную жизнь была вынуждена доказывать, что ты не шлюха, что твоя любовь не продается за деньги… Когда твой отец эльф…

Может, я и слишком бурно отреагировала на вполне невинное предложение принять ванну. Может, мне стоило поддаться, ступить на скользкую дорожку. Но, Хайдаш меня забери, у меня все-таки есть принципы. И я лучше умру, чем нарушу некоторые из них.

– Нет, – твердо сказала я. – Вы меня недавно уже почистили. А ссадины и так заживут. Мне не привыкать.

– Я знал, что жители вольных городов сплошь неряхи и грязнули, но не думал, что до такой степени. Милая, я ведь по-хорошему к тебе. Я могу и заставить…

– Попробуйте. – Я усмехнулась и встретилась взглядом с Эрайном. Нехорошие были у эльфенка глаза, злые. – Нет, я вовсе не угрожаю, и, возможно, вы даже добьетесь своего. Но, поверьте, потом я сумею свести счеты с жизнью. Я лучше выберу смерть, чем судьбу дайрэн.

Эльф некоторое время раздумывал, а я замерла в ожидании его решения. А что мне еще оставалось делать? Только сломанной куклой лежать у выхода из шатра, ведь мои руки и ноги все еще украшали парализующие браслеты.

– Право, жаль, что ты так глупа, – протянул эльф. Голос принца буквально источал презрение и разочарование. – Но не бойся, неволить тебя не буду. Слишком много чести для какой-то ора дэйш’ли.

Я незаметно облегченно вздохнула…

Остывала вода в бадье, принц развлекался на кровати с дайрэн, а я лежала и думала, как же дошла до жизни такой… И что теперь со мной будет? Ведь Эрайн мое непослушание не забудет и не простит.

Следующие два дня ничего особенного не происходило. Днем я, все так же скованная и парализованная, валялась в фургоне, а по ночам развлекала беседой эльфийского принца. Эрайн, казалось, забыл о том инциденте с ванной. Ни разу даже словом не обмолвился о нем, как будто и не было ничего… Но, так или иначе, «мой хозяин» не страдал из-за недостатка женского общества – помимо Яни принцу досталась теперь еще и Аша, рабыня его друга-наркомана. А уж куда мне тягаться с такими профессионалками своего дела, как эти две дайрэн? Хотелось надеяться, что Эрайн и думать забыл о том, чтобы уложить меня в кровать, но я не настолько наивна.

Историй о Старом городе я знала немало, но все-таки не бесконечно много. А значит, рано или поздно интерес младшего эльфийского принца ко мне либо угаснет, либо окончательно перейдет в другую плоскость.

Днем, когда была предоставлена самой себе, я ломала голову над планом побега. Но идей не было, во всяком случае, таких, которые можно было бы реализовать. Часто вспоминала маму и свою прошлую, теперь уже безвозвратно потерянную жизнь. Меня терзали мысли о том, что сейчас творится в Таннисе, дошли ли до моих близких вести о войне. И что, если Эрайн ошибся и орды зеленомордых вскоре будут штурмовать Таннис?.. Гадать – только себе душу травить. Все равно в этих дебрях, куда мы забрели по воле неугомонного младшего принца, туговато с источниками информации.

Вспоминала я и Джареда с его воспитанником. Может, я и сентиментальная дура, но я надеялась, что у полувампира с Сажей все в порядке. Несмотря ни на что, я не желала Джареду зла и уж точно не хотела, чтобы с мальчишкой случилось что-нибудь дурное…

А потом мы наконец прибыли в Дэлион.

Не сказать, что меня эти развалины сильно впечатлили, во всяком случае, издалека. Что мне какой-то провинциальный городишко, если я выросла в городе, построенном на развалинах столицы Великой Империи Алрин? Но как горели глаза эльфенка, этого не передать словами. Такой чистый детский восторг! Столько предвкушения и надежды!

Эх, не зря лоэл’ли своих отпрысков до Второго совершеннолетия всерьез не воспринимают. Дети – они дети и есть. И неважно, что выглядят как взрослые, вовсю спариваются и даже занимаются воспроизведением себе подобных…

Но все-таки в Дэлионе было на что посмотреть. Начать с того, что этот город не подвергся такому разрушительному воздействию войны, как Таннис. По кирпичику его тоже разобрать не пытались – поблизости не было никаких поселений. Нет, Дэлион просто поглотил лес. Живописная такая чащоба получилась, и завтра утром я в компании Эрайна отправлюсь ее исследовать.

Эльфы разбили лагерь на окраине затерянного в лесу города. Ареин выставил усиленное охранение, призванное не столько защитить лагерь от внешней опасности, сколько не выпустить некоего неугомонного эльфа за периметр. Уж очень Эрайн рвался поскорее исследовать развалины. Даже несмотря на то, что Ареин клятвенно пообещал, что отряд задержится в Дэлионе на день-два.

На завтрашнюю прогулку я возлагала много надежд. Ведь впервые за последние дни я окажусь на длительное время без парализующих браслетов. Кто знает, может, мне удастся затеряться в развалинах Дэлиона?

Увы, но надеждам не суждено было сбыться. Браслеты с меня сняли, но ошейник остался. И Эрайн, гаденько так улыбнувшись, предупредил, что если я отойду от него дальше чем на двадцать шагов, то боль скрутит меня так, что жить не захочется. В общем, выгуливать меня будут на коротком поводке.

Мало того, Ареин щедро выделил в охрану принцу аж десяток тэлиаков. С моей стороны наивно было думать, что мы отправимся исследовать развалины вдвоем или под присмотром всего одного-двух эльфийских выкормышей.

Ну и как мне бежать при таком раскладе? Разве что мечтать, что ошейник внезапно сломается, а у меня вырастут крылья и я смогу улететь… Нет, я не отчаивалась и не опускала руки. Если не получится сегодня, то, возможно, удача мне улыбнется завтра, а если не завтра, то… я что-нибудь придумаю.

Мы выдвинулись сразу после восхода солнца, даже позавтракать не успели – так эльфенку не терпелось приступить к осмотру разрушенного человеческого города.

Я шла рядом с Эрайном, также поблизости держались трое воинов дэйш’ли, остальные рыскали по развалинам вокруг. В принципе правильно, а то кто знает, какие твари здесь обитают.

– Ты вспомнила что-нибудь об этом городе? Или как? – спросил меня эльфийский принц.

Еще вечером эльф забросал меня вопросами, что я знаю о Дэлионе. Пришлось Эрайна разочаровать: об этом захолустном городке я знала не больше его самого. Ареин, как я поняла, тоже никакой особой информацией об этих руинах не обладал.

– Ну, так. Немного, – пожала плечами я.

А что еще я могла ответить? Мне сейчас явно не стоило лишний раз разочаровывать принца. Я и так уже не оправдала его ожиданий… Тем более что я действительно кое-что вспомнила, а деталей мое богатое воображение добавило так, чтобы история красками обросла. Но даже при всей моей фантазии рассказ получился коротким. Дэлион – обычный городишко, абсолютно ничем не примечательный, таких до Последней войны в Империи Алрин была чуть ли не сотня. Страшное захолустье! Вот был бы у меня сейчас доступ к библиотеке таннисской Академии, я, может, пару каких-нибудь любопытных фактов и нарыла. А так… Врать, конечно, можно и нужно, но совсем завираться не следует. Чревато.

Сейчас, при свете солнца, Дэлион впечатлял. Не ошибусь, если скажу, что помимо каменных построек в городе раньше было много и деревянных, но они не выдержали испытания временем и войной. А вот камень, он остался. Все строения лишились крыш, и обрушились некоторые стены, но то, что сохранилось… Изящные колонны, каменные статуи, барельефы, некоторые стены так и вовсе чуть ли не полностью покрывала искусная резьба. И не просто там какие-то завитки-цветочки, а сцены из легенд и мифов. А ведь это провинциальный город!.. Эх, все-таки даже немного жаль, что Эрайну не удалось увидеть Старый город Танниса. Вот там да, развалины действительно поражают воображение и размерами и величием. Да и как вообще можно сравнивать столицу Империи Алрин и какой-то захолустный городишко?.. Но по улицам Старого города так просто прогуляться не получилось бы. Там не только десяти, но и ста тэлиаков было бы мало. Прав был Ареин, что не пустил своего подопечного исследовать развалины столицы Империи Алрин.

Дэлион давно стал частью леса. Корни мощных, чуть ли не в два моих обхвата толщиной, деревьев буквально вспахали мостовую. Другие деревья нашли себе пристанище во дворах и даже внутри самих домов, а некоторые как-то угнездились на стенах, на чудом сохранившихся перекрытиях и балконах. Дома, как гирлянды, украшали мохнатые лианы и многочисленные вьюнки.

Ну и конечно же, все кругом цвело и пахло, жужжало и стрекотало. Настоящие джунгли! Может, я из вольного города, расположенного на скалистом, засушливом Нисском полуострове, никогда и не выбиралась, но джунгли представляла себе именно так. Хорошо еще, что здесь не так жарко, как у меня на родине. Сказывается, наверное, большое количество источников тени и то, что последний месяц лета уже перевалил за половину. Да и находится Дэлион на несколько сот километров севернее, чем вольный город Таннис.

Пока никаких опасных тварей нам не встретилось. Так, воины дэйш’ли сняли с деревьев парочку змей, маскирующихся под лианы, да прибили здорового мохнатого паука… И все! И это за добрый час, что мы гуляли по этому саду камней! Удивительно мирная картина, какая-то сказочная, нереальная – кругом живописные развалины, буйство зелени, благоухающие цветы, пестрые крылья бабочек. Единственное, что выбивается из всеобщего благолепия, – это пара выжженных прогалин. Странно. Климат не тот, чтобы тут что-то само по себе загорелось… Хотя может, просто молния ударила?

Ни принц, ни его почетный эскорт никакого внимания на черные пятна пепелищ не обращали. А я что? Я вроде как не местная, и забот у меня и без того хватает, чтобы размышлять о возможных причинах пожаров. Вот надо еще сиятельного эльфа беседой развлекать…

На небольшой центральной площади Дэлиона принц топтался уже чуть ли не два часа. Я не спорю, здесь действительно было на что посмотреть: развалины ратуши, храма Восьмерых Светлых Богов, богатые дома местных купцов и дворян и даже неплохо сохранившийся фонтан. Но не столько же времени!

Я устало опустилась на бортик фонтана. Сам фонтан давно не работал и сейчас больше всего напоминал заболоченный пруд, но вода на вид казалась довольно чистой. Сильно хотелось пить… Эрайн, разумеется, флягу с водой захватил, да и у тэлиаков на поясах таковые болтались, а вот о бедной рабыне никто не подумал. Но из этого болота я пить не рискну, неизвестно еще, какую заразу подхватить можно. Я развела ряску рукой, умыла лицо. Стало немного легче. Передышка получилась недолгой – Эрайн опять отправился исследовать очередные примечательные развалины, так сказать, изнутри. Я поднялась с бортика фонтана и поплелась за ним, дабы в меру сил продолжить развлекать младшего эльфийского принца беседой.

Никогда не понимала, что можно находить интересного в том, чтобы по всяким развалинам лазить. Я вот этих развалин столько повидала да излазила, что на десяток-другой жизней хватит. Век бы этой разрухи не видела! Все эти руины городов, может, и примечательны, но только если забыть о том, немыми памятниками чему они являются.

А вот принцу нравилось, с его лица весь день не сходило выражение неземного восторга. Он с какой-то затаенной грустью и нежностью касался колонн и статуй, водил пальцами по тонкой резьбе, будто пытался впитать в себя наследие давно умерших людей. Странное поведение для эльфа, очень странное!

Когда принц в очередной раз замер у безголовой статуи и принялся черкать карандашом в блокноте, я не выдержала:

– Неужели все эльфы так трепетно относятся к наследию презренных людишек?

Эрайн с удивлением и некоторым раздражением посмотрел на меня.

– Нет, я скорее исключение. Другие лоэл’ли в большинстве своем это мое увлечение не разделяют. Скорее даже осуждают и считают недостойным.

– Хм, так вы, лоэл, сочувствующий? – О, я наглею! Как бы мне по мордам за такое от этого ушастого не получить… Но, Такима сохрани, как же меня все достало! Да и любопытство заело.

– Не угадала, – криво и как-то зло усмехнулся эльф. Похоже, мне удалось полностью завладеть вниманием ушастого, о статуе он уже забыл, вон даже блокнот и карандаш обратно в сумку убрал. – Я всегда считал, что мы слишком милосердно обошлись с людьми. А после того как повидал Таннис, посмотрел на людишек – убогих… жалких… опустившихся, погрязших в грязи и пороке… – еще больше убедился в своем мнении.

Про «погрязших в пороке» – это ушастый зря. «Мой хозяин» в этом вопросе большинству жителей вольного города сто очков вперед даст.

– И все же вас, лоэл, творения этих самых жалких людишек очень интересуют, – теперь моя очередь криво усмехаться. Эх, чую, аукнется мне эта беседа, еще как аукнется! Но просто не могу удержаться.

– Кто-то изучает муравьев и муравейники, а я вот людей и их города. Так почему первое не зазорно, а второе – да?

Это он меня спрашивает?

И, Хайдаш побери, этот наглый, самодовольный эльфенок только что сравнил людей с какими-то… букашками?!

– Наверное, потому, что муравьи признаны существами полезными, этакими хранителями леса. А людей вы, лоэл’ли, истово ненавидите и сделали (и продолжаете делать!) все возможное, чтобы полностью искоренить людской род.

– Искореняем. Ненавидим, – кивнул эльф. – А как еще надо поступать со зловредными насекомыми?

– Но… почему?! – вырвалось у меня.

Доподлинно никто не знал, почему эльфы вдруг так взъелись на людей, ходили слухи, строились предположения, но не более… С орками у нас были давние счеты, с троллями тоже имелась некоторая напряженность в отношениях, с гномами… Коротышки просто присоединились к сильнейшим, к тому же им пообещали большой кусок пирога – Габийские горы. Но эльфы? Ведь минуло не более пары лет, как они прошли через Врата, люди выделили эльфам землю под поселение на границе Империи и Ургостана, и, насколько я знаю, ничто дальнейших печальных событий не предвещало. Но именно ушастые были инициаторами Последней войны, а другие нелюди вступили в коалицию уже потом. И если бы не эльфы, то войны бы не было, и до сих пор процветали бы Империя Алрин и другие человеческие государства.

– А ты не знаешь? – удивился Эрайн.

– Мне как-то забыли сообщить, как и всем остальным людям!

– Ты – не человек.

– Это уже детали. Важно другое! Что никто в Таннисе, а скорее всего, и в других вольных городах не знает, почему лоэл’ли вдруг воспылали такой ненавистью к людям.

– Как… не знает?..

– Так. Строятся догадки, выдвигаются версии, одна невероятнее другой. Вон в таннисской Академии уже несколько десятков диссертаций накатали по поводу причин, вынудивших эльфов начать войну.

– Подожди! – Принц предупреждающе поднял руку. – Не мы начали войну. После Исхода последнее, к чему мой народ стремился, так это к новой войне… Нет! Элиарай ару начали люди.

– Люди? – прошептала я. – Как? Почему?

– Один ваш правитель очень много о себе возомнил.

– Какой правитель?

– Император. Надеюсь, далее уточнять не надо, ведь Империя у людей была всего одна.

– И что он сделал? – Я проигнорировала издевку принца.

– Покусился на святое. На наших женщин. Посчитал, что беглецы из другого мира с радостью уступят ему одну лоэл’лину. В качестве жеста доброй воли, как он сказал.

Так вот оно что! Неужели война разразилась из-за какой-то эльфийки и тешущего свою похоть императора?.. Хотя почему бы и нет? Войны случались и из-за меньшего. Тем более что женщин у лоэл’ли крайне мало, и берегут они их как зеницу ока.

– И вы не уступили?

– А нас и не спрашивали, просто поставили перед фактом, что надо делиться… – Эрайн зло усмехнулся. – Однажды ночью люди императора выкрали из палаточного городка, который мы разбили на щедро выделенном людьми болоте, таэни.

Таэни? Королеву?!

– Вашу мать?! – ахнула я.

– Нет, – покачал головой эльф, – моя мать тогда еще не родилась.

Ну да, точно! У эльфиек же крайне короткий репродуктивный срок. Мать Эрайна еще сама до Второго совершеннолетия не доросла, так что родилась она явно уже после войны.

– Предыдущую жену таэ Луорена, мать Тэлиана, моего старшего брата, – добавил принц.

Этого не может быть!!! Неужели последний император был таким идиотом?!

Хотя мне как-то попадался дневник одного из переживших Последнюю войну. Я читала, что эльфов, когда они только пришли в наш мир, никто не воспринял всерьез. Лоэл’ли было всего несколько тысяч, они были измотаны войной и истощены. Разве такая жалкая кучка нелюдей могла представлять какую-то угрозу многомиллионной Империи?.. Но люди не учли, что лоэл’ли не только искусные воины, многократно превосходящие по всем показателям людей, но и все, без исключений, маги. А вот то, что пришельцы необычайно красивы, люди, на свою беду, заметили.

– И что с ней сталось? – тихо, уже заранее предвидя ответ, спросила я.

– Предпочла покончить с собой, чем достаться какому-то человечишке… Так ты все еще считаешь, что у нас не было повода объявлять войну?

– То есть вы из-за ошибки одного выродка практически истребили целую расу?! Ведь другие люди, ну, большая часть людей, были ни в чем не виноваты. Никто вообще до сих пор не знает, из-за чего началась эта проклятая война!!! – сорвалась я.

Эльф отвесил мне звонкую пощечину. Я пошатнулась, сделала пару шагов назад, пытаясь сохранить равновесие. Удалось, в пыль у ног эльфенка я не упала, хотя, может, и стоило бы… Разумеется, принц не стал марать белы рученьки о щеку какой-то презренной дикой полукровки, а опять прибег к магии.

– Успокойся. Ты уже давно перешла все разумные границы, – процедил эльф. – А касательно твоего вопроса… Что ж, так и быть, отвечу. Правитель отвечает за страну, страна отвечает за правителя.

– А другие страны?

– Там жили такие же люди, которые были ничем не лучше имперцев. То, что случилось с таэни, стало последней каплей, у нас и без того был большой счет к насквозь прогнившей человеческой расе.

– О чем вы?! Какой счет?..

Краем уха я уловила странный шелест. Нет, не листвы. Лес шумит иначе. Затем к шелесту добавился еле уловимый запах серы, и я, не раздумывая ни секунды, нырнула в фонтан. А мгновением позже на площадь обрушился огненный шквал.

Хайдаш!!! Слава всем богам, я успела, и фонтан оказался достаточно глубоким! Огненный вихрь на поверхности стих, но вылезать из болота я не спешила. Вряд ли виверна далеко улетела… Да-да, на нас напала именно эта крылатая чешуйчатая тварь, в этом я была уверена. Очевидно, Дэлион входил в охотничьи угодья виверны, недаром же я заметила те горелые проплешины.

Надеюсь, тварь разберется с принцем и его воинами. И у меня хватит воздуха. И в этом болоте не водится никаких опасных тварей. И что, когда ушастый подохнет, чары на ошейнике саморазрушатся, а не убьют и меня за компанию.

Воздух заканчивался. Грудную клетку сдавило болью, в глазах стало темнеть… Сколько я сижу в фонтане? Минуты три, пять, больше? Совершенно потеряла счет времени. Проклятье! Не могу, больше не могу! Иначе просто потеряю сознание и захлебнусь!

Осторожно приподнялась, так чтобы можно было только сделать вдох и в случае опасности нырнуть обратно… Эрайн, этот несносный лоэльский выродок, стоял прямо передо мной и улыбался.

Я грязно выругалась. Ну почему хайдашев нелюдь не мог просто подохнуть? Почему мне так не везет?!

– А у тебя хорошая реакция, – сказал принц, продолжая мерзко ухмыляться.

В воздухе кружились хлопья пепла, пахло гарью и горелым мясом.

От виверны осталась только куча мяса и изломанных костей. А ведь большая была тварюга!.. Трое воинов-тэлиаков превратились в обугленные туши, еще двое имели довольно серьезные ожоги. Один из дэйш’ли пытался оказать помощь своим пострадавшим собратьям, оставшиеся четверо настороженно всматривались в окрестности, выискивая признаки хотя бы малейшей опасности для их господина. Живописная цветущая площадь превратилась в место битвы, но на самом эльфийском принце не появилось ни царапинки, ни подпалины, даже хлопья пепла и те будто облетали его стороной.

– Захочешь жить – и не так попрыгаешь.

– Могла бы и предупредить, а только потом в фонтан прыгать!

– А вы бы мне так сразу поверили? Да и что бы это изменило?

Тэлиаки, которые находились рядом с Эрайном, погибли бы и так и так. А сам принц… Это ведь именно он с виверной разделался, без магии тут явно не обошлось.

Кстати, о крылатых тварях. Не я ли недавно мечтала о том, чтобы у меня выросли крылья и я смогла улететь? Ага. Улетишь тут. Как же. Появится принц и каким-нибудь заковыристым плетением собьет!

– Впредь, заметишь что-нибудь странное, сразу говори. А я уже решу, верить тебе или нет.

И тут вдруг я поняла, что эльфенок сам жутко перетрусил и перенервничал! Вон бледный какой, зрачки расширены, руки трясутся… За всей этой напускной бравадой и мерзкими ухмылочками Эрайн пытается скрыть, что на самом деле ему безумно страшно.

– Не думаю, что где-то поблизости есть еще виверны, – к собственному удивлению вдруг сказала я. – Эти твари жуткие индивидуалисты и свою территорию всячески охраняют.

– Хорошо… Но почему ты так думаешь?

– В Старом городе обитало как минимум несколько подобных тварей. Мне волей-неволей пришлось изучить их повадки.

На площадь высыпало три десятка воинов дэйш’ли с Ареином во главе. Тэлиаки шустро взяли принца в кольцо, при этом оттеснив меня в сторону. Старший эльф, всегда такой сдержанный, буквально набросился на эльфенка с расспросами.

Я устало опустилась на бортик фонтана. С волос и одежды текло. Ряска и кувшинки, которые еще минут десять назад роскошным ковром покрывали воду, превратились в пепел. И теперь эта противная субстанция была у меня на лице, на одежде и волосах…

Кто там недавно мечтал о ванне? Вот и искупалась, называется.

По-прежнему хотелось пить… А теперь еще и заболела левая половина лица, похоже, мою щеку опять украшал роскошный синяк.

После того как на место боя прибежал Ареин Миолин-Таали, наша экскурсия закономерным образом завершилась. Старший эльф быстро опросил своего подопечного и выживших тэлиаков, а затем мы отправились обратно в лагерь. От возражений принца, что до захода солнца еще несколько часов и больше никаких опасных тварей в этих руинах не таится, Миолин-Таали только отмахнулся.

Обратная дорога заняла чуть ли не час. Воины дэйш’ли проверяли каждый камень, каждый куст, да и сам Ареин время от времени останавливался и что-то такое магичил… Бедняга эльф, похоже, сильно за принца перепугался. Хотя если подумать, что ждало бы Миолин-Таали, если бы с «моим хозяином» что-то случилось? Скорее всего, Изгнание, а то и вообще казнь, хотя применительно к своим сородичам лоэл’ли ее официально и не практикуют.

Так что нет ничего удивительного в том, что всю дорогу до лагеря я наслаждалась невиданным зрелищем – Ареин и Эрайн самозабвенно ругались. И пусть излагали они свои претензии максимально корректно, витиевато и практически не повышая голоса, это ничего не меняло… Спор затянулся. Эрайн настаивал на том, чтобы завтра исследовать оставшуюся часть города, раз уж сегодня полдня пропало. Ареин – что утром отряд отправится в путь, прямиком в столицу и больше никаких непредвиденных остановок делать не будет. И сожалел о том, что так не вовремя был использован амулет с телепортом.

По мере того как мы приближались к лагерю, спор постепенно сходил на нет. Что бы там ни возомнил о себе принц, но фактическим главой отряда был именно Ареин. Да, Эрайн мог оспорить многие его решения, но не более, последнее слово оставалось за Миолин-Таали, хотя старший эльф частенько потакал капризам своего подопечного. Кто знает почему? Может, питал к принцу определенного рода слабость, а может, просто не хотел наживать себе врага… Но на этот раз Ареин отмел все возражения Эрайна, так что завтра поутру отряд все-таки отправится в столицу.

Жаль, что принцу не удалось настоять на своем. При всем моем более чем противоречивом отношении к руинам в целом и Дэлиону в частности, я бы не отказалась еще денек-другой погулять по разрушенному городу. Во-первых, может, мне выдалась бы возможность сбежать, а во-вторых, это всяко лучше, чем валяться весь день в фургоне.

Ареин проконвоировал принца, ну и меня заодно, до самого шатра.

– Лоэл Эрайн, – обратился он к эльфенку, – настоятельно прошу вас без надобности шатер не покидать. Ужинайте, отдыхайте, завтра нас всех ждет тяжелый день.

То есть, по сути, Миолин-Таали только что посадил своего подопечного под арест. Здорово же, наверное, Эрайн его за время путешествия достал!

– Благодарю вас, лоэл Ареин, и, насколько возможно, постараюсь следовать вашим советам, – максимально учтиво ответил принц. Но я достаточно успела изучить «моего хозяина», чтобы за внешней холодностью и отстраненностью уловить сдерживаемую ярость.

Ой-е! Как бы мне под горячую руку эльфенка не попасть. Не получилось бы так, что злость на старшего эльфа Эрайн решил сорвать на одной неудачливой воровке…

Про ужин Ареин сказал не просто так, в шатре действительно был накрыт стол. Да какой! Интересно, а мне хоть что-нибудь от этих щедрот перепадет?.. Я, может, девушка и крепкая, да только не ела со вчерашнего дня.

Ареин ушел, пара тэлиаков, которая конвоировала меня всю дорогу от Дэлиона, тоже. В шатре, кроме меня и принца, остались только две эльфийские наложницы.

– Так, – Эрайн упал на стул, – Яни, бокал вина. Красного! И да помогут тебе арриты, если оно не будет холодным… Аша, позаботься о девчонке. Ну, там помой ее, чистую одежду подбери. И накорми эту бледную немощь чем-нибудь, мне она пока живой нужна.

Надо же. На меня соизволили обратить внимание. И даже (о чудо!) вовсе не спешат сорвать злость!.. А еще, слава Такиме, у Эрайна нет желания самостоятельно заниматься моей чисткой.

Привести меня в порядок точно не помешало бы. С одежды и волос текло, жажда, несмотря на купание в фонтане, тоже никуда не делась. Ну и голод, при виде ломящегося от яств стола, не на шутку разыгрался. Что и говорить, состояние у меня сейчас довольно паршивое.

Эрайн еще сильнее ослабил привязывающий меня к нему поводок, но в помощь Аше придал аж четырех тэлиаков.

– На всякий случай, – сказал он мне, – чтобы у тебя не возникло желания испытать дальность действия плетения в ошейнике.

– И мысли такой не было, – в ответ честно призналась я.

Чтобы бежать, нужны силы и какой-никакой план, в противном случае побег будет подобен трепыханью птицы в силках, которая не понимает, что чем дальше, тем больше запутывается…

Разумеется, Аша баловать ванной меня не стала, а предоставила лишь два ведра холодной воды. Ну хоть так. Главное, я грязь и пепел смыла.

Комплект чистой одежды дайрэн опять милостиво выделила из своих запасов. Так что на мне снова красовались шаровары и жилетка, ну и сандалии, которым купание в фонтане сильно не повредило. Смешно, я кричу, что не дайрэн, что не хочу и никогда не буду эльфийской шлюхой, но выгляжу практически как она…

Вместе с миской наваристой похлебки Аша вручила мне небольшой ароматно пахнущий тканый мешочек. И, к моему удивлению, сказала:

– Вот. Здесь заваренные травы. Приложи к щеке, пока будешь есть. Снимет боль и отек. – Говорила по-имперски дайрэн как-то странно, будто произнесение каждого слова давалось ей с трудом.

Хм, а я и не знала, что Аша говорит еще на каком-то языке, кроме лоэльского. Интересно, зачем Найри было учить свою наложницу языку людей?

Я всегда считала, что дайрэн умом не блещут, что они лишь бездушные куклы, которые исполняют малейшие прихоти хозяев-эльфов. А тут (надо же!) наложница проявила инициативу. Ведь Эрайн и словом не обмолвился о моей щеке, а самой дайрэн пришлось потратить время, чтобы эти травы собрать и заварить… Но, как бы то ни было, мешочек мне помог – боль действительно немного отступила.

Когда я вернулась в шатер, Эрайн уже успел перебраться из-за стола на кровать. Аша бросилась помогать Яни в уборке стола, а мне не осталось ничего другого, как опуститься на свою лежанку.

Может, хотя бы в этот раз Эрайн решит не застегивать на мне парализующие браслеты? Вон как лениво этот ушастый изверг на своем ложе развалился… Когда принц поднялся и не спеша направился ко мне, мне не осталось ничего иного, как мысленно выругаться и морально приготовиться к ставшему уже привычным ритуалу.

– Скажи, – вдруг спросил меня эльф, когда защелкивал последний браслет, – а что все-таки люди говорят про Последнюю войну? Из-за какой причины, по их мнению, лоэл’ли ее развязали?

О, как его эта тема заинтересовала!.. Да только не зря ли я о курсирующих среди людей догадках по поводу этих самых причин обмолвилась? Как бы тут помягче выразиться и не соврать.

– Понимаете… – замялась я, пытаясь подобрать правильные слова, – это действительно не более чем слухи, никакой реальной информации в себе эти разговоры не несут.

– И все-таки мне было бы интересно узнать, о чем больше всего говорят люди. Какого мнения придерживаются?.. Я хочу услышать правду, какой бы она ни была. И обещаю, тебе, что бы ты ни сказала, ничего не будет.

Заманчивое предложение. Но могу ли я ушастому верить? Нет, я еще не настолько сошла с ума. Только что-то отвечать все-таки надо.

– Много чего говорят, – осторожно начала я, – но большая часть считает, что люди ничем не заслужили к себе такого отношения…

– И?! Это ведь далеко не все? – подтолкнул меня эльф.

– Некоторые думают, что, возможно, причина в том, что эльфы по натуре своей довольно воинственные создания…

– Иными словами, люди считают нас неуравновешенными и агрессивными?

– Ну да…

Весь следующий день прошел как обычно: ранняя побудка, скорый завтрак всухомятку и – здравствуй, любимый фургон! Правда, теперь у меня несколько увеличилась компания, и к паре неизвестно где и когда раненых тэлиаков добавилась еще парочка воинов, получивших серьезные ожоги во время стычки с виверной. В фургоне, и без того отнюдь не просторном, стало очень тесно и душно. И при этом я лишилась последней радости – возможности по дороге лицезреть небо. Оставалось только слушать редкие немудреные разговоры эльфийских выкормышей, строить планы по поводу побега и думать о том, чего бы еще такого рассказать своему ушастому «хозяину».

Кстати, как ни странно, но эльф меня за те слова не убил, не ударил и не применил ко мне никакого каверзного плетения. Эрайн просто развернулся и пошел спать, и даже той ночью никого из дайрэн не позвал составить компанию.

Может, эльфенок хотя бы отчасти был согласен с тем, как я охарактеризовала лоэл’ли? Или знал что-то?.. Какой смысл гадать, все равно я этого никогда не узнаю!

Эрайна я не видела с утра и до самого позднего вечера. Нет, разумеется, эльфенок никуда не делся, я все время чуяла поблизости его и старшего эльфа. Просто никакого желания пообщаться со мной принц не выказывал. Вечером, практически уже ночью, когда меня принесли в шатер Эрайна, беседы тоже не состоялось.

Принц уже пару часов как угомонился и теперь мирно посапывал в своей постельке в обнимку с двумя дайрэн, а вот мне не спалось. Отчасти потому, что я успела вздремнуть днем в фургоне, дабы не зевать во время полночной беседы с «моим хозяином», отчасти потому, что этой самой беседы так и не было. И теперь меня мучили вопросы… Эрайн лишь на время потерял интерес к моей персоне или навсегда? И если последнее верно, то что меня ждет? Явно ничего хорошего.

Сна не было ни в одном глазу, я лежала и думала, как же дошла до жизни такой, сокрушалась о полной невозможности побега и строила планы, как вернуть расположение принца, когда почуяла что-то невероятное! Точнее, кого-то.

Если бы мои лодыжки и запястья не украшали парализующие браслеты, я бы подскочила с лежанки. И мне стоило определенных усилий, чтобы не заорать, чтобы никак, ни единым звуком не выдать себя…

Этого не могло быть! Этого просто не могло быть!!! Но я чуяла поблизости большой, не меньше пятидесяти голов, отряд орков!

Да, между орками и эльфами сейчас война. Но уж слишком далеко отряд ургов забрался в тыл врага. И слишком мало шансов, что он случайно вышел на лагерь младшего эльфийского принца… Лагерь, который разбит посреди диких джунглей, вдалеке от основных дорог! Нет, таких совпадений просто не бывает!!!

Последняя надежда на то, что урги оказались здесь случайно и, возможно, обойдут лагерь стороной, развеялась, когда зеленокожие начали нашу стоянку окружать…

Хайдаш!!! Что же делать?! Разбудить принца, предупредить его?

А он мне поверит? И если да и нападение орков удастся отбить, то как мне потом объяснить эльфам свое сверхъестественное чутье?

Нет, уж лучше я буду молчать… И может, мне выдастся возможность сбежать?

Главное, чтобы урги не прирезали меня, пока я буду валяться беспомощным кулем, или не подожгли шатер, в котором я нахожусь.

Шло время, но ничего не происходило. Я напряженно, до головной боли, вслушивалась в окружающее пространство. Зеленокожие давно взяли лагерь в кольцо, но почему-то не спешили подойти поближе… Может, их сдерживало какое-то защитное плетение? Ведь должны же были ушастые вокруг стоянки хотя бы сигнальную сеть натянуть?.. В магии урги, конечно, далеко не так сильны, как эльфы, но у них тоже есть свои колдуны, так называемые шаманы и жрецы. Не уверена, что какой-нибудь из жрецов (не говоря уже о шаманах) смог бы сразиться на равных с тем же Ареином, но ведь зеленокожие могут задавить эльфов и числом. Ни за что не поверю, что орки отправились на охоту за эльфийским принцем без тщательной подготовки и продуманного плана!.. Может, нам культура и весь образ жизни ургов настолько чужды и непонятны, что мы привыкли считать этот народ варварами, но это вовсе не значит, что они таковыми являются.

Да, неспроста урги так стоят. Они чего-то ждут. Что-то готовят…

Тишина стоит такая, что в ушах звенит, нервы напряжены до предела. Сколько длится эта пытка неведением? Полчаса? Думаю, никак не меньше. Орки маячат на границе лагеря… А Эрайн и, не сомневаюсь, Ареин сладко спят. Как и большинство тэлиаков. Ни бедняги ушастые, ни их воины-рабы не догадываются, что враг так близко.

Эрайн вдруг проснулся и резко сел на кровати, сонно заморгал, принялся испуганно озираться. Чувствовалось, что «мой хозяин» не понимает, что его разбудило, и даже не осознает, на каком свете он находится.

А затем несколько событий произошли практически одновременно…

Щелкнули, раскрываясь, браслеты на руках, и моему телу вернулась полная подвижность. И я еще успела подумать: кто же с меня эти аксессуары снял? Точно ведь не Эрайн!

Шикарное ложе «моего хозяина» мгновенно сдулось, превратилось в плоский блин. Завозились проснувшиеся дайрэн.

Огромный шатер начал складываться… Да нас всех тут сейчас погребет!!!

Эльф, лицо которого наконец приняло осмысленное выражение, вскочил и, как был в одних пижамных черных штанах, бросился к выходу. Я, больше не мешкая, устремилась за ним.

Еле успела! Шатер рухнул на землю, превратился в кучу тряпья. А я метнулась под фургон. Лучше здесь пока полежу, чтобы не мозолить глаза ни эльфам, ни их выкормышам.

Из своего, тоже сложившегося, шатра выбрался Ареин. Неодетый, но зато с латарой в руках. А вот младший принц о том, чтобы схватить оружие, даже не подумал…

Ареин бросился раздавать приказы, попытался выстроить вокруг себя и принца кольцо из воинов-тэлиаков… Да только было уже поздно – лагерь захлестнула волна орков.

Неужели я ошиблась и ургов значительно больше пятидесяти? Нет-нет… это просто у страха глаза велики!

И что же, Хайдаш забери меня в Пекло, здесь происходит?! Неужели ургам как-то удалось нейтрализовать всю эльфийскую магию? Похоже на то.

Браслеты сами с меня свалились. А ошейник? Магии в нем тоже не осталось?

Я ухватилась руками за тонкий металлический обруч, потянула в разные стороны… И ошейник распался на две половинки!

Значит, я свободна?

Лагерь превратился в поле боя, орки ожесточенно рубились с эльфами и дэйш’ли. До меня никому не было дела.

Вот он, мой шанс! Та возможность, которую я так ждала, о которой так мечтала!

На несколько секунд я отпустила с поводка свой дар, нырнула в транс.

Я – центр круга диаметром метров пятьсот… Нет, пусть будет триста! Больше не потяну. Вокруг меня вспыхивали разноцветные образы, запахи, ауры… разумных существ. Я никогда толком не понимала природу своего странного дара, я просто чуяла.

Открыла глаза. Выдохнула, вроде за время моего отсутствия ничего не изменилось. Хорошо бы исследовать окружающее пространство получше, подальше, но времени нет. Я и так слишком долго тяну, бойня не будет длиться вечно… Все, что нужно, я узнала, на западе от меня меньше орков, да и тэлиаков всего двое-трое, значит, прорываться буду туда.

Я осторожно выбралась из-под фургона и метнулась обратно к шатру Эрайна. Затаилась среди кучи тряпья. Сейчас глубокая ночь, темная, безлунная, даже беззвездная. Так что есть шанс, что обладающие ночным зрением нелюди меня не заметят.

Приготовиться… Новый бросок, теперь до треноги с громадным пустым котлом. Вот я уже почти на границе лагеря…

Всего в тридцати метрах от меня яростно дрался с двумя орками тэлиак. Орки сильно проигрывали эльфийскому рабу в скорости и силе. Зеленокожие не противники тэлиакам, во всяком случае, если драка идет один на один.

Мелькнула мысль: а может, эльфы все-таки отобьются…

Позже!

Тренога с котлом была плоховатым укрытием, но я ждала, медлила. Я не боялась сделать последний рывок, нет, просто не хотела уходить с пустыми руками.

Я вытащила пояс-ленту, которая поддерживала мои шаровары.

Вот тэлиак разделался с последним орком, и я стремительно прыгнула к нему. Накинула на шею ленту, затянула. Эльфийский выкормыш зарычал, затрепыхался. Бесполезно. Этот воин, может, и немного сильнее меня, но наши позиции не сравнить. Так что пусть и не мечтает, я и не таких уламывала.

Опрокинула задыхающегося тэлиака на землю, ни к чему внимание привлекать. И так чудо, что меня еще не заметили.

Вроде я достаточно этого дэйш’ли придушила. Насмерть или нет, не знаю, но вывела из строя тэлиака точно. Быстро, все так же лежа на земле, я стащила с воина пояс с двумя короткими, парными, чуть изогнутыми клинками в ножнах. Это, конечно, не совсем привычные мне с’кааши, длина и форма примерно соответствуют, но металл другой. Эльфы бы разорились, если бы для всех своих рабов делали оружие из бесценного сердолла… На длинный клинок, который тэлиак все еще сжимал в руке, я покушаться не стала. Эта дешевая копия другого излюбленного эльфийского оружия – латары – мне ни к чему.

А теперь бежать отсюда!.. Но не успела я еще тронуться с места, как почуяла, что ко мне стремительно несется орк. Хайдаш, меня все-таки заметили! Убежать не успею, значит, бой.

Я резко развернулась, вскочила и оказалась прямо перед орком. Воин, не ожидавший от меня такой прыти, на мгновение раскрылся, сделал шаг назад… Поздно, голубчик! Одним клинком я с силой ударила снизу вверх, чтобы выпотрошить урга, вторым резанула по незащищенной шее.

И бросилась бежать. В лес! Как можно дальше! Как можно быстрее!

Я неслась по джунглям как очумелая. Перепрыгивала через поваленные деревья, спотыкалась о корни, падала в овраги, путалась в лианах… Ненавижу джунгли! Ненавижу лес! Такима-покровительница, ну почему я не в городе?!

И все-таки я бежала. Все время, до ломоты в висках, чуть ли не до потери сознания я вслушивалась в окружающее пространство. Так, на бегу, я могла охватить только метров сто, но хоть что-то. Вдруг не все орки бросились в лагерь, а кого-то оставили отслеживать таких вот, как я, беглецов?

Но я не чуяла ни одного разумного существа… Только бы не напороться на столь любимых орками ящеров. Этих созданий хорошо если за несколько шагов смогу почуять.

Споткнувшись об очередную корягу, я остановилась. Присела на поваленное дерево, чтобы немного перевести дух. Эта пробежка по пересеченной местности неожиданно сильно вымотала меня. Да, я сейчас не в лучшей форме, но никогда бы не подумала, что в лесу так тяжело. Прав был Серый, нужно больше времени уделять тренировкам на природе!..

Позже будешь предаваться самобичеванию, Ри!

Так, осмотреться, прислушаться, призвать свой странный дар и наконец решить, что делать дальше. Если я продолжу, как сумасшедшая, нестись по лесу, то или ноги сломаю, или на какую-нибудь тварь налечу.

Хайда-а-аш!!! Я отбежала от лагеря совсем недалеко, где-то метров семьсот, не больше. А если учесть, что я не все время бежала строго на запад и в какой-то момент начала двигаться по дуге, – до лагеря, если напрямик, получалось всего-то около пятисот метров!!!

И сейчас, когда кровь перестала бешено стучать в висках, я отчетливо услышала звуки боя в лагере, который был в самом разгаре. Надо же, так много всего произошло, но с начала нападения орков прошло не больше шести-семи минут…

С ненавистью я посмотрела на окружающий лес и вдруг отчетливо поняла, что это не выход. Что если останусь в этих проклятых землях, то пропаду.

Мысли понеслись вскачь…

Я не умею выживать на природе, не знаю элементарных правил. Я даже банально не умею охотиться! Если не считать, конечно, охоту на крыс, которая помогла нам когда-то с мамой не умереть с голоду… Я не умею разводить огонь, не знаю, какую воду можно пить, а какую нет, какие растения и плоды ядовитые, а какие вполне съедобные… Мои шаровары из тонкой струящейся ткани превратились в лохмотья, этакие короткие, до середины бедра, оборванные штанишки. Сандалии тоже отнюдь не лучшая обувь для прогулки по лесу, наступлю на змею или какую-нибудь местную разновидность скорпиона – и все!

А еще я совершенно не знаю, куда идти! Так здорово мечтать о побеге, строить планы… Но действительность такова, что мне просто некуда податься! Хайдаш, и почему я об этом не подумала? Мне казалось, что самое сложное сбежать, оторваться от погони…

В Таннис я не могу вернуться, он для меня недосягаем. И не только из-за главы Гильдии Теней, который, стоит только мне появиться в вольном городе, спустит с меня шкуру. Нет, я просто не смогу перебраться обратно – на другой берег широченной реки Велайи, да и через Скалистое море мне не переплыть… И это если опустить такую мелочь, что мне еще придется пройти не одну сотню километров по суше, а у меня даже никакой завалящей карты нет!

До Вольгорода мне тоже не добраться, он от меня очень далеко. И по дороге мне пришлось бы не раз переправляться через крупные реки… Но проблема даже не только в том, что я плавать не умею и панически боюсь воды, с этим я, может, как-нибудь справилась бы. А в том, что Вольгород окружен орками.

Остававшиеся четыре вольных города от меня находятся еще дальше, а значит, добраться до них еще сложнее.

Проклятье, но и это не все! Даже если я смогу выжить в этих диких условиях и не заплутать, то не стоит скидывать со счетов орков и эльфов.

Начать с того, что если эльфам все-таки удастся отбиться, то и особого труда выследить меня с помощью какого-нибудь хитроумного плетения им не составит. Эрайн с Ареином меня найдут, схватят и больше церемониться уже не будут.

А вот если победят орки, за мной никакой погони не будет. Но сколько я встречу по пути различных поселений, воинских отрядов и патрулей?.. Да, я смогу успешно уклоняться от встречи с ними при помощи моего странного дара. Но мне ведь тоже надо хотя бы изредка спать, да и по следам в лесу меня могут выследить. Рано или поздно я попадусь. И что тогда?

Орки сначала позабавятся, а потом прирежут. Я отнюдь не соответствую ургским канонам красоты, да и рабыня им в глубоком рейде по эльфийским землям ни к чему.

А эльфы? Сначала меня будут пытать, а потом либо жестоко казнят, либо отдадут на перековку.

Воодушевляющие варианты, не правда ли?! И это если не считать смерти в когтях какой-нибудь твари или банального отравления, лихорадки и прочего.

В общем, так или иначе, я умру. И, если подумать, под крылышком младшего эльфийского принца у меня и то больше шансов выжить.

И что же мне теперь делать? Вернуться? Сделать вид, что я никуда не убегала? Ну да, по моему виду никак не скажешь, что я все это время сидела в укрытии.

Бой все еще идет, я слышу. Без магии эльфы быстро с орками не расправятся, тем более что последних в полтора раза больше, чем тэлиаков. Что, если эльфы проиграют?.. Какая ирония – теперь я молю богов, чтобы лоэл’ли выиграли этот бой, чтобы Эрайн остался жив.

Надо подобраться поближе к лагерю, разведать обстановку, а там уже действовать по обстоятельствам.

С орками до недавнего времени мне сражаться не приходилось, а противники они более чем специфические. С тем орком мне просто повезло, если бы я решила ограничиться одним, первым ударом, то была бы мертва. Все урги носят жилетки и штаны из кожи ящеров, а это необыкновенно прочный материал и пробить его обычным, несердолловым клинком очень сложно. Так что бить орков можно только по незащищенным участкам кожи: рукам, шее и голове… К тому же орки не самые удобные противники, ростом эти твари мне по плечо, а эльфам и того ниже…

Обратно я, как мне кажется, бежала быстрее и значительно тише, осторожнее. Во всяком случае, падала и спотыкалась намного реже. Метрах в ста от лагеря я остановилась и опять отдалась своему странному дару, вошла в транс. Картина, открывшаяся мне, не обнадеживала. Количество орков теперь уже почти в два раза превышало тэлиаков, первых было около двадцати, вторых от силы десять. Оба эльфа еще живы, но их разметало по разным концам лагеря. И что-то мне подсказывало, что Эрайн без своей хваленой магии и без помощи Ареина долго не продержится…

Нет, тут одним чутьем не обойдешься, надо взглянуть на бой своими глазами, а уже потом принимать решение.

Я забралась на дерево. Моего ночного зрения вполне хватило для того, чтобы понять, что творится в лагере.

Ареин рубился довольно далеко от меня, практически на восточной границе лагеря. И окружало старшего эльфа – ни много ни мало, семеро орков. Миолин-Таали приходилось нелегко, но и его противникам я тоже не завидовала – в бою лоэл’ли страшен!

Еще где-то семеро орков и примерно столько же тэлиаков парами и поодиночке сражались в разных концах лагеря… Интересно, как оркам удалось рассеять своих противников по всему лагерю? Отогнать Ареина от эльфийского принца?..

Но тяжелее всего приходилось Эрайну. Его и одного тэлиака прижали к фургону сразу трое ургов. Принц, в отличие от своего воспитателя, чудес фехтования не показывал, наоборот, дрался как-то скованно, будто был тяжело ранен.

Вот теперь у меня и выбора нет. Если Эрайна убьют, то и моей жизни придет конец.

Я соскользнула с дерева и бросилась к фургону, около которого орки зажали Эрайна. Вовремя! Урги как раз прирезали последнего защитника принца.

Ну, Ри, давай! Либо ты этот бой выиграешь, либо нет. Третьего не дано.

К счастью, орки меня пока еще не заметили, и этим преимуществом я не замедлила воспользоваться.

Резко, с силой я дернула одного из ургов за длинный хвост и резанула клинком по шее. Вот и сослужила своему хозяину недобрую службу длинная шевелюра… Толкнула задыхающегося, харкающего кровью воина под ноги соплеменнику. И резко присела, уходя от удара третьего орка. Вонзив клинок в подмышку, так удачно открывшуюся при очередном замахе воина, откатилась в сторону. Вскочила на ноги я уже рядом с принцем.

Не ожидали от меня такой прыти твари зеленокожие! Никак не ожидали!

Мельком бросила на недоросля взгляд – действительно тяжело ранен: глубокая рана на левом боку. И как эльфенок не только на ногах держится, но еще и защищаться пытается? В руке Эрайн сжимал латару, но не настоящую, а ту дешевую подделку, которой вооружают тэлиаков.

Противник у нас с принцем остался только один, вооруженный двуручным мечом, куда мне против него с моими короткими сабельками. Повезло, что он меня на мелкие кусочки не разрубил, пока я по земле каталась. Что я ему под ноги того первого орка успела толкнуть и тем самым выиграла немного времени.

Орк хищно усмехнулся и пошел на меня.

– Эрайн, под фургон! Быстро!

К моему удивлению, принц послушался. Он буквально рухнул на землю и быстро, насколько смог, пополз в укрытие. Впрочем, этого я уже не видела, а все внимание сосредоточила на противнике.

– А ты у нас, оказывается, шустрая баба! – по-имперски, с диким акцентом прорычал орк и сделал резкий взмах мечом наискось, будто надеялся разрубить меня на две половинки.

От удара я легко уклонилась и даже попробовала контратаковать. Бесполезно. Не достать!

– Ты ответишь мне за моих собратьев! Я порублю тебя на мелкие кусочки, – сказал орк и снова атаковал.

Ударил низко, по ногам. И когда я уже почти подпрыгнула, чтобы пропустить лезвие меча под собой, резко изменил направление удара. Но не достал, потому что я прыгнула в сторону, а не вверх.

Мысли бешено проносились в голове. Что же делать? У моего противника так мало уязвимых мест, а еще этот длиннющий меч, которым орк очень даже неплохо владеет… Отобрать у принца латару? Нет времени, да и не уверена я, что это что-то изменит… Бежать? Да, сбежать я все еще могу, но это означает бросить Эрайна.

Орк ударил опять, каким-то хитрым финтом, которого я не знала. Мне не оставалось ничего другого, как заскочить в фургон, чтобы спастись от яростной атаки нелюдя.

У меня есть несколько секунд, орк с наскока в фургон не запрыгнет. Рост у моего противника около полутора метров, а высота у борта фургона не меньше метра двадцати. И этот самый борт сделан из досок толстых, крепких, мечом просто так не изрубишь… Краем глаза я увидела большую корзину с овсом. То, что надо!

Главное, чтобы орк не прирезал принца, пока я в фургоне сижу. Я оглянулась. Слава богам, воин и думать забыл про принца и теперь примеривался, как бы ему посподручнее залезть в фургон.

– Трусливая эльфийская шлюха! – прорычал орк. – Думаешь, сможешь от меня в этой телеге спрятаться?

– А ты залезь и проверим! Или боишься?! Кишка тонка?! – ответила я орку и издевательски рассмеялась.

Воин что-то злобно прорычал по-ургски, что именно, я не поняла. И, все так же продолжая сжимать в правой руке здоровенный, чуть ли не ростом с него самого, меч, полез в фургон. Попался, тварь!

Я опрокинула на урга корзину с овсом и толкнула вниз на миг растерявшегося, отплевывающегося и ругающегося орка. И сама рухнула с ним в обнимку. Вонзила клинок в основание шеи орка раз, другой, третий… Все. Мертв.

– Не смей называть меня шлюхой! – прошептала я и откатилась в сторону. Тяжело поднялась на ноги, осмотрелась… Вроде никого не видно.

Устало прислонилась к борту фургона. Ноги дрожали, хотелось рухнуть прямо здесь и проспать часов двадцать… Но вместо этого я неимоверным усилием воли заставила себя войти в транс, при этом голова чуть ли не взорвалась от острой боли. Но я должна была знать, что творится в лагере!

Когда я через несколько секунд открыла глаза, то облегченно вздохнула – все почти закончилось. У Ареина осталось только двое противников, но с ними он справится, в этом я даже не сомневалась. Помимо этого в лагере оставалось еще семеро тэлиаков и один орк, еще двое, кажется, удирали на север.

Надо же, мы все-таки победили!..

Точнее, победили они, эльфы.

Я села прямо на землю, заглянула под фургон.

– Эй, ты там как? Жив еще? – позвала я принца.

– Да, – прохрипел эльф. – Орки?

– Все чисто. И, кажется, вы победили… Сам вылезти сможешь?

– Попробую…

Когда ушастый выполз из-под фургона, я ужаснулась. Ой, худо! Как нелюдь еще не подох к хайдашевой матери?! Рана на боку мне очень не нравилась, да и крови из лоэл’ли вытекло столько… Эрайн никогда не мог похвастаться смуглой кожей, а сейчас так и вообще был белее смерти.

На миг у меня в голове возникла ужасная мысль: что будет, если Ареин застанет меня у бездыханного тела принца? Ведь отговориться, что я ни при чем и, наоборот, эльфам помогала, не получится. Просто не поверят!

Принц должен не просто не умереть до прихода Ареина. Нет, он обязательно должен остаться в сознании! И тогда, возможно, у меня будут неплохие шансы прожить еще немного, если, конечно, эльфенку не чуждо чувство благодарности. В противном же случае… Нет, об этом лучше не думать.

– Подожди, – бросила я принцу и метнулась в фургон.

Кажется, я там видела кое-какое тряпье… По дороге я стащила с себя пояс с оружием и отбросила его в сторону. Недалеко, в случае опасности успею схватить, да и вообще оружия валяется кругом немало, а никакой орк ко мне просто не сможет незаметно подобраться. Лучше остаться безоружной, чем ненароком спровоцировать Ареина или кого-то из тэлиаков. Кто знает, как они могут отреагировать, если увидят дикую полукровку с оружием в руках?

Я вернулась к принцу, опустилась перед ним на колени и осторожно приложила сложенное в несколько раз полотно (кажется, это была скатерть) к ране эльфа. На мои действия Эрайн отозвался болезненным стоном, часто, прерывисто задышал.

– Кровь, конечно, это не остановит. Но, может, ты хотя бы перестанешь терять ее с такой бешеной скоростью… Больше ничем помочь не могу.

– Спасибо, – неожиданно хрипло сказал эльф и тут же спросил: – Почему ты не убежала? Почему осталась?

Никак не ожидала, что этот самодовольный, чванливый нелюдь меня поблагодарит. Видимо, он от боли несколько повредился рассудком… И тут ко мне пришла мысль, что я и сама веду себя странно – обращаюсь к эльфенку исключительно фамильярно, на «ты». А Эрайн на такое неуважение, непочтение к его царственной персоне никак не реагирует. И если бы только в горячке боя, тогда было не до расшаркиваний и прочих любезностей, но и сейчас… Похоже, эльфенку действительно худо. Подумав, я решила и дальше придерживаться дружественной манеры общения, посмотрим, куда меня это приведет.

– Да нет, я как раз убежала, а вот потом вернулась. – Я усмехнулась.

Сил на то, чтобы изворачиваться и врать, не осталось. Да и не видела я в этой правде ничего плохого…

– Почему? – удивился принц и попытался приподняться с земли. Но, застонав, рухнул обратно.

– Не двигайся, даже не шевелись. Тебе осталось совсем немного продержаться до прихода Ареина.

– Думаешь, он жив?!

– Уверена. И, думаю, он с минуты на минуту будет здесь.

– Хотел бы я поверить… Я не дурак, понимаю, что с такими ранами долго не живут. Что если кто и сможет меня сейчас спасти, так это Миолин-Таали. – Принц немного помолчал, а затем как-то обреченно добавил: – Да и то вряд ли, магии ведь больше нет.

– Как нет? – не поняла я.

– Я не знаю, что сделали эти зеленокожие твари, но мой резерв мгновенно опустел. Да и резерв Ареина тоже. Все амулеты, артефакты, ну, как твои парализующие браслеты, перестали работать… Так почему ты вернулась?

– А куда мне бежать? – ответила вопросом на вопрос я. – Ни до одного вольного города мне не добраться.

– И ты решила вернуться…

– Ага.

– Удивительно вовремя, – слабо улыбнулся эльф. – Ты неплохо разделала тех орков. Я знал, что ты не проста, но чтоб настолько…

Эрайн говорил все тише, чувствовалось, что поддержание беседы давалось ему с неимоверным трудом. И только ниточка разговора удерживала его от падения в пропасть – потери сознания.

Хайдаш, где этот проклятый Ареин?! Почему его так долго нет?!!

Во мне начинала нарастать паника… Вдруг старшего эльфа все-таки убили? Нет, мне Миолин-Таали совсем не жаль. Но Эрайн прав – без помощи Ареина у него практически нет шансов выжить.

– Скажи, как ты вообще продержался так долго?.. Ранили тебя серьезно, практически вывели из строя. А один тэлиак долго удерживать трех орков вряд ли бы смог…

– Эти дикари и ранить-то меня не хотели, случайно это получилось… – сказал эльф, а потом, как бы нехотя, через силу, добавил: – По сути, я сам подставился. Орки знали о том, кто я. Думаю, эти твари и напали-то на лагерь исключительно с целью захватить меня.

Значит, я была права, и орки вышли на лагерь не случайно…

Как интересно! Тут либо попахивает предательством, либо у ургов разведка хорошо поставлена. И то и другое для эльфов плохо. А еще эта внезапно пропавшая магия…

– А кто ты? – решила сыграть в дурочку я. – Извини, конечно, но как-то с трудом верится, что орки напали на лагерь только для того, чтобы выкрасть молодого эльфийского вельможу…

– Ри, прекрати. – Принц болезненно усмехнулся. – Ты ведь прекрасно знаешь, кто я.

– Да? И кто? – Я попыталась придать своему лицу невинно-удивленный вид.

– Ри-и! – В голосе Эрайна явно слышалась угроза. – У меня сейчас нет сил на то, чтобы играть с тобой… Ты ведь понимаешь лоэльский язык, так?

Наткнувшись на мой недоуменный взгляд, принц добавил:

– Я видел, как ты пыталась незаметно прислушиваться к нашей с Ареином беседе. Не знаю, насколько хорошо ты говоришь по-лоэльски, но наш язык ты точно понимаешь.

Хайдаш, так глупо попалась! А ведь знала, чувствовала же, что надо быть осторожнее. Опять все из-за моего проклятого любопытства!..

И я даже отрицать никак не могу. Ведь не докажешь же, что я не понимаю этот дурацкий лоэльский язык.

– Ареин знает?

Принц слабо победно улыбнулся, принял мою капитуляцию.

– Нет, во всяком случае, мне он ничего такого не говорил.

– Ты ему скажешь?

– Думаю, что тоже нет… И мне только кажется или я действительно уже многовато храню твоих секретов?

– Я тоже, не забывай об этом.

– Угрожаешь?

– И не думаю. Если бы я хотела твоей смерти, то дала бы тем оркам прирезать тебя или захватить в плен. Или сама прирезала бы, а потом все списала на орков.

Эльф ничего не ответил.

Я вгляделась в его лицо и тут же грязно выругалась. Ударила эльфенка по щеке раз, другой, третий… Сильнее… Бесполезно. Эрайн все-таки потерял сознание, и теперь лишь слабое прерывистое дыхание указывало на то, что он еще жив…

Такима-покровительница, ну почему мне так не везет! Почему этот недоросль лишился сознания именно сейчас? Почему не потерпел еще немного?!

Я быстро огляделась по сторонам, всерьез раздумывая, а не броситься ли все-таки в бега… И вдруг почуяла совсем близко Ареина. Он наконец пришел…

Глава 7

Джаред Дэш

15 – 22-й день Атанарил-лин 223 года от О. В.

Я бежал. Мимо пролетали сады, поля, пустующие загоны для скота. Иногда я срывался и прыгал в сторону метра этак на три, а потом еще и еще… Все что угодно, только бы сбить след. Давно мне не приходилось так быстро уносить ноги, а с таким грузом и вообще никогда. За спиной у меня болтались два объемных мешка с поклажей и мальчишка.

Орки все-таки напали на наш след. Не знаю, как им удалось: шаман ли поспособствовал, рыгла учуяла, или я где-то оплошал, но нас гнали уже третий день. Как только наступала ночь и доставшиеся мне от матери-вэрины способности начинали работать в полную силу, я хватал Сажу в охапку и бежал. Когда солнце поднималось из-за горизонта, я тоже по мере сил пытался продолжить путь, но толку от этого было мало – за день преследователи все равно умудрялись сократить разрыв.

Получался какой-то замкнутый круг. Оставалось надеяться, что у меня хватит сил выдержать эту гонку и по пути нам не встретится другой орочий отряд. О том, чтобы разобраться с преследователями, не стоило и мечтать. В прошлый раз мне с шестью орками и четырьмя ящерами удалось справиться большей частью благодаря внезапности, а сейчас… Зеленокожие уроды чрезвычайно осмотрительны: перед отрядом они высылали разведчиков, а ночную стоянку опутывали такой сетью секреток и различных ловушек, что близко нельзя было подобраться незамеченным. В открытом же бою мне против этой своры никак не выстоять, даже пытаться не стоило. Преследовали меня ни много ни мало двенадцать орков верхом на двенадцати же ящерах-атхах и как минимум две рыглы. Так что выбора нет – бежать и только бежать.

Не раз и не два меня посещала мысль, что все повторяется. Девяносто лет назад я так же спешил укрыться в Велайских горах, на меня так же была объявлена охота. Только тогда в роли охотников выступали не орки, а дэйш’ли, и теперь на мне камнем висит подопечный Сажа, а в то время я еще сам был несмышленым мальчишкой.

Я понимал, что если мы и дальше будем бежать с такой скоростью, без разведки, практически наугад, то лишь вопрос времени, когда мы столкнемся с другим отрядом зеленокожих уродов. Пока нас сильно выручала карта. Я старательно выбирал маршрут так, чтобы он как можно дальше проходил от всех населенных пунктов, построек и дорог. Но как долго нам еще будет везти?

Успокаивало лишь то, что у орков сейчас дел хватало и без меня. У них не было ни времени, ни ресурсов, чтобы объявить на меня полноценную охоту и затравить, загнать, как дичь. Ведь, если подумать, что значит смерть нескольких соплеменников в масштабах объявленной эльфам войны? Вот и я думаю, что немного…

Из поселка дэйш’ли мы захватили кое-какую провизию, да и фруктов в садах хватало, так что не приходилось тратить время на охоту или какие-либо иные способы добычи пропитания. Но припасы подходили к концу, от персиков и прочих апельсинов начинало тошнить. Так хотелось поесть жареного мяса, да и от похлебки… да что там, от каши, я бы сейчас не отказался. Но в таких условиях разводить костер – безумие.

Сейчас все мои надежды сводились к реке, которая вскоре должна была преградить нам путь. Я специально подгадал так, чтобы форсировать водную преграду нам с мальчишкой пришлось ночью. Это был наш шанс оторваться от преследователей.

К реке мы вышли около полуночи. Если верить карте, это один из притоков Лаэны – небольшая речка, шириной около тридцати метров, густо заросшая кустарником по берегам. Медленно и степенно она несла свои воды с юго-востока на северо-запад. И вот на это-то и был мой расчет. Я надеялся, что орки решат, что мы пошли против течения (благо оно тут несильное), а не наоборот. Ведь идти на северо-запад нам совсем ни к чему, это, по сути, возвращаться обратно.

Я сгрузил Сажу вместе с поклажей на землю.

– Раздевайся, – тихо сказал мальчишке.

– Что?

– А ты в реку в одежде собрался лезть?

– Э-э-э… нет! Да, точно. Я сейчас! – громким шепотом отозвался Эрих.

Воспитаннику тяжело давалась гонка. Если и я-то бежал практически на пределе сил, то что говорить про тринадцатилетнего мальчишку? Даже при учете того, что Эрих большую часть времени мертвым грузом висел у меня за спиной.

Пока мальчишка воевал с собственной одеждой, я разведал спускающиеся к воде заросли. Еще во время нашего бегства с корабля я убедился, что мой подопечный – никудышний пловец. Сейчас, конечно, перед мальчишкой задача стояла попроще, чем в тот раз: не надо бороться с течением, наоборот, нужно отдаться на его волю, позволить себя нести. И все же нужно найти что-то, что облегчит малышу эту задачу.

Мне повезло: в одном из засохших кустарников я опознал хавойю – растение, весьма примечательное тем, что оно очень легкое, а потому не тонет в воде. Я вырвал кустарник из земли, обрубил саблей ветки, так что осталась одна коряга. Может, всего мальчишку эта хавойя и не удержит, но все равно хотя бы какое-то подспорье Саже будет.

После того как мы с Эрихом разделись, я тщательно упаковал одежду в захваченный при бегстве с корабля непромокаемый мешок. Туда же засунул иглометы, саблю, карту и другие мелочи. Во втором, не обладающем водонепроницаемостью, мешке остались одеяла и запасы провизии. Обидно будет, если я этот мешок намочу или, того хуже, утоплю, но без всего этого добра мы как-нибудь переживем.

– Сажа, – приступил я к инструктажу мальчишки, – возьми эту корягу, она поможет тебе держаться на воде… Значит, так. Ляжешь на воду. Расслабишься. Позволишь течению себя нести. Старайся даже без надобности не грести – плеск может нас выдать.

– Орки?

– Да. Наши преследователи еще к реке не должны были выйти, хотя за это я и не поручусь. Но в этих землях полно и других ургских отрядов. Они могут даже не подозревать о нас с тобой, а просто разбить лагерь на берегу реки. Поэтому, всеми богами заклинаю тебя, не кричи, вообще ни слова не произноси, пока я не разрешу. Понятно?

– Ага, – кивнул мальчишка и зябко передернул плечами.

Я мысленно выругался: кажется, мой воспитанник успел замерзнуть, а мы еще даже в реку не вошли. Климат здесь мягкий, ночи теплые несмотря на то, что лето подходит к концу… Нет, какой же все-таки Сажа изнеженный, не приспособленный к жизни. Выберемся – займусь дрессировкой и закалкой сорванца.

– Ничего не бойся, я буду рядом. Если почувствуешь, что очень устал, сводит ноги, что начал тонуть или увидел какую-нибудь опасность – зови. Но тихо! Шепотом! На слух я не жалуюсь, а вот если нас услышат орки…

– Да понял я! Понял! – перебил меня мальчик.

– Хорошо, тогда пойдем.

Мы медленно, осторожно вошли в воду.

– Она х-холодная, – испуганно проблеял Сажа.

– Ничего, придется привыкнуть. Выхода у нас все равно нет.

Илистое дно плавно понижалось. Шаг – вода достигла колен… второй, третий, четвертый – и вот я уже вошел в реку по грудь, а Сажа так и вообще чуть ли не по шею.

– Поплыли. Ты первый, я за тобой.

Эрих лег на воду, сделал пару осторожных гребков и отдался на волю течения. Я последовал за ним.

Если мальчишка плыл налегке, без одежды, без какого-либо груза, то у меня за плечами висел тяжелый непромокаемый мешок, а второй я так и вовсе держал в руке, пытаясь уберечь от знакомства с водной стихией.

Медленно мы проплывали мимо заросших берегов. Иногда видели какие-то строения, специально расчищенные участки для водопоя скота, небольшие причалы…

Было удивительно тихо и пустынно. Как будто мир вымер. Что, впрочем, было недалеко от действительности.

Мы с Сажей плыли уже около получаса, когда я почувствовал запах дыма, а через минуту заметил оранжевое пятно – кто-то на берегу жег костер. Впереди я увидел бледное, испуганное лицо мальчишки – он обернулся ко мне, так как тоже заметил огонь. Я покачал головой, надеясь, что парень поймет это как приказ продолжить движение, что у него хватит ума не задавать вопросов и не шуметь. Сажа развернулся с громким плеском и поплыл дальше.

Я мысленно застонал. Хайдаш! Только бы те, кто жжет костер, ничего не слышали, ну или подумали, что в реке просто рыбы плещутся.

По мере того как я подплывал ближе, вырисовывалась группа существ, расположившаяся на отдых. Десятка два воинов-ургов, вдалеке я заметил большие туши спящих ящеров-атхов. Как минимум один из орков не спал, сидел у костра, чистил оружие и время от времени поглядывал на реку.

Надеюсь, этот урод нас не заметит! Орки в темноте видят лучше, чем люди, но их ночное зрение не идет ни в какое сравнение с аналогичным у эльфов, не говоря уж о вампирах. К тому же, находясь в круге света, высмотреть что-то в темноте – практически бесполезное занятие… Да, похоже, я сам себя пытаюсь успокоить, ведь дозорный не может быть один! И кто вообще сказал, что этот орк – дозорный? Может, ему просто не спится, вот он и занялся чисткой оружия… Урги должны были оставить охранять лагерь еще как минимум одного-двух воинов, но их я, как ни вглядывался, так и не смог углядеть. Хорошо замаскировались гады!

Только бы у мальчишки не сдали нервы.

Только бы он выдержал, не зашумел, не выдал нас.

И только бы нас не заметили эти хайдашевы твари орки!..

Река, казалось, в несколько раз замедлила свое и так совсем неспешное течение, и мы с Сажей медленно-медленно проплывали мимо стоянки орков. Требовалась немалая выдержка, чтобы подавить в себе желание быстрее заработать руками и ногами и унестись наперегонки с течением прочь, подальше от зеленокожих уродов. Но я справился, поборол в себе это неуместное желание, и, как ни странно, Сажа тоже.

Лишь когда огонек костра скрылся за очередным плавным поворотом реки, я с облегчением вздохнул. Повезло, нас все-таки не заметили. Но расслабляться все равно было нельзя.

А еще минут через пятнадцать показалась арка моста. Значит, впереди самое опасное место. Мост через реку километров на пятьдесят вокруг всего один. Конечно, речушка неширокая, и навести через нее переправу в случае необходимости оркам не составило бы большого труда. Но намного проще сохранить существующий мост, чем построить новый.

Я ждал, что мост будут тщательно охранять, но как ни вглядывался, так никого и не увидел. Может, поблизости от переправы и был лагерь орков, но ни отблесков костра, ни запаха дыма… Ничего.

Прошло еще около часа, когда я вдруг услышал еле слышный всхлип мальчишки:

– Джаред, я больше не могу.

– К берегу! Сам сможешь?

– Да… – отозвался малыш.

Парень быстро, больше не пытаясь соблюдать тишину, погреб к берегу, я устремился за ним. Из реки я бледного, дрожащего мальчишку практически вытащил.

– Что? – тихо спросил я.

– Ус-стал, з-замерз-з, а еще ногу начало с-сводить…

– Ясно. Подожди, я сейчас.

Как бы ни болела у меня душа за воспитанника, но нужно было разведать обстановку. Я стрелой метнулся в заросли кустарника, затем дальше в поле, в сад… Минут через пять, когда я вернулся к мальчишке, то мог с уверенностью сказать, что на этом берегу реки ни построек, ни орков с ящерами поблизости не было.

Подхватил на руки дрожащего мальчишку и отнес вглубь зарослей. Там растормошил мешок с одеялами (мне все-таки удалось его почти не намочить) и закутал Сажу с ног до головы. Прислонил к бледным губам парня фляжку.

– Пей.

Эрих сделал большой глоток и тут же закашлялся. Глаза его в изумлении раскрылись, губы порозовели, лицо пошло красными пятнами. Не думаю, что воспитаннику когда-либо доводилось пробовать столь крепкий горячительный напиток.

– Что это? – спросил немного оживший малыш.

– Это, Сажа, грана, – усмехнулся я, – напиток для настоящих мужчин.

Ну что ж, будем надеяться, что наш ночной заплыв увенчался успехом и от орков мы все-таки оторвались.

В следующие два дня ничего особенного не происходило. Ночью мы пробирались по бывшим эльфийским землям на восток, а днем прятались. И чем ближе мы подходили к Велайским горам, тем больше начинало меня снедать беспокойство.

После ночного купания Сажи в реке, которое, к счастью, для мальчишки прошло бесследно, я понял, что воспитанник может просто не выдержать путешествие по горам. Одежды мы теплой так и не раздобыли, с припасами туго, карты гор тоже нет. А чтобы попасть в вольный город, Лайэн нам надо преодолеть несколько сотен километров по Велайским горам. Если учесть, что дорог там попросту нет, что я знаю лишь общее направление пути, – эта затея начинала попахивать самоубийством. И если сам я, может, и решился бы на такое путешествие, то тащить за собой на погибель сорванца…

Ну а помимо прочего, в горах живут свои хищники, есть хитроумные гномьи ловушки, да и сами бородатые коротышки неизвестно как могут отреагировать на наше вторжение. Не говоря уже о том, что можно просто попасть под лавину или обвал, упасть в пропасть или замерзнуть насмерть.

Раньше я об этом как-то не задумывался, от дельты Велайи до гор было не менее десяти дней пути. Я не хотел загадывать, да что там, толком не верил, что нам вообще удастся добраться до гор. И вот теперь я отчетливо видел снежные пики на западе. Казалось, что горы совсем близко, всего в паре часов пути. Но я знал, что это зрительный обман и путь до границы Одр Крапа займет в несколько раз больше времени.

Хотя сказать, что путей в горах совсем нет, – это соврать. Есть подгорные гномьи туннели, которыми коротышки любезно позволяют пользоваться чужакам за щедрую плату. По туннелям можно быстро добраться до Лайэна. Но у меня нет с собой достаточного количества денег, чтобы заплатить гномам за эту услугу.

При бегстве с корабля я захватил с собой немного монет. Этой суммы с лихвой хватило бы, чтобы полмесяца прожить в Таннисе, а если затянуть ремень, то и поболее… Но чтобы воспользоваться туннелями, свое благосостояние мне надо увеличить раз в десять. Вопрос: как?!

Я ведь даже банальным разбоем заняться не могу, здесь попросту некого грабить. Эльфы не только все ценное вывезли, сейчас к их брошенным селениям даже не подступиться, там зеленомордые шныряют. Самих орков грабить? Можно, конечно, и у них добром разжиться, те же иглометы гномы неплохо покупают. Но оружие это редкое, дорогое, в основном им офицеры владеют… Нет, с ургами лучше не связываться, и так еле от погони оторвались, новая травля нам совсем ни к чему.

Попробовать сунуться к гномам без денег, сказать, что за нас в Лайэне заплатят?.. Ну, может, мать действительно решит выручить своего сына. Но я крайне не желал оказаться у этой вэрины в долгу. Чревато это для меня и особенно для Сажи.

Хайдаш! Что стоило мне взять побольше денег при бегстве с корабля?! Ведь мог же! И проблем бы сейчас было в разы меньше, и в самом Лайэне нормально бы с мальцом устроились. Но что теперь жалеть? Прошлое не исправить, не изменить. Да и кто знает, смог бы я вовремя выбраться с корабля, если бы решил захватить с собой часть судовой казны? Смог бы спасти мальчишку?..

Какие у меня теперь варианты? Только два. Либо все-таки пытаться идти через горы, либо найти способ раздобыть нужную сумму… Ну, там, к примеру, ограбить самих гномов… И бредовые же мысли приходят в голову!

Я выглянул из укрытия. Несмотря на то что день в самом разгаре, было довольно сумрачно. Солнце пряталось за тучами, по саду гулял ветер. Выспаться я успел, душу извести себе тоже. Пожалуй, небольшая разведка – это то, что нужно.

Посмотрел на спящего мальчишку. Сейчас моему воспитаннику и тринадцати лет нельзя было дать. Лицо чистое, открытое, на губах легкая полуулыбка, видно, что-то хорошее снится, ладошки доверчиво сложены под головой. Я достал из мешка маленькую жестяную баночку, в которой хранилась мазь с резким хвойным запахом. Нанес немного сонного зелья под носом сорванца. Вот так мне спокойнее будет.

Укрытие на дневку мы в этот раз подобрали хорошее – старый, явно заброшенный, полуразвалившийся сарай, который со всех сторон окружали заросли вишни. Маловероятно, что какой-нибудь орк на него случайно набредет.

Осторожно, не спеша я добрался до тракта, что от самой дельты Велайи тянулся к горам. Устроил себе лежанку среди колючих кустарников и принялся наблюдать.

Дорога была почти пустынна, только примерно раз в полчаса по ней проходил отряд орков. Один раз я даже заметил довольно большой обоз: кажется, зеленокожие уроды решили заняться уборкой урожая. Мудрое решение, зачем плодам на деревьях и на земле гнить, если ими можно армию накормить… Я и сам не знал, на что надеюсь, чего жду. Что-то мне не давало покинуть укрытие, вернуться к мальчишке. Звериный инстинкт? Может быть. Все вампиры отчасти звери, а я наполовину вампир.

Через два часа я уже был готов плюнуть на все. Какой толк от такой разведки? Для меня лично никакого! И тут я увидел очередной обоз, небольшой – всего на две повозки, который направлялся в сторону Велайских гор. И понял, что мой инстинкт меня не обманул. Потому что это был не орочий обоз, а гномий. А где гномы, там и деньги.

Бородатые коротышки очень хорошо заработали во время Последней войны, тогда они продавали оружие и доспехи как людям, так и их врагам, нелюдям. Сейчас же гномы тоже не остались в стороне. Думаю, они успели хорошо поторговать с эльфами перед тем, как те сбежали за реку. Во всяком случае, гномы едут налегке – хороший знак!

Самих гномов я насчитал немного, всего полтора десятка. Да и тех, кого увидел, я бы серьезными воинами не назвал… Коротышки шли не спеша, весело перешучивались и особо не смотрели по сторонам. Действительно, а кого гномам бояться? Ни эльфы, ни орки их не тронут. У Одр Крапа, видите ли, нейтралитет!

Идея ограбить бородатых коротышек мне больше не казалась такой уж бредовой. Самое сложное заключалось в том, чтобы отвести от себя подозрение, мне с гномами вражда ни к чему. Я ведь не только их туннелями собираюсь воспользоваться, но потом еще в вольном городе, расположенном на территории Одр Крапа, поселиться.

Гномы еще не успели скрыться за поворотом дороги, как план созрел у меня в голове. Напасть на коротышек я решил ночью, а пока у меня было время подготовиться.

Подходящий для моих планов отряд ургов мне удалось выследить только с третьей попытки. Приглянувшиеся мне орки выгодно отличались от остальных тем, что их было всего трое, они были пешими и явно никуда не спешили, а планомерно исследовали бывшие эльфийские земли.

Одного орка я убил и тело его спрятал так надежно, насколько смог, – вырыл для него настоящую могилу. Сверху прикрыл ее предварительно снятым дерном, на котором росла очень любопытная травка, которая напрочь отбивала нюх у рыгл. Фиерт даст, тело не найдут… Оставшуюся парочку я оглушил и связал. Притом и то и другое постарался проделать максимально деликатно, так, чтобы потом от моей деятельности на телах воинов не осталось никаких следов. Проще, конечно, было бы орков усыпить. Но, к сожалению, на этих зеленокожих уродов почти не действуют яды… Тела перетащил в укрытие к Саже.

Теперь осталось дождаться ночи. Обоз гномов я потерять не боялся, куда он с дороги деться может?

Часа через два проснулся мальчишка и очень испугался, увидев рядом с собой орков. Пока я Сажу успокаивал, пока мы с ним скудно поужинали… солнце зашло за горизонт. Я не стал парню ничего объяснять, чтобы не терять времени, а просто усыпил его уже привычным способом.

Для начала я разведал, как далеко успели утопать гномы… Оказалось, коротышки совсем не спешили, от моего укрытия до их лагеря можно было добраться всего за полчаса. Гномы пока еще не спали, а весело галдели, рассевшись в кружок вокруг единственного костра, как я понял, в эту последнюю ночь на чужбине они решили отпраздновать удачную поездку.

Ну, пусть гуляют. Так даже лучше.

Дозорных я заметил только двоих. Но и они не сказать чтобы очень рьяно несли службу. Больше смотрели в сторону костра и веселящихся товарищей, чем по сторонам. Да и к фляжкам, в которых явно бултыхалась не вода, время от времени прикладывались.

Оставалось надеяться, что коротышки не будут гулять до утра, а угомонятся пораньше.

Когда я вернулся в укрытие, то увидел, что один из орков пришел в себя и безуспешно пытается освободиться. Пришлось заново успокоить его, а заодно, для профилактики, и другого. Потом я занялся скучным, но крайне необходимым делом – перетаскиванием пленников поближе к лагерю гномов.

Было уже за полночь. Половина коротышек дрыхла в обнимку с бутылками, вторая пьяно горланила песни. Дозорные тоже выглядели захмелевшими и клевали носом.

Что ж, больше ждать нельзя. Пора!

Я достал из кармана плаща баночку, ту самую, со снотворным зельем, открутил крышку и бросил банку в костер. Трое гномов вскочили, попытались схватиться за оружие.

Поздно, коротышки. Для вас уже все поздно.

За несколько секунд костер и всю стоянку гномов окутал зеленовато-серый клуб едкого дыма. В ноздри ударил резкий, удушливый запах с характерным хвойным привкусом.

Даже у меня заслезились глаза, запершило в горле и начала кружиться голова. Но недомогание быстро прошло – вэров никакой отравой не взять, у них полный иммунитет к ядам.

Гномы надрывно кашляли, хватались за горло, старались закрыть руками рот и нос… Пара наиболее шустрых и смышленых коротышек даже успела выбраться из ловушки. Но им не повезло, за пределами лагеря их поджидал я.

Когда через минуту удушливый дым бесследно развеялся, все было кончено – гномы вповалку лежали вокруг костра. Нет, коротышки не были мертвы, они просто спали.

Первым делом я проверил, не обманулся ли я, есть ли у гномов, чем поживиться. Действительность превзошла мои самые смелые ожидания. На одной из повозок я нашел большой сундук, доверху набитый серебряными эльфийскими монетами. Что ж, значит, я был прав в своих предположениях, и гномы в этот раз очень хорошо наторговали.

Теперь самое время приступить к основной части плана – инсценировке ограбления гномьего обоза орками.

Полностью опустошать сундук я не стал, мне хватило и пятой его части. Еще примерно столько же монет я отложил в отдельный мешок – пригодится. Затем растормошил вещи гномов, часть монет разбросал по земле и, вооружившись реквизированным у орков оружием, отправился резать бородатых коротышек… Даже у меня что-то шевельнулось в душе, все-таки в том, чтобы убивать спящих, мало чести. Но я себя быстро успокоил, гномы ведь не испытывали никаких душевных терзаний от того, что из века в век зарабатывали на войне.

Затем я притащил связанных орков. Одного из них я убил гномьим же оружием и бросил рядом с костром. Второму сунул в руки мешок с монетами… и оставил где-то в километре от лагеря. Этот орк был тяжело ранен в схватке с гномами, но пытался бежать на север, оставляя за собой кровавые следы. Только вот урод никуда не убежал, а умер то ли от потери крови, то ли от ран, несовместимых с жизнью…

Следы третьего орка тоже вели на север, а потом терялись. Пусть и бородатые коротышки, и зеленокожие уроды думают, что этому воину не только удалось выжить, но и утащить с собой немалую часть денег.

Будет неплохо, если удастся стравить гномов и орков. Нет, конечно, такая маленькая стычка к разрыву отношений между двумя странами не приведет, гномы слишком блюдут свою выгоду. Но вот цены на оружие после этого инцидента немного поднимутся.

Свои следы вокруг стоянки гномов я тщательно замел, замаскировал, да и немного их было, в этот раз я соблюдал максимальную осторожность.

У гномов ничего, кроме денег, я больше не взял, хотя мне и приглянулось кое-какое оружие, да и вообще у коротышек с собой много чего интересного имелось. Но по этому оружию гномы потом могли меня опознать. А вот деньги, как известно, не пахнут, и кровь к ним не прилипает.

Я вернулся в укрытие за спящим мальчишкой, взвалил его на плечо и побежал на восток. Место побоища обошел по большой дуге.

Сажа проснулся только часа через три. Завозился, забарахтался. Я остановился, сгрузил мальчишку на землю.

– Джаред, опять?! Вы опять меня усыпили?! – накинулся на меня обиженный воспитанник.

Я пожал плечами:

– Так было надо.

– Но… но так нечестно!!!

– Извини, это решать уже мне. А ты будь мужчиной, не разводи сопли.

Мальчишка весь как-то подобрался, а затем хмуро спросил, всем своим видом стараясь показать, что ему ничуть не интересно:

– Но зачем?

– Надо было, я на разведку ходил. Мне спокойнее, если я знаю, что ты спишь в безопасном месте, а не шляешься незнамо где.

Рассказывать мальчишке о ночной операции я не собирался. Она не относилась к тем вещам, которыми стоило гордиться. Да и вообще, чем меньше малыш знает, тем лучше.

– На разведку?.. А куда?

– Сажа, – усмехнулся я, – ты себя прямо как ревнивая женушка ведешь. Куда надо, туда и ходил.

– А…

– Нет у нас сейчас с тобой времени на разговоры. Сегодня нам во что бы то ни стало надо добраться до гор. А так как ты с нормальной скоростью передвигаться не способен, то придется тебе опять повисеть у меня за спиной.

– Опять…

– Да, Сажа, опять. Надеюсь, что все это в последний раз. И больше ни таскать тебя, как мешок, за спиной, ни усыплять не понадобится.

Мальчишка поворчал еще немного, а потом смирился, и я закинул его себе за спину. Можно, конечно, в дебаты с воспитанником было и не вступать. Но, во-первых, я нашу беседу использовал как небольшую передышку, а во-вторых, не хотел на Сажу слишком давить, моему подопечному и так тяжело приходится.

Я бежал весь остаток ночи, а когда небо начало светлеть на востоке, я натянул капюшон пониже и побежал еще быстрее.

До границы Одр Крапа мы добрались только в полдень. Хорошо, что горы большую часть времени прикрывали меня от обжигающих лучей светила, а потому симптомы солнцепека не успели проявиться.

Теперь предстояло реализовать второй этап моего плана, и тут тоже могли возникнуть сложности. Чтобы воспользоваться туннелями, надо попасть в гномий городок, а для этого необходимо пересечь границу…

Вопрос: охраняется ли рубеж? Причин бояться гномов у нас с Сажей пока нет, а вот с орками я бы предпочел встречи избежать.

Граница была обозначена просто – сбоку от дороги стоял большой каменный столб, на котором было вырезано несколько гномьих рун. Практически сразу за столбом дорога резво взбиралась на пологий холм, на вершине которого, у подножия большой отвесной скалы, стоял приграничный гномий город Аррей. Я знал, что большая часть этого, небольшого по меркам гномов, городка скрывалась в недрах горы. Поверхностную же часть полукругом окружала высокая стена с единственной аркой ворот.

Добрых полчаса я всматривался в подступы к Аррею, но никакого подозрительного движения так и не заметил.

Мы с мальчишкой вышли на дорогу и не спеша направились к городу. Скрытно к крепости подобраться не было возможности, да и смысл? Наоборот, мы бы насторожили и гномов, и орков, которые тоже вполне могли находиться в Аррее. Лучше нам с Сажей изображать мирных путников, а не шугаться каждой тени.

Перед воротами, опираясь на алебарду, стоял одинокий стражник-гном. Коротышка с ног до головы был закован в латы. Открытым оставалось только лицо – круглое, с мясистым красным носом и маленькими черными свинячьими глазками, которые прятались под кустистыми рыжими бровями. Нижнюю половину лица гнома покрывала густая, тоже рыжая, растительность, заплетенная в тугую косу. Еще две короткие косицы лежали у коротышки на плечах. Ростом гном, даже с учетом рогатого шлема, был мне по пояс.

Я слишком хорошо знал это подгорное племя, чтобы даже на мгновение поверить, что стражник всего один. Без сомнения, нас взяли на прицел арбалетчики на стене.

– Кто такие? Куда путь держите? – пробасил коротышка.

– Путники, – ответил я. – Идем из Танниса в Лайэн. Хотели бы воспользоваться подгорными туннелями, деньги для оплаты имеются.

При слове «деньги» коротышка немного оживился, маленькие глазки стражника взволнованно заблестели.

– Бумаги при себе есть?

Я кивнул и вытащил из-за пазухи несколько карточек, исписанных мелким, убористым почерком. Если отсеять всякие бюрократические излишества, то в них говорилось о том, что нам с мальчишкой разрешено покинуть Таннис и направиться в славный вольный город Лайэн, расположенный на территории Одр Крапа.

У меня в заплечном мешке, том самом, непромокаемом, который я старался всегда держать под рукой, нашлась стопка пустых бланков с подписями и печатями. Вписать нужные данные было делом недолгим.

Коротышка внимательно изучил карточки, затем вернул их мне.

– Путешествовали в одиночку?

– Нет, конечно, с караваном. Но в районе дельты Велайи наши пути разошлись.

У людей не принято путешествовать поодиночке или малыми группами, слишком опасно. Гномы все равно никак не проверят, путешествовали мы на корабле, с караваном или только вдвоем.

– Почему решили идти в Лайэн через Аррей? Есть несколько наших городов, расположенных гораздо ближе к Таннису…

Более чем справедливое замечание. Подгорные туннели имеют выходы во всех более или менее крупных гномьих поселениях. И путешествовать по этим самым туннелям намного быстрее и безопаснее, чем по поверхности.

– Сначала наш путь лежал в Вольгород, – я протянул стражнику еще несколько карточек, – но обстоятельства сложились так… Война – не лучшее время для путешествий, особенно если в попутчиках у тебя малолетний сын. Караван пошел дальше, я же решил, что дальнейший путь на север слишком рискован.

Новость о войне не вызвала у коротышки никакого интереса или удивления.

– Цель визита? Я правильно понял, что в Лайэне у вас проживают родственники, а в Вольгород вы направлялись по торговым делам?

– Да.

Гном задал еще несколько вопросов и потребовал уплатить пару л’релей за проход в город. Я щедро присовокупил к двум монетам третью, и дальше все пошло быстро, без проволочек. Стражник бегло осмотрел нас с мальчишкой и поклажу, а затем махнул кому-то на стене, разрешая открыть ворота. Каменная плита ворот откатилась в сторону, и мы вошли в город.

Я выяснил у стражника, как нам добраться до входа в туннели, и быстро повел Сажу в указанном направлении. Мальчишку приходилось тащить чуть ли не волоком, Эрих, который и других-то человеческих городов, кроме Танниса, не видел, не говоря уже о гномьих, смотрел на все разинув рот. Я мог его понять: архитектура Одр Крапа несколько отличалась от привычной человеческому глазу. Она была под стать самим гномам – приземистая и основательная. Все без исключения постройки Аррея были каменными, гномы не сильно жаловали дерево и по возможности предпочитали обходиться без его использования. Так, даже большинство дверей были либо сделаны из металла, либо представляли собой каменные блины, которые под действием то ли каких-то механизмов, то ли магии откатывались в сторону.

Свои секреты бородатые коротышки берегли как зеницу ока. И неважно, будь то технологии изготовления оружия или принцип работы таких вот дверей. Да и свои возможности на магическом поприще гномы тоже тщательно скрывали. Но мне приходилось слышать из достоверных источников, что коротышки развели столько секретов потому, что их магия, в отличие от той же лоэльской и ургской, несколько однобокая. Гномы добились больших успехов в заклинании камней и металла, но все остальные воздействия магического характера им не удавались.

Как воины, гномы в большинстве своем тоже были весьма посредственными. Низкорослые, неповоротливые, довольно медлительные. К преимуществам коротышек можно отнести только большую физическую силу (по которой гномы все равно проигрывали чистокровным эльфам и вэрам), великолепное оружие и доспехи.

Неудивительно, что воевали гномы крайне неохотно, а уж те случаи, когда их армия покидала горы, так и вообще по пальцам пересчитать можно. В горах коротышкам нет равных, если не брать в расчет эйсин, конечно, а вот на равнинах их с легкостью те же орки, эльфы или даже люди раскатают. Да и не интересовали коротышек иные земли, кроме гор, а все желаемое другие расы на блюдечке преподносили, ведь гномы – мастера по металлу и камню несравненные.

Да что там говорить, коротышки вообще покидали горы редко и очень неохотно, исключительно по торговым делам. А уж чтобы какой-то гном жил на чужбине… В Таннисе постоянно проживало всего несколько гномов, всех их в разное время за какие-то проступки изгнали. Но Таннис не такое уж и плохое место для гнома-изгнанника, там если не горы, то скалы…

– Джаред, может, хотя бы поесть зайдем, а? Так хочется чего-нибудь горячего, – заканючил Сажа, увидев вывеску трактира.

– Нет, – тихо ответил я. – Посмотри внимательно по сторонам. Только незаметно, осторожно и не вздумай кричать. И подумай, хочешь ли ты в этом месте хотя бы ненадолго задержаться?

Наземная часть Аррея состояла исключительно из складов, загонов для скота (гномы не возделывают полей и не растят садов, но в том, чтобы пасти на высокогорных лугах коз, коров и маленьких коренастых лошадок, не видят ничего зазорного) и пары рыночных рядов. Трактир, как верно заметил мальчик, здесь тоже имелся. Все жилые помещения гномов находились в толще горы.

По небольшому рынку прогуливались девять орков, которые внимательно осматривали представленные товары, горячо торговались с хозяевами-гномами и весьма подозрительно поглядывали на нас. Надеюсь, с ориентировкой на нас зеленокожие уроды не знакомы, да и не видел меня и Сажу никто из орков вблизи, чтобы более-менее точно описать. Но вряд ли в этих землях сейчас много путников-людей…

– Ой! – тихонько пискнул мальчишка, когда тоже заметил зеленомордых, и взволнованно прошептал: – Что нам теперь делать? Орки, они же…

– Ничего они нам здесь не сделают. Мы на территории другого государства, так что гномы нас в обиду не дадут. Но вот когда до города дойдут определенного рода вести, лучше нам оказаться отсюда так далеко, насколько возможно. Так что не суетись, молчи и веди себя как прежде.

– Это как? – не понял мальчишка.

– Открой рот и восторженно глазей по сторонам, – усмехнулся я и потрепал сорванца по белобрысым лохмам.

Мальчишка обиженно насупился, но к моему совету прислушался. Да и не притворялся он почти, ему действительно все было очень интересно. Только время от времени сорванец настороженно косился на орков.

– Джаред, она же лысая! – вдруг дернул меня за рукав мальчишка и указал на гордо шествующую нам навстречу гномку.

Я ударил парня по руке и, отвесив звонкий подзатыльник, затащил в ближайшую подворотню. Слава богам, у Сажи хватило ума не кричать о своем открытии на всю улицу, а всего лишь оповестить о нем громким шепотом. На наше счастье, никого поблизости от нас не оказалось, да и так заинтересовавшая мальчишку гномка была еще слишком далеко… А то закончилось бы наше путешествие по Аррею весьма плачевно: коротышки очень болезненно реагируют на всякие высказывания в адрес их красавиц-женщин. Забили бы нас с Эрихом камнями, как пить дать, забили.

И почему я не подумал, что Сажа никогда раньше не видел гномок? Должен ведь был подумать! Женщины гномов родные горы практически не покидают. Оттого и ходят среди людей байки, что женщин у гномов вовсе нет, что коротышки гермафродиты или что этих жадных карликов рождают сами горы. А некоторые считают, что гномы-женщины внешне практически неотличимы от гномов-мужчин, то есть так же бородаты и уродливы.

Истина же заключалась в том, что женщины у гномов были и бороды у них не росли. Все необходимые для женщин атрибуты у этих созданий тоже имелись, как то, к примеру, весьма выдающаяся грудь. Которая, к слову, отнюдь не делала этих образин с точки зрения представителя любой другой расы хотя бы чуть более аппетитными. Гномки были этакими бочонками на ножках. На лицо карлицы были под стать своим мужьям: тот же большой нос картошкой, крохотные, глубоко посаженные глазки, которые почти не видно из-за кустистых рыжих бровей. Да-да, все представители подгорного племени были исключительно рыжими и разнились лишь оттенками шевелюр. Ну а еще одна особенность внешнего вида гномов, как мужчин, так и женщин, заключалась в том, что на лбу и темени волосы у них не росли.

Гномы очень гордились данной им природой прической и отращивали волосы столь длинными, как могли. Мужчины заплетали бороду и волосы на голове в хитрые косы, женщины укладывали различными баранками и валиками вокруг лысины. Неудивительно, что мой воспитанник оторопел, увидев вышагивающий нам навстречу бочонок в сильно декольтированном платье и с весьма своеобразной прической на голове. Но назвать гномку лысой – это значит страшно оскорбить!

Пришлось быстро и тихо объяснить Саже, что к чему, и настоятельно просить на гномок не смотреть, вообще не обращать на них внимания.

Карлица в это время как раз поравнялась с подворотней и бросила в нашу сторону любопытный взгляд. Ну, мне показалось, что любопытный, даже вампиру прочитать с десяти метров, какие эмоции отражались в крохотных свинячьих глазках женщины, представлялось невозможным. В ответ я улыбнулся и учтиво поклонился, затем отвесил Саже подзатыльник, чтобы не терялся и последовал моему примеру. Женщина обнажила желтоватые зубы в улыбке и пошла дальше по улице.

Слава Великому Прародителю! Похоже, гномка действительно не слышала Сажу, и то, что мы так быстро метнулись в подворотню, не показалось ей подозрительным.

Я сделал себе зарубку в памяти, что нужно заняться не только физической подготовкой воспитанника, но и поднять уровень его образования. А то, тоже мне, Эрих гордится, что посещал Академию, а не знает элементарных вещей!

Уже через пять минут мы стояли у входа в подземную часть города. В отличие от наземной части, инородцев сюда просто так не пускали. Я переговорил с седовласым гномом и выяснил, что нам повезло – самовозка отправлялась всего через полчаса. Уплатил коротышке положенную сумму, и после этого пара гномов помоложе проводила нас в зал погрузки.

Посреди длинного светлого зала стояла странного вида повозка – десяток серых металлических ящиков, как-то хитро сцепленных между собой. Металлические колеса утопали в глубоких колеях, головная и конечная части повозки имели наросты сферической формы. Девять ящиков предназначались для перевозки товаров, один – для пассажиров. Кроме нас с мальчишкой в путь собирались отправиться четверо гномов.

– Что это?! – удивленно спросил Сажа.

– Гномы прозвали это чудо самовозкой.

– И мы на этом поедем? Как?!

– А вот на этот вопрос тебе никто не ответит, и советую тебе его больше не задавать. Это одна из самых бережно хранимых подгорным племенем тайн.

Вскоре мы уже сидели пристегнутыми в жестких креслах в низком жестяном ящике без окон.

– Не волнуйся, Сажа, – ободряюще улыбнулся я мальчишке, – самовозки абсолютно безопасны. Уже через несколько часов мы будем в Норрее – это узловая точка, где сходятся многие подгорные туннели. Ну а завтра вечером, если повезет, прибудем в Лайэн.

Я не любил ездить на самовозках, да и не часто мне этим транспортом пользоваться приходилось, но сейчас для нас с Сажей это лучший выход.

Глава 8

Эрайн Элиар-Тиани

23 – 24-й день Атанарил-лин 223 года от О. В.

Вокруг меня клубится туман. Сизый, с красноватыми клочьями. Он окутывает меня, заползает в уши, в нос, в рот… Я не вижу ничего – только туман…

Душно. Жарко. Горло пересохло, безумно хочется пить.

Кто я? Где я?

Я что… плыву?

Да, пришло осознание, я лежу в утлой лодочке. Чувствую, как под ее днищем перекатываются волны, как лодку то подбрасывает, то резко опускает, швыряет из стороны в сторону.

Но что я здесь делаю? Куда плыву?..

Туман вокруг становился все плотнее, все удушливее. В какой-то миг мне показалось, что я увидел над собой лицо. Взволнованное, озадаченное, знакомое… Лицо друга? Нет, не помню.

А потом вдруг туман начал редеть. Он разделился на одинокие клочья, тучи и даже смерчи. И через просветы между этими туманными облаками я увидел, что плыву по реке, что земля совсем близко… Но берег мне никак не удавалось рассмотреть.

Лодка, будто повинуясь моему желанию, повернула к берегу. Меня затрясло, зашатало еще сильнее, волны стали захлестывать за борт. И я подумал, какое же сильное здесь течение, что так ведь и перевернуться, и утонуть можно. Странно, но мысль о смерти меня совсем не испугала. Может, потому, что я наконец увидел, что ждало меня на берегу?

Выгоревшая земля, остовы домов, покрытые копотью… а между ними столбы. Везде, всюду, сколько хватает глаз. Десятки, сотни, тысячи столбов… И к каждому из них прикована искореженная, обугленная фигура…

И тут я понял, что не туман окружает меня, а удушливый, тошнотворный дым. Я закашлялся и открыл глаза.

Меня все так же трясло и покачивало, надо мной полоскался парус. Было жарко, душно, хотелось пить и есть…

Нет! Не парус это вовсе, а тент, и не в лодке я лежу, а в фургоне. Да и как вообще можно было забыть, что я т’раэн, младший эльфийский принц Эрайн Элиар-Тиани?!

Только что я делаю в этом арритовом фургоне? Более того, не просто здесь лежу, я привязан! Да так, что и пошевелиться почти не могу.

И тут же события последних дней пронеслись у меня перед глазами. Мое путешествие в Таннис, ночная прогулка по городу, встреча с дикой полукровкой, объявление войны орками, наше поспешное бегство из Танниса. Захват корабля контрабандистов и очередная встреча с дикаркой. Дорога. Исследование развалин Дэлиона, бой с виверной и наконец нападение орков. Исчезнувшая магия, мое ранение, отчаяние, захлестывающее меня… и рабыня, которая так неожиданно пришла на помощь. Полукровка, которая спасла меня если не от смерти, то от плена точно.

Или не спасла?!

Да, я знаю, что нахожусь в нашем фургоне! Но куда этот фургон едет и кому он сейчас принадлежит? И почему я лежу связанный?!

Меня так крепко спеленали, что я даже приподняться не мог. Максимум на что был способен, – это повернуть голову. Сбоку от меня было небольшое свободное пространство, дальше лежало оружие и обмундирование тэлиаков. Судя по встречающимся пятнам засохшей крови, снимали его с мертвых воинов. Не самый хороший знак.

Последнее, что я помнил, это разговор с Ри. Мы много о чем тогда успели переговорить, и, помимо всего прочего, девчонка сказала, что эльфы уже почти победили. Но, во-первых, почти не значит совсем, да и откуда ора дэйш’ли вообще это было знать? А во-вторых, к зеленокожим тварям могло подойти подкрепление, а вот у нас ему точно неоткуда было взяться.

Так как же мне узнать, что происходит? Может, просто позвать, дать понять, что я жив, что я пришел в сознание?.. Нет, не стоит с этим спешить.

Для начала надо узнать, вернулась ли магия и не надели ли орки (если я действительно в плену у них) на меня какую-нибудь антимагическую побрякушку.

Я взглянул на мир по-другому и тут же увидел искрящиеся золотистые нити силы, которые окутывали все предметы вокруг меня, пронизывали пространство… А ведь там, в лагере, не было ни одной нити! Или я их просто не видел?.. Но на этом хорошие новости заканчивались, резерв мой был почти пуст. Тех крох, что имелись, не хватило бы даже, чтобы зажечь огонь. Что толку видеть нити силы, если ты все равно не можешь ими воспользоваться? Неудивительно, что на мне нет никаких антимагических побрякушек. Или я их просто не вижу?

Еще никогда я не чувствовал себя таким беспомощным, таким беззащитным. Я скосил глаза, пытаясь рассмотреть свое тело тем самым, другим зрением. Да, картина неутешительная. Нити, окутывающие мое тело, были бледными, тонкими, почти прозрачными. И не следа ни защитных, ни лечебных, ни каких бы то ни было других плетений. Одна надежда на то, что резерв пусть медленно, но все-таки будет пополняться. Ведь там, в лагере, он совсем опустел, а сейчас хотя бы какие-то крохи имеются.

Интересно, насколько тяжело меня ранили? Как долго я провалялся без сознания?

Никакой боли я не чувствовал, но, насколько я смог рассмотреть, мой торс был туго перевязан.

В беспамятстве же я провалялся как минимум несколько часов. Напали на нас орки глубокой ночью, а сейчас в фургон пробиваются лучи солнца, значит, светило уже высоко.

Фургон в очередной раз так лихо подпрыгнул на кочке, что я прикусил язык. Не выдержав, тихо застонал.

Этого оказалось достаточно. Фургон резко остановился, раздался какой-то шорох – и через несколько секунд я увидел радостное лицо Яни.

– Лоэл Эрайн, вы пришли в себя?! – воскликнула моя дайрэн.

– А что, не видно? – проворчал я, пытаясь скрыть облегчение и радость от того, что увидел какую-то рабыню. – Ареин где? Что с ним?

– Он же просил, как только вы очнетесь, позвать… Я сейчас! – засуетилась Яни.

– А ну брысь отсюда! – услышал я знакомый, такой родной голос старшего эльфа. Миолин-Таали запрыгнул в фургон. Склонился надо мной, положил холодную ладонь на лоб.

– Ареин! – воскликнул я, даже не пытаясь сдержать эмоции. – Я так рад тебя видеть!

– Я тоже, Эрайн, я тоже. – Эльф устало улыбнулся в ответ.

Тут я заметил, что Миолин-Таали весь как-то осунулся, под его глазами залегли глубокие тени, щеки впали, бровь у эльфа рассечена, а на скуле желтеет старый синяк. Длинная, перевитая серебряной лентой черная коса, которой всегда так гордился Ареин, спуталась, будто ее несколько дней не расчесывали. Да и одежда эльфа отнюдь не блистала чистотой.

– Ты как себя чувствуешь? – спросил старший эльф.

Я прислушался к своим ощущениям.

– Да вроде нормально. Правда, пить хочу и есть тоже. Да все тело затекло… А почему я связан?

– Подожди, сейчас поговорим, – сказал Миолин-Таали и крикнул: – Яни, займись обедом!

– Да, лоэл Ареин, – отозвалась дайрэн, – через полчаса все будет!

– Эрайн, – вздохнул старший эльф и принялся меня осторожно развязывать, – я тебя привязал лишь для того, чтобы ты еще больше не покалечился. Дорога плохая, фургон сильно трясет…

– Не покалечился? – переспросил я. – Ах да, рана… Она серьезная?

– Достаточно, – кивнул Ареин. – Была бы мне доступна магия, проблем бы не возникло, а так… Прошу тебя, не делай резких движений, а то рана и разойтись может.

– Так к тебе магия тоже не вернулась? А как же ты меня тогда лечил?

– А как люди друг друга без магии лечат? Промыл рану, наложил мазь, заштопал, еще раз наложил мазь… Хорошо, что у нас с тобой были кое-какие эликсиры и мази растительного происхождения и своих целебных свойств они не потеряли.

Эльф развязал меня и помог сесть. Голова кружилась, и слабость была невероятная: если бы Ареин не подсунул мне под спину какой-то большой тюк с тряпьем, то я бы даже сидеть не смог! Затем эльф помог мне напиться из фляги.

– Как у нас обстоят дела? Мы многих потеряли? – спросил я.

– Плохи дела, – вздохнул Ареин. – В живых осталось только четверо воинов, да и они все имеют легкие и средние ранения. Ну и еще две дайрэн, их я определил как возниц.

– Но ты ведь уже связался? Запросил помощь?

– Как? – криво и как-то грустно усмехнулся эльф. – Магии нет, значит, все амулеты бездействуют… Да если бы и была! Тебе не кажется странным, что урги напали на наш лагерь? Не думаешь, что они могли знать, кто ты?

– Я не думаю, я уверен! Эти зеленокожие твари хотели захватить меня живьем.

– Вот как… А кто знал, что мы здесь?

– Ну, не знаю, – озадаченно протянул я. – А что сами орки говорят? Удалось хотя бы одного захватить живьем?

– Нет, – вздохнул Ареин. – Во время боя не до того было, а когда все закончилось, то оказалось, что допрашивать уже некого. Так что о том, как урги вышли на наш лагерь, я могу только гадать.

– Есть идеи?

– Да, несколько вариантов, – начал перечислять эльф. – Во-первых, нас могли вести еще от Танниса, но почему тогда напали здесь и сейчас? Не проще ли это было сделать до того, как мы переправились на другой берег Велайи? Да и потом, никакой слежки все это время я не чувствовал. Во-вторых, ты не в меру разговорился незадолго до того, как мы съехали на старую имперскую дорогу. Кто-то мог о том, что ты принц, услышать. Но я сильно сомневаюсь, что среди окружавших нас в тот момент дэйш’ли затесался шпион. А даже если так, то быстро связаться с ургами, навести их на след… В общем, это более чем сомнительно. Ну и третье. Когда мы еще стояли в Дэлионе, вечером, после нападения виверны я разговаривал с военным министром, с Эсрианом Амирин-Саурэ. Доложил ему, согласно инструкции, о наших потерях, ну и о местонахождении заодно. И как бы мне ни хотелось думать, но есть шанс, что либо сам ару эссэни, либо кто-то из его окружения…

– Предатели?! Не может быть!

– Я сам в это не хочу верить. Но исключать этого не могу.

– Но Эсриан… Зачем ему это? Он ведь старый друг отца, его ближайший советник. Ну он и еще дядя Вэйон… Нет, не верю!

– Тогда вот тебе еще один любопытный факт. Помнишь, дней десять назад мы встретили прекрасную Иллину, бывшую жену доблестного ару эссэни? Она еще командовала гарнизоном одной из крепостей недалеко от Танниса.

– Помню, конечно!

– Когда я объявил об эвакуации, что мы без боя должны отдать ургам ряд земель, городов и крепостей – Иллина захотела присоединиться к нашему отряду. Но ее бывший муж был непреклонен, как главнокомандующий и непосредственный начальник, он приказал своей бывшей супруге эвакуироваться через Таннис. Притом его нисколько не волновало, что порт заперли ургские галеры и неизвестно, смогут ли вообще оттуда забрать беженцев наши корабли. Но зато Эсриан строго-настрого запретил Иллине отправляться с нами. Может, это и простое совпадение, да только очень странное. Так что даже если бы у меня и хватило сил, то ни с Эсрианом, ни с кем-либо другим я бы связываться не стал.

– Кстати, о магии. Что все-таки случилось? – спросил я.

– Это как раз самое странное.

Ареин вытащил из-за спины металлический жезл примерно с локоть длиной. На другом его конце был странный набалдашник в виде цилиндра, который украшали небольшие наросты, часть из них красновато светилась.

– Это то, о чем я думаю?!

– Боюсь, что да. Они называли эту штуку ПМ-7, а мы просто жезлом.

– Но где этот жезл могли раздобыть орки? И как они научились им пользоваться?

– Вот это и я очень хотел бы узнать.

– Думаешь, они нашли дорогу?

– Не знаю, Эрайн, не знаю. Но то, что жезл был у ургов, которые хотели захватить тебя, это очень плохой знак… Знаешь, нам очень повезло, что урги понадеялись на эффект неожиданности, численное преимущество и поглотитель магии; если бы они взяли с собой еще и побольше иглометов и ящеров, то мы бы с тобой сейчас не разговаривали.

– Я и так удивляюсь, что больше полусотни орков смогли незамеченными так глубоко пробраться в наши земли. Думаю, потому они своих питомцев и не взяли – ящеров сложно не заметить. А иглометы, да… Я их только у двоих видел. Но вроде это оружие даже среди самих орков мало распространено.

– По моим подсчетам, стрелков было не меньше семи, – поправил меня Ареин. – Спасло нас то, что у игломета, хотя он и стреляет ядовитыми иглами, небольшая прицельная дальность, а тэлиаки сделали все возможное, чтобы вывести стрелков из боя первыми.

– А магия? Когда я снова смогу управлять нитями? – вернулся я к болезненной теме. – Ареин, тебе ведь уже приходилось раньше сталкиваться с воздействием такой штуковины, как этот жезл. Ну как это все происходит?

– Ты что, учебников не читал? Впрочем, ладно… К несчастью, с поглотителем магии мне приходилось сталкиваться не раз. Когда жезл активируют, он создает зону антимагии на определенном участке. Так, ПМ-7 охватывает территорию в эти самые семь раз больше, чем ПМ-1. Это где-то элай пятьдесят… Жезл буквально вытягивает магию из всех существ, растений, предметов, из самой земли. Именно поэтому наши с тобой резервы мгновенно опустели, перестали действовать амулеты и другие магические вещи, исчезли все охранные плетения вокруг лагеря. Магия теперь к нам будет возвращаться очень медленно, полностью мы восстановимся лишь месяца через полтора.

– Полтора?! – переспросил я. – А быстрее никак?

– Эрайн, ты бы лучше историей своей расы интересовался, чем лазил по развалинам человеческих городов, – укоризненно сказал эльф. – Магию можно восстановить и гораздо быстрее. Все-таки нам удалось изобрести некое, скажем так, оружие, которое может противостоять разрушительному воздействию жезла. Но у нас есть только прототип, и он хранится в столице, в сокровищнице.

– Утешил… – протянул я. – До Талрэя мы доберемся не раньше чем дней через десять.

– Ошибаешься, максимум через пять. И уже завтра мы наконец должны выйти на основной тракт и перестать плутать по этим старым, полузаросшим имперским дорогам.

– Как через пять?

– Ты провалялся без сознания больше трех дней. Ну и шли мы практически без остановок.

– Три дня… – пробормотал я. – Как-то не верится.

– Эрайн, тебя очень тяжело ранили. Был момент, когда я думал, что ты не выживешь. Магии нет, от мазей и эликсиров было мало толку, да и вообще – какой из меня лекарь?

– Лоэл Ареин! – раздался тоненький голосок Яни. – Еда готова!

– Так неси! – отозвался старший эльф.

– Нет! Подожди! Я лучше на природе, чем в этом гробу на колесах, есть буду.

– Ты еще слишком слаб. Твоя рана…

– Арриты с тобой, Ареин! – рыкнул я. – Мне так и так на природу надо выбраться. Надеюсь, можно не объяснять, конкретно зачем?

– Ладно, – вздохнул Миолин-Таали, – давай помогу. Все равно сам идти не сможешь.

До ближайших кустов меня Ареин фактически донес. Да и там, к моему стыду, мне пришлось прибегнуть к помощи старшего эльфа. Вот позор так позор! Я буквально почувствовал, как покраснели кончики моих ушей.

– Если ты кому-нибудь когда-нибудь об этом расскажешь, то очень сильно пожалеешь! – сказал я Миолин-Таали.

– Т’раэн Элиар-Тиани, я клянусь, что об этом небольшом инциденте от меня никто никогда не узнает, – официально, без тени насмешки сказал Ареин.

– Я запомню ваши слова, лоэл Миолин-Таали, – в тон старшему эльфу ответил я.

Обед вышел более чем странным. Ни стола, ни стульев не было, как сказал Ареин, их просто не захватили из разоренного орками лагеря. Так что усадили меня прямо на землю, на какой-то тюфяк, спиной к колесу фургона. На колени мне положили разделочную доску, которая должна была, видимо, изображать стол. На доску поставили немного помятую жестяную тарелку с какой-то подозрительной бурдой и чашку (не пиалу, а чашку!) с чайлисом.

– Что это?! Ты не только мебель и посуду, но и даже припасы забыл из лагеря захватить?!

– Это, да будет тебе известно, Эрайн, диетическая пища. И тебе, с твоим ранением, лучше сейчас есть именно такую… Если ты, конечно, не хочешь осложнений. К тому же посмотри в мою тарелку, там такое же варево.

В общем, пришлось смириться и начать есть. Возможно, я был просто очень голоден, но бурда оказалась вполне съедобной. А чайлис так и вообще просто восхитительным! И было совсем неважно, что я пью его из старой, мятой, принадлежавшей какому-то тэлиаку кружки, а не из пиалы, как положено.

После того как мы с Ареином поели, старший эльф сменил мне повязку на ране. Выглядел бок жутко, но Миолин-Таали меня успокоил, сказал, что пару дней назад все было гораздо хуже, а сейчас рана уже начала заживать. Главное, удалось не допустить заражения, а шрам с помощью магии потом несложно будет убрать. Затем Ареин подхватил меня на руки и отнес в фургон. К сожалению, я был слишком слаб и вряд ли смог бы держаться в седле…

И вдруг я понял, что кого-то не хватает. Что кого-то я сегодня так и не увидел! И что, когда Ареин перечислял тех, кто остался в живых, он не назвал девчонку. Не назвал Ри.

– Подожди! – крикнул я Ареину, который успел не только закрепить меня на лежанке, но и вылезти из фургона. – А где Ри? Ну, та девчонка?

– Валяется связанная в другом фургоне.

– А-а-а… – протянул я.

И действительно, что тут скажешь? Ри, хотя и спасла мою жизнь, все равно осталась рабыней. Дикой, ненадежной, непредсказуемой. Такой, которую иначе как в парализующих браслетах и перевозить нельзя. А раз браслетов нет, то и обычные веревки сгодятся… И все-таки я чувствовал, что это неправильно. Несправедливо.

Ладно, на привале я навещу девчонку.

Следующие несколько часов превратились для меня в настоящий кошмар. Я чувствовал неимоверную слабость во всем теле, безумно хотелось спать, но стоило только закрыть глаза, провалиться в блаженную темноту… как фургон подпрыгивал на очередной кочке, и я просыпался. В конце концов я понял, что лучше даже и не пытаться заснуть. Да только чем себя занять? Не привык я лежать и ничего не делать.

Ареин захватил из лагеря сундук с моими книгами, но что-либо читать в фургоне оказалось просто невозможно. Во всяком случае, не в том состоянии, в котором я находился, не в том положении, в котором пребывал.

Казалось бы, еще вчера я путешествовал с большим отрядом воинов и с полным комфортом, а сейчас… Все вещи, призванные этот комфорт осуществлять, Ареин бросил в лагере. И, как бы ни хотелось, я не мог его в этом винить. Ну как без магии можно упаковать два огромных шатра? Или мою кровать? В том-то и дело, что никак.

Да и отряд наш стал весьма слабым, уязвимым. Шутка ли, всего четверо воинов-рабов и эльф. И совсем ни одного мага! Ареин ехал впереди отряда, двое тэлиаков позади – они не только выступали в роли некоего арьергарда, но еще следили за почти тремя десятками лошадей. Еще пара воинов держалась поблизости от моего фургона. Ну а постельные игрушки-дайрэн переквалифицировались в возниц. Эти девчонки сумели выжить после нападения орков лишь потому, что так и не выбрались из моего рухнувшего шатра.

Кстати, о девчонках…

Всю дорогу, все эти ужасные несколько часов, я волей-неволей вспоминал о Ри. Не давала мне покоя мысль, что дикарка валяется связанная в другом фургоне. Более того, я не был уверен, что ее во время привала покормили. Смешно, но я чувствовал себя так, будто предал девчонку.

С самого начала у меня сложились более чем странные отношения с Ри. Хотя если подумать, то даже само слово «отношения» применительно к какой-то там рабыне звучит как насмешка. Но между тем Ри так и не стала для меня простой рабыней и уже таковой никогда не будет.

Если нашу первую встречу с дикаркой еще можно было объяснить случайностью, непредсказуемой игрой обстоятельств (Ри ведь и не скрывала, что помешала притаившемуся на крыше стрелку лишь потому, что боялась последствий), то сейчас… Она вернулась, хотя спокойно могла убежать. Вступилась за меня, когда я уже простился если не с жизнью, то со свободой точно. Вышла практически безоружная против трех орков… А то, как она ловко разделалась с первыми двумя? Непроста Ри, совсем непроста… Потом пыталась отвлечь меня от боли разговорами, остановить кровь.

Так зачем держать связанным того, кто уже и не хочет сбежать? Того, кто не желает твоей смерти? Ведь если бы Ри хотела меня убить, то могла бы просто не вмешаться или потом добить и списать все на орков… Интересно, а о чем подумал Ареин, когда увидел Ри у моего тела? Ведь когда старший эльф пришел, я уже потерял сознание, а у дикарки руки были в моей крови…

Мне еще сильнее захотелось увидеть Ри, убедиться, что девчонка жива. Но для этого надо было объявить привал, попросить Ареина отнести меня к другому фургону. Нет, слишком много чести для какой-то полукровки! Тем более раз Миолин-Таали сказал, что девчонка лежит связанная, значит, так и есть.

Ареин объявил привал лишь через пару часов, когда солнце уже клонилось к закату. Именно привал, а не остановку на ночлег, эльф надеялся, что сегодня мы еще преодолеем десяток-другой ири.

– Я хочу увидеть девчонку, – сказал я Ареину.

Эльф на меня как-то странно посмотрел и кивнул:

– Хорошо. Заодно я хотел бы обсудить с тобой, как ты умудрился так глупо подставиться.

– Что вы, Миолин-Таали, имеете в виду? – напрягся я.

– Эрайн, ты ведь неплохой воин. Да, тебе не хватает опыта реальных схваток, но… как ты мог позволить какой-то девчонке ранить себя, почти убить?

– Подожди?! Ты думаешь, меня ранила Ри?!

Мелькнула мысль, что если бы мне все-таки пришлось сразиться с Ри один на один, без магии, то еще неизвестно – кто кого. Я, может, сильнее, но дикарка однозначно опытнее. Готов поспорить, она знает много грязных приемов и не стесняется ими пользоваться.

– А кто тогда?

– Орки!

Тем временем мы наконец подошли ко второму фургону. Да-да, именно подошли! И пусть я практически висел на Ареине, но на этот раз мне все-таки удалось избежать позора – я шел сам, а не старший эльф нес меня на руках.

Когда же я увидел девчонку…

– Аррито хэт! Ареин!!! Зачем?! Зачем ты это сделал?!!

Лодыжки и запястья рабыни были стянуты вместе за спиной, так что тело выгнулось дугой. На Ри была все та же одежда, что и в ночь нападения орков. Хотя какая одежда – грязные лохмотья, которые почти не скрывали тела, украшенного множеством синяков и засохшей кровью. Самый большой, желтовато-сизый синяк растекся по левой стороне лица.

– А что я должен был подумать, когда увидел рабыню рядом с телом своего принца?

– Что она пыталась мне помочь!

– Эта?! Дикая полукровка своему хозяину?..

– Ты! – приказал я одному из тэлиаков. – Быстро развяжи рабыню!

– Стой! – остановил тэлиака Ареин, затем обратился ко мне: – Приказы сейчас отдаю я.

– Миолин-Таали, вы забываетесь!

– Да? А не напомнить ли вам, эн Эрайн, что исключительно по вашей вине мы оказались сейчас в столь затруднительном положении? Если бы вы не вели себя как взбалмошный мальчишка, то ничего бы этого и не было! Я долго вам потакал, терпел ваши выходки, но хватит! Сейчас война, вы, принц, тяжело ранены, а мы практически беззащитны и находимся арриты знают где! Так что больше никаких оговорок, поблажек, уступок. Я должен вас доставить живым в столицу, и я сделаю это.

Отповедь Ареина вызвала у меня легкий шок, еще никогда я не видел старшего эльфа таким несдержанным и эмоциональным.

– Но ора дэйш’ли?! Если ей не оказать помощь, то она вскоре умрет…

– Тем лучше. Право, я жалею, что не прирезал твою рабыню и не бросил подыхать в лагере.

– Нет! Так нельзя! Эта девчонка мне жизнь спасла!!!

– Она? – недоверчиво переспросил Ареин. – В каком смысле?

– В самом что ни на есть прямом! Я остался один, тяжело раненный против трех орков. Поверь, если бы не она, то я бы сейчас был мертв или в плену у зеленокожих тварей, что в принципе одно и то же!

– И как же дикарка тебе помогла? – прищурился Ареин.

– Пока ты неизвестно где и чем занимался, она разделалась с этими самыми тварями.

– Она? Не верю!

– Ну так проверь!

– И как ты предлагаешь мне это сделать?

На миг я растерялся, никак не ожидал, что Ареин мне, принцу, на слово не поверит. А потом возникла идея.

– Выстави против нее одного из тэлиаков. Уверен, девчонка сможет пару минут против него продержаться.

– Нет, – покачал головой эльф, – у меня сейчас нет времени для твоих забав.

– Арриты с тобой, Миолин-Таали! – закричал я. – Ты должен был меня защищать! Ты головой отвечаешь за мою жизнь! Но почему тебя не было рядом, когда меня ранили?.. Уж не пытаешься ли ты избавиться от дикарки как от нежелательного свидетеля?

– Эн Эрайн, мне бесконечно жаль, что меня не было рядом, когда вы оказались в столь затруднительной ситуации. Я признаю свою вину и понесу то наказание, которое ваш отец, таэ Луорен, посчитает нужным. Но задумайтесь: вы мне предлагаете развязать рабыню, которой я не могу доверять. Либо воина, что еще хуже.

Не выдержав, я застонал и заковыристо выругался. Ну почему Ареин такой идиот?!

– Если бы Ри хотела меня убить, то могла бы просто не прийти на помощь. Или потом дать истечь кровью, а не пытаться перевязать. Ну же, Ареин, подумай!

Эльф немного помолчал, а потом кивнул:

– Хорошо, давай устроим твоей игрушке проверку.

Тэлиак быстро вытащил девчонку из фургона, развязал ее, попытался поставить на ноги… Девчонка не удержалась и с глухим стоном осела на землю.

– Продержишься хотя бы пару минут против тэлиака, – сказал по-имперски Ареин дикарке, – я поверю, что ты спасла своего хозяина.

– Я сейчас не в лучшей форме, – тихо, тоже по-имперски прошептала Ри и беспомощно посмотрела на меня.

Ну конечно! Ри же столько времени провалялась связанной, да и кормили ее неизвестно как. К тому же еще эти синяки… Дикарка еле стоит на ногах!

– Э-э-э… Ареин, может, отложим проверку хотя бы на пару дней?

– Почему это? – скривил губы в легкой усмешке эльф. – Ты уже не уверен в своей игрушке?

– Уверен! Но ты за три дня умудрился довести мою рабыню до такого состояния, что она даже на ногах стоять не может. Конечно, она сейчас тэлиаку проиграет!

– Хорошо, будет тебе пара дней, – сказал мне эльф, а затем обратился к тэлиаку: – Связывай девчонку и закидывай обратно в фургон.

– Ареин, ты… ты играешь нечестно! Ри должны покормить, обработать ее ссадины и синяки, а потом, раз уж ты так хочешь, пусть она едет связанная, но в фургоне вместе со мной.

– Эн Эрайн… – начал старший эльф.

– Надоело! – перебил я его. – Ты со мной разговариваешь то как с лучшим другом, то как с младенцем, то как со своим принцем… Ты уж определись! И знаешь, мне кажется очень сомнительной твоя забота о моем здоровье! Ты со мной полчаса из-за такой мелочи препираешься! У меня, кажется, рана на боку из-за тебя разошлась!

Я не врал, еще пару минут назад я почувствовал в боку тупую боль, и она все нарастала.

– Что?! – встревожился Ареин и попытался подхватить меня на руки.

Но я вырвался, отскочил в сторону. И откуда только силы нашлись?.. Сил хватило ненадолго, нога подвернулась, и я растянулся на земле. Бок буквально взорвался болью.

– Ареин, не подходи! – прорычал, пытаясь отползти от эльфа. – Мы еще не договорились!

Миолин-Таали глухо выругался, а потом сказал:

– Да что ты из-за этой шлюхи так переживаешь?.. Впрочем, ладно. Уговорил. Пусть будет по-твоему.

– Что по-моему?

– Накормите девчонку, вымойте, обработайте раны и закиньте в фургон к принцу, – распорядился Ареин и затем бросил мне: – Ну, доволен?

Последние слова Ареина я расслышал с трудом. В уши будто набили ваты, голова звенела, бок горел огнем. Но я все же нашел в себе силы прошептать:

– Да…

Пришел в себя я уже в фургоне. В боку поселилась тупая, ноющая боль. Губы пересохли, хотелось пить. Да, все повторяется…

Темно, похоже, солнце уже давно село, но судя по тому, что фургон, раскачиваясь и подпрыгивая на ухабах, продолжал катиться вперед, Ареин решил не объявлять остановку на ночлег… Кажется, я немного сошел с ума, такую истерику закатил из-за какой-то рабыни Миолин-Таали. Теперь он меня точно уважать перестанет. Хотя может, и наоборот – начнет, кто этого хэта знает?

Слева от меня раздался какой-то шорох.

Неужели?..

– Ри? – тихо позвал я, почти и не надеясь на ответ.

– Да, лоэл, это я, – так же тихо, по-имперски ответила девчонка.

Никакой фамильярности, никакого «тыканья», как будто тот ночной разговор мне привиделся. Впрочем, все правильно, и девчонка молодец, знает свое место.

– Долго я? Что с боком?

Я повернул голову. Ри сидела совсем рядом со мной, связанная, практически прикованная к борту фургона. Ареин подстраховался, чтобы пленница до меня даже дотянуться не смогла.

– Солнце где-то с час как село. Значит, вы, лоэл, были без сознания около трех часов… Рана у вас действительно разошлась, из-за чего лоэл Ареин сильно ругался. Но вроде бы ничего серьезного. Кровь остановили быстро, наложили швы, мазь.

Хотя, наверное, было бы и не так уж плохо, если бы Ри говорила сейчас так, как тогда…

– А ты как? Ареин сдержал обещание?

– Можно и так сказать. – Ри еле слышно усмехнулась. – Меня впервые за последние три дня нормально накормили. Щедро выделили ведро холодной воды, чтобы я смогла ополоснуться, и небольшую баночку какой-то мази, чтобы втерла в синяки. Напоили каким-то горьким, как мне сказали, укрепляющим отваром и дали чистую одежду. Так что, да, лоэл, теперь мне значительно лучше.

– Я рад… – сказал я и неожиданно для себя самого добавил: – Может, пока нас никто не слышит, снова перейдем на «ты»?

– Как скажешь, – пожала плечами девчонка. – И спасибо, что меня вытащил, а то я начала думать, что благодарность лоэл’ли попросту чужда…

– Вытащил, как только смог, ничего я не забыл, – проворчал я. – Тебе вообще от Ареина сильно досталось?

– Да, задал он мне трепку… Когда отшвырнул от твоего тела, я неудачно упала. И потом еще пару раз ногой пнул.

– А кровь?

– Не моя. Большей частью твоя, ну, еще орков.

– Ясно… – протянул я.

Как-то нехорошо с Ри получилось. Но эта рабыня никогда Миолин-Таали не нравилась, повезло, что он ее только попинал немного, а не убил.

– Ареин тебя не спрашивал о том, что произошло в лагере? – спросил я.

– Спрашивал, конечно.

– И ты ему все, как было, рассказала?

– Мм… – Девчонка замялась. – Не совсем. Во-первых, он бы все равно не поверил, что я тебе помогла. А если бы узнал, что я хорошо владею оружием…

– Кстати, где ты научилась?

Ри вздохнула. Некоторое время она будто раздумывала – говорить или нет, а потом сказала:

– Ты ведь помнишь, как мы познакомились?

– В Таннисе? Да. Тогда ты никак не была похожа на законопослушную портниху, – усмехнулся я и тут же закашлялся. Творец, как же хочется пить!

– У тебя под правой рукой фляга с водой, поищи. Там же лежит мешочек с какими-то хлебцами. Ареин сказал, что раз ты так несвоевременно покинул нас и пропустил ужин…

Я нащупал фляжку, зубами отвинтил крышку, сделал пару глотков. Мешок с хлебцами тоже нашелся, но есть я пока не хотел.

– …то было бы весьма остроумно посадить меня на хлеб и воду, – закончил я фразу за Ри. – Так кто ты? И куда направлялась той ночью, когда мы повстречались?

– Я шла домой с работы.

– С прогулки из-за Стены возвращалась? Или опять сказки про портниху будешь рассказывать?

Дикарка на некоторое время задумалась, а потом нехотя сказала:

– Нет. Не совсем… Я не только древности в развалинах Танниса искала, но иногда и как телохранитель работала.

– Ты?! – не удержавшись, воскликнул я. И уже значительно тише добавил: – Но ты же девчонка! Молоденькая совсем!

– И что? Полуэльфы взрослеют почти с той же скоростью, что и люди. А большинство человеческих женщин в двадцать пять лет уже давно замужем и даже детей имеют. Моя внешность обманчива, я выгляжу моложе и намного слабее, чем есть на самом деле. Во мне просто никто не заподозрит телохранителя, не будет ждать от меня отпора… Если заказчик – мужчина, то я смогу одинаково хорошо сыграть роль жены, любовницы, дочери, сестры или служанки. Если женщина, то тоже вариантов много.

Я задумался, в словах Ри определенно был смысл.

– Могу сказать, что на этот раз ты хорошо справилась с работой. Если бы не ты… А тебе много раз доводилось убивать?

– Сложно сказать, «много» – понятие относительное. Но я всегда старалась избежать смертоубийства, если это было возможно.

– Но все-таки сколько? Пять? Десять? Двадцать?

Девушка ненадолго задумалась, будто подсчитывая.

– Одиннадцать… вроде бы.

– Серьезно… – протянул я.

– А тебе? – вдруг спросила Ри.

Отвечать не хотелось, но и промолчать я почему-то не мог.

– Один, – наконец глухо ответил я.

– И это был орк? – сразу догадалась пленница.

– Да… Скажи, а первый раз это всегда так… тяжело?

Я не хотел, чтобы Ри считала меня изнеженным слюнтяем, но я должен был задать этот вопрос!

– Тяжело. Своего первого мертвеца ты запомнишь на всю жизнь. Его лицо, глаза… Ну, или, в твоем случае, уродливую рожу, – попыталась обратить все в шутку девчонка.

– Значит, это… нормально? Когда я снес голову орку… она отлетела в сторону, но я успел увидеть, какое было у воина недоуменное выражение лица… В общем, я замешкался и получил мечом по боку.

– Это именно нормальная реакция, которая показывает, что ты не псих, – сказала Ри. И затем еле слышно пробормотала: – Никогда бы не подумала, что скажу такое эльфу…

Я притворился глухим, не хотелось мне сейчас вступать с дикаркой в словесные баталии.

– Что же, хоть какая-то хорошая новость, – усмехнулся я.

– Так что в следующий раз, когда ты встретишься со смертью лицом к лицу, ты уже не растеряешься.

– Не думаю, что это произойдет в обозримом будущем. Уже завтра мы должны добраться до небольшого города, до Каланары. И я не сомневаюсь, что Ареин, даже если ему для этого придется полностью обескровить тамошний гарнизон, найдет нам несколько десятков воинов и двух-трех магов для охраны. А потом, еще дня через четыре, мы наконец прибудем в столицу, и меня опять посадят под замок. Вокруг выставят толпу стражей, слуг, которые будут делать все возможное, чтобы я случайно не поранился и не заболел.

– В такой чрезмерной опеке мало хорошего, ты ведь уже не ребенок. Если бы у тебя был опыт реальных схваток, то ты бы сейчас не растерялся и не подставился под клинок орка.

– Объясни это моему отцу.

– Боюсь, он не согласится меня выслушать.

Наверное, я все-таки зря рассказал Ри про того орка, о том, как меня ранили… Но мне просто необходимо хоть с кем-нибудь это обсудить! А говорить мне больше не с кем. Не перед Ареином же мне душу изливать! Найри рядом нет, а с Яни и Ашей никакого хоть сколь-нибудь вразумительного диалога не получится…

– А ты? Сколько тебе было, когда пришлось первый раз убить?

– Не поверишь, двенадцать.

– Двенадцать?! – действительно не поверил я. – Но ты ведь даже по человеческим меркам была еще совсем ребенком!

– В трущобах Танниса рано взрослеют. А после того случая я окончательно и бесповоротно простилась с детством.

– И как это произошло?

– Просто… Ты ведь не сдашь меня эльфийскому Наместнику? – Я опять услышал в голосе Ри легкую усмешку.

– Нет, конечно. Рассказывай.

– Да тут и рассказывать-то особо нечего. Я уже говорила, что моя мать работала в Веселом доме. А такие женщины обычно живут там же, где и работают, ну и детей там же растят. Детишек, как девчонок, так и мальчишек, с малых лет начинают приучать к профессии. Думаю, не надо уточнять к какой. Ты удивился бы, если узнал, как популярны такие юные… хм… особы, и не только среди людей… Я ступать на этот путь категорически не желала, и моя мать тоже пыталась меня всячески оградить от такой жизни. Поэтому я переодевалась мальчишкой и бегала по улицам Танниса, охотилась с палкой на крыс…

– Зачем на крыс?

– Женщина в Веселом доме зарабатывает не так много, как принято думать, а если еще добавить (точнее, вычесть) разорительные эльфийские налоги… Иногда нам с мамой просто нечего было есть. А у крыс мясо вполне съедобное.

Я скривился: представить себе не могу, до чего надо дойти, чтобы начать охотиться на крыс с целью добычи пропитания!

– Домой, к матери, я всегда пробиралась тайком, обычно уже под утро, – продолжила свой рассказ Ри. – Однажды меня поймал один из клиентов заведения, сказал, что давно за мной следит и ему по нраву такие смазливые мальчики. Я плакала, дралась, кусалась, царапалась и кричала, что я девочка. Конечно же, здоровому мужику все это было как комариные укусы, я его только больше раззадорила. Из-за того, что его добыча не мальчик, он тоже не расстроился, сказал, что девочка еще лучше будет. Он затащил меня в какую-то подворотню, начал стаскивать одежду… И тут я вспомнила, что у меня есть небольшой нож. Когда насильник немного ослабил хватку и принялся возиться с поясом своих штанов… я вывернулась и по самую рукоять вонзила клинок ему в живот… Пришла в себя я, когда уже сидела верхом на обидчике и раз за разом вонзала нож ему в тело. Мой несостоявшийся насильник был к тому времени уже давно мертв, а его живот превратился в кровавое месиво.

– Тебя не искали?

– Нет, конечно. Мне повезло, и в подворотню, пока я разбиралась с насильником, никто не заглянул. А потом… Каждое утро в Таннисе находят пару-другую тел различных гуляк, пьяниц или просто тех, кому не повезло. Убийцу ищут только в том случае, если родственники погибшего заплатят, но и тогда не особенно усердно. Я же отволокла тело вглубь подворотни, затащила в заброшенный дом. В Таннисе много таких закоулков, где на тело и не наткнутся, пока оно не завоняет. Да и потом не факт. Ты ведь был в нашем славном городе, видел, что за помойку он из себя представляет?.. Нашли моего обидчика только через три месяца. Убийцу, разумеется, искать не стали, так, только немного поспрашивали жителей окрестных домов для вида…

Я молчал, просто не знал, что говорить. Рассказ девчонки перевернул весь мой мир с ног на голову, и я посмотрел на рабыню другими глазами. Да, Ри всего лишь дикая полукровка. Но никто не должен пройти через такое, особенно если ему двенадцать лет!.. А я еще жаловался пленнице на то, как мне тяжело живется. Что мне первый раз пришлось убить лишь в девяносто четыре года…

– Скажи, а что со мной будет, когда мы приедем в столицу? – спросила девчонка, когда молчание затянулось.

– Ты моя рабыня, так что пока останешься при мне, если… – я запнулся.

– Если?.. – подтолкнула меня девчонка.

– Если позволят.

В полдень следующего дня мы прибыли в Каланару.

Раньше мне никогда не доводилось бывать в этом городе, и я об этом ничуть не жалел. Обыкновенный лоэльский городок, затерянный среди лесов, находящийся вдалеке от основных трактов. Совсем непримечательное поселение. Но надо было видеть, какое впечатление Каланара произвела на Ри! Хотя девчонка и пыталась скрыть свой интерес, но я видел, как горели ее глаза, как она, как бы невзначай, пыталась выглянуть из фургона, как провожала взглядом очередное интересное, по ее мнению, строение. Я недоумевал, что такого любопытного Ри нашла в этом городишке… Пока не понял, что дикарка впервые увидела эльфийское поселение, и то, что кажется привычным, повседневным и даже немного скучным и убогим мне, для нее диковинка.

Интересно, как отреагирует Ри, когда увидит столицу? Почему-то мне очень захотелось увидеть реакцию своей рабыни.

Миолин-Таали сразу же направился к управителю города. Как только местный градоначальник узнал, что к нему нежданно-негаданно пожаловал сам младший принц, все закрутилось и завертелось… Уже через пятнадцать минут меня сопроводили в лучшие покои, которые только нашлись в этом захолустном городишке. Набежала толпа слуг. Пришел целитель, который тут же начал заниматься моей раной. Через час я был уже полностью здоров и смог с наслаждением погрузиться в ванну с горячей водой. Ну а стоило мне только закончить банные процедуры, как ко мне в комнату пожаловал лично сам управитель и принялся уверять меня, что с радостью выполнит все мои пожелания и капризы.

Ну, еще бы! Такой шанс пообщаться с представителем правящей династии! Вдруг заметят и переведут поближе к столице или хотя бы в городок побольше. Да, теперь от моего инкогнито не осталось и следа. Скрывать то, что я т’раэн, далее было невозможно – кольцо с иллюзией, как и все амулеты, превратилось в бесполезную побрякушку.

Градоначальник, чтобы подтвердить слова делом, указал мне на накрытый стол. Стыдно признаться, но у меня при виде украшавших стол яств заурчало в животе. Вот что значит питаться несколько дней неизвестно чем!

Рядом с управителем стояла красивая дэйш’ли в полупрозрачных одеждах.

– Эн Эрайн, – обратился ко мне чиновник, – примите эту девушку в дар, не побрезгуйте. Эта моя личная дайрэн.

Я поморщился. Нет, девушка действительно была весьма хороша, но…

– Извините, лоэл, но у меня и так уже есть три рабыни.

…И потом, одно дело – делить наложницу с другом, а совсем другое – с каким-то неизвестным тебе лоэл’ли.

– Кстати, – продолжил я, – надеюсь, моим дэйш’ли тоже уделили должное внимание? Дали чистую одежду и позволили принять ванну?

– Да, эн Эрайн, – кивнул градоначальник, который не выглядел особенно расстроенным из-за того, что я отказался от подарка.

А что? Хорошая дайрэн стоит дорого. А вот оценю ли я по достоинству этот подарок или нет – большой вопрос.

– Одна из моих дэйш’ли несколько пострадала. Надеюсь, ей предоставили услуги целителя?

– Э-э-э… – замялся управитель, – я сейчас распоряжусь об этом.

– Хорошо. Тогда я вас больше не задерживаю.

После плотного обеда я сразу же завалился спать. Вряд ли Ареин решит задержаться в этом городке надолго, а значит, нужно пользоваться моментом – мне еще как минимум несколько дней не удастся выспаться на нормальной кровати.

Разбудил меня сам Ареин, когда уже солнце клонилось к закату. После того как с взаимными приветствиями и прочими любезностями было покончено, старший эльф сказал:

– Мы отправимся в путь завтра рано утром. Есть шанс, что гонцам управителя нас удастся опередить ненамного. Я запретил управителю связываться со столицей, но этот хэт все-таки сумел извернуться и отправить вестника в Талрэй. Надеется выслужиться…

– Думаешь, на нас еще раз нападут орки? – сразу подобрался я.

– Нет, вряд ли. Эта дорога, конечно, не один из главных трактов, но тоже весьма оживленная, и поселений кругом немало, опять-таки разъезды… Не думаю, что урги решат действовать.

– Насчет усиления нашего отряда ты тоже договорился?

– Да, с нами поедет еще один маг, а также тридцать тэлиаков.

– Так мало?!

– А больше у местного градоначальника и не было. Что ты хочешь? Городок захолустный, от границы расположен далеко. Откуда тут нормальному гарнизону взяться? Управитель, конечно, хотел лично присоединиться к нашему отряду, чтобы, как он сказал, собственноручно обеспечить безопасность т’раэна. Я отказался.

– Спасибо, – кивнул я. Только лизоблюда-управителя мне в отряде и не хватало!

– В общем, к завтрашнему отправлению все готово, и раз у нас выдалось немного времени, то я бы хотел провести одно, скажем так, исследование.

– Какое? – напрягся я, что-то не понравился мне тон старшего эльфа.

– Твою дикарку подлечили, так что самое время испытать – чего она стоит в бою.

– Нет! – вскинулся я. – Был уговор про пару дней.

– Какая разница! – отрезал Ареин. – Исследование проведем сейчас, если тебе интересно, выходи во двор.

Не слушая моих возражений, Миолин-Таали ушел.

Я застонал в бессильной ярости: ну почему я полностью здоров, но все так же бессилен в магическом плане?! Эх, всыпал бы я тогда этому выскочке Ареину!!! Да как он смеет так со мной разговаривать?! Так со мной обращаться?!

Подошел к столу, сделал несколько глотков воды прямо из графина. Холодная жидкость тут же остудила меня, прочистила мозги.

Ареин сейчас так же бессилен магически, как я. Но даже если бы было иначе, мне в искусстве плетения нитей силы с Миолин-Таали не сравниться. Да и в рукопашной я ему не противник… Зло выругался. Как же надоело чувствовать себя самым слабым! Как же надоело, что все относятся ко мне как к избалованному, несмышленому ребенку!

Я быстро оделся и направился во двор. У меня очень большой долг перед Ри, и я намерен заплатить его сполна. После всего того, что произошло, просто не могу позволить Ареину убить мою рабыню.

Когда я пришел во внутренний двор, все уже были в сборе. Помимо нас с Ареином за «исследованием» вызвались понаблюдать местный градоначальник, целитель и еще какой-то неизвестный мне эльф, видимо, тот самый маг, что поедет завтра с нами. Также во дворе находилось два десятка тэлиаков.

Ареин сделал знак рукой, и один из дэйш’ли подвел пленницу к сваленному прямо на земле оружию. Хотя вернее было бы назвать эту кучу ржавым металлоломом.

Тут я заметил, что на шее моей рабыни снова красуется ошейник, значит, Ареин и тут успел подсуетиться, зло подумал я.

– Выбирай! – приказал Миолин-Таали пленнице.

Девчонка беспомощно посмотрела на меня, я еле заметно кивнул. Со вздохом Ри присела на корточки и принялась выбирать себе оружие.

Я очень не хотел, чтобы моя рабыня дралась с тэлиаком, жалел, что вообще согласился на этот поединок… Но что я мог сделать? Вступить в очередной бессмысленный спор с Ареином? Попытаться надавить на местного управителя?

А что, если Миолин-Таали опять настоит на своем?.. Точно настоит! Он даже меня слушать не станет! Если я попробую вмешаться, то просто выставлю себя дураком перед этими эльфами.

– Не ожидал, что у вас в Каланаре так плохо с оружием, – обратился я к управителю.

Градоначальник как-то стушевался, а потом, как бы извиняясь, сказал:

– Это старое оружие. Что-то на починку, что-то на перековку… Лоэл Ареин сказал, что для этой ора дэйш’ли подойдет.

– Ну, раз сам лоэл Ареин сказал… – протянул я.

– Долго будешь копаться? – холодно спросил Миолин-Таали у дикарки.

– Уже выбрала, – ответила девчонка и взяла в руки короткий, немного поеденный ржавчиной меч и маленький круглый щит.

– Значит, так, продержишься против этого тэлиака две минуты, поговорим, – Ареин указал на одного из воинов, вооруженного двумя с’каашами.

– А если не продержусь? – тихо спросила пленница.

– Тогда тебе не повезло. Приступайте!

– Ареин! – не выдержал я. – Мы так не договаривались!

Миолин-Таали резко развернулся ко мне.

– Если эта рабыня не выстоит против тэлиака даже пары минут, значит, и помочь тебе она не могла. А раз она тебе не помогала, то что тогда делала возле твоего тела? Покарать преступницу, которая покусилась на младшего принца, я имею полное право.

– Ты передергиваешь факты!

– Вовсе нет, – сказал старший эльф и затем еле слышно добавил: – Я, конечно, понимаю, что ты не наследник престола. Но все-таки постарайся хотя бы иногда вести себя соответствующе представителю правящей династии!

Я стиснул зубы так, что они заскрипели, и отвернулся… Мой взгляд наткнулся на невольных свидетелей нашего разговора, судя по тому, как вытянулись у эльфов лица, они все слышали.

Ну, Миолин-Таали, ты мне за это ответишь!

Тэлиак гонял Ри по всему двору. Девчонка уворачивалась, прыгала, скакала, как загадочный таринский зверь кенгуру, показывала настоящие чудеса акробатики, но противника к себе даже близко не подпускала. И только я немного успокоился и подумал, что, может, все еще обойдется…

– Стой! – приказал Ареин.

Противники остановились, замерли.

– Ты собираешься драться? – спросил старший эльф у Ри.

Девчонка потупилась, сделала небольшой шаг назад.

– Так я и думал, – произнес Ареин. – Лоэл управитель, вы поможете мне?

Градоначальник неуверенно посмотрел на меня, потом кивнул Ареину.

– Подождите! – вскинулся я. – Пара минут уже прошла.

– Мы договаривались о поединке, а не об этом фарсе, – сказал Миолин-Таали и кивнул управителю: – Действуйте!

Дикарка отбросила меч со щитом, упала на колени. Изо всех сил вцепилась руками в ошейник, будто пыталась его стащить. Зарычала от боли.

– Хватит! – закричал я.

Ареин посмотрел на меня, затем на пленницу и кивнул:

– Для начала действительно хватит.

И в ту же секунду управитель отпустил плетение.

– Надеюсь, ты поняла, – обратился Ареин к Ри, – ты либо будешь драться, либо умрешь. Убежать не получится.

Девчонка кивнула. Подобрала свое оружие и поднялась на ноги.

– Тогда продолжаем.

В этот раз дикарка не бросилась от тэлиака наутек. Она ловко увернулась от одного клинка, отбила щитом второй и резко ударила противника коленом между ног… Что там я недавно думал про грязные приемы?.. Побелевший от боли тэлиак на долю секунды растерялся и тут же получил щитом по голове. Потом еще раз в живот и еще раз по причинному месту… И вот уже воин лежит на земле, а левая нога Ри стоит на его горле.

– Впечатляет, – протянул Ареин. Остальные эльфы пораженно молчали.

Да, моя рабыня действительно ничем не уступала тэлиаку. Ни в скорости, ни в ловкости, ни в мастерстве и уж точно не в смекалке. Вместо отведенных двух минут Ри разделалась с противником секунд за тридцать.

– Ну, ты доволен? Видишь, что я был прав?

– Я вижу, что девчонка нам соврала, когда сказала, что она простая портниха.

– Ареин, – медленно, по слогам произнес я, – эта рабыня спасла мне жизнь! Ты подверг мои слова сомнению, не поверил, что какая-то там ора дэйш’ли может справиться с тремя орками. Теперь ты видишь, что это ей по плечу… Так скажи, ты и дальше будешь меня, т’раэна, обвинять во лжи?

– Хорошо, – после небольшой паузы сказал Ареин. – Будем считать, что все действительно обстоит так, и эта полукровка тебе помогла. Но остается вопрос, когда и где «простая портниха» научилась драться?

– Мне уже известен ответ на этот вопрос, Миолин-Таали.

– Так озвучь его.

– Позже. И без лишних ушей, – я кивнул на невольных свидетелей нашей беседы.

– Хорошо, Эрайн, я зайду к тебе через полчаса.

Я кивнул Ареину и обратился к дикарке:

– Пойдем, здесь нам больше нечего делать.

Глава 9

Рийна Ноорваль

28-й день Атанарил-лин – 4-й день Тарен-лин

223 года от О. В.

Фургон больше не раскачивался и не подпрыгивал, а быстро и плавно катился вперед. По мере приближения к столице Таэн Лаэссэ дороги изменились в лучшую сторону: пропали ямы и колдобины, а само дорожное покрытие стало удивительно ровным. Больше в фургоне меня не укачивало, хотя, может, мой организм наконец-то смирился с неизбежным, или я просто привыкла? Неважно, путешествие подходило к концу – уже через пару часов мы должны прибыть в Талрэй.

К сожалению, насладиться красотами предместий эльфийской столицы, а затем и самого города у меня не было никакой возможности. Ошейник опять красовался на шее, а запястья и лодыжки обнимали парализующие браслеты. Мало того, ушастые решили подстраховаться и привязали меня обычными, лишенными всякой магии, веревками в глубине фургона так, чтобы ни я ничего увидеть не могла, ни меня кто-то с улицы не мог заметить.

Старший эльф и раньше мне не доверял, а после нападения орков и недавнего показательного поединка с тэлиаком ситуация еще больше усугубилась. Эх, и что мне стоило выиграть поединок с меньшим перевесом? Немного затянуть бой, дать себя ранить для пущей достоверности?.. Одно радует: я успела подготовить почву и стравила Эрайну весьма правдоподобную байку про то, что мне приходилось работать телохранителем. И ведь не врала, тут ко мне не подкопаешься, действительно пару раз приходилось в охрану наниматься.

А вот количество висящих на мне мертвяков я несколько преуменьшила. Одиннадцать было до того, как я отправилась в Старый город за шкатулкой и от меня отвернулась удача…

После событий в Каланаре прошло четыре дня, и практически все это время я была предоставлена самой себе, с Эрайном хорошо если перемолвилась парой десятков слов. Не думаю, что принц утратил ко мне интерес, просто у нас не было ни единой возможности нормально побеседовать. Рядом с фургоном, в котором я ехала, все время крутились несколько тэлиаков, на привалах меня тоже ни на секунду не оставляли одну. А стоило Эрайну заговорить со мной, как тут же появлялся Ареин или другой эльф, присоединившийся к отряду в Каланаре.

Принц недвусмысленно дал понять, что хочет меня пока оставить при себе. И я тешила себя надеждой – да что там, была почти уверена! – что интересна я ему как личность, пусть и в привлекательной оболочке, а не как пустоголовая кукла. Но вот удастся ли Эрайну меня отстоять хотя бы на время? Да и вообще будет ли он за меня бороться? Что-то подсказывало, что будет… хотя бы из-за чистого упрямства, из-за того, что ему надоело всеобщее пренебрежение. А еще, пожалуй, из-за любопытства, кажется, мне удалось его зацепить.

Фургон остановился. Я задержала дыхание, неужели все? Неужели приехали?.. Нет, нас просто остановили стражники на въезде в эльфийскую столицу. Ареин сказал несколько слов, и наш отряд тут же, без досмотра, пропустили дальше. Путь по талрэйским улицам занял еще где-то полчаса, из чего я сделала вывод, что лоэл’ли построили себе город совсем нескромных размеров. И вот моя передвижная тюрьма в последний раз дернулась и остановилась…

Все. Теперь точно приехали.

Ареин, Эрайн и третий, так и оставшийся для меня безымянным ушастый, обменялись приветствиями с вышедшим нас встречать эльфом, а затем все стихло. Тэлиаки молчали, лоэл’ли тоже… Да быть такого не может! Я чувствовала всего в десятке метров от себя четверых эльфов. Ни за что не поверю, что эти гады ушастые просто так собрались в кучку, чтобы дружно помолчать. Особенно после того как второй по старшинству эльфийский принц вернулся из длительного и, как оказалось, весьма опасного путешествия.

Нет, готова спорить, лоэл’ли не молчат, а, наоборот, весьма оживленно общаются между собой. Просто меня оградили от этой беседы. Магия, чтоб ее!

Тишина оборвалась так же внезапно, как и наступила, я услышала голос Эрайна:

– Фургоны можете разгружать, но ора дэйш’ли пока не трогайте. И раз уж вам, Миолин-Таали, так не дает покоя моя рабыня, то пусть ее судьбу решит таэ Луорен. Все равно сразу по прибытии в столицу я намеревался нанести ему визит, так что заодно и этот вопрос решу.

Бьюсь об заклад, что эти слова предназначались не только другим эльфам, но и мне. Неужели Эрайн всерьез намерен обсуждать судьбу какой-то девчонки с эльфийским правителем? И если он на это пошел, не значит ли это, что мои дела совсем плохи?

– Эн Эрайн, позвольте мне составить вам компанию, – сказал Ареин. – Я также хотел бы засвидетельствовать почтение таэ Луорену и отчитаться о проделанном путешествии.

– Извините, Миолин-Таали, но больше я в няньке не нуждаюсь и дорогу до кабинета отца в состоянии найти сам, – холодно ответил принц. – А на словах о путешествии могу рассказать и я.

– Что ж, хорошо. Но, эн Эрайн, не сомневайтесь, что я подготовлю подробный письменный отчет обо всех произошедших событиях.

Кем бы ни был вышедший нас встречать эльф, но в его присутствии Ареин старался держаться с принцем максимально корректно. И я с уверенностью могла сказать, что давалось это ему нелегко. В последнее время отношения между Ареином и Эрайном сильно ухудшились. Отчасти причиной конфликта этих двух эльфов была я, отчасти то, что Миолин-Таали вполне справедливо считал, что именно принц виноват в бедах, которые обрушились на отряд. Старший эльф безумно устал потакать капризам своего избалованного подопечного, терпеть его выходки. Беда в том, что, по мнению Ареина, я как раз и была одним из таких капризов. И, помимо всего прочего, могла угрожать жизни младшего эльфийского принца, которого Миолин-Таали поклялся защищать.

Если на секунду абстрагироваться от ситуации и поставить себя на место Ареина, то впору удивиться – почему дикая получеловечка все еще жива, а принц последние дни путешествовал верхом на лошади, а не лежал связанный в одном из фургонов. Так что выдержке Миолин-Таали впору позавидовать.

– Я нисколько не сомневаюсь, что вы, Миолин-Таали, в скором времени положите на стол таэ Луорена свое сочинение. От меня отец тоже получит письменный отчет.

– Даже так?

– Даже так. Боюсь, в противном случае отец может неправильно интерпретировать некоторые события. Мой же долг, как одного из представителей правящей династии, чтобы таэ невольно, даже в мелочи, не был обманут.

– А мальчик-то повзрослел, – услышала я незнакомый насмешливый голос. – Ладно, пойдем, Эрайн. Думаю, Ареин тебя хорошо понял, и с твоей рабыней ничего не случится… Скажи, а с чего такая забота о какой-то дикарке?

И мне вот тоже интересно. По-моему, Эрайн несколько переигрывает, слишком явно показывает свой интерес ко мне, и вряд ли это для одной неудачливой воровки хорошо закончится.

– Я обзавелся новой, весьма любопытной игрушкой, Тэлиан. Не понимаю, почему тебе кажется странным то, что я раньше времени не хочу ее терять или ломать. Ареин же за время путешествия стал настоящим параноиком, он видит опасность там, где ее и в помине нет.

Тэлиан? Он сказал «Тэлиан»?! Понятно теперь, почему Ареин так осторожно строил беседу, ведь «моего хозяина» встречал старший брат, наследный принц Таэн Лаэссэ. Тот самый сын погибшей в плену у людей эльфийской королевы. При этом, насколько мне известно, Тэлиан не просто старше Эрайна, разница в возрасте между братьями составляет около тысячи лет.

– Работа Ареина – тебя защищать, – серьезно, без тени насмешки сказал старший принц. – Знаю, что чрезмерная опека может раздражать, но все-таки ты бы попытался более уважительно вести себя с Ареином. Что касается этой новой «игрушки», ты ведь не будешь утверждать, что у Миолин-Таали нет ни малейших поводов для опасений?

Что ответил Эрайн, я не услышала, закрывшаяся дверь лишила меня этой возможности.

Ареин быстро отдал ряд приказаний, которые сводились к тому, чтобы фургоны разгрузили, лошадей отправили в конюшню, а тэлиаков в казармы. Лишь меня было приказано не трогать. Но, разумеется, Миолин-Таали оставил у моего фургона четверых охранников.

Уже часа три, не меньше, я мертвым грузом лежала на дне фургона. Впору подумать, что обо мне забыли, но я не настолько наивна.

Ожидание, неизвестность и то, что я сейчас полностью беззащитна, убивали меня, буквально разъедали изнутри. Я тихо сходила с ума и в очередной, наверное, уже сотый раз корила себя, что выбросила горошину с ядом, что не воспользовалась ликсией по назначению, уцепилась за призрачную надежду. Что не сбежала, когда могла.

Чтобы как-то отвлечься, хотя бы чем-то себя занять, я все время вслушивалась в окружающее пространство. Напрягала слух, пытаясь уловить каждый шорох, каждое слово, которыми нет-нет да перекидывались окружающие меня дэйш’ли. С помощью своего странного дара пыталась понять, сколько полукровок меня окружает и есть ли поблизости эльфы.

Парадокс, но мне доступно чувств больше, чем остальным людям. Помимо слуха, зрения, осязания, вкуса, обоняния и пресловутой интуиции, у меня есть еще и непонятное, сверхъестественное чутье. И иногда этот странный дар вполне может заменить зрение, особенно вкупе с присущим мне нечеловечески острым слухом. Вот и сейчас я с уверенностью могла сказать, что фургон с моим бренным телом стоит в углу весьма обширного двора. То ли конного, то ли какого иного… Хайдаш знает, как ушастые это место называют. Но здесь явно находятся многочисленные конюшни, мастерские, и сюда чуть ли не каждые пять минут приезжают повозки, которые дэйш’ли шустро разгружают. Помимо щедро выделенных мне Ареином охранников, эльфийских выкормышей вокруг крутилось много, а вот присутствие самих ушастых господ я чуяла лишь время от времени. Все-таки даже в эльфийской столице основную массу населения составляют именно дэйш’ли.

Появление на сцене еще одного полукровки я пропустила, точнее, не обратила на него должного внимания, пока он не приблизился к фургону.

– У меня приказ. Я должен забрать ора дэйш’ли, – сказал новоприбывший.

– Хорошо, – не стал возражать мой охранник.

Мне хотелось закричать: «Как забрать? Куда забрать?!» – но, как и прежде, я не смогла вымолвить ни слова. Я вообще ничего не могла, а потому полукровка, не встретив каких-либо препятствий, вытащил меня из фургона, взвалил на плечо и понес в неизвестном направлении. Слабым утешением могло послужить лишь то, что я не ошиблась в назначении двора. Но что с того?.. Рассмотреть двор мне толком не удалось, дэйш’ли сделал всего десяток шагов – и вот уже толстая дубовая дверь закрылась за нами, возможно навсегда лишив меня призрачной и эфемерной надежды на освобождение.

Я гадала, кто отдал приказ и куда меня несли. То, что наш путь проходил по мрачным, унылым, хотя и довольно широким коридорам, не вселяло оптимизма. Время от времени нам навстречу попадались другие дэйш’ли: слуги с подносами и стопками белья, уборщики с тележками. Присутствие эльфов я уловила лишь несколько раз, но ушастых от меня всегда отделяли стены коридора. Пожалуй, небольшую надежду внушало лишь то, что уже пару минут дэйш’ли неутомимо взбирался по лестнице. Вряд ли казематы или лаборатории эльфы разместили так высоко. Хотя кто этих ушастых сволочей знает?

Наконец наше восхождение закончилось, и мы оказались в небольшом холле, из которого вело две двери. Дэйш’ли подошел к одной из них, приложил к замку, находящемуся на уровне груди, медальон. Еле слышно щелкнул какой-то механизм, и плавно, бесшумно дверь отъехала в сторону, открывая проход в другой холл – светлый, просторный, изящно отделанный и полукруглый по форме. Меня сгрузили прямо на мозаичный пол, а затем дэйш’ли прошел внутрь апартаментов, чтобы сообщить, что дикарка доставлена. Голос, который ему ответил, заставил мое сердце радостно забиться. Кажется, я попала в гости к Эрайну, а значит, не все потеряно.

Хайдаш, никогда бы не подумала, что буду так радоваться встрече с каким-то ушастым отродьем!

Дэйш’ли ушел, скрылся за деревянной панелью, которая ничем не отличалась от других, украшавших стены холла.

И как я сразу не догадалась?! Те коридоры, ведь они были для слуг, для презренных дэйш’ли! Эльфы не хотели, чтобы их рабы все время сновали у них перед носом с помойными ведрами и корзинами грязного белья.

Рядом со мной присел Эрайн, снял браслеты.

– Все. Теперь ты опять можешь двигаться и говорить, – сказал по-лоэльски эльф, поднимаясь на ноги.

Ошейник с меня принц снимать был не намерен, значит, жуткая, всепоглощающая боль может скрутить меня в любой момент. Сволочь этот Эрайн! Гад!

Хотя чего я ожидала? Радоваться надо, что я все еще жива, что не в казематах…

– Так, значит, к тебе уже вернулась магия? – как ни в чем не бывало спросила я, растирая ноги и руки.

– Что ты об этом знаешь? – сразу подобрался принц.

Я заметила, что за время, пока мы не виделись, принц успел освежиться и переодеться. Сменил запыленный и замызганный черный мундир на более приличествующее эльфийскому принцу облачение. Теперь на моем собеседнике красовалась голубая, причудливо расшитая серебром туника длиной по колено, без рукавов и с высоким воротником-стойкой. Под нее Эрайн надел рубашку и узкие штаны из жемчужного шелка. На ногах у эльфа были мягкие, лишь немного более темные, чем туника, сапоги, высотой до середины голени. Свои белобрысые волосы эльфенок тоже уложил, заплел в какую-то хитрую косу. На поясе принца висели короткие, чуть изогнутые парные клиники, традиционное лоэльское оружие – с’кааши.

В общем, выглядел «мой хозяин» красиво, но как-то неестественно и очень непривычно. Если бы можно было бы перевести эльфийские года на людские, укоротить Эрайну уши, немного изменить пропорции лица и тела – то принц вполне бы сошел за весьма смазливого и холеного человеческого паренька лет девятнадцати. А раньше, до этого преображения, он выглядел года на два-три старше.

– Так ты сам мне сказал, что магия куда-то пропала. Ну, помнишь, сразу после боя с орками, когда истекал кровью…

– Аррито хэт! Я и забыл!.. Впрочем, неважно. Впредь настоятельно советую тебе эту тему не поднимать, для собственной же безопасности. А еще не кричать о том, что ты знаешь лоэльский, и обращаться ко мне согласно моему статусу и положению… во всяком случае, в присутствии других лоэл’ли и дэйш’ли.

Тут я увидела, что в холл вышла Аша с подносом, заставленным грязной посудой.

Хайдаш, я так была увлечена диалогом с Эрайном, что девушку и не почуяла! Какой толк в моем даре, если я все время им пренебрегаю?! Я так обрадовалась, когда увидела Эрайна, и так сильно захотела это чувство скрыть, что утратила всякое представление об осторожности.

– Аша, – обратился Эрайн к дайрэн, – оставь нас… Хотя подожди! – Принц окинул меня оценивающим взглядом. – Подбери для Ри какую-нибудь одежду и насчет ванны для нее распорядись. Кстати, Ри, ты голодна?

– Да.

– Тогда, Аша, для начала принеси нам что-нибудь перекусить, а уже потом все остальное.

Полукровка ушла, мы с принцем наконец остались одни. Я еще не знала расположение комнат в апартаментах Эрайна, но все равно могла с уверенностью сказать, что поблизости лишних ушей нет. Вопрос: могут ли нас подслушивать с помощью магии?

– Она ведь никому ничего не скажет?

– Дайрэн глупы и безынициативны, – скривил губы в презрительной усмешке эльф. – К тому же, по сути, она и не слышала ничего. О нашем диалоге Аша расскажет только в том случае, если кто-то сможет правильно сформулировать вопрос, да и то не факт – хорошая память не относится к достоинствам дэйш’ли. Но впредь…

– Поняла я все. Ты абсолютно прав.

Я могла бы не согласиться с оценкой принца умственных способностей Аши, но предпочла этого не делать. За время путешествия, за эти немыслимо долгие пятнадцать дней я имела возможность наблюдать за поведением сразу двух эльфийских наложниц. И Аша не произвела впечатления такой уж тупой куклы, в отличие от ее коллеги по несчастью Яни. Вот и сейчас мне показалось, что из нескольких моих так небрежно оброненных фраз полукровка сделала какие-то свои выводы. Надо будет присмотреться к Аше. Возможно, удастся ее как-то использовать…

– Раньше ты не стеснялся разговаривать со мной в присутствии дайрэн, – сказала я, раздумывая, смогу ли самостоятельно подняться с пола. Тело за полдня, что я валялась в фургоне, затекло. Очень не хотелось показывать Эрайну, насколько я слаба.

– Раньше ты не была столь разговорчива, и нас не связывало столько тайн и различных… обстоятельств.

– Что ж, не могу с тобой не согласиться. Скажи, а нас могут подслушивать… не знаю, как правильно выразиться… ну, магическим путем?

– Могут теоретически. Но мои комнаты от такой прослушки защищены. Сеть взломать можно, но завязана она лично на меня, так что, если это случится, я почувствую. А вот за пределами этих комнат, даже на балконе, я тебе распускать язык не советую… И да, касательно магии, так уж и быть отвечу на твой вопрос – она начала ко мне возвращаться. Пару часов назад мы с Ареином наведались в сокровищницу и воспользовались кое-каким артефактом. Сил у меня пока немного (восстановлюсь в полном объеме я где-то дней через десять), но все же достаточно, чтобы снять браслеты и разрушить плетение, запирающее речь.

Очень хотелось расспросить Эрайна поподробнее о том, почему и он, и Ареин на время оказались лишены возможности пользоваться магией. И почему эта способность восстанавливалась так медленно. Но я задавила любопытство на корню, решила не искушать судьбу. Принц и так со мной излишне откровенен, а это знание вряд ли принесет мне сейчас какую-то пользу. Вместо этого я спросила:

– Кстати, как там Найри? Аша ведь его рабыня?

– Я зашел к нему, – вздохнул эльф. – Дела Найри плохи, он слишком долго принимал кархи, но целители говорят, что у него еще есть шанс выкарабкаться. Аша сейчас Найри совсем ни к чему, вот я и забрал ее к себе. Все-таки эта дайрэн кое-что видела и слышала, так что лучше, если она пока будет рядом со мной.

Значит, пока я сходила с ума от неизвестности, Эрайн занимался своими делами. Успел принять ванну, переодеться, поесть… последнее, возможно, и не один раз. Наведаться в сокровищницу и воспользоваться каким-то таинственным артефактом. Даже выделил время на то, чтобы проведать этого наркомана Найри!..

Не кипятись, Ри. Не стоит забывать, что для Эрайна ты всего лишь игрушка. Да, вас, как заметил сам принц, многое связывает. Да, ты не раз спасала ему жизнь, но ведь и эльф тебя тоже по возможности прикрывал… Так что для Эрайна ты лишь вещь сомнительной ценности. О сохранности своего имущества лоэл’ли заботятся, но вот то, какие чувства, эмоции и переживания испытывают их приобретения, ушастых нисколько не волнует.

Еще повезло, что Эрайн всего лишь спустя три часа обо мне вспомнил. Мог ведь и на пару дней забыть. Или даже избавиться от опасной игрушки перед въездом в столицу.

– А с отцом, ну с вашим правителем, ты насчет меня поговорил? – вот он, очень важный вопрос. И задать его нужно было намного раньше, но все медлила… Может, потому, что боялась услышать ответ? Или из-за того, что не хотела Эрайну лишний раз напоминать, что моя жизнь целиком и полностью зависит от него?

– Во-первых, он и твой правитель. А во-вторых… да, поговорил. И мне теперь еще подробнейший отчет надо написать. Притом желательно предоставить его таэ раньше, чем это сделает Ареин.

– И что таэ Луорен решил? Что меня ждет?

– Пока ты побудешь при мне.

– Как долго?

– Я признал тебя своей собственностью при свидетелях, так что не думаю, что кто-то будет оспаривать мое право на владение тобой.

Эрайн что, не понимает, о чем я его спрашиваю? Или просто не хочет отвечать?

– Ладно, задам вопрос по-другому. Как долго я еще буду оставаться собой? – прямо спросила я.

– Не знаю, Ри. Это не мне решать. Это не в моей власти, – после некоторой паузы ответил принц и отвел глаза, чтобы не встречаться со мной взглядом.

Ему что… стыдно?! Неудобно?!

Надо же, никогда бы не подумала. Если так и дальше пойдет, то, может, у эльфийского принца еще и совесть проснется?

– Тебе ведь известен закон, – меж тем продолжил Эрайн, все так же избегая смотреть мне в глаза. – Ты понимаешь, что тебе могли дать лишь отсрочку…

– И все-таки, сколько у меня времени? – продолжила допытываться я, не желая облегчать участь принца.

– Дней десять точно, а там многое зависит от тех отчетов, что мы с Ареином предоставим.

– Ясно, – вздохнула я. Перспективы не обнадеживали, но все-таки немного времени у меня было. – Надеюсь, ты не собираешься раскрывать перед отцом все детали нашего знакомства и совместного путешествия?

– Нет, конечно, – скривил губы в легкой усмешке принц. – Буду придерживаться той же версии, что рассказал Ареину. Не у одной тебя могут быть неприятности, если узнают правду.

Хоть какая-то хорошая новость.

– Ладно, поднимайся с пола. Пойдем, покажу тебе, как я живу.

Руку мне протянуть эльф, разумеется, не догадался. Но ничего, я и так справилась, встала на ноги с первой попытки и, чуть прихрамывая, отправилась следом за принцем.

Апартаменты Эрайна впечатляли. На какое-то время я и думать забыла о своих неприятностях, ходила по комнатам и разинув рот глазела по сторонам. Иными словами, полностью соответствовала образу толком не образованной дикарки, получеловечки, выросшей вдали от современной цивилизации. И я почти не играла, не притворялась – жилище принца действительно потрясало воображение.

Эрайну принадлежало несколько комнат, расположенных на последнем этаже башни. Из холла вели только две двери (не считая скрытого панелью хода для слуг): одна в коридор, на парадную лестницу, другая в просторную светлую гостиную.

Комната для приема гостей не была обременена излишками мебели, лишь по центру ее располагались несколько низких диванчиков и пара невысоких столиков. Стены гостиной задрапировали тканью, расшитой так искусно, что создавалась иллюзия зеленого леса. А может, и не только в мастерстве вышивальщиц было дело и без магии тут не обошлось?.. Под потолком висел большой озаряющий шар, еще несколько шаров поменьше стояли на треногах около диванов. Пол покрывал мягкий, пушистый зеленый ковер.

Из гостиной двери вели в спальню, тоже отнюдь не скромных размеров, и в кабинет, который пусть и уступал по площади двум предыдущим помещениям, но ненамного.

Единственным предметом мебели в спальне было огромное ложе, назвать это сооружение кроватью язык не поворачивался. Спальное место принца было невысоким, круглым, диаметром метра четыре, не меньше. Ложе шатром окутывал спускающийся с потолка балдахин из воздушной полупрозрачной темно-синей ткани, расшитой жемчугом. Сам потолок тоже украшали крохотные, отличающиеся по яркости, озаряющие шары. Если я правильно поняла задумку, то и балдахин и потолок имитировали звездное небо… Стены, выкрашенные в серебристо-серый цвет, покрывала тонкая рельефная резьба, на полу лежал пушистый темно-зеленый ковер с серебристым отливом.

Из спальни вело еще две двери: в ванную и гардеробную комнату. Оба этих помещения тоже поражали размерами. Первое было украшено мозаикой, изображающей морское дно, с хищными рыбами, подводными растениями и скалами. Свет от хитроумно скрытых озаряющих шаров отбрасывал на пол и стены блики, заставлял иллюзию оживать, колыхал плавники рыб и стебли растений.

Гардеробная по обилию заполняющего ее разноцветного тряпья, количеству сундуков и различных шкатулок скорее подходила какой-нибудь моднице-девице, чем мужчине. Точнее, даже доброму десятку модниц. Но не мне судить Эрайна – лоэл’ли живут долго, так что нет ничего странного в том, что они умудряются обрасти колоссальным количеством вещей, а принц, судя по его виду, еще и старательно пытается следовать всем тенденциям весьма переменчивой эльфийской моды.

Единственным нормальным, в моем понимании, помещением оказался кабинет. Наверное, в первую очередь, потому, что он был настоящим – здесь эльфийские зодчие не попытались воспроизвести ни морское дно, ни бархатную ночь, ни лесной луг, ни Хайдаш знает что еще. Кабинет был таким, каким и должен быть. Теплый деревянный пол и стены, отделанные деревянными панелями. Большой, заваленный бумагами и книгами письменный стол. Мягкий уютный диван, пара удобных кресел около камина и, главное, громадный, во всю стену и до потолка, книжный шкаф, который мне тут же захотелось исследовать.

Так что нет ничего странного в том, что апартаменты принца произвели на меня такое сильное впечатление, ведь это была сказка, чудо из чудес! Другое дело, будь моя воля, я бы ни за что не согласилась тут жить. От этих просторов, от потолка высотой чуть ли не в два этажа, от огромных пустых пространств я чувствовала себя маленькой, какой-то потерянной и беззащитной. Здесь было красиво? Да, бесспорно. Но как же неуютно! Стерильно! Лишь кабинет показался мне действительно жилым помещением, а не залом музея. Но и площадь этой комнаты без потерь можно было уменьшить на треть.

Интересно, все лоэл’ли живут так? Или только «мой хозяин» болен гигантоманией? Хотя если вспомнить те постройки, что я успела увидеть по дороге к Талрэю, и интерьеры дома управителя в Каланаре, то, надо сказать, эльфы любят простор, и у них весьма своеобразное чувство стиля…

Разумеется, я не просто глазела по сторонам, но и высматривала хотя бы что-нибудь для меня небесполезное. И поиски увенчались успехом. Впрочем, искать-то как раз ничего не пришлось – эльфы и не думали от меня ничего прятать.

В гардеробной я заметила лук с колчаном стрел, пару кинжалов и латару.

Целый шкаф в кабинете оказался набит древним человеческим оружием. Правда, по ряду причин, орудия смертоубийства находились не в лучшем состоянии. Заточить и почистить бы! Но многим и это бы не помогло, только на перековку железяки и годились.

Даже на письменном столе и то лежал нож для бумаг, который вовсе не выглядел милой игрушкой.

Про кочергу, прочие каминные принадлежности и различные статуэтки я вообще молчу!

Казалось, эльфов нисколько не беспокоило, что они оставили своего принца наедине с опасной, непредсказуемой ора дэйш’ли. Эти ушастые просто ужасающе беспечны!..

Хотя о чем это я? На мне ошейник. Один неверный шаг, жест, даже взгляд – и меня опять скрутит боль. И я буду, скуля и задыхаясь, кататься по полу у ног своего хозяина…

– Красиво, – протянула я, когда экскурсия подошла к концу, – и очень необычно. Никогда не видела ничего подобного!

– Откуда тебе! – отозвался эльф и усмехнулся.

Мне показалось или улыбка Эрайна не нашла отражения в его глазах?

– Раньше мне как-то по апартаментам принцев гулять не приходилось… – вырвалось у меня. И тут же, пытаясь избежать возможного конфликта, я спросила: – Скажи, а твоя башня, она ведь круглая?

– Да, – немного удивился моему вопросу Эрайн. – Почему ты это спрашиваешь?

– Ну, – я замялась, – может, я чего-то не понимаю? Но мне кажется, что твои комнаты занимают только половину этажа. Э-э-э… полукруг? Да и по окнам так выходит.

– Ты права, – кивнул эльф, – здесь есть еще апартаменты, и они являются точным отражением моих. Но те комнаты пока пустуют, ждут свою хозяйку.

– Кого? – сразу подобралась я.

– Мою супругу.

– Так ты женишься? Скоро?

– Раньше, чем хотелось бы. Дата свадьбы еще не назначена, но не ошибусь, если скажу, что сие знаменательное событие состоится дней через десять-двадцать.

Я мысленно выругалась. Только этого мне не хватало! Как мне поддерживать интерес принца к своей персоне, если он вскоре собирается жениться?

– Чувствую, ты совсем не рад.

– Моя кузина та еще змея!

– Кузина? – удивилась я.

– Да, Миэна – дочь брата моего отца.

– А… ясно, династический брак, значит? Общий этаж, но разные постели…

– Не совсем, пару-тройку детишек от нашего с Миэной союза все-таки ждут.

Зачем я сказала про разные постели? Не мое это дело! Не иначе как Хайдаш за язык дернул.

– Ты сказал, что те комнаты – полное отражение твоих. Это как? – быстро перевела я разговор на нейтральную тему.

Разговаривать с принцем – это все равно что пробираться по запутанному лабиринту, полному хитроумных ловушек. Не знаешь, куда наступить, и можешь только догадываться, что ждет тебя за поворотом.

– Просто. Планировка зеркальная, что же касается отделки комнат… На этаже, пока я отсутствовал, прошел ремонт – практически полностью поменяли отделку и мебель, лишь мой кабинет не тронули. Дизайном занималась кузина лично. В общем, все это свадебный подарок от моего любимого дядюшки Вэйона…

Вот, значит, как?.. Похоже, подарок Эрайну не особо понравился.

Аша с подносом появилась удивительно вовремя, как раз тогда, когда наша беседа с эльфенком зашла в тупик. Нет, я могла задать Эрайну десяток-другой вопросов про его будущую супругу и дядю-тестя, но что-то мне подсказывало, что это совсем не та тема, на которую принц будет рад со мной беседовать. К тому же стоило мне только взглянуть на блюда с выпечкой и легкими закусками, на небольшой пузатый чайник, как я поняла, что безумно, просто зверски голодна.

– Ты, кажется, хотела есть, – сказал Эрайн.

– Кажется, – несколько заторможенно повторила я за эльфом, провожая взглядом поднос с едой.

В желудке предательски заурчало, и рот наполнился слюной. Такима-покровительница, как же я давно нормально не ела! Хотя вместо пирожных и забавных башенок, сооруженных из нанизанных на маленькие палочки кусочков копченого мяса, сыра и овощей, я бы предпочла банальное жаркое с картошкой. Но я не привередлива.

С едой я расправилась быстро. Я была слишком голодна, чтобы даже попытаться поразить принца хорошими манерами. И потом, предложенные мне яства были такими… такими, что пальчики оближешь! Что пару раз я и не преминула сделать. Ведь еще никогда мне не приходилось есть ничего настолько вкусного. Нет, жаркое хорошо, но это совсем другое. Хотя я бы не отказалась отпробовать жаркого по эльфийскому рецепту.

– Теперь иди в ванную. Приведи себя в порядок, переоденься.

– А…

– Яни уже подготовила тебе ванну и чистую одежду… Только не задерживайся.

– Конечно, принц. Я не заставлю вас ждать.

Задерживаться в ванной комнате я определенно не собиралась. Не та ситуация, да и отделка помещения давала пищу моему давнему страху – боязни глубины.

Первым делом я проверила, что же за одежду для меня подготовила Яни. Оказалось, что мне предстояло облачиться в бледно-голубое платье без рукавов из тонкой, летящей ткани. С одной стороны, наряд довольно скромный, с другой – стоит расстегнуть фибулу на плече, как он тут же соскользнет к моим ногам. Под платье полагалась лишь полупрозрачная сорочка длиной до середины бедра… Не значит ли это, что принц не отказался от идеи затащить меня в постель? Хайдаш, только этого мне не хватало!

Я быстро ополоснулась и вымыла голову. Когда я вылезла из небольшого бассейна, который служил принцу вместо ванны, и ступила на горячий, имитирующий песчаное дно пол, то на миг вокруг меня закружился маленький смерч. Закончилось все так быстро, что я и испугаться толком не успела, зато в полотенцах теперь отпала всякая нужда – хайдашево плетение удалило не только всю лишнюю влагу с тела, но и высушило волосы.

Так как выбора особого у меня нет, глупо сейчас спорить с Эрайном из-за одежды, я натянула предложенное платье. Затем взялась за расческу – смерч высушил волосы, но при этом их еще и довольно сильно спутал…

Я стояла перед зеркалом и не спеша расчесывала свою гриву. Хорошо, что у меня волосы от природы не вьются, и перед отъездом из Танниса я их длину укоротила до плеч, а то и за час бы эти колтуны не распутала. Наконец и с этим делом было покончено. Я еще раз провела гребнем по ровным блестящим прядям, разделяя волосы на пробор, и тут заметила тонкую, пока еще еле заметную полоску волос у корней моего родного цвета. В бессильной ярости я тихо выругалась, прислонилась лбом к зеркалу, закрыла глаза.

Что делать?! Вряд ли в эльфийском дворце удастся отыскать рыжую краску для волос, как, впрочем, и любую другую. Не слышала я, чтобы ушастые увлекались изменением цвета своих шевелюр. Мои же запасы остались на корабле контрабандистов.

Пока еще мой истинный цвет волос очень сложно углядеть. Но эльфы, они ведь такие глазастые! Мне бы очень не хотелось, чтобы и этот покров тайны был с меня сорван…

Немного успокоилась я только после того, как мне удалось зачесать волосы так, чтобы отросших корней не было видно. Но я прекрасно понимала, что это не выход и скоро данный мне от рождения цвет волос таким образом уже не удастся скрыть. Вот и еще одна проблема к целому сонму, что уже имеются. Боги, ну почему мне так не везет?!

Все, Ри, соберись! Вдохни, выдохни, улыбнись. Сейчас ты не можешь давать волю эмоциям – они твоя слабость. Ты сильная, ты обязательно справишься, что-нибудь придумаешь, как-нибудь выкрутишься. Иначе и быть не может!

А теперь улыбнись своему отражению в зеркале и на выход. Новый раунд игры начат.

Когда я вышла из ванной, то увидела, что принц сменил свои до приторности изысканные тряпки на более простой костюм: черные узкие брюки и белоснежную, украшенную тонкой вышивкой рубашку.

– А ничего, это платье на тебе неплохо сидит, – сказал Эрайн, раздевая меня взглядом.

Значит, я все-таки была права… Такима, помоги мне!

– Смотрю, ты тоже переоделся, – удивилась я, ловко ускользая от очередной опасной темы.

Эльф пожал плечами:

– Так гораздо удобнее. Да и тот костюм не относился к числу моих любимых.

– Почему же ты тогда его надел?

– Я принц, а положение обязывает меня одеваться строго определенным образом. – Эльф грустно усмехнулся. – И потом, не мог я к таэ Луорену заявиться в грязном мундире.

Да уж, Эрайну не позавидуешь! Мало того что его никто всерьез не воспринимает, так и с мнением его не считаются. Ни жену, ни обстановку жилища, ни даже костюм он себе выбрать не может. «Мой хозяин» тоже раб, только своего происхождения и положения в обществе, разве что клетка у него золотая. Впору эльфенка пожалеть…

Ну уж нет! Жалости от меня этот избалованный юнец не дождется!

Если Эрайн с таким отношением к себе мирится, то или его все устраивает – а это не так! – или он слабак. Похоже, пора брать дело в свои руки, мне такой нерешительный «хозяин» не нужен.

Я знала, чувствовала, что у Эрайна бунтарская натура и ему надоело всеобщее пренебрежение. Уже то, что он решил меня на время оставить при себе, было вызовом, нарушением всех правил и законов лоэльского общества. Да и с Ареином он в итоге пошел чуть ли не на открытый конфликт. Так что если я понемногу буду подкладывать хворост в костер, то от этого, может статься, смогу выиграть.

– Знаю, что не должна этого говорить. Я последняя, от кого ты вообще хотел бы это услышать… – начала я и как бы в нерешительности замолчала.

– Что? Не бойся, говори! – сразу заинтересовался принц.

– Старших, конечно, надо уважать, – медленно, все так же разыгрывая неуверенность, сказала я. – Особенно если они, эти старшие, облечены большой властью. Но и ты… Ты принц, а значит, уважение должно быть хотя бы чуточку взаимным.

– Да знаю я, – вздохнул эльф, – но объясни им!

– Тут я тебе ничем не могу помочь, – покачала головой я. – Заставить себя уважать, считаться со своим мнением в твоем случае будет нелегко. Но иначе отношение к тебе изменится не скоро.

– И что ты предлагаешь?

– Все просто. Либо ты действуешь, пытаешься что-то изменить. Отстаиваешь свои желания, мнения и поступки. Или ты тихо возражаешь, но продолжаешь вести себя так, как от тебя ожидают… И это затягивает, это может продолжаться долго, а в твоем случае и вообще вечно.

– Хорошую перспективу ты мне нарисовала, – скривил губы в грустной усмешке принц. – И ты права, хотя это и не твое дело. Более того, это не та тема, которую я согласен с тобой обсуждать. Так что впредь…

– Я поняла, – тут же откликнулась я. – Извини.

Как мило, вот и пополнился список запретных тем!

– Ладно, – сказал после небольшой паузы эльф, – пойдем, покажу еще кое-что. Уверен, тебе понравится.

Принц распахнул стеклянные двери и, улыбнувшись, поманил за собой. Я сделала шаг, другой… и оказалась на широком, открытом всем ветрам балконе, который опоясывал башню.

В комнатах было светло как днем, и за всеми этими треволнениями я не заметила, что уже вечереет и солнце клонится за горизонт. Я сделала еще несколько шагов, облокотилась на кованый поручень…

Открывшийся вид заставил меня замереть от восторга. И подумать не могла, что апартаменты принца находятся так высоко! Сейчас внизу, где-то в пятидесяти метрах подо мной раскинулась эльфийская столица во всей своей красе.

Да-а… По крышам сбежать не получится. Даже если забыть про магию, всевозможные хитроумные плетения, которыми, без сомнения, окутан дворец, с башни самостоятельно спуститься невозможно. А даже если бы мне это и удалось, то что? Куда бежать дальше?..

Талрэй эльфы построили в лесистой местности на берегу самого большого из Танарских озер – озера Тан. Да что там большого – это озеро было всего лишь в три раза меньше Скалистого моря. И сейчас диск заходящего солнца прочертил на водной глади золотистую дорожку.

Медленно, шаг за шагом, я обходила башню по кругу. Панорама, разворачивающаяся передо мной, завораживала. Талрэй был огромен! От королевского дворца в стороны расходились широкие проспекты-лучи, и сейчас, в наступающих сумерках, один за другим, от центра к окраинам на улицах загорались фонари. Одно слово – магия!

А сколько в городе было особняков! Утопающих в зелени, построенных в неповторимом эльфийском стиле и безумно красивых, несмотря на всю чуждость для человеческого восприятия. И отнюдь не маленьких по размеру, мне казалось, что в любом из них можно было с комфортом разместить чуть ли не половину всего населения Танниса. Но, конечно же, ни один из этих дворцов не шел ни в какое сравнение с королевским…

Да, королевский дворец заслуживал особого внимания. Еще никогда мне не доводилось видеть такого большого здания, я и помыслить не могла, что подобное вообще возможно. К сожалению, находясь на одной из его башен, толком рассмотреть этого монстра было невозможно. Я лишь могла сказать: у дворца множество башен с острыми шпилями – высоких и не очень, больших и довольно тоненьких – и все их соединяют между собой мостики переходов. Настоящая паутина! Вот и башня Эрайна была вплетена в эту сеть, но все переходы располагались на этажах ниже.

Архитектура дворца тоже была для эльфов типичной. Лоэл’ли, по непонятным мне причинам, старательно избегали прямых углов, но обожали углы острые, заковыристые дуги и окружности. Ну и конечно, везде, где можно, их постройки украшали роспись, резные деревянные и кованые элементы. Цвета в архитектуре эльфы предпочитали пастельные, но не имели ничего против ярких или темных деталей.

Прогуливаясь по балкону, я не стеснялась выражать свои восторги, чем, кажется, немало льстила самолюбию эльфенка.

– А ниже? Там кто живет? – Я легкомысленно перегнулась через поручень балкона, чтобы рассмотреть окна нижнего этажа.

– Моя младшая сестра Лэйана, ее этаж тоже разделен на две части, для нее и будущего супруга, – пустился в объяснения принц. – Учитывая то, что она лишь на пару месяцев младше Миэны, то жилец там появится скоро… А еще ниже обитает мой братишка Ириат, и вот ему, в отличие от нас с сестрой, повезло.

– Как?

– Учитывая нежный возраст, Ириату женитьба в ближайшем будущем не грозит.

Солнце село. Я вздохнула. Ночью Талрэй, причудливо расцвеченный огнями, был не менее прекрасен, чем на закате. Только вот сейчас эльфийская столица как-то неуловимо напоминала развалины Старого города Танниса. Те же широкие улицы-лучи, причудливые контуры особняков вполне можно было принять за развалины, огни за костры. Свое «море» у Талрэя тоже было. Право, не город, а какая-то пародия на разрушенную столицу Империи людей… Или это я так просто воспринимаю? Неважно! С башни открывается действительно чудесный вид, но это не отменяет того, что вся эта красота построена руками рабов, что принадлежит она безжалостным захватчикам лоэл’ли.

– Я слышала, что во времена Империи где-то в этих местах стоял город.

– Да, – кивнул принц, – Танара.

– От него что-нибудь осталось?

– К сожалению, нет. Не знаю, сможешь ли ты рассмотреть… Вон там, севернее, видишь скопление огней?

Эльф подошел близко-близко, так, что его дыхание щекотало мне висок. Не самое приятное соседство, но придется потерпеть.

– Ага, – кивнула я.

– Там раньше и стоял человеческий город.

– А что там сейчас? Что за огни?

– Замок моего дяди Вэйона. Инкубатор.

То самое место, куда я ни за что не хотела бы попасть.

Тот самый лоэл’ли, которого я никогда не хотела бы встретить.

Хотя… будь у меня такая возможность, я бы с радостью выпустила этому дядюшке Вэйону кишки. Ведь поначалу рабами у эльфов были люди, а полукровки… – они просто рождались. Именно Вэйон все изменил, именно он создал дэйш’ли.

– Пожалуй, я пока не буду настаивать на экскурсии в те края, – усмехнулась я и сделала пару шагов в сторону, подальше от принца.

– Да, я бы тоже хотел, чтобы твой визит в то место так и не состоялся, – сказал Эрайн, приближаясь ко мне.

Хайдаш!

– Что-то я замерзла, – пробормотала я, отступая.

Вернуться в комнату? Начать бегать вокруг башни кругами? Спрыгнуть с этого проклятого балкона?.. В голову, как назло, никакого решения не приходило.

– Ри… – сказал Эрайн, делая еще один шаг ко мне.

Я ловко ускользнула от принца и метнулась к двери в комнату… Не успела. Эльф поймал меня за руку и притянул к себе.

Одна рука Эрайна лежала на талии… Нет, Хайдаш, уже ниже! Пальцы второй нежно скользнули по моей щеке, заправили прядку волос за ухо.

– Не так быстро, – горячо прошептал принц. – Обещаю, этой ночью тебе не будет холодно.

И мне тут же стало жарко.

Мама, помоги!!!

Это ведь не физиология, нет! Это все она, проклятая магия!

У меня оставался только один вариант – одна карта, которую я могу разыграть. Риск велик, но выхода нет.

– А ты уверен, что это именно то, что тебе нужно? – произнесла я со всей возможной холодностью.

– Что ты имеешь в виду? – спросил принц, целуя меня в ушко.

– Есть одна вещь, которую тебе следует знать.

– И какая же? – Эльф не оставлял своего занятия.

– Ты можешь получить мое тело. Но я никогда не разделю постель с тобой по своей воле.

– А если это будет не постель? – промурлыкал Эрайн. – А, к примеру, ковер в гостиной?

– Какая разница? Если тебе так нужна послушная постельная игрушка, отвел бы меня сразу к дядюшке Вэйону. Уверена, он бы тебе с этим вопросом помог.

Эльф немного отстранился, но держал меня, паршивец, все еще крепко. Встретился со мной взглядом.

– Ты можешь сломить мою волю, – продолжила я, – заставить мое тело хотеть тебя. Но это будет не потому, что я испытываю к тебе хоть какие-то чувства. Это будет всего лишь магия. Так зачем тебе это?

– Ты мне нравишься.

– Я? Или мое тело?

Принц задумался:

– И ты не боишься, что завтра же утром прямиком отправишься в Инкубатор?

– Пусть так. Ведь тогда я умру. Все мои воспоминания, мечты и желания будут стерты. Меня уже не будет волновать, что происходит с моим телом.

– Так, значит, принц Таэн Лаэссэ тебе противен? За это тебя следовало бы наказать…

– Так действуй. Чего же ты медлишь? Если это, конечно, то, чего ты действительно хочешь. – И я холодно усмехнулась принцу в лицо.

Если я хотя бы немного ошиблась в оценке характера Эрайна и его отношении ко мне, то об этом разговоре скоро сильно пожалею.

На лице эльфа отражалась буря раздирающих его эмоций. А потом вдруг лоэл’ли с силой оттолкнул меня. Чтобы удержаться на ногах, я была вынуждена схватиться за кованое ограждение балкона.

– Сделай милость, постарайся пока не попадаться мне на глаза! – прорычал принц, резко развернулся на каблуках и ушел. Хлопнула дверь, на балконе я осталась одна.

Прикрыв глаза, я облегченно вздохнула.

Я смогла, прошлась по краю пропасти и выиграла. Опять.

И пусть победа дала лишь отсрочку. Но это не отменяет того факта, что этот раунд все-таки остался за мной.

Некоторое время я стояла на балконе, возвращаться в апартаменты Эрайна не хотелось. Уже по-осеннему холодный ветер трепал мои волосы, забирался под юбку, гладил ноги. Где-то через час у меня уже зуб на зуб не попадал. И тогда я сдалась, решила вернуться. Тем более я знала, что эльфенку сейчас точно не до меня – принц нашел утешение в компании сразу трех дайрэн.

Я тихонько проскользнула в кабинет и свернулась клубочком на диване.

Последний, оказавшийся для меня судьбоносным, месяц лета подошел к концу, в права вступила осень. С того памятного ночного разговора на балконе прошло несколько дней, Эрайн вел себя так, как будто ничего и не было. Меня забывчивость принца тоже полностью устраивала, а никаких покушений на мою девичью честь он больше не предпринимал.

Полдня эльф где-то пропадал – занимался своими делами, общался с друзьями и родственниками, а ночью ему неизменно составляли компанию дайрэн. Но даже при таком насыщенном графике для меня принц время тоже находил – не меньше двух часов в день было отведено на наши беседы. И я чувствовала, что «мой хозяин» с удовольствием увеличил бы это время в несколько раз, но дела… Собеседником эльф оказался великолепным. Не раз и не два я ловила себя на мысли, что во время этих разговоров забываю, что Эрайн представитель ненавистной мне расы, что он принц и я его рабыня.

Впрочем, тогда, когда была предоставлена самой себе, мне тоже было чем заняться – я с головой залезла в библиотеку принца. В кабинете Эрайна хранилось множество книг на имперском языке, попадались свитки с клинописью орков, имелись фолианты, написанные на других человеческих языках, к несчастью, мне неизвестных. Книг на лоэльском тоже было немало, но их я читала тайком. Пусть принц и к дайрэн, и всем прочим дэйш’ли относился легкомысленно, но я понимала, что у полукровок тоже есть глаза и уши и они вполне могут быть чьими-то соглядатаями.

Меня порядком раздражало и нервировало, что рядом со мной все время крутилась Аша. С одной стороны, это было понятно – принц сам сказал, что хотел бы держать эту рабыню поближе к себе. Как объект любовных утех Аша его не интересовала, но вполне подходила для того, чтобы прислуживать мне, следить за мной… С другой стороны, те взгляды, которыми изредка одаривала меня дайрэн, заставляли задуматься. К тому мнению, что эта дэйш’ли не так глупа, как кажется на первый взгляд, я уже пришла раньше и теперь гадала, не работает ли Аша на еще одного хозяина, кроме Эрайна.

Как бы то ни было, но Аша раздобыла для меня простую и удобную одежду и, чему я была особенно рада, ярко-голубую ленту, которую я повязывала вокруг головы. Этот аксессуар мне очень шел, подчеркивал цвет глаз, придавал облику еще большую экзотичность и в то же время надежно прятал мой истинный цвет волос.

Свою увлеченность библиотекой Эрайна я и не думала скрывать, да и сложно было бы это сделать, если учесть, что я фактически поселилась в кабинете: и спала там, и все свободное время проводила, и наши беседы с эльфенком тоже большей частью в этом помещении проходили. Так что я демонстративно увлеченно листала сборники человеческих сказок и легенд, украшенные многочисленными красочными иллюстрациями, и потихоньку изучала законы и историю лоэл’ли.

Жаль только, что все книги, которые мне попадались, описывали времена уже после прихода эльфов в Срединный мир через Врата. То ли Эрайна ранняя история своего народа не интересовала, то ли эти книги хранились на верхних полках, до которых я еще не добралась. Шутка ли – залезть на шкаф высотой в добрых пять метров, если к этой махине даже никакая лестница не прилагается, да и сам шкаф отнюдь не изобилует различными украшательствами, за которые можно уцепиться. Я бы, наверное, все-таки взяла штурмом и эту вершину, мне не впервой по отвесным стенам карабкаться, если бы действительно видела в этом смысл. Причина, по которой лоэл’ли двести с лишним лет назад были вынуждены покинуть свой мир, была окутана тайной и занимала умы многих разумных существ. Другое дело, что для меня сейчас этот вопрос представлял чисто академический интерес. Вряд ли в тех книгах, если бы они действительно нашлись, я сумела бы отыскать решение своей проблемы… А ведь прошла уже половина отпущенного мне Эрайном срока – целых пять проклятых дней! – и мое время утекало, как песок сквозь пальцы. Я все еще ничего не придумала, все так же топталась на месте.

Когда я с головой залезла в изучение лоэльского законодательства, то еще надеялась, что удастся отыскать какую-то лазейку, какой-то прецедент – ведь не каждый день презренная полукровка спасает жизнь принцу, пусть даже и младшему. Но, увы…

Эрайн по-прежнему оставался единственным, на кого я возлагала свои весьма слабые и призрачные надежды. Понемногу во время наших приватных бесед я лелеяла уязвленную гордость и самолюбие принца, по чуть-чуть подталкивала его к тому, чтобы он начинал отстаивать свое мнение. Пламя негодования в душе Эрайна давно тлело, временами оно даже рождало небольшие всполохи огня, и вот сейчас я старательно раздувала его.

Отчет для правителя принц закончил еще пару дней назад. Я несколько раз заглянула Эрайну через плечо, когда он строчил свое сочинение, и в целом осталась довольна. Только, пожалуй, эльфенок уделил моей персоне слишком много внимания, а доблесть и подвиги слишком уж расписал, даже назвал меня «на удивление разумной и здравомыслящей ора дэйш’ли». И теперь меня мучили сомнения, что таэ Луорен может воспринять слова своего среднего сына с точностью да наоборот…

Обычно вопросы во время наших бесед задавал Эрайн. Его интересовало, как устроена жизнь в Старом и Новом городе Танниса, в каком состоянии находятся постройки имперских времен, что говорят об эльфах люди, какие сейчас наиболее популярны сказки, баллады и даже анекдоты. Песен я, конечно, Эрайну не пела, сразу сказала, что не знаю и не умею, а вот сказки баяла и анекдоты травила. В этот вечер разговор у нас как-то сам собой зашел об эльфах. Тех самых. Первых.

Принц, как обычно, сидел в кресле у камина, а я с комфортом устроилась на диване. Том, который в последние дни служил мне постелью.

– Эрайн, я понимаю, почему люди обычно зовут вашу расу эльфами, – сказала я. – Это название более привычно, оно гораздо проще заковыристого и чужеродного «лоэл’ли». Во всяком случае, я понимаю, почему такое правило установилось поначалу, когда ваша раса только пришла в наш мир. Но я не могу понять, почему вы сами упорно продолжаете именовать себя эльфами, ассоциировать себя с ними? Ведь вы – не они!

– Много ли ты знаешь, – усмехнулся Эрайн и щелкнул пальцами, зажигая огонь в камине. – Ты несколько дней полистала книги и теперь считаешь, что тебе известно все?

– Не все, конечно, – фыркнула я. – Всего не знает никто, даже твой отец. Но я считаю, что знаю не так уж и мало.

– Да? – поднял бровь Эрайн. – Позволь усомниться… Хотя раз у нас зашел разговор на столь интересную тему, расскажи, что тебе известно про эльфов и лоэл’ли.

– Для начала то, – приняла вызов я, – что это две разные расы. Никто никогда не видел представителей этих двух рас вместе, но по иллюстрациям, описаниям, мнениям некоторых долго живущих существ был сделан вывод, что внешне эльфы и лоэл’ли очень похожи, если не сказать идентичны.

– Все так, – с важным видом кивнул Эрайн, хотя глаза его при этом смеялись. – Продолжай.

– Известно также, что обе эти расы являются для Срединного мира пришлыми. То есть я не знаю, может, когда-то в нашем мире жила своя, очень похожая на эльфов и лоэл’ли раса, но история об этом умалчивает.

– Тут я тоже не буду с тобой спорить, – сказал принц и легко взмахнул рукой.

Повинуясь его жесту, из бутылки, стоявшей на столике, выскочила пробка и весело попрыгала по полу. Сама бутылка плавно поднялась в воздух, наклонилась, и рубиновым водопадом из нее в бокал устремилось вино.

Я поморщилась, такое показушное использование магии меня нервировало. Впрочем, раздражалась скорее я уже по привычке, за эти дни к выходкам эльфа я успела привыкнуть. Тем более как признался сам принц, он никак не мог нарадоваться постепенно возвращающимся к нему магическим силам, а потому старался использовать магию везде, где только можно.

– Ты будешь? – спросил Эрайн, указывая на вино.

Я кивнула.

До того, чтобы угостить меня во время беседы вином, принц додумался только на третий день, и не без моей помощи. Зато теперь распивать драгоценное имперское вино в компании с дикаркой-рабыней было для Эрайна совершенно естественным.

– Что молчишь? – спросил принц, движением руки посылая ко мне, полулежащей на диване, бокал с вином. – На этом твои знания и предположения исчерпываются?

– Нет, конечно! – Я подхватила бокал, сделала небольшой глоток и блаженно зажмурилась. – Большинство исследователей сходятся в том, что лоэл’ли и эльфы пришли в Срединный мир из разных миров. Ты согласен с этой теорией?

– Да. Продолжай.

– При внешнем сходстве у этих рас много различий.

– Каких?

– Ну, эльфы, насколько мне известно, были очень миролюбивым народом. Если верить книгам, они не употребляли в пищу мясо и рыбу, жили в гармонии с природой, никогда не держали в руках оружия…

– И это-то их и погубило. Точнее, погубили наших наивных собратьев люди.

Я в этот момент делала очередной крохотный глоток из бокала с вином и, услышав высказывание принца, поперхнулась и закашлялась

– Эрайн, нельзя винить людей в том, что несчастные восемнадцать эльфов – а именно столько их прошло через Врата! – погибли. Да, некоторые из них прожили несколько десятилетий, но как минимум один из них прожил в нашем мире больше трех столетий! Наш мир принял эльфов с распростертыми объятиями, а их имена сохранились в веках. Ведь они были выдающимися художниками, скульпторами, архитекторами и менестрелями. Не секрет, что до Последней войны долгое время существовал даже культ Восемнадцати, и многие творческие натуры возносили тем эльфам молитвы.

– Триста лет – для лоэл’ли пустяк… Мы исследовали останки двух эльфов, так что с уверенностью можно сказать, что эта раса действительно была идентичной нам, и их срок жизни никак не ограничен.

– И что? Ты будешь утверждать, что в смерти всех восемнадцати эльфов виноваты люди?

– Может, и не восемнадцати, но двенадцать эльфов точно, так или иначе, погибли по вине людей – мы провели расследование.

– Но как? Если мне не изменяет память, то между смертью последнего эльфа и вашим приходом в этот мир прошло больше ста лет.

– Ты забываешь, что магия значительно расширяет пределы возможностей, – самодовольно усмехнулся принц.

– Думаю, что если бы не люди, а, к примеру, орки были в те времена самой многочисленной расой, результат вашего исследования изменился бы. Банальная статистическая вероятность.

– Что ты хочешь сказать?

– Лишь то, что люди не корень всех зол. Да, среди нас много подлецов и негодяев. Но свои отбросы у любой расы есть.

– Среди лоэл’ли их нет! – вскинулся эльф.

Что-то наш разговор совсем не туда зашел. Но я не могла остановиться, отступить. Не сейчас!

– Эрайн, скажи честно, ты знаешь всех представителей своей расы?

– Нет, конечно!

– А как ты можешь утверждать, что все лоэл’ли являются образцом чести, порядочности и добродетели? Да что там говорить, даже ты сам… твои моральные принципы далеки от эталона.

– То, что у меня или у кого-то еще много наложниц, вовсе не значит, что он беспринципный убийца.

– Да что ты говоришь?! А ты знаешь, сколько во время Последней войны было убито человеческих детей, женщин и стариков?! Знаешь?!!

– Они были людьми!

– Вот как? Значит, люди – низший сорт?! Они не живые и разумные существа?! Значит, невинные дети заслужили смерть только из-за того, что родились людьми?! Так чем же тогда лоэл’ли лучше нас? И как после этого вы можете обвинять людей в жестокости и двуличности? Ведь это именно вы, лоэл’ли, целых два года притворялись безобидными эльфами, пока вероломно не начали войну!

– Ри, замолчи!

Эрайн встал с кресла и ушел.

Я горько усмехнулась и залпом допила оставшееся в бокале вино. Надо же, а на вопрос, почему лоэл’ли так любят называть себя эльфами, принц так и не ответил. Не верится мне как-то, что дело только в идентичности этих двух рас. Более вероятно, что это следствие пропагандистской политики Таэн Лаэссэ.

Чуть ли не каждая вторая беседа у нас с принцем заканчивалась именно так – принц уходил и тем самым признавал поражение: ему просто нечем было ответить на мои слова. Хотя Эрайн, конечно, с этим бы не согласился.

Сначала я боялась, что однажды принц на меня всерьез обидится и не придет. Но Эрайн всегда возвращался. То ли его влекло ко мне любопытство, то ли он в глубине души признавал истину моих слов. А может, что-то еще. Не знаю.

Этой ночью я никак не могла заснуть, что-то тревожило меня, не давало покоя. То ли недавний разговор с Эрайном был тому причиной, то ли безысходность моего положения… но сегодня как-то особенно неспокойно было на душе.

Я попыталась найти успокоение в книгах. Не помогло. Каждое несчастное предложение приходилось перечитывать по нескольку раз, чтобы вникнуть в его смысл. Я допила оставшееся в бутылке вино, надеясь, что это позволит мне расслабиться и наконец забыться блаженным сном. Бесполезно. Ночь уже перевалила за половину, часа через три должен был забрезжить рассвет, а сна все так же не было ни в одном глазу.

Всегда, сколько себя помнила, я любила ночь и предпочитала бодрствовать в темное время суток, а потому и бессонница не была для меня в новинку. Но сейчас со мной происходило нечто иное, что-то, чему я не могла дать внятного описания и объяснения. И это пугало меня.

Неужели я ошиблась в Эрайне и в этот раз он так обиделся на меня, что решил отомстить? Или, может, кто-то запустил в моем организме процессы, которые должны превратить неудачливую воровку в тупую куклу?

Чтобы хотя бы как-то успокоиться и отвлечься, я стала раскладывать по полочкам то немногое, что мне было известно о дэйш’ли.

В свое время Серый рассказал мне о процедуре, посредством которой дикие полукровки становятся безвольными рабами, лишь в общих чертах. Так, я знала, что сначала лоэл’ли убивали личность объекта, чтобы освободить тело-носитель. Этот процесс занимал от пары часов до нескольких дней, тут многое зависело от силы личности. Добивались цели эльфы разными методами, они не мелочились и не брезговали, пускали в дело и свою проклятую магию, и различные зелья, и пытки… Серый рассказывал, что в первое время каждый третий объект эту самую процедуру не переживал и умирал прямо там, на холодном железном столе. Но потом эльфы сумели как-то сократить потери, и вроде бы объекты почти перестали погибать.

После того как личность умирала, а от объекта оставалось только тело, этакий пускающий слюни болванчик, лоэл’ли принимались за вторую часть процедуры. Уж не знаю, каким образом, но они закладывали в носитель новую, весьма ограниченную и шаблонную матрицу личности.

Затем следовало несколько месяцев интенсивного обучения, больше не требовалось, ведь механическая память, доставшаяся вместе с телом в наследство от старой личности, сохранялась – и все! Верный, преданный, готовый выполнить малейшую прихоть и умереть по приказу раб готов. Конечно, с рабами-специалистами все было уже не так просто, их обучение могло затянуться и на несколько лет.

Подавляющее большинство дэйш’ли бесплодны, и им чуждо сексуальное влечение любого рода. Особняком стоит модификация дайрэн. Этих дэйш’ли, хотя они и тоже стерильны, бесчувственными не назовешь.

Но существует отдельная группа дэйш’ли, задачей которой является воспроизведение потомства. Да-да, именно воспроизведения, а не воспитания! Своих детей эти полукровки никогда не видят и, думаю, даже не осознают, что они у них вообще есть.

Лоэл’ли активно занимаются селекционной деятельностью – выводят рабов с определенными, изначально заданными характеристиками. Добиваются они этого путем тщательного отбора кандидатов в родители, а затем влияют на развитие плода в утробе матери. Именно так появляются на свет прекрасные дайрэн, великолепные воины-тэлиаки, силачи аршет и другие модификации дэйш’ли.

С рабами-младенцами все проще и сложнее одновременно. Новорожденные чисты и невинны, заложить в них определенные характеристики, направить развитие в правильном направлении… а затем вовремя притормозить не составляет для эльфов труда. Другое дело, что детишек надо еще взрастить и привить им определенные навыки и умения.

Вот поэтому и получалось, что обычные дэйш’ли стоили совсем недорого, в то время как на модифицированных дэйш’ли последних поколений цены были заоблачные.

Но, главное, все преобразования над рабами-полукровками происходят в залах Инкубатора. Отделения Инкубатора есть во многих эльфийских городах, но центральная лаборатория находится недалеко от Талрэя. Я никогда не слышала, чтобы ора дэйш’ли перековывали в ином месте, нежели Инкубатор. Ведь сделать из дикого полукровки тупого дэйш’ли совсем непросто. Тут и знания особые нужны, мало кто из лоэл’ли ими обладает, и амулеты, и эликсиры… Так что, Ри, отставить панику! Что бы с тобой сейчас ни происходило, к той процедуре, которой ты так боишься, это не имеет никакого отношения!

Мне становилось все хуже, если раньше я испытывала лишь легкое недомогание и тревогу, то сейчас… Меня била нервная дрожь, все тело покрылось испариной, а сердце колотилось так, будто готовилось выпрыгнуть из груди. Что же, Хайдаш побери, со мной творится?!!

Мысли путались, на меня волнами накатывала паника, которая сменялась приступами тихого отчаяния… Если это не Эрайн (принц ведь не стал бы меня так мучить, верно?) и не процедура, то, может, в том, что мне сейчас так паршиво, виноват Ареин? Ведь этот ушастый гад определенно хотел меня извести!.. Или это вообще некто, кого я и в глаза не видела? Вряд ли всем понравилось, что принц привез из путешествия такую игрушку, как я, да еще и поселил ее в своих апартаментах.

Какая разница, кто или что стало причиной моего состояния! Если я ничего не сделаю, не предприму, то до утра могу просто не дожить. Банально сердце не выдержит или еще что-нибудь в моем организме сломается… Мне нужна помощь! Помощь!!! Но только где ее отыскать в апартаментах принца?..

Точно, принц! Эрайн! Он спит, но я его разбужу… «Мой хозяин» маг, он должен мне помочь! Ну или хотя бы добить, чтоб не мучилась.

С неимоверным трудом я поднялась с дивана и на дрожащих, заплетающихся ногах поковыляла вперед. Путь длиной в десяток метров до выхода из кабинета, казалось, увеличился в десятки, сотни раз. Хайдаш, а мне ведь еще как-то полигон гостиной пересечь надо!

«Стой!» – раздался вдруг приказ.

Я не поняла, кто обратился ко мне, в кабинете, как и прежде, я была одна. Да и голос мне незнаком… Но я все равно замерла. Не потому что послушалась приказа, нет. Совсем рядом с собой я почуяла присутствие другого, неизвестного мне разумного существа. Нет, не просто рядом! Очень близко!.. Я завертела головой. Точно, никого!

Такима-покровительница, кто же это?! Невидимка Страж, как тогда в Старом городе?.. Невидимка – возможно. Но это точно не Страж, если чутье меня не обманывает…

– Кто ты? – прошептала я.

«Тише! Не говори вслух, тебя могут услышать!»

– А как мне тогда говорить? – в раздражении произнесла я чуть громче. – Ты ведь не боишься, что тебя услышат.

«Малышка, а с чего ты взяла, что меня может слышать кто-то, кроме тебя? – В голосе послышалась легкая усмешка. – Тебе известно такое понятие, как телепатия?»

То, что мой неизвестный собеседник назвал меня «малышкой», я пока решила проигнорировать.

– И что ты хочешь сказать? Я телепат? С каких пор?

«Ты нет. А вот я да. Тот голос, который ты слышишь, раздается лишь у тебя в голове».

– И как мне тогда к тебе обращаться, если не вслух?

«Попробуй произнести тот же самый вопрос мысленно. Ты должна думать, что обращаешься ко мне, проговаривать вопрос про себя, но ни звука не произносить вслух».

Он надо мной что, издевается? Это какая-то дурацкая шутка эльфов?

«Ну же, попробуй! Обратись ко мне мысленно!»

– А ты разве не слышал то, о чем я сейчас думала?

«Эх, а мне говорили, что ты более сообразительная, – произнесло неведомое существо с разочарованием. – Ладно, попробуем еще раз… Я не копаюсь у тебя в мозгах и не знаю, о чем ты думаешь. Но мы с тобой можем беседовать. Для того чтобы все получилось, чтобы наш разговор не был однобоким, ты должна мысленно обращаться ко мне».

– К тебе это к кому? Кто ты? Где ты?!

«Задашь вопросы мысленно – отвечу».

– Ладно, сейчас попробую, – тихо проворчала я. – Но если это какая-то дурацкая шутка…

«Не шутка, поверь».

И тут вдруг я поняла, что мне полегчало. Меня все еще немного потряхивало, но не так, как еще несколько минут назад.

Уж не связано ли улучшение моего состояния с появлением этого неизвестного существа? Похоже на то. Значит, и вина за то, что мне было так плохо, лежит на госте?!

Эх, выбить бы из него правду! Схватить за грудки да врезать как следует!!!

Но драться с тем, кого не видишь, невозможно, да и чутье мое сейчас практически бесполезно. Я ведь только знаю, что существо есть, но где оно – справа от меня, слева или надо мной – неизвестно. Такое чувство, что неведомый гость вообще во мне…

Нет, бред!

Или?..

В любом случае надо попробовать сделать так, как сказал гость.

«Эй, ты!!! Ты меня слышишь?! Ну же, отзовись, гад!» – старательно думала я.

«Не так громко! Не кричи, – тут же откликнулось существо. – И не обзывайся!»

Надо же! Получилось!

Ладно, поиграем еще немного по правилам гостя.

«А как мне еще к тебе обращаться? Ты ведь не назвался. Или не назвалось? Не назвалась? Я даже не знаю, какого ты пола!»

«Малышка, думай тише, не так старательно. И, Высшими заклинаю, поменьше экспрессии!»

«Во-первых, не называй меня малышкой. – Я попробовала уже спокойней донести мысль до невидимого собеседника. – Во-вторых, о каких Высших речь? В-третьих, ты все еще не ответил ни на один вопрос».

«О, так уже лучше. Ты молодец, быстро учишься!.. То, как я тебя называю, только мое дело. Ты сейчас не в том положении, чтобы мне указывать… Нет, не перебивай меня! Хотела ответов – слушай! Про Высших узнаешь в свое время, пока тебе эта информация ни к чему. Зовут же меня Ррэко, если хочешь быть услышанной и получить от меня кое-какую помощь, то настоятельно советую обращаться ко мне именно так. И да, раз уж тебе так интересно, то я – существо мужского пола».

«Что за существо?»

«А вот это тебе знать пока еще рано».

«А когда станет поздно?»

«Все в свое время».

«Как мило… Ты, неведомый Ррэко, кажется, что-то говорил о том, что можешь оказать мне помощь. Так чем ты можешь помочь? Или это тоже один из тех вопросов, ответы на которые я пока недостойна узнать?»

«Я могу вытащить тебя отсюда. Помочь сбежать».

«Каким образом?»

«Сейчас это не имеет значения. Главное – верь, это в моих силах».

Нет, этот гад надо мной точно издевается!

«Чудесно, раз уж ты так настаиваешь, детали и условия (а я не сомневаюсь, что они есть!) предоставляемой тобой помощи обсудим позже. Но пока, будь добр, ответь, где ты находишься и какого Хайдаша делаешь у меня в голове?!»

«Малышка, сколько раз повторять, я не у тебя в голове».

«Да? А где? Раньше я за собой особенности слышать голоса что-то не замечала…»

«А ты та еще язва! – усмехнулся Ррэко. – Интересно, ты глупа или просто безрассудна?»

«Если хочешь начистоту, то пока я не рассматриваю возможность общаться с кем-то мысленно всерьез. Проще поверить, что все это мне лишь снится, что я валяюсь в бреду».

«И как же мне убедить тебя, что наша беседа не сон?»

«Ну ты можешь вытащить меня из эльфийской столицы. Тогда, думаю, я тебе поверю».

«Нет, так не пойдет! – рассмеялся Ррэко. – Малышка, ты хитра, но провести меня так легко тебе не удастся».

Да, я немного слукавила. Может, это и глупо, но я как раз верила, что моя беседа с невидимкой абсолютно реальна. Наверное, потому, что прекрасно осознавала, что, как дура, стою ночью посреди кабинета принца и строю мысленный диалог с кем-то невидимым. Какая бы богатая фантазия у меня ни была, такое не могло привидеться даже в бреду. Все-таки я девушка вполне здравомыслящая, а не какая-то там сумасшедшая!

«Тебе не кажется, что у нас какой-то бессодержательный диалог получается? Я задаю вопросы, а ты тем или иным способом уходишь от ответа».

«Ладно, ты права, шутки в сторону. Спрашивай, постараюсь по возможности удовлетворить твое любопытство».

«Я уже спросила. Имя мне твое известно, пол, слава богам, тоже. Расовую принадлежность ты пока не хочешь раскрывать, что ж – твое право… Но вот то, где ты находишься, каким образом со мной общаешься и почему в собеседники решил выбрать именно меня, я бы очень хотела узнать».

«Нахожусь я очень далеко от тебя. Где – неважно, все равно это название тебе ничего не скажет. Тебе достаточно знать, что нас разделяет пара тысяч километров…»

«Так далеко?! А тогда почему я тебя…» – вовремя оборвала мысль. Хайдаш, чуть не сболтнула лишнего!

«Почему ты знаешь, что я здесь? Что я близко? Ты ведь можешь как-то чувствовать меня, так?»

«О чем ты?»

«Рийна, не отпирайся!»

Этот Ррэко еще и имя мое знает!!! Притом не сокращенную версию, которую я сообщила эльфам!

«Я не совсем понимаю, о чем ты. Да, я крайне удивлена, что ты так далеко. Если честно, то даже не верю. Я мало знаю о телепатии, но все-таки слышала, что на больших расстояниях этот дар не работает. И потом, свое приветственное «стой» ты крикнул очень вовремя, будто видел меня…»

«Рийна, бесполезно. Ты можешь обмануть многих, но не меня, во всяком случае, не в этот раз. Так что можешь не отпираться, я знаю, что у тебя есть некая особенность, необычный дар. Ты же не думала, право, что лишь одна им владеешь?»

Хайдаш!!! Неужели?!

«О каком даре речь?» – недоверчиво уточнила я.

«А ты осторожна! Уважаю».

«Ррэко, не томи. Начал уж говорить, так договаривай».

«Эх, – вздохнул собеседник, – вот только похвалишь тебя, как… Ладно, что об этом говорить. В общем, ты, как бы понятнее выразиться, всегда знаешь, кто поблизости от тебя находится. При этом окружающие тебя существа могут быть хорошо замаскированы, так что их и увидеть невозможно, и звуков они никаких не издают, но ты все равно знаешь, что они есть. Более того, ты можешь определить расовую принадлежность этих самых существ. Я понятно выразился?»

«Да-а…» – Я потрясенно молчала.

Никому и никогда я не рассказывала об этой своей способности. Но как тогда такое возможно?! Откуда Ррэко узнал о моем даре?! Неужели собеседник меня все-таки обманул, и он может читать мои мысли и копаться в памяти? Или Ррэко сам обладает таким же даром, как и я?

«И что ты хочешь сказать? У тебя тоже есть эта способность?»

«У меня нет. Но я знаю тех, у кого этот дар есть».

«И кто же это?»

«Еще один вопрос, на который я не могу ответить».

«Но я все узнаю в свое время?»

«Да».

«Хорошо, раз ты так все прекрасно понимаешь, то скажи, почему я чую твое присутствие здесь? И только не говори, что и этот вопрос останется без ответа!»

«Малышка, все очень просто. Ты ощущаешь не меня, а лишь нашу связь».

«Не поняла. Что? Как? Какую, к Хайдашу, связь?!!»

«Все дело в браслете».

«В каком браслете?!»

«Том самом, что у тебя на плече».

– Брасле-э-эт! – простонала я вслух, нисколько не заботясь о том, что меня могут услышать.

«Рийна! Я же просил…»

«Помолчи! Мне нужно подумать».

И, как ни странно, собеседник послушался и действительно замолчал.

Медленно, пребывая в каком-то заторможенном состоянии, я подошла к креслу. Забралась в него с ногами, свернулась уютным комочком. Мне нужно многое обдумать, пересмотреть некоторые свои решения, проанализировать события, которые привели меня к текущему ужасающему положению.

Разрозненные кусочки вертелись у меня перед глазами и медленно складывались в жуткую картину. В полотне было все еще много прорех, но я теперь ясно видела, что то, что раньше казалось досадным стечением обстоятельств, было чьим-то хитроумным планом.

Я обвиняла себя в дурости и невезении. Не понимала, что на меня временами находит, почему я совершаю такие глупые и необдуманные поступки. Вспомнить хотя бы ту историю, когда я надела проклятый браслет? Или как я познакомилась с Эрайном? Вот уж точно образец дурости, достойный занесения в анналы!

Браслет! Я хихикнула. И думать про него уже забыла. Столько событий произошло, все так закрутилось, что о татуировке на плече я и не вспоминала.

Сначала, помнится, меня еще посещали опасения, что необычная татуировка может привлечь внимание лоэл’ли. Боялась, что браслет может как-то магически фонить… Но ушастые вообще вниманием рисунок на моем плече не удостоили. И я забыла…

А вот оно как оказалось – браслет и есть корень всех моих бед. Точнее, не браслет, а Ррэко и его друзья! Не верю, что этот подлец действовал в одиночку.

Я надела браслет, когда находилась на чердаке притона в Новом городе Танниса, а Ррэко заговорил со мной лишь через месяц, когда я путем бесчисленного множества дурацких совпадений добралась до Талрэя. Точно, прошел ровно месяц! День в день!

Не верю я в такие совпадения!

«Ррэко, скажи, а почему ты решил пообщаться со мной лишь спустя месяц?»

«Ты правильные вопросы задаешь, – усмехнулся собеседник. – Вижу, ты уже поняла, что твоя история не так проста, как кажется на первый взгляд? Право, я удивлен, что ты отреагировала так спокойно».

«Месяц, Ррэко. Почему именно месяц?»

Каково узнать, что вся твоя жизнь – это кем-то тщательно срежиссированный спектакль?.. Шок? Да. Злость? Без сомнения. Желание отомстить тоже присутствует. Но главный вопрос – «почему». Почему это произошло со мной? Почему именно я?!

Ррэко, ты ждешь от меня проявления эмоций? Хочешь насладиться моей ненавистью, злостью и растерянностью? Обойдешься!

«Если и на этот вопрос ты не ответишь, то, боюсь, наша беседа закончится окончательно и бесповоротно».

«Ты мне угрожаешь? Я неясно выразился, что от меня зависит, окажешься ли ты на свободе или превратишься в дэйш’ли?»

«Почему же? Я это прекрасно поняла… Как и то, что я тебе зачем-то нужна».

«Ты в этом так уверена? Полукровок, как ты, сотни! Тысячи!»

«Да что ты? – усмехнулась я. – Давай теперь уже ты не будешь врать. Мы оба знаем, что я если и не уникальна, то представляю собой большую редкость. И браслет этот оказался у меня на руке не случайно. Есть причина, почему выбрали меня и почему я оказалась в эльфийской столице. Так?»

Ррэко некоторое время молчал, а потом будто нехотя, через силу произнес:

«Как я уже сказал, твоя история не так проста, как кажется на первый взгляд».

«Это не тот ответ, который я жду».

«А чего ты от меня хочешь?»

«Ответов на вопросы».

«Есть вопросы, на которые я не могу ответить».

«Почему?»

«Ты забыла, где ты находишься?»

«Не отвечай вопросом на вопрос».

«Хорошо. – Собеседник устало вздохнул. – Ты сейчас полностью во власти лоэл’ли. И можешь вольно или невольно проговориться им, рассказать то, что знать им совсем ни к чему».

«Так вы враги?»

«Кто?»

«Ты прекрасно понял мой вопрос. Ррэко, или как тебя там на самом деле, я устала от этих игр. Я могу заключить с тобой некий договор о сотрудничестве. Ты помогаешь мне, отвечаешь на вопросы, я делаю нечто необходимое тебе. Или я могу выброситься с балкона башни. Вариант с превращением в дэйш’ли не рассматриваем».

«Ты угрожаешь мне собственным самоубийством? Оригинально!»

«Да нет, по мне так уже вполне обыденно. И со смертью, да будет тебе известно, я успела смириться… Я устала быть пешкой. Либо игра идет на равных, либо – вон из моей головы!»

«Я тебя разочарую, но если прыгнешь с балкона, то вряд ли долетишь до земли. Почти уверен, что лоэл’ли натянули внизу ловчую сеть, которая не даст разбиться ни тебе, ни кому-либо еще».

«Пусть так. На столе лежит нож для бумаг, и у меня хватит смелости им воспользоваться. Не сомневаюсь, вы за мной долго наблюдали и неплохо успели изучить, а потому ты сейчас знаешь, что я не вру».

Ррэко ничего не отвел. А потом пропало и ощущение присутствия неизвестного существа. Я даже посмотрела на браслет-татуировку, но рисунок на коже ничуть не изменился, остался таким, как прежде.

Неужели Ррэко ушел навсегда, и я оказалась совсем не так важна, как сама себе навоображала?.. Хотя какая разница?! Ушел так ушел! Хуже было бы, если бы меня опять использовали втемную, а потом выбросили.

Я подошла к столу, взяла в руки тот самый нож для бумаги. Задумчиво повертела его в руках.

Как-то совершенно некстати вспомнилась недавняя стычка эльфов с орками. Урги тогда использовали какую-то хитрую штуковину, которая лишила лоэл’ли возможности пользоваться магией, а все амулеты с эликсирами сделала полностью бесполезными. Но тогда почему с моим браслетом ничего не случилось?! Почему он остался у меня на плече? Почему со мной смог выйти на связь этот гад Ррэко?!

Хотя какая теперь разница? Отвечать на вопросы все равно никто не собирается, а гадать я могу до конца жизни. До него, к слову, не так уж и много времени осталось.

Посмотрела на ножик… А может, хватит тянуть? Может, стоит покончить со всем прямо здесь и сейчас? Ведь каков шанс, что мне удастся избежать участи дэйш’ли? Да никакого! Хватит заниматься самообманом! Единственное, на что я могу рассчитывать, это на небольшую отсрочку. Но что это мне даст? Лишь продлит агонию…

Я задумчиво вертела в руках нож, прикидывая, как бы лучше им воспользоваться. Может, просто вскрыть себе вены? А что? Не самый плохой способ свести счеты с жизнью. Я как раз примеривалась, как лучше порезать вены на запястьях… когда услышала окрик:

«Стой! Не делай этого!»

Все-таки я не ошиблась!

«Значит, ты можешь как-то видеть, что я делаю? – как ни в чем не бывало спросила я. Откладывать нож в сторону я пока не собиралась.

«Иногда я могу видеть твоими глазами. И слышать то же, что слышишь ты».

«Ну и как? Интересно было наблюдать за моими приключениями?»

«Я редко пользовался этой возможностью».

«Почему?»

«Ничто не дается просто так. Нашу связь поддерживает браслет. Если бы не он, то ни наше мысленное общение, ни все остальное было бы невозможно. Но даже в этом случае за все приходится платить».

«Кому?»

«Мне. У тебя, как видишь, пока никаких негативных последствий от нашего общения не было».

«Тут все зависит от того, что именно называть негативными последствиями».

«Головная боль, тошнота, рвота, галлюцинации и общий упадок жизненных сил».

«И у тебя сейчас?..»

«Да. На само мысленное общение сил затрачивается хотя и много, но все-таки приемлемо. А вот подглядывать и подслушивать я стараюсь как можно реже, не хочу умереть в самом расцвете лет… Кстати, скажи, это была игра? Или ты действительно была готова покончить с собой?»

«А что? Есть разница?»

«Нет. Все равно ты правду не скажешь?»

«Как знать… Так почему ты вернулся? Изменил решение?»

«Да».

«Бегал обсудить с начальством?»

«Можно и так сказать».

Ого, значит, я правильно догадалась! И Ррэко действует не в одиночку.

«Тогда я тебя внимательно слушаю».

«Значит, так, – после небольшой паузы начал Ррэко, – мы согласны заключить с тобой договор. Я отвечаю на те вопросы, ответы на которые не повредят нам. Ты выполняешь одну услугу для нас. После этого мы тебя вытаскиваем из Талрэя и вообще из Таэн Лаэссэ».

Как интересно! Мой собеседник может меня каким-то образом вывезти не просто из столицы, но из самого лоэльского государства?

«Какого рода услуга?»

«Позже…»

«К Хайдашу все эти твои «позже»! Втемную больше играть не собираюсь. Я, кажется, ясно выразилась, либо говоришь все как есть, либо можешь проваливать!»

«Ладно. Хорошо. Успокойся. Тебе нужно будет стащить у лоэл’ли одну безделушку».

Значит, все-таки я была права, и то, что я оказалась в эльфийской столице, не случайность.

«Так вам потребовались услуги Ночной гостьи?»

«Да».

«А к чему тогда все эти игры? Почему просто не заключили со мной контракт?»

«А ты бы согласилась на такую работенку?»

«Хм, хороший вопрос… Так что за безделушка? И главное, где ее искать?»

«Это кулон. Серебряная цепочка и небольшой, с ноготь, искусно ограненный кристалл. Прозрачный. Бесцветный. Кристалл оплетает тонкая паутина серебряной оправы».

«Кристалл, говоришь? А уж не бриллиант ли это, часом? По описанию похоже».

«Да, кристалл действительно внешне неотличим от бриллианта, но это не он. У этого камня уникальная структура».

«А магия в этом твоем камушке есть?»

«Как бы так сказать… и есть, и нету. То есть магия в кристалле есть, но она спит, и лоэл’ли о ней даже не догадываются. В противном случае они бы охраняли кулон тщательнее».

«Мы подошли к самому интересному. Где хранится эта безделушка?»

«В музее. Этот кристалл – одна из регалий власти правителей Империи Алрин».

Ах вот оно как! Сейчас, когда Ррэко упомянул про регалии, я вспомнила, что не раз и не два в книгах встречала изображение похожей подвески на портретах императоров. И если художники не наврали с пропорциями, то кулон и правда миниатюрный.

«Подожди, а разве все эти регалии не ушли на дно морское вместе с островом, на котором был императорский дворец?»

«Нет. Человеческий правитель в последний момент узнал о готовящейся атаке лоэл’ли и предпринял попытку бежать. И это ему даже почти удалось. Право, Император пожалел, что не остался на своем острове, смерть его была бы намного легче и быстрее… Так что у лоэл’ли в музее хранится полный комплект регалий Империи».

«Надо же! А я об этом и не слышала!.. Впрочем, ладно, поверю на слово. Так как, по-твоему, я должна пробраться в музей? Пока я даже из апартаментов принца ни разу не выходила… Где вообще этот музей находится?»

«Как – не моя забота. Думай! Если будут какие-то идеи, понадобится совет, можешь обсудить со мной. Ну а находится музей здесь, во дворце».

«Уже легче! А что с охраной? Там ведь, наверное, магических ловушек понатыкано».

«По нашим сведениям, музей почти не охраняется, все действительно ценное лоэл’ли хранят в сокровищнице. А там лишь безделушки, дань истории… И потом, я могу видеть магические потоки. Так что, когда пойдешь на дело, сообщи. Я буду твоими глазами».

«Так ты маг? И колдовать через меня сможешь?.. Что же ты сразу не сказал?!»

«Не совсем. И колдовать я через тебя тоже не смогу. Как уже сказал, я могу только видеть».

«Хоть на этом спасибо…»

«Так что? По рукам?

«Подожди. Я хотела бы внести в наше соглашение кое-какие уточнения и поправки».

«Я слушаю».

«Пока я нахожусь в плену, ты отвечаешь лишь на те мои вопросы, на которые можешь. Когда я выполню ваш заказ и окажусь на свободе, мы с тобой еще раз поговорим, и ты ответишь на оставшиеся вопросы».

«Хорошо».

«Ты очень легко согласился».

«Я ждал от тебя этого уточнения. И был бы разочарован, если бы ты не включила этот пункт в наш договор».

«После того как я добуду кулон, ты сразу же вытаскиваешь меня из столицы и из Таэн Лаэссэ».

«Сразу, может, не получится. После того как ты добудешь кристалл, нам может потребоваться еще день-два на подготовку…»

«Так не пойдет! Если я не исчезну сразу, то кулона могут хватиться…»

«Не думаю. Насколько нам известно, музей не страдает от обилия посетителей».

«Все равно. К чему такая задержка?»

«Рийна, это один из тех вопросов, на которые я не могу пока ответить. Но я обещаю, мы сделаем все возможное, чтобы вытащить тебя как можно быстрее. Идет?»

«Ладно…»

«Еще какие-то уточнения?»

«После того, как я окажусь на свободе, ни вы, ни существа, работающие на вас, не должны пытаться меня убить, как-то мне навредить или захватить меня в плен. Согласен?»

«Да. И хочу сразу оговориться, что ничего подобного ни у кого из нас и в мыслях не было. Теперь все?»

«Нет. Еще мне должны заплатить. Очень хорошо заплатить».

«Так ты еще и денег хочешь?»

«А как ты думал? Я по вашей вине потеряла все свои сбережения. И когда окажусь на свободе, не хочу оказаться без средств к существованию. Так что я хотела бы потерянные богатства не только вернуть, но и увеличить вдвое. Ты ведь согласен, что работа с таким риском для жизни должна хорошо оплачиваться?»

«Справедливо. Сколько ты хочешь?»

«Семь тысяч л’релей. Но чтобы лишь десятую часть этой суммы мне предоставили в л’релях, а оставшуюся в драгоценных камушках. Некрупных, неприметных, таких, которые с удовольствием возьмет любой скупщик краденого».

«Интересное условие. Почему так?»

«Я не знаю, что ты и те, кто за тобой стоит, затеваете. Но думаю, что для эльфов ближайшее будущее может быть совсем не радужным. Война эльфов с орками… Кстати, ты, случаем, не представляешь сторону орков?»

«Нет, мы, если так можно выразиться, третья сторона».

«Любопытно… Так вот, я боюсь, что в связи с ожидающимися событиями эльфийские деньги могут несколько обесцениться. А на драгоценные камни есть спрос всегда».

«Умно, признаю. Теперь все?»

«Условия все, но мне хотелось бы иметь какие-то гарантии, что меня не обманут».

«Тебе придется поверить мне на слово. Иного выбора у тебя нет».

Да, тут Ррэко прав. Либо довериться и согласиться, либо воспользоваться тем замечательным ножичком для бумаги… Как ни крути, но выбор очевиден.

«Я согласна».

«Договорились!»

«А теперь ответь на первый мой вопрос. Почему ты связался со мной лишь спустя месяц?»

«Именно столько времени понадобилось, чтобы установилась наша связь».

«Кстати, о связи. Эти мысленные беседы, они как настоящие. Я чувствую твои эмоции, интонации, с которыми ты произносишь ту или иную фразу… Мне доводилось кое-что читать о телепатии, и там говорилось совсем об ином…»

«Я понял тебя. Тут все дело в браслете. Он служит проводником, связывает нас. Собственно говоря, термин «телепатия» в данном случае не совсем верен. Мы называем такое общение мыслесвязью. Еще вопросы?»

«Да. Почему вы все-таки выбрали меня?»

«Извини, но на этот вопрос я пока не могу дать ответа. Единственно, что я могу сказать, – ты уникальна, таких, как ты, больше нету. Если бы кто и смог справиться с нашим заданием, то только ты».

Похоже, я слишком мало денег запросила…

«В чем именно заключается моя уникальность, ты, конечно, не скажешь?»

«Конечно. Но я обещаю, что когда эта история закончится, ты все узнаешь».

«Ладно, – вздохнула я, – а как вам удалось добиться того, чтобы я оказалась в Талрэе? Многие события, которые меня сюда привели, были более чем случайны».

«Один из моих друзей обладает удивительной способностью влиять на решения других существ, подталкивать их к тем или иным поступкам».

Ах вот как! Что-то подобное я и подозревала!

«Сейчас он на меня тоже… влияет?»

«Нет. Хотя так было бы для всех намного проще… Лоэльская столица, да и вообще, собственно говоря, большая часть Таэн Лаэссэ закрыта для нас. И потом этот браслет. После того как он активировался, после того как установилась наша связь, мы уже никак не можем влиять на твои решения и поступки».

«Хоть тут спасибо. Если ты не врешь, конечно».

«Не вру. Как я сказал, намного проще было бы управлять некоторыми твоими решениями, чем придумывать, как подсунуть тебе браслет, а сейчас гадать, справишься ты с заданием или нет».

«А при чем тут Стражи?»

«Стражи? Кто это?»

«Когда я нашла шкатулку, то увидела поблизости Стража. Только не говори, что эти существа не имеют к вам никакого отношения!»

«Опиши этого своего Стража».

«Что-то типа духа или призрака, как их рисуют в книжках. Полупрозрачная серовато-синяя фигура, длинные волосы… Больше я рассмотреть не успела».

«Так вот кого вы зовете Стражами! – Ррэко рассмеялся. – Вот кем люди пугают своих детей!.. Да будет тебе известно, что если бы не те, кого вы называете Стражами, то ни вольных городов, ни свободных людей уже бы и не было».

«А кто они, эти Стражи?»

«Извини, Рийна, но пока тебе это лучше не знать».

«Твои друзья имеют какое-либо отношение к Стражам?»

«Еще раз извини, я не могу ответить на этот вопрос».

Уже ответил! Готова спорить, что если сам Ррэко и не мифический Страж, то его подельники точно.

Хайдаш, во что же я ввязалась?!

И почему эти твари выбрали меня?! Чем я так уникальна?

Да, у меня необычный цвет волос, который я чуть ли не с рождения прячу под рыжей краской, и этот странный, толком не понятный дар… Но почему мне кажется, что это далеко не все? Что есть что-то еще, чем я выделяюсь среди других полукровок…

Надеюсь, мне все-таки представится шанс получить ответы на все эти вопросы и как-нибудь отомстить неведомым кукловодам. А пока об этом лучше не думать. Ррэко утверждает, что не может читать мысли, но кто его знает…

У меня появился призрачный шанс выбраться из этой истории. Дело за малым – придумать, как добраться до музея и выкрасть проклятый кулон.

Отступление первое

Ррэко закончил доклад и молчаливо ждал, что скажет рэйа Арелина. Его напряжение выдавал лишь хвост, который нервно подергивался – у лиена хватало поводов для беспокойства.

– Можешь быть свободен. Отдыхай, – произнесла Арелина и недвусмысленно указала своему подданному на дверь.

– Да, моя рэйа, – склонил голову лиен и тихо вышел из кабинета.

Арелина поднялась с кресла и подошла к окну.

Осень только началась, но в долине, затерянной среди северных отрогов Велайских гор, было уже по-зимнему холодно. Если же учесть, что кабинет располагался на одном из последних этажей самой высокой башни столицы эйсин, а сама башня была высотой в пару сотен метров и гордо стояла на вершине горы – то холодно в кабинете было в любое время года. Другое дело, что эйсин, этих легендарных повелителей льдов и ветров, низкие температуры нисколько не тревожили. Вот и сейчас на рэйе была лишь легкая белоснежная туника, а стройные ноги Арелины овивали тонкие серебристые ремешки сандалий.

Узкая ладонь рэйи прикоснулась к оконному стеклу, расписанному причудливыми морозными узорами… и тут же лед растаял, а стекло стало чистым и прозрачным.

Далеко внизу переливалось в лучах восходящего солнца зеркало озера, а на его берегах и на склонах гор темнел вечнозеленый лес. Могучие, огромные, великолепные деревья! Возраст многих из них насчитывал не одну тысячу лет, некоторые были даже ровесниками самой рэйи. А между деревьями стояли иглы белоснежных башен.

Умиротворяющая картина. Завораживающая.

В минуты раздумий Арелина любила смотреть на свою столицу Алрэйну – город тысячи башен.

– Что вы думаете? – не оборачиваясь, спросила владычица у двух находившихся в комнате эйсов. Ее советников и по совместительству мужей. С тех пор как ушел Ррэко, ни один из них не проронил ни звука.

– Ррэко слишком молод. Малышка вертит им, как хочет, – сказал Итэрлен, старший муж Арелины.

– Знаю, но выбора у нас особого не было. Свободных лиенов осталось всего пятеро, а из них связать свою жизнь с Рийной согласился только один.

– И поступил так Ррэко явно не от большого ума, – заметил Олиани, младший муж. – Не иначе им овладела жажда приключений, а жизнь в горах показалась слишком скучной.

– Я не могу его за это винить, – сказала Арелина. – Ррэко пусть и молод, но, что бы ты ни говорил, совсем не глуп. Это мы просто Рийну недооценили. Даже я не ожидала от малышки такого, что уж говорить про лиена.

– Меня волнует, что Рийна слишком много знает. Ты разрешила поделиться с малышкой некоторой информацией. Но, по моему мнению, откровенность Ррэко превысила все допустимые пределы, – вздохнул Итэрлен.

– Да, это тоже меня беспокоит, – задумчиво кивнула Арелина, продолжая как ни в чем не бывало любоваться пейзажем за окном. – С другой стороны, девочка заслужила узнать хотя бы малую часть правды.

– А если она не справится? Не сможет достать кристалл? – спросил Олиани.

Рэйа отвернулась от окна и посмотрела на младшего мужа. Тонкие сливовые губы Арелины украсила грустная улыбка.

– Значит, мы проиграли. Если у Ри не хватит решительности, изворотливости и сообразительности выкрасть у эльфов кристалл, то и со своей миссией в дальнейшем она справиться не сможет.

– Олиани прав, мы сильно рискуем, – сказал Итэрлен. – И дело не только в способностях Ри. Кристалл может взять в руки только человек…

– Ри верит в то, что она человек, – перебила мужа и советника Арелина. – Она осознает себя именно как человека, думает о себе как о человеке. А значит, у нас есть шанс. Если Ри сможет взять кристалл в руки, то и потом она его тоже сможет использовать.

– Но если с малышкой что-нибудь случится, нам некем будет ее заменить…

– Все так. Но, как я уже сказала, выбора у нас нет. Этот ход целиком и полностью зависит от Рийны.

Глава 10

Джаред Дэш

22 – 30-й день Атанарил-лин 223 года от О. В.

В Норрей мы прибыли строго по расписанию. Никаких проволочек, поломок или прочих непредвиденных ситуаций. Разве что Сажу в самовозке с непривычки укачало и непременно вырвало бы, если бы не пустой желудок. Я предполагал такое развитие событий, а потому мы и утром позавтракали легко, и обед пропустили не только по причине шатающихся по Аррею орков.

Я тоже чувствовал себя не самым лучшим образом. В ящике было душно, да и габариты его оставляли желать лучшего, ну никак он не был рассчитан на провоз существа, ростом почти в два раза превышающим среднего жителя Одр Крапа. Мне ноги пришлось согнуть так, что колени почти касались ушей, голову втянуть в плечи – но даже это не уберегло мой затылок от близкого знакомства с потолком. Всю дорогу самовозку трясло, она надрывно скрипела, иногда ящики-вагоны наклонялись под таким углом, что, казалось, состав вот-вот перевернется, но нет, самовозка как ни в чем не бывало продолжала нестись по вырубленному в горах туннелю.

Гномы, глядя на нас с Эрихом, только посмеивались в кустистые бороды. Коротышки всегда к наземным жителям относились с неким презрением и непониманием. В отличие от нас, подгорные жители не испытывали от поездки никаких неудобств, скорее, наоборот, получали удовольствие.

Путь от Аррея до Норрея занял без малого шесть часов. Когда самовозка наконец остановилась, мы с мальчишкой чуть ли не в унисон протяжно вздохнули и удостоились нескольких презрительных высказываний со стороны гномов. Но нам было все равно, главное – доехали. О том, что предстоит еще одна поездка на самовозке, я старался не думать.

Норрей – узловая станция, здесь пересекаются сразу семь туннелей-путей. И здесь же мы должны были пересесть на другую самовозку, которая довезла бы нас до цели нашего подгорного путешествия – до Лайэна. Но помощник начальника станции мне с прискорбием сообщил, что самовозка в Лайэн сможет отправиться только через несколько дней. Такое большое отклонение от расписания объяснялось тем, что в туннеле произошел обвал и на его расчистку требовалось время. Да, самовозки не так уж и безопасны, как декларируется гномами.

В итоге нас на целых пять дней заперли в тесной комнатушке, которая по какой-то ошибке богов именовалась гостиничным номером. Выходить за пределы гостиницы нам строжайшим образом запрещалось, дозволялось только посещать нужник, расположенный на нижнем уровне, и общий зал, хотя последнее и не рекомендовалось. Вот и вышло, что практически все время я сидел с мальчишкой в комнатке три на три метра, высота потолка которой составляла около полутора метров. Окон в данном помещении не предусматривалось.

Денег за эти удобства содрали столько, что можно было пару раз от Аррея до Норрея прокатиться. Жадная мелюзга! Знали, что деваться презренным людишкам некуда! Либо плати, либо отправляйся в каменоломни, там вечная недостача рабов-людей.

Несколько раз в день я находил повод для того, чтобы наведаться в общий зал. Ну, там еды купить или какого-нибудь питья. Разумеется, меня гораздо сильнее беспокоил голод информационный, нежели какой иной. Поначалу мои хождения особого результата не приносили – гномы, которые страсть как любили потрепать языком, при моем появлении тут же замолкали. Лишь к концу второго дня коротышки перестали обращать на меня внимание.

Дольше необходимого я задержаться в зале не мог, но все же обрывков разговоров, фраз мне хватило для того, чтобы сделать вывод: основная тема застольных бесед подгорного племени – война ургов и лоэл’ли. Притом дела последних пока складывались из рук вон плохо. На третий же день нашего вынужденного с Сажей заточения тематика застольных разговоров изменилась. Из пограничного города пришла ужасающая новость – торговый караван гномов самым наглым образом разграблен, а сами гномы безжалостно перебиты.

Пока коротышки в дерзком нападении обвиняли орков, но как долго они еще будут придерживаться данного заблуждения? Сколько пройдет времени, прежде чем гномы узнают, что зеленомордые здесь ни при чем? Или все-таки я достаточно хорошо замел следы и меня так никто и не заподозрит?

Я не находил себе места, в любой момент ожидал, что за нами придут. Считал часы и даже минуты, когда наконец можно будет покинуть подземное царство и направиться в Лайэн. Нет, я понимал, что и там не буду в безопасности. Все-таки вольный город стоит на гномьей земле, так что он вполне может оказаться для меня ловушкой. Но в Лайэне у меня будет хотя бы какой-то простор для действий. А здесь я почти уже в тюрьме. Осталось навесить на дверь замок – и все!

Первые два дня нашего заточения мальчишка отсыпался. Право, я ему немного завидовал. Эх, молодость, молодость! А потом он тоже стал сходить с ума от скуки и беспокойства. Такому непоседливому созданию, как Сажа, немыслимо тяжело сидеть в четырех стенах, притом что даже никакой книжки поблизости нет.

Я не мог толком поговорить с мальчишкой. Ведь одно неосторожное слово… да что там слово, даже из нескольких несуразных оговорок можно сделать далеко идущие выводы. Нашу с Эрихом жизнь опутывает целая паутина тайн. Если бы коротышки узнали обо мне хотя бы десятую часть того, что известно Саже, – меня бы четвертовали. А возможно, и мальчишку заодно. Поэтому мы с парнем практически все время молчали или обменивались общими, ничего не значащими фразами.

Лишь на четвертый день нашего вынужденного заточения между мной и воспитанником состоялся важный разговор. И то исключительно потому, что я должен был подготовить сорванца к жизни в Лайэне, к тому, что нас там может ждать. Если, конечно, мы вообще до этого вольного города доберемся…

– Сажа, – осторожно начал я, – мне хотелось бы обсудить с тобой важный вопрос.

– Какой? – сразу заинтересовался мальчишка.

– Уже скоро мы прибудем в Лайэн, а там, как ты помнишь, живут мои родичи, – и уточнение для возможного слухача, – наши родичи.

Малец немного растерялся. Похоже, он думал, что когда я говорил о родственниках привратнику-гному, то врал.

– Э-э-э… помню.

– Я рад, – ободряюще улыбнулся я. – Тогда, надеюсь, ты помнишь и то, что наши лайэнские родичи весьма многочисленны?

Воспитанник совсем сник. Умный парень! Может читать между строк и его совсем не вдохновляет идея оказаться в городе, буквально кишащем вампирами.

– Конечно, в Таннисе у нас с тобой тоже есть… родственники. Но их там меньше, и они совсем не такие… навязчивые. Да, это правильное слово! Я просто предупреждаю тебя, чтобы ты держал ухо востро.

– Я понимаю, – кивнул мальчишка. – Эти… родственники, они сильно отличаются от вас? Я ведь их никогда не видел.

– Сильно. У нас разное воспитание, разные жизненные ценности, вообще разные взгляды на… жизнь. Поэтому ты должен быть очень осторожен, по возможности не оставайся с ними наедине, держись ближе ко мне и во всем слушайся меня. Ясно?

– Да, – вздохнул Сажа. – А никак нельзя избежать с ними встречи? Не так уж я и хочу знакомиться с лайэнскими родичами.

– Не получится, – покачал головой я. – Родичи, без сомнения, пожелают меня увидеть. А может, и тебя заодно. Так что, Эрих, рассчитываю на твое благоразумие.

– Я не подведу, – серьезно сказал мальчик.

Когда отпущенные на ремонт туннеля пять дней истекли, гномы любезно сообщили, что мы можем продолжить путь. Пара стражников сопроводила нас прямиком на станцию, где уже поджидала пассажиров самовозка.

Сам Норрей мы так толком и не увидели. Лишь по дороге в гостиницу и обратно нам удалось краем глаза взглянуть на один из самых больших и густонаселенных городов Одр Крапа.

Целиком и полностью Норрей располагался под землей, право, я даже не знал, были ли из этого поселения выходы на поверхность. Хотя нет, «под землей» – не то слово, город вырубили прямо в толще горы, и над нашими головами была не одна сотня метров породы.

Та часть города, которую нам удалось посетить, представляла собой лабиринт узких, шириной около двух метров, улиц. А вот высотой эти проходы были метров десять, никак не меньше. Потолок улиц мягко зеленовато светился, при этом освещение не менялось в зависимости от времени суток, а стены покрывала резьба. На мой взгляд, довольно грубоватая, но это ведь не гномий дворец и даже не центр города, а бедные окраины.

Мальчишка сильно расстроился, что ему так и не удалось прогуляться по подземному городу. Я понимал сорванца, гномьи поселения весьма примечательны и интересны – мне пару раз доводилось в них бывать в прежние времена. Но тут я ничего не мог поделать, устроить воспитаннику экскурсию по Норрею было выше моих сил. К тому же Эриху полезно тренировать выдержку. Далеко не все случается в жизни так, как мы того хотим.

Дорога до Лайэна запомнилась как сущий кошмар. Трястись в самовозке пришлось больше суток. За это время лишь трижды состав делал небольшие остановки на станциях, для того чтобы пассажиры могли справить естественные потребности и перекусить. От еды мы с Сажей благоразумно отказывались.

Наши мучения закончились лишь рано утром, когда состав наконец прибыл в вольный город.

Лайэн нас встретил неласково. Моросил дождь, было пасмурно и довольно прохладно. Слишком прохладно для предпоследнего дня лета.

Выход со станции располагался на склоне горы, так что перед нами, как на ладони, лежала вся долина. И многочисленные пастбища, сады и поля, с которых, видно, еще не везде успели собрать урожай. И само озеро – овальное по форме – бездонное, кристально чистое и легендарное. И наконец, вольный город, представляющий собой даже издалека довольно унылое и несуразное зрелище.

Чуть в стороне от города, на скалистом уступе стоял разрушенный княжеский замок. Лайэну повезло немного больше, чем Таннису. Город не так сильно пострадал во время войны, да и потом его чудища не заселили. Конечно, это не значит, что в подвалах домов или в темных переулках здесь не водились различные твари, просто их здесь было ничуть не больше, чем в любом другом месте. Чем в том же относительно безопасном Новом городе Танниса.

После войны у людей не было ни возможности, ни особого желания заниматься приведением Лайэна в должный вид. А потом было уже поздно – время и отнюдь не благоприятный климат сделали свое дело и некогда красивый город превратился в удручающего вида развалины.

Впрочем, я забегаю вперед. Больше восьмидесяти лет прошло с тех пор, как я последний раз был в этом городе, так что многое могло измениться.

Со всех сторон долину окружали одетые в хвойную бахрому склоны гор, вершины которых терялись в сизых шапках облаков. Лишь от станции в город вела широкая просека, по которой змеился серпантин укатанной дороги. Как бы гномы ни презирали наземных жителей, это нисколько не мешало им скупать у людей плоды их труда: хлеб да овощи. Притом покупали товары коротышки, разумеется, задешево. Лайэн формально стоит на земле Одр Крапа, так что гномы вполне могли позволить себе диктовать условия.

Я застегнул плащ и пониже опустил капюшон. Эриху ничего не оставалось, как закутаться в тонкое шерстяное одеяло, которое он использовал вместо накидки.

– Забыл предупредить, с климатом здесь проблемы, – сказал я, зябко передернув плечами. – Лайэн не самое комфортное место для проживания.

– То есть здесь всегда так… х-холодно? – проблеял малыш.

Ого, да Сажа уже от холода дрожит, и зубы его заковыристую дробь выбивают.

– Не всегда. Лето здесь есть. Пасмурное, конечно, и длится всего пару месяцев, но зато теплое. Так что урожай в долине вырастить успевают. А вот осени и весны здесь быстротечны. Думаю, уже через месяц в Лайэне выпадет первый снег.

– Весело, – шмыгнул носом парнишка.

– Днем здесь будет немного теплее.

– А ночью?

– Лучше всего иметь под боком горячую грелку, – усмехнулся я. – Кстати, ночи здесь длинные.

– Почему?

– Оглядись вокруг. Видишь – горы. Солнце поднимается из-за снежных вершин ближе к полудню и довольно быстро прячется обратно.

Во всем есть плюсы, в том числе и в пасмурной погоде, и коротком световом дне – солнца мало, а значит, вампирам комфортно. Неудивительно, что в Лайэне нашла себе приют чуть ли не половина существующих истинных вампиров. Ну а где вэры, там и их слуги – низшие вампиры.

От станции до города около трех километров. Вроде и недалеко, но погода совсем не располагала к прогулкам. Я переживал за мальчишку, угрюмо шлепающего по лужам, не дай Фиерт заболеет. Еще и десяти дней не прошло с тех пор, как мы покинули жаркие земли, да и в подземельях гномов было тепло и сухо. Ничего, главное добраться до Лайэна, а там отыскать трактир труда не составит.

Когда навстречу нам попалась уже десятая телега, доверху груженная какими-то ящиками и мешками, Сажа спросил:

– Джаред, а куда они все это везут?

– Как куда? К гномам.

– Но зачем?

– Ты обратил внимание, что в долине распахан каждый клочок земли? А если это по каким-то причинам невозможно, то на нем растет садовое дерево или пасется коза?

– Э-э-э… да, – шмыгнул носом малец.

– Гномы считают ниже своего достоинства копаться в земле. Да и не так уж и много на их территории долин, где земли можно распахать. На высокогорных лугах коротышки пасут горных коз и баранов. У гномов целые подземные плантации грибов. Они собирают всевозможных слизней… Но всем этим сыт не будешь. То есть будешь, конечно, но иногда и кое-какого разнообразия хочется. Налог на проживание в Лайэне чуть менее грабительский, чем в Таннисе. И коротышки берут в уплату не только звонкую монету, но и продукты. Да и так лайэнцы продовольствие гномам продают. Сейчас как раз время сбора урожая. Вопросы?

Больше вопросов у мальчишки не оказалось.

Ни стены, ни вала, ни даже частокола вокруг Лайэна устроено не было, но это не являлось чем-то удивительным – вольным городам запрещалось иметь какие-либо оборонительные сооружения. Так что поля и сады плавно сменялись огороженными приусадебными участками с небольшими деревянными или каменными домами на оных. Затем дома стали ютиться все более и более тесно, этажность тоже повысилась – стали преобладать двухэтажные здания. Изредка встречались даже трехэтажные.

За время моего отсутствия Лайэн, как ни странно, изменился в лучшую сторону. Я думал, что город превратился в сущие развалины, но нет. Часть зданий привели в порядок, часть снесли, а на их месте построили новые. Притом строители попались весьма толковые – здесь не было и намека на хаотичность застройки, как в Таннисе. Выглядел Лайэн весьма и весьма прилично, во всяком случае, лучше, чем какой-либо другой из вольных городов.

Улицы были чистые. Ни куч мусора, ни зловонных канав. Поразительно! Карманников и попрошаек я тоже не заметил, а вот детей на улицах играло удивительно много. Стражников тоже было немало. Нас несколько раз останавливали патрули, чтобы проверить документы и узнать – «кто такие и куда путь держим». Такое внимание меня ничуть не удивляло – опознать в нас с Эрихом чужаков смог бы любой дурак.

Местных жителей мы особо не интересовали, я заметил лишь пару косых взглядов в сторону мальчишки, закутанного в одеяло. С другой стороны, а чего это лайэнцам к нам повышенное внимание проявлять? Ведем мы себя мирно, никому не мешаем, идем своей дорогой… Если бы мы прогуливались по городу ночью, возможно, кто-то и захотел бы с нами поближе познакомиться. Да и то не факт, до меня доходили слухи, что Гильдия Теней в городе отнюдь не благоденствует.

Сажа восторженно глазел по сторонам. И куда только подевалась его усталость и плохое самочувствие? Эх, мальчишка!..

Хотя что кривить душой, я тоже с интересом рассматривал город, где, возможно, мне предстоит прожить не один год… При условии, что удастся договориться с местными вампирами и на меня не объявят охоту гномы. Опасаться в Лайэне эльфов и орков я не видел причин.

Я снял номер в трактире, заказал плотный обед, а пока он готовился, распорядился устроить для мальчишки горячую ванну. Еще попросил трактирщика раздобыть для Сажи какую-нибудь сухую одежду и послал слугу к травнику. По дороге сорванец совсем продрог, да и промок до нитки. Если не принять меры, то простой простудой не отделается.

Весь день мы с мальчишкой отсыпались и отъедались. А ночью, когда Сажа опять крепко спал, я отправился на прогулку.

У меня не было ни малейших сомнений, что рано или поздно вампиры сами придут за мной. Не могла мать оставить без внимания появление блудного сына в Лайэне. Если я первым нанесу визит к негласным правителям города, то окажусь в чуть более выигрышной позиции.

Несмотря на то что я отсутствовал в Лайэне очень долго, я был неплохо осведомлен и о том, что творится в городе, и о жизни родичей по материнской линии. Не только товары мои представители покупали в этом вольном городе, но и информацию.

Так, мне было известно, что еще пару десятилетий назад моя матушка стала княгиней вэров. Конечно, она не была единственной правительницей самого могущественного клана, нет, она всего лишь вышла замуж за местного князя. Я знал, что вэры понемногу прибирали к рукам власть в Лайэне и совсем недавно им это наконец удалось. Конечно, управляли они городом неофициально, по всем бумагам заправлял здесь, как и прежде, бургомистр вместе с гномьим Наместником.

Но вот чего я никак не ожидал, так это того, что и жизнь в городе, находящемся под управлением вампиров, улучшится, и сам Лайэн преобразится…

Я уже и забыл, как холодно ночью в этом хайдашевом городе! Хорошо еще, что проклятый дождь прекратился. Небо от туч тоже расчистилось, ярко светит луна, сияют на небосклоне звезды.

Зябко передернул плечами. Мне простудиться и заболеть не грозит, но в переохлаждении даже для вэра мало хорошего. Мы слабеем, становимся чуть более медлительными и гораздо более раздражительными. Так что завтра нужно будет обязательно посетить торговые ряды и купить для себя и мальчишки ворох теплой одежды…

Ночь – не самое лучшее время для того, чтобы отправиться в гости к вампирам. Но и медлить нельзя. Раз городом правят вэры, то логично предположить, что отчеты стражников рано или поздно попадают к ним. И в этих отчетах обязательно должны фигурировать появившиеся в Лаэйне чужаки.

Даже в мирное время чужаки в вольном городе – редкое явление. Они приходят вместе с караваном, а через несколько дней так же бесследно исчезают вместе с ним. Но сейчас война! А значит, никаких караванов, торговцев и путешественников. Так что я сильно удивлюсь, если в отчете стражников будут фигурировать еще какие-то чужеземцы, кроме меня и Сажи.

Вряд ли кто-то из патрульных опознал во мне вэра, у меня слишком смуглая для кровососа кожа, совсем небольшие клыки, да и внешние признаки солнцепека проявляются не так явно. Но вдруг… В Лайэне, по самым скромным подсчетам, проживает четыре десятка истинных вампиров, то есть почти в десять раз больше, чем в Таннисе. И если в вольном городе на берегу Скалистого моря вампиры уже почти стали легендой, в которую мало кто верит, то здесь другое дело. Стражники могли видеть вэров и даже вести с ними дела, так что есть шанс, что кто-то из патрульных заподозрит меня в принадлежности к племени паразитов или хотя бы включит в отчет подробное описание моей внешности и одежды.

Несмотря на хорошую для Лайэна погоду, улицы были совершенно пусты. Не шатались пьяницы и охочие до разгульных девиц людишки, не промышляли воры, разбойники и убийцы. Свет горел лишь в нескольких увеселительных заведениях, интуиция подсказывала, что посетители покинут их не раньше утра. Да, вэры крепко взяли за жабры этот город, раз люди уже боятся по ночам из домов выходить.

Тихо. Слышно, как скребутся мыши в подвале, как осторожно крадется кот по крыше. В лунном свете серебрится вода в трещинах старой, разбитой, сохранившейся еще с довоенных времен брусчатки. Скрипят и еле-еле покачиваются потухшие фонари…

Острое чувство опасности резануло по нервам.

Подворотня!

Ускоряюсь и проскакиваю опасное место. Разворачиваюсь. Мой взгляд натыкается на кровожадно ощеренные клыки.

Твою мать, – вэр!!!

В тут же секунду сильнейший удар отбрасывает меня в сторону.

Хайдаш! Еще один вампир подобрался сзади, пока я отвлекся на первого.

Я жестко приземлился на брусчатку, откатился в сторону. Рывком поднялся на ноги, прижался спиной к стене.

Что делать?!

Драться? С двумя истинными вампирами я вряд ли справлюсь! А если я хотя бы одного из них убью, то шансы на мирное решение вопросов с негласными правителями города сойдут на нет.

Убежать?.. Глупо пытаться спрятаться в незнакомом городе от местных вампиров.

Несколько крупинок песка упали за шиворот. Проклятье! На крыше тоже кто-то есть!

Пытаюсь отскочить в сторону. Не успеваю. Черное тело обрушивается на меня сверху. Изо всей силы бью его в корпус. Разворот. Встречаю прямым ударом ноги в челюсть первого вампира. Приседаю. Кулак второго врезается в стену над моей головой. Подсечкой валю противника наземь. Отпрыгиваю в сторону.

Попытаться договорится? Да, сейчас это единственный выход

– Отведите меня к княгине. Мне нужно с ней поговорить.

– Не-а… Сначала с тобой поговорим мы, – презрительно выдавливает первый вампир, сплевывая кровь на брусчатку, и обходит меня слева.

– Очень обстоятельно поговорим, – многообещающе говорит второй вэр, поднимаясь на ноги.

Третий не стал тратить времени на разговоры, а яростно оскалился и бросился на меня.

Я выставил блок, руку обожгло огнем. Но тут нога второго вампира врезалась в живот, заставив судорожно выдохнуть. Первый вэр заломил мне руку за спину, зубы третьего вонзились в шею.

Превозмогая боль, скидываю с себя третьего вампира на подбегающего второго. Свободной рукой бью назад. Хватка ослабевает. Разворачиваюсь, добавляю второму… И в этот момент на голову обрушивается удар. В глазах темнеет, падаю. Чувствую, как чей-то сапог вонзается мне в ребра. Потом еще раз. Еще и еще…

Откуда-то издалека слышу резкий голос:

– Все! Хватит! Отпустите его!

И вэры слушаются, тут же отходят в сторону.

Всеми силами вцепляюсь в угасающее сознание. Я не могу отключиться! Только не сейчас! Если вырублюсь, то неизвестно, где и при каких обстоятельствах потом приду в себя. Да и очнусь ли вообще?!

Мне нужно еще немного времени, совсем чуть-чуть! Регенерация уже запустилась…

Я лежу на холодной мокрой мостовой. Голова раскалывается, все тело ломит, ощущения такие, будто по мне только что стадо атхов пробежало. С органами зрения и слуха творится Хайдаш знает что! В уши будто ваты набили, улавливаю только отдельные звуки, слова. Перед глазами все расплывается.

– Джаред!.. Долго… валяться?! – слышу я настойчивый голос. – Вставай. Не так уж и сильно тебе досталось. Хватит притворяться.

Надо мной склонилась какая-то фигура, лица, как ни стараюсь, рассмотреть не могу. Судорожно моргаю, пытаюсь сфокусировать взгляд. Наконец туман рассеивается, и я вижу мою спасительницу. Это красивая высокая женщина. Волосы короткие, темные, почти черные, уложены мягкими волнами. Вэрина кутается в длинный белоснежный меховой плащ, при этом полы драгоценной одежды осторожно придерживает, чтобы не запачкать в грязи. Узкое лицо вампирши бесстрастно, но в глазах я читаю некоторое беспокойство, хотя, скорее всего, мне это только кажется. Слишком хорошо знаю эту вампиршу.

– Здравствуй, Лардана, – хриплю я и улыбаюсь.

Глаза у вэрины поистине необычные. Ярко-карие, да такие, что при определенном освещении они кажутся красными, кровавыми. Что там говорят? Глаза – зеркало души? Так вот, это как раз про мою мать.

– Здравствуй-здравствуй, – кривит губы в легкой улыбке женщина. – Так ты собираешься вставать или как?

– Сейчас.

Я приподнимаюсь на локтях. Не торопясь осматриваюсь. Улицу пустынной уже никак не назовешь – меня окружают в общей сложности восемь вэров, притом нападавшие рассредоточились среди свиты матери. Вот так встреча!

Встаю на ноги, с демонстративной медлительностью пытаюсь привести в порядок одежду. Да, плащ, похоже, теперь придется выбросить. Краем глаза продолжаю следить за истинными вампирами. С этой сворой я уже никак не справлюсь, можно и не пытаться.

– Давно с тобой не виделись, – меж тем говорит Лардана. – Весточек ты тоже никаких не подавал. Мы уже начали думать, что отцовская наследственность отразилась на тебе не лучшим образом и ты умер от старости.

– Все как-то не до того было. Да и расстались, если помнишь, мы не очень хорошо.

Слова Ларданы про отца я проигнорировал. Никогда не приду с матерью к согласию по этому вопросу. Она не чувствует за собой вины, что убила моего отца, а я не могу ее за это простить.

– Ты сбежал.

Я пожал плечами. Какой смысл отрицать очевидное?

– На твой след мы вышли всего несколько лет назад.

– После того как я обосновался в Таннисе?

– Да, до этого ты как-то не попадал в поле нашего зрения.

– Только не говори, что скучала, – слетает у меня с языка.

Хайдаш! Я не выяснять отношения с матерью пришел, а для того, чтобы обсудить условия взаимного сосуществования.

На лицо вэрины набегает тень. Кажется, Лардана еле сдерживается, чтобы… Что?! Ударить меня? Отчитать как нашкодившего мальчишку? Отдать приказ своей свите?..

– Скажем так, я часто вспоминала тебя, сын, – наконец, говорит женщина, – и очень рада видеть тебя в наших краях.

– Тогда к чему это представление? Только не говори, что вэры обознались, приняли меня за человека.

– А ты еще не догадался? Это была проверка.

Я мысленно выругался. Лишь сейчас я понял, что вэры сознательно старались не наносить мне серьезных увечий и несовместимых с жизнью истинного вампира повреждений.

– И каков результат?

– Все так, как я и думала. Ты почти не уступаешь вэрам ни по скорости, ни по силе. И с регенерацией у тебя тоже все в порядке. Я уверена, что если бы выставила против тебя всего двоих противников, то ты бы смог разыграть партию с лучшим результатом.

Как это в духе Ларданы! Приказать избить сына до потери сознания, чтобы проверить его силы. Интересно, а если бы я оказался слабее? Если бы мать разочаровал? Она бы остановила своих цепных псов или продолжила и дальше смотреть, как из меня делают отбивную?

– Возможно, – не стал спорить я. – Но как бы то ни было, я проиграл.

– Троим! – подчеркнула Лардана. – Это очень и очень впечатляющий результат.

– К чему все эти проверки? Я и так, если ты не заметила, направлялся к тебе.

– Я догадалась. А что касается моих исследований, то ты тоже все вскоре поймешь. Следуй за мной! – И княгиня уверенно направилась по улице, она даже не обернулась, чтобы проверить, следую ли я за ней.

Разумеется, бежать за Ларданой вприпрыжку я не собирался. После всего случившегося последнее, чего бы мне хотелось, это оказаться в резиденции князя.

– Подожди.

Вэрина остановилась, обернулась. На лице женщины отразилось легкое недовольство, но Лардана быстро взяла себя в руки.

– Что?

– Я предпочел бы побеседовать на нейтральной территории.

– Мальчик мой, – усмехнулась княгиня, – весь Лайэн, вся долина озера Лайа – это наша территория. Так что, вольно или невольно, тебе придется играть по нашим правилам.

– И все же. Знакомиться с моим отчимом у меня сейчас нет ни малейшего желания.

– Джаред!

Я сделал несколько шагов вперед. Остановился лишь тогда, когда мое лицо почти коснулось лица вэрины – роста мы были одинакового. Почувствовал, как напряглась свора Ларданы, как вэры изготовились к прыжку, чтобы… Оторвать! Сломать! Смять! Разорвать меня на куски! Но мать не отшатнулась, не отступила, не сделала даже крохотного шажка назад, лишь легко взмахнула рукой, призывая к спокойствию свиту.

– Так что, Джаред, что? – выдохнула она мне в лицо.

Сильно рискую. Но я должен знать, что приготовила для меня мать, пока ловушка окончательно не захлопнулась. Пока есть крохотный шанс, что я сумею выбраться.

– Я всего лишь хочу поговорить на нейтральной территории, – медленно произнес я.

– И почему я должна согласиться с твоим требованием?

– Не только вы нужны мне, но и я необходим вам. Иначе зачем было устраивать проверку?

Лардана рассмеялась мне в лицо.

– Когда ты шел в Лайэн, то знал, что придется договариваться. Знал, что разговор будет не из легких, а цена высока. Знал это, но все равно пришел в наш город. Потому что тебе больше некуда было идти… Да, мальчик мой. Не только ты следил за нами, но и мы приглядывали за тобой… В начале месяца твой корабль покинул Таннис, но до Вольгорода так и не дошел. Не знаю, что случилось, но свою «Грету» ты потерял. Вернуться в Таннис ты не мог, там тебя бы поджидал неприятный разговор с кредиторами. Вокруг Вольгорода уже кишели орды ургов, а потому тебе ничего не оставалось, как идти в Лайэн. И вот ты здесь. Твоя одежда знавала лучшие времена, в карманах не так уж много денег, а в попутчиках человеческий детеныш… Я правильно обрисовала картину?

– В общих чертах.

– Так чего же ты хочешь?

– Все того же. Побеседовать на нейтральной территории.

– Хорошо, – неожиданно легко согласилась Лардана, – будет тебе эта самая территория.

Женщина сделала шаг назад и отдала несколько приказаний вэрам, чтобы они подыскали подходящее место.

– Это что? Тоже была проверка?

– Да, – не стала отрицать вэрина. – Я с тобой не общалась много лет. Когда видела в последний раз, ты был лишь немного старше этого твоего подопечного… как там его? Сажа?.. Я не знала, в кого ты вырос, в кого превратился. Одно дело читать отчеты, расспрашивать тех, кто знал тебя, а совсем другое – общаться с тобой вот так, лично.

Место для беседы нашлось быстро. Через несколько домов от нас обнаружилась таверна, разумеется, закрытая по причине глубокой ночи. Посланцы княгини разбудили хозяина, и вскоре в доме зажегся свет. А еще через пару минут дрожащий как осиновый лист владелец любезно пригласил откушать в его заведении княгиню и ее гостя.

Лардана презрительно осмотрела интерьер таверны. Поморщившись, провела ладонью по деревянной скамье, по столу. Внимательно изучила свои белы рученьки и, видимо, осталась довольна. Затем скинула меховую накидку на руки к подбежавшему вампиру. Я только хмыкнул, когда увидел, во что одета моя мать. Лардана вырядилась в обтягивающее, как вторая кожа, темно-красное платье с высоким воротником и глубоким узким вырезом, по длине оно едва достигало середины бедра. Но зато до колен ноги вэрины закрывали кожаные сапоги на высоком каблуке. К слову, тоже темно-красные.

Княгиня распорядилась, чтобы принесли дорогого вина и закусок. Затем жестом пригласила меня к столу, сама уселась напротив.

Вэрина молчала, я тоже не спешил возобновить беседу, а вокруг нас суетились хозяин таверны с женой. Наконец стол был накрыт, а все люди и вэры покинули зал. Остался лишь один вампир. Но я затруднялся сказать, о сохранности чего он заботился больше: княгини или ее драгоценной шубы.

Я придирчиво осмотрел выставленное хозяином вино. Надо же, «Кленовый лист» – мое любимое! Щедро плеснул себе и матери в бокалы вина. Пригубил. Покатал рубиново-красную жидкость на языке. Весьма недурственно!

– Так что ты хотела со мной обсудить?

– Я? – притворно удивилась Лардана.

– Ты. Определенно у тебя есть ко мне какое-то предложение.

– Это будет долгий разговор. – Княгиня последовала моему примеру и пригубила вина, поморщилась и отставила бокал в сторону.

– У меня есть время.

– Что ж… – задумчиво протянула Лардана. – Ты только сегодня днем появился в городе, и у тебя не было времени здесь толком осмотреться, пообщаться с людьми… Но, думаю, ты все же заметил, что Лайэн выглядит существенно лучше, чем раньше (а ведь мы только начали заниматься его благоустройством), преступности как таковой нет, да и люди в большинстве своем довольны жизнью, не голодают и не ходят в обносках.

Кивнул, подтверждая, что у меня сложилось определенное мнение о городе и его обитателях.

– Из всего этого можно сделать вывод, что мы нашли способ разумного сосуществования с людьми.

– Да, и теперь эти самые люди боятся по ночам выходить на улицу.

– Зачем им лишний раз искушать и провоцировать моих подданных? Пусть лучше сидят по домам со своими женами и детьми, чем все деньги на выпивку и девок спускают. Ночью спят, а рано утром отправляются на работу.

В словах Ларданы был определенный смысл, так, возможно, действительно лучше. Только вампиры еще больше урезали и без того весьма ограниченные права и свободы людей. Впрочем, мне-то какая разница?

– Значит, люди – дешевая рабочая сила. Они дают вам еду, одежду, оружие и прочие нужные для жизни вещи. Но главное – кровь.

– Именно. При этом мы не убиваем людей… Нет, случаются, конечно, казусы и исключения… Но люди добровольно сдают нам кровь. Каждая семья. К тому же крови мы берем не так уж и много. Это вовсе не обременительный налог.

– А что люди получают взамен?

– Защиту, охрану и порядок.

– Лардана, – вздохнул я, – рад, что у тебя все хорошо сложилось. Что ты сумела наладить жизнь в этом городе. Но к чему это столь затянувшееся вступление?

– К тому, что мы своего рода построили государство в государстве. И нам надо развиваться, двигаться дальше. Но нас сдерживает наличие анвэров, или, как их чаще называют, низших вампиров. Сам знаешь, что они не живые и не мертвые. Полуразумные. И чрезвычайно кровожадные. Именно они потребляют две трети собираемой у людей крови. Более того, их популяцию нам периодически приходится обновлять и даже понемногу увеличивать. А для этого нужны разумные существа других рас, и лучше всего подходят именно люди. Раньше мы делали анвэров из преступников и разного отребья, которого полно в любом вольном городе. Сейчас же мы Лайэн основательно почистили…

Кажется, я уже начал понимать, к чему Лардана клонит, и тема разговора мне определенно не нравилась. Но пока я не спешил перебивать мать – пусть выговорится.

– Наше проклятие, – меж тем продолжала вещать вэрина, – не жажда крови и не солнцепек, а невозможность иметь детей или хотя бы инициировать людей в свое подобие. Вэрам, если они придерживаются разумной диеты, не грозит смерть от старости, но время от времени мы все равно погибаем от… разных причин. Для того чтобы наше государство существовало и развивалось, нам нужно не только поддерживать нашу популяцию, но и даже понемногу ее увеличивать. А для этого необходимы анвэры – этот наш бич и проклятие!

Мать повторяется, подумал я. Впрочем, нелюбовь вэров к своим родителям – низшим вампирам широко известна. Мало приятного знать, что ты появился на свет в результате случки тупых, помешанных на крови и сексе тварей.

– Родителей не выбирают, – как бы между прочим заметил я. – Законы природы тоже не изменишь.

– Мы тоже так думали до тех пор, пока на свет не появился ты. Знаешь, Джаред, твое рождение все изменило.

– Что именно? – Я знал ответ, но все же не мог не спросить.

– У нас появился шанс.

Эх, значит, я все-таки не ошибся.

– Скажи, ты пробовал заводить детей?

– Нет, – покачал головой.

– А я пробовала. Неоднократно.

– Судя по тому, что ты сейчас сидишь передо мной, эти попытки не обернулись удачей.

– Да, – вздохнула Лардана. – Чего я только не делала. Пыталась в мелочах воспроизвести события той ночи, когда зачала тебя. Вспоминала, что ела, пила, курила. Учитывала время года и время суток, даже то, во что я была одета, – вдруг температура тела тоже сыграла свою роль. Экспериментировала с партнерами. Мы всю Тауру перерыли в поисках людей, в которых текла кровь жителей Тарина. Ты даже не представляешь, как тяжело найти на материке островитян через двести с лишним лет после Последней войны…

– А еще ты очень жалела, что в ту ночь решила закусить моим отцом.

– Поверь, не раз, – грустно усмехнулась княгиня.

– Конечно, ведь с ним бы у тебя было намного больше шансов.

– Определенно. Но не только островитяне становились объектами моих экспериментов, я пробовала и с представителями других народностей, других рас. Все без толку.

– И как твой дорогой супруг смотрит на эти… забавы?

– Благосклонно. Князь во всем поддерживает меня.

– Кажется, мы наконец подошли к главному вопросу: что тебе от меня нужно?

– Ты сам прекрасно знаешь ответ – дети. Или, если быть более точной, внуки.

– Какой у нас продуктивный диалог получается, – усмехнулся я, – ты прекрасно знаешь, что я отвечу на это предложение… Я не хочу плодить монстров.

– Мы надеялись, что твоя позиция за последнее время несколько изменилась. Знаешь, когда нам доложили, что ты появился в городе в сопровождении какого-то мальчишки, то мы решили, что это твой сын. Но, увы, в детеныше не оказалось ни капли крови вэров.

Твою мать!!! Значит, днем кто-то из вэров (а может, даже и сама мать!) ошивался рядом с нами, а я и не заметил! И как Лардана пришла к выводу, что Сажа не имеет никакого отношения к вампирам? Удовольствовалась личным наблюдением? Попробовала его кровь? А может, и вовсе осушила подвернувшегося под руку мальчишку?

Где сейчас Сажа? Что с ним? Жив ли он еще?

И наконец, о чем я думал, когда тащил парня в гнездо вампиров? Почему не отпустил его вместе с остатками команды в Таннис? Ду-у-урак!!! Какой же я самоуверенный, самовлюбленный дурак!

– Что ты с ним сделала? – спокойно спросил я.

– Ничего, Джаред. Пока ничего. Малыш сладко спит в своей кроватке и видит сны. Право, мне жаль, что ты обо мне такого плохого мнения.

– На то у меня есть причины.

– Знаю. Хотя и большинство твоих претензий не понимаю, считаю их необоснованными… Сейчас мне нужна твоя помощь. Конечно, ты можешь отказаться, но…

– Ты мне угрожаешь?

– Нет. Разумеется, нет! Что бы ты ни думал, я все еще твоя мать, а потому не причиню тебе зла. Но вот этот мальчик… он мне никто.

– Другими словами, если я откажусь играть по твоим правилам, то Сажа умрет?

– Или станет низшим. Думаю, из него получится хороший анвэр.

Тварь! Сука! Гадина!

Великий Прародитель, как же я ненавижу свою мать!!!

– Конечно, твое участие в эксперименте будет должным образом оплачено, – как ни в чем не бывало продолжила Лардана. – Также мы гарантируем тебе и мальчику полную безопасность. Ну а еще подберем вам более приемлемое жилье. Тот трактир, в котором ты остановился, не выдерживает никакой критики.

Выбора у меня особого нет. Я могу сколько угодно тешить себя иллюзиями, что ловушка захлопнулась не совсем, не до конца, что я могу еще выбраться. Но с фактами не поспоришь. Я бы и один из этой передряги не выпутался, а уж с воспитанником на руках – и мечтать нечего.

То, что мать не потащила меня сразу на ковер к своему князю, что любезно согласилась побеседовать на «нейтральной территории», значит лишь, что она согласна пойти на небольшие уступки. Не больше и не меньше. А если я не поддамся на рычаг давления под именем Сажа, то она, ни секунды не колеблясь, применит другой. То, что Лардана моя мать и не желает мне зла, – лишь слова. Мне ли не знать!

– И в чем будет заключаться эксперимент?

– Мы отберем для тебя десять человеческих девушек и пять вэрин. С каждой из них ты проведешь ночь.

– У меня есть встречное предложение. Три и одна. На большее я не согласен.

– Семь и четыре – это мое последнее слово. Соглашайся.

Я поморщился: вот скользкая тварь!

– Хорошо, я соглашусь, если ты выполнишь ряд дополнительных условий.

– Каких?

– Во-первых, мне не нужно от тебя денег. Во-вторых, с девушками я встречаюсь через день, и если ничего не выйдет, то не будет никаких новых кандидатур, дополнительных попыток и повторных встреч.

– Но ты должен приложить все усилия, чтобы у тебя получилось.

– Разумеется. В-третьих, человеческие девушки должны прекрасно осознавать, на что идут, и в случае неудачи у них не должно быть никаких неприятностей. В-четвертых, ты оставишь меня и мальчишку в покое. После завершения эксперимента мы вольны будем остаться в городе или в любой момент покинуть его. В-пятых, мы живем там, где нам нравится. Даже если тебя этот трактир не устраивает.

– Согласна. По рукам?

– Еще одно. С тебя новый плащ. Пусть я и полукровка, но мне этот элемент одежды жизненно необходим.

– Не вопрос. Завтра утром я пришлю портного.

– Тогда по рукам.

Глава 11

Эрайн Элиар-Тиани

4 – 6-й день Тарен-лин 223 года от О. В.

Чуть ли не каждое утро я просыпался в отвратительном настроении. Сегодняшний день не был исключением.

Вечерняя беседа с Ри опять завершилась не лучшим образом. Я не мог согласиться с девчонкой, ее слова противоречили всему, чему меня учили, но и обманывать себя я тоже не мог. В словах Ри была правда. Своя! Другая! Но от этого не менее ценная.

Я злился на дикарку. Мне хотелось подвесить ее, как тогда, на острове, кверху ногами. Хотелось ударить девчонку каким-нибудь плетением. Не смертельным, нет! Но чтобы Ри замолчала, одумалась, изменила свою точку зрения!.. И это было очень странно. Ведь кто такая Ри? Получеловечка! Рабыня! Всего лишь игрушка! Глупо испытывать какие бы то ни было эмоции по отношению к вещи. Но только Ри – это не Яни, не Аша, не сонм других девчонок-рабынь. К ней, к ее словам и поступкам просто невозможно было остаться равнодушным.

По уму, следовало уже давно отправить дикарку в Инкубатор. Раньше никогда не наблюдал за собой склонностей к самоистязанию. Но, парадокс, я не мог отказаться от Ри, от наших безумных ежевечерних бесед.

И вот опять полночи не спал, обдумывал вчерашний разговор.

– Яни! Чайлис, – приказал я.

Дайрэн, которая спала на ковре около моей кровати, подскочила и опрометью бросилась выполнять распоряжение…

После пары пиал чайлиса, после того, как принял все положенные водные процедуры и оделся, я почувствовал себя немного лучше. Прошел в кабинет. У меня созрела пара вопросов к Ри на тему вчерашнего разговора.

Обычно я заглядывал к девчонке около полудня. В это время получеловечка уже давно не спала, а сидела на диване, обложившись книгами. Помню, сначала мне не очень понравилось, что какая-то дикарка роется в моей библиотеке. Но Ри так просила позволить ей приобщиться к лоэльской мудрости, к тому же стоило только раз взглянуть, как она читает, как бережно держит книги, чтобы понять – девчонка относится к книгам с не меньшей любовью и уважением, чем я. И потом каждый вечер все книги, которые привлекли внимание Ри, возвращались обратно на полки.

Каково же было мое удивление, когда я увидел, что девчонка сладко спит. Более того, я подошел практически вплотную к дивану, на котором Ри свернулась клубком, но дикарка даже тогда не проснулась.

Обычно Ри спала очень чутко, мне никогда не удавалось застать ее врасплох. Временами казалось, что получеловечка обладала каким-то сверхъестественным чутьем – я просто не мог подобраться к ней незамеченным. Не помогала ни врожденная эльфийская ловкость, ни даже магия.

Хотя, наверное, если бы я вырос в трущобах вольного города, то тоже стал бы более внимательным и осторожным…

Неужели этой ночью только я один от бессонницы мучился? Или девчонка тоже полночи не спала и именно поэтому с утра отсыпается? Ри как-то говорила, что в ее положении много времени тратить на сон – это расточительство.

Девчонка сонно застонала и перевернулась на другой бок, лицом ко мне. Сейчас Ри выглядела такой юной и беззащитной. А ведь моей пленнице всего двадцать пять! По эльфийским меркам Ри совсем ребенок. Полукровки, конечно, взрослеют намного быстрее. Тех же дэйш’ли, выращенных в Инкубаторе, уже в пятнадцать лет запускают в оборот. Но все же… все же…

Раздался еле слышный мелодичный перезвон, и я встрепенулся – похоже, у меня скоро будут гости. Дэйш’ли, у которых был допуск в мои апартаменты, входили без звукового сопровождения.

Я быстро вышел из кабинета и осторожно прикрыл за собой дверь. Ри не стоит лишний раз показывать кому бы то ни было.

На меня налетел маленький смерч и чуть не сбил с ног.

– Эрайн, ты вернулся! Я так рада! Я так соскучилась!

– Уже несколько дней как, – улыбнулся я, чуть отстраняя сестренку.

Лэйана, пожалуй, самая нетипичная эльфийка, которую я знал. В ней нет холодной чопорности, нарочитой отстраненности и строгости, которую источали все лоэл’лины чуть ли не с рождения. Лэйана жизнерадостна и совсем не по-эльфийски эмоциональна.

– Знаю-знаю! Но таэни все никак не хотела меня в столицу отпускать! Замучила наставлениями по поводу того, как должна вести себя молодая жена. Она все время мной недовольна!

– И чем же наша мать недовольна на этот раз? – спросил я.

Сделал знак рукой Яни, чтобы она накрыла стол в гостиной. С возрастом я научился сдерживать свои эмоции, не выражать их так бурно, как Лэйана, но это не значит, что я не соскучился по сестренке.

– Да все то же, – картинно вздохнула сестрица и сморщила носик. – Веду я себя все время не так. Говорю не то. И, самое страшное, не испытываю никакого уважения к будущему супругу.

– Наш министр финансов более чем достойный уважения лоэл’ли, – заметил я, даже не пытаясь спрятать улыбку.

– Знаю. Но он старик! Он даже старше нашего отца! Ходящая ледяная статуя!

– Лэя!

– Что, Райн? Скажешь, я неправа? Нет, он, конечно, достоин всяческого уважения как политик и прочее, но ведь это мне придется от него рожать детей!

– Лэя!!! Я тоже не в восторге от своей женитьбы, но давай без таких подробностей.

– Твоя невеста хотя бы молодая. Хотя Миэна та еще змея!

– Знаю, Лэя. Знаю, – усмехнулся я.

Миэна и Лэйана, несмотря на то что были ровесницами и близкими родственницами, никогда не дружили. Точнее, Миэна всячески демонстрировала дружеские чувства к своей кузине. А самое большее, на что хватало Лэйаны, – это выказывать симпатию к Миэне на различных официальных мероприятиях.

Я понимал всю жизненную необходимость закона, обязывающего выдавать лоэл’лин замуж сразу же по достижении ими Первого совершеннолетия. Но связывать себя узами брака в семьдесят лет для Лэи – это слишком рано. Моя сестренка совсем еще ребенок, такой цветущий и жизнерадостный. Я боялся, что замужество ее погубит. Что Лэйана, такая, какой я ее знаю, просто перестанет существовать…

Но что я мог сделать? Даже собственную свадьбу я сумел отложить лишь на пару месяцев. А по поводу замужества сестры меня таэ Луорен и слушать не стал. Лишь сказал, что его старый друг справится с непоседливым характером Лэйаны.

– Ладно. Давай рассказывай! Как съездил? Какие впечатления? Ты ведь так давно мечтал попасть в вольный город!..

И я начал рассказывать. Я не вдавался особо в подробности, некоторые события вообще пропускал. Ни к чему сестренке знать кое-какие детали… С Лэей всегда было легко, меня, в отличие от остальных членов нашего семейства, подкупала откровенность и непоседливость девушки. А сейчас я еще и очень соскучился по этому златокудрому чуду.

В какой-то момент я себя поймал на мысли, что Лэя и Ри чем-то неуловимо похожи. Нет, девушки абсолютно разные, и даже пытаться сравнивать их глупо. И все же у них было кое-что общее. И Ри и Лэя удивительно живые, какие-то настоящие.

– Райн, а где эта дикарка, что ты с собой привез? Говорят, ты поселил ее у себя в комнатах?

– Понимаешь, э-э-э… – Я замешкался с ответом.

Знакомить сестрицу с Ри мне не очень хотелось.

– Ну уж нет! Показывай! – Эльфийка вскочила с дивана и топнула ножкой, обутой в мягкую домашнюю туфельку.

– Лэя, – вздохнул я, – что ты, никогда дэйш’ли не видела?

– Диких нет! И твоя новая игрушка определенно чем-то от других дэйш’ли отличается, иначе ты бы не держал ее при себе, а уже давно отправил в Инкубатор.

– Ты же не дослушала до конца мою историю, – устало произнес я. – Эта получеловечка спасла мне жизнь.

– Как – спасла? – переспросила сестренка, падая обратно на диван.

– Ты будешь меня слушать или как? – усмехнулся я и продолжил рассказ.

За беседой с Лэйаной незаметно протекло два часа. И сестру так заинтересовала Ри, моя нечаянная спасительница, что в конце концов я сдался. Лэя ужасно упряма, если что-то взбредет ей в голову, то переубедить ее практически невозможно.

Когда я привел сестрицу в кабинет, Ри уже не спала, а сидела на полу, обложившись книгами. На коленях у девчонки был раскрыт большой, красочный сборник легенд и мифов Срединного мира. Рядом лежало еще несколько книг на имперском языке. А между ними, так, чтобы особенно не бросаться в глаза, были другие книги. Они уже не имели никакого отношения к художественной литературе и были написаны отнюдь не на мертвом языке людей.

Не раз и не два я замечал, что в моей пленнице немыслимым образом сочетаются осторожность и любопытство. Всеми возможными способами Ри пыталась скрыть, что говорит по-лоэльски, что читает эльфийские книги, что… Я не сомневался, девчонка скрывает еще очень много загадок, и надеялся, что у меня хватит времени их разгадать.

– Ты даешь ей читать свои книги?.. Подожди, она что, умеет читать?! – удивленно спросила Лэя.

– Точно сказать не могу, но, думаю, имперские закорючки она кое-как понимает. И потом, ты разве не видишь, девчонка больше разглядывает картинки, чем читает.

– И все же, Райн! Я, конечно, не такой любитель книг, как ты, но… А если она что-нибудь порвет? Испортит? Потеряет?.. Ты же сам говорил, что некоторые твои книги существуют в единственном экземпляре!

– Я дикарке недвусмысленно объяснил, что если хотя бы с одной из моих книг что-то случится, то она об этом сильно пожалеет, – сказал я сестре и тут же задал вопрос пленнице на имперском: – Правда, Ри?

– Мой лоэл, что? Вы что-то хотели? – встрепенулась девчонка.

Все-таки Ри замечательная актриса. Впору задуматься, что правда из того, что она о себе рассказывала.

– Ничего. Сиди, разглядывай картинки. А мы с сестрой тут немного постоим.

– Что ты ей сказал? – спросила Лэйана. – Ты же знаешь, что я язык этих дикарей не понимаю.

Я быстро пересказал сестре наш с Ри диалог. В том, что Лэя не знает имперского, не было ничего странного. Мало кто из молодого поколения учил этот мертвый язык. Большинство лоэл’ли знали только некоторые слова, которые мы заимствовали у людей.

– А знаешь, – задумчиво сказала Лэйана, обходя Ри по кругу, – она интересная. Необычная. Яркая. А еще эти волосы!

Сестра взяла в руку прядку волос получеловечки и дернула. Ри поморщилась от боли, но больше никак не отреагировала.

– Замечательный цвет! – продолжила Лэя. – Никогда ничего похожего не видела. Разве у полукровок бывают волосы такого цвета?

– Ты же знаешь, что люди любят раскрашивать себя. Так вот они не только лица красят, но и волосы. В том вольном городе, где я был, очень много рыжих людей. Думаю, моя игрушка красила себе волосы, чтобы никто не принял ее за полукровку.

– Умно… – задумчиво протянула Лэйана и вздохнула: – Ладно, я пойду, меня мать только поздороваться с тобой отпустила. А я столько времени проболтала…

– Подожди, таэни что, тоже вернулась в столицу?

– Думаешь, мать отпустила бы меня в Талрэй одну? Она сейчас пытается проводить со мной как можно больше времени, чтобы привить мне правильные манеры. А тут такой повод – свадьба! Я могу полюбоваться на Миэну, поучиться у своей дорогой кузины… И потом, не думаешь же ты, что таэни могла бы пропустить свадьбу своего старшего сына? Собственно, на свадьбу мы с ней и приехали.

– Свадьбу?.. – настороженно переспросил я.

– Брат, ты так увлекся своей игрушкой, что и о грядущей церемонии забыл?

– Ни о чем я не забыл! – ответил я резко и тут же, пытаясь смягчить грубость, спросил: – И когда, по твоим сведениям, состоится моя свадьба?

Лэя озадаченно наморщила лобик:

– Послезавтра… А ты что, не знал?!

– Да мне как-то сообщить забыли. То есть я знал, что мне придется жениться на этой змее Миэне в этом месяце, но конкретную дату еще никто не называл.

– Может, таэ боится, что ты сбежишь? – усмехнулась Лэйана.

– А я бы и сбежал, если бы знал куда, – вздохнул я. – Пойдем, провожу тебя. А потом зайду к отцу, нам надо многое с ним обсудить…

Разумеется, мой разговор с отцом ни к чему хорошему не привел. Таэ лишь подтвердил, что церемония состоится послезавтра и больше никаких отсрочек он давать не намерен. А еще спросил, не наигрался ли я с получеловечкой. Оказалось, что дядя Вэйон тоже прочитал наши с Ареином отчеты и дикарка его заинтересовала. После этого можно было и не мечтать увеличить срок пребывания Ри в моих апартаментах, но все же я попытался. Без толку. Наоборот, стало еще хуже…

– Я жалею, что разрешил тебе, сын, на время оставить эту ора дэйш’ли. Ты ею слишком увлекся. Хватит. Наигрался. Завтра же отправишь дикарку к Вэйону.

– Таэ, я не увлекся. Ни разу, – холодно усмехнулся я. – Получеловечка забавная, она неплохо скрашивает мой досуг. Но прежде всего она для меня бесценный источник информации, а уже только потом смазливая мордашка.

Отец вздохнул:

– Я надеялся, ты бросишь свое глупое увлечение, когда побываешь в Таннисе. Поймешь, что эта жалкая раса недостойна твоего внимания.

– Мне жаль разочаровывать вас, таэ, но человеческая культура и история по-прежнему вызывают во мне интерес. Десять дней еще не истекло, позвольте мне использовать девчонку до конца. Если она наскучит мне раньше, обещаю, я лично отвезу ее к дяде.

Таэ Луорен внимательно посмотрел на меня, а потом кивнул:

– Хорошо. Я обещал десять дней, и ты их получишь. Но не больше.

Полтора дня пролетели как один миг. Казалось бы, к свадьбе все давно было готово. И все же на меня в одночасье свалилась куча дел и обязанностей.

Например, вдруг выяснилось, что за два месяца я немного раздался в плечах, и теперь костюм на мне сидел не так идеально, как должен был. Я никакой разницы не замечал, но и мое мнение по этому вопросу никого не интересовало. Так что несколько часов я был вынужден потратить на бесконечные примерки.

Мои старшие родственники будто сговорились. Я имел длительные и очень выматывающие беседы с таэ Луореном, Тэлианом, матерью и дядей Вэйоном. Все они посчитали своей обязанностью дать мне предсвадебные наставления. Как будто я ложе с женщиной ни разу не делил!

Пришлось всех уверять, что я прекрасно понимаю разницу. Знаю, что моя кузина – это не какая-то там дайрэн. Что я необычайно рад, что у меня будет такая молодая и красивая жена. Более того, жена, способная произвести на свет потомство! И я осознаю, какой идеальной супругой для меня станет Миэна.

Ирония заключалась в том, что все мои собеседники прекрасно знали, что я вру. Ни для кого не было секретом, что свою двоюродную сестрицу я терплю с трудом и не испытываю к ней ни уважения, ни каких бы то ни было теплых чувств. Так что я притворялся, врал, играл, показывал во всей красе свой дипломатический талант… И родственники мною остались довольны.

За эти сумасшедшие полтора дня я видел получеловечку всего несколько раз, да и то мельком. Жаль, времени осталось мало, потом придется передать свою игрушку Вэйону… Дядя, конечно, вернет ее. Но раз он заинтересовался пленницей, то Ри может задержаться у него в гостях и на несколько лет… Ладно, что об этом думать, все равно ничего не могу изменить. У меня сейчас свадьба. Эта проклятая арритова церемония!..

В означенный день меня разбудили за пару часов до рассвета. Лучше бы я вообще не ложился спать! Пока меня мыли, одевали и причесывали, я успел выслушать очередное, последнее предсвадебное наставление от матери. Затем во главе пышной процессии двинулся по лестнице вниз… В одном из коридоров в нашу процессию влилась другая – Миэны и ее сопровождающих. Я взял кузину за руку, и дальше путь мы продолжили вместе.

Церемония по традиции происходила на природе, в небольшом, специально для этого устроенном парке. Когда солнце выглянуло из-за горизонта, мы с Миэной, все так же не разнимая рук, вошли по пояс в ручей, разрезающий парк на две части. На правом берегу стояли гости мужского пола. По моим прикидкам, их было около трехсот, может, чуть больше. На левом – немногочисленные эльфийки.

Среди гостей были все мои родственники. Отец стоял рядом со своим братом Вэйоном. Лица обоих лоэл’ли были преисполнены торжественности. Но таэ выглядел строгим, даже суровым, а дядя Вэйон, наоборот, казался более мягким, его губы даже кривила легкая улыбка… Только я знал, что это не более чем маска – Вэйон намного более жесткий, даже жестокий, чем мой отец.

Старший брат ободряюще улыбнулся, и мне как-то стало легче. Во всяком случае, прилив сил я точно почувствовал. А вот Ириату ни до церемонии, ни до меня не было никакого дела – младшему братишке просто было смертельно скучно. Но Ириат еще совсем ребенок, ростом мне едва ли до лопаток достает, а эти церемонии ужасно утомительны.

На другом берегу стояли мать и сестра. Таэни выглядела, пожалуй, еще более строгой, чем отец, какой-то холодной и отстраненной. А Лэя грустной, подавленной… Неудивительно, ей тоже в скором времени предстояло пройти через этот ритуал.

Присутствовали на церемонии и жена брата с двумя детьми, и супруга дяди с сыном. Но на этих лоэл’ли я не смотрел. Для меня ни их лица, ни то, какие эмоции они выказывают, не имело особого значения.

Целых три долгих, невыносимо скучных часа я и Миэна стояли в воде, под прицелом множества взглядов. Все это время святитель, ведущий нашу церемонию, заунывно пел и время от времени обрызгивал нас приторно пахнущей водицей. Суть ритуала сводилась к тому, что святитель просил Творца Араэлла благословить наш союз и одарить нас многочисленным потомством. И на месте Творца я бы откликнулся, чтобы только прекратить эти завывания.

Как и многие, я не видел смысла в свадебном ритуале. Еще когда мы жили в нашем родном мире Вэллате, Араэлл уже несколько тысяч лет не откликался на молитвы. Да, Творец создал Вэллат и нашу расу. И в первое время он помогал лоэл’ли, учил нас. А потом просто ушел, перестал откликаться на молитвы… Со временем и лоэл’ли возносить просьбы к Творцу прекратили, осталась лишь одна-единственная религиозная церемония – свадьба.

Глупо верить, что если Творец не отзывался там, на Вэллате – когда горели наши города, когда убивали наших детей и женщин, когда сама раса лоэл’ли вот-вот должна была обратиться в прах, – то он обратит свой милостивый взор на нас с Миэной сейчас.

Проклятая традиция! Бестолковая. Бесполезная. И арритово скучная!

Я с трудом подавил еще один приступ зевоты. Ничего, еще совсем немного осталось. Мне уже несколько раз доводилось присутствовать на свадебных церемониях, к счастью, в виде зрителя, а не одного из главных действующих лиц, а потому я знал, что стенания святителя подходят к концу.

Наконец святитель замолчал, и я облегченно тихонько вздохнул. За что тут же удостоился гневного взгляда супруги. Да-да! Теперь я официально женат! И своим еле слышным вздохом я чуть было не испортил своей безупречной супруге ее идеальную свадьбу. Не сомневаюсь, Миэна нисколько не утомилась и не заскучала. Стоило хотя бы краем глаза взглянуть на ее лицо, чтобы понять, с каким затаенным удовольствием она воспринимает каждый звук, что исторгает святитель, как ее радуют обращенные на нее взоры.

Когда мы вышли из воды, то я высушил заклинанием на супруге одежду (признаюсь, на секунду возникла совершенно детская мысль – поджечь на Миэне платье), а кузина удалила лишнюю влагу с моего костюма.

После церемонии в самом большом зале дворца начался пир. Столы ломились от яств, голова привычно кружилась от красочных нарядов гостей, в ушах звенело от сотен голосов. Этот пир практически ничем не отличался от многих других, разве что в этот раз я с супругой сидел во главе стола, а в обрывках фраз, которые мой острый слух улавливал время от времени, часто звучало мое имя.

Я много пил и почти ничего не ел. Нет, я не хотел напиться, с помощью одного легкого плетения можно вывести весь алкоголь из организма в считаные секунды. Мне просто было тошно, и уже почти не осталось сил улыбаться и благодарить за поздравления. Но вскоре меня лишили последней радости: слуга-дэйш’ли стал наливать в кубок вместо вина слабо подкрашенную водицу. Устраивать сцену было глупо, я знал, что это не вина раба, не его решение. Нет, тут, без сомнения, позаботился кто-то из моих старших родственников. И я стиснул зубы и промолчал. Опять!

Почти всегда я молчал, разрешал другим принимать за себя решения. А если вдруг и открывал рот, то лишь для того, чтобы сделать из себя шута, малолетнее посмешище!

Надо было что-то придумать, как-нибудь выпутаться из уз этого договорного брака. А что я? Гордился тем, что сделал изменяющее облик кольцо?! Радовался, что уговорил отца отложить свадьбу и отпустить меня в Таннис?! Глупец! Какой же глупец!!! Надо было лучше работать головой, и тогда, может, я бы не отсрочку приговора получил, а вообще о браке забыл! Сейчас уже ничего не поделаешь. Но позже… позже…

Я слишком устал. Сказывалось то, что я не выспался, был жутко зол, а еще это вино… Наверное, мне действительно не стоило пить. Я направил на себя давно заготовленное плетение, призванное очистить кровь. Почти ничего не изменилось. Да, сознание немного прояснилось, но спать я хотел не меньше, чем раньше, и к тому же теперь меня мучила жажда.

Мне все труднее было понимать, что говорят окружающие меня эльфы, так что я лишь улыбался, кивал и время от времени делал из бокала небольшой глоток. Думать я сейчас мог только о том, когда же кончится этот арритов пир и я смогу вдоволь напиться, а потом вытянуться на кровати и хотя бы пару часов поспать.

Наконец таэ Луорен поднялся из-за стола и объявил, что молодые супруги могут пройти в свои комнаты переодеться и немного отдохнуть перед брачной ночью. Гости за столом понимающе заулыбались, и я заметил, что у Миэны чуть порозовели острые кончики ушек. Мелькнула мысль, что, возможно, кузина и не такая уж холодная змея, как я всегда думал. А если вспомнить переживания Лэи, то и для Миэны в договорном браке не так уж много хорошего… Дальше мысль развивать я себе запретил.

Я поднялся из-за стола, поклонился отцу с матерью, поблагодарил всех гостей. Затем взял Миэну за руку и вместе с ней вышел из зала.

– Сама до своих комнат доберешься? – спросил я девушку.

– А ты проводить меня не можешь? Нам вроде как по пути… Ах да, я все время забываю, что тебе нет дела ни до кого, кроме себя, – холодно сказала кузина.

– Ладно. Пойдем, провожу тебя, – устало сказал я. Ругаться из-за такого пустяка у меня сейчас не было ни сил, ни желания. – Только будь добра, иди быстрее. Я перед главным событием сегодняшнего вечера хочу немного отдохнуть и набраться сил.

– Что ты имеешь в виду? – озадаченно спросила Миэна, посмотрела на меня и вдруг покраснела. – О!..

– Да, милая. Да, – усмехнулся я.

Больше по дороге мы не перемолвились ни словом.

Я вошел в свои апартаменты и облегченно вздохнул. Наконец-то дома! И наконец-то один!

– Лоэл Эрайн, – услышал я веселый голос Ри, – вас можно поздравить с женитьбой?!

Девчонка вопреки обыкновению сидела с книгой на диване в гостиной.

– Поздравить можно, но не стоит. Была бы моя воля, в жизни бы не женился.

– Ну, тогда примите мои соболезнования. Церемония закончилась?

– Почти. – Я выглянул в окно. – У меня есть где-то часа полтора до захода солнца, а потом придется наведаться в гости к Миэне.

– Бедная девочка! – не скрывая иронии, вздохнула Ри.

– Бедный я! Эта девочка о нашей свадьбе с двадцати лет мечтала, так что она должна быть счастлива, что наконец ее желание исполнится. А вот я жутко вымотался, устал, да еще и жажда замучила. Есть что-нибудь?

Пожалуй, стоило прихватить с собой какую-нибудь выпивку с кухни. В баре, как назло, вся приличная выпивка закончилась, значит, придется посылать дайрэн за вином и ждать… Аррито хэт, как же я хочу спать! Но пить я хочу еще больше!

– В кабинете на столе стоит бутылка вина. Кто ее принес, я не видела. Может, подарок?

– Так чего сидишь? Неси!

Ри убежала за бутылкой, а я упал на диван. Зевнул, потянулся. Хорошо!

– О, «Три башни»! Мое любимое! – воскликнул я, рассматривая подарок неизвестного доброжелателя.

Я вытащил пробку из бутылки и закинул ее в дальний угол комнаты. Сделал несколько больших глотков прямо из горла и поймал на себе удивленный взгляд девчонки, которая все еще стояла около меня, сжимая в руках бокал.

– Нет, бокалы сейчас будут лишними. Или ты тоже хочешь? – спросил я, делая еще один глоток. Хорошо вино! Именно то, что мне сейчас нужно!

Девчонка покачала головой.

Наверное, я осушил уже больше половины бутылки, когда почувствовал себя как-то странно. Голова кружилась, мысли путались, и в сон меня теперь клонило с необычайной силой. Нет, не странно, просто я наконец-то захмелел. Но не спать же на диване в гостиной, когда есть такая удобная, мягкая кровать?..

Я с трудом поднялся с дивана и заковылял в сторону спальни, не выпуская бутылку из рук. Каждый шаг давался с трудом, ноги дрожали.

– Эрайн, что с тобой? – услышал я взволнованный голос Ри.

– Устал… Надо поспать… Разбуди, когда солнце… ну… садиться будет… – Слова подыскивались с трудом, язык заплетался, глаза слипались.

Я не заметил, как Ри оказалась передо мной. Схватила меня за плечи.

– Посмотри на меня! Открой глаза шире. Высуни язык. – Вид у девчонки был бледный и какой-то испуганный.

– Что?!

– Эрайн, сделай, что я сказала. – Дикарка резко встряхнула меня. – Ну же! Высуни язык, бестолочь белобрысая!

Я вдруг подумал, что показать язык этой невоспитанной дикарке будет очень забавно. Глупо хихикнул и высунул язык.

– Отрыжка Хайдаша! – в ужасе воскликнула девчонка и отпустила меня.

Лишившись опоры, я вдруг начал заваливаться. Отчаянно замахал руками, пытаясь удержать равновесие. Бутылка отлетела в сторону и вдребезги разбилась. Меня окатило мелкими осколками стекла и рубиново-красными каплями вина. Ноги подкосились, пол накренился – и я рухнул.

Последнее, что я увидел, это испуганное лицо Ри, а потом провалился во тьму.

Глава 12

Рийна Ноорваль

6 – 8-й день Тарен-лин 223 года от О. В.

– Хайдаш, – потерянно прошептала я.

Принц, скрючившись, лежал на полу посреди гостиной. Бледное до синевы тело содрогалось от спазмов, на губах эльфа пузырилась пена.

Если я буду просто стоять и смотреть, то Эрайн умрет. Я знаю этот яд! Знаю, как он действует! И, Хайдаш побери, знаю, как с ним бороться! Но если я попытаюсь помочь, то выдам себя…

Плевать! Я не могу смотреть, как этот ушастый подыхает!

– Аша, Яни, кто здесь еще есть?! Выходите, курицы бестолковые! Ну же, быстро!!! – закричала я по-лоэльски. В Пекло конспирацию!

Я бросилась к принцу, упала перед ним на колени. Перевернула тело на бок, голову подняла повыше, еще не хватало, чтобы Эрайн захлебнулся. Надо попытаться вызвать рвоту. Но как? Парень так зубы стиснул, что рот ему не открыть…

«Ри, что случилось?.. Ох, да как же так?! Этого не должно было произойти!..» – раздался у меня в голове голос Ррэко.

«Помочь чем можешь?» – оборвала я стенания невидимого собеседника.

«Не знаю… вряд ли…»

«Тогда отвали!»

«Ри…»

– Отвали, я сказала! Не мешай мне! – прорычала вслух.

Эрайн захрипел, его начало трясти сильнее.

– Звали?..

– Что случилось?..

– Что делать?..

Нас с Эрайном окружила стайка из пяти дайрэн, и теперь девушки наперебой задавали вопросы. Глупые курицы!

Я окинула взглядом собравшихся дэйш’ли. По именам я знала только двух, запоминанием кличек остальных дайрэн себя не утруждала.

– Вашему хозяину плохо, он заболел. И мне нужна ваша помощь, чтобы его вылечить. Понятно?

– Да, – чуть ли не хором ответили девицы.

– Есть здесь какая-нибудь крупная посуда? Ну, может, бутылки из-под вина остались?

– Две бутылки, не успели выбросить.

– Хорошо, ты, – я ткнула пальцем в одну из девиц, – ополосни бутылки и до краев наполни теплой водой из-под крана. Поняла? И еще нож для бумаг, который лежит на столе в кабинете, тоже принеси. Быстро! Так, Яни, приведи сюда целителя. Любого, и как можно быстрее… Хотя стой, подожди! Целителя не надо. Найди Ареина Миолин-Таали, скорее всего, он еще на свадебном пире. Никому, кроме него, – никому, слышишь! – не говори, что принц заболел. Ну? Чего стоишь? Побежала!!! Вы, двое, раздобудьте мне какой-нибудь ковшик и горелку. Бутылку граны и немного поваренной соли. Корень абискуса в любом виде. Можно целиком, но лучше в виде порошка, его еще добавляют в тесто при выпечке. И еще немного семян сельдерея. Где возьмете, не знаю. На кухне, в кладовке, украдете у кого-нибудь. Главное, быстро! У вас всего несколько минут. Если не успеете, то принц погибнет, и вас поджарят на медленном огне. Ясно? Выполнять!

Сомневаюсь, что у этой пары дайрэн что-нибудь получится, что они сумеют найти все ингредиенты и уж тем более раздобыть их вовремя. Но вдруг!..

Принцу становилось все хуже. Хайдаш, где дэйш’ли, которую я послала за водой?!

– А мне что делать? – услышала я голос Аши.

Эта дайрэн была единственной, которой я не дала задания, и неспроста.

– А ты просто стой так, чтобы я тебя видела! И, богами заклинаю тебя, не делай лишних движений! Я сегодня очень нервная.

– Но я…

– Заткнись!

Прибежала дайрэн с двумя бутылками воды. Я с помощью ножа разжала зубы принцу и заснула ему в рот горлышко бутылки. Осторожно, так, чтобы Эрайн не дай боги не захлебнулся, стала вливать в него жидкость.

Единственное, что я сейчас могла сделать, это попытаться промыть эльфу желудок. А для этого мне надо заставить выпить Эрайна много воды, очень много.

– Слушай внимательно, – обратилась я к дайрэн, – как только одна бутылка опустеет, ты хватаешь ее, бежишь в ванную и наполняешь вновь. И так по кругу. Понятно?

Девчонка судорожно кивнула.

Я влила в Эрайна уже три бутылки. Попыталась вызвать рвоту, засунув два пальца принца ему же в рот (я еще не настолько сошла с ума, чтобы своими руками в пасть к ушастому лезть, откусит ведь напрочь!). Без толку. Ничего не получилось.

Время заканчивалось, Эрайну осталось совсем немного… И я ничего не могла сделать!!! Я предприняла все, что только возможно, и теперь все упиралось в проклятое время. Хайдаш, ну почему принц живет на вершине башни, а не где-нибудь поближе к кухне и другим лоэл’ли?!

После четвертой бутылки дело наконец пошло на лад. Эрайна скрутило, а потом вывернуло наизнанку прямо на ковер, покрывающий пол в гостиной. И в этот момент я почуяла, что в башню быстро поднимается какой-то эльф. Надеюсь, это Ареин, а не сестренка принца или кто-нибудь еще!

На всякий случай я переместилась так, чтобы Эрайн оказался между мной и входом в гостиную. Если совсем припечет, использую принца как живой щит. Нож для бумаги забросила под диван – дойдет до крайностей, мне он не поможет, скорее, наоборот, усугубит мое положение.

В гостиную ворвался Ареин. Одного взгляда на нашу скульптурную композицию ему хватило, чтобы понять – дело плохо.

– Что случилось? Что ты опять с ним сделала?!

– Сначала выслушай! А потом бей! – затараторила я по-имперски. – Принца отравили. Я послала за тобой и попыталась промыть ему желудок.

– Отравили? – Ареин отпустился рядом с принцем на колени, не обращая внимания на то, что пачкает праздничные одежды. Эльф положил руку Эрайну на лоб, на несколько секунд замер, а потом в сердцах выругался: – Аррито хэт! Это чайранка!

– Знаю.

– Откуда?.. Ты-ы?!

– Если это я, то зачем мне было посылать за помощью? Чтобы узнать яд, достаточно посмотреть на белки глаз и язык… Что-нибудь сделать можешь?

– Нет. От чайранки нет противоядия. Во всяком случае, никто из лоэл’ли его не знает! – Ареин вздохнул и сказал уже спокойнее: – Я прочищу ему желудок, немного облегчу состояние принца, волью в него сил. Это даст Эрайну еще немного времени. Но чайранку из организма никак не вывести, она мгновенно всасывается в кровь.

Хайдаш! Значит, все-таки придется… Серый порезал бы меня на мелкие кусочки, если бы узнал, что я собираюсь открыть один из секретов Охотников.

Ареин сосредоточенно уставился в одну точку. Похоже, это он так колдовал, во всяком случае, Эрайна вывернуло наизнанку еще несколько раз, и цвет лица у принца несколько улучшился.

Стоп! А где Яни? Паршивка не вернулась вместе с Ареином. Не значит ли это, что дайрэн как-то замешана в отравлении принца?

– Куда делась Яни? – быстро спросила я.

– Я ее сразу отправил за целителем. Хэт, они оба уже должны быть здесь!.. Так, ты! – приказал эльф Аше. – Бегом за целителем! Паники не поднимать, никому не говорить, что с принцем что-то случилось. – Эльф быстро назвал имя целителя и где его найти.

Мне не хотелось упускать из вида Ашу, были у меня насчет этой дайрэн кое-какие подозрения. Но что я могла сделать? И потом, кроме Аши, за врачом послать некого. Когда кого-то рядом с тобой выворачивает наизнанку, то это обычно не проходит бесследно и для твоего внешнего облика. Меня бы Ареин точно за порог не выпустил, а вид второй дайрэн определенно вызвал бы лишние вопросы, так что пусть бежит Аша. Будем считать, что это проверка. Если Аша не вернется, значит, с ней действительно не все чисто.

И, Хайдаш побери, куда подевалась Яни?!

– Целитель сможет принца вылечить? Как-то помочь?

– Нет, – вздохнул Ареин, – тут он сможет сделать не больше меня.

Значит, Ареину просто нужен свидетель. Тот, кто подтвердит, что он сделал все возможное для спасения принца. Этот эльф уже записал Эрайна в покойники.

– Сколько у принца есть времени? Максимум?

– Минут двадцать, может, полчаса.

– Постарайся продержать его как можно дольше.

– Ты мне указывать будешь?! Я сделаю для своего принца все, что только возможно.

Хайдаш, где дайрэн, которых я послала на кухню?! Может, дать список ингредиентов Ареину? Не факт, что эльф мне поверит, но я должна попытаться!

– У меня есть одна идея.

– Идея?..

В гостиную вбежали две дайрэн, те самые, которых я так ждала. Я буквально подлетела к девушкам. Хотела спросить, все ли они раздобыли, но вовремя прикусила язык. Пока Ареин еще не задался вопросом, как я, не зная лоэльского языка, отдавала приказы дэйш’ли, был шанс, что он об этой детали не вспомнит. Я молча вырвала из рук девчонок добычу и быстро осмотрела ее. Вроде бы действительно то, что нужно. Даже корень абискуса дэйш’ли раздобыли в виде порошка, что значительно упрощало дело.

Я сразу засыпала в ковшик пригоршню семян сельдерея, пару щепоток соли и одну щепотку порошка абискуса. Лучше было бы ингредиенты тщательно взвесить и отмерить, но я вроде и так пропорции соблюла. Серый учил меня составлять яды и противоядия в полевых условиях и всегда очень хвалил мой глазомер. Затем я сбегала в ванную комнату и наполнила ковшик до половины водой. С сомнением посмотрела на горелку. Нет, с ней возиться слишком долго. У меня нет времени!

– Ареин, мне нужна твоя помощь, – осторожно начала я.

– Что? – Эльф повернулся ко мне. Лицо у Ареина осунулось, глаза глубоко запали, похоже, поддержание жизни принца давалось лоэл’ли нелегко.

Глубоко вздохнув, я собралась с духом и выпалила:

– Я знаю противоядие!

– Ты?! Чайранка – очень специфический яд. Противоядия не существует!

– Поверь мне хотя бы один раз, дай принцу шанс. Что бы я ни сделала, Эрайну не станет хуже. Хуже уже просто некуда! Дай мне попробовать.

Ареин с сомнением посмотрел на меня и на ковшик, который я держала в руках.

– Хорошо. Что тебе нужно?

– Быстро нагреть эту воду и дать ей прокипеть хотя бы пять минут.

– Что здесь? – Кивок в сторону ковшика.

– Ничего особенного. Соль, семена сельдерея и абискус.

– И как это поможет Эрайну?

– Ареин, время! Прошу.

Эльф бросил еще один недоверчивый взгляд на ковшик, а потом кивнул. И буквально через пару секунд вода забурлила, а потом и вовсе закипела. Запоздало я подумала, что ручка должна нагреться, и тогда я выроню драгоценный сосуд. Но, видно, Ареин оказался предусмотрительнее меня – ручка ковшика так и осталась холодной.

Бесцветная жидкость начала постепенно окрашиваться в странный зеленовато-бурый цвет. Хорошо, значит, я пропорции рассчитала верно!

Удерживая ковшик с кипящей водой, я наклонилась под диван и вытащила оттуда ножик для бумаг. Принялась помешивать ножом варево. Ареин настороженно посмотрел на меня, но, слава богам, промолчал.

– Все, хватит, – сказала я.

– Остудить? – деловито уточнил Ареин.

– Нет.

Я поставила ковшик на пол. Затем, осторожно помешивая немного загустевшее варево, влила стакан граны. По сути, разбавила зелье один к одному. Готово!

– Теперь надо, чтобы принц это выпил.

– Если Эрайн из-за этого умрет…

– Он умрет, если не примет это!

Ареин кивнул, взял у меня ковшик и осторожно стал вливать в Эрайна противоядие.

– Сколько он должен выпить?

– До дна, – сказала я и, когда эльф влил практически все зелье, добавила: – Прошу, не делай поспешных выводов. Я уверена, зелье поможет принцу!

Сделала пару шагов назад.

Я молила всех богов, чтобы противоядие спасло Эрайна и чтобы, пока это будет происходить, Ареин не прибил меня. Очень уж специфические признаки выздоровления после отравления чайранкой!

– Что ты имеешь в виду? – настороженно спросил эльф, отставляя пустую тару в сторону.

Эрайн выгнулся дугой и забился в припадке. Изо рта принца пошла зеленоватая пена, а потом беднягу вывернуло наизнанку жижей болотного цвета. Все кончилось так же неожиданно, как и началось, Эрайн в последний раз дернулся и замер.

– Ты!!! – Ареин медленно поднялся на ноги и двинулся ко мне.

– Подожди! Он жив! Проверь! Он должен быть жив! Подожди!!! – затараторила я, быстро пятясь.

Я стремилась оставить между собой и Ареином как можно больше препятствий. Но какое значение для мага имеют какие-то там низкие диванчики?

Эльф резко взмахнул рукой, и я взлетела в воздух. Пронеслась десяток метров и врезалась в стену. Расшитые полотнища, которыми была задрапирована гостиная, немного смягчили удар. Но все равно меня приложило так, что напрочь выбило дух. Я рухнула на пол, сверху на меня обрушились тяжелые гобелены.

– Подожди, Ареин! Подожди! Выслушай! – кричала я, выпутываясь из тряпок.

Но Ареин и не думал меня слушать, он молча, неумолимо приближался.

Невидимые тиски сомкнулись вокруг моей шеи, медленно начали сжиматься.

Вот и все. Добегалась!

– Эрайн! – задыхаясь, захрипела я. – Эра-а-айн!!!

Легкие горели огнем. Перед глазами все начало меркнуть.

– Что происходит? – Откуда-то издалека я услышала слабый голос принца, как ответ на свои молитвы.

Хвала богам!

Ареин тут же отпустил меня и метнулся к Эрайну. Как в тумане я видела, что старший эльф склонился над принцем, начал осторожно ощупывать его, задавать вопросы…

Где-то через пару минут прибежал целитель и буквально набросился на Эрайна: стал вливать в принца какие-то настойки и при этом восторженно восклицать, сыпать непонятными терминами. Похоже, лоэл’ли был необычайно удивлен, что принц выжил, и, не сомневаюсь, если бы целитель мог, то с удовольствием забрал бы «моего хозяина» на опыты.

Да, тут главное, чтобы после всего случившегося я сама не отправилась сегодня же на эти самые опыты, ну или в казематы для занимательной беседы. Впору подумать, что Эрайн пришел в себя слишком рано. Помедлил бы он еще немного, и Ареин бы меня придушил. А что? Не такая уж плохая смерть, если подумать, и, главное, быстрая!

К моему невероятному удивлению, вместе с целителем вернулись и Аша с Яни. Вроде как Аша столкнулась со своей подругой и целителем по дороге… Сбрасывать со счетов Яни пока не следовало, эта курица вполне могла работать на кого-то еще, кроме Эрайна. Хотя я и сомневалась в этом – слишком дайрэн была прямолинейна, глупа и безыскусна. Другое дело Аша! Вот она-то как раз давно вызывала у меня массу вопросов и подозрений. Если я выпутаюсь, если переживу эту ночь, то с Ашей надо будет очень серьезно поговорить.

Я сидела на куче гобеленов и судорожно пыталась отдышаться. В легкие будто угля насыпали, горло болело, перед глазами все немного расплывалось, и, ко всему прочему, меня еще и подташнивало.

Вдруг двери, выходящие на балкон, с грохотом распахнулись, и на пороге появилась незнакомая молоденькая эльфийка.

– Где Эрайн и что здесь происходит? – Лоэл’лина буквально источала всем своим видом, голосом и манерами горделивую холодность.

Зуб даю, что это к нам пожаловала супруга принца. Бедняжка, небось уже и на кровать легла, приготовилась. Солнце село, а возлюбленного все нет и нет. Истомилась от ожидания молодая жена, изнемогла! Отправилась вытаскивать своего благоверного из лап порочных дайрэн… В бледной немощи, которая лежала посреди зловонной лужи, своего супруга девчонка, разумеется, не узнала.

Мне безумно захотелось подать голос из своего угла и язвительно спросить: «А ты что, не видишь?» Но я, конечно же, промолчала.

– О, Эрайн! Что с тобой случилось?! – воскликнула девица.

Надо же, все-таки узнала! И быстро-то как!

Эльфийка стремглав подлетела к принцу, ничуть не испугавшись, что испачкает свое нежно-розовое платье. Миэна – кажется, супружницу «моего хозяина» зовут именно так, – начала взволнованно расспрашивать Эрайна о самочувствии, о том, что случилось и как это произошло…

Ого, как девчонка расчувствовалась! А на первый взгляд и не скажешь, что эта фарфоровая куколка на какие бы то ни было эмоции способна. Эх, похоже, это любовь! Ну, или игра на публику… Кто этих эльфов разберет?! У них все не как у людей.

Насчет самочувствия принца целитель Миэну успокоил. Сказал, что жизни и здоровью Эрайна ничего не угрожает. Более того, часа через полтора, после того как принц немного придет в себя, он будет даже в состоянии исполнить свой супружеский долг.

Бедняга Эрайн, даже после покушения не может нормально отдохнуть! Поспать бы ему часов десять, и уже завтра отравление чайранкой покажется лишь кошмарным сном. Никаких последствий, осложнений или недомоганий. Ничего! Но нет. У эльфов ведь церемония! Ритуал! Эрайн обязан этой ночью лишить свою супругу невинности. Принц уже и так невольно отклонился от традиции, потому как не пришел к Миэне на закате. Плохое это предзнаменование для брака, видите ли!

А вот ни одного вразумительного ответа на другие свои вопросы эльфийка так и не получила. Целитель почти ничего не знал и благоразумно предпочитал помалкивать. Эрайн был еще слишком слаб и тоже отнюдь не горел желанием делиться подробностями. Но больше всего не хотел, чтобы Миэна узнала детали случившегося, Ареин. В итоге он чуть ли не силой выпроводил девицу из комнаты. При этом эльф как заведенный все время повторял: «Никому не слова! Поняла? Я приду и все объясню». Похоже, у Ареина имелись довольно большие сомнения насчет умственных способностей Миэны.

После того как девчонка ушла, лоэл’ли наконец пришли к выводу, что принцу хватит валяться на ковре в гостиной. Не без посторонней помощи Эрайн поднялся на ноги, а потом, тяжело опираясь на плечо целителя, поковылял в сторону спальни.

– Я подойду к тебе немного попозже, – сказал принцу Ареин.

Не к добру это! Последнее, что бы мне сейчас хотелось, так это остаться в комнате наедине с Ареином. Нет, я не тешила себя иллюзиями, что старший эльф про меня забыл, слишком большую роль я сыграла в этой истории. Но все-таки я наивно надеялась, что моя беседа с ним будет происходить в присутствии Эрайна.

– Ареин… – Принц остановился и обеспокоенно посмотрел на меня. Взгляд этот не ускользнул от внимания старшего эльфа.

– Не волнуйся. Ничего с твоей игрушкой не случится.

– Ареин!..

– Да не трону я ее. Ни руками, ни магией, никак. Я просто задам девчонке несколько вопросов. Иди отдыхай.

Эрайн с сомнением посмотрел на меня, потом на Ареина, тяжело вздохнул и кивнул.

– Если что, кричи, – сказал мне принц и продолжил путь в сторону спальни.

А если я не смогу закричать? Если этот ушастый садист каким-нибудь магическим образом заткнет мне глотку? Ну или просто сделает так, чтобы никакие звуки до спальни не доходили?.. Хотя наверное, если Ареин начнет колдовать, то Эрайн это как-то почувствует. Слабое утешение.

После того как Эрайн и целитель ушли, Ареин выпроводил из комнаты и всех дэйш’ли. По мановению руки эльфа одно из кресел передвинулось так, что оказалось напротив меня. Мужчина устало опустился в кресло, вытянул ноги… Эльфы не регенерируют с немыслимой скоростью, как вампиры, но все же восстанавливаются довольно быстро. Еще полчаса назад Ареин был похож на обтянутый кожей скелет, а сейчас он выглядел почти нормально.

– Откуда тебе известно противоядие чайранки? – резко, без каких-либо предисловий спросил эльф.

– Ну как, я…

«Ри, осторожно! – раздался у меня в голове взволнованный голос Ррэко. – Эльф запустил плетение, распознающее ложь!»

Я мысленно выругалась. Только этого мне не хватало! Если я провалю допрос, если у Ареина возникнут хотя бы слабые сомнения в моих словах, то уже никакой принц мне не поможет.

– Что замолчала?

– Лоэл Ареин, – подчеркнуто вежливо опять начала я, время для фамильярностей прошло, – это специфика моей работы. Я знаю, как протекает отравление, по каким симптомам его можно вовремя увидеть, какое нужно противоядие, какие могут быть побочные эффекты после выздоровления.

– И какие побочные эффекты ожидаются у Эрайна?

– Никаких.

– Кем именно ты работала? Чем занималась?

Хайдаш! А я так надеялась, что он не задаст этот вопрос. И ведь испуганную дурочку, как на первом допросе, уже не сыграешь. С Ареином этот номер больше не пройдет.

– Я много чем занималась. В частности, работала телохранителем.

– А кем еще?

– Ну, портнихой я тоже работала…

– Верю. Но меня интересует работа другого рода.

Я вздохнула и нехотя, будто через силу, произнесла:

– Иногда я отправлялась на вылазки за Стену – это…

– Мне прекрасно известно, что такое эта ваша Стена, – оборвал меня Ареин. – Зачем ты туда ходила?

– Искала, что осталось ценного со старых времен.

Надеюсь, этого эльфу хватит, и дальше он копать не будет.

– Это все, чем ты занималась?

Отрыжка Хайдаша!

– В последнее время – да.

– А раньше?

– Ну… – я замялась, – моя мать работала в борделе, и я… Ну, мне приходилось…

– Была шлюхой?

– Я не люблю, когда меня так называют! – резко вскинула голову.

– Ты – вещь! И я могу называть тебя так, как хочу. Ладно, вернемся к твоим последним занятиям. Убивать на заказ тебе когда-либо приходилось? В том числе ядами?

– Нет, – совершенно честно ответила я.

– Но ты знаешь, как сделать чайранку?

– Да.

– Это запрещенное знание. За одно это тебя могут казнить.

– Знаю.

– Мне вот интересно, как так получилось, что ты знаешь противоядие, в то время как никому из лоэл’ли оно не известно?

– Некоторые тайны людям еще удалось от вас сохранить.

– И ты вот так просто рассталась с этим бесценным знанием? Раз в несколько лет один, а то и двое лоэл’ли погибают от чайранки.

– Своя жизнь мне дороже. – Я слабо усмехнулась. – Если бы принц погиб, то и я сегодня ночью либо умерла бы, либо отправилась в Инкубатор. А так у меня есть небольшая отсрочка.

– Это ты сделала яд, которым отравили Эрайна?

– Нет.

– Ты знала или хотя бы догадывалась, что в вине может быть яд?

– Нет.

– Ты видела, кто принес бутылку с ядом?

– Нет.

– Почему ты позвала меня, а не целителя? Почему не обратилась за помощью к Миэне?

– Я подумала, что если принца отравили, то это мог сделать кто угодно. В том числе и его молодая жена. А целитель… он тоже мог быть в этом замешан. Кроме принца, единственные, кого я знаю, это Найри и вы. Но Найри болен, да и толку в данной ситуации от него было бы мало, так что оставались только вы.

– Предусмотрительно.

– Я просто хочу жить.

– Ты заметила что-нибудь странное?

– Кроме покушения на принца?

– Да. Может, Эрайн себя как-то необычно вел? Или ты что-нибудь слышала, видела, подозреваешь кого-то?

Я ненадолго задумалась. Можно было бы рассказать эльфу про Ашу, и, уверена, Ареин очень внимательно присмотрелся бы к дайрэн. Но разгадать тайну этой рабыни я хотела сама. Возможно, Аша сможет мне помочь, а если нет, то сдать девчонку эльфам я могу в любой момент.

– Принц, когда пришел с пира, немного странно себя вел. Он был какой-то нервный, взвинченный, я еще подумала, что он много выпил. Жаловался на усталость и сильную жажду. И потом за раз вылакал полбутылки вина… Знаете, а ведь принцу могли на пиру что-нибудь в еду или питье подмешать. Ну, чтобы этот приступ жажды вызвать.

– Да, – кивнул Ареин, – такое возможно. А ты прекрасно подходишь на роль убийцы. Если бы Эрайн погиб, то ты была бы первой кандидатурой, а возможно, и единственной.

– Но я не травила принца.

– Это не значит, что не могла бы. Что ж, я получил ответы на все вопросы, которые меня сейчас интересуют, – сказал Ареин, поднимаясь с кресла. – Не надейся, что это наш последний разговор. У тебя осталось два дня, а потом мы с тобой побеседуем снова. Ты мне расскажешь обо всех ядах и противоядиях, которые тебе известны. Поведаешь, какие еще тайны от нас скрывают люди. У меня будет много вопросов.

Ареин ушел, я осталась одна. Наконец-то!

Я облегченно вздохнула и слабо улыбнулась. Допрос прошел не так плохо, как мог бы, и у меня все еще были два дня. А значит, и шанс на спасение!

Кутаясь в плед, я стояла на балконе. Меня знобило, зубы выбивали замысловатую дробь. Паршиво мне было, иначе и не скажешь. Отчасти потому, что я замерзла – этой осенней ночью было удивительно холодно, а я создание теплолюбивое. Отчасти потому, что меня с головой накрыл так называемый отходняк. Все защитные свойства организма, которые не давали мне в последние часы сломаться под натиском судьбы, бесследно испарились. На меня обрушилось осознание того, как близко я была к смерти. Нет, я ни о чем не жалела, в этот раз все было сделано правильно, но… но… Хайдаш забери меня в Пекло, как же я устала! Уже больше месяца живу на пределе сил: и душевных, и физических.

Немалую роль в моем отвратительном самочувствии играло и то, что после тесного общения с Ареином меня никто подлечить так и не догадался.

Принц добросовестно отправился исполнять долг перед родиной в спальню Миэны. Эх, надо было видеть, какое несчастное лицо было у Эрайна! Право, мне его молодую супругу даже немного жаль.

Целитель и Ареин ушли. Дэйш’ли быстро наводили порядок в гостиной.

А я просто вышла подышать, привести мысли в порядок.

Из разговоров между эльфами мне стало известно, что историю с отравлением решили замолчать. Во всяком случае, до решения короля.

«Ррэко! – позвала я. – Ррэко, надо поговорить».

Через несколько секунд я ощутила присутствие рядом с собой незримого собеседника. Кстати, во время выяснения отношений с Ареином и до этого, когда я пыталась вылечить принца, Ррэко почти все время был рядом. Ушел он только после того, как все закончилось.

«Слушаю, – устало произнесло существо. – О чем ты хотела поговорить?»

«Во-первых, спасибо тебе, что предупредил об Ареине. Это было очень своевременно».

«Не за что. Ты могла бы и сама догадаться, – проворчал Ррэко. – Кстати, поздравляю. Малышка, ты у нас сегодня героиня! Самого принца спасла! Только вот лоэл’ли тебе за это орден не дадут, от них ты вообще никакой благодарности не дождешься».

«Да знаю я. А что мне было делать? Смотреть, как этот ушастый недоросль подыхает? Если бы принц умер, то первой подозреваемой стала бы я. Нет, потом эльфы бы поняли, что такое дело я никак не смогла бы провернуть, во всяком случае, в одиночку».

«Но было бы уже поздно».

«Ага».

«Ты меня только за этим позвала? Обсудить сегодняшние события? Если да, то давай как-нибудь в другой раз, я слишком устал».

«Подожди! Мне нужна твоя помощь».

«Опять?» – В голосе собеседника прорезалась некоторая язвительность.

«Я тут не просто так стою, не свежим воздухом подышать вышла, а по делу».

«А, все-таки решила поговорить с Эрайном? Давно пора!»

«Раньше не было времени, – огрызнулась я. – А сейчас и повод есть, и обстановка вроде как благоприятная».

«Тебе видней. Так что от меня нужно?»

«Хочу принца кое о чем попросить, но мне совсем не нужны лишние уши. То, чтобы никто посторонний к нам близко не подобрался и беседу не услышал, беру на себя. А вот если нас кто-то захочет подслушать с помощью магии…»

В связи с грядущими событиями меньше всего я хотела, чтобы о моей просьбе кто-то узнал. В комнате нас могут подслушать дэйш’ли. Но, как я уже убедилась, их никто не воспринимает всерьез. В противном случае эльфы бы уже знали и о содержании моих бесед с принцем, и о том, что я читаю книги на лоэльском языке. Только кто сможет гарантировать, что ушастые не вспомнят о рабынях после того, как я проверну свою операцию? На балконе есть вероятность пасть жертвой любопытства Миэны или того же Ареина. Незамеченным к нам близко никто не подберется, но что помешает лоэл’ли использовать магию? Если эльфы начнут колдовать, то сможет ли Эрайн это вовремя заметить и придаст ли этому должное значение? Так что вся надежда на моего невидимого друга.

«Ясно, я тебя подстрахую. Только, малышка, беседу не затягивай, я очень устал».

«Хорошо. Ррэко, я хотела узнать… Когда принца отравили, ты почти тут же связался со мной. Но как ты узнал?!»

«Все дело в твоих эмоциях, малышка, – усмехнулся собеседник, – я чувствую наиболее сильные их всплески».

«То есть когда я чего-то пугаюсь, ну или там удивляюсь…»

«Я тут как тут!»

«Удобно!.. Кстати, по поводу твоего присутствия, все время забываю спросить. В ту ночь, когда на нас напали орки, пропала вся магия. Эльфы потом еще долго не могли колдовать, никакие амулеты не действовали. Но почему с браслетом ничего не случилось? Почему на него эта орочья антимагическая штуковина никак не повлияла?»

«Хороший вопрос! Правильный! – опять усмехнулся Ррэко. – Во-первых, наша связь – это не только магия, это гораздо глубже. Во-вторых, арриты, конечно, хорошие мастера, но им далеко не вся магия по зубам».

«Ты хочешь сказать, что если бы тогда уже истек месяц, который был нужен для закрепления этой нашей связи, то ты смог бы со мной общаться как сейчас?»

«Нет, с общением возникли бы трудности. Но как только ты бы вышла из зоны действия поглотителя магии, я бы вышел на связь».

Стоп! Ррэко сказал «арриты»? Не этим ли словом и производными от него постоянно ругается Эрайн?!

«Ррэко, а кто такие эти арриты?» – подозрительно спросила я.

«А вот это тебе лучше у своего принца спросить. Он об этих существах может рассказать больше, чем я».

Вдруг я почувствовала движение… Иногда пользоваться моим даром сродни тому, чтобы подглядывать. Я чуяла, что единственная пара эльфов на последнем этаже башни некоторое время находилась в непосредственной близости друг от друга. И тут вовсе не надо иметь богатое воображение (а на него я никогда не жаловалась), чтобы понять, чем молодые супруги занимались.

«Ррэко, принц идет! Если что-нибудь почувствуешь…»

«Да понял я!»

Я повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как Эрайн показался из-за округлого бока башни. Черная длинная рубашка распахнута, из-под широких тоже черных штанин выглядывают босые ступни. Пепельные волосы, рваным саваном рассыпавшиеся по плечам, отливают серебром в лунном свете. Кожа белее мела, лицо осунувшееся, только зеленые глаза лихорадочно горят. У эльфов черный цвет вовсе не считается траурным, но все же вид у Эрайна какой-то похоронный.

Принц остановился около меня, облокотился на ограду балкона. Заводить разговор Эрайн не спешил, просто стоял и смотрел на спящую эльфийскую столицу. Что ж, значит, надо парню помочь.

– У тебя есть какие-нибудь мысли по поводу того, кто мог бы желать твоей смерти?

– Нет. Меня и Ареин об этом спрашивал. Но я понятия не имею.

В мою сторону эльф не смотрел. Опасался встречаться со мной взглядом? Неужели совесть замучила? Сомневаюсь!

– Ничего не бывает без причины. Для покушения на принца, пусть и младшего, должен быть серьезный повод.

– Да знаю я! – воскликнул эльф. – А потому и не понимаю. После нападения орков Ареин практически сразу предположил, что это неспроста, что, возможно, за варварами стоит кто-то еще. Я с Миолин-Таали согласился, но, по правде говоря, не поверил. Ведь кому я нужен? Мое слово почти ничего не значит, как и я сам. И так будет еще не один десяток, а скорее, и сотен лет.

– Кто-то так не считает. Кому-то ты мешаешь. Оба покушения были тщательно спланированы. Сомневаюсь, что Ареину удастся выйти на заказчика.

– Ареин думает, что за покушениями стоит Эсриан Амирин-Саурэ, наш военный министр и главнокомандующий.

– Но зачем ему желать твоей смерти?

– Если бы я знал, – вздохнул парень. – Разве что… При дворе существует две партии. Одну из них возглавляет мой дядя Вэйон, во главе другой находятся Эсриан и мой старший брат Тэлиан, который женат на дочери военного министра.

– А женившись на дочке Вэйона, ты сам невольно присоединился к партии дяди?

– Да.

– Твой брат, думаешь, он тоже может быть в этом замешан?

Пальцы Эрайна впились в поручень ограды балкона так, что побелели костяшки.

– Нет, не думаю. Всем известно, что я никогда не интересовался политикой, наоборот, старался держаться от нее как можно дальше. К тому же Тэлиан, он… Нет, брат точно не мог так поступить! Если даже Ареин прав, если его подозрения не беспочвенны, то за покушением стоит Эсриан или кто-то из его клики, но точно не мой старший брат!

Бедняга Эрайн! Такой наивный, такой доверчивый, видно, его еще ни разу не предавали. Надеюсь, его брат действительно ни при чем.

– Как бы то ни было, два покушения уже было. Кто бы ни хотел твоей смерти, не думаю, что он откажется от своих планов.

– Спасибо, что помогла мне опять – вдруг сказал Эрайн. – Спасать мне жизнь входит у тебя в привычку.

Надо же, Ррэко ошибся! Один эльф все-таки расщедрился на благодарность, но при этом встречаться со мной взглядом ушастый, как и прежде, опасался. Да и толку мне от признательности принца? Все равно это ничего не изменит!

– Похоже на то, – усмехнулась я. – Только скоро уже моя жизнь подойдет к концу.

– Извини… я… – Эрайн наконец повернулся ко мне, вымученно улыбнулся, – я бы очень хотел что-то изменить, но не могу.

– Знаю.

– Понимаешь, в законе насчет ора дэйш’ли не предусмотрено никаких исключений, – все никак не мог успокоиться принц. – Наоборот, особо оговорено, что все полукровки должны либо умереть, либо быть подвергнуты определенного рода процедуре. Даже то, что тебе дали отсрочку в десять дней, можно расценивать как большую удачу… Ри, я пытался, правда, как-то увеличить этот срок, но чуть было не сделал только хуже. Прости.

Я удивленно посмотрела на Эрайна. Надо же! Никак не ожидала от парня таких слов. Принц смог меня сильно удивить.

– Эрайн, я все понимаю. Знаю, что ты не всесилен, что, будь твоя воля, все сложилось бы иначе. Но пока я все еще осознаю себя как личность, могу тебя кое о чем попросить? – Я зябко передернула плечами, посильнее закуталась в плед.

Кажется, эльфу, в отличие от меня, было совсем не холодно. Но Эрайн маг, что с него взять? Странно было бы, если бы принц не умел поддерживать комфортную температуру собственного тела.

– Если это будет в моих силах.

Хорошая оговорка!

– Эрайн… – Я опять почуяла движение. Похоже, женушка решила навестить принца. И что ей не спится?!

– Ты замерзла? – спросил Эрайн и легко коснулся моей шеи. Я вздрогнула от неожиданности и удивления, но нашла в себе силы не отстраниться. Мне вдруг стало болезненно любопытно, что же будет дальше.

Я чувствовала, как тает снедающая меня боль, как исчезают синяки на шее и спине, как теплые волны обнимают меня.

– Так лучше? – услышала я тихий голос Эрайна.

– Да, спасибо. – Я встряхнула головой, приводя мысли в порядок.

Сегодня просто ночь благодарностей какая-то!

– Это меньшее, что я мог сделать.

Я отступила от принца и успела заметить искаженное от злобы лицо Миэны. Девушка быстро скрылась за изгибом башни. Эрайн свою женушку так и не увидел.

На кого была направлена эта злость? Уж не на Эрайна ли? Ведь Миэна вполне могла быть тем загадочным отравителем. Или на меня? Или… С того места, где эльфийка стояла, благодарность принца, наверное, выглядела несколько двусмысленно. Особенно если учесть, что девчонка не знала о моей роли в недавних событиях. А даже если Эрайн подробностями с ней поделился, что с того? Я всего лишь вещь, рабыня!

– Что я могу для тебя сделать? – спросил принц.

Так, поблизости нет ни дэйш’ли, ни эльфов. Слух, конечно, и у тех и у других хороший, но, надеюсь, не настолько, чтобы услышать, о чем я с парнем говорю. Тем более что диалог мы ведем на имперском, а из всех обитателей этажа этот язык знает только Аша.

«Ррэко?»

«Все спокойно. Действуй!»

– Я бы хотела выйти из этих комнат.

– Выйти?

– Да. Талрэй – столица мира, а этот дворец – ее сердце! С балкона открывается чудесный вид, в твоей библиотеке много всего интересного, но я бы хотела успеть увидеть что-то еще.

– Ри, я не уверен, что смогу вывести тебя из дворца…

– О, об этом я даже не мечтала! Но, может, в самом дворце есть что-то интересное?

Принц ненадолго задумался.

– В сокровищницу тебя, конечно, никто не пустит. Погулять по залам и галереям тоже вряд ли удастся, там есть риск даже глубокой ночью наткнуться на кого-нибудь из эльфов. Можно попробовать пробраться в оранжерею, где растут некоторые растения из Вэллата, нашего родного мира. Но там очень любит бывать моя мать, да и другие лоэл’лины часто гуляют. Еще есть музей и библиотека. Притом библиотека не чета моей, она, наверное, раз в сто больше.

– И в библиотеке, наверное, мне тоже появляться рискованно, – с грустью в голосе сказала я.

– Да, пожалуй. Рискнуть можно, все-таки среди книжных стеллажей затеряться не составит труда, но если нас поймают, то возникнет вопрос, почему я неграмотную дикарку отвел в библиотеку.

– А музей? – вскинула голову я.

– Думаю, это лучший вариант. Его сделали большей частью для образовательных целей, просто так в него мало кто заглядывает. Если пойти в музей рано утром, то, я уверен, мы никого не встретим.

– А что в этом музее?

– Много всего. Там собрана информация и о нашем родном мире, и о нашей расе, и про Срединный мир тоже много чего есть, опять-таки про Элиарай ару. Да, тебе точно должно понравиться!

– Звучит очень заманчиво. – Я улыбнулась эльфу.

Сейчас я ничуть не врала и не играла. Даже если бы этого проклятого кулона, который мне надо выкрасть у эльфов, не существовало, а вместе с ним и вероятности сбежать из плена, я бы все равно с удовольствием наведалась в музей. Как можно отказаться от возможности узнать о таинственных лоэл’ли чуть побольше?

– Тогда решено, – вернул мне улыбку эльф.

– И когда я отправлюсь на экскурсию?

– Как я уже сказал, лучше бы нам в музей наведаться с утра пораньше.

– Пойдем завтра? То есть, – я посмотрела на звезды, – уже сегодня.

– Да, – кивнул Эрайн, – не стоит откладывать.

Принц отправился отдыхать, вымотался бедняга, я же спать пока не спешила. Сказать, что я совсем не устала, значит, соврать – денек выдался еще тот! Но, во-первых, когда Эрайн лечил меня, то он и усталость немного снял, а во-вторых, оставалось еще одно незаконченное дело. Не могла я больше откладывать беседу с Ашей, никак не могла. После сегодняшних событий просто необходимо узнать, что эта полукровка собой представляет и на кого работает.

Дайрэн заканчивали уборку в гостиной, среди них была и так заинтересовавшая меня рабыня.

– Аша, подойди, – негромко позвала я из дверей кабинета. Ничего удивительного в моей просьбе не было, я регулярно обращалась к этой девушке за помощью. Именно Аша приносила мне чистую одежду и еду.

Пропустив рабыню в кабинет, я закрыла дверь.

– Что нужно? – Со мной дайрэн общались подчеркнуто нейтрально.

Я зажала рабыне рот и резкой подсечкой свалила на пол. Оседлала девицу, крепко придавив коленями ее ноги так, чтобы она вырваться никак не могла.

– Что нужно? Поговорить мне с тобой нужно! – зловеще прошептала я на ухо пленнице.

Аша, похоже, никак не ожидала столь решительных действий с моей стороны, да и падение на пол не прошло бесследно. Только сейчас девчонка вяло завозилась и возмущенно замычала, даже попыталась укусить меня за руку. И тут же сдавленно захрипела – я надавила на весьма болезненную точку на груди рабыни.

– Дергаться не советую, кричать тоже. И потом, зачем тебе кричать? Дайрэн не кричат, они с радостью принимают волю своих хозяев, какой бы она ни была.

Я чуть убрала руку и услышала злое шипение рабыни:

– Ты мне не госпожа!

– Почему же? – хищно усмехнулась я. – Госпожа! Еще какая госпожа! Ведь твоя жизнь находится в моих руках, и мне ничего не стоит оборвать ее жалкую нить.

– Если ты меня убьешь, то лоэл’ли это не понравится.

– А кто говорит об убийстве? – притворно удивилась я. – Пока я хочу с тобой лишь побеседовать, задать тебе ряд вопросов.

– Каких? Я всего лишь простая дайрэн, смиренная рабыня…

– Аша, милая, а вот врать не надо, – резко оборвала я пленницу. – Ты, может, и рабыня, но никак не смиренная и уж точно не простая. Слишком уж ты выделяешься среди прочих дэйш’ли.

– Я такая же, как все!

– Тогда почему ты сейчас преспокойно ведешь со мной диалог на имперском? На этом языке уже никто не говорит за пределами вольных городов и уж точно никто бы не стал обучать ему «простую дайрэн». Так что говори, на кого ты работаешь?! Ну, живо! И врать не советую, я, может, и не маг, но ложь чую.

Держалась девица неплохо и кого-то, может, смогла бы обмануть, но не меня.

– Язык… я… в общем, я отношусь к первому поколению дайрэн, потому, наверное, и помню этот самый язык.

– К первому поколению? – удивилась я. – Это же получается, что тебе лет двести, а то и больше?

– Да, наверное, где-то так.

– Но точный свой возраст ты не знаешь?

Девушка замотала головой.

Хотя какая она теперь девушка?! Аша мне в прапрапра… (тьфу ты! сбилась) не знаю, какие бабки годится! Но, с другой стороны, выглядит дайрэн не старше меня и ведет себя соответственно… Хайдаш, нашла, о чем думать!

– А откуда ты тогда знаешь, что принадлежишь к первому поколению?

– Мне лоэл Найри так говорил.

Не верю, что все странности Аши объясняются так просто. Быть такого не может!

– Аша, – устало вздохнула я, – ведь просила же тебя не врать. У меня очень сложный выдался день, и играть с тобой в игры – это последнее, что мне сейчас нужно. Честно говоря, я сама до сих пор не знаю, почему не выдала тебя Ареину. Почему пожалела курицу бестолковую?

– Лоэлу Ареину? Меня? Почему? Я ничего не сделала.

– А вот я в этом не уверена. У меня есть ряд причин думать, что это ты принесла бутылку с ядом.

– Нет! Я никогда!..

– Тише! – зашипела я и легонько встряхнула пленницу. – Думаю, Ареин тоже очень бы заинтересовался твоими странностями.

– Я бы тоже ему много чего могла про тебя рассказать! – шепотом выпалила пленница. – И про то, что лоэльский знаешь, и какие книги читаешь, и какие разговоры с принцем ведешь…

Вот и попалась!!!

– Аша-Аша, дурочка ты наша! – усмехнулась я.

Дайрэн, обескураженная моими словами, замолчала.

– А ведь так все хорошо начиналось. Ты так мастерски врала, так профессионально играла и так по-глупому попалась. Знаешь одно из самых основных отличий дэйш’ли от всех остальных разумных существ? Дэйш’ли не проявляют инициативу! Они следуют приказам, правилам, законам и традициям, но никогда и ни по какому вопросу не имеют своего мнения, отличного от хозяйского. Настоящая дайрэн не испугалась бы разговора с Ареином и уж точно не стала бы грозить, что меня выдаст. Так что последний раз спрашиваю… Кто ты такая? На кого работаешь?

Пленница молчала.

– Не хочешь по-хорошему? На твоем теле существует множество болевых точек, а до рассвета еще несколько часов… Ты ответишь на все мои вопросы, не сомневайся. Только вот зачем тебе это? Зачем молчать?

– Затем, что если я расскажу тебе то, что ты просишь, то об этом вскоре узнают и эльфы, – горько усмехнулась Аша. С лица пленницы будто спала маска, оно стало более эмоциональным и живым.

– Все зависит от того, что ты мне расскажешь.

– Глупая! Они из тебя все вытянут! Это принц с тобой любезничает, а когда тебя в Инкубаторе возьмут в оборот… Они тебе в душу залезут и вывернут ее наизнанку. От ушастых ничего не скроешь, можешь об этом даже и не мечтать!

Аша, оказывается, у нас еще и эльфоненавистница! Все интереснее и интереснее.

– Если, как ты говоришь, я эльфам все расскажу, то и о нашем с тобой разговоре они узнают, а значит, и с тобой побеседовать захотят. Так что рассказывай, не тяни время.

Дайрэн некоторое время раздумывала, а потом сказала:

– Хорошо, я отвечу на все твои вопросы. Для начала, может, слезешь с меня?

Не став спорить, я отпустила пленницу. Указала Аше на диван в глубине кабинета.

– Поговорим, как цивилизованные люди?

– Люди? – удивленно переспросила дайрэн. – Ты, как и я, человек лишь наполовину.

Я могла бы прочитать рабыне целую лекцию на эту тему. Сказать, что расы полукровок попросту не существует. Ведь у них нет ни истории, ни культуры, ни традиций и законов. Полукровки – рабы отчасти еще и потому, что ничего собой не представляют. У таких существ, как мы с Ашей, есть выбор: быть скотиной бессловесной, человеком или лоэл’ли. И нет ничего удивительного в том, что, при таком хайдашевом раскладе я предпочитаю быть именно человеком. И потом, моя мать – человек, я выросла среди людей, глупо было бы считать себя кем-то иным… Только какой смысл раскрывать душу перед этой рабыней. Зачем? Все равно не поймет.

– Ладно, как цивилизованные существа, – усмехнулась я. – Такой вариант тебя устроит?

– Вполне.

Аша устроилась на диване, я выбрала кресло. Забавно, сейчас я как бы примерила на себя роль Эрайна, а Аша стала мной.

– Говори же. Не томи! – зевнула я.

– Это будет длинная история, – грустно и как-то обреченно улыбнулась Аша.

– Слушаю тебя.

– Наверное, даже хорошо, что ты меня поймала, – вздохнула дайрэн, – уже очень-очень давно я ни с кем нормально не говорила… Это правда, я действительно принадлежу к первому поколению полукровок, детей человеческих женщин от лоэл’ли. Но истина в том, что я помню свое детство и юность…

– Как помнишь?! – подскочила я.

– Ты будешь меня слушать?

Я кивнула.

– Тогда не перебивай.

О, как она заговорила! Ладно, послушаем, что нам эта девица расскажет.

– Так вот, – меж тем продолжила дайрэн, – я многое помню. Моя мать была настоящей красавицей, она принадлежала к знатному роду, получила соответствующее воспитание… а в итоге стала эльфийской шлюхой. Не потому, что выбрала такую судьбу, нет, этот выбор сделали за нее. Я не знаю своего отца, у моей матери было много мужчин, слишком много. На окраине Талрэя был построен целый поселок, где жили свезенные со всей Тауры красивые человеческие женщины. У лоэл’ли и сейчас женщин очень мало, а тогда, двести с лишним лет назад, их было еще меньше. Эльфы ненавидели людей, но это ничуть не мешало им пользовать человеческих женщин – против природы не пойдешь.

Аша замолчала, взгляд рабыни затуманился, сейчас она была очень далеко.

– И что? Что было дальше? – спросила я.

Если подумать, то история Аши во многом схожа с моей, если только дайрэн не врет, конечно. Но что-то мне подсказывало, что Аша говорила правду.

– Я была одной из первых детей, родившихся в том поселке. Сначала лоэл’ли не обращали на подобных мне детей внимания, так что воспитывали нас наши же матери. Через некоторое время у меня появились брат и сестра… К матери эльфы стали ходить все реже. Люди стареют, да и рождение троих детей не прошло для мамы даром. Мне было пятнадцать лет, когда лоэл’ли забрали из поселка маму и брата. Я до сих пор не знаю, куда их увезли и что с ними сделали. Нас с сестрой оставили в поселке, и всего через полгода меня посетил первый эльф… Человеческие женщины стали исчезать из поселка одна за другой, а их дети (только девочки) оставались. Через пять лет людей в поселке уже не осталось, а у меня уже была пара детей. Поселок постепенно рос, его обитателей, точнее обитательниц, становилось все больше. Мальчиков забирали практически сразу после их появления на свет, а все девочки оставались в поселке… Почти все. Некоторые лоэл’ли не хотели делиться игрушками, а поэтому забирали молодых девушек в свои дворцы. Но таких случаев было немного.

Рабыня опять замолчала, но в этот раз я ее не стала тревожить. Что я могла сказать?

История Аши не была для меня откровением – в вольном городе ходили слухи, да и Серый многое, в пору моего ученичества, успел поведать. Но одно дело – знать исторические факты, а другое – беседовать с реальным участником событий, с женщиной, чью судьбу исковеркали и втоптали в грязь проклятые эльфы.

– Знаешь, – вдруг сказала Аша, – а ведь я в том поселке прожила без малого сорок лет! У меня было семь дочерей и десять… нет, одиннадцать сыновей. Четыре дочки уже работали вместе со мной, утоляли мужской голод лоэл’ли, пятой в своем роде повезло – ее забрали во дворец, еще пара девиц подрастала. Эльфы начинали проявлять все больше интереса к первому поколению полукровок, ведь мы, в отличие от человеческих женщин, не старели, и фигуры от родов у нас не портились. Все больше и больше полукровок лоэл’ли стали забирать в личное пользование… А потом все кончилось – ушастые издали тот самый закон.

– По которому все полукровки должны либо умереть, либо стать стерильными, либо плодиться и размножаться в Инкубаторе, – тихо сказала я.

– Да, – так же тихо ответила мне Аша. – Дальше я мало что помню. Первую свою процедуру, к счастью, я забыла… Ко мне приходят воспоминания, туманные, как будто это было во сне, что я немало лет провела в Инкубаторе. Потом меня признали неперспективной для разведения и списали, так я снова стала шлюхой. Долгое время я принадлежала семейству Тоэн-Маринэ, потом меня подарили Найри. Остальное ты знаешь.

– А как давно ты осознаешь себя?

– Не знаю. Какие-то туманные, похоже на полузабытые сны, воспоминания начали появляться лет тридцать назад.

– Но почему? Как? Существует какой-то способ снова стать собой?

– Не думаю, – покачала головой Аша. – Скорее всего, дело в том, что глубокую очистку полукровки проходят лишь первый раз, а потом, каждые десять лет, нас стирают весьма поверхностно. А может, это я просто особенная? Кто знает?! Но иногда думаю, что было бы лучше, если бы я вообще не помнила ничего.

– Другие такие, как ты, есть?

– Не встречала. Хотя может, кто-то из старушек тоже проснулся? – усмехнулась дайрэн. – Кстати, скажи, как ты меня вычислила? Ведь помимо моего знания имперского языка было и еще что-то, что меня выдало. Так?

– Да, – кивнула я. – Взгляд. Временами он у тебя слишком осмысленный. Ну и то самое проявление инициативы. Пожалуй, заподозрила я тебя после того, когда ты взялась меня лечить.

– Вот, помогай другим после этого!

– С твоей стороны это было довольно глупо. Но спасибо.

– Так что? Я ответила на твои вопросы?

– Нет, не на все. Что ты знаешь про отравление?

– Взялась мальчишку защищать? Думаешь, принц тебя спасет? Зря! Многие из нас делали ставки на своих покровителей, но никому это не помогло.

– Откуда ты это можешь знать? Ты ведь многое не помнишь?

– Если бы в Талрэе или окрестностях жила какая-нибудь ора дэйш’ли, я бы знала. Так что можешь и не пытаться.

– Эрайн дал мне отсрочку, а это не так уж и мало. Так все-таки какова твоя роль в недавних событиях?

– Ее нет. Ты еще не поняла, что я просто пытаюсь выжить?

– И что? Тебе вполне могли приказать принести ту бутылку, и, как «простая дайрэн», ты не посмела бы ослушаться. Или же ты могла что-то видеть или слышать.

– Нет, я ничего не делала и ничего не знаю. Можешь не верить, можешь меня пытать, но другого ответа ты не получишь.

– Почему же, я тебе верю. Во всяком случае, очень хочу верить. А Яни и другие дайрэн? Они могут быть как-то причастны к покушению на принца?

– Не знаю. Не думаю. Вряд ли.

– Ясно, – вздохнула я. – Но если ты вдруг что-нибудь вспомнишь или заметишь, то сообщи мне. Ладно?

– Хорошо, – кивнула Аша. – Ну, так все? Разговор окончен, и я могу быть свободна? Не только у тебя одной был сложный день, я тоже устала.

– Да.

Аша поднялась с дивана и направилась к выходу из кабинета.

– Подожди! – Я вскочила с кресла. – Я сделаю все возможное, чтобы о твоей истории никто не узнал. Обещать не могу, но я очень постараюсь.

– Спасибо, – кивнула дайрэн, – вряд ли тебе удастся сохранить нашу беседу в тайне. Но все равно спасибо. Я тоже о тебе никому не расскажу. Хотя бы потому, что пока мне рассказывать просто некому.

Дайрэн ушла, а я еще долго ворочалась на диване и не могла уснуть. Не выходила у меня из головы история Аши, я очень боялась повторить ее судьбу. Еще больше я уверилась в том, что если не смогу выкрасть кулон, если Ррэко не сможет меня вытащить, если хотя бы что-то пойдет не так, то я покончу с собой.

А еще мне не давала покоя мысль, что, возможно, и другие дэйш’ли не так просты, как кажутся. Только притворяются лучше, чем Аша.

Утро выдалось странное.

Во-первых, меня разбудила Аша, когда солнце еще даже не показалось из-за горизонта. Во-вторых, дайрэн притащила охапку одежды, среди которой оказался похожий на чепец головной убор. Эх, какая все-таки Эрайн предусмотрительная зараза! Догадался ушастый, что рыжий цвет волос может привлечь к моей персоне нездоровое внимание! Никак не ожидала, что эльф к планированию нашей экскурсии столь серьезно подойдет.

Несмотря на раннее утро, принц выглядел бодро и свежо. Если бы не знала, что вчера произошло, ни за что бы не подумала, что эльф был на пороге смерти.

– Как ты себя чувствуешь? – на всякий случай спросила я.

– На удивление хорошо. Спасибо, – улыбнулся парень.

Перед выходом из апартаментов Эрайн прочитал мне целую лекцию на тему того, как я должна себя вести, что говорить, делать и прочая. Так, мне строго-настрого запрещалось заговаривать с другими эльфами и разглядывать их. Но перед каждым встречным-поперечным ушастым я была обязана склонять голову. Правда, Эрайн очень сильно надеялся, что никто из лоэл’ли по пути в музей нам не встретится, не случайно же этот изнеженный засоня выбрал столь раннее время для нашего похода. А вот на обратном пути могут возникнуть проблемы.

Также я клятвенно пообещала беспрекословно слушаться принца. Ну, наобещать я много чего могу, а действовать все равно буду еще исходя из обстоятельств. Опыт у меня в некоторых вещах такой, что Эрайну и не снилось.

– Ладно. Раз ты готова и вопросов больше нет, то пойдем. – Принц потянулся к ручке двери, выходящей на парадную лестницу.

– Подожди! – остановила я Эрайна. – А почему не воспользоваться ходом для слуг?

Я, конечно, с удовольствием полюбовалась бы красотами дворца, но изучить дорогу до объекта по служебным ходам гораздо важнее.

– Для слуг? – удивленно переспросил принц.

– Ну да! Там мы вряд ли натолкнемся на твоих соплеменников. Или я неправа?

– Иногда служебными коридорами и эльфы пользуются, но ты права, вероятность встретить там кого-то из них так рано утром крайне невелика… Только я никогда не был в служебных коридорах.

– Боишься заблудиться? Или ты просто дверь в ход не сможешь открыть?

– Да нет, дорогу я найду, и с дверью проблем не возникнет, – немного рассеянно произнес принц.

– Тогда почему бы нам не выбрать этот путь? И разве тебе самому не интересно посмотреть на изнанку дворца?

Эрайн ненадолго задумался, а потом кивнул:

– Да, это было бы весьма любопытно. Только обратно пойдем уже парадными коридорами. Если меня какой-нибудь эльф заметит в служебных ходах, то это вызовет слишком много вопросов.

Парень прикоснулся рукой к стене, и тут же деревянная панель отъехала в сторону. Эрайн нерешительно шагнул в проход, я последовала за ним.

Эльф с любопытством рассматривал маленький холл и убегающую вниз узкую винтовую лестницу. Цвет стен, пола и потолка – серый. Нет ни окон, ни каких-либо архитектурных излишеств и прочих украшений. Все подчеркнуто практично. Единственное, что вносило легкое разнообразие в унылый интерьер, это небольшие озаряющие шары, прикрепленные к стенам и потолку. Но и светильников было немного, так что в холле царил легкий сумрак.

– Как здесь все убого, – уныло произнес принц.

– А чего ты хотел? Эти же помещения не предназначены для глаз сиятельных лоэл’ли.

Эрайн как-то странно посмотрел на меня, но промолчал.

– Ну, так мы идем? – поторопила я принца.

– Да, здесь смотреть особо не на что.

Честно говоря, я немало удивлена, что Эрайн ни разу не был в служебных коридорах. Эх, была бы я на месте принца, то исследовала бы весь дворец снизу доверху! Эти ходы дают такую свободу передвижения! А ведь Эрайну даже в голову не приходило, что можно воспользоваться коридорами для слуг. Какие же все-таки у эльфов, пусть даже и таких молодых, закостенелые мозги!

«Ррэко!» – позвала я.

«Да, я тут».

«Внимательно запоминай дорогу, ночью мне может понадобиться твоя помощь».

«У тебя что, с памятью проблемы? Слабая да старческая?» – ворчливо отозвалось существо.

«Прекрати! Делать мне нечего, как с тобой пререкаться. Поможешь или нет?»

«Помогу, куда деваться», – вздохнул невидимый собеседник.

«Вот и договорились».

Лестница кончилась, за ней последовали коридоры – первый, второй, третий…

По дороге нам, несмотря на ранний час, встречалось множество дэйш’ли. И большинство из них, в отличие от дайрэн и прочих окружающих эльфов слуг-полукровок, были не так уж и хороши собой. В основном коридоры в это время заполняли различные чернорабочие, прачки да мусорщики. При виде некоторых, а точнее, при виде нош, что они тащили на себе или везли на тачках, принц брезгливо морщился и, похоже, только усилием воли не бросался в сторону.

– Не думал, что дэйш’ли во дворце так много, – удивленно проговорил Эрайн.

– А кто, по-твоему, на кухне работает, одежду и белье стирает, убирает все? Само по волшебству, что ли, делается? – спросила я.

– Э-э-э… как-то раньше не задумывался, – растерялся принц.

Я старательно запоминала дорогу и все время внимательно вслушивалась в пространство, не появится ли на горизонте какой-нибудь другой жаворонок-эльф. Конечно же, лоэл’ли вокруг были, но, как и при первой моей прогулке по служебным ходам, их всегда отделяли от меня стены коридоров. Другое дело, что сразу не всегда удавалось понять, поджидает ли нас ушастый злыдень за поворотом или же просто мирно дрыхнет в своей спаленке.

Еще неоднократно нам с принцем приходилось спускаться и подниматься. Кажется, пару раз парень все-таки немного заблудился, хотя и не признался в этом. Наконец Эрайн остановился перед одной, на первый взгляд ничем не примечательной дверью.

– Кажется, мы пришли.

«Ррэко, что скажешь?»

«Плетение даже проще, чем на двери в апартаменты принца. Думаю, медальон любого дэйш’ли, прописанного во дворце, сможет открыть ход».

– Уверен? – Я задала вопрос одновременно обоим собеседникам.

«Почти. Но проверить это можно только опытным путем».

– Да. Пожалуй, что да, – кивнул принц и отворил дверь в музей.

Стоило мне только окинуть взором зал, как я мысленно застонала. Да я же и за год тут все не осмотрю!

И помыслить я не могла, что у лоэл’ли музей – это такая махина. Мне наивно представлялось, что эльфийское собрание древностей находится в каком-нибудь небольшом зальчике. Ну, как у нас в Таннисе, разве что эльфы отвели под нужды музея помещение побольше. Понятно, что в музее вольного города ничего хоть сколько-нибудь ценного не хранилось, и сам он носил сугубо пропагандистский характер. Да, как людям тяжело жилось под гнетом Империи и как хорошо стало, когда власть оказалась в руках сиятельных эльфов.

Лоэльский же музей был поистине огромен! И если ширина зала составляла всего метров двадцать, то протяженность помещения в длину я даже не пыталась угадать, тут можно было смело говорить о сотнях метров. Высокий сводчатый потолок музея подпирали витые, сияющие призрачным светом колонны, а между ними стояли бесчисленные стеклянные витрины с экспонатами.

Как мне здесь найти кулон?! Разве что у Эрайна прямо спросить? Должен же он мне показать захваченные эльфами императорские регалии.

– Ого, – только и смогла произнести я.

– Что? Впечатляет? – самодовольно усмехнулся эльф.

– Еще как! – воскликнула я шепотом.

Хотя поблизости я никого постороннего и не чуяла, но все-таки терять бдительность не следовало. Мало ли кто нас может услышать.

«Ррэко, какие плетения видишь?»

«Хм, на всех витринах – именно витринах, а не экспонатах! – стоят плетения, защищающие находящиеся в них предметы от пыли и вредных факторов окружающей среды. Но вон те стеклянные ящики, что стоят слева, метрах в пятидесяти от тебя, вроде бы защищены сильнее. Более точно пока сказать не могу, далековато, да и другие плетения заслоняют. Между проходами никаких плетений и нитей не вижу».

«Заметишь что-то интересное, тут же говори!»

– Так что бы ты хотела посмотреть в первую очередь? – спросил эльф. – К сожалению, времени у нас не так много, обойти весь зал никак не получится.

– Если честно, то мне бы очень хотелось побольше узнать о вашей расе, о вашем родном мире, – немного неуверенно произнесла я. – А еще, пожалуй, тема Последней войны мне интересна.

– Мы не очень любим о своей истории чужакам рассказывать, – неуверенно сказал принц. – Есть своего рода негласное правило…

– Но мне скоро сотрут память. Я никому и ничего не смогу рассказать.

– Ладно, уговорила, – улыбнулся парень.

Принц отвел меня к витринам, где были выставлены экспонаты, относящиеся к истории лоэл’ли. Я с удивлением осмотрелась. Так мало! Всего три деревянных манекена, одетых в вычурные платья. Горка посуды и инструментов. Несколько изящных, хотя на вид и не особо ценных, украшений. Пара с’каашей в потертых ножнах и лук со стрелами. Все!

«Ри, – услышала я голос Ррэко, – это те витрины, про которые я говорил. На них стоит такая защита, что не стоит и пытаться их вскрыть».

«Значит, хорошо, что меня не интересуют лоэльские древности».

– Не удивляйся, – сказал Эрайн, – у нас осталось не так уж и много предметов с Вэллата. Большинство из них бережно хранятся в семьях, в музей отдали лишь малую часть. Одежда так и вовсе реконструкция.

– А-а-а… – разочарованно протянула я.

Ничего необычного в выставленных экспонатах я не увидела. Да, покрой нарядов, на мой вкус, немного странен, а назначение некоторых инструментов непонятно. Но от иномирских раритетов я ожидала чего-то большего. Какой-то чуждости, инакости! Того, что они захватят воображение и перевернут весь мой мир! А так даже обидно как-то.

– Как ты знаешь, наш родной мир называется Вэллат, – меж тем начал рассказ мой ушастый экскурсовод.

Я кивнула.

– Но дело в том, что Вэллат – это не только название мира, но и страны. Так что мой отец, Луорен Элиар-Тиани, был правителем целого мира. На Вэллате не существовало ни иных рас, ни опасных для лоэл’ли зверей или растений, климат и тот был повсеместно мягкий и комфортный. Наша раса жила мирно, развивала искусство и науки, в том числе магические.

– И что, у вас не было ни войн, ни междоусобиц, ни переворотов? – недоверчиво спросила я.

– Возможно, тебе трудно будет в это поверить, но мы очень ценим жизнь.

– Свою собственную! На всех остальных вам чихать!

– Ты будешь слушать? Или как?

– Да, – буркнула я.

И чего, спрашивается, я взорвалась?

– Конечно же у нас тоже все было совсем не так гладко и радужно, как хотелось бы. Лоэл’ли, как ты заметила, довольно воинственная раса. Те же с’кааши – это оружие, которое применялось большей частью во время поединков. Большинство споров и разногласий решалось на дуэлях. Это была традиция. Закон! Другое дело, что убивать противника строжайшим образом запрещалось, а нарушители жестоко карались. Все дуэли велись лишь до первой крови.

– А сейчас у вас дуэли разве не запрещены?

– Да, – кивнул Эрайн, – теперь приходится решать разногласия более мирным способом. Нас осталось слишком мало, чтобы так глупо рисковать.

– Но глобальных войн на Вэллате не было? – все никак не могла успокоиться я. Слишком нереальную картину всеобщего благоденствия нарисовал Эрайн.

– В древней истории были, но за последние три тысячи лет никаких крупных боестолкновений в хрониках зафиксировано не было. Даже когда отец и дядя сильно разругались, обошлось без кровопролития.

– Разругались? Из-за чего?

– Была причина, – усмехнулся парень. – Прародитель нашего рода и мой дед Элиар Таиниссэ объявил своим наследником младшего сына, то есть моего отца. Тогда Вэйон вместе с группой поддерживающих его лоэл’ли ушел на восток и основал там город. Формально город подчинялся таэ Луорену, но на деле там правил Вэйон. Помирились братья уже во время войны с арритами.

Опять эти арриты!

– А это кто такие? Все время про них слышу.

– Что ты знаешь? – подобрался Эрайн.

– Да ничего, собственно, – пожала плечами я. – Просто вы слишком часто упоминаете неких «арритов» в ругательствах.

– А-а-а… – сразу расслабился принц. – Не спеши, я обо всем расскажу. Царствование моего отца длилось уже больше тысячи лет, Вэллат достиг небывалого расцвета. Как я уже говорил, лоэл’ли уделяли большое внимание развитию наук, так, в то время мы уже догадывались о множественности миров и о возможности путешествий между ними. Но пока это были лишь теории, ни одного успешного опыта не было. И вот однажды на Вэллате появились странные существа, которые представились путешественниками между мирами. Никакой агрессии гости не проявляли и выглядели миролюбиво. Лоэл’ли обрадовались, что их догадки подтвердились, и встретили пришельцев со всем радушием.

Ой, что-то мне не нравится, куда клонит эльф!

– Гости назвались арритами. Внешние отличия между нашими расами были невелики. Пришельцы обладали чуть менее изящным телосложением, чем лоэл’ли, и странной закругленной формой ушей. Лица арритов если и не соответствовали нашим канонам красоты, то большинством моих соплеменников были признаны довольно милыми. На этом основные видимые отличия заканчивались.

– Так это были люди! – ахнула я.

– Внешне арриты и люди полностью идентичны, но все же различия между вашими расами есть, хотя они столь незначительны, что их можно не принимать в расчет. Понадобились целые десятилетия лабораторных исследований, чтобы выделить эти самые отличия. Потому считается, что арриты – это те же люди, только из другого, более развитого мира. – Эрайн замолчал.

Мне резко захотелось выпить или хотя бы присесть. Но как назло выпивкой посетителей музея не угощали, а никакой кушетки или табуретки поблизости не было видно. Я не обратила внимания на то, что Эрайн упомянул многолетние исследования, которые, несомненно, повлекли за собой горы искореженных трупов. Нет, сейчас все мои мысли занимали арриты. Проклятые арриты, которые почти что люди! И я уже догадывалась, о чем мне собирается рассказать Эрайн…

– Что было дальше? – внезапно охрипшим голосом спросила я.

– Много чего. Поначалу арриты вели себя дружелюбно. Гости оказались очень любознательными существами. Их интересовало все: наша культура, история, традиции и законы, но больше всего магия. Вскоре между нашими расами, а точнее, мирами завязалась оживленная торговля. Арриты даже испросили у таэ Луорена разрешение основать небольшую колонию на Вэллате. Разумеется, территория им тут же была с радостью предоставлена. Колония арритов в нашем мире росла, в то время как сами пришельцы о себе почти ничего не рассказывали, с ловкостью опытных дипломатов они уходили от любых вопросов о своей родине и технологии путешествия между мирами. К себе в гости они лоэл’ли тоже не звали и даже отказывались кого-нибудь обучить арритскому языку, в то время как сами свободно говорили на лоэльском. Большинство моих соплеменников не обращали на эти мелочи внимания. Они были заворожены новыми доселе неизвестными товарами, в моду даже вошло все арритское. На тех же, кто относился к пришельцам настороженно или даже враждебно, основная масса лоэл’ли смотрела снисходительно и несколько осуждающе. Как показала история, зря.

Казалось, ничто не предвещало катастрофы. Целых десять лет наши расы жили в мире, а потом все закончилось. В одно чудесное утро Вэллат содрогнулся от страшных ударов. Девять крупнейших эльфийских городов обуяло негасимое пламя. Его нельзя было потушить или остановить. Ни водой, ни магией, никак.

– Последняя война началась почти так же… – удивленно прошептала я.

– Да, мы многому научились у арритов. При бегстве с Вэллата нам удалось захватить несколько зарядов, потом мы их использовали при войне с людьми.

Мне вдруг вспомнилась антимагическая штуковина, которую нашли у орков, и оговорка Ррэко про арритов. Не значит ли это, что враги эльфов добрались и до Срединного мира? И если да, то чем это может грозить людям и миру в целом? Нужно при случае спросить Ррэко. Уверена, эта невидимая сволочь знает намного больше, чем говорит!

– Из объятых пламенем городов не спасся почти никто… Когда напали арриты, таэ Луорен как раз завтракал в компании жены и одного из своих сыновей. У Тэлиана, по счастливой случайности, оказался с собой телепортационный амулет. И даже не один, а три! Это была совсем новая разработка, о которой еще никто не знал, в том числе и арриты. На завтраке Тэлиан собирался преподнести амулеты матери и отцу… Когда стало понятно, что пламя невозможно потушить, что от него не спрятаться, что столицу никак не покинуть, – мой старший брат, его мать и таэ Луорен использовали амулеты. Все остальные мои братья и сестры, племянники и племянницы погибли…

– А Вэйон?

– На город дяди арриты тоже обрушили удар. Рано утром Вэйон отправился с инспекцией на одно из своих предприятий и потому избежал смерти. Больше из семьи Вэйона не спасся никто.

– Ох… – только и смогла произнести я.

– Ты же хотела узнать нашу историю, – горько усмехнулся принц. – Это был еще не конец войны, а лишь самое начало. Практически одновременно с ударами по городам открылось множество порталов, и в Вэллат хлынули бесчисленные полчища арритов. Завоеватели не только шли, но и ехали на железных черепахах, летели на механических птицах. – Эрайн провел меня к следующей витрине и показал рисунки, на которых были изображены коварные арриты и их странное, доселе невиданное оружие.

Арриты действительно выглядели в точности как люди. Разве что одеты пришельцы были довольно странно, и в руках они вместо оружия держали какие-то причудливо изогнутые палки. Хотя может, это и было оружие? Также эльфийскими художниками были весьма схематично изображены многочисленные… механизмы? Я не знала, как правильно обозвать всех этих металлических каракатиц, черепах, змей, птиц…

– Как они заставили эти железяки летать?!

– Магия вкупе с технологией может творить настоящие чудеса, – ответил принц, а затем после небольшой паузы продолжил рассказ: – В течение следующих двух дней были разрушены все крупные лоэльские города. Мы пытались сопротивляться вторжению, и поначалу наши армии даже достигли небольших успехов, а потом… Как оказалось, нападения на города были лишь отвлекающим маневром. В разных концах планеты арриты установили башни, детали которых привезли из своего мира. И когда все было готово, наш мир накрыл антимагический купол. Больше никакие плетения не действовали, амулеты не работали, мы стали практически беззащитны. Что лоэл’ли могли противопоставить страшным машинам арритов? Лишь луки, копья и мечи. Да и числом пришельцы нас значительно превосходили. Моя раса никогда не была особенно многочисленной – когда напали арриты, на Вэллате проживало всего около семисот тысяч лоэл’ли.

– Подожди, но если арриты установили этот купол, то, значит, они и сами лишились возможности колдовать?

– Нет. Мы так и не поняли почему, но на способности пришельцев купол никак не повлиял. К тому же арриты почти никогда не использовали магию напрямую. Возможно, потому, что у них просто не было достаточно сильных магов? Но у арритов с лихвой хватало оружия и машин, которые представляли собой хитроумный сплав магии и технологии.

– А что хотели эти арриты? Зачем они напали? Почему?!

– Никто точно не знает. Есть сведения, что якобы их бог повелел искоренить нашу расу. Что мы вроде бы слишком изнеженны и слабы, а потому не достойны жизни…

– Бог?! Такое вообще возможно?

– Откуда я знаю? Как я уже сказал, нам почти ничего не известно об арритах. Возможно, что их вождь имеет божественный статус, а может и правда действиями пришельцев руководило какое-то высшее существо. Кто знает?

– И что было дальше?

– А дальше арриты занялись планомерным уничтожением нашей расы. Они не брали пленных. Убивали с одинаковой жестокостью и мужчин, и женщин, и детей. Ни о каком сопротивлении не могло быть и речи, а бежать нам было некуда – арриты были повсюду. Остатки лоэл’ли прятались в горах и лесах, тщетно искали путь к спасению… Тогда и возникла идея попытаться открыть проход в другой мир. Если арриты смогли, то и у нас должно было получиться.

– Подожди! А как же антимагический купол?

– Война продолжалась уже полтора месяца, за это время нам удалось узнать, что когда свои силы объединяли сразу несколько лоэл’ли, то купол можно было на время пробить… Большая часть выживших собрались в одном месте, и мы решили рискнуть. Наиболее сильные наши маги поделились на две группы: первая должна была заняться куполом, вторая – попытаться построить межмировой портал. И нам удалось, мы открыли ход в другой мир.

– Наш мир?

– Да. Правда, при этом от истощения погибли многие лоэльские маги – их потом назвали Заступниками.

– Я слышала про них. Думала, это что-то вроде эльфийских святых.

– В то, что нас защищают души умерших предков, никто из лоэл’ли не верит. Но, по сути, ты права. Заступники – это герои, которые умерли для того, чтобы жалкие остатки моей расы смогли обрести новый дом…

– А оказалось, что и в другом мире заправляют люди.

– Да, – вздохнул принц. – Когда лоэл’ли увидели людей, то решили, что попали в родной мир арритов. К счастью, люди при первой встрече вели себя доброжелательно, а мы были слишком измотаны, чтобы вступать в бой. Если бы мы тогда сцепились с имперцами, а именно на территории Империи Алрин открылись Врата, то наша раса просто прекратила бы существовать… По одежде, оружию, поведению и языку мы быстро поняли, что люди, хотя и неотличимы от арритов внешне, – представители другой цивилизации, гораздо менее развитой. Немалым утешением послужило и то, что в Срединном мире проживало множество представителей разных рас… Но мы все равно не хотели оставаться рядом со столь ненавистными нам существами. Тем более что люди в то время занимали главенствующую позицию в мире. Мы знали, насколько двулична и злокозненна эта раса, а потому еще не раз лоэл’ли пытались открыть межмировой портал. Без толку.

– Дороги из этого мира нет, а вот сюда ведет множество путей.

– Теперь и мы это знаем. И возможно, только по этой причине нам и удалось открыть портал в Срединный мир. Но это уже неважно. Мы оказались заперты в одном мире с арритами.

– С людьми!

– А есть разница? Не думаю. Порода у людей и арритов одна и та же, как показали дальнейшие события, даже образ мыслей и тот схож. Для начала имперцы нам милостиво выделили кусочек болотистой земли на границе с Ургостаном. Не безвозмездно, конечно. Нам пришлось отдать людям все поделки из драгоценных металлов и камней, которые у нас были с собой, и пообещать защищать границу Империи от набегов дикарей-орков. Потом мы узнали об истории эльфов, о том, что практически все они, так или иначе, погибли от рук людей. А через полтора года люди решили, что мы заплатили слишком мало. И в счет долга Император забрал у нас таэни – жену моего отца. Мы пытались вернуть свою королеву, но безрезультатно, лоэл’лина слишком приглянулась вашему правителю. И тогда мы поняли, что медлить больше нельзя, что надо действовать. Мы без труда нашли союзников: слишком многие расы ненавидели людей. Что было дальше, ты знаешь.

– Я не буду спрашивать, почему за глупость и жадность Императора пришлось расплачиваться огромной стране. Но почему вы напали на другие человеческие государства? Все из-за вашей ненависти к арритам?

– Как ты не понимаешь! Для нас люди и арриты – суть одно и то же. Ты думаешь, мы не контактировали с представителями других человеческих государств? Люди везде одинаковые! Двуличные, жадные, трусливые, завистливые, лживые. Но все же мы решили не уподобляться арритам. Многие из нас хотели полностью стереть людской род с лица земли, но таэ Луорен решил проявить милосердие. Людям было дано шесть резерваций – шесть вольных городов.

– А из остальных вы сделали рабов.

– У нас не хватало рабочих рук, лоэл’ли слишком мало. Неужели было бы лучше, если бы мы их всех попросту убили?

Я прикрыла глаза. Какой смысл Эрайну что-то объяснять, если он все равно не понимает. Бестолочь твердолобая!

Только вот сейчас, в отличие от недавнего разговора с Ашей, я промолчать не могла.

– Эрайн, я ведь тоже человек.

– Какой из тебя человек? Ты полукровка!

Боги, и этот о том же! Дурень ушастый!

– Да, – кивнула я, – полукровка. Но родилась и выросла я в вольном городе. Люди привили мне свои ценности и образ мышления. Я думаю о себе, как о человеке, осознаю себя им. Так ответь честно, ты ненавидишь меня?

– Нет, – после небольшой паузы ответил эльф. – Пожалуй, что нет.

– А если бы ты не знал, что в моих жилах течет смешанная кровь? Если бы тогда, при первой встрече, ты не думал, что я ора дэйш’ли? Ты убил бы меня, несмотря на то что я спасла твою жизнь?

– Э-э-э… нет. Ничего бы не изменилось.

– А после того, как вы захватили корабль контрабандистов. Когда Ареин подвесил меня вверх ногами… Ты бы спокойно смотрел, как меня пытают и убивают, если бы думал, что я чистокровный человек?

Принц задумался.

Я молчала, ждала, что скажет ушастый. Неожиданно оказалось, что мне очень важен ответ Эрайна.

– Думаю, и в этом случае я бы вмешался, – наконец сказал парень. – В конце концов, чувство благодарности мне не чуждо, да и ты еще при первой встрече заинтриговала меня. Другое дело, если бы ты была чистокровным человеком, то сохранить тебе жизнь вряд ли удалось. Ареин просто не стал бы меня слушать.

– Значит, кровь, текущая в моих жилах, имеет все-таки меньшее значение, чем я сама?

– Да. Как ни странно, но да.

Хм, а этот лоэльский принц не так безнадежен!

– Так и люди все разные. Среди нас встречаются негодяи, как и среди представителей других рас. То, что арриты так ужасно поступили с вами, не значит, что все без исключения люди – сволочи и подлецы, для которых только три пути: смерть, рабское ярмо или заточение в резервации. Притом что жизнь на вольных территориях так тяжела, законы строги, а налоги обременительны, что с каждым поколением людей становится все меньше. Навешивать на целые расы ярлыки «добро» и «зло» попросту глупо…

– Ри, я с тобой как-нибудь с удовольствием побеседую на эту тему, но сейчас точно не место и не время… Аррито хэт, время! – Принц буквально подскочил на месте. – И как я не подумал?! Нужно быстрее возвращаться!

– Подожди! Что случилось?

– Я вчера чуть не умер.

– И что?

– Может, ты привыкла ходить по краю смерти, а я нет. Да и покушение на жизнь принца дело серьезное. Сильно удивлюсь, если меня утром не проведает целитель в компании с Ареином, а то и вообще целая делегация врачевателей.

Не сдерживая эмоций, я заковыристо выругалась. Почему я об этом не подумала?!

– И если они не застанут тебя утром в кровати, то сильно удивятся, а то и вообще испугаются. Если же не найдут меня…

– Возвращаемся. Быстро! Сейчас только девять утра, Ареин знает, что я рано не просыпаюсь. Есть шанс, что мы успеем.

Хайдаш! Я ведь так и не увидела, где этот проклятый кулон хранится!!!

– Эрайн, подожди!

– Что?!

– Я не могу так просто отсюда уйти. Я должна увидеть…

– Что?! – повторил вопрос принц.

– Императорскую корону! Я слышала, что она сохранилась и находится у вас в музее.

– Нет, Ри, сейчас на это нет времени. – Эльф развернулся и быстрым шагом направился в сторону выхода.

– Но я больше не смогу сюда вернуться. Эрайн, пожалуйста!.. Хотя бы одним глазком!

Парень остановился и обернулся, внимательно посмотрел на меня.

– Хорошо, – вздохнул принц, – только быстро. Не отставай!

И эльф побежал, я устремилась за ним.

«Ну ты и дура!» – раздался в голове ворчливый голос Ррэко.

«Сама знаю!» – огрызнулась я.

Принц уверенно ориентировался среди лабиринта бесчисленных витрин и колонн, а я всеми силами старалась от ушастого не отставать. Вокруг было столько всего любопытного, что я, несмотря на всю сложность моего положения, несколько раз на пару секунд замирала, а потом бросалась догонять принца. Музей был даже больше, чем мне показалось на первый взгляд, и в нем хранилось столько всего необыкновенного, чудесного и интересного, что у меня разбегались глаза. Насколько я смогла рассмотреть, большая часть экспозиции была посвящена человеческой расе. Картины, статуи, оружие, украшения, мебель, посуда… – чего здесь только не было! Эх, и наворовали же эльфы во время войны!!! Разве можно все это великолепие даже близко сравнить с теми несколькими витринами, что относились к лоэльской истории и арритам?.. Помимо прочего, встречались витрины и полностью посвященные ургам, троллям, гномам и другим расам Срединного мира.

Наконец Эрайн остановился. На стене перед нами была в полный рост изображена прекрасная эльфийка, да так искусно, что казалась живой. Лоэл’лина кружилась в танце и заливисто смеялась.

– Кто это? – спросила я. – Королева?

– Да.

У ног таэни в стеклянном ящике лежали императорские регалии: корона, меч и подвеска. Никакого видимого замка на этой витрине, как и на других, не было.

Головной убор Императора и его церемониальное оружие были украшены множеством драгоценных камней. Выглядели эти произведения искусства древних мастеров богато и причудливо, хотя, на мой взгляд, несколько безвкусно. Другое дело – кулон. По сравнению со своими соседями по витрине он смотрелся весьма скромно. Несмотря на то, что ограненный алмаз величиной с ноготь взрослого мужчины просто по определению не мог производить такого впечатления. И неважно, что камень был каким-то загадочным кристаллом с уникальными свойствами, а не бриллиантом. Оправа камня и цепочка были, без сомнения, работой гораздо более древней, чем корона с мечом.

«Защита на этой витрине точно такая же, как и на большинстве других, – сказал Ррэко. – Ничего серьезного. Лоэл’ли беспокоятся только о том, чтобы их экспонаты не покрывались пылью».

«А сигналка? Думаешь, она есть?»

«Сомневаюсь. Любое плетение требует определенного расхода силы на свое поддержание. Лоэл’ли – рациональные существа, вряд ли они стали бы вешать на каждую витрину, и тем более на каждый экспонат, сигналку. Ведь для того чтобы проникнуть в музей, нужно сначала пробраться во дворец, а чужаку это сделать попросту невозможно».

«А как же я?»

«Ты, малышка, здесь оказалась не случайно и неспроста».

«Да уж, могла бы и не спрашивать».

– Налюбовалась? – спросил меня Эрайн.

Я кивнула.

– И как тебе корона? Понравилась?

– Не особо. На картинках в книгах она выглядела намного более впечатляюще.

– Тут я с тобой согласен. В жизни ничего подобного бы себе на голову не надел… Ладно, возвращаемся. Только теперь пойдем парадными коридорами. Так будет намного быстрее. Молись, чтобы по пути нам никто из моих соплеменников не встретился.

В этот раз я спорить с Эрайном не стала, путь до апартаментов принца по парадным коридорам был в несколько раз короче. Как минимум! Ведь ходы для слуг проложены в стенах и представляют собой настоящий лабиринт.

Эрайн шел быстро, я держалась за принцем на почтительном расстоянии – в шаге позади. Плечи чуть ссутулила, глаза к полу и старалась, чтобы на моем лице не проявлялось никаких эмоций. Дэйш’ли я или кто? Но сделать это было нелегко, слишком уж мне хотелось посмотреть на интерьеры эльфийского дворца. Мой взгляд то тут, то там выхватывал яркие детали, и только усилием воли я заставляла себя идти дальше, не останавливаться, не оборачиваться…

Слава богам, по дороге нам никто не встретился. И это неудивительно, учитывая колоссальные размеры дворца, притом что постоянно проживало здесь всего полтора десятка ушастых, а еще примерно столько же бывало с регулярными визитами. Лишь два раза мы оказались в опасной близости от других лоэл’ли. Первый раз я самым бесцеремонным образом придержала Эрайна за рукав перед поворотом коридора, и какой-то ушастый, преисполненный собственной важности, прошествовал мимо, так и не заметив нас. А вот во втором случае пришлось действовать жестче. Свернуть было некуда, вернуться до ближайшей развилки мы не успевали, ниш в коридоре и тех не было, а потому я просто втолкнула принца в ближайшую пустую комнату.

– Ри! Что ты…

Я быстро зажала принцу рот.

– Спасаю наши шкуры, ну или хотя бы свою, – еле слышно прошептала я. – Молчи, если не хочешь, чтобы нас услышали.

Я быстро осмотрелась. Первое впечатление оказалось ошибочным: мы с принцем решили спрятаться не в комнате, а в небольшом зале. К счастью, чутье меня не подвело, и помещение действительно пустовало, то есть никаких разумных существ поблизости не ощущалось. Если, разумеется, не принимать в расчет ушастого злыдня, который уже миновал дверь в наше укрытие.

– Все, теперь путь свободен, – сказала я и направилась к выходу из зала.

– Подожди. – Теперь уже принц схватил меня за рукав. – Как тебе это удается?

– Интуиция, дорогой, – усмехнулась я. – Интуиция и долгие-долгие годы практики.

Так что можно сказать, до апартаментов принца мы добрались без приключений. Ну, это я так считала, а вот Эрайну острых впечатлений хватило с лихвой.

У принца в комнатах нас никто не поджидал, и, быстро расспросив дайрэн, мы выяснили, что за время нашего отсутствия никто не приходил.

Неужели удача наконец вернулась ко мне? Хорошо бы! В ближайшее время расположение этой капризной госпожи мне будет просто необходимо.

Решив лишний раз не искушать судьбу, я сразу же направилась в свою комнату, то есть в кабинет. Там я стянула с головы чепец и поправила удерживающую гриву волос ярко-голубую ленту. Спрятала свой весьма странный головной убор на полке за книгами – этот подарок Эрайна мне еще сегодня ночью может пригодиться… Как оказалось, все свои манипуляции я проделала удивительно вовремя – мой странный дар подсказал, что парочка лоэл’ли уже спешит к принцу с визитом.

Проведать Эрайна пришли уже знакомые мне эльфы: целитель и Ареин. Врачеватель первым делом тщательно осмотрел парня и вынес вердикт, что ни жизни, ни здоровью Эрайна ничего не угрожает. Но на всякий случай все-таки заставил выпить «моего ушастого господина» пару пузырьков общеукрепляющих настоек. После этого целитель с чувством выполненного долга ушел, а вот Ареин, который за время врачебного осмотра произнес лишь несколько слов, остался.

Сначала я безмерно удивилась такому пренебрежению к самому принцу и его здоровью. Где, скажите, делегация врачей? Где родственники принца? Где охранники и различные следователи?! Но, немного послушав, о чем говорили эльфы, мысленно выругалась. Интриги, мать твою!!! Таэ Луорен решил историю с отравлением своего среднего сына замолчать. Ведь раз принц жив и здоров, значит, все нормально, а никаких следов, которые бы указывали на убийцу, не говоря уже о заказчике, найти не удалось. Так зачем поднимать шум? Сейчас война, и последнее, что нужно государству, это внутренняя раздробленность и склоки. Разумеется, и несостоявшегося убийцу, и заказчика будут искать – расследование этого неприятного происшествия поручено лично Ареину.

Старший эльф попросил своего подопечного смотреть за тем, что он ест и пьет, да и вообще усилить бдительность. Никак ограничивать передвижения принца, навешивать на него дополнительные защитные плетения и приставлять охрану Ареин не собирался. Единственное, что сделал старший эльф, так это установил между собой и Эрайном канал мыслесвязи, чтобы в случае опасности или даже просто каких-то подозрений принц мог мгновенно с ним связаться. И вообще пообещал по возможности находиться поблизости от Эрайна.

Я усмехнулась, разглядывая в щелку двери недовольное лицо парня. Мало того что ему отвели роль наживки, так еще и длительное поддержание мыслесвязи, насколько я слышала, занятие довольно утомительное и энергоемкое.

Сегодня вечером Ареин с Эрайном планировали посетить театральную премьеру, где должен был собраться весь цвет лоэльского общества, а до этого свои апартаменты принцу было настоятельно рекомендовано не покидать. Старший эльф надеялся, что, возможно, кто-то удивится присутствию Эрайна в театре и тем самым выдаст себя.

Я не могла не признать, что план был не лишен логики. Но рисковать принцем, пусть и ненаследным, использовать Эрайна в качестве наживки, по сути разменной карты? И ведь отец даже не снизошел до того, чтобы проведать своего чуть не погибшего сына… Это не укладывалось у меня в голове. Я знала из разговоров с Эрайном, как мало его ценят и насколько несерьезно к нему относятся, но как-то не осознавала масштабов… Не зря говорят, что у королей другая логика и мыслят они иными критериями. Мир в государстве, возможность поймать предателя – ценнее жизни нелюбимого сына. Тем более что за безопасность принца головой отвечает верный пес Ареин.

Что-то я опять начала жалеть Эрайна… Делать мне нечего! Уж в чем, в чем, а в моей жалости этот ушастый точно не нуждается! Да и для меня сложившаяся ситуация к лучшему, если бы к принцу приставили сонм охранников, то возникли бы дополнительные трудности, которые не факт, что я смогла бы преодолеть. Так что Ареина и папашу Эрайна можно только поблагодарить. Главное только, чтобы принц не отбросил копыта в ближайшие день-два…

Не обошел вниманием Ареин и мою персону, но, слава богам, много внимания ей не уделил и пообщаться со мной не захотел. Лишь спросил, не замечал ли Эрайн в моем поведении чего-нибудь необычного. На что душка-принц закономерно ответил, что нет. Ареин скептически скривился, но промолчал.

Ждет не дождется гад, когда я полностью окажусь в его распоряжении. Ага! Щас! Да я скорее подохну!!!

После того как покушение и события, ему предшествующие, а также меры безопасности, которых должен был придерживаться принц, были еще раз тщательно обговорены, Ареин наконец отправился восвояси. Но перед уходом напомнил своему подопечному, что зайдет за ним через несколько часов, а пока советовал отдохнуть – вид у Эрайна был довольно усталый, что неудивительно, учитывая, сколько парень спал сегодня ночью.

Уж не знаю, последовал ли совету своего надзирателя Эрайн, но я решила, что сон – это именно то, что мне сейчас нужно. Ведь ночью я спала еще меньше, чем принц, а силы мне для предстоящей операции ой как нужны.

Я проснулась, когда солнце уже село. Всполошилась, подскочила на диване.

Неужели опоздала? Неужели проспала?!

Бросила взгляд на часы, стоявшие на каминной полке, и тут же вздохнула – расстраивалась я преждевременно. Всего-то половина девятого!

Тьфу ты, нервы вконец разгулялись.

Чутье подсказывало, что принца в апартаментах уже нет, да и вообще на этаже ни одного эльфа не ощущалось. Не знаю, когда Эрайн со своего мероприятия вернется, но еще ни разу не было, чтобы этот ушастый непоседа раньше полуночи спать ложился. Скорее, наоборот, он мог засидеться до двух-трех ночи. На дело же я смогу отправиться не раньше, чем принц угомонится. Так что у меня полно времени на подготовку к ночной операции.

Пару дней назад я позаимствовала из гардеробной Эрайна две шпильки. Не существует такого замка, который я бы не смогла открыть с помощью куска проволоки. Разумеется, если замок не имеет магической начинки. Ни в музее, ни по дороге в него никаких замочных скважин я не заметила. Но отправляться на дело без отмычки было просто глупо. Да и шпильки могли пригодиться не только для открывания замков.

Чепец нашелся там же, где я его оставила, никто пока на мой импровизированный тайник не покушался.

Последнее, что мне должно было понадобиться для дела, это медальон дэйш’ли. Но тут проблем возникнуть не должно.

Да уж, не помню, когда в последний раз я отправлялась на работу со столь малым набором инструментов и без оружия, без зелий и эликсиров. Но ничего! Главное – у меня есть руки и голова, их у меня никто не отнимет.

Я плотно поужинала, а затем позвала Ррэко. Мысленно пробежалась с ним по дороге и по самому музею, обсудила, какие сюрпризы меня могут поджидать сегодня ночью. Что ж, вроде бы я готова, настолько насколько вообще возможно в данной ситуации…

А значит, теперь можно наконец удовлетворить свое любопытство.

«Ррэко, то, что рассказал принц об арритах, – правда?»

«В той или иной степени».

«То есть?»

«Правда – очень эфемерное понятие. Для каждого она своя…»

«Слушай ты, гад невидимый, не юли! Последнее, что мне сейчас нужно, так это устраивать с тобой словесные баталии. Мне Эрайна за глаза и уши хватает!!!»

«Тише, малышка, тише! – До меня донесся смешок собеседника. – Утихомирь свои эмоции…»

«Так правда или нет?!»

Ррэко протяжно вздохнул. Я прямо-таки чувствовала недовольство невидимого существа, навязавшегося ко мне в компаньоны.

«Правда. Насколько нам известно. По понятным причинам никто из нас в родном мире лоэл’ли не был, но все доступные источники подтверждают рассказ принца».

«Арриты действительно так похожи на людей?»

«Да».

Ого, а в этот раз Ррэко не сделал ни одной оговорки, не значит ли это…

«Ты видел арритов?!»

«Не кричи, сколько раз повторять, у меня от тебя голова болит, – проворчал собеседник. – Я лично арритов не видел, но кое-кто из моих, скажем так, знакомых имел счастье этих существ наблюдать. Арритов действительно очень сложно отличить от людей. Их выдает только некая чуждость, жесты, характер речи и поведение. Но глубоко законспирированного агента даже ты, несмотря на то что всю жизнь прожила в человеческом городе, вряд ли смогла бы вычислить. Разве что с помощью дара, но и в этом случае я бы не поручился за успех».

«Подожди! Это значит, что…»

«Они уже среди нас».

Я мысленно выругалась и прикрыла глаза. Этому многострадальному миру для полного счастья только арритов и не хватало. Если то, что рассказал об этих существах Эрайн, хотя бы наполовину правда, грядут большие неприятности.

Судьба мира в целом меня, конечно, заботила мало. Но что-то подсказывало, что если проблемы начнутся у всех разумных существ, то плохо будет и дорогим мне людям.

«По нашим сведениям, первые агенты арритов появились два десятка лет назад, но до сих пор себя никак особенно не проявляли. Нам удалось выявить лишь несколько таких существ и установить за ними наблюдение. Но мы подозреваем, что разведчиков намного больше… Два месяца назад арриты резко активизировались. Мы думаем, они готовят вторжение».

«Эльфы знают?»

«За всех лоэл’ли сказать не могу, но некоторые из них, возможно, догадываются. Пока никаких реальных свидетельств пребывания арритов в этом мире у Таэн Лаэссэ нет».

«А как же тот жезл, что был найден у орков?»

«Не все так просто, малышка. Лоэл’ли захватили с собой из Вэллата кое-какое оружие и оборудование арритов. Так что кто-то из лоэл’ли вполне мог утаить поглотитель магии и использовать его только сейчас».

«Так кто же все-таки так хочет смерти Эрайна?»

«В первом случае я бы сделал ставку на арритов или на ургов, так как принца хотели не убить, а захватить живьем. А вот насчет второго – у нас пока мыслей никаких нет».

«Ясно, что ни Хайдаша не ясно!»

Ррэко благоразумно на эту реплику никак не отреагировал.

«Чего хотят арриты на этот раз? Добить эльфов?»

«Малышка, неужели ты думаешь, что пришельцы выступят в роли армии освободителей? Да, в первую очередь арриты займутся лоэл’ли, но мы уверены, что только на уничтожении этой расы они не остановятся. Эти существа – фанатики, они не успокоятся, пока не очистят весь Срединный мир от скверны. А под это понятие попадают все разумные существа, кроме самих арритов».

«Но как же люди?!»

«Арриты признают только силу, а люди слабы. Ведь они не только позволили себе проиграть лоэл’ли, но и опустились до статуса рабов. Мы уверены, что вторжение арритов ни людям, ни любым другим обитателям нашего мира ничего хорошего не принесет. Но поначалу арриты вволю используют другие расы. И твоих любимых людей, и ургов…»

«Подожди, то есть война эльфов и орков?..»

«Без участия арритов тут не обошлось».

«Но если все действительно так, если всем грозит такая опасность… Почему вы не предупредили эльфов?»

«Лоэл’ли нечего противопоставить арритам, так же, как и двести двадцать три года назад. Но если твои друзья узнают о вторжении, то эта информация тут же станет доступна и арритам. Они поймут, что их планы раскрыты, станут действовать более открыто и активно. Узнают о нас, в конце концов!»

«Каким образом?»

«Думаешь, среди лоэл’ли нет шпионов арритов?»

«Не понимаю! Как такое может быть?!»

«Полукровки, милая моя. Дети оставшихся на Вэллате лоэл’ли и арритов фактически неотличимы от дэйш’ли».

«Отрыжка Хайдаша! То есть любая эльфийская шлюха, служанка, конюх…»

«…может быть агентом пришельцев. У полукровок было целых двадцать лет на то, чтобы внедриться».

«Аша?»

«Твоя подруга принадлежит к первому поколению дэйш’ли, так что никак не может работать на арритов. А вербовать эльфийских рабов, как ты сама понимаешь, занятие глупое и бесполезное. Аша – уникум, исключение. Возможно, такие, как она, еще есть, но вряд ли их наберется даже несколько десятков».

«Ррэко, почему ты так спокойно выкладываешь эту информацию мне? Что, если я расскажу обо всем Эрайну?»

«Ты благоразумная девочка, мы верим в тебя. – Я почувствовала, что собеседник улыбается. – То, что я тебе все это рассказываю, показывает степень нашего доверия».

«Но меня могут поймать на краже кулона! Или мне не удастся сбежать…»

«Мы уверены, что у тебя все получится… У нас все получится! Но если ситуация зайдет в тупик, то нам придется действовать более открыто, чтобы тебя вызволить. Только, как я уже говорил, нам бы этого очень не хотелось».

«Так все дело в кулоне?»

«В кристалле, если быть точным».

«Что в этом камешке особенного?»

«Извини, Ри, но пока наше доверие к тебе до такой степени не простирается, – вздохнул Ррэко. – Тебе достаточно будет знать, что этот, как ты выразилась, камушек поможет нам остановить экспансию арритов».

«Эх, а как все хорошо начиналось! Но спасибо за то, что ты хотя бы какой-то информацией со мной поделился… Может, намекнешь, кто ты такой и чьи интересы представляешь? И что во мне такого особенного?»

«Пока не время, малышка. Пока не время. Но уже немного осталось».

«Ну, я особо на ответ и не надеялась…»

«Кстати, принц не вернулся еще? А то время близится к полуночи».

«Нет, загулял ушастик. Надеюсь, ничего с ним не случилось…»

«Ты ведешь себя прямо как сварливая жена, которая поджидает со скалкой в руках загулявшего муженька».

«Да ну тебя! И где ты только такого набрался?»

«Имел сомнительное удовольствие некоторое время наблюдать за жизнью людей».

Что ж, теперь ясно, что Ррэко не человек. Впрочем, я и не думала никогда, что он имеет какое-либо отношение к людскому племени.

«Ты жил в вольном городе? В каком?»

«Ри, если бы я жил в человеческом поселении, то так бы и сказал».

«А… Какой-то эльф идет, я чую».

«Принц?»

«Откуда мне знать? Я только надеюсь, что это Эрайн, а не Ареин по мою душу пожаловал. Давай, сворачиваем беседу».

Невидимый собеседник насмешливо фыркнул и пропал.

И в этот момент меня совершенно некстати посетила мысль, что должна быть еще какая-то причина, по которой Ррэко выложил столько важной информации. Как бы он не был уверен в успехе операции, в том, что мне удастся не только выкрасть кулон из музея, но и потом каким-то неведомым образом сбежать от лоэл’ли, все равно оставались неучтенные факторы. Например, сейчас мог прийти Ареин и так взять меня за горло, что я волей-неволей все выложу.

Так что есть два варианта.

Или Ррэко хочет через меня дезинформировать эльфов. Кто сказал, что мой невидимый собеседник не работает на арритов или даже сам не является одним из них?.. Может, никакое вторжение Срединному миру и не грозит вовсе. Историю с пришельцами вполне могли придумать лишь для отвода глаз…

Хайдаш, слишком много вылилось на меня информации за последние сутки! Если сейчас начну анализировать, думать о том, сколько правды в рассказах Аши, Эрайна и Ррэко, то сойду с ума! Ну уж нет! Примем как данность, что арриты все-таки существуют. Тем более что явных нестыковок в словах Ррэко я не заметила.

Или, второй вариант, мой компаньон может как-то приостановить утечку информации. Если это существо способно транслировать мысли мне прямо в голову и слышать, о чем думаю я, то кто знает, на что он еще способен? Не удивлюсь, если окажется, что Ррэко при необходимости может превратить меня в пускающую слюни идиотку или даже убить.

Да, вот это уже больше похоже на правду. Все-таки подкинуть дезинформацию лоэл’ли можно гораздо более легким способом…

Слава богам, мне опять повезло. Тот эльф, которого я почуяла пару минут назад, оказался Эрайном, а не кем-то иным.

– И как театр? – спросила я принца.

– Скука смертная, – вздохнул Эрайн.

Похоже, днем эльф, в отличие от меня, не спал. Выглядел парень сильно измотанным и уставшим.

А может, все еще последствия неудавшегося отравления сказываются? Ведь мне только со слов Серого известно, что никаких побочных явлений от чайранки, если вовремя принять противоядие, быть не должно. Сама я никого этим ядом не травила и, как следствие, не лечила.

– Как? Вычислили заказчика?

– Откуда ты?.. Ах да, ты нашу беседу с Миолин-Таали слышала, – не вопрос, а констатация факта.

– Ага, – кивнула я.

– Нет, никого мое появление не удивило. Только бездарно потратил время. Да еще имел сомнительное удовольствие весь вечер провести в обществе Миэны.

– А теперь тебе еще идти супружеский долг исполнять, – посочувствовала я принцу.

Или позлорадствовала? Это как посмотреть.

– Зачем? – удивился Эрайн. – По закону мне достаточно посещать жену лишь шесть раз в месяц.

Вот как! У лоэл’ли даже то, как часто муж делит ложе с женой, строго регламентировано. Неудивительно, что у ушастых такие проблемы с размножением!

Наверное, какие-то эмоции отразились у меня на лице, а потому принц поспешил меня успокоить:

– Это только пока Миэна не забеременеет, а потом я могу пять лет к ней даже близко не подходить!

– Понятно, – с самым непроницаемым видом, каким только возможно, сказала я. Так, кажется, у меня сейчас истерика начнется. А Эрайну вряд ли понравится, если я рассмеюсь ему прямо в лицо. – Что-то я сегодня тоже устала. Пойду-ка спать.

– А…

– Спокойной ночи, лоэл Эрайн. Сладких снов. – И я самым позорным образом сбежала.

К счастью, принц за мной не пошел, а потому мне все-таки удалось совладать с истерикой. Я немного поразмышляла о превратностях семейной жизни в целом и договорного брака в частности. И пришла к выводу, что несмотря на то, что в таком браке для обоих супругов хорошего мало, женская доля все же несоизмеримо тяжелей.

Когда через полчаса я отправилась на разведку, Эрайн уже спал. Притом сегодня ему компанию не составляла ни одна дайрэн. Видимо, действительно вымотался бедняга.

Я тихонько вернулась в кабинет, а по дороге зазвала к себе Ашу, которая дремала в углу гостиной вместе с другими рабынями.

– Что тебе? – недовольно спросила дайрэн, после того как я закрыла дверь в комнату.

– Поговорить, – сказала я и коснулась точки на шее рабыни.

Глаза Аши закатились, и она начала плавно оседать на пол. Я бережно подхватила дайрэн и оттащила ее на диван. Сняла с шеи рабыни медальон. Укутала Ашу в плед так, чтобы, если кто-то случайно заглянет в кабинет, у него создалась иллюзия, что на диване сплю я… Но, надеюсь, до этого не дойдет. Я не собиралась отсутствовать долго, а Эрайну вряд ли приспичит побеседовать со мной посреди ночи.

Конечно, можно было не отправлять Ашу в глубокий и, надеюсь, продолжительный обморок, а просто попросить у нее медальон. Но я сильно сомневалась, что дайрэн мне бы его вот так просто, без вопросов, одолжила. Так что обморок всяко надежнее.

Все! Подготовительная фаза операции закончена, приступаем к основной.

Я повесила медальон на шею, спрятала шпильки за поясом шаровар, натянула на голову чепец. Полюбовалась на себя в небольшое зеркальце, позаимствованное из гардеробной принца. Ни одна прядка волос из-под головного убора не торчит, все нормально. Правда, в целом вид у меня довольно странный. В слишком сильный диссонанс входят полупрозрачные шаровары и жилетка, которые представляют собой что-то вроде униформы дайрэн, и чепец, который носят кухарки да уборщицы. Но переодеться мне не во что, так что выбора нет. И раз уж во время экскурсии с принцем на странность моего внешнего вида никто не обратил внимания, то, будем надеяться, и сейчас все обойдется.

Тихо прокралась через гостиную в холл. Ни одна из рабынь, слава богам, меня не заметила. Ну, вроде бы не заметила, все-таки поручиться я за это не могла. Во всяком случае, никто из дайрэн не открыл глаз и не пошевелился.

Меня жутко нервировало и раздражало, что вокруг Эрайна все время крутится несколько наложниц и, по совместительству, служанок. Даже ночевали девушки либо в спальне принца, либо в гостиной. Я никак не могла понять, почему нельзя лишних дэйш’ли спровадить куда подальше. Но, видно, у эльфов принято, чтобы рабыни всегда были под рукой. Уверена, что если спрошу об этом принца, то он ответит, что дэйш’ли ему не мешают, внимания он на них не обращает и вообще он как-то не задумывался. Да, точно! Так парень и ответит. В этом весь Эрайн.

В холле, около панели, за которой скрывался потайной ход, я замерла. Ко мне пришла запоздалая мысль, что медальон может и не сработать. Вдруг эта бляха не просто кусок зачарованного металла, но еще и настроена на конкретную дэйш’ли? Нет, слишком сложно. Во дворце эльфы уверены в собственной безопасности, так зачем им дополнительные трудности?

«Ри, что-то случилось?» – спросил Ррэко.

Я поделилась с компаньоном своими сомнениями.

«Нет, – поспешил успокоить меня собеседник, – я очень сильно в этом сомневаюсь. Медальоны всех дайрэн принца идентичны. А вот те рабы, которых мы встретили по пути в музей, в большинстве своем носят бляхи попроще. Но это понятно, лоэл’ли не настолько беспечны, чтобы всем дэйш’ли подряд давать допуск в апартаменты принца».

«Остается надеяться, что ты не ошибаешься» – вздохнула я.

Меня беспокоило, что во многих вопросах приходилось целиком и полностью полагаться на какое-то неведомое существо с неизвестными мотивами. Несмотря на невероятную способность чуять других существ, я чувствовала себя слепой калекой, которая идет под руку с поводырем.

Задержав дыхание, я прикоснулась медальоном к еле заметной выемке на панели. На долю секунды мне показалось, что ничего не произойдет, или же, наоборот, на весь дворец закричит сигналка… но нет, дверь бесшумно откатилась в сторону. Путь был свободен.

«Ну вот, а ты боялась», – раздался в голове насмешливый голос Ррэко.

Ответом своего собеседника я не удостоила.

Быстро и уверенно я шла по служебным коридорам. Так, будто ходила здесь сотни раз, и не было в этой прогулке ничего особенного. Дэйш’ли по дороге встречались нечасто, что и неудивительно, наоборот, было бы странно, если бы стадо рабов шаталось по коридорам в полвторого ночи.

Где-то посередине пути я устроила засаду – нужно было раздобыть еще один медальон. Попытаться открыть дверь в музей я могла бы и с помощью позаимствованной у Аши побрякушки, но только делать это мне крайне не хотелось. И вовсе не из-за того, что имеющийся у меня медальон мог не сработать, нет. Ррэко сказал, что эльфы умеют как-то считывать информацию о том, с помощью какого медальона открывали ту или иную дверь. И если ночной прогулке Аши несложно найти объяснение, то придумать оправдание тому, что делала дайрэн в неурочное время в музее, из которого пропала одна из императорских регалий, будет крайне сложно. Последнее, что я хотела, это подставить Ашу. К тому же неизвестно, как быстро ушастые обнаружат пропажу и успею ли я до того времени сбежать. Если же нет, что через Ашу лоэл’ли быстро выйдут и на меня.

Я пропустила уже нескольких рабов. На мою беду, все они перемещались поодиночке. Конечно, можно было позаимствовать медальон у любого из них, но в этом случае пропажу обнаружили бы слишком быстро. Я уже начала думать, что план придется на ходу перекраивать, когда почуяла, что по коридору ко мне приближается группа из пяти дэйш’ли. Осторожно выглянула из-за поворота. Да, так и есть! Пятеро уборщиков – то, что нужно.

Сделала несколько шагов назад, чтобы взять небольшой разбег. Теперь главное – правильно рассчитать время…

Так, рано. Еще чуть-чуть. Все! Пора!

Я стрелой вылетела из-за поворота и врезалась в середину колонны дэйш’ли. Во все стороны полетели тряпки и швабры, опрокинулось несколько ведер, а сама я вместе с парой рабов растянулась посреди коридора. Раздалось несколько испуганных вскриков, дэйш’ли на несколько секунд замерли, а потом, будто ничего и не случилось, быстро собрали свои вещи и продолжили путь. Я тоже на месте столкновения не стала задерживаться, поднялась с пола и отправилась по своим делам.

Только скрывшись за очередным поворотом, я облегченно вздохнула. Вроде бы все прошло нормально. Медальон зажат у меня в кулаке, дэйш’ли ничего не заметили, во всяком случае, пока. Я не случайно поджидала большую группу рабов, ведь раз эти полукровки идут вместе, то открывать и закрывать двери будет лишь один из них, максимум двое. Побрякушку же я стащила у того дэйш’ли, что шел в центре колонны. Остается надеяться, что рабы и дальше сохранят порядок передвижения.

Но самое обидное, что эту, такую простую на первый взгляд операцию я чуть не провалила. Оказалось, что пустоголовую куклу играть не так уж легко и просто. Мне до колик в животе хотелось разразиться ругательствами или рассыпаться в извинениях, то есть повести себя как нормальное, разумное, в меру эмоциональное существо. Но я не могла себе этого позволить, потому что тут же выдала бы себя. Как же тяжело все время сохранять на лице непроницаемую мину, не сметь произнести ни слова, ни лишнего звука… Не по-людски это!

Дорогу до музея, слава Такиме, я запомнила хорошо, так что обращаться за помощью к стервецу-компаньону не пришлось. Впрочем, было бы странно, если бы я в переходах заплутала. Хорошая память – одна из составляющих моей профессии!

И вот наконец я оказалась перед знакомой дверью. Задумчиво посмотрела на позаимствованный у уборщика медальон. Криво усмехнулась и, отринув всякие сомнения, приложила побрякушку к выемке. Какой смысл изводить себя? Либо сработает, либо нет – третьего не дано!

Медальон не подвел – дверь бесшумно отъехала в сторону, – и я шагнула под своды музея.

Быстро осмотрелась. Да, все именно так, как мне и запомнилось. Витые колонны, как и прежде, не только поддерживают потолок, но и исполняют роль осветительных приборов. Многочисленные экспонаты покоятся в стеклянных ящиках. Ни эльфов, ни дэйш’ли не видно и не слышно. Чутье тоже подсказывает, что поблизости разумных существ не наблюдается.

Я добежала до фрески с погибшей эльфийской королевой, опустилась на колени около стеклянного ящика с императорскими регалиями.

«Ррэко, смотри внимательно! Если заметишь даже незначительные изменения в плетении…»

«Не маленький! Если что-то изменится – ты об этом сразу узнаешь!»

Для начала я вытащила из-за пояса пару шпилек. Легко прикоснулась проволокой к крышке ящика и боковым стенкам. Эти действия ни к какому явственному эффекту не привели – меня не испепелила молния, не зазвенела на весь дворец тревожная песнь сигнализации. Ничего!

«Изменения?» – на всякий случай уточнила я у Ррэко.

«Никаких, – буркнул собеседник. – Мы же вроде договорились, что если я что-то замечу, то тут же сообщу».

«Ладно. А теперь не отвлекай меня, если только не случится чего-то чрезвычайного».

«Угу. Давай. Действуй».

Я еще раз внимательно осмотрела ящик. Вроде бы ничего сложного. Простая стеклянная коробка с крышкой наверху. Щель зазора тонкая, но не настолько, чтобы я не смогла просунуть внутрь один из зубьев шпильки. Так и поступим!

Пользуясь шпильками, как щипцами, я ухватила крышку и осторожно приподняла. Затем освободила одну шпильку-зажим и подцепила ею цепочку кулона, лежащего на маленькой бархатной подушечке. Вытащила добычу из ящика и аккуратно, чтобы, не дай Фиерт, не поцарапать или повредить реликвию (а то я не знаю, какие заказчики придирчивые бывают!), положила на пол. Затем все так же медленно, тихо и аккуратно опустила крышку ящика.

Облегченно вздохнула.

Да, наверное, все можно было сделать гораздо проще. Но прикасаться голыми руками ни к ящику, ни к его содержимому у меня не было ни малейшего желания. Но теперь, хоть мне этого и не хотелось, подвеску все-таки придется в руки взять.

«Как?»

«Все тихо. А ты молодец, сообразительная! И вообще руки откуда надо растут».

«Что там с твоим обещанием?»

«Каким?»

«Вытащить меня из этой передряги!»

«Я же сказал, что сразу вряд ли получится. Нам нужно чуть больше времени».

И почему я нисколько не сомневалась, что все так и будет?

«Сколько времени? У меня тут, если ты не заметил, нарисовалась небольшая затруднительная ситуация».

«Малышка, верь мне. Я обещал, что вытащу тебя, как только смогу, и не отказываюсь от своих слов. Просто оказалось, что нам нужно чуть больше времени».

«Сколько?!» – повторила вопрос я.

«Подожди до вечера. Максимум до ночи».

«Если ты не забыл – это будет моя последняя ночь».

«Я все помню, не сомневайся… Куда ты дела кулон?» – резко сменил тему Ррэко.

«Ты не видишь?.. Ах да. Спрятала под своим замечательным головным убором. Моя одежда, к сожалению, никак не подходит для скрытого ношения чего-либо».

«Не боишься потерять?»

«Лишь один-единственный раз я не выполнила заказ, потому что просто не смогла донести свою находку до заказчика».

«Это ты о браслете?» – осведомился невидимый собеседник.

«О нем, конечно. Так что не сомневайся, если вещь попала мне в руки, то я ее уже не упущу. Главное – вытащите меня до того, как в Инкубатор повезут».

На долю секунды меня посетила мысль: а может, и еще пару побрякушек из музея прихватить? Если Ррэко действительно вытащит меня из эльфийского плена, если я окажусь на свободе, то нужны будут деньги. А еще неизвестно, когда заплатят таинственные наниматели, да и заплатят ли вообще.

Я не настолько сошла с ума, чтобы позариться на императорскую корону или меч, нет. Мало того что незаметно дотащить эти вещи до апартаментов очень сложно, так продать их будет просто невозможно. Слишком узнаваемы! К тому же пустая витрина сразу привлечет к себе внимание, в то время как пропажу невзрачного кулончика могут и не заметить.

Только вот если все так легко прошло с этой витриной, то, может, стоит и в другую заглянуть? Прихватить с собой пару невзрачных колечек, к примеру?..

Нет, Ри, не чуди! Деньги ты потом как-нибудь раздобудешь, не впервой. А вот вскрывать еще одну витрину никак не стоит – это лишний риск и потраченное время!

Я вышла из музея и отправилась в обратный путь. Без каких-либо приключений добралась до перекрестка, где разжилась вторым медальоном. Спрятала лишнюю безделушку в паре метров от места столкновения в щели между плитами, так, чтобы медальон не бросался в глаза, но при тщательном поиске его не составило труда найти. Я не сомневалась, что рано или поздно дэйш’ли отправятся искать потерянный медальон, возможно даже, что они уже здесь побывали. Но ведь вполне может быть, что с первого раза эльфийские рабы побрякушку просто не нашли. Так ведь?

При желании вычислить того, кто ограбил музей, не составит труда. Если Ррэко прав и лоэл’ли действительно могут понять, с помощью которого медальона открывалась дверь, то они легко выйдут на уборщика, а тот расскажет им, что потерял свою побрякушку в служебных коридорах, когда на него налетела какая-то дайрэн. И совсем не повезет, если окажется, что уборщики обратили внимание на мой странный внешний вид – несоответствие одежды и головного убора. Затем можно опросить других рабов и узнать, что какая-то, также странно одетая, дайрэн прогуливалась по ходам в компании принца. Ну и, как последний штрих, выяснить, что одна из рабынь Эрайна ночью на пару часов покидала апартаменты.

Да, вычислить меня можно. Но, во-первых, на это потребуется немалое время, а во-вторых, я сильно сомневалась, что пропажу императорской регалии обнаружат в ближайшие день-два. Наоборот, не удивлюсь, если и через месяц исчезновение кулона не заметят. Сигналок и прочих охранок ни на витрине, ни на самом кулоне не стояло, в музей почти никто не ходит… Конечно, какие-то служители в этом хранилище древностей должны быть, только сильно сомневаюсь, что они ежедневно осматривают все витрины.

Так что если пропажу не обнаружат в ближайшие день-два, то след полностью сотрется. Если дверью пользуются с завидной регулярностью, то невозможно сказать, кто прошел через нее в таком-то часу десять дней назад. Дэйш’ли хорошей памятью тоже не обладают. Может, уборщик и вспомнит, что терял медальон, но вряд ли припомнит, при каких обстоятельствах, и уж точно не обратит внимания следователей на странный вид рабыни, которая сбила его с ног.

Ну а даже если эльфы каким-то образом все-таки выйдут на меня – это уже не будет иметь никакого значения. К тому времени я буду либо мертва, либо буду проходить перековку в Инкубаторе, либо, если Ррэко сдержит обещание, пить эль на свободе.

Дальнейший путь до апартаментов принца прошел без каких-либо происшествий, сюрпризов, приключений и неприятных встреч. Право, даже удивительно, насколько у лоэл’ли плохо обстоят дела с безопасностью. Даже покушения на принца ничего не изменили! Если Ррэко прав и среди дэйш’ли действительно есть законспирированные агенты арритов, то пришельцам не составит труда нейтрализовать всю правящую верхушку Таэн Лаэссэ.

Расслабились ушастики! Слишком расслабились!

Но мне это только на руку.

Хм, а почему бы вот прямо сейчас не сбежать от эльфов. Не надеяться на Ррэко, не ждать незнамо чего, а решить проблему самой – так, как я всегда привыкла поступать. Вздохнув, я отбросила весьма соблазнительную идею в сторону. Одно дело – гулять по служебным коридорам, а совсем другое – попытаться преодолеть защитный периметр дворца.

За время моего отсутствия в апартаментах Эрайна ничего не изменилось. Дайрэн все так же мирно спали в углу гостиной, принц дрых без задних ног в спальне, даже Аша и та еще не успела прийти в себя. А что? Отсутствовала я всего ничего, чуть больше часа!

Что ж, пока все складывается как нельзя лучше.

Первым делом я повесила на шею Аше ее же медальон. Затем взвалила рабыню на плечо и оттащила к куче других дайрэн. Когда Аша придет в себя, то, скорее всего, решит, что наш скоротечный разговор ей лишь приснился.

Все. Дело сделано. Кулон у меня, следы заметены. Осталось только ждать.

Отступление второе

Ррэко, в связи с важностью возложенной на него миссии, было позволено появляться у владычицы в любое время суток и без доклада. Но все же заявиться в спальню рэйи в столь неурочный час лиен никак не мог, а потому решил попытать счастья в кабинете – вдруг его госпожа не спит. Ну а если Арелины там не обнаружится, то тогда можно с чистой совестью отложить новости до утра. Благо до восхода солнца не так уже и много времени осталось, а рэйа обычно просыпается рано.

Но в этот раз лиену повезло – Арелина сидела в своем любимом кресле и с увлечением читала какой-то древний фолиант. При виде Ррэко женщина отложила книгу в сторону и спросила:

– Есть новости?

– Да, моя рэйа, малышка завладела кулоном.

– Вот как, значит, – задумчиво произнесла Арелина, поднялась с кресла и немного прошлась по комнате. – А что сам кристалл? Какие-то изменения в его структуре ты заметил? Он признал Рийну несмотря на то, что малышка не чистокровный человек?

– Нити силы на долю секунды вспыхнули, когда Ри взяла кулон в руки. И все.

– Значит, я все рассчитала верно, – скривила в легкой улыбке сливовые губы владычица, – и кровь не так важна, как самоопределение разумного существа. Рийна же у нас натура убежденная.

– О, это так! – фыркнул лиен. – Не далее как вчера она своему принцу целую лекцию прочитала на тему того, что считает себя человеком.

– Что ж, это только подтверждает, что я с самого начала была права и жертвы мы принесли не напрасно… А теперь рассказывай подробно, что у вас там произошло за последние сутки.

И Ррэко принялся живописать обрушившиеся на его подопечную приключения. Кроме самой Рийны, владычицу не в меньшей степени интересовал принц, а также настроения, царящие во дворце. Не оставила Арелину равнодушной и история Аши. Наконец когда с докладом было покончено, владычица недовольно сказала:

– Эх, Ррэко, Ррэко!.. Так принц не только рассказал нашей малышке про арритов, но и ты подтвердил, что вторжение началось. Более того, рассказал про возможных агентов пришельцев среди дэйш’ли и о том, что кристалл в грядущей войне может сыграть не последнюю роль.

Лиен стоял, понурив голову, лишь хвост его нервно подергивался.

– Владычица, я знаю, что рассказал слишком много. Но мы так виноваты перед малышкой… К тому же я посчитал, что если Ри будет понимать всю серьезность ситуации, что от ее действий так много зависит, то она отнесется к работе по-другому.

– Иными словами, ты так поступил вовсе не из глупости и безалаберности, а, наоборот, постарался лучше мотивировать свою подопечную.

– Да, моя рэйа, – кивнул лиен. – К тому же я рассказал Ри далеко не все, не хотел раньше времени пугать девчонку.

– Сделанного не воротишь, – вздохнула Арелина. – Но ты ведь понимаешь, что если нам не удастся вытащить малышку, то ее придется убить. И уже отнюдь не только потому, чтобы облегчить ее учесть, а чтобы информация, которой обладает Рийна, не попала не в те руки.

– Я… я об этом не подумал, – растерянно произнес Ррэко. – Но мы ведь ее вытащим, я обещал и…

– Вытащим, – улыбнулась владычица. – Так или иначе, но мы малышку вытащим. Не сомневайся.

– Когда?

– Я могу освободить Рийну в любой момент, но предпочитаю подождать до полуночи.

– У Ри всего времени до полуночи! А потом ее заберут в Инкубатор, или же малышка сама на себя руки наложит.

– Тогда постараемся вызволить твою подопечную, скажем, до десяти часов вечера.

– А если пропажу кристалла раньше обнаружат…

– Если Ри будет грозить какая-то опасность, то мне придется отойти от своего плана. Но по ряду причин мне бы этого делать не хотелось.

Глава 13

Эрайн Элиар-Тиани

8-й день Тарен-лин 223 года от О. В.

День не задался с самого утра. Проснулся я рано, в отвратительном настроении и с дикой головной болью. Всю ночь меня мучили кошмары, я то просыпался в холодном поту, а то опять проваливался в какую-то серую беспросветную хмарь. Содержание снов в памяти не сохранилось, осталось лишь несколько мрачных картин, полных отчаяния и безнадеги.

Неудивительно, что утром я сначала из-за какой-то мелочи сорвался на Яни, а потом закатил дешевую истерику Ареину и целителю, которые опять решили почтить меня визитом. Правильно, а то вдруг яд не весь вышел из организма и я внепланово помру?..

Врачеватель прописал мне какие-то успокаивающие микстуры, посоветовал почаще бывать на свежем воздухе и по возможности постараться разобраться в причинах плохого настроения и повышенной раздражительности – что я после ухода гостей и не преминул сделать.

Плохое настроение, говорите? Нервный срыв? Кошмары?

И они еще удивляются? Спрашивают – почему?

Вам по пунктам расписать?..

Нападение орков, при котором я был тяжело ранен и лишь чудом не погиб. Для начала хватит?.. А стоило мне вернуться домой, как тут же пришлось жениться на стерве кузине. Не правда ли, сущий пустяк?.. Затем еще одно покушение, которое лишь по счастливой случайности не удалось. Случайности, имя которой Ри…

Оказалось, что кто-то так хочет моей смерти, что не гнушается никаких методов. Более того, мой таинственный враг либо сам лоэл’ли, либо имеет при дворе своего агента. Немыслимо!

И если первое покушение еще можно списать на неблагоприятное стечение обстоятельств (да и было ли оно первым, меня не единожды в путешествии подстерегали опасности), то второе расставило все по своим местам. Кто-то очень сильно хотел моей смерти. Вопрос: почему?!

По горячим следам ни исполнителя, ни тем более заказчика найти не удалось. Ареин допросил всех дэйш’ли, которые посещали этаж за последние несколько дней, но никто ничего не видел, не знал и, разумеется, никакую бутылку с ядом не приносил. Такое чувство, будто сосуд с вином сам материализовался у меня в кабинете. Но это невозможно. И не только из-за того, что телепортацию отдельных неодушевленных предметов мы пока не освоили, но еще и потому, что Ареин проверил мои апартаменты и даже остатков никаких чужеродных магических плетений не нашел.

Но все вышеперечисленное меркло перед тем, что…

Для меня не было секретом, что дражайшему отцу я по большей части безразличен, как, впрочем, и мой младший брат, и сестра, как и наша мать. Если таэ Луорен и испытывал отеческие чувства к кому-то из своих детей, то только к моему старшему брату Тэлиану. Я не удивился, когда узнал, что историю с отравлением решили не предавать огласке – это было вполне логично, особенно в текущей ситуации. Но вот о чем я и подумать не мог, так это о том, что таэ Луорен не только не навестит меня, не проявит даже толики отеческой заботы, но и решит использовать в качестве наживки.

У отца за его долгую жизнь – а прожил таэ Луорен даже по лоэльским меркам немало, через несколько лет ему исполнится две тысячи шестьсот лет, – было три жены, считая мою мать. Но, по общему мнению, да и, по словам самого отца, любил он только Милиану. Ту самую таэни, что наложила на себя руки в плену у человеческого императора. И вот, когда еще и ста тридцати лет не прошло после смерти Милианы, ему вновь пришлось связать себя узами брака. Потому что все его дети, кроме Тэлиана, погибли еще на Вэллате, а правителю Таэн Лаэссэ нужны наследники числом более одного. Потому что нужно показать пример другим вдовцам.

Так что, да, я понимал своего отца. Знал, что к своей третьей жене он не испытывал никаких теплых чувств, да и, по правде говоря, мать этого и не заслуживала. У таэ Луорена был совсем небольшой выбор невест, а потому не стоит удивляться, что новой таэни стала такая недалекая во всех отношениях женщина. Но я не мог понять, почему не только любви, но и внимания почти не досталось нам – младшим детям лоэльского правителя. Тэлиан и то относился ко мне гораздо теплее, чем родители. Но на роль отца старший брат отнюдь не претендовал – у него и без того проблем хватало: свою первую жену и детей он тоже похоронил на Вэллате…

И после этого они спрашивают – почему у меня плохое настроение?!

Если же посмотреть глубже, то был еще один фактор, который не лучшим образом сказывался на моем состоянии, – Ри. Сегодня отпущенное полукровке время ровно в полночь истечет. И хотя я понимал, что пройдет не так уж много времени, прежде чем девчонку вернут из Инкубатора… Что так нужно, что, в конце концов, таков закон!.. Мне было не по себе. Не раз и не два меня посещала мысль, что после всего, что сделала Ри, наше отношение просто бесчестно.

Весь день я избегал общества пленницы. Возможно, потому, что просто боялся посмотреть Ри в глаза.

Так, я имел весьма длительную беседу с сестренкой. Лэйану очень интересовала и сама церемония, и особенно брачная ночь, ведь совсем скоро она должна была оказаться на моем месте, то есть на месте Миэны. Оказалось, что наша матушка нисколько свою единственную дочь к грядущим переменам в жизни не подготовила, так что представления Лэи о том, что происходит между мужем и женой за закрытыми дверями, весьма образны и далеки от истины. Пожалуй, правда сестру может и напугать, но уж точно не мне ей рассказывать о том, как появляются дети. А вот с матерью стоит поговорить. Пусть меньше о нарядах да традициях думает, а то если Лэя такой неподготовленной взойдет на брачное ложе, то в итоге мужа вполне может и побить, знаю я характер сестренки.

Потом я навестил у целителей Найри. Друг был все так же плох, но, по словам врачевателей, надежда на выздоровление все же была. Только вот лечение могло затянуться на годы.

Потом я отправился… Да много чего было потом! И лишь под вечер я понял, что веду себя как трус. Как жалкий, ничтожный трус!

Я распахнул дверь в кабинет.

Ри, как паук, висела на самом верху книжного шкафа и пыталась вытащить с полки толстенный фолиант. Дикарка испуганно обернулась и выронила тяжелую книгу. Суматошно попыталась ее поймать, потеряла равновесие и рухнула вниз.

Не думая, я бросился вперед. Подхватил девушку на руки.

Потом я много раз задавал себе вопрос: почему я так поступил? Ведь мог же попытаться сплести из нитей силы узор, который смягчил бы падение пленницы. Да, не факт, что успел бы, но… Мог вообще ничего не делать – Ри живучая, как кошка, и падение со шкафа ей бы вряд ли хоть сколько-то повредило. Но нет, я, как герой, бросился спасать девушку!

– О, кажется, я тебе сломала шкаф, – хихикнула Ри. В левой руке дикарка сжимала обломок карниза.

– Ничего, – улыбнулся я.

Ри молчала, я тоже не знал, что сказать. Наконец девушка пошевелилась и попыталась отстраниться. Лицо пленницы скривилось. И я не мог понять, каких эмоций на нем теперь отражалось больше: рассеянности, ненависти или… омерзения?

– Отпусти.

Я вздохнул и поставил пленницу на ноги, сделал шаг в сторону.

– Почему ты меня так ненавидишь? – тихо спросил я.

– И ты еще спрашиваешь?! Хотя да, все время забываю, ты же не понимаешь! Если даже на минуту забыть, что твои соплеменники истребили целую расу, если сосредоточиться на мне лично… Какой-то проклятый эльф обрюхатил мою матушку и тем самым сломал ей жизнь. Всего через несколько часов уничтожат саму мою суть и все воспоминания. Этого недостаточно?!

– Ты сама говорила, что нельзя одно существо судить по целой расе.

– И что? Ты мой господин, а я твоя рабыня. Значит, все, что делают со мной, происходит с твоего попустительства. Значит, в этом твоя вина.

– Я ничего не могу изменить! – сорвался я.

– Или просто не хочешь, – зло усмехнулась девушка.

– Не могу, – упрямо ответил я.

– Как скажешь! Хочешь обманывать себя – пожалуйста! Но со мной этот фокус не пройдет, не из той глины слеплена, – опять ощерилась в улыбке огненноволосая дикарка.

– Ри, я…

– О, можешь не извиняться. Знаешь, где у меня все твои извинения и сожаления сидят?! – Пленница резко чиркнула рукой по своему горлу.

Я вздрогнул и отвернулся. Слишком уж неприятную картину нарисовало разгулявшееся воображение. Или, может, я вспомнил недавний кошмар?..

– Ты забываешься!..

– Как мило, теперь ты мне угрожаешь! – рассмеялась полукровка. – Интересно чем? Что ты такого со мной можешь сделать? Убить? Да я сама тебе шею подставлю или другую часть тела, которую ты предпочитаешь… Изнасиловать? Я и так скоро буду вся твоя! Но если ты не хочешь ждать, то попытайся, может, и получится.

И тут я наконец понял, что у Ри истерика, нервный срыв. А ведь я еще недавно жаловался на несправедливость судьбы, на то, что мне тяжело пришлось в последнее время. Вот только дикарке было во сто крат хуже!

Я молча открыл бар и скептически осмотрел имеющиеся в наличии бутылки. Сейчас не до изысков, сейчас что-нибудь да покрепче. О, грана! Она же «огненная вода». Помнится, я раздобыл эту бутылку, когда узнал, как этот напиток популярен среди людей, да и некоторые лоэл’ли «огненной водой» увлекаются. Вот только я грану пить не смог, одного маленького глотка хватило, чтобы понять, насколько эта жидкость не подходит для моего организма, но бутылку почему-то не выбросил, сохранил. А вот Ри это сейчас, пожалуй, то, что нужно!

Щедро плеснул ядреной жидкости в бокал и протянул его девушке. Ри настороженно принюхалась, глаза ее удивленно расширись, а потом пленница вырвала бокал у меня из рук и осушила его одним махом.

Я ожидал, что дикарку скрутит от «огненной жидкости», вывернет наизнанку, что она хотя бы поморщится, но Ри лишь довольно крякнула, а затем удивила меня еще больше, так как потянулась за бутылкой. И я отдал, не стал противиться. Пусть пьет, если это поможет ей прийти в себя, если ее желудок с этой жуткой гадостью справляется.

Словно завороженный я смотрел, как пленница лакает огненное пойло. Все-таки Ри очень разная. Нет, не так – непостижимая! Временами она выражается как обитатель городского дна и ведет себя соответственно, но в следующую секунду невероятным образом меняется – и манерами и речью становится неотличима от какой-нибудь высокородной лоэл’лины. Нет, не какой-нибудь! Ри умна, а этим достоинством обладают далеко не все эльфийские девушки… Наверное, это то, что называют породой – ее не спрячешь и не скроешь. Не единожды я задавался вопросом: какая она – настоящая Ри? Ведь пленница рассказала о себе очень мало, да и то, без сомнения, половина этого была искусной ложью.

– Кстати, раз уж у нас зашел столь любопытный разговор, – вдруг совершенно спокойно сказала Ри, утолив жажду, – не поведаешь ли ты мне напоследок кое-что? Вы сумели выяснить что-нибудь про моего папашу?

Язык у Ри, несмотря на то что она вылакала не меньше половины бутылки, никоим образом не заплетался, на ногах девушка держалась твердо, да и вообще выглядела абсолютно трезвой.

– Нет, – покачал головой я. – Сделать это не так легко. Этим потом займутся…

– В Инкубаторе, – криво усмехнулась пленница.

Ри не спрашивала, она утверждала, но все же я посчитал своим долгом ответить:

– Да.

– Что ж, говорить мне с тобой больше вроде как не о чем, так что можешь идти. Хочу побыть напоследок наедине с самой собой и своими мыслями, а не принцев беседами развлекать.

И я ушел. Тихо, молча, не произнеся ни слова. Ушел, потому что понимал, что это единственное, что я сейчас могу для Ри сделать. Но не успела еще дверь захлопнуться за моей спиной, как понял, что неправ. Я мог для Ри сделать еще кое-что. Нет! Должен был! Обязан! И пусть шанс на успех поистине ничтожен, но не сдаваться же опять без боя!

О том, чтобы сделать Ри исключением из правила, можно и не мечтать – таэ Луорен никогда на это не пойдет. Но вот еще раз попытаться выбить для дикарки отсрочку стоит. Все-таки одной из причин, почему Ри подарили десять дней, было то, что она спасла мне жизнь во время нападения орков. Но ведь пленница снова выручила меня, без ее весьма своевременной помощи я бы погиб. Так что, да, я должен поговорить с отцом, должен получить отсрочку, выиграть время, а потом я еще что-нибудь придумаю!

Не мешкая, я отправился в кабинет отца. Хотелось броситься бежать стремглав, но вместо этого я шел не спеша – нужно было тщательно продумать беседу с правителем. Если таэ Луорен подумает, что я слишком увлекся своей новой игрушкой, то никакой отсрочки мне не видать. Нет, упор нужно делать на то, что я всего лишь хочу отблагодарить свою нечаянную спасительницу, успокоить совесть, так сказать.

И вот предо мной высокие двери, за которыми скрывается кабинет правителя Таэн Лаэссэ. Пара стражников-тэлиаков преграждают мне путь.

– Эн Эрайн, извините, но таэ Луорен просил его не беспокоить.

– Почему? – холодно осведомился я.

Тэлиаки не запрещали мне войти, они лишь настоятельно рекомендовали обождать.

– Военный совет, – коротко ответил один из рабов.

Как все не вовремя! Я могу пренебречь предупреждением тэлиаков и ворваться в кабинет. Но станет ли меня тогда слушать отец? Вряд ли! А на положительный вердикт и вовсе не стоит рассчитывать. Что ж, значит, придется ждать.

Я направился к расположенной неподалеку картинной галерее, откуда прекрасно просматривался вход в кабинет. Не стоит мне, как какому-то ничтожному просителю, околачиваться возле дверей.

К своему стыду, я должен был признать, что про войну с орками уже и думать забыл. Оправдывало меня только то, что за последние дни произошло слишком много событий, которые затрагивали меня лично.

Да, надо бы узнать, как обстоят дела на фронтах. Последнее, что я слышал, так это то, что ургские орды остановились именно там, где мы предполагали. Они не спешили пока форсировать ни Рийску, ни Велайю, ни переправляться на другой берег Скалистого моря. До вольного города Танниса орки тоже дошли, но, как и Вольгород, трогать его не стали, лишь взяли человеческое поселение в блокаду и потребовали выдать всех находившихся в городе лоэл’ли и дэйш’ли. К счастью, к тому времени мы всех уже успели из города эвакуировать.

Мелькнула мысль – а ведь Ри тоже забыла! Поначалу, когда дикарка только узнала о войне, она чуть ли не каждый день спрашивала, как обстоят дела в Таннисе. Но за последние несколько дней не задала ни одного вопроса.

Двери кабинета распахнулись только примерно через час. Сначала вышел хмурый Эсриан Амирин-Саурэ, затем дядя Вэйон, потом последовал еще десяток лоэл’ли, которые имели то или иное отношение к армии, разведке, Министерству внутренних дел или казначейству. Я обождал еще несколько минут, больше из-за дверей никто не показывался.

Что ж, рискнем. Вряд ли у таэ Луорена сейчас хорошее настроение, но, с другой стороны, когда это оно у него было хорошее?

Я вошел в кабинет и мысленно выругался – отец пил чайлис в компании своего старшего сына и наследника. Какой же я идиот! Мог бы догадаться, что Тэлиана на важное совещание правитель обязательно бы пригласил!

Любезно поприветствовал своих родственников, на их лицах проскользнула тень удивления. Но меня все-таки пригласили к столу, и таэ Луорен лично налил мне в пиалу чайлиса. Затем некоторое время текла размеренная светская беседа, меня еще раз поздравили с женитьбой, заметили, как мне повезло с супругой. Не сомневаюсь, до моего прихода отец с братом говорили совсем на другие, гораздо более важные темы. Но все-таки кое-какой вывод из этой пустой беседы я сделал – Тэлиан либо ничего не знал о покушении, либо очень искусно делал вид, что не знал.

Услышал я и последние новости. Оказалось, что за время, на которое я выпустил разворачивающиеся военные действия из поля зрения, ничего особенно не изменилось. Во всяком случае, так мне сказали.

Поведали мне и о реорганизации кадров. Так, некоторое время назад было принято решение большую часть дэйш’ли заново прогнать через Инкубатор, чтобы создать новых воинов-тэлиаков и тем самым в разы увеличить армию. Разумное решение, хотя и немного запоздалое, так как на модификацию рабов потребуется около трех месяцев, а это во время войны непозволительно долгий срок.

Не знаю, куда смотрели шпионы отца, о чем вообще думал наш мудрый правитель? Если бы модификацию дэйш’ли начали полгода назад, то нам бы не пришлось отступать, наоборот, мы бы уже захватили столицу зеленокожих тварей – Ургост! В текущей же ситуации остается радоваться только тому, что Вэйон начал еще добрых сто лет назад создавать дэйш’ли с неактивированной модификацией воинов, а то нам пришлось бы совсем туго. Из простого работяги никак воина за три месяца не сделаешь, тут нужен в четыре раза больший срок, чтобы получить более или менее приемлемый результат.

Когда с любезностями было покончено, отец прямо поинтересовался, зачем я к нему пожаловал. Да, не принято у нас было вот так, без особого приглашения, с визитами друг к другу ходить.

Несколько томительно долгих секунд я раздумывал, что же делать. Повременить с вопросом или задать его при брате? Нет, откладывать нельзя, если я буду слишком тянуть и нервничать – это может навести таэ Луорена на ненужные подозрения. Совершенно беспочвенные, к слову!

– Таэ, я хотел бы обсудить с вами один вопрос, – нарочито небрежно начал я.

– Слушаю тебя.

Я бросил взгляд на Тэлиана. Да, незадача! Как я могу упомянуть о последнем покушении, если брат вроде как не в курсе.

– Мне немного не по себе, что ора дэйш’ли придется сегодня ночью отправить в Инкубатор. На фоне недавних событий…

Поймал удивленный взгляд Тэлиана.

– Ты опять о ней?! – резко, с каким-то отвращением спросил таэ Луорен. – Об этой своей игрушке? Кажется, я уже сказал, что никаких отсрочек она не получит. И никакие, как ты выразился, события моего решения не изменят.

– Я помню, таэ, – покорно кивнул и поднял голову, встретился взглядом с холодными глазами отца, – но все равно считаю, что то, как мы поступаем с этой дикаркой, не делает нам чести.

– Вот как ты заговорил… Не далее как несколько часов назад я имел весьма любопытную беседу с Миэной, твоей возлюбленной супругой. Она жаловалась, что ты совсем не уделяешь ей внимания, что все время крутишься вокруг своей игрушки, что это наводит на определенные подозрения. Я тогда еще сказал, что быть такого не может, чтобы мой сын, кровь от крови моей, увлекся какой-то грязной полукровкой.

– Отец, послушай!..

– Нет! Это ты послушай! Возвращайся к себе, к жене. И пока Миэна не забеременеет, ни видеть, ни слышать тебя не желаю. А за этой твоей игрушкой скоро придут.

Я поднялся на ноги и молча направился к двери. Что я мог сказать? Отец – мой отец! – по сути, только что посадил меня под домашний арест на несколько лет, ведь кто знает, когда эта змеища Миэна понесет. Ненавижу!!!

– Подожди, – окрикнул меня брат, – я тебя провожу.

Но я не остановился, пусть мой добровольный конвоир сам меня догоняет.

Перехватил меня Тэлиан только в картинной галерее.

– Пойдем со мной, я должен показать тебе кое-что, – негромко сказал брат.

– Мне некогда. – Я резко дернул плечом, пытаясь высвободиться из стальной хватки сводного брата.

– Как раз немного времени у тебя есть, я сказал отцу, что сам распоряжусь насчет твоей дикарки.

Я удивленно посмотрел на Тэлиана. Ничего не понимаю!

– Иди за мной.

И я пошел. Что мне еще оставалось делать?

Путь наш был недолог. Оказалось, что любимому сыну таэ Луорена зачем-то понадобилось привести меня в оранжерею. И что я здесь не видел? Журчащие ручьи, множество деревьев и кустарников, часть из которых привезена еще с прародины – Вэллата, цветущие клумбы, художественно расставленные валуны. В оранжерее сейчас никого не было, лишь одинокая дэйш’ли увлеченно копалась в какой-то клумбе.

– Зачем ты меня сюда привел? – спросил я брата.

– Поговорить.

– Так говори! Я тебя внимательно слушаю.

Но Тэлиан молчал, не спешил начать разговор. И когда у меня уже вот-вот были готовы сдать нервы, когда я уже хотел взорваться, как неисправный озаряющий шар, брат наконец заговорил:

– Ответь для начала на один вопрос. – Он повернулся ко мне лицом и внимательно, очень серьезно на меня смотрел. – Что эта дикарка значит для тебя?

– В каком смысле?.. А-а-а! Ты хочешь записать меня в Отступники? – скривил губы в усмешке я.

Мне доводилось слышать, что после войны Отступников среди лоэл’ли было не так уж и мало. Некоторые эльфы не только обесчестили себя тем, что связались с человеческими женщинами и полукровками (притом в данном случае имелись в виду не банальные плотские отношения, а более глубокие чувства), но и даже захотели вырастить детей от таких вот неравных союзов. Отступников, эту язву на теле нации, пришлось искоренять не одно десятилетие. Кого-то убедили, кому-то пригрозили или наказали, а некоторые, говорят, и вовсе исчезли. Сейчас Отступников и вовсе не осталось, в обществе об этом феномене говорить не принято, да и, по правде говоря, большинство тех, кто запятнал свою честь близкими отношениями с людьми и полукровками, в это самое общество как раз не вхожи.

– Нет, – покачал головой брат, – я тебя ни в чем не обвиняю и не собираюсь. Но все равно хочу услышать ответ на свой вопрос. Кто для тебя эта полукровка? Ты видишь в ней лишь симпатичную мордашку и соблазнительное тело или все же нечто большее?

– К чему все эти вопросы?

Тэлиан так пристально смотрел, что мне стало как-то не по себе. Наконец старший брат кивнул каким-то своим мыслям, вздохнул и сказал:

– Я расскажу тебе одну познавательную историю. Нет, не перебивай. Думаю, тебе очень важно будет это услышать… Как ты знаешь, на Вэллате я потерял свою семью.

– Брат, я все понимаю, но тебе не кажется, что сейчас не время… – нервно перебил я.

– Нет, самое время. Прошу, выслушай и больше не перебивай… Так вот, там, за Вратами, я оставил всех тех, кто мне был дорог и кого я любил. Да, были еще и мать с отцом, но это, как ты понимаешь, другое. А потом еще и мать погибла… Последняя война и первые десятилетия после нее – это было страшное время. Я рад, что ты родился позже, что ты всего этого не застал. Кровь тогда лилась рекой, и большей частью это была человеческая кровь. Мы обвиняем арритов в жестокости, но опьяненные победой лоэл’ли тоже показали себя не с лучшей стороны. Сгорали в огне деревни и целые города со всеми обитателями, не щадили ни женщин, ни детей, ни стариков. Лишь позже мы немного поостыли и поняли, что нас слишком мало, чтобы построить крепкое государство, и помощь рабов нам необходима, да и эйсин вмешались.

– Я знаю, как появились вольные территории, – опять перебил брата я.

– Не спеши, мой рассказ будет не о том. Война разбудила в лоэл’ли все самые низменные потребности, но и потом, когда все более или менее успокоилось, страсти, бередящие наши души, не утихли. Ты, наверное, слышал о том, что у каждого более или менее крупного лоэльского поселения была построена деревня, где жили человеческие женщины, призванные удовлетворять естественные потребности лоэл’ли, потом они постепенно сменились полукровками, по сути, нашими же дочерями. Тогда внутренняя обстановка в государстве, которое само по себе еще толком не сформировалось, была очень нестабильной. Одни лоэл’ли хотели официально взять в жены своих наложниц или хотя бы признать рожденных от них детей. Другие, их было большинство, боялись, что мы просто растворимся в людях, утратим чистоту крови, саму свою суть, и предлагали всех людей и полукровок истребить. Вэйон предложил выход, который понравился далеко не всем, но ситуацию все же спас.

– Если ты хочешь рассказать мне, почему на мою невинную просьбу отец так бурно отреагировал, то не трудись, я и сам знаю.

– Опять спешишь, – грустно улыбнулся наследный принц. – Я хочу рассказать об одной главе моей жизни, о которой мало кому известно.

Невольно я заинтересовался. Мой старший брат действительно чрезвычайно скрытная личность, да и вряд ли из-за какого-то пустяка он бы позвал меня в оранжерею. Особенно сейчас.

– После войны с людьми прошло много лет, выросло уже целое поколение полукровок, но волнения среди лоэл’ли еще не достигли критической массы, да и Вэйон не внес свое историческое предложение. К чести своей, скажу, что деревни с женщинами я никогда не посещал, слишком свежа была в памяти еще моя Иракэна, моя жена. Но все же так случилось, что я увлекся одной полукровкой…

– Ты-ы-ы?! Как?

– Просто. Часть молодых полукровок забрали в только что построенный дворец для услужения. И одна из них… Знаешь, я сразу обратил на нее внимание. Такая юная, свежая и пугливая, казалось бы, что общего может быть у принца, который недавно похоронил свою жену и детей, и необразованной получеловечки, но, как потом оказалось, мы были не такие и разные. Сначала Нила стала все чаще проводить ночи у меня в постели, а потом и вовсе поселилась в моих апартаментах.

– Так ты тоже был Отступником? – опешил я.

– Да, хотя это и не афишировалось. А еще у меня хватило ума не заводить детей. Чувствовал, к чему все идет, знал, что ничем хорошим мой роман не закончится… Когда пришло время, я первым лично отвел Нилу в Инкубатор, потому что не мог поступить иначе. Потому что я проклятый наследный принц! И ведь знаешь, она даже не сопротивлялась – знала, что я поступил так, как должен был.

– Но она ведь вернулась?

– Тут мне повезло, Нила и правда вернулась, хотя из первой партии полукровок выжило меньше половины. Только вот это была бледная тень той настоящей Нилы – девушки, которую я знал почти пятнадцать лет. Она ничего не помнила, была непроходимо тупа, но зато исполнительна – идеальная рабыня, но уже не Нила. Пожалуй, только тогда я понял, что наделал, да только ничего уже было не изменить.

– И где теперь эта Нила?

– За твоей спиной, обернись.

Так это же та самая садовница! Я внимательней присмотрелся к девушке. Симпатичная, даже, можно сказать, красивая. Слишком красивая, чтобы заниматься грязной работой в оранжерее.

– Нила всегда любила растения, потому я нашел для нее эту работу, – сказал Тэлиан. – Рядом с собой я ее видеть не мог, но и не хотел, чтобы она стала наложницей кого-то другого.

– Зачем ты мне все это рассказал?

– Чтобы ты подумал. Чтобы не совершал моих ошибок.

– Но что я могу сделать?!!

– У тебя есть время, целых два часа. Если я не ошибся, если дикарка для тебя хотя бы что-то значит, ты что-нибудь придумаешь. – С этими словами Тэлиан развернулся и ушел.

Я опустился на скамейку, прикрыл глаза. Два часа – это так мало, за такой ничтожный отрезок времени при всем желании ничего сделать не получится. Да и что я могу? И вообще, должен ли что-то делать? Я не Тэлиан, не сошел с ума настолько, чтобы увлечься какой-то там ора дэйш’ли!

Мимо меня прошла с корзиной рассады бывшая любовница брата. Взгляд у рабыни был пустой, бездумно блуждающий, на миг даже показалось, что двигалась бедняжка немного странно, чем до дрожи напомнила мне старую шарнирную куклу сестры.

Нет, определенно, бездействовать я не могу. Не имею права.

Увлекся я Ри или нет – вторично. Но я не должен отправлять ее в лабораторию Вэйона! Особенно после того, как дикарка трижды спасла мне жизнь!

Решено. Я поднялся со скамьи и стал наматывать круги по оранжерее. Теперь осталось придумать, как поступить.

Что я могу успеть сделать за оставшееся время? Отсрочку выбить для Ри уже никак не получится. Спрятать девчонку? Где? Нет, во дворце Ри не спрячешь. Попытаться вывести дикарку из дворца и укрыть в городе? Тоже не выход. Найдут, так или иначе, но найдут. Устроить Ри побег? Это лучший вариант. Только все упирается во время, я же не факт, что успею вывести девушку из дворца, не говоря уж о том, чтобы выбраться из столицы. Да и все равно это не выход, так как дальше идут предместья, множество других городков и поселений, а разъездов тэлиаков и в мирное время было немало, сейчас же, как я слышал, их количество удвоили… Значит, надо действовать более радикально.

Аррито хэт! Легко сказать, но что же делать, что же – хэйо аррито туаро! – придумать?!

В голову, как назло, ничего не приходило. Все-таки я бестолочь. Идиот! Правильно, что меня отец ни во что не ставит. Брат ведь не зря дал мне эти два часа, значит, он знал, что Ри можно спасти!

Не стоит, конечно, упускать из виду вероятность, что Тэлиан решил надо мной подшутить, или поиздеваться, или, того хуже, просто проверить. Но я не помню, чтобы брат когда-либо мне врал. Да и непохоже, что Тэлиан историю про Нилу выдумал.

Догнать брата и попросить совета? Но поможет ли он мне? Сомневаюсь. Если бы хотел, то сразу бы подсказал решение проблемы, я только потеряю время, которого и так мало осталось.

Значит, надо попытаться поставить себя на место брата, думать так, как Тэлиан. Как наследник престола, могущественный маг, талантливый изобретатель и артефактор… Точно, Амулет Иракэны!!! Это ведь мой брат научился делать телепортационные амулеты!

Спасти Ри можно, только надежно спрятав ее от всех. Притом место укрытия должно располагаться далеко, очень далеко, желательно за пределами Таэн Лаэссэ. А переправить дикарку на большое расстояние быстро и незаметно можно только с помощью Амулета Иракэны. Того самого артефакта, который обязан постоянно иметь при себе каждый член королевского рода, чтобы в случае опасности всегда иметь возможность спастись, чтобы не получилось как тогда на Вэллате…

Но если я отдам ора дэйш’ли ценнейший артефакт, отец меня убьет!

Я встряхнул головой и рассмеялся.

Нет, не убьет, конечно, просто окончательно разочаруется. Да вот только куда уж больше?!

Всю дорогу до апартаментов я пытался сохранять спокойствие и не спешить, чтобы не вызвать ни у кого лишних подозрений. Хотя мне упорно не давала покоя мысль, что брат мог затеять разговор только для того, чтобы меня отвлечь, что Ри уже забрали.

В конце концов я не выдержал и последние несколько пролетов лестницы пробежал, ворвался в кабинет, затем метнулся в спальню, в ванную… и с ужасом понял, что мои подозрения оправдались – Ри нигде не было. Я уже был готов завыть от отчаяния, когда заметил худощавую фигурку, стоящую на ограде балкона.

– Ри!..

Девушка обернулась и спокойно так, доброжелательно улыбнулась. Глаза пленницы безумно блестели. Казалось, никакого неудобства и беспокойства от того, что под ногами лишь тонкий поручень, Ри не испытывала.

– Интересно, если я спрыгну, то долечу до земли?

– Нет, Ри!..

– Эх, – притворно вздохнула девушка и усмехнулась, – вот и мне так сказали. Но я все же думаю попробовать.

Я резко накинул на талию пленницы аркан и сдернул сумасшедшую с ограды. Ри опять оказалась у меня в объятиях, но на этот раз шутить и улыбаться она не стала. Девушка резко ударила меня в ухо. Оглушенный, я отпустил пленницу, сделал шаг назад – и тут же получил ногой в живот. Ри ласточкой метнулась к ограде балкона… и рухнула на каменные плиты пола, связанная по рукам и ногам. Затем я отправил пленницу в непродолжительный полет обратно в кабинет. И сам поковылял следом.

Выяснять отношения на балконе – последнее дело. Тем более что свидетелем нашей, без сомнения, весьма любопытной беседы может стать моя дорогая супружница.

Тяжело опустился в кресло. Мне нужно было хотя бы пару минут, чтобы прийти в себя, – для этого я использовал одно простенькое плетение, призванное нормализовать мое состояние.

Вздохнул, встряхнул головой. А Ри хороша. Очень хороша! Все-таки многого я про нее не знаю. Поразительно, но какая-то девчонка, какая-то полукровка чуть не вырубила меня всего парой ударов.

И тут же опять поправил себя: нет, не какая-то! Я уже видел Ри в деле и думаю, – нет, уверен! – что если бы пленница действительно хотела нанести существенный вред моему здоровью или даже убить, то у нее это вполне могло получиться. Неудача Ри постигла лишь потому, что она действовала необдуманно, на чистых эмоциях, и, судя по лежащей на полу пустой бутылке из-под граны, была немного пьяна.

Сейчас девушка, полностью обездвиженная, лежала на полу посреди кабинета, яростно сверкала глазами и молчала – я благоразумно лишил пленницу дара речи.

– Ри, выслушай меня. Я был неправ. Именно на мне лежит ответственность за то, что с тобой происходит, что может произойти.

В глазах девушки я прочитал удивление и недоверие. Даже немного обидно, что Ри меня за полного идиота держит. Хотя я сам в этом виноват.

– А потому я спасу тебя. Да, знаю, звучит громко и, наверное, глупо. Но ведь ты спасала меня, и не раз, так что за мной долг… Сейчас я распущу плетение, и ты снова сможешь двигаться и говорить. Только не делай резких движений и не шуми. Я и так непозволительно много времени потратил на то, чтобы тебя успокоить.

Я отпустил нити силы, что обездвиживали пленницу и запирали ей речь, сам на всякий случай прикрылся щитом – от Ри никогда не знаешь, чего ожидать. Но в этот раз полукровка не стала буянить, а, наоборот, показала, что благоразумие ей не чуждо. Девушка плавно перетекла из положения лежа в положение сидя и хрипло спросила:

– Как? Если это злая шутка…

– Я абсолютно серьезен. Помнишь, как Найри покинул нашу компанию по дороге из Танниса в Талрэй? Вот и я телепортирую тебя в безопасное место.

Ри на мгновение замерла, а потом взорвалась:

– Так вот какой был план?! Вы на это рассчитывали? Уверены были, что сработает? Обещали?!!

Полукровка буквально источала злобу, ненависть и обиду. Почему-то я был уверен, что эти эмоции направлены вовсе не на меня, да и слова предназначались кому-то другому.

– О чем ты?

Пленница вздохнула и ответила уже почти спокойно:

– Неважно, не обращай внимания, просто мысли вслух.

– И все-таки к кому ты обращалась?

– К кому? Считай, что это был крик души. Ты же знаешь, что мы, люди, очень наивные и доверчивые существа, верим в божественную помощь и все такое. – Девушка нервно усмехнулась.

– Ладно, в общем, времени у нас мало, осталось чуть больше сорока минут, а потом за тобой придут.

– Вот как? А кто-то говорил, что у меня есть время до полуночи.

– Отцу не понравилось, что я решил для тебя еще одну отсрочку попросить, – вздохнул я. – Зря я к нему ходил.

– Так ты действительно хочешь меня спасти? – недоверчиво спросила девушка.

– Я же сказал, что да.

– И куда ты собираешься меня отправить?

– Как можно дальше отсюда. В вольный город. Туда, где безопасно, где тебя не найдут.

– В Таннис?

– Нет, сейчас это место я бы безопасным не назвал. В Лайэн.

– Подожди, а что случилось в Таннисе? – сразу подобралась Ри. – До города уже добрались орки?

– Еще ничего не случилось. Наших мы из Танниса эвакуировали. Орки дошли до вольной территории, но границу вроде как пока пересекать не собираются. Только вот сейчас город полностью заблокирован и с суши и с моря. К тому же ты сама говорила, что была вынуждена бежать из Танниса на корабле контрабандистов, потому что у тебя возникли какие-то проблемы…

– Тем более ты должен отправить меня в Таннис! В городе меня поджидают не только пара нерешенных вопросов с местным криминальным авторитетом, но и близкие мне люди. Раз Таннису грозит опасность, то я должна быть там!

– Нет, Ри. И не спорь! Лайэн – единственное безопасное для тебя место. Орки в горы не сунутся, гномы относятся к людям весьма терпимо, так что там ты сможешь начать жить заново. Я не могу позволить, чтобы, выпутавшись из одной ловушки, ты сразу угодила в другую!

– А…

– Нет! И ты меня не переспоришь и не переубедишь! Я настрою портал не куда-нибудь, а в Лайэн и, если нужно, зашвырну тебя туда силой. Ясно? Потом иди, куда хочешь, моя совесть будет чиста.

– Ясно, – проворчала пленница.

– Тогда поднимайся с пола и иди за мной. Времени почти не осталось. И нет гарантии, что за тобой не придут раньше.

Право, даже смешно, еще дней двадцать назад я всерьез подумывал о том, чтобы Ри убить. Так как понимал, что если девушка попадет в Инкубатор, то волей-неволей расскажет все подробности нашего знакомства. Но потом столько всего произошло, что об этом своем желании я и думать забыл. И хотя теперь меня тоже страшила мысль, что дикарка вот-вот должна отправиться в Инкубатор, но боялся я вовсе не того, что девушка обо мне может что-то рассказать… Нет! Право, лучше сейчас об этом не думать!

Я быстро провел Ри в гардеробную, надо было подобрать пленнице одежду потеплее, поприличнее и попрактичнее, чем облачение рабыни для утех.

Девушке вполне впору оказались мои брюки, правда, пришлось туго затянуть пояс и подвернуть штанины. Рубашка и куртка тоже были великоваты, но не критично… А вот дальше возникли проблемы. Полукровка в моих сапогах просто утонула. Ситуацию спасла сама Ри. Она бесцеремонно порезала один из плащей на портянки.

Пока Ри переодевалась, я отобрал горсть мелких и довольно неприметных побрякушек. На мой взгляд, этого должно было хватить на пару лет безбедной жизни в любом вольном городе. Нет, конечно, лучше было бы вручить Ри мешочек со звонкими монетами, но чего нет, того нет. Мне, принцу, деньги никогда особо не требовались. Драгоценности полукровка виртуозно рассовала по карманам, а большую часть так и вовсе спрятала в сапогах.

Смотрелась Ри в обновках чудно, если не сказать – смешно. Да и самой девушке, сразу видно, было не очень удобно.

– Что-нибудь еще? – спросил я.

– Да, пожалуй, плащ тоже не помешает. Вдруг в Лайэне будет холоднее, чем мы думаем? – Ри указала на простую шерстяную накидку, которую я носил только в самые лютые морозы.

– Бери, – пожал плечами я. – Теперь все? Готова?

– Нет, осталось решить два вопроса.

– Каких? – не понял.

– Первый – вот этот. – Ри указала на рабский ошейник.

– Аррито хэт! Я и забыл! Сейчас… Так, сделано. А что второе?

– Мне нужно оружие, – сказала Ри и улыбнулась. Просто так и невинно.

– Что?!

– Оружие, – чуть ли не по слогам повторила свое требование девушка и посмотрела на меня как на идиота. – Неужели ты хочешь отправить меня в незнакомое место, да к тому же с кучей ценных побрякушек, совершенно беззащитной?

– Ты, как я успел убедиться, и голыми руками много что можешь.

– Увы, не так много, как хотелось бы. И, как ты выразился, голыми руками против мечника особо не повоюешь. А если противников будет двое? А если больше? То ты печешься о моей безопасности, а то отказываешь в такой малости, как оружие. Право, Эрайн, я тебя не понимаю.

Я мысленно выругался – какая же все-таки Ри язва! – и кивнул, признавая правоту девушки.

– Видишь ли, есть одна проблема – у меня нет лишнего оружия.

– А не лишнее? Ну твое? – нагло спросила дикарка.

– Ты хочешь, чтобы я отдал тебе свою латару или с’кааши? – аж охрип от возмущения я.

– Раз иных вариантов не предвидится, то почему бы и нет, – пожала плечами нахалка. – Ведь сам же понимаешь, что отпускать меня без оружия все равно что обрекать на смерть. К тому же твоя латара мне ни к чему, меня и одни с’кааши вполне устроят. Если помнишь, то с ними я вполне неплохо управляюсь.

Сразу в памяти встала картина ночного боя с орками. Да, Ри очень неплохо умеет управляться со с’каашами.

Как мне не жаль было расставаться со своими клинками, но я все же решился. Не обеднею, все равно я больше привык полагаться на магию, да и драться в ближайшее время мне вряд ли придется. А еще один неприятный разговор с отцом из-за отданного оружия я как-нибудь переживу. К тому же мне в голову пришла хорошая идея.

– Ладно, будут тебе с’кааши. Только пообещай мне одну вещь.

– Условие? – насторожилась Ри.

– Да, но ничуть не обременительное. Обещай, что не продашь клинки, не отдашь никому, не подаришь. Я не хочу, чтобы они попали в руки к кому-то другому.

– Хорошо, – кивнула девушка, – обещаю.

– Договорились, – сказал я и протянул полукровке пояс с клинками. – Теперь слушай внимательно. Сразу, как окажешься на месте, разбей на амулете вот этот кристалл. Он довольно хрупкий, думаю, ты справишься. Затем сам Амулет Иракэны зашвырни куда-нибудь подальше, ни в коем случае не оставляй его при себе.

– По нему меня могут выследить?

– Да. И даже поврежденный кристалл не гарантирует, что амулет не найдут, так что лучше тебе его потерять.

– А по каким-нибудь другим вещам меня могут отыскать? Ну, по драгоценностям, что ты дал, по одежде, по оружию.

– Нет. Исключено. – Пленнице ни к чему знать, что по с’каашам ее смогу найти я. Более того, я всегда буду знать, что тот, кому принадлежат клинки, жив.

– Это хорошо.

– Амулет я полностью настроил, единственно, на всякий случай немного сбил координаты города – прямые координаты проще отследить. К тому же есть шанс, что ты появишься где-нибудь посреди улицы или какой-нибудь таверны, а свидетели нам с тобой не нужны. Так что ты окажешься не в самом Лайэне, а в его окрестностях.

– Подожди! А я в какую-нибудь там стену, дерево или скалу не впечатаюсь?

– Нет. Амулет Иракэны – очень хитрая… вещь. Если по заданным координатам будет находиться какое-то препятствие, то портал преграду обойдет и откроется чуть в стороне… Так, возьми амулет. Как только будешь готова, сожми его в кулаке – и тут же откроется портал.

Полукровка осторожно, как ядовитую змею, взяла артефакт. Немного повертела его в руках, задумчиво рассматривая:

– Сжать, и все?

– Да, я же сказал, что полностью настроил амулет.

– Ну тогда спасибо, – улыбнулась девушка.

И тут я понял, что больше никогда не увижу Ри. Это, конечно, будет только к лучшему и для меня и для нее, но все же… все же…

– Один поцелуй! – неожиданно для самого себя выпалил я.

– Что?!

Уже через пару мгновений эту голубоглазую дикарку я потеряю навсегда, но зато проблем на меня навалится столько, что и за сто лет не разгребу.

– Всего один поцелуй, – сказал я намного увереннее. – Я не так уж и много прошу.

Ри на меня насмешливо посмотрела и как-то безразлично пожала плечами. Затем привстала на цыпочках и поцеловала. Нежно. Страстно. И я потерял счет времени, забыл, где нахожусь, что происходит. Очнулся лишь тогда, когда на меня дохнуло холодом, я почувствовал колоссальный отток магической энергии, а Ри исчезла в портале.

Вот так. Ни «прощай» тебе, ни «до свидания» – просто тихо ушла.

На долю секунды я успел увидеть точку выхода. В горах была ночь, зловеще завывал ветер, бесчинствовала метель – несколько колючих снежинок успели залететь в спальню. Пейзаж я тоже успел оценить. Слева – обледенелый, заснеженный горный склон, справа – бездонная пропасть.

Идиот! Какой же идиот!!!

Это только я мог догадаться сбить координаты при учете, что точка выхода находится в горах! Да, я отклонился от города всего на десяток ири. Но если в обычных условиях такое расстояние можно пройти за час, то в горах на это может уйти не один день. А Ри даже не знает, в какой стороне от нее находится Лайэн!

И с чего я решил, что в горах будет лишь немного прохладнее, чем в Талрэе?! Там сейчас настоящая лютая зима!

Если Ри не заблудится и не замерзнет насмерть, то ее разорвут дикие звери, она сломает ногу, упадет в пропасть, или на ее голову обрушится лавина…

Аррито хэт, что я наделал!

Привязанный к одному из с’каашей маячок с готовностью отозвался на мой призыв и сообщил, что новый хозяин оружия жив. Пока жив! Но как долго Ри сможет продержаться? Она ведь жила в Таннисе – южном прибрежном городе и вряд ли когда-нибудь была в горах. Не уверен, что она вообще видела снег!

Если бы я оказался там, рядом с ней… Я бы помог, подсказал дорогу, не дал замерзнуть. Только еще одного Амулета Иракэны у меня просто нет! Да и вряд ли у меня хватит сил открыть новый портал… Но я должен попробовать, попытаться! А еще один артефакт можно позаимствовать у Миэны или Лэи.

Спотыкаясь, чуть ли не падая от внезапно навалившейся усталости, я бросился в апартаменты жены. Проклятье! Вездесущей супруги, которая змеей все время крутилась у моих ног, на месте не оказалась. Значит, Лэя!

Но до сестренки я уже не добрался – на лестнице меня поджидал Тэлиан в сопровождении двух угрюмых дэйш’ли.

Глава 14

Рийна Ноорваль

8-й день Тарен-лин 223 года от О. В.

– Отрыжка Хайдаша! – в бессильной ярости прорычала я. И тут же задохнулась, закашлялась, резкий порыв ветра швырнул в лицо целый сугроб снега. Плащ, как засохший листок, сорвало с плеч и унесло в пропасть, только чудом я не последовала за ним. Успела извернуться, зацепиться за обледенелую скалу, удержалась на узком карнизе. Пальцы уже через несколько секунд сковало холодом, а саму меня проморозило до костей. Я не знала, сколько еще продержусь, как долго смогу сопротивляться снежной буре…

Все закончилось так же неожиданно, как и началось. Ветер стих, а буря обратилась легкой метелью. Но жгучий мороз никуда не делся. И пейзаж ничуть не изменился.

Телепорт выкинул меня аккурат на узкий карниз. Слева высилась стена гор, которую штурмом взять можно и не мечтать. Справа – бездонная пропасть. И ее тоже никак было не преодолеть, если только у меня внезапно не вырастут крылья… Как далеко тянется коридор горной расщелины, рассмотреть не представлялось возможным – глаза застилала метель. К тому же если в Талрэе был поздний осенний вечер, то в Велайских горах царила морозная зимняя ночь.

Первым делом я разбила кристалл на артефакте, как и учил Эрайн, и зашвырнула амулет в пропасть. Здесь у меня крайне мало шансов выжить, но все-таки чуточку больше, чем в эльфийском дворце.

Затем попыталась дозваться до Ррэко, но поганец-компаньон, как назло, молчал, и присутствия его я не ощущала. Нашел время, чтобы обидеться, гад! Да, я много чего успела ему наговорить за последние часы и поистине целое ведро помоев выплеснула, когда появился этот герой-спаситель Эрайн. Сказала, что не хочу его слышать, не хочу ничего знать, а затем, сама не понимаю, каким образом, буквально вышвырнула Ррэко из своей головы.

А теперь этот лживый гад мне нужен! Ведь если таинственные хозяева Ррэко с самого начала планировали использовать телепортационный артефакт принца для моего спасения, то, возможно, они знали, что я окажусь в Велайских горах. Может, это именно они виноваты в том, что я оказалась не в городе, а Хайдаш знает где!

Снова резко усилился ветер. К счастью, к тому времени я нашла небольшую трещину в скале (пещерой это язык не поворачивался назвать), куда и забилась. Обхватила голову руками, зажмурилась и мысленно что было мочи закричала: «Ррэко, ты мне нужен!!!»

Потом повторила зов еще раз. Еще. И еще.

«Ну что? Ты успокоилась наконец?» – отозвался Ррэко где-то после двадцатого моего мысленного вопля.

«Рада бы, да не получается!»

«Э-э-э… Рийна, все в порядке?»

Я распахнула глаза: «А ты осмотрись!»

Собеседник на несколько секунд замолчал, чтобы вместе со мной насладиться чудесными горными видами, а потом разразился целой тирадой на неизвестном языке. И, судя по эмоциональной окраске, он отнюдь не восторгался местными пейзажами.

«…Этот твой принц – идиот! Даже телепорт нормально настроить не мог!!!»

«Он не мой, – вяло огрызнулась я. – Скажи, что мне теперь делать?»

«Пройти по карнизу сможешь? Если я правильно помню это место, то до долины отсюда можно добраться всего за час. То есть это я бы управился за час, у тебя уйдет в несколько раз больше времени…»

«Издеваешься?! Я уже так замерзла, что почти не чувствую ни рук ни ног. Может, пару сотен метров и пройду, но следующий порыв ветра, скорее всего, сдернет меня в пропасть. Какие-нибудь другие идеи, предложения есть?!»

«Э-э-э… подожди. – Мой неведомый собеседник растерялся. – Я должен немного подумать, посоветоваться».

«Немного – это сколько?!»

«Ну, где-то час… Я быстро… мне нужно сообщить…»

«Проклятье! Ррэко! Вздернуть тебя да подвесить! Нет у меня этого времени! Я тут скоро околею насмерть!!! Если идти, то сейчас. Через час не уверена, что вообще смогу двигать ногами. Ну?! Что мне делать?»

Я не привыкла так легко сдаваться, всегда боролась до конца и, Хайдаш побери, побеждала! К тому же после всего случившегося полным идиотизмом будет надеяться на помощь каких-то неведомых сил… Но я знала, что самостоятельно не смогу выбраться из этого ущелья. Только не в легкой осенней одежонке и не в сапогах, которые чуть ли не в два раза больше моих ног – ну и отрастил же принц себе ласты! К тому же я никогда раньше не была в горах, скалы и каменистые холмы побережья Скалистого моря не считаются!

И теперь я сама не знала, на что надеялась. Что Ррэко телепортируется передо мной? Откроет проход в скале? Спустит лестницу с неба? Прилетит и унесет меня отсюда? Что-то сделает с ужасающим местным климатом? Ну там утихомирит ветер и немного повысит температуру… Да, глупо, Ри, очень глупо.

Хайдаш, что за злая шутка судьбы?! Только я почувствовала запах свободы, как тут же оказалась в смертельной ловушке!

Все время я старалась шевелиться, двигать замерзающими конечностями, растирать лицо, руки, уши, открытые участки кожи. Убеждала себя, что не так уж и холодно, как мне кажется. Что это со мной злую шутку сыграл контраст температур. Ведь не может же быть так холодно в начале осени, пусть даже и в горах?! А снег – эка невидаль! В Таннисе он тоже выпадает, аккурат два раза за зиму.

«Малышка… – через несколько минут отозвался Ррэко, – вообще-то есть два способа. Я предпочел бы воспользоваться вторым, но для этого мне необходима помощь кое-кого. А она, как назло, унеслась далеко по своим делам. Чтобы ее найти, дозваться…»

«Ррэко! Не тяни! Второй способ?!»

«Сейчас, Рийна, сейчас. Ты только не пугайся, ладно?»

«Если ты забыл, то я вообще-то не из пугливых, – опять огрызнулась я. – Да сделай же что-нибудь. Не хочу подохнуть вот так! Ненавижу горы! Ненавижу снег!!!»

«Вообще-то это странно».

«Ррэко!»

«Попытайся расслабиться, раскрыть сознание…»

«Да я и так!»

«Нет, Рийна. Там, еще у лоэл’ли, ты возвела между нами стену. Именно поэтому ты потом еле смогла до меня докричаться. Да и сейчас наша беседа отнимает у меня в несколько раз больше сил, чем обычно. Так вот, ты должна разрушить эту стену или хотя бы проделать в ней брешь».

«Но я не знаю, как это сделать!»

«Постарайся успокоиться. Я знаю, что ты на взводе, день у тебя выдался крайне тяжелый, да и месяц тоже…»

«Если бы вы с самого начала посвятили меня в свои планы! Не играли моей жизнью!..»

«Рийна, я же сказал: успокойся. Иначе у нас ничего не получится. И тебе придется выбираться самой или подохнуть в этой расщелине! Все претензии ты мне сможешь высказать позже».

«Да, ты прав, сейчас не время».

Я протяжно вздохнула и тут же закашлялась – легкие сковало холодом. И это напомнило мне, что мое время утекает, как песок сквозь пальцы, нет, вернее, тает, как снежинки на ладони. А сколько пройдет времени, прежде чем снежинки перестанут таять? Немного, совсем немного.

«Малышка, закрой глаза. Абстрагируйся от холода, снега и ветра. Забудь о том, где ты, в каком положении оказалась. Думай, что доверяешь мне, веришь, не боишься меня. Представь ту стену, что воздвигла между нами, и сломай ее… Нет, это слишком долго, сложно, ты можешь не успеть! Да и потом стена тебе еще пригодится… Ищи ворота. Они обязательно должны быть! Открой их. Впусти меня».

«Как я могу найти то, чего не существует?!»

«А ты представь, что эта стена есть».

Я закрыла глаза и перестала шевелиться, постаралась расслабить мышцы. Оказалось, что стоять вот так, без движения, прислонившись спиной к ледяной скале, неожиданно легко и приятно. Я вдруг вспомнила, как где-то читала, что когда человек замерзает, то он просто засыпает. Наверное, это не такая уж и страшная смерть… Нет, не думать о смерти! Я выживу! Обязательно выживу! Я должна!!!

Представила чистый белый лист и медленно начала вырисовывать стену, линию за линией. Я не заметила как, но стена вдруг оказалась объемной, удивительно настоящей и какой-то смутно знакомой. Передо мной будто всплывали мощные стены, сложенные из известняковых плит, высокие четырехгранные башни с острыми зубцами. Казалось, этой стене нет ни конца ни края, а сама я рядом с ней почувствовала себя такой маленькой, такой ничтожной.

Я стояла у подножия стены, под ногами у меня была каменистая земля с редкими кустиками чахлой растительности. Откуда-то я знала, что за моей спиной город, дома. Обернулась. Да, так и есть. Вдалеке, в туманной дымке смутно угадывались очертания каких-то построек… Нет, это бред! Это всего лишь мое воображение, и ни стены, ни всего остального не существует!

И стена тут же начала меркнуть, растворяться…

«У меня получилось! Я убрала стену!»

«Нет, малышка, – донеслось до меня откуда-то издалека, – ты лишь сделала преграду невидимой, спрятала ее, но она никуда не делась».

«Хайдаш! Сейчас попробую снова».

Попыталась воскресить в памяти стену… И она вдруг возникла передо мной вся разом. Еще более реальная, мощная и устрашающая. Ворот я не видела, как проделать в этой стене брешь, даже не представляла. Ведь толщина у моей преграды тоже более чем впечатляющая, а каждая известняковая плита весит под сотню килограмм…

Стоп! Откуда я это знаю?!

И тут я поняла, что вижу перед собой ту самую знаменитую Стену, которая отделяет Старый город Танниса от Нового. Да, это точно она, в мельчайших деталях! Как же я сразу не узнала?.. Не раз я перелезала эту Стену, и, возможно, у меня получится преодолеть ее вновь. Но смогу ли выйти за пределы своего сознания? Да и зачем мне это? Ррэко ведь о другом просил, и сейчас определенно не время для экспериментов!

Если это действительно Стена, то где-то должны быть ворота! Те самые, через которые преступников, бродяг и прочее отребье сплавляют из Нового города в Старый… Да вот же они! Прямо передо мной! Как я сразу не заметила?!

Я подбежала к деревянным, окованным металлическими полосами воротам. Теперь я видела, что они не просто закрыты – на них еще и висит огромный навесной замок.

Да что же это такое!!!

А я кто? Воровка или шавка подзаборная?! Ну или Ночная гостья? Как себя ни назови, правды это не изменит! И нет такого замка, который я не смогла бы вскрыть!

Неизвестно откуда у меня в руке появилась связка отмычек. Я расхохоталась. Вот так-то лучше!

С замком я расправилась на раз-два. Толкнула створки ворот, и те неожиданно легко распахнулись. А за ними не было ничего. Пустота!

И из этой пустоты на меня вдруг прыгнул огромный зверь. Повалил с ног прямо в снежный сугроб.

…Откуда здесь взялся снег?! Здесь же тепло?

– Молодец, Рийна! Ты справилась! Ты смогла! – обрушился на меня со всех сторон оглушающий голос, крик.

Я откатилась в сторону от страшного гостя из пустоты. Вскочила на ноги. В руках у меня откуда-то оказалась пара с’каашей.

– Малышка, это я, не бойся – продолжал вещать голос, правда, уже гораздо тише. – Ты открыла ворота. Пустила меня! Я не причиню тебе зла, просто не смогу.

Зверь сидел в нескольких шагах от меня. Всем своим видом он изображал миролюбие, показывал, что мне нечего бояться.

– Ррэко?!

– Да, малышка, это я. А теперь открой глаза.

– Но… Как?..

– Так же, как в первый раз. И стена и город существуют лишь в твоем воображении. Вернись в реальность и открой глаза.

И я послушалась, точнее, попыталась это сделать. Ресницы слиплись, точнее, смерзлись. Кажется, мое лицо покрывала тонкая корка льда.

Боги, как холодно!!!

Негнущейся, какой-то деревянной рукой я стряхнула льдинки с ресниц и распахнула глаза.

Передо мной сидела огромная, чуть ли не с меня ростом, снежная рысь. Ни ветер, ни снег ей были нипочем. А еще, кажется, зверюга самым ехидным образом улыбалась.

Нет, я определенно сошла с ума!!!

– Ррэко?! – с трудом разомкнув губы, прохрипела я.

– Здравствуй, малышка. Ну что? Прокатимся?

Глава 15

Джаред Дэш

8 – 9-й день Тарен-лин 223 года от О. В.

Я отхлебнул из кружки эля, затем вгрызся в жилистую баранью ногу. Сегодня у меня очередной выходной, и я хотел им в полной мере насладиться. Беда в том, что, по ряду причин, у меня не было ни желания отдыхать в компании какой-нибудь местной красотки, ни столоваться в заведении с более приличной кухней и выбором горячительных напитков.

Лардана оказалась права: трактир, в котором мы поселились, обладал весьма сомнительной репутацией. Публика здесь ошивалась своеобразная: охранники и всякие наемники, мелкие дельцы, которых так и хотелось записать в мошенники, ну а количество отирающихся вокруг гулящих девок так и вовсе зашкаливало. С другой стороны, в такой компании нам с Сажей проще затеряться. Нет, не спрятаться, конечно. Это в нашем случае просто невозможно. Но внимания мы здесь к себе привлекали меньше, чем в каком-нибудь другом, более благочинном заведении.

В трактире я снял сразу две комнаты. Если бы не возложенные на меня обязательства, я бы не стал тратиться на второй номер – нам с Сажей хватило бы и одного, но… Пытаться сделать ребенка очередной, навязанной мне матерью, девушке, в то время как на соседней кровати спит мальчишка, – это даже для меня чересчур. Так что пришлось раскошелиться на еще одну комнату. К слову, номера в трактире оказались неплохие. Мебель крепкая, добротная, а белье за восемь дней постоя даже один раз успели сменить. Никакой живности вроде блох, клопов и прочих паразитов мною замечено не было. И, что самое главное, в комнатах было тепло. По ночам начинало уже немного подмораживать, так что теплая кровать по нынешним временам ценилась очень высоко.

Кстати, о ценах и вообще о деньгах. Вроде бы у гномов я позаимствовал денег не так уж и мало, да только путешествие по подгорным туннелям в три раза уменьшило эту сумму. Потом еще пришлось потратиться на теплую одежду, на еду и на комнаты… По моим подсчетам, финансов нам должно хватить еще где-то на месяц, а потом начнутся проблемы. Так что я был весьма озабочен поиском способа, как заработать себе и мальчишке на горячий ужин и теплую постель.

Уже не раз меня посещала мысль, что, возможно, я зря отказался от оплаты своих услуг. Но я и так себя чувствовал какой-то проституткой, а если бы еще и деньги с матери взял, то вообще перестал бы себя уважать. А так… Если забыть, что девушки, перед тем как попасть в мою постель, проходили жесткий отбор, и спал я с ними лишь потому, что меня об этом настоятельно попросили, то я довольно-таки приятно проводил время.

Договор с княгиней я исполнил уже на треть, но о каких-то результатах говорить можно будет не раньше чем через месяц. Со своей стороны я честно выполнял все условия, Лардана тоже пока следовала нашему соглашению, но это не мешало ей держать в трактире парочку соглядатаев и, не сомневаюсь, в подробностях расспрашивать моих невольных подруг о прошедшей ночи.

И все же я очень надеялся, что внуков от меня мать так и не дождется, потому что если хотя бы одна из девушек забеременеет, то не знаю, что буду делать… В Пекло становление государства вэров! Последнее, что я хотел бы для моего ребенка – это чтобы он вырос под опекой Ларданы и ее клыкастых друзей!

Как-то совершенно некстати вспомнилась Нефрит, которая пыталась убедить меня, что я несправедлив к матери… Ха! Пожалуй, сейчас я ненавидел Лардану как никогда сильно! Вот если бы она предоставила мне выбор, если бы не угрожала жизни воспитанника, то… Хотя какой смысл заниматься самообманом? Я бы никогда не согласился на предложение княгини.

В сложившейся ситуации лишь одно вселяло надежду – практически полная уверенность в том, что у меня не может быть детей. Все-таки я дожил почти до ста лет и далеко не всегда, особенно по молодости, был осторожен. За мою довольно-таки долгую жизнь никто из моих подружек даже не беременел, не говоря уже о том, чтобы рожать детей.

Но как отнесется Лардана к отрицательному результату? Подложит мне в постель еще несколько девах? Решит, что я ее обманул? Попробует отомстить за то, что я вновь порушил ее планы? Меня мать вряд ли тронет, а вот жизни Сажи вполне может грозить опасность.

Я старался держать воспитанника либо при себе, либо запирал его в комнате. Купил парню пару книг, чтобы он от скуки не страдал. Лишь каждое утро, когда солнце еще не показывалось из-за гор, выгонял мальчишку на разминку, которая плавно переходила в тренировку. Да еще разрешал вместе со мной спускаться в общий зал утром и днем – нечего здесь Саже делать ни вечером, ни тем более ночью…

За небольшим столом около лестницы на второй этаж я сидел в гордом одиночестве и цедил уже третью кружку эля. Гулящие девки и местные забияки в мою сторону даже не смотрели, еще на второй день своего пребывания здесь я объяснил и первым и вторым, что никакие услуги меня не интересуют и вообще лучше со мной не связываться.

Несмотря на то что время уже перевалило за полночь, в общем зале было многолюдно, шумно и накурено. Трактир относился к числу тех заведений, которым дозволялось работать после наступления ночи, то есть десяти часов вечера. А так как ночью выходить на улицу людям настоятельно не рекомендовалось, то народ собирался в трактире кутить до утра. Конечно, уже через пару часов люд немного разбредется. Кто-то отправится в предварительно снятую комнату, кто-то заснет прямо в общем зале на столе, а может, и под столом – где получится, а парочка захмелевших смельчаков даже решится отправиться в поход до родного дома.

В какой-то момент меня посетила мысль, что неплохо бы прогуляться. Я не человек, запрет на прогулки по ночному городу на меня не распространяется. Так почему я сижу взаперти в этом хайдашевом трактире?!

Безумно захотелось послать все в Пекло и выйти на улицу, чтобы… ну, не знаю, обойти трактир пару раз по кругу, прошвырнуться по кварталу… Но все же я стиснул зубы, сделал большой глоток из кружки и напомнил себе, что обещал как можно реже переходить дорогу вампирам, избегать встреч с представителями клыкастого племени. А значит, никаких ночных прогулок!

И желание проветриться неожиданно истаяло, ушло. Я довольно хмыкнул. Вот так-то лучше! Нечего идти на поводу у своих страстей, это до добра никого не доводило…

Вот так я и сидел, предавался невеселым размышлениям, когда заметил в толпе знакомую белобрысую шевелюру… Да быть того не может! Я же приказал парню носа не высовывать из номера, запер дверь на ключ. Но я не обознался, не ошибся – к моему столу старательно проталкивался воспитанник. Судя по раскрасневшейся физиономии, по одежде и волосам, которые явно носили следы пребывания их владельца под дождем, мальчишка только что гулял по улице. Значит, он ослушался моего приказа! Сажа покинул комнату, вышел из трактира глубокой ночью!!!

Выдеру! Как есть выдеру! Так, что он потом еще неделю на задницу сесть не сможет!

Мальчишка запыхался, тяжело дышал, и, кажется, его буквально распирали эмоции.

– Джаред!.. Там за углом… в подворотне!.. Я не поверил своим глазам, но там!..

Резко поднялся и схватил сорванца за ухо.

– Айи!!! – взвизгнул негодник и попытался вырваться. Не тут-то было.

Я потащил упирающегося, хнычущего, бормочущего какие-то путаные оправдания мальчишку вверх по лестнице.

Так, дверь в комнату Сажи все еще заперта, значит, он выбрался как-то иначе. Да что там, и так ясно – через окно! Я отпер дверь и втолкнул зареванного воспитанника в комнату. Мальчишка споткнулся, растянулся на полу. Ухо у парня побагровело и даже немного распухло… Да, похоже, я немного переусердствовал. Но ничего, малец оклемается. Может, в следующий раз думать будет, перед тем как мой приказ нарушать. Я ведь не просто так, не самодур какой-то, а о жизни и здоровье этого прохвоста беспокоюсь!

– Ты! Посмел! Ослушаться! Меня! О чем ты думал, мать твою?! – Я навис над распростертым на полу воспитанником.

– Джа-аре-ед, – испуганно проблеял малыш и хлюпнул носом, – сам не знаю, что на меня нашло. Я… это было сильнее меня. Мне так надоело сидеть взаперти…

Злость как-то сама собой испарилась, да и желание выдрать мальчишку, отвесить ему пару оплеух исчезло. Я устало опустился на колченогий стул, потер щеку, которую еще совсем недавно украшал шрам. Как никто другой я понимал парня, мне все это опротивело еще больше, чем ему. Я вздохнул и уже почти спокойно сказал:

– Сажа, ты ведь знаешь, что я не просто так запрещаю тебе выходить из трактира. Что на это есть причины. Что гулять ночью в этом городе просто нельзя.

– Знаю, – всхлипнул малец, – я… я больше не буду.

– Очень хочу в это верить. Но для начала давай ты все-таки встанешь с пола и вытрешь сопли. А то ведешь себя как капризный ребенок. Малыш! – Я позволил себе легкую усмешку.

Сажа обиженно засопел, но плакать разом прекратил. Вскочил с пола, забрался с ногами на кровать, так, что оказался аккурат напротив меня. И сейчас парень сосредоточенно, то и дело морщась, ощупывал ухо, с которым я столь немилосердно обошелся.

– Так что же такого интересного ты нашел на улице?

– А?.. О! Точно! – Сорванец тут же оставил ухо в покое. – Там Нефрит!!!

– Что?!

– Нефрит! Воровка из Танниса! Помните?

– Разумеется, помню.

– Так вот, она там! И нам нужно спешить. Нефрит очень нехорошо выглядела. – Мальчишка вскочил на ноги и бросился к двери. В нерешительности остановился, обернулся ко мне. – Ну же, Джаред!!!

– Вернись, сядь на кровать, – строго сказал я. – Молодец. Теперь рассказывай по порядку.

Сажа протяжно вздохнул, закатил глаза к потолку, а потом, то и дело сбиваясь и запинаясь, начал рассказывать:

– В общем… мне не спалось. И потом меня посетила идея… знаете, очень такая навязчивая… что неплохо бы прогуляться перед сном. Я выглянул из окна и подумал, что вполне смогу спуститься по стене, что вы моей отлучки не заметите, что вы ничего не узнаете…

– Зря.

– Я знаю, – кивнул малыш. – Но мне так хотелось прогуляться, что… в общем, я вылез в окно… На саму улицу решил не выходить, вдруг там вы… а обойти трактир переулками. Я и десяти шагов не прошел, как услышал стон, краем глаза заметил какое-то шевеление…

– И ты пошел смотреть, что же это?

– Да, знаю, что глупо! Но в тот момент мне почему-то так не казалось…Там была большая куча мусора, а в ней лежала… Джаред, клянусь, это Нефрит!

– Эрих, это просто невозможно. Нефрит погибла или попала в плен к эльфам. Она никак не могла оказаться в Лайэне. Ты ошибся, перепутал. Там, в куче мусора, валяется какая-то пьяная местная шлюха.

– Нет! Я уверен!!! Джаред, пожалуйста, сходите со мной, посмотрите, – взмолился Сажа.

Все-таки малец последние события пережил тяжелее, чем я думал. Вон даже нашу Ночную гостью в каждой встречной-поперечной девке видит. Надо быть помягче с ним.

– Ты никуда не пойдешь ночью.

– Ну сходите без меня! Я объясню, где искать. Это правда Нефрит. – Мальчишка всхлипнул. – Правда! И, по-моему, она умирает…

– Ладно, я схожу. Рассказывай, как найти твою мусорную кучу, – сдался я.

Выслушав немудреные инструкции Сажи, я еще раз строго-настрого запретил сорванцу покидать комнату, а затем спустился в общий зал трактира. Выходить на улицу, под ледяной дождь, у меня не было ни малейшего желания. И даже возникла гаденькая мыслишка выпить еще одну кружку эля, а потом вернуться в номер и сказать Саже, что он обознался, что никакой Нефрит я не нашел. Ведь какова вероятность…Тьфу! Да не единого шанса! Но все же я, как дурак, отправился искать проклятую мусорную кучу. Потому что обещал воспитаннику.

На улице была типичная для Лайэна мерзопакостная погода. Небо сплошь затянуто тучами, накрапывает мелкий противный дождик, промозглый ветер пробирает до костей. Не удивлюсь, если лужи поутру покроются льдом.

Я запахнул плащ, накинул на голову капюшон. И какого Хайдаша мне не сиделось в трактире?!

Найти нужную кучу не составило труда. Хотя бы потому, что в окрестностях трактира она была всего одна – вэры действительно неплохо следили за городом. Я бегло осмотрел помойку, и ни Ночной гостьи, ни какой-либо другой девки или мужика там не обнаружил. И уже собрался было идти обратно в трактир, когда метрах в пятидесяти от себя заметил движение.

Животное? Нет, не похоже. Скорее, человек, который передвигается ползком. Какой-нибудь местный забулдыга… Или все же?..

Не спеша я пошел к смельчаку. А кем еще надо быть, чтобы отважиться выйти на улицу ночью? Или смелым до безрассудства, или сумасшедшим.

Первое, что бросилось в глаза, – это длинная шевелюра человека. Цвет волос определенно темный, может, каштановый, может, даже грязно-рыжий… Бедняга явно хреново себя чувствует, но все равно упорно пытается куда-то ползти, хотя каждое движение дается ему с невероятным трудом. Смельчак одет не по погоде легко. Одежка ему сильно велика, да и покрой у тряпок довольно-таки странный, скорее всего, эльфийский. На поясе у бедолаги висят короткие клинки, подозрительно напоминающие с’кааши…

Твою мать! Неужели?!

Не помню, как преодолел последний десяток шагов. И вот я уже стою перед человеком на коленях, пытаюсь перевернуть его на спину. Он тяжело стонет, что-то хрипит, пытается сопротивляться. Но куда ему!

Я опрокинул беднягу на спину и увидел перед собой до боли знакомое, бледное лицо.

Нефрит!!!

– Но как?! Здесь?! Откуда?!

Девчонка меня явно не слышала, не понимала и не узнавала. Сажа прав – Нефрит очень плоха. На ощупь воровка ледяная, и с каждой секундой пребывания под дождем из нее по капле утекала жизнь.

Я закутал девушку в свой плащ, легко подхватил на руки и устремился к трактиру.

Неважно, как оказалась здесь Нефрит. Ответы на эти вопросы можно будет получить и потом, если, конечно, это самое «потом» у нашей Ночной гостьи будет.

В трактир я ворвался через черный ход. Это было быстрее, чем проталкиваться через битком набитый общий зал. К тому же так был шанс, что о моей находке Лардана узнает чуть позже.

По дороге я удачно столкнулся со слугой, который спешил на кухню с горой грязной посуды.

– Ты! Чайник с кипятком в пятнадцатый номер. Быстро!

– Э-э-э… я… – Паршивец явно не горел желанием куда-то там бежать.

– Если уложишься в пять минут, то получишь щедрые чаевые!

– Будет сделано!

– Стой! Это еще не все. Организуй в тот же номер горячую ванну. Нет, теплую! Но мне потребуется еще одно ведро с горячей водой. Я хорошо заплачу. Ну же, быстрее!

Я взлетел по лестнице на второй этаж, ворвался в комнату Сажи. Мальчишка при виде меня радостно вскочил.

– Джаред, видите, я был прав! Я же говорил!..

Осторожно опустил свою ношу на кровать. Нефрит находилась в полубессознательном состоянии. Глаза открыты, время от времени она дергалась, стонала, что-то бормотала, девчонка явно не понимала, где находится и что с ней. Налицо сильное переохлаждение, возможно, даже частичное обморожение.

– Лучше бы ты ошибался… Дуй в мой номер, тащи оттуда одеяла и всю теплую одежду, которую только найдешь. И мою сумку захвати. Там остались травы, которыми я тебя отпаивал. Чего встал? Быстро!

Медленно я стащил с Нефрит огромные, явно мужские, эльфийские сапоги. Осторожно размотал жесткие, ледяные портянки. На пол посыпались разноцветные камушки, золотые побрякушки… Одного взгляда на это добро хватило, чтобы понять, о деньгах в ближайшее время можно не беспокоиться. Если Нефрит выживет, то, без сомнения, с радостью поделится со мной своим капиталом, если же нет, то, кроме меня, наследовать это небольшое состояние будет просто некому.

Затем я принялся высвобождать девчонку из заскорузлых штанов, куртки, рубашки… По мере того, как я раздевал девушку, кучка ценных безделушек росла. Теперь улов нашей Ночной гостьи у меня уже язык не поворачивался назвать небольшим.

Быстро осмотрел девушку. Нефрит определенно сильно замерзла, но явных следов обморожения я не нашел, как и никаких ран, ссадин, переломов и прочего. Выкарабкается. Должна выкарабкаться!

В комнату влетел Сажа с охапкой теплой одежды и одеял. При виде обнаженной девушки он выронил груду тряпок из рук. Лицо и шея воспитанника пошли красными пятнами, а его левое ухо сравнялось по цвету с правым, то есть стало густо-малиновым. Мальчишка быстро развернулся к нам спиной.

– Джаред, зачем?..

– Затем, что нужно было избавить нашу знакомую от холодной, мокрой, а местами даже покрытой льдом одежды, – сказал я, тщательно укутывая Нефрит в одеяла.

Твою мать, где этот проклятущий слуга?! Что, разве долго чайник воды нагреть?

Я уже собирался отправиться на кухню сам, когда в дверь осторожно постучали.

– Открой! – бросил я мальчишке, сам тем временем растирая, разминая ледяные ступни Нефрит.

За дверью оказался слуга с подносом, на котором были дымящийся чайник и пара кружек. Что ж, будем считать, что в этот раз бездельнику повезло. Потому как если бы я спустился на кухню, то слуге точно бы не поздоровилось. Кажется, человек все прочитал на моем лице, потому что он задрожал, пропищал: «Извините, что так долго» – и пообещал, что ванна будет «ну прям совсем скоро». Кучку поблескивающих при свете свечей драгоценностей бездельник не увидел, я предусмотрительно прикрыл ее одеждой Нефрит.

Прямо в чайник я высыпал содержимое пакетиков с травами. Добавил по нескольку капель из пары склянок с целебными эликсирами. Тщательно перемешал получившуюся смесь. Теперь ей нужно минуты три завариться, настояться, а там и пить можно будет.

Подошел к кровати, мальчишка старательно и вместе с тем очень бережно растирал конечности Нефрит.

Хм, похоже, все наши усилия не прошли даром. У Нефрит немного улучшился цвет лица, кажется, девчонка начала понемногу согреваться. Я наклонился, прислушался, дышала девчонка тихо, медленно – спала. Что ж, придется будить. Налил из чайника полчашки настоя, подул немного, чтобы остудить. Присел на кровать рядом с Нефрит, приподнял ее голову, легонько потормошил, пытаясь привести в чувство. Без толку.

– Нефрит! Проснись!!!

Все так же ноль реакции. Девчонка спала, и сон ее сложно было назвать здоровым.

Я наклонился еще ниже и коснулся губами ледяных губ девушки. Одновременно пытаясь и согреть Нефрит, и разбудить, и… сам не знаю, почему выбрал такой способ. Через некоторое время я почувствовал, как дыхание полуэльфийки участилось. Я нехотя оторвался от девушки.

Ресницы воровки затрепетали, и Нефрит распахнула глаза. Удивленно воззрилась на меня.

– Джаред?! – тихо прохрипела девчонка.

– Он самый, – улыбнулся я.

– Но… Как?!

– Мне тоже интересно. Поговорить у нас будет время. Позже. А пока тебя надо лечить.

Я влил в Нефрит две чашки настоя. А к тому времени и ванна подоспела.

– Сажа, быстро марш спать в мою комнату! – распорядился я.

– Но как же…

– Ты хочешь посмотреть, как Нефрит будет принимать ванну?

– Нет!.. Нефрит, извини!.. В общем, спокойной ночи, – промямлил сорванец и быстро ретировался.

Вот так-то лучше! Саже давно спать пора.

Я выпутал Нефрит из кокона тряпок, лишь на голове оставил тюрбан из полотенец. Подхватил обнаженную девушку на руки, с удовлетворением заметив, что кожа полуэльфийки больше не была ледяной, и медленно опустил в ванну.

– Как? Нормально?

– Да, – слабо улыбнулась девушка. – Можно даже воду сделать чуть-чуть погорячее.

Я подлил немного горячей воды.

– Уже лучше.

Опустился на пол напротив девушки.

– Говорить можешь?

– Как видишь… точнее, слышишь. А вот думать не особо.

И это хорошо. Я предпочел бы получить ответы на свои вопросы, пока Нефрит не придумала очередную изощренную ложь.

– Скажи, как ты оказалась в Лайэне? Как такое, вообще, возможно? И только не говори, что понятия не имеешь. Не поверю.

– Телепорт.

– Что?!

– Если коротко, то я уговорила своего хозяина меня отпустить, немного поделиться одеждой и дать денег на дорогу. Так я и оказалась в Лаэйне… А тут темно, жутко холодно, да еще этот хайдашев дождь. Какое-то время я плутала по улицам, пыталась найти какой-нибудь постоялый двор, трактир, гостиницу, ну хоть что-нибудь. Но везде было закрыто… Потом я очнулась уже здесь.

– И лоэл’ли вот так просто тебя отпустили? Полукровку? И денег дали? Да еще не просто на улицу выкинули, а телепортом отправили в Лайэн?.. Не верю.

– Но это правда, – устало пожала плечами Нефрит. – И потом, ты же знаешь, я могу быть очень убедительной.

– О да, мне это известно, – протянул я. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, куда Ночная гостья клонит.

– Если тебе интересно, то я с ним не спала.

– Вот как?..

– Я спасла ему жизнь, он отплатил мне тем же. Все. Точка.

Поверил ли я? Не знаю. Не похоже, что Нефрит сейчас мне врала. А вот говорила ли она всю правду?.. Но давить на девушку я не стал. Захочет, сама потом расскажет, ну или я сам как-нибудь правду выведаю.

Мы еще некоторое время поговорили, я коротко поведал о своих злоключениях, о том, как добрался до Лайэна и обосновался здесь. Нефрит немного рассказала о том, как она жила среди эльфов. Поделились мы и последними новостями о войне…

Во время разговора я не забывал понемногу подливать в ванну горячую воду. Так что к концу нашей беседы Нефрит уже совсем согрелась и, разумеется, опять начала клевать носом.

Я вынул девушку из ванны, тщательно вытер и отнес на кровать. Опять укутал в одеяла.

– Джаред, – тихо, уже засыпая, прошептала девушка, – я рада, что ты и Эрих спаслись… А еще, я никому не рассказывала о тебе… – Глаза Нефрит закрылись, она заснула.

Присел на кровать рядом со своей находкой. Я не знал, что делать. Что думать.

Да, обдумать все случившееся мне определенно стоило.

С одной стороны, я был рад, что Нефрит выжила и не потеряла себя, не стала дэйш’ли. И я хотел верить Ночной гостье несмотря на то, что ее история была поистине невероятна, полна каких-то немыслимых совпадений. Взять, к примеру, хотя бы то, что Нефрит оказалась в мусорной куче около трактира, в котором я остановился!.. А еще я надеялся, что воровка действительно никому не рассказала обо мне.

Но с другой стороны… Еще тогда, на корабле, я собирался Нефрит убить. Правда, под конец путешествия это желание постепенно сошло на нет, и я стал изыскивать варианты, как сохранить воровке жизнь. Хотя и понимал, что раз девчонка знает мою тайну, то ей придется умереть…

Только сейчас мы не в Таннисе и даже не в Вольгороде, а в Лайэне, где в тайну моего происхождения посвящено как минимум четыре десятка вэров и еще неизвестно сколько людей. А Нефрит – умная, хитрая зараза, она не будет трепать языком.

Решено! Я не для того вытаскивал Нефрит, чтобы придушить во сне. Буду внимательно наблюдать за ней, следить за каждым ее шагом, жестом, словом… Да, работенки у меня определенно прибавится! Но все-таки Нефрит будет жить. А там… там посмотрим.

Отступление третье

– Я ошиблась. Опять, – горько произнесла Арелина.

– Ты не можешь знать все, – сказал Олиани.

– В том-то и дело, что не могу, но должна. Именно на моем знании основываются все наши планы. Это наше главное преимущество. Наш крохотный шанс выжить.

– Арелина…

– Не утешай меня, дорогой, – грустно улыбнулась владычица эйсин. – Кем я буду, если перестану признавать свои ошибки? А я допустила пугающую небрежность, некомпетентность, если хочешь. Я слишком привыкла полагаться на свои сны, видения… Невозможно увидеть будущее хотя бы потому, что оно все время меняется. Но можно рассмотреть различные вариации грядущего, то, что может сбыться с разной степенью вероятности. Беда в том, что увидеть абсолютно все варианты будущего тоже невозможно, не говоря уже о том, чтобы проанализировать их. Маловероятные варианты развития событий я всегда отсекала, оставляла без внимания. И вот к чему это нас привело… За последнее время я ошиблась как минимум дважды. Первый раз – когда Эрайна чуть не отравили. Рийна тогда еще не успела выкрасть Кристалл Мироздания, так что, если бы покушение удалось, мы бы не только потеряли малышку, но и возможность без лишнего шума заполучить кулон. Второй раз – сейчас. Да, был небольшой шанс, что принц телепортирует Рийну в Таннис, но все указывало на то, что он отправит малышку в Лайэн. Притом не в сам город, а к развалинам княжеского замка. Но этот лоэльский мальчишка почему-то решил закинуть Рийну в горы.

– Ты сама говорила, что поступки лоэл’ли сложно предсказать, потому что у них хранится один из кристаллов.

– Да, – вздохнула рэйа, – мои сны, которые так или иначе касаются столицы Таэн Лаэссэ, всегда размыты, путанны и туманны. А когда Рийна взяла кристалл в руки, мне стало невероятно трудно отслеживать линию ее судьбы… Только это все равно не оправдывает меня.

Арелина подняла глаза на своего младшего мужа, впервые за время беседы встретилась с ним взглядом.

– После того как Рийна выдворила Ррэко из своей головы… Да, Олиани, не удивляйся, малышка оказалась неожиданно сильна… Так вот, лиен перестал быть нашими глазами и ушами в лоэльском дворце. Я почувствовала, как открылся портал, смогла уловить вектор телепорта, который указывал на окрестности Лайэна… И вполне закономерно подумала, что малышка на свободе. Отправила на поиски Тарлима, чтобы он проследил за безопасностью Рийны, постарался свести ее с Джаредом, а сама унеслась на границу к тебе.

– Это я позвал тебя. Так что не ты одна виновата.

– Нет, дорогой, – покачала головой рэйа и положила тонкую, изящную руку на плечо супруга, как бы невзначай коснувшись голубовато-серой косы Олиани.

Так уж получилось, что к своему младшему мужу Арелина испытывала более теплые чувства, чем к Итэрлену. В первый раз рэйа вышла замуж под давлением ряда обстоятельств, но при этом нельзя сказать, что брак вышел несчастливым. Нет, Арелина и Итэрлен безмерно уважали друг друга, опять-таки за столько лет сформировалась стойкая привязанность. К тому же именно первый муж был отцом единственного сына рэйи.

И все же последнюю пару тысяч лет в минуты смятения, душевного беспокойства Арелина искала утешения именно в объятиях младшего мужа. И абсолютно неважно, что Олиани в два раза младше самой рэйи, что он почти ровесник ее сына.

– Я отпустила своего лиена поохотиться в горы. У Ррэко не было возможности со мной быстро связаться, так что ему пришлось…

– Лина, не изводи себя, все обошлось. А впредь мы постараемся не допустить ошибок.

– Да, постараемся, – кивнула рэйа, а потом тихо рассмеялась: – Оли, видел бы ты, какую истерику закатил Ррэко! Лиен рычал, шипел, так скреб когтями по полу, что оставил несколько весьма примечательных царапин. Кажется, он сильно привязался к Рийне.

– Иначе и быть не могло. Они теперь связаны, и это изменить может лишь смерть одного из них.

– Знаю, я сама настояла на этом. А вы с Итэрленом еще не верили, что удастся связать малышку и лиена… Теперь же Рийна и Ррэко познакомились лично.

– Тебя это беспокоит? То, что Рийне известно, кто ее компаньон.

– Малышка знает лишь, что Ррэко – это… огромная говорящая кошка, – усмехнулась Арелина. – Рийна девушка образованная и начитанная, да только вряд ли в Таннисе сохранилась хотя бы одна книга, в которой рассказывалось бы, кто такие лиены.

– Но в Лайэне знатоки могут найтись.

– Это уже неважно. К тому же не думаю, что малышка будет распространяться на тему ее таинственного друга. А Ррэко… Он поступил единственно верным способом, ведь тогда нужно было действовать быстро, а я находилась далеко и никак не могла помочь.

– Рийна сильно злится?

– Ты даже представить не можешь насколько.

– И что ты будешь делать теперь?

– Теперь?

– Когда планируешь привести Рийну и Джареда в Алрэйну?

– Сейчас я не хочу спешить. Пусть малышка немного остынет, придет в себя, отдохнет. Она это заслужила. Джареду немного отдыха тоже не помешает. Пока время есть. Месяц, может, даже полтора. А вот потом им будет уже не до отдыха.

Глава 16

Эрайн Элиар-Тиани

5 – 10-й день Карэль-лин 223 года от О. В.

Миновал почти месяц с тех пор, как я телепортировал Ри в окрестности Лайэна. Но иногда мне казалось, что прошло гораздо больше времени – жизнь превратилась в утомительную череду дней, наполненных тоскливым монотонным существованием. Виной тому было не только исчезновение Ри. Хотя, без сомнения, она вносила в мою жизнь разнообразие, с ней было интересно, да и вообще полукровка многое изменила. И во мне, и вокруг меня.

После того как отправил Ри в горы, я пару дней практически не вставал с постели. Это сначала я в истерике метался по этажу, у меня были силы, чтобы ругаться с Тэлианом, но всего через полчаса на меня обрушился откат.

И если физически мое состояние нормализовалось довольно быстро, то даже слабые магические воздействия мне были недоступны десять дней.

Наверное, если бы я тогда сумел раздобыть еще один амулет, если бы у меня хватило сил им воспользоваться, то я бы умер от истощения. Повезло, что на лестнице я столкнулся с Тэлианом – брат сумел охладить мой пыл. Да и сам я быстро понял, что девушке не помогу, а, наоборот, стану обузой. Что дикарка, не мешкая, столкнет меня в пропасть, ведь я проклятущий лоэл’ли…

Когда я активировал Амулет Иракэны, то знал, что бесследно это для меня не пройдет, что меня ждет куча выговоров, упреков и наказаний. Но в тот момент я и подумать не мог, что фактически стал предателем. Что если бы не мое высокое положение, то меня бы отправили в Изгнание.

Если смотреть с точки зрения таэ Луорена, то я преступил ряд лоэльских законов. Во-первых, увлекся дикой полукровкой. И как бы я это ни отрицал, ни говорил, что моими действиями руководило банальное чувство справедливости, благодарность к ора дэйш’ли за спасение жизни – кажется, это никого не убедило. То есть в глазах моих родственников и некоторых других допущенных к этой истории лоэл’ли я стал Отступником. Во-вторых, я зашел так далеко, что помог избежать дикарке Инкубатора. В-третьих, отдал получеловечке свои с’кааши.

Ну а самое главное – я использовал для побега девчонки телепортационный артефакт. Амулет Иракэны – громадная редкость, на данный момент существует лишь двадцать подобных артефактов, и в ближайшее время их число вряд ли сильно возрастет, ведь на создание каждого амулета уходит около трех десятков лет. А я практически выкинул такую ценнейшую вещь!.. Мало того, само существование Амулета Иракэны является государственной тайной. И если даже сломанный, неработающий артефакт попадет в руки к магически одаренному существу, то секрет перемещения в пространстве может быть раскрыт.

Разумеется, амулет пробовали искать, но поиски ни к каким положительным результатам не привели. Все указывало на то, что Ри послушалась меня и полностью вывела артефакт из строя. Я же упорно молчал о том, куда закинул девчонку. Даже несмотря на то, что понимал – без маяка Ри просто невозможно отыскать в Велайских горах. Да и не сунутся туда лоэл’ли, ведь это территория условно нейтрального Одр Крапа, а для того, чтобы добраться до гор гномов, надо преодолеть не одну тысячу километров, в том числе пересечь и линию фронта, и земли ургов.

Ситуация еще больше усугубилась, когда смотритель музея обнаружил пропажу одной из регалий Империи Алрин. Произошло это через шесть дней после исчезновения Ри, и сначала эти два события никто не связал. Но потом Ареин обратил внимание моих родственников на странности, которые с самого начала окружали беглую ора дэйш’ли. Лоэл’ли даже высказал предположение, что полукровка могла не случайно оказаться во дворце, что, возможно, Ри была вражеским агентом. Конечно, ему никто не поверил, слишком это было невероятно, да и никакой особой ценности пропавшая регалия не представляла. Но все-таки мысль о причастности дикарки к ограблению музея окончательно сбрасывать со счетов не стали, и мне пришлось выдержать еще один утомительный допрос.

Если бы Ареин знал о Ри хотя бы половину того, что известно мне, то он бы ни секунды не сомневался, что именно дикарка украла регалию. Но я просто не верил, что Ри во всем этом может быть замешана. Нет, кто угодно, но только не она!..

Все это привело к тому, что вот уже без малого месяц я находился под домашним арестом. Меня лишили всех привилегий и развлечений, отобрали всех дайрэн, а взамен дали одного-единственного раба. Из кабинета вывезли все книги, оружие, картины, все то, что имело хотя бы какое-то отношение к людям. А единственной моей обязанностью стало еженощное посещение спальни супруги.

Да, последний этаж башни стал для меня тюрьмой, и сколько еще продлится заточение, я даже боялся предположить. Круг моих посетителей также был ограничен – только ближайшие родственники и несколько доверенных лоэл’ли отца.

По словам Ареина, такое ограничение свободы являлось не только наказанием за мои проступки, но и должно было обезопасить меня от дальнейших покушений. Отравителя все еще не нашли, насколько я знал, у сыскарей отца не было даже предположений о том, кто мог желать моей смерти. Версия Ареина о причастности к этой истории главнокомандующего Эсриана Амирин-Саурэ пока никаких подтверждений не получила… Так или иначе, но на меня не было предпринято больше ни одного покушения. То ли недоброжелатель передумал меня убивать, то ли решил на время затаиться, то ли просто не имел возможности до меня добраться…

Весь прошедший месяц мысли о Ри не давали мне покоя. С каждым днем, с каждым часом я все больше и больше волновался за девушку. Как она там? Что с ней? Жива ли? Умирает от холода? Или лежит со сломанной ногой на дне ущелья?.. Маячок, прикрепленный к с’каашам, упорно убеждал меня, что новый владелец оружия жив. Да и я умом понимал, что если Ри как-то продержалась первые дни, то сейчас с ней все должно быть в порядке, ну, в той или иной степени. Только я знал, что магия не такая уж и точная наука, особенно применительно к данному случаю. Я не мог быть полностью уверен, что Ри не отдала с’кааши кому-то другому, или оружие не отобрали у нее силой. Мои клинки могли лежать в берлоге какой-нибудь горной твари среди груды обглоданных костей… В конце концов, я мог просто немного ошибиться с плетением!

Девчонка даже снилась мне почти каждую ночь. То я видел, как она умирает, и просыпался в холодном поту посреди ночи. То меня посещали совсем другие сны. Как я ласкаю ее тело, покрываю поцелуями, а она тихо стонет в ответ, шепчет мое имя… После таких снов я тоже просыпался в поту. И право, я не знал, какое из этих сновидений мучительней.

Мне понадобилось целых полмесяца, чтобы осознать то, что уже давно поняли отец, старший брат и Ареин… – я влюбился. Глупо. Безнадежно. Как последний дурак. И произошло это не вчера и даже не месяц назад, а еще во время нашего путешествия из Танниса в Талрэй. Маленькая дикарка каким-то неведомым образом нашла дорогу к моему сердцу.

Я пытался разобраться в себе, понять, как же дошел до жизни такой, и что, аррито хэт, нашел в какой-то там ора дэйш’ли. Да, у Ри была симпатичная мордашка и весьма ладная фигурка, она оказалась интересным собеседником, к тому же девушку окутывал ореол тайны… Но все же! Я принц, а она лишь рабыня!!! Вещь! Игрушка!.. Только никакие увещевания не помогали, я прекрасно понимал, что пропал.

Смешно. У меня было много женщин, уже лет тридцать как я перестал считать любовниц. Но никого я не желал так сильно, как Ри. И уж точно никто и никогда мне не отказывал! Дэйш’ли сами рады лечь в мою постель, а лоэл’лины… Эльфийками я сильно не увлекался. Все мои немногочисленные ровесницы были замужем, растили детей. На девушек, которые еще не отметили Второе совершеннолетие, я старался не заглядываться – чревато. Эльфийек постарше в последнее время я и вовсе избегал, все они пытались извлечь из общения со мной выгоду…

Вот и получалось, что дэйш’ли были послушные, мягкие как воск, лоэл’лины холодные и расчетливые. А Ри была живым огнем! Право, пообщавшись с дикой полукровкой, я стал лучше понимать Отступников… В каком-то роде сам стал им.

Справедливости ради стоит сказать, что я не распознал захватившее меня чувство потому, что раньше никого не любил, не испытывал даже сотой доли эмоций, таких чувств, как сейчас к Ри.

Я стал вспыльчивым и раздражительным. Неудивительно, ведь ночами я не спал, а днем сходил с ума от беспокойства и тоски. Пытался как-то сдерживать эмоции, но все равно время от времени срывал злость на слуге, на Миэне, на других посетителях, даже на сестре… Хотя Миэна – это отдельный разговор. Когда видел ее, то во мне все переворачивалось, а посещение спальни супруги стало тяжкой повинностью.

В конце концов я нашел выход. Сначала идея показалась мне безумной, обреченной на провал и даже смертельно опасной. Но потом я пришел к выводу, что это единственный вариант, если только не хочу лишиться рассудка… Я должен сбежать и найти Ри!

Подготовка к побегу заняла несколько дней. Я не спешил, так как знал, что от того, насколько буду готов к путешествию, зависит многое. Лишний день-два сейчас роли не играли – если Ри жива, то подождет еще немного времени, а если же она умерла… Нет, не думать об этом. Не думать!!!

Самая главная проблема заключалась в том – где раздобыть еще один Амулет Иракэны.

Разумеется, в Лайэн я собирался телепортироваться. Добираться своим ходом от Талрэя до Велайских гор пришлось бы пару месяцев. А я этаж не мог покинуть, не говоря уже о том, чтобы выбраться из дворца и из столицы. Ну а даже если бы мне это удалось, то до Лайэна я бы все равно не добрался. Здесь, в Талрэе, легко забыть, что идет война. И пусть линия фронта за последний месяц практически не изменилась – урги пока не спешили форсировать реки, по которым пролегла новая граница между нашими государствами, – но дороги забиты солдатами и обозами, повсюду ищут вражеских разведчиков и диверсантов. Так что телепорт – единственный выход.

Только вот беда, Амулета Иракэны у меня больше не было. Я знал, что когда-нибудь мне вручат новый артефакт, ведь я все еще принадлежал к королевскому роду. Но произойдет это не раньше, чем я заслужу прощение и доверие отца, или же в том случае, если орды ургов окружат Талрэй. По моему мнению, не одно из этих событий не могло произойти в обозримом будущем.

После некоторых размышлений я пришел к выводу, что у меня есть только два варианта. Либо попросить артефакт у Лэйаны, либо украсть у Миэны.

Вариант с Лэей после некоторых раздумий я отклонил. Вовсе не потому, что сестренка меня могла выдать. Нет, я боялся, что Лэйана захочет сбежать вместе со мной. Все-таки у нее скоро свадьба – мероприятие, которого сестра безумно боялась и всеми возможными способами пыталась избежать. Я знал, что нехорошо бросать Лэю в такой сложный момент, но больше медлить тоже не мог – и так слишком долго ждал.

Значит, выхода нет, придется позаимствовать Амулет Иракэны у супруги. И хотя мне претила мысль, что телепортационный артефакт придется украсть, но иных возможностей я не видел.

Решение было принято, и я приступил к претворению своего плана в жизнь.

Днем я разрабатывал плетение, призванное запутать мои следы. Телепорт – изобретение, без сомнения, ценное, но в течение нескольких часов после перехода остаются следы, по которым можно снять информацию, куда именно вел портал. После того как отправил Ри в Велайские горы, я все подчистил (это совсем несложно было сделать), так что отследить телепорт никому не удалось. А прикрыть меня было некому… Все-таки я очень неплохой маг, что бы там ни говорили дядя с отцом, мне удалось сделать практически невозможное – разработать плетение, которое полностью стирало остаточные следы портала за какой-то час. Конечно, оставался риск, что мое исчезновение обнаружат раньше времени, но сейчас это было уже из области невероятного. Ну не может мне вот так не повезти!

Нашлось применение и моему таланту артефактора. Один совсем простенький кулончик я настроил так, чтобы сделать его вместилищем силы. На этот раз я ничего не изобретал – принцип создания таких артефактов был широко известен, хотя и не пользовался популярностью. Большая часть силы, которую я скидывал в кулон, без следа рассеивалась, да и те крохи, что оказывались в артефакте довольно-таки быстро таяли. Хранить силу в подобного рода артефакте, все равно что носить воду в решете – если что до места назначения и донесешь, то это будут жалкие капли. Но даже эти крохи, после того как окажусь в Велайских горах, будут для меня бесценны. Артефакт вольет в меня немного жизненных сил, а значит, у меня будет хотя бы пара часов, прежде чем я упаду в обморок от усталости.

Занимался я подготовкой к побегу и более материальных вещей. В памяти все еще живы были слова Ри о том, что она легко опознала во мне эльфа из-за высокого роста и одежды. И если стать ниже я никак не мог, то подготовить себе менее приметное облачение вполне. Для начала я отобрал самую простую и между тем теплую одежду. Затем уничтожил всю вышивку и аппликации из драгоценных камней, искусственно немного состарил тряпки, даже кое-где порвал. Раньше я бы такую одежку никогда не надел, но, погуляв немного по вольному городу, я понимал, что даже сейчас эти тряпки – по меркам людей – слишком хороши. Если кто-нибудь увидит меня при свете дня, то маскарад будет тут же раскрыт.

По ночам мне теперь тоже было чем заняться – я изучал защиту Миэны. Супругу я планировал усыпить. Попытка у меня всего одна. Если не справлюсь, если эльфийка успеет позвать отца, то о побеге можно будет забыть.

Сама по себе Миэна была весьма посредственной магичкой. Если каких успехов эта лоэл’лина и достигла, то разве что в целительстве. Другие разделы магии супругу не интересовали. Но защита на девушке стояла весьма неплохая, за авторством моего дяди. Только после пяти бессонных ночей, которые я убил на изучение окутывающих жену защитных плетений, я был уверен, что смогу усыпить Миэну так, что ни одна ниточка силы тревожно не зазвенит.

К телепортационному артефакту, который эльфийка никогда не снимала, я тоже внимательно приглядывался. К счастью, на амулете я не обнаружил ни меток, ни маячков.

И вот настал долгожданный день, точнее – ночь. Сегодня, по недавно заведенной традиции, я ужинал у супруги. За столом эльфийка беспрестанно болтала, рассказывала последние сплетни, новости. Я же, как обычно, был молчалив, лишь изредка огрызался, бросал какие-то ничего не значащие фразы. Щебетание жены я большей частью пропускал мимо ушей, а сам тем временем осторожно распутывал защитный кокон Миэны. С работой я управился в срок: когда пришло время встать из-за стола и переместиться в спальню, в защите эльфийки красовалась довольно-таки внушительная брешь. Можно было ударить прямо сейчас, но я решил не рисковать, подождать более удобного момента…

Уставшая, но очень довольная, Миэна откинулась на подушки. Затем передумала, подползла ко мне ящеркой. Собственнически закинула на меня ногу, положила голову на грудь.

– Знаешь, подружки мне завидуют, – сонно пробормотала девушка.

Я уже приготовился обратить на жену сонное плетение, но передумал.

– Почему?

– Ну, как же, ты ведь т’раэн. – По голосу чувствовалось, что Миэна улыбается. – Так что и я теперь стала т’раэни.

– Ты и раньше принадлежала к королевской семье.

– Да, но… понимаешь, – Миэна подняла голову и посмотрела на меня лучистыми изумрудными глазами, – все считали, что наш брак сугубо династический, что он не принесет мне счастья. Но сейчас я знаю, что они ошибались, что между нами возможно нечто большее…

Не медля больше, я накинул на супругу сонное плетение. На долю секунды в глазах супруги мелькнуло удивление, а потом веки опустились, и голова эльфийки упала мне на грудь. Я осторожно выбрался из-под девушки, снял с шеи Миэны телепортационный артефакт. И когда укутывал спящую лоэл’лину теплым пледом, я, не удержавшись, прошептал:

– Это ты ошиблась. Между нами никогда не было и не будет ничего большего.

Я усыпил двух рабынь Миэны, затем вернулся в свои апартаменты и отправил в сонное царство своего единственного слугу… Готово! Время за полночь, все возможные свидетели нейтрализованы, так что мое исчезновение не обнаружат до утра или, что более вероятно, до полудня.

Быстро переоделся, рассовал по потайным карманам драгоценности, прикрепил к поясу ножны с латарой и кинжалом. Надел плащ… И пусть покрой плаща, как и прежде, был эльфийским, но зато глубокий капюшон надежно скрывал мои волосы, острые уши и бросал тень на нижнюю половину лица, а длинные рукава плаща прятали нечеловечески узкие кисти рук… Я закинул за спину небольшой дорожный мешок, в котором кроме фляги с водой и одеяла лежали кое-какие мелочи.

Сжал в руке Амулет Иракэны и мысленно потянулся к маячку, навешенному на с’кааши Ри. Так, координаты есть. Затем сбил точку выхода на пару десятков элай. Совершать недавнюю ошибку и открывать портал далеко от цели я не собирался, свалиться прямо на голову Ри мне тоже не хотелось – неизвестно, как девушка отреагирует на мое появление. Я планировал оказаться от цели всего в паре минут ходьбы. Остается надеяться, что мое появление посреди Лайэна – а координаты указывали на то, что новый хозяин с’каашей уже давно добрался до города, – пройдет незамеченным. В конце концов, в долине озера Лайа сейчас глубокая ночь.

Я резко выдохнул и активировал телепорт. В тот же миг пол ушел из-под ног, меня накрыло странное ощущение невесомости, внутренности скрутило в тугой комок, к горлу подступила тошнота… А потом все закончилось. Я почувствовал под ногами твердь, невольно пошатнулся, сделал шаг назад… и облокотился на… Кажется, это была стена дома. Порыв ветра швырнул в лицо ворох колючих снежинок, и это окончательно привело меня в чувство. Зябко передернул плечами: как же здесь холодно!

Медленно, осторожно я осматривался. Телепорт выбросил меня в какой-то подворотне. Под ногами старая, щербатая брусчатка. Стены каменных трехэтажных домов образуют узкий коридор. Похоже, для местных жителей данная подворотня служит чем-то вроде общественного туалета, во всяком случае, запашок здесь стоит характерный. Я раздраженно поморщился. В который раз убеждаюсь, что свиньи и то более чистоплотные животные, чем люди… И тут же одернул себя – нечего гневить Творца! Из портала я вышел удачно, кажется, мое появление никто не заметил. А вот если бы точка выхода оказалась на несколько элай севернее, то я бы появился на освещенной, полной праздношатающегося народа улице. И чего это людям не спится в столь поздний час? Слишком много народа для трех часов ночи!

Я проверил прикрепленный к с’каашам маячок – да, все правильно, цель совсем близко. Затем проанализировал собственное состояние. Как я и думал, магия мне сейчас недоступна, максимум смогу активизировать какой-нибудь слабенький артефакт. С физическими силами тоже плоховато. На меня волнами накатывала усталость, слабость, хотелось сползти вниз по стене и свернуться в клубок прямо в снежном сугробе… Встряхнул головой, прогоняя сонливость, затем активизировал артефакт с крохами силы – сразу полегчало. Слабость, конечно, никуда не делась, но теперь я хотя бы не боялся, что в самый неподходящий момент лишусь сознания… Артефакт дал мне лишь небольшую отсрочку – пару часов, может, чуть больше, а потом силы окончательно покинут меня. Так что нужно за оставшееся время найти Ри.

Чуть пошатываясь, я направился к выходу из подворотни. Кто бы знал, как тяжело давался каждый шаг, как хотелось опереться на стену, но я не мог себе этого позволить. Люди – они как шакалы, если заметят хотя бы малейшую слабость, то разорвут меня на куски.

Перед выходом на улицу я чуть было не споткнулся о тело какого-то пьянчуги. Или это был уже хладный труп? Не знаю.

Я ненадолго замер, пораженно рассматривая улицу. Похоже, этой ночью в городе был какой-то праздник. Странно, я немало читал про Лайэн, но о подобном ночном гулянии в книгах ни слова не было.

На улицах было установлено множество ярко раскрашенных шатров. Через каждую пару десятков элай горели костры, стояли столы с каким-то объедками, валялись бочонки с вином. Часть людей вповалку дремали на широких деревянных скамьях, устланных шкурами (кажется, местных жителей нисколько не беспокоили ни мороз, ни легкая метель), другие, пошатываясь, бродили по улице, третьи продолжали жадно набивать желудок выпивкой и едой, судя по всему, шатры тоже не пустовали… Разумеется, все это действо происходило отнюдь не в тишине. Одни пьяницы горланили похабные песни, другие переругивались, третьи оглушительно храпели. Музыканты, собравшиеся на ближайшем перекрестке, наяривали на плохо настроенных инструментах. Там же собралась наиболее трезвая часть жителей, которая вроде как пыталась танцевать. Под ногами у людей крутились многочисленные кошки, собаки, крысы, птицы – у них тоже сегодня был праздник…

Некоторые лайэнцы прямо на улице предавались распутству с раскрасневшимися от выпивки и легкого мороза существами женского пола – обозвать этих человечек иначе у меня язык не поворачивался. Большинство этих женщин были отнюдь не молоды и дурны собой.

Вдруг, слева от себя, я заметил какое-то движение. Тощий оборванный мальчишка склонился над одним из спящих горожан. Через несколько секунд человеческий детеныш выпрямился, испуганно оглядываясь и что-то старательно пряча за пазуху. Его взгляд скользнул по мне, мальчишка напрягся, замер на пару секунд, будто раздумывая – избавиться от добычи или нет. Наконец решение было принято, воришка развернулся и быстро зашагал по улице, с самым непринужденным видом насвистывая какой-то фривольный мотивчик… Но далеко человечек не ушел. Из соседней подворотни к нему метнулась черная тень и утащила тонко взвизгнувшего мальчишку.

Я зябко передернул плечами.

Ничего не понимаю!

Кто напал на воришку? Какой-нибудь представитель местной нежити? Но тогда почему тень набросилась именно на этого горожанина? Конкурент или стражник? Слишком быстро двигалась тень для человека… Ладно, потом разберусь. Сейчас главное – найти Ри.

Улица представлялась мне ревущим горным потоком. Я чувствовал необычную, несвойственную мне робость. Казалось, что следующий шаг будет последним, что потом пути назад уже не будет… Глупо. Когда активировал амулет, я знал, что тем самым сжигаю за собой все мосты. Теперь я сам по себе и помощи ждать не от кого.

Я вышел из подворотни и направился наискосок через улицу к зданию трактира, на которое мне указал маячок. В любой момент я ожидал, что ко мне метнется та странная черная тень. Что меня окрикнет кто-то, узнает проклятого лоэл’ли. Но никому не было до меня дела. Местные жители были слишком пьяны, чтобы обращать на меня внимание, а тень… Кто бы это ни был, он сейчас разбирался с воришкой. Возможно, и моя нетвердая походка сыграла доброе дело, сейчас, при свете костров, меня вполне можно был принять за местного забулдыгу.

Вот наконец я на месте. Толкнул дверь в трактир, та неожиданно легко поддалась. На меня дохнуло теплом, окутало клубами дыма, накрыло непередаваемой смесью запахов. Или, вернее сказать, вони? Застарелый пот, скисшее вино, подгорелое мясо, ароматы какой-то местной дурман-травы…

Еле удержался, чтобы не выбежать вон, не зажать нос, не активировать какое-нибудь приглушающее обоняние плетение. Но магия мне сейчас недоступна, а если бы я бросился прочь, то, без сомнения, тут же бы выдал себя. Лайэнцев запахи этого заведения вряд ли испугали бы, скорее, наоборот, людишки сочли бы их аппетитными. Так что я просто задержал дыхание и стал вдыхать местные ароматы медленно, постепенно привыкая к ним.

– Эй, ты там! Не стой на пороге. Есть чем платить – заходи! Нет – выметайся!

Не медля больше, я шагнул внутрь. Затем сделал еще шаг и еще один… И тут дверь с грохотом захлопнулась за моей спиной…

Я вздрогнул.

Неужели – все?! Неужели раскрыли?!!

Резко обернулся и увидел, что путь на улицу мне преграждает дюжий мужик, несомненно, с солидной примесью троллиной крови. Вид у лайэнца был весьма бандитский. Из одежды на нем наличествовали лишь мешковатые штаны да надетая прямо на голое тело меховая безрукавка. Руки и лицо головореза украшали несколько свежих ссадин и синяков, старых боевых шрамов тоже хватало, а вот особых следов интеллекта на лице лайэнца я не заметил. И хотя человек выглядел свирепо, явной агрессии по отношению ко мне он не проявлял… Охранник? Привратник?.. О, кажется, таких деятелей людишки называют вышибалами! Но если я порядка не нарушаю, плачу за еду и питье, то неприятностей от этого головореза мне ждать не стоит.

Аррито хэт! Я веду себя как псих! Как последний дурак! Только идиот будет вот так рассматривать обыкновенного вышибалу! Да я сам к себе внимание привлекаю!

Я «пьяно» покачнулся и облокотился на стену. Незаметно огляделся: вроде моя персона повышенного внимания никого из здешних посетителей не привлекла. Головорез не в счет, ему по роду деятельности положено на всяких странных типов внимание обращать… Так, еще человек за барной стойкой на меня внимательно смотрит. Кстати, это именно он кричал, чтобы я не стоял на пороге.

Зал с этого места я толком осмотреть не мог. Помещение было затянуто дымом от чадящих светильников и местного курева. Да и людей в трактир набилось никак не меньше нескольких десятков. Найти Ри в этом скопище будет не так легко, как я думал. Сил же на то, чтобы еще раз активизировать поиск маячка на с’каашах, уже нет.

Хэйо аррито туаро, понятия не имею, как вести себя в подобного рода заведениях!!! Но к человеку за стойкой, пожалуй, подойти будет правильно.

Только вот как себя с ним вести, что говорить… и, главное, как говорить?! Не выдаст ли меня акцент или неправильное построение фраз?! Аррито хэт, об этом раньше нужно было думать!.. Но что-то делать все же надо, чем дольше я стою на месте, тем большее неудовольствие вызываю у трактирщика и вышибалы. Так что придется все же идти на контакт с аборигенами и на ходу импровизировать.

Пьяно покачиваясь, я преодолел оставшиеся несколько метров до барной стойки.

– Свободных столов нет, разве что сам к какой-нибудь компании приткнешься, – сказал трактирщик.

Выглядел этот человек крайне непрезентабельно. Волосы на голове редкие, жирные. Лицо широкое, красное, будто бы опухшее. Одежда тоже отнюдь не блистала чистотой.

Я устало облокотился на стойку. На жирные пятна и многочисленные подтеки, украшающиеся этот продукт не слишком умелого плотника, старался не смотреть. Люди – свиньи! С этим мне придется смириться.

– Разберусь, – невнятно буркнул я.

– Разберется он… – проворчал трактирщик. – Заказывай давай! Есть что будешь? Пить?

В таком заведении есть я бы под страхом смерти не стал. Да и пить тоже. Но такой ответ моего собеседника вряд ли устроит.

– А выпить что найдется?

– Да тоже, что и обычно, – хохотнул трактирщик. – Хотя ты это… тебя я раньше у нас не видел. Платить-то есть чем?

– Конечно! – поспешил успокоить я человека.

В кармане у меня лежало несколько золотых пуговиц, которые я специально отобрал для подобного случая. Вот только что можно купить в этом притоне за пуговицу? Я совершенно не представлял, какие здесь расценки. Нальют мне за кусочек золота кружку мерзкого пойла или же предложат на неделю снять комнату?.. Тут, главное, не продешевить! И так, похоже, моя персона вызывает у трактирщика некоторые подозрения…

– Такая плата устроит? – Я положил на стойку пуговицу размером с ноготь мизинца.

Человек осторожно, как ядовитую змею, взял кусочек золота, внимательно осмотрел его, даже попробовал на зуб.

– А почему не устроит? Вполне!.. – сразу оживился трактирщик. – Так что налить? Эля? Вина? Граны?

– Вина бы… Постой! Давай лучше эля. – Вряд ли в этом притоне даже представление имеют о приличном вине.

Человек взял с полки большую глиняную кружку, затем извлек откуда-то из-под стойки грязно-серое полотенце. Старательно вытер посуду внутри и снаружи. Потом опять нырнул под стойку и наконец поставил передо мной кружку, полную какой-то темной субстанции. Выглядел напиток крайне неаппетитно.

Эль я не пробовал ни разу в жизни, имел весьма смутное представление – из чего этот напиток готовят, но знал, что он крайне популярен среди людей.

– Ну? Как? Попробуй! Это лучший эль, который варят в долине.

Я с сомнением посмотрел на кружку. И ведь придется эту гадость пить, ничего не поделаешь. Сделал небольшой глоток из кружки… и буквально заставил себя проглотить. Вкус напиток имел весьма специфический, и это еще мягко говоря!

– Неплохо, – похвалил я пойло. – А сдача где?

– Сдача? Да, сейчас! – спохватился трактирщик и опять скрылся за стойкой.

Через минуту человек вывалил передо мной горсть мелочи. Я сделал вид, что пересчитываю, а потом сгреб монеты в карман. Что-то мне подсказывало, что трактирщик меня обманул, слишком уж легко он расстался с деньгами. Впрочем, откуда мне знать? Я, как и прежде, имел весьма смутные представления о местных расценках. И уж точно меня не волновала какая-то там пуговица!

Мне нужно было срочно найти Ри! Убедиться, что огненноволосая дикарка жива, что с ней все в порядке… Пока у меня есть хоть какие-то силы.

Сжимая кружку с мерзким пойлом в одной руке и время от времени прихлебывая из нее для вида, я прогуливался по залу. То и дело мне приходилось переступать через растянувшиеся на полу тела, несколько раз отбиваться от весьма настойчивых приглашений подгулявших лаэйнцев присесть к ним за стол и отпраздновать… Зал оказался куда больше, чем мне показалось на первый взгляд, народу же в трактире собралось явно не меньше сотни. И в этом безумии хаоса Ри мне пока отыскать никак не удавалось. Начали уже закрадываться мысли, что девушки в общем зале нет, что с’кааши висят на поясе у одного из местных забулдыг. Я пытался утешить себя тем, что обошел еще не весь зал, что Ри могла отдыхать в одной из комнат на втором этаже, что мы могли с ней просто разминуться… Но чем дальше – тем больше на меня накатывало отчаяние. Ри нигде не было! И это значит… Аррито хэт, я не хотел думать о том, что это значит!!!

Я уже был готов обратиться за помощью к трактирщику – вдруг он узнает дикарку по описанию! – когда заметил огненную шевелюру в дальнем углу. Не раздумывая ни секунды, я бросился вперед, полетел, как мотылек на огонь, и, споткнувшись об очередного пьянчугу, растянулся на полу. Кружка вылетела из рук и улетела куда-то под стол.

Придерживая чуть не слетевший с головы капюшон, я начал подниматься… и замер. Девушка в дальнем углу действительно была той, которую я столько времени искал. Без всякого сомнения, – это Ри! Выглядела полукровка сегодня великолепно, право, я забыл, насколько же она красива! Дикарка заливисто смеялась, что-то оживленно рассказывала собравшейся за столом компании и явно сейчас была очень счастлива. Но вовсе не это заставило меня замереть, а черноволосый мужчина, который весьма собственнически обнимал мою Ри. Возможно, иногда я веду себя как непроходимый идиот, но сейчас я не сомневался, что девушка нисколько не была против этих объятий.

Осторожно я начал пятиться назад. Повезло, на мое падение никто не обратил внимания, лишь тот лайэнец, об которого я споткнулся, удостоил меня пьяного ругательства, да везунчик, который сидел рядом с Ри, скользнул по мне взглядом.

Пока я пробирался между столами к двери на улицу, меня раздирали противоречивые чувства. Я был безмерно рад, что… Ри жива! Здорова! Счастлива! И в то же время испытывал невероятную злость, обиду, даже ненависть, потому что… Дикарка была с другим!!! Творец, на что я только надеялся, о чем думал? Как мне вообще могла прийти в голову мысль, что такая девушка, как Ри, хотя бы на минуту может остаться одна? Почему я решил, что у меня с получеловечкой может что-то получиться? Какая же все-таки ирония судьбы… Я ошибся, совсем как Миэна!

Вот наконец заветная дверь. Я вылетел на улицу, вдохнул морозный воздух и устало прислонился к стене трактира – ноги держали с трудом. В голове на холоде как-то разом прояснилось – да так, что я еле сдержал нервный смех.

С дикаркой, похоже, и правда все в порядке – это главное. А что касается моих глупых надежд, то я сам, до последнего, боялся себе в них признаваться. Почему? Да потому, что понимал – Ри вряд ли когда-нибудь на меня посмотрит иначе, чем на проклятого лоэл’ли, рабовладельца, принца. Хотя, возможно, со временем мы с дикаркой смогли бы стать друзьями, возможно, даже… Впрочем, что об этом мечтать? Если бы Ри увидела меня сегодня, сейчас, то, скорее всего, выдала бы меня людям, а может, даже собственноручно попыталась убить.

Ареин прав, я придурок, полный идиот! Определенно у меня на фоне увлеченности ора дэйш’ли случилось помутнение рассудка. Ведь как иначе ко мне могла прийти мысль телепортироваться в загон свиней, который исключительно по привычке продолжают величать городом?.. Но самобичеванием можно будет заняться и позже, а сейчас у меня есть более насущная проблема. Нужно найти убежище – место, где я смог бы затаиться на пару дней.

Только вот где мне отыскать укрытие посреди ночи в незнакомом городе, полном праздношатающегося люда? Аррито хэт, какой же я все-таки идиот…

Глава 17

Рийна Ноорваль

10-й день Карэль-лин 223 года от О. В.

Я весело рассмеялась и сделала большой глоток из кружки – эль в заведении подавали весьма неплохой, разумеется, в том случае, если хозяин наливал его из правильной бочки. Ха, попробовал бы только этот старый хрыч угостить меня или Джареда не тем элем!

Компания за нашим столом собралась расчудесная: пара лихих наемных охранников, владелец небольшой оружейной лавки с помощником, бездельник, он же по совместительству племянник трактирщика, и, как ни странно, травник-полугном. Ребята все были неплохие, уже не раз мне с ними приходилось пересекаться в общем зале – здесь они были завсегдатаями. И, как мы с Джаредом подозревали, минимум двое из них работали на княгиню вэров.

Наемники наперебой травили скабрезные анекдоты, оружейник с помощником рассказывали многочисленные забавные истории из своей жизни. Травник практически без остановки вещал о красотах местной природы, повадках животных, тайнах, которые скрывают горы. Племянник трактирщика время от времени запевал какую-нибудь веселую песенку, которую тут же дружно подхватывали оставшиеся пятеро собутыльников. Общее у этой шестерки было одно – говорили они много и при этом всеми возможными способами пытались вызвать нас с Джаредом на откровенность. Притом моя персона их интересовала ничуть не меньше, а иногда казалось, даже больше. Еще бы! Ведь до сих пор никто, кроме Джареда, не знал, как именно я оказалась в городе. По ряду причин рассказывать свою невероятную историю еще кому-либо я не собиралась.

Я смеялась, пила, веселилась, но к разговору за столом прислушивалась лишь краем уха, да и к пьяному безумию, что творилось в трактире, не особенно присматривалась – мои мысли были далеко… Уже не раз я успела пожалеть, что уговорила Джареда пойти на праздник.

Меня очень интересовало, что же представляет собой Ночь Великого Прародителя – праздник, который отмечали на третью ночь после того, как озеро Лайя покроется льдом. Это единственная ночь в году, когда люди и нелюди могли разгуливать по городу и нисколько не опасаться за свою жизнь. Наоборот, сейчас лайэнцам настоятельно не рекомендовалась сидеть дома – сегодня нужно было плясать и веселиться, петь песни и пить вино, благо, что и культурную программу, и дармовую еду с выпивкой вампиры организуют. А ежели кто-то без видимых причин проведет эту ночь у себя дома, то могут и в неуважении к хозяевам города обвинить. В Лайэне такое обвинение может иметь далеко идущие и отнюдь не приятные последствия… При этом на празднество допускались не все лайэнцы, а лишь те, кому уже исполнилось пятнадцать лет. Так что Сажа на эту ночь был заперт у себя в комнате. Бедняга даже не представлял, насколько ему повезло!

Празднество началось чинно и благородно с костюмированного шествия и торжественных речей. Чуть ли не все лайэнцы высыпали на улицы, расселись вокруг столов. По всему городу горели костры, во множестве стояли разукрашенные и пока пустующие шатры… Первый час ничего особенного не происходило – люди набивали себе желудки и много пили. Поначалу я не могла понять, почему Джаред так мрачен и напряжен, почему он и сам не пьет вино, и запрещает мне, почему обходит вниманием мясо и румяную выпечку, а подкладывает мне в тарелку лишь легкие закуски. И зачем наконец установили столько шатров?!

Я не заметила, как изменилась атмосфера на улице, как горожане стали вести себя распущенней и раскрепощенней. А потом из переулка вышли музыканты, и тут же грянула музыка. Неистовая, чувственная, будоражащая… И лайэнцы утратили всякий стыд – пир превратился в распутную оргию.

Сосед слева повернулся ко мне, пьяно подмигнул и весьма недвусмысленно положил руку на мое бедро. Не знаю почему, но от такой наглости я вдруг растерялась.

Джаред собственнически обхватил меня за талию и стряхнул с бедра шаловливую конечность лайэнца.

– Извини, мужик, но девушка занята.

Горожанин ничуть не расстроился и тут же перенес свое внимание на другую соседку – неопрятную тучную тетку лет сорока. Только сейчас я заметила, что мужчины и женщины, за редким исключением, сидели за столами через одного.

– Думаю, нам с тобой на этом празднике жизни делать нечего. Прогуляемся? – тихо спросил полувампир.

Я кивнула и выбралась из-за стола. Чтобы тут же оказаться в объятиях Джареда. Попыталась скинуть руку бывшего контрабандиста. Не тут-то было, Капитан прижал меня к себе еще сильнее.

– Придется потерпеть, если не хочешь объяснять каждому встречному лайэнцу, что вовсе не желаешь уединиться с ним в шатре или ближайшей подворотне. Впрочем… – Джаред резко отпустил меня.

– Ты прав, не желаю. – Я поймала руку мужчины и положила себе на талию.

– Так-то лучше, – усмехнулся полувампир.

Не то чтобы мне прикосновения Джареда были неприятны, скорее наоборот. Но я не любила выставлять отношения на публику, ценила собственную свободу.

Развитие наших взаимоотношений с Джаредом было весьма естественно и закономерно. С первого дня в городе я поселилась в комнате полувампира, а если учесть, что кровать там была всего одна, хотя и широкая… Несколько дней бывший контрабандист лечил меня, потом еще примерно столько же времени я приходила в себя, отдыхала, осознавала, что оказалась опять во весьма двусмысленной и сложной ситуации. Ну еще бы! Ведь я вроде как подружка сына княгини вэров! И пойди докажи кому-то, что это не так!!!

У гаденыша Ррэко поистине извращенное чувство юмора. Спас он меня, называется! Впрочем, вряд ли кто-то иной, кроме Джареда, смог бы оказать мне помощь ночью в городе, кишащем вампирами.

Не было ничего удивительного в том, что на одиннадцатую ночь своего пребывания в Лайэне я оказалась в кровати Джареда уже не как болезная соседка. Тем более что к тому времени Капитан как раз успел разделаться со своими обязательствами перед княгиней вэров. Так что из номинальной подружки полувампира я превратилась в фактическую. И, несмотря на все сложности и опасности, пока меня это положение устраивало.

– Джаред, что происходит?

Такое чувство, что в городе почти не осталось людей. Лишь музыканты, немногочисленный обслуживающий персонал праздника да мы с Джаредом. Все остальные жители Лайэна сейчас больше напоминали обуреваемых инстинктами животных. Часть мужчин и женщин устремились к гостеприимно распахнутым шатрам. Другие предавались утехам прямо на улице. И казалось, их нисколько не беспокоил легкий мороз и начинающаяся метель.

Я не ханжа. Я выросла в Веселом доме. Мне многое за свою жизнь пришлось испытать и повидать… Но то, что сейчас творилось в Лайэне, было противно, противоестественно. Неправильно!

– А ты не видишь? – зло усмехнулся полувампир.

– Вижу. Но… зачем?!

– Что бы ни говорили вэры, люди для них лишь скот. А так они повышают поголовье своего стада. Через девять месяцев у каждой женщины долины, находящейся в детородном возрасте, родится ребенок.

Я грязно выругалась и закрыла глаза. Вот дура! И с чего я взяла, что людям здесь живется лучше, чем в Таннисе?! А как я наивно радовалась, что в городе много маленьких детей…

– Но почему сейчас? Почему зимой? Вроде бы это не лучшее время, чтобы… Так ведь и заболеть можно!

– Никто из них не заболеет. Вино в бочках, как ты уже догадалась, было весьма непростое. Помимо того, что оно пробуждает практически неконтролируемое желание, так еще и является целебным эликсиром. Да посмотри на них! Разве похоже, что им холодно?

– И все-таки почему именно эта ночь?

– По легенде, Великий Прародитель родился на третью ночь после начала зимы. А здесь, в Лайэне, зима начинается, когда озеро сковывает льдом. Как видишь, все символично.

– А люди? Разве они не понимают?

– Почему же? Понимают, но у них нет иного выхода. Ты обратила внимание, как горожане рассаживались за столами? Супруги, влюбленные парочки вместе, рядом. А вот если женщина не озаботилась выбором партнера заранее, то тут уже как повезет…

– Боги!.. – простонала я. – Может, пойдем отсюда? Куда-нибудь… Не знаю… Мне бы сейчас совсем не помешало выпить!

– Хорошая идея, – кивнул Джаред и ловко развернул меня в сторону трактира, в котором мы жили.

– Подожди! – Я вцепилась в руку полувампира, останавливая его, разворачивая лицом к себе. – Это ведь не значит, что я тоже должна?..

– Ты никому ничего не должна, – жестко ответил Джаред, – Пойдем.

Эх, мне бы его уверенность. Я знала, что договоренность у Капитана с княгиней вэров была только насчет мальчишки. Если Лардана решит от меня избавиться или просто надумает познакомиться поближе, то Джаред ничего не сможет сделать. Пока же непутевая мамаша Капитана ко мне лишь присматривалась.

В трактире никого не было: ни хозяина, ни слуг, ни посетителей; лишь пара поварят, ровесников Сажи, стояли в дверях и завистливо глазели на улицу. Дурачье!

– А ну, кыш! – крикнула я на сорванцов. – Организуйте нам сейчас что-нибудь поесть и вина… Нет, лучше эля.

– Эля, – подтвердил мой заказ Джаред, – но из бочки, что в подсобке стоит. И только попробуйте разбавить, так выдеру, что неделю сидеть на заднице не сможете!

После сегодняшней ночи нам с Джаредом еще не скоро захочется выпить вина.

Мальчишек как ветром сдуло, и уже минут через пятнадцать на нашем столе оказался большой кувшин с элем, копченый окорок, жареная картошка, разные соленья… А еще где-то через час в трактир начали потихоньку подтягиваться первые посетители. Времени было уже полвторого ночи, начался новый день…

– А он на меня ка-а-ак прыгнет! – вдруг подскочил на лавке один из наемников, да так, что чуть не опрокинул на меня кувшин с элем.

Я ловко подхватила сосуд, водрузила на место. К слову, этот кувшин был уже шестым, хотя распивали мы его, в отличие от первых двух, с Джаредом не в одиночестве, а в веселой компании.

В трактире мы сидели уже больше трех часов. Напиться сегодня хотелось невероятно. Впрочем, если смотреть на то, как сильно пальцы Джареда сжимают ручку кружки, то не мне одной…

– Кто… прыгнет? – спросила я, с неудовольствием отметив, что язык-то немного заплетается.

Пожалуй, эта безумная ночь слишком затянулась. И хотя пьяной я себя пока никоим образом не чувствовала, так, была совсем немного навеселе, но мне ли не знать, как хрупка грань и как коварен эль?

– Как – кто? – пьяно удивился оружейник. – Известно же… вампир!

Последнее слово лайэнец произнес зловещим шепотом.

– А какой? – тут же заинтересовался полугном. – Низший или истинный?

– Так известно ж какой! Низший! – с умным видом изрек второй наемник. – Истинные на людей не нападают, а вот низшие… Ну так что там дальше было?

Что было дальше, меня уже никоим образом не интересовало. В Лайэне все истории про кровососов рассказывали в одном ключе – де какие хорошие, добрые, справедливые вэры и какие звери анвэры. В общем, пропаганда в действии.

Определенно пора на сегодня закругляться. Мысли в голове ворочались с трудом. Уже где-то с полчаса я ощущала странную тревогу, какую-то неправильность происходящего. Но никак не могла понять, что не так, – это безмерно раздражало, нервировало… Ха! В этом хайдашевом городе все не так!!!

Чувство тревоги нарастало. Хайдаш, да что же происходит? Я завертелась на лавке, попыталась окинуть взглядом зал… Легко сказать! Народу в трактир набилось столько, что ступить негде. Думаю, за эту ночь хозяин сделает месячную выручку.

– Ри, что случилось? – тихо спросил меня на ухо Джаред.

– Ничего. Вроде бы, – почти не соврала я.

– Устала? Пойдем в комнату?

Мой взгляд выхватил из толчеи высокую фигуру, которая бестолково крутилась на месте, будто бы кого-то высматривая. И как-то сразу я осознала всю неправильность этого посетителя трактира. Поняла, что именно не давало мне покоя последние полчаса.

– Джад, – еле слышно, одними губами, прошептала я, в остроте слуха полувампира я не сомневалась, – видишь того посетителя? Очень высокий. В плаще с капюшоном. Ну?

– Вижу, – так же тихо ответил Джаред.

– Это не человек.

– А кто?

– Лоэл’ли. Эльф, если хочешь.

Я почувствовала, как напряглась рука Джареда на моей талии.

– Уверена?

– Да. И будь я проклята, если он идет не к нам… Не смотри на него, веди себя так, будто его здесь нет. – И я заливисто рассмеялась очередному бородатому анекдоту наемников.

Бывший контрабандист тоже усмехнулся, затем потянулся за кувшином, плеснул себе и мне в кружку еще немного эля.

Я машинально сделала глоток из кружки, но не почувствовала ни вкуса, ни запаха, ни крепости напитка… Мне было не до того, я быстро сканировала ближайшее пространство на обнаружение других лоэл’ли. Если в городе есть еще ушастые… Но больше ни эльфов, ни дэйш’ли в Лайэне не было, во всяком случае, в радиусе полукилометра от трактира точно.

Так что же, Хайдаш укуси меня за ногу, здесь делает эльф? Уж не по мою ли душу он явился?.. Но один! Без прикрытия! Даже для сильного мага такой поступок попахивает крайней степенью идиотизма.

Ряженый эльф меж тем подбирался к нашему столу все ближе и ближе. Я положила руку на рукоять одного из c’каашей – с клинками принца я никогда не расставалась. Джаред поудобнее перехватил тяжелый глиняный кувшин. Тоже неплохое само по себе оружие, да и летает этот снаряд просто загляденье, как в этом я уже не раз успела убедиться.

Когда приблудного эльфа от нас отделяло всего несколько метров, он вдруг споткнулся. Кружка вылетела у лоэл’ли из рук, а сам ушастый растянулся на полу. Я видела, как взметнулись полы плаща и мелькнула длинная серебристая коса. Как на миг вынырнуло из тьмы капюшона знакомое лицо, сверкнули глаза цвета молодой листвы…

Беззвучно выругалась. Отрыжка Хайдаша! Да что же это такое?!!

Я перехватила руку Джареда, сжимающую ручку кувшина, и, весело улыбаясь, одними губами сказала:

– Это не враг. Я знаю его.

– Ри?! – В одно такое короткое слово Джаред умудрился удивительно много вложить. Сомнение, недоверие, опасение…

– Если бы не он, то меня бы здесь не было. Пока парень не удрал, мне надо с ним поговорить.

Эрайн меж тем, как заяц, улепетывал от нашего стола, старательно проталкивался к выходу из трактира. Спрашивается: а зачем тогда было приходить? И как эльфийский принц оказался в вольном городе?

Я встала из-за стола, легко покачнулась и вцепилась в плечо Джареда, чтобы удержаться на ногах. Нет, пьяной я уже не была. Весь хмель выветрился из головы, стоило мне почуять в зале эльфа, только вот игру на публику еще никто не отменял.

– Мальчики, я пойду прогуляюсь. Подышу свежим воздухом.

Тут же чуть ли не вся компания вызвалась меня проводить. Насилу отбилась. Переключила внимание выпивох на Джареда, а сама тихонько ретировалась.

К счастью, Эрайн не успел убежать далеко. Я была абсолютно не в том настроении, чтобы гоняться за придурочным недорослем по всему городу.

Эльфийский принц нашелся за углом трактира. Он устало опирался на стену дома. По сторонам не смотрел и вообще был преступно невнимателен.

– Привет! – промурлыкала я чуть ли не на ухо Эрайну.

И тут же диким кульбитом отпрыгнула в сторону. Как оказалось, предосторожность была совершенно излишней.

Парень подскочил на месте, испуганно завертел головой. Вскинул руки, будто собирался запустить в нарушителя спокойствия каким-то хитроумным плетением, но меж пальцами сверкнула лишь жалкая искорка. Эрайн покачнулся, тяжело привалился к стене, попытался нащупать плохо слушавшимися пальцами рукоять латары.

Так вот, значит, как! Эрайн сейчас и комара прихлопнуть не способен. Все еще хуже, чем я думала.

Боги, и зачем только этот недоросль свалился на мою голову?!

– Зря ты так, – усмехнулась я, подходя к принцу. – Нервы надо лечить. Или ты совсем не рад меня видеть?

– Ри?! – удивленно переспросил Эрайн.

– А ты ожидал увидеть кого-то другого?

– Но как ты нашла меня?

– У меня много талантов. Гораздо интереснее, как ты нашел меня и что ты тут делаешь?

Я подошла к лоэльскому принцу вплотную и самым бесцеремонным образом немного сдвинула его капюшон, так, чтобы открылось бледное, изможденное лицо, так, чтобы я смогла заглянуть в лихорадочно блестящие глаза парня.

– Ну, так что скажешь? – повторила вопрос я.

Смотреть снизу вверх было жутко неудобно. У меня рост более чем высокий для девушки, того же Джареда я ниже лишь на десяток сантиметров. А Эрайну моя макушка едва достает до подбородка.

– Или, может быть, я сама догадаюсь? – продолжила монолог я, так как принц отвечать, похоже, не собирался, лишь как-то завороженно смотрел на меня. – Судя по твоему состоянию, ты воспользовался телепортационным артефактом, так называемым Амулетом Иракэны. Сейчас ты беспомощней младенца и пробудешь в таком состоянии еще довольно долго… Насчет того, как ты выследил меня, тоже есть предположения. На одной из вещиц, что ты мне дал, стоял следящий маячок. Я права?

Эрайн поморщился и медленно, будто через силу, кивнул.

– Ха! Значит, права… Думаю, маячок висит на с’каашах, ведь ты так трогательно просил меня с ними не расставаться. Ну? Так как?

– Да, – обреченно сказал принц.

Я отвернулась от парня и грязно выругалась.

Сейчас я чувствовала небывалую злость и раздражение, будто меня предали, использовали, насмеялись. Какая же я дура! И как Эрайн меня мастерски просчитал, понял, что я не расстанусь с клинками. Что лоэльские с’кааши для меня больше, чем просто оружие!

– Зачем? – резко спросила я и повернулась к принцу, встретилась с ним взглядом.

Лоэл’ли молчал.

– Ну же, скажи, зачем тебе это понадобилось?!

Наконец Эрайн не выдержал, отвел взгляд и тихо, еле слышно произнес:

– Чтобы знать, что ты жива. Знаю, глупо. Но в тот момент мне это показалось правильным.

Как мило – он обо мне беспокоился! Не зря, кстати, учитывая, куда меня этот маг-недоучка зашвырнул телепортом. Если бы не весьма своевременная помощь Ррэко, я бы не выжила.

– Кто-то, кроме тебя, может отследить меня по клинкам?

– Нет. Плетение завязано на меня.

– Хоть одна хороша новость.

Как бы то ни было, но от с’каашей теперь придется избавиться. И, по уму, это следовало сделать сразу же, как я оказалась в Лайэне, – слишком приметны эльфийские клинки. Но у меня наблюдается какая-то нездоровая привязанность к лоэльскому оружию.

– Скажи, зачем ты телепортировался в Лайэн? Зачем искал меня? – продолжила допрос я.

Беда в том, что я знала ответы на эти вопросы, или, по крайней мере, думала, что знала. Но я хотела услышать, что скажет эльф.

– Ты же помнишь, что меня интересует история людей. Я давно хотел посмотреть на Лайэн…

– Иными словами, ты сбежал.

Эрайн скривился и нехотя кивнул:

– Можно и так сказать. Жизнь в Талрэе стала невыносима.

– И теперь тебя ищут.

– Не найдут, я хорошо замел следы.

– Почему ты выбрал Лайэн, а не какой-нибудь другой город?

Эльф лишь невразумительно пожал плечами.

Я мысленно застонала. Ну за что мне все это?! Нужно быть полной дурой, чтобы не догадаться, что именно привело эльфа сюда!

Право, если бы не тот поцелуй, все было бы намного проще, и Эрайн не тешил бы себя иллюзиями. Да что только этот недоросль о себе возомнил?..

И что мне теперь с этим дурнем делать?! Глупо, но я не могу его бросить ночью на улице. Парень в таком состоянии, что просто не доживет до утра. А даже если бы с его магическими и физическими силами все было в порядке, то он бы все равно не продержался долго. Только не в Лайэне и не со своими идиотскими представлениями о мире… Тело-то как у взрослого мужчины, а ведет себя как мальчишка, который начитался сказок!

Стоп… А это еще что?! Не может быть!

Вблизи, метрах в трехстах, не больше, я почуяла еще одного лоэл’ли.

Хайдаш, да что сегодня за ночь такая!!!

– Я рад, что ты жива. Что с тобой все в порядке, – устало, будто через силу, улыбнулся принц.

Признание Эрайна я проигнорировала. Не до того сейчас.

– Ты один отправился на прогулку? Кто-нибудь мог увязаться за тобой?

– Какое это имеет значение?

– Отвечай! – рявкнула я.

– Телепортом вдвоем не воспользуешься, – вяло огрызнулся принц.

Какова вероятность, что в этой части Лайэна случайно оказался еще один эльф? Притом что до этого в городе не было ни одного ушастого… Вот именно, что нулевая! Так что или Эрайн покрывает какого-нибудь своего дружка, у которого тоже оказался телепортационный амулет, или принц не так хорошо замел следы, как думает. В любом случае надо посмотреть, что из себя представляет новый эльф. Опасность мне особая не грозит, потому что так внезапно в городе кто-то из лоэл’ли мог появиться, только если воспользовался Амулетом Иракэны, а значит, его состояние вряд ли лучше, чем у Эрайна.

– Жди здесь, – приказала я принцу. – Мне надо кое-что разведать.

Я тихо кралась по улице. Если внутренний компас не врал, то искомая цель находилась от меня всего в квартале.

Несмотря на предутренние часы, Лайэн не спал. Народу на улицах хватало, хотя и было его, наверное, уже раз в десять меньше, чем в полночь. Большая часть горожан либо разбрелись по домам да по различным питейным заведениям, либо дремали в установленных то тут, то там шатрах, а некоторые, поистине отмороженные, личности заснули прямо на лавках, на столах, даже на земле. Что бы ни говорил Джаред, но мне слабо верилось, что утром все эти люди проснутся как ни в чем не бывало, что не отморозят себе какую-нибудь часть тела или не заработают воспаление легких. Впрочем, какое мне до них дело?..

По улицам прогуливались влюбленные парочки, довольно-таки большие компании и редкие одинокие горожане. Одни самозабвенно целовались, другие пьяно горланили песни, всячески куражились и продолжали без меры поглощать выпивку, а третьи просто понуро плелись домой. Кровососы, разумеется, тоже были тут как тут. Сегодня они наблюдали за порядком в городе, за тем, чтобы празднество прошло так, как надо. Но, слава Такиме, пока я никого в опасной близости от себя не чуяла. Хотя что такое для вэра три-четыре сотни метров? Он преодолеет это расстояние за минуту…

И все же я точно знала, что за мной по улицам следуют два существа.

Во-первых, Эрайн. Парень конечно же увязался за мной. Но, к счастью, у него хватило ума, чтобы не задавать вопросов, и сил, чтобы почти не шуметь. Я пару раз оборачивалась и видела, как тяжело давался принцу каждый шаг.

Второй мой преследователь избрал путь по крышам. И хотя я не могла его видеть, я нисколько не сомневалась в его личности. Это было совершенно уникальное существо, единственное в своем роде – полувампир.

Разумеется, Джаред не остался сидеть в трактире. Он довольно-таки быстро отвязался от подвыпившей компании и нашел меня. Так что бывший контрабандист слышал большую часть моего разговора с принцем. Но решил до поры до времени не вмешиваться.

Когда до цели оставалось немногим больше ста метров, гомон толпы прорезал тонкий девичий вскрик. Я бы не придала этому значения, мало ли кто сегодня как развлекается, только вот кричала девица по-лоэльски и явно была очень напугана.

– О, девка!.. Да гляди ж ты! Эльфийка!!! – раздалось несколько восклицаний – явно из того же двора, откуда кричала девушка.

Я резко обернулась. У Эрайна слух был не хуже, чем у меня, а потому он тоже все слышал, тоже все понял. Принц смертельно побледнел и стремглав бросился вперед… Но всего через пару шагов бедолага растянулся на мостовой.

Вопрос – кто еще слышал, как кричала девушка? Вампирский слух мог поспорить по чуткости с эльфийским.

Крик эльфийки сорвался на визг. Раздался звук рвущейся одежды, за ним последовало несколько смачных мужских комментариев и смех.

Отрыжка Хайдаша!!! Я так не могу!

Эрайн безуспешно пытался подняться с мостовой. Помощи от него ждать не приходилось.

Я подняла взгляд на крыши.

– Джад! Прикроешь? – тихо спросила я.

В ответ мне прилетело еле слышное: «Да».

И вот передо мной искомый двор. Я достаточно близко, чтобы сказать – вокруг эльфийки собралось шестеро человек. Эх, и повезло же ушастой нарваться на большую компанию!.. Слишком большую, чтобы бросаться в омут головой!

Выглянула за угол. Мне хватило секунды, чтобы оценить ситуацию.

Все шестеро лайэнцев заняты делом – лапают испуганную, плачущую эльфийку и подспудно освобождают ее от лишней одежды. К слову, одежды как таковой на девушке почти не осталось. Жертву я тоже узнала – это была младшая сестренка Эрайна.

Джаред стоял на крыше прямо над веселящейся компанией.

Я кивнула полувампиру и метнула нож. Лезвие распороло горло лайэнцу, тот начал заваливаться, хрипя и булькая кровью… Выхватив с’кааши, я бросилась к насильникам.

С крыши, неумолимый, как сама смерть, спрыгнул Джаред прямо на одного из подонков. Хребет лайэнца жалко хрустнул под тяжелыми каблуками полувампира. Капитан саблей разрубил голову второму насильнику, ударом локтя превратил лицо третьего в кровавое месиво.

Подбежав, я вспорола живот еще одному горожанину, и… больше противников не было – последнего насильника пронзил саблей Джаред.

Весь бой занял несколько секунд, и, когда к месту побоища добрался Эрайн, все уже было кончено. На мерзлой мостовой билась в истерике полуобнаженная эльфийка, а вокруг нее лежали тела шестерых нападавших. Джаред добивал раненых. Я вытирала от крови свои клинки.

– Как думаешь, сколько у нас времени? – спросила я Капитана.

– Пара минут, может, чуть больше. И лучше, чтобы нас тут не было, когда они придут.

Джаред, как и я, не верил, что вэры оставят без внимания нашу маленькую потасовку. И теперь бывший контрабандист предлагал бросить лоэл’ли на съедение вампирам.

Если бы я в подобную ситуацию попала два месяца назад, то, наверное, так бы и поступила. Прошла бы мимо и только позлорадствовала. А может, даже сама к раннему завтраку кровососов пригласила…

Сейчас же все переменилось. Нет, я не воспылала вдруг к лоэл’ли безудержной любовью. И не собиралась сложить голову или подставить горло под клыки вэра из-за малолетних идиотов. Но я должна была хотя бы попытаться вытащить Эрайна и Лэю из этой передряги… В конце концов сбежать никогда не поздно.

К тому же был крохотный шанс, что кровососы на истошные крики эльфийки просто не обратили внимания. Тогда у нас чуть больше времени.

– Джад, я не могу их тут просто бросить, – прошептала я. – Да посмотри же на них! Это глупые, беспомощные дети!

– Глупые – да. Беспомощные – возможно. Но это лоэл’ли.

– Они расскажут о нашем участии в этой потасовке.

– Предлагаешь разобраться с этой парочкой самим?

Я видела, как напрягся Эрайн. Как он попытался переместиться так, чтобы прикрыть сестру в случае опасности. Наивный! Даже будь он в лучшей форме, даже будь при нем вся его магия, сомневаюсь, что ему удалось бы оказать полувапмиру достойное сопротивление.

– Джад, я не могу, – практически простонала я. – Если бы не этот эльф, я бы умерла или же со мной случилось кое-что похуже… Я должна хотя бы попытаться!

Мужчина на пару секунд задумался.

– Ри, это того стоит?.. – Джаред кивнул в сторону парочки эльфов.

– Да, пожалуй, что да.

Капитан обреченно вздохнул:

– Тебе придется постараться, чтоб объяснить все это… И драться с вэрами из-за эльфов я не собираюсь.

– Я тоже.

– Кровь у кого-то из них есть? – спросила я Джареда.

– Нет. У тебя тоже ни царапины. Так что у нас есть шанс.

В переводе с вампирского на человеческий эта фраза означала, что по запаху крови вэры могут вычислить в Эрайне и Лэйане эльфов, а во мне полукровку. Лоэльская кровь для вампиров слишком притягательна, не каждый может устоять. Так что если бы у кого-то из нас шла кровь, то Джаред, не раздумывая, бросил бы лоэл’ли на растерзание вэров, а может, и меня заодно… Как далеко бы полувампир пошел, чтобы защитить меня, я понятия не имела. В наших отношениях слишком много недоговоренностей. Одно дело – прикрыть меня в драчке с пьяными горожанами, а другое – влезать в конфликт с вампирами.

Впрочем, о чем это я?! За месяц вэры и так должны были прознать, что кровь в моих жилах течет смешанная. Будь я мужчиной, мне бы, может, и удалось сохранить тайну, но женская физиология не оставила шансов.

– Надо спешить. Успокой этих недоумков, я пока соберу эльфийские тряпки.

– Джад, дай свой плащ.

Полувампир бросил взгляд на эльфийку, которую парень закутал в свой плащ. Определенно, одного плаща для двух ушастых недорослей было мало. Джаред раздраженно поморщился и нехотя расстался со своим драгоценным плащом, затем принялся быстро собирать по двору одежду Лэи.

Я присела на корточки около парочки эльфов.

Эрайн обнимал плачущую сестру, всячески пытался ее успокоить. Без толку, наивная дурочка от сегодняшнего потрясения не скоро оправится.

– А теперь слушаете меня!

Парень поднял на меня злой взгляд, а девушка так и вовсе проигнорировала, лишь заплакала еще громче, затряслась как припадочная.

– Эрайн, не вмешивайся! – предупредила я принца.

Я схватила девушку за подбородок и отвесила ей пару пощечин, чтобы хоть как-то привести принцессу в чувство. Отчасти это помогло – Лэйана немного притихла. Во всяком случае, посмотрела на меня уже довольно осмысленно. А уж сколько во взгляде было страха и ненависти – не передать!

– Ри, что ты себе позволяешь…

– Заткнитесь оба и слушайте меня! – быстро заговорила я. – Если бы не мы, то ни один из вас до утра не дожил бы. Ну, или очень пожалел, если бы встретил рассвет!.. А сейчас у нас с вами большие неприятности. Потому что во двор вот-вот должны нагрянуть хозяева Лайэна.

– Я могу попробовать договориться с гномами, – перебил меня Эрайн.

– Дурак! – беззлобно сказала я. – С чего ты взял, что в городе все еще заправляют коротышки?

– А кто тогда?

– Вэры. Так что нам нужно быстро и, главное, тихо убираться отсюда.

– Что?!

Теперь я отвесила пощечину уже принцу.

– Либо вы доверяете нам. Беспрекословно слушаетесь. И тогда мы попытаемся вам помочь. Либо мы умываем руки, выпутывайтесь сами. Решай! Времени на раздумья нет.

Парень зло посмотрел на меня и, потирая ушибленную щеку, сказал:

– Хорошо!

Джаред бросил тугой узел с тряпками у моих ног.

– Я понесу тряпки и девушку, – сказал полувампир. – Сегодня такая картина ни у кого удивления не вызовет. Ты с парнем пойдешь следом. Справишься?

В ответ я только кивнула – Джаред предложил хороший план.

Сами ушастые были идти не в состоянии, а другие варианты не выдерживали никакой критики. Например, я тоже могла бы взвалить принца на плечо, благо, что до трактира идти недалеко, а полукровки по силе практически не уступают чистокровным лоэл’ли. Только вот смотрелась бы такая картина более чем странно. Или Джаред мог без особых усилий утащить на себе двоих эльфов. Но это опять-таки привлекло бы к нам лишнее внимание.

Полувампир поднял эльфийку на ноги, опустил на голову капюшон, попытался получше закутать девушку в плащ брата… Но тут у Лэи началась форменная истерика, она затряслась, тоненько пронзительно завыла.

Принц попытался успокоить сестренку, начал бормотать на эльфийском всякую белиберду.

– Да не бойся ты! Не съем я тебя! – в раздражении прорычал Джаред.

Ха! У моего полувампира просто невообразимое чувство юмора. Я еле подавила в себе желание истерически рассмеяться. Нервы были натянуты до предела. Слишком долго мы препирались посреди двора, полного трупов! И пусть вампиров я пока поблизости не чуяла, но ведь и людей нельзя было сбрасывать со счетов. Кто-то мог что-то разглядеть, запомнить, услышать, а утром, когда здесь будет не продохнуть от стражников, навести их на правильный след.

Я мысленно выругалась. Если девица из-за каждого пустяка будет закатывать истерику, то мы далеко не уйдем. Значит, придется действовать более радикально. И я быстро надавила на одну весьма примечательную точку на шее эльфийки.

Глаза у девицы тут же закатились, ноги подкосились, и, если бы Лэю не удерживал Джаред, она, без сомнения, опять бы растянулась на мостовой.

Эх, и почему я сразу не заткнула эльфийку? Кучу времени и нервов сэкономила бы!

– Что ты с ней сделала?! – спросил Эрайн.

– Заставила заткнуться. Не бойся, она просто спит. Ну, идем!

Вообще-то это был не совсем сон, скорее обморок. А когда Лэя придет в себя, у нее будет сильно болеть голова. Но я не стала вдаваться в подробности.

– Подождите! – остановил нас Джаред.

Бывший контрабандист вытащил из кармана плаща небольшой пузырек. Открутил крышку – тут же по двору разлился резкий, приторно-сладкий запах. Затем он тщательно смочил жидкостью из пузырька небольшую тряпицу, извлеченную из того же кармана.

– Что это? – удивленно спросила я.

– Одно очень любопытное зелье. Напрочь отбивает запах крови.

Полувампир протер свои сапоги, внимательно изучил на предмет кровавых брызг свой плащ и остальную одежду. Затем быстро осмотрел меня и парочку эльфов.

– Когда будете выходить из двора, смотрите не наступите на какую-нибудь лужу с кровью, – предупредил меня и принца полувампир.

Хм, какое интересное зелье. Надо будет обязательно себе такое же приобрести. В городе, полном вампиров, просто незаменимая вещь!

Я бросила принцу плащ Джареда. Эрайн благодарно кивнул и быстро натянул его на себя. Затем, не без моей помощи, поднялся с мостовой. Тяжело оперся на мое плечо.

– Ноги передвигать сможешь?

– Да, – прохрипел парень.

– Тогда пошли. Попытаемся разыграть пьяных. Если кто привяжется – молчи, я сама разберусь.

Мы вышли из двора и довольно шустро поковыляли по улице. Но всего через сотню метров силы покинули принца. Ноги заплетались, каждый шаг давался с невероятным трудом. Ничего удивительного, что от Джареда мы быстро отстали.

Горожан на улицах было еще довольно много, так что мы с принцем не привлекали особого внимания. Наоборот, можно сказать, никак не выбивались из толпы.

Вампиров я почуяла, когда полдороги до трактира уже было пройдено. Как минимум пять особей орудовали в районе злополучного двора.

Безумно захотелось забросить эльфа на плечо и побежать… А еще лучше отшвырнуть этого проклятого ушастого в сторону! От хайдашева принца одни неприятности! Но я стиснула зубы и продолжила путь как ни в чем не бывало.

– Ты доверяешь ему? – вдруг тихо спросил принц.

Уточнять, кому именно, не требовалось. И так понятно, что эльф безумно волновался за свою сестренку.

– До определенной степени. Если его прижмут, он бросит Лэю, но сам не причинит ей вреда.

Ага, если только сильно не проголодается.

За неполный месяц пребывания в Лайэне я успела выпытать из Сажи детали его путешествия с полувампиром. Да и сам Джад кое-что рассказал. Волей-неволей ему пришлось удовлетворить мое любопытство, рассказать про мать и прочих дражайших родственников; объяснить, что своим посвежевшим и помолодевшим состоянием он обязан выпитой орочьей крови… Не сказать, что меня история Капитана шокировала или испугала, наоборот, я скорее успокоилась. Теперь я точно знала, что в ближайшие несколько лет Джареда опасаться не стоит. Если, разумеется, его не ранят серьезно, тогда инстинкты вампира снова выйдут на первый план.

– Но я хочу тебя предупредить, – продолжила я, – Джад не совсем человек. У него в родословной что-то безумное намешано. Так что поосторожнее с ним. Слух у него острее, чем у тебя, зрение тоже, да и по силе он эльфам не уступает… Только, всеми богами заклинаю тебя, не спрашивай, кто его родители! Он очень болезненно реагирует, когда кто-то затрагивает эту тему.

– Хорошо, – прохрипел принц.

– А еще ему совсем не стоит знать, кто вы с Лэей. Не могу предсказать, как он себя поведет, если узнает правду. Я сказала Джаду, что ты помог мне сбежать, но он понятия не имеет, что ты принц. Так что придумай какую-нибудь вразумительную легенду… – Я ненадолго замолчала. – Про то, что ты участвовал в захвате корабля, ему тоже лучше не знать.

– Почему?

– Это был его корабль. Его команда.

Парень молчал. То ли переваривал полученную информацию, то ли у него просто не было сил продолжать беседу. Где-то через пару минут он спросил:

– Так ты давно его знаешь?

– Достаточно. А если ты о том, как мы встретились в Лайэне?.. То это была случайность. – И тут же поправилась: – Счастливая случайность.

До трактира мы добрались без приключений. Никто к нам не пристал, не увязался за нами следом. Кровососы, если верить моему чутью, наш след тоже пока не взяли.

У черного входа в трактир меня поджидал Джаред. Он легко подхватил Эрайна и нырнул вглубь здания, я последовала за ним.

В нашей комнате на кровати лежала Лэя. Парня Джаред положил рядом с девушкой. Эрайн тут же подполз к сестре, принялся ее легонько тормошить. Успокоился эльф только после того, как нащупал пульс Лэйаны, убедился, что бьется сердце. Затем он поправил плащ, которым была укрыта принцесса, и настороженно посмотрел на нас.

– Кто она тебе? – спросил эльфа полувампир.

– Сестра. Младшая.

– Она еще совсем ребенок, – подала голос я, – даже Второе совершеннолетие не отпраздновала.

– А ты, как я вижу, не сильно старше своей сестры? – вновь спросил эльфа Джаред.

– Если по-лоэльским меркам, то да, – поморщился Эрайн.

– И сколько же тебе лет?

Принц замялся, а потом все же нехотя сказал:

– Девяносто четыре.

Забавно, но Эрайн и Джаред практически ровесники. Полувампир всего на несколько лет старше принца. При этом Капитан взрослый мужчина, умный, в меру циничный, многое переживший и испытавший. А Эрайн… лишь избалованный мальчишка, этакое тепличное растение.

Хотя, пожалуй, я отношусь к парню несколько предвзято. За последние два месяца принц сумел повзрослеть на пару десятков лет. По эльфийским меркам, конечно.

– И что же вам, детки, дома не сиделось? Зачем вы отправились в Лайэн? – продолжил допрос Джаред.

– Э… я… – Парень рассеянно посмотрел на меня, затем на сестру. – Лэя должна была выйти замуж через несколько дней, вот и сбежала. Я отправился на поиски сестренки.

Хм, хорошо выкрутился!

– Почему именно Лайэн?

– Так в остальных городах либо эльфийские Наместники сидят, либо уже вовсю урги хозяйничают. Первые бы нас быстро вернули домой. А вторые сначала выпытали бы все, что только можно, а потом уложили на жертвенный алтарь… Я и Ри, исходя из этих же соображений, отправил именно в Лайэн.

– А почему ты вообще отпустил Ри? Такой поступок вовсе не в привычках вашего проклятого племени.

Эрайн опять растерялся, но в этот раз ни на меня, ни на сестру смотреть не стал. Некоторое время он раздумывал над ответом, а потом наконец сказал:

– У меня было время немного узнать Ри, и… я посчитал… что она должна жить.

– Так просто? – не поверил Джаред.

– Не совсем. Меня отравили и, если бы не Ри, я бы не выжил.

– И кому же помешал такой мелкий гаденыш?

Разговор принял опасный оборот, но вмешаться я не могла. Если начну вытаскивать парня, Джаред это сразу почувствует. Так что пусть лучше Эрайн выкарабкивается сам. Не зря же его всякой дипломатии, плетению интриг и прочим придворным премудростям учили.

– Я? Никому, – отозвался принц. – Но эльфийский двор не самое безопасное место. Он скорее напоминает море, со своими подводными течениями, хищниками…

– И каково твое место при дворе?

– У меня его нет… Но мой отец правая рука министра финансов.

Хорошо врет! Счастье, что Джаред, в отличие от меня, плохо знаком с эльфийскими реалиями, а то бы он сразу раскусил ложь принца.

– То есть если бы я вас вернул домой к мамочке с папочкой, то мне бы хорошо заплатили?

– Видимо, да… А это возможно?!

– Нет, – встряла в беседу я.

– Почему? Я – ладно. Но хотя бы сестру. Можно ведь ее как-нибудь переправить через гномов в Таэн Лаэссэ.

– Во-первых, гномы, если к ним попадет в руки такой козырь, как… молодая незамужняя лоэл’лина, с ним так просто не расстанутся. Отдадут его тому, кто больше заплатит, кто быстрее среагирует. И далеко не факт, что это будут лоэл’ли.

– А во-вторых? – спросил принц.

– Из города вам не выбраться. Тут всем заправляют вампиры.

– Но как такое возможно?! Этих тварей всех истребили!

– Сейчас это абсолютно неважно, – усмехнулась я. – Главное, что все обстоит именно так, как я сказала.

– И что же нам делать? – тихо, как-то потерянно спросил принц.

– Хороший вопрос, Ри, – поддержал эльфа Джаред. – Что нам делать? Ты ведь понимаешь, что ничто в этом городе не ускользает от внимания вэров? О нашем с тобой участии в драке вампиры скоро узнают. Об ушастых гостях тоже. У нас есть день, может, два. Вряд ли больше.

То, что говорил Джаред, вовсе не было для меня откровением. Я знала, что, скорее всего, уже следующей ночью за нами придут. И если у Джареда и, возможно, Сажи еще будет шанс выпутаться, то у меня и эльфов вряд ли.

В который раз спросила себя: зачем я ввязалась в эту авантюру? Почему поставила все на кон и бросилась спасать эльфов?!

Мне и раньше приходилось убивать людей. Но сегодня я собственноручно прирезала двух человек, чтобы спасти эльфийскую девушку. В тот момент меня совершенно не волновал расовый вопрос, были лишь насильники и их жертва… Хотя, возможно, горожане могли быть еще немного не в себе после вампирского застолья… Нет, не буду об этом думать! То, что шестеро здоровых мужиков набросились на беззащитную девушку (пусть и эльфийку), только на вино не спишешь.

Я не могла пройти мимо, не могла поступить иначе!

И теперь надо как-то расхлебывать неприятности.

– Что молчишь? – спросил меня полувампир.

– Не поверишь, я думаю! – огрызнулась я.

– Раньше надо было думать! – рыкнул Джаред и тут же успокоился, задумчиво и как-то заинтересованно посмотрел на эльфов. – Впрочем, еще не поздно все исправить.

– Подожди! Час-два сейчас роли не играют, – осадила я мужчину. – У меня есть одна идея. И если ты не будешь меня дергать, дашь время все обдумать…

Джаред усмехнулся и поднял руки ладонями вверх. Всем своим видом говоря: «Ну, давай! Думай! Ты же у нас такая умная!»

Я же больше вступать в перепалку с полувампиром не стала. Села на подоконник, устало привалилась спиной к откосу…

«Ррэко! – позвала я. – У меня неприятности!»

«Ну что опять?» – сразу же недовольно отозвался компаньон.

После того как Ррэко принес меня в Лайэн, мы общались мало. Компаньон лишь сказал, что пока я могу отдыхать и всячески набираться сил, а таинственные заказчики свяжутся со мной позже. Да еще предупредил, что, если возникнут серьезные проблемы, без промедления связываться с ним. Ни на один из моих многочисленных вопросов Ррэко не ответил. Сказал, что я и так скоро все узнаю.

«А ты осмотрись», – уже по традиции предложила я собеседнику.

Сидела я удачно. С моего места прекрасно просматривалась и кровать с эльфами, и хмурый Джаред.

«Вот оно как, – на удивление спокойно отреагировал Ррэко. – Мы ожидали, что может случиться что-то подобное, хотя вероятность такого исхода была мала… Шанс, что кроме принца за тобой увяжется еще и принцесса, почти равнялся нулю».

«Но между тем они здесь. И мало того, теперь у нашей компании на хвосте вампиры!»

«Так с этого сразу надо было начинать! – встрепенулся Ррэко. – Вам нужно срочно убираться из города!»

«Если бы это было так легко…»

«Не волнуйся, я все устрою. Немного времени у вас еще есть?»

«Да».

«Тогда собирайте вещи. Через полчаса я с тобой свяжусь».

«Что? Опять предложишь покататься? Всех нас ты не увезешь, да и заметить тебя могут… И потом, что нам делать в горах?» – растерялась я.

«Малышка, не волнуйся и не трать драгоценное время попусту. Через полчаса я все объясню». – И Ррэко исчез из моей головы.

Вопрос: что мне сказать Джареду?!

Я вздохнула и устало улыбнулась полувампиру.

– Надумала?

– Да, – кивнула я. – Мы уходим.

– Как? Куда?

– Ты все узнаешь в свое время… Джад, прошу, не задавай вопросов, просто доверься мне. Мы и так слишком много времени потратили на бесполезные разговоры… Просто поверь.

Джаред внимательно посмотрел на меня. Потом криво и как-то устало усмехнулся:

– Я всегда знал, что меня погубит женщина. Сначала была мать, теперь вот ты… Говори. Что от меня требуется.

– Надо быстро собрать вещи. Уходим через полчаса.

– Хорошо, – кивнул Джад, – займись сборами. Я пойду разбужу Эриха.

Джаред ушел, и меня кольнула неприятная мысль… а вернется ли он? Может, прихватит своего драгоценного воспитанника и даст стрекача? Нет, вряд ли… Хотя… К Хайдашу, будь что будет! Если Джаред захочет уйти, я все равно не смогу его удержать.

Вещей у меня было мало. Лишь небольшая сумка, которую я из природной осторожности все время держала собранной. Я порылась в ее недрах, извлекла из сумки бриджи и рубашку – нашу принцессу неплохо хотя бы как-то одеть. Ни запасной куртки, ни тем более сапог у меня не было. Будем надеяться, что плащ принца от холода девушку спасет, а обувка у Лэи была своя – расшитые золотом сапожки из тонкой кожи насильники просто не успели снять. Не самая подходящая обувь (да и одежда, что уж тут говорить!) для здешнего климата, но что есть.

Затем я достала пузырек с тонизирующим зельем. Капнула из склянки пару капель себе на язык и чуть ли не половину пузырька влила в глотку Эрайна. Принц, наверное, уже минут пятнадцать как спал. Меня это, разумеется, совсем не устраивало – мне и одной спящей красавицы хватало.

Похлопала парня по щекам – просыпаться Эрайн не спешил. В конце концов я решила подойти к делу радикально и плеснула на эльфа из тазика для умывания. Лоэл’ли тут же пришел в себя, расчихался, принялся отплевываться – водица была не первой свежести.

– Мы скоро уходим, – поставила я эльфа перед фактом. – А пока помоги мне одеть Лэю.

Но помощи от эльфийского принца я так и не дождалась. Видите ли, Эрайну не пристало лицезреть свою сестру в таком виде. Чистоплюй несчастный! Мы тут из-за него подставились по полной программе, а он о приличиях думает!..

Джаред задерживался. Чем дольше, тем больше я нервничала. Мысль, что полувампир может меня бросить, что он уже на полдороге к своей мамаше, не давала покоя.

Хайдаш, я слишком плохо знаю Джада!

До поры до времени меня это устраивало. Я не желала пускать кого бы то ни было к себе в душу, Джаред тоже не спешил особо открываться… И вот теперь пожинаю плоды.

Я одела эльфийку, собрала вещи Капитана, которых, к слову, оказалась даже меньше, чем у меня. Пару раз прошерстила комнату на предмет того, не забыла ли я упаковать какую-нибудь мелочовку.

Все было чисто. Пусто. Джареда не было.

Прошло уже минут пятнадцать отпущенного мне Ррэко времени. Небо за окном все больше и больше светлело. Хотя солнце пока еще не спешило показаться из-за гор. День обещал быть ясным, солнечным, на небе не было ни тучки.

Наконец дверь распахнулась, и в комнату ввалились Джаред с небольшим дорожным мешком в руках и заспанный, лохматый мальчишка.

– Что так долго?! – не выдержала я.

– Думала, нас уже и след простыл? Зря, – усмехнулся полувампир и взлохматил вихры на голове Сажи. – Этого сорванца не так-то легко добудиться. Да и в курс дела надо было его ввести.

– Скажем так, немного волновалась, – проворчала я.

– Я польщен, – опять скривил губы в легкой усмешке Капитан. – Итак, все в сборе. Не пора ли нас посвятить в детали твоего плана и отправиться путь?

– Полчаса еще не прошло.

– Ри…

– Подожди еще хоть немного. Пожалуйста, – попросила я.

Что будет, если Ррэко меня обманет, я старалась не думать.

Хайдаш, ненавижу неизвестность!

– Мы с Сажей ждем еще двадцать минут, потом уходим, – поставил меня в известность Джаред.

Спрашивать, куда именно бывший контрабандист с воспитанником направятся, не было нужды. После всего случившегося выход у Джареда только один – пойти на поклон к Лардане. Неудивительно, что у полувампира сейчас отвратное настроение.

– Что ж, спасибо, что предупредил, – огрызнулась я.

– Ты можешь пойти с нами. Но я ничего обещать не могу.

Я покачала головой. Мое положение гораздо более шаткое и неустойчивое, чем у Джареда. В гостях у вампиров меня ничего хорошего не ждет.

Вот и ответы на мои вопросы. Впрочем, спасибо Джаду за честность.

А если уж быть до конца справедливой, то я сама заварила эту кашу, мне ее и расхлебывать. Капитан и так сделал больше, чем должен был.

В комнате воцарилась гнетущая тишина. Нам с Джаредом больше не о чем было говорить, во всяком случае, при столь многочисленных свидетелях. Лэя еще не пришла в себя, Эрайн, несмотря на огромное количество влитого в него тонизирующего зелья, дремал. Лишь Сажа пару раз пытался завязать разговор – слишком уж мальчишку интересовали наши недавние приключения и эльфы. В конце концов Джаред не выдержал, отвесил сорванцу звонкий подзатыльник и приказал заткнуться. Так что теперь насупленный мальчишка с восторгом и некоторым удивлением рассматривал спящих эльфов. При этом большая часть внимания Эриха конечно же досталась девушке. Эх, знал бы еще паршивец, что перед ним не просто какая-то там эльфийка, а самая что ни есть всамделишная принцесса!

«Ри, у нас все готово!» – раздался у меня в голове голос Ррэко.

От неожиданности я подскочила и чуть не упала с подоконника. И тут же поймала на себе настороженный взгляд Джареда.

– Что случилось?

– Еще немного подожди! – взмолилась я.

«Ррэко, ну! Говори!»

«Значит, так. Если коротко, то кристалл, который ты позаимствовала из музея, в некотором роде является телепортационным артефактом. Только он намного более мощный, сложный и древний, чем Амулет Иракэны…»

«Что?!» – опешила я.

«Малышка, все свои претензии (уверен, у тебя их накопилось много) выскажешь позже. Ответы на вопросы ты тоже получишь… но не сейчас! Время дорого, а вэры уже почти вышли на ваш след. Вступать в стычку с этими созданиями из-за пары эльфийских детишек нам совсем не хочется… Вернемся к артефакту. Самостоятельно научиться пользоваться им ты не сможешь, я тут тоже тебе не помощник, поэтому для осуществления переноса вашей теплой компании в безопасное место нам нужна помощь третьего лица».

«То есть этот артефакт сможет перенести всех разом?!»

«Да. Кристалл практически не имеет ограничений по весу и количеству живых существ. Не бойся, у нас все получится, если ты будешь следовать моим инструкциям».

«Куда именно мы попадем?»

«В безопасное место», – коротко и лаконично повторил Ррэко.

Я совсем не была уверена, что хочу переместиться под крыло моих таинственных работодателей (или, вернее сказать, кукловодов). Но в Лайэне больше оставаться было нельзя. И даже если бы мне в затылок не дышали вампиры, я все равно приняла бы предложение компаньона.

«Хорошо, я согласна».

«Подвеска с кристаллом при тебе?»

«Да, я зашила ее в кармане брюк».

«Надень ее на шею».

Я замешкалась. После того как я необдуманно нацепила на себя браслет с рысью, экспериментировать с украшениями мне резко расхотелось.

«А это не приведет к каким-нибудь… ну не знаю… нежелательным последствиям?»

«Малышка, – снисходительно сказал Ррэко, – в тот миг, когда ты взяла в руки кристалл, он признал тебя, настроился на тебя. В принципе и надевать цепочку на шею необязательно. Но лучше все-таки, чтобы кристалл касался твоей кожи. Не бойся, использование этого артефакта абсолютно безопасно».

«Стоп! Он мог меня… не признать?!»

«Ты все узнаешь…»

«Ррэко!!! – перебила я собеседника. – Отвечай!»

Я буквально ощущала неудовольствие рыси, его нежелание говорить.

«Мог».

«И что бы тогда со мной было?»

«Ты бы умерла… Но вероятность такого исхода была поистине ничтожна!»

Я вдохнула, выдохнула. Безумно хотелось зарычать, заорать, разбить что-нибудь.

«Знаешь кто ты, Ррэко?! Лживый, вшивый ублюдок!!!»

«Рийна…»

«Не оправдывайся, не поможет».

Выхватила из-за сапога нож и быстро принялась распарывать карман. Джаред смотрел на меня странно, и сейчас я его прекрасно понимала: со стороны я, наверное, выглядела сумасшедшей. Руки дрожали, так что извлечь из кармана цепочку с кристаллом я смогла только через минуту.

– Так это ты украла его?! – обрушился на меня крик Эрайна. И столько в голосе нелюдя было обиды, разочарования, что я невольно поежилась.

А я-то думала, что ушастый недоросль спал. Наивная!

– Ну, я. И что? – спросила я, надевая цепочку на шею.

– Ты еще спрашиваешь?! Я доверял тебе! Верил! Я сделал все возможное, чтобы спасти тебя… А ты всего лишь лживая воровка!

– Ты ничего обо мне не знаешь, – устало сказала я. Только истерики принца мне для полного счастья не хватало.

– Я тоже знаю о тебе ничтожно мало, – заметил Джаред. – И, к слову, двадцать минут уже истекли.

«Ррэко?!»

«Пусть они образуют вокруг тебя круг. Возьмутся за руки…» – быстро начал инструктировать меня рысь.

– Если вы хотите убраться отсюда, то делайте, как я говорю. Перенесите девушку на пол. Ага, хорошо… Тоже сядьте на пол, так чтобы образовался круг и я была в его центре…

Джаред с раздражением посмотрел на меня, потом сквозь зубы выругался и схватил за руки Сажу и спящую принцессу. Эрайну же ничего не оставалось, как замкнуть круг.

Только бы эти двое отношения между собой выяснять не начали, тогда все пропало!..

– Ри, что ты вытворяешь? К чему все эти игры? – спросил Джад.

– Подожди, не мешай!.. Не дергайте меня хотя бы пару минут! И, что бы ни случилось, не разжимайте рук!!!

Я закрыла глаза.

Теперь расслабиться, отрешиться от всего. Посмотреть внутрь собственного сознания, как учил Ррэко… Найти Стену и ворота.

Сейчас, в третий раз, мне все удалось намного быстрее, чем тогда в горах. Или просто показалось?

Безумно захотелось прогуляться по городу, до боли знакомому, напоминающему родной Таннис. Но я одернула себя. Не время! Да и неизвестно, к чему может привести прогулка по закоулкам собственного сознания.

Я резко распахнула ворота и увидела, что за ними меня ждет старый знакомец – гигантская снежная рысь. Но в этот раз Ррэко не парил в пустоте, а стоял на дороге, которая серой лентой змеилась вдаль и терялась среди клочьев тумана.

«Молодец, девочка! А теперь просто подумай о своих спутниках. Создай их образы рядом с собой».

«Они что, тоже попадут сюда? Увидят все это?»

«Нет. Это будут лишь проекции».

Я представила Джареда. И тут же воздух передо мной сгустился, и появилась полупрозрачная фигура полувампира. Этакий призрак Капитана… Затем я так же создала Сажу, Эрайна, Лэю.

«Так пойдет?»

«Да. Теперь ты должна вместе с ними выйти за ворота, ступить на дорогу».

«А это не опасно? – засомневалась я. – Выходить из… ну, ты понимаешь?»

«Дорога не даст тебе заблудиться в пустоте. Не бойся».

Выходить за ворота, ступать на серую, металлически поблескивающую ленту, висящую в пустоте, было страшновато. Но я вздохнула и сделала шаг, второй, третий… Обернулась. Проекции следовали за мной. И вдруг почувствовала, что лента под ногами движется.

«Тише, малышка! Все хорошо! Дорога сама приведет тебя и твоих спутников куда надо. А теперь тебе пора вернуться в свое тело. Твои друзья нервничают, их надо успокоить».

«Но как мне вернуться?»

«Так же, как и в прошлый раз. Открой глаза».

«Если бы я понимала, как у меня это получилось тогда!» – вспылила я.

Постепенно набирающая скорость дорога под ногами заставляла нервничать.

«Ты должна просто захотеть вернуться. Очень сильно захотеть!»

Я и хочу вернуться. Очень хочу! Вновь ощутить под ногами настоящую, не иллюзорную твердь. Увидеть знакомые лица. Понять, что все вокруг реальное, а не плод моего воображения, сознания… Хайдаш знает чего!

Открыла глаза.

– Ри, твою мать, что происходит?! Что ты делаешь?! – закричал Джаред.

Нашу компанию окутывала искрящаяся, радужно переливающаяся дымка, которая будто вытекала из кристалла.

Мои спутники, слава богам, все еще держались за руки, не разорвали круг. Хотя видно – им было не по себе.

– Создаю телепорт, который унесет нас отсюда.

– Ты не маг!

– Сейчас это не имеет значения. Не волнуйтесь. Все будет хорошо!

Эх, кто бы дал мне такую уверенность!..

Принц тоже хотел что-то сказать, но не успел – вокруг нас закрутился радужный вихрь телепорта.

Март 2010 – май 2011

Глоссарий

Географические названия

Алрэйна – столица эйсин, город тысячи башен.

Велайские горы – горный массив, который разделяет материк Тауру на две части: западную и восточную.

Велайя – река, впадающая в Скалистое море, берет начало в озере Лайа.

Вольгород – человеческий город на берегу реки Рийски. Вольная территория под протекторатом Таэн Лаэссэ.

Вольные территории – человеческие резервации, образованные после Последней войны на территории Таэн Лаэссэ (эльфийского королевства) и Одр Крапа (гномьего царства).

Вэллат – прародина эльфов, которую они были вынуждены покинуть.

Империя Алрин – до Последней войны одно из государств людей (самое могущественное), сейчас его территория поделена между нелюдями.

Лайа – озеро в Велайских горах, из которого берет начало река Велайя. В долине озера находится вольная территория Лайэн.

Лайэн – человеческий город, расположен в Велайских горах на берегу озера Лайа. Единственная вольная территория под протекторатом Одр Крапа.

Лия – второй по величине материк Срединного мира.

Одр Крап – государство гномов в Велайских и Габийских горах. На его территории находится человеческая резервация Лайэн.

Скалистое море – внутреннее море Тауры. На Нисском полуострове находится вольная территория Таннис.

Стена – искусственное сооружение, которое отделяет Старый город Танниса от Нового.

Талрэй – столица эльфийского (лоэльского) королевства Таэн Лаэссэ.

Таннис – человеческий город, бывшая столица Империи Алрин, расположен на Нисском полуострове на юге материка Тауры. Вольная территория под протекторатом Таэн Лаэссэ. Разделен Стеной на Новый и Старый город.

Таура – самый большой материк Срединного мира.

Таэн Лаэссэ – эльфийское (лоэльское) королевство, самое большое по площади государство на материке Таура. На территории Таэн Лаэссэ образовано пять человеческих резерваций – вольные города Таннис, Вольгород, Эрайта, Шутэ и Ханырг.

Тролграст – государство троллей.

Ургостан – государство орков (ургов). Столица – Ургост.

Основные понятия

Анвэры – то же, что низшие вампиры.

Араш Милосердная (Матерь Араш) – богиня, покровительствующая материнству, плодородию, семейному очагу; см. Чертоги Араш.

Араэлл (Творец Араэлл, Пресветлый Единый) – создатель расы лоэл’ли и мира Вэллат.

Арриты – раса, которой эльфы проиграли войну и от которой были вынуждены бежать через Врата в Срединный мир.

Ару эссени – эльфийский (лоэльский) военный министр, главнокомандующий.

Аршет – редкая и не очень популярная разновидность дэйш’ли.

Атанарил-лин – эльфийское название последнего летнего месяца.

Атхи – одна из разновидностей ящеров, внешне похожи на гигантских варанов; основная движущая сила ургской (орочьей) армии.

Великий Прародитель – бог и прародитель расы истинных вампиров (вэров).

Врата – межмировой портал, через который можно попасть в Срединный мир, но нельзя его покинуть.

Второе совершеннолетие – возраст (190 лет), по достижении которого эльфы (лоэл’ли) вступают в зрелый период жизни.

Высшие (Высшие Сущности) – истинные создатели Срединного мира.

Вэры – раса истинных вампиров; мужчина – вэр, женщина – вэрина.

Гильдия Теней – объединяет людей, связанных с теневой стороной жизни: наемных убийц, воров, грабителей, мошенников и т. п. Гильдии подчинены бордели, игорные дома, бойцовские арены, лавки скупщиков краденого и т. д. Глава Гильдии – Посредник (он же Безликий). Гильдии Теней существуют во всех вольных городах.

Грана – крепкий алкогольный напиток, настойка корня граники на спирту.

Дайрэн – одна из разновидностей дэйш’ли, по сути, наложница.

Дэйш’ли – полукровки, искусственно выведенная раса рабов.

Игломет – механическое стрелковое оружие с барабаном на 12 снарядов-игл (ядовитых или парализующих). Барабан у иглометов съемный и является расходной частью.

Изгнанники – эльфы, преступившие закон.

Инкубатор – лаборатория, в которой разводят и обучают дэйш’ли.

Ири – эльфийская мера длины; 1 ири – 0,5 км.

Исход – бегство эльфов со своей прародины (из мира Вэллат) через Врата.

Кархи – наркотическое вещество, действует только на эльфов.

Карэль-лин – эльфийское название второго осеннего месяца.

Л’рели – денежная единица эльфов, в ходу на всех вольных территориях.

Латара – эльфийское холодное колюще-рубящее оружие с сердолловым клинком.

Лоэл – вежливая форма обращения к эльфу.

Лоэл’ли – самоназвание эльфов. Мужчина – лоэл’ли, женщина – лоэл’лина.

Наместник – правитель вольной территории. Им может быть эльф или гном, в зависимости на территории какого государства расположена резервация.

Ночные гости – привилегированная каста профессиональных воров и искателей древностей в Гильдии Теней.

О. В. – Открытие Врат – 223 года назад Врата открылись, и раса эльфов (лоэл’ли) попала в Срединный мир. С этой даты ведется летосчисление.

Озаряющий шар – магический эльфийский светильник.

Ора дэйш’ли – дословно «дикие полукровки». К ора дэйш’ли относят людей с большой долей эльфийской крови.

Отступник – эльф, который вступил в брак с женщиной, не являющейся носительницей чистой лоэльской крови. Также Отступником называют эльфа, который решил воспитать ребенка, рожденного от женщины иной расы.

Охотник – человек, цель жизни которого убить как можно больше захватчиков-эльфов.

Пекло Хайдаша (Пекло) – в фиертизме место для наказания грешников после телесной смерти.

Первое совершеннолетие – возраст (70 лет), по достижении которого эльфы вступают в юношеский период своей жизни; эльфиек обычно в этом возрасте выдают замуж.

Последняя война – война коалиции нелюдей против всех человеческих государств. Также известна как Элиарай ару.

Рыгла – мелкий ящер, тело которого густо покрыто ядовитыми иглами.

Рэйа – титул владычицы расы эйсин.

С’кааши – парные клинки, дуэльное и ритуальное эльфийское оружие.

Сердолл – черный матовый металл, очень дорогой и редкий, из которого изготовлено эльфийское оружие.

Стражи – мифические и смертельно опасные существа, которые живут в Таннисе.

Т’раэн (т’раэни) – младший эльфийский принц (принцесса).

Такима Ясноокая – богиня, покровительствующая торговцам и ворам.

Таэ (таэни) – король (королева) эльфов.

Тэлиак – одна из разновидностей дэйш’ли, простые воины и младший офицерский состав армии эльфов.

Урги – самоназвание расы орков.

Фиерт Двуликий – бог жизни и смерти, верховный бог.

Фиертизм – одна из религий людей.

Хайдаш Отвергнутый – темный бог; см. Пекло Хайдаша.

Чертоги Араш – в фиертизме обитель праведных душ после телесной смерти.

Эйсин – раса бессмертных существ, живущих в Велайских горах.

Элай – эльфийская единица измерения; 1 элай – 3,33 м.

Элиарай ару – то же, что Последняя война.

Эн (эни) – официальное обращение к члену королевского рода.

Content

Юлия Архарова
Дорога в ночь

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глоссарий

Географические названия

Основные понятия