Сатиа Корди

Сто дорог одного пути

1

На берегу реки сидела маленькая, хрупкая девушка и, с тоской смотрела на воду. Слез уже давно не было, но душа плакала кровавыми слезами. Как она попала на берег, Кира не помнила, вышла из дома, потому что сидеть в четырех стенах, она уже не могла и, пошла куда‑то. А очнулась вот здесь, на берегу.

Уже около месяца девушка была в таком состоянии. Сильно похудела, хотя куда уж больше, она всегда была худенькой, и выглядела так, что ее чаще всего принимали за подростка. И если бы не длинные, иссиня–черные, вьющиеся непокорными прядками волосы, вообще принимали бы за мальчишку. Ее большущие, красивые, темно–карие глаза под стремительными вразлет бровями, смотрели в никуда с такой тоской, что становилось больно, узкие, аристократичные кисти рук, с длинными музыкальными пальцами безвольно упали на колени, тонкие плечи поникли.

А случилось страшное, и Кира никак не могла прийти в себя, и взять себя в руки. Тот страшный день — месяц назад, она не забудет никогда. В тот день они всей семьей, — мама, отец, и младшие брат с сестрой собирались провести все вместе в аквапарке. Веселые, радостные они с самого утра шутили и устраивали развеселую кутерьму, радуясь что вся семья наконец‑то в сборе. Днем раньше отец вернулся из долгого рейса, а он работал дальнобойщиком, и часто подолгу отсутствовал дома, наконец вернулся, как всегда с кучей подарков, и все они так и льнули к нему, сильно соскучившись, и радостно рассказывая свои новости. А на следующий день все радостно собирались в аквапарк, предвкушая хороший, веселый день, с самыми дорогими им людьми, которые наконец‑то, опять вместе. Только Кире пришлось немного задержаться, и сначала отвезти подруге, взятую накануне книгу, которую она обещала вернуть вовремя. Вот они и решили, что Кира приедет прямо в аквапарк, что бы присоединится к семье.

Когда она уже ехала в автобусе, ее взгляду предстала страшная картина! Никогда она не сможет забыть этого. Она сидела у окна, улыбаясь своим мыслям, и вдруг ее как будто кто по голове ударил, а сердце пропустило удар. Расширившимися от ужаса глазами она смотрела на смятую в блин, знакомую машину. ИХ машину!

Она не помнила, как закричала на весь автобус, не помнила, как водитель открыл ей дверь, и не видела сочувствующих взглядов людей. Все остальное Кира вспоминала как в тумане. Она выскочила из автобуса, и не помня себя от ужаса кинулась к толпе людей, собравшихся вокруг страшной картины… Похороны, четыре гроба, и она, мечущаяся между этими гробами, не знающая куда кидаться, к какому из них подойти…Люди, вытирающие слезы, двоюродная бабушка Аня, полненькая седая старушка лет восьмидесяти, единственная оставшаяся у Киры родня, вытирающая слезы и, пытающаяся напоить ее какими то каплями. Потом стук земли о крышки гроба…такой страшный, не раз ей снившийся впоследствии. И дикий ужас, от осознания того, что она ничего не может сделать. Совсем ничего… Она осталась одна, со своими кошмарами. Забываясь, Кира говорила с родителями и с малышами. Ей казалось, что она давно сошла с ума, просто этого, почему‑то никто не видит. Боль рвала на части, разрывала душу. Если бы она хотя бы могла заплакать! Но слез не было. И смотря сухими, воспаленными глазами в никуда, она вновь и вновь переживала этот ужас. «За что?» Билась мысль воспаленном мозгу. Ответа не было. Почему тот пьяный водитель на большом бронированном джипе, вылетел на встречную полосу именно в тот момент когда на этой дороге оказалась ИХ машина?! Почему этому водителю, оказавшемуся сынком какого‑то влиятельного чиновника, ничего не было за то, что он забрал четыре самые любимые ей души? Ее поначалу часто дергали, то из прокуратуры, то еще кто‑то. Пытались сунуть какие‑то деньги. Но девушка недоуменно, и молча смотрела им в глаза, не понимая как можно пытаться заплатить за то, что невозможно оплатить в принципе. Иногда мозг, сжалившись над измученным организмом, отключался, и она, то проваливалась в какой‑то тяжелый сон, то шла куда‑то, что‑то делала, совершенно машинально а, очнувшись, могла оказаться где угодно, как сейчас, например. В этот раз ноги сами почему‑то привели ее к реке. Девушка долго сидела глядя на воду, и стараясь ни о чем не думать. Она уже научилась этому, отгонять все мысли, и сидеть не двигаясь, с пустой головой, чтобы хоть как‑то отгородиться от боли. Чтобы не сойти с ума.

Стало вечереть, и Кира вздохнув, поднялась с травы, и пошла в сторону остановки. На ходу, проверяя карманы, но они оказались пустыми. А значит, ей придется идти пешком. Впрочем, тут недалеко, живет бабушка Аня, а Кира обещала старушке ее навещать, но так ни разу и не зашла. Ей стало стыдно. Нужно сходить, вдруг ей помощь нужна! Медленно идя вдоль улицы, девушка с каким‑то болезненным любопытством смотрела вокруг. Со смертью ее родных, ничего не изменилось. Все так же, как и раньше, ходили люди, ездили машины, работали магазины. И ей это казалось каким‑то неправильным, странным…. До дома бабушки оставалось пройти всего квартал, когда она услышала бешеный визг тормозов, и надрывный, страшный крик. Вздрогнув, девушка с ужасом, как в замедленной съемке, смотрела на выбежавшего, на дорогу маленького, светловолосого мальчика, лет трех, и машину, уже никак не успевающую затормозить…. В глазах Киры на секунду потемнело, отчаяние рванулось, откуда‑то из нее, и еще не зная зачем, она бросилась к лежащему на земле ребенку.

Подбежав к лежащему в луже крови малышу, девушка увидела страшную картину, голова мальчика была неестественно вывернута, а из разорванной шеи выбивался фонтан крови. Плохо соображая, что она делает и зачем, Кира рухнула перед ним на колени, прямо в лужу крови, положила на рану руки, и закрыла глаза. Что‑то рванулось из нее, то ли отчаяние, то ли какой‑то протест, против смерти. Какая‑то непонятная ей сила прошла по рукам, и полилась в умирающего мальчика. А потом все разом закончилось, и наступила страшная слабость. Девушка открыла глаза, пошатнулась, стараясь справиться с головокружением, и увидела испуганный взгляд малыша. На его шее остался тонкий, белый шрам.

— Мама… мальчик сел, и закрутил головенкой, ища мать.

Кира слабо улыбнулась, и с трудом поднявшись на ноги, увидела ошарашенный взгляд водителя, и его дрожащие руки. Сразу пришло понимание, что нужно срочно уходить отсюда. Пятясь, она вышла из набегающей толпы, и быстро зашла за угол. Хорошо хоть мало кто видел, что произошло. Например, мать ребенка, скорее всего не поняла. А если и поймет, что случилось что‑то необычное, то уже поздно. Впрочем, Кира и сама не поняла. Но об этом, она подумает потом, сейчас не до того. Нужно срочно попасть домой, а то в таком виде ее в тюрьму посадят, решат, что

она убила кого‑то. Руки и вся одежда были в крови. Киру передернуло, и она поспешно свернула в какой‑то дворик.

— Девушка, да подождите же — заставил ее вздрогнуть, чей‑то голос. Она поспешно обернулась, и увидела входящего во двор, невысокого, солидного мужчину, лет тридцати пяти того самого водителя, который сбил мальчика. Она нахмурилась, и чего‑то вдруг испугавшись сделала шаг назад.

— Ну, куда Вы в таком виде то? — выдохнул мужчина — Идемте, подвезу. А то мало ли….

В общем, это был лучший вариант, чем прятаться до темноты, где‑то по углам, и Кира согласно кивнула.

— Меня кстати Костя зовут. А Вас?

Кира представилась, и устало откинулась на спинку сиденья. Такой слабой, она себя никогда не чувствовала.

Подъехав к ее дому, Костя заглушил мотор, и заглянул девушке в глаза.

— Кира, скажите мне, что Вы сделали с этим ребенком? — тихо спросил Костя.

— Не знаю — вздохнула она, — не спрашивайте пожалуйста, я не знаю.

— Вы сегодня не только спасли жизнь этому человечку, но и мне тоже…. Не знаю, смог ли бы я жить, сознавая что, хоть и не по своей вине, убил ребенка. И я Вам очень благодарен…. То что я видел… это так странно, что я до сих пор не могу поверить. У вас руки светились…

Кира опять испугалась, и покачала головой — Не нужно, Костя, я ведь и сама не знаю, что произошло. И, пожалуйста, забудьте об этом. Не хватало только привлечь ко всему этому внимание. Пожалуйста, очень вас прошу.

— Забыть о таком не возможно. Одни только ваши сияющие руки, чего стоят! Но не волнуйтесь, я никому ничего не скажу. Да и если скажу, боюсь, мне не поверят.

Девушка облегченно вздохнула, и открыла дверцу машины.

— Я пойду, простите. Устала очень. Костя кивнул, и попрощался. Девочка и правда выглядела измученной. Нужно бы узнать о ней хоть что‑то. Он вышел из машины, и осторожно проследил, в какую квартиру она войдет. Потом набрал по мобильному, номер своего друга Мишки. Уж Мишка то выяснит, кто эта малышка. Зачем это ему нужно, он и сам не знал, да и не задумывался. Просто не хотелось терять из вида эту необычную девочку.

Кира испытывала жуткий голод, чего с ней не случалось уже давно. Чаще всего, о еде она просто забывала. Приняв душ, и отправив грязную одежду в стирку, девушка совершила набег на холодильник. Правда, там мало что было, всего десяток яиц, да кусочек сморщенного сыра. В углу еще стояла банка клубничного варенья. Мамино любимое. Кира сглотнула подступивший к горлу комок, и набросилась на еду, съев сразу и сыр, и весь десяток яиц, и варенье.

Она очень устала, но заснуть в эту ночь, ей удалось только под утро. Весь прошедший день как будто разбудил ее. Ведь весь месяц, после смерти родителей и малышей, она ничего и никого не видела, погрузившись в какое‑то оцепенение. Что она сделала? Как? Костя говорил, что у Киры светились руки…этого она не помнила. Что же это было? Она пыталась найти какой‑то приемлемый ответ, но не получалось. Экстрасенсорные способности проснулись что ли? Так откуда им взяться? Или целителем вдруг стала? Типа магии что‑то? Бред какой‑то. Да Кира никогда в подобное и не верила, хоть и очень любила и сказки и фентези. Но запоем читая какую‑то книгу в стиле фентези, с магами и всякими существами, всегда воспринимала это просто как интересную сказку, не больше. Так ни до ничего не додумавшись, она все же уснула.

Бабушка Аня, к которой Кира отправилась на следующий день, разохалась увидев как она похудела, и усадила ее за стол. Старушка была так счастлива приходу Киры, что ей стало неудобно и стыдно. Надо же было совсем забыть про нее!

— Как ты солнышко? — ласково заглядывая в глаза девушке, спросила старушка.

— Не знаю, баб Ань… все так изменилось… я, кажется, совсем растерялась и не знаю что делать.

— Ну, ну, милая, нужно жить. Что ж тут поделаешь! Ты уже большая девочка, ты справишься. Ты, моя хорошая, на работу иди, куда‑нибудь, где людей побольше. Отвлечешься, развеешься, а там и решишь, как дальше жить. А то если сиднем сидеть в доме, да со своими мыслями, так и с ума сойти можно.

Кира задумалась…а и правда, нужно же как‑то жить. Деньги у нее, оставшиеся от родителей, еще были, тратить их ей было особо не на что, да и не хотелось. Но хочешь или нет, нужно подумать, как быть дальше.

— Я, раньше в консерваторию собиралась, а теперь не хочется — вздохнула Кира. — Даже петь больше не хочется. И за инструмент нет желания браться.

— Ничего, бабушка ласково провела морщинистой рукой по щеке девушки, ты пока оглядись, поработай годик, а там и в консерваторию поступишь. Голосок то у тебя как у ангела, жаль такой талант закапывать. Отец уж так любил слушать как ты поешь! — Тяжело вздохнула старушка.

Кира согласно кивнула, и с трудом сдержав слезы, засобиралась домой.

По дороге она купила пару газет с объявлениями, и присела, в сквере на лавочку. Выбор оказался не богатым, в прочем, у них маленький городок, работу найти не так уж просто. А вот! В кафе требуются официантки на летнюю площадку. Можно попробовать. И недалеко совсем. Сейчас что ли сходить? Кира оглядела себя критическим взглядом. Ну, в общем, вид не супер, но сойдет. И она решительно пошла к упомянутому кафе.

Встретил ее здоровый, веселый грузин.

— Захади дарагая, не бойся. Я Багир, а ты Кира? Харашо. Вот, сматри, утром приходишь, расставляешь все, работаешь. Вечером собираешь все. Раз в неделю платить буду.

Этот Багир оказался забавным дядькой и, договорившись с ним, что выйдет на следующий день, Кира ушла.

Следующие две недели пронеслись незаметно.

Работать Кире понравилось, и главное, на работе, она отвлекалась от своих горестных мыслей. Багир оказался дядькой веселым, не обижал и не придирался. В конце каждой недели грузин исправно платил ей деньги, и Кира гордясь первой зарплатой, накупила разных вкусностей и забежала к бабушке Ане. Старушка засияла, и побежала ставить чайник. Теперь Кира частенько забегала к бабушке, и они подолгу разговаривали, обо всем и ни о чем, прямо как подружки.

Как‑то в конце рабочего дня, на летнюю площадку пришли трое подвыпивших ребят и, заказали по бутылке пива. Сидя за столиком, эта троица начала отпускать похабные шуточки проходящим мимо девчонкам. Вели они себя безобразно, громко ржали, цеплялись к сидящим за другими столиками людям. Кира надеялась, что они выпьют пива и уйдут, да не тут‑то было. Обратив внимание на хорошенькую официантку, один из них протянув руку, к проходящей мимо, с подносом девушке, больно ее ущипнул пониже спины и заржал. От неожиданности и боли Кира дернулась, и с подноса посыпались грязные стаканы. Не долго думая она изо всех сил треснула хама этим подносом по голове.

— Ах ты ж сука — взвыл парень, и схватил девушку за руку. Его друзья дружно загоготали. А в Кире вдруг поднялась такая волна гнева, какой она и представить себе не могла. Глядя прямо в глаза парню, она холодно сказала — отпусти. Но тот, не слушая, размахнулся и ударил Киру в лицо. На мгновение в глазах потемнело, она упала, отлетев на пару метров. Но видимо ярость рассеяла туман, Кира вскочила, и сама не понимая, что она делает, перехватила взгляд этого гада, уставилась ему прямо в глаза, и из ее глаз, в глаза парня потекла ее ярость. Она ощутила как что‑то в ней, вламывается куда‑то внутрь чужого сознания, и просто испугалась. Гнев сразу утих, Кира хотела отпрянуть, но вдруг пришло понимание, что если она сейчас уйдет, человек просто погибнет, так как она своим вторжением разорвала какую‑то важную, невидимую его часть. Осторожно осмотревшись, девушка увидела что‑то напоминающее неясные пятна, одно из этих пятен как бы горело злостью. Кира невольно прикрыла это пятно, попыталась успокоить его, и оно начало бледнеть. «Ты хочешь уйти отсюда» послала она мысль, и почувствовала отклик. Да, он теперь хотел уйти. Что же дальше делать? Девушка осторожно начала сращивать то что разорвала, оболочка послушно сошлась, и Кира выдохнув, подалась назад. Что еще можно сделать она просто не знала, и очень боялась навредить. Прошло всего несколько секунд, а Кире показалось, что не меньше часа. Она подняла глаза на своего обидчика, но тот больше не глядя на нее, круто развернулся и пошел прочь.

— Эй, друг, ты куда? Друзья парня не поняли что случилось, и удивленно смотрели на уходящего. Потом поднялись и пошли следом. Кира облегченно вздохнула, и устало побрела к барной стойке. Но перевести дух ей не дали, выскочил Багир, и девушке пришлось рассказывать, что произошло, естественно опустив некоторые подробности. Багир заохал, принес лед, приложил к разбитой скуле Киры, и посадил ее в уголке, занявшись обслуживанием посетителей. До конца рабочего дня оставался всего час, и Кире хотелось скорее домой. То что произошло, напугало ее, к тому же сильно болела скула. В прочем люди почти все разошлись, только за крайним столиком сидел какой‑то молодой человек, украдкой бросающий взгляды на Киру. От его взгляда девушке было не по себе, и она спряталась за стойкой, прикладывая к щеке лед. Обслужив посетителя Багир подошел к Кире, и смущенно потер щеку — Ты, вот что, не выходи завтра, отдохни, и щас иди домой, — сказал он, и сунул ей на колени несколько купюр. Кира не возражала, чувствовала она себя препаршиво, голова раскалывалась, и согласно кивнув, она пошла переодеваться.

Уже подойдя к своему дому, Кира увидела соседа, живущего этажом выше. Звали его Роман Иванович. На вид ему было лет шестьдесят, был он совершенно лыс, носат, и вообще у него были крайне крупные черты лица. Даже слишком. Большие губы, мохнатые брови, крупные глаза. Но вот рост у него был чуть повыше чем у Киры. Был он одинок, и страдал запоями. Кире не раз доводилось помогать соседу дойти до его квартиры, так как не могла она смотреть, как он укладывался спать в снег, не дойдя до дома совсем чуть–чуть. Роман Иванович был добрым человеком, и в «трезвые дни» с ним было интересно поговорить. Он многое пережил, и многое знал, у него было два высших образования, и, во времена Советского Союза, Роман Иванович работал в одной очень уважаемой конторе, ведущим аналитиком. Но Союз распался, и Роман Иванович остался не у дел. К тому же, не выдержав трудностей, и безденежья, его бросила любимая жена. С тех пор Роман Иванович жил один, очень тосковал, и время от времени, заливал свою тоску, доводя себя до беспамятства. Но сейчас сосед был на удивление трезв.

— Здравствуйте, Роман Иванович, поздоровалась Кира.

— Здравствуй милая, — ласково улыбнулся мужчина, — садись, посиди со стариком.

Кира присела на лавочку, и с облегчением вздохнула.

— Что‑то ты сегодня уставшая. Наработалась? — Роман Иванович сочувственно смотрел на нее.

— Есть немножко, — слабо улыбнулась Кира.

— Посиди тогда, видишь вечер какой хороший. Вот послушай, как сверчки поют. Что‑то ты грустная совсем, девочка. Случилось что?

— Да не знаю — вздохнула Кира — что‑то происходит, а что — понять не могу.

— А ты расскажи — улыбнулся сосед — может, подскажу что‑то.

— Да не все так просто, Роман Иванович, я даже рассказывать не знаю что. Просто странное что‑то. Мистика прямо.

— Ну, с мистикой я тебе не помогу — засмеялся сосед, я в мистику не верю.

— Да я вроде бы тоже… не верила. Ладно, пойду я домой, Роман Иванович, проголодалась, сил нет.

— Что ж иди, милая, а если что — обращайся, помогу, чем смогу. Если только опять в запой не уйду.

Кира поднялась с лавки, но последние слова мужчины остановили ее. Киру прямо что‑то толкнуло, и она невольно взглянула ему в глаза. А дальше она ясно увидела то, что мешало этому человеку жить. Какой‑то сосуд в его мозге, был пережат, и вот от этого, раньше волевой и сильный человек, превратился в зависимого от алкоголя пьяницу. Какая‑то помеха, давит на мозг — вдруг поняла Кира — это она вызывает в нем такую безысходность, что он спивается. Как то так получилось, что она потянулась к этой помехе, и просто вытащила ее. Как у нее это получилось, Кира не знала, но откуда‑то, она точно знала ЧТО нужно делать. Голова ее взорвалась болью, и Кира завершив работу, и пошатываясь от слабости, побрела домой. Роман Иванович, похоже, так ничего и не понял.

Проснулась Кира на следующий день поздно, и хорошо отдохнувшей. Умывшись и почистив зубы, она сварила себе кофе, и задумалась. Странно, все произошедшее вчера, казалось ей сном. То, что она обладает какими‑то паранормальными способностями — это понятно, но как‑то слишком уж это все не похоже на все то, что она читала, или видела по телевизору. Да и вообще, эти способности ее пугали. Ненормально это как‑то, для человека. Нужно бы порыться в Интернете, — решила она, — поискать что‑нибудь похожее. Вполне ведь возможно, что такие способности есть не у одного десятка людей. Можно было бы попросить их о помощи или спросить совета. Девушка вымыла чашку и выглянула в окно. День был чудесный, теплый, и яркий. Захотелось пойти прогуляться по городу, да и холодильник пустой, не мешает зайти в магазин и что‑нибудь купить из продуктов.

Кира оделась, и вышла на улицу. Она медленно шла по городу, разглядывая витрины магазинов. Было жарко, и люди старались спрятаться в тень. Дойдя до парка, Кира купила бутылку воды, и присела на свободную лавочку, под роскошным кленом. Множество детишек в восторге носились по дорожкам парка, катались на качелях, визжали, смеялись, плакали, ссорились и мирились. Кира смотрела на малышей, и комок подкатывал к горлу, так же и она гуляла в этом парке со своими младшими братом и сестрой. Почему, ну почему ее способности не открылись раньше? Тогда, когда ее родные лежали там, на дороге…. Одиночество, боль и тоска нахлынули с новой силой, и Кира сцепив зубы закрыла глаза, стараясь побороть накатившее отчаяние. Привычно выбросив из головы все мысли, и оставив голову приятно пустой, Кира облегченно вздохнула. Вот так, ни о чем не думая, ничего не чувствуя, сидеть было приятно. Терзавшая ее боль отступила, даже голова слегка закружилась. Девушка подставила лицо солнцу, замерла, стараясь хоть ненадолго удержать это состояние странного покоя, и вдруг вздрогнула, ощутив на себе какой‑то пристальный, цепкий взгляд, который казалось, заглянул в самую ее душу. С испугом распахнув глаза она заозиралась, отыскивая глазами то, что напугало ее, но вокруг никого не было, кроме детишек с визгом носившихся по детской площадке, и сидящих на лавочках матерей, следящих за своими чадами.

Поежившись от неприятного ощущения, прокатившегося по всему позвоночнику, девушка передернула плечами, и встав, решительно пошла к выходу из парка.

С тех пор ощущение этого взгляда стало тревожить ее все чаще и чаще. Не понимая что происходит, не зная как это объяснить, как понять, тревожась сама не зная почему, она решила что просто сходит с ума.

В один из дней, Кира зашла к бабушке Ане, притащив ей целый пакет всяких вкусностей, так как заметила, что старушка живет крайне скромно, и редко позволяет себе купить что‑то вкусное. А сладкое бабуля любила, и как ребенок, радовалась даже самому скромному кусочку сладкого. Старушка, просияв, захлопотала ставя на плиту пузатый чайник, и ласково, с невыразимой нежностью погладив девушку по щеке.

— Садись моя хорошая, чайку попьем, поговорим. — Суетливо говорила она, спешно расставляя на столе чашки, доставая заварник, и тарелочку для пирожных. Кира слабо улыбнулась и присела на табурет у стола, потерев нывший с самого утра висок.

Когда чай был налит, старушка тоже села за стол рядом с Кирой, и осторожно прикоснулась к руке девушки.

— Хочу тебе рассказать кое‑что, моя хорошая — сказала бабушка Аня, заглядывая в глаза Киры, своими выцветшими, но ясными глазами. — Долго я думала, говорить или нет, да уж молчать тоже неправильно.

Кира улыбнулась этому пытливому взгляду, и кивнула — говори баб Аня, раз надо.

Старушка помедлила, помолчала подбирая слова, пожевала губами и вздохнув сказала — ты уже взрослая Кира, и рассказывать это тебе должны были твои родители, да вот не судьба. — Она грустно вздохнула, и продолжила — Лет 17 назад, твои родители, тогда еще молодые и только поженившиеся, после свадьбы поехали в свадебное путешествие. Ехали они на своей машине, счастливые, веселые. У дороги увидели женщину, с маленьким ребенком на руках, попросившую их ее подвезти. Женщина была немного странной, уставшей, бледной. Твой отец потом говорил, что эта женщина его просто поразила. Она стояла посреди дороги, очень далеко от любого жилья. И уже сразу показалось невероятным, что она с младенцем на руках, оказалась так далеко. К тому- же ему показалось что у женщины необычные глаза. Почти черные, и какие‑то… странные. Мама твоя потом говорила, что женщина как будто в душу ей заглянула. А через час, когда они решили ненадолго остановиться и выйти из машины, чтобы немного размяться, женщина вдруг исчезла. А на заднем сидении, в одеяле, остался только ребенок. — Бабушка Аня немного помолчала, и тихо добавила — ребенком была ты, Кира.

Кира вздрогнула и ошарашено посмотрела на бабушку. — Что? — еле слышно сказала она, разом осипшим голосом.

Старушка грустно кивнула — да милая, именно ты. Твои родители тогда тебя удочерили. Много было волокиты, долго пытались найти твою мать или твоих родных, но никого не нашли. Было такое впечатление что женщина эта появилась вообще ниоткуда. Никто ее не видел кроме твоих родителей, и никто не нашел потом. Я толком‑то и не знаю, чем та женщина так поразила твоих родителей. Но и твоя мать и твой отец тогда были под сильным впечатлением. Не знаю что там им такого привиделось, но тебя они удочерили, и растили как свою дочку. И любили как родную. — Бабушка вздохнула, и ласково погладила девушку по плечу. — И рассказываю я это тебе потому, что родители твои, сами собирались тебе это сказать, но позже. Когда ты вырастишь, выучишься, станешь самостоятельной. Но вот не успели. А я побоялась что тоже не успею, возраст то у меня уже приличный, мало ли, вдруг помру а ты так ничего и не узнаешь.

Кира потрясенно помотала головой, и прикрыла глаза. Мысли неслись бешеным галопом, голова гудела.

— Это правда? — прошептала она, уже и так зная ответ. Таким ведь не шутят.

— Правда милая — тяжело вздохнула бабушка Аня, с жалостью глядя на девушку.

Кира посидела молча, помотала головой, и попросила — баб Аня, расскажи, что говорили мои родители о той женщине.

— Да что сказать, — пробормотала старушка, — не знаю я, милая. Мне‑то они мало чего рассказывали. Только и поняла тогда, что глаза ее необычные были. Как будто в саму душу смотрели. А сегодня ночью мне сон приснился, — бабушка пожевала губами, и неуверенно посмотрела на девушку, — приснилась мне мама твоя, и строго так говорит, расскажи мол Кире, как она у нас появилась. Обязательно расскажи. Вот я и решила рассказать все как есть. Ты прости меня девочка, что больно тебе делаю, но не могла я молчать. По морщинистой щеке старой женщины скатилась одинокая слезинка.

— Бабуль, да не переживай ты, — через силу улыбнулась ей Кира, — как бы там ни было, а мама с папой у меня одни. Я их любила и люблю. Мало приемных детей что ли? Бабушка Аня кивнула головой, соглашаясь, и улыбнулась.

Кира задумчиво смотрела на фотографию, лежавшую на журнальном столике в ее квартире. Это фото было сделано года два назад, когда они всей семьей отдыхали на море. Счастливые лица родителей, улыбающиеся малыши, и сама Кира, веселая, смеющаяся. Почему она никогда не замечала что не похожа ни на кого из семьи? У отца карие глаза, но гораздо светлее чем у нее. Высокий, крепкий, темноволосый. Мама зеленоглазая, с прямыми русыми волосами, тоже высокая, под стать мужу. Почти одного с ним роста. Брат и сестра, близнецы. Похожи между собой, и на обоих родителей. Светло–карие глаза, темные, прямые волосы. Губы у обоих совсем как у мамы. И только Кира с почти черными глазами, и черными, еще и вьющимися крупными кольцами волосами, совсем не была похожа ни на одного из них. Боль потери опять резанула по нервам. Заплакать бы, но слез так и небыло. Только боль. Ноющая, изматывающая душу боль. «Ну и что, что они не родные мне по крови, — думала девушка, — они роднее мне настоящей матери, которая оставила меня неизвестно где» Кира невесело усмехнулась, подумав что теперь совсем уж не знает кто она такая. Вся эта мистика со странным взглядом загадочной женщины, что оставила ее в машине, вообще в голове не укладывалась. Бред какой‑то да и только. Думать об этом не хотелось. Да и мало ли что могло показаться. В жизни Киры, в последнее время столько уже случилось странностей, что одной больше, одной меньше, все равно. Вдруг перед ее глазами всплыла картинка. Мама стоит перед шкафом, и держит в руках небольшую тонкую тетрадку, перечитывая что‑то. Но когда Кира спросила — мам, что читаешь? — Мать поспешно закрыла тетрадь и спрятала ее обратно в шкаф, натянуто улыбнулась, и махнула рукой. Мол, да так, не важно. Девушка вскочив бросилась в спальню родителей к большому шкафу. В комнате все оставалось не тронутым, Кира оставила все на своих местах, не имея сил даже прикоснуться к вещам родных людей. Но теперь она решительно отодвинула дверку, и лихорадочно стала искать ту тетрадь. Нашла она ее в самом дальнем углу на верхней полке, и тут же раскрыла.

«Никогда не забуду ту ночь — писала мама. — Мы с мужем ехали по какой‑то проселочной дороге, так как решили немного срезать путь. Та женщина появилась на нашем пути как будто ниоткуда, муж ударил по тормозам, чтобы ее не сбить. Он так испугался, что у него аж руки дрожали. А женщина как ни в чем небывало подошла и попросила подвезти. Я стала на нее кричать, что она ненормальная, суется под колеса, что мы ее чуть не сбили. Она же совершенно спокойным голосом сказала " Не кричи, ребенка разбудишь" Тут я и увидела что на ее руках, замотанный в большой теплый платок, спит ребенок. Женщина наклонилась и посмотрела в глаза сначала мне, потом мужу. И наш испуг как то сразу улетучился. Пропал как и не было. Женщина села на заднее сидение, прижимая к себе малыша, и улыбнулась нам. Мы смотрели на нее как завороженные. И нам обоим показалось что у этой женщины совершенно странные глаза. Казалось что в ее зрачках то и дело вспыхивали искорки. Женщина казалась сильно уставшей, худой, даже изможденной. Попросила воды, и муж протянул ей бутылку минералки. Она пила долго и жадно, а потом оторвавшись от воды кивнула нам " Поехали, не стойте тут". Ехали мы еще часа два, я попросила рассказать как она оказалась одна на пустой дороге, да еще с маленьким ребенком на руках. Но она только грустно улыбнулась, и отрицательно покачала головой. Вскоре мы ненадолго остановились, чтобы сбегать в кустики. Незнакомка тоже вышла из машины, и вдруг взяла меня за руку и заглянула мне в глаза. В тот момент мне показалось что она заглянула мне прямо в душу. Глаза ее засветились ярче. Или же это так отражалась луна в ее больших, черных очах? Очи! Вот правильное название ее глаз. Большие, черные, загадочные. Сияющие странным огнем. В общем когда мы вернулись к машине, женщины уже небыло. А на заднем сидении сладко сопел ребенок. Мы прождали ту женщину три часа. Ребенок заплакал, а мы, молодые и беззаботные, не знали что с ним делать. Потом нашли бутылочку с молоком, припеленутую в тот же платок и хорошо хоть смогли накормить ребенка. Когда стало понятно что женщина не вернется, мы сели в машину и поехали в ближайшее село. Там уже я рассмотрела малышку. Крохотная девочка проснулась и уставилась на меня своими большими, цвета черного шоколада глазками. И вдруг улыбнулась, протянув ручки ко мне. С той минуты мы с мужем уже не могли ее просто оставить или сдать в детский дом, как нам советовали. Ее мать искали долго, но так и не нашли, и мы решили удочерить девочку. У нее такие же колдовские глаза как у той женщины, наверное ее матери. На шейке малышки был кулон. Чувствую что этот кулон не стоит с нее снимать. Пусть носит его всегда. И пусть он ее оберегает".

Кира с грустью погладила обложку тетради, и застонала от боли внутри.

— Мамочка — прошептали ее губы, — почему же ты мне не рассказала? — Впрочем возможно лучше совсем было ничего не знать. — И кто я теперь? Ребенок непонятной женщины с непонятными глазами? Бог мой, ну и детектив.

Девушка вздохнула и решила выбросить это из головы. Все равно ничего не поймешь. А искать своих биологических родителей ей совсем не хотелось. Она уже давно не имеет никакого отношения к ним, как и они к ней. Опять вдруг появилось ощущение чьего‑то взгляда, мурашки побежали по спине, но она тут же рассердилась, и вскочив вдруг заорала, неожиданно даже для самой себя. — Ты кто такой? Чего тебе надо? Убирайся сейчас же и прекрати смотреть на меня. От этой вспышки гнева стало легче а ощущение чужого взгляда пропало. Кира нервно передернула плечами. И прошипела зло сквозь зубы — вот же бред! Точно крыша поехала у тебя, Кирюха.

На следующий день, возвращаясь с работы Кира увидела на лавочке у подъезда Романа Ивановича. Был он такой чистый и трезвый, что девушка аж глазам своим не поверила. И пахло от Романа Ивановича хорошим, мужским парфюмом.

— Роман Иванович, добрый вечер! Вы сегодня выглядите прямо как жених. Такой красивый, свежий. Даже помолодели.

Роман Иванович заулыбался и весело подмигнул, хлопнул рукой по лавочке, приглашая Киру сесть. Она присела рядом, и с интересом уставилась на соседа.

— Вот Кирюш, — заговорил старик — подумал я, подумал, да и решил что жизнь то водкой губить не дело. Сколько бы там ее не осталось этой жизни. Стыдно вдруг за самого себя стало. На работу уж устроился. Я же хороший аналитик. Разлива СССР. А тогда учили нас как положено, бесплатно и на совесть. Глядишь и старая гвардия куда пригодится.

— Вот это дааа — восхищенно протянула девушка — да вы просто меня поразили. И я так рада за вас, что слов нет.

— Ох Кирочка — смутился старик — вот только ты одна во мне всегда человека и видела. Пьян я как свинья был, или нет, никогда не брезговала со стариком поговорить. Хорошая у тебя душа, правильная. И родители твои святыми людьми были. Ты держись, девочка, не надо сдаваться. Я вот сдался, да на человека перестал похожим быть. Все мы люди так. Кто выстоял — тот сильнее стал, а кто сломался — вот как я, в свинью превращается. Не дело это. Душу свою беречь надо, от грязи всякой. А близких то терять больнее всего, и выдержать потери эти, неизмеримо труднее.

— Я не сдаюсь — прошептала Кира, крепко зажмурившись. — Спасибо вам, Роман Иванович. Правы вы. Но только… как же больно…

— Знаю милая, — Роман Иванович ласково коснулся ее руки — все знаю, да только родные твои совсем не хотели бы, чтобы девочка их от этой боли разум потеряла. Не огорчай их, иди вперед. Так, чтоб они девочкой своей только гордиться могли, где бы они сейчас ни находились. Потому как не верю я что смерть — это конец. Просто путь их тут закончен, и теперь у них своя дорога. А у тебя — своя. Так‑то.

Кира молча кивнула, соглашаясь. Прав Роман Иванович, во всем прав. Она эти слова душой почувствовала. Сердцем поняла. А значит прав старик. У всех свой путь, у всех своя дорога. И свою дорогу она пройдет до конца, как и должно.

У подъезда вдруг затормозила знакомая машина. И Кира с удивлением увидела за рулем Костю. Того мужчину, который сбил случайно мальчика на дороге.

— Кира — крикнул он, активно маша рукой и зовя девушку подойти — я к тебе. Дело есть. Подойди пожалуйста.

Кира недоуменно пожала плечами, и поднявшись с лавочки, подошла к открывшейся двери машины.

— Садись — хлопнул Костя по соседнему сидению. Она села рядом, рассматривая его, так как в прошлую их встречу едва на него взглянула. Не до того как‑то было. Невысокий, крепкий, с сильными руками беспокойно постукивающими по рулю. Сероглазый, с коротким темным ежиком волос. Одет просто, в джинсы и рубаху в клетку. В прошлый раз он был в костюме, что придавало ему солидности, а теперь выглядел простым работягой. Он был чем‑то встревожен, Кира поняла это сразу.

— Слушай Кира, — тихо сказал он, нервно сжимая руль — ты прости, я тут узнал о тебе кое‑что. Есть у меня друг один, работает в полиции. Извини что полез не в свое дело, но сейчас это к лучшему. Та история с твоими родными, нехорошая история. Ты отказалась деньги брать, а сволота та, которая родных твоих убила, сынок оооочень крутого мужика. — Костя сжал зубы и внимательно посмотрел на девушку. — Ты в опасности, девочка. В большой опасности. И как помочь — я не знаю. Понимаешь, есть люди которым выгодно и нужно убрать того мужика, и люди которым это совсем не выгодно. И ты похоже попадаешь между двух жерновов. Одни эту историю постараются раздуть, другие наоборот.

Кира нахмурилась и передернула плечами. — Хочешь сказать что меня попытаются прихватить те или другие?

— Именно. При этом хорошего ни те, ни другие тебе точно ничего не сделают. Одним выгоднее тебя убрать, другим выгоднее прибрать тебя к рукам, чтобы можно было шантажировать других. А в итоге, пострадаешь именно ты.

— И что же мне делать? — Растерялась она.

— Сам вот думаю, — нахмурился Костя, и прикусил губу. — Уехать бы тебе на время, куда‑то. Так чтобы никто не знал куда. Понимаешь? Не то попадешь им на зубы, сожрут и не подавятся. Прости но помочь тебе я не могу. Не мне, простому водителю, лезть в такие разборки, у меня ведь семья. Единственное чем могу помочь, так это деньгами, да из города незаметно вывезти.

Кира задумалась, закусив губу. Она‑то хорошо поняла что не сможет сама справиться с этой ситуацией. Действительно сожрут. Что им обычная девчонка. Так, на один зуб.

— Кода мне нужно уезжать? — спросила она.

— Сейчас Кира, как можно быстрее. И не говори мне куда поедешь. Вообще никому ничего не говори. Поспеши девочка, это не шутки.

— Хорошо — прошептала Кира, опустив голову. — Но мне нужно собраться.

— Иди собирайся. Только делай все быстро. Пока эти сволочи не очухались. Поверь, еще пару часов и будет поздно.

— Ты ведь тоже рискуешь, приехав сюда? — спохватилась вдруг Кира.

— Не очень, — отрицательно мотнул он головой, — за меня не переживай. Но я сейчас уеду, а через час, буду ждать тебя за два квартала отсюда. У банка. Ненужно чтобы твои соседи видели, с кем ты уехала.

— Хорошо — кивнула девушка, и вышла из машины. В ее голове творилось что‑то сумасшедшее. Мысли метались как шальные. Она вбежала в квартиру и кинулась к кладовке, вытаскивая походный рюкзак. Они часто всей семьей ходили в походы, когда отец приезжал домой, поэтому Кира даже не задумываясь что делает, машинально затолкала в рюкзак спальный мешок, пару зажигалок, маленький походный котелок, флягу с водой, охотничий нож отца, походную аптечку, смену белья, запасные удобные штаны и рубаху, носки и легкую курточку — штормовку. Еще кучу мелочей рассовала по кармашкам рюкзака, споткнувшись лишь на той мысли, что у нее нет продуктов, необходимых для похода. Впрочем продукты можно будет и купить. Выгребла все деньги, которые у нее были, включая и сбережения доставшиеся ей от родителей. Быстро переоделась, и глянув на часы остановилась посреди комнаты. Времени до встречи с Костей оставалось еще полчаса, и можно было немного подумать, собраться с мыслями. Она начала ходить по квартире, собирая то что могло ей пригодиться, и вдруг подумала о том, что Костя сильно рискует помогая ей. Эта мысль не давала ей покоя, и немного подумав, девушка решила отказаться от его помощи. Ничего, сама справится. Он и так рисковал, предупреждая Киру об опасности. Зазвонил мобильный телефон, Кира взяла его в руки и увидела что номер незнакомый. Немного подумав, она не стала отвечать, оставив телефон на столе. А потом быстро порывшись на полке в шкафу, достала старенькую, но исправную нокию, которой уже давно никто не пользовался. Поставила ее на подзарядку, и усмехнулась. Собиралась же продать этот раритет, а теперь вот пригодилось. Покрутившись еще по дому, она перекрыла газ, и воду. Зашторила все окна, и уже полностью собравшись, спохватилась, и сунула в рюкзак фотографию семьи, так и лежавшую на журнальном столике. Потом погасила свет, и заперев дверь, спустилась вниз по лестнице, выйдя на улицу через черный вход.

2

На улице уже стемнело, и Кира даже улыбнулась этому. Тем лучше. Меньше внимания она будет привлекать. Проскользнув по двору, она быстро прошла по короткому переулку и свернув несколько раз, тревожно осмотрелась. Нет, никто за ней не шел, никто не преследовал. Уже хорошо. Значит она успела. Не верить Косте у нее не было никаких оснований. Кира просто каким‑то шестым чувством ощутила что говорит он чистую правду, и что боится за нее. Попетляв по улочкам, Кира увидела небольшой продуктовый магазинчик, приткнувшийся между двумя домами, и немного подумав, зашла туда. Быстро окинула взглядом полки, и выбрала то, что долго не портится. Несколько пачек концентратов супов и каш, пару банок тушенки, палку сухой колбасы, кое какие приправы, соль, хлеб в целлофановой упаковке, две банки сгущенки, чай и кофе, пачку сахара в кубиках. Напоследок добавила пару яблок, и расплатившись, вышла. Спокойным, размеренным шагом дошла до окраины города, обогнула будку поста ГАИ стороной, и решив поменьше привлекать к себе внимание, пошла по краю дороги, с удовольствием отметив что на этой дороге нет машин. Она не зря пошла именно этим путем. Тут редко какой водитель рисковал проезжать, настолько эта дорога была разбита. Здесь и днем то редко ездили, а уж ночью и подавно. Куда как проще ехать по хорошей трассе, расположенной чуть левее, чем тут машину гробить.

Небо было чистым и ясным, звезды яркими веснушками, раскинулись на весь небосвод, молодой месяц тонкой полоской подмигивал с высоты. Кира шла любуясь ночным небом, наслаждаясь чистым, ночным воздухом, вдоль старой разбитой дороги, и думала о том, что возможно ее путь как раз тут и начинается. Ее личная дорога. Та дорога, про которую сегодня говорил ей Роман Иванович. И та дорога, которая может вывести ее неизвестно куда.

Проснулась Кира ранним утром. Ужасно не выспавшаяся, и толком не отдохнувшая, потому что шла почти всю ночь, не имея никакого желания останавливаться. Но потом все же устала, забрела в лесополосу, посветила себе фонариком, выбирая место для отдыха, вытащила из рюкзака спальный мешок, и забравшись в него, мгновенно уснула. Проспала она всего часа два, и как только утренний солнечный луч коснулся ее лица, пробиваясь сквозь негустую листву деревьев, она вылезла из спальника, сладко потянулась, и поежившись от утренней прохлады полезла в рюкзак за спортивным костюмом. Все же пару часов сна ободрили ее, а жажда приключений, которой подвержена молодость не дала ей проспать до полудня. Кира осмотрелась, убедилась что место стоянки она в темноте выбрала не самое лучшее, но пожав плечами, решила что пора отправляться дальше, и поискать более удобное место, где она сможет умыться и позавтракать. Такое место нашлось еще спустя час. Кира хорошо знала эти места, не раз они с отцом отправлялись исследовать окрестности, бывали и тут. Поэтому Кира уверенно удалилась от дороги, и сбежав с пригорка спустилась к знакомому роднику. С удовольствием умывшись а заодно и взбодрившись, так как вода была настолько холодной, что от нее ломило зубы, Кира достала котелок и быстро набрав сухих веток развела огонь, наполнив котелок водой, она подвесила его над костром. С удовольствием позавтракав овсянкой из пакетика, и заварив кофе, девушка устроилась у раскидистой ивы, оперлась на ее ствол спиной, и с удовольствием потягивая кофе из дорожного стаканчика задумалась. Куда она идет — и сама не знает. Движется по старой дороге, не продумав пути, не задумавшись куда идет. По сути идти то ей некуда. Никто и нигде ее не ждет. Она вдруг тихо рассмеялась. Ей почему‑то понравилась мысль что она идет не зная куда. Допив кофе и вымыв стаканчик, Кира вгрызлась в яблоко, и с удовольствием осмотрелась. Это место они однажды нашли с отцом. Небольшой родничок выбивающийся из земли, яркая зеленая трава, напоенная тем же родничком, ярко–зеленый мох на больших валунах, сверкающий уже подсыхающими не утреннем солнышке капельками росы. Как будто драгоценные камни кто‑то разбросал. Такая красота, что дух захватывает. Где‑то далеко послышался крик петуха, и Кира вспомнила, что неподалеку стоит небольшая деревенька. И ходят автобусы. Решение пришло мгновенно. Сесть в первый попавшийся автобус, кроме тех которые едут обратно в ее город. А почему нет? Ей‑то сейчас вообще все равно куда ехать. Она быстро собралась, набрала во флягу свежей, родниковой воды, и решительно отправилась в сторону дороги.

Вдруг резко закружилась голова, и Кира пошатнувшись невольно схватилась за первую попавшуюся ветку, пережидая внезапное головокружение. "Странное что‑то — подумала она. — С чего это вдруг так голова кружится". Сколько Кира себя помнила, у нее не только никогда голова не кружилась, она и не болела то никогда. Ощущение было неприятным. Перед глазами поплыли разноцветные пятна. Потом резко затошнило, отчего недавно съеденный завтрак чуть не выскочил наружу.

— Ой мама — прошептала девушка, опускаясь на колени, и пытаясь хоть как то прийти в себя. Крепко зажмурилась, отгоняя дурноту, и вдруг почувствовала резкий рывок, потом что‑то ее ударило, толкнуло бросая на землю, услышала какой‑то свист, и сразу же наступившую за этим свистом звенящую тишину. Дурнота отступила, как и не было ничего. Желудок вернулся на место. Кира с трудом разлепив глаза осторожно огляделась, и ошарашено замерла, вообще уже перестав что‑либо понимать.

В то что сейчас видели ее глаза, разум определенно отказывался воспринимать. Лес — вместо негустого перелеска. Огромные деревья, совершенно странного вида шумели над ее головой густой листвой, вместо уютной полянки позади, все те же огромные, и странные до жути деревья. Все бы ничего, если бы листва на этих деревьях не светилась каким‑то призрачным, серебристым цветом. Кира ошалело потрясла головой, и приоткрыв от изумления рот, молча стала оглядываться.

— Что за бред — прошептали ее губы. Неверяще, девушка протянула руку и коснулась ближайшего ствола. По руке пробежал легкий холодок. Она крепко зажмурилась, яростно потерев руками глаза, ущипнула себя за руку, потом опять открыла глаза. Ничего не изменилось. Странные листья деревьев все так же легко мерцали серебром. Осторожно поднявшись на ноги, Кира протянула руку к ветке, и потянув ее на себя, внимательно стала рассматривать. Нет, не привиделось. Красивый резной листик был словно покрыт тонкой серебряной, светящейся пыльцой. "А вдруг это ядовито" мелькнула заполошная мысль, и ее пальцы непроизвольно отдернулись. Ветка распрямилась, стряхнув прямо ей на голову немного пыльцы. С опаской отряхнув волосы, девушка еще какое‑то время подняв голову, рассматривала странные деревья, потом опустила голову вниз и удивленно присела. Редкая трава, растущая тут и там среди деревьев была совсем уж какой‑то неправильной. По крайней мере Кира такой травы никогда точно не видела. Странной формы травинки были красивы и необычны по форме своей. Как будто кто‑то намеренно прошелся маленькими ножницами по каждой травинке, вырезая на них невероятные узоры, как она с мамой под новый год, вырезала из тонких салфеток снежинки. Нет похожих, все разные. Тяжело вздохнув, девушка встала и прислушалась. Тишина. Только шелест листвы над головой.

— Я что брежу? И что теперь делать? — Громко спросила она. — Куда идти? Где я вообще?

Звук собственного голоса привел ее немного в чувство. Тяжело вздохнув, Кира пришла к выводу что делать все же что‑то да надо. Не стоять же тут как истукан. Покрутившись на месте, она решила что идти ей теперь уж совсем все равно куда, поэтому отыскав солнце, девушка двинулась так, чтобы светило было за ее спиной. Точно в ту сторону, где получасами раньше, четко была видна старая, разбитая дорога, а теперь не видно было ничего, кроме необычных деревьев с серебристыми листьями. Шла она по–прежнему неспешно, хорошо тренированным, размеренным шагом. Совсем так, как учил ее ходить отец в походах. Так долго можно идти не уставая, да и думать удобнее. Кира не понимала что произошло, терялась в догадках. — Где она? Куда попала? И главное как? Ну ведь не бывает такого. Не может такого быть. И деревьев таких тоже не бывает, как и такой травы. Куда ее занесло? Другое измерение? Чепуха какая‑то. Полный бред. Или она и правда сошла с ума, и все это галлюцинации? Ей все время казалось что у нее какая‑то странная галлюцинация. От бешено вертящихся мыслей, разболелась голова.

Часа через три, между деревьями показался просвет, и Кира почувствовала запах воды, и какой‑то гул. Ускорив шаг она вскоре вышла к небольшому но самому настоящему водопаду. Вода с шумом срывалась с серых камней, и падала в неширокую реку. Девушка замерла, и восхищенно вздохнула. Такой красоты видеть ей еще не доводилось. Невероятная, какая‑то серебряная река, сверкавшая на солнце так, что глазам становилось больно, неслась переливающимся потоком вниз. И река, и эти деревья, и все окружающее казалось ей какой‑то невероятной, фантастической и совсем нереальной картинкой. Из мягкой травы, плетущейся по берегу там и тут, яркими звездочками выглядывали головки таких же странных, мелких цветов, насыщенных, потрясающих оттенков. Синие, желтые, розовые и серебристые. Кира протянула руку, и осторожно прикоснулась к невысокому кусту, росшему в шаге от нее. Мелкие серебристые листочки слегка подрагивали, как будто чего‑то боялись, а на конце одной из веточек, распускался белоснежный, какой‑то нереально красивый цветок. — Не бойся — прошептала девушка этому подрагивающему растению — я тебя не обижу. Она улыбнулась и ласково погладив листочки, выпустила веточку из пальцев. Цветочек мягко засветился и Кира улыбнулась. Как же тут красиво! Просто невозможная какая‑то красота. Аж сердце защемило, и в первый раз за долгое время захотелось петь. " Если это глюк, то глюк потрясающий" — подумалось ей. Она не знала сколько времени так простояла, любуясь этой красотой, и тихо напевая что‑то нежное, почти без слов. Было впечатление что сама душа ее поет. И вдруг вздрогнула, услышав резкий звук чужого голоса.

— Ты кто такая, как сюда попала, и что тут делаешь? — раздался за ее спиной певучий, звенящий голос.

Кира резко обернулась и увидела трех мужчин, стоявших в двух шагах за ее спиной. Мужчин? Мама дорогая. Таких мужчин на Земле и правда быть никак не могло. Красивые лица, длинные, серебристые волосы сплетенные в тугие косы, глаза серебристого цвета, одеты в какие‑то совершенно странные одежды, скрывающиеся под длинными плащами, а за спиной у каждого виднеются рукояти двух мечей. — Эльфы что ли? — мелькнула мысль, — как в фантастических романах? Глазами она отыскала уши того, который стоял ближе всех. Почти человеческие — отметила она про себя — чуть–чуть удлиненные к верху. Точно эльфы.

— Чего молчишь, человек? — раздался недовольный голос.

" На русском говорят. Как же все это странно" мелькнуло в голове, и Кира ответила на последний вопрос, проигнорировав первые два.

— Смотрю на водопад.

— Как ты тут оказалась? — нахмурился тот кто стоял ближе всех.

Кира пожала плечами — пришла.

— В этот лес не приходят люди — сердито рявкнул мужик, окинув ее злым взглядом.

Девушка усмехнулась и сказала — Ну может тогда ты сам скажешь мне как я сюда попала?

Все происходящее сейчас, показалось ей совсем нереальным. Ее совершенно не пугали эти существа. Не пугала злость и резкость их главного (скорее всего главного). Сейчас она вообще не испытывала ничего кроме любопытства.

— Ты пойдешь с нами — заявил этот среброглазый красавец безапелляционным тоном.

— С чего бы это? — приподняла одну бровь Кира.

Мужик опешил от такого вопроса, и потянул из‑за плеча клинок.

Кире стало смешно. Вся эта картина напоминала ей какой‑то фантастический роман, и ну никак не вписывалась в ее реальность.

Она вдруг весело рассмеялась, ее звонкий смех эхом раскатился вокруг, перебив на секунду даже шум водопада.

— Ой как страшно, — смеясь сказала она — неужто ты собрался со мной драться? Или убить? Вот так сразу? Может для начала пояснишь мне, за что?

— Никто не собирается тебя убивать — буркнул этот ушастик, отпуская рукоять меча.

— Правда? А чего ж хватаешься за оружие? Или напугать меня решил? Так я не боюсь. Этот лес что, твоя собственность? Кто запретил людям ходить сюда?

— Люди не могут сюда зайти. Сам лес их не пускает. — Еще больше насупился мужик.

— Да ну! А я как по–твоему здесь оказалась?

Они молча уставились на нее своими серебряными глазами.

Кира хмыкнула, и отвернувшись легко заскользила вниз, к реке.

— Стой — крикнули сзади. Но она не обратив внимания, легко запрыгала по камням, быстро пересекая реку. Легкое, серебристое свечение окутало фигурку девушки, где‑то на середине этой небольшой и не глубокой реки, но она слегка удивившись такому явлению, не остановилась, а легко перепрыгивая по камням, допрыгала до другого берега и обернулась. Стоящие на другом берегу ушастики молча стояли и смотрели ей вслед. Вид у них был слегка пришибленный. Кира опять рассмеялась. — Забавные ребята — пробормотала она себе под нос, и огляделась. С этой стороны реки, деревья были вполне обычными, похожими на те, к которым она привыкла. Без серебряной пыльцы и всякой нереальной чертовщины. Она устала, проголодалась, и решила передохнуть. Расстелила на траве свой спальник, достала котелок и с сомнением подошла к реке. Она не знала можно ли пить эту воду, но подумав, все же решила что можно. Вода была прозрачной и холодной. Набрала воды, быстро собрала сухих веток, и разожгла небольшой и уютный костерок, подвесив над ним свой котелок. Дождавшись когда вода закипит, она вытащила из рюкзака пакетик сухого супа, и всыпала в воду. Через 15 минут она уже сытая и умиротворенная, лениво лежала на расстеленном спальном мешке, и размышляла, стоит ли ей искупаться или сначала подремать. Два часа сна, прошлой ночью, давали о себе знать. В сон клонило со страшной силой. Да и впечатлений этот день принес столько, что до сих пор голова шла кругом. Кира сладко потянулась и свернувшись калачиком, закрыла глаза.

"Интересно, — промелькнула ленивая мысль — что это там за свечение такое было на середине реки? Надо бы проверить".

Проснулась она от ощущения чужого взгляда и резко распахнула глаза. Возле нее молча сидел тот самый ушастый, который так неласково разговаривал с ней на том берегу реки. Кира протерла заспанные глаза, и хмуро буркнула

— Ну и что надо?

Спала она по ощущениям, совсем недолго, не успела отдохнуть, что совершенно не добавляло настроения.

— Кто ты? — тихо, певуче спросил этот чудик, уже не проявляя никакой агрессии.

— А тебе то что? — удивилась девушка.

— Ты странная, — прошептал он, и ткнув пальцем ей куда‑то в грудь, спросил — откуда это у тебя?

Кира скосила глаза, и увидела свой кулон, висящий на серебряной цепочке, и видимо во время сна, выскользнувший из‑за пазухи. Сколько Кира себя помнила, этот кулон всегда был у нее. Мама говорила что это ее оберег, и очень просила носить, и никогда не снимать. Кира и не снимала, привыкнув к нему, как к части себя самой. Небольшая звездочка из черненого серебра никогда не тускнела. За всю ее жизнь, на кулоне не появилось ни одной царапины. Цепочка была хоть и тоненькой, но никогда не рвалась, и не терялась.

— Это всегда было со мной — сказала девушка, осторожно убирая кулон под одежду. — А вот кто ты такой?

— Парень внимательно посмотрел на нее, и сказал — эльф. Меня Дилирий зовут. А тебя?

— Кира — представилась она.

— Кираэээ — протянул он, — необычное имя.

— Кира, а не Кираэ — пробурчала она, и поднялась. — И чего тебе Дилирий от меня нужно?

— Как ты прошла в серебряный лес?

Девушка слегка улыбнулась, и легко попрыгала по камням, решив проверить, сможет ли она снова попасть на другую сторону. Эльф молча за ней наблюдал. Где‑то посередине реки ее тело опять засияло серебром, и Кира остановилась, любуясь этим необычным явлением. Постояв так минуту, она вернулась назад. Сияние исчезло.

— Кто ты такая? — прошептал пораженный парень. — Почему лес тебя пускает?

— Не знаю — честно ответила Кира на последний вопрос, проигнорировав первый, и засмеялась его удивлению. — А почему он не должен меня пускать?

— Серебряный лес никогда не пускает к себе людей, разве ты не знаешь? Кире вдруг показалось что бедный ушастик сейчас упадет от удивления.

— Правда? — улыбнулась она — ну значит для меня он сделал исключение.

— Откуда ты так хорошо знаешь эльфийский?

Кира задумалась. Эльфийский она точно знать не могла. Хех, эльфийскому на земле не учат. Сразу ей показалось что говорит эльф на родном ей русском. Но… крепко задумавшись, она прокрутила несколько фраз в голове, и поняла — это не русский. Совсем не русский. Язык эльфов был певучим, и чистым, звенел звуками, как чистый родник. Тогда почему она его понимает? Мало того, еще и говорит на нем свободно, не испытывая ни малейших затруднений. Наконец она пожала плечами, уже устав удивляться. Не услышав ответа, эльф насупился, но настаивать не стал.

— Ты магичка? — спросил он опять.

— Нет — помотала головой девушка, и внутренне рассмеялась. "О мама, я точно попала в какую‑то фантастическую историю — подумала она, — это ж надо же, эльфы, а теперь еще и магия"

— В тебе есть какая‑то сила, — настаивал эльф, — я чувствую.

Кира пожала плечами и молча стала собирать свои вещи. Признаваться что она ничего не знает, и вообще тут чужая, ей не хотелось.

Ушастый парень проследил за тем, как она собирает в рюкзак свой спальный мешок, и спросил — Куда ты собираешься идти?

На что Кира не задумавшись ни на минуту, сказала — по своей дороге. — И немного подумав, добавила — пока, возможно еще встретимся, Дил.

— Подожди! — дернулся было следом Дилирий, поняв что она действительно собирается уйти, — ты должна хотя бы сказать кто ты!

Кира оглянулась и скептично приподняла бровь — Я никому и ничего не должна эльф! — Сказала она, и отвернувшись вошла в лес.

Кира шла по лесу не останавливаясь до самого вечера. Темнело в лесу рано, и она неспешно выбрав место для ночлега, развела огонь, и поев, залезла в спальный мешок, рассматривая появляющиеся на небе звезды. Она не боялась, не нервничала. Чувствовала себя спокойно, как будто и небыло этого странного дня, в совершенно непонятном месте. Когда совсем стемнело, и небо осыпали звезды, Кира поняла что находится она точно не на Земле. Небо было чужим. Россыпь звезд совсем не была похожа на знакомое с детства ночное небо. Закинув руки за голову, девушка изучала это незнакомое небо, и улыбалась. Ей нравилось это приключение. Нравилось что все так странно и необычно. Нравился этот лес, и чистейший, вкусный воздух. И даже это незнакомое ей небо. А еще ей нравилось состояние покоя, о котором она уже успела забыть в своем мире. Что‑то вдруг расслабилось в ее душе, ушла боль, с которой она изо всех сил, пыталась справиться все последнее время. При воспоминании о родителях, в ее душе поднялась волна щемящей нежности, и грусти. Но выматывающей душу боли уже небыло. Она даже диких зверей, которые вполне могли обитать в этом лесу, не боялась. Кира вздохнула и закрыла глаза, слушая ночной лес. " Куда бы меня не занесло, и где бы я сейчас не была, мне это нравится" решила она. Так, незаметно для себя, она и уснула.

Утро выдалось хмурым, небо было затянуто тучами. Но этой ночью ей наконец‑то удалось выспаться, и проснувшись бодрой и свежей она улыбнулась новому дню. Как оказалось, остановилась она на ночлег, уже почти у края леса. Среди деревьев виднелась укатанная дорога. Кира достала ветровку, заплела косу, и натянула на голову капюшон. Начал накрапывать мелкий дождик. Выйдя на дорогу, она осмотрелась, и тут же заметила идущую по дороге женщину. " А вот и люди! Точно люди", улыбнулась про себя девушка. С другой стороны виднелись небольшие домики маленькой деревеньки.

Женщина тащила на себе тюк соломы, а за ней гуськом, с тюками поменьше, брели двое мальчишек лет десяти и четырнадцати. Рядом, держась за юбку матери, топал пухленький карапуз, и хныкал. Увидев Киру женщина остановилась. Сбросила на землю свою ношу и поклонилась. Кира ответила тем же.

— Доброе утро, господин — сказала женщина.

— Доброе утро — улыбнулась Кира, и подошла ближе, подумав о том что ее опять приняли за мальчика. Она внимательно прислушалась к звучанию языка, поняла что этот язык совсем не похож на тот, на котором говорил эльф, но тем не менее, она хорошо его понимала, не испытывая по этому поводу совсем никаких трудностей.

— Издалека вы видать идете, господин. — Сказала женщина, поднимая на руки ребенка, и стараясь его успокоить. — Одеты не по–нашему. А вдруг душегубы какие?

— А вы‑то с детьми, не боитесь душегубов? — поинтересовалась Кира.

— Да чего с нас взять то, — пожала женщина плечами, — таких как мы не трогают. Им богатых подавай.

— Давайте помогу вам малыша до дома донести, — предложила Кира.

— Да что вы, господин, — смутилась женщина. Но Кира легко подхватив на руки ребенка, бодро зашагала по дороге. Женщина оказалась вдовой, звали ее Мирина. Еще молодая и сильная, она сама вела хозяйство и воспитывала трех сыновей. Кира с интересом слушала словоохотливую хозяйку, которая радушно предложила ей отдохнуть в ее доме. Когда Кира войдя в дом, сняла курточку, Мирина с удивлением выдохнула — о, девушка! Простите госпожа, мне и в голову не пришло что молодая девушка может путешествовать совсем одна.

— А почему ты зовешь меня госпожой? — поинтересовалась Кира.

— Так сразу ж видно что вы не из простых, госпожа — улыбнулась та — одежка на вас странная, но добротная, такая больших денег должно быть стоит, да и ведете вы себя хоть и просто, но сразу видно что из ученых.

Кира задумалась как бы так расспросить женщину, чтобы не выдать того, что она совсем ничего не знает об этом мире.

— Расскажи мне, Мирина, что это за деревня — осторожно попросила она.

— Да чего рассказывать — махнула рукой та, — самая простая деревня в двадцать дворов. Зовется " Вересье". Живем на отшибе, дальше уже только Серебряный лес. Хозяин наш и не показывается тут, далече ему сюда добираться. Только по осени сборщики и появляются. Спокойно у нас, деревня не богатая, живут себе люди и живут.

— А хозяин у вас кто?

— Так, Лиар Мергас, госпожа. Большой колдун, говорят. Хоть и старый уже. Да колдуны то долго живут. А вы госпожа не ведьма часом?

— Нет, не ведьма — улыбнулась Кира.

— Глаза у вас, простите уж госпожа, — горят как у ведьмы.

— Ммм? — Удивленно протянула Кира и встав, подошла к старому зеркалу висевшему в углу избы. С опаской заглянула туда, и чуть не отпрянула. Охнув про себя, Кира с удивлением рассматривала свои глаза. В больших, темно–карих глазах, то и дело вспыхивал какой‑то странный, огонек. Ей показалось что в ее черных, крупных зрачках проскакивают фиолетовые искорки. Такой пульсацией, как удары сердца. Озадачено нахмурившись, Кира с минуту рассматривала это явление, но потом передернув плечами, отвернулась. И опять появилось ощущение нереальности происходящего.

— А вы, госпожа, никак к Серебряному лесу ходили? — хозяйка искоса кинула взгляд на Киру.

— Почему ты так решила?

— Так вышли вы из леса, как раз с той стороны где Серебряный начинается. Только эльфы в свой лес людей не пускают. А колдунов, так тем более.

— А почему эльфы людей к себе не пускают? — с интересом спросила Кира.

— Та кто ж их знает то, — вздохнула Мирина, — не любят они людей, надо полагать. Чужие мы им. А они нам чужие. Вот о прошлом лете промчался мимо нашей деревни целый отряд эльфов. Гордые такие, ни на кого не смотрят. А кони у них такие, что глаз не оторвать. Ото вся деревня вышла чтоб на них поглядеть. Красивые — слов нет, а такой холод от них, да гордость что дрожь пробирает. Вот темные эльфы, те другие. Вежливые да приятные. А все одно чужие. А вы госпожа уж не полукровка то темных? Волосы у вас черные, хоть и завиваются, (у эльфов то не бывает волнистых волос), и глаза черные, и красивы очень. Как эльфка прямо.

— Да не называй ты меня госпожой — не выдержала Кира — меня Кира зовут.

— Как скажете, гос… Кира. И имя у вас нездешнее.

— Я вообще нездешняя, — усмехнулась Кира.

Женщина улыбнулась и позвала ее к столу. Мирина оказалась радушной хозяйкой, накормила ее, и баньку затопила. Кира с удовольствием вымылась, постирала одежду, накинула на себя чистое платье, которое дала ей хозяйка и села на ступени крыльца, задумчиво глядя на закат. Платье это было ей велико, но Киру это не смущало. Мысли о том что делать дальше, и куда податься, забегали в голове. И как жить тут, она тоже пока не представляла. А вот об этом пора бы уже и задуматься. Денег нет, о мире этом ничего не знает, как сюда попала — вообще не представляет. Но признаваться кому‑то что она из другого мира, ей не хотелось. Примут за ненормальную же.

Мирина выглянула из двери, и увидев свою гостью сидящую на крыльце, присела рядом, протянув Кире кружку с каким‑то горячим, ароматным напитком.

— Хочешь Тико? — Спросила она.

Кира потянула носом — травами пахнет, поняла она, и осторожно попробовала. Напиток ей понравился, нежный, чуть терпкий, богатый послевкусием.

— Спасибо, поблагодарила она хозяйку. Ты не возражаешь если я пару дней у тебя побуду? Мне подумать нужно, как дальше быть. Вот только расплатиться мне с тобой нечем. Прости уж.

— Да оставайтесь, — улыбнулась Мирина, — поняла уж я, что у вас какие‑то сложности.

— Да, — грустно кивнула Кира, — сложности. И давай на ты, а?

Мимо подворья прошел крупный, неопрятный мужчина. И вдруг повернулся и в упор уставился на Киру мутным, неприятным взглядом.

— Чего тебе Тирон? — недружелюбно насупилась Мирина. — Иди куда шел.

Мужик рыгнул и осклабился — Ого какая краля — пробормотал он, разглядывая Киру. — Откель взялася такая?

— Тебе какое дело? — рявкнула Мирина, — иди отсюда, давай.

— А я мож познакомиться хочу — набычился мужик, и пошел в их сторону.

Мирина прикусила губу — ой беда, пробормотала она, это сын старосты. Непутевый, дурной человек, не отвяжется ж теперь. Иди‑ка ты милая в дом, я сама с ним попробую управиться.

Но Кира только головой мотнула и насупившись поднялась на ноги. Этот детина был выше Киры на добрых две головы, Здоровый как бык. Впрочем страха она не испытывала. В свое время отец, сильно переживая за то что дочка больно уж хрупкая и беззащитная, заставил ее пройти хороший курс самообороны. Драться Кира конечно не умела, а вот несколько болевых точек на теле, знала хорошо. И хорошо знала как по ним ударить. Поэтому она мрачно уставилась на мужика и молчала. Мужик не обращая ни на что внимания, бодро протопал к крыльцу и расплывшись в туповатой ухмылке протянул ручищу к Кире, без сомнения собираясь ухватить ее за грудь. Девушка дождалась пока эта рука приблизится и четко, как на уроке, ударила его в нервное окончание у локтя. Мужик взвыл. Рука повисла плетью. Мирина охнула. А Кира сделала шаг вперед и уставившись мужику прямо в глаза, тихо, но жестко сказала — вон отсюда! На секунду ей показалось что ее зрение чуточку изменилось. А мужик заорав как ненормальный, развернулся и как заяц бросился бежать.

— И все‑таки ты ведьма — потрясенно выдохнула женщина.

Кира скривилась — да какая я ведьма, Мирина, ты чего.

— Ну да! Только ведьмы так глазами сверкать умеют. Видела я как‑то. Только у той глаза зеленые были, а у тебя черные. И сверкают жутко. Но если не хочешь, можешь не говорить.

" Черте — что — подумала Кира, — может я и правда ведьма какая‑то. Тут похоже это людей не слишком удивляет. Надо же, глаза сверкали. Брр, с моими почти черными гляделками, пожалуй и правда жутковато может выглядеть". Кира подняла взгляд на Мирину, и вдруг заметила что та аж побледнела.

— Я тебя напугала? — изумилась Кира.

Та слегка отвела глаза — да не то чтобы напугала, просто… глаза у тебя… как из бездны кто выглянул. Аж мороз по коже.

— Извини — пробурчала Кира, — не хотела тебя напугать. А что этому мужику то надо было? Он совсем дурной что ли?

— Дурной, — согласилась женщина, опять усаживаясь на ступени, — пол деревни девок перепортил. Здоровый же как бык, боятся его, вот и творит что хочет. Теперь не полезет — неожиданно захохотала она, — вон как по улице драпал, чуть портки не намочил.

Откуда‑то с улицы примчались сыновья Мирины. Чумазые, встрепанные, веселые.

— А ну марш умываться — рявкнула на них Мирина. — На вас смотреть страшно. И где только успели так вымазаться, паршивцы.

Мальчишки не останавливаясь, резво поскакали к бочке с водой. А Мирина вздохнув, укоризненно покачала головой.

— А что у младшего с глазиком? — Спросила Кира. Она заметила что малыш, который уже спал в доме, кажется не видит на один глаз.

Мирина грустно опустила голову — пару месяцев назад наткнулся на палку, вот глаз ему и повредило. Уж чего я ни делала, и к травнице его носила, и колдуна нашла. Да колдуны больно дорого берут. Похоже так и останется мой сынок кривым на один глазик. Не уследила я за ребенком, моя вина. Теперь всю жизнь корить себя буду.

Уснуть этой ночью Кира смогла лишь под утро. Как там сказала Мирина? Как будто бездна из глаз? Жуть какая. Неужели она монстр какой‑то? Да нет, чепуха. Но бабушка Аня говорила что у женщины, оставившей Киру в машине, были странные глаза. Но она не говорила что эта женщина чем‑то испугала родителей. Поразила просто, это да. Но вроде не испугала. Все же, похоже что это была ее мать, или родственница, по крайней мере. "Так из другого мира что ли? Вот же брееед! — она аж хихикнула от такой мысли — Надо бы увидеть темных эльфов, интересно, правда ли я похожа на них" — наконец решила она, и закрыла глаза.

Проснувшись, она начала собираться в дорогу. Мирина собрала Кире немного еды, и Кира Раскрыв свой рюкзак, стала складывать вещи. Что‑то белое мигнуло на дне, и нашарив это что‑то, Кира с удивлением увидела нежный и свежий цветок. Тот самый, с куста в Серебряном лесу, совсем свежий, как будто только что сорванный. Он мягко светился всеми своими пятью лепестками. Она озадаченно покрутила находку в руках. Как он тут оказался? Она же не сорвала в том лесу ни листика, и тем более не стала бы рвать это чудо. За ее спиной тихо ахнула Мирина. Девушка обернулась и увидела как женщина стоит вытаращив глаза и прикрыв ладошкой рот. — Ты чего, Мирина? — спросила Кира.

— Цветок с куста сиорта, — прошептала та, зачаровано глядя на чудо в руках девушки.

— Да, и что? — удивилась Кира такой реакции Мирины.

— Госпожа, как вам удалось его достать? Это же целое состояние! Один листик этого чуда, стоит кучу денег.

— Почему? — приподняла брови Кира.

— Если заварить такой лепесток в исцеляющем зелье, оно в сотни раз усилится. У людей смертельные болезни излечиваются, и смертельные раны затягиваются. Вы разве не знаете?

— Ого — весело улыбнулась Кира, — здорово! А ты такое зелье варить умеешь?

— Да кто ж не умеет, — пожала плечами Мирина, — все им пользуются. Правда без таких вот лепестков.

Кира улыбнулась, и радостно сказала — пожалуй мне есть чем расплатиться с тобой за гостеприимство, Мирина. Она немого постояла, раздумывая. Не хотелось портить такую красоту. Но… Раз уж оказался в ее сумке, нужно пользоваться. Она осторожно оторвала от цветка белоснежный листик, и протянула женщине.

Та испуганно попятилась, пряча руки за спину. — Что вы, госпожа, это слишком дорогая плата.

— Опять меня госпожой называешь, — с укором посмотрела Кира, и поднявшись, решительно вложила Мирине в руку лепесток. — Держи. И не смей отказываться. Я так хочу! Вдруг сына вылечить сможешь! Или продашь, и на колдуна денег хватит. И еще хочу, чтобы ты мне из второго лепестка, зелья того сварила в дорогу. А то мало ли что может случиться. Глядишь и пригодится.

Кира внимательно проследила за тем, как Мирина готовит зелье, какие травки бросает. Вдруг самой придется готовить такое. Названия неизвестных ей травок, накрепко отпечатались в голове.

— А оно не испортится? — Спросила Кира.

— Нет, что ты, зелье с сиортом никогда не портится — улыбнулась женщина, — вот смотри, если поранит кто, нужна всего одна капля — пояснила она — тебе надолго его хватит. Пожалуй разолью я это снадобье по маленьким склянкам, чтоб поменьше в глаза бросалось, а то как бы кто не ограбил тебя, увидев такое количество сиорта. Кира только благодарно улыбнулась, и кивнула соглашаясь.

3

Уже три дня Кира была в дороге, кода повстречала догоняющий ее обоз из пяти телег. Оказалось что мужики с женами и даже с детишками едут в ближайший город, на ярмарку. Кире любезно разрешили присоединиться к ним, и девушка залезла в телегу на пучок сена и устало вытянула натруженные ноги. Рядом с ней сидела миловидная девушка лет пятнадцати.

— Я Лани — представилась она, — и принялась болтать. Кире только головой оставалось кивать, да помалкивать. Эта веселая, синеглазая девушка не замолкала ни на минуту, и Кира даже умудрялась вылавливать из ее трескотни кое–какую информацию об этом мире, к сожалению малоинформативную, но хоть что‑то, и то дело. Эти люди Кире понравились. Простые и добродушные, они хоть и относились к ней неоднозначно, но особо не навязывались. Как поняла девушка, ее приняли за какую‑то леди, попавшую в неприятную ситуацию, и оттого идущую в город пешком. Необычная одежда хоть и вызвала некоторый интерес, но не настолько, чтобы слишком заострять на этом внимание. Киру такое положение вещей вполне устраивало. Тем более что Мирина одарила Киру плащом, и она могла накинув его на плечи, оставаться совсем уж неприметной, скрывая под ним одежду, а если понадобится то и лицо под капюшоном.

К городским воротам обоз подъехал уже к полудню третьего дня. Как и ожидала Кира, она увидела стены из камня, которые окружали город, ворота и стражу. Ну точно средневековье. Пока обоз досматривали, Кира спокойно прошла в город, не вызвав никакого интереса стражников, и пошла по узким улочкам, вертя головой. Она долго гуляла, рассматривая дома и людей. Закутавшаяся в простой плащ фигура, не вызывала ни у кого любопытства. Городок был небольшим, улочки были относительно чистыми. Кира с интересом осматривалась. Ей понравился этот небольшой городок. Домики аккуратные, украшенные вьющейся зеленью и причудливой резьбой. Самый высокий дом что увидела Кира, был в три этажа. Нищих и попрошаек не видно. Она вышла на очередную улицу, и ей на глаза попалась вывеска, со склянкой и травой на рисунке. "Местная аптека" поняла Кира и обрадовалась. Ей нужны деньги, а взять их на данный момент она могла только попробовав продать один из флакончиков того зелья, которое сварила для нее Мирина.

Звякнул колокольчик у входа, резко запахло травами. Кира огляделась, и увидев вышедшего из какого‑то закутка, невысокого, полного и лысого человечка — поздоровалась.

— Я хочу продать снадобье из цветка сиорта — сказала она. Подумав, Кира решила не продавать оставшиеся лепестки, а просто продать одну из своих склянок, коих у нее сейчас было целых пять. Не стоило пока что показывать кому‑то что у нее есть лепестки.

У человечка блеснули глаза. В этот момент опять звякнул колокольчик, в зал кто‑то вошел. Кира оглянулась и увидела мужскую фигуру и большие черные глаза блеснувшие из‑под капюшона.

— Я дам вам 50 золотых, госпожа — услышала Кира голос человечка за стойкой, и повернулась. Кира хмыкнула и задумчиво вытащила заранее приготовленный пузырек сиорта, повертела его в руках, не собираясь отдавать. Бутылочка чуть сияла мягким белым светом. Как сказала ей Мирина, только зелье в которое добавлен лепесток сиорта, может так светиться, поэтому его невозможно подделать или перепутать. Она помолчала. Аптекарь заерзал, помялся и вздохнул — 100 золотых.

— Двести — раздался голос у нее за спиной.

Кира опять обернулась и внимательно заглянула в черные глаза. Незнакомец улыбнулся, и сбросил капюшон. Показались черные длинные, прямые волосы, и чуть удлиненные уши. Эльф. Темный. Совсем такой как и рассказывала Мирина.

— Господин, это слишком большая цена, за такую малость — заныл лысый дядька.

— А я тебе и не предлагаю покупать — хмыкнул эльф. — Я сам куплю.

Кира с интересом рассматривала темного эльфа. Красивое лицо с утонченными чертами, чуть тонковатые, чувственные губы, ресницы такой длинны, что любая девушка позавидует, атлетическая фигура, (ну насколько эту фигуру можно было угадать за складками плаща) красивые длинные пальцы. Глаза как ночь, огромные и черные, смотрят на нее с интересом, и нетерпением.

— Соглашайтесь, леди — сказал он, — больше вам все равно никто не предложит. Недождавшись встречного предложения от аптекаря, Кира согласно кивнула, и эльф облегченно улыбнулся, при этом став еще красивее.

Отсыпав ей приличную кучу золотых монет, он выхватил из ее рук бутылочку и выскочил на улицу. Кира пожала плечами, и вышла тоже.

— Сильно сомневаюсь что во мне есть кровь этих существ — пробормотала она, запихивая золотые кружочки в рюкзак, и хорошенько застегнув его на все замки. Насколько Кира смогла разобраться в местных ценах, этих денег ей должно хватить надолго, при ее‑то скромных запросах. Как она слышала из разговоров людей, с которыми приехала сюда, дом в деревне стоил от десяти до пятидесяти золотых. В городе конечно побольше будет. А значит о деньгах можно пока не думать, что радовало. "Интересно, откуда же этот чудо — цветочек взялся в моем рюкзаке, ведь точно не рвала сама. Может эльф подсунул? А зачем это ему? Странно". Решив больше не думать, о том чего все равно не знает, Кира бодро зашагала дальше, и слившись с потоком людей, вскоре вышла к ярмарке. " Ого — удивилась про себя девушка, — эта ярмарка даже покруче земных" Она пошла вдоль рядов, рассматривая все подряд. А тут чего только небыло! Всевозможная одежда всех цветов и размеров, обувь, украшения, оружие, разнообразная утварь, ковры ручной работы, а чуть в стороне даже домашний скот и лошади. Кира долго стояла и рассматривала местное оружие. Всевозможные мечи, большие и поменьше, арбалеты, луки, еще что‑то совсем уж незнакомое. О таком она только читала, а тут довелось даже увидеть. Ее внимание привлек набор узких ножей, выполненных с поразительным искусством. Рукояти обтянуты кажется кожей, черного цвета. Изящные и необыкновенно красивые. Она даже подошла поближе, чтобы рассмотреть их. Хозяин всего этого великолепия заметил интерес девушки и внимательно на нее посмотрев, молча вложил ей один из ножей в руки. Кира почувствовала прикосновение металла и замерла. Ей показалось что этот ножик как будто прилип к ее руке, уютно улегшись в ладонь. Она сжала пальцы и ощущение того что это ЕЕ вещь, пришла с поразительной ясностью. Нож как будто ожил в ее руке, чувство было настолько странным, что у нее закружилась голова. Как будто там, внутри этой опасной вещицы, был кто‑то кто ее знает. Что‑то родное ей.

— Признал вас — удивился продавец, надо же, двадцать лет их продать пытаюсь, никого не признавали, купите, госпожа. Это ваше оружие. Тут сталь особая, редкая. Мастер ковавший эти ножи умер уже. Так что подобного оружия сейчас не найти.

Кира растерянно смотрела на нож в своей руке, и понимала что отдать его хозяину уже просто не сможет. — Сколько? — спросила она.

— Сто золотых — уверенно сказал мужчина, — и это очень дешево. И Кира поняла по его тону что торговаться не стоит. Да и не хотелось. У нее было чувство что цена невероятно низкая за такое сокровище. Достав золото, она молча отдала его торговцу. Тот взял деньги и вдруг улыбнулся — вы знаете толк в оружии госпожа. Истинно они ваши. Даже торговаться не стали.

Кира покачала головой — за них нельзя торговаться — уверенно сказала она.

— Вы правы, госпожа — кивнул торговец — вот возьмите. И он протянул ей чехол с уложенными туда десятью ножами, — закрепите его на поясе. После броска, нож сам вернется на место.

Девушка благодарно кивнула, и взяв чехол — отошла, все еще находясь под впечатлением ощущения какого‑то слияния. И с чем?! С ножом! " Вот это совсем уже мистика — тихо прошептала она. — Эх, Кира, с такими тратами, денег надолго тебе не хватит". Но она не жалела. Наоборот ее настроение подскочило до небес. Хотелось смеяться. Руки сами тянулись к ножам, но она сдержалась, и решительно спрятала их в рюкзак. Стоит теперь купить подходящий пояс для этих красавцев. Не к штанам же их крепить. Побродив еще между рядами, Кира нашла подходящий пояс, а так же купила пару тонких, и очень приятных на ощупь рубашек, решив что будет носить их под одеждой.

— Кира — услышала она знакомый девичий голосок, — вот ты где! К ней подбежала Лани. Та самая болтушка из обоза, с которым Кира приехала в город. — Не хочешь с нами в таверну пойти? Может заодно там и на ночлег устроимся. Только теперь Кира поняла как же она проголодалась, и согласно кивнула девушке. Лани ухватила ее за руку, и потащила за собой.

Таверна под названием " У Дядюшки", стояла за два квартала от ярмарки. Было там довольно людно и шумно. В углу какие‑то мужики, с виду толи купцы, толи торговцы пели не слишком трезвую песню. Но накормили гостей вкусно. Такой вкуснющей картошки с мясом, Кира и дома не ела. Вино правда, ей не понравилось, и попробовав, она отодвинула чашу. А вот от морса пришла в восторг. Впрочем ее спутникам вино пришлось по вкусу, и уже через полчаса гул голосов и выкриков в зале вырос. Заплатив за ужин и комнату, Кира поднялась на второй этаж, по узкой лесенке и зашла в предоставленную ей комнатку. Там была широкая кровать, шкаф и зеркало. В углу уже исходила паром бадья с горячей водой. Блаженно вздохнув, девушка разделась, и с наслаждением погрузилась в воду. Купалась долго, отмывая дорожную грязь. Вспомнила что у нее в рюкзаке есть бутылка с шампунем, и радостно улыбнулась. Пока что она так и не поняла чем тут моют головы аборигены. Вода остыла, и Кире пришлось вылезать. Она вытерлась и достав купленную на ярмарке рубаху, одела ее вместо ночной сорочки. — Как же хорошооо — простонала она, нырнув в постель на чистые простыни, и уснула мгновенно, едва ее голова коснулась подушки.

Проснулась Кира рано, и хорошо отдохнувшей. Рассвет только, только заалел на горизонте. Сладко потянувшись, она еще немного повалялась в постели, и нехотя поднялась. Она умылась в стоявшем на невысокой тумбочке тазу с водой, почистила зубы и полезла в свой рюкзак за одеждой. Достала свои походные запасные штаны, оглядела их критическим взглядом, и решила что выглядят они не слишком непохожими на одежду местных. Эти штаны Кира очень любила, и покупала в свое время именно для походов. Они были удобными и скрывали в себе несколько небольших карманчиков где удобно хранить всякую мелочь. За прошедший день она видела немало женщин, одетых в широкие штаны. Не похожих на ее одежду, но все же никто не удивится что девушка не в платье, а это уже хорошо. Одевшись, Кира достала сумочку с ножами, и раскрыв ее задумчиво осмотрела свое богатство. Проблема была в том, что бросать эти ножики она не умела, и сейчас не совсем уже понимала зачем вообще их купила. Вздохнув, она достала из сумки пару ножей и прислушалась к себе. Вчерашнее чувство единения вернулось мгновенно. Держа в каждой руке по ножу, Кира застыла, завороженная этим ощущением. Она вдруг стала чувствовать их, создалось впечатление что они продолжение ее самой. Находясь как будто в полутрансе, ее руки вдруг сделали резкое движение, и два ножа со свистом врезались в дверной косяк, параллельно друг другу. — Вот это да! — Выдохнула девушка, рассматривая торчащие из косяка ножи. Пару секунд и ножи пропали. Она расширившимися глазами проследила едва заметное движение чудо оружия, которое, как и обещал торговец, вернулось на свое место, обратно в чехол, лежащий у нее на коленях. Помотав головой, Кира вздохнула. Что это? Эти ножи какой‑то артефакт? А может продукт местной магии? Эх, надо бы поглядеть на магов. Интересно что на самом деле они могут. Швыряться молниями и фаерболами? Или это совсем другое что‑то? Ей становилось все интереснее и интереснее, и она иронично усмехнулась собственному азарту.

Сойдя в зал, Кира сразу увидела сидящую за столом Лани с отцом и матерью. Они чинно ели кашу, с усердием дуя на ложки. Лани увидела ее и весело помахала рукой. Кира кивнула поздоровавшись и села за соседний с ними столик. Она заказала легкий завтрак, и огляделась. Чуть дальше за еще одним столом сидела знакомая фигура. Тот самый темный эльф, что купил у нее зелье с сиортом, и невероятной красоты эльфийка. Сияющий водопад черных волос, сколотых причудливой заколкой, черные, огромные глаза, смуглая, чистая кожа, алые губки в капризном изгибе, тонкий, прямой носик, нежный овал лица, красивые изящные руки, украшенные парными браслетами. Вся она какая‑то воздушная, легкая, вызывала восхищенные взгляды мужчин, и ревнивые взгляды женщин. Кира залюбовалась этой красотой, стараясь все же не слишком пялиться, но глаза сами возвращались к красавице, помимо желания Киры. " И это я‑то похожа на эльфийку? — захохотала она про себя — большего бреда и не представить. Да это даже оскорбление для такой красавицы. — Она почувствовала легкую зависть, а потом усмехнулась. — Как глупо завидовать красоте. Такая красота просто опасна. За ней же наверное толпы влюбленных мужчин ходят. А что в этом хорошего? Зачем это нужно? Лучше чтобы рядом был один. Любимый и любящий. А бегающая за тобой толпа возбужденных мужиков? Бррр". Кира даже плечами передернула от таких мыслей, и окончательно потеряла интерес к парочке эльфов.

Она уже допивала вкуснейший морс, размышляя что делать дальше, как краем взгляда заметила какую‑то суету и подняла голову. У стола эльфов появился еще один эльф. Он что‑то говорил, наклонившись к столу. Эльфы внимательно слушали, но они не видели того, что видела сейчас Кира, потому что стоявший за их спинами эльф, стоял к Кире боком, а его правая рука сжимала нож. Девушка со всей ясностью поняла что еще секунда и этот нож проткнет сидящего за столом старого знакомого. Дальше все произошло помимо ее воли. Рука Киры метнулась к поясу с ножами, мгновенное слияние, и нож пролетев вперед, воткнулся точно в руку, готовящуюся нанести подлый удар в спину. Вскрик. Нож из руки выпал и улетел под стол, а Кира вздрогнув очнулась, и Неверяще уставилась на раненого. Кто‑то заорал, все повскакивали, эльфийка визжала как обычная человеческая девчонка. Кира прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Ее замутило.

— Человек, — раздался вдруг разъяренный голос над ее головой, — как ты посмела напасть на эльфа?!

Девушка подняла глаза и увидела злющего ушастого, которому она только что спасла жизнь. Сказать она ничего не успела. Ее схватили за горло, и вытащили из‑за стола одним рывком. Перед глазами поплыли круги, и она разозлилась. " Ах ты ж гад" — мелькнула мысль, и Кира изо всех сил пнула эльфа ногой в колено. Удар не вышел, но эльф все же пошатнулся, выпуская ее шею из железной хватки.

— Идиот, я тебе жизнь спасла — просипела она падая на пол. Шея болела, перед глазами плыли разноцветные пятна, к тому же падая она сильно ударилась спиной о перевернутую лавку.

— Ах ты ж паскуда — заорал эльф вытащил меч, и дернулся к ней.

Кира вдруг четко поняла что этот гад сейчас просто ее убьет, и испугалась. И вдруг что‑то произошло совсем уж странное. Время как будто замедлилось, растянулось как кисель. Она видела все как в замедленной съемке. Вот эльф, злой как черт делает шаг вперед, направляя на нее оружие, так медленно что страх ушел, и появилась злость. Она вскочила на ноги, делая шаг назад и в сторону, чтобы избежать удара, ударила его по нервному узлу на руке, и разозлившись со всего маху дала ему пощечину. Время пошло как обычно, и у нее дико заболела голова. Она застонала, но подскочила к эльфу ближе и проорала ему прямо в лицо

— Ты идиот, твой друг хотел тебе нож в спину всадить, я спасла тебе жизнь, эльф. И не сдержавшись влепила вторую пощечину. В зале стало так тихо, что в ушах зазвенело.

— Вот урод — прохрипела девушка, и покачнувшись пошла наверх в свою комнату зло рявкнув напоследок — еще раз подойдешь ко мне и я тебя убью, козел! — Никто ее не остановил.

Она ввалилась в комнату шатаясь и хватаясь то за шею то за голову. Перед глазами все плыло и двоилось. Болела спина. Девушка упала на кровать и закрыла глаза. Накатила дикая слабость. В дверь постучали, но Кира даже головы не подняла. Стук раздался снова, потом еще и еще. Ей показалось что от этого стука у нее сейчас голова взорвется, ее рука метнулась к поясу и в дверь полетел нож, воткнувшись в нее по самую рукоять. Стук мгновенно стих. Наступила блаженная тишина. Пролежала она так часа два, почти в беспамятстве. Немного стало легче, и она застонав от боли сползла с кровати, осторожно перебирая руками по постели, шатаясь и боясь что сейчас упадет. Взгляд упал в зеркало и девушка замерла. — Ну и видок — содрогнулась она. На шее багровели следы от пальцев, глаза ненормальные, зрачки пульсируют каким‑то темно–сиреневым светом, волосы сбились, лицо бледное, аж зеленое, под глазами круги. Сжав виски ладонями, Кира немного постояла, а потом дрожащими руками потянулась к рюкзаку. Достала флакончик с сиортом, с трудом открыла, чуть не пролив, и осторожно лизнула кончиком языка горлышко. Капля попала на язык, и у нее от удивления распахнулись глаза. По телу как будто целебный источник пронесся. Ей показалось что ее изнутри вымыли. Больше ничего не болело, руки перестали дрожать, слабость прошла и тело наполнилось силой и энергией. — Вот это даааа — выдохнула она, и опять взглянула в зеркало. Она заворожено смотрела как исчезают круги под глазами, лицо приобретает нормальный цвет, а багровые синяки на шее бледнеют. Помотав головой, Кира уже твердыми руками закрыла флакон с драгоценным эликсиром, и облегченно вздохнула. Потом еще раз посмотрела в зеркало и покачала головой. Глаза ее стали почти нормальными, только в глубине зрачков все еще слегка пульсировали сиреневые искорки. Она привела в порядок одежду, расчесалась и заплела тугую косу. Проверила свои ножи, но все десять находились на месте. Собрала вещи, и решив что ей тут больше делать нечего, решительно взяла рюкзак и спустилась вниз.

В зале уже было тихо, несколько посетителей тихо переговариваясь — обедали, а за крайним столом сидел тот самый эльф. Он увидел ее и резко поднялся на ноги, сделал движение желая подойти, но увидев сдвинувшиеся брови девушки и метнувшуюся к поясу с ножами руку остановился, молча глядя на нее. Кира кинула на него сердитый взгляд, и прошла мимо.

— Леди — услышала она тихое.

Не ответив, она вышла за дверь. Меньше всего ей сейчас хотелось с ним разговаривать. Она злилась и не хотела его даже видеть.

Кира пошла по улице не думая о том куда идет, погруженная в свои мысли. Ноги сами вывели ее к ярмарке, и она очнувшись от дум, решила что ей нужна лошадь. Оставаться в этом городишке не было смысла, а ее пребывание в этом мире явно затягивалось, и передвигаться пешком слишком уж утомительно. Захотелось домой. Впрочем дома ее кажется ничего хорошего тоже не ждало, но по крайней мере в своем мире она нашла бы чем заняться. Когда‑то давно, когда Кире было лет 12, они с отцом и мамой поехали к студенческому другу ее отца. Друг этот — дядя Артем занимался разведением лошадей. Кира на всю жизнь запомнила когда ее впервые посадили на самую смирную лошадку. С того дня она всей душой полюбила этих великолепных животных и всю неделю, которую они прогостили у дяди Артема, девочку невозможно было оторвать от лошадей. Она и конюшни чистила, и лошадей купала, и кормила их, и чистила не отставая от взрослых. Вот и сейчас Кира долго бродила рассматривая продающихся лошадей. Ее внимание привлек большой жеребец, стоявший самым последним. Крупный красавец цвета мокрого асфальта, был явно чем‑то недоволен. Он сердито фыркал, и пытался укусить иногда проходящего мимо него мужика. Мужик в свою очередь угрожал ему кнутом, но не бил. Впрочем Кира рассмотрела на боках коня несколько рубцов, явно от удара хлыстом. Минут десять девушка стояла и просто наблюдала за жеребцом. Она отлично поняла что он скорее всего очень непослушный и злой, но как же красив! Покупать такого не стоило, он мог доставить много неприятностей, но почему то уходить не хотелось. Он ее восхищал. Сильный, выносливый, гордый. Только вот попробуй подступись к такому. Она печально вздохнула и вдруг вспомнив фантастические романы, мысленно потянулась к жеребцу. Прикрыв глаза и сосредоточившись, она мысленно погладила нежные ноздри, ласково потрепала по холке. Конь вздрогнул, и тихо заржал. Кира посмотрела на него в упор, и так же мысленно потянулась к красивому животному всей душой, лаская, успокаивая, шепча про себя ласковые слова. "Подружимся? — Ласково предложила она — ну зачем тебе тут стоять. Тут скучно и плохо, тут тебя не любят и боятся" Жеребец фыркнул и потянулся мордой в ее сторону. Потом недоверчиво отпрянул, опять потянулся. Сделал шаг вперед, насколько хватало повода, и грубый окрик мужика заставил его клацнуть зубами.

— Стой спокойно, скотина безмозглая — рявкнул мужик и замахнулся хлыстом.

— Эй, а ну перестань орать — не выдержала Кира.

— А ты кто такая чтобы тут командовать — разозлился мужик, — эту скотину только и осталось что на живодерню сдать, никакого сладу с ним нет. Все равно никто не купит.

— Леди — сказал рядом стоящий мужчина, этого жеребца никто не купит, больно уж злой.

Кира спокойно зашла за ограду, и медленно пошла к жеребцу, опять мысленно потянувшись к нему. Постояла рядом. Жеребец вытянул морду и вдруг осторожно коснулся ее лба. Кира протянула руку и нежно погладила его, тихо шепча ласковые слова. Достала из кармана булочку, которую купила накануне у торговки да так и не съела, протянула коню. Тот мягко, одними губами взял лакомство. Еще постояв так в обнимку с конем, Кира перевела взгляд на мужика — сколько хочешь за коня?

Ошалевший мужик, только промычал что‑то.

— Я спрашиваю за сколько коня продаешь? — сверкнула Кира глазами — и не ври мне сейчас что он дорого стоит. Он злой и непокорный. Его никто больше не купит. А будешь драть цену — повернусь и уйду.

— Мужик у которого уже алчно блеснули глаза, поник и промямлил — десять золотых госпожа. Кира молча достала деньги, и спокойно отвязала коня.

— Пойдем мой хороший — проворковала она, — пойдем. Никто не будет тебя больше бить. Жеребец пошел за девушкой не сопротивляясь. Мужчины с отвисшей челюстью смотрели ей вслед.

Выехала из города Кира уже через несколько часов. Она закупила продукты в дорогу, и корм для коня, седло, и решила что ее дорога снова зовет ее.

Велир — так она назвала своего жеребца, безропотно позволил себя оседлать, и охотно подставил могучую спину. Кира лихорадочно вспоминала как ухаживать за лошадьми, и была просто счастлива что совершенно ничего не забыла. Впрочем, она никогда ничего не забывала. Память у девушки была практически абсолютной. Любая нужная ей информация всплывала сразу же, как только в этом возникала необходимость, если конечно эта информация когда‑либо воспринималась ее сознанием. Она с наслаждением неслась по дороге, упоение от скачки захватило ее полностью. Кира чувствовала как застоялся Велир, и как сильно ему хотелось размяться, поэтому отъехав от города, она пустила его в галоп, и радостно засмеялась несясь вперед по дороге. Она то и дело касалась сознания жеребца, передавая ему свое восхищение, свою радость, свою любовь, и Велир чувствовал это и отвечал изумленно фыркая, и излучая радость.

4

Город Илиор был вдвое больше того небольшого городка, из которого Кира уехала, и выделялся тем, что с восточной стороны города находилась академия магии, а с западной — академия боевых искусств. И поэтому в городе должно быть полно магов и воинов. Кира обрадовалась такому известию. Ей уже просто не терпелось посмотреть на магов, в которых она никогда не верила, и увидеть хоть какое‑то магическое действие. За спиной вдруг послышался знакомый голос.

— Леди, подождите минутку.

Девушка обернулась, и насупилась. ' Ну вот тебя только мне и не хватало' подумала она. На расстоянии вытянутой руки стоял тот самый ушастый.

— Леди, у меня к вам есть пара вопросов, прошу вас следовать за мной — холодный голос эльфа заставил ее нахмуриться еще больше. ' Ничего себе! Кажется этот дурак недоволен тем что я ему жизнь спасла' - удивилась про себя девушка - ' это он что же, за мной сюда приехал? Совсем ненормальный'. Кира склонила голову набок и с интересом посмотрела на мужчину.

— А с чего вдруг я должна идти за тобой, ушастый? — спросила она — На свои вопросы ответы ищи сам.

Эльф зло прищурил глаза, сделал шаг вперед и тихо сказал — если ты не пойдешь со мной, то через час, тебя доставят ко мне силой. Так что давай отойдем и поговорим, не привлекая внимания.

Кира никогда не любила хамов, а так же не любила такой тон, которым с ней говорил этот гад, и соответственно идти с ним даже и не думала.

— Слушай ты — прошипела она, тоже зло сузив глаза — разговаривать таким тоном будешь со своей женой, понял? И ненужно меня пугать, я тебя не боюсь. И разговаривать с тобой тоже не буду. Не заслужил! — Она резко развернулась и пошла прочь.

' Вот же козел — сердито думала она — такое хорошее настроение испортил. Интересно он не соврал про то, что через час меня к нему потащат? Ха! Надо бы поосторожнее'. Она быстро пошла вперед, легко лавируя среди прохожих. Куда бы спрятаться да посмотреть, не станут ли за ее искать, кто его знает этого эльфа, кто он такой. Вдруг шишка какая‑то. Она покосилась в ближайшее окно какого‑то дома, ловя отражение. Эльф кажется шел в противоположную сторону. Кира свернула, и прижавшись к стене, осторожно выглянула из‑за угла. Лопоухий хам куда‑то направлялся решительной походкой. Девушка немного подумала, и усмехнувшись, осторожно двинулась следом.

— Врага надо знать в лицо — пробормотала она себе под нос, следя за черноволосой головой — а если лица не видно, то хотя бы изучить зад.

Так они продвигались примерно четверть часа, а потом эльф зашел в какое‑то здание. Кира аккуратно выглянула. Дом как дом. Контора похоже какая‑то. Там что‑то было написано, но что — ей видно небыло, и она нерешительно двинулась было вперед, чтобы посмотреть, но тут в дверях показался эльф и с ним два человека. Она резко отпрянула и заскочила в какие‑то ворота, чтобы ее не заметили. Что‑то мелодично прозвенело и девушка от неожиданности вздрогнула и огляделась. В трех шагах от нее стоял средних лет, красивый, подтянутый мужчина в черной форме, красиво обтягивающей крепкую фигуру. Он улыбнулся и внимательно ее оглядел. Кира тоже с интересом рассматривала его. Высокий, глаза серые, короткая стрижка, на висках уже пробивается седина, придавая ему еще более благородный и солидный вид. Чисто выбрит. Глаза смотрят ласково но остро и пристально, подмечая каждую деталь. Губы тонковаты, твердый, волевой подбородок, прямой нос. Руки сильные, перевитые жилами, на поясе два странно изогнутых меча.

— Ну здравствуй, девочка. Рад приветствовать тебя в академии истинных мастеров боя. Меня зовут Мастер Риалар.

— Здравствуйте, — приветливо кивнула девушка, — простите, я случайно сюда зашла, я сейчас уйду.

Мужчина удивленно приподнял густые брови — уйдешь? Девочка, ты что, ничего не поняла? Или мелодию избрания не слышала?

— Мелодию избрания? — удивилась она, припоминая мелодичный звон, прозвучавший минуту назад.

— Конечно. У тебя дар воина. Тебя признала академия, а это большая честь. Ты не можешь уйти!

— Но я не хочу быть воином — растерялась Кира — да и какой из меня воин? Вы посмотрите на меня! Меня же не то что оружием, ветром свалить может!

— Это только пока! — Рассмеялся воин — дар просто так никогда еще никому не давался. Так что поверь, тебя судьба сюда привела. Дар воина очень редкий, и ценный. Нельзя его игнорировать.

— Да с чего вы решили что у меня есть этот дар?

— Мелодия избрания! — Пожал плечами воин. — Любой человек, или эльф может попробовать пройти в эти ворота, но пускают они сюда только истинных воинов. Тех, кто способен стать мастером. И только для таких как ты, может прозвучать эта музыка.

Кира ошалело застыла. Чего она не ожидала, так это такого. Да у нее в жизни ни мысли, ни желания не возникало стать воином. Она на минуту представила себе как шагает строем, и ее передернуло. Ну уж нет! Она попятилась, но Мастер схватил ее за плечо.

— Погоди, куда ты?

— Извините, но я никогда не хотела воевать. Я пойду, ладно?

— Девочка да ты что?! — У воина аж глаза на лоб полезли, — ты не можешь просто взять и уйти! Пойми, твой дар нужно развивать! Ты просто не имеешь права уйти! Сюда каждый год приходит множество людей и эльфов, мечтая услышать Мелодию избрания, а ты просто собралась уйти?

— Но…. Я же не воин! Я не смогу. Я вообще не люблю воевать!

— Так. Ну ка пойдем, поговорим девочка. Просто так я тебя точно не отпущу.

— Вы что хотите меня заставить? — нахмурилась Кира, она просто терпеть не могла когда ее пытались заставлять делать что‑либо, или решали что‑либо за нее.

— Нет, милая, — усмехнулся мужчина, и покачал головой — никто тебя насильно сюда тащить не будет, не волнуйся. Но поговорить со мной ты ведь не откажешься? Это важно!

— Хорошо — вздохнула девушка, и пошла за воином. В конце концов что она теряет? Ну поговорит. Узнает побольше об этом даре. Если этот дар вообще есть. Интересно же.

Воин привел ее в большой трехэтажный каменный дом. То и дело им встречались воины в черной форме, они уважительно здоровались с Мастером Риаларом и с интересом оглядывали Киру, но ничего не говорили. Мастер открыл дверь в какую‑то комнату, вошел сам и махнул ей рукой чтобы заходила. Это был небольшой зал, с длинным столом и жесткими стульями вокруг него. На стенах висели полки уставленные книгами, и стеллажи еще с какими‑то бумагами. Мастер сел на ближайший стул, и пригласил девушку сесть напротив. Кира села и выжидающе посмотрела на него.

— Как тебя зовут, девочка? — спросил он.

— Кира

— Странное имя, ты нездешняя да?

— Да — коротко ответила Кира не собираясь вдаваться в подробности. Воин это видимо заметил, и не стал дальше развивать эту тему.

— Что ты знаешь об академии воинов, Кира?

— Ничего.

— Я так и подумал — покивал головой мастер. — Я сейчас расскажу тебе. Академию создал триста пятьдесят лет назад король Диамир 2й, со своим другом, магом Ридилором. Был король великим воином, и мастером меча. Однажды король задумался над тем, почему из одних людей получаются отличные воины, а из других людей, как ты их не тренируй — нет. Уж не знаю что там они с магом накрутили, но как‑то выяснили, что у некоторых людей есть дар. Дар воина. Истинный дар воина встречается крайне редко, потому что мало иметь дар, нужно еще и обладать внутренним благородством, особым складом ума, честью и совестью. Это я тебе рассказываю коротко, на самом деле все гораздо сложнее. Например ребенок родившийся с даром воина, может этот самый дар потерять, если станет подлецом, вором или убийцей. Так вот, король нашел способ находить этот дар у людей. Но так как система довольно сложная, а бегать проверять всех подряд — невозможно, король построил академию, и те самые ворота, в которые ты и вошла. В арке ворот встроено сложнейшее магическое заклинание, определяющее дар воина. Если человек подходит — звучит мелодия избрания. С избранным начинают заниматься лучшие мастера. А когда ученик достигает седьмой ступени мастерства, он становится Мастером. Такого воина уважают все и любой почтет за честь принимать его в своем доме. Такой воин может вести армии, а может стать одиночкой. Он идет туда, куда ведет его своя дорога.

Мастер ненадолго замолчал, а Киру как будто толкнуло изнутри. 'Своя дорога!' Не это ли говорила она сама себе, когда решила идти так, как поведет ее внутренний голос? Она хотела найти СВОЮ дорогу. Тот путь, который привел ее в этот мир, и неизвестно куда поведет дальше. Путь который предназначен именно ей!

— Мы являемся элитой, девочка. — Продолжил Мастер, — Истинный воин это не солдат, истинный воин это особый дар. Мы можем быть судьями, и никто не усомнится в честности суда. Мы можем быть учителями, целителями, и много кем еще, потому что истинный воин это не тот кто просто хорошо владеет оружием, а гораздо большее. Честь, совесть не пустые слова в отношении истинного воина. Попасть к нам — это честь для кого угодно. Нам все равно кем является человек, принцем или нищим, торговцем или кем еще. Главное дар! Понимаешь?

Кира задумчиво кивнула и посмотрела на уже немолодого Мастера. То что он рассказал, было более чем странно. Ведь девушка изначально решила что это что‑то типа местной армии, но если верить воину, это не армия а нечто совершенно другое, непохожее ни на что.

— Разве так мало хороших людей, Мастер? Сильных, честных. Тех для кого честь — не пустое слово?

Воин улыбнулся — ну что ты, Кира, хороших людей много. Но хороших людей обладающих даром воина очень и очень мало.

— Ну хорошо. Допустим. Вот пришел человек в академию, услышал эту мелодию, и все? Он разве не может вдруг стать другим? Или Мастер окончивший эту академию? Разве не бывает такого?

— Ну пока ученик еще учится, всякое случается. Думаю ты понимаешь, что обучение легко не дается никому. Есть те, кто не выдержал, не смог пройти полный путь и стать мастером. Но тот кто уже стал Мастером…. Сильно сомневаюсь что он захочет изменить свой путь. В нашей истории за все триста пятьдесят лет, был один единственный случай, когда Мастер- воин изменил сам себе и своей дороге. Но об этом я расскажу тебе позже. Если ты решишь остаться.

Кира задумалась, а Мастер Риалар молча смотрел в окно, не мешая ей размышлять. Впервые он встретил девочку, которая попала в академию случайно. К арке академии часто подходили и люди и эльфы. Останавливались у арки, и не услышав мелодии избрания, уходили опечаленные. А эта девчурка попала в ворота самым странным образом. Он дежурил у ворот в этот день, на тот случай если кто‑то с даром, все же зайдет под арку. И увидел эту девочку которая влетела в ворота, не остановившись в арке ни на секунду. Она явно от кого‑то пряталась. Если у нее проблемы, то он поможет ей с ними справиться. А если она станет ученицей, то ее уж точно никто не посмеет и пальцем тронуть. Надо же, она такая маленькая, совсем кроха. Сколько ей лет? 15? 16? Возможно подрастет еще, но все равно останется малышкой. А для такой крохи и обучение должно быть немного иным. Девушка наконец‑то подняла голову и посмотрела на него.

— Мастер Риалар, сколько лет длится обучение?

— У кого как, — пожал он плечами — бывает пять лет, бывает больше, иногда меньше. Все зависит от ученика. Это индивидуально, и зависит и от силы дара, и от самого человека.

— А бывает так что ученик по какой либо причине бросает обучение?

— Бывает конечно, но очень редко.

Кира опять задумалась. Что она собственно теряет? Похоже она застряла в этом мире надолго. Как вернуться домой она не знала, чем здесь заниматься, и куда себя пристроить — тоже. Если согласиться на обучение, то она сможет спокойно адаптироваться в этом мире, а дальше будет видно.

— Знаете Мастер, я соглашусь. — Наконец‑то сказала она. — Но проблема в том, что возможно мне нужно будет вернуться домой. Я пока еще не знаю, смогу ли я остаться здесь так надолго.

Мастер Риалар серьезно посмотрел ей в глаза и кивнул.

— И еще одно. Я совсем не воин. Я обычная девушка, и совсем ничего не умею.

Мужчина улыбнулся. — А ножи которые у тебя висят на поясе, ты носишь для красоты?

— О, это… — она смутилась — понимаете, я купила их на рынке, в одном городке. Не знаю зачем, но просто не могла не купить. Они меня как будто звали. Не знаю как сказать.

Мастер хмыкнул и кивнул. Вот видишь, ты сама уже ступила на эту дорогу, девочка. Пойдем, я покажу тебе где ты будешь жить.

— Подождите. А мой конь? Я оставила его на постоялом дворе, в городе.

— Ну так в чем проблема то? — пожал плечами он, пойдешь потом и заберешь. У нас тут прекрасные конюшни. Устроишься, осмотришься, отдохнешь. А я пока подумаю над твоей программой обучения.

Он поднялся и двинулся из зала. Кира пошла следом.

Новое жилище совсем не напоминало казарму, чего так опасалась Кира. Мастер Риалар привел девушку к длинному строению, со множеством дверей. Кира сразу вспомнила Одессу. Как‑то с родителями они поехали туда на отдых, и сняли похожее жилье у толстой и добродушной еврейки. Это тоже был длинный дом, разделенный на пятерых хозяев. Этот же дом имел два этажа, и со второго этажа вниз, от каждой из дверей вели вниз лесенки. В этом доме было жилье для двадцати человек. Десять на первом этаже и десять на втором. На втором этаже Киру и поселили. Жилье ей понравилось. Две небольшие комнаты, обставлены просто, но удобно. В первой был небольшой диванчик, столик, два кресла и шкаф. Во второй довольно удобная кровать, шкаф для одежды, небольшая тумбочка у кровати, и даже небольшой комод. Так же была и ванная комната, с вполне удобной железной ванной и даже персональный туалет, чего Кира совсем уж не ожидала. Кира не поняла по какому принципу здесь работает канализация, и как подается вода но решила что попробует разобраться с этим позже. Мастер Риалар показал девушке из окна на низкое строение, объяснив что там столовая, и пойти поесть она может в любой момент, хоть ночью, чем удивил Киру еще больше. Зачем ходить в столовую ночью она не поняла, и пожала плечами. Так же Мастер объяснил ей где находятся конюшни, и сказал чтобы она подошла 'вон туда' - рука воина указала в направлении к низкому строению, — подобрала себе форму ученика, и возможно что‑то еще, что ей может понадобиться, затем попрощался до завтра, предупредив что занятия они начнут рано утром.

Кира прошлась по своему новому жилищу, осмотрелась. Оставила на кровати рюкзак, и решила сходить за формой. Она спустилась по лесенке вниз и увидела двух молодых ребят, стоявших внизу. Ее с интересом осмотрели и разулыбавшись поприветствовали. Кира вежливо ответила.

Высокий светловолосый парень, с синими как небо глазами, выдающимся тонким и длинным орлиным носом, в темно–серой форме спросил:

— Ты новенькая?

— Угу — вздохнула она.

— Давай знакомиться! Я Арен, ученик Мастера Трогана. Третий год обучения четвертая ступень мастерства.

— А я Росс, ученик Мастера Илокса, второй год обучения, третья ступень. — Тут же сказал черноволосый и темноглазый второй, в точно такой же форме, ниже ростом, но коренастый и крепкий.

— Кира — улыбнулась девушка. — Наверное ученица Мастера Риалара. Хотя я еще не уверена.

— Ну раз Риалар тебя встретил у арки, то он и будет тебя учить — сказал Росс, — он отличный учитель, хоть и строгий. А воин какой! Потом поймешь.

Арен согласно кивнул — это да, тебе повезло с ним. А ты куда сейчас?

— Ну Мастер сказал форму подобрать нужно.

Парни закивали, а Арен сказал — это на склад. Пойдем мы тебя проводим, у нас еще три часа свободного времени есть.

Кира согласно кивнула, и они втроем пошли к низкому большому зданию, находившемуся немного в стороне от остальных, и частично скрытому большими раскидистыми деревьями, с большими же листьями, размером с голову самой Киры. 'Из такого листика вполне можно шляпу смастерить, как из лопуха', улыбнулась про себя девушка.

На складе их встретил старик, лет семидесяти. Седой, с седыми усами, и аккуратной седой бородкой. Но несмотря на возраст, двигался он легко, хоть и как‑то странновато. Кира не сразу поняла, что у старика нет ноги, поэтому‑то он так и передвигается. 'Интересно, у него какой протез? Тут что и протезирование развито?' задумалась она. Впрочем долго размышлять ей никто не дал.

— Здравствуйте Мастер Орри, — Весело поприветствовали старого воина парни, — мы вам новенькую девушку привели. Ей форма нужна.

Мастер поздоровался и кивнул, внимательно оглядывая Киру.

— Сейчас подыщем что‑нибудь тебе, — улыбнулся старик — маленькая ты, как ребенок. Ну да ничего, найдем что‑то. Он повернулся и пошел куда‑то вглубь, поманив их за собой. Через полчаса, Кире выдали два комплекта темно–серой формы ее размера, две пары сапог, перчатки без пальцев, плащ того же серого цвета и еще кучу всего, включая полотенца, постель, одеяла. Девушка аж растерялась немного от такого количества добра. И как это тащить? За два захода? Но ребята увязавшиеся за ней, без лишних размышлений решительно забрали все это добро, сказав что такая малявка как она, заблудится среди всех этих тряпок. Кира весело рассмеялась, и молодежь веселой гурьбой вывалились из склада. Ей понравились эти веселые, сильные парни. Вполне возможно что в будущем они подружатся. Ребята притащили вещи в Комнату Киры и распрощались, сказав чтобы не стеснялась и обращалась к ним, если что‑то понадобится. Оба они жили в этом же доме, на первом этаже.

Кира не спеша разобрала вещи, всю одежду убрала в шкаф, застелила постель, распихала по комоду и тумбочке разные мелочи. В ее жилище царила стерильная чистота. Ни пыли, ни грязи, что ее порадовало. Потом решила искупаться прежде чем заниматься примеркой. Искупавшись и переодевшись в новую форму, Кира пришла в восторг. Более удобной одежды она еще не видела. Куда как удобнее всего, что придумали в ее мире. Она обтягивала девушку как вторая кожа. Как объяснили ей Росс и Арен, форму эту шили из какого‑то странного материала, который изготавливался из того, чего Кира вообще не поняла. Этот материал служил хорошей защитой для воина, имел свойство охлаждать или согревать тело при необходимости, и вообще был настоящим сокровищем. Состояла эта форма из штанов и чего‑то типа рубахи с длинными рукавами. Так же она имела множество скрытых карманов и кармашков. Невысокие сапожки были сделаны из кожи незнакомого Кире животного, и как сказал Росс, порвать их — это еще надо постараться. Что удивило Киру, к носку и пятке сапог, крепились какие‑то штуковины. Совсем уж непонятно из чего сделаны, но Арен объяснил что это и дополнительное оружие — пни кого‑то таким сапогом, мало не покажется, — и страховка, если придется лезть например на скалу. Нога никуда не соскользнет. Да и ноги в них не потеют. Сапоги были довольно тяжелые, на крепкой толстой подошве, но очень удобные. А к их весу она быстро привыкнет. Кира заглянула в зеркало, висевшее на стене в ванной комнате, и осталась довольна своим видом. Она нашла в рюкзаке расческу, и расчесавшись, заплела тугую косу, потом пристегнула чехол с кинжалами на новый пояс, который ей выдали вместе с формой. Еще полюбовавшись собой, девушка решила пойти забрать Велира.

Она еще не успела выйти, как в дверь постучали.

— Войдите — сказала она и обернулась к двери.

Дверь открылась и зашел Мастер Риалар. Он с удовольствием оглядел ее, видимо в форме она ему понравилась. Потом протянул ей какую‑то штуковину. Штуковина оказалась кольцом с черным камнем посередине.

— Вот, возьми. Это кольцо принадлежности к братству истинных воинов. Одень его на средний палец левой руки.

Кира с сомнением покрутила в руке кольцо.

— Мастер оно же большое на меня!

— А ты померяй — усмехнулся тот.

Кира пожав плечами, одела кольцо. По ее мнению она в это колечко могла запихнуть сразу два пальца. Но колечко вдруг мигнуло, камень медленно налился темно сиреневым светом, кольцо резко уменьшилось, плотно охватив палец девушки а из камня так полыхнуло сиреневым огнем, что Кира отпрянула и зажмурилась. Из глаз потекли слезы. С трудом проморгавшись, она с опаской посмотрела на руку. Кольцо погасло, камень, как будто и не вытворял ничего необычного, вновь стал черным. Девушка изумленно посмотрела на Мастера Риалара.

— Что это было? — изумленно спросила она.

Мастер помолчал, как‑то странно посмотрел на нее, а потом сказал — все нормально, девочка. Это магия кольца. Если тебе нужна будет помощь, сожми камень в пальцах и позови. Любой ближайший истинный воин придет тебе на помощь. Он резко развернулся и вышел, оставив ее в недоумении.

— Хоть бы предупредил чтобы глаза закрыла — сердито пробормотала она.

Кира еще пару минут озадаченно разглядывала руку с кольцом, а потом вздохнув пожала плечами, и тоже вышла.

Мастер Риалар шел к своему другу Трогану, с которым когда‑то они в один день попали в академию а потом стали лучшими друзьями. Троган обзавелся семьей, и окончательно поселился в Илиоре, став мастером–наставником. А Риалар десять лет назад похоронив жену и сына, погибших от нелепой случайности — остался один. Вот Троган и позвал его сюда, в академию. Риалар согласился. Ему на тот момент вообще было все равно, за пять лет он привык, и работа наставника стала приносить ему удовольствие. Ученики заменили семью. Он привык относиться к ним как к своим детям, и с радостью учил всему что знал и умел сам. Риалар нашел Трогана на тренировочной площадке, где друг занимался со своим учеником, и поманил его пальцем. Троган кивнул, и дав указание ученику продолжать, подошел к Риалару.

— Поздравляю с ученицей, — улыбнулся он. Слышал совсем крохотная девчушка тебе попалась. Намучаешься.

— Ха! Это мы еще посмотрим — усмехнулся он — Но у меня к тебе вопрос. Я ей кольцо дал, так вот, кольцо это так полыхнуло, что я чуть не ослеп. Никогда такого не видел.

— В смысле полыхнуло? — Удивился друг.

— В прямом. Она его на палец одела, а у него камень начал разгораться сиреневым, а потом как пыхнет! Говорю же, чуть не ослеп. А через минуту опять почернел. Ты видел подобное?

— Хммм…. — задумался тот, — не видел, но кажется читал. Это что‑то связано с даром. Нужно поискать в хрониках. Чем сильнее дар, тем ярче камень.

— Да это‑то я знаю — отмахнулся Риалар — но ты можешь себе представить какой силы там дар, что я чуть не ослеп! Или это что‑то еще значит?

— Не знаю. Давай ка пороемся потом в библиотеке братства. Может накопаем что‑то. Ты уже программу тренировок ей составил?

— Думаю над этим — буркнул Риалар. — Она мелкая, тут особая программа нужна. К Риате хочу еще подойти, она женщина умная, помнит еще как девчонкой тренировалась, подскажет может что. Как ни крути, а девочек к нам единицы попадают.

— Сходи, — покивал Троган — с девчонками всегда проблем больше. Ну и я помогу чем смогу.

Велир обрадовался хозяйке, ткнулся ей мордой в макушку. Она погладила шелковую гриву коня, оседлала и вывела наружу. Выехав за ворота, она обратила внимание на двух мужчин стоявших на противоположной стороне улицы. Стоило ее коню показаться, как эти мужчины дернулись было к ней, но вдруг застыли, внимательно рассматривая всадницу. Кира вопросительно приподняла одну бровь, и мужчины сделали шаг назад, как бы давая понять что обознались. Она хмыкнула, и продолжила путь, раздумывая те ли это ребята которые должны были притащить ее к эльфу, или и правда обознались? Если это те кого подослал эльф, так чего так резко скисли? Формы ее испугались? Забавно. Кира уже обратила внимание, пока шла за Велиром, что прохожие поглядывают на нее со странным выражением на лице. Кто с уважением, кто с восхищением, а кто и с опаской. ' Ну все, — подумала она, — раз такая реакция у людей на эту форму, то похоже обучение в этой академии будет для меня адски тяжелым'. Наверное ей нужно бы гордиться, но вот никакой гордости она не испытывала. Да и гордиться пока что было нечем. А вот любопытство, понимание того что ей будет ой как нелегко, и опасение что она не справится — были.

Вернувшись в академию, и ведя Велира к конюшне, она услышала за спиной как ее окликнули по имени и обернулась. К ней подходил улыбающийся Арен.

— Ого какой красавчик, — восхищенно сказал он, и протянул руку к коню.

Зря он это сделал. Потому что Велир эту самую руку чуть ему не откусил, злобно фыркнув что‑то явно ругательное. Кира поспешно схватила коня за шею, успокаивая.

— Ой! Вот это характер! — Удивился Арен, — чего он злой такой?

— Ты лучше не трогай его, — улыбнулась Кира, обнимая Велира за шею — он никому не верит.

— Да понял уже — почесал парень в затылке.

А девушка ласково заворковала, на ушко коню, успокаивая. — Тише малыш, тише, я никому не дам тебя в обиду, тихо мой хороший. Одновременно она всей душой потянулась к нему, передавая свою любовь и уверенность. Велир замер, а потом разом успокоился и ласково потерся мордой о плечо девушки.

Арен хмыкнул. — Ничего себе малыш, да это ж здоровенный злобный мужик.

Кира тихо рассмеялась, — ну это он тебе здоровенный и злобный. А мне мой любимый малыш.

Арен весело расхохотался, и пошел рядом с Кирой, держась подальше от коня. Войдя в конюшню девушка расседлала Велира, почистила, насыпала полную кормушку сена, налила воды. Арен сидел чуть поодаль, на ограде соседнего стойла и рассказывал ей о жизни в академии.

Как поняла Кира, тренироваться ей придется много. Помимо физических нагрузок и работы с разными видами оружия, ученикам предстоит изучать еще много чего. Тут и законы разных стран, и историю, и этикет, и много чего еще. Что удивило Киру, тут даже танцам учили. Но в первую очередь конечно владению оружием.

— Ну каким оружием я могу владеть? — хмыкнула она, — большинство мечей и всяких там арбалетов я и в руках то толком не удержу.

— Не переживай, — улыбнулся парень, — тебе Мастер подберет оружие, когда придет время. Он поймет что для тебя лучше всего подходит, и подберет. А после 5й ступени, Мастер — кузнец выкует оружие специально для тебя.

— Вот даже как! — улыбнулась Кира, — ну до 5й ступени мне еще далеко.

— Ничего. Не заметишь как время пролетит. Ты ела что‑нибудь?

Кира вдруг почувствовала что очень проголодалась. Она ела только утром, да и то наспех.

— Нет — помотала она головой.

— Вот и я тоже. Пойдем в столовую?

Они дружно вышли из конюшни и пошли к столовой. Уже подходя к зданию столовой Кира почувствовала как тут пахнет свежей выпечкой, и в животе забурчало. Они зашли внутрь, вымыли руки у стоящих у входа умывальников, и вошли в большой зал. У Киры от удивления брови взлетели вверх. Это заведение было похоже на ресторан. Множество круглых столиков и удобных стульев вокруг них, красиво украшенный цветами зал. Даже пару мелких птичек весело скачущих по жердочкам в большой клетке, и щебечущих что‑то мелодично–веселое. Им подали кашу с большущим куском мяса, салат из свежих овощей, зелень. Принесли горячий напиток на травах и свежевыпеченные, одуряюще пахнущие булочки. Кира глотнула напиток, и вспомнила что уже пробовала такой, Мирина кажется назвала его тико.

Вернувшись домой девушка устало разделась и плюхнулась в постель, прокручивая в голове прожитый день, но мысли плыли и путались, становясь все более нечеткими, размытыми, и она провалилась в сон.

5

Проснулась Кира рано утром. Солнце только, только слегка позолотило небо, как она открыла глаза. Когда‑то отец учил ее просыпаться тогда когда нужно, устанавливая внутренний будильник. У нее тогда долго не получалось, но спустя несколько лет, Кира все же этому научилась, и всегда радовалась такому умению. Вот и сейчас пригодилось, ведь Мастер сказал что занятия они начнут рано утром. Сладко потянувшись, девушка откинула одеяло и улыбнулась новому дню. Прошлепав босыми ногами по теплому деревянному полу, она пошла в ванную, умылась, причесалась, заплела косу, а потом быстро оделась в тренировочную форму. Эту форму ей вчера так же выдали на складе. И только она закончила одеваться, в дверь раздался стук, и вошел Мастер Риалар.

— Готова? Отлично. Пойдем. — Сказал он и вышел. Кира последовала за ним.

Академия занимала довольно большую площадь, и была расположена квадратом. С правой стороны были жилые помещения, с левой хозяйственные постройки, а посредине учебные корпуса, библиотека и тренировочные площадки. Обширный двор был чистым и засажен разнообразной зеленью и цветами. Ближе к жилым корпусам зеленая зона с небольшим парком. Разнообразные лавочки, разбросанные то тут, то там, так и манили к себе, под тень раскидистых деревьев.

Мастер привел ее на что‑то похожее на небольшой стадион. По вымощенным дорожкам бегали ученики, под присмотром своих учителей. Мастер Риалар показал ей на других и скомандовал — для начала пять кругов. Кира кивнула и послушно отправилась бегать. Пять кругов дались ей довольно легко но потом ее заставили отжиматься, подтягиваться, прыгать. Она устала и запыхалась, но ее учитель давал ей новые и новые упражнения. Потом он отвел ее к набитым в землю небольшим пенькам, и заставил по ним прыгать. Пеньки были неудобные, и даже несмотря на маленький размер ноги, она еле умещалась на них, балансируя руками. Кира старалась как могла, но дыхание вырывалось из легких с трудом. Она начала спотыкаться, хоть старалась не показывать слабости. Честно говоря она расстроилась, решив про себя что она такая слабачка что это уже стыдно. А это значило что ситуацию нужно срочно исправлять. И она через силу делала все что ей говорил учитель. Потом Мастер занялся ее растяжкой. Тут Кира могла собой гордиться. Мать природа дала ей и гибкость и пластику и отличную растяжку. Мастер внимательно изучил то на что она способна, довольно хмыкнул, и начал выкручивать ее тело растягивая не только ноги, но и спину, и все тело, и выгибая так, что Киры на глаза навернулись слезы. Такого она никак не ожидала.

— Запоминай этот комплекс упражнений — говорил Мастер, — теперь ты каждый день будешь его повторять, постепенно усложняя. Сначала он сам медленно показывал девушке как это должно выглядеть, а потом заставлял ее повторять до тех пор, пока у нее не начинало хоть что‑то получаться.

Дозанималась Кира до того, что ногу скрутила судорога. Впрочем это ничуть не смутило Мастера. Он молниеносно нажал на пару точек на ее ноге, судорога тут же отпустила.

— Ничего бывает, — только и сказал он.

Через три часа занятий Кира устало плюхнулась прямо на землю. Решив что прямо сейчас умрет от усталости. Она с ужасом подумала как будут болеть все ее мышцы завтра, и приуныла.

— Все, отдыхай — потрепал ее по плечу Мастер. Три часа тебе на отдых, потом тренировка с оружием. Приходи вон на ту площадку, видишь? — он мотнул головой, показывая куда‑то за спину девушки. Кира обернулась, посмотрела и кивнув потащилась домой. Хотелось залезть в горячую ванную, и уснуть, но спать времени небыло. Вымывшись, и посидев в кресле с закрытыми глазами и поднятыми на скамеечку ногами примерно с час, Кира поднялась и пошла в столовую. Народу в столовой было немного, всего семь человек, Три Мастера и четыре ученика. Девушка села за крайний столик и принялась жадно есть.

Хлопнула дверь, и в зал зашла миловидная женщина лет тридцати в черной форме Мастера. Обвела взглядом зал, задержала его на Кире, улыбнулась и направилась к ней.

— Здравствуй Кира. Меня зовут Риата.

— Здравствуйте, — улыбнулась Кира.

— Не возражаешь если я составлю тебе компанию?

— Нет конечно, садитесь.

Женщина опустилась на стул, и с интересом посмотрела на девушку. Кира с не меньшим интересом изучала женщину. Это была первая женщина, которую она увидела в академии. Женщина была выше Киры примерно на две головы, стройная, яркая. Роскошная, толстая, русая коса спускалась от затылка до талии. Ярко зеленые глаза смотрели ласково. Красивые, полноватые, губы улыбались, на щеках появились очаровательные ямочки. Глядя на эту красавицу, невозможно было не улыбнуться в ответ.

— Как прошла первая тренировка? Очень трудно было? — Спросила женщина.

— Нормально — пожала плечами девушка. Жаловаться на трудности она не привыкла. Да и не умела она жаловаться. Отец всегда говорил, что один из самых больших грехов — это начать себя жалеть.

Женщина серьезно посмотрела ей в глаза, и сказала — будет трудно, девочка. Очень трудно. Особенно трудно девушкам, потому что мы слабее, и сложены не так как мужчины. У нас другое тело и другие потребности, но и возможности тоже другие. Бывает так что мужчине не под силу сделать то, что сделает женщина. Вот поэтому тебе может понадобиться совет женщины. А из учителей женщина тут только я. Так что если нужно — обращайся, я всегда помогу.

— Спасибо — кивнула Кира и улыбнулась.

— А сейчас возьми вот это — и Риата протянула ей небольшой пузырек.

— Что это?

— Три капли вот этого эликсира в месяц, и ты избавишься от ежемесячных дамских проблем. Вреда здоровью никакого. Совсем.

— Ух ты! — обрадовалась девушка, — вот за это спасибо!

— Риата улыбнулась и подмигнула ей.

— Покажи мне свои ножи, — попросил Мастер Риалар.

Кира послушно достала пару ножей из чехла на поясе. Мастер удивленно приподнял брови.

— Где ты их взяла, девочка?

— Купила на ярмарке, в одном небольшом городке.

— Ты сказала что не могла их не купить, верно?

— Да. Было такое чувство что они принадлежат именно мне, и созданы для меня.

Мастер удивленно покачал головой. — Эти ножи делал великий Мастер. И я не понимаю как они могли попасть на рынок. Ты их чувствуешь?

— Да. Когда они в моих руках, возникает чувство что они продолжение меня самой.

— Отлично. Видишь мишень? Брось туда ножи с обеих рук.

Кира послушно метнула ножи в мишень. Оба ножа попали точно в 'яблочко'.

— Мастер довольно крякнул, а Кира сказала — Но я могу так только этими ножами. Думаю что другими я не попаду никуда.

— А это мы сейчас проверим — сказал Риалар и протянул ей пару обычных метательных ножей, — давай попробуй.

Кира прицелилась и бросила. Как она и ожидала, ножи ушли непойми куда. Она даже слегка расстроилась.

— Нет, девочка, не так. Не думай о том что ты не попадешь. Не думай о том что эти ножи другие. Твои руки уже знают как нужно бросать ножи, просто отключи голову и бросай. Кира попробовала. Ничего не получалось.

— Ладно, давай по–другому, — прищурил глаза Мастер. Возьми свои ножи и бросай. Через час я вернусь. И ушел.

Кира бросала ножи в мишень то одной рукой, то другой, то обеими сразу. Она все лучше и лучше чувствовала их, понимала куда и как бросать. От этой довольно монотонной работы она почти вошла в транс, и спокойно анализировала движения рук, бросала и бросала ножи в мишень, стараясь понять траекторию. Примерно через час вернулся Мастер Риалар, понаблюдал за девушкой, одобрительно улыбнулся догадавшись что она практически в полутрансе, и не желая сбивать ей настрой тихо подошел и вложил ей в руку простой метательный нож. Нож полетел в цель. Он подал ей второй, потом третий. Кира чувствовала рядом учителя, понимала что он вкладывает ей в руки не ее ножи, но стараясь не потерять нужного состояния, ничего не говорила, а точно и быстро метала ножи в мишень. Еще через час Мастер ее остановил.

— Молодец девочка. Ты все правильно поняла. Я хочу чтобы ты каждый день не менее трех часов бросала ножи. А теперь давай попробуем по–другому.

Он отошел от Киры на некоторое расстояние, что‑то покрутил у мишени, и она начала медленно двигаться.

— Попробуй‑ка так. — Сказал он.

Это было сложнее. И опять с обычным ножом у Киры не вышло. Она нахмурилась и взяла в руки свои ножи.

Результатами этой тренировки девушка была довольна. Она добилась того, что хотя бы половина обычных ножей попала в движущуюся цель. Она была уверена что научится.

Мастер отпустил ее на сегодня, решив не перегружать девушку в первые дни занятий. Только дал ей книгу, велев прочитать. Кира поела, и отправилась на конюшню. Нужно было накормить, почистить и убрать у Велира, ведь он не подпускал к себе никого кроме нее.

А Мастер Риалар был доволен своей ученицей. Он внимательно наблюдал за девушкой и отметил, как серьезно она относится к учебе, не ноет, не стонет, ни одной жалобы. Старается не показывать усталости. Он даже не сразу понял насколько она устала на утренней тренировке, пока не заметил что у нее подрагивают ноги. Упрямая малышка! А это очень хорошо. Его очень порадовала ее гибкость, тело было послушным и пластичным. Он удивился узнав что ей уже 17 лет. Она казалась ему моложе. Это все из‑за хрупкого телосложения. Он вздохнул и покачал головой. Если она и подрастет, то совсем ненамного, а значит оружие ей тоже нужно выбирать легкое. Ножи это конечно хорошо, но они никак не могут быть ее основным оружием, опытный наставник это хорошо видел. Еще ему не давали покоя глаза девушки. С той самой минуты, как он заглянул в них у ворот. Вроде бы обычные, почти черные, с крупным зрачком, но где‑то в глубине этого зрачка слегка пульсировали сиреневые искорки. Впрочем искорки эти были едва заметными, и он до сих пор сомневался в том, что ему это не показалось.

— Мастер Риалар, там вас у ворот спрашивают — услышал он, и кивнув отправился посмотреть кому он там понадобился.

Кира как раз заканчивала возиться в конюшне, как в стойле появилась темная голова Росса.

— Привет — весело заулыбался парень, и помахал ей рукой, — вот ты где, а тебя там твой учитель ищет.

— Зачем? — удивилась девушка, — мы же на сегодня уже закончили. — Она слегка поморщилась от боли в мышцах.

— Что мышцы болят? — Хихикнул Росс, увидев ее легкую гримаску.

— Да нормально все, — отмахнулась Кира, — так чего он меня ищет то?

— А мне откуда знать — пожал плечами Росс, — пошли узнаем. А потом предлагаю к озеру прогуляться. Там такая красота, слов нет! Мы с ребятами туда часто ходим, вот решили тебя с собой взять, заодно и познакомишься еще с двумя нашими друзьями.

— Да я бы с радостью — вздохнула Кира, — но мне учитель книгу по истории читать дал.

— Успеешь. Мы же не надолго. Пару часов погуляем и назад.

Кира немного подумала, и согласно кивнула, решив что меньше поспит, зато озеро увидит, и с ребятами познакомится поближе.

Росс улыбнулся ей во все тридцать два зуба, и потащил за собой.

— Слушай, Росс, а что девушек — учениц сейчас в академии нет?

— Есть еще одна, кроме тебя. Но она уже обучение заканчивает, ей до седьмой ступени чуть–чуть осталось, может пару месяцев. Поэтому ее сейчас никто не трогает. Сложные тренировки, подготовка, и все такое. Но ты с ней возможно познакомишься немного позже.

Кира слегка удивилась когда парень вывел ее за ворота и они вошли в небольшой домик, стоявший прямо у самой академии.

Росс просунул голову в дверь и сказал — Мастер Риалар, я ее нашел, и подтолкнув Киру к двери, шепнул — я тебя тут подожду.

Она пожала плечами и вошла. В небольшой комнате было тесновато. Посередине стоял стол у стола несколько стульев, а на этих стульях сидели трое. Мастер Риалар, еще один незнакомый ей мужчина лет пятидесяти в такой же черной форме истинного воина, и …. тот самый надоевший ей до зубовного скрежета эльф! Увидев его Кира тут же насупилась. И сюда приперся! Нет, ну это уже вообще ни на что не похоже!

— Да что ж ты ходишь за мной! — возмутилась она.

— Заходи девочка, не стой на пороге, и садись — сказал ей учитель, — сейчас во всем разберемся. Давай я тебе всех представлю. Это — он кивнул на незнакомого воина — директор нашей академии Мастер Сириин, а это — кивок на эльфа — ненаследный принц темного леса Лоритиэль эль та Миро. Ну а это моя ученица Кира — закончил он представлять присутствующих. — Садись Кира, принц очень хотел с тобой поговорить, и задать несколько вопросов.

Кира мрачно смотрела на ушастого принца, не имея ни малейшего желания с ним разговаривать. — 'Этот дурак еще и принц' - вздохнула она про себя. Садиться она тоже не захотела.

— Ваше высочество, не объясните нам пожалуйста какие претензии вы имеете к моей ученице.

— Эта девчонка покушалась на мою жизнь, и ранила моего друга! — сквозь зубы процедило высочество.

— Кира? — посмотрел на нее Мастер Риалар.

Девушка удивилась. — Правда? И каким образом я пыталась вас убить?

— Она бросила мне в спину метательный нож, но к счастью мой друг вовремя это заметил и подставил собственную руку!

— Ух ты! — Кира насмешливо посмотрела в глаза эльфу. — Значит так, объясняю последний раз, для особо эээ… умных принцев! Ваш так называемый друг, стоял за вашей спиной и что‑то тихо вам говорил. Правой рукой он достал из ножен свой нож, и сделал взмах рукой, собираясь проткнуть вас этим ножом. А так как я не люблю когда в людей, ну или в эльфов пытаются подло в спину тыкать ножи, я выхватила метательный нож, и бросила его в руку вашего лучшего друга, и тем самым, по глупости спасла вашу жизнь. О чем уже успела пожалеть, ибо сей принц — Кира посмотрела на учителя — видимо от благодарности, сначала чуть меня не задушил. Потом начал преследовать, хамить и даже пытался запугать. Ваше высочество, почему же вы сразу не схватили меня, позвольте спросить, раз поверили своему другу а не мне? Или ваш, так называемый друг придумал сказку про то что он спас вам жизнь не сразу а через какое‑то время? И не скажете ли вы мне, зачем мне понадобилось вас убивать?

На мгновение повисла тишина. Потом Мастер Сириин кашлянул, и холодно посмотрел на эльфа — вы изволите сомневаться в правдивости ученицы академии истинных воинов? Или не сомневаетесь что девушка имеющая дар воина решит подло ударить в спину?

Принц как‑то скис, но потом поднял голову — Это не я нанял наемников, а мой друг. Но я хочу чтобы она повторила все то что говорила перед камнем истины!

Директор сузил глаза — что ж, хорошо. Девочка, ты согласна рассказать все перед камнем истины?

Кира усмехнулась. 'Ого, детектор лжи, в магическом исполнении? Как интересно то'. Но вслух ничего не сказала, только кивнула головой соглашаясь.

Мастер Сириин на минуту вышел, и вернулся держа в руке прозрачный камень ярко–красного цвета. Он протянул его девушке, и сказал.

— Кира, понимаешь ли ты что камень истины принадлежащий академии, не только покажет говоришь ли ты правду, но и в случае если ты солжешь, скорее всего сожжет твой дар воина? Поэтому спрошу еще раз, согласна ли ты на использование камня истины?

— Согласна. — Кира не колеблясь ни секунды взяла в руку камень. На ощупь этот камень казался обычным гладким булыжником, только почему‑то красного цвета.

— Ваше высочество, понимаете ли вы, что потребовав от ученика академии доказательств на камне истины, вы тем самым выразили недоверие всему братству истинных воинов? А в случае если девушка говорит правду, обязаны будете принести ей свои извинения, и заплатить за оскорбление, а так же и за оскорбление академии?

— Да — буркнул эльф.

— Отлично. Иди сюда девочка, встань так чтобы мы тебя видели и сожми камень. Если камень загорится красным — девушка говорит правду. Если почернеет — соврала.

Кира сделала так как просили. Она сжала камень в руке, и он засветился мягким красным светом. Она аж залюбовалась этим камешком, и одновременно задумалась о том, что же у него внутри, что он так горит.

— Итак первый вопрос — спокойным голосом продолжил директор — Ты хотела убить принца Лоритиэль эль та Миро?

— Нет — так же спокойно сказала Кира.

Камень полыхнул красным.

— Второй вопрос. Ты спасла жизнь принцу Лоритиэль эль та Миро, которого его друг пытался ударить ножом в спину?

— Да. — Красная вспышка.

— Ты спасла жизнь принцу надеясь на какую‑либо выгоду или награду с его стороны?

Кира чуть не рассмеялась. Вот уж чего ей даже в голову не приходило. — Нет. — Сказала она усмехнувшись. Камень полыхнул красным.

— Четвертый вопрос — тем же размеренным, монотонным голосом продолжал директор — Когда ты бросила нож в эльфа, ты хотела попасть ему в руку чтобы выбить нож?

— Да.

Камень снова полыхнул красным.

— И последний вопрос. Правда ли то, что принц пытался тебя задушить, запугать, и грубил?

— Да. — Новая красная вспышка.

— Еще вопросы есть? Посмотрел на принца директор.

Принц опустил голову и закрыл глаза. — Нет.

— Замечательно! — Он встал, подошел к девушке и тихонько подмигнул ей, забирая камень из ее руки, а потом повернулся к эльфу и холодно сказал — итак, я жду ваших извинений перед девушкой, которая спасла вашу жизнь, и которую вы незаслуженно оскорбили и чуть не убили.

Эльф крепко зажмурился. Вид у него был как у побитой собаки. Потом он тряхнул головой и поднял голову. — Простите меня леди, за то, что не поверил вам. В оправдание могу сказать лишь то, что меня пытался убить мой лучший друг, с которым мы росли вместе. В то что он хотел меня убить, поверить было просто невозможно. И я благодарю вас за то что спасли мне жизнь, хоть я, как оказалось, этой жизни кажется недостоин, потому что поверил предателю, даже вопреки тому, что вы являетесь ученицей академии, но подозревать вас, было куда как проще, чем поверить в предательство лучшего друга. Трое мужчин синхронно повернули головы к Кире, ожидая ее ответа.

— Извинения приняты. — Коротко сказала она, ей стало даже немного жаль этого бестолкового принца.

— Какую компенсацию вы хотите? — уже другим тоном, вздернув голову и став опять высокомерным, спросил эльф.

Кира ухмыльнулась и прищурила глаза. Прямо отработанный спектакль! Впечатление такое что этого ушастого научили извиняться определенным образом, и он только что это продемонстрировал. Отбарабанил как выученный стих, с тщательно отработанной интонацией и выражением лица. Она быстро прокрутила в голове все их недолгие встречи. Вот он хочет купить у нее зелье сиорта. Поначалу смотрит спокойно, холодно, с превосходством, но увидев что она держит паузу, тут же откидывает капюшон плаща и расплывается в очаровательной улыбке. Хотел очаровать чтобы она продала ему зелье? Вот он на постоялом дворе вместе с эльфийкой сидит за столом и о чем‑то тихо разговаривает с ней и тут же брезгливым взглядом окидывает фигурку молодой подавальщицы. А как он высокомерно смотрел на нее когда пытался заставить пойти за ним? И в то же время, когда ему понадобилось, он тут же стал разговаривать совсем другим тоном. Интересно, он действительно просто играет? Играет на чувствах людей, как на инструменте, добиваясь той реакции которая ему нужна? Тогда на постоялом дворе, когда она спасла жизнь этому ушастому, и уже собиралась уйти, он выглядел слегка неуверенным. Кира даже решила что он все осознал и хотел извиниться. И слушать она его не стала только по той причине что была на него зла. А потом, уже в Илиоре он решил попробовать ее испугать. И вот сейчас извинялся вроде бы искренне, но было в нем что‑то наигранное. И тут же высокомерный вопрос о награде! На минуту ей стало его даже жалко, но лишь на минуту, ровно до этого высокомерного тона. 'Игра это или нет' - задумалась она. Вот что‑то прямо подсказывало ей что это лишь игра. Этакий театр одного актера, который увлекает публику своей игрой и вызывает нужные ему чувства и реакции, а на самом же деле он их всех просто презирает. Интересно все эльфы такие?

Кира тряхнула головой и спокойно посмотрела прямо в глаза эльфу — Я хочу чтобы вы, ваше высочество, прекратили относиться к людям презрительно и высокомерно, хочу чтобы вы относились к ним так, как относитесь к своим соотечественникам, исключая только те случаи, когда действия человека действительно заслужили презрения.

Эльф опешил. Его и без того огромные, черные глаза расширились еще больше.

'Вот теперь точно не играет' усмехнулась про себя девушка. С боку послышался кашель, Кира посмотрела туда и увидела как ее учитель пытается скрыть смех за кашлем, а директор вообще отвернулся и уставился в окно. Губы его подрагивали. А вот ей смешно не было. Ей сейчас показалось что она как бы раздвоилась. Что одна ее часть стоит и смотрит на мужчин, а другая пристально, остро, изучает эльфа. Притом изучает не глазами, а какой‑то той частью что и не знаешь как назвать. Она вдруг ощутила настоящие чувства принца. Растерянность, злость, понимание что что‑то пошло не так, досаду, презрение. А еще он чего‑то опасался. Не боялся, нет, но было в нем что‑то такое неспокойное.

— Я жду обещания — нарушила она затянувшуюся паузу.

— Я… я постараюсь — выдавило это бестолковое высочество.

— Вы не постараетесь, принц, — жестко и холодно сказала Кира, сердито сверкнув глазами — вы сделаете это! И резко отвернувшись подняла глаза на Мастера Риалара — я могу идти учитель? Думаю в дальнейшем моем присутствии здесь, нет никакой необходимости.

— Иди девочка — кивнул Мастер — отдыхай. Завтра утром встречаемся на тренировочной площадке в то же время.

Кира, кивнула в знак прощания Мастеру Сириину и даже не взглянув на эльфа — вышла.

Росс терпеливо ждал ее сидя на крыльце. Увидев девушку, он улыбнулся и спросил — чего они тебя вызывали то?

— Да так, ерунда — поморщилась она — на озеро то еще успеваем?

— Думаю да. Ребята уже ушли, но мы догоним. И взяв Киру за руку, он потащил ее к западным воротам города, которые находились в пяти минутах хоть бы от академии.

За воротами города начинался лес, разделенный широкой мощеной дорогой, по которой к Илиору и от него шли и ехали люди. Кто верхом а кто и на телегах, а кто и в каретах. (Во всяком случае это очень было похоже не кареты.)

Росс сразу же свернул к лесу и повел девушку по протоптанной дорожке вглубь. Озеро и правда находилось совсем недалеко. Хорошо видная тропа, протоптанная видимо учениками академии, вывела их на невероятно красивую поляну. Кира даже остановилась, с восхищением осматриваясь. Огромные деревья стояли стеной вокруг этой самой поляны как стражи, мягкая, шелковая трава устилала все вокруг зеленым ковром. А посередине действительно находилось небольшое озерцо, слегка заросшее какой‑то травой и отражающее в своей воде голубое небо. Несколько больших камней лежащих с одного бока у воды, поросли мхом, а у этих камней расположились Арен и еще двое ребят в форме учеников.

— Росс, Кира, чего вы так долго то? — Крикнул им Арен, помахав рукой.

Кира и Росс подошли и Арен стал знакомить Киру с друзьями.

— Это Валар — ткнул он в бок невысокого но крепкого парня, с огненно рыжими волосами, отчаянно конопатым, и с веселыми искорками в серых глазах. Как у всех истинно рыжих, у Валара была белая кожа, а веснушки облепили его не только на лице но и похоже всего с ног до головы. Глядя на этого рыжика, хотелось улыбнуться.

— А это — еще один тычок, уже во второго парня, русоволосого, кудрявого, крупного, с умными синими глазами и длиннющими ресницами (зависть всех девушек), жестким подбородком, крепкой шеей борца, и большими сильными руками — это Граст. Ну а про тебя Кира, мы с Россом уже им все уши прожужжали. Так что будем считать что знакомство состоялось.

Кира улыбнулась новым знакомым, ребята слегка кивнули в знак приветствия и тоже заулыбались.

— И чем вы тут занимаетесь? — поинтересовалась Кира.

— Это смотря по настроению — с загадочным видом поднял палец вверх рыжий Валар, — сейчас вот я буду мучить вас своей музыкой. — Добавил он, и хитро подмигнув потянулся к лежащему на траве какому‑то струнному инструменту, отдаленно напомнившему Кире и гитару и бандуру в одном флаконе.

— Давай рыжий гений — хихикнул Росс.

Все заулыбались, а парень взяв в руки инструмент, и ничуть не смущаясь задумчиво посмотрел на кроны деревьев, тронул струны, и…. у Киры от восхищения даже дух захватило. Из‑под пальцев парня полилась странная, никогда не слышанная ею музыка. У этого инструмента Кира насчитала шестнадцать струн. Играл парень так, как играют на гитаре. Пальцы рыжего буквально летали с невероятной скоростью. Музыка захватила девушку и понесла как на крыльях. Она прикусила губу — о небо, как же она соскучилась по музыке! Как давно она не бралась за инструмент, как давно не пела! Ведь раньше, когда родители были живы, она дня не могла прожить без музыки, а потом как отрезало. И теперь в ее душе всколыхнулось то почти забытое чувство, когда кажется что ты полностью растворяешься в музыке, паришь над землей, взлетаешь и падаешь, смеешься и плачешь.

Когда это чудо закончилось, Кира восхищенно вздохнула и сказала — Валар, да ты действительно гений.

— Да ладно, нашла гения — засмущался парень.

— Нет, правда, это было потрясающе, — искренне улыбнулась она.

— Вот рыжий, у тебя появилась еще одна фанатка — засмеялся Арен. — У нашего Валара и правда талант.

Рыжий парень смущенно махнул на Арена рукой, но видно было что парню приятно.

— Можно посмотреть? — Нерешительно протянула руку к инструменту Кира.

— Пожалуйста — улыбнулся парень — умеешь играть?

— На этом инструменте — нет — покачала она головой, и взяла в руки так понравившуюся ей толи гитару а толи бандуру.

— Киплар — сложный инструмент — хмыкнул Росс.

' Так вот как ты называешься, — 'киплар'' - погладила Кира инструмент осторожно касаясь струн. Ее удивили сами струны. Сделаны они были из какого‑то неизвестного ей металла, который давал чистый, неповторимый звук, отличающийся по звучанию от любого струнного инструмента известного ей на земле. Пальцы девушки ласково пробежались по струнам, коснулись ладов. Она хорошо умела играть на гитаре, на флейте, и пианино, но такое чудо видела впервые, и чуткими пальцами музыканта со всем вниманием изучала так понравившийся ей киплар.

Валар с интересом смотрел как девушка касалась струн и вслушивалась в их звучание. Вдруг она прикрыла глаза, неуверенно коснулась струн, и… по поляне полилась просто потрясающая мелодия. Немного неуверенная, замирающая, (видно что Кира держит инструмент в руках впервые). Но вот пальцы ее стали увереннее, руки тверже прижали киплар, мелодия стала более совершенной, и девушка вдруг запела!

Парни замерли в восхищении. Какой потрясающий голос! Сильный, чистый, бархатный. И музыка и песня совершенно незнакомые, странные, но потрясающе красивые.

Куда забросила меня судьба?

Как далеко я от родного дома?

Что уготовила мне на пути дорога,

Зачем сюда забросила меня?

Уже не знаю на каком я свете,

Стремлюсь куда или куда иду,

В лицо мне дует непокорный ветер,

А я иду, я все еще иду…

Голос девушки завораживал, уносил куда‑то далеко, заставлял замирать в ожидании чуда. Слова песни хоть и простые, но ощущение от этого исполнения было таким странным, зовущим.

Песня замерла, руки девушки опустились, и она тихо вздохнув протянула инструмент Валару.

— А говорила не умеешь играть на кипларе — заворожено сказал парень — ну и голос у тебя! Это что‑то невероятное просто! — сказал он, забирая киплар. Она лишь невесело улыбнулась, но ничего не сказала, о чем‑то задумавшись.

Ребята молчали минут пять, смотря на девушку во все глаза. Наконец она подняла голову.

— Замечательный инструмент. Звучание просто неимоверное.

— Кира, а на каком инструменте ты еще играешь? — спросил Граст.

— На гитаре — Кире не хотелось что‑то рассказывать.

— А что это? — удивился Валар. — Я такого не знаю.

— Тоже струнный, — пожала она плечами, — немного похож на киплар. У меня дома очень популярный.

— О, а откуда ты?

— Издалека — нахмурилась она и замолчала, не желая дальнейших вопросов. Парни переглянулись, поняв что рассказывать о доме она не хочет, и не стали настаивать.

Домой Кира вернулась когда уже стемнело, довольная и новыми знакомыми и прекрасным отдыхом на природе. Ребята ей понравились. Веселые, задорные, беззаботные. Не слишком доверяющая людям Кира, расслабилась, и получила большое удовольствие от общения с ними. Она расспросила их о порядке в академии, поинтересовалась проводящимися тренировками. Выяснила даже то, что ученикам полагается плата пять золотых в месяц, что было совсем неплохо, учитывая то, что их бесплатно кормили, одевали, учили. Поужинав и вымывшись, девушка плюхнулась в кресло и взяв книгу, выданную накануне Мастером Риаларом, она углубилась в изучение истории местного государства.

6

Мастер Риалар и Мастер Сириин, после того как их наконец‑то покинул принц темного леса, долго хохотали, хлопая друг друга по плечам и сами себя по коленям. Контрибуция, которую потребовала новенькая девочка от принца, была просто потрясающей. И не выполнить ее желание принц никак не мог, по той простой причине что любой суд и решение Мастеров, давал магический отпечаток на ауре, не позволяя избежать выполнения наказания или оплаты. Эльфы же в большинстве своем, относились к людям с раздражающим презрением, и выбить такое отношение было ой как не просто. Тем более из эльфа принадлежавшего к королевской фамилии. Лишь немногие остроухие, в том случае если долго жили в человеческих городах, лишались своей спеси, да еще те, кто попадал к ним в академию. И когда девушка ушла, эльфу пришлось разговаривать с мастерами нормально. А это надо думать, было для него нелегко. Эльф аж зубами скрипел, и глаза закрывал чтобы не сорваться на привычный тон.

Отсмеявшись, директор академии вытер слезы, выступившие от смеха, и покачал головой — и как это никому в голову до сих пор не пришло, требовать от эльфов поубавить спесь! Надо передать по братству, пусть имеют ввиду.

Мастер Риалар опять захохотал, хлопая себя по коленям, глубоко вздохнул стараясь унять смех и с трудом проговорил — а девочка то частично первый уровень мастерства прошла сегодня! Доказала что нет в ней ни корысти, ни мстительности.

— Ты прав — кивнул директор, — и полигона не потребовалось. Отличная девочка. А как она на тренировках?

— Пока рано говорить, — пожал плечами Риалар, — первый день только, но сразу могу сказать, слабенькая но упрямая. Работы будет много пока станет крепче, с трудом потянула первый комплекс упражнений. Я дал распоряжение на кухню по ее питанию, что тоже должно помочь. Зато гибкость, растяжка, пластика, чувство равновесия — великолепны. Не задумываясь дал ей третий комплекс. Владение метательными ножами — отличное. Быстро учится, слушает свое оружие.

— Она его слышит? Ты серьезно? — удивился директор.

— Да, она пришла сюда с этими ножами, сказала что купила их на каком‑то базаре, и что не могла не купить. А значит услышала их раньше чем даже узнала что обладает даром.

— Первый раз о таком слышу, — выдохнул Мастер Сириин — ученики же начинают слышать зов своего оружия только после пятой ступени! Потому мы и куем им истинное оружие только после того как они научатся слышать.

— Вот и я о таком никогда не слышал — покивал Риалар. — Я поначалу подумал было что девочка неправильно выразилась, когда сказала что чувствует их, но потом понял — нет, все правильно. Но она откуда‑то издалека, кто знает где и как ее учили. Или прирожденный дар таким образом проявился.

— Так расспроси ее откуда она, и где училась.

Мастер Риалар смутился — да понимаешь, она похоже, не хочет говорить о прошлом. Как только я пытаюсь это выяснить, она тут же замыкается, и замолкает. А мне бы хотелось добиться ее доверия гораздо больше, чем знать то, о чем она старается не говорить.

— Ты прав — вздохнул Мастер Сириин. — Доверие ученика приоритет. Ладно, не трогай пока эту тему, там посмотрим. И вот что, дотяни ее до первой ступени, и думаю можно будет ковать ей оружие. Раз она умеет его слышать, то не вижу причин почему ей его не дать. Быстрее научится им владеть. Ты уже определил что ей подойдет лучше?

— Нет, слишком мало времени было. Что‑то легкое. Возможно для двух рук. Ножи то она обеими руками кидает. Позже будет понятно. Попробую мечи, но это не ее как мне кажется. Дам ей книгу выбора. Как думаешь, сумеет она понять?

— А это мысль! Раз малышка умеет оружие слышать, может и правда сама поймет. Ты мне другое скажи Риалар, ты ужинал? Нет? Пойдем ка в столовую, а то у меня уже живот подвело. Оба Мастера поднялись и вышли.

Утром Кира не смогла встать. Казалось на ней живого места не было. Отвыкшее за последнее время от нагрузок тело болело так, что больно было даже дышать.

— Так тебе и надо! — бурчала Кира, сердясь на саму себя, за то что уже как минимум год забросила все тренировки и в фитнес центре, и в школе по самообороне. Она осторожно сползла с постели, ноги подкосились и Кира грохнулась на пол, больно ударившись о край кровати. Вздохнув она тихо выругалась сквозь зубы, зашипела от боли и потянувшись открыла ящик в прикроватной тумбочке. Там лежала ее драгоценность, — зелье сиорта, которую Кира уже успела оценить по достоинству. Слизнув драгоценную каплю, девушка немного полежала, приходя в себя, и поднялась на ноги. В этот раз зелье сработало странно. Ушиб уже не болел, но вот мышцы угомонились хорошо если наполовину. Подумав немного Кира пришла к выводу что боль в мышцах после тренировок, все же не болезнь, и вполне возможно что эликсир что‑то там залечил, самое больное, и на этом остановился. Впрочем — двигаться может, и ладно. Такую боль она уж точно перетерпит. Умывшись и одевшись, Кира поспешила на тренировочную площадку. Ей хотелось как можно быстрее войти хотя бы в ту форму, которая у нее была год назад. И опять она бегала, прыгала, отжималась, подтягивалась. Потом перерыв и работа с ножами. Далее Мастер устроил ей целый допрос по истории. Кире повезло что память у нее была отличная, удерживая самую суть, а поэтому проблем не возникло. Она сильно не выспалась, так как не знала какое количество информации из книги должна усвоить, и читала до тех пор, пока не поняла что уже просто не может воспринимать никакую информацию. Но Мастер Риалар вроде — бы остался доволен, и дав ей три часа на отдых, сказал что ждет ее еще раз на тренировочной площадке. Киру это не удивило. Еще вчера порасспросив ребят, она поняла что в день проводится три тренировки, каждая по три часа. В первый день Риалар просто не стал ее слишком сильно нагружать. После обеда и короткого отдыха, девушка пошла на вечернюю тренировку, тяжело вздыхая. Тело болело так, что сил небыло. Но куда деваться то!

На этот раз Мастер показал ей стойку с оружием и сказал — попробуй выбрать что тебе нравится.

Кира осмотрела все, и пожав плечами сказала — ничего не нравится.

Мастер хмыкнул — девочка, это ненастоящее оружие, тренировочное. Но сделано хорошо, так что ты не вслушивайся в него, а просто подумай какое оружие тебе подойдет лучше всего.

Кира задумалась, с растерянностью смотря на разнообразие перед ее глазами. Ну откуда же ей знать что ей подойдет, если она в жизни ничего кроме ножей в руках не держала! Мастер увидев что она никак не может решиться хоть на что‑то, подошел и взял в руки два небольших клинка.

— Ну ка попробуй взять это.

Кира взяла, подержала в руках, и пожала плечами.

— Мастер, ну не знаю я что лучше. Давайте попробуем это. Я ведь никогда даже не пыталась брать в руки оружие. Мне и ножи то случайно попались. А уж в мечах я совсем не разбираюсь.

— Ничего — улыбнулся учитель, — научишься. Я дам тебе книгу с описанием всевозможного оружия, возможно там тебя что‑либо привлечет. А пока попробуем с двумя мечами. Вот смотри — этот короткий для левой руки, этот подлиннее — для правой. Давай для начала научимся правильно держать мечи, и правильным стойкам.

Через три часа Кира шла домой совершенно разбитая и расстроенная. Эта тренировка далась ей тяжелее всего. Мечи казались ей неудобными. Они мешали ей двигаться и вообще мешали. А тут нужно было еще и правильно стоять, выпрямившись и чуть согнув колени, для лучшей подвижности, и четко выполнять переходы от одного движения до другого. Мастер терпеливо и медленно показывал ученице одно движение за другим, а Кира пыталась все это повторить, сердясь на свою неуклюжесть. Все эти стойки и блоки были ей не совсем понятны, а она привыкла понимать что делает, и поэтому сейчас терялась. С ножами было гораздо проще, они как бы сами подсказывали что делать, как нужно замахнуться, как повернуть кисть. Анализируя эти ощущения Кира быстро начала понимать как, почему и что именно делает. Прислушиваясь к своим ножам, чувствуя их всей душой, она уже четко могла просчитать траекторию их полета и точно знала попадет в цель или нет. А научившись чувствовать ножи, она на основе этих знаний уже смогла неплохо бросать и простые метательные ножи. Но вот с мечами все было не так. Она не чувствовала этого оружия, оно было чужим для нее. Угрюмо протащившись через весь двор к дому, Кира увидела идущих навстречу рыжего Валара и Росса.

— Привет — заорали парни, весело переглянувшись, — ты чего такая хмурая то?

Кира улыбнулась ребятам, и пожала плечами — да все нормально. Устала немного.

— Ух ты! Это то что я думаю? — Валар тыкнул пальцем на книгу, которую держала в руке девушка.

— Я не знаю о чем ты думаешь — засмеялась она. Нет, спокойно смотреть на этого рыжика просто невозможно. Губы сами расплываются в улыбке. Он такой забавный, весь в конопушках, как кусочек солнца. И так забавно взлетают у него рыжие брови когда он удивляется.

— Росс, смотри, это ж Книга выбора. Или у меня бред? — парень вытащил из руки девушки книгу, и потряс ею в воздухе. — Ну она! Точно она! Смотри Росс.

Росс с недоумением посмотрел на книгу — Кира, где ты ее взяла?

— Мастер дал. — Пожала она плечами, — а что?

— Да ничего. Если не считать того что эту книгу дают ученикам после пятой ступени посвящения, и то в том случае если они владея несколькими видами оружия, никак не могут определить какое же сделать истинным.

Девушка усмехнулась — не, это не про меня. Просто мне кроме метательных ножей вообще ничего кажется не подходит, вот мастер и дал почитать. Авось понравится что‑то.

— Понятно — почесал затылок Валар. — Да ты не расстраивайся, в первое время всем тяжело.

— Да я по этому поводу и не расстраиваюсь, просто все время сомневаюсь, есть ли у меня этот дар вообще. Тоже мне воина нашли.

— Эй, — Росс приподнял брови — раз арка пропела, то дар у тебя есть, а значит все равно рано или поздно все получится! Идем к тебе книгу полистаем. Нам тоже интересно.

Валар дернул Росса за рукав — стоять. Нам ее не давали вообще‑то. Мастера узнают и накажут.

— Я никому не скажу — улыбнулась девушка — если хотите то пошли.

Ребята весело хмыкнули и подхватив Киру под руки, взлетели по лестнице.

Кира оставив ребят с книгой, пошла привести себя в порядок. Умылась, переоделась. Взяла расческу, и на ходу расплетая косу вышла к парням. И засмеялась, увидев что ребята, прямо как дети, вцепившись в книгу с азартом тычут в какую‑то картинку в книге и о чем‑то спорят.

— А я тебе говорю что сиалом владеют не больше десятка воинов! — сердито пыхтел Валар, — ты посмотри на это! У него зубцы на краю видишь? Там особое умение нужно, это ж тебе не меч. И града какая! Ты ж просто так, как мечем им не ударишь. К тому же рост у воина должен быть под два метра, и силища такая, чтоб махнул раз, и все кишки наружу. Потом поддеваешь этими зубцами — и все, гарантировано труп.

— Да плевать на рост — отмахнулся Росс, — этим любой может научиться махать, тренировка нужна и все.

— Ого, какой ты кровожадный — скривилась Кира глядя на Валара.

Парень хмыкнул и оторвавшись от книги ухмыльнулся — я не кровожадный, я воин! — Подняв вверх указательный палец сказал он с умным видом.

Девушка засмеялась, а потом стала с шипением расчесывать запутавшуюся гриву. Ей уже давно хотелось ее обрезать, но каждый раз останавливало то, что маме очень нравились ее волосы, и она просто умоляла ее не обрезать их. Часто, то отец, то мать, взяв расческу, с любовью расчесывали черную массу ее кудрей, любуясь сияющими черными локонами и откровенно получая удовольствие от такого занятия. Росс тоже оторвался от книги и с интересом смотрел как она сердито раздирает спутавшиеся пряди.

— Классные кудряшки, — хмыкнул он, и протянув руку потянул за прядку волос, распрямляя ее, потом отпустил. Тугая прядка подпрыгнув, опять завернулась колечками.

Кира шлепнула его по руке расческой, — отстань. Она собрала волосы в хвост, и перетянула резинкой. — Ну что, нашли что‑то интересное?

— Да тут все интересное — кивнул Валар, — вот садись, будем смотреть. Ты маленькая, значит оружие нужно легкое. А это вот в этом разделе, смотри. Это ж книга с магией. Ее создавал Мастер — кузнец. Еще и владеющий магией. Он в эту книгу какое‑то заклятие поместил, помогающее с выбором. Если воин умеет слышать оружие, он обязательно найдет то что ему подходит лучше всего.

Они втроем склонились над книгой. Впрочем как не рассматривала девушка изображенное в книге оружие, сосредоточиться у нее не получалось. Мешали Росс с Валаром. Ребята азартно тыкали пальцами то в одно оружие то в другое, споря и перебивая друг друга. Наконец Кира не выдержала и погнала обоих по домам. Она очень устала, а сегодня нужно было еще заняться историей. Когда парни ушли, девушка еще пару часов почитала учебник по истории а потом разделась и легла в постель, прихватив книгу по оружию. Нашла раздел с легким оружием и стала внимательно его рассматривать, удивляясь количеству и разнообразию клинков. Она вслушивалась в себя, пытаясь понять, почувствовать, но как‑то не выходило. Она вздохнула сдаваясь, но потом вдруг ей пришла в голову одна идея и Кира вскочила потянувшись к своим ножам. Взяла чехол, достала один нож, и сжав его в руке, опять начала листать книгу. Где‑то в самом конце раздела ее как будто что‑то толкнуло, и она замерла прислушиваясь то к ножу в своей руке, то к лежащей на коленях книге. Два довольно странно выглядящих клинка, не слишком длинных, имеющих остро заточенную кромку и как‑то по особому заточенный край. Нарисованные на странице клинки, как будто слегка засветились, притягивая взгляд. — Килоры — прочитала она текст — парные клинки которые может эффективно использовать только истинный Мастер. Используются довольно редко, так как рассчитаны на мастерство воина, а также напрямую зависит от силы его дара. Изготавливаются из особого сплава стали, по особым технологиям с применением магии истинного мастера–кузнеца.

— Килоры — зачарованно прошептала Кира — интересно какие аналоги этого оружия есть на земле? Это немного похоже на самурайскую катану — вспомнила девушка. Только катана, если она правильно помнила — одна, и гораздо длиннее. Или они разные бывают? Впрочем катаны слегка изогнуты, а тут один клинок ровный, а второй слегка изогнут. Да и рукояти другие. Ну не увлекалась она до этих пор холодным оружием! Да и на Земле это более чем неактуально. Кто теперь на Земле владеет мечами? Разве что чудаки какие‑нибудь. Да и то скорее всего так, больше чтобы покрасоваться. Сейчас все проще, шарахнул из автомата или гранатомета, и вся недолга. А ей‑то откуда было знать что вот такие вот знания пригодятся? Единственное чем занималась Кира это самооборона, где учителем был старый знакомый ее отца, увлекающийся рукопашным боем, и хорошо знающий анатомию человека. Поэтому и учил он свою группу таких же как она девчонок, да парочку хилых пацанов, находить нужные точки на теле противника и бить туда короткими точечными ударами. Сила тут и не нужна совсем, главное попасть пальцами в нужную точку. Прямо в нерв. Для того чтобы, пока злодей с конечностями разбирается, удрать поскорее. Ну и йогой тоже занималась, пару лет. По настоянию того же преподавателя самозащиты. Ну в фитнес клуб еще ходила, чтобы в форме себя держать и в дань нынешней моде, вот и все. Девушка вздохнула и закрыла книгу. Потом подумав чуток, глотнула каплю сиорта, будучи уверена в том, что утром опять скрутит все мышцы, и решив этого избежать, и провалилась в сон.

Как то незаметно прошел месяц. Кира уже начала привыкать к нагрузкам и постоянным тренировкам, хоть и шипела от боли в мышцах, кривилась, когда была одна от недовольства собой, и собственной слабости. Но несмотря ни на что, она продолжала тренировки с присущим ей упрямством, в стремлении добиться того чего хочет. Она хорошо познакомилась с академией и многими ее обитателями, коих было здесь не так уж и много. Всего‑то человек сто пятьдесят, включая и учеников и учителей и обслуживающий персонал. К слову сказать, обслуга сюда попадала только с помощью неких амулетов. Те кто работал в академии в столовой, или в прачечной заключали что‑то наподобие контракта и получали допуск в академию. Все другие могли попасть сюда только имея дар. Ну или нужно быть какой‑то шишкой, приехавшей в академию по делу, и имеющий временный допуск. Ученики же могли в свободное время гулять где им вздумается, выходить в город проведывать друзей или родных. Главное что бы небыло опозданий на тренировки и не случалось каких‑либо пьяных дебошей. Впрочем последние случались довольно редко. Учеба в академии отбирала очень много сил и времени, так что в основном ученики если и выбирались куда‑то, то чаще всего в лес чтобы отдохнуть, или в город чтобы что‑либо купить. Ну или старшие курсы частенько посылали на практику охранять границы, или еще куда‑то. Выходной был всего один, и Кира предпочитала в этот выходной отсыпаться а потом с ребятами, с которыми она успела неплохо сдружиться, выбираться в лес, на любимую полянку к озеру. Ей очень нравились эти ребята, такие разные и по внешности и по характерам, но они были какими‑то настоящими что ли. Взять вот Росса. Красивый парень, открытый, уверенный в себе, внимательный. Всегда стремится помочь, подсказать что‑то, объяснить. Его даже просить ненужно, сам все поймет и поможет. Арен — серьезный, сильный, умный, веселый. Прирожденный лидер, и кажется вообще ничего не боится. Любую проблему рассмотрит сначала со всех сторон, потом только будет делать какие‑либо выводы. Валар — самый шустрый, быстрый и веселый. Никогда не унывает, музыку любит. Душа компании. Граст — самый сильный и рослый из всех парней, спокойный, молчаливый. Но если высказывается то всегда по делу. Все ребята прислушиваются к его словам.

Еще девушка обзавелась оружием. Пока что ученическим, очень похожим на килоры. Его принес учитель, когда она показала ему какое именно оружие вызвало в ней интерес. Мастер удивился но потом пожав плечами куда‑то сходил и принес ей два деревянных клинка, напоминающие килоры, при этом объяснив что с килорами сложно управляться, а так же они сложны в изготовлении, поэтому ей стоит хорошо подумать, прежде чем выбирать окончательно. Но Кира упрямо стремилась овладеть именно такими клинками, и до изнеможения тренировалась. Даже тогда, когда учитель отпускал ее и уходил, она еще примерно час работала с оружием, стремясь довести до совершенства каждое движение, каждую стойку, каждый блок или удар. Совершенная память легко удерживала связки данные мастером, и девушка упорно оттачивала каждую. Поначалу ей было очень трудно. Руки больше привыкшие к музыкальному инструменту чем к физической работе — нещадно болели. Она сбивала пальцы, как то у нее даже распухли суставы на руках. Но Кира уже привычно проглотив каплю сиорта, продолжила занятия.

7

По прошествии месяца, Кире устроили небольшой экзамен по истории королевства Кадан, в котором она сейчас и находилась, и еще трех ближайших соседних королевств которые назывались Сиадан, Тироар и Ниагон. Задали вопросы по правящим домам, и их политике, и в итоге сообщили что ей присвоили первую ступень мастерства, без прохождения полигона. Девушка удивилась и спросила учителя с чего это ей такая честь, на что учитель только хмыкнул но ничего не ответил. Удивленно пожав плечами Кира какое‑то время думала об этом, но так ничего и не поняв, быстро забыла. По ее мнению она не то что не достигла первой ступени, но и вообще еще ничего не достигла. Ну да, изучила историю ближайших стран, ну палками именуемыми оружием кое‑как махать научилась. И что? За ножи же она вообще не думала. Нет большой заслуги в том что она уже прилично научилась кидать ножи в движущиеся мишени. В чем заслуга, если это ножи сами её каким‑то чудесным образом научили этому! Всего‑то и надо было прислушиваться к ним и бросать. А эти навыки уже перешли и на обычные ножи. Девушка даже слегка разочаровалась, потому что не привыкла получать что‑либо так просто.

Как‑то после утренней разминки, Кира пошла в библиотеку. В последнее время она старалась как можно больше узнать об этом мире, и копалась доступных ей книгах. К тому же она старалась прочесть как можно больше о боевых искусствах, коль уж у нее проявился такой дар, то нужно узнать как можно больше. Библиотека находилась в отдельно стоящем доме, и имела небольшой но уютный зал, со столами и стульями и большой зал с книжными стеллажами. Приветливо поздоровавшись с пожилой библиотекаршей, девушка пошла к стеллажам с книгами, занявшись поисками чего‑то интересного. Ей попалась небольшая и явно очень старая книга, про килоры, и она достав ее с полки, села за стол и с интересом стала читать. Эти мечи ей уже снились. Прошлой ночью она увидела их такими, какими они должны быть. Взяла в руки ощущая восторг, и с замиранием сердца поняла — это ЕЕ мечи. Кусочек ее души. Ее часть.

Книгу написали судя по всему лет двести назад, но она хоть и была изрядно потерта, сохранилась хорошо. Автором был истинный воин, мастер килоров, любивший свое оружие так, как мать любит собственного ребенка. Он любовно описывал свойства оружия, каждый его изгиб, каждую деталь. Как точить, как ухаживать, как очищать от крови. Он описывал некоторые особенности боя килорами, показывал разницу между прямым и изогнутым килором, и Кира восхитилась тем, насколько подробно, точно, и понятно он писал. Она просто не могла оторваться от книги, и просидела весь перерыв погрузившись в чтение. Впрочем внутренние часы работали как положено, и она с сожалением закрыла книгу. Пора идти на вторую тренировку. Поставив книгу на место, девушка поспешно вышла, случайно налетев на кого‑то, стоящего у самого порога библиотеки. Пробормотав извинения она поняла глаза и опешила. Рядом с ней стоял тот самый эльф, о котором она уже благополучно забыла. Ненаследный принц темного леса Лоритиэль эль та Миро собственной персоной! " Он что будет меня преследовать до конца моих дней? Ну откуда он тут взялся то?" С тоской подумала она и тряхнув головой решительно пошла дальше.

— Мастер Риалар, как тут оказался принц темных? — спросила она, тяжело вздыхая.

— О, видела его уже? Понимаешь девочка, Принц попросил у нас защиты. Утверждает что на него за последний месяц было уже три покушения, и ему нужно немного отсидеться в безопасном месте. Вот мы и поселили его в гостевом доме, дав гостевое разрешение на пребывание в академии.

— Слава богу меня рядом с другими покушениями небыло — сердито пробурчала Кира.

Мастер усмехнулся — да не обращай внимания на него. У них там черт знает что в темном лесу происходит. Лет десять уже неладно, а что — они ж не скажут. Гордые.

— А что ж этот гордый у жалких человеков защиты просит? К своим бы обратился.

— Да кто ж его знает. Видимо иногда свои — хуже чужих случаются, вот он и сбежал сюда. А он тебе так не нравится?

— Да не то чтобы не нравится — скривилась она, — просто заносчивых не люблю.

— Ну этого‑то ты перевоспитала — засмеялся Мастер — вежливый стал. Или забыла о своем желании?

— А что помогло?

— Еще как. Пообщайся если время будет, сама увидишь.

— По моему такого сноба только могила исправит.

— Да не, просто молодой он еще, — засмеялся Риалар.

Ножами Кира владела все лучше и лучше. Ежедневные тренировки делали свое, и учитель с удовольствием наблюдал как его ученица кидает ножи в цель, уже почти не думая. Мишени двигались все быстрее, и Кира сосредоточившись вошла в состояние полутранса. Руки заучено выхватывали ножи, броски были быстрые, резкие, красивые. Сегодня Мастер решил усложнить ей задачу, и поставил девушку на положенное на землю бревно. Теперь ей приходилось следить за тем, чтобы не оступиться. Впрочем Кира справлялась. Движения стали чуточку осторожнее, ноги плавно балансировали на нешироком бревнышке.

— Молодец ученица! — Остановил ее Мастер — а теперь скажи, ты уверена что хочешь именно килоры?

— Уверена — кивнула Кира. — Я даже представляю какими они должны быть.

— Тогда пойдем в кузницу. Посмотрим что сможет для тебя сделать мастер — кузнец.

Кира улыбнулась чуть не подпрыгнув от радости, но сдержалась, и в приподнятом настроении пошла за Мастером.

Кузница встретила их грохотом и лязгом. Но что удивило Киру, это то, что за десять шагов от нее, никакого шума было не слышно. "Опять магия" хмыкнула она про себя, привыкнув уже что такие странности всегда связаны с магией. Она кстати так и не встретила ни одного мага, а ведь так хотелось посмотреть! Да все как‑то некогда. На пороге кузницы их встретил немолодой, совершенно седой но такой крепкий и сильный кузнец, что девушка аж головой покачала. Был он одет в простые серые, прожженные в нескольких местах штаны и кожаный фартук на голом торсе. Такую мускулистую фигуру Кире не доводилось видеть еще никогда. Даже перекачанные бодибилдеры даже рядом не стояли с этакой‑то мощью. Мастер Риалар уважительно поздоровался с кузнецом и кивнул на девушку, во все глаза таращившуюся на кузнеца.

— Знакомься Атор, эта малышка очень хочет получить истинное оружие. Зовут ее Кира.

— Здравствуйте — склонила голову опомнившаяся Кира.

— Здравствуй крошка — прогудел кузнец и усмехнулся, — ох и маленькая же ты. Это какое ж оружие тебе подойдет?

— Мне нужны килоры, Мастер.

— Килоры? — Удивленно приподнял брови кузнец и недоверчиво посмотрел на Валара.

Но тот только кивнул, сказав — оставляю ее с тобой, Атор. Она готова к получению оружия. Не сомневайся.

— Ну что ж девочка, пойдем со мной, поговорим сначала — кивнул ей мастер и повел девушку куда‑то вглубь кузни. Они вошли в какое‑то помещение, где было потише. Мастер сел на старый, но крепкий стул, все равно жалобно застонавший под его весом, и хлопнул по второму такому же. — Садись.

Девушка села и опять подивилась про себя. Она по сравнению с этим крупным, мощным мужчиной, выглядела действительно крошечной. Как муха возле медведя.

— Ну рассказывай, почему именно килоры.

— Не знаю почему — пожала плечами Кира, — просто я так чувствую. Знаю что это мое оружие. Только…

— Что только? — нахмурился кузнец.

— Только мои килоры должны быть немного не такие как их рисуют — уверенно добавила она.

— Да? Как интересно. — Кузнец поднялся, протопал к большому шкафу, открыл его и немного покопавшись, вытащил из‑под самого низа пачку листов. Бросил их на стол и приглашающим жестом подозвал девушку. — Вот килоры. Этот для правой руки, этот для левой. — Ткнул он пальцем в четко нарисованные рисунки — а теперь объясни мне что должно быть по другому.

— Во первых рукояти — тут же отозвалась девушка, — склонившись над рисунком и обводя пальцем рукояти мечей — они должны быть немного короче, и немного тоньше. Для моих рук такие как нарисованы — не подходят. И сам килор должен быть немного короче и уже. К тому же этот конец правого, нужно заточить не так как нарисовано, а вот так. И в сталь нужно обязательно добавить лепесток сиорта.

— Хм. — Мастер задумчиво посмотрел на девочку, и вдруг улыбнулся. — Я тебя понял. Листок сиорта говоришь? Это как же ты до этого додумалась? А главное зачем это тебе?

— Простите Мастер, это просто ощущение. Не знаю как сказать. Просто знаю что при плавке стали, туда нужно бросить сиорт. Возможно так никто не делает, может вам кажется что я несу бред, но… я так хочу. Это нужно мне.

— Не бред — задумчиво покосился на девушку старый мастер. Совсем не бред. Раньше, еще лет сто назад, сиорт добавляли в сталь для оружия. Но сейчас этого не делают, потому что во первых слишком дорого, а во вторых сиорт почти исчез из нашего мира. Такие кусты растут лишь в Серебряном лесу, да и то их слишком мало. А с теми эльфами не больно‑то договоришься. Продают они его очень дорого, а просто так не дадут. У них свои какие‑то мысли, и дарят они цветы сиорта очень и очень редко. По каким‑то своим эльфийским соображениям. Они не люди, и понять их нам не под силу. С темными договориться куда как проще, но у темных сиорт не растет.

— Мастер — Кира слегка задумалась а потом тихо сказала. — Я дам вам лепесток сиорта.

У мастера расширились глаза — откуда он у тебя, девочка?

— Эльфы подарили.

Кузнец уставился на девушку отвесив челюсть. — Девочка, — наконец прошептал он, — да ты понимаешь какую ценность получила?

— Да. Но я надеюсь, мастер, что об этом кроме вас, не узнает никто.

— Разве о таком говорят?! Не волнуйся на этот счет. Ох и давно же я не делал килоры, да еще и с сиортом. — Мастер довольно улыбнулся. — Завтра занеси лепесток. А я пока что подумаю.

— Хорошо Мастер, тогда до завтра.

Девушка вышла, а старый, опытный мастер- кузнец задумчиво глядя ей в след, покачал головой и нахмурился. Эта странная девочка поразила мастера. Мало того что почувствовала свое оружие, но даже точно объяснила что оно должно быть немного не таким как на рисунках. Он бы и сам так сделал это оружие для нее, потому что девчонке стандартный вариант не подходит. Таким вот мелким воинам и оружие нужно немного другое и мастер это отлично знал, но вот как девочка это поняла? Сильный дар? Похоже на то. А про сиорт откуда знает? Тоже дар подсказал? Он вздохнул и поднялся. Интересная девочка. Но работа не ждет.

Вечером Кира расположилась на одной из лавочек в зоне отдыха с книгой. Погода была чудесной, теплой. Легкий, летний ветерок пробегал по кронам деревьев, и игриво цеплял прядку волос девушки, выбившуюся из косы. На этот раз она читала законы Кадана. Честно говоря она не совсем понимала зачем это ей нужно, по той простой причине что надеялась во–первых — вернуться домой, а там здешние законы ей совсем ни к чему, а во–вторых — ее даже дома не слишком‑то интересовала юриспруденция. Но учить все равно нужно. Учитель в любом случае проверит ее знания. Вот она и учила.

— Добрый вечер, леди — услышала девушка вежливое и подняла голову, оторвавшись от книги. "Ну конечно, кто же еще это мог быть" — вздохнула она но вежливо кивнула.

— Добрый вечер ваше высочество.

— Можно просто Лоритиэль — сказало высочество останавливаясь рядом и глядя на девушку сверху вниз.

— Вам что‑то нужно? — Спокойно и холодно спросила она, никак не отреагировав на завуалированную попытку принца наладить отношения.

— Да в общем то нет. Просто вышел пройтись, и увидел вас. Скажите Кира, почему там в таверне вы решили мне помочь?

— Вы удивляете меня, Ваше высочество. Неужели эльфы никогда бы не помогли человеку, видя что в человека подло, со спины хотят воткнуть нож? Вашей расе не свойственно благородство? Или честь? Вы бы прошли мимо подобной ситуации не попытавшись помочь? Или вы настолько не цените чужую жизнь?

Эльф смутился, подумал, а потом вздохнул — Еще раз простите меня, леди. Меня всегда учили что люди неспособны на высокие чувства. Учили что люди жадные и приземленные существа.

— Правда? Могу посочувствовать тогда всей вашей расе. Если уж так учили принца, то что говорить про остальных эльфов. Интересно другое, зачем вам прививают такое понятие о людях? Нет, я не утверждаю что нет жадных или подлых людей, люди разные. Очень разные. Впрочем как полагаю и эльфы тоже. Ведь характер врятли зависит от расы, цвета кожи или размера ушей. Так зачем учить принца тому, что является заведомо неверным? Ваши учителя никогда не общались с людьми? Или же им настолько не повезло что достойных представителей нашей расы они не встретили? Подумайте над этим принц. Ведь в вашей ситуации именно эльф хотел убить вас. Да не просто так, а в спину. А человек спас. Не это ли является прямым опровержением вашему учению?

— Вы правы, — опустил голову эльф. — Во всем правы. Но вы простите меня, если я скажу что вы все же не совсем человек?

— В смысле? — опешила девушка.

— В прямом. Вы выглядите как человек. Вы очень похожи на людей, но все же вы не человек.

От такого заявления у Киры отвисла челюсть. — Эээээ….. И кто же я по вашему?

— Понятия не имею. — Пожал он плечами. — Но я эльф принадлежащий королевской семье, поэтому чувствую кровь. Любую кровь. Человеческую, эльфийскую, смешанную. Я могу с уверенностью сказать что тот или иной человек имеет в себе частичку эльфийской крови, или вот тот эльф имеет в себе человеческую кровь. Но на счет вас, я в полном недоумении. В вас нет ни той, ни другой крови. Таких как вы, простите, просто не бывает.

Кира нахмурилась. Мысли заметались в голове. " Вот это да! И кто я теперь? Неизвестный науке бред? Тьфу ты. Недаром мне не хотелось общаться с этим лопоухим козлом. А впрочем… возможно люди земли сильно отличаются от этих.. Тогда и удивляться нечего".

— Я вас расстроил?

— Нет. — Она пожала плечами и поднялась, собираясь уйти подальше от этого ушастого, — как мне кажется, ваше чутье на кровь дало сбой. Потому что по–вашему получается что я совсем непойми кто. И если это попытка как‑то меня оскорбить то она не удалась.

— Нет! Леди, нет! Поверьте я не лгу. Наверное ненужно было говорить. Я не хотел вас обидеть, клянусь. — Поднял он раскрытые ладони вверх.

— Вы меня не обидели. Просто удивили. — Спокойно сказала девушка. — Но мне пора. Доброй ночи Ваше высочество.

Уже ночью, лежа в постели она долго думала над словами эльфа. Нет, она бы ни в чем не сомневалась, если бы знала тех, кто повинен в ее рождении. Но эти странности с женщиной на дороге, и с ее странными глазами. Может она и правда не была человеком? Ну а вдруг? И кто же тогда она, Кира? Что было такого, чего она не замечала, или не обращала внимания? Чем она отличалась от людей? И есть ли эти отличия? Вроде все в пределах допустимого. Ну не болела она в детстве совсем. Да и не в детстве тоже. Вообще ничем. Вон сестренка с братом переболели всеми детскими болезнями, и ветрянкой, и корью, и свинкой, а Кира нет. Ну это‑то бывает! Ну память у нее отличная, так это тоже вполне нормально. Что еще? Паранормальные способности какие‑то, которых она и сама то не понимает, появились? Так ведь и это тоже бывает. Единственное что было не так, это появляющиеся иногда сиреневые искорки в ее глазах. Но во–первых это может быть связано с даром, да и не означает что она не человек! Если та женщина что бросила ее в машине, была ее матерью, со странными глазами, так неудивительно что и у нее глаза странные. Никто же не знает что за способности ей передала по наследству мать. А земные люди вполне могли отличаться от тех, которые живут здесь. Ничего удивительного в этом нет. Другой мир, другие и люди. Вздохнув, она решила больше об этом не думать. Какой смысл гадать, если ничего все равно не знаешь. Но уснуть у нее все не получалось, и Кира встала с постели и подойдя к окну, присела на край неширокого подоконника, засмотрелась на ночное небо. Ей всегда нравилось смотреть на звезды, нравилась их завораживающая неизвестность, мягкое мерцание, загадочный свет. Еще девчонкой она тихонько, чтобы не потревожить родителей, пробиралась среди ночи на балкон, чтобы посмотреть на звезды. Вот и сейчас засмотрелась на это чужое ей небо, признавая что оно ничуть не хуже чем дома, и звезды все такие же загадочные как и всегда. Вдруг дикий, всепоглощающий ужас нахлынул как лавина, придавил, заставил замереть задыхаясь. Уже забытое ощущение чужого взгляда заставило дрожать руки, оглядываться, в панике пытаясь найти того кто может ТАК смотреть. И тут же злость, как защитная реакция, накатила и укрыла с головой. Так она не злилась еще никогда. Ярость, за этот ее испуг, за этот потусторонний какой‑то взгляд, за то, чего она никак не могла понять и объяснить. За окном полыхнуло, что‑то ударило во внешний угол окна, вспышка странного, темного с какими‑то проблесками сиреневого света резанул по глазам, ощущение взгляда тут же исчезло а девушка застонав потеряла сознание.

Пришла в себя она только под утро. Голова болела адски. В висках стучало и пульсировало, поэтому Кира даже не сразу сообразила почему она лежит на полу. Застонав от боли, она с трудом села и обвела воспаленными глазами комнату. Взгляд зацепился за окно. И девушка подавив тошноту, подалась к этому окну, схватилась за подоконник и поднялась на дрожащие ноги. Постояла так, вспоминая, потом потянулась к тумбочке, где лежало ее спасение, эликсир сиорта. Слизнула каплю, посидела минутку, облегченно вздыхая, и слушая как грохот в голове постепенно стихает, потом опять уставилась на окно. — О, боже, так мне это не приснилось — простонала она, глядя на опаленный до черноты угол окна. Осторожно провела пальцем по черному пятну, потерла, и помотав головой, в недоумении схватилась за голову. Весь левый край внешней части окна и угол рамы был как бы оплавлен, но оплавлен странно. Это небыло похоже на то что его подожгли, да и вообще не похоже на след от огня. Но вот на что это похоже она просто не знала. Как еще стекло не разлетелось, непонятно. Непонятным было и то, что же на самом деле произошло. Чем ее так шарахнуло? Это‑то точно не привиделось. И пятно на подоконнике не глюк! Тяжело вздохнув, и не в силах разгадать эту загадку, Кира поплелась в ванную.

В первый раз Мастер Риалар был недоволен своей ученицей, и остановив тренировку, пристально всмотрелся в ее лицо. Бледная, с темными кругами под глазами, глаза покраснели. Он нахмурил брови и спросил:

— Кира, что случилось?

— Ничего, Мастер, все в порядке.

— Нет, не в порядке, девочка. Я же вижу. Ты устала? Или у тебя что‑то случилось?

— Простите Мастер, просто я этой ночью плохо спала.

— А почему, позволь спросить, ты плохо спала?

Кира пожала плечами и опустила голову. Врать она не любила, говорить правду не хотела. Поэтому она промолчала.

— Кира, ты мне не доверяешь? — Тихо спросил Мастер Риалар.

— Доверяю

— Так почему же не говоришь о том, что случилось?

— Я не могу, Мастер, простите. Просто не могу.

— Девочка, пойми, ты теперь относишься к братству истинных воинов, и хоть ты еще ученица, мы никогда не оставляем своих людей в беде, и всегда стараемся помочь. Но ты самая скрытная из всех кого я когда‑либо видел. Ты ничего не рассказываешь о себе, не говоришь откуда ты, я знаю только что у тебя дар, странное имя и что ты издалека. И это все. Ты должна мне рассказать что с тобой не так. Я не смогу тебе помочь если не буду знать что происходит.

Кира грустно вздохнула — Учитель, простите меня, но вы ничем не сможете мне помочь. Я не могу вам рассказать. Точнее не могу рассказать ВСЕ. Но вот кое‑что… пойдемте, я покажу вам. Она отвела Мастера в свою комнату, и показала тот самый оплавленный угол окна.

— Это то, что случилось этой ночью. Не знаю что произошло. Мне не спалось и я стала смотреть в окно. Почувствовала… не знаю что почувствовала. Чужое присутствие или вмешательство или… в общем не знаю. Что‑то очень недоброе. И рассердилась. Сильно так рассердилась. А потом вспышка, и очнулась я уже утром на полу. И окно вот в таком виде.

Мастер Риалар задумчиво потрогал выжженное пятно, хмыкнул.

— Разозлилась говоришь?

— Да. Очень сильно.

— Ну по поводу пятна могу сказать что это ты его сделала.

— Чтооо? — Глаза у девушки стали круглыми.

— Это дар, девочка. Дар истинного воина в своем проявлении. Правда у тебя он проявляется достаточно необычно, и очень рано, но… Воин, истинный воин, имеет в себе вот такую силу. Ты пока что контролировать ее не умеешь, вот и плеснуло из тебя этой самой силой. И плеснуло очень рано. Обычно мы подводим ученика под такое вот состояние, учим контролю, шлифуем, заставляем медитировать. И только тогда когда готов дух, сила эта начинает проявляться. А у тебя все пошло иначе, и это значит что тебе нужно быть очень осторожной, и ни в коем случае не злиться. И вообще постараться не испытывать слишком сильных эмоций, чтобы не случилось того что случилось этой ночью. Пока ты не научишься контролировать это, тебе нужно держать себя в руках. Понимаешь ответственность? Это слишком серьезно, чтобы отнестись к этому легкомысленно. Думаю тебе пока не стоит покидать стены академии, ты можешь стать опасной для других, и для себя тоже.

Кира нахмурилась — Мастер вы считаете что я опасна?

— Не ты, а то что у тебя внутри, малышка. Не сердись, мы с этим справимся, обещаю.

— Но Мастер… в лесу то мне хоть можно гулять?

— К озеру с друзьями бегаешь? — Улыбнулся учитель — можно. Это же не тюрьма. Просто ты должна понимать, что если тебя что‑либо сильно рассердит, ты можешь кого‑нибудь спалить своей яростью, или навредить сама себе. Понимаешь? Ты воин, и ты должна отвечать за свои поступки и за свою выдержку тоже.

— Хорошо Мастер, я буду осторожнее. Я же не знала что такое бывает.

— А тебе и не положено было знать. И рассказывать об этом другим тоже ненужно. Те кому нужно — знают, а кому рано, тот узнает в свое время. Учись нести ответственность за свои поступки, и молчать тогда, когда нужно, чтобы не навредить. Понимаешь?

— Да, учитель. Спасибо.

— Не переживай, девочка, сегодня отдыхай. А завтра я введу тебе в тренировки медитации, и будем учиться контролю. Ты к стати как себя чувствуешь? Усталость, тошнота, голова кружится?

— Н–нет. Утром это было.

— И как же ты так быстро в себя пришла?

— Ну, — Кира помялась, а потом сказала, — эликсир с сиортом.

— Ага, вон в чем дело! А я‑то думал как ты после тренировок с ног не валишься! Ты должна мне такое рассказывать, Кира! Я должен знать все что с тобой происходит. Пойми, это не любопытство, не попытки влезть в твою личную жизнь а необходимость! Как я смогу правильно строить твои тренировки, если ты молчишь. Понимаешь? А то что у тебя это зелье есть, это хорошо, принимай когда нужно.

— Хорошо Мастер — вздохнула она, — я поняла. Спасибо вам.

— Ладно, я скажу рабочим чтобы окно тебе починили.

Мастер Риалар покачал укоризненно головой и попрощавшись вышел. Он был ошеломлен и доволен одновременно. Сегодня его ученица хоть в чем‑то ему доверилась, хоть чем‑то поделилась. И где только ее воспитывали, что она не научилась доверять своим учителям! Учитель должен стать для ученика чуть ли не родным человеком, а она этого не понимает. Похоже даже не знает этого, вот что странно. Но ведь ее обучали, это хорошо видно. Девочка грамотная, умная, речь, красивая, правильная. Да и ведет себя не как какая‑то крестьянка, а как леди. А это значит что она из хорошей семьи, и не бедной к тому же. Раз у нее даже эликсир с сиортом есть. Что же могло заставить молоденькую девушку покинуть свой дом, и молчать о прошлом? И ведь какой сильный дар! А она о нем даже не подозревала. Раньше не проявлялся? Или случилось что‑то такое что пробудило в ней эту силу?

А Кира, коль уж выпал у нее неожиданно свободный день, решила пойти в библиотеку и почитать ту самую книгу о килорах, которая так заинтересовала ее накануне. А еще поискать более подробную карту. Потому что до сих пор в учебниках, ей попадались лишь те карты, места которых она изучала. Хорошо бы увидеть карту мира в который она попала. К тому же у нее неожиданно поднялось настроение, по той причине что хоть что‑то стало понятно, а то эти загадки уже доводили до исступления. Она рада была что хоть с этой вспышкой все стало ясно, хоть и не объясняло что за мерзкий взгляд она чувствует временами. Притом в этом мире это случилось впервые. У нее начало создаваться впечатление что ее кто‑то целенаправленно выслеживает. Или это бред? Ну как понять? Мастер про это ничего не сказал, может не обратил внимания или сам не знает. Или это все из‑за дара? Нужно скорее овладеть контролем, а то как бы она и правда в следующий раз не сожгла кого‑то и саму себя заодно.

Просидела Кира в библиотеке довольно долго. Она нашла карту, и долго рассматривала поражаясь и тому как не исследован этот мир, потому что "белые пятна" еще на ней оставались, И непохожести этого мира с земным. Насколько она поняла, здесь был океан, и три моря. Были горы, и даже пустыня. Ну или то что похоже на пустыню. Что там дальше — непонятно, и так и написано "Неизвестные земли". А с другой стороны вообще — Мертвая земля. И что за Мертвая земля? Занимает кстати, приличную площадь. Эх, нужно поискать информацию и об этом. Потом она вспомнила что обещала кузнецу занести лепесток сиорта, и поспешила в кузницу, заскочив домой, и удивившись тому что окно в ее комнате уже починено. Точнее полностью сменено. И когда успели! Замков на дверях тут не было и близко. Краж, как поняла Кира не случалось, и без разрешения тоже никто бы не вломился, тем более к девушке. Осторожно оторвав лепесток, она вышла.

Мастер Атор бережно взял в руки лепесток и улыбнулся. Давненько он не видел это чудо. А работать с ним не доводилось еще больше. Этот лепесток придавал металлу неоценимые свойства. Делал его еще крепче и давал возможность сплавить такой состав металла который сплавить просто невозможно. Например для килоров девушки, Атор собирался взять сплав из Сиаданской, Риадской стали, и стали Черных земель. Эта сталь Черных, невозможно было соединить ни с какой другой, а она была бы лучшей, если бы ни одно но! Сама по себе без примеси другой стали, она служила всего лет пять. А дальше рассыпалась в пыль.

Но вот если соединить ее с другой сталью, а он соединит ее с Сиаданской, по качествам своим превышающим вообще любую другую, да еще и с Риадской, сталью, которая имела тоже немало отличных качеств, то получатся такие мечи, что о них он будет рассказывать ученикам до конца своей жизни. За мечами такой работы охотилось много желающих, так как их уже лет сто пятьдесят никто не делал, то и желающих приобрести такие мечи было немало. А если эти мечи еще и делались для определенного человека, то и становились они поистине сокровищем для их хозяина. Врятли воин имеющий такое оружие захочет какое либо другое.

Кира улыбнулась, глядя на загоревшиеся глаза Мастера Атора, вот уж настоящий кузнец любящий свое дело. Даже не глянув на нее, он тут же занялся чем‑то непонятным ей, бормоча себе под нос что эти клинки будут лучшим творением в его жизни. Постояв немного, девушка поняла что она тут лишняя и тихонько, чтобы не мешать, вышла из кузницы.

Кира удовольствием подумав о том что у нее еще куча свободного времени, сходила в столовую, где ее накормили вкуснейшим обедом. В столовую зашел эльф, и целенаправленно устремился к ней. Она только глаза к потолку подняла, этот ушастый так ей надоел, что хотелось визжать. Он сел за ее столик, заглянул ей в глаза и улыбнулся. Улыбка была той самой, которую она у него уже видела когда он хотел у нее купить зелье с сиортом. Она хмуро посмотрела на него, и улыбка эта сползла с его лица как маска.

— Вам что‑то от меня нужно Ваше Высочество? — довольно прохладно спросила Кира.

— Кира, я вам так сильно не нравлюсь?

— А с чего вы мне должны нравиться? — удивилась она.

— Вы очень прямолинейны — вздохнул принц, — я просто хочу ближе познакомиться с человеком, который спас мне жизнь.

— Зачем?

— Ну хотя бы по той причине, что вы единственная кому я точно могу доверять.

— С чего вы так решили?

— Потому что вы спасли мне жизнь — терпеливо повторил он.

— И по этой причине вы улыбались мне той фальшивой улыбкой? Пытаетесь соблазнить? — Холодно спросила девушка.

Лоритиэль тяжело вздохнул и опустил глаза — я должен был догадаться что девушка с даром истинного воина, не поддастся обаянию эльфа как обычные люди. А вы похоже его даже и не заметили. Простите меня Кира. Просто я пытаюсь загладить свою вину, но у меня плохо получается.

— Не нужно пытаться, у вас и правда плохо получается — усмехнулась она, — я же приняла ваши извинения, так что все нормально. К тому же ваше чувство вины довольно странное, не находите? Говорите вежливо, изображаете раскаяние, а на самом деле относитесь свысока. К тому же насколько я поняла, вам что‑то от меня все же нужно. Я права?

Эльф помолчал глядя на нее как то удивленно, потом все же выдавил — с чего вы взяли?

— Я это чувствую. — Пожала она плечами, — и более того, не имею ни малейшего желания с вами связываться.

— Я хотел попросить вас поехать со мной в Темный лес. — Закусил губу эльф, — поехать со мной и на большом совете рассказать то, что вы рассказали мне и вашим учителям. С камнем истины в руке.

Кира едва не расхохоталась, — то есть, вы пытаетесь навесить на меня ваши проблемы? Подставить под удар, как глупую человеческую девчонку? Замечательно! А директор академии знает по какой причине на самом деле вы попросили защиты?

— Вам заплатят сколько скажете — простонал эльф.

— Спасибо, я не нуждаюсь. — Отрезала Кира и резко поднявшись вышла.

Она шла через двор и пыталась успокоиться. Нужно держать себя в руках, а ей сейчас это было трудно. Кажется ее бесил даже сам вид этого приставучего эльфа. Она всем существом чувствовала его пренебрежение и его спесь. Жалкие, фальшивые попытки ей понравиться. Обаяние эльфов? Тьфу зараза. Это как в книгах что ли, типа магии эльфов? Она прямо ощущала как он пытается на нее надавить, сделать так, чтобы она пошла за ним куда угодно. Если бы она так сильно не любила когда ее принуждают к чему либо, возможно и поддалась, но это давление вызывало в ней только злость и сопротивление. К тому же и ежу понятно что этот чертов эльф что‑то крутит. Ему видите ли понадобилось чтобы она выступила на их совете с камнем истины. Ха–ха. Можно подумать их совет не поверит братству истинных воинов, и потребует дополнительных доказательств. Да истинные воины являются и истинными судьями, к которым зачастую обращаются даже те же темные эльфы, иногда больше доверяя братству, чем собственному совету. Просто братство никогда не лжет, и не станет никого прикрывать, даже если судят своих же.

Ноги сами принесли ее в тренировочный блок, и Кира выхватив из стойки свои деревянные мечи, отключила все мысли сосредоточившись на движениях. Делая несложные упражнения она постепенно расслабилась, отрешилась от всего, перед глазами стали всплывать рисунки и текст из книги дочитанной сегодня до конца. Медленно и плавно она стала отрабатывать эти движения, перетекая от одной связки к другой, все дальше уходя от реальности и все больше впадая в состояние близкое к трансу, девушка закрыла глаза, прислушиваясь к себе, движения стали увереннее, точнее. Она не знала того, что все что происходит в академии с учениками, обязательно узнают и учителя. А так же не заметила как появился ее учитель, понаблюдал за ней, а потом ненадолго ушел, и появился уже с Мастером Троганом. Так же она не слышала как Риалар тихонько спросил у друга:

— Что скажешь, Троган?

— Друг, эта девочка самородок — зачарованно прошептал его старый друг, — это ты дал ей эти связки?

— Нет, я думал что до этого она еще не доросла, но Кира сегодня дочитала книгу Мастера килоров, в библиотеке. Читал ее?

— Еще бы — хмыкнул тот, — килоры все‑таки мое второе оружие. Сегодня дочитала говоришь? Хочешь сказать что она все усвоила? Вот так сразу?

— Это ты мне скажи.

— Я‑то скажу. То что она делает не совсем то, что написано в этой книге, кажется у нее свой стиль. Смотри, она сначала точно повторяет то что в книге, а потом делает то же самое, но немного по–другому. Как будто подбирает то что подходит лично для нее. И плевать ей на то, как на самом деле нужно. И она сейчас ведь в состоянии медитации, видишь?

— Вижу. Самое интересное что я ее этому еще не учил, но когда она работает с ножами, у нее часто полумедитативное состояние. К ней сегодня в столовой эльф подходил, мне доложили что она была зла на него и ушла сюда. Я поспешил ее найти, чтобы не случилось еще одного выброса, но девочка справилась сама. Потренируешь ее?

— Да с удовольствием. А что там с эльфом?

— Разберемся — криво усмехнулся Риалар. — Кажется с ним все не так просто как он говорит. Не зря он девочке так не нравится.

Мастера еще немного постояли наблюдая, потом Троган куда‑то ушел, и вернулся с похожей парой деревянных мечей. Подошел ближе, и встал напротив, как бы включившись в связку, начатую Кирой. Девушка вздрогнула и открыла глаза, резко прервав движение на полпути.

— Все, ты убита — констатировал Троган.

Кира скосила глаза на меч у своего горла и усмехнулась, — Я не ожидала, Мастер.

— Поэтому и убита. Твоя проблема в том, что ты на самом деле не готова к бою. Совсем! А воин всегда готов к бою. Всегда, понимаешь? Истинного воина невозможно застать врасплох, даже когда он спит. Ты должна быть готова использовать свой дар, свои мечи, свою силу в любой момент. Где бы ты ни была. Даже если находишься в самом защищенном месте на свете. Давай еще раз.

В общем Кира осталась довольна тренировкой. Мастер Троган многому ее научил, и она вновь и вновь прокручивала в голове свои движения, и свои ошибки. Ее проблемой был маленький рост, и небольшая физическая сила, сегодня она хорошо это поняла, но хорошо понимала что недостатки вполне можно обратить в достоинства. На ее стороне ловкость, скорость. Она легкая, но за счет этого может двигаться быстрее, ей легче уходить от прямого удара. Она не сможет прямо принять на меч чужой меч, на это у нее не хватит силы, и она рискует как минимум переломать себе кости, поэтому нужно чуть сдвинуться, чтобы удар стал скользящим. Она прыгучая, и одним прыжком может взлететь на что угодно, дав себе фору, пока тяжеловесный мужчина будет до нее добираться, а то и рубануть сверху. Она маленькая, и любому противнику выше нее ростом будет неудобно. Она‑то привыкла что противник выше ее, а вот он скорее всего нет. И хоть она не может например ударить его сверху, но вот удар сбоку или снизу будет опасным. А еще ей нужен свой стиль боя, потому что все то что она успела узнать, не совсем ей подходит. Опять же из‑за роста и небольшого веса. Но это ничего, она адаптирует под себя связки и блоки, и придумает свои если понадобится. Ей даже в голову не приходило что свой стиль ученики на втором месяце обучения не придумывают, просто по той причине что практически ничего еще не знают. У нее и выбора то небыло, все то что предлагали учителя и книги ей просто не совсем подходило.

С каждым днем ей все больше и больше нравились тренировки. Особенно тренировки с оружием. И хоть оно и было деревянным, она научилась не слишком обращать на это внимание, больше концентрируясь на своих движениях, и собственных ощущениях. Так раздражавший Киру эльф, покинул, наконец, академию и теперь ее никто не беспокоил, дав возможность полностью сконцентрироваться на учебе.

Спустя еще месяц, ее позвал Мастер–кузнец и показал заготовки для ее мечей. Две довольно странные болванки, ничем пока что не напоминающие оружие. Девушка было расстроилась, так как думала что ее оружие уже готово, но Мастер понимающе усмехнулся и покачал головой, Объяснив что та сталь которую он создал для ее оружия, требовала много времени и сил. А так же применения магии. И не все так просто как она думала. Ковка килоров тоже займет достаточно много времени, так что ей придется запастись терпением.

— Вы маг Мастер? — Удивилась она.

— Я просто мастер своего дела — пожал плечами кузнец — а магия кузнеца узкой специализации. Особая. Помогающая создавать то, что не может создать ни один обычный кузнец. Но теперь слушай меня. Сейчас очень важный момент, девочка — сказал он, ласково поглаживая будущие мечи — Сейчас я раскалю их, а ты должна четко представить какими они должны быть. До мельчайших деталей. И когда я скажу — порежь руку, и капни несколько капель крови на каждый. А сейчас попробуй почувствовать их, прикоснись к ним. Они готовы услышать своего истинного хозяина. Готовы его принять.

Кира послушно положила руки на две болванки и закрыла глаза. Пару минут стояла ничего не ощущая, и вдруг где‑то там, под ее руками что‑то проснулось, и заглянуло ей прямо в душу. Она ощутила почти такое же слияние как с ножами, но какое‑то более глубокое, более сильное. Под каким‑то наитием, девушка мягко коснулась своим сознанием этого нечто, и ласково улыбнувшись, показала какими она хочет видеть свои мечи. Осторожно нарисовала в своем сознании меч для правой руки, показав все детали, каждую мелочь. Потом для левой руки. Она почувствовала их отзыв, поняла их понимание. Поняла вдруг что им нужно дать имена, и тут же назвала правый Сиатар а левый Киатар. Почему именно так, она не знала, и даже не знала что это означает, но поняла что ее будущие килоры рады своим новым именам. Потом так же по наитию начала вливать в них свою силу и не выходя из состояния слияния подняла болванку лежащую под правой рукой и протянула Мастеру. Тот сразу же подхватил ее и сунул в огонь. Кира подождала пока сталь металл раскалится и не задумываясь выхватила нож, и полоснула себя по правой ладони, сделав небольшой надрез. Капли крови зашипели и, как показалось девушке не испарились а впитались в раскаленную сталь. Для второго меча она тем же ножом порезала левую руку, чем удивила Мастера Атора, но тот ничего не сказал, внимательно наблюдая за девушкой. А в ее глазах творилось что‑то странное. Как только она поймала контакт со своим будущим оружием, ее глаза зажглись темным огнем, и так почти черные глаза девушки стали темнее тьмы, но то и дело в самих зрачках равномерно, как биение сердца, начали вспыхивать сиреневые искры, а руки лежащие на заготовках слабо, еле заметно засветились. Такого кузнец еще не видел никогда! Полная тьма но изнутри сиреневые всполохи. И ведь не просто тьма, это можно назвать именно черным огнем! Что же за сила в этой малышке? Что в ней такое, что заставляет ее глаза так меняться? Что в них отражается? Мастер вздрогнул, и опустил глаза, не рискуя больше заглядывать и их загадочную глубину.

— Тише девочка, тише — прошептал мастер — не сожги себя.

Но Кира его не слышала. Когда все закончилось и она немного пришла в себя, то устало закрыла постепенно приходящие в нормальный вид глаза, и оперлась плечом о стену. Ее лоб покрылся крупными каплями пота. Постояла так немного и открыв глаза увидела перед собой склонившегося кузнеца, протягивающего ей стакан воды. Залпом выпив воду, Кира кивком поблагодарила его и прошептала — это было что‑то невероятное! Такого со мной еще не было.

И опытный мастер, не раз видевший подобное действо, на этот раз полностью был с ней согласен.

С тех пор девушка пару раз в неделю заходила в кузницу, чтобы хоть ненадолго коснуться своего будущего оружия. Она наблюдала как медленно, постепенно, две неуклюжие болванки все больше становятся похожими на мечи. Она чувствовала их все лучше и лучше, ощущала что ее мечи становятся ее частью. Влитая в них сила хозяйки, а так же ее кровь, дала какой‑то толчок, какую‑то необъяснимую силу этим мечам. Она этого не понимала, но как и много чего за последнее время, научилась принимать как данность. С каждым визитом в кузницу ее нетерпение все увеличивалось. Ей до невозможности хотелось взять килоры в руки, ощутить их, услышать, почувствовать, понять. Но она ни намеком, ни словом не пыталась торопить Мастера Атора, потому что понимала что спешка тут совсем ни к чему, потому что есть такие дела, в которых поспешность не допустима.

8

Лес. Кира любила лес. Любила оставаться там наедине со своими мыслями, и с природой. В этот раз она отправилась туда только с любимым жеребцом. Велир любил такие прогулки не меньше ее, и хоть девушка каждый день по пару часов устраивала ему хорошие прогулки, а то и скачки, но похоже эти прогулки в лес вдвоем с хозяйкой ему нравились еще больше. Вдвоем они с интересом обследовали окрестности, там где лес не был слишком густым, и они спокойно могли проехать. Второе озеро а потом и еще одно Кира нашла случайно, и пришла в восторг. На третьем озере ей понравилось больше всего. Там она спокойно могла искупаться, искупать Велира, и просто посидеть в тишине, не боясь что к нему вдруг вылетит группа резвых учеников академии. Красота этого места завораживала. Озеро было довольно большим и глубоким, дно не слишком илистым. Вовсю квакали голосистые лягушки и какие‑то мелкие зверьки, названия которых она не знала. Обычно Кира садилась на большой, гладкий камень. Велир подходил поближе, вытягивал бархатную морду, напрашиваясь на ласку. Она гладила его, легонько щекотала. Велир фыркал от удовольствия и замирал. Ласковый и нежный со своей хозяйкой, Велир не желал подпускать к себе больше никого, зло скалился, кусался и так и норовил ударить копытом. С трудом терпел других людей, да и то только в том случае если Кира была рядом. Зато с ней аки агнец.

Лето подходило к концу, в воздухе ясно ощущался запах осени, листья на деревьях стали потихоньку раскрашиваться в причудливые тона. В этом тихом месте, Кира часто занималась медитацией. Слушала звуки природы, тихий плеск воды, шум ветра в листве деревьев. Ей нравилось одиночество, и здесь среди дикой природы этого чужого но такого красивого мира, она могла побыть собой, расслабиться, дать мыслям течь свободно. Она отдыхала тут и душой и телом. Хотелось петь, но она уже хорошо знала, стоит ей запеть, как вновь нахлынет боль воспоминаний. Боль утраты. Ведь ее родные так любили когда она им пела. Когда поешь, душа раскрывается как бутон цветка, что‑то внутри рвется на свободу, музыка захватывает унося мысли и чувства в то место, где самое сокровенное. Самое болезненное, или самое счастливое. А в душе Киры так много боли, что невольно раскрываясь, душа устремляется именно туда. И воспоминания лупят так остро, что хочется выть. Говорят время лечит. Нет, не лечит. Просто человек со временем учится жить с этой болью, вот и все. Она тоже научится. Девушка хорошо понимала что научится жить с этим, потому что у нее нет выбора. Но пока еще не время песен. После того как спела для ребят, она петь больше даже не пыталась. Тогда она еле удержалась от крика, удержалась потому, что рядом были чужие. И больше не соглашалась петь, как бы ее ни просили. Только иногда тихонько мурлыкала какую‑нибудь мелодию почти шепотом, но это больше машинально, по привычке.

Забеспокоился Велир, и Кира резко очнулась и прислушалась. Показалось, или она слышала голоса? Погладила коня, успокаивая и вдруг услышала крик. Далекий но такой отчаянный. Мысленно приказав коню ждать здесь, бесшумно скользнула между деревьев. Такому бесшумному хождению по лесу ее учил еще отец, а в академии благодаря тренировкам, такие скользящие мягкие движения, движения воина, стали привычными. Иногда жизнь может спасти тишина. Неожиданность, внезапность, непредсказуемость, просчет ситуации и собственных действий. Кира неслышно неслась по лесу.

Ее взгляду открылась дивная картина. Осторожно выглянув из‑за дерева, она увидела что‑то вроде капища. Поляна. На ней четыре деревянных идола. Такие старые, что покрылись мхом. Расположены строго по сторонам света. А в самом центре между этими идолами, большой плоский камень. На камне лежит связанная девочка, лет десяти, рот заткнут какой‑то тряпкой. Над девочкой тетка, совершенно голая, обвешанная какими‑то шаманскими атрибутами. Бормочет что‑то на распев, занеся руку с ножом над ребенком. Все, дальше Кира рассматривать не стала. В ее душе начала подниматься такая злость, что ей самой стало не по себе, и она скрипнув зубами, заставила себя успокоиться. Ей нужна сейчас ясная голова и холодный разум, а не безумие. Она мотнула головой, чтобы мозги встали на место, резко успокоилась, отстранилась от злости, точно так, как учил ее Мастер Велир, и уже с холодным расчетом одним прыжком оказалась на поляне. Нож — оружие опасное. Нож в руках истинного воина — оружие смертельно опасное. Конечно если воин собирается убивать. Но убивать Кира не собиралась. Рука женщины уже пошла вниз, а Кира находилась немного на неудобной позиции, чтобы повторить такой же бросок, какой сделала спасая эльфа. Женщина стояла к Кире левым боком, и чуть спиной. Поэтому нож полетел в точку нервного узла под коленом. Но не острием, а рукоятью. Нога женщины подогнулась, и она упала, не успев нанести удара по жертве. Кира мгновенно оказавшись рядом, не особо церемонясь не сильно ударила ее в висок, и та потеряла сознание. Уже спокойно она подошла к ребенку. Из глаз девочки текли крупные слезы, ее била дрожь. Кира вытащила кляп, и одним махом перерезала веревки.

— Тише маленькая, все закончилось. Тише. Никто тебя больше не обидит. Успокойся. — Девочка судорожно всхлипывала, кашляла пытаясь что‑то сказать. Ее руки в нескольких местах были разрезаны веревкой, кисти посинели, и Кира осторожно начала их растирать. В остальном малышка вроде не пострадала. — Ну же, не плачь, все будет хорошо, слышишь?

— Ма–ма–а-а–а — вырвался у девочки хриплый плач.

— Ну, ну. Все, тише. — Кира поняла что поговорить с девчонкой ей сейчас не удастся, у бедняжки истерика. Вздохнув она подняла ребенка с камня, и посадила на траву, минуту подумала, а потом вспомнив старую тетрадку мамы, наклонилась к ребенку заглянув ей в глаза. Потянувшись куда‑то внутрь себя, она ощутила то что когда‑то помогло ей угомонить разошедшегося хама в кафе, и поймав глазами взгляд девочки она тихо но твердо сказала — успокойся. Все хорошо. Не плачь. Все прошло, успокойся. — Она больше не вламывалась в чужое сознание, а осторожно и бережно прикасалась, ощутила ужас ребенка, и растворила его. Девочка мгновенно успокоилась. Судорожно вздохнула последний раз и замолчала.

— Спи. — Напоследок приказала Кира. Глаза девочки сонно моргнули, и она расслабленно откинулась на спину.

" Ой, и правда уснула" удивилась Кира и немного подумав, завернула девочку в свой плащ. Послышался стон женщины и поднявшись, девушка подошла к ней, хмуро рассматривая эту голую даму. Это что ведьма? Или просто доморощенная дура? Похоже с этим лучше разбираться не ей. "Отвезу в академию обоих, пусть там головы ломают" решила она. Повернувшись в ту сторону где остался Велир, Кира громко крикнула, подзывая его. Через несколько минут услышала то чего и ждала, топот конских копыт.

Когда Кира подъехала к воротам города на нее вытаращились все, и стражники и все кто входил–выходил из ворот. Картина была еще та. Она верхом на Велире, держала на руках спящего ребенка, а за ней, связанная, шла голося и проклиная весь белый свет, и вместе с ним Киру, баба, одетая только в какие‑то несуразные побрякушки.

— Эээээ… госпожа — обратился к ней ошалевший стражник — что это у вас?

— Не что, а кто — спокойно сказала девушка. — Сам что ли не видишь?

— Неужто черную ведьму поймали?

Кира молча пожала плечами. Откуда ей знать ведьма это или кто еще.

— Куда вы ее?

— В академию.

Стражники уважительно расступились давая дорогу. Откуда‑то вылетел камень и ударил орущую бабу в плечо. Послышался свист и гогот толпы. Кира резко обернулась и сверкнув глазами резко и громко сказала — если еще хоть кто‑то попытается кинуть камень, я начну отрывать кинувшему руки. — Толпа шарахнулась в сторону. Больше ее никто не остановил до самой академии.

У ворот ее встретили учитель, директор, и Мастер Троган. Завывания женщины сопровождавшие Киру всю дорогу, ей порядком надоели, и она обернувшись рявкнула — А ну замолчи, а то кляп засуну. — Та заткнулась а Кира сильно пожалела что не додумалась пригрозить сразу. Толпа зевак сопровождавшая их сгрудилась на другой стороне улицы. Кто‑то свистел, кто‑то улюлюкал, но кидать никто ничего не рисковал. Кто там их знает этих воинов, ну как и правда руки поотрубает.

— Кира, девочка моя, что за балаган ты устроила? — изумленно уставился на нее Мастер Риалар.

Девушка осторожно передала ему на руки спящую девочку, так и не проснувшуюся даже от крика топы. Наверное такого страху натерпелась, что организм просто выключился, давая мозгу отдых.

— Что с ребенком?

— Спит.

— Угу. А это что? — Мастер кивком головы указал на привязанную женщину.

— Понятия не имею. Она на вопросы не отвечает. Только орет как ненормальная да проклинает все вокруг. Вот решила сюда доставить чтобы разобраться.

— Судя по ее виду, ты ее в лесу за ритуалом поймала? — нахмурился директор.

— Ага. Я крик услышала, пошла посмотреть, а там эта вот мадам ножом над ребенком машет. Ну пришлось остановить.

— Ясно — сплюнул Мастер Троган, — опять дура нашлась, черный ритуал творить вздумала.

— А что это за ритуал такой? — приподняла брови девушка.

— А ты не знаешь? Ах ну да, ты ж издалека. Да есть такой мерзкий ритуал. Дуры бабы молодость себе вернуть хотят, или ведьмой стать, а за это невинную жизнь на алтарь тащат.

— И что, действительно молодеют?

— Молодеют — буркнул директор. Только потом как сам нечистый в них вселяется. Такое творят, что… И откуда только эта идиотка узнала о ритуале. Запретное ж знание. Да и мало кто решается на такое. За такое можно и смертный приговор дать. Слушай Риалар, а это не дочка стряпухи нашей, ну ка глянь — ткнул пальцем в девочку он.

— А что похожа. Может и она. — Он жестом подозвал одного из собравшихся неподалеку любопытных учеников — Орни, ну ка сбегай за стряпухой. Парень кивнул и умчался выполнять поручение.

Мастер Риалар мрачно посмотрел на стоящую женщину и скривился. Потом подозвал еще двух ребят. — Отведите ее пока камеру. И заверните во что‑то. Нечего тут в таком виде народ смущать. Пусть посидит пока разберемся. Кира, отведи коня на конюшню и приходи в зал суда.

— Хорошо Мастер — кивнула девушка и повела Велира к конюшне.

Залом суда называли довольно большую по размеру комнату в деревянном доме, расположенную за территорией академии. Кода девушка зашла туда, ей в ноги кинулась женщина, бормоча что она ей по гроб жизни обязана, так как Кира спасла жизнь ее девочке.

— Да вы что? Встаньте. — Смутилась девушка, и попыталась поднять женщину, но та уцепилась ей в ноги и подниматься отказывалась. Кира беспомощно и с совершенно несчастным видом посмотрела на учителя. Тот усмехнулся но тут же нахмурился, и одним движением оторвав женщину от ученицы, осторожно поставил ее на ноги.

— Мариза, ну ты чего? А ну очнись, все нормально с ребенком, упокойся.

Кира только теперь поняла что это повариха, действительно оказавшаяся матерью спасенной девочки, и улыбнулась, порадовавшись про себя тому, что эта женщина не оплакивает сейчас свою дочь.

— Кира, — обратился к ней директор, — расскажи нам все что произошло.

Когда довольно короткий рассказ закончился, Мастер Риалар спросил ее

— Как ты остановила эту женщину? Я хочу знать какие знания ты применила.

— Я просто бросила нож рукоятью вперед. Как раз в нервный узел под коленом.

— А почему ты бросила нож рукоятью?

— Я не хотела ее ранить.

— Почему?

Кира на минуту задумалась, потом сказала — ну по нескольким причинам. Во–первых, мне не хотелось убивать без необходимости. Во–вторых не хотелось ранить, просто по той причине что потом она не смогла бы дойти сюда, и мне пришлось бы думать как ее доставить. Как‑то так.

Мастер Риалар улыбнулся и кивнул.

— Ну что же Кира, сказал Мастер Сириин, так как ты спасла девочку, тебе и оглашать приговор преступнице.

— Мне? — Округлила глаза девушка.

— Тебе конечно. Ты там была, все видела. Можешь оценить все правильно и вынести правильный приговор.

— Ээээ… Мастер Сириин, но я не знаю под какой закон попадает этот ритуал. В учебнике об этом ничего небыло.

— Ничего, пусть тебе подскажет твое сердце, девочка. Ты будущий воин истины. Ты можешь это почувствовать.

— Мастер, — выдохнула она, — я не могу. Я не готова выносить приговор. Я не знаю кто эта женщина. Может у нее дети малые, или еще что. Нет, я так не могу. Я понимаю что она совершила преступление и должна быть наказана, но… нужно ее хотя бы выслушать.

Мастера переглянулись. — Ее сейчас приведут.

Женщину привели через несколько минут. Ее успели одеть в какую‑то бесформенную хламиду. Она зло скалилась и ругалась на чем свет стоит.

— Как тебя зовут? — Спросила Кира, кода ту поставили посреди зала.

— Пошла ты–ы-ы–ы — завыла та — будь проклята! Проклята слышишь?

У Киры закончилось терпенье и она вдруг сердито сверкнув глазами рявкнула — а ну заткнись! Отвечай на вопросы, не то я тебя сошлю в каменоломни. Женщина испуганно шарахнулась и замолчала.

— Повторяю вопрос, как тебя зовут?

— Дирала — скрипнула та зубами.

— Дети муж есть?

— Нет.

— Зачем ты хотела провести ритуал? — В ответ молчание. Кира сердито приблизилась к ней на шаг и уставилась той в глаза.

— Зачем ты проводила ритуал?

— Я–а-а силу получить хотела–а-а–а. Чтоб ведьмой ста–а-ать.

— Откуда ты узнала о ритуале?

— Книжку нашла–а-а–а

— Где книга?

— Так дома у меня–я-я. — Завывала она на одной ноте.

Кира поморщилась. Для ее абсолютного слуха это вытье было как пенопластом по стеклу. — Мастер Сириин у вас еще есть к ней вопросы?

— Нет. — Коротко мотнул головой директор.

— А у вас Мастер Риалар?

— Нет.

— Уведите ее, — попросила девушка. Женщину увели.

— Ну так что Кира, готова к вынесению приговора?

Тяжело вздохнув, она кивнула головой, готовясь вынести первый в своей жизни приговор.

— Властью данной мне моим даром Истинного воина, моей честью, и моей совестью, приговариваю Диралу к отправке на остров Харлон, в монастырь Ливаран, трудиться на благо королевства Кадан. Сроком на двадцать лет. Книгу изъять и сжечь.

В монастырь Ливаран ссылали женщин, совершивших серьезное преступление. Там они работали обрабатывая пойманную монашками рыбу, или трудились на полях, под надзором тех же монашек. Мужчин на острове небыло. Но вот монахини обученные бою — были. Эдакие амазонки в рясах. Выбраться оттуда кроме как на корабле, было невозможно.

Мастер Риалар одобрительно улыбнулся своей ученице, и Кира расслабилась. В душе она опасалась что не правильно могла выбрать срок наказания, но раз учитель улыбается, то все правильно. Не зря она учила законы. Впрочем законы в Дирале были просты, их было не много, но всё было справедливо. Люди на этой планете еще не дошли до того маразма, какой расцветал на Земле. Здесь не требовались адвокаты, преступников судили сразу и справедливо ничего не затягивая. В спорных моментах прибегали к камню истины. Никто не выкручивался как уж, никому не пришло бы в голову брать взятки за то, чтобы смягчить приговор. За такое наказание было одно — смерть. Да и поймали бы такого умника быстро. За мелкие нарушения штрафовали или отправляли на работы по уборке и благоустройству города. За повторные или более тяжелые нарушения ссылали на работы посложнее. В самых тяжелых случаях посылали на рудники или, если это женщина, в монастыри на 5, 10, 15, 20 и 30 лет. Остальных просто убивали.

— Это вторая ступень, Риалар. — Директор академии Сириин слегка озадаченно покачал головой.

— Знаю. — Кивнул Риалар.

— И опять без полигона — засмеялся Сириин — Твоя ученица очень быстро прогрессирует.

— Думаю Киру неплохо обучали у нее на родине. Так что это не наша заслуга. Да и зачем моделировать для нее полигон, если она и так прошла его даже не заметив — пожал плечами Риалар

— Ты не узнал откуда она?

— На эту тему девочка предпочитает вообще не разговаривать. Уходит от вопросов или же прямо говорит что разговаривать на эту тему не будет.

— Что ж, она имеет на это право. Возможно ее обучали в академии подобной нашей.

— Нет, она не знала о своем даре. Да и оружия в руках не держала раньше.

— Но чему‑то все же ее обучали, — задумчиво пробормотал Мастер Сириин, крутя в руке свой любимый нож. — Хорошая девочка. Не побоялась взять на себя ответственность за судьбу человека, хоть и засомневалась изначально.

— А ты не сомневался вынося свой первый приговор?

Директор хмыкнул — Еще как сомневался. Но она справилась. Правда приговор все же мягкий. Я бы дал не меньше тридцати лет.

— Ты забываешь что Кира издалека. Она эти двадцать лет дала за попытку убить ребенка, а за ритуал постольку поскольку. Я так понял девочка о таких ритуалах вообще впервые услышала.

— Да, ты прав. Все же хорошо бы хоть что‑то узнать о ее семье.

— Хорошо бы… Попробую спросить, но боюсь она не ответит.

— Знаешь что я думаю Риалар? Давай‑ка запустим ее на полигон третьей ступени.

— Да ты что! Девчонка еще и оружием то неуверенно владеет!

— А мы подождем когда Атор закончит ее килоры. Я так понимаю что случится это не раньше зимы.

— Ты уверен, Сириин? По–моему ты спешишь. Это же первый год обучения!

— Ничуть. Эта девочка полна сюрпризов. Да и сила в ней очень необычная. Никогда такого не видел. Вот увидишь, она справится.

— Да, сила… Ее дар приводит меня в замешательство. В ней тьма Сириин. Такая тьма что дрожь пробивает.

— И что? — Пожал плечами директор, — тьма не значит зло.

— Знаю. Она хорошая девочка, но слишком необычная. Что‑то чуждое в ней, как будто эта девочка совсем чужая. Как будто не из этого мира.

— Ну ты загнул — хмыкнул Сириин. — Просто тебя смущает то, что она ничего не рассказывает о своем прошлом, вот ты и выдумываешь.

Прошло уже семь месяцев с тех пор как Кира попала в академию. Из дома она ушла летом, а теперь была зима. По расчетам Киры, на Земле был декабрь. Здесь зима была снежной и довольно холодной. Но так же как и на Земле, молодежь тут каталась с горок и играла в снежки. Кира любила зиму, и что интересно никогда не мерзла, хоть и одевалась всегда довольно легко. Наконец‑то Мастер Атор объявил что ее оружие готово. Кира примчалась в кузницу горя от нетерпения. Кузнец с гордостью развернул ткань, в которую были бережно завернуты два великолепных килора, упрятанные в ножны. Девушка дрожащими руками потянулась к мечам, взяла в руки бережно, как мать берет любимого ребенка. На секунду замерла, ощутив такую радость, какую не испытывала уже очень и очень давно. Закрыла глаза, потянулась к ним, и медленно вытащила из ножен сначала один клинок, затем второй. Она стояла вслушиваясь, в свое оружие, замирая от восторга. Ее мечи пели! Она слышала их музыку всем существом. О да, они жили, они чувствовали ее, слышали. В них была та сила, которую она дала им, А еще в них была сила и Мастера — кузнеца, выковавшего их. Они стали для нее ее продолжением, ее помощью и ее защитой.

Мастер Атор отошел в сторону и расширенными глазами смотрел на миниатюрную девушку, стоящую с закрытыми глазами и держащую в руках два великолепных клинка. И клинки эти попав в руки Киры начали вдруг разгораться, светиться едва заметным темным огнем. Лезвия их до того отполированные и блестящие, вдруг загорелись изнутри, готовые исполнить танец смерти. Поистине он сотворил великие килоры, но эта девочка смогла вложить в них свою силу. Свою такую странную и необычную силу. Он вдруг понял что девушка эта обладает такой силой, какую он никогда не видел, и врятли увидит еще раз. Тот темный огонь который горит в ней, дан ей не просто так, и значит ли это что мир их изменится? Раз богам понадобился воин с таким мощным даром, с такой необычной силой, значит ли это что пришла пора что‑то кардинально менять? Ведь дар истинного воина не дается просто так, а дар такой силы и подавно.

Мастер Риалар примчался в кузницу чуть позже своей ученицы, так как хотел поздравить ее с получением оружия, и застыл на пороге также как Атор, во все глаза глядя на то что вытворяла его ученица. Постояв так некоторое время он мотнул головой и тихо позвал :

— Кира. Девочка моя, очнись.

Девушка чуть заметно вздрогнула, и распахнув свои черные как ночь глаза вдруг радостно улыбнулась ему.

— С тобой все в порядке, малышка? — просил Риалар.

— Все замечательно, учитель. У меня теперь есть МОЕ оружие.

— Поздравляю. — Мягко улыбнулся Мастер, глядя как постепенно успокаивается тьма в ее глазах а вместе с ней гаснут и ее клинки.

Наконец‑то Риалар увидел как по–настоящему улыбается его ученица. Как радостно светятся ее глаза. "Надо же, а ведь до сих пор она ни разу не смеялась, да и не улыбалась по настоящему", понял он. Это довольно странно для молодой девушки.

— Атор, ты превзошел сам себя. Потрясающие клинки! — Сказал учитель, с интересом разглядывая оружие Киры.

— Мастер Атор, огромное вам спасибо, — поблагодарила и Кира, счастливо просияв глазами.

Мастер кузнец улыбнулся ей — Используй его с умом, девочка. И всегда помни что даже самое лучшее оружие, несет смерть.

Кира тут же стала серьезной, ее улыбка исчезла и она кивнула. — Я всегда это буду помнить, Мастер. Я не хочу нести смерть.

Килоры стали для Киры настоящим откровением. Она и предположить не могла что человек вообще способен чувствовать неодушевленный предмет таким вот образом. Что вложил кузнец в это оружие? Какую магию? Еще ей было интересно действовала ли бы эта загадочная магия на Земле? Допустим она вернется домой, и магия ее оружия развеется как и небыло. Как раз этого девушке бы точно не хотелось, хотя на Земле килоры вроде бы и не нужны. Впрочем а вернется ли она? И нужно ли возвращаться? В этом мире девушка не чувствовала себя дома, она все время ловила себя на мысли что она чужая тут. И хоть этот мир ей нравился, эльф наверное сказал правду, она тут чужая. В тех фентези что она читала, герой попадающий в другой мир, становился там своим, творил много подвигов и становился местным героем. А ей в герои что‑то совсем не хотелось. К тому же ее сила кажется кое–кого просто пугала. Да и ее саму пугала. Несколько раз она ловила в зеркале свои глаза, когда они вдруг начинали пылать тьмой с добавлением сирени. Ни у кого больше в академии глаза такого не вытворяли. Вот только она же попала в эту академию. А значит есть в ней дар истинного воина. А если в ней этот дар, то она никак не может быть злом. Потому кажется ее и терпели тут, не то давно бы прибили странную ведьму с горящими тьмой глазами. Но никакого зла она в себе точно не чувствовала. Никакой неконтролируемой ярости или чего‑либо еще. Да и не собиралась она становиться монстром.

Бой на мечах чем‑то похож на танец, красивая логика боя завораживала. Кира понимала что такой танец смертельно опасен, но ничего поделать с собой уже не могла. Ей нравилось просчитывать ситуацию наперед, радовало когда она неожиданным финтом могла обмануть соперника, сделать бой непредсказуемым. Она и была непредсказуема. Учителя восхищала ее манера загонять соперника в тупик, не давать ему возможности понять что она сделает дальше, какой удар будет следующим. Кира же четко понимала что проигрывая по силе и по мощности любому сопернику, она может победить только в том случае, если станет непредсказуемой, и работала с оружием как одержимая, придумывая и переделывая под себя связки и приемы боя. Разбивала, казалось бы не разбиваемую связку, и резко меняла вектор удара, подставляя то что придумала сама, или позаимствовала из другой связки.

Что такое полигон, Кире объяснили довольно туманно. Просто учитель на вечерней тренировке посоветовал хорошенько отдохнуть, потому что утром ей предстоит испытание на полигоне. Добавил что она должна быть осторожной, внимательной, жестко держать себя в руках и ничего не делать не подумав. На расспросы только головой покачал — мол, завтра сама все увидишь.

Утром ее накормили, и Мастер Риалар отвел ее к дальнему концу академии. Было там довольно странное, каменное сооружение куда ее и завели. Внутри этого строения ничего небыло кроме большой арки, из того же камня. Арка находилась прямо посередине, и с виду не представляла из себя ничего необычного. Просто камни выложенные аркой, и все. За аркой видна была противоположная стена, на полу пыль. Насторожило Киру то, что за аркой пыль была нетронутой. Как будто никто никогда не ступал на ту сторону. С этой же стороны, где стояли они с Мастером, на полу пыли почти небыло.

— Как будешь готова — войди в арку, девочка — напряженный взгляд учителя оптимизма не добавлял, — будет трудно. Но я в тебя верю, ты сможешь.

Кира пару минут смотрела на учителя, кажется он нервничал. А значит и правда что эта арка ничего хорошего не несет. Потом дернула плечом и решительно шагнула вперед.

С этой минуты Риалару оставалось только ждать. Сама арка была своеобразным магическим изобретением. Действовала она исключительно на мозг, выстраивая в проходящем испытание ученике модели таких ситуаций, которые были для него наиболее сложными. Вызывая из подсознания страхи, фобии, и тому подобные прелести. Впрочем третий полигон был не слишком сложным, но Мастер все равно волновался. Бывали случаи когда ученики не выдерживали и сходили с ума, или вообще погибали. Сам же ученик останавливался в арке и как бы повисал в силовом поле. Теперь, пока девочка не разберется, не выйдет, подойти к ней невозможно. Все что мог наблюдать учитель, это‑то как иногда меняется лицо у ученицы, выдавая слабые эмоции.

На мгновение перед глазами Киры все как будто смазалось, такое бывает когда смотришь в окно машины, несущейся на бешеной скорости, и остановилось. Девушка ошарашено распахнула глаза. Она стояла посреди занесенного снегом поля. Искрящаяся белизна снега резала глаза. "Опять какая‑то чертова магия" — подумала она и вздохнула. Внимательно огляделась. На горизонте к северо–востоку виднелась полоса деревьев. То ли лес, то ли просто деревья. С других сторон ничего кроме белой равнины. Логичнее всего двигаться к деревьям, но вот слишком уж предсказуемо. А раз предсказуемо, то… Кира решительно двинулась в другую сторону, внимательно осматриваясь и глядя куда ставит ноги. И хорошо что смотрела под ноги. Болото, прикрытое снежным покрывалом, появилось неожиданно. Еще шаг, и она могла бы провалиться. Жаль негде палку взять. Пришлось идти вдоль топи. Тишина такая, что аж в ушах зазвенело, и никого вокруг. Она готовилась к чему угодно, но не к этой белой тишине.

Движение девушка заметила слишком поздно. Восемь воинов в белоснежных плащах появились из‑под снега, прямо у нее из‑под ног, как чертики из табакерки. Как легендарные ниндзя из песка, как в каком‑то старом фильме. Она успела отпрыгнуть назад, и выхватить мечи. Успела даже кого‑то ранить. Только это ее не спасло, потому что они были везде, со всех сторон. Ее быстро скрутили, накинули на голову капюшон ее же плаща, так что она ничего не видела, и куда‑то потащили, отобрав все оружие. Странно но ей показалось что понесли ее куда‑то вниз. Подземный бункер какой‑то? И звук как в бочке. Несли недолго, что‑то лязгнуло и Киру бесцеремонно облапила чья‑то чужая рука кого‑то из мужчин, больно сдавив грудь, он еще больнее ущипнул ее, и заржал. Она скрипнула зубами но смолчала. Ее бесцеремонно бросили от себя и пролетев несколько метров Кира больно ударилась о стену и сползла на пол. Лязгнул замок. Затопали удаляющиеся шаги, гогот мужиков, и все стихло. Она полежала минуту неподвижно, приходя в себя и прислушиваясь. Так как она была связана, по рукам и ногам как колбаса, то даже откинуть капюшон с лица было не так просто. Впрочем с этим девушка справилась, и огляделась. Вокруг никого. Каменные стены, сырость, и железная решетка вместо четвертой стены. Свет идет только от факела горящего в коридоре. Ну прямо каземат. А она княжна Тараканова с картины Флавицкого. Осталось только встать на ноги и сделать страдающую физиономию. Кира подавила нервный смешок, и подвигала руками. Вообще‑то руки ей просто примотали к телу, правда довольно жестко перетянули. Там где врезалась веревка все болело и кажется уже начало распухать. Э нет, так не пойдет, решила она, надо избавиться от веревки. Немного подумав, села опершись на стену. Потом выгнулась, дотянулась до узла на ногах и попыталась пальцами его развязать. Не вышло.

Что говорил учитель о силе воина? Силу нужно использовать правильно. "Ты можешь сконцентрировать ее в одной или другой точке тела". Она замерла и потянулась туда, где привыкла ощущать то что называла внутренней силой. Медленно вдохнула, сгоняя энергию в кисти рук, и почувствовав что этого хватит, взялась за веревку и резко рванула, посылая в рывок не физическую силу, а ту что таилась внутри нее. Веревка лопнула.

— Вот так — усмехнулась она, сбрасывая путы и с досадой увидела что кожу на левой руке эта веревка все же рассекла. Веревка могла еще пригодиться, и она смотала ее чтобы не запуталась, связав то что разорвала пару минут назад. Подошла к решетке подергала — та даже не шелохнулась. Тогда она медленно стала обходить камеру. Стены везде толстые, мощные, окон нет. Просто так не выбраться. Остается или ждать, или что‑то придумать. Впрочем долго думать не пришлось. Послышались шаги, гулко отдававшиеся в коридоре. Шли трое. Девушка резко отпрянула и завернувшись в плащ, села на пол, спрятавшись в самый темный угол камеры и прислонившись к стене. Она прикрыла глаза и сидела не шелохнувшись. Шаги остановились, противно завизжала открываемая дверь.

— Кто первый? — Заржал здоровый как шкаф детина — хоть и худущая, а все ж девка.

"Первым будешь ты" подумала Кира. Ее грубо дернули. Больше ждать она не стала. Подалась резко вниз и в сторону, одновременно выбросив руку в пах мужчине. Удар согнул его пополам, и он на время вышел из строя. А Кира уже одним прыжком оказалась у противоположной стены. На нее неслись сразу двое. Пользуясь тем что она легкая, девушка буквально взлетела вверх, ткнув первому противнику в глаз палец, и оттолкнувшись от него резко ушла вниз, проехалась по полу сбив с ног второго, и по инерции выехала в коридор. Резко вскочив с пола она захлопнула дверь, впрочем ни на что не надеясь. Ключа, чтобы запереть ее, у нее небыло, а с этой стороны дверь ей точно не удержать. Силенок не хватит. Поэтому не замедляясь она понеслась вперед. За спиной послышался мат и топот ног. Она толкнула дверь в конце коридора, дверь была заперта. Она тихо ругнулась, потому что слышала как эту дверь отпирали, но не слышала как запирали, потому и была уверена что открыто. Дернула ее в другую сторону — дверь распахнулась, и девушка выскочив из нее, с силой толкнула дверь назад, и помчалась дальше. Вихрем пронеслась по темному коридору, различила ряд каких‑то колонн, и шмыгнула за одну из них. Нужно было избавиться от этой орущей свиты.

— Где она? — Злобно заорали сзади. Она поплотнее прижалась к колонне, и взяла в руки веревку. Пропустила первого пробегавшего и с силой, резко махнув рукой захлестнула ноги второго. Тот упал и заорал как ненормальный. Прыжок вперед, удар пальцами в гортань, мужик захлебнулся и замолк, а она поморщившись с силой ударила его в переносицу тяжелым каблуком прямо железной подковкой. Услышала хруст кости, резко пригнулась и оттолкнувшись перекатилась в сторону, уходя от удара второго мужчины. Вторым концом той же веревки хлестнула ему по глазам, четко рассчитав траекторию, и прыгнув вперед ударила в солнечное сплетение. Тот согнулся извергая вопли боли вперемежку с матом, а она тем же каблуком ударила его в висок. Мужик упал, а она судорожно выдохнув метнулась в сторону, и перевела дух. "Надо было не паниковать, и разобраться с ними в камере, меньше было бы шума" с мрачным недовольством самой собой подумала Кира. На боку тюремщика девушка заметила ножны, и довольно хмыкнув выдернула оттуда меч. Ух ты, бонус — усмехнулась она про себя. С таким трофеем сразу стало повеселее. Дверь из подвала, откуда она несколько минут как сбежала, открылась, и в слабо освещенном проеме показался тот мужик, которого она приложила первым.

— Что, не понравилось быть первым? — хмыкнула она, и растаяла за колонной. Тот взревев бросился за ней, девушка неслышно и молниеносно пронеслась за колоннами и выскочив с боку, почти без замаха воткнула ему в шею меч, перерубив сонную артерию. Мужик забулькал и упал царапая ногтями пол. — Прав был учитель, — прошептала она, — скорость хорошее средство от таких бугаев.

На мгновение пришла мысль, почему ее не тошнит? Всех героев в книгах выворачивает наизнанку после первого убийства, а ей просто противно, но никакой тошноты. Впрочем эти красавцы которые пришли насиловать девушку пользуясь ее беззащитностью, не имеют права на жизнь. Хотя на счет ее беззащитности они немного ошиблись. Она оглядела себя и поморщилась. Левый рукав почти оторван, болтается на лоскутке, в штанах на колене дыра. Сама она вся в пыли и чужой крови, коса растрепалась и волосы кажется, стоят дыбом. Она оторвала многострадальный рукав чтоб не мешал и крепко перехватив волосы, наспех собрала их в хвост, туго перетянув резинкой. Обрезать бы их надо, мешают. Но… Она вспомнила мать и помотала головой, не о том думает. Раздался короткий вскрик, звук удара, а за ним протяжный стон откуда‑то сверху, и Кира вздрогнув прислушалась. — Вторая часть Марлезонского балета началась, — сердито прошипела она себе под нос, и тихо пошла вперед.

Лестницу наверх она разглядела почти сразу, и стала подниматься. Опять донесся тихий стон, потом всхлип. Явно плакала женщина.

Поднявшись этажом выше, Кира оказалась в большом зале, с большими витражами окон. В окна падал слабый свет луны. Она удивилась тому что уже ночь. По ее ощущениям с того времени когда она попала на полигон прошло около трех часов, может чуть больше. Или это происки полигона? Она бесшумно заскользила дальше, мимо зала в длинный коридор. По обеим сторонам этого коридора были двери. Она легонько толкнула первую попавшуюся, та бесшумно открылась. Девушка осторожно заглянула туда и выдохнула от радости. В свете луны, падающего из большого окна, на стене висело куча всевозможного оружия, тускло поблескивало в серебристом сиянии светила. Но самое главное, она сразу увидела свои клинки, а рядом еще и чехол с ножами. Бесшумно скользнув в эту комнату она сняла со стены свои килоры, накинула на себя ремни, удерживающие ножны за плечами, перетянула талию ремнем с ножами и облегченно выдохнула. Все, теперь ее просто так не достать.

Тихо ступая она вышла из комнаты держа в руках килоры. Опять послышался женский крик и Кира замерла. Что‑то знакомое показалось ей в этом голосе. Она нахмурилась и пошла быстрее. В самом конце коридора из‑под двери пробивалась полоса света. Оттуда же донеслось мужское бормотание и опять женский всхлип. Девушка сильно ударила ногой по двери, та распахнулась, она влетела внутрь.

От того что она увидела, кровь застыла в жилах. Большая комната, уставленная какими‑то жуткими приспособлениями. Всюду кровь. К стене за руки подвешен мужчина, с совершенно диким взглядом. На полу распростерта женщина в луже крови. В углу клетка где сидят прижавшись друг к другу двое до смерти перепуганных детей. А посередине застыл невысокий толстый мужик, одетый во что‑то похожее на рясу и держащий в руке окровавленный крючок.

Пленник прикованный к стене вдруг расширившимися от ужаса глазами посмотрел на нее, и закричал — Нет, Кира беги, беги–и-и–и. Кире на секунду показалось что у нее остановилось сердце. В ушах зазвенело. Этот пленник был ее отцом. Женщина на полу — мама. А в клетке брат с сестренкой. Поначалу Кире показалось что у нее остановилось сердце. А потом ее буквально накрыло яростью так, как она и представить себе не могла. Вообще не знала что такое бывает. Внутри нее нарастал вулкан, глаза загорелись черным огнем, на этот раз без сиреневых всполохов. Мужика в рясе девушка убила даже не успев понять как и когда она это сделала. Килоры кажется даже никакого препятствия не почувствовали. Из соседней двери появились два воина, и сразу бросились на нее. Да только в этот момент Кире уже было все равно сколько их, она знала что убьет всех. И убивая получала какое‑то дикое, жуткое удовольствие. Ее немного отрезвила тишина, и она вздрогнула встретившись взглядом с отцом. У ног Киры лежало пять трупов. Пять? О боже, она даже не поняла что их пятеро. Откуда взялись еще двое?

— Девочка моя, — тихий стон матери зазвенел по натянутым нервам, — кем ты стала? Кира нахмурилась с трудом что‑то соображая, рванулась вперед, скорее помочь, вылечить мать, отвязать отца, выпустить малышей, и как будто о стекло ударилась. Что‑то не пускало ее к ним, не давало подойти. Она рванулась еще и еще раз и вдруг застыла с расширенными глазами. До того момента пока она не вошла сюда, она все время помнила что это испытание. Все время понимала что есть некая неизвестная ей задача, которую ей нужно решить. И вдруг тут она видит своих погибших мать, отца, малышей…. Как‑то разом она осознала что все это ненастоящее, что это какая‑то гнусная игра на самом больном. Игра с ее подсознанием, но никак не реальность! Пришло четкое понимание что кто‑то нагло вломился в ее сознание а всего этого ужаса на самом деле нет. А значит… Злость затопила Киру с новой силой так быстро, что она просто была не в состоянии это остановить.

— Ах вы ж суки — зло выплюнула она, — я вам сейчас устрою испытание! — Стены дома вдруг размазались, разлетелись как карточный домик. Она зло оскалилась, стараясь не смотреть на самых любимых людей, с дикой болью отворачиваясь, и уже точно зная что это не они, что все обман. Все поплыло как кисель и она почувствовала что падает. Сгруппировавшись прокатилась по полу и тут же вскочила на ноги.

Она находилась в комнате с аркой. С потолка сыпалась штукатурка. Учитель стоял и смотрел на нее расширившимися глазами. А в ее глазах металась дикая, страшная чернота.

Она сделала шаг вперед и с силой ударила учителя в челюсть. Не ожидавший такого Риалар отлетел в сторону и ударился о стену, ошарашено смотря на свою разъяренную донельзя ученицу, с горящими черным пламенем глазами.

— Девочка моя, успокойся, слышишь? Успокойся же — выдохнул он, даже не пытаясь встать, и не понимая что до такой степени могло ее разозлить. — Что случилось?

— Что случилось? Это я у вас хочу спросить, какая сволочь посмела использовать в этом фарсе мою погибшую семью? Как вы посмели лезть мне в мозги? Какое право имели подвергать пыткам мою погибшую мать? Или моего погибшего отца, или малышей? — В глазах ее полыхала тьма, в руках загорелись килоры. — Кто дал вам право будить мертвых?

— О боже, Кира. Да успокойся же. Никто, слышишь? Сама арка. Это магия девочка. Сама арка подбирает испытание и создает его. Мы можем только поставить уровень сложности. Мы контролируем ее только минимально. — Он поднялся на ноги и потер разбитую скулу. — Успокойся сейчас же, слышишь? Я не хочу тебя успокаивать другим способом.

Девушка сузила глаза и пристально посмотрела на учителя, потом губы ее искривились — ух ты! Каким же это способом?

— Кира! Девочка, ну же, послушай меня. — Учитель болезненно кривился но кажется уже был готов к любому исходу. — Не надо, не доводи себя до безумия. Очнись. — Уже кричал Риалар, стараясь докричаться до взбешенной девушки.

Она вдруг застыла, постояла так минуту а потом скрипнув зубами резко закрыла глаза буквально насильно вгоняя себя в состояние покоя. Дыхание до сих пор неровно вырывавшееся из ее груди, стало замедляться. Килоры погасли. Риалар облегченно выдохнул, и молча ждал давая ей время чтобы успокоиться.

— Вот, выпей это — наконец подошел он к девушке и протянул что‑то похожее на флягу.

— Что это? — сверкнула на него глазами Кира.

— Успокоительное. Тебе это сейчас необходимо.

Но она отвернулась, не желая брать у него что‑либо.

— Девочка моя, ну же, — тихим, размеренным голосом, как с ребенком которого нужно успокоить, заговорил Риалар, — всего этого не было. Я не знаю почему арка смоделировала для тебя такое испытание. Это не моя вина, поверь. Никто в этом не виноват. Никто из нас не знает как она работает. Тише. На, глотни, это поможет. — Он увидел как дрожь пробежала по телу пытавшейся удержать себя в руках девушки, и опять протянул ей флягу.

Кира молча выхватила ее из его рук и сделала большой глоток. Постояла, заставляя себя выровнять дыхание. На скулах играли желваки, зубы сцеплены так, что того и гляди начнут крошиться. Вдруг не выдержав она ударила рукой по краю арки, и зашипела от боли в руке. Потом сделала еще глоток из фляги, и еще один.

Риалар внимательно следил за ней, с ужасом понимая что то, что пережила его ученица, это никак не соответствует третьему уровню. Да такого вообще не могло быть! Арка никогда не давала подобных иллюзий. Никто и никогда не видел чтобы пытали их родных, тем более умерших родных людей. Арка же не пыточная камера. Бои — да, спасение жизни незнакомых людей — да, соблазны всякие, да что угодно только не такое. Кира выглядела так, как будто на том свете побывала. Бледная, осунувшаяся, глаза горят такой болью что становится не по себе. Вот почему она никогда не говорила о своей семье, вздохнул про себя Мастер. Что если бы он сам увидел в этой чертовой арке свою умершую жену и сына, которых подвергают пыткам? Он содрогнулся. Бедная девочка.

— Как ты оттуда вышла? — Тихо спросил он.

Кира зло усмехнулась. — Хотите фокус Мастер? — Она сделала шаг вперед, обратно под арку, он вскрикнул но остановить ее не успел — стой! Ты что творишь? Тебя затянет на следующий полигон!

— Черта с два! — Рявкнула она становясь в арке. — Давай отправляй сволочь! — Она стояла прямо посредине и зло скалилась. Арка загудела, вспыхнула, и погасла. — Что не можешь? — Кира расхохоталась. От ее смеха Риалара мороз по коже продрал. Он протянул руку и выдернул ее оттуда.

— С ума сошла? Что ты творишь?

— Ваши иллюзии ничто по сравнению с человеческим разумом! Придется вам Мастер придумывать для меня какое‑то другое испытание. Больше меня на этом не поймать. Я хорошо усвоила этот урок. — Она зло сплюнула и резко развернувшись вышла.

Риалар тяжело вздохнул и ошарашено почесал в затылке. Кира не знала только одного. Раз арка не сработала, то это значит только то, что она получила седьмую ступень. А вот как это получилось, этого уже не знал и сам Риалар. Да похоже и Сириин тоже не поймет. Придется похоже обращаться к старшему совету братства. Ох знал он что девочка не такая как все. Как она могла так быстро дойти до понимания разрушения иллюзии?! Мало того, не просто разрушить но и не позволить ей больше завладеть своим разумом! Он в растерянности покачал головой, вышел за дверь и проследив как Кира идет в сторону дома по заснеженной дорожке, сам двинулся искать директора академии.

Кира же придя домой сбросила с себя одежду, швырнув ее в угол, и упала в постель. Она все никак не могла успокоиться. Ей хотелось крушить все вокруг, и она злилась на себя за такую бурю чувств. Нужно срочно успокоиться не то она сожжет что‑нибудь, или сотворит еще какую‑нибудь глупость. Размеренно дыша она загоняла себя в транс, пытаясь как всегда найти там полный покой. Не сразу, но ей это удалось. Наконец‑то расслабившись она погрузилась в сон. А проснулась от собственного крика, с дико бьющимся сердцем. Ей приснилась мать. Она лежала на полу в луже крови, и стонала от боли, умоляюще глядя в ее глаза.

— Тссс, Это сон, только сон. — Произнес успокаивающе сидящий у ее постели на стуле учитель, держа ее за руку.

— Мастер Риалар? — Удивленно села на своей постели девушка, прижимая к груди одеяло. — Вы что здесь делаете?

— Прости — улыбнулся учитель, — я хотел узнать как ты. Постучал но ты не ответила. Ну волновался, поэтому зашел и увидел что ты спишь и стонешь во сне. Вот и решил посидеть рядом. Мало ли. Вдруг тебе помощь понадобится.

— Ну и чем вы можете мне помочь? Умеете развеивать плохие сны? — Насупившись спросила она, не слишком ласково глядя на учителя.

— Девочка — Риалар тяжело вздохнул, — ну нельзя же быть такой недоверчивой. Я же твой учитель. Я за тебя отвечаю. Ты же мне не чужая.

Кире стало стыдно и она сев поудобнее, плотнее закуталась в одеяло и подтянув к подбородку колени обняла их руками.

— Простите учитель, просто… я немного не в себе. Этот ваш полигон ударил по самому больному. И я теперь не знаю как все это забыть. Только что мне приснилась мама в луже крови. А я так надеялась что никогда больше не увижу подобных снов. Она уткнула лицо в колени и так замерла.

— Я понимаю, девочка. Все понимаю. Поверь я знаю что такое терять родных. Но ты справишься. Ты должна с этим справиться, слышишь? Мы же с тобой истинные воины, мы не умеем сдаваться. Каждый из нас должен следовать по своему пути, не сдаваясь и не сомневаясь. Мы сильные. Такой уж у нас дар. От таких как мы, многое зависит, и мы не имеем права на слабость. — Чуть грустно сказал Мастер Риалар.

— Да, наверное. — Прошептала Кира. — Я не собираюсь сдаваться Мастер. Просто мне так больно…

— Знаю. Конечно больно, как же иначе. Мы ведь люди. Мы любим, ненавидим, страдаем. Нам бывает так больно, что душа рвется на части. Но мы справляемся и идем дальше. Потому что так надо.

— Не все, справляются Мастер.

— Конечно не все. Кто‑то не смог. Кто‑то упал и не поднялся летя в бездну. Есть слабые люди, неспособные помочь ни кому‑либо, ни себе самому. Но разве ты хочешь быть слабой? Разве хочешь лежать на дне умоляя о помощи? Или все же важнее быть сильной, и наступив на собственную боль, помочь подняться тому кто упал? Что ты выбираешь, малышка?

— Я давно выбрала, учитель. — Слабо улыбнулась Кира. — Я смогла пережить это в первый раз, смогу и теперь. Но мне больно. Сейчас мне слишком больно. Дайте мне хоть немного времени, и я справлюсь. Я думала что уже научилась с этим жить, а теперь понимаю что научилась плохо.

— Ты научишься, малышка. Ты справишься. Ты воин. Ты не сдашься.

— Не сдамся, — кивнула она. — И простите что ударила.

Риалар погладил девушку по руке, — Ничего. Отдыхай. Боюсь что в такой ситуации и сам бы не выдержал. Завтра жду на тренировку. И не мечтай что я оставлю тебя в покое. Этого не будет. Я хочу гордиться своей ученицей. — Он поднялся со стула и вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Кира с силой потерла руками лицо и сползла с кровати. Она была благодарна учителю за этот разговор. За то что не оставил ее один на один с болью. Иногда так важно чтобы кто‑то поддержал. Хоть немножко. И тогда жить становится немного легче. А Кира так привыкла за последнее время к одиночеству, к тому что больше некому ей помогать, некому выслушать, что сейчас после разговора с учителем находилась в состоянии некоторого удивления. Странно но этот чужой ей мир, стал чуточку ближе.

Умывшись, одевшись и сплетя в тугую косу свои буйные кудри, девушка побрела в столовую. Очень хотелось есть. Снег падал красивыми хлопьями, и дома в такую погоду она возможно уже бегала бы на лыжах, или вечерами ходила бы на каток. Здесь же Кире еще ни разу не приходилось видеть лыж или коньков. Может тут их еще не придумали.

Как только она села за столик, к ней тут же подошла Мариза с подносом. Та самая стряпуха, девочку которой она спасла тогда в лесу от очень некрасивой смерти.

— Кирочка, здравствуй — заворковала она — проголодалась милая. А я в окно тебя увидела. Чего ж ты такая бледненькая сегодня? Давай поешь, я тебе самое вкусное собрала.

— Здравствуйте Мариза. Спасибо. — Улыбнулась Кира. — Как дочка?

— Да слава Создателю, здорова. Умница такая, учится. Умнее матери вырастет. А ты кушай, кушай, я не буду мешать.

Женщина быстро расставила тарелки на столе перед Кирой и ушла. С тех пор как Кира спасла ее дочь, Мариза изо всех сил старалась угодить девушке, подсовывая самые вкусные кусочки, от чего девушке становилось не по себе, и она сильно смущалась. Да и отношение всех простых рабочих в академии сильно изменилось. С ней здоровались совсем незнакомые ей люди, ей улыбались, готовы были сделать все что бы она ни попросила. Кира как‑то не сразу даже поняла что это такая своеобразная благодарность за ребенка от всех работников. Её смущало такое отношение, хоть и было приятно. На самом деле девушка не понимала что такого особенного она сделала. Разве кто‑то другой поступил бы по–другому? По мнению Киры любой нормальный человек спас бы ребенка. Тем более что женщина не была ни бойцом, ни настоящей ведьмой. Остановить ее было проще простого, никакого геройства или чего‑то подобного. На душе Киры было паршиво, аппетит пропал, и она вяло ковырялась в тарелке, по старой своей привычке изо всех сил стараясь выбросить из головы все мысли, и расслабиться. Казалось что произошел какой‑то откат. Дежавю. И опять ей нужно справляться с памятью, сражаться с болью, не давая затопить ей свою душу.

— Кира а ну ешь нормально! — рявкнуло над головой, и она вздрогнула от неожиданности и подняла голову.

— Валар, ты меня напугал! — Вяло возмутилась она.

— Привет. Ты чего ковыряешься? — Валар весело отряхнулся, и на нее полетели мокрые капельки растаявшего снега. Кира сердито махнула на него рукой.

— Перестань.

— Так чего ты хмурая то такая?

— Да так. Просто думаю.

— Слушай, может соберемся, споем с тобой что нибудь. Ребята свободны.

— Извини, не хочется.

— Да что с тобой, прекрасное создание — дурашливо пропел парень и вдруг стал серьезным — случилось что‑то?

— Нет.

— Ты как всегда блещешь красноречием, — сокрушенно вздохнул он. — Молчунья ты наша, чего ты такая вялая?

— Извини, просто устала.

— Слу–у-у–ушай. Кажется я понял. Это у тебя сегодня полигон был?

— Угу.

— Трудно пришлось? — Нахмурился парень.

Кира промолчала, не зная что можно ответить на этот вопрос. Трудно? Вряд ли это так называется.

— Эй, ну скажи хоть что‑то! — Валар нахмурился, даже веснушки как‑то побледнели.

— Все в порядке. Извини, я правда устала. Я пойду. — Как‑то слишком спокойно и ровно сказала она и поднявшись из‑за стола быстро вышла. Немного подумав девушка пошла в конюшню и влезла в стойло к Велиру. Похоже это сегодня единственное место где она могла побыть одна и спокойно собраться с мыслями.

9

— Необычность вашей ученицы Мастер Риалар уже не вызывает сомнений, — говорил старый но крепкий седой воин. — Но к сожалению мы не знаем во что это нам выльется. Она может стать опасной.

— Не согласен, уважаемый Старший Мастер Биртен. Кира хорошая девочка, и я не представляю о какой опасности идет речь.

— Вы же сами понимаете что тьма внутри нее очень сильна, и это вызывает некоторые опасения на ее счет. С таким даром никогда не знаешь чего ждать, а ваша ученица просто полыхает тьмой.

— Мы все это понимаем, — кивнул директор академии Мастер Сириин — но уверяю вас, пока нет никаких признаков того, что девочка не справляется с даром. Напротив, она прошла сложнейшее испытание на полигоне, и арка смоделировала ей то, с чем многие не справились бы и на седьмой ступени. И мы понятия не имеем почему, с чем попросили уже разобраться магов. Потому что выходит что девочка получила седьмую ступень, но тем не менее до седьмой ступени в мастерстве она не дотягивает. А девочка выдержала. Не сорвалась, не потерялась в иллюзии, а смогла понять что с ней происходит, и вырвала свой разум из арки. Смогла разбить иллюзию. И мало того, поняла абсолютно все, и больше арка не сможет взять ее разум в плен этих иллюзий. Познакомьтесь с ней, уважаемый Старший, и вы сами поймете что Кира не будет использовать свой дар во зло.

— Что ж, познакомиться необходимо, — покивал старик, — и прошу предоставить мне запись прохождения полигона. Надеюсь она есть?

— Конечно Старший. Риалар, принеси будь добр.

Просмотр кристалла занял несколько часов. Мастера детально разбирали поведение Киры. Все ее поступки, все действия. После просмотра Старший Мастер Биртен надолго задумался, в зале наступила полная тишина.

— Да, жестокое испытание — наконец пробормотал старик, — теперь я понимаю Риалар почему ты получил по морде.

Риалар хмыкнул, — я не в обиде уважаемый Старший, — боюсь что и сам не удержался бы.

— Ты прав, — позволил себе усмешку и Сириин и тут же нахмурился — Но я не понимаю как арка могла создать такую жестокую иллюзию. Ребенок всех родных потерял, смог пережить это, успокоился, и вдруг опять. А это же девочка, девчонки более эмоциональны, и переносят такие трагедии намного тяжелее.

— Вы бы видели ее после полигона — вздохнул Риалар, — на смерть похожа была. Да и сейчас не лучше. Она и так замкнутая, а теперь совсем закроется. И как с этим справляться я теперь не представляю.

— Она не сорвется, Риалар? Темный дар опасен.

— Не сорвется. Она каким‑то образом научилась жестко держать свой дар под контролем. Это хорошо видно сразу после испытания. Думая что виноват я, она всего лишь ударила меня. Не своей силой, просто рукой. И находясь в том состоянии смогла услышать меня, понять что я не причем, и загасила ярость буквально за несколько секунд. Как ей это удается — даже не спрашивай. Такой самоконтроль обычно достигается годами тренировок, а она ж совсем зеленая, ребенок. Да и дар ее довольно странный. У нее в глазах одна тьма, если она сильно злится, но когда она просто обращается к нему, в глазах ясно видно сиреневые искры. И что это за искры никто из нас понять пока не может.

— Да, интересная девочка — задумчиво пробормотал Старший Мастер. — Не зря вы обратились к Старшим. Но прежде чем выносить это на Совет, давайте все же попробуем разобраться во всем. Сиреневые искры говоришь? Не слышал о сиреневом спектре. Вы выяснили откуда она вообще?

— Нет, она отказывается говорить на эту тему. Вообще не хочет говорить о своем прошлом.

— Это не очень хорошо — поморщился старик — что она скрывает?

— Но это же не преступление, — отозвался Сириин, — возможно она считает что рассказывать опасно, или еще что. Мы же не знаем что там у нее за ситуация с семьей. Возможно ей пришлось покидать свой дом инкогнито, чтобы самой спастись. Да и имя она назвала одно. А ведь она аристократка, это видно. А значит скрывает к какому роду принадлежит. В любом случае мы и по наблюдениям можем сделать достаточно выводов. Например что девочка явно из хорошей, богатой семьи. Ей дали хорошее образование. Притом настолько хорошее, что это намного сократило время обучения. Вы же знаете, некоторые к нам попадают из бедных семей. Ни читать ни писать не могут, а Кира даже с математикой седьмой ступени не имеет никаких проблем. Мне вообще кажется что некоторые наши науки ей кажутся слегка эээ… примитивными. Хоть она ничего и не говорит. И у нее прекрасная память. Прочла книгу, и этого достаточно чтобы запомнить все что нужно.

— А чем еще она интересуется? Друзья есть?

— Скорее приятели. Она очень осторожно сходится с людьми. Сильно недоверчива, что тоже говорит о некотором опыте. А интересуется… ну я бы сказал что ей нравится музыка, хоть я ни разу не видел чтобы она на чем‑то играла или пела, но в библиотеке часто берет книги с балладами, или музыкальными записями. Так же ее интересует география, она изучила кажется все, что вообще есть в библиотеке по этой теме.

— Хорошо — вздохнул Старший Мастер, — я понял. Друзей похоже расспрашивать о ее жизни бесполезно. Раз она держится в стороне, то вряд ли что‑то им расскажет. Значит так, я пришлю вам для ее обучения Мастера Прада.

— Это же великий мастер килоров! — удивился Сириин.

— Именно. Засиделся он, старый черт на одном месте, пусть делом займется. Посмотрим что он скажет. Ну и познакомьте меня с ней, только что бы она не знала кто я. Незачем ее пугать слишком пристальным вниманием. Но следите за каждым шагом, слышите? Риалар, головой отвечаешь. Если вы не забыли, единственный сорвавшийся великий воин, был с темным даром.

— Ребята, — рыжий Валар собрал всех друзей в заснеженной беседке в конце зеленой зоны. Впрочем на данный момент зона зеленой точно не была. Скорее белой, — не нравится мне Кирка, что‑то с ней произошло на чертовом полигоне.

— С чего ты взял? — Спросил Росс.

— А ты ее сегодня видел? Смотреть страшно. Бледная как смерть, разговаривать не хочет, под глазами круги черные, как будто ее пытали.

— Ну может и пытали. Полигон не знаешь что ли? Эта долбанная арка такое иной раз выдает, что потом неделю как по башке шарахнутый ходишь. А у нее же полигон впервые был. Вот и шок теперь.

— Да я‑то понимаю, — скривился Валар, — но она ж девчонка. Надо бы поддержать что ли.

— А может ей сейчас наоборот лучше одной побыть, ты не думал об этом? — нахмурился Арен.

— Не знаю. Но… на нее смотреть больно.

— Она справится. Она ведь воин. И испытание она выдержала. А что на душе погано, так это после полигона не удивительно. Ты прав, нужно поддержать ее как‑то, только ты ж ее знаешь, ее на разговор вытянуть проблема, все в себе держит. Ты хоть раз слышал чтобы она пожаловалась на что то? — Грустно вздохнул Арен.

— Небыло такого. Как каменная.

— Вот именно. Только так нельзя, ты прав. У нее дар сильный, еще и темный, что большая редкость. Если нам иной раз справляться со своим даром трудно, то ей еще труднее. Чем сильнее дар, тем тяжелее его обуздать, сами знаете. Недаром Риалар с нее глаз не сводит, да и Троган тоже, и даже директор.

— Думаешь боятся срыва? — Спросил Граст.

— Скажем так, думаю что опасаются. Они ж не дураки, понимают чем может обернуться срыв темного дара такой силы. Поэтому прав ты Валар, мы должны ей помочь, хочет она этого или нет. Давайте ка больше ей внимания уделять, чаще общаться с ней, не знаю что еще. Веселить там… Чтобы она расслабиться могла как‑то. Она ж наша сестра, и так же состоит в братстве как и мы. И помочь ей такой же наш долг как и учителей.

— Жаль что девчонок у нас нет сейчас, ей бы подружку завести. Девчонкам все же легче между собой договориться.

— Да, Астрая получила седьмую ступень и ее услали куда‑то по делам братства. Правда еще Мастер Риата есть. Но она слишком взрослая для подружки.

— Ладно, сами справимся — буркнул Валар. — Вот удивляюсь я людям, все мечтают дар сильный иметь, не понимают дураки что чем сильнее дар, тем жизнь сложнее. Уже и не знаешь радость это или проклятие. Мне б щас предложил кто сильный дар, я б отказался. Удержи его еще попробуй заразу. Мало того, его еще и подчинить себе нужно. А мы все же люди. Всего лишь люди. Жаль будет если Кира сорвется.

— Не думай даже о таком — рявкнул Арен. — Не сорвется она. Недаром же с ней Мастера работают. А мы постараемся помочь чем сможем.

На утренней тренировке Кира обратила внимание на незнакомого ей старика. Странным ей показался этот старик. Слишком уж пронзительный взгляд у него. Он наблюдал за тренировками учеников. Кира тоже наблюдала за ним, бросая короткие взгляды. Не слишком высокий, но крепкий старик, на вид лет семидесяти, совершенно седой, худой и жилистый, с цепким взглядом голубых, совсем не старческих глаз. Этот его взгляд девушка ощущала даже спиной, и еле сдерживалась чтобы не поежиться. Она не выспалась, потому что этой ночью ее опять мучили кошмары и она проснулась от собственного крика уже через пару часов. Больше она так и не уснула, и утром у нее сильно болела голова. Пришлось глотнуть сиорта, чтобы хоть головная боль не мешала тренировке. Под глазами у нее залегли темные круги, делавшие ее черные глаза еще больше и загадочнее. На полном автомате делая разминочный комплекс, Кира пыталась понять что ее так насторожило. Этот старик явно наблюдал именно за ней. И ей это не понравилось. Не то чтобы она боялась, но ей было неприятно такое пристальное внимание. Одновременно она с грустью думала о том, что если и дальше не сможет спать, то не сможет нормально тренироваться, и впервые получит нагоняй от учителя. Ей так хотелось вообще не видеть снов. Но проблема в том, что как бы она не контролировала себя, сны контролировать невозможно. Или возможно? Что‑то такое о контроле сновидений Кира слышала когда‑то давно. Вот только к сожалению не знала как этого добиться. Может учитель знает?

— Мастер Риалар, скажите, можно ли как‑то держать под контролем сны?

— Сны? — Удивился учитель, — не слышал о таком. А тебе зачем? — Потом догадка мелькнула в его глазах и он нахмурился, — что кошмары мучают? Спать не можешь?

— Да все нормально, учитель. Я справлюсь.

— Не уверен — задумчиво пробурчал Риалар. — Попробуй глубокую медитацию перед сном.

— Хорошо, — без особого энтузиазма кивнула девушка и замолчала.

Риалар ругнулся про себя. Довели девочку. Чертова арка. Видел он какая судорога боли пробежала по ее лицу во сне, когда он зашел проверить ее после полигона. И стон ее никогда не забудешь. Как будто в аду девчонка побывала. Впрочем если каждую ночь ей снится как пытают ее мать или отца, или брата с сестрой, это и правда ад. Он сильно надеялся что это быстро пройдет.

— Кира, не думай об этом, слышишь? Постарайся вообще не вспоминать. Я знаю что это не легко, но ты все равно постарайся. Со временем все пройдет. Время лечит. Прости что так получилось.

— Вы разве в чем‑то виноваты учитель? — Очень спокойно пожала она плечами, — не переживайте, я справлюсь. Это ведь не впервые. И знаете, время не лечит, Мастер.

— Почему ты так решила? Разве со временем не становится легче?

— Вы ведь тоже теряли кого то, правда? И что, стало легче из‑за того что прошло время? Или боль от потери прошла? А может вы просто научились с этим жить, потому что все равно другого ничего не оставалось?

— Хм, интересная теория.

— Это не теория. Точно знаю. Смысл в том, что ты дашь боли себя убить, или не дашь. Смотря что в тебе сильнее, желание жить, или желание не жить При этом, самым сложным является вопрос жить или нет. А мне рано умирать, поэтому я справлюсь учитель, даже если придется заняться поиском способа контролировать сны. У меня просто нет другого выхода. — Хмуро сказала она, и отвернулась, собираясь вернуться к тренировке, но на минуту остановилась и опять посмотрела на учителя — Не хотите мне сказать, чем я так заинтересовала Старейшину Братства?

— Откуда ты знаешь что он Старейшина? — Приподнял брови Риалар.

На что Кира только криво улыбнулась, пожала плечами, и не дожидаясь ответа продолжила тренировку.

Вечером того же дня, когда девушка читала, сидя в кресле у себя дома, за дверью послышались завывания. — О, прекрасная–я-я–я леди–и-и–и-и, не соизволите ли вы–ы-ы снизойти до никчемных рабов ваши–и-и–х?

От неожиданности у нее чуть книга из рук не выпала. Что это нашло на Валара? Она встала и открыв дверь с удивлением увидела довольно забавную картину. Четверо охламонов вползли к ней в комнату на коленях. Она проследила взглядом за этим шествием ничего не понимая.

Она засмеялась — Ребята вы чего?

— О прекрасная–я-я–я-я — завел опять Валар и не выдержав вдруг захохотал. Тут уж как дамбу прорвало. Четыре парня повалились на пол от дружного хохота.

— Все, заканчиваем балаган — смеясь сказал Росс. — А то Кира решит что мы все с ума посходили.

Кира же молча стояла глядя на веселящихся ребят и ничего не понимала.

— Эй, подруга, ну чего застыла как статуя? Вообще‑то мы пришли позвать тебя на вечерний моцион в лес. И не сопротивляйся. Зимой в лесу еще красивее чем летом. Отказ не принимается.

Ну да, отказаться, как ни пыталась Кира, у нее не получилось. Ее просто завернули в теплый плащ и потащили за собой. Впрочем девушка не пожалела об этом. В зимнем лесу и правда невероятно красиво. Но парни не дали ей ни секунды на грустные мысли, они дурачились, и кидались снежками. Потом устроили соревнования. Легко отбить снежки если их кидает в тебя один человек. Сложнее если двое. А если четверо? Кира засмеялась и схватив две первые попавшиеся палки, попробовала отбиваться ими. Впрочем не слишком удачно. Победил Росс, судя по меньшему попаданию в него снежков. В итоге все они вывалялись в снегу, и стали мало похожи на людей. Валар хохоча, утверждал что если кто‑то им сейчас попадется в лесу, то бедняга подумает что встретил страшных снежных зверюг. В итоге все же пришлось возвращаться домой, так как снег кажется у всех был не только в сапогах и за шиворотом, но вообще везде. Кира была им благодарна за эту прогулку, потому что честно говоря уже и забыла как это весело играть в снегу. Да и вообще забыла что можно развлекаться. Ей в последнее время не до того как то было.

Ночью девушка опять проснулась от своего же крика, проспав всего час с дико колотящимся сердцем и переполняющим ее ужасом. Она села в постели и крепко сжав кулаки, заставила себя успокоиться. Нет, это уже слишком. Так она станет обыкновенной истеричкой. Киру же такое положение вещей совсем не устраивало. Она помнила что на Земле в таких случаях рекомендовали больше отдыхать, наладить спокойную, размеренную жизнь, и тому подобное. Только вот проблема в том что даже дома ей такой метод не помогал, а уж тут, когда она изо дня в день носится с мечами, занимается сложнейшими тренировками, когда ее личные ощущения связанные с даром порой так нестабильны, что ей просто необходимо держать себя под жестким контролем, просто невозможно наладить хоть какое‑то подобие покоя. Но делать то все же что‑то с этим надо. Вопрос — что? Если днем она в состоянии контролировать свои мысли и эмоции, то ночью ее мозг выдает то, что она упорно прячет от него днем. Как справиться с болью которая вылезает сразу в тот момент когда она перестает держать ее под контролем? Каждый кто пережил смерть любимого человека знает как трудно справиться с болью внутри, раздирающей тебя буквально на части. Интересно, — подумала Кира — это не эгоизм своего рода? Вот человек ушел, ему там наверное хорошо, во всяком случае хочется верить что ему там хорошо. Так почему же мы испытываем такую дикую боль, из‑за того что этот человек не с нами? В жизни, если любимый человек уедет куда‑то, уйдет от тебя, покинет, или волей судьбы окажется где‑то далеко, мы будем скучать по нему, тосковать, но смиримся с этим. Почему же так сложно смириться со смертью? Ведь все люди умирают. Нет живущих вечно. Это естественный процесс жизни и смерти. Но почему же так больно? Или я мучаюсь от того что смерть моих родных была неправильной? Ведь если бы не та чертова машина, они были бы живы до сих пор. Тяжело вздохнув, она поднялась с постели, понимая что больше не уснет. Побродила туда–сюда и вздохнув решила немного проветрить голову. Она оделась, и вышла из дома. Морозный воздух помог проветрить голову и прийти в себя. Кира побродила по темным, освещенным лишь ночным небесным светилом, дорожкам, и вдруг заметила темную фигуру стоящего под заснеженным деревом человека. Она замерла, но человек не двигался, и кажется просто стоял и смотрел на нее. Еще кому‑то не спится? Что ж, мешать она не собиралась, и повернувшись пошла по дорожке в другую сторону.

— Кира — раздался за спиной незнакомый голос. Она обернулась. Человек быстро приближался. И только когда он подошел ближе, она увидела седые волосы и сразу поняла кто это. Старший Мастер! Тот самый старик которого она видела утром.

— Доброй ночи Старший Мастер — поприветствовала она подходящего к ней мужчину.

— Доброй ночи девочка. Ты почему не спишь?

— Не спится.

— Ты угадала. Позволь представиться: Старший Мастер Братства воинов — Биртен ал Ден

— Очень приятно. Кира.

— Какое у тебя второе имя?

— Его у меня нет, Мастер.

— Ты не похожа на простолюдинку, девочка. — Пристально посмотрел ей в глаза старик.

Кира пожала плечами но промолчала.

— Не хочешь говорить? У тебя какие‑то проблемы?

— Нет, Мастер никаких проблем.

— Откуда ты родом?

— Издалека.

— Это мне уже говорили — прищурил глаза Мастер, — а поточнее?

— Думаю что я не обязана отвечать вам на этот вопрос, уважаемый Старший Мастер. — Голос девушки был спокойным и холодным.

— Почему ты скрываешь?

Кира не ответила, молча и спокойно глядя в глаза старику.

— Ты слишком дерзкая.

— Не вижу дерзости в том, чтобы не отвечать на вопрос который никого не касается кроме меня.

Мастер вдруг засмеялся. — А ты упрямая. Что ж, это и правда не так важно. И так, почему ты гуляешь ночью, вместо того чтобы спать?

— Простите Мастер, это что допрос? Насколько я знаю, нет закона который запрещал бы гулять по ночам. — Кире все больше и больше не нравился этот разговор.

— Девочка, успокойся. Я не собираюсь тебя допрашивать, просто хотел поговорить. Я не враг тебе. — Тут же сменил тон Мастер Биртен, почувствовав, что ничего от нее не добьется, если продолжит вести разговор в том же духе. — Если не хочешь отвечать, не отвечай. Скажи мне тогда другое. Что ты знаешь о темном даре?

— Только то, что рассказывал мне учитель.

— Ты понимаешь что носитель темного дара может быть опасен, если не справится с ним?

— Да, мне говорили. Вы считаете что я опасна? По этой причине вы так пристально сегодня наблюдали за мной?

— Я не считаю тебя опасной, девочка. Но я считаю опасным твой дар. Тебе очень жестко нужно держать его в руках.

— Вы думаете что я могу превратиться в монстра?

— Не совсем так. Сила живущая в тебе, как дикий зверь. Если выпустить в овечью стаю, она сожрет эту стаю не задумываясь. Ты возможно еще не понимаешь, но я очень прошу тебя, будь осторожна. Мне очень не хочется чтобы с тобой что‑то случилось. Такой дар как у тебя большая редкость, большая ценность, но и огромная опасность. И все зависит от носителя дара.

— Мастер простите, но я не совсем понимаю о чем вы? Если вы боитесь что я обижусь на пьяного дурака и перебью из‑за этого половину города, вместо того чтобы просто дать ему по морде, то… не думаю что я настолько ненормальная. К тому — же по моему вы переоцениваете мои возможности.

— Никто пока не знает всех твоих возможностей, милая. К тому же ты вошла в ворота академии, и никто не думает что ты вдруг перебьешь половину города. Арка ворот не пропустила бы способного на такое поведение человека. И все же не все так просто. Я лишь хочу сказать, что сильный темный дар доставит тебе еще не мало хлопот, этого зверя нужно укрощать, и жестко держать в узде. Я видел твой полигон. В конце ты призвала свою силу воина. Помнишь свои ощущения в тот момент?

— Ярость — дернула она плечом и криво усмехнулась.

— Это понятно. А еще что? О чем ты думала в момент боя? Что чувствовала еще, кроме ярости? Подумай.

Кира задумалась, прокручивая воспоминания. Вот она вошла в комнату, увидела то что увидела а дальше… Ярость затопила как вулкан. Справиться с ней было просто невозможно. А дальше будто не она а кто‑то в ней, внутри нее сильный, бесстрашный, разъяренный.

— Мне кажется что моя ярость, дала толчок чему‑то внутри меня. — Медленно, обдумывая каждое слово, сказала она. — Как будто где‑то там, в середине меня, есть еще одна моя часть, которую я еще плохо знаю. Она очень сильная, и бесстрашная. Она вырастает откуда‑то изнутри, загорается во мне как огонь, давая моему телу силу и скорость, а мозгу четкое мышление. В тот момент я с легкостью могла просчитать действия противника, примерно понять куда он собирается ударить, просчитать траекторию, и сделать одно единственное верное движение килорами, чтобы наверняка убить. Какая‑то холодность разума одновременно с дикой яростью. — Она вздрогнула и передернула плечами.

— Именно девочка моя, именно. У тебя еще нет опыта, и мало знаний. С реальным воином ты пока что вряд ли справишься так просто. Ведь то была лишь иллюзия. Но ты должна сделать ту силу своей сестрой а не врагом. Ведь это и есть ты. Не вторая твоя половина, а та твоя часть, о которой ты раньше просто не знала. Тебе ее ненужно бояться, иначе на твой страх, она ответит совсем не так как нужно. Однажды вырвется как зверь из клетки, и если ты испугаешься, та часть тебя просто тебя проглотит. Тебе же нужно принять ее. Понять что сила внутри принадлежит тебе, а не ты принадлежишь силе. Я не слишком сложно объясняю?

— Нет Мастер, я все поняла — задумчиво теребя пальцами собственный локон, сказала она.

— Вот и отлично — одними губами улыбнулся Старший, продолжая внимательно наблюдать за ней. — А теперь иди ка ты спать. Завтра у тебя сложные тренировки.

— Хорошо. Доброй ночи Мастер Биртен ал Ден.

— И тебе доброй ночи, воин. — Кивнул старик и растворился в темноте, исчезнув так быстро, что Кира не успела толком понять куда он делся.

"Ого, вот это скорость — опешила девушка, — какой же ты старик! Да этот дед пожалуй и учителя за пояс заткнет".

К началу дневной тренировки в зал вошел незнакомый Кире воин. Среднего роста, сильный мужчина лет сорока, с ярко зелеными глазами, совершенно спокойным, уверенным в себе взглядом, резкими чертами и тяжелым упрямым подбородком. Двигался он как дикий зверь на охоте. Мягкие хищные движения сильного тела сразу выдавали в нем опытного бойца.

— Привет Риалар, здравствуй девочка — поздоровался он, и с интересом уставился на девушку.

— Привет Прад. — Кивнул учитель, и тоже посмотрел на Киру — Кира, это Мастер Прад ал Трок. Думаю тебе пригодятся несколько его уроков.

— Здравствуйте — поздоровалась и Кира, спокойно глядя на нового учителя.

— Какая же ты мелкая — скривился Прад.

— Какая есть — буркнула девушка.

— Ладно, давай посмотрим на что ты способна. — В его руках появились килоры. — Давай бери мечи, и нападай.

Кира достала килоры, и отошла на пару шагов. Она вдруг всем существом ощутила как опасен этот воин. Его холодные глаза немного прищурились, руки с килорами были опущены, и лишь кончики мечей слегка приподняты. Стойка Револьта — узнала она. Такая стойка была не характерна для воина работавшего килорами. Кира осторожно двинулась вперед, прямо шкурой ощутив что этот бой ей так просто не дастся. Этот Мастер сильно отличался от ее учителей. Шаг, еще шаг, а дальше вихрь. Девушке чудом удалось отбить первую атаку, уйдя в глухую защиту. Она поняла что он сейчас загонит ее в угол, а ей никак не удавалось уйти в сторону. Удар, еще удар, и он ее не задел только чудом. Он ее что убить собрался? Ну уж нет! Она коротко выдохнула и потянулась внутрь себя. Глаза ее мгновенно вспыхнули тьмой, килоры начали наливаться чуть заметным темным сиянием. Время замедлилось. Мысли стали четче и яснее. Боевой режим поняла она как‑то отстраненно наблюдая за тем, как ее тело резко выгнувшись ускользает из угла, пропуская удар килора буквально в миллиметре от груди. Она не видела как удивленно приподнялись брови Прада, как застыл в испуге Риалар. Резко повернувшись, Кира обрушила на противника цепочку неожиданных, не сильных, но коварных ударов. То что она месяцами придумывала и отрабатывала теперь четко выстраивалось в ее мозгу в некую схему. Только вот скорости все равно не хватает. Обманное движение, удар, блок, отход, обманный отход в низкой стойке и резко выпрямившись обманный удар килором, и в это же мгновение удар ногой в колено. И она не успела. Пролетев пару метров по воздуху, она со всего маху ударилась спиной об пол. Даже не поморщившись встала, и отсалютовала Мастеру Праду.

— Ну что ж, неплохо, для девчонки, — хмыкнул спокойный как удав Прад. — А теперь гаси глаза и давай разбирать твои ошибки.

Когда тренировка закончилась, только гордость не позволила Кире упасть прямо в зале. У нее болело все. На теле наливалось с десяток синяков наползая друг на друга, не считая мелких порезов и дико болящей от удара об пол спины. Она с ровной спиной продержалась до дома, но как только закрылась дверь, застонала и согнувшись, сползла на пол. Посидела так немного, боясь прикоснуться спиной хоть к чему‑то, и потихоньку, сцепив зубы поползла за сиортом. Впрочем эта тренировка принесла Кире много нового. Она хорошо понимала что ей не один час предстоит продумывать и прокручивать в голове этот урок, разбирая в деталях свои движения и движения Мастера килоров. А позже она уйдет одна куда‑то подальше от чужих глаз, и попробует придумать как можно противостоять таким ударам, не так как показал ей Прад, а немного по–другому. К тому же Кира никак не могла понять с чего все решили что она может сорваться. По ее мнению это был полный бред. Даже в ярости ее необычная сила ей только помогала, полностью послушная воле хозяйки. Она ее скорее отрезвляла, давая в ярости четкость мышления и не давая разуму раствориться в эмоциях. Старший сказал что ей не нужно этого бояться. Ха. Ну да, поначалу Киру это немного пугало, но не теперь. Если бы не ее сила, она бы не выдержала боя с Прадом и минуты. Сила эта не захлестывала ее с головой, как все боялись, а наоборот, помогала. Просто людям свойственно бояться тьмы. Раз темнота то это страшно. Пф! Чушь какая. Это просто сила и все. Такая же как другие.

— Как тебе девочка, Прад? — С интересом спросил Старший Мастер Биртен.

— Крайне интересная девочка. Кода припекло сразу же ухнула в свою силу с головой. Никогда не видел подобного. Ты когда нибудь видел чтобы ученик на первом году обучения на ходу впал в боевой транс? Мало того, она умудрилась уйти от нескольких моих ударов, совершенно неожиданным способом. Она что свой стиль разрабатывает?

— Именно — хитро прищурил глаза старик. — Она переделывает все под себя. Я наблюдал за ней, она хорошо понимает что слишком мелкая для некоторых форм. И силой не дотягивает. Потому и занялась переделкой. Под себя.

— Умный ребенок — хмыкнул Прад.

— Ты паразит чуть до седых волос меня не довел — хмуро буркнул Риалар, недобро глядя на Прада. — Я думал ты ее заденешь.

— А мне и нужно было сделать так чтобы она решила что я ее задену. А то вы тут со своей осторожностью из учеников расслабленных барышень делаете. Она воин. Или научится уходить с линии атаки, или погибнет.

— Она еще и девочка — рассердился Риалар, — если ты не заметил у нее сил как у котенка, по сравнению с парнем.

— Риалар — расхохотался Прад, — не будь наседкой. Если она получила дар воина, то она прежде всего воин. И поверь твоя девочка не такая уж и слабая, это во первых, а еще и коварная как все женщины. Ты видел как она лихо меня обмануть попыталась? Еще секунда и я получил бы удар ногой. Она тебе еще принесет много сюрпризов. Научи ее правильно силу дозировать, нечего ей глазищами светить, народ пугая.

— Поработай с ней, Прад — покивал головой Старший, — что‑то в этой девчонке есть такое, чего мы еще не понимаем. Следите за ней оба.

— Ты с ней разговаривал Старший?

— Разговаривал. Очень независимая, стоит чуть–чуть надавить, и сразу колючки выпускает.

— А где ты видел воина которому нравится когда на него давят — удивился Риалар.

— Ээээ, она ж девчонка. Да и знаешь ли я все–же Старший, надо ж уважение иметь.

— Ха, что зацепила она тебя?

— Не так как ты думаешь Риалар, но скажем так, она меня заинтересовала. Так что работайте. А я поеду дальше. Дела знаешь ли не ждут. И да, вези ее весной к Мертвым землям. Посмотрим как она себя там покажет.

— Так и знал что ты это скажешь, — пробурчал Риалар.

Старик рассмеялся и вышел, на последок так хлопнув его по плечу, что Риалара слегка перекосило.

А у Киры с того памятного боя с Мастером Прадом, начался ад. Прад гонял ее так, что каждый раз она уходила с тренировок держась на ногах только силой воли и гордостью. Да и Риалар усложнил тренировки, и оба они гоняли ее до искр в глазах. По вечерам же, она неизменно выезжала на Велире в лес, и там еще часа два, прокручивала новые связки и формы, изменяя их под себя и придумывая новые. Ей даже кошмары сниться перестали, потому что она теперь едва доползая до кровати падала на нее, и буквально отключалась. Девушка понимала что то, что сейчас давали ей учителя, бесценно, и была им благодарна, но так сильно она еще никогда не выкладывалась. Несколько недель они работали с Риаларом над тем, чтобы она не бросалась своей силой понапрасну, и теперь переходя в боевой транс, у нее уже глаза не светились как ненормальные, а лишь слегка мерцали. Почему‑то полностью убрать это мерцание у нее не получалось, как она ни старалась. Впрочем в спокойном состоянии она ничем не отличалась от обычных людей, что радовало. Еще девушку заинтересовала магия. Некий дар, находящийся внутри нее, не являлся магическим, и тем неменее она смогла расплавить собственный подоконник. Раз это не магия, то что такое магия? Это ведь тоже некая сила, о которой Кира очень мало что смогла узнать. Она не раз видела магические предметы в этом мире, та же арка, или кристалл правды были сделаны магическим способом, но на что тогда способны сами маги? Как‑то не довелось ей встретить ни одного мага. А ведь это очень интересно. Но у нее так мало свободного времени, что жаль тратить драгоценные минуты на то, чтобы просто потаращится на мага. Ну встретит она его к примеру и что? Подойдет и попросит показать фаербол? Ха, она представила себе как маг покрутит у виска пальцем и посоветует ей сходить к целителю проверить голову.

За всеми этими тренировками и занятиями Кира не слишком даже заметила как пришла весна. Приближался конец учебного года, и учеников ждал праздник по этому поводу. Росс как‑то зашел к Кире, когда она отдыхая после тренировки, сидела с книгой в кресле читая учебник по Мертвым землям.

— Привет подруга, — чем занимаешься?

— Привет. Отдыхаю. А что?

— Ты в курсе что у нас празднование конца учебного года скоро?

— Угу. И что?

— А у тебя есть хоть одно платье? — Засмеялся Росс.

— Платье? — Кира удивленно подняла брови.

— Ну да. Ты же девушка. На балу будет много людей. Наша академия и академия магии все должны представить учеников от третей ступени и выше. Богатенькие дамы притащат своих дочек в надежде что кто‑то из парней влюбится и обеспечит их драгоценную дочурку на всю жизнь. Или сыночков, в надежде что такая вот как ты влюбится в их отпрыска. — Захохотал Росс.

— Тьфу, ненужно мне платье — скривилась Кира. — Я не пойду туда.

— Еще как пойдешь! Ты единственная девушка в нашей мужской компании. Не считая Мастера Риаты. Ты что, хочешь лишить наше общество такой радости?

— Да иди ты… — буркнула Кира. — Я думала этот бал поскромнее как‑то. Да и вообще. Не люблю я такие развлечения. Я лучше в лесу погуляю. Или высплюсь наконец‑то.

— Ээээ неееет. Не выйдет. — Хмыкнул Росс, — Смирись. Не зря же тебя танцам и этикету учили. Это своего рода тоже экзамен. Ты не можешь не пойти.

Кира скривилась так, что Росс захохотав упал в соседнее кресло и стал дрыгать ногами. — Ой не могу. Бесстрашный истинный воин боится бала.

— Я не боюсь — вздохнула Кира. Я не люблю такие развлечения, вот и все. И потом это вам там невест понаприводят, а я при чем?

— Не переживай подруга, поклонников у тебя будет полно — смеялся Росс.

— Росс, ну вот зачем ты мне настроение испортил а? Какой бал, какие платья. Тьфу ты. Я воин а не мадам в бальном платье. Не пойду я и все. Или пойду как есть, в форме.

— Кира, ну ты чего? — Перестал смеяться Росс, — что ты выдумала! У нас бал раз в год, и мы обязаны на нем присутствовать. Мы же элита общества, если тебя это интересует! Точнее будущая элита. Когда сдадим на седьмую ступень, нам сразу титулы дают, и поместье. Эти балы своего рода способ представить высшему свету будущих аристократов, понимаешь?

— А я может не хочу становиться элитой? — Буркнула Кира и вздохнула. — Оно мне даром ненадо.

— Ну ты даешь подруга! В общем так, сходи к Риате, она тебе даст пару советов что одеть там, и вообще по женским делам.

— Ты что, сейчас хочешь сказать что я должна потратить целую кучу денег на какое‑то там чертово платье? С ума сошел?

— Вообще‑то, за твой наряд заплатит братство. Это делают для всех учеников, у которых нет богатой семьи. — Улыбнулся Росс. — Сходи к Риате, она поможет. Кира грустно вздохнула. Этот бал ей был неинтересен. Совсем. Она не собиралась блистать в обществе, не хотела лишнего внимания, да и вообще ей некогда заниматься глупостями. К Риате она не пошла, но та нашла ее сама.

— Кира, готовься, завтра едем в город.

— Зачем? — Хмуро спросила Кира уже и так зная ответ.

— Делать из тебя девушку — улыбнулась женщина. — Да и меня тоже. Превратимся ненадолго в Леди.

— А нельзя как‑то без этого?

Риата посмотрела на кислую мину Киры и засмеялась, — Поверь, я тоже терпеть не могу балы, и эти чертовы путающиеся в ногах юбки. Но так надо. Смирись и просто потерпи.

Из салона высокой моды и Кира и Риата вышли раздраженными. Все эти ткани, модели, и тому подобная белиберда в окружении пяти женщин портних, постоянно болтающих о моде и тряпках, утомили их до крайности. Спасением оказалась уже пожилая женщина, зашедшая к ним часом позже, и увидевшая всю это суету. Она быстро обвела взглядом двух клиенток, увидела лежащие на стульях ножны с оружием, потом их кислые лица, и сердито сверкающие глаза младшей, и рявкнула во все горло

— А ну цыц все, прекратите галдеж! — Потом она подошла к клиенткам, и присела в легком реверансе — Простите Леди, эти дуры еще слишком молоды, и пока не понимают что их болтовня не всем нравится, а такое поведение хорошо только когда клиентки — пустоголовые барышни. Я сама помогу вам подобрать нужные наряды. — Она решительно отбросила кричаще яркие ткани, потом прошлась взглядом по полкам, и вытащила два рулона. Один темно–синий бархат, и второй серебристый атлас. — Думаю Леди, это подойдет для вас лучше всего. Подходящие туфли тоже сейчас принесут. Без высоких каблуков. Не волнуйтесь, мерки я сейчас сниму, а готовые туалеты вам пришлют прямо в академию. И уже через двадцать минут две распаренные клиентки выскочили из этой мастерской, как будто их кто‑то в спину вытолкал. Кира облегченно вздохнула и сердито передернула плечами, Риата же только головой помотала, и схватив Киру за руку потащила в ближайший магазин сладостей.

— Пойдем ка выпьем тико и побалуем себя чем‑нибудь вкусным, мы с тобой заслужили.

Они расположились за одним из небольших столиков, и перевели дух.

— Я думала что взорвусь — с несчастным видом вздохнула Кира.

— Да я и сама чуть терпение не потеряла. Спасибо хозяйке салона, не дала довести нас до крайней точки.

— А я собиралась бросить все и сбежать — призналась Кира.

Риата засмеялась, — я тебя понимаю. Не убивать же глупых девок. Все, теперь перед тем как идти в салон, буду посылать посыльного к хозяйке, с просьбой принять нас лично. Рекомендую заказать Ольвейские пирожные. Очень вкусные.

Вернувшись в академию Кира выкинула из головы и наряды и предстоящий бал, и с головой погрузилась в тренировки и учебу. После окончания года ее ждала практика у Мертвых земель, и девушка спешила узнать о них как можно больше.

По сути, Мертвые земли были выжженной пустыней с какой‑то аномалией. Черная оплавленная земля, где мало что росло мало что выжило. Насколько поняла Кира, раньше там была нормальная часть земли, со своими реками, озерами и лесами. Был там и довольно большой город. Угробил это все, лет двести назад, бывший истинный воин. Тот самый обладающей темной силой, возомнивший вдруг себя крутым, и возжелавший власти. Нет, по началу он ничего такого делать не собирался, просто захватил этот городок и самовоцарился, нагло оттяпав кусок земли. Потом, когда законный владелец земли попытался с поддержкой соседей ее вернуть, и почти вернул, бывший мастер осерчал, понял что не сможет удержать владения, и чего‑то там накрутил со злости. Что точно он сотворил и зачем — не писали. По–видимому скрытая информация, или они и сами не знают, не иначе. Как бы то нибыло этот псих что‑то перехимичил или недомагичил, напустил какую‑то пакость, убив тем самым и себя и все свое окружение. С этой пакостью потом пришлось спешным порядком бороться другим истинным воинам и магам. Зараза распространялась со скоростью лесного пожара, земля на том месте стала черной, пустой и отравленной, захватывая все новые и новые участки и распространяясь как эпидемия. Остановить это удалось лишь вырубив вокруг большую полосу, этакую границу, и обработав землю вокруг какой‑то дрянью, которую не могла поглотить черная пакость. Самое странное, что там все же что‑то выжило, адаптировалось, или может переродилось. И теперь из Темных земель периодически появлялись страшноватые существа, желающие прорваться за периметр. Поэтому пришлось ставить охрану и патрули неустанно обходящих границы и убивая особо ретивых зверюшек, достигающих иной раз в высоту полтора — два метра. Хотели люди выбить оттуда эту пакость, вошли на ту землю и не вернулись. Потом уже проверяли и перепроверяли, оказалось что земля та ядовита. Живому существу там находиться опасно. Маги сунулись, и тоже погибли. Магию это место сжирало в момент вместе с носителем. В общем за двести лет как ни пытались, разобраться с этим так и не смогли.

Люди вечно играют со своей землей, как глупые дети всегда лезут и творят что‑то не понимая последствий, часто даже не думая о них. Человеческий разум зачастую напихан такими эмоциями, и таким желанием изменить все то, что им вдруг не понравилось, что они ставят себя на одну линию с богами не желая понимать, что своими действиями могут только навредить. Ведь разрушить проще чем что‑то создать. Сколько людей мечтают о конце света на Земле, не сосчитать. Именно мечтают, хотят его, как ненормальные, даже книг понаписали и фильмов наснимали на эту тему немерено. Чем люди тут отличаются от людей на Земле? Да ничем по сути. Та же гордыня, зависть, спесь. Все те же чувства что и везде. О чем думал псих, сотворивший Мертвую землю? О чем он думал когда допустил такое? Чего хотел добиться? Или поступал по принципу " так не доставайся же ты никому?" Или просто хотел стать самым крутым?

Теперь по крайней мере можно понять почему к самой Кире относятся с такой настороженностью. Она конечно не единственная имеющая темный дар и, по–видимому, за всеми носителями темного дара следят. Но девушка была убеждена, что какой бы ни был цвет, главное помыслы а не сила. И да, как‑то она сожгла случайным выбросом дара подоконник, а теперь возникает вопрос, похожа ли темная земля на то черное пятно, которое появилось на несчастном подоконнике? С виду пятно на подоконнике не было чем‑то страшным, и не расползалось как зараза. Да и ядовитым не было. В общем, вопросов много ответы, как она надеялась, появятся позже.

10

За день до бала ей прислали коробку с платьем. Кира, только теперь вспомнившая что ее ожидает, нехотя раскрыла эту коробку и достала наряд. В общем само платье было довольно красиво. До переливающегося серебром атласа так и тянуло прикоснуться. Открытые плечи, неглубокое декольте, и длинная, но не пышная юбка. Само по себе платье выглядело красиво, но вот одевать его, у нее небыло ни малейшего желания. К платью прилагались черные туфельки с небольшим каблучком черный же атласный пояс, и серебристая лента для волос. Покрутив немного свой новый наряд в руках, Кира с тяжелым вздохом повесила его в шкаф.

С полудня следующего дня к Кире заявилась Риата, и привела с собой женщину лет тридцати пяти, с неприятно резкими чертами лица, и любопытно шныряющими по всему подряд, глазками.

— Девочка моя, эта женщина сделает тебе прическу. Так что давай садись и расслабься. Не волнуйся, она хорошо знает свое дело. Кира скептически посмотрела на волосы Риаты. Да уж, это всколоченное на голове гнездо прической назвать было бы сложно.

— Ни за что! — Твердо сказала она. — И не пытайтесь меня уговаривать, Мастер.

— Да ладно, тебе что моя прическа не понравилась?

— По–моему это птичье гнездо, а не прическа — честно сказала девушка.

Риата расхохоталась и махнула рукой — зато самой возиться не пришлось. Но ты можешь делать как хочешь. Собирайся тогда и поехали. — И забрав с собой женщину, Риата удалилась.

Немного повздыхав, Кира все же влезла в платье и задумчиво покосилась в зеркало. Атласная ткань красиво струясь, подчеркивала ее ладную фигурку. Распустив косу, Кира тщательно расчесала волосы, и немного подумав, повязала вокруг головы ленту, чтобы волосы не лезли в глаза, и на этом решила закончить с прической. Ничего сойдет. Накручивать себе на голове вороньи гнезда она точно не собиралась. Даже если тут такая мода. А если кому не понравится, так ей это без разницы. Ну вот она вроде и готова. Украшений у нее небыло, кроме кольца братства, да серебряной цепочки с кулоном в виде небольшой звездочки. Вот и хорошо, не пришлось на себя еще и побрякушки навешивать. Кира услышала за окном стук копыт какой‑то грохот, и, выглянув в окно, застыла. У их жилого комплекса стояла карета запряженная четверкой лошадей. Из кареты высунулась Риата и махнула ей рукой — Кира давай спускайся, тебя ждем.

— О нет, — простонала девушка, — мы что должны ехать в этом гробу?

Громкий смех был ей ответом, и смеющаяся Риата еще раз махнув рукой, крикнула — спускайся.

Кира быстро спустилась вниз, и с опаской заглянула внутрь кареты. Мастер Риата, не церемонясь, схватила ее за руку и затащила внутрь.

— Девочка моя, ну чего ты так напрягаешься, ты же не собиралась в бальном платье ехать верхом?

— Честно говоря, я об этом даже не думала — буркнула девушка, садясь на довольно удобное сидение напротив.

Риата оценивающе окинула ее взглядом и улыбнулась — прекрасно выглядишь, у наших мужиков слюни потекут. Даже не смотря на то, что твоя прическа явно не для бала.

— О нет, не нужно слюней — засмеялась Кира, и добавила, хитро сверкнув глазами — Мастер вы выглядите просто потрясающе, настоящая Леди. Даже не смотря на прическу.

Риата только весело рассмеялась, и подмигнула девушке.

Примерно через тридцать минут, они подъехали к большому каменному дворцу. Кира уже видела его издалека, когда только попала в город. У подъездной аллеи их уже ждали учителя и ученики академии. Кире галантно подали руку, и тут же окружили разодетые и веселые ученики.

— Кира, ты просто красавица! — Восхищенно прогудел Росс, — во все глаза смотря на девушку.

— Не таращись — засмеялась она, — это не я, это только платье.

— Ну да, — хихикнул Граст, — а в платье все равно ты.

— Ой, лучше держите меня ребята, а то если я запутаюсь в этой юбке и упаду, вот смеху то будет.

— Не бойся подруга, мы не дадим тебе так низко пасть — высокопарно заявил рыжий Валар, важно задрав подбородок и подняв вверх указательный палец — мы спасем твою репутацию.

Кира рассмеялась, и дернула Валара за вздернутый нос, — сам смотри не упади, а то нос задрал, под ноги не смотришь.

Кира с интересом рассматривала ребят. Какие красавцы! Каждый постарался выглядеть как можно лучше. На каждом костюм, в которых сильные, подтянутые фигуры смотрятся потрясающе. Сразу видно что воины.

— Так ребята — подошел к ним Мастер Сириин, — не галдите, и будьте серьезнее, сейчас начнется церемония представления. Делайте все правильно, не хочу краснеть за нашу академию. Заходим без толкотни и гама. Веселиться будете немного позже. И имейте в виду, вам разрешено не больше одного бокала вина. Если кто решит напиться, выкину из академии. А сейчас каждый встаньте возле своих учителей.

Их собрали у входа в бальный зал и, услышав объявление о том, что Академия истинных воинов представляет своих учеников, по очереди стали пропускать в двери.

— Истинный воин Мастер–учитель Риалар ле да Рен, представляет свою ученицу Леди Киру. Проорал зычным басом стоявший у входа толстенький мужичок–церемониймейстер в роскошном красном камзоле.

"О боже, на нас пялятся абсолютно все", подумала Кира и, приподняв подбородок, вошла в зал вместе с учителем. За их академией последовало представление учеников академии магии. Кира с интересом рассматривала молодых и не очень молодых магов. С виду люди как люди. Но у них хоть девушек много. Когда всех представили, в середину зала вышли директор академии воинов Сириин, и директор академии магов, мужчина лет семидесяти, одетый в черный отлично пошитый костюм Магистр Летиус ле Ольсен. Каждый поздравил учеников с окончанием учебного года и пожелал будущих успехов в учебе. Но этом официальная часть закончилась, и начались танцы.

Вот тут Кира немного растерялась, потому что к ней протянулось сразу шесть рук. Притом, хозяев этих рук Кира не знала, кроме одного. Она улыбнулась Арену и подала ему руку. Они вышли в середину зала и закружились в танце.

— Ты меня спас — улыбнулась Кира парню.

— Так и знал что тебе понадобится помощь — хихикнул он, — всегда к вашим услугам, Леди Кира.

Она засмеялась. — Впервые готова благодарить за то, что нас учили танцевать.

— Кира, ты меня удивляешь. Обычно девушки любят балы и танцы.

— Танцевать я люблю, а вот балы… не люблю выставляться напоказ, и не люблю когда на меня обращают слишком много внимания, не люблю надутых и разодетых дураков.

— Это я уже понял, и тут действительно полно надутых индюков, но так же много и тех, кто заводит нужные знакомства, и решает много всяких дел — хмыкнул Арен, делая очередное па. — А танцуешь ты прекрасно.

— Ты тоже — улыбнулась она, — но я все время боюсь запутаться в чертовой юбке.

— Вечная проблема женщин воинов. Не переживай, привыкнешь.

Танец закончился и Арен повел ее из центра зала. К ним подскочил Росс, держа за руку рослую хорошенькую блондиночку, из академии магии.

— Ребята знакомьтесь, это Дейра Рилен, студентка академии магии.

Они представились Дейре, и девушка принялась с интересом рассматривать Киру.

— Ты такая маленькая, на воина совсем не похожа — наконец сказала она.

Кира пожала плечами — да уж какая есть.

— Как ты можешь учиться среди одних парней?

— А разве парни могут мне помешать учиться? — улыбнулась она.

— Нет, ты не обижайся, — спохватилась девушка, — просто воины обычно большие и сильные. Даже девушки.

— На что мне обижаться? Я и правда мелкая козявка — засмеялась она. — А вот расскажи нам о магии, это наверное очень интересно.

— Ну–у-у–у — важно задрала нос девчонка — магия это сложная штука, не магу сложно понять.

— А ты попробуй, вдруг поймем — хохотнул Росс.

— Ну, я не знаю что вам рассказать, — смутилась Дейра, — маги много чего могут. Лечить, артефакты делать, бытовая магия там, защитная… Вы наверное это и сами знаете.

— А боевая магия бывает? — Спросила Кира.

— Эээ… бывает, только боевых магов мало. Ты разве не знаешь? Мы можем прикрыть воина магическим щитом в бою, помочь чем‑то, но драться самим и магичить это трудно. Слишком много энергии нужно, и большая концентрация. Воевать это ваша работа, а не наша. Есть конечно боевые маги, но их мало. И это уже высший уровень мастерства.

— Точно детка — подмигнул Арен, — воевать это наша работа. Так девочки, быстренько пошли выпьем, говорят тут вино хорошее. — И схватив Киру за руку, потащил ее в другой зал.

А Кира вдруг задумалась. Это что ж получается, боевая магия на самом деле совсем не то, что она себе представляла? И в то же время есть истинные воины. Ха. А у истинных воинов есть некая сила. Это разве не боевая магия? Или все же боевая магия не имеет ничего общего с даром воина? Эх, как бы понять в чем разница, не задавая лишних вопросов. Или спросить напрямую у учителя?

Во втором, не таком большом зале, стояли столы с разными легкими закусками. Что‑то типа шведского стола, только стол не один а десять. И везде все разное. На одних столах только сладости, на других канапе или кусочки запеченного мяса или рыбы. Тут же большое количество небольших двузубых вилок, и небольших тарелочек сложенных горкой, и ряды бокалов. Кстати кроме легкого вина из спиртного больше ничего небыло. Слегка перекусив и глотнув немного вина их развеселившаяся компания, к которой уже присоединились еще пару девушек, веселой гурьбой вывалилась в танцевальный зал. К Кире сразу же подошли несколько мужчин, приглашая ее на танец, и девушка, решив что не может все время прятаться за спинами друзей, вложила пальцы в первую же попавшуюся протянутую к ней ладонь. Подняла глаза, и слегка удивилась. Это точно не ученик, а совсем взрослый мужчина. Ну и ладно, какая ей разница. Еще час, и она попытается сбежать отсюда.

— Дабрый вечер Леди. Разрешите представиться, Нэрэй ар та Виен.

— Добрый вечер, — вежливо сделала легкий реверанс она, — Кира.

Мужчина вывел ее в центр зала, и закружил в танце. Да, хорошо что ее все же учили танцевать, не то она бы опозорилась сегодня. Все эти местные выверты, совсем не похожие на то к чему она привыкла дома, требовали внимания. Это вам не ногами дрыгать. В местных танцах все движения расписаны на каждый такт. Ошибаться низззяя. Плохой тон. Правда это только на балах. Ребята рассказывали, что более простой народ танцует весело, и совсем не похоже на все эти светские выкрутасы. Ну чем люди проще, тем веселее они живут не заморачиваясь и не желая добавлять себе сложностей.

— Как вам учеба в академии Леди? Не слишком тяжело для такой хрупкой девушки? — Вдруг заговорил Нэрей ар та Виен, делая очередное па.

— Нет, что вы, мне нравится учиться. — Вежливо ответила Кира.

— У вас, Леди, просто потрясающе красивые глаза — выдал он, комплимент.

— Спасибо. — "Хотела бы я знать что б ты сказал, если бы увидел как они светятся". Усмехнулась она про себя. Ей стало интересно, он отвесил ей комплимент потому что так положено, или что‑то задумал. В том мире где она росла, женщины не слишком верят комплиментам. Тем более что в этом мире она точно не была эталоном красоты. Здесь ценились дамы попастые и сисястые. Такие что бы было за что ухватить, а не такие вот селедки как она.

— Леди Кира, если вы не возражаете, я хотел бы познакомить вас с моим сыном. Он очень интересный молодой человек.

"Ха! Теперь понятно" — засмеялась она про себя, и подняла глаза на этот проныру. — Благодарю, за честь Нэрэй ар та Виен, но я думаю что молодые люди должны быть более смелыми, и знакомиться с девушками без помощи родителей — сладким голоском почти пропела она, приседая в легком реверансе, которым закончился танец.

Из танцевального зала она сбежала сразу же, не желая больше подобных разговоров, и спустилась в сад, намереваясь тихонько проскользнуть в темноте, и удрать в академию. Ага, размечталась.

— Леди, разрешите составить вам компанию. — Услышала она за спиной, и на секунду закатив глаза — обернулась. На ступеньках террасы стоял эльф. Темный.

— Благодарю вас… — она замолчала.

— Риниэль аль де Олли — представился незнакомец.

Кира уже знала что приставки эль, аль, иль к имени у эльфов много чего значили. Например принц, с которым она имела несчастье познакомиться, имел приставку эль, что значило принадлежность к правящей династии. Приставка аль — это древний аристократический род. Иль — чуть попроще, но тоже из аристократии. Значит перед ней кто‑то из уважаемого древнего рода.

— Благодарю вас, Риниэль аль де Олли за предложение, но мне хотелось бы немного проветриться в одиночестве.

— Леди, простите что помешал вам, но у меня есть к вам небольшое дело. И я не мог найти другого способа подойти к вам. Ваша академия отказалась дать мне возможность с вами поговорить.

— Ага. Академия отказала, и вы решили устроить за мной слежку.

— Нет, Леди, что вы. Никакой слежки. Я знал что будет бал по поводу окончания учебного года, и просто решил что смогу встретиться с вами здесь.

— И что же вам нужно от меня?

Эльф скользнул ближе на пару шагов, и встал рядом. — Меня послал Повелитель Темного леса — тихо, почти прошептал он, — нам стало известно что вы спасли жизнь сыну повелителя.

— И? — Приподняла левую бровь девушка.

— И что принц не выразил вам всю степень благодарности. Простите его, он очень молод. Повелитель просил передать вам, что он в долгу перед вами, и хочет вас отблагодарить.

— Ваш Повелитель в долгу передо мной? — У девушки вверх поползла вторая бровь. — Насколько я помню, я спасла жизнь не ему, а его сыну. При чем же здесь Повелитель? И потом, мне ничего ненужно. Поэтому передайте Повелителю, что я польщена таким вниманием, но он ничего мне не должен, впрочем как и принц.

— Леди — брови эльфа съехались к переносице, — я слышал вы издалека, и можете не знать наших законов чести. Вы спасли жизнь принцу, и мы не хотим быть неблагодарными. Лоритиэль эль та Миро слишком юн по нашим меркам, и слишком многого еще не понимает.

— Уважаемый Риниэль аль де Олли, — вздохнула Кира, — я не совсем понимаю что вы от меня хотите.

И тут она опять почувствовала тот самый взгляд! Мощный, дикий, ненавидящий. Ее захлестнуло чужой эмоцией так, что мороз по позвоночнику продрал. Она резко обернулась, ища источник, закрутила головой, стараясь сдержать панику, подняла глаза выше и увидела это! Прямо из ночного неба на нее смотрели дикие, черные и страшные глаза. Ненавидящий взгляд казалось пытается ее сломать, убить, растерзать. Она почувствовала как злость накатывает на нее и захлестывает с головой, а глаза разгораются темным пламенем. Показалось ей или и правда ее глаза полыхнули, попав этим выплеском прямо в те, чужие и ненавидящие? Но глаза моргнули и растворились в ночном небе как и не было, оставив только дрожь во всем ее теле. Он пошатнулась и закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки.

— Леди? — это голос эльфа вырвал ее из ступора.

Кира медленно повернулась, опустив глаза, боясь что они сейчас могут гореть бешеным огнем. Осторожно и глубоко вздохнула, заставляя себя успокоиться.

— Леди что… — эльф запнулся и замолк.

Кира нехотя подняла на секунду взгляд, и вдруг увидела что эльф, неприлично приоткрыв рот, уставился ей куда‑то на грудь. Опустила глаза не понимая что это еще за явно неприличный взгляд, и нахмурилась. Расширившимися глазами эльф смотрел на ее амулет, который видимо, выскользнул из‑за корсажа, когда она резко обернулась. Она спокойно взяла подвеску двумя пальцами, и демонстративно спрятала ее обратно. Риниэль аль де Олли проследил за ее движением и медленно поднял шальные глаза на ее лицо. Но девушка уже смогла взять себя в руки, и несмотря на то, что в ее голове мысли неслись со скоростью экспресса, спокойные, черные глаза бесстрастно смотрели на эльфа.

— Что случилось, Риниэль аль де Олли? — Спокойно спросила она, лихорадочно размышляя о том, видел ли эльф те жуткие глаза на небе, или это ее личный глюк? Он такой обалдевший из‑за подвески на ее шее, или из‑за чего? И с чего эта самая подвеска уже второй раз привлекает внимание эльфов. Эльф еще постоял немного как истукан, и наконец‑то разлепил губы.

— Леди, откуда у вас этот амулет?

Интересно. Кажется он задает тот же самый вопрос, что задал ему и эльф в серебряном лесу.

— Вы знаете что это за амулет?

— Да, это… звезда Высшего. Леди, где вы взяли его? Как смогли одеть? Какое отношение вы имеете к Высшим? Вы… посланник Высших?

— Риниэль аль де Олли, простите, но думаю вас это никак не касается, — наконец сказала она, гадая какую реакцию у него вызовет ее заявление. Честно говоря, ей было сейчас немного не до амулета. У нее до сих пор по позвоночнику мороз гулял от того дикого взгляда. Она смогла взять себя в руки, но вот успокоиться никак не получалось. И очень хотелось уйти домой и спокойно обо всем подумать.

— Простите Леди — прошептал эльф и вдруг встал на одно колено, склонив голову, — вы можете рассчитывать на мое молчание. Здесь не подходящее место для разговора, и поэтому я прошу вас о встрече в любое удобное для вас время.

— Завтра Риниэль аль де Олли. Мы встретимся завтра. — кивнула девушка.

— Чем я могу вам помочь? — В глазах мужчины светилось что‑то странное, и Кира поежилась.

— Вы можете меня проводить до академии?

— Конечно, Леди, я к вашим услугам. — С какой‑то поспешностью и готовностью сделать все что она скажет, кивнул он. — Я приведу моего коня. Подождите минуту. — Он исчез и появился уже верхом действительно через минуту. Протянул ей руку, и осторожно посадил впереди себя в седло.

Он молча довез ее до академии, осторожно поставил на землю, и спешился сам.

— Леди если вам нужна моя помощь, или что угодно, рассчитывайте на меня. Я буду в городе еще неделю, а потом должен буду уехать в Темный лес на какое‑то время. Когда вы готовы со мной встретиться?

Немного подумав, она сказала, — давайте встретимся завтра. Во второй половине дня.

— Где?

— Где нибудь не далеко от академии, в людном месте.

— Таверна "Перевал" вас устроит? Это на следующем квартале.

— Хорошо, я буду там. — Согласно кивнула она. — А теперь мне пора. Доброй ночи, Риниэль аль де Олли.

— Называйте меня Риниэль, Леди Кира. Я буду ждать вас. Доброй ночи. — Он коротко поклонился и вскочил на коня.

Примчавшись домой, со скоростью на какую была способна в бальном платье, она со стоном плюхнулась в кресло и потерла гудящие виски. Чем дальше, тем больше она запутывалась. А эти глаза в ночном небе… У нее не хватало слов, чтобы описать это. А вот эльф их кажется не заметил. Во всяком случае ничего не сказал. Кажется его интересовал только ее кулон. Она дернула за цепочку, вытаскивая кулон из под лифа, и уставилась на него во все глаза. Она видела его тысячи раз, и давно перестала обращать на него внимание. С виду кулон как кулон. Похоже на серебро. Что в нем особенного? Надо выяснить у Риниэля завтра все что сможет об этой звездочке. Но как сделать это чтобы он не понял, что хозяйка этого самого кулона, ничего не знает о нем? Вряд ли она может доверять здесь хоть кому‑то. Все это время она носила закрытую одежду, или форму академии, и кулон спокойно себе висел на цепочке, скрытый от чужих глаз. А вот сегодня выпрыгнул как чертик из табакерки, добавив ей еще одну загадку, а возможно и проблем. Кира раздраженно встала, и прошлась, меряя шагами небольшую комнату. Потом вспомнила что она еще в бальном платье, сняла его, одела длинную тунику, которую носила дома, и начала было заплетать косу, но потом запутавшись в собственных кудрях вдруг схватила нож, и одним махом отрезала половину длины волос. Голове сразу стало легче, а кудряшек почему‑то больше. Теперь ее волосы были длиной чуть ниже плеч, а кудри забавно стремились разбежаться во все стороны. — Хорошо что я не отмахнула волосы слишком коротко, а то была бы сейчас похожа на пуделя, — пробурчала девушка. С ее кудрями даже на Земле никто не мог справиться. Сколько она ни пыталась химически выпрямить волосы, не действовало ничего, как и перекрасить их не получалось. Вот не брала краска ее шевелюру, хоть плачь. Совершив акт вандализма со своими волосами, девушка сплела волосы в короткую косу и вдруг совсем успокоилась. Задумчиво забралась на кровать, и села поджав под себя ноги и задумалась. Итак, глаза в ночном небе. Судя по всему эльф ничего такого не видел, иначе, скорее всего, сказал бы хоть что‑то. Одно из двух, либо она сходит с ума, либо эти глаза все же были. А если эти глаза ей не привиделись, то где‑то же должен быть хозяин этих глаз. Притом, этот хозяин ее ненавидит до такой степени, что у нее только от воспоминания от его взгляда, нервная дрожь начинается. А за что можно ненавидеть простую семнадцатилетнюю девчонку? Да так сильно, что он нашел ее даже здесь, в другом мире! Как бы то ни было, но этот взгляд пропадает от ее гнева. А точнее от выплеска силы, спровоцированного гневом. И что это дает? Он ее не боится, иначе не появлялся бы, и не сверлил своей ненавистью, но тогда что? Опасается? Осторожничает? Или не хочет засветиться? Так уже засветился. Как же понять? И да, что там Риниэль говорил о высших? Оказывается существуют какие‑то загадочные высшие, и ее приняли за их посланницу. Очень мило. Осталось разобраться кто они вообще такие. А спрашивать нельзя. Кира чувствовала всем существом, что задать этот вопрос напрямую ей никак нельзя. И тем более нельзя больше светить кулон. Примут за самозванку или еще какого‑то черта, и тогда проблем станет в разы больше. А у нее и так голова кругом от всего этого. Далее, ее амулет. Что он такое? Девушка опять вытащила его из под одежды и внимательно осмотрела. С виду ничего особенного, ну висит на цепочке серебряная звездочка, и что? Правда у нее уже стало возникать сомнение в том что это серебро, слишком уж этот металл крепкий. Цепочка не рвется, и за столько лет на кулоне ни одной царапины. Да он даже не темнеет! Она задумчиво сняла с шеи цепочку, покрутила в руках, и вдруг резким движением рванула, пытаясь ее порвать. А фигу! Как была целой, так и осталась. Звенья даже не погнулись, и выглядели так же, как и до попытки их порвать. Еще интереснее. Понимая что не в силах разобраться, Кира помотала головой, чтобы прогнать усталость. Надо бы еще помедитировать, а то этот бал совсем выбил ее из колеи. Села по привычке в позу лотоса, и закрыла глаза. Сознание поплыло, и ей вдруг показалось что она видит все вокруг, не открывая глаз. Смутно как в тумане обрисовались контуры комнаты, невнятная тень от шкафа. Она медленно открыла глаза, обвела комнату взглядом, опять закрыла, пытаясь увидеть то что и с открытыми глазами. Картинка стала более четкой, и стало интересно. Она то открывала глаза, то закрывала, когда ее взгляд упал на цепочку, которую она так и продолжала держать в руках. И обомлела. От цепочки шел слабый голубоватый свет, но вот от кулона… Девушка глубоко вздохнула, изо всех сил стараясь не потерять концентрацию, и опять взглянула. Звездочка сияла странным, ни на что не похожим светом. Если бы Кира попыталась описать увиденное, то она бы сказала что внутри этой звездочки ярко сиреневое сияние, которое затемняется и плавно переходит в черное. При том, что радиус этого сияния хоть и был не большим, создавалось впечатление что внутри звезды горит настоящее сиреневое пламя. Это похоже на ее силу. Черное с сиренью. Черный космос а в нем сиреневая звезда. Красиво. В дверь постучали и Кира вздрогнув, очнулась. Лихорадочно надела на шею цепочку, и спрятала звездочку под тунику.

— Войдите.

В комнату влетел Риалар. — Кира! Вот ты где! Ты почему не сказала что уходишь?

— Эээ… — она смущенно потупилась, — а вы бы меня отпустили домой?

— Да ни за что, мы должны были вернуться все вместе — хмыкнул учитель.

— Ну вот потому и не сказала — меланхолично сказала она, и вдруг хитро улыбнулась.

Риалар рассмеялся, но потом стал серьезным — Кира, это испытание ты не прошла.

— Знаю — поморщилась она. — Но там так много людей, и все так смотрят… это неприятно.

— Ты воин, с чего вдруг тебя стали смущать чужие взгляды? Ты не можешь делать только то, что тебе нравится. И это не тот случай, чтобы позволить себе слабость. Я вынужден тебя наказать. Не за то что ты сбежала, а за то что проявила слабость, что не подобает воину. Завтра пойдешь после утренней тренировки на кухню, будешь там помогать. И после дневной тоже.

— Мастер, у нас же закончился учебный год, какие тренировки? — она состроила невинные глазки и захлопала ресницами.

— Ага, мечтай — рыкнул Риалар, — до того как поедем к Мертвым землям, будешь тренироваться у меня еще больше. А там и подавно.

— Ладно, — засмеялась Кира, — я вообще‑то и так собиралась тренироваться. Мастер, а можно мне наказание отработать утром и вечером, а не днем? Я днем пообещала в город ненадолго выйти. — Быстро спросила она, вспомнив что ее будет ждать эльф.

— Хорошо — поморщился Риалар. — Кому это ты пообещала?

— Да темному эльфу. Он вчера очень просил меня об аудиенции.

— Эльф? И что ему надо? Неужто принц послал?

— Вот я и хочу понять, что ему от меня нужно — вздохнула она.

— Хорошо — нахмурился Риалар. — И не забывай, что стоит тебе сжать пальцами камень в кольце, к тебе придут на помощь. Или хочешь чтобы я с тобой пошел?

— Я помню про кольцо Мастер. Но не думаю что это может мне чем‑то грозить, поэтому спасибо, но я справлюсь.

— Ладно, отдыхай. — Сказал он, и резко крутнувшись на пятках, вышел.

Кира засмеялась и покачала головой, надо же, наказания такие же как дома, чистить картошку или помои выносить. Забавно.

Днем следующего дня, девушка вошла в таверну "Перевал" и осмотрелась. Зал был почти пуст, и не увидев Риниэля Кира пожав плечами, села за самый дальний столик, попросив принести тико. Она улыбалась, вспоминая как утром явилась на кухню отрабатывать наказание. Мариза, та самая Мариза которая все время старалась ей угодить хоть чем‑то, вытаращив глаза, уставилась на Киру, скромно стоящую на пороге и заявившую что прибыла для отработки наказания.

— Ой, девочка моя, да ты что! Иди отдыхай, какое такое наказание! Давай я тебя лучше накормлю. А мы все сами сделаем, что ты. Не волнуйся, никто не узнает, — запричитала она, и замахала на девушку руками.

— Э нет, — Кира не выдержала и прыснула, — Мариза я это наказание обязательно отработаю, так что даже и не заикайся мне про то чтобы я ушла.

— Да как же я могу тебе грязную работу дать, ты же дочку мою спасла, я ж потом себе места не найду!

— Тише, — хихикнула Кира, — не причитай так. Или ты думаешь, Риалар меня просто так на кухню загнал? Спорим придет проверить? Он же точно знает, что ты не захочешь чтобы я ковырялась в помоях. Да и вообще, я заслужила наказание, так что давай работу, буду делать то что должно. Я же воин Мариза, нехорошо воину от своих обязанностей отлынивать, некрасиво.

В общем пришлось Кире настаивать, а потом и делать вид что сердится, пока растерянная Мариза все же смирилась с такой помощницей. И когда учитель, как она и предполагала, зашел проверить чем занимается его ученица, он застал совершенно мирную картину. Кира с каким‑то еще проштрафившимся учеником спокойно чистили овощи. Мастер удовлетворенно кивнул, и вышел.

— Простите Леди, я опоздал — услышала над своей головой девушка и подняла глаза от чаши с тико.

— Вы не опоздали Риниэль, это я пришла немного раньше. Садитесь.

Риниэль сел напротив нее, и неуверенно улыбнулся.

— Я слушаю вас, Риниэль, зачем вы хотели меня видеть?

— Леди… — он неуверенно замолчал, а потом понизив голос почти до шепота, продолжил — скажите мне, вы посланница Высших?

— Э нет, так разговор не пойдет — усмехнулась она, — по моему вы искали меня не для того чтобы выяснять кто я есть.

— Простите — вздохнул эльф, — просто я ночь не спал, думая о том что наши молитвы могли быть услышаны, и хочу чтобы вы знали, что помогу вам всем чем смогу.

— Риниэль — нахмурилась девушка, — расскажите мне что вы знаете об амулете.

— Что знаю? — Мужчина прикусил губу, — ну то что такие амулеты принадлежат Высшим или их посланникам. Что они имеют большую силу и их невозможно украсть, и даже невозможно взять в руки, без разрешения хозяина. В древних летописях написано что подобные амулеты на многое способны, правда на что именно неизвестно. Носители этих артефактов появляются в мирах для того чтобы предотвратить страшное что‑то или исправить, или наказать. Большего мне не известно.

— И как давно у вас появлялся посланник?

— Очень давно. В летописях сказано что примерно шестьсот лет назад. Я, честно говоря, думал что это сказки, пока не увидел ваш амулет. Хотя наш народ давно молит богов о помощи.

— И о чем же именно вы молите?

— Мертвые земли, — пожал плечами Риниэль, — о чем же еще. Эта зараза, несмотря на все наши усилия медленно и постепенно все равно расползается. По нашим подсчетам лет через четыреста она займет большую часть нашего мира.

— Понятно, — кивнула Кира задумчиво. — Ладно, теперь говорите что нужно от меня Повелителю Темного леса.

— Вы Истинный воин — улыбнулся Риниэль, — Повелитель знает на что способны истинные, и не хотел предвзятого отношения к Темному лесу, из‑за одного неразумного сына. Его высочество принц Лоритиэль, рассказал нам, что произошло и как, и Повелитель был крайне недоволен поведением своего сына, и его неблагодарностью. И поверьте, Повелитель действительно вам благодарен, и будет рад видеть вас у себя в гостях, и он точно не хочет, чтобы у нас возникли какие‑либо трения с братством Истинных воинов.

— Надеюсь вы это несерьезно? — Приподняла брови девушка, — или и правда решили что у меня сложится предвзятое отношение к вашей расе, из‑за одного его представителя? Знаете, мне эта история уже порядком надоела, и я предлагаю ее забыть. К тому же я не знала что спасаю жизнь принцу, и сделала только то, что сделала бы для любого другого, не важно кто он, эльф или человек. И поверьте, я давно бы забыла об этой истории, если бы мне о ней не напоминали так настойчиво.

— Понимаю — кивнул Риниэль, — и благодарю вас. Возможно вам что‑то нужно? Мы предлагаем вам любую помощь, какая вам может понадобится.

— Пока что мне ничего ненужно — улыбнулась Кира, — но я буду помнить о вашем предложении. А так же прошу лично вас Риниэль, не распространяться о том амулете, который вы видели.

Мужчина заглянул на минуту ей в глаза и согласно кивнул.

— Вот и хорошо. А теперь мне пора. Всего вам доброго — Девушка поднялась и кивнув Риниэлю, вышла.

Вечером отрабатывая свое наказание, Кира ломала голову над тем, что узнала от эльфа. Получалось что ее амулет действительно нечто особенное. И вот тут возникал вопрос, почему он оказался у нее, и кто же она такая, в таком случае? Амулет ей оставила мать, или кем там являлась та женщина, что оставила ее той ночью в машине, то получается что сама Кира имеет какое‑то отношение к загадочным Высшим. Знать бы еще какое. И еще нужно бы придумать как изучить этот самый амулет, который она носила на своей шее всю свою жизнь, даже не подозревая о его необычности. Риниэль говорил что эти амулеты на многое способны. Вот как узнать на что именно? Но светить его ни в коем случае нельзя, а то неизвестно что из этого может получится. Вряд ли что‑то хорошее. От этих загадок у нее голова кругом шла. И не смотря на то, что она кое что все же узнала, легче ей от этого не стало, скорее наоборот. Плохо то, что теперь эльф будет думать что она должна спасти их мир. А как она интересно это может сделать? Нашел героиню по спасению мира. Ага. Это было бы даже смешно, не будь так печально. Она даже сама с собой разобраться не в состоянии, какие уж тут геройства. А тут еще и этот взгляд с небес, не добавляет оптимизма. Неизвестно во что это может вылиться.

11

К заставе Мертвых земель учеников вместе с их наставниками отправили уже через неделю. Ехали довольно долго, около двух недель, ночуя в походных шалашах если шел дождь, и просто под звездным небом, если дождя не было. А Кира пожалела что тут, несмотря на присутствие магов, не придумали порталы или телепорты. Приехали они к небольшой приграничной деревушке, которую Кира тут же, про себя, окрестила военным городком. Жили тут только те, кто охранял границы, и их семьи. Деревенька выглядела чистой и уютной. Возле семейных домов виднелись огороды, и водилась разная живность. Имела она около трех десятков домов и домишек, и даже школу для детей. Правда детишек тут было немного и берегли их как самую большую ценность. Сама деревня находилась в живописном месте. С одной стороны цепочка гор, с которых вниз стремилась бурным потоком река, с другой стороны лес. Сама же граница представляла собой примерно в километр шириной вырубленную выжженную и перепаханную полосу земли, плотно покрытую каким‑то серым веществом. А дальше уже начиналась мертвая и грозная черная земля. Ученикам выделили небольшие домики, в которых они жили по двое или по трое. И только Кире, как единственной девушке в этой компании, дали самый маленький но отдельный домик. Что ее радовало, Граста и Валара тоже послали сюда на практику, вместе с еще десятью учениками, а значит ей все же будет веселее. Парни поселились в ближнем от девушки домике и громко возвестили что они будут ее охранять. По краю деревни стояли две сторожевые вышки, где попеременно сменялись часовые. Так же была прекрасная конюшня, и большая столовая, где кормили всех, кто не хотел или не имел времени готовить сам. Чуть дальше, на отшибе, стояла кузня. Домик, в котором Кире предстояло жить около двух месяцев, ей понравился. Внутри он был таким же маленьким, как и снаружи, и имел небольшой зал, еще меньшую спаленку, крохотную кухню, и даже ванную. Точнее ее тут называли мыльня, но Кира про себя называла так, как привыкла дома. В ванной имелась деревянная большая, овальная бадья и так же довольно удобное сидение, ну понятно для чего. Все просто и функционально. Ученикам дали время для отдыха после утомительной дороги, а назавтра пообещали распределить среди патрулей.

Кира с удовольствием искупалась, ожесточенно растирая тело жесткой мочалкой, облилась на последок холодной водой, и переодевшись в чистую одежду, счастливая плюхнулась на кровать, расческой подсушивая непослушные кудряшки. Потом заплела волосы в тугую косу, которая теперь стала гораздо короче, и доставляла меньше проблем, а потом решила пройтись и осмотреться. Впрочем едва она показалась на пороге дома, ее веселыми криками поприветствовали Валар с Грастом, тоже все такие чистые и свежие.

— Кира, пошли поедим чего нить, а то у нас уже в животах бурчит.

— Обжоры — хмыкнула она, но послушно потопала вместе с парнями. Есть, если честно, действительно хотелось.

Она завалились в столовую веселой гурьбой, прихватив по дороге еще троих голодных. Женщины, занимающиеся стряпней заулыбались, глядя на голодную молодежь, и быстро притащили им гору еды. Две молоденькие подавальщицы с интересом поглядывали на красавцев парней и хихикали, перешептываясь. Парни тоже бросали на них короткие заинтересованные взгляды, но еда, пока что, привлекала их больше. Столовая стала постепенно заполняться народом, и Кира с интересом оглядывала мужчин, устало опускающихся на деревянные лавки. Кажется только что закончилась смена на границе, и проголодавшиеся суровые воины неспешно ели, отдыхая и тоже рассматривая пополнение. Часто их взгляды обращались на нее, с интересом но без удивления они бросали взгляды на девушку, скользили взглядами по хрупкой фигурке, переводили глаза на рукояти килоров, торчащих за ее спиной, хмыкали и снова утыкались в свои тарелки.

— Граст, Валар, может прогуляемся по округе? Здесь такая красота, такая природа что дух захватывает — предложила она, уже устав от такого внимания.

— Конечно пойдем. Если учителя отпустят. — Кивнул Валар.

— А чего не отпустят? — Удивился Граст.

— Ну так граница рядом, — пожал плечами Валар.

— А мы не пойдем в сторону границы.

Искать учителей им не пришлось, те как раз зашли в столовую, и увидев своих подопечных подошли к их столу.

— Мастер Риалар, можно нам прогуляться по округе? — Спросила Кира, без всяких околичностей.

— Только не в сторону границы! — Рявкнули сразу все три Мастера наставника.

Валар засмеялся, и поднял руки вверх — мы только к горам пройдемся и на лес посмотрим. Обещаем не соваться к Темным землям.

— Идите — хмыкнул Риалар, — все равно же не успокоитесь, пока везде носы свои не всунете.

Природа была просто потрясающе прекрасной. Но Кира почти сразу ощутила слабое подрагивание почвы под ногами и нахмурилась

— Чувствуете это?

— Что? Как земля дрожит? Тут огненная гора есть — улыбнулся Граст, ткнув куда‑то за спину девушки.

— Вулкан? Действующий? Вот это да! А если рванет?

— Ну может и рванет, — пожал плечами Валар, — думаешь первый раз? Он уже бабахал лет тридцать назад. Не бойся, лава в другую от нас сторону потечет. Правда говорят, что когда он извергается, то земля так дрожит что устоять невозможно. А пока только слегка вибрация идет и все.

Кира оглядела вершины гор, но никакого дыма, предшествующего извержению, не заметила.

— Никогда не видела вулканов — задумчиво сказала она.

— Не ты одна — улыбнулся Граст. Но может нам повезет. Или если быть точным, не повезет его увидеть.

— Ну чего встали, — хихикнул Валар, — пошли к горам или к реке.

— Сначала к горам — решительно сказала девушка и бодро зашагала к подножию гор.

Как оказалось, горы находились не так близко как казалось. Идти пришлось под гору, но молодым людям, с их‑то физической подготовкой было все равно насколько круто поднималась земля под их ногами. Примерно через час они добрались до подножия гор, и замерли, задрав головы вверх. Над ними нависали почти отвесные скалы. Верхушки гор отсюда видно небыло, но зато вибрация ощущалась сильнее. Кира присела и положила руки на каменистую землю, закрыла глаза и прислушалась. Казалось где‑то там внизу сонно ворочается огромный зверь. Тихо бормочет что‑то, ворчит. Она поднялась и подошла к скале, положила руки и туда, ощутила слабое колебание. Ей захотелось посмотреть вокруг другим зрением. Тем, которое показывало ей разницу, между казалось бы, одинаковыми предметами, но парни не давали ей сосредоточиться, и она оставила эти попытки. Вообще, это ее новое зрение было для Киры как новая игрушка. Она вдруг четко поняла, что любая вещь, человек, предмет, может оказаться совсем не тем, что кажется на самом деле. И поэтому твердо решила что должна научиться смотреть этим зрением всегда, когда захочет, не задумываясь и не напрягаясь. И хоть пока не слишком получалось, она не уставала упорно тренировать это умение. Откуда‑то сверху посыпались мелкие камешки. Они втроем подняли головы вверх и увидели на почти отвесной стене замершую козу.

— Ух ты, — тихо восхитился Валар, — горная коза. И как она там стоит интересно. Там же толком даже зацепиться не за что.

— Кира с удовольствием понаблюдала за животным, которое пугливо и резво проскакало куда‑то еще выше и скрылось.

— Красивая, — улыбнулась она.

— Эх, какое мясо убежало — почесал в затылке Граст, — жаль луки не прихватили.

— Уууу, обжора, — засмеялась Кира, — тебе бы только слопать кого нибудь.

— Ну а чего? У нее мясо вкусное.

— На, оглоед — засмеялась она, и достав из кармана яблоко, протянула парню. Второе такое же дала Валару и вцепилась зубами в третье.

— Оооо, ты спафла меня от голофной смефти — пробубнил Граст с полным ртом, разом откусив сразу половину плода.

— Ха–ха–ха, Граст, ты ж часа три назад от пуза наелся. Ты что, ешь как младенец, каждые три часа? А вроде ж не толстый! — засмеялась девушка.

— Я рафту! — Важно поднял палец вверх парень, запихнув в рот оставшееся яблоко вместе с сердцевиной.

— О, да, рафтущий организм, ну конечно — опять захохотала она, глядя как он вытаскивает изо рта хвостик от яблока, и скривившись отбрасывает его в сторону. Голубые глаза парня с длиннющими ресницами лукаво смотрели на девушку.

Валар хмыкнул и треснул друга по плечу — пошли, растущее дитя, хватит тут глазки строить.

Где‑то слева слышался шум бурной горной реки и они не сговариваясь пошли в ту сторону весело переговариваясь. Неширокая река неслась откуда‑то с гор, рокоча и шумно бурля. Купаться тут было нельзя, при таком течении только ненормальный полезет в воду. Она срывалась серией водопадов, и бешено устремлялась вниз. Разговаривать стало невозможно, из за такого шума не было слышно даже своего голоса. Они постояли с интересом глядя на это буйство первозданной природы, и Валар тронул за плечи обоих, показал рукой вниз, предлагая отправиться вниз по течению. Примерно через полчаса, река вдруг разделилась на два потока. Один резко свернул вправо, а второй упорно продолжил путь прямо, устремившись в сторону их деревеньки. Течение стало тише, грохот водопада отсюда тоже был не таким сильным и ребята бодро топали вдоль реки, решив найти для себя приличное место для отдыха на природе. Слегка свернув в сторону, чтобы обойти груду наваленных камней, они увидели такую же группку учеников в количестве трех штук, валяющихся на мягкой траве совершенно блаженными физиономиями.

— Карас, Род, Изель, а вы то что тут делаете? — Крикнул Валар, ловко перепрыгивая с камня на камень.

— Валяемся — лениво приоткрыл один глаз Род, невысокий черноглазый, черноволосый и очень смуглый парень, напоминавший Кире цыгана.

Кира знала этих ребят, несколько раз они присоединялись к их прогулкам в лесу. Да и учились они все же в одной академии.

Валар доскакал до валяющихся ребят и тоже плюхнулся в высокую траву, блаженно прищурился и заявил что тоже не прочь поваляться.

Кира с Грастом переглянулись и рассмеялись.

— Идите к нам, — лениво махнул им Карас, — будем валяться вместе.

Карас был самым высоким парнем в академии чуть больше двух метров. Он вечно страдал от того что из‑за роста ударялся головой о то, что нормальный человек проскакивал, даже не замечая. Был он некрасив, лицо было немного лошадиным. Впрочем, это не мешало ему быть отличным парнем. Изель же был совершенным альбиносом. Белая кожа, водянисто–серые глаза, почти белые волосы. Он плохо переносил яркое солнце, и сейчас лежал чуть поодаль, в густой тени, но с такой же блаженной физиономией. Впрочем, от своего альбинизма парень особо не страдал, зрение (что странно, учитывая то, что альбиносы часто очень плохо видят) у него было отличным, здоровье тоже. А прятаться от прямых солнечных лучей не так уж сложно, если одеваться в закрытую одежду. А особенно если вовремя накидывать на голову капюшон. А капюшоны были у него не только в плаще а и почти на всей верхней одежде.

— Ну и чего вы разлеглись? — поинтересовалась Кира, присаживаясь рядом на траву.

— Устали — пробурчал Карас, не открывая глаз, — а тут такая красота и учитель над душой не стоит.

Кира огляделась и удовлетворенно кивнула. Место и впрямь было хоть куда. Тут и искупаться можно, течение не слишком быстрое, и спуск к воде хоть и каменистый но пологий. И вид чудесный. Что‑то блеснуло в воде и девушка поднявшись спустилась с берега, всматриваясь. В воде между камней тускло поблескивало кольцо. Кира потянулась за ним, достала и с удивлением поняла что это кольцо не что иное, как перстень истинного воина.

— Ребята, идите сюда. — Позвала она, с недоумением рассматривая находку.

— Лень — фыркнул Валар — заразившись всеобщей ленью.

Она вздохнула, и внимательно огляделась, не понимая как тут могла оказаться это кольцо, и куда делся его хозяин. Эти кольца конечно можно было снять, если снимал сам хозяин. А если он его снял, то почему оно тут? Их нельзя потерять. За ближайшем камнем ей почудилось что‑то странное, и Кира поднявшись, решительно отправилась туда и замерла, придушенно вскрикнув. Среди камней застряло тело молодого парня! Она кинулась к нему, и резко остановившись, еле сдержала крик. Тело молодого, красивого парня было изуродовано. При том так, что не возникало сомнений, что сделали это совсем не звери и даже не река или камни. Тут явно поработали люди! На еще недавно красивом лице, виднелись безобразные резаные раны. При том не просто резаные. Кто‑то намеренно вырезал на лбу и щеках воина, странные, одинаковые знаки. Грудная клетка вскрыта и кажется внутренностей нет. И что самое ужасное, девушка его узнала! Это был один из учеников их академии, только сегодня приехавших на заставу, вместе с ней!

— Ребята, сюда, скорее — крикнула Кира, стараясь сдержать панику, и лихорадочно оглядываясь. Потом не дожидаясь ребят, она крепко прикусила губу и осторожно, за плечи перетащила тело изуродованного парня на берег. Нет, это точно не несчастный случай! Вдруг она насторожилась, потому, что мало того что ей послышался странный металлический звон чуть в стороне, но еще и парни не ответили на ее отчаянный зов. Мгновенно выхватив килоры из ножен, она неслышно пронеслась назад, к поляне где отдыхали друзья и застыла, прячась за большим камнем. На поляне царила тишина. Четверо ребят мирно спали, лежа на траве, но ей опять послышался тихий металлический звон, где‑то за деревьями и девушка нахмурилась. Секунду подумала а потом резко взвинтив скорость пронеслась к поляне, и резко дернула за руку сначала Валара а потом и Граста. Парни не отреагировали. Казалось они впали в забытье. Крепко сжав зубы и буквально чувствуя всей кожей приближение опасности, она схватила Валара за шиворот и резко протащив его по камням, окунула в реку. Только тогда он отреагировал, забарахтавшись в ее руках, да и то как‑то вяло. Кира резко дернула парня, придерживая голову, и по воде потащила за ближайший камень.

— Что ты… — начал было возмущаться Валар, но девушка быстро закрыла ему рот рукой.

— Тихо ты. — Прошипела она ему прямо в ухо.

Валар ошалело поводил глазами, потом в упор глядя на обратившуюся вслух девушку, замер и тоже прислушался. Девушка наклонилась к его уху и прошептала — Приготовься к бою, воин, мы должны спасти ребят. Одновременно она вспомнила что в любой момент может позвать на помощь, и резко сдавила пальцами перстень на руке. Впрочем, помощи ждать им явно некогда, и она это хорошо понимала. Валар наконец более или менее пришел в себя, и встал на ноги, потащив из ножен собственный меч. Кира же с напряжением вглядывалась в происходящее на поляне. Из‑за деревьев появились крадущиеся фигуры. Восемь, девять, десять, — посчитала про себя Кира. Все мужчины одетые в какие‑то мрачные балахоны. И все с оружием. И идут они явно за добычей. У первых четырех в руках поблескивают ножи.

— Как думаешь, это какой‑то ритуал? Зачем им ребята? Тем более из братства воинов? Они что совсем не соображают на кого нападают? — прошептала Кира на ухо Валару, одновременно готовясь войти в боевой транс.

— Спросим у них — буркнул Валар и поудобнее перехватил меч.

— Кажется это не простые мужики. Оружие в руках держать умеют, так что осторожнее

— Угу. Ничего подруга прорвемся. Не оставлять же им пацанов. Следи чтобы никто не ушел, а то у меня голова раскалывается и перед глазами слегка плывет. Поэтому очень тебя прошу, будь осторожна.

Кира нахмурилась и быстро достала из кармана пузырек с сиортом, который с некоторых пор всегда носила в кармане. Быстро открыла, и макнув туда палец, мазнула по губам парня. Тот дернулся от неожиданности, но потом понял в чем дело и благодарно кивнул, облизав губы.

— Давай обойди их сзади, а я пока ножи побросаю — шепнула ему на ухо Кира и зло оскалилась. Больше времени ждать у них уже не было.

Девушка дождалась пока первая четверка с ножами в руках осторожно приблизилась к парням и резко вогнав себя в боевой транс, бросила первую пару ножей, а за ней сразу же вторую. Ей повезло, нападения кажется никто не ждал, и поэтому все четыре ножа четко вошли туда, куда и послала их девушка, то есть — каждому в глаз, мгновенно сократив им число противников на четверых. Больше за ножи она не хваталась, увидев как резко и быстро ощетинились противники, готовясь отразить летящие в них ножи. Она фыркнула и выхватив килоры, не задерживаясь ни на секунду, понеслась вперед, краем глаза отметив быстрое движение уже почти за спинами этих гадов в балахонах. Еще с двумя лихо справился Валар, воспользовавшись эффектом неожиданности, и тем что оставшаяся шестерка отвлеклась на Киру. А вот дальше стало сложнее. Мужики в балахонах оказались на самом деле неплохими бойцами, и быстро придя в себя от неожиданности, зло оскалились, и разделившись по двое на каждого из учеников, стали так лихо парировать удары и нападать сами, что Кира прикусила губу от напряжения, понимая что если они срочно не придумают что‑то, то у них будут проблемы. Потом коротко и зло выдохнула и потянулась к своей силе, до времени дремлющей где‑то внутри. Ее глаза полыхнули, да так ярко, что один из противников от неожиданности замешкался, за что и поплатился. Кира увидев единственное на данный момент уязвимое место, вильнула правым клинком, блокируя удар первого, а левым, сделав тот самый хитрый финт, который не так давно придумала сама, полоснула по незащищенной левой ноге, разрубив ее до кости, но сдержав силу удара, не желая совсем отсекать ему ногу, чтобы он не истек кровью, вовремя подумав что он все равно уже не боец, а в живых оставить и потом допросить, было бы совсем неплохо. Коротко кинула взгляд на Валара, убедившись что с ним все в порядке и что он скачет бешеной блохой, отводя противников подальше от лежащих в беспамятстве ребят. Понял, умница, зачем она своих двух отвела подальше, и теперь делает тоже самое. С последним пришлось повозиться дольше. Этот противник оказался более опытным и осторожным. Он даже умудрился задеть Киру, на что девушка зашипев, со злости резко ускорилась и высоко подпрыгнув, просто проломила ему череп. Болезненно поморщилась, чувствуя что по левому боку течет горячая кровь и обернулась посмотреть как там Валар. Парень уже справился с одним противником, но Кире сильно не понравился его вид. Ранен? Она испуганно рванулась вперед, не церемонясь метнула нож в спину мужику в балахоне. И подбежала к Валару, которого уже шатало во все стороны.

— Ранен? — Испуганно спросила она.

— Нет — простонал парень, падая на колени. Вид у него был не самый лучший.

— А что тогда? — рявкнула девушка, быстро ощупывая его.

— Не зна–а-аю — просипел Валар, падая ничком на траву.

— Эй, не смей — затрясла она его, но он больше не шевелился. Кира лихорадочно ощупывала друга, не находя ран и не понимая причину такого его состояния. Потом прикусила губу и потянулась к бутылочке с эликсиром. — О нет! — Со стоном вырвалось у нее. В небольшом кармане, где девушка держала эликсир с сиортом, позвякивали лишь осколки. Правда кажется разбившись, он все же сделал хорошее дело, и вылился ей прямиком на раненый бок.

— Зар–р-раза, прошипела Кира и осмотрелась. Не так давно, такая чистая и красивая полянка превратилась в кошмар. Везде кровь, кишки наружу, и искалеченный тела людей. От запаха крови ее слегка замутило, но она резко мотнула головой, и опять сосредоточилась на Валаре. Бледный, аж синий, но ранен. Что тогда? Может дело в самой поляне? Вон ребята как лежали так и лежат, даже не пошевелились. Но она ничего такого не чувствует! Девушка тихо застонала, надеясь что они живы, и схватив Валара за руки, потащила его подальше к камням, уложила на траву и побежала обратно. Оттащила таким же образом всех ребят подальше, и уложив их в рядок, устало прикрыла глаза, вытерла влажный лоб, и начала внимательно изучать парней. Все бледные, дыхание слабое, Отравлены? Она лихорадочно пыталась сообразить что делать, когда вдруг у Изеля начались слабые судороги.

— Боже, — прошептала она, — парни, ну что с вами такое?

За Изелем, такие же судороги начались и у других. Кроме Валара и Граста. Она с отчаянием осмотрела их, уже не сомневаясь что они отравлены, а потом вдруг потянулась к той силе внутри себя. Перед глазами встала картинка, лежащий на земле маленький мальчик, и ее руки зажимающие его рану. Кира глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Тогда она хотела чтобы малыш не умер, чтобы рана затянулась. А теперь? Теперь ей надо нейтрализовать отраву! Положила руки на грудь Изеля и осторожно потянулась к нему всем существом. Яростное сиреневое сияние полыхнуло в ее глазах, руки окутались легким сиреневым свечением. Но она этого не видела, а закрыв глаза повторяла про себя как заклинание — живи, только живи. Только не умирай, слышишь? Мышцы парня вдруг расслабились, на бледных щеках появился слабый румянец. Он застонал. Кира отняла руки и посмотрела в его лицо. Он выглядел гораздо лучше, хоть в себя так и не пришел.

— Что бы я не сотворила, это точно не навредило — прошептала девушка, и положила руки на грудь Граста, потом Караса, Рода, потом подошла к Валару, и проделала тоже самое. Парень застонал и вдруг открыл глаза. Кира же почувствовав что сейчас просто упадет от слабости, устало привалилась спиной к большому камню.

— Кира? — Слабый шепот Валара был едва слышен.

— Что?

— У тебя глаза светятся — пробормотал он.

— Ну и фиг с ними, — флегматично сказала она и прикрыла веки.

Она услышала как задрожала земля от лошадиных копыт и вздрогнула, решив что сейчас на них будет еще одно нападение, но потом вспомнила что перед боем вызвала помощь. Отряд всадников из восьми человек выметнулся на поляну и застыл как вкопанный. Всадники ошарашено уставились на последствия побоища. Кира поспешно выползла из‑за камня и помахала рукой. К ней рванули сразу трое, но она прокричала — Все идите сюда, не стойте там. Там опасно. Какая‑то отрава. — Закашлялась, покачнулась и чуть не упала, но схватилась рукой за камень, и удержалась на ногах.

— Что тут произошло? — Рявкнуло у нее над головой, и девушка подняла глаза на приблизившегося первым всадника, на здоровенном, гнедом жеребце.

— Она устало пожала плечами, и опустилась на землю, буквально съехав вниз. Перед глазами все поплыло.

— Кира, девочка моя, ты ранена? — Кинулся к ней Риалар, слетев с коня.

— Устала — прошептала девушка.

Ее быстро ощупали крепкие руки наставника, но девушка слабо отмахнувшись, мотнула головой в сторону парней — им помогите. Со мной все в порядке. Воины поспешно спешились, и нагнулись над ребятами. Риалар же внимательно посмотрел ей в глаза, и замер. В глазах его подопечной не было привычной тьмы, сейчас ее радужки светились чистым сиреневым цветом. Его рука нащупала что‑то влажное на ее боку, и Мастер перевел глаза туда. Кровь!

— Ты же сказала что не ранена, — рыкнул он, задирая на ней рубашку.

— Да не ранена я, — устало прошептала девушка. — Склянка с сиортом разбилась, и все залечила.

— Что с парнями? — Требовательно спросили у нее над головой.

— Думаю, на поляне какая‑то отрава была. Их вырубило. А я успела вытащить только Валара, как появились эти — слабо ткнула она пальцем в сторону поляны и помотала головой, пытаясь прийти в себя. — Потом мы с Валаром перебили их, а его опять вырубило. Я боялась что ребята умрут.

— Ты тоже отравилась? — Вскинулся Риалар.

— Нет, я там не так долго была. — Она опять мотнула головой и с усилием поднялась на ноги. Посмотрела на ребят — Что с ними?

— Кажется просто спят — удивленно сказал еще один незнакомый Кире воин.

Кира слабо улыбнулась, вцепилась в руку учителя и с трудом переставляя ноги, потащила его куда‑то дальше. — Пойдемте, покажу.

За ними последовали еще двое воинов, и Кира привела их к тому месту где оставила тело убитого парня.

— Вот, — показала она и отвернулась, не в силах смотреть на изуродованное тело. — Я нашла сначала его кольцо в реке, а потом и его. — Она пошарила по карманам, и достала кольцо ученика академии. Позвала ребят, но они не отзывались. Вернулась на поляну, а они спят, да так что не разбудишь. Я и поняла что что‑то не так. Успела вытащить Валара и привести его в себя. А потом напали эти, в балахонах. Там один должен быть живым — вспомнила она. Я ему только ногу подрезала. Может удастся допросить. Если он еще живой. Воины мрачно переглянулись и осторожно завернув растерзанное тело парня в плащ, подняли его на руки. Девушка же постояла немного, перебарывая слабость и вяло поплелась обратно.

Валар пришел в себя быстро. При том, очнулся свежим и бодрым, как после хорошего сна. Он удивленно покосился на измученную подругу, но его тут же взяли в оборот воины и устроили настоящий допрос. Кира же отошла в сторонку от суеты и привалилась плечом к дереву. Возвращаться на поляну полную трупов, у нее не было ни малейшего желания. Кстати, сегодня она действительно впервые убила человека. Точнее целых семь человек. И никаких мук совести не испытывала. Совсем. Ее слегка мутило от запаха крови, но от этого запаха ее мутило всегда. Ну не любит она его. А так все вполне нормально. К ней подошел крупный, темноволосый воин, который, как поняла Кира, был здесь главным, и присел рядом.

— Меня зовут Мастер Дирал. Я главный на заставе. А ты Кира, да?

Девушка подняла на него глаза, рассматривая строгое, очень красивое, даже аристократичное лицо этого сильного мужчины, и молча кивнула. Ей понравился этот человек. Открытый прямой, уверенный, немного властный взгляд серых глаз, сильный, волевой подбородок, тонкий и прямой нос. Верхняя губа чуть тонковата, но это не портит, скорее наоборот.

— Скажи мне девочка, сколько человек ты сегодня убила.

Кира поморщилась, и ответила — семь.

— В первых четверых ножи кинула?

— Да. А тот, раненый в ногу жив? Мне некогда было им заниматься.

— Нет — покачал головой мужчина. — Он воткнул нож себе в горло. Похоже решил что лучше умереть так, чем от допроса. Как вы попали на эту поляну?

— Просто гуляли и встретили отдыхающих там ребят из академии, — пожала она плечами.

— Тебя ничего не насторожило?

— Нет. Они просто лежали на траве. Мы поговорили немного. Граст с Валаром тоже решили отдохнуть, а мне показалось что в воде что‑то блестит, я и пошла посмотреть. Нашла кольцо. Потом, чуть выше по течению и — она чуть запнулась и немного тише закончила — тело.

— Сколько ты провела времени на поляне?

— Недолго. Сразу может минут пять. Потом Валара оттуда вытащила тоже быстро. А на других просто времени не хватило. Ну и потом во время боя сколько то. Не знаю сколько времени длился бой.

— Не чувствовала что хочешь спать?

— Нет.

— Сколько времени твоя группа провела на поляне, с того момента когда вы пришли туда?

— Не знаю, но не долго.

— А те кто уже был на той поляне до вас?

— Не знаю, Мастер Дирал. Мы их не спрашивали.

— Там был разлит очень сильный яд, не имеющий никакого запаха. Если бы ребята полежали там еще немного, то уже не очнулись бы никогда. Так что ты правильно оттащила их оттуда.

— С ними все в порядке?

— Да. Но я не понимаю как с ними может быть все в порядке. Может ты мне объяснишь?

— Вы о чем? — Не поняла девушка.

— Яд сначала действует как сонный порошок. Человек засыпает, а потом впадает в кому. Если в течении часа–двух не дать противоядие, человеку уже ничего не поможет. Начнутся судороги, потом, … в общем потом вообще кошмар. И он будет долго и тяжело умирать. А у них сейчас вид такой, как будто они просто спали. Нет следов никакого отравления. Вот я пытаюсь понять что же все‑таки случилось.

Кира хмуро посмотрела на мужчину, размышляя а нужно ли рассказывать. Почему‑то ей ничего не хотелось говорить. Вот не хотелось и все. А своему чутью она привыкла доверять, хотя и не понимала что такого в том, что она призналась бы, что помогла парням вылечиться. Наконец она неуверенно пожала плечами.

— Хорошо бы их целитель посмотрел — наконец выдавила она.

— Посмотрит — кивнул мужчина соглашаясь. — Как на заставу приедем, так и посмотрит. Но им уже ничего не угрожает, не переживай.

— Они еще спят?

— Валар и Граст уже очухались, а остальные еще нет.

— Мастер Дирал, а кто те люди, в балахонах? Они совсем ненормальные чтобы на истинных воинов нападать?

Мужчина скривился, — если бы я знал! Жаль что вы никого в живых не оставили.

— Ну я пыталась кто ж знал что тот гад решится сам себя зарезать.

— В следующий раз, просто оглуши. — Улыбнулся Мастер.

— Была такая мысль — скривилась Кира, — просто я побоялась что не рассчитаю силу удара и или убью, или наоборот ударю слабо, и он очухается раньше чем надо. Как то у меня нет опыта в оглушении.

— Ничего, еще научишься — хмыкнул мужчина.

От его слов Киру передернуло. Хорошая наука, людей оглушать, ничего не скажешь. Впрочем он прав, как это не противно.

— Расскажи ка мне картину боя — вздохнул он.

Девушка на минуту задумалась, потом быстро сказала — в первых четверых я ножи метнула, как я уже говорила. Валар в это время им за спину зашел. Они не ожидали что кто‑то тут еще есть в сознании, вот и удалось их так легко снять. Еще двоих Валар уделал со спины, пока они не прочухались. Ну а потом на каждого из нас по двое было. Одному я ногу подрезала, так чтобы стоять не смог, и увела второго в сторону, чтобы тот первый мне в спину нож не кинул. Валар к тому времени тоже одного убил. Ну я как второго достала, глянула на Валара, а его шатает, испугалась что его ранили а он оказывается просто от яда шататься стал. Ну кинула нож в последнего. Вот в общем‑то и все.

— Что ж, неплохо для ученицы — кивнул Дирал. — А тебя саму когда шатать начало? Мы когда приехали ты еле на ногах держалась.

— Меня позже — сказала она, — мне некогда было, ребят надо было с поляны утащить. — Она не любила врать, но признаваться отчего у нее возникла слабость, тоже не хотела. Может потому что сама еще не разобралась, но скорее всего по той причине, что не знала, какую реакцию это вызовет у собеседника. Ей и так заявили что она не человек. Да еще и она сейчас совершенно четко поняла что яд на нее кажется вообще не подействовал.

— А как же те, в балахонах, на поляну вылезли, раз там яд? — подняла она вдруг голову.

— У них у всех в носах вот это было — и он вытащил из кармана несколько листиков какой‑то травы. — Из этого и варят противоядие. А можно и вот так, затолкать в нос немного, если точно знаешь что за яд вокруг.

Кира кивнула и задумалась. Она посидела на полянке совсем недолго, но вот Валар с Грастом очень быстро улеглись на травку и стали задремывать а ей даже лечь не хотелось. И потом на поляне во время боя, и позже когда она стала оттаскивать парней подальше. Тут уж она довольно долго провозилась. Ладно на Валара яд подействовал быстро, так он мог еще не совсем отойти от предыдущего раза. Но она то получается все это время дышала этой гадостью, и совсем ничего не чувствовала. Что это, личная устойчивость к яду или опять у нее что‑то не так как у других? Вот уж ей никогда не приходило в голову съесть какую‑то отраву чтобы проверить.

— Тебе ребята жизнью обязаны — улыбнулся Мастер Дирал.

— Глупости, — отмахнулась Кира, — можно подумать они не сделали бы того же, чтобы мою жизнь спасти, если бы могли. Да и если бы не Валар, мне не справиться было бы. Меня и так задели. Нам просто сказочно повезло, что удалось большую половину прибить сразу. Потому что они были уверены что им ничего не грозит.

До дома они добрались уже поздним вечером. Голодные и уставшие. Кира удивилась что встречать их вышло чуть ли не половина деревни. Она ехала верхом, за спиной учителя, и поэтому не сразу увидела встречающих их отряд людей. Лица тревожные, внимательно оглядывают всех подъехавших.

— Чего это они, Мастер Риалар?

— Это граница, девочка — улыбнулся Мастер, — мало ли что могло случиться. Ты ведь послала зов о помощи, вот они и переживают. Среди воинов есть их мужья, сыновья и браться. Так что ничего удивительного.

— Ааа, тогда понятно. Можно я теперь спать пойду?

— Поешь сначала, — хмыкнул Риалар, А еще к лекарям стоило бы заглянуть. Мало ли что.

Отравленные парни уже все пришли в себя, и до сих пор пытались выяснить что же такое с ними случилось. Но их без особых объяснений посадили в седла, за спины воинов, привезли на заставу и сейчас без особых церемоний сдали на руки лекарям.

— Не надо к лекарям — помотала она головой, — со мной все в порядке. Честно. Я просто спать хочу.

— Тогда пошли в столовую, — насупился Риалар и крепко взяв ее за плечо, потащил за собой.

Риалар усадил Киру за стол и перед ними тут же появились полные тарелки горячей, вкусно пахнущей еды. Есть Кире не слишком хотелось, но под суровым взглядом учителя, она взяла в руки ложку. Впрочем, как только первый кусок попал ей в рот, она поняла что просто ужасно проголодалась, и даже не заметила как мгновенно опустошила тарелку, потом с удивлением посмотрела на нее, и попросила добавки. Риалар, наблюдавший за своей подопечной, усмехнулся, и тихо сказал, — кажется у тебя был сегодня большой всплеск силы.

Кира замерла на мгновение, подняла глаза на учителя, но тот улыбнулся ей и подмигнул. Она вздохнула и продолжила есть, правда уже медленнее. Молча доела вторую порцию еды, задумчиво выпила чашку тико, и поднялась.

— Спокойной ночи, учитель.

— Постой. — Остановил он ее, — может расскажешь что ты там такое учудила, что твои глаза стали сиреневыми? Обычно‑то черные как смола.

Но она только отмахнулась, и побрела на выход.

— Иди уж спи, — буркнул Мастер Риалар, смотря как она устало плетется к двери, и решив выяснить все завтра.

Девушка с трудом дошла до дома, и открыв дверь еле дошла до кровати. Нужно было бы искупаться, но сил не осталось совсем. Сбросила одежду, постояла так, покачиваясь с пятки на носок и сплюнув, все же пошла в ванную. Ну не могла она залезть грязной в чистую постель! Проснулась она примерно через час, потому что замерзла в холодной воде. Уснула таки прямо в ванной. Сердито выругалась, и вылезла из воды, закутавшись в большое полотенце. Дошла до кровати, залезла под одеяло, и свернулась уютным калачиком.

Окончательно она проснулась поздним утром. Кажется безнадежно проспала. Странно что ее не разбудили, сегодня же их должны были распределить по патрульным отрядам. Или дали отдохнуть после вчерашнего? Как бы то ни было, но Кира чувствовала себя отдохнувшей, здоровой и бодрой. С удовольствием потянулась, и спрыгнула с постели. Она вышла из дома и осмотрелась. В поселке было тихо, только где‑то вдали слышался звон оружия. Кира подошла к дому где жили Валар с Грастом, но парней дома небыло, и она пожав плечами пошла в ту сторону где звенело оружие. Довольно большая площадка, приспособленная для тренировок, ей понравилась. Там тренировались десяток воинов, молотя друг друга и подначивая. Удовлетворенно кивнув, она прошла в дальний угол, чтобы никому не мешать, и занялась разминкой, с интересом поглядывая да других. Впрочем на нее тоже обратили внимание, и пока она пробиралась подальше, чтобы не мешать, ее явно разглядывали. Кто‑то кивал, здороваясь, кто‑то просто смотрел. Риалар возник как будто ниоткуда, и махнув рукой ученице чтобы не останавливалась, достал тренировочное оружие, и встал напротив какого‑то незнакомого девушке воина. Кира не останавливаясь, наблюдала за учителем, восхищаясь его мастерством. Да, ей до такого еще расти и расти. Закончив разминочный комплекс, она огляделась и тут же встретилась глазами с невысоким но крепким мужчиной. Он поманил ее к себе, показывая что готов к бою, и хитро улыбнулся.

Кира вытащила из стойки пару более или менее подходящих тренировочных мечей, и отсалютовала ими, мужчине, обратив внимание на то, что у него нет кольца истинного воина. Значит простой вояка. Обращаться к своей силе не стоит.

— Давай малышка, сейчас погоняю тебя для разминки — хмыкнул он.

Она пожав плечами встала напротив.

Мужчина двинулся к ней стелющимся шагом, а Кира настороженно принялась следить за его движениями, чтобы понять что за воин перед ней. Движения плавные, колени чуть согнуты, длинный меч в руке поигрывает. Что это ей напоминает? Стиль Хорра? Она осторожно двинулась вперед тем же стелющимся шагом, держа один меч почти перед собой, второй чуть выше и в стороне. Как она и ожидала, воин постарался ударить ее сверху, рассчитывая на собственную силу. Ну это для нее не новость. Все они так, стараются сразу же прихлопнуть мелкую блоху. Ага, щас. Мгновенно поднырнув под его меч, девушка на пробу попыталась достать его левым мечом. Тот отпрыгнул, уходя от ее меча и тут прыгнул вперед, нанося целую серию ударов. Кира ушла в оборону, четко блокируя удары, не давая ударить себя используя чистую мужскую силу. Она как будто танцевала, уклоняясь, блокируя, отскакивая, а потом вдруг четко поняла где у него слабое место. Левая нога, совсем чуть — чуть, но отставала при движении. Она нахмурилась, пытаясь понять ранение это или просто недоработка, а может просто обман?

— Ты не ранен? — Спокойно спросила она.

— С чего бы это — хмыкнул ее противник, продолжая напирать.

— Ну раз нет… — она вдруг резко крутанувшись и отбив очередной удар, почти рухнула вниз, выбрасывая левый меч верх, и защищая голову, а правым мгновенно полоснула по не успевшему убрать ногу воину. Потом резво перекатилась, уходя от возможного удара, и вскочила на ноги, буквально взлетев вверх и в сторону, и замерев в стойке.

— Кажется я отрезала вам ногу — констатировала девушка, глядя как воин выронив меч, схватился за свою конечность, но потом увидела что его штанина окрасилась кровью, и нахмурилась.

— Я же спрашивала, нет ли ранения — сердито рявкнула она. — Трудно было сказать заранее? Какого черта ты вообще поперся сюда с покалеченной ногой?

— Потому что он идиот — Раздался злой голос и Кира оглянувшись, запоздало заметила что никто уже не дерется, а все стоят и наблюдают за ними.

Сзади нее стоял злющий Мастер Дирал и сверлил гневным взглядом ее недавнего противника.

— Мрат, пошел вон идиот, чтоб я тебя здесь не видел. Быстро к лекарю. Что, решил что уже здоров? Тебе было сказано, никаких боев как минимум неделю. Кира раздраженно бросила в стойку мечи, и круто развернувшись, пошла прочь.

— А ну стоять! — Раздался голос Риалара. — Куда пошла?

— Злиться пошла — буркнула Кира.

Раздался чей‑то смех а потом тяжелая рука Риалара поймала ее за плечо. — Потом позлишься. Пойдем поговорим. — Он заглянул ей в глаза и хмыкнул, увидев слабые темные всполохи в ее зрачках. Действительно сердится. — Да не злись, этот идиот сам виноват, за что и поплатился. Думал раз девчонка мелкая перед ним, то справится. Теперь опять неделю лечить свою ногу будет.

Кира грустно вздохнула, чувствуя себя виноватой. — Да понимаю я Мастер, просто… я же заметила что у него левая нога запаздывает и спросила же, дурака, не ранен ли. А он… тьфу, теперь противно.

— Перестань девочка, — учитель успокаивающе погладил ее по плечу, — твоей вины тут точно нет.

— Знаю — вздохнула она еще раз, — Мастер, а как ребята? Я заходила к ним, но там никого не было.

— Да здоровы как кони, — хмыкнул Риалар, — ускакали с отрядом обследовать окрестности вокруг той поляны. Пошарят в округе, может чего и найдут.

— А меня чего не разбудили?

— А зачем? Тебе отдохнуть надо было, вчера и так еле ноги таскала. А вот с чего они такие бодрые, а ты такая вялая, да еще и с сиреневыми глазами была, мне очень интересно. Может все же расскажешь?

— Расскажу — кивнула она. — Правда я и сама‑то не совсем понимаю что к чему.

— Ничего. Разберемся. Пошли вон на лавку сядем, да подумаем.

Кира рассказала учителю все. Точнее почти все. Не сказала только о том, что где‑то в другом мире она уже делала нечто подобное. Да это ему и не к чему.

— Мастер Риалар надолго задумался, и исподтишка разглядывал свою ученицу, немного нервно пощипывая себя за подбородок.

— Мастер? — не выдержала она этого долгого молчания.

Риалар вздохнул и сказал — вот что девочка, не говори пока что никому об этом. А мне нужно немного подумать. Да и порыться в библиотеке не повредило бы. Только не знаю есть ли здесь то, что мне нужно. Ну да ничего, разберемся. И постарайся больше никого пока что таким способом не лечить.

Кира метнула на него возмущенный взгляд — а что ж мне, надо было ждать пока они умрут?

— Нет конечно, — успокаивающе погладил он ее по плечу, — но пока постарайся никуда больше не влипать. И помалкивай. А дальше посмотрим.

— Мастер, — с несчастным видом посмотрела она на него, — ну чего вы крутите. Говорите как есть. Это что вроде второго дара да? Я что‑то типа целителя?

— Нет девочка, это что‑то другое, а вот что именно, нам и нужно понять. Поэтому давай не будем делать поспешных выводов. Сказал же, мне подумать надо. Информацию некоторую поискать. Потерпи и держи пока что свою сирень подальше от чужих глаз. Пока не разберемся в чем тут дело. — Он поднялся и погладив девушку по голове, быстро ушел.

Кира расстроено вздохнула. Кажется эта ее непонятная сила уже и учителя озадачила. Потом сплюнула сердито, и встала. У нее было еще одно дело, которое она хотела сделать. Быстро войдя в свой домик, девушка взяла свой незаменимый рюкзак, и порывшись в нем, нашла новую склянку с сиортом. Положила ее в карман, и отправилась искать Мрата. Воин сидел на пороге небольшого дома, с совершенно мрачным видом и с забинтованной ногой положенной на небольшой гладкий чурбак. Кира понаблюдала за ним немного, подумала, потом открыла склянку, макнула туда кончик пальца, склянку отправила обратно в карман, предварительно крепко заткнув пробкой и не говоря ни слова подскочила к воину и мазнула пальцем ему по губам. Тот вздрогнул, потому что за своими мрачными мыслями совсем не заметил девушки.

— Что за…. Тьфу ты, это ты, кошка бешеная?

— Сам дурак — буркнула девушка, отворачиваясь чтобы уйти.

— Эй, ненормальная, чего хотела то? — Удивленно гаркнул мужчина.

Кира краем глаза увидела, как он облизал губы и усмехнувшись, вдруг озорно показала ему язык и испарилась.

— Мрат почесал в затылке, потом пожал плечами — вот уж точно ненормальная — пробурчал он. — Явилась, в морду ткнула и сбежала. Тьфу ты.

Однако через несколько минут, он обратил внимание на то, что боль в ноге утихла и облегченно вздохнул. То что рана затянулась совсем, мужчина понял далеко не сразу, а когда понял, еще долго не мог в это поверить, потому что рана его была далеко не простой, потому и заживала очень и очень плохо.

Граст и Валар появились в деревеньке уже под вечер. Она сразу увидела что ребята чем‑то расстроены, но увидев девушку, они тут же заулыбались и подошли поближе.

— Привет спасительнице — дурашливо поклонился ей Валар, и ойкнул, от довольно внушительного тычка в бок, от маленькой но крепкой руки девушки.

— Валар, прекрати — скривилась она.

— Ну а чего–о-о. Если бы не ты, остались бы мы на той полянке навечно.

— Тьфу, дурной рыжик, — сплюнула Кира и улыбнулась Грасту. Впрочем взгляд парня выражал сейчас столько эмоций что ее улыбка сползла с лица мгновенно, и она испуганно отступила на шаг. Кажется ее собирались сильно благодарить, со слезами на глазах. — Молчать! — Вдруг рявкнула она, неожиданно для самой себя. Вот уж чего она точно не хотела, так это всяких пространных благодарностей. — Только посмейте еще раз поблагодарить и я выбью вам все зубы. — Глаза у нее резко потемнели а красивые, стремительные брови поехали на переносицу.

Ребята застыли, а потом Валар громко захохотал, разряжая обстановку. — Кир, ты ненормальная. Мужиков в балахонах не боишься, а от простых слов благодарности готова бежать как от бешеной зверюки.

— Ага, фигу! От бешеной зверюки я точно не побегу, — хихикнула девушка, все еще насторожено поглядывая на ребят.

— Молчи Граст, а то эта мегера нас на тряпочки порвет, — еще громче захохотал Валар и схватив обоих друзей за руки, потащил к столовой.

Как выяснилось, ребята с еще четырьмя воинами внимательно осмотрели территорию, обходя лес по все расширяющемуся кругу, но ничего подозрительного так и не нашли, отчего сильно расстроились.

— Ничего, мы еще потом поищем, — проворчал Граст, — я там все облажу. Должно же быть хоть что‑то.

— А они точно не из какого нибудь ближнего села? — Спросила Кира, задумчиво изучая кружку с морсом в своей руке.

— Точно нет, — мотнул головой Валар, это уже проверили.

— Да уж. Но откуда‑то они все же взялись, — покивала девушка, и наконец допила морс и поставила кружку на стол.

— Мы их найдем — рыкнул Граст.

— Не рычи, зверь — фыркнул Валар. Если они тут есть, то найдем. А теперь пошли спать, а то завтра все же у нас первое патрулирование.

12

Утром следующего дня, молодежь, вместе с их учителями, все же распределили по отрядам. И почему‑то Кира совсем не удивилась, когда попала в отряд к Мастеру Диралу. Он весь прошлый день изучающе посматривал на девушку, да еще и на вечерней тренировке пристально наблюдал за ней. Кире совсем не понравилось такое внимание и она поймала себя на том, что старается не попадаться ему на глаза. Зато Риалар был доволен и объяснил ей что это самое опытное звено, и она сможет многому научиться за время практики. Каждое звено отправлялось на патрулирование границ строго по расписанию, каждое работало на границе по шесть часов, после чего отправлялось отдыхать и через двенадцать часов, вновь отправлялось патрулировать. До первого ее похода к границе, у Киры оставалось еще около четырех часов. Она пару часов потратила на разминку, потом спокойно поела и не спеша ушла к себе собираться.

Для начала ей выдали новую форму, которую носили только тут, у границы. Это напомнило Кире о доспехах, хотя доспехами это точно не было, но вот то, что этот костюмчик ничуть не хуже, она, внимательно осмотрев выданную одежду, уже не сомневалась. И даже читала про этот защитный костюм в академии. Жесткая куртка, закрывающая тело от горла и до икр, сделанная из кожи астаригса, (какое‑то морское животное, которое невероятно сложно убить) с длинными рукавами, и каким‑то особо скроеным капюшоном, закрывающим не только голову но и часть лица. Штаны из той же кожи, и очень крепкие, высокие сапожки. Все черного цвета, легкое, удобное, не стесняющее движений. Девушка на пробу потыкала ножом в рукав куртки, и улыбнулась — ни царапинки! Потом слегка осмелев кончиком того же ножа поскребла по коже — результат тот же. Ну и чем не доспехи? Только гораздо более модернизированые, чем в средневековье. А в прочем, зачем им натаскивать на себя кучу железа, если есть такое чудо! Это же гораздо лучше любых доспехов. Эта кожа облипает тело, примерно как стрейч на Земле, и главное отлично защитит от всяких неприятностей. Она с удовольствием повертелась у зеркала, осматривая затянутую в кожу, ладную фигурку, попрыгала, чтобы понять не мешает ли ей что‑то, и довольно зажмурившись, решила что в таком костюмчике ей не страшна даже Мертвая землся, с ее кошмарами.

В полной экипировке и с мечами за плечами, Кира подошла к месту сбора. Начиная с этой минуты, все воины полностью подчинялись Мастеру Диралу. Ее учитель кстати тоже. Звено состояло из восьми воинов, а теперь, вместе с ученицей и ее учителем — десяти. В звено входили и истинные воины, и просто воины, но тоже несомненно хорошие бойцы. Если не считать Мастера Риалара и Киру, в звене было еще трое истинных. Командовал отрядом всегда истинный воин. Попадались в отрядах и темные эльфы, а говорят иногда даже серебряные появлялись. Впрочем, на их заставе серебряных небыло.

— Кира, — обратился к ней Дирал, как только она подошла к месту сбора, — иди сама седлай своего бешеного жеребца, к нему никто подойти не может. Так что будь добра, выходи немного раньше, чтобы тебя не пришлось ждать.

Кира посмеиваясь про себя, ушла в конюшню. Вчера ее уверили что ее Велира подготовят к походу, а когда она выразила свое сомнение по этому поводу, еще и снисходительно рукой махнули, типа — не мешай, мы свое дело знаем. Девушка зашла в конюшню и ласково погладила своего малыша.

— Что бандит, буянишь? Ну сколько раз тебе объяснять что тебя никто не обидит. — Она нежно коснулась его шеи и порывшись в кармане, угостила любимца морковкой.

— У тебя конь часом не бешеный? — Сердитый конюх вынырнул откуда‑то из дальнего угла конюшни.

— Я предупреждала что он никого к себе не подпускает — пожала плечами девушка, — но ты же и слушать не захотел. — Она обернулась и засмеялась, на скуле мужика расплылся огромный, фиолетовый синяк.

— Да он мне чуть челюсть не сломал, — сердито прорычал он.

— В следующий раз слушай, когда говорят. Или ты думал что я пошутила?

— Ну и возись теперь с ним сама — сплюнул конюх, и испарился.

— Вожусь — вздохнула она и сняв со стены седло, стала седлать своего норовистого жеребца.

Когда она наконец появилась, все уже были на месте, и как раз садились в седла.

— Тебя в седло подбросить, малышка? — Хмыкнул крупный молодой воин, иронично глядя на девушку.

Кира не стала ничего отвечать, а просто легким и быстрым прыжком взлетела в седло, даже не коснувшись стремян. Велир (умница) как всегда чуть пригнулся, чтобы хозяйке было удобнее, и ласково фыркнул.

— Себя забрось — фыркнул Риалар, с улыбкой глядя на молодого парня.

— Так, прекратили балаган — гаркнул Дирал, сидя на своем гнедом, здоровенном жеребце. — Выдвигаемся.

До границы отряд доехал минут за двадцать. Кира застыла, глядя на четко видную, черную полосу земли в отдалении.

— Не отвлекаться — повысил голос Дирал — так, Риалар и Кира — будете в середине. Кира, если увидишь любую черную и живую дрянь, подходящую, подлетающую, подползающую — предупреждаешь всех, и бросай ножи, не медля и не сомневаясь. Целься в голову. Сама никуда не лезь. Полезешь — отправлю в академию. Риалар ты знаешь что делать. Артор и Митас — приготовьте луки, ваш воздух. Брон и Терек — земля. Релт и Лисет — отслеживайте фон, Дрод замыкающий. Внимательней ребята.

Они продвигались легкой рысью примерно посередине отгораживающей полосы земли, внимательно посматривая по сторонам. Те кто шел впереди так же внимательно осматривал землю, ища возможные следы. Вокруг стояла какая‑то звенящая тишина. Кира же не могла отвести взгляда от черного, сплавленного в какую‑то черную корку края темной земли. Что нужно было сотворить, чтобы получилось такое? Земля по ту сторону выглядела неестественной и страшной. Оттуда тянуло такой жутью, что у девушки мурашки по коже побежали. Присмотрелась внимательнее и ей показалось, что она видит легкую, почти незаметную глазу дымку, стелющуюся над самой поверхностью. И что это?

— Учитель — шепнула Кира, обернувшись — там действительно какая‑то дрянь от этой земли исходит?

— Заметила? — Грустно улыбнулся Риалар, — да исходит. И не дай бог тебе это вдохнуть.

— Это какой‑то яд?

— Самый сильный из всех существующих в мире — кивнул он, — один вдох этой гадости, и тебя уже не спасет ничего. Здесь земля отравлена.

— Но он стелется над землей, а выше — нет.

— Точно. Поэтому если вдруг ты случайно наступишь туда, то это не страшно, если ты конечно в крепких сапогах, а вот если упадешь, а еще и вдохнешь, то милосерднее будет добить. Так что будь добра, не лезь туда, я не имею никакого желания потерять такую способную ученицу.

— А я способная? — Приподняла девушка одну бровь.

— Способная, а как же. Особенно у тебя способности влипать в какие‑то истории — усмехнулся Мастер.

Кира фыркнула и замолчала, продолжая пристально рассматривать эту проклятую землю. Через два часа она поняла, что самое сложное в патрулировании — это не расслабляться и оставаться собранной и внимательной. Здесь была такая тишина, что аж в ушах звенело. Даже ветра небыло. И тем не менее нельзя было пропустить ничего подозрительного, потому что это могло грозить крупными неприятностями. Проблемой было то, что полоса границы не везде была просто полосой. Там где менялся ландшафт, менялась и полоса. Самым опасным участком был тот, где из мертвых земель вдруг выступала довольно большая скала, этакое нагромождение сплавленных камней. Она хищно захватывала часть пути, опасно наклоняясь верхушкой в их сторону. С другой стороны та же скалистая местность, но не черная и мрачная, а вполне нормального вида, сужала тропу так, что людям приходилось осторожно проезжать между ними, все время следя чтобы им на головы ничего не прыгнуло и не свалилось. А такие прецеденты уже случались, как тихонько поведал ей учитель. Еще хуже становилось в дождь, когда за шиворот льются потоки воды, и дорога становится скользкой. Звено как раз пробиралось между скал, когда девушка краем глаза заметила странное движение. И тут же в ту сторону полетели две стрелы.

— Всем стоять — спокойно скомандовал Дирал, сам застыв как изваяние. Что‑то летучее вдруг заорало диким, каким‑то жутким криком и свалилось с края скалы, куда‑то в сторону. Они постояли еще минуту, напряженно всматриваясь, но все было спокойно. Наконец Дирал дал команду двигаться дальше.

— Что это было? — Спросила Кира у Риалара.

— Да кто ж знает — пожал тот плечами, — с такого расстояния понять невозможно. Хотела посмотреть ближе?

— Ага — кивнула она, пристально вглядываясь туда, где по ее расчетам должно было упасть это нечто.

— Еще успеешь насмотреться, они все время потихоньку лезут, то там то–тут. Так что внимательнее.

Кира только кивнула, и продолжила с каким‑то напряжением рассматривать мертвую поверхность. Она не понимала что могло так сильно испоганить эту землю. Совсем не понимала. И весь ее предыдущий опыт, говорил о том, что такого просто не бывает. Впрочем, ее опыт в данной ситуации ничего не значил. Здесь другой мир, и кажется другие законы мироздания. Еще не понятно было как уцелели эти странные живые существа, на абсолютно мертвой земле. Они ходят, бегают ползают и даже летают. Хотят жрать, потому и лезут. Или не жрать, но по какой‑то же причине лезут все равно на эту сторону. Тем более что им тут совсем не комфортно, насколько она поняла. Они переродились во что‑то, стали такими же черными и жуткими как и сама мертвая земля, и все равно живыми. А может и земля жива? Может это не значит что она погибла окончательно? Как понять?

— Мастер Риалар, я знаю что в Мертвых землях как‑то добывают железо. Значит туда все–же кто‑то заходит?

— Нет, это значит что есть место, где жила выходит почти на поверхность, из мертывх земель — сюда, к нам.

— И оно не отравлено?

— Немного.

— Но его используют же!

— Конечно. Если знать как, то его вполне можно обработать. К тому же, его добавляют только в оружие, да и то не всегда. Незачем рисковать, делая из него кастрюли.

Кира глубоко задумалась, впрочем, не переставая следить за тем, что происходит вокруг. Какая‑то мысль не давала ей покоя, но поймать ее девушке не удавалось и это вызывало раздражение. Более близко рассмотреть странное существо, Кире удалось уже через пару часов. На этот раз сигнал пришел от замыкающего их отряд Дрода. Молодого, лет двадцати семи, парня с острым и внимательным взглядом карих глаз. Не успели они немного свернуть, огибая по краю черную полосу земли, как Дрод услышав что‑то подозрительное, резко развернулся и тихо свистнул. Воины тут же мгновенно перегруппировались, и замерли, готовые в любой момент слететь с коней. А из‑за черного, как смоль камня сначала появилась лапа, странная, пятипалая и чем‑то похожая на человеческую. Такая же черная, и настолько чуждая, что Кира просто глазам своим не поверила. Лучники замерли, в полной готовности выстрелить, но существо не шевелилось. Все стояли не двигаясь и внимательно наблюдали. Прошла минута, вторая, а потом осторожно и медленно из‑за камня начала выползать черная туша. Приподнялась над камнем, тяжело опираясь лапами, и на какую‑то секунду Кира увидела глаза, и замерла как вкопанная. Тихо взвизгнули стрелы, но голова эта спряталась за камень с такой скоростью, что стрелы просвистели мимо, не задев это угольно–черное тело. А девушку пробрала дрожь, и она испуганно прикусила губу, удерживая стон. Глаза… страшные, черные, чужие, но… ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ! Более того, РАЗУМНЫЕ!

— Боже, — прошептала она еле слышно, — это невозможно.

— Все, ушел — констатировал Митас, один из лучников, опуская большой, мощный лук.

Они еще немного подождали, стараясь уловить малейшее движение, малейший звук, но все было тихо. Наконец Мастер Дирал дал команду двигаться дальше.

— Испугалась малая — хмыкнул Атор, второй лучник, ехидно стрельнув на нее зелеными глазами.

Кира не ответила и, кажется даже не услышала, растерянно размышляя не показалось ли ей. Слишком уж разумный был взгляд, слишком острый.

— Кира? — Обернулся к ней Риалар и нахмурился, увидев отрешенный, застывший взгляд девушки. — Что такое? — Он уже неплохо ее изучил, и хорошо знал этот взгляд куда‑то внутрь себя. Она над чем‑то усиленно думала, что‑то ее поразило, но что? Монстр напугал? Да нет, страха в ней точно небыло. Да и он еще ни разу не видел, чтобы она хоть раз испугалась чего‑то, кроме своих снов, пожалуй. Он осторожно дотронулся до ее руки, и девушка едва заметно вздрогнув, подняла глаза.

— Что случилось? — спросил Риалар, заглянув ей в глаза.

— Вы видели это существо, учитель?

— Видел конечно.

— А вы видели его глаза?

— Глаза? А зачем мне его глаза? — Озадачился он, — что с тобой, девочка?

— Ничего, Мастер, простите. Просто нужно кое‑что обдумать.

Риалар только вздохнул, уже зная, что больше она все равно ничего не скажет, и тронул поводья, посылая жеребца вперед.

Вернувшись домой, звено первым делом отправилось ужинать. А Кире пришлось сначала отвести в конюшню Велира, расседлать, почистить его, угостить вкусной морковкой, и только потом уже идти на ужин. Впрочем она настолько погрузилась в свои мысли, что даже голода не ощущала, и побрела в столовую, автоматически, так же автоматически села за стол и вынырнув на какое‑то время из задумчивости, рассеянно осмотрела мужчин. Атор и Митас — великолепные лучники, но не истинные воины. Хотя бойцы и хорошие. Атор- зеленоглазый, русоволосый, веселый, смешливый, гибкий, лет 25ти. Это он предлагал подкинуть ее в седло. Митас — противоположность напарника. Серьезный брюнет, с пронзительными карими глазами, крепкий как дуб, лет сорока. И молчун каких мало. Брон и Терек — братья, что сразу бросается в глаза, очень похожи. Только Брон старше лет на пять. Оба высокие, сероглазые, сильные. Но тоже не истинные. Дрод — кареглазый, темноволосый, истинный воин. За плечами два меча, а в волосах полоска седых волос, несмотря на молодость. Релт — полукровка, о чем говорят слегка заостренные уши, черные как смоль волосы и черные, большие глаза, Примерно лет двадцати пяти, но не факт, у полукровок трудно определить возраст. Очень красив. Истинный воин. Лисет — примерно лет шестьдесят, не истинный, но бывалый воин, о чем хорошо говорит множество шрамов и на лице и на руках. Видимо немало повидал он на своем пути. Глаза неожиданно синие, яркие, внимательные и суровые. Небольшая, рыжеватая бородка прикрывает шрам на подбородке. Ну и Мастер Дирал. Их командир.

Она тихо вздохнула, без аппетита поковыряла кусок мяса на тарелке, и решительно поднялась, из‑за стола.

— Куда собралась? — Поднял голову Риалар, — через час тренировка.

— Хорошо — кивнула девушка, и вышла.

Дирал проследил взглядом за тем, как она уходит, и вопросительно приподнял брови, посмотрев на Риалара. Тот пожал плечами, и отвернулся.

Кира же вернулась домой, на автомате переоделась и, задумавшись, застыла посреди комнаты. Ей не давал покоя взгляд того существа. В нем было столько боли, столько страдания, и такая обреченность, что она чуть не застонала, прямо почувствовав, как ее захлестывает чужими эмоциями. Он разумный! Она точно знала, что это существо разумно! Не бывает такого взгляда у тупой твари. — Господи, — прошептала она, схватившись за голову, — как такое возможно? Или это опять глюк какой‑то? Нам же говорили что на Мертвой земле нет живых, нет разума. Что эти твари жуткое порождение Мертвой земли. Но не может ТАК смотреть существо не имеющее разума! Это невозможно! Но я же еще не совсем рехнулась, чтобы ошибиться! Или совсем?! — Содрогнувшись, девушка болезненно скривилась, и помотала головой, пытаясь избавиться от жуткого взгляда, которое буквально истязало ее нервы. Нет, нужно пойти чем‑то заняться, пока она с ума не сошла.

Кира подхватила свои мечи, вылетела из дома и решительно пошагала на тренировочную площадку. Вечерело, местное светило уже неуклонно скатывалось куда‑то за горы, в воздухе витал аромат трав и полевых цветов. Где‑то сердито квохтала курица. Девушка вздохнула полной грудью, только сейчас окончательно приходя в себя, и слабо улыбнулась летнему ветерку, растрепавшему выбившийся из косы локон.

На тренировочной площадке было достаточно многолюдно, впрочем, как поняла Кира, тут всегда хватало народу. Воины тренировались в свободное от патрулирования время. Матер Риалар махнул ей рукой, и показал на стойку с тренировочным оружием. Послушно кивнув, Кира повесила свои мечи на ограду, и вытащила из стойки два подходящих тренировочных. Они отошли подальше от других, чтобы не мешать, и занялись изучением новых связок. А под конец Мастер кажется озверел, и начал гонять ученицу так, что ей хватало сил только на то, чтобы скакать бешеным сусликом, едва успевая выставлять блоки.

— Плохо — рявкнул учитель, сердито сверкнув глазами, — ты можешь быстрее. В чем дело Кира?

Кира сцепила зубы, уходя от очередной атаки Мастера, рванулась в сторону, послушно ускорившись, но этого оказалось недостаточно, потому что Риалар огрел ее мечом по боку, и тут же хлестко толкнул так, что она проехалась по пыльной земле, но не упала а только резко выдохнула от боли, и невольно потянулась к силе, дремавшей у нее внутри. "Только бы глаза не вспыхнули" мелькнула мысль. Глаза и не вспыхнули, просто где‑то в глубине зрачков слегка засветилось темное пламя. Движения девушки вдруг резко изменились, как будто она пересекла некую грань. Сейчас глядя на нее можно было сказать, что она двигается как сильный и опасный зверь, быстро, точно, красиво. Ни одного неверного движения, ни одной лишней мысли. Скорость резко возросла и она, наконец, отбила атаку учителя, сама тут же бросившись в контратаку. Риалар с удовольствием глянул на свою ученицу, восхищаясь каждым ее движением. Опасная, дикая, сильная. Хорошо что у нее в руках сейчас тренировочные мечи, не то могла бы наворотить дел. Они пронеслись по площадке как два вихря, не замечая что многие воины, остановив собственную тренировку, с интересом наблюдают за их боем. Наконец Риалар остановил бой, и удовлетворенно кивнул.

— Вот теперь другое дело. Теперь я вижу истинного воина, а не разваренного червяка. Завтра подключим бой с двумя соперниками.

Кира слабо улыбнулась, и вдруг, уловив на себе чужие взгляды, смутилась.

— Ну чего уставились — рыкнул Риалар, проследив за ее взглядом — заняться нечем? — И повернулся к ученице — все отдыхай.

Впрочем, отдыхать Кира пока не собиралась, и отравилась побросать ножи. Несмотря на то, что уже стемнело, у мишеней имелась своя подсветка, и поэтому темнота Киру не смущала. Тут ее и нашел Валар.

— Малявка, хватит фигней страдать, еле тебя нашел.

— Сам ты рыжее чучело — буркнула девушка.

— Пошли давай, — ничуть не обиделся парень.

— Куда?

— Там ребята костер развели, и жарят дикую козу. Пахнет так, что слюнки текут. Тебе когда на патрулирование заступать?

— Рано утром.

— Ну нормально, пойдем тогда.

— Пойдем — улыбнулась она, — но ненадолго, не мешало бы поспать еще.

— Да успеешь. — Он цапнул ее за руку и потащил за собой.

Аромат, плывущий от жареного мяса, был действительно потрясающим. Особенно если учитывать то, что Кира толком так и не поела. Недалеко от столовой, парни устроили уютный костерок, подвесив над ним тушу убитой козы, на самодельном вертеле. Ну и сами уютной кучкой устроились рядом, кто сидя, а кто и лежа на мягкой траве. Они разместились с Валаром на свободном пятачке, и к ним тут же присоединился Граст, а позже и Род, Изель и Карас подсели.

— Вот ты где, наша спасительница, — улыбнулся Изель, подсаживаясь поближе. А мы тебя искали, поблагодарить хотели.

— Не надо благодарить — скривилась Кира, — меня это смущает и злит.

— Валар нам уже это объяснил — хихикнул Род, — но все равно спасибо.

— Да идите вы… — насупилась девушка.

Ребята засмеялись, и кто‑то ткнул ей в руки кусок свежезажареного мяса, одетого на обструганную палочку.

— Вкуснотища то какая–я — промурлыкала Кира, вцепляясь крепкими зубами в истекающий соком кусок.

— Угу — согласно подтвердил Изель, таким же голодным волком накидываясь на свой кусок мяса.

— Кира, пойдешь завтра с нами в лес, с поисковой группой? — Заглянул ей в глаза Граст, — Мы еще не все обыскали. Вдруг чего нароем.

— Когда?

— Ну вообще собираются в полдень. Ты же уже из патрулирования вернешься?

— Ага, вернусь, — кивнула она, — конечно пойду.

— Тогда к полудню подтягивайся.

К их костру стали подходить и другие воины, а потом и девушки. Кто‑то принес кувшин свежезаваренного тико, кто‑то притащил фрукты. Даже наставники появились, без смущения оттяпали себе по большому куску мяса, и с удовольствием вгрызлись в свежее мясо. Валар сбегал за кипларом, и уже тихонько наигрывал какую‑то мелодию. Потом вопросительно кинул взгляд на Киру, но она отрицательно покачала головой, отлично поняв его взгляд–приглашение что‑нибудь спеть. Парень разочаровано вздохнул и вдруг завел такую веселую и игривую песню, что народ одобрительно крякнув, подхватил припев. Атор, сидевший по другую сторону костра от них, важно стал дирижировать, схватив берцовую кость съеденной козы. К ним подсела хорошенькая как куколка девушка, весь вечер украдкой бросавшая взгляды на рыжего Валара. Правда она сделала вид, что рыжий ее мало интересует, и она просто захотела познакомиться с Кирой.

— Привет, ты Кира да? — улыбнулась она, кинув еще один заинтересованный взгляд на Валара, из‑под пушистых ресниц.

Кира мигом поняла в чем тут дело, и улыбнулась — Да, а тебя как зовут?

— А я Лирана. Дочка Лисета. Ты с ним в одном звене.

— Есть такое. — Кивнула она, с интересом рассматривая хорошенькое личико. Лет шестнадцать, не больше, стройная как березка, нежная, с такими же большими синими, как отца, глазами и рыжеватой длинной косой.

— Я видела как ты тренировалась сегодня, — смущенно заулыбалась Лирана, — ты очень быстрая. А я все не могла понять, как такая маленькая девушка, может стать истинным воином. Да и всем тут было интересно на тебя посмотреть.

Кира пожала плечами — да чего интересного, дар и все.

— Ну все равно, это должно быть трудно.

— А что легко? — хмыкнула Кира, и дернула за рукав Валара, — Валар, познакомься с моей новой подругой. Это Лирана.

Девушка не ожидая от Киры такого выверта, вздрогнула, ее щеки мгновенно покраснели.

— Ооо, привет Лирана, очень приятно — улыбнулся парень, легонько пожав маленькую ладошку. Давай споем?

Кира подпихнула девушку в спину, чтоб та не смущалась, и Лирана поспешно кивнула головой, соглашаясь. Над костром поплыла тихая мелодия, и парень запел. Лирана минуту помолчала, а потом подхватила чистым, звонким и высоким сопрано. Кто‑то еще присоединился, и нежная, красивая песня о любви, потекла отзываясь в душах людей. Кира же с грустной улыбкой подняла глаза к ночному небу, любуясь чужими звездами, а потом тихонько отодвинулась назад, и незаметно ушла, чтобы не мешать Лиране, охмурять так понравившегося ей рыжика, не заметив каким внимательным взглядом, проследил за ее уходом Дирал, который замечал, кажется, вообще все.

Этот день выдался длинным и насыщенным, Кира уснула сразу же, как только забралась под одеяло. Вставать нужно было очень рано.

Следующее патрулирование прошло спокойно. И как девушка не искала глазами вчерашнее существо, как ни в сматривалась в черные камни, но его так и не увидела. Только и всего что несколько мелких тварей подстрелили, и то далеко, так что только лучники и смогли дотянуться.

Вернувшись, Кира поела, прихватила с собой несколько бутербродов, и отправилась с группой добровольцев обшаривать местность, на предмет чего угодно, могущего натолкнуть их на след людей в балахонах. Небольшой отряд из восьми человек, наполовину состоявший из учеников, быстро дошел до того места, где заканчивалась исследованная часть леса, и разделившись по двое, двинулась дальше, четко следуя инструкции и осматривая каждый свою, выделенную на карте зону. Кире в пару попал Граст, и они вдвоем внимательно осматривая каждый закоулок, каждый куст или ямку, пошли по лесу изредка перекидываясь отрывистыми фразами. Так, через пару часов, постепенно расширяясь, дошли до самых гор, и остановились. Приказа идти дальше у них небыло, выделенная для них зона поисков закончилась, нужно было возвращаться, но Кире почему‑то не хотелось отсюда уходить. Земля тут слегка подрагивала, как и в прошлый раз сигнализируя о вполне живом и ворчащим в ее недрах процессе кипения.

— Знаешь, — задумчиво пробормотала девушка, — по моему если они и скрываются в этих местах, то скорее всего в горах.

— С чего ты так решила? Тут же опасно, камни падают, и вулкан еще. Это опасно.

— Вот именно поэтому, — хмыкнула она, — и еще там наверняка найдутся несколько удобных пещер или разломов.

— Может ты и права. Но лезть туда сегодня мы не будем, не то получим по ушам от учителей.

— Не будем, — согласно кивнула она, но уходить все же не спешила, пристально рассматривая горы. — Давай передохнем, а потом вернемся.

Грасть присел на плоский камень у самого подножия скалы, той самой, где они видели дикую козочку. Кира порылась в рюкзаке, и ткнула парню в руки припасенный хлеб с сыром.

— Оооо, подруга, ты прелесть! — Довольно проворчал Граст, впиваясь зубами в хлеб.

— Я знаю — хмыкнула она, и отошла немного в сторону, приложила ладони к скале и закрыла глаза. Граст с интересом за ней наблюдал, не вмешиваясь.

Прислушавшись к себе, Кира глубоко вдохнула, и легонько тронула свою внутреннюю искорку силы. Та с готовностью отозвалась на зов, поднялась волной, пробежала по рукам, и нырнула куда‑то вглубь скалы. Кира всем существом вдруг почувствовала как ворчит земля под ногами, как кипит где‑то горячая лава, различила неспокойное ворчание и чем ближе она тянулась к бурлящему нутру, тем все более переходящую в грозный рык. Поймала вдруг какую‑то странную, грозную музыку этих мест, мрачную и почему‑то болезненную. Ей показалось что это место пытается ей что‑то рассказать, открыть что‑то такое, чего никто еще не видел. Невольно потянулась туда, чтобы понять, услышать в меняющейся тональности, эту странную музыку гор. Понять чего им не хватает, и почему в этой музыке вдруг нарисовался пугающий, и испуганный диссонанс, чутко бьющий по ее идеальному слуху. Почти поняла, где находится то самое, совсем неправильное звучание, когда на ее плечо опустилась тяжелая рука Граста. Она вздрогнула, и потеряла настрой, с досадой подумав что еще чуть, чуть и она бы поняла. Еще бы немного, и возможно ей бы удалось разобраться.

— Эй, подруга, ты тут уже пол часа торчишь как статуя самой себе, — Услышала она, и отлепилась от скалы.

— Черт, Граст! Ты мне весь настрой сбил, паршивец! — Досадливо скривилась она, — не мог помолчать?

— Не мог, нас внизу ждут, забыла?

Она досадливо вздохнула, и отмахнулась от парня. — В следующий раз сама сюда приду, чтоб никто не мешал — недовольно проворчала она.

— Не придешь, нам запретили по лесу просто так гулять, пока всю местность не обшарят.

— Да ну что за бре–е-ед, — сердито насупилась она.

— А вот та–а-ак, — хихикнул парень, поддразнивая ее. — Не расстраивайся, до гор же уже тут все проверили, так что завтра наверное и сюда полезем.

— А нас пустят?

— А кто его знает — пожал он могучими плечами. — Пойдем, не то нас искать скоро начнут.

Но Кира вдруг резко закрыла рукой рот Грасту, и потащила в сторону, под прикрытие низких деревьев, с густой листвой до самой земли. Парень, мгновенно что‑то сообразив, бесшумно последовал следом.

— Слушай — прошептала ему она, почти не слышно.

Несколько минут ничего небыло слышно, а потом раздался шорох мелких камешков, под чьими‑то тихими шагами, потом такой же тихий разговор двоих человек. О чем они говорили, понять им не удалось, но то, что тут никого кроме них быть не должно, это они знали наверняка. Переглянувшись, они не сговариваясь, тихо поползли вдоль деревьев, за которыми сидели, тщательно следя, чтобы не засветиться. Шаги приближались. Более того, они направлялись в сторону гор. Осторожно вглядываясь, Кира с Грастом увидели две мужских фигуры, мелькнувших в просвете ветвей. Переждали немного, давая незнакомцам отойти чуть дальше, и осторожно выползли из укрытия. Прячась за камнями, они проследили как две мужских фигуры лихо перепрыгивают по камням, поднимаясь выше и выше, потом Кира слегка тронула за плечо Граста, и так чтобы он видел, подняла руку с кольцом братства, предлагая подать сигнал. Была такая договоренность, что та пара, которая что‑либо найдет, одновременно сжимают камни на перстнях, чтобы подать сигнал, но не устроить тревогу. Граст подумал секунду, и помотал отрицательно головой, потом прошептал — а если это не они? Мы же не видели кто это. Давай проследим немного. Вдруг кто из селян забрел за строительным камнем, или еще что.

Кира пожала плечами, и стала подниматься за незнакомцами, быстро и абсолютно бесшумно. Граст не отставал, двигаясь как хищный зверь на охоте. То, что это не селяне, стало понятно уже минут через пять. Зачем селянам подниматься так высоко, да еще и по узкой, едва видной тропе, а кое–где и без какой‑либо тропы. К тому же, эту тропу, пока они стояли внизу, видно совсем небыло, и надо было еще хорошо знать, как именно тут можно залезть. А камня и внизу хватает, и незачем сюда просто так идти. Девушка нахмурилась и опять тронула парня за плечо, показав на кольцо. Тот скривился, не желая раньше времени вызывать помощь, но Кира сердито ткнула его в бок, и тот нехотя кивнул. Они одновременно, на мгновение сжали камни на кольцах, отпустили и еще раз сжали, подавая сигнал. Кира успокоено вздохнула, зная что помощь близко, и они не останутся один на один со странными незнакомцами. Еще ведь неизвестно, сколько их тут. Вдруг там целая банда сидит.

— Слушай, а вдруг нас не найдут — остановился Граст. — Тут не так просто подняться, если не знаешь куда идти.

— И что ты предлагаешь? — Посмотрела на парня Кира.

— Останься здесь, дождись других, а я пока прослежу.

— А если с тобой случится что‑то? С ума сошел?

— Да я никуда не полезу, просто прослежу — шепнул он. — Надо же знать куда идти.

— Обещаешь?

— Клянусь, — успокаивающе сжал ее плечо парень.

— Что‑то мне твоя гениальная идея совсем не нравится, — буркнула она, — Будь осторожен.

Граст кивнул и тут же растворился за нагромождением камней. По расчетам Киры, ждать ей предстояло минут двадцать, может чуть больше, потому что поисковыве группы хоть и расходились в разные стороны, но все равно не отходили далеко друг от друга. Она чутко прислушивалась, силясь уловить любое движение, любой шорох, но было тихо. Минут чераз пятнадцать, девушка услышала слабый вскрик, и насторожилась. Ей показалось что это был голос Граста. Сверху прошуршали посыпавшиеся мелкие камешки и опять все затихло. Чувство тревоги взвыло внутри, дурным голосом и Кира просто не выдержала. Быстро огляделась, наклонилась и набрав в горсть каменной пыли, вывела на земле стрелку. Пробежала с десяток шагов вверх, и таким же образом, вывела вторую стрелку. Теперь их в любом случае найдут, она была в этом уверена. Так время от времени помечая дорогу, неслышно промчалась наверх, прыгая по камням, не хуже той горной козы, осторожно выглянула из за поворота, и резко присела за камнем, заметив какое‑то шевеление и обратилась в слух.

— Вы хвост за зобой притащили! — услышала она тихий, злой голос. — Ну если он тут не один, можете сразу головой вниз на камни прыгать.

— Хозяин, мы смотрели, никого ж небыло, — униженно заблеял второй голос.

— Проверьте все. Если кого найдете, скиньте со скалы. А как вернетесь, вход закройте. Тут после вашего провала по лесу толпы воинов толкутся.

— Все сделаем, хозяин. — Третий голос.

Кире показалось что голос этого "хозяина" она уже слышала. Абсолютная память тут же выдала ответ, и девушка застыла в полном ошеломлении. Не может быть! Да ну, этот то тут откуда, а главное зачем??! Нет, наверное все же спутала. Сверху зашуршали шаги, и она поспешно отступила, прячась за большим, нависающим валуном, медленно обходя его другой стороной. В напряжении закусила губу, понимая что с этой стороны влезть будет очень сложно, но выхода то нет. Или она сейчас заберется вверх, или ее обнаружат. А возиться с этими двумя, явно не с руки. Шум будет, и тот кто находится там, наверху, может услышать. Значит вверх, не обращая внимания на то, что и зацепиться то не за что. Но она легкая, так что ей даже небольшая неровность послужит опорой. Опасно да, но по другому никак. Вот когда пожалеешь, что никогда в горы не лазала, опыта никакого. Девушка подобралась, и резко подпрыгнув, вцепилась пальцами в едва ощутимую неровность камня. Уперлась ногами и сдирая пальцы в кровь, подтянулась, вытягивая тело выше. Еще рывок, еще один, она добралась как раз вовремя, потому что буквально под ней, показались две мужские фигуры, смотрящие куда‑то вниз. Кира замерла, боясь даже дышать. "Хорошо что у них мозгов не хватило вверх посмотреть", проворчала про себя, откатываясь в сторону так, чтобы ее уже было невозможно увидеть. "А вот нарисованные стрелки могут и обнаружить. Эх, как все нескладно вышло. Надо было им обоим подождать помощь, а не лезть вперед как неразумным детям", — с сожалением подумала она. Осторожно и бесшумно Кира продвигалась вперед, боясь дышать, и вимательно смотря куда ствит ноги. Разодранные в кровь руки болели, и подумав, она остановилась на пару секунд, чтобы капнуть на губы зелье сиорта. Руки ей нужны здоровыми. Потом прошла еще несколько метров, и наконец увидела то, что и ожидала увидеть, небольшой такой разлом между камней. Все таки она была права, предполагая что тут вполне могут быть пещеры. Осмотрелась — никого. И тишина полная. Заглянула внутрь — темно как… в пещере. Она осторожно пошла вперед, слегка касаясь рукой стены. А стены то подрагивают внутри гораздо больше чем снаружи. Кажется вулкан кипит совсем рядом, а еще довольно душно. Узкий и длинный проход, вдруг резко свернул налево и неожиданно закончился. Впереди был свет. И свет этот исходил, кажется, от факелов. Потом послышался слабый стон, наполненный такой мукой, что у Киры волосы дыбом встали. Но голос незнакомый. Это не Граст. Медленно, по шажочку продвинулась еще немного вперед и заглянула краем глаза в проем. Довольно большой, круглый зал, на стенах и правда висит несколько факелов. Дышать почти нечем, на стенах то тут, то там видны трещины. Если вулкан рванет, эта пещера просто обрушится, раз у нее от колебаний уже стены трещат. Из зала ведет несколько ходов. А вот в самом зале… Кира прикрыла на мгновение глаза, стараясь не заорать. Посредине стояло что‑то типа стола, или алтаря, сложенного из больших камней. На нем прикованный обнаженный и незнакомый мужчина. Грудь его разрезана, но не так чтобы умер. Сверху, на простой веревке свисает угольно черная туша какой‑то твари, из мертвой земли. И вот из этой‑то туши, на лежащее на столе тело, капает какая‑то черная дрянь, прямо на разрез на груди. Девушка содрогнулась, и неслышно ступая, пошла вперед. Окинула быстрым взглядом зал, и наконец заметила в дальнем углу железную клетку, а в ней связанного по рукам и ногам Граста! Живой! Судорожно вздохнув, она поймала взгляд парня, и облегченно выдохнула. Связан, избит, во рту кляп, но жив. Парень слегка дернулся, метнул взгляд к дальнему проходу, и прикрыл на минуту веки. Кира кивнула, и как тень скользнула в ту сторону. Постояла прислушиваясь, но ничего не услышала, и тенью скользнула к железной клетке. Выхватила нож, дотянулась до парня, и одним махом перерезала веревку. Тот резво освободился от пут, выдернул кляп изо рта, и прошептал: — ты что одна?

Кира кивнула.

— Из клетки сам вылезешь? Как ты вообще попался?

— Сверху камнем по голове приложили. Выберусь, тут замок простой, они в этой клетке тварь держали.

По телу лежащего на столе мужчины пробежала судорога, и он тихо, сквозь зубы мучительно застонал. Кира вздрогнула и подошла к нему. Только теперь до нее дошло, что лежащий на столе — совсем не человек. Это эльф, да еще и серебряный эльф. Расширенными от ужаса глазами, она посмотрела на жуткую рану на его груди, и ее замутило. Капающая с черной туши на открытую рану дрянь, кажется медленно, но верно впитывалась в тело, заставляя эльфа корчится от боли, и превращая некогда красивого мужчину, в то самое черное и жуткое, что бегало в мертвых землях. Уже половина его грудной клетки пропиталось этой гадостью, и почернело. Эльф вздрогнул и вдруг открыл глаза, уставившись полными боли глазами на девушку. Бледные сухие губы что‑то прошептали. И Кира уловила слова — убей меня. На секунду сжала кулаки, но потом мотнув головой, ловко обрезала веревку, на которой болталась черная тварь так, чтобы она отлетела в сторону, не зацепив лежащего.

— Убей меня — просипел эльф.

— Потерпи. — Хмуро буркнула девушка, — убить всегда успею. — Она вырвала из кармана эликсир с сиортом, и щедро брызнула на рану, но сиорт на этот раз не помог. Совсем. — Черт, это плохо — застонала она, потерпи немного, я что‑нибудь придумаю.

И вот тут‑то она услышала, что кто‑то идет сюда, по дальнему проходу. Да еще и не один. Кинула острый взгляд на Граста, но тот уже выбрался из клетки, и метнулся к проходу, встав за стеной.

— Убей — еще раз простонал эльф.

Но Кира не стала его убивать, ей хотелось помочь, вдруг ее способности все же справятся с этим кошмаром. Надо сначала проверить, а потом уж убивать, если ничего не выйдет. Одним прыжком метнулась к Грасту, и ткнув ему эликсир с сиортом в руки, отпихнула себе за спину. Все правильно, он безоружен, а ее ножи не дадутся никому в руки, проверено. Так что пусть лучше страхует. Истинный воин и без оружия опасный противник. В темном проходе послышаля странный хрип, лязг железа и цокот как будто когти животного по полу. Кира вытащила мечи, и замерла. Черная тварь вылетела оттуда как черт из адовой дыры, и Кира уже ни о чем не думая, полоснула ее по шее, едва ее голова показалась в проходе. Черная голова отделилась от тела, и разбрызгивая черную же кровь, прокатилась вперед. Огромная туша перекрыла проход, рухнув на входе, а из туннеля послышалась злобная ругань того же знакомого голоса, который кого‑то звал. Кира машинально проследила взглядом за откатившейся головой, и только тут поняла что тварь кажется была на поводке! Точнее это даже не поводок, а железный штырь, позволяющий держать тварь на расстоянии.

— Лоритиэль — вдруг во весь голос крикнула Кира, — ах ты ж подлец, теперь я понимаю почему тебя хотел убить твой друг. Эх не знала я что не стоит ему мешать, такая тварь как ты не должна жить, и я это исправлю. Выходи, царственная сволочь!

Что‑то упало и звякнув покатилось по темному коридору, а на перегородившую проход тушу твари, выпрыгнул воин, вооруженный здоровенным мечом. Только позиция у него была крайне невыгодная и не устойчивая, и Кира не раздумывая метнулась вперед, а воин резво отпрыгнул назад, уходя от ее удара. Сейчас у нее была очень выгодная позиция, узкий проход не даст подойти больше одного человека. Да еще и эта туша на полу.

— Зря ты сюда явилась — откуда‑то издалека прошипел голос Лоритиэля.

— Да что ты говоришь! — с сарказмом прошипела Кира, прикидывая что делать дальше. Потом ткнула Граста в бок — следи чтобы на нас сзади никто не покусился, а я пожалуй пойду вперед, надо разгонять эту банду, пока не разбежались.

Она глубоко вздохнула, вгоняя себя в боевой режим, и ускорившись раванула вперед, взлетев на черную тушу, и встречая удар огромного двуручника, по скользящей пропустила его с килора, одновременно шарахнув в живот противника, и заставив его слегка пошатнуться. С его большим мечем, тому было крайне неудобно драться в узком проходе, тогда как маленькая и быстрая Кира не испытывала особых неудобств. Этот воин оказался хорош. Сильный, умелый, да только ему с ней тут точно не справиться, и он это поняв, стал понемногу отступать, едва успевая блокировать ее удары. Впрочем Кира не собиралась дать ему уйти в какой нибудь более удобный проход или зал, тем более что воин был тут не один, за его спиной в нее целился из арбалета еще один, а дальше еще один. Только стрелять им тут неудобно. Очень неудобно. И Кира прикрывшись могучей фигурой противника, резко прыгнула пригнувшись, и коротким ударом, почти без замаха, ткнула воина куда‑то в пах, располосовав ему артерию, и тут же вцепилась в него мертвой хваткой, не давая упасть и закрывшись от арбалетных болтов. Отшвырнула назад выпавший двуручник, чем несказанно обрадовала Граста, тут же подхватившего оружие.

— Кира, дай ка я вперед пойду — Сердито попросил Граст, — перехватывая тяжелое тело в которое тут же воткнулся арбалетный болт. — Очень хочется рассказать ребятам что кидать на голову идущих истинных воинов камни, нехорошо. Кира хмыкнула, но возражать не стала. И Граст схватил могучей рукой тело, и прикрываясь им как щитом, попер вперед, как танк.

— Позовешь, если что — хмыкнула девушка, плотно прижавшись к стене, чтобы пропустить его мимо себя, и всем существом ощутив, как содрогается камень. Я присмотрю за тылом. И рванула обратно, пронесшись по узкому проходу к выходу. Граст пока‑что справится сам, она только помешает.

— Постарайся не убить Лоритиэля, — сказала напоследок, и тенью скользнула обратно. Вылетела в зал, и уже спокойнее подошла к прикованному эльфу. Тот лежал молча, водя воспаленными глазами из стороны в сторону, и кажется уже ничего не видя от боли. Расплывшееся черное пятно на его груди кажется все больше и больше разъедало плоть. Она прислушалась, но кроме звуков боя, ничего больше не услышала, и до боли закусив губу, решительно положила руки прямо на черную рану, даже не подумав о том, что это может быть опасным. Уже привычно сосредоточилась. Изменившимся зрением взглянула, и чуть не застонала. Аура эльфа, медленно чернела, меняя своего носителя до неузнаваемости. — Нет уж, я не дам тебе его убить, — зло прошипела она сквозь зубы, и пустила по рукам широким потоком, ту самую сиреневую силу, которая уже не раз ей помогала. Края черной раны зашипели, как будто кто‑то кислотой плеснул, эльф забился на столе, но Кира не останавливаясь, вливала и вливала в него свою силу. Сколько она так стояла, сражаясь с чернотой? Минуту, десять, час? Она не знала, только почувствовала как иссякают силы, и начинает кружится голова. Но страшная черная клякса нехотя, медленно, но поддавалась под мощным напором ее странной силы. Она покачнулась, и едва не упала, но сцепив зубы все же держалась из последних сил, давя эту жуткую черноту, как какого‑то врага. Стягивала страшную рану и наконец, устало опустилась на пол, едва не потеряв сознание от слабости. Вдруг почувствовала жжение на собственной груди и, забеспокоившись, положила туда руку, нащупав тонкую цепочку медальона. Не понимая что же так жжется, машинально потянула эту цепочку, и обомлела. Ее подвеска светилась как ненормальная, бешеным сиреневым светом. Она машинально сжала ее в ладони, стараясь приглушить это сияние, чтобы не резало глаза, и вдруг ошарашено замерла, почувствовав как вливается в нее сила, хранившаяся в маленькой звездочке, наполняя ее до краев. Она подняла голову, и встретилась взглядом с не менее ошалевшим взглядом лежащего мужчины. Вздрогнула, и резко затолкав кулон за пазуху, выхватила нож, и перерезала сковывающие его толстые кожаные полосы. Тот сел, растерянно ощупывая свою грудь. А Кира вдруг впервые почему‑то смутилась его наготы и, сбросив с себя плащ, бросила его эльфу. Потом прислушалась к звону мечей, и невнятным крикам, и больше не глядя на попытавшегося что‑то сказать эльфа, рванулась было на помощь Грасту, но тут же едва не упала. Пещера содрогнулась, где‑то гулко посыпались камни, эхом прокатившийся звук, чуть не заложил уши.

13

Каменный пол пещеры содрогался, по стенам зазмеились жуткие трещины, Кира испуганно замерла, не зная что делать, всем существом вдруг ощутив опасность, и ухватилась рукой за каменную стену, чтобы удержаться на ногах. Рука как будто приросла к стене, потому что в тот момент когда девушка ее коснулась, перед внутренним взором раскрылась наконец‑то та картина, которую она так хотела увидеть вот уже несколько дней, и на которую у нее никак не хватало концентрации. Провал в никуда. Провал в далекую глубь земли, где‑то там глубоко под ее ногами кипела и готовилась вырваться на волю черная как смоль, страшная и дикая сила. Ничего похожего на обычную лаву вулкана. Это именно та чернота, которая с некоторых пор преследует этот мир, вдруг с ясной четкостью поняла Кира. И тут же пришла в ужас от того, что представила что же будет, если эта пакость вырвется сейчас наружу. Что там эльф говорил? Четыреста лет, и половина земли станет мертвой? Да нет, час или два, и это случится. Если эта гадость сейчас рванет, то ничего живого не останется на многие километры. И блокировать этот кошмар как раньше, вряд ли удастся, слишком большая территория мгновенно поглотится, распространяясь как зараза, дальше и дальше, захватывая все новые и новые земли. Она вздрогнула от ужаса, и попыталась успокоиться, так, как привыкла в последний год. Глубоко вдохнула, загоняя страх куда‑то вглубь и прижимаясь к стене уже всем телом, чтобы не потерять, не сбить контакт. На каком‑то наитии вслушалась в подземный гул, поймала вибрацию, ощутила тонкую ниточку, грань, на которой еще как‑то держалась земля, не желая выплескивать на свою поверхность это черное, мертвое варево, которое кипело сейчас в ее нутре, услышала тот диссонанс, который резал ее музыкальный слух так, что она невольно поморщилась. Тихонько застонала, от этого раздирающего ее неправильного звука и вдруг уловив настоящую, чистую, правильную музыку этого мира, которую сейчас рвало на части, подхватила эту мелодию, открылась ей, загорелась как сиреневая звездочка, и запела. Запела, помогая этой земле удержать правильность мелодии, запела, вплетая свой голос в музыку этого мира. Встроила свою песню, вплела в поток жизни, помогла, поддержала, показала что здесь лишнее и повела эту музыку вслед за собой так, как это и должно было быть.

Серебряный эльф, как раз обмотавший бедра таким маленьким для него плащом, что одеть его, при его комплекции не было никакой возможности, замер, и неверяще поднял расширившиеся глаза. Маленькая девушка, которая спасла не только его жизнь, но и его душу, всем телом прижалась к содрогающейся стене, и вдруг окутавшись сиреневым сиянием с головы до ног, запела. Да так запела, что у эльфа мурашки пронеслись по всему телу. Их раса не даром была известна своими певцами. Каждый из них любил музыку, каждый пел. А настоящие, истинные голоса вообще были только у них. Но вот сейчас, его уши уловили нечто совершенно потрясающее и необычное. Голос, так не похожий на звон колокольчиков его народа, но, тем не менее, этот голос просто невероятно, невозможно прекрасен. Довольно низкий, бархатный, завораживающий. Голос, который казалось, прозвучал по самым скрытым струнам души, заставляющий забыть обо всем, выпасть из реальности, расширить мироощущение. Зовущий, манящий, соблазнительный, такой сильный, такой потрясающий… Он забыл обо всем, о камнях, которые только что кажется завалили выход из этой пещеры, о чудесном спасении, о вот вот готовой обрушится пещере. Казалось сейчас весь мир замер, и неверяще слушает, внимает, покоряется этому голосу, и начинает звучать в унисон. Голос, которому невозможно сопротивляться. Да и не хочется сопротивляться. Как можно сопротивляться музыке самого мира?

Кира же, ничего не видя вокруг, закрыв глаза, и сосредоточившись только на внутренней музыке, не видела как постепенно стихают конвульсивные вздрагивания стен. Успокаивается земля, отступает черная муть, откатывается назад, тоже не способная противится голосу самой планеты. Больше не дрожит пол, не рушатся камни, замирает все, слушая и слушая эту дивную музыку. Сколько прошло времени? Кира не знала, как не знала и что именно она пела, но вдруг почувствовала, что от слабости у нее подгибаются ноги. Прижалась плотнее к стене, пытаясь удержаться на ногах, но почему‑то не смогла, и бессильно опустилась на колени, продолжая петь из последних сил. А потом провалилась в черноту, уже не услышав, как вскрикнул среброволосый мужчина, как кинулся к ней, и подхватил на руки, испуганно заглядывая ей в лицо.

Очнулась Кира с трудом. Сознание никак не хотело выползать в реальность и все тянуло и тянуло ее куда‑то в темноту. Не открывая глаз, девушка глубоко вздохнула, пытаясь понять, почему у нее такое ощущение, как будто по ней дорожный каток проехался. Болело все, да еще и такая слабость, что сил нет даже глаза открыть. Рядом что‑то зашуршало, и с трудом, все же разодрав глаза, Кира увидела мужскую фигуру, неясную, и какую‑то расплывающуюся. Человек что‑то сказал, но что именно, она не поняла, и бессильно закрыла глаза, так как от вида расплывающегося силуэта ее стало сразу же подташнивать. Кто‑то рядом вздохнул, потом зажурчал женский голос, с ласковыми, успокаивающими интонациями. Кира прислушалась, и наконец‑то стала различать слова.

— Ничего моя хорошая, ничего, ты не волнуйся, все будет хорошо. Сейчас я тебе попить дам, и свежей водичкой оботру, оно и легче станет. — Ласково ворковал этот голос, невольно вызывая у девушки нежную улыбку.

Ее голову осторожно приподняли, и в рот осторожно потекли капельки влаги. Кира жадно глотнула, вдруг ощутив что во рту все пересохло как в пустыне. Невольно она потянулась к этой влаге, и жадно присосалась к краю чашки. Напившись облегченно выдохнула, и уже уплывая в сон, все еще слышала ласковое воркование женщины.

Второе пробуждение было гораздо легче. Глаза открылись без каких либо проблем, и она обвела взглядом комнату, не понимая где находится. Комната была чистой и светлой и незнакомой. Из‑за зашторенного окна пробивались слабые лучики солнца. Сама она лежала на неширокой но удобной кровати, а вокруг царила звенящая тишина. Кира осторожно приподнялась на локтях, обвела взглядом комнату, с недоумением покосилась на собственные руки. Странно, но ладони оказались изрядно поцарапанными, как если бы она упала на асфальт и проехалась по нему ладошками. Впрочем руки не болели, и она о них тут же благополучно забыла. Рядом у кровати на табурете лежала ее аккуратно сложенная и чистая одежда. Она оделась, стараясь не обращать внимание на жуткую слабость. Болеть Кира не привыкла, и чувствовала сейчас себя как‑то странно. Боясь упасть и на всякий случай держась за спинку кровати одела на себя пояс с ножами, с трудом перекинула на спину ремни с килорами и, шатаясь как тростинка на ветру, вышла из дома. Ласковое, утреннее солнышко мягко коснулось волос, ветерок растрепал спутавшиеся кудряшки. Ну да, расчесаться было нечем. Кира придержала непослушные волосы рукой, и села на ступеньки крыльца. Силы как‑то разом закончились, и стоило немного отдохнуть. Она огляделась. Было раннее утро, а она находилась сейчас на крыльце дома который принадлежал магу–целителю. Она вспомнила журчащий голос этой магички и улыбнулась. Так с ней разговаривала когда‑то только мама.

— Кира ты чего встала? С ума сошла? — тут же раздался возмущенный женский голос, и из‑за угла дома вынырнула крепкая фигура целительницы, женщины лет сорока некрасивой, с маленькими но очень добрыми глазами, большим, но улыбающимся ртом, и мясистым носом. — Два дня назад чуть не померла, а теперь сидит тут как ни в чем не бывало!

— Доброе утро Прира — улыбнулась ей девушка, тут же поморщившись. Горло сразу вспыхнуло, как будто там горячий кусок угля застрял. Да и голос был таким слабым и хриплым, что Прира только руками всплеснула.

— О боже, а с горлом то что?

— Не знаю — просипела она, и задумалась. Вот тут наконец в ее голове начали всплывать картинки происходящего. Горы, пещера, угрожающий гул камней, обнаженное тело на каменном столе, и она прижимающаяся к каменной стене, и что‑то поющая. Так вот почему так болит горло! Она же пела! А что пела не помнит. Но судя по тому что она на заставе, их все же нашли раньше, чем обвалилась пещера. От воспоминаний заболела голова и она поморщилась.

— Что со мной было? — шепотом спросила Кира, стараясь не напрягать голосовые связки.

— Говорят выброс силы — пожала плечами женщина, опускаясь рядом с ней на ступеньку, и деловито встряхивая руками. — Погоди ка, дай на горло твое гляну.

Магичка осторожно положила ладони ей на шею, слегка нахмурилась, и Кира вдруг почувствовала несильную мягкую волну. Сразу стало легче, ощущение жжения пропало.

— Спасибо Прира, вы настоящий целитель. — Благодарно улыбнулась девушка. — Может теперь расскажете что произошло? А то мои воспоминания какие‑то отрывочные.

— Учитель твой расскажет, — поморщилась Прира, — только… — женщина скривилась, и еле заметно передернула плечами, — знаешь, многие не согласны с Диралом, так что… в общем держись девочка и ничего не бойся. И иди ка ты отдохни еще, нечего в таком состоянии бродить как привидение.

Кира удивленно приподняла одну бровь, и во все глаза уставилась на магичку. О чем это она? Чего ей бояться? Но женщина сердито фыркнув, резко поднялась и зашла в дом. Впрочем сейчас Кире было слегка не до загадок, голова болела все сильнее, перед глазами стали разбегаться странные круги. С трудом поднявшись на ноги, девушка медленно пошла к своему дому. Нужно бы глотнуть сиорта, но заветного пузырька в кармане почему‑то не оказалось, а значит нужно добираться до дома. Она уже подходила к крыльцу своего маленького домика, когда откуда‑то вынырнул Граст.

— Кира, ты живая! Тебя уже магичка отпустила! Здорово! А я боялся что неделю проваляешься. Ох, что тут было, ты бы видела! — громогласно пророкотал он, но увидев как девушка вдруг побледнела и схватилась за голову, испуганно замолчал и схватил ее за руку, поддерживая, чтобы не упала.

— Что ж ты так орешь, — тихо прошипела она.

— Прости, — с несчастным видом прошептал парень, с испугом заглядывая ей в глаза. — Тебе плохо? Вот держи, это твое. — Он протянул ей небольшую склянку с сиортом, и девушка схватившись за нее как утопающий за соломинку, торопливо открыла, капнула на губы и облегченно прикрыла глаза, прислушиваясь к себе.

— Тебе легче? — Озабоченно пробормотал Граст. — Ты такая бледная, что смотреть страшно. Я раньше хотел тебе ее принести, да побоялся светить. Вдруг потом у тебя еще неприятностей добавилось бы.

— Каких неприятностей, Граст? Я что‑то совсем ничего не понимаю, — нахмурилась она, и взяв парня за руку, уже достаточно уверенно потащила его к дому.

— А ты ничего еще не знаешь? — Осторожно уточнил парень, садясь на ступеньку крыльца.

Она опустилась рядом с ним на ступеньку выше, — Граст, я глаза открыла пол часа назад. Рассказывай давай что произошло.

— Нууу… — смутился парень, — в общем Дирал подозревает что выброс твоего дара чуть не привел к катастрофе.

— Что? — Вытаращила глаза Кира. — Это как так?

— Ну… — совсем смутился парень, — я им говорил что это бред, но мне не верят. Я же не видел с чего началось землетрясение, вот и…

— Класс! — Только и сказала девушка, ошарашено покачав головой.

— Да ты не сердись, — поспешно сказал парень, — Риалар в это не верит. Да и вообще. Просто они боятся твоего темного дара, вот и… Просто понимаешь, когда они вход раскопали, ты лежала совсем истощенная, вот они и решили что это из‑за тебя.

— Правда? — Как‑то очень спокойно спросила она, и усмехнулась. — А где серебряный эльф?

— Да с ним вообще непонятно. Я ж видел как он помирал от той гадости, а потом он совсем живой и здоровый, хоть и почти голый, метнулся между нашими парнями, и только его и видели. Пропал как и небыло.

— Понятно. А с той ушастой сволочью что?

— С принцем? Ну я слегка погорячился, и намял ему бока. Но он живой, сейчас в подвале под охраной отлеживается. Живучий гад, чуть меня не достал, но только плечо порезал. Ну я и разозлился. Ну да он очухается, там его магичка лечила. Только он же принц хренов, допрашивать его мы права не имеем никакого, без их представителя, поэтому братство послало гонца в Темный лес.

— Как интересно — хмыкнула девушка.

— Кира, я им не верю, ты не думай, — с несчастным видом сказал Граст. Не могла ты ничего плохого сделать, ты же наша, ты истинный воин.

— Вот что, расскажи мне все что ты видел.

— Да что я мог видеть то! Я же темного дубасил, — смутился парень.

— Вот и расскажи мне про это, я же этого не видела.

— Хорошо. Значит я прибил тех, в балахонах. А тут этот эльф что‑то в углу делает. Я присмотрелся а он гад пытается проход открыть. Там запасной выход был, лаз. Совсем узкий. Я еле успел его оттуда за ногу выдернуть. Он озверел, и чуть меня не зацепил, ну мы и сцепились. А тут вдруг все содрогаться начало, камни тот лаз завалили, а один эльфу чуть голову не проломил, но я его успел дернуть на себя. Нам же надо было его живым оставить. Хоть я его конечно уже тогда здорово поломал со злости. Потом опять камни посыпались и коридор завалили, который в первую пещеру вел. Я уж думал все, и меня привалит, залез в угол, где стена потолще. А потом все вдруг стало успокаиваться, и мне показалось что я услышал как поет кто‑то. В общем как все утихло, я стал проход раскапывать, а тут и наши появились, помогли камни с той стороны раскидать. Я вышел, а ты лежишь без сознания, такая бледная что я испугался. Показалось неживая уже. Эльфа серебряный пропал. Кругом пылища стоит, и Дирал злой как черт. Вот и все что я видел. Ну тебя ребята к магичке повезли, а Дирал мне целый допрос устроил. А что я сказать то мог?! Не соврешь же, сразу почуют. — Парень нервно дернул щекой. — Я им говорил чтоб эльфа нашли, что он то все знать должен, что тут сталось, но его не нашли. Кира а как он встать то смог?

Девушка грустно улыбнулась и покачала головой, — Не переживай разберемся. Иди, дай мне время отдохнуть и подумать.

— Кира, ты ведь не выпустила силу из под контроля? — С несчастным видом спросил он.

— Не выпустила. Все иди. Пожалуйста. Позже поговорим. — Она поднялась на ноги, слегка покачнулась, но удержалась на ногах, и вошла в дом.

Граст с досадой прикусил губу. Он действительно не знал что происходило в том зале где была Кира, и не мог ничего рассказать. Он в это время эльфу морду бил, да еще так разозлился, что чуть вообще не убил. Повезло длинноухому что такой живучий. Но малышка не выпустила бы силу из под контроля, он был уверен в этом. Она очень серьезная и ответственная, и никогда бы не навредила. А то что дар темный, ну и что? А эти… забегали как тараканы… Тьфу. Из‑за одного паразита с темным даром, который помер века назад, теперь вот такие проблемы. Она же ему, Грасту, жизнь спасла, уже не первый раз, между прочим, и не только ему. Если бы следом не полезла, неизвестно что бы с ним еще было. Надо бы поговорить с учителем девушки. Зло сплюнув, парень решительно пошел искать Мастера Риалара.

Кира же зашла в свое жилище, и устало потерла виски. Нет, у нее уже ничего не болело, спасибо эликсиру, но слабость была такая что сил не было даже думать. Она разделась и приняла душ. Горячая вода немного ее взбодрила. И впервые за все время пребывания в этом мире, ей отчаянно захотелось выпить кофе. Горячего, ароматного, вкусного. Она чуть не застонала от такого острого желания, и тяжело вздохнув, помотала головой. Не о том думает. Нужно разобраться, понять что такого случилось, что Дирал так на нее разозлился. Девушка села на край кровати, подобрала под себя ноги и задумалась. Нет, то что Дирал все время как‑то странно на нее смотрел, пристально наблюдал это было понятно. Она все время наталкивалась на его острый и внимательный взгляд. Все время ждал от нее какой‑то гадости? Не любит тех у кого темный дар? Впрочем таких кажется в этом мире никто не любит. Точнее не так. Скорее относятся с опаской. И чем это ей может грозить? Что он сможет ей противопоставить? Ладно, с этим она потом разберется, когда поймет хорошенько в чем ее обвиняют. А вот то что произошло в пещере, над этим стоило хорошенько подумать. Кира осторожно, буквально посекундно стала восстанавливать в памяти произошедшее и, пришла к выводу, что у нее все же два отдельных дара. Один помогает убивать, второй наоборот, исцеляет. И при том исцеляет как‑то очень странно. Она хорошо ощутила тогда некое слияние с самой землей этого мира. С чем‑то большим, сильным и, по своему, разумным. Некий живой организм, но настолько необычный и странный, что вряд ли она смогла бы его даже описать, а тем более понять. И все же, она смогла вписаться в музыку этого живого. Услышала его, и вплела свою мелодию, помогая ему справиться. Да только это капля в море, потому что от черной дряни эту землю она ничуть не избавила, просто помогла каким‑то образом планете немного это усмирить, справиться на время. А что дальше? Как можно помочь этой земле избавиться от этого кошмара? Как же не хватает знаний о самой себе! Теперь же ей приходится познавать саму себя методом "тыка". Она все делает по наитию, не зная как и что правильно. А если бы она ошиблась, то что стало бы с планетой? Черт, мама, зачем ты меня бросила! Зачем оставила ребенка с таким даром не оставив даже записки для него. Блин, хоть бы чем то помогла! Хоть как‑то предупредила! Или она меня как мусор выкинула? Избавилась, засунув подальше и успокоилась? Если ты попадешься мне на моей дороге, мама, то у меня к тебе будет несколько вопросов, мрачно подумала Кира. Это ж надо было бросить ребенка обладающего даром вмешиваться в саму суть планеты! Это уже даже не безответственность, а преступление. А если бы я наворотила кое чего похуже Мертвой земли? Черт. Лучше о таком не думать. Тут ей в голову пришла другая мысль и Кира застыла обдумывая ее. А ведь она не может рассказать все как было! Да и Риалар предупреждал чтобы она помалкивала про вторую часть своего дара. А это значит… это значит что она не знает как объяснить нынешнее истощение. Поэтому Дирал и понял все не так как надо, поэтому и… Вот же черт! И что ей тогда говорить?! Соврать нельзя, почуют. А если они узнают что она может как‑то влиять на планету, вообще могут попытаться удавить по тихому. Зачем им нужен такой риск, как девчонка которая может наворотить невесть что?! Вон на пустом месте уже нагородили кажется, напридумали, сами себя напугали. А еще и тот Серебряный эльф все видел. Интересно почему он сбежал, не став даже разговаривать. Впрочем ей это даже на руку сейчас, но ведь он потом очень даже просто может появиться и рассказать, если конечно сам понял куда она полезла.

В дверь постучали, и Кира тут же безошибочно узнала Риалара. Только он так стучал, три коротких, резких удара костяшками пальцев.

— Входите, учитель. — крикнула она.

Резко распахнув дверь Риалар буквально влетел в комнату. Девушка сразу поняла что он зол и расстроен, хоть и пытается изо всех сил сдерживаться. Лицо почти неподвижно, только ноздри слегка подрагивают, да сильные руки крепко сдавили пояс.

— Здравствуйте Риалар. — Спокойно поздоровалась Кира.

— Как ты себя чувствуешь? — От резкого голоса учителя слегка поморщилась, но так же спокойно посмотрела ему в глаза.

— Нормально.

— Расскажи мне что произошло.

— Я вылечила эльфа. — Выдала она ту версию, которую точно могла ему сказать, не упоминая об остальном.

— Я так и подумал. — Сердито раздул ноздри Риалар, и застыл напротив сидящей на кровати девушки, глядя на нее сверху вниз.

— Говорил я тебе, не делать этого?

— Вы считаете что я должна была его убить?

Риалар чуть отвел глаза, уходя от прямого и спокойного взгляда ученицы.

— Теперь придется им рассказать, девочка. А я не уверен что это хорошо. Но эти идиоты решили что ты своим темным даром чуть не взорвала гору.

— Они меня боятся? — ровный, спокойный и холодный голос Киры заставил его чуть заметно вздрогнуть, и пристально посмотреть ей в глаза.

— Кира, это серьезно. У тебя сильный дар, и люди его боятся, понимаешь? Дар примерно такой же силы был у того, кто сотворил Мертвую землю, понимаешь?

— Понимаю. — Так же спокойно и холодно произнесла она. — Думаю они предпочтут что избавится от носителя такого дара, куда проще, чем продолжать бояться?

Риалар скрипнул зубами, и зло выдохнул — я не дам им ничего с тобой сделать. Придется сказать им о второй части твоего дара.

— Что напугает их еще больше — сухо констатировала она. — Ведь сразу два дара не бывает, верно?

— Да. — Жестко сверкнул глазами учитель, — но не даст им повода убить тебя прямо сейчас.

— Правда? А когда? Немного позже? Или может тихонько из‑за угла? Прирезать чтобы никто не видел и все проблемы решены.

— Девочка — тяжело вздохнул Риалар, и одним движением дернул к себе стоящий в углу табурет, и тяжело на него опустился, — я твой учитель, я тебя знаю. Ты не сделаешь ничего такого, чтобы навредить. А свой дар научилась держать в узде так, что не всякому опытному воину по силам. Я могу и хочу тебе помочь, понимаешь? Я не отдам тебя им. Не позволю уничтожить. Мы придумаем что можно сделать.

— Хорошо.

— Кира, только будь осторожнее. Прекращай эти прогулки по лесу. Дай мне время выяснить, кто так сильно хочет от тебя избавится. Это ведь все не просто так. Скажи мне, есть кто‑то кто тебя сильно не любит? Хоть кто‑то кого ты напугала, или сильно разозлила? Кто‑то сильный, имеющий большое влияние на братство?

— Мастер — усмехнулась девушка — я знаю только тех, кого видела в академии и тут, на заставе. И никого выше одного единственного Старшего, никогда не видела.

— Ладно — тяжело вздохнул Риалар, — будь осторожнее. Никуда не уходи из лагеря. Надеюсь мне удастся выяснить, откуда ветер дует. Скажи, а с твоей родины это не могло пойти? В смысле, может есть кто‑то кто является врагом твоей семьи? Нашел тебя и… Ведь ты не из простой семьи, верно?

— Нет Мастер, меня никто не будет искать. Моей семьи больше нет.

Мастер скривился, от холода прозвучавшего в ее голосе, и покачал головой. — Лучше, чтобы ты мне все рассказала, девочка. Я понимаю что ты не хочешь об этом говорить, но… было бы проще, если бы я все знал о тебе.

— Простите Мастер. — Она отвела глаза, и уставилась в потолок, больше не произнеся ни слова.

Риалар подождал еще пару минут, но так и не дождавшись больше от нее ни слова, поднялся и вышел.

Кира проводила его прямую спину взглядом, и невесело усмехнулась. Ну да, расскажу я тебе что явилась сюда непойми откуда, и ты примешь меня за идиотку, или… нет уж, лучше пусть никто ничего не знает, не нужны ей дополнительные проблемы. Их и так выше крыши. Если бы она хоть что‑то знала о своем даре, хоть какие‑то крупицы информации. Если бы знала на что способна, как этим управлять, насколько было бы проще!

Вскоре ее вызвали на закрытый совет, на котором присутствовали несколько воинов из братства, Риалар, и конечно же Мастер Дирал. В подробностях расспросив ее о произошедшем, они устроили ей целый допрос, касательно ее второй половинки дара. Кира рассказала. Сказала что думает, что это дар целителя, или что‑то в этом роде. Сказала что действовала по наитию, и что никаких подробностей и сама не знает. Что было совершенной правдой. Расспросили про серебряного эльфа, благо его видели все, когда он выскочил как ненормальный из пещеры. Не то вообще не поверили бы в то что он существовал. Долго расспрашивали как она смогла его исцелить, на что Кира только пожала плечами. А что она могла сказать, если и сама‑то мало что понимала. Впрочем отличать правду от лжи, тут умели. Под конец сунули ей камень истины, и потребовали подтвердить, что у нее небыло выброса силы. Вся эта кутерьма, порядком утомившая девушку, длилась до самого вечера. Наконец ее отпустили, и она с облегчением отправилась в столовую. Никто ведь даже не подумал, что истощенная девушка за этот день ни разу даже не поела. У столовой Киру встретили Валар с Грастом. Оба насупленные и мрачные. Увидев ее, они буквально кинулись к подруге.

— Кира, ну как все прошло?

— Нормально, — улыбнулась она ребятам. — Пойдемте поедим что нибудь, а то у меня в животе уже бурчит.

Они сели за крайний столик, и ребята терпеливо подождали, пока она утолит первый голод. Кира осторожно обвела взглядом другие столики, и с досадой заметила как в их сторону косятся воины, о чем‑то тихо переговариваясь. Похоже она стала сенсацией дня. Валар не выдержал первым.

— Кира, ну расскажи же хоть что‑то! Мне Граст поведал про ваши приключения. Вся застава гудит.

— Что рассказать?

— Чего они от тебя хотели? Тут Дирал с утра мрачный ходил и злой как не знаю что.

Кира пожала плечами — да нечего рассказывать. Расспросили и отпустили. Ребят, я устала, давайте поговорим потом.

Парни разочарованно вздохнули и отступились. Впрочем бледное лицо девушки, с черными кругами под глазами, красноречиво говорило о том, что она едва на ногах держится.

Поев, даже не глядя на то, что она ест, лишь бы набить возмущенный таким отношением желудок, Кира вернулась домой и уснула, едва коснулась головой подушки.

С того дня, она постоянно ловила на себе взгляды. Разные. Задумчивые, любопытные, хмурые или недоверчивые. Где бы она ни была, на тренировочной площадке ли, в столовой, или просто шла по деревеньке, всюду на нее кто‑то смотрел, о чем‑то шептали. Устав от такого внимания, девушка предпочитала сторониться людей, и когда не была в патруле или на тренировке, отсиживалась или дома, или в конюшне, сидя рядом с Велиром, или за домом, под так полюбившимся ей деревом. Хорошо что ее домик был самым крайним. И забравшись под раскидистое дерево, Кира могла гарантировано избежать всяческого внимания и наслаждалась открывающимся видом. А посмотреть было на что. Застава находилась на возвышенности, и за ее домиком был резкий спуск вниз. Поэтому находясь довольно высоко, глазам девушки открывалась красивая панорама. Там внизу была небольшая рощица, поле, усеянное разнообразием трав и полевых цветов, вдалеке змеилась пыльная дорога, на которой иногда можно было увидеть телегу, или всадника. Здесь девушка могла побыть самой собой, отпустить то напряжение, которое овладело ей в последнее время, остаться со своими мыслями, отгородиться от любопытных взглядов. Особенно сложно ей стало в патруле. Внимательные взгляды Мастера Дирала уже начали раздражать. Он следил за ней так явно и открыто, так недобро, что у Киры стало заканчиваться терпение. Да и другие воины как‑то нехорошо поглядывали на девушку. А стоило ей хоть на шаг приблизиться к Мертвой земле, в ее сторону обращались уже глаза всей группы. Наконец она не выдержала.

— Мастер Дирал, — вдруг спокойно и громко произнесла она, после очередного кинутого на нее хмурого взгляда командира, — перестаньте сверлить меня своим взглядом, не то следя за мной, вы можете упустить тварь.

Риалар нервно дернулся в седле, не успев вовремя заставить ее замолчать, но было уже поздно.

— Я ничего и никого не упущу — сверкнул глазами в ее сторону Дирал.

— А может вы меня сразу просто прирежете? Потому, что лично мне, надоело терпеть подобное отношение. Я вас чем‑то обидела? Сделала что‑то плохое? Так скажите, предъявите свои претензии, а не настраивайте всю команду против меня. Мне очень хочется услышать объяснения такому вашему поведению.

Ненадолго повисло мрачное молчание. Потом Риалар прищурил глаза и не отрываясь от злого взгляда Дирала спокойно произнес — Тихо девочка. Успокойся.

— А я спокойна, учитель. — Холодно сказала девушка. Мне просто надоело что на меня смотрят так же как на тех тварей, по ту сторону.

— У тебя темный дар — процедил Дирал.

— Правда? И что? Это запрещено законом? Или может в братстве процветает тайный закон про травлю, про который я не знаю? Ну же, Мастер Дирал, выскажитесь. Чем конкретно вам помешал мой дар? Тем что я помогла вам найти преступников, тем что спасла шкуры учеников академии, или возможно вам не нравится только цвет моего дара? Вы боитесь меня Мастер?

— Я тебя не боюсь — рыкнул Дирал.

— Так в чем же тогда дело Мастер?

— Откуда ты такая взялась? Зачем явилась к Мертвой земле? — вдруг не выдержал он, зло прищурившись.

— Что‑то странное у вас с логикой, уважаемый командир, — хмыкнула девушка, — вы прекрасно знаете откуда я взялась и как сюда попала. И вот поэтому у меня возникает вопрос, КТО вас так сильно настроил против меня? Откуда вдруг такая ненависть во взгляде?

— Кира перестань — рыкнул Риалар, и повернулся к Диралу, — Ну что, дождался? А я предупреждал тебя, Дирал. Но тебя же было не угомонить, верно? Я подам рапорт, и тебе придется ответить на вопросы. В том числе и о том, кто в братстве так сильно хочет убрать девочку, что приказал тебе искать любую зацепку. Ты ведь ищешь к чему придраться, верно? И если бы меня не было в отряде, неизвестно чем бы закончился очередной рейд.

— Ты обвиняешь меня? — Прошипел Дирал.

— Верно, — невозмутимо кивнул Риалар.

Наконец Дирал видимо вспомнив где находится, резко отвернулся. — Поговорим об этом не здесь.

— Дирал! — Вдруг заорал Артор, — твари!

Резко опомнившиеся воины, наконец увидели то, что должны были заметить еще пять минут назад. Потому что вовремя спустивший тетиву своего мощного лука Артор, прибил не крупную, но явно целившуюся в горло Митасу тварь.

— Спешиться — рявкнул опомнившийся Дирал, соскакивая с коня. — Попытка прорыва! Митас зови подмогу! Боевое построение. Капюшоны, перчатки одеть!

Слетев с седла, и оттеснив Велира подальше, Кира выхватила метательные ножи. Небольшой отряд ощерился всевозможным железом.

На Мертвой земле творилось что‑то несусветное. К границе летели, бежали, ползли всевозможные и совершенно мерзкого вида, ни на что не похожее твари. В воздухе запели стрелы. Кира лишь на секунду задержалась, окидывая взглядом эту живую массу, невольно останавливая взгляд на их глазах, и ища тот разум, который увидела у странного существа, хоронящегося за камнем, но в глазах этой дряни, ничего разумного не было. И она, больше не сомневаясь, бросила первый нож. Начался хаос. Тварей было так много, что очень быстро девушке пришлось взяться за мечи. Лучников запихнули за спины. Они должны были отстреливать летящих, и следить за тем, чтобы на головы людей сверху не посыпалась эта жуткая гадость. Кира с головой ухнула в свою силу, и с холодной расчетливостью убивала, убивала, убивала, следя краем глаза за другим воинами. Холодный и четкий разум методично отмечал каждую деталь происходящего. Вот на Риалара ринулось сразу три твари, и он уйдя в нижнюю стойку, резким взмахом меча, перерубил сразу двоих, и качнувшись чуть в сторону, чтобы избежать броска третей твари, пришпилил ее на развороте. Вот Релт едва успел увернуться от когтей жуткого монстра, больше похожего на помесь огромной свиньи с громадными клыками, и скорпиона с ядовитым хвостом. Конечно, основную работу взяли на себя истинные воины, умело прикрывая тех, у кого нет такого дара. И в пылу боя не сразу Кира сообразила, что на этот раз, ее никто не собирается беречь, как сделали бы с любым другим учеником. Мало того, они сделали все, чтобы встать подальше от девушки, открывая ее. Не считая конечно Риалара. Ха! И эти люди считаются истинными воинами и судьями, хмыкнула она про себя, впрочем не слишком то огорчившись. Что ж, они выбрали, и пусть поступают так, как велит им их совесть. А ей не привыкать справляться в одиночку. А сейчас ее левый бок умело прикрывает Риалар, изо всех сил стараясь оберегать свою ученицу. Бедный Мастер! Ему точно не выстоять в одиночку против братства, если это братство уже вынесло ей смертный приговор. Еще и прибьют за компанию, чтобы не защищал отродье с темным даром. Заметив очередную летящую в прыжке тварь, Кира резко подпрыгнула и с размаху всадила левый килор в черный живот, ловко вспарывая его загнутым концом и, одновременно правым, перешибла хребет особо резвой твари, ринувшейся к учителю. Краем глаза поймала внимательный взгляд Дирала, и усмехнулась про себя. Нет уж, она не даст себя убить, пусть не надеется. До чего же может дойти злость и страх Дирала? Нужно быть внимательнее и не спускать с него глаз. Сейчас как никогда удобный случай ее подставить. А что, ну погибла ученица, беда конечно, не уследили в пылу боя за дурочкой, которая ринулась в бой наравне с опытными воинами. Неужто истинный воин дойдет даже до такого? Откинутую в ее сторону Диралом, но еще живую тварь, Кира встретила рубящим ударом клинка с ироничной улыбкой.

— Спасибо за подарок, — с веселой злостью крикнула она Диралу, разрубая очередную черную тушу.

— Ты спятил Дирал? — Яростно сверкнул глазами Риалар. — Я тебе это припомню, сволочь.

— Я случайно, — оскалился тот, ничуть не смутившись, шинкуя в капусту черные тела.

Зря он отвлекся! Потому что старательно готовя пакость девушке, он не увидел, как буквально за секунду к со стороны метнулась еще одна тварь, всей тушей толкнув воина, и сбив на землю, и пока он разрубал ее, вторая, точно такая же тварь, вцепилась ему в незащищенную костюмом щеку. Подоспевшие воины быстро помогли командиру подняться на ноги, но увидев укус, отвели глаза, уже хорошо понимая ЧТО это значит.

— Дурак — зло прошипела Кира, и отвернулась.

Дирал впрочем тут же снова ринулся в бой, больше уже не глядя ни на кого.

— Воздух, береги–и-ись, — взрыкнули сзади.

Кира глянула наверх, и у нее похолодело внутри. На них сверху неслась целая стая черных, размером с крупного волков тварей. Лучники просто не успеют их перебить. Черт, как же их много!

— Прикрой Риалар, — рыкнула она, одним движением заталкивая за спину мечи и прыгнув за спину учителя, схватилась за ножи. Ее руки замелькали с бешеной скоростью, с двух рук отправляя в полет смертоносное оружие. Испуганно заржали лошади. Скрипнул зубами Риалар. Кира оставила в покое уже бесполезные на таком расстоянии ножи, и опять выхватила килоры. Сколько длилось это безумие, Кира не знала. Впрочем недолго, да только ей показалось что они уже целую вечность отбивают эту безумную атаку.

Все закончилось внезапно как и началась. Стоящие на ногах воины, с головы до ног улитые черной слизью, неверяще обшаривали глазами окрестности. Кире впрочем было не до этого. Обернувшись, она с ужасом смотрела на учителя, у которому какая‑то тварь, располосовала лицо. Лихорадочно оглянувшись, девушка увидела еще двоих, неподвижно лежащих на земле воинов. Миас и Терек, мертвыми глазами уставились куда‑то в небо. Покачнулся и упал на колени Дирал. Какое‑то мгновение она расширенными глазами изучала обстановку, а потом повернулась к спокойному Риалару.

— Мне жаль, моя девочка — прошептал он, — я не успел тебе помочь. Беги отсюда. Уходи из братства, не то они тебя достанут. Возьми деньги, у меня на поясе, в кошеле, и беги. Она заскрипел зубами от боли, и покачнулся.

— Ну уж нет, — рыкнула она, подхватывая учителя под руку, и помогая ему сесть прямо на землю. Сбросила перемазанные черной дрянью перчатки с рук, проследила как медленно но уверенно расползается черное пятно по его лицу и скомандовала — лягте на землю. Потом на мгновение прикрыла глаза, потянувшись ко второй половинке своего дара. Глаза ее послушно налились сиренью, затопившей даже белки, а руки окутались еле видимой, сиреневой дымкой. Поднесла светящиеся ладони к ране и Риалар почувствовал, как маленькие ладошки буквально излучают мощную силу. Он видел как побледнело ее лицо, слышал как от напряжения скрипнула она зубами. Сумасшедшая, буквально вгрызающаяся боль, вдруг испуганно замерла, еще раз дернулась и утихла. А по телу как будто волна энергии пронеслась. Свежая, мощная. Снимая и боль и усталость в натруженных мышцах. Он оторопело заглянул в эти волшебные, ярко сиреневые, сияющие глаза, и замер, зачарованный бушующей в них силой. Кира резко выдохнув, вдруг отодвинулась, и закрыла глаза, пережидая легкое головокружение. Потом мягко улыбнулась учителю, поднялась на ноги, протянув ему руку, и тоже помогая встать. Обернулась, насторожившись звенящей тишиной, и замерла, глядя как оставшиеся в живых воины, стоящие возле корчившегося в судорогах командира, отвесив челюсти, смотрят на них с Риаларом. Девушка пристально посмотрела на лежащего у их ног мужчину, у которого уже большую половину лица залила жуткая чернота, потом вздрогнув, перевела взгляд туда, где находились лошади, и увидела то, что и так уже знала, и старательно старалась туда не смотреть.

— Велир, мальчик мой, — вырвался у нее полустон, полувсхлип. Она шагнула к лежащему на боку коню, заметила слабое дыхание. Велир открыл глаза, нежно, как сквозь пелену боли, потянулся мордой к хозяйке. Кира упала возле него на колени, посмотрела на страшную черную рану и застонала, обхватив голову своего любимца и прижавшись к нему всем телом.

— Кира — услышала она тихий голос Риалара.

— Я не смогу помочь двоим — простонала она, — у меня не хватит на это сил.

Тишина послужила ей ответом. Застонав сквозь зубы, девушка нежно поцеловала малыша, у которого все нарастали и нарастали судороги. Рана была просто огромной, и не факт, что она сможет справиться, ведь она еще полностью не восстановилась после истощения и сил у нее так мало. А рана на крупе Велира в три раза больше чем у Серебряного. И там, за ее спиной лежит и страдает человек. Ненавидящий ее человек, хотевший ее убить. Которому она точно может помочь. С трудом вздохнув, и крепко закусив губу, девушка еще крепче прижалась к другу, ласково заглянула в затуманенные болью, но так нежно смотрящие на нее глаза коня, погладила нежные ноздри и резким, невероятно сильным движением воткнула ему нож прямо в сердце, даже не задумавшись, как у нее хватило на это сил. Как вообще могло хватить у нее силы одним резким движением пробить эту мощную грудную клетку. Потом задрожала всем телом, крепко прижимаясь к Велиру всем телом, и сдерживая последнюю его предсмертную судорогу, всхлипнула, ощутив, как из крепко прикушенной губы потекла тонкая струйка крови и отстранилась, все еще не отводя взгляда от любимца. Погладила уже не страдающего коня, еще раз поцеловала красивую, породистую голову, и резко поднялась на ноги. Одна единственная слезинка, сверкнула в уголке глаза и тут же пропала. Лицо стало жестким и непроницаемым.

Риалар молча стоял рядом, глядя на свою ученицу, только крепко сжал ее плечо, и тут же отпустил, медленно обернувшись к оставшемуся отряду. Кира же вдруг на мгновение отвернулась от всех, нашарила за пазухой свой медальон, крепко сдавила в руке, забирая все то, что он еще мог ей дать, и решительно подошла к корчащемуся на земле командиру. Пристально всмотрелась в его расширившиеся от боли зрачки, и села рядом с ним на землю. Дирал попытался было что‑то сказать, сделал какое‑то движение, которого Кира не поняла, да впрочем и не пыталась понять.

— Заткнись, ты мне мешаешь, — рявкнула она, зло сощурив глаза. — Потянулась к своей силе и, полыхнув абсолютно сиреневыми глазами, приложила руку к его щеке.

14

На этот раз очнулась Кира довольно быстро. С трудом собрав глаза в кучку, приподняла голову и настороженно огляделась. Она лежала на чьем‑то плаще, грязная как черт, а вокруг было очень много мужчин и очень много шума. С трудом помотав головой, чтобы разогнать подкатывающую слабость, девушка отыскала глазами Риалара, который стоял совсем рядом с ней и что‑то орал.

— Риалар — с трудом позвала она учителя и он, вздрогнув, стремительно присел на корточки и с тревогой заглянул в ее глаза.

— Как ты малышка?

— Жи–живая вроде. А что тут за крик? Меня хотели прибить, пока не сопротивляюсь?

— Никто тебя не собирался прибить — усмехнулся Мастер, и недобро сощурив глаза, зыркнул куда‑то в сторону. — Пусть бы только попробовали. Встать можешь?

— Могу, — неуверенно сказала девушка, и осторожно села, изо всех сил стараясь подавить дикую слабость.

Риалар осторожно подхватил ее, и помог подняться на ноги, однако Киру сразу же повело в сторону и она судорожно ухватилась за руку учителя, с трудом удерживаясь на ногах. Потом осмотрелась. Воинов прибавилось. Видимо подмога подоспела, пока она валялась без сознания.

— Потерпи немного, сейчас домой поедем, — шепнул ей Риалар.

Кира вздрогнула. Ей‑то теперь ехать не на ком. Она отцепилась наконец от учителя и осторожно пошла в сторону так и лежащего на боку мертвого Велира. Но Риалар удержал ее, не желая чтобы она смотрела и, погладил по щеке.

— Не надо, мы его похороним. Обещаю.

Покорно кивнув головой, Кира, немного подумала и опустилась обратно на землю. Ноги мелко и противно дрожали и она боялась что просто упадет. Теперь ей из‑за этого дурака Дирала придется несколько дней качаться от слабости. Но не вылечить его, обречь на такую смерть… нет, как с таким потом жить?! Да и никто теперь не сможет предъявить ей претензий, по поводу того, что она его специально оставила умирать, не помогла из‑за личной неприязни. И, кажется, с братством‑то, что‑то сильно не так. Или все как на Земле, преподносят одно, а на самом деле… Кажется, они научились обходить собственные законы и клятвы? Или действительно настолько сильно боятся темного дара, что им проще уничтожить обладательницу этого самого дара, чтобы больше не переживать из‑за возможных проблем? Может учитель и прав в том, что ей лучше уйти, да только теперь она уже не та девочка, которая убежала из дома год назад. Она стала сильнее, старше. При том кажется старше сразу лет на пять, по внутреннему ощущению. А еще она совсем забыла о своем восемнадцатилетии. Теперь она совершеннолетняя по меркам Земли. Уже месяца два как совершеннолетняя, а вспомнила об этом только сейчас. Впрочем, если придется, она уйдет. Это все же лучше чем откровенная травля, верно? Если ничего не сможет доказать, то уйдет. И постарается поскорее разобраться с собственными способностями. Знать бы еще каким образом это сделать, совсем было бы хорошо. Кира с тоской посмотрела на полосу Мертвой земли, обвела грустным взглядом окрестности и, увидев как мужчины быстро забрасывают черные, мертвые туши обратно на мертвую землю, поежилась. Тварей они конечно набили немерено. Сколько там их? Сотня? Две? Мужчины было дернулись, чтобы сбросить туда же тела мертвых лошадей, но к ним подошел Риалар и мрачно ткнув пальцем в тело Велира, что‑то сказал. Те повздыхали, но перетащили ее малыша немного дальше, выкопали хоть и не глубокую, яму, и завалили сверху камнями. Кира не стала подходить. Слишком больно было видеть мертвого друга, доверившегося ей. А вот она не смогла его спасти. И с этим теперь, тоже придется учиться жить.

— Прости малыш, что не смогла помочь — неслышно прошептали ее спекшиеся губы. Она еще раз пробежалась тоскливым взглядом по черной полосе земли, и чуть не вздрогнула, увидев вдруг тоже самое существо, или может похожее существо, которое смотрело такими разумными глазами. И сейчас это существо тяжело, неотрывно, как‑то умоляющие смотрела на Киру. Какое‑то мгновение оно не отрывая глаз, буквально сверлило девушку странными, без белков глазами, а потом бесшумно исчезло за камнем.

Домой она возвращалась сидя в седле с Риаларом. Учитель не позволил никому везти свою ученицу, а мрачно что‑то рыкнув, забрал коня у кого‑то из воинов. Его конь, к сожалению, тоже сегодня пал. Бледный до синевы Брон, молча завернул тело брата в плащ и, так же молча, перекинул его через седло. Еще кто‑то сделал тоже самое с телом Митаса, и мрачная процессия двинулась по направлению к заставе.

— Все, отдыхай. И чтоб завтра я тебя кроме столовой нигде не видел, второе истощение за несколько дней, это слишком. Пока резервы не восстановишь, никакого обращения к силе, не то погибнешь. Я завтра приду, все обсудим. — Сказал Риалар, когда довез свою ученицу прямо к дому.

Кира только вяло кивнула. Риалар еще несколько секунд внимательно изучал ее бледное, до синевы лицо, огромные глаза с темными кругами вокруг и сокрушенно покачав головой, ушел, добавив что сейчас принесет ей поесть.

— Спасибо Мастер, я не голодна.

— Цыц мне тут. Аж зеленая вся. Голодная или нет, но поесть тебе необходимо, поэтому лучше не спорь.

Он и правда явился очень быстро, притащив огромную порцию еды и, стоял над ней пока она не поела. Потом удовлетворенно кивнул, и вышел.

Девушка свалилась на кровать, даже не раздевшись и закрыла глаза. Но сон не шел. Ей не давал покоя тот разумный взгляд из темной стороны, мысль о том, что она своими руками убила Велира, и, как ни странно ее амулет, который кажется, исчерпал сегодня все силы и никакой помощи она от него скорее всего дождется. Вообще‑то это свинство. Он же аккумулятор. А раз так, то почему не собирает для нее энергию? Или он совсем не аккумулятор, а нечто иное? — Или подозрительная фиговина одноразового использования — сердито пробурчала она себе под нос, понимая уже что уснуть не получится и села на кровати, вытаскивая амулет. Рассматривала девушка амулет долго. Вертела в руках и так и эдак, потрясла, постучала им об край кровати, потом перешла в состояние медитации, рассматривая его со всех сторон. Маленькая звездочка горела слабо, слабо. Крошечная сиреневая точечка в дымке тьмы. Так и не поняв что с этим делать, Кира наконец выпустила из рук медальон. Решив почитать один из учебников, который прихватила с собой, она поднялась, собираясь достать его из шкафа. Сделала пару шагов и, уже знакомые мурашки пронеслись холодной волной по позвоночнику. Опять этот взгляд ниоткуда! На этот раз хоть невидимый. И, кажется, она стала уже к нему привыкать как к неизбежности. Устало вздохнула, и буркнула себе под нос — убирайся. А будешь лезть — пришибу, как найду. И вообще, я не одета. Та что испарись.

Ощущение чужой ненависти исчезло, но в последнюю секунду, где‑то на грани слышимости, ей показалось, что кто‑то зло прошипел — я найду тебя.

— О, — хмыкнула Кира, — оно даже разговаривает, если это мне сейчас от усталости не почудилось. Найди, найди, если от собственной ненависти раньше не загнешься, то хоть пойму что ты такое и на одну загадку меньше станет. Не буду я тебя больше бояться, глюк недоделанный.

Утром, не выспавшаяся и хмурая девушка шла в столовую. Небольшая группка женщин, стоявшая как раз неподалеку, резко затихли и проводили ее настороженными взглядами. " Вот и эти уже в чем‑то подозревают", грустно подумала она, проходя мимо. Но от этой группки отделилась молодая девушка, и подошла к Кире.

— Привет.

— Привет — настороженно ответила она, ожидая продолжения.

— Я только хотела сказать тебе спасибо, за отца. — Смутилась она, под внимательным взглядом Киры.

— А кто отец? — удивилась Кира.

— Мастер Дирал.

— Не за что — невольно дернула она плечом.

— Меня Илира зовут. — Уже совсем смутившись, и залившись румянцем, кивнула она.

— Понятно. Ладно, я пойду.

— Погоди, — заторопилась Илира, — я тебя пригласить хотела. Мы с девочками собираемся вечером, ну и парни тоже приходят. Вон там, сразу за заставой.

— Извини, — отрицательно покачала головой Кира, мне нельзя выходить наружу. — И быстро, чтобы девчонка ее не вздумала опять останавливать, ушла.

В столовой было шумно и людно. Она постаралась быть как можно менее заметной и проскользнула за самый крайний столик.

— Ты совсем идиот? — Услышала она знакомый голос Лисета, одного из воинов ее патрульной группы. — Да я своими глазами видел, как девчонка командира исцелила. И не верю я что она опасна, не верю, понял? Такое вообще не лечится. Тебе ли не знать, что будет, если тварь укусит! А она его спасла, понял!

— Да? А наши мастера считают иначе!

Тут кто‑то заметил сидящую в углу девушку и в столовой, тут же наступила звенящая тишина. Все глаза повернулись к ней. Это было настолько неприятно, что Кира огромным трудом подавила желание сорваться с места и бежать куда подальше. Минуту посидела, молча глядя на эту толпу мужиков, а потом рассердилась.

— Ну и чего уставились? Может сразу меня камнями забьете? Или все же дадите поесть сначала? — Спокойный, звонкий голос девушки, вывел их из ступора и, кажется, даже смутил. Они еще какое‑то мгновение таращились на маленькую, с виду такую хрупкую девушку, а потом стали отводить глаза.

— Вот, милая, поешь, — быстро растолкав мужчин, к ней подошла крупная, толстая женщина, и поставила на стол тарелки. — Не обращай внимания на этих мужланов. — И тут же повернулась к мужчинам, грозно рыкнула, уперев руки в крутые бедра, и гневно сверкнула глазами — а ну морды убрали! Кто поел — свободны, вон отсюда, чтоб я вас тут не видела. А кто ест, те уткнитесь в свои тарелки, и заткните рты едой. Тут вам не суд. Совсем мозги растеряли, всем скопом на одну девочку навалились. Быстро, не то я вас так накормлю в следующий раз, с толчков не слезете!

Ее как ни странно, послушались. Половина воинов вышла, вторая половина действительно уткнулись в свои тарелки, кидая, впрочем, на девушку косые взгляды. Аппетит у Киры пропал. Ну как можно в такой обстановке есть? Тьфу. Хоть в столовую не ходи совсем теперь. Она еще посидела, поковыряла в тарелке, но больше для того, чтобы ее уход не показался бегством. Кажется застава разделилась на два лагеря, невесело подумала она, глотая ароматный тико. Ох, не дадут мне спокойной жизни, сердцем чую. Решительно отодвинув тарелки, Кира вернулась к себе и, взяв килоры, отправилась за дом, решив что спокойнее будет тренироваться именно там, чем у всех на виду, где на нее будет таращиться половина заставы. Там ее и нашел Риалар.

— Вот ты где! — А я тебя уже обыскался. Пойдем в дом, поговорим.

— А чем здесь не устраивает? — Удивилась Кира. Хорошее место.

Риалар вдруг улыбнулся и покладисто кивнул головой, — хорошо, давай здесь.

Кира внимательно посмотрела на учителя и поняла, что он чем‑то очень доволен. Они уселись под деревом, на мягкую траву и Мастер коснулся ее руки.

— Значит так, вроде пока все утряслось. Дирал сейчас сам не свой, хотел к тебе бежать, прощения вымаливать, да я не пустил. Но дело не в этом. Утром явился Темный эльф, чтобы сопровождать вместе с нашими воинами, в столицу принца. Туда же в столицу прибудет и его папаша. Владыка Темного леса. Думаю, им будет о чем поговорить. Впрочем, это их дела, пусть теперь сами решают что да как. Но вот этот темный, как только на Дирала нашего глянул, так и заявил, что он де думал, что истинные воины не поддаются магии подчинения.

— А что поддаются?

— Нет, при одном маленьком нюансе. Это была не магия подчинения, но кое что очень похожее.

— И что же это?

— Понимаешь — поморщился Риалар, — Старшие Мастера иногда используют свой дар, заставляя подчиненных поступать так, как это необходимо. Это не магия, но близкое к ней. Старшие Мастера находятся на более высокой ступени мастерства, умеют не только управлять толпой, но и… В общем ты поняла. Они много чего умеют. И что скрывать, дар твой очень сильный. А братство слишком хорошо помнит историю.

— И что теперь? Дирал продолжит в том же духе?

— Нет, снял с него Темный эту пакость, так что Дирал теперь вполне нормальный и хорошо себя чувствует. Мало того, решил подать жалобу в совет, что попытка подчинить его, привела к неадекватному поведению, недостойному истинного воина. А перед тобой прибежит извиняться, вопреки моему запрету. Нам же сегодня все равно идти Мертвые земли патрулировать, тем более что двоих человек в команде теперь не хватает. А новички приедут не раньше чем через две недели. Так что мы им теперь нужны. Ты как себя чувствуешь? Сможешь патрулировать, или отдых нужен?

— Смогу — поежилась Кира, — только у меня коня нет, да и сил тоже. Если вдруг опять твари попрут, могу стать слабым звеном.

— Ну коня тебе дадут, это не проблема, вон их целый табун. Там свободных лошадей хватает. Можешь выбрать себе любого свободного, какой понравится.

— Не хочу я ничего выбирать. Какого дадут, такой и будет — буркнула она.

— Не грусти. Я знаю, ты очень любила Велира. Прости что так вышло, но тут уже ничем не поможешь.

— Знаю. — Вздохнула она. Да и… я сама виновата. Нужно было не надеяться на кого‑то, а самой отвести его подальше. Это моя вина.

— Не смей так думать, — рассердился Мастер. — Слышишь? За конями должен быть следить Митас. А ему просто не хватило времени их отгонять в сторону. Слишком неожиданно было нападение. И слишком многочисленны эти твари. Так что тут нет твоей вины. И не забывай, ты всего лишь ученица. Тебя теперь вперед никто не пустит, как это и должно было быть изначально. А сейчас думаю, Дирал быстрее сам подставится, и тебя собой прикроет. — Хитро прищурил он глаза.

— Не надо меня прикрывать. Ничего не надо. Просто пусть не мешают, и все!

— Да что ж ты такая гордая, Кира! Нельзя так, слышишь? Я понимаю, тебе обидно. Любому было бы обидно, если бы на него накинулись только за то, что не понравился дар. Но на границе с Мертвыми землями, нельзя быть одиночкой. Это командная работа. Там все должны прикрывать друг друга! И ты должна это понимать.

— Ага, сильно нас с тобой вчера прикрывали. — Сердито сверкнула глазами девушка.

— Это было ошибкой.

— Такие ошибки убеждают меня только в том, что никому нельзя доверять. Ну кроме разве что некоторых исключений. Потому что вчера, из‑за этой ошибки, ты мог остаться там!

Риалар аж застонал, — Кира! Надеюсь мне ты еще доверяешь?

— Да. — Коротко кивнула она, — пока что, я доверяю только тебе. Прости. Так уж получается. И давай не будем об этом. К тому же, главную проблему это все не решает. Если Совет решил меня угробить, то он так и сделает. Не сейчас, так позже. Еще и этот двойной дар, которого не бывает вообще. Я вон сегодня в столовую пошла, так там такие дебаты были, так азартно мне кости перемывали, что у меня чуть дым из ушей не пошел.

— Знаю — поморщился учитель, — да не обращай внимания. Поговорят и перестанут. А то, что все же прикажут тебя убрать, все же не факт. Потому что еще никому и никогда не удавалось исцелить человека, раненого мертвой тварью. Думаю, тебя могут вызвать в столицу, или сюда явится кто‑то из Совета. Думаю их твой дар заинтересует. В любом случае пока что тебе ничего не грозит. Ну, или почти ничего. Гулять в лесу я тебе все же не советовал бы. Мало ли что.

— И что мне теперь всю жизнь оглядываться? Да и не собираюсь я позволять изучать меня как подопытное животное.

— Мы что нибудь придумаем, малышка. Не спеши. Помни, я на твоей стороне.

— Чего хотел принц? — Вдруг остыла она, и немного расслабилась. — Зачем ему превращать Серебряного эльфа в монстра? Зачем было охотиться за истинными воинами?

— Не знаю, девочка, но думаю что он пытался сделать управляемых тварей. Или еще что‑то в этом роде.

— Угу. И с простыми людьми у него похоже не получилось, раз он за нами охотиться стал. Еще и Серебряного притащил. Интересно войны не будет среди их народов?

— Войны Повелители не допустят, — покачал головой Риалар, — их народы малочисленны, им воевать никак нельзя. Они в свое время довоевались, что теперь берегут каждого, как драгоценность. У эльфов же рождаемость низкая. Они над каждой эльфийкой трясутся, как над драгоценностью, а над маленькими эльфятами так вообще дрожат.

— Ладно, пойду я. А ты готовься к патрулю и не напрягайся слишком. Ты еще бледная, и круги под глазами. Смотреть страшно.

Риалар легко поднялся на ноги, а потом посмотрел на свою ученицу сверху вниз, и вдруг улыбнулся — и спасибо тебе девочка, что не дала сдохнуть от этой черной мерзости.

— Тьфу на тебя, Риалар! — Возмутилась девушка, — а ты что, думал что я дам тебе помереть?

— Нет — засмеялся он, поднимая вверх руки, — но на тот момент я как‑то позабыл о твоей способности лечить такое.

— Нет уж, сбежать от меня так просто у тебя точно не выйдет. Кто еще меня так защищать будет! Так что не надейся. А если захочешь сбежать, просто пошли меня подальше, но больше не помирай пожалуйста.

— Ага, размечталась чтоб я тебя послал. Кто ж тебя защищать тогда будет?

Риалар засмеялся и развернувшись, ушел. А Кира подумала о том, что с такой ученицей, у него одни проблемы. Бедный Риалар, кажется ему сильно не повезло, что ее в тот день вообще затащило в те ворота.

Сбор отряда сегодня выдался более чем странным. Взрослые мужики отводили глаза от мелкой девчонки и смущенно молчали. Зато ей привели коня. Точнее невысокую, рыжую кобылку, которая послушно и смирно стояла, ожидая свою всадницу. При виде этой лошадки, у Киры только слегка дернулась щека, но она молча взяла в руки повод и кивнула в знак благодарности. Дирал подошел немного позже и направился прямиком к девушке, притом таким решительным шагом, что Кира чуть не попятилась.

— Прости меня — тихо сказал он. — И спасибо что спасла. Я этого не заслужил.

— Извинения приняты, — тихо сказала она, как всегда совершенно теряясь в такой ситуации.

— Ты потеряла коня из‑за меня. Хочешь, я куплю тебе другого. Любого, какого скажешь.

— Нет. — Она аж отступила на шаг. — Спасибо, но ненужно.

— Как скажешь, — кивнул командир и подняв голову осмотрел своих воинов и уже другим голосом рявкнул, — чего уставились? Заняться нечем? Время!

Этот рейд прошел спокойно. За исключением того, что на этот раз Кира больше не ловила на себе злобных взглядов. Правда ловила другие. Виноватые, или испытующие. Дрод например, смотрел странно. Как‑то задумчиво, но хоть не слишком навязчиво. Лисет — откровенно виновато. Атор просто с любопытством. Только Брон ни на что не смотрит. Он ведь младшего брата потерял, ему не до нее. Вот интересно, задумалась Кира, откуда я знаю что Атор, например, лопается от любопытства? Эмпатия проснулась? А еще ей странно было ехать на этой лошади. Какая‑то она слишком уж послушная что ли. Не то что Велир был. Тот просто лучился силой и энергией, а эта лошадка топает куда послали, хоть и без особой охоты, но полностью покорная судьбе. Кире такие не нравились. Ни лошади, ни люди. Сама сильная и энергичная, она не понимала тех, кто вот так тихо и покорно шел по своей дороге, выбирая путь попроще и полегче. Как вот эта самая лошадка. С такой не помчишься во весь опор, наперегонки с ветром, да что там, с ней даже связываться не хочется. Помочь — да, пожалеть — пожалуйста. Но вот другом, как Велир, она никогда не станет.

— Кира — вдруг тихо прошептал появившийся рядом Атор, а что еще ты можешь вылечить?

Не выдержал, усмехнулась она про себя.

— Длинный язык может полечить и любопытный нос поправить — тут же хмыкнул Риалар. — Тебе делать нечего? Марш на свое место!

— Ну чего ты, Риалар. Интересно же. — Ничуть не смутился парень.

— Что там за разговоры — тут же обернулся Дирал, и под грозным взглядом командира, Атору пришлось все же вернуться на свое место.

Ну вот, теперь каждый вопросы начнет задавать, подумала девушка. А что отвечать, если она и сама не знает что может. Да и лекарь из меня поганый, грустно подумала она. Вон двоих вылечила, теперь резервов ноль. У магов–целителей это все как‑то по–другому. А она вроде и не маг вовсе. Или это все же магия какая‑то странная?

После смены, она было по привычке напарвилась в конюшню и только войдя туда и увидев пустое стойло Велира, вдруг закрыла лицо руками и застонала, только теперь сообразив, что пришла сюда напрасно. Что нет больше друга, которому она могла безбоязненно показать свою боль или радость. Который любил ее такой, какая она есть, невзирая ни на темный дар, ни на то, что она чужачка из друго мира. Девушка опустилась туда, где всегда сидела, разговаривая со своим малышом, а потом легла на подстилку из сена, забившись в самый угол. На душе было пусто и тоскливо, хоть волком вой. Вдруг из глаз потоком хлынули слезы. Слезы, которых не было уже очень давно. Она думала что совсем разучилась плакать, а тут как плотину прорвало. Сцепив зубы чтобы не всхлипнуть, уткнув голову в душистое сено, она молча и беззвучно плакала. Худенькие плечи сотрясались, вся скопившаяся внутри боль и напряжение равнули наружу, наконец‑то найдя выход. Видевший ее Дирал, сунулся было за девчонкой, желая что‑то уточнить, уже открыл было рот, чтобы задать свой вопрос, удивляясь про себя, зачем она пошла к пустому стойлу, но вдруг замер, вовремя увидев как подрагивают плечи девушки и молча, осторожно отступил, не желая тревожить эту странную девочку. Про нее по заставе ходили дикие слухи, говорили что она железная. Что взяла под контроль арку испытания в первый свой в жизни полигон, в том числе и то, что редко когда увидишь на ее лице хотя бы улыбку. Не то чтобы заплакать, или рассмеяться, как положено любой молоденькой девушке. На парней так вообще не смотрит и никого близко к себе не подпускает. А тут вдруг… А ведь она не старше его дочери, вдруг подумалось командиру. И отличается от нее только тем, что имеет этот дар. Вон его Илира то хохочет, то ревет, уткнувшись матери в грудь, а этой девчонке и уткнуться то некуда. Риалару в жилетку не поплачешься, он не мать. Дирал сокрушенно покачал головой. Все‑таки довели бедняжку. Навалились здоровые мужики на девчонку, какие тут нервы выдержат. Да и коня своего она любила, постоянно бегала к нему, лакомства таскала, разговаривала о чем‑то тихонько. Вот и сегодня прибежала со своей бедой сюда, а его‑то то и нет. И все из‑за него. Точнее из‑за нелепого приказа, подтвержденного даром Старшего. Он мрачно шуганул конюха, не желая чтобы хоть кто‑то еще увидел слабость девочки. Ее это точно не обрадует, если узнает что кто‑то видел ее в такую минуту и, вышел, виновато опустив голову.

Выбралась из конюшни Кира только тогда, когда уже стемнело. Слишком боялась что кто‑то может заметить ее заплаканное лицо. Добралась до дома, и чувствуя себя опустошенной, тщательно умылась, смывая с лица предательские следы слез. Как ни странно, ей стало немного легче. Кто‑то постучал в ее дверь, но она не ответила, и посетитель ушел. Кира же взяла в руки свой амулет, села на кровать и, решив заняться делом, стала пристально его изучать. Картина не изменилась. Все тот же хилый огонек, сиреневая точка в облачке тьмы. Подумала немного и вдруг, на каком‑то наитии, потянулась к собственной силе и слегка, очень осторожно, как бы подтолкнула ее к амулету. И распахнув глаза, обалдело уставилась на серебристую звездочку у нее в руках.

— Так вот в чем дело! Ты гад аккумулируешь то, что берешь у меня! Очень интересно. Получается все эти годы что ты висел на моей груди и забирал на себя лишнее? Или как это понимать? А почему тогда в тебе силы было так мало? Если бы ты тянул из меня всегда, то в тебе было бы столько, что можно утонуть. А может и не мало. Откуда ей знать, сколько она потратила сил там, в пещере?! Как измерить? А может амулет работать начал только когда я уже выросла. Она глубоко задумалась, невидящими глазами глядя куда‑то в пространство, а потом в растерянности потерла лоб и решила, что когда почувствует себя лучше, попробует накачать этот артефакт энергией. Ведь вполне возможно, что ему только ее сила и подходит, а где он ее может взять, если не у хозяйки? Правда, где бы самой хозяйке еще сил набраться?! Устало отмахнувшись от собственных мыслей, девушка забралась под одеяло и сразу же провалилась в сон.

Утром она проснулась жутко голодная, потому что вчера, ела только утром. Скривилась от мысли что нужно идти в столовую и опять попадать под перекрестье чужих взглядов, но делать все равно нечего. Есть то надо. Впрочем, плевать. Пусть смотрят. Она воин, а не слабая, ноющая девчонка. Мысль, пришедшая ей в голову минутой позже, заставила ее остановиться на полдороги. Подумалось, что раз она может убрать следы мертвой отравы с человека, то эта самая отрава ей может быть совершенно не опасна. Покрутив эту мысль и так и эдак, она чуть не пошла разыскивать Риалара, с просьбой помочь разобраться. Ведь для этого нужно не только подойти к Мертвой земле, но и попробовать поэкспериментировать с ней. А кто ей это интересно позволит? Ха, уж точно не Риалар. И никто другой тоже. Все и так ее боятся, вон даже истинные воины смотрят косо. Она их своими экспериментами только напугает еще больше и тогда ее точно прибьют, придумав очередную страшилку. И как тогда быть? Подойти к Мертвой земле так чтобы никто не увидел вряд ли получится. Разве что подождать очередного нападения взбесившихся тварей, и дать одной себя укусить? А что, интересная мысль. Правда, не совсем понятно, что это ей даст. Но понимания своих сил ей не хватало как воздуха, разобраться со своим даром необходимо. Потому что пока ей везло, но вечно то везти не может и в итоге она может такого наворотить, что во век не разгребется.

Этот день выдался на удивление спокойным. Валар с Грастом появились как раз после ее смены. Валар даже под руку с девушкой. С той самой Лирианой, которой так понравился их рыжий друг. Нежная и веселая Лириана, очень подходила Валару. Пара из них вышла хоть куда. И, кажется, у них дело идет на лад? Недаром же так горят глаза у обоих.

Они просидели все вместе до самого вечера. Валар, окрыленный новыми чувствами, сыграл на кипларе свою новую, невероятно красивую и нежную мелодию, при этом так заглядывая в глаза Лириане, что девушка аж покраснела от смущения и удовольствия и счастливо улыбалась. Граст слегка завистливо вздыхал, но был рад за друга. А Кира просто с видимым удовольствием наблюдала за влюбленной парой и ловя завистливые взгляды Граста, кидаемые на друга, тихонько посмеивалась. Когда совсем стемнело, Кира поднялась и попрощавшись с ребятами ушла домой. Правда там она долго не задержалась, решив еще немного посидеть за домом. Такой теплый, хороший вечер не хотелось так быстро заканчивать. С удобством расположившись под любимым деревом, девушка улыбнулась ласковому ветерку, ярким, мерцающим звездам в небе и незаметно для себя погрузилась в собственные мысли, да еще так глубоко, что не сразу поняла, почему ее тело, мгновенно бросилось в сторону, клубком прокатившись по земле, вскочило на ноги и ощерилось сразу двумя килорами. Только потом она сообразила, что ушла от летящего прямо в голову ножа, застрявшего в стволе дерева, на которое мгновением позже она так удобно опиралась спиной. Второй нож она отбила уже осознанно, со страху нырнув в боевой транс так быстро, что даже не поняла, когда это случилось. И еще нож, и еще. Мечась бешеной кошкой, по небольшому пяточку земли, Кира упорно старалась продвинуться в сторону тех, кто кидал в нее сейчас ножи. Их было двое, и ножи летели с такой скоростью, что она едва успевала уклоняться, или отбивать их. Впрочем, кажется, не слишком успешно, потому что левую ногу внезапно обожгло, по ней тут же полилась горячая струйка. В пылу, она даже не слишком почувствовала боль. Так, отметила краем сознания, что рана не смертельна, но судя по тому, как защипало, это похоже на яд. Ох, почему у нее так мало сил?! Тянись не тянись к дару, все равно его хватает только на боевой транс. Ну может, чуточку больше. Подловили сволочи, когда она истощена. Прав был Риалар, ее могут подстеречь. Да кто же мог подумать, что это случится у самого ее дома? Сколько же у них этих ножей? Она упорно и сосредоточенно отбивала летящие в нее, еле видные в свете луны, серебристые искорки металла. Хорошо, что они их не зачернили, было бы гораздо сложнее. Ножи перестали лететь так же внезапно, как и начали. В тот же момент что‑то с силой ударило ее, в спину, навалилось всем весом, и уже падая на землю, она с тоской поняла, что просчиталась с противниками, дав еще одному подойти сзади. " Вот дура" обругала она саму себя, со всего маха падая на землю и так неудачно ударившись головой об угол собственного дома. Сознание покинуло ее мгновенно, милосердно не дав увидеть приближающийся к горлу клинок.

Плеск воды. Он ей не приснился? Почему вода? Откуда? И как то мокро. Она что утонула? Впрочем, ее же вроде убили. А тело потом бросили в реку? Значит, она умерла? А с чего так болит голова? Нет, на том свете ничего болеть не должно. Или должно? И да, почему же все‑таки так мокро? Сознание возвращалось медленно и ей никак не удавалось выползти из мутного киселя, застилающего разум. Ей казалось, она слышит голос, зовущий ее по имени, но где‑то так далеко, что она даже не смогла этот голос узнать. Ее обдуло теплым ветерком, и тут же она почувствовала как на лицо посыпались капли.

— Кира, ну же, открой глаза, слышишь? — чьи‑то пальцы осторожно погладили мокрую щеку.

Открыть глаза? Да, нужно открыть глаза. Чей это голос? И почему же так сильно болит голова? А еще она все мокрая. И дышать трудно. С трудом, буквально выталкивая себя из забытья, Кира осторожно приоткрыла тяжелые веки.

— Вот умница, заворковал тихий, мужской голос, где‑то у нее над головой. Погоди, не смей терять сознание, ты должна выпить лекарство.

К ее губам придвинулось горлышко странного сосуда, резко но приятно запахло травами, и чем‑то еще. В рот, тоненькой струйкой, потекла влага и сразу стало легче дышать да и боль начала постепенно утихать. Кира оторвалась от горлышка и повела глазами, пытаясь сообразить, где находится. Река! И она лежит погруженная в реку, слава богу, в одежде, только голова лежит выше, на чем‑то удобном. Недоуменно попыталась подняться, но чьи‑то руки мягко удержали ее на месте.

— Лежи. Тебе нельзя пока вставать. — И голос такой мягкий, как шелк.

Тогда она подняла голову, и с удивлением уставилась в серебряные глаза. С минуту смотрела, не в состоянии хоть что‑то понять, потом перевела взгляд на совершенное по своей красоте, мужское лицо, с серебристыми, длинными волосами, небрежно завязанными в хвост, отметила слегка удлиненные уши. С трудом сообразила, что сейчас ее голова лежит на его коленях. И в полной растерянности вернула голову на место, пытаясь понять хоть что‑то.

— Откуда ты взялся? — наконец прошептала Кира, чувствуя что сейчас просто сойдет с ума от непонимания.

— Хорошо не спрашиваешь, кто я такой — хмыкнуло над головой. — Значит узнала?

— Узнала. — Послушно подтвердила она.

— Ну тогда позволь представиться, а то в прошлую нашу встречу, как‑то небыло времени познакомиться. То я просил тебя меня убить, то потом ты сознание потеряла. А мне пришлось сильно поспешить. Так и не познакомились. Меня зовут Эридар. А ты Кира да?

— Ага. — Согласно кивнула она, — а теперь все же скажи мне, где я, как сюда попала, что тут делаю, почему ты меня замочил как бабка простыню, ну и… все остальное.

Тихий, короткий смех прозвучал над ее головой и, Кира невольно улыбнулась тоже.

— Ну во первых, я тебя не замачивал. И давай по порядку, если ты в состоянии слушать.

— А в чем же я по твоему? — Проворчала она, — встать ты мне не дал, так что давай теперь рассказывай.

— Давай тогда начну с начала, — с улыбкой в голосе, сказал он. — Я вернулся, чтобы поговорить с тобой, и объяснить почему сбежал тогда, даже тебя не поблагодарив за, поистине чудесное спасение. Вернулся тайно, потому что лишние вопросы мне совсем не нужны, еще и опасны. Сначала решил, что дождусь когда ты из заставы выйдешь, и встречу. Но ты сидела там как пришитая. Ну и пришлось кружить по округе, пока удобный момент не поймаю. Много чего интересного за это время узнал, много разных разговоров услышал, и забеспокоился. Облазил окрестности, нашел троих подозрительных людей, тайком кружащих вокруг заставы и мне это не понравилось еще больше. Понял что ты за домом любишь сидеть и хотел тебя предупредить, но днем невозможно, увидят, а ночью ты не выходила. Я даже однажды к двери твоей подобрался, и постучал, но ты не услышала. Спишь наверное крепко. А громко стучать было опасно. В общем, когда ты все же ночью из дома вышла, те трое тоже резко засуетились. Я подоспел почти вовремя. Двоих, кидавших в тебя ножи со спины прирезал, а тут третий на тебя кинулся. В общем, я еле успел. А дальше, как посмотрел на твою рану на ноге, как глянул что у тебя резерв на нуле, так и понял что там, на заставе, тебе никто все равно ничем уже не поможет. Пришлось тебя просто выкрасть, и везти сюда.

— Вот это да–а-а — ошеломленно протянула девушка. — А сюда это куда?

— Серебряный лес. — Коротко ответил Эридар.

— Что? Серебряный лес???

— Ну а что делать то было, — как бы оправдываясь, спросил он. — Ты себя до такого истощения довела, что тут нужен был мощный источник. А откуда мне знать какой у тебя источник? А Серебряная река всем подходит. Так резервы наполняет, как ничего больше. Да и рана на ноге у тебя была поганая, а сиорта с собой у меня не было.

— Это сколько же дней ты меня сюда тащил? Серебряный лес ведь не близко!

— Не близко — согласился он, — но есть и более короткие пути, их знать просто нужно.

— Так сколько?

— Пять дней.

— Пять? Ой мама–а-а–а… — Кира опять попыталась подняться, но ее все так же осторожно удержали на месте.

— Не дергайся, лежи. Рано тебе вставать.

Кира только пораженно выдохнула, и тихонько застонала. Пять дней! Такого она совсем не ожидала.

— Да ты не волнуйся, — не правильно понял ее молчание эльф. — Я тебя не раздевал и ничего с тобой не сделал.

У Киры перехватило дыхание от ужаса. Вот об этом она даже не подумала! А как же… Любому человеку, даже находящемуся в беспамятстве, нужно, простите, ходить в туалет. Она нервно дернулась, но крепкие руки настойчиво прижали ее, возвращая на место.

— Тихо ты! Сказал же, не любовался я на тебя!

Любовался? Да какое тут любование! Совсем с ума сошел?! Ой как стыдно то–о-о

— У тебя странный организм, — наконец сказал он, ты как будто в спячку впала. — Сердце билось так медленно, что я испугался что ты умираешь. Но, то ли у тебя такая странная реакция на яд была, то ли это для тебя нормально, не знаю. Но никаких неприятностей не случилось. Хотя я готов был тебя даже подмывать, если понадобится.

— Обалдел? — Тут же возмутилась девушка, но в ее голосе послышалось явное облегчение.

— Да почему обалдел то? Нормальная жизненная ситуация, — засмеялся он. — Ты мне лучше скажи, ты всегда в такое состояние впадаешь, при сложных травмах? У тебя сердце билось хорошо если раз в минуту.

— Не знаю, не пробовала, — усмехнулась она. И устало закрыла глаза.

— Правильно, лучше поспи. Сон для тебя сейчас самое то.

— Я еще не все выяснила.

— Так потом выяснишь. Я никуда не сбегу, обещаю. И отвечу на все твои вопросы.

— Ты бы мне плащ положил под голову, что ли, раз вылезти не даешь. У тебя же наверное ноги затекли совсем.

— Ага, а если ты утонешь? Нет уж, не для того я тебя спасал.

— Ну посиди просто рядом, — сонно пробормотала она.

— Спи, — тихо засмеялся Эридар, убрав с ее лица прилипшую прядку волос.

Да, она права, ноги у него действительно затекли. Но выпустить ее из рук гораздо страшнее. Потом что если отец прав, то эта малышка огромная ценность для их мира. А эти идиоты ее чуть не убили! Впрочем, они не видели того, что видел он. Им с отцом пришлось все старые архивы поднять, чтобы хоть в чем‑то разобраться, а когда кое что поняли, он как сумасшедший помчался обратно. Жаль, что ему не удалось сразу разобраться в том, что происходит, не то он перерезал бы тех троих сразу. Ведь он еле успел ее вытащить! Еще пару секунд, и… Он вздрогнул, от этой мысли. Ужас. Из‑за его промедления они ее чуть не потеряли. Тогда можно было бы даже не возвращаться. Отец бы не простил. Да он и сам себя бы не простил. Девушка эта совсем не такая как в их древних легендах. Но он же видел что она сделала в пещере! Видел своими глазами! Слышал ее песню, ощутил всей душой, как отзывается на ее чарующий голос сама земля, какая мощная сила хлынула от этой маленькой крохи! А с виду обычная человеческая девчонка. Хрупкая, нежная. Нет уж, теперь он с нее глаз не спустит. И никому не позволит даже прикоснуться. Все время пока он ее вез, со страхом заглядывая в бледное лицо и изредка ловя редкое биение ее сердца, чуть с ума со страха не сошел. Он и останавливался то как можно реже, чтобы рану на ноге осмотреть, полить ее настоем из трав, да перевязать. И как он мог забыть про сиорт. Да ни один Серебряный эльф без этого эликсира во внешний мир не выйдет. Но отец так его торопил, что они оба даже о нем не вспомнили. Эридар устало закрыл глаза, осторожно поддерживая голову девушки. Он ведь уже который день не спит, но это не важно. Спасибо реке, она поддержала его силы тоже. О, серебряная река на многое способно. А стоило ему опустить безвольное тело этой девочки в воду, он прямо увидел как река заволновалась, буквально увидел как рванулась к ней, заполняя пустой резерв. Да и сейчас продолжает вливать в девушку свои силы, отдавая все что может. Он посмотрел в бледное лицо Киры, и улыбнулся. Хороший, здоровый сон, совсем не похож на так испугавшее его состояние странного оцепенения. И сердце забилось как положено, а это значит что он справился. К тому же в серебряном лесу ей уж точно ничто не угрожает, поэтому теперь можно расслабиться и больше ни о чем не переживать.

Проснулась Кира часа через три, все так же лежа в воде. Открыла глаза и поняла, что чувствует себя сейчас абсолютно здоровой. Уже вечерело. Она подняла голову и посмотрела на эльфа. Тот кажется спал. По крайней мере сидел с закрытыми глазами. Кира с интересом обвела его лицо взглядом. Красивый, как и все эльфы. Совершенные черты мужского лица. Большие глаза с длинными черными ресницами, ровным полукругом лежащие на точеных щеках. Странно, ведь волосы серебряные, а ресницы и красивые, стремительные брови — черные. Точеный нос, с аккуратными ноздрями, совершенный по красоте овал лица. Красивые, будто нарисованные губы, сильный подбородок, и крепкая шея.

— Насмотрелась? — Один серебряный глаз приоткрылся, и иронично посмотрел на девушку.

— Нет, — хмыкнула она, — с такого ракурса неудобно.

— Правда? Ну тогда попробуй встать. — улыбнулся он, осторожно подхватывая ее под плечи, и помогая сесть. — Как себя чувствуешь?

— По моему отлично. Спасибо тебе. Ты меня спас.

— Ха. Тебе тоже спасибо, ты меня спасла. — Он осторожно вытянул ноги и скривился, от миллиона впившихся иголочек в затекших ногах.

Кира фыркнула и засмеялась. — Говорила же, плащ положи мне под голову. Тебе помочь?

— Нет, сейчас пройдет. Попробуешь встать?

— Легко — улыбнулась она и действительно легко поднялась.

По одежде заструилась вода, плотно облепив ее фигурку, и сковывая движения. И она слегка поморщилась.

— Уверена что хорошо себя чувствуешь?

— Абсолютно, подтвердила девушка.

— Тогда раздевайся, и закутайся вот в это, — и эльф показал на лежащий неподалеку на камне, аккуратно сложенный знакомый плащ.

— О, мой плащик — обрадовалась Кира.

— Ага, хотел тебе вернуть.

— Спасибо.

— Ну я пойду, а ты сними все мокрое, просушим потом у костра. Если что — зови, я рядом.

Кира благодарно кивнула, дождалась пока парень скроется за деревьями, с опаской осмотрела пустой и тихий берег и стала снимать с себя мокрую одежду. Она не спешила. Раздевшись, искупалась, тщательно промывая полные песка, запутавшиеся волосы, немного поплавала, чувствуя как мощный поток энергии, буквально обволакивает обнаженное тело и, наконец вылезла из воды, плотно завернувшись в плащ, завязав его на манер парео. Потом выполоскала одежду от песка и пошла в сторону горящего костра, слабым отсветом указавшего ей направление среди деревьев. До ее ноздрей донесся запах жареного мяса, и желудок буквально завопил, требуя еды.

— Вот, вешай одежду на ветки — поднял голову от жарившегося мяса, эльф. И садись, есть будем. Голодная?

— Еще как! Если верить твоему рассказу то я почти неделю ничего не ела.

— Это точно, засмеялся Эридар, протягивая ей ногу жареного зайца и странного вида лепешку, почем‑то нежно–зеленого цвета.

Кира удивленно осмотрела зеленый блинчик, но ничего не сказала, а нетерпеливо накинулась на еду. Эридар с легкой улыбкой наблюдал за ней, жуя кусок свежей зайчатины.

Наконец наевшись, а съела она очень много. Девушка с довольным видом откинулась, прислонившись спиной к дереву и сыто зажмурилась, прямо как довольная хищница.

— Ну давай, сыпь свои вопросы, раз наелась, — сказал эльф, протягивая ей кружку с пахучим напитком.

— Не, — она покачала головой. — По моему, тебе срочно нужно поспать. Потому что судя по твоему виду, ты не спал уже несколько дней.

— Ну почему, я спал. Правда немного.

— Ага. Немного и на ходу. Прости, что доставила тебе столько проблем. Но сейчас ты срочно ложишься спать.

— А ты?

— А я никуда не денусь. Послежу за костром, вещи высушу, подумаю. Благо есть о чем подумать. А потом, как проснешься, поговорим.

— Договорились — улыбнулся он, потом завернулся в свой плащ, и со вздохом облегчения провалился в сон.

Кира же немного поерзав и умостившись поудобнее, наконец совсем расслабилась, чего с ней давно уже не случалось, и блаженно прикрыв глаза, вслушалась в звуки ночного, и такого необычного Серебряного леса.

15

Думала Кира долго и пришла к выводу, что может то, что она исчезла из заставы, даже к лучшему. Жаль Риалара конечно, он будет переживать. Но три мертвых тела, красноречиво раскиданные ножи, и отсутствие тела его ученицы, дадут знать учителю, что она не погибла. А у нее будет время для передышки, на что она очень сильно надеялась. Возможно, она даже сможет хоть немного разобраться со своим ненормальным даром. И да, амулет! Кира выдернула серебристую звездочку из под одежды, внимательно ее осмотрела. Пустая и тусклая, в любом спектре. Ни малейшего огонька, даже такого крохотного как раньше. А если так? Девушка зажала амулет в кулак, сосредоточилась и прямо почувствовала, как в амулет рванула ее энергия, опустошив саму Киру сразу наполовину.

— Эй, не так резво — недовольно шикнула она, отдергивая ладонь, и с опаской держа кулон только за одну цепочку. — Смерти моей хочешь? Или чтоб я опять в обморок грохнулась, как дура?

В тот же момент она восхищенно выдохнула. Амулет благодарно мигнул и вдруг зажег в себе сначала маленькую, а потом все больше и больше разгорающуюся искорку. Сиреневую звездочку, окруженную чернотой дальнего космоса. Удовлетворенно кивнув, девушка тихо рассмеялась и спрятала кулон под одежду. Теперь он стал гораздо ярче, чем вообще когда либо. Ну наконец‑то она хоть что‑то поняла. Хоть с собственным амулетом разобралась и то ведь дело. Она с довольным видом подбросила в огонь сухих веток, потрогала свою одежду и, убедившись что та совершенно сухая, оделась. Эх, жаль что у нее нет запасной одежды. Все осталось на заставе. И что хуже всего, там остался ее рюкзак. А в рюкзаке кое что не принадлежащее этому миру. Взять хоть тот же мобильник. Или деньги, которые она так и не потратила в своем коротком путешествии. Ладно если увидит Риалар, он скорее всего припрячет и подождет ее объяснений. А вот если кто‑то еще, то вообще непонятно чем все закончится. Поймут ли они что Кира из другого мира и какие выводы из этого сделают? Напугают себя еще больше и решать убить, или все же что‑то да поймут? Кто бы знал. Будь это на Земле, ей вряд ли кто‑то бы поверил, а если и поверили бы, так разобрали б по косточкам, пытаясь понять, что она такое на самом деле.

Девушка вдруг вспомнила о раненой ноге и решила хоть посмотреть что у нее там такое. Боли небыло совсем, поэтому она о ней даже не вспомнила. Задрала штанину и с интересом изучила тонкий, бледный шрам. Все что осталось от раны. Интересно, что там был за яд? Надо будет у Эридара спросить когда он проснется. Она повернулась к спящему эльфу и улыбнулась. Он спал полностью завернувшись в плащ, только серебристая макушка торчит, да кисть правой руки. Красивая такая кисть, с длинными сильными пальцами. Вот интересно, на эльфах природа чувство прекрасного совершенствовала?

Эридар проснулся с лучами рассвета. Вылез из под плаща и с интересом посмотрел на девушку, спокойно сидящую у костра. Она так глубоко задумалась, что кажется ничего вокруг не замечала. У огня, на листьях лежала свежезажаренная утка.

— Доброе утро Эридар, — прозвучал ее мелодичный, бархатный голос, но сама она не повернулась.

— Доброе утро, кажется даже завтрак уже готов?

— Готов. Иди умойся, и прошу к столу.

Он посмотрел на ее распущенные, чуть влажные на кончиках, но слегка стоящие дыбом волосы и улыбнулся. Кажется, она уже умылась. — По–моему тебе нужна расческа.

— Да, но у меня ее нет, — она наконец повернулась и фыркнула, — ты на себя посмотри. По–моему расческа нужна не только мне.

Эридар пощупал свой растрепанный хвост на голове и наклонился к своему мешку, достав гребень. — Вот лови. А я к реке.

Кира поймала красивую, вырезанную из какого‑то дерева расческу, отсела подальше от огня и стала приводить в порядок свои кудряшки, шипя и сердясь, потому что запутались они основательно.

Вернувшийся Эридар немного понаблюдал за тем как она дерет собственную шевелюру и не выдержал такого зверства. — Тебе помочь?

— Нет, спасибо, — проворчала она, — сама справлюсь.

Парень пожал плечами, и рассмеялся. — Ну как хочешь.

Кира наконец расчесала свои буйные кудри, перебросила гребень Эридару и поставила на огонь котелок с водой.

— Ну что, готов отвечать на вопросы — спросила она, когда с завтраком было покончено.

— Давай, сыпь свои вопросы.

— Почему ты сбежал?

— Понимаешь, — смутился он, — у меня было дело. Очень важное дело. А останься я, меня еще долго бы не отпустили и расспросами замучили. Но главное то, что могли применить камень истины и мне пришлось бы говорить правду о тебе. О том кто ты такая. А я не был уверен в том, что ты хотела, чтобы о тебе все узнали. Спросить тебя, я понятное дело не мог, вот и решил, что лучше исчезнуть, а потом вернуться.

— Ты прав, — кивнула девушка, — в какой‑то момент я даже обрадовалась тому, что ты ушел. Кто я такая, по твоему мнению?

— Высшая, — даже не задумываясь, сказал парень.

— Угу. Даже не сомневалась в таком ответе, — хмыкнула она. — Кто такие высшие?

— Тебе лучше знать, — пожал он плечами.

— Я хочу узнать, что ТЫ знаешь о высших.

— Только то, что написано в наших хрониках. Что вы приходите из другого мира. Что обладаете большой силой, очень древние и умеете разговаривать с самой землей и слышать звезды. А когда‑то один из высших, не позволил уничтожить нашу расу. Помог нашему народу. С тех пор, вас почитают. Мы не забыли.

— Интересная история, — невесело усмехнулась Кира.

— Что не понравилось?

— Да как‑то все слишком непонятно, — улыбнулась она.

— Позволь спросить, сколько тебе лет? Ведь как я понял, ты еще очень молода?

— Восемнадцать.

— Так мало? — Удивился Эридар, — нигде в хрониках не сказано о детях высших. По тому как ты отбивалась от тех трех убийц, я понял что ты слишком молода, и еще плохо владеешь своей силой. Потом, правда, засомневался, когда понял что у тебя сильное истощение дара. Подумал что возможно из‑за этого, ты не смогла с ними справиться. Ты что сбежала из дома?

— Хм… ну можно и так сказать. А ты вообще уверен что я высшая?

— Да. Такой силой обладают только они. Так тебя могут искать, да?

Кира вспомнила черные, злые как сама преисподняя, глаза в небе, и мрачно насупилась. — Все может быть. — А сама подумала что если на нее с небес сверкает глазами папашка, или еще какая‑то родня, то вряд ли их встреча станет радостным событием.

Они немного помолчали, думая каждый о своем, потом Эридар сказал.

— Я приглашаю тебя в Серебряный город. Думаю что для тебя это будет гораздо более безопасно, чем оставаться на заставе.

— А сколько тебе лет, с любопытством спросила вдруг Кира.

— Двести тридцать. Я еще тоже очень молод, по меркам моего народа.

— Сколько? — Округлила глаза она — По моей мерке, ты древний дед. — И вдруг засмеялась, звонко и заразительно.

Эридар глядя на нее, тоже засмеялся, — Но- но, я тебе не дед. А вот с дедом могу познакомить. Ему уже около трех тысяч лет. Старый, ужасно вредный, но очень мудрый.

— А чего больше вредности или мудрости? — Совсем развеселилась девушка.

— По–моему поровну. Ну так что, поехали?

Кира сразу став серьезной, внимательно посмотрела в глаза парня. — И как ты меня представишь там? Насколько я знаю, люди в Серебряный лес просто так попасть не могут.

— Да, если эльф сам не пригласит человека. А я тебя пригласил и привез сюда. Скажем что ты спасла мне жизнь, а теперь я отдаю этот долг. Например, защищаю тебя от некоторых неприятностей. Думаю не стоит рассказывать всем, кто ты есть.

— Это точно, — согласно кивнула она. — Ладно, поехали. И да, спасибо что сохранил мое оружие.

— Без проблем, леди — хмыкнул Эридар. Правда у тебя там чехол для ножей порезан. Возврат скорее всего работать теперь не будет.

— Жаль — огорчилась девушка. — Теперь придется за каждым ножом бегать.

— Ничего, приедем — подумаем что можно сделать. Может наши смогут починить.

Серебряный город поразил Киру невероятной красотой. Он открылся как‑то вдруг. Сразу. Появился из‑за густой массы деревьев, как ожившая сказка. Девушка замерла от восхищения, во все глаза рассматривая это чудо. Как описать эту красоту? Этот город как невероятной красоты аккорд. Некая чуждая, но совершенно невероятной красоты мелодия. Необычные круглые дома, башенки, мостики. И все мягко сияет серебряным отсветом, похожим на искристый, нежный перелив снега под лунным светом. Из чего его построили? Что за невероятно прекрасный материал? Изящные арки, тонкой, безумно сложной работы, тончайшее кружево мостиков, кажущиеся настолько хрупкими, что страшно на такой наступить. И много цветов, кустов, деревьев, все с тем же серебристым налетом на листьях. Странно то, что это серебро не раздражало глаза, не казалось неестественным. Наоборот, все так красиво и гармонично вписывалось, так было естественно и правильно, что от этой красоты сами собой наворачивались слезы. И сейчас Кира твердо была уверена, что куда бы ни завела ее причудливая судьба, какую бы дорогу ни предложила ей, она на всю жизнь запомнит красоту этого невероятного города, раскинувшегося в не менее невероятном, поистине прекрасном, серебряном лесу.

Сидя в седле, впереди Эридара, девушка с интересом осматривала все, что открывалось ее взгляду. Ей до зуда в ладонях, хотелось потрогать то тонкие перила мостика, по которому они проезжали, то дотронуться до причудливого фонтана, нежно переливающего струйки воды. По улицам ходили эльфы, с интересом поглядывали на них, вежливо здоровались с Эридаром, но никто пальцем не тыкал, неприличного удивления не выказывал. Эридар не дал ей налюбоваться городом, довольно быстро довезя Киру до величественного, с виду хрупкого дома, стоящего немного в стороне, на холме, с убегающей вверх, почти белой, слегка мерцающей, ажурной лестницей. Опустил Киру на землю, спешился сам и хлопнул по спине своего коня.

— Иди домой Треш, дорогу ты знаешь. — И повернувшись к девушке, протянул ей руку. — Пойдем. Нам наверх.

Кира все же не удержавшись, протянула ладонь и дотронулась пальцами, до ажурных перил. Какое странное ощущение! Не стекло, не пластик, вообще не похоже ни на что ей знакомое.

— Из чего это сделано, Эридар?

— Это вертириан. Красивый правда?

— Очень. Ничего подобного не видела.

— Еще бы. Он бывает только здесь, в серебряном лесу. Это слезы серебряных деревьев, их смола. Но вывезти его отсюда невозможно. Рассыплется за пару дней. А вот дома, он крепок как самая лучшая сталь.

— Как странно, — прошептала она. — Почему так?

— Не знаю. Может ты поймешь? Наверное, по той же причине, что наши деревья живут только тут, выкопать и пересадить невозможно. Не примется. Говорят какая‑то особенность почвы.

Они не спеша поднимались по лестнице, как готическая дверь наверху распахнулась и оттуда выпорхнула юная, прелестная как весенний цветок эльфиечка, одетая в нежно голубое, воздушное платье, с великолепной работы, серебряной вышивкой по подолу и красиво облегающее стройную фигурку, радостно взвизгнула и с разбегу бросилась к ним.

— Эридар, вернулся–я-я–я — восторженно завопила она, чуть не скатившись с лестницы.

Эридар засмеялся и подхватил ее, не давая упасть. — Привет сестренка. Я тоже скучал. — Он с удовольствием чмокнул ее в лоб, и отстранился. — Кира, это моя сестра Элиринна. Элиринна, а это наша гостья, ее зовут Кира.

— Здравствуйте леди, — улыбнулась эльфиечка, с интересом смотря на Киру огромными, серебряными глазищами.

Кира поздоровалась и невольно сама заулыбалась, глядя на эту молоденькую, непосредственную девушку.

— Пойдемте же, потащила брата за руку Элиринна. Вас давно ждут.

Они поднялись наконец на самый верх и вошли в большой холл. К ним тут же вышел высокий, красивый мужчина, сильно похожий на Эридара. Только гораздо старше него. Хотя это, Кира поняла только заглянув в его глаза. Умные, цепкие глаза, долго живущего человека. Вернее эльфа.

Эридар сразу посерьезнев, сделал шаг вперед. — Здравствуй отец, я хочу познакомить тебя с девушкой, спасшей мне жизнь. Ее зовут Кира.

— Я рад приветствовать вас в своем доме леди. — Медленно наклонил гордую голову эльф, мгновенно и внимательно окинув ее взглядом с ног до головы. Кира увидела, как он кинул быстрый, вопросительный взгляд на сына и Эридар так же быстро прикрыл веки, молча отвечая на какой‑то вопрос отца.

— Вы наверное очень устали с дороги. Ваши комнаты сейчас подготовят. Прошу вас чувствовать себя как дома. Если что‑то понадобится, сразу скажите. — Он кинул на Киру еще один цепкий взгляд, отметил что девушка ответила не менее внимательным и острым взглядом и, кивнув, улыбнулся. — Жду тебя в своем кабинете сын. Пока леди отдыхает, мне хотелось бы с тобой поговорить. Элиринна, покажи леди ее комнаты, — отдал он распоряжение дочери и, ласково коснувшись щечки дочери, вышел.

— Кира, Элиринна тебя проводит, хорошо? Искупайся, отдохни, а потом пообедаем.

Кира согласно кивнула.

— Пойдемте леди, — тронула ее за рукав Элирианна.

— Можно просто Кира и на ты. — Сказала она. Ей почему‑то очень понравилась эта девушка. Такая чистая, светлая, веселая.

— Здорово! — Радостно заулыбалась она, тогда и ты называй меня Лири. Пойдем же. — Она ухватила Киру за руку и потащила за собой. — Я так благодарна тебе, за то что ты спасла брата! Эридар самый лучший брат в мире. Честное слово.

— Ну, вообще‑то, он мне тоже жизнь спас.

— Правда? Я же говорила что он самый лучший! Расскажешь?

— Как нибудь потом.

— Конечно. Ты наверное устала очень.

Лири привела ее на второй этаж, толкнула одну из дверей и вошла.

— Вот. Это самая лучшая комната. Надеюсь тебе понравится.

Из глубины комнаты выскользнула девушка, одетая более скромно чем Лири и сделала легкий реверанс.

— Это твоя служанка, Диллия. — Тут же сказала Лири. Если что‑то понадобится, скажи ей. Все, я пойду, не буду тебе мешать. Позже увидимся. — И упорхнула, оставив в воздухе легкий нежный аромат каких‑то, то ли духов, то ли еще чего.

— Прошу, проходите леди, — мягко улыбнулась служанка. — Я покажу вам ваши комнаты. — И она пошла, открывая перед Кирой двери.

Комнат оказалось целых пять. Зачем ей столько, было непонятно. Первая, как сказала Диллия — приемная. В ней стоял небольшой, круглый столик, удобный, бежевых тонов диванчик, обитый мягкой, бархатистой тканью, пару кресел, того же цвета, и софа. Дальше был кабинет, с массивным столом; спальня, с огромной, роскошной кроватью; малая столовая, и гостевая. Красивые светлые комнаты Кире понравились. Мягкие, пастельные тона, ничего кричащего и безвкусного. Пожалуй, немного помпезно, но не слишком. Впрочем, больше всего Кире понравился бассейн, выложенный нежно голубой мозаикой, который уже наполнялся горячей, судя по исходящему пару, водой. Диллия увидев с каким вожделением Кира смотрит на этот бассейн, тут же предложила гостье искупаться. Добавила в воду каких‑то пахучих трав и попыталась помочь ей раздеться.

— Спасибо Диллия, вы можете идти, я сама. — Отказалась Кира от ее услуг.

— Но леди, я должна помочь вам искупаться. Вы не волнуйтесь, я не первый раз помогаю леди.

— Понимаю, — мягко, но настойчиво сказала Кира. — И все же я привыкла купаться одна. И уверяю вас, прекрасно с этим справлюсь.

Когда помрачневшая служанка вышла, Кира мгновенно разделась и со счастливым вздохом погрузилась в горячую воду.

— Ты уверен что она Высшая, сын? — Задал вопрос Рен Ле Эль Эттиррель, вошедшему в его кабинет сыну.

— Да отец. Это она остановила вулкан.

— Она выглядит не старше Элирианны.

— Она младше ее на пятьдесят лет, отец.

— Что? Ты серьезно? Откуда здесь дитя Высших?

— Думаю, она сбежала из дома, отец.

— Этого нам только не хватало. Ее будут искать.

— А что плохого? Мы сможем обратиться к ним за помощью.

— Да, но… ты представляешь какой силой она может обладать? А если натворит что‑то? Мы можем не справиться.

— Успокойся отец. Кира не похожа на наших детей. Она по развитию ближе к человеческим детям. А они взрослеют гораздо раньше наших.

— Это уже лучше. Мы же ничего не знаем о детях Высших. Какое у тебя о ней впечатление?

— Она хорошая девушка, отец. Никакой гордыни, спеси и тому подобного. Только не совсем еще владеет собственной силой.

— Правда? Это странно для ребенка Высших. Тот высший, что приходил сюда две тысячи лет назад, был совсем другим.

— Да, дед рассказывал. — Кивнул Эридар. — Но Кира другая.

— Думаешь она сможет нам помочь с Мертвой землей?

— Не знаю, отец. Она слишком молода. Боюсь что у нее просто может не хватить на это сил. Но все равно, она такая необычная. Видел бы ты что творилось с нашей рекой, когда я опустил ее в воду. Она буквально рванулась к ней, отдавая силу. Никогда ничего подобного не видел.

— Дитя Высших, — пожал плечами отец, — сама земля ее слышит и помогает. Она что‑то рассказывала о своей семье?

— Нет. Я было намекнул, но она не ответила. Я не стал настаивать. Хотя подтвердила что ее могут искать.

— Уже хорошо — вздохнул Эттиррель. — Надеюсь ее найдут, а заодно и нам помогут. Я дам распоряжение охранять ее и выполнять все, что она захочет. А люди то поняли кто она такая?

— Не думаю. Иначе они не пытались бы ее убить.

— Убить??? Они ненормальные? Боже, вот же глупцы.

— Думаю, они испугались ее силы. Я там покружил вокруг заставы, послушал разговоры. Они ее боялись.

— Представляешь, что было бы, если б сюда примчался ее разгневанный папаша?

— Не очень. — Хмыкнул Эридар.

— Все сын, иди приводи себя в порядок. И помалкивай пока о том, кто такая наша гостья.

Эридар коротко поклонился отцу, и вышел из кабинета.

Лири примчалась в комнаты Киры, на слезные просьбы служанки. Той никак не удавалось уговорить гостью одеть красивое, персикового цвета платье, которое для нее приготовили.

— Кира, — звонко рассмеялась Лири, — мы же на обед идем. Девушке неприлично сидеть за столом в штанах!

— Лири, — простонала Кира — и ты туда же. Да я в этих платьях и ходить не умею. Буду в подоле путаться. Я же воин, ну какие платья!

— В первую очередь ты красивая девушка, — заявила эльфиечка, решительно забирая у Киры любимые штаны. — Потом их оденешь. Потерпи всего лишь обед. А потом клянусь, я закажу для тебя самые лучшие и удобные штаны и рубахи.

Кира тяжело вздохнула, но уступила. Со своими правилами в чужой дом лезть было как‑то неудобно.

Лири вместе со служанкой быстро помогли одеть ей платье.

— Видишь, я была права, у нас почти одинаковые фигуры. Это платье смотрится на тебе просто шикарно.

Она с придирчиво осмотрела Киру и осталась очень довольна результатом. Диллия тем временем что‑то колдовала с ее волосами, мягкими, умелыми движениями разделяя непослушные кудряшки, и укладывая их в прическу.

— Если я потом не смогу это расчесть, обрею налысо — сердито проворчала Кира.

— Диллия расчешет, не волнуйся. — Засмеялась Лири и схватила Киру за руку. — Все, пойдем, там нас уже заждались.

Обед как на вкус Киры был долгим и нудным. Киру познакомили со старшим братом Эридара — Элирреном. Кира уже поняла что семья Эридара довольно высокопоставленная, только не ожидала что настолько. Но как оказалось Рен Ле Эль Эттиррель, оказался советником и первым приближенным лицом Владыки. Его старший сын, Ле Эль Элиррен, пошел по стопам отца

успешно продвигался в политике. К стати, то, что все имена у этой семьи начинались на букву "Э" совсем не случайность, как и приставка Эль к имени. Значило это что род был древним, принадлежал к высокой аристократии, еще и имел в своем роду, кровь повелителей. К имени же отца, шла еще одна приставка "Рен", что показывала его высокий ранг. Кира поняв наконец, в какую семью попала, слегка приуныла. Все эти политесы, светские беседы, еще и не дай бог, балы или что либо подобное, никак не входило в ее планы. Она просто хотела немного передохнуть, собраться с мыслями, проверить некоторые свои догадки, относительно собственной силы. Вот в общем‑то и все. Девушка так задумалась, что пропустила вопрос отца Эридара. Легкое прикосновение руки Лири, вывело ее из задумчивости.

— Простите, Рен Ле Эль Эттиррель, я немного задумалась. Вы что‑то сказали?

— Я спросил, леди Кира, чем мы могли бы вам помочь? Возможно вам что‑то нужно?

— Да, возможно, — кивнула она, — я могу почитать ваши старые хроники, там где говорится о… Кира запнулась и бросила быстрый взгляд на слуг, снующих у стола.

— Я вас понял, леди, — тут же сообразил он, прийдя девушке на помощь. — Конечно можете. Кому как ни вам показывать эти хроники. Я распоряжусь чтобы их доставили в вашу комнату.

— Благодарю вас, Рен Ле, буду вам очень признательна. — Улыбнулась краешком губ Кира, поймав на себе еще один острый, испытующий взгляд.

С трудом дождавшись конца обеда, Кира наконец‑то выбралась из‑за стола. К ней тут же подошел Эридар.

— В платье ты выглядишь совершенно потрясающе, — восхищенно сказал он.

Кира поморщилась, — я не люблю платья. Прости что разочаровываю.

— Не расстраивайся, — засмеялся он, — одевать их обязательно только во время семейных трапез, да балов. А так, можешь носить все что захочешь.

— Балов мне только не хватало, — испугалась Кира, от чего ее и ьез того большие глаза, стали еще больше. — Эридар, имей ввиду, ни на один не пойду.

Тот тихо хихикнул, — ладно, ладно. Не пугайся так. Никто ж не заставляет. Чем хочешь заняться?

— Снять платье и одеть нормальную одежду, — буркнула она. — А потом я бы посмотрела город. Это возможно?

— Конечно, без проблем. Переодевайся, прихватим Лири и пойдем, погуляем. Ты не против такой компании?

— Нет конечно, у тебя замечательная сестренка. — Улыбнулась Кира и легко взлетела по лестнице на второй этаж.

— Зря она платья не любит, — раздался звонкий голосок Элирианны, у него за спиной — ей очень идет, правда?

— Правда, — кивнул Эридар, — провожая взглядом Киру.

Элирианна хитро сверкнула глазками, но увидев что брат о чем‑то задумался, тоже притихла.

Кира же с удивлением обнаружила, что ее одежда волшебным образом исчезла, а на ее месте появилась белоснежная, тонкая, из дорогущей ткани рубашка, вся в каких‑то оборочках и рюшах и узкие, переливающиеся брючки.

— Диллия, — простонала она. — Ну что это такое?

— Ваша новая одежда, леди. — Невозмутимо сказала горничная, выплывая откуда‑то из глубины комнат.

— А моя старая где?

— Те страшные тряпки носить невозможно, леди. Я их выбросила.

— С ума сошла! Это была моя любимая одежда! Верни ее немедленно!

— Леди, — мягко, заговорила Диллия, — простите, но Рен Ле не позволит вам в таком ходить. Это позорит его дом. Если хотите, я закажу для вас точно такую же одежду, как была, но новую, а не ту рвань, в которой вы приехали. Ее же носить просто невозможно!

Кира расстроено замычала и с размаху села на кровать. — Скажи Эридару что я никуда не пойду. — буркнула она. Лучше сидеть в доме, чем одеть эти так называемые брюки.

— Вам не нравится? — Расстроилась Диллия.

— Нет. Я не собираюсь сверкать задом. — Отрезала Кира и отвернувшись, одним движением сбросила надоевшее платье и зло шипя стала распутывать волосы. Диллия растерявшись, кинулась было помогать, но Кира только отмахнулась от нее.

— Леди, ну зачем вы так с волосами? Вам же больно, давайте я помогу, — запричитала девушка.

— Да отвяжись ты, я еще в состоянии справиться с собственными волосами. Пойди лучше позови Лири.

Диллия вдруг всхлипнула, и выбежала из комнаты, а Кире стало стыдно за свою вспышку. Но все равно, никто не заставит ее натянуть на себя это сверкающее нечто. Она воин, а не черти что со сверкающим задом. Вот бы ее в академии в таком прикиде увидели, ржали бы даже лошади.

Через минут пять примчалась Лири. Кира как раз закончила заплетать косу, и задумчиво стояла глядя в окно.

— Кира, что случилось?

— Где моя одежда? — Спокойно спросила она.

— Ее выбросили. Она вся порванная была. Такое нельзя носить.

— Хорошо, — так же спокойно кивнула Кира, — А теперь посмотри, что мне принесли в замен.

— Тебе не нравится? Прости, это я выбирала, из собственного гардероба. Это все новое, ты не думай. Просто отец сказал, что тебе нужно подобрать что‑то получше, пока пошьют специально для тебя.

— Я понимаю, — улыбнулась она, — Ты хотела как лучше. Прости меня, но не одену эти сверкающие тряпки.

— Кира, это хорошие вещи, у нас девушки все так ходят.

— Я понимаю, — мягко сказала Кира. — Просто для меня это невозможно. Я ведь не эльфийка, верно? Мало того, я воин. Поэтому… сомневаюсь что ваши воины одевают что либо подобное. Ты видела то, в чем я ходила? Та одежда была удобной и правильной. А вот это — она ткнула пальцем в переливающиеся брючки, — это для меня, то же самое, как если тебя нарядить в балахон фанатика.

— Ох, — округлились глаза Лири, до нее, кажется, наконец‑то дошло. — Прости. Я совсем не подумала. — Пойдем ко мне, выберешь сама что захочешь. Вот, накинь халат, и пойдем.

Гардеробная Лири была огромной! Нет, просто ГРОМАДНОЙ. И занимала целую отдельную комнату. Такого Кира в жизни не видела и не понимала, зачем вообще столько вещей. Впрочем, с помощью эльфийки, девушка быстро подобрала себе самые простые с виду, черные брюки, безжалостно оторвав от них идиотский бантик. Эльфийка покосилась, но промолчала. Потом так же быстро выбрала простую, белую рубашку, без всяких лишних выкрутасов. От обуви отказалась, натянув свои сапожки, которые, слава богу, никто не выбросил. А появившаяся Диллия, быстро привела в порядок.

— Вот теперь порядок. — Довольно сказала Кира. Оглядев себя в большое зеркало. И пожалуйста, не нужно мне шить ничего особого. Достаточно будет пары штанов, таких как на мне были, пары рубашек и какую нибудь накидку, или куртку. Мне ни к чему лишние тряпки.

— Давай хоть пару платьев еще пошьем — жалобно попросила Лири. — На семейный обед в штанах идти неприлично.

— Хорошо, — покладисто согласилась Кира. — Только без лишних блесток и бантиков, очень тебя прошу.

Эльфиечка просияла и, схватив Киру за руку, потащила вниз по лестнице, где их уже ждал Эридар.

По городу они гуляли долго. Кира с удовольствием рассматривала все подряд. Эридар с не меньшим удовольствием показывал красоты родного города, водя их по самым красивым местам. Наконец они остановились передохнуть на круглой площади, в центре которой стоял причудливый, в своем исполнении фонтан. Кира долго рассматривала его, заходя с разных сторон, пытаясь понять, что же ее так сильно привлекло в этих ломаных линиях, сплетающихся в причудливый узор, пока не поймала ту особую, каким‑то образом услышанную ею музыку. Музыку души мастера, сотворившего это чудо. И улыбнулась, зачарованно глядя на эту не похожую ни на что красоту.

— Нравится? — Тихо спросил Эридар, увидев ее улыбку.

— Очень. — Кивнула она, не отрывая глаз от фонтана и зачем‑то взяв его за руку. И вдруг тихонько пропела несколько музыкальных фраз так, чтобы услышал только он.

Как будто легкая волна прошла от руки Киры, к его руке и Эридар восхищенно замер, вслушиваясь, вдруг увидел то, что она пыталась ему сейчас показать. Тихо охнул, поняв, что она на самом деле видит в этом, не самом красивом фонтане и расширенными глазами посмотрел на него, как бы увидя заново. Совсем по–другому.

— Ты… ты все так видишь? — Ошеломленно спросил он.

— Не все, — отрицательно мотнула она головой, — только то, в чем есть душа. Некая частичка, оставленная мастером.

— А музыка?

— Музыка? — Удивилась она, — я просто ее услышала и захотела, чтобы тоже понял, вот и пропела. Эта мелодия там, внутри. Я ее слышу. А ты нет?

— Нет, — покачал он головой. — Не слышал, пока ты не показала.

— Может ты просто плохо слушал, — улыбнулась девушка. — Попробуй, это не сложно.

— Для тебя похоже не сложно. — Прошептал Эридар, изо всех сил стараясь запомнить чарующую мелодию.

— Вот что, пойдем ка домой, — а то похоже твоей сестренке надоело с нами гулять. — Кира указала глазами на присевшую на бортик фонтана девушку.

Он с нежностью посмотрел на сестру. — Ничего, успеет еще порезвиться.

Они позвали ее и медленно двинулись обратно к дому.

— Эридар, а где можно потренироваться?

— На заднем дворе. Я покажу. Даже компанию составлю, если ты не против.

— Совсем не против — кивнула Кира.

— А можно посмотреть? — Тут же спросила Лири.

— Смотри если интересно, — засмеялся Эридар, но ты никогда раньше не интересовалась оружием.

— Раньше я не видела девушек, которые умеют с ним обращаться. Представить не могу, как Кира… она ведь такая хрупкая! Ты можешь ее поранить!

— Ох сестренка, ты еще многого не знаешь. Да и тебе было бы полезно научиться хотя бы с ножом обращаться. — Улыбнулся Эридар.

Увидев тренировочную площадку, Кира удивленно хмыкнула. Вот уж эстеты! Даже тут, на простом, отделенном куске земли для тренировок, они умудрились все сделать так, что было на что посмотреть. Дорожка по кругу обвивающая небольшую полянку, выложена тем же призрачно серебристым вертирианом. Застывшая смола была такой крепкой, что пожалуй с ней и камень не сравнится. Вокруг насажены потрясающе красивые деревья, чем‑то напоминающие земную иву, с длинными и гибкими ветками, и серебристыми листьями. Отдельно — площадка для метания ножей и стрельбы из лука, со слабо светящимися мишенями. Эльфы любой мелочи умудрялись придать совершенство.

После короткой разминки, Кира с Эридаром встали друг напротив друга, взяв в руки оружие.

— Ну что готова? — Хищно оскалился парень.

— Еще бы.

— Чур, к дару не обращаться.

— Даже и не думала. — Весело ответила она и закружила вокруг эльфа, пытаясь определить для себя, что за противник ей достался.

Эридар так же осторожно двинулся вперед, проведя первую пробную атаку. Минут пять они не спеша изучали друг друга, а потом вдруг сорвались в бешеный вихрь. Бешеный звон мечей разнесся по поляне.

Лири, все время наблюдавшая за ними с края поляны, тихо ахнула и прикрыла ладошкой рот. Неслышно подошедший к ней отец, положил теплую ладонь ей на плечо.

— Думаю, теперь ты понимаешь, что даже хрупкая девушка может за себя постоять.

Он не отрываясь смотрел на кружащую по поляне пару, опытным взглядом отмечал движения каждого. Его восхитила манера гостьи, вести бой. Маленькая и легкая девушка, умудрилась сделать свой рост, вес и даже недостаточность физической силы, своим же преимуществом. Скорость, прыгучесть и хитрость. Как красиво она уходит от прямых ударов! Уклоняется, буквально танцует. Серия обманных движений, и вот она поймала Эридара, обозначив удар и осторожно отведя руку. Теперь он станет еще осторожнее.

Эридар восхищенно цокнул языком, отдавая дань ее мастерству и уяснив, что его маленькая противница хитра как дикая кошка. Да кажется, ни одному ее движению верить нельзя! Никогда не знаешь, как она закончит начатую связку. Они остановились, когда левый клинок Киры, прижался к его паху.

— Все, мой ушастый друг, — весело прокомментировала девушка, — ты опять попался.

— Попался — согласно кивнул он, с опаской отодвигаясь. — Опять обманула! Как у тебя это получается?

— Захочешь жить, будешь выкручиваться, — пожала она плечами и улыбнулась.

— Покажешь эту связку?

— Конечно. А ты мне ту, где ты меня чуть не достал. Я ее не знаю. Идет?

— Без проблем — азартно кивнул Эридар.

Они так увлеклись, что позабыли обо всем на свете и остались очень довольны друг другом.

Потом Эридар взял в руки лук. девушка восхищенно присвистнула, смотря как он посылает стрелы в цель, с невероятной скоростью.

Кира же убедилась что ее чехол для ножей, безнадежно испорчен, оружие больше назад не возвращалось.

— Заклятье возврата рассыпалось — сказал Эридар. Видишь куда нож попал?

— Вижу.

На чехле, прямо посередине, было некрасивое рыжее пятно.

— Это от яда. Уклониться то ты уклонилась, а яд попал.

— Кстати, а что за яд?

— Это аранора. Редкий яд, из очень ядовитого куста араноры. Где его только достали. Он у нас не растет. Эти кусты под корень вырубили уже лет пятьсот назад.

— Значит не все вырубили, — пожала она плечами. — Как он действует?

— Разъедает кожу, впитывается в кровь, ну а дальше — по всему организму.

— Ого, а я чего не померла?

— Это у тебя спросить надо, — хмыкнул эльф. — Противоядия у меня небыло. Я только промыл рану как мог, настоем из трав и перевязал. А дальше ты как‑то сама справилась.

— М–да. — задумчиво протянула девушка. — Наверное я аранораустойчивая.

— Ага, — фыркнул парень. — Пойдем ка поедим. Я проголодался, а ты?

— Я тоже, — улыбнулась она.

Тогда пошли. Он схватил ее за руку и утащил в дом.

16

Утром в доме начался небольшой переполох и все из‑за того, что Диллия не нашла Киру ни в ее комнатах, ни вообще в доме. Эридар выяснил, что она побывала на тренировочной площадке, а потом вышла из дома и куда‑то пропала. Впрочем, вскоре они увидели ее, спокойно идущей к дому. Была она очень задумчивой, слегка удивилась переполоху, но на вопрос где была, ничего не сказала, только неопределенно мотнула головой куда‑то в сторону. Рен Ле Эль Эттиррель пристально заглянул в ее глаза, увидел сиреневые всполохи в черных глазах гостьи, почувствовал какая сила исходит от этой маленькой девушки и приказал детям оставить ее в покое.

Кира же, больше не обращая ни на что внимания и погрузившись в какие‑то свои мысли, пошла вверх по лестнице. Войдя в свою комнату, она увидела принесенные кем‑то хроники и сразу же, погрузилась в чтение. То, что было написано о Высших, Киру не удовлетворило. Какие‑то возвышенные и глупые песнопения, из которых и понять то толком ничего нельзя. Некое очень сильное существо, называющее себя Высшим, обратилось к самой земле, чтобы сохранить эльфам дом. Сходство с собой, Кира нашла лишь в двух случаях. Сиреневое сияние и то, что по словам неизвестного летописца, Высший обратился для этого к земле за помощью. А еще через час, девушка нашла Эридара.

— Привет, помнишь, ты обещал познакомить меня со своим дедом?

— Обещал, — кивнул он, — хочешь, сейчас пойдем? Он живет недалеко.

— Очень хочу.

Идти и правда далеко не пришлось. Небольшой, аккуратный домик находился метрах в пятидесяти от дома Эридара.

— Де–ед, ты где–е-е? — Завопил во все горло парень, едва войдя в дом.

— Что ты орешь, — пробурчал совсем не старый голос, из соседней комнаты.

— Дед, я к тебе гостью привел. — Радостно заявил Эридар, входя в комнату и таща за собой Киру. — Вылезай из своего кресла, а то на тебе скоро грибы вырастут.

— Вот же бандит, — добродушно пробурчал голос, — кого ты там уже привел?

И тут Кира, наконец, выглянув из‑за плеча Эридара, увидела его. В удобном, мягком кресле с каким‑то фолиантом в руке, сидел старый эльф. Нет, с виду он не выглядел очень старым. Фигура, насколько ее можно было рассмотреть, подтянутая, лицо хоть и в морщинах, но не слишком. Волосы вообще свой цвет не поменяли. Только тонкие пальцы сильных рук, стали как будто более прозрачны, да в глазах светилась усталость. Не физическая усталость, нет. Усталость внутренняя. И какая‑то обреченность? Кира аж вперед подалась, заглядывая в эти глаза. Старый эльф несколько минут непонимающе смотрел на человеческую девушку, которую привел внук в его дом, а потом, встретившись с ней взглядом, еле заметно вздрогнул. В черных как ночь глазах девушки, яркими искрами пульсировала знакомая сирень.

— Высшая — изумленно прошептал старик.

Кира чуть вздрогнула, сиреневые искры мгновенно пропали.

— Здравствуйте. — Спокойно поздоровалась она, выходя из‑за спины Эридара.

Эльф, опомнившись, буквально вскочил на ноги. — Приветствую вас, Высшая. Прошу, садитесь.

Испуг, и странное преклонение эльфа были так очевидны, что Кира этот поморщилась. — Успокойтесь, — попросила она, — Я не кусаюсь. Честное слово.

— Дед, ты чего? — опешил Эридар.

Старый эльф не сводя с Киры глаз, махнул рукой на внука — пойди, прогуляйся.

— Дед!

— Иди, — вздохнула Кира, — и не волнуйся. Ничего плохого с твоим дедушкой не случится.

Эридар постоял еще минуту, переводя глаза с деда на Киру и обратно, потом пожал плечами и вышел.

— Садитесь, — сказала Кира, когда Эридар вышел и видя что старик застыл в некотором оцепенении.

Эльф тяжело опустился в кресло. Кира последовала его примеру, немного помолчала, собираясь с мыслями, потом сказала — Как я поняла, вы видели Высшего.

— Да, видел. — Настороженно кивнул он.

— Он был такой страшный?

Старик странно посмотрел на нее, потом вздохнул, собираясь с мыслями, и наконец сказал. — Он был сильным. Очень. Величественным и добрым.

Кира скривилась так, будто лимон проглотила. — Правда? И чего тогда вы так испугались, увидев меня? Боитесь что я такая же добрая?

Эльф опустил глаза, не выдержав иронии в ее взгляде.

— Я пришла к вам за помощью и не причиню вам вреда. — Тихо сказала Кира. — Мне очень нужно кое в чем разобраться. Вы сможете мне рассказать о том, что видели?

Старый эльф наконец‑то расслабился, видимо поверив и кивнул.

— Это было две тысячи лет назад. — Начал он. — Я был молод и занимал тот же пост, который сейчас занимает мой сын. Наш народ тогда был на грани вымирания. Нападения Темных, нападения людей, вечная война — сделали свое дело. Они лезли в наш лес за цветами сиорта, выкапывали их, обдирали так, что смотреть больно было. Пытались вывезти деревья и даже землю. Тогда и появился Высший. Он жил с нами какое‑то время. Мне показалось — ждал чего‑то. Эти нападения ему не понравились и он что‑то сделал с границей. Окружил лес сильнейшей защитой, не пропускающей сюда никого чужого. Только тех, кого мы сами пригласим. Сказал тогда, что наш лес уникален и мы обязаны его беречь. С тех пор мы живем спокойно.

— Благородно. Только почему вы так испугались, увидев меня?

— Простите, — смутился старик, — просто очень уж неожиданно вы появились, когда мы совсем уже потеряли надежду.

— Понятно — хмыкнула Кира. — Только вы ведь мне не все рассказали, верно?

— Простите леди. Я просто не знаю что рассказывать. Спрашивайте и я отвечу если смогу.

Девушка немного подумала, потом спросила — Как вы поняли что я Высшая?

— По глазам. Только у Высших бывают такие сиреневые искорки. По крайней мере, других подобных я не видел. Да и не бывает сиреневого спектра. У нас не бывает.

— Вы видели у него только один спектр, сиреневый?

— Да, леди. Да и то случайно. Ваши амулеты так хорошо закрывают ауру, что увидеть ее невозможно. Я же увидел его случайно, когда он этот амулет снял и не смог сдержать любопытства.

— Значит, мою ауру вы тоже не видите?

— Нет, леди. Думаю, у вас такой же амулет висит на шее, как и у него.

Кира достала амулет и показала старику серебристую звездочку — такой?

— Да, леди.

Кира прикусила губу, — а он что нибудь рассказывал о себе? Или о своем доме?

— Нет, ни слова. Только раз я слышал, как он буркнул что‑то по поводу брата.

— Брата? И что он сказал?

— Э–э-э… — старик смутился, — мне не хотелось бы этого повторять.

— Прошу вас, скажите. Для меня это важно. — Умоляюще посмотрела на него Кира.

— Ну… он пробормотал что‑то вроде " ну и дурак же ты, братик".

— Спасибо. — Сказала она и, мягко улыбнувшись, встала. — Я наверное утомила вас.

— Леди, — тут же вскинулся старик, — вы поможете нам? Вы сможете убрать ту черную гадость с нашей земли? Эта дрянь достигнет нашего леса примерно через семьдесят лет. Что только мы не делали, ничего не помогает.

— Я думаю над этим, — кивнула она, еле выдерживая этот умоляющий взгляд. — Мне нужно немного времени, чтобы попробовать разобраться. Но я постараюсь что‑то сделать, обещаю.

Старый эльф посветлел лицом и впервые открыто улыбнулся ей.

— Возможно, у меня появятся еще вопросы — обернулась она, уже на пороге.

— Я в вашем распоряжении леди.

— И ненужно кому либо рассказывать. Я не хочу, чтобы кто‑то еще знал, кто я такая.

— Конечно — кивнул старик.

Из дома старого эльфа, Кира вышла еще более задумчивой. Эридар скучая, сидел в беседке у дома.

— Прости что пришлось ждать меня, хочешь зайти к деду?

— А ты? — Встрепенулся парень.

— Теперь моя очередь ждать, верно? — Улыбнулась она. — Да и есть над чем подумать. Иди, я тут посижу.

Она вошла в беседку, увитую нежными синими цветами, глубоко вдохнула их пьянящий аромат и полностью погрузилась в свои мысли, пытаясь собрать ту чертову головоломку, которую собирала в кучу вот уже несколько месяцев.

Самое же неприятное, было в том, что она уж было совсем убедилась в том, что принадлежит расе, так называемых Высших. Да только старик, только что сильно поколебал эту теорию. Ее дар имея в себе тот самый сиреневый спектр, обладает еще и другой стороной этой медали. Черной. А это, совсем не вписывается в то, что она вычитала сегодня в хрониках и совсем не вписывается в то, что рассказал сегодня дедушка Эридара. А значит она опять неизвестно кто. А может и какой‑то странный плод не менее странного мезальянса. Ну или просто греха предков. Родили и запихнули подальше с глаз, чтоб и на глаза не попадалась. Это хорошо еще что силой воина она тут не пользовалась, да и неплохо научилась сдерживать ту тьму в глазах, что иной раз пугала людей. Эльфы вполне возможно тоже будут не в восторге. С ума сойти можно от всего этого. Теперь дальше. Сегодня, она проснулась рано утром и ей захотелось немного прогуляться. Пройтись за город. Благо город не большой. Выбравшись за стену деревьев, она нашла тихое местечко и попыталась "услышать землю". Сказать что эта земля отозвалась сразу — не сказать ничего. Кира хорошо помнила то чувство в пещере, кода она по наитию остановила вулкан и знала уже что делать и чего ожидать. Все ведь на самом деле просто. Нужно только уметь слушать. Только вот она совсем не ожидала, что и Мертвую землю услышит тоже! Она услышала ее так же четко, как услышала и здоровую, плодородную землю. Два голоса вместо одного, две мелодии, диссонирующие друг с другом! Как будто тут столкнулись два мира, которые не в состоянии жить вместе. Только музыка Мертвой земли была более жесткой, более упрямой и вламывалась сюда, изо всех сил выживая соседа. Точнее, поглощая его. И что ей теперь со всем этим делать, если она не знает даже что делась с самой собой?! Она как будто идет, погрузившись по шею в песок и таким образом пытается куда‑то добраться. Черт, ей всего восемнадцать, а от нее ждут решения мировой проблемы. Это уже даже не смешно.

— Леди, выплывайте из ваших грез, нас дома ждет обед! — Прозвучал совсем рядом, веселый голос Эридара.

Кира тяжело вздохнула, и подняла голову, — Опять в платье наряжаться?

— Кира, — засмеялся он, — да что за проблема‑то? Ну платье и что? Все девчонки в платьях ходят и ничего. Ты в платье потрясающе смотришься, честное слово.

— Да ну тебя, — вздохнула она и улыбнулась. — Пойдем уж.

Не успели они еще войти в дом, как к ним подбежала Лири, одетая как‑то уж слишком шикарно. — Где вы ходите! У нас тут такое–е-е–е.

— Какое такое? — Хмыкнул Эридар.

— Тут сам Повелитель. Он хочет Киру увидеть.

— Приехали — поморщилась Кира.

— Пойдем скорее, — схватила ее за руку девушка, — тебе нужно переодеться.

Кира мученически подняла глаза к небу, но деваться‑то все равно некуда, нужно идти.

Сегодня Лири с Диллией нарядили ее в небесно — голубого цвета, длинное платье. Правда как она и просила, без всяких излишеств и глупых бантиков. Диллия не став испытывать ее терпения, аккуратно расчесала тугие завитки девушки и аккуратно сколола их, не став делать замысловатых причесок. Надо сказать, голубое Кире шло, оттеняя большие черные глаза и иссиня черные волосы и делая ее фигурку еще более хрупкой, но более женственной. Легкие, тонкие туфельки, в тон платью, довершили наряд. К тому же Кира вдруг с удивлением обратила внимание, что немного подросла за последний год в самых, так сказать, стратегических местах. Когда‑то она перестала носить платья, потому что ей, в отличие от одноклассниц с пышными формами, выставлять на показ, было решительно нечего. "Плоская как доска" — сказала про нее как‑то одна ее одноклассница. Теперь совсем плоской она уже не была, впрочем, особо гордиться тоже было нечем.

На этот раз обед был более церемонным, хоть и неофициальным. Повелитель Серебряного леса, Лен Ле Литт Риатинор, оказался красивым, как и все эльфы, мужчиной. Властным, высоким и статным. Как уже знала Кира, было ему чуть меньше двух тысяч лет, повелителем он стал пятьсот лет назад, когда от какой‑то болезни умер его отец. Подданные его любили. В общем — полная гармония и идиллия. Если не считать того, что в скором будущем, его дом станет таким же мертвым, как и Мертвые земли.

После знакомства и обмена дежурными, ничего не значащими фразами, Повелитель, не мудрствуя лукаво, начал задавать вопросы.

— Скажите леди, можно ли как‑то связаться с вашими родителями?

— Нет.

— А вас будут искать?

— Возможно.

— Как вы уже поняли, нам очень нужна помощь. Сможете ли вы нам помочь?

Тут Кира, которая изо всех сил старалась отвечать так кратко и малоинформативно, чтобы не выдать себя, задумалась. А что она может ответить, если и сам не знает! Наконец она осторожно сказала — я ничего не могу вам обещать, Как я уже говорила, я попробую что‑то сделать. Но вот получится или нет, не знаю.

— Это может быть опасно для вас. А мы не хотим, чтобы потом появились ваши родители с претензиями, по поводу того, что мы не смогли уберечь их дочь. Рисковать вами слишком опасно. Поэтому предлагаю вам пока пожить у нас. Вы будете иметь все что захотите. А там возможно кто‑то из старших придет за вами и мы попробуем с ними договориться.

"Ух, какой шустрый и как все круто порешал" — хмыкнула про себя Кира. Только вот она боялась что тот, кто может за ней явиться, скорее всего вместо помощи, устроит тут апокалипсис. Кажется придется пускать в ход тяжелую артиллерию и открывать то, что открылось ей этим утром.

Она подняла на Повелителя глаза, — а вы знаете, что ждать вам осталось примерно месяц?

— Что? — опешил он, — с испугом глядя на девушку.

— Сегодня я слушала землю, — кивнула Кира, и повернулась к Эридару, — помнишь ту тот вулкан, который мне удалось остановить?

— Конечно, — в глазах парня плескался ужас.

— Тогда я только смогла его успокоить. Но он кипит. И кипит именно той дрянью, которой пропитаны Мертвые земли. И что бы я ни делала, эта гадость все равно ринется наружу. И вот тогда, зараза начнет распространяться намного быстрее. До вас доберется не за семьдесят лет, как вы считали, а за недели.

За столом установилась такая тишина, что у Киры аж в ушах зазвенело.

— Это правда, леди? — Наконец выдавил отец Эридара.

Кира невесело усмехнулась, но промолчала. Эльфы чувствуют ложь. Так что задавать подобный вопрос не имело смысла, как и отвечать на него тоже.

— Что же нам делать? — Прошептал Эридар.

— Отвезите меня к Мертвым землям, — тяжело вздохнула Кира. — И я попробую. Хуже все равно не будет, как мне кажется.

— Отправляйтесь завтра, — хмуро сказал Повелитель. Если дело обстоит именно так, то надеяться на что либо — глупо. Я дам вам группу сопровождающих.

— Не нужно. Вполне достаточно будет одного, может двух. Не стоит привлекать внимание.

— Да, вы правы. Внимание сейчас ни к чему, нам только паники не хватало.

— Именно. — Кивнула Кира.

— Как вы собираетесь подойти к границе? Там все охраняется. Люди вас пропустят?

— Я что нибудь придумаю, — усмехнулась она.

— Эридар, поедешь? — Повернулся к парню Повелитель.

— Да. — Твердо ответил он.

Его отец было дернулся, хотел что‑то сказать, возразить, но глянув на жесткое лицо сына, его нахмуренные брови, промолчал.

— Понимаю твое беспокойство, Эттирель, — посмотрел на него Повелитель, но Эридар не раз уже был в городах людей, да и на границе тоже. Он справится лучше многих. Да и о Высшей, лишний раз болтать не стоит. Возьми еще кого пожелаешь мальчик и берегите нашу гостью.

Этим вечером Кира с Эридаром и увязавшейся за ними Лири, сидели на берегу Серебряной реки. Эридар настоял на этой прогулке, желая наполнить как можно больше ее резерв. Все молчали. Кира сидела на берегу, опустив босые ноги в воду и слегка улыбаясь, всем телом ощущала поток энергии, устремившийся к ней от этой поразительной реки. Лири бродила по берегу, выискивая что‑то у воды, а Эридар молча сидел рядом, думая о чем‑то своем. Красное, закатное солнце медленно садилось куда‑то за макушки деревьев, благоухание здешних полевых цветов было нежным и сильным, куда там всяким духам и ароматизаторам земли. Кира слушала окружающее ее великолепие и отдыхала душой. Завтра ее ждало неизвестное будущее, ждала дорога, которая неизвестно чем закончится. Но это будет завтра. А сегодня, еще можно отдохнуть, закрыть глаза и насладиться покоем. И теперь она точно знала, что никогда не сможет забыть чудный Серебряный город и эту потрясающую реку, а еще аромат здешних полевых цветов. Кира подставила лицо последним ласковым лучам вечернего солнца, и тихонько запела, включаясь в дивную мелодию этого места. Ту мелодию, которую до этих пор, могла слышать лишь она одна. Вокруг стало удивительно тихо. Казалось замерли даже птицы, слушая низкий, бархатный, необыкновенный голос девушки. Потрясенно замерла на месте красивая, юная эльфийка, с небольшим, голубым камешком в руке, застыл сидящий на берегу молодой эльф, весь обратившись в слух и боящийся пропустить хоть одну ноту. А маленькая, очень хрупкая с виду девушка, закрыв глаза и внимательно вслушивающаяся в только ей слышную музыку, осторожно вплетала свой голос в этот мир, понимая, поддерживая, ободряя, даря надежду.

Трое всадников, на великолепных лошадях, ранним утром покинули Серебряный город. Полностью собранные для трудной дороги, в великолепно сшитых костюмах из дорогущей кожи астаригса. Два крепких мужчины и маленькая девушка, выглядящая на спине крупного и жеребца, совсем ребенком.

Кира коротко бросила взгляд на одного из спутников, и улыбнулась. Им был ни кто иной, как тот эльф, которого она встретила в этом странном мире первым. Дилирий, как когда‑то он сам представился ей. Он же положил в ее сумку цветок сиорта, пока Кира спала, утомленная долгой дорогой. Почему он это сделал? На этот ее вопрос Дилирий ответил лишь пожатием могучих плеч. Что‑то врезалось ей в ладонь, и Кира опустила глаза, посмотрев на руку. Небольшой, с ноготь большого пальца, голубой камешек, с дырочкой посередине и вдетым в него шнурком. Подарок Лири, перед отъездом. Кажется, здесь есть очень схожие с земными — приметы. Потому что и тут считают, что подобный камешек приносит счастье. Она намотала эту веревочку на запястье, потому что на шею, одевать было некогда. Кира вспомнила большие, серебристые, но печальные глаза, смотрящие как уезжает ее любимый брат и поклялась себе, что сделает все, чтобы он вернулся домой. Ей сильно не хотелось чтобы эта юная, чистая девочка (и не важно что она гораздо старше ее) рыдала, познавая боль потери.

Дорога обратно, к людям, заняла около трех дней. Эльфы провели девушку через Серебряный лес, какими‑то короткими тропами и перед тем как выехать из Серебряного леса, они сделали привал, у небольшого лесного родника. Отдохнули, вымылись, плотно поели и только потом двинулись дальше. На ночь, остановились на постоялом дворе, в какой‑то деревне, со странным названием "Кривякино". Кира засмеялась, услышав это название.

— Люди иногда странно называют свои села. — Тихо фыркнул Эридар и бросил мелкую монетку, подбежавшему мальчишке, который увел коней, не переставая таращиться на эльфов.

— Хренасе, это ж серебряные — придушено прогудел сидящий за одним из столов, бородатый мужик, кода они вошли в полупустой зал.

— О, ребятки — хмыкнула Кира, — кажется вы производите неизгладимое впечатление на людей.

— Мы просто редко покидаем собственный дом, — улыбнулся Дилирий.

— Оно и видно. Вы не боитесь, что слухи о нашем маленьком отряде, побегут вперед быстрее нас самих? Слишком уж вы приметные.

— Не побегут, точнее быстрее нас не успеют, — пожал плечами Эридар. Впрочем, в следующий раз можно завернуться в плащи.

— Ага, и тогда решат что мы бандиты, — фыркнул Дилирий.

Они сели за дальний стол и к ним тут же подбежала девочка лет четырнадцати. Забавно кланяясь и изо всех сил стараясь не таращиться во все глаза, она спросила, что пожелают господа.

"Господа" пожелали мяса, каши и пирогов. Пока их заказ готовили, Эридар договорился с хозяином о ночлеге и присел на лавку, напротив Киры.

— Слушай, — прошептал он, наклонившись к ней через стол, — ты хоть знаешь что нужно делать?

— Ты о чем? — приподняла бровь девушка.

— О Мертвой земле, конечно.

— У меня есть несколько теорий, — хмыкнула она, — будем их проверять. Если сработает хоть одна, считай нам повезло.

Эридар нервно дернул щекой, — а если с тобой что‑то случится?

Кира пожала плечами, — не нагнетай, как будет, так будет. Надеюсь я успею вам помочь, или хотя бы задержать этот ужас. А дальше будете ждать помощи, если я не справлюсь.

— Ага, или прибежит твой папаша и свернет нам всем шеи.

Девушка грустно посмотрела на эльфа, — сильно сомневаюсь, что мой папаша вообще обо мне помнит. Как и мамаша. Так что успокойся, они меня точно искать не будут.

— Это как? — Опешил Эридар.

— Вот так. Лучше не спрашивай.

— Но ты говорила что тебя ищут!

— Угу. Ищет один хмырь. И найдет, гарантию даю. Только на вас ему, думаю, глубоко наплевать. Ему я нужна, а не вы.

— Погоди, ты меня запутала. Кто тебя ищет? И что ему надо?

— А вот это, мой дорогой ушастик, мне еще предстоит выяснить. Если выживу, конечно.

В этот момент им принесли еду и Эридар, вынужден был остановить свои вопросы.

За этот день, неуемные черные глаза появлялись уже дважды, упорно ища ее взглядом. Стоило только выехать из Серебряного леса, как она увидела этот ненавидящий взгляд. Нет, Кира больше его не боялась и даже эмоций не проявляла. Ну глаза, и что? Ну смотрят. Пусть смотрят раз так хочется. Все равно она ничего с этим сделать не может. Только вот ощущение что это ненавидящее нечто подбирается все ближе и ближе, с каждым разом было все сильнее. И ведь не видит его никто кроме нее! Зачем этому непонятному мужику (а это точно был мужчина), понадобилась Кира, не понятно тем более. Хоть бы сказал что‑то, так нет, только пялится. Впрочем, придется решать проблемы по мере их поступления. А у нее и без этих глаз дел хватает.

Поужинав, девушка поднялась в отведенную ей, небольшую но на удивление чистую комнатку. В дверь тут же поскребся Эридар.

— Заходи, Дар. — Разрешила она.

— Как ты меня назвала? — Удивился парень, открывая дверь.

— Дар. А что?

— Меня мать так называет. — Хмыкнул он.

— Кстати, а где она? Я ее ни разу не видела.

— У своей сестры сейчас. Помогает с детьми. У тетушки сейчас семейные проблемы, вот мама и вызвалась помочь. Теперь безвылазно сидит в ее доме, нянча двух маленьких племянников.

— Ну, главное с ней все в порядке — улыбнулась Кира, боявшаяся раньше спрашивать его о матери. Вдруг умерла, зачем лишний раз напоминать.

— Может, ты все же мне расскажешь, почему тебя не ищут твои родные? Ты же совсем ребенок. Высшие, это не короткоживущие люди, а значит восемнадцать лет для вас, как и для нас, совсем детство.

Кира засмеялась. — Меня воспитали люди, Эридар. Очень хорошие люди. Они были мне настоящими родителями. И я очень их любила. Да и сейчас люблю. А тех, кто меня родил, я никогда не видела.

— Они что, бросили тебя? — Изумленно уставился на девушку парень.

— Оставили в мире, сильно отличающемся от вашего. Совсем маленькой. Поэтому ничего о своих кровных родственниках я не знаю. Думаю, они тоже обо мне вряд ли помнят. Поэтому не переживай, если со мной что либо случится, никто вам мстить не прибежит.

— Но… как можно бросить ребенка? — Пораженно воскликнул парень. — Обычно у тех, кто долго живет, рождаемость очень низкая. У нас в семье трое детей, что большая редкость. Каждый рожденный ребенок, настоящая драгоценность. Разве у Высших не так?

— Откуда мне знать — пожала плечами девушка. — Может и не так. Я вот совсем не уверена что я высшая.

— Высшая, — буркнул Эридар, — ты землю слышишь, значит Высшая.

— Ладно, это неважно. Кто я такая, это сейчас дело десятое. Главное чтобы у меня поучилось хоть что‑то сделать, что бы этот мир не превратился в непойми что.

— А кто тебя ищет?

— Сказала же, не знаю. Но кто‑то очень сильный и злой. Думаю, мне с ним не справиться. — Она грустно вздохнула и опустила голову.

— Но…

— Хватит вопросов, Дар. Я и так рассказала тебе больше чем кому либо. Да и спать пора. Завтра нам предстоит длинная дорога. Давай отдохнем, ладно?

— Но как ты справишься с Мертвой землей? — Не выдержал парень, — ты же ребенок совсем! Я понимаю если бы тебя, хотя бы учили управлять даром!

— А у тебя есть другие предложения? — Хмыкнула она. — Так давай, предложи что‑то, что бы помочь твоему миру, я вся внимание.

Дар скривился, но промолчал.

— Тогда и говорить не о чем. Я ничего не обещаю, но я по крайней мере, попробую. А теперь иди спать.

Эльф грустно посмотрел ей в глаза и молча вышел.

К границе, они приехали к вечеру второго дня и, решив не светиться, остановились в небольшом лесочке. Совсем недалеко от той заставы, где Кира отбывала свою неудавшуюся практику.

— Нужно найти Риалара, — задумчиво сказала девушка.

— Это твой учитель? — Спросил Эридар.

— Да, он сможет нам помочь подобраться к границе, не взбаламутив всю заставу.

— А может проще прийти и рассказать все как есть? — Спросил молчавший до сих пор Дилирий. Дил, как стала называть его Кира.

— Ты людей не знаешь, Дил — скривилась девушка, — мало того что они меня недавно убить пытались, так еще такую кашу заварят, вовек не расхлебаем. А к границе все равно не пустят. Еще и обвинят во всех смертных грехах. А главное что мы упустим время, которого у нас и так мало.

— Ты права, — кивнул Дар. — Но ты уверена что твой учитель поможет?

— Уверена. Вот что, нужно попробовать его найти и показаться ему на глаза. Мне показаться. Надеюсь он еще на заставе а не уехал в академию.

— Давай тогда покружим вокруг заставы, может и найдем его.

— Я его не видел — нахмурился Дил.

— А ты здесь посиди, за вещами приглядишь, пока мы поисками займемся. — Распорядился Эридар.

На то чтобы найти Риалара много времени не понадобилось, а вот чтобы застать его в одиночестве, ушло двое суток. Наконец Эридар примчался в их лагерь за Кирой, ушедшей отдохнуть.

— Быстрее. Он сейчас сидит за твоим домиком, там где на тебя напали.

Быстро и совершенно бесшумно, они со всей возможной скоростью понеслись туда. Риалар сидел на любимом месте Киры, опершись спиной о ствол дерева, с отсутствующим выражением лица. Девушка тихонько вышла из‑за кустов и тут же приложила палец к губам, показывая учителю, чтобы он молчал. Тот вздрогнул, глаза его расширились и радостно сверкнули, в закатных лучах солнца. Кира поманила его за собой и тут же исчезла в кустах. Риалар осторожно оглядевшись, последовал за ней.

— Кира! Где ты была? Я боялся что ты погибла! — Начал было он, но увидев эльфа, запнулся.

— Тише, Риалар. Я все объясню. Вон видишь лесок? Пойдеми туда, поговорим. А то тут увидят еще, потом проблем не оберешься.

— Погоди, я твои вещи прихвачу. — Вздохнул Риалар, — многозначительно заглянув в ее глаза.

— Сохранил все же, — улыбнулась она, — надеюсь в них никто не копался?

— Я не дал, — буркнул он, — но объяснить тебе придется много чего.

— Объясню, — хмыкнула девушка и бесшумно растворилась среди деревьев, вместе со своим спутником.

Риалар нашел всю троицу, мирно сидящую и уплетающую фрукты литика. Костер разжигать ребята не стали, дабы не заинтересовать бдительных караульных на вышках. Риалар молча протянул Кире ее рюкзак и, окинув эльфов подозрительным взглядом, вздохнул и сел напротив девушки.

— Рассказывай.

— А что ты уже понял? — С интересом спросила она.

— Я совсем ничего не понял, — проворчал учитель. — Откуда ты? Те вещи в твоем рюкзаке, они странные. Еще и цветная картинка с людьми. И там ты, только моложе. Что это?

— Ну же, Риалар, я думала ты поймешь. — Улыбнулась она, протягивая ему сладкий нежно розовый фрукт литика.

Он машинально взял и нахмурившись, дернул щекой. Хотел что‑то сказать, но коротко взглянув на эльфов, прикусил губу.

— Они знают, не бойся. — Вздохнула Кира.

— У меня только одна мысль, ты из другого мира.

— Правильно, — кивнула девушка, ободряюще улыбнувшись. — Я знала что ты поймешь. А та картинка, называется фотографией.

— А нам покажешь? — Заинтересовался Дар.

Кира пожала плечами, открыла рюкзак и немного покопавшись в нем, достала фотографию своей семьи, которую когда‑то положила туда, перед уходом из дома.

Обычное семейное фото, счастливой семьи. Мать, отец, сама Кира и двое замечательных близнецов, мальчик и девочка.

— Это семья, которая тебя вырастила? — Спросил Дар, с интересом ощупывая фотографию.

— Да. — Коротко ответила она и отвернулась.

На этот раз, девушка решила ничего не скрывать и рассказать все как есть. Ну почти ничего. Про взгляд с небес она говорить не стала, ни к чему это, да и помочь делу это все равно ничем не могло. Как и защитить ее никто не сможет. Уж в этом‑то она была твердо уверена. Не стала так же вдаваться в подробности своей земной жизни. Все равно они мало что поймут, да и опять‑таки, к делу не относится.

— Значит ты Высшая, — удивленно покачал головой Риалар. А я думал это сказки.

— Я не знаю кто я, — буркнула Кира. — Но думать на эту тему нет смысла, все равно ничего сейчас выяснить я не смогу. Давай лучше делом займемся. Есть мысль, как подобраться к Мертвой земле, не устроив тарарам на всю округу? Мне совсем ненужно, чтобы меня ловили и устраивали допросы с пристрастием. Времени у нас все меньше и мне это время просто необходимо, чтобы понять что на самом деле я могу и главное как вам помочь.

Риалар задумался. Потом мотнув головой, чтобы отогнать ненужные мысли, сказал — подобраться то туда можно. Мы точно знаем расписание патрулей, как и когда они выходят. Тебе нужно подобрать момент, когда патруль отъедет подальше.

— Да, но соседняя группа тоже захватит эту часть, ты же знаешь как они патрулируют.

— Знаю. Потому мне и нужно выяснить, где именно лучше зайти, как долго я там могу находиться и нужно позаботиться о том, чтобы не осталось никаких следов. Не то всполошатся. Да и от тварей кому‑то нужно меня прикрыть. А то мало ли.

— А что ты там вообще хочешь делать?

— Проверить несколько моих идей. — Улыбнулась Кира. — Лучше не спрашивай, все равно не смогу объяснить.

— Надеюсь, ты знаешь что делаешь, — хмуро пробормотал Риалар. — Я найду удобное место. Но прикрывать вас не смогу, не то заметят что я исчезаю из заставы, объясняй потом.

— И не надо. — Хмыкнул Эридар. — Уж с этим мы справимся.

— Что там на заставе делалось, когда я пропала? — Поинтересовалась девушка.

Риалар скривился, как будто что‑то нехорошее в рот взял. — Да что! Три трупа нашли и ученица пропала. Начали расследование. Но это все так, для вида. На самом деле они тебя ищут, поэтому будь осторожна.

— Небось опять прибить хотят?

— Вполне возможно, хотя точно я не знаю. Мне‑то никто не скажет. Дирал злой ходит, как черт. Что‑то там у него со Старшими не заладилось. Друзья твои такие же злые, на всех как волчата смотрят. Старший на днях должен появиться. Не знаю что из всего этого будет.

— Развели канитель, — покачала головой Кира. — Будто других дел нету. А с Темным принцем то что?

— А ты не знаешь? Отец его казнил.

— Родной отец? — У Киры от удивления аж рот приоткрылся.

— Да. Он там такого понакрутил, что Владыка просто вынужден был его казнить, пока с него свои же корону не сняли. Там весь Темный лес ходуном ходил.

— Ну и ну, — пораженно выдохнула девушка.

— Так‑то. Зря ты его тогда в таверне спасала. Правильно дружок, прибить его хотел.

— Откуда я могла знать — пожала Кира плечами.

Риалар поднялся, — пойду я, завтра меня ждите. Надеюсь, за завтра я найду вам подходящее место.

— Хорошо Мастер, — улыбнулась его ученица и долго еще провожала глазами, удаляющуюся спину своего учителя.

Вечером следующего дня, Риалар принес подробный план. Объяснил, как лучше подобраться к Мертвой земле, что следует учесть и чего опасаться. Потом беспокойно заерзав, сказал — завтра я приду сюда, в это же время. Будь осторожнее девочка. С Мертвой землей не шутят.

— Да какие уж тут шутки, — грустно вздохнула она, машинально теребя выбившийся из косы, непослушный локон. — Не волнуйся, Риалар. Мы справимся. Должны справиться. Потому что по другому никак нельзя.

К походу готовились тщательно. Упаковавшись в костюм из кожи астарикса, Кира с удовольствием оглядела себя. Этот костюм специально для нее пошил эльфийский мастер. Великолепная работа! Черный костюм облегал фигурку девушки, как вторая кожа, плотно охватывая тело. Великолепные, высокие сапожки, из той же кожи, так же плотно охватывали ноги до колен, давая максимально возможную защиту. Этот костюм отличался от того что ей выдали на заставе, так же сильно как Мертвые земли, от земель живых. Впервые она поняла, как здорово, когда костюм шьют персонально для тебя. Замечательная работа!

Подошли к нужному месту заранее и спрятались за камнями. Теперь нужно было дождаться пока проедет патруль. Черная полоса земли виднелась метрах в ста, впереди. Наконец Эридар тронул ее за плечо и три темные фигуры скользнули вперед, двигаясь максимально быстро.

Кира бросила быстрый взгляд по сторонам, а потом подошла к самому краю черной, выжженной полосы, и присела на корточки. Парни застыли рядом, настороженно осматривая окрестности.

Девушка прикусила губу, помедлила пару секунд, а потом решительно положила ладонь на спекшуюся в жуткую корку землю и внимательно вслушалась. По руке как будто ток пробежал. Нехороший такой ток, неправильный. Кира нахмурилась, но руку не убрала, пытаясь понять, уловить самую суть этого места. И она услышала. Низкий, мощный гул, был настолько неправильным, что ее идеальному слуху стало больно. Именно этот гул так диссонировал и сбивал ту великолепную музыку этого мира. Вот только где сам источник этого дикого звука? Где‑то там, дальше, — поняла она. А это значит, придется идти вглубь. Но не сегодня. Сегодня ей хотелось проверить еще кое‑что. Она посмотрела на свою ладонь, плотно прижатую к этой земле, ей все время казалось, что эта гадость, пытается как‑то воздействовать на нее. Только у нее ничего не получалось. А значит и не опасно. Для Киры во всяком случае. Она осторожно потянулась внутрь себя, позвала мягкую сиреневую искорку, чуть, чуть, самую малость. Капелька сирени пробежала по руке девушки и земля под пальцам вздрогнула. Сила, которая так упорно тянулась к ее руке, испуганно отпрянула, неровный низкий гул запнулся и рассержено взвыл.

— Время — тревожно шепнул Дил.

— Кира, уходим — скомандовал и Эридар.

Она недовольно поморщилась, но послушно отняла ладонь, и придирчиво осмотрела. Никаких непонятных повреждений, никакой черноты. Отлично.

Они тихо отступили, осторожно стирая собственные следы и окольными путями, отправились в свой временный лагерь.

— Поняла что‑то? — Спросил Дар.

— Да. — Задумчиво ответила Кира.

— Что именно?

— Да погоди, ты — отмахнулась она, — дай подумать. Что‑то надумаю — скажу.

Она отошла от парней и села к ним спиной, по крупицам разбирая все свои ощущения, и все звуки.

Даже пришедший вечером Риалар не смог ее расшевелить, девушка только сердито шипела и, в конце концов, ушла куда‑то подальше от них.

Пришлось Мастеру довольствоваться тем, что смогли рассказать ему эльфы. Так он и ушел ни с чем, пообещав, что придет следующим вечером.

Кира же озадаченно раздумывала над тем, что эта странная земля, совсем не ощутила в ней угрозы. Скорее принимала за свою, пока она не коснулась сирени, внутри себя. Зато когда она обратилось ко второй половинки своего дара, реакция была очень бурной. А это значит…. Девушка вдруг засмеялась. Завтра она проверит кое‑что еще. И если догадка подтвердится, пойдет в Мертвые земли, отправив парней в лагерь.

17

Ранним утром, когда парни еще спали, Кира тщательно собрала свой рюкзак, прихватив в числе прочего еды на три дня и две полных фляги воды. Засовывая в рюкзак воду, Кира подумала что если ей этого не хватит, то она умрет от жажды. Вряд ли она рискнет пить там воду, если таковая вообще есть в Мертвых землях. Потом привела в порядок оружие, посетовав на то, что чехол для ножей безвозвратно испорчен и ей теперь придется разыскивать каждый брошенный нож. Они так и не успели починить его. Точнее маг сказал что тут быстро ничего не сделаешь, а времени ждать у них не было. Девушка ласково провела кончиками пальцев по выглядывающим из чехла рукоятям ножей. Они столько раз помогали ей выжить, что не хотелось потерять хоть один.

Когда эльфы проснулись, они дружно перекусили и быстро собрались, а через два часа бесшумно выскользнули из‑за камней и подошли к границе межу светом и тьмой.

Кира, как и вчера, присела на корточки, положила ладони на черную полосу земли и замерла, делая что‑то такое, чего эльфы при всем желании не могли понять. Они внимательно смотрели по сторонам, охраняя ее от возможного нападения, но было тихо. Внезапно девушка поднялась, немного размяла затекшие ноги и на вопросительные взгляды парней улыбнулась и спокойно сделала шаг вперед, ступив туда, куда уже много лет, ни один человек не рисковал соваться. Эридар дернулся, протянул руку чтобы вытащить неразумную девчонку оттуда, но она сделала еще шаг и еще, а потом обернулась.

— Возвращайтесь назад, ребята. И спасибо за помощь.

— С ума сошла?! — Хрипло выдавил Эридар, — куда ты собралась? Смерти ищешь?

— Ничего мне не сделается, усмехнулась Кира. Угомонись, Дар. И Риалару скажи, что я благодарна ему за помощь и за науку. Возвращайтесь в лагерь и если в течении двух–трех дней ничего не изменится, значит, у меня ничего не получилось. Ну а если изменится, то вы и сами увидите.

— Ты погибнешь — простонал Дил.

— Надеюсь что нет, — помотала головой она и улыбнулась. — Идите же, сейчас вы ничем не сможете мне помочь. Вам туда нельзя.

Она помахала им на прощание рукой, и решительно двинулась вперед.

Эридар шагнул было следом, но Дил решительно положил руку ему на плечо, удерживая на месте.

— Нет. Она Высшая, забыл? Ей там может ничего и не грозит, а вот ты там и получаса не выдержишь. Как и я. Так что нет. Мы подождем ее в лагере.

Кира шла по черной, страшной земле внимательно осматривая каждый метр. Шла легко и осторожно, неслышным, тренированным шагом. Глаза ее мягко светились черным, тело окружила почти невидимая глазу черная дымка. — Вот видишь, я была права, — пробормотала она себе под нос, — ты воспринимаешь меня как свою, Мертвая земля. И нифига ты не мертвая. Просто другая. И тебе тут явно не место.

Едва уловимое движение заставило ее остановиться и замереть на месте. В руках мгновенно оказались килоры. Прошла минута, вторая и девушка усмехнувшись, вдруг спокойно сказала — выходи. Я знаю что ты тут. И я надеялась тебя тут встретить.

Прошла еще минута, но потом из‑за ближайшего черного валуна, показалась черная как смоль, голова. А на этой голове глаза. Те самые, умные глаза, которые она хорошо запомнила. Какое‑то время они молча изучали друг друга, а потом Кира быстрым движением спрятала килоры в ножны за спиной.

— Выходи, я тебя не трону. Мы уже виделись, когда я с отрядом границу патрулировала. Помнишь?

Черное существо внимательно проследило за тем, как исчезает в ножнах оружие и осторожно вышло из‑за камня. Напряженное как струна, его черное тело готово было в одном прыжке исчезнуть среди камней. Кира, совершенно спокойно осмотрела это странное существо. Очень крупное, похожее на помесь медведя и громадного кота. Стоит на четырех лапах, впившись в землю жуткими, изогнутыми когтями. Длинный, мощный хвост, нервно мечется из стороны в сторону. Ничего похожего на шерсть, просто черная кожа и, кажется, очень толстая. На мощной шее, крупная голова, с острыми, кошачьими ушами. Но вот глаза…. В этих глазах светится ум и настороженность. А еще, кажется, надежда?

— Ты что, меня боишься? — Хмыкнула девушка, больше не делая резких движений.

Существо странно фыркнуло и немного расслабилось.

— Ты меня понимаешь, — уверенно сказала она, глядя в эти черные, умные глаза.

Крупная голова медленно кивнула, соглашаясь. Он больше не двигался, стоя в некотором отдалении.

— Можно мне подойти? — Спросила Кира, видя что сам он не делает в ее сторону ни одного шага. — Не кинешься?

Существо фыркнуло, как будто рассмеялось и наклонило голову набок, с интересом следя за ней. Она сделала в его сторону шаг, потом еще один. Зверь не шевелился. В его глазах появилось какое‑то странное выражение.

Кира остановилась в нескольких шагах от него и вздохнула. — Жаль, но говорить ты кажется не можешь. А я так надеялась, что ты хоть что‑то сможешь мне рассказать. Хотя бы объяснить, кто ты и как сумел сохранить разум на этой земле.

У странного существа взгляд стал таким, как будто его ударили. В глазах плеснуло болью. Кира вздрогнула и, вдруг подойдя к нему совсем близко, осторожно дотронулась до черной щеки. Существо застыло, кажется боясь даже дышать, чтобы не спугнуть эту маленькую девушку, а она ласково погладила его и мягко улыбнулась. Он не был ей неприятен или противен, не вызывал чувства брезгливости или неприятия. Его кожа на ощупь, напоминала ей кота без шерсти, кажется породы сфинкс, с которым она когда‑то давно играла у своей школьной подружки. Только эта кожа не была такой нежной на ощупь, ну и цвет был не белый, а черный.

— Мы придумаем способ общения, — улыбнулась Кира, — например я могу задавать вопросы, а ты кивать, да или нет. Согласись это уже много.

Медленный кивок большой головы и слегка посветлевший взгляд, были ей ответом.

— Ты знаешь где центр этого всего безобразия? Понимаешь о чем я?

Новый кивок.

Ну вот. Мне нужно туда попасть. Не смотри так, я не собираюсь помирать. У меня, скажем так, иммунитет к этой земле. Темный дар, если тебе это о чем‑то говорит.

Зверь вдруг заволновался, заметался, а потом так внимательно посмотрел ей в глаза, что она прикусив губу, нахмурилась.

— Стой, не мечись. Я вижу что ты хочешь что‑то сказать. Погоди, дай подумать. Я сказала о темном даре. Ты знаешь что это?

Новый кивок и вдруг он, подняв переднюю лапу, начал как‑то странно хлопать ей себя по боку.

— Хочешь сказать, что у тебя тоже темный дар? — Догадалась девушка.

Он облегченно выдохнул, так закивал головой так, что она засмеялась.

— Тогда понятно почему ты сохранил разум. Извини что смеюсь. Просто ты так забавно трясешь головой… — Она немного подумала, а потом нахмурилась, — слу–ушай, тебя случайно не та темная лопоухая сволочь, принц темных эльфов вот в это обратил?

— Новый резкий кивок и горестный стон, перешедший в яростный рык.

— Тише, не поднимай всю округу на уши. Теперь понятно с чего это он меня так упорно пытался в гости зазвать. Экспериментатор хренов. Ну успокойся же! Говорят, что казнили его. Сам папша, Повелитель Темного леса и казнил нерадивого сынка.

Бедный зверь только тяжко вздохнул и прикрыл глаза.

— Получается, — задумчиво сказала она, — что те, у кого темный дар, вполне способны прогуливаться по Мертвым землям, правда, если не будет никаких ран. Думаю, мы более устойчивы к этой заразе, в силу своего дара. Понимаешь? Вот что, пойдешь со мной? — спросила она, — это все же лучше, чем таскаться в одиночестве по Мертвой земле.

О, эта идея ему сильно не понравилась. Он так насупился и заворчал, что Кира отступила на пару шагов.

— Ты что? Не хочешь чтобы я туда шла?

Он отчаянно замотал головой, изо всех сил показывая, что не хочет.

— Погоди. — Вздохнула девушка, — ты не хочешь меня пускать дальше? Извини, но я все равно пойду. Потому, что если не пойду, этот мир погибнет. Поэтому выбора у меня нет, как ты понимаешь.

Бедный зверь тяжело вздохнув, печально опустил голову.

Конечно он пошел за ней, чему Кира только обрадовалась. К тому же, ее спутник оказался отличным охранником. Сильным, умным, страшным. К тому же имеющим два ряда острых как ножи, крепких, и совершенно черных зубов. Кира только удивленно бровь приподняла, когда появившаяся на их пути тварь, в дикой панике бросилась прочь, стоило ее спутнику только коротко рыкнуть и слегка оскалиться.

— А тебя тут боятся, — улыбнулась она. — Как же тебя зовут? Ох, прости, ты не можешь говорить. — Девушка тут же смутилась. — А может, давай тебе дадим имя а? Как‑то же нужно к тебе обращаться. Не говорить же, эй ты! Ты как, не против?

Зверь забавно склонил голову на бок, с интересом смотря на девушку. В умных глазах мелькнула ирония. Он медленно кивнул головой.

— Давай я буду предлагать, а ты, если понравится, кивни. Что если ээээ…. Уголек? Нет? Может Мрак? О, Мрак тебе больше нравится, — засмеялась она, увидев его поспешный кивок. — А что, тебе идет. — И сразу увидела, как он помрачнел. Улыбка тут же сползла с ее лица. — Не грусти, Мрак. Пожалуйста. Я не знаю как тебе помочь, но мы постараемся что‑то придумать. Обещаю. Если сама жива останусь, то мы подумаем что можно сделать.

Зверь, нет, теперь уже Мрак, тяжело вздохнув, пошел рядом, приноравливаясь к шагам девушки.

А Кира опять глубоко задумалась, по обыкновению, строя теории. На этот раз, она думала о том, что если попытается применить вторую часть своего дара на Мраке, то совсем не понятно что из этого получится. Вдруг это его убьет? Хорошо бы проверить на какой‑то безмозглой таври этих земель, но тратить сейчас резерв, более чем неразумно. Да и обратится ли Мрак обратно в человека, тоже не ясно и, скорее, очень сомнительно. А жить зверем, он может и не захотеть. К тому же, совсем еще не понятно, не повлияла ли эта черная зараза на его мозг. Вдруг он уже слишком зверь? Вон как скалится при первой же опасности. Да и повадки звериные. Или просто приспособился? Жить захочешь, еще ни к такому приспособишься.

Шли они довольно долго. Кира внимательно поглядывала по сторонам, но с таким охранником, какой теперь шел рядом с ней, можно было особенно не напрягаться. К тому же, однообразный, черный пейзаж, не располагал к любованию окрестностями. Мрак на ходу перекусил мощными челюстями, какую‑то зазевавшуюся мелкую тварь и тут же ее проглотил. Кира подавила невольную гримасу отвращения, но даже не отвернулась. Значит Мрак питается местным зверьем.

Наконец Кира решила что пора передохнуть. На землю садиться не хотелось и она взобралась на ближайший попавшийся камень. Мрак сел рядом, у камня и с интересом проследил как девушка достает нехитрые припасы.

— Хочешь лепешку? — Предложила она. Тебе такая еда подходит?

Мрак облизнулся и Кира протянула ему одну из лепешек. Тот проглотил ее одним махом и вдруг довольно заурчал. Девушка улыбнулась, дала ему еще одну лепешку и сама вцепилась зубами в третью.

— Как думаешь, до завтра дойдем? — Спросила она, отхлебнув воды из фляги.

Зверь кивнул и положил голову на лапы.

— Я чувствую что это не слишком далеко, там земля буквально горит этой странной силой. У меня от нее мороз по коже. Впрочем, вокруг было так тихо и пусто, так черно и мрачно, что ее начало клонить в сон. И она чуть не уснула, но Мрак не дал ей поспать, начав недовольно ворча, тыкать ее носом в бок.

— Ты прав, — тяжело вздохнула девушка, с трудом поднимаясь на ноги. — Не время спать. Нужно идти.

К вечеру, уставшая Кира, опустилась на ствол поваленного, мертвого дерева и отхлебнула воды из фляги.

— Знаешь, Мрак, по этой земле очень трудно передвигаться — пожаловалась она, своему спутнику. — Все такое однообразно гадкое и скучное, что невольно в сон тянет. А ночью идти совсем невозможно я думаю. Тут и днем то темно, свет от солнца едва пробивается за эти тучи, а ночью наверное вообще жутко. Хотя и спать здесь, тоже мало пряного. К тому же я готовилась к тому, что на меня тут будут твари нападать постоянно, но они кажется тебя о–очень боятся.

Мрак фыркнул, на эту тираду. В его глазах блеснули смешинки.

— Смеешься? — Улыбнулась Кира. — Как думаешь, спать тут опасно?

Мрак зарычал, кивнул головой, подтверждая что да, опасно.

— Пойдем тогда, — вздохнула девушка и поднялась.

Но Мрак вдруг подошел ближе и ткнул ее носом.

— Что? — Удивилась она.

Он опять ее ткнул носом. Но Кира не поняла.

— Погоди, я не понимаю что ты хочешь сказать.

Зверь недовольно заворчал и подумав, вдруг поднырнул со спины, при этом подбив ее под коленки. Девушка пискнула и непроизвольно села на черную спину. Мрак довольно заворчал и потихоньку двинулся вперед. Кира, поняв наконец что он от нее хотел, засмеялась и поерзала, устраиваясь поудобнее и обхватила его за шею.

— Мрак, ты гений. Мне бы и в голову не пришло, использовать тебя как коня.

Он издал кашляющий звук игриво закрутил длинным хвостом. Кира уже поняла что так он смеется и тоже рассмеялась, а потом прижавшись всем телом к черной спине. Зверь понесся вперед, набирая скорость и девушка чуть не задохнулась от удивленя. Перед глазами все сплылось в одну черную полосу. Она в испуге намертво вцепилась в шею Мрака, сжала коленями его бока и закрыла глаза. Она даже представить не могла, с какой скоростью сейчас несется эта черная молния. Остановилился он примерно через час. Кира сползла со спины Мрака с подрагивающим ногами и чуть не упала.

— Прехали? — Пробормотала она, пытаясь собрать в кучку глаза, вместе с растрепанными чувствами. — Мрак, ты не мог предупредить, что умеешь носиться с такой скоростью? Ох, ну ты даешь!

Зверь с тревогой заглянул в ее глаза и виновато опустил голову.

— Уф, погоди, дай мне понять на каком мы свете. — Она помотала головой, чтобы хоть немного првести в порядок чувства, и огляделась.

В еле пробивающимся сквозь тучи, слабом свете, она разглядела нечто черное, сплавленое, странной изломаной формы. Кусок скалы? Или что‑то еще? От этой штуковины расходились волны жуткой силы. Киру мороз продрал по коже.

— Ну и гадость, — прошептала она, — Мрак, это вдишь? Это что‑то совсем, совсем неправльное. И непонятно откуда взялось. Метеорит что‑ли с неба упал? Разве человек может сотворть такое? Даже если у него темный дар? Оно настолько чуждое, что меня от него аж передергивает. А тебя?

Мрак тхо оскалился, выставив на показ крупные, черные зубы, и сердито ударил лапой, по мерзкой штуковине, что‑то сверкнуло, полыхнуло и Мрак взвизгнув, отлетел от нее на пару метров.

— Ого! — Кира еле проморгалась и бросилась к зверю, — ты в порядке?

Мрак с трудом поднялся на дрожаще лапы и тяжело вздохнул. Никаких ран на нем девушка не нашла и успокоившись, обошла странный осколок по кругу.

— Не знаю что это такое, — пробормотала она, — но с этим надо что‑то делать.

Она осторожно протянула руку, собираясь дотронуться и посмотреть ударит ли ее тоже, но Мрак, метнувшйся к ней, как черная молня, с сердитым ворчанием, ухватил ее за плащ, оттаскивая назад.

— Да не волнуся ты, — остановила его Кира, — не тащи меня. Если я правильно все поняла, эта штука ничего мне не сделает.

Но он упорно не давал девушке подойти, сердито ворча сквозь зубы и не отпуская края ее плаща.

— Мрак, перестань же. — нахмурилась она. — Я же за тем и пршла, чтобы попытаться что‑то исправить. Отпусти. Я смогу, вот увидишь.

Она решительно выдрала из его зубов свой плащ и присела на корточки у исходящего силой обломка. Немного подумала, осторожно дотронулась пальцем. Ничего не прозошло. Мрак неотрывно следивший за девушкой, подошел ближе и обнюхал ее руку.

— Вот видишь, ничего оно мне не сделает, — удовлетворенно констатровала она. — Все дело в даре. В той странной силе, что внутри меня. И она, как я и думала, не совсем такая как у тебя. Не знаю в чем тут дело и чем отлчаюсь от других, обладающих темным даром, но кажется мои неизвестные предки наградили меня странной, ни на что не похожей слой. И это нам сейчас на руку. Ты отойди подальше, чтобы тебя не задело, а я попробую кое что сделать. И да, если потом упаду, и потеряю сознание, не спеши меня хоронить, вполне возможно я еще и не померла.

Мрак трвожно заворчал, но Кира только отмахнулась и решительно сдернув с шеи свой амулет, обкрутила цепочку вокруг запястья, поместив амулет в ладонь и решительно припечатала эту ладонь к обломку. Немного помедлила, набираясь смелости и потянулась к своему дару. Но не к одной половинке, как делала это всегда, а сразу к обеим.

Мрак расширеными глазами смотрел как вдруг загорелись глаза этой маленькой, но такой удивительной девушки, не побоявшейся прийти сюда, не испугавшейся даже его самого. Один ее зрачок вдруг вспыхнул неистово–черным, второй, таким же яростным сиреневым. А Кира, полностью сосредоточившсь на собственной чутье. Она всем существом ощущала силу, идущую от осколка, почувствовала ее, увидела ее суть и потянула на себя эту тьму, которая язвой расползалась по этому миру, направила ее в амулет и прислушавшись к музыке здоровой половины этой земли, подхватила ее мелодию и преобразовав с помощью амулета, черное в сиреневое, выпустила эту силу обратно, встраивая ее уже в правльную мелодию. Разрушая слышимый ею диссонанс, преобразуя его, помогая влиться в то, что было здесь родным и настоящим. Земля содрогнулась, отзываясь на ее призыв, по некогда странной и черной земле прошла дрожь, сорвался неизвестно откуда взявшийся ветер, до этих пор никогда не дувший в этих местах. Резко разорвало в клочья густые тучи и закатное солнце, наконец‑то дотянулось до сплавленной земли. Что‑то взывло, грохнуло, откуда‑то посыпались камни, ветер завертелся в бешеную спираль и рапался на мелкие смерчики, проносясь по поверхности. А юная девушка, сидевшая на корточках и крепко пржимая ладонь к распадающемуся осколку, запела. Нежный, необычный здесь, бархатный ее голос вплелся кажется в саму суть мира, успокаивая, объясняя, показывая ему правильное звучание. Давая ему силы справиться с ненужной здесь, чуждой этой земле тьмой, исцелить ее. Жестко держа себя в руках, Кира буквально видела, как стремительно покидают ее силы, затрачиваясь на преобразование силы. В ней самой и вокруг нее, творилось такое буйство этой самой силы, что она сильно боялась ее не сдержать и напрягаясь изо всех сил, упорно делала то, ради чего сюда пришла, надеясь лишь на удачу. От маленькой ладони, брызнуло сиренью и эта сирень волнами разошлась по кругу, как когда бросаешь камень в воду, по воде идут круги. Волны эти прокатились, все расширяясь, до самой границы и земля, казалось вздохнула облегченно, сбрасывая с себя черные цепи, оживая и зазвучав уже так, как и должно. Кира радостно улыбнулась, уже понимая что у нее получилось. И не смотря на накатившую слабость, еще упорнее подтолкнула рвущуюся из нее сирень наружу, забирая остатки черного, досуха опустошив источник. Странный осколок под ее рукой вспыхнул в последний раз, ярко мигнул и рассыпался прахом. Девушка упав на колени, в последнем рывке пржалась к земле уже всем телом. Земля вокруг нее странно загудела, а потом стремительно стала ощищаться, возвращаясьв первобытное состояние. Кира, измученная, едва не теряющая сознание, слабо улыбнулась, услышав возрастающую и звучащую все увереннее музыку планеты и устало прикрыла веки. Мир перед ее глазам качался и расплывался, на глазах обретая наконец краски. Откуда‑то вдруг пахнуло холодом и вздрогнув, Кира открыла газа. В небе, которое было теперь без единой тучи, вдруг проявились черные, торжествующие глаза, завертелась, невесть откуда взявшаяся воронка и торжествующий смех, донесся до уплывающего сознаня девушки.

— Попалась, дрянь — зло рявкнуло откуда‑то сверху, ее вдруг закрутило, приподняло легкое тело, и потащило прямо в эту воронку, игнорируя слабые попытки сопротивленя. Краем глаза она еще увдела, как внизу, свирепо рыкнув, Мрак сделал бешеный рывок, подпыгнув высоко вверх, пытаясь дотянуться до нее и сознание окончательно покинуло измученную девушку.

Послесловие

Послесловие 1

Воины, патрулрующе границу Мертвых земель, почувствовали как что‑то происходит. Мелкая судорога пробежала по черной стороне постепенно нарастая, потом все вдруг осветилось бешеным заревом странного, сиреневого света. Откуда‑то резко подул ветер, которого в этих местах никогда не бывало, разорвал тучи и садящееся за горизонт солнце, вдруг брызнуло красными лучами, забираясь во все, даже самые темные уголки. Чернота начала уползать куда‑то вглубь земли, быстро сокращаясь и освобождая ее от своего присутствия. Гул прокатился по округе и стих, зарево тоже стало затухать, превратившись в небольшую, сиреневую звездочку, но вот погасла и она. Только перед глазами ошеломленных воинов, лежала чистая и здоровая земля, не загаженная никакой чернотой.

Эридар с Дилом, с тревогой ожидающие возвращения Киры, поняли что что‑то стало происходить на Мертвых землях и рванули к границе со всех ног, уже не слишком скрываясь. Дружный вздох облегчения вырвался из их легких, когда эльфы поняли, что девушке все же удалось спасти их мир. Не сговариваясь, они бросились вперед, в желании найти ее, но трое суток бродили по пустоши, так и не найдя ни единого следа девушки. Куда она исчезла? Погибла скорее всего, своей юной жизнью заплатив за множество жизней этого, чужого ей, мира.

Послесловие 2

Она очнулась внезапно, с сильным чувством тревоги и неправильности происходящего. Несколько минут вслушивалась в мертвую тишину, а потом осторожно открыла глаза. Тусклый свет, идущий откуда‑то со стороны, осветил толстые каменные стены, при попытке двинуться, тихо звякнула толстая цепь, не давая даже шевельнуться. Осторожно скосив глаза, она увидела что тело ее заковано в тяжелую железную броню. Или не броню? Возможно это такая своеобразная смирительная рубашка? Губы запеклись, и она облизала их сухим языком. Вздохнуть бы полной грудью, да как вздохнешь, если грудь стянута так, что кажется, еще немного и сломаются ребра.

" Да, действительно попалась" — констатировал холодный разум, начиная обдумывать варианты освобождения, а сердце отозвалось болью.

Конец 1й части. Август 2015 г.

Content

Сатиа Корди
Сто дорог одного пути

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

Послесловие

Послесловие 1

Послесловие 2