МакМан Энн

Пыль

“Пыль” Энн МакМан

Когда требуется раскопать грязные факты - Эван Рид лучшая в своем деле. Она - охотник за секретами - высокооплачиваемый сыщик, которого нанимают во время политических кампаний для проверки биографии кандидатов. А еще она - любительница крепкого словца, своенравная бывшая католичка, пытающаяся в одиночку воспитывать четырнадцатилетнюю дочь. Когда ее нанимают расследовать прошлое морально безупречного и харизматичного сенатора, который мог бы стать следующим президентом, последнее, с чем она ожидает столкнуться - это убийство. Жизнь Эван осложняется еще сильнее, когда она знакомится с женой сенатора, ведущей уединенную жизнь и скрывающей свои собственные секреты.

Перевод: Trifolium Translate

Переведено для Группы vk.com/wmnread

Пишите на wmnread@gmail.com

ГЛАВА 1

Энди Таунсенд. Снова он.

Этот бывший губернатор-популист из Делавэра выиграл недавние выборы в сенат с самым минимальным перевесом в истории Первого Штата (1), но вряд ли вы бы узнали об этом из шумихи, которую подняли СМИ, и по сей день бегающие за ним по пятам. Каждый раз, стоило вам моргнуть, он тут как тут - у него берут интервью в утреннем ток-шоу или он мелькает в воскресном обзоре программ телепередач. Сегодня он был в программе Meet the Press - и Эван подумала, что Таунсенд выступал немного не в своей лиге.

Дэвид Грегори принимал молодого сенатора, столкнувшегося с консервативным экспертом Джейми Бейкер - и пока что Джейми только и делала, что болтала без умолку. Они обсуждали изменение климата, и Бейкер наседала на Таунсенда по поводу его участия в недавнем Саммите за Чистую Энергию, который проходил в Неваде.

- Полагаю, ирония в том, что бывший мальчик с плаката, созданного для “Дэлмарва Пауэр”, теперь кричит о необходимости экономии энергии, - Бейкер уже размялась, чтобы пойти в атаку. - Разве не ваш штат является одним из крупнейших химических загрязнителей на восточном побережье?

Таунсенд сидел спокойно, слушая тираду Бейкер. Затем он улыбнулся той самой улыбкой Кеннеди, которая тянула на один миллион долларов.

Сейчас начнется, подумала Эван.

- Единственная имеющая значение химическая корпорация в моем штате это та, которая каждый год вливает миллионы долларов в исследование и разработку альтернативных и возобновляемых источников энергии. Если мне так повезло, что на меня навесили ярлык мальчика с плаката для той промышленной сферы, которая служит национальным примером для подражания в деле инноваций и прогресса, и которая прилагает все усилия, чтобы избавить нас от нашей же зависимости от иностранной нефти, а также делает свой вклад в очистку окружающей среды, то я готов нести этот крест, - он ей подмигнул. - Спасибо, Джейми, за оказанное доверие.

Грегори объявил перерыв на рекламу, и Эван схватила пульт и уменьшила звук. Каждый раз, когда я думаю, что его сделают, он уворачивается и забрасывает трехочковый мяч прямо перед свистком. Потрясающе.

Зазвонил телефон. Эван пристально смотрела на него несколько секунд, прежде чем решила ответить. Было воскресенье, ради бога, - кто, черт возьми, будет звонить в воскресенье? Телефон зазвонил снова. Вздохнув, Эван подняла трубку.

- Рид.

- Эван? Это Дэн.

Эван села и наклонилась вперед на диване.

- Дэн? В чем дело? Со Стиви все в порядке?

- Со Стиви все прекрасно. Я звоню по поводу Энди.

- Энди? А что с ним?

- Только не говори, что не смотришь это.

Эван вздохнула. Было бесполезно врать. Он слишком хорошо ее знал.

- Конечно, смотрю.

- Что думаешь?

- Полагаю, Грегори следует подстричься. Он начинает походить на Дейви Джонса.

- Не отклоняйся от темы, Эван. У меня только 90 секунд. Как думаешь, как он держится?

- Какое тебе дело до того, что я думаю?

- А почему ты думаешь, что мне есть до этого дело?

Она повернула голову и кинула взгляд на экран телевизора. Компания ADM трезвонила о своих усилиях накормить весь мир.

- Ты не можешь воспринимать его серьезно, Дэн. Он легковес.

- Этот легковес набирает голоса. Маркус думает, что у него есть хороший шанс выиграть номинацию через два года.

- Это безумие. Он пустобрех.

- Согласен. Вот почему ты нам нужна.

- Я тебе не по карману.

- Мне нет - но партии да.

- Отвали. Таунсенд независим? Да они не смогли бы оплатить даже мои счета за выпивку.

Дэн засмеялся.

- Что если я скажу тебе, что он перебежал на другую сторону?

Эван замолчала на секунду:

- Когда?

- Около двух с половиной минут назад.

Она опять замолчала.

- Позвони мне после шоу.

Дэн повесил трубку.

Эван сидела еще минуту, держа телефон у своего лба. Дерьмо.

Она кинула телефон на журнальный столик, затем взяла пульт и стала смотреть продолжение программы.

***

Дэн заказал еще один бокал красного вина, - Owen Roe Petit Sirah, и в пятый или в шестой раз глянул на часы. Где, черт возьми, ее носит? Предполагалось, что Эван встретится с ним за ланчем в 13-15, а уже без десяти два. Он уже два раза посылал ей СМС. Никакого ответа. Он попросил столик прямо у окна - ему скорее хотелось не пропустить ее приход, чем глазеть на пешеходов на Пенсильвания Авеню. Он выбрал винный бар “Сонома”, потому что тот находился всего в квартале от Библиотеки Конгресса - и Эван смогла бы прогуляться туда.

Она сказала ему в воскресенье, что будет в Вашингтоне в конце недели, завершая некоторые основные исследования по президентскому списку кандидатов на должность Генерального прокурора. Последний соискатель ретировался опозоренным, и администрация не могла себе позволить еще одного скандала. Вот почему они вызвали Эван. Она была лучшей в этом деле.

Официант принес ему бокал вина в тот момент, когда он поймал взглядом Эван, пересекающую Индепендент Авеню. Она переходила улицу в плотной толпе народа, и он заметил ее только из-за того, как она была одета. В куртку цвета зеленого лайма и черные широкие штаны с накладными карманами. Он тряхнул головой. Она часто говорила, что настоящая причина, по которой она не согласилась работать ни на одну из крупнейших PR-компаний, заключалась в их дресс-коде. И она не шутила. Приближаясь к ресторану, она увидела его в окне и закатила глаза. В следующую минуту, она уже была у стола, отодвигая стул и кидая свою распухшую сумку на пол у своих ног.

- Извини за опоздание - я зависла с тупой новенькой, в офисе дублирования микрофишей (2). Она не принимала мою карту American Express.

- Неужели?

- Ага. Очевидно, правительство США принимает только карты VISA, - она фыркнула. - И возможно Exxon - мне следовало об этом подумать. И я могла бы быть тут полчаса назад.

Дэн поднял свой сотовый.

- Я писал тебе СМС дважды - почему ты выключила свой телефон?

- Ты давно не был в библиотеке, верно? У них есть правила насчет таких вещичек.

- Да не все ли равно, - он взял в руки винную карту и протянул ей. - Что-нибудь хочешь?

- Что пьешь?

Он поднял бокал.

- Вино местного разлива по баснословной цене, - он покачал головой. -Удивительно, но чем дальше ты от столицы, тем оно дешевле.

Его слова ее рассмешили.

- Если ты когда-либо читал один из этих подробных докладов по изменению климата, которыми так любит размахивать повсюду ваш мальчик Таунсенд, ты бы знал, что долина Напа (3) быстро превращается в пустыню. Теперь они должны собирать виноград в темноте, просто потому, что в это время достаточно прохладно. Вот почему все лучшие винодельческие предприятия в настоящее время находятся на северо-западе.

- Не все ли равно.

- Ты часто это говоришь.

Он улыбнулся ей.

- Не все ли равно.

Она закатила глаза.

- Ну, тогда ладно. Просто возьми мне бокал чего-нибудь.

Он окинул взором помещение, пока не поймал взгляд официанта. Он поднял свой бокал и указал на него и на себя и Эван.

- Мне следовало просто купить эту проклятую бутылку целиком.

- На что ты жалуешься? Ты еще не проел свой счет?

- Пока нет. Но я уже близко. У тебя было время просмотреть цифры, которые я тебе послал?

- Хм. Довольно щедрое предложение. Я была удивлена.

- А не должна бы. Мы хотим лучшего - мы жаждем найти деньги.

- Мы?

- Ладно - Маркус жаждет найти деньги.

- Маркус не смог бы найти собственную задницу своими двумя руками.

Дэн покачал головой.

- Господи, Эван - не сдерживайся.

Подошел официант и поставил на стол бокал вина для Эван. Она взяла его и фыркнула, прежде чем сделать глоток.

- Ты предложил мне эту работу не из-за моих способностей вести приятные беседы. Маркус всего лишь никчемный шустрила в пошитом на заказ костюме. И ты знаешь, что я думаю насчет того, что ты участвуешь в его делах.

Дэн глубоко вздохнул, разглядывая ее. Господи. Эта женщина могла привести в бешенство кого угодно. И почему она должна быть так чертовски привлекательна? Даже в ее нелепом наряде, она была адски сексуальна. По крайней мере, для него. Но этот путь они уже прошли, и больше такого не повторится.

- Хорошая новость в том, что ты не будешь отчитываться Маркусу - только мне.

Она приподняла бровь.

- Будет ли Маркус тем, кто подписывает мои чеки?

- С чего это тебя заботит, кто подписывает твои чеки, пока тебе платят? Раньше тебя это никогда не волновало.

Она откинулась на спинку стула и откинула свои рыжеватые волосы со лба.

- Может, я смягчаюсь к старости. Может, я хочу спокойно спать по ночам и не чувствовать себя так, как будто я должна скрывать от ребенка, чем я занимаюсь.

Они оба замолчали. Он чувствовал, как пульсирует кровь в его голове.

- Она и мой ребенок тоже.

- Вспомнил об этом, да?

Он знал, что она могла заметить, как он напрягся, и это его разозлило.

- Это не справедливо, Эван. Я контактирую с ней столько, сколько могу.

- Контактируешь с ней? Господи, Дэн. Она твоя дочь - а не твой адвокат по налогам.

Он еще раз глубоко вздохнул.

- Слушай. Давай поговорим об этом в другой раз, хорошо? Мы тут не для разговора о Стиви.

Она встретилась с ним взглядом. Ее серые глаза превратились сегодня в зеленые. Он полагал, что это, вероятно, из-за ее отвратительной куртки.

- Ты прав. Мы здесь не для того, чтобы поговорить о Стиви, - она снова взяла в руки бокал вина. - Итак. Ты хочешь заплатить непристойно большую сумму денег, чтобы я обнаружила, есть ли у вашего подающего надежды бойскаута ахиллесова пята?

- В двух словах так.

- И что заставляет тебя думать, что мистер Чистюля прячет скелеты в чулане своего пентхауса?

- Ничего. Я просто хочу получить доказательства, что я прав.

- Довольно дорогое доказательство, если хочешь знать мое мнение.

- Слушай, Эван - этот парень находка. Он может дойти до вершины. Я хочу сделать все, что смогу, чтобы расчистить ему путь. Вот это моя работа.

- Итак, позволь-ка мне уточнить. Ты просто играешь Иоанна Крестителя для последнего мессии либеральных левых?

- Таунсенд центрист.

- О. Верно. Я забыла. Он всего-то поменял партию, потому что их стоматологическая страховка намного лучше прежней.

- Да пошла ты.

- К сожалению - уже уходила, вернулась с мешком подгузников.

Он пожевал внутреннюю сторону щеки.

- Давай самую суть. Тебе интересно или нет?

Она скрестила руки.

- Я еще не знаю.

- Что надо сделать, чтобы убедить тебя?

- Мне нужно встретиться с ним.

- С Таунсендом?

У нее округлились глаза.

- Нет, с утенком Даффи. Конечно, я имею в виду Таунсенда. И я хочу иметь неограниченный доступ к любому - любому, Дэн. Без исключения.

Он кивнул.

- Хорошо. Я могу кое-что устроить на следующей неделе.

- Отлично. Ну а теперь - как насчет ланча? Я голодна.

Он взял одно из двух меню, лежащих на их столике.

- У них есть огромная сырная тарелка и мясная закуска. Хочешь, разделим одну из них?

- Это как сказать.

Он взглянул на нее поверх кромки меню.

- В смысле?

- В смысле, включены ли мои расходы или нет в бюджет партии.

- И если я скажу, что включены?

- Тогда к черту сырную тарелку. Я хочу стейк.

Он помахал их официанту.

- Некоторые вещи никогда не меняются.

ГЛАВА 2

Таунсенд жил в трехэтажном доме на мощеной булыжником улице в старой части Нью Касла, примерно в трех кварталах от набережной. По крайней мере, он жил здесь, когда не находился в резиденции своей модной берлоги в комплексе Уотергейт. Именно это и пробудило интерес Эван. Роскошный комплекс апартаментов вызывал неприятные ассоциации со скандалом, чтобы упоминать о нем в резюме любого серьезного кандидата. Она знала, что если Маркус был заинтересован в продвижении карьеры Таунсенда, первое, что нужно было сделать, это сменить его адрес (4).

Она припарковала свою арендованную машину на общественной стоянке недалеко от Баттери Парка и пошла вдоль Делавер Стрит, мимо модных магазинов, которые продавали очень дорогие графические планшеты и шестидолларовые чашки с кофе. Для Эван этот город 17-го века был очень похож на самого Таунсенда - он обладал первоначальным налетом изысканности, но был покрыт таким количеством лака, что было трудно отыскать любые истинные достоинства.

Поначалу Дэн договорился о встрече Эван с Таунсендом в его сенатском офисе, но она отвергла эту идею, вместо этого предложив Нью Касл. Она села на поезд, идущий из Вашингтона в Вилмингтон, а потом арендовала машину и за десять минут добралась до места. Она знала, что Таунсенд часто ездил в Вашингтон из своего дома на Делавер Стрит - и тот же путь он проделывал все четыре года, занимая пост губернатора. В этом не было ничего странного. Черт, весь штат простирался всего-то на 140 километров в длину. И все-таки ей была любопытна его очевидная привязанность к дому в Нью Касле, и она захотела увидеть его сама. Если верить Дэну, Таунсенд согласился изменить место встречи без всяких вопросов. Если ему нечего было скрывать, то он не станет этого прятать. Она не знала, означает ли это, что он неуклюжий или же умный. Или ему просто нечего скрывать.

Хотя это вряд ли.

Она заулыбалась, проходя мимо еще одного кофейного магазина - уже пятого, что она увидела за те десять минут, после того как вышла из машины.

Она пришла раньше на 15 минут, и смогла, не торопясь, отыскать дом Таунсенда и оценить его с другой стороны улицы. Он был красив - всего несколько подъездов вдоль Четвертой улицы от особняка Амстела, и отделан большим количеством полированной латуни и красным кирпичом ручной работы. Восемь шагов привели к внушительной передней двери. На Четвертой улице было изрядное количество парковок, но переулок рядом с домом Таунсенда вел к похожему на небольшую сторожку гаражу на один автомобиль. Позади дома был припаркован черный седан Сааб 9-5 с вирджинскими номерами. Эван достала из сумки смятый чек банкомата и записала номер, зная, что иначе никогда его не запомнит. Те времена давно прошли.

Она уже знала, что Таунсенд приобрел дом в Нью Касле шесть лет назад - за два года до выборов на пост губернатора. Ранее он жил со своей женой Джулией Донн в ее квартире в Верхнем Ист Сайде в Нью Йорке. Насколько знала Эван, миссис Донн никогда не жила с Таунсендом в Делавере - хотя и регулярно появлялась на официальных мероприятиях и в окрестностях штата в течение его губернаторства. У них не было детей.

Эван прошла остаток пути вдоль квартала и пересекла улицу, направляясь обратно к дому № 8. На этот раз она поднялась по ступенькам и постучала в блестящую черную дверь. К ее удивлению, сенатор открыл ее сам. В руках он держал кружку.

- Вы должно быть Эван Рид. Я Энди - заходите внутрь. Вы пунктуальны, именно так и сказал о вас Дэн.

Он был одет в темные джинсы и голубую рубашку, сшитую на заказ. В жизни он выглядел красивей. Было ясно, что кто-то потратил немалые деньги на его улыбку. Эван никогда раньше не видела таких белых зубов.

- Спасибо, что согласились принять меня здесь, - она потрясла его протянутую руку. Его ногти были короткими и очень чистыми. Он крепко пожал ей руку в ответ. - Я подумала, что встреча тут будет менее формальной, чем в вашем офисе в сенате.

- О, без проблем. Я с удовольствием пользуюсь любым предлогом, чтобы приехать сюда.

- Могу понять, почему.

- Вы когда-нибудь бывали в Старом Нью Касле?

- До сегодняшнего дня нет.

Он осмотрел ее.

- Вы моложе, чем я думал.

Она привыкла к такой реакции.

- Правда? Я только что подумала, что в телевизоре вы выглядите более высоким.

Он засмеялся. Его смех казался искренним.

- Туше, - он махнул рукой, приглашая ее в дом. - Хотите кофе? Я только что приготовил кофейник.

- Конечно. Она последовала за ним через просторный центральный холл в огромную кухню, которая занимала заднюю часть дома. Было ясно, что она не входила в первоначальный проект.

- Вам нужны сливки или сахар? - спросил он.

- Я пью черный. Спасибо.

Он показал в сторону маленького стола, который стоял напротив пары высоких окон. - Присаживайтесь. Он достал керамическую чашку из верхнего шкафа и налил в нее кофе. Эван оглядела кухню. Она была впечатляюще оснащена. Кто-то любил готовить - очень любил. Последним местом, когда она видела так много приборов из нержавеющей стали, был Бест Бай (5). У Таунсенда даже был в наличии тандыр (6), и она не могла припомнить, когда в последний раз видела такую печь в частном доме - кроме своего собственного, конечно. Эван обожала индийскую кухню.

Она села и взяла предложенную ей кружку кофе.

- Это большая кухня. Вы, должно быть, любите готовить.

Он улыбнулся.

- Не совсем так. Я ее купил вместе с домом. Думаю, прежние владельцы были доморощенными гурманами.

- Предположу, что с вашим расписанием у вас не остается много времени.

Он сел напротив нее.

- Больше нет. Когда я не работаю или у меня не берут интервью, я нахожусь в поезде между этим местом и Вашингтоном.

- Не Нью-Йорком?

Он казался удивленным.

- Джулия слишком занята своей работой. Мы стараемся выкроить время друг для друга на один или два уикенда в месяц.

- Звучит так, как будто это опекунское соглашение.

- Что-то в этом роде. Ну, вы знаете, как это бывает.

А, подумала Эван. Нервы. Она забралась под его внешнюю показуху с этим комментарием. Она не ответила.

- Дэн рассказал мне о вашей дочери, - продолжил он. - Надеюсь, все хорошо.

- Вполне. Но мне уже известны детали моего собственного прошлого.

- Но вам не известно мое прошлое?

- Еще нет.

Он откинулся назад и внимательно на нее посмотрел.

- Вы не стесняетесь в выражениях, не так ли?

- Могу, если вам так хочется. Но у меня почасовая оплата, и все это, в конечном итоге, будет стоить вам намного больше.

Он рассмеялся.

- Итак. Что вы хотите знать, что еще не было опубликовано?

- Я хочу знать все, что потенциально может стать публичным достоянием.

- Типа?

Она наклонила голову.

- Вы ведь читали документы, да, сенатор Таунсенд?

- Зовите меня Энди.

- Хорошо, Энди. Для начала, давайте на секунду подумаем об Эдвардсе, Спитцере и Фоли (7) - и я не говорю о бухгалтерах, которые подготавливают мои налоговую декларацию.

Он вздохнул.

- Боюсь, вы будете разочарованы.

Она скрестила руки.

- Я не заинтересована в каком-либо исходе. Это Маркуса вам нужно впечатлять - не меня.

- Тогда Маркус будет разочарован. Я счастливо женат.

- На женщине, для которой вы 'выкраиваете время' раз или два в месяц?

- В этом нет ничего необычного или аморального.

- Есть, если вы баллотируетесь на пост президента.

Он не ответил сразу же.

- Я не баллотируюсь на пост президента. Я сенатор Соединенных Штатов от великого штата Делавер.

Эван вздохнула.

- Послушайте, Энди - давайте здесь договоримся о разделении труда. Я охочусь за секретами. Я вам не враг. Меня не колышет, безумно ли вы счастливы с вашей женой или нет - или как вы определили свои карьерные устремления. Я не высказываю никаких суждений. Я только нахожу и сообщаю факты. Вы можете помочь мне с этим и сохранить вашей партии пару монет - или нет. Для меня не имеет значения, что вы решите, потому что в любом случае, я найду то, что надо найти, и я доложу вашей команде по выборам. Затем я уйду. Конец истории.

Она встретила его взгляд.

- Итак. Спрошу еще раз. Есть что-нибудь, что вы хотите мне рассказать, и что сократит этот процесс?

Он сидел спокойно, встречая ее пристальный взгляд, и казался невосприимчивым к ее высказываниям.

- Мне нечего скрывать.

- Я рада это слышать, - она отодвинула назад стул и встала. - Спасибо за кофе.

Он запоздало вскочил на ноги.

- Вы уходите?

- Да, - она бросила взгляд на часы. - Мне нужно успеть на поезд.

- Возвращаетесь в Вашингтон?

- Нет. В Нью-Йорк. Она взяла свою сумку. - Сделаю все, чтобы в этом убедиться, и передам привет от вас миссис Таунсенд.

ГЛАВА 3

«Донн & Гейл» был одним из старейших издательств Северной Америки. Основанное в 1825 году Льюисом Донном и Самуэлем Гейлом, оно могло похвастаться списком авторов, состоявшим сплошь из родоначальников американской литературы. После гражданской войны маленькая компания, располагавшаяся в Бостоне, практически внезапно превратилась в процветающую литературную машину, так как после бума рождаемости расширились возможности получения образования, к тому же посещение публичных библиотек прочно вошло в американскую культуру. В 1935 году фирма перенесла свои офисы в Нью-Йорк, и заявила о себе в качестве ведущего литературного издательства в Северной Америке.

Нынешней наследницей и преемницей процветающей компании, отлично справлявшейся как с ведением бизнеса, так и с социальными задачами, была ведущая затворнический образ жизни жена Таунсенда, Джулия Льюис Донн.

Эван отдала должное Дэну за ту легкость, с которой она получила согласие на встречу с издательницей-магнатом. С профессиональной точки зрения Донн очень уважали, однако, с точки зрения ее личной жизни, она была загадкой. Эван обнаружила, что суждения о ней колебались в диапазоне от «холодная и отчужденная» до «изворотливая и находчивая». Но те немногие, кто считал, что хорошо ее знают, были к ней очень лояльны, практически ничего не разглашая и кружа вокруг нее, как свирепые псы.

Чем больше она узнавала о популисте Таунсенде, тем менее его брак с аристократкой Донн казался подходящим. Она догадывалась, что довольно скоро она сможет составить о ней свое собственное мнение.

Офисы компании занимали два этажа 45-этажного высотного здания из известняка и черного мрамора на Мэдисон Авеню, которое было сконструировано в 1931 году архитектором Кеннетом Францхаймом. Эван пересекла художественно декорированный холл с полом из французского розового мрамора и постаралась не таращиться на люстры из хрусталя, выполненные в форме тройной звезды, которые визуально довлели над огромным пространством.

Она ненавидела подобные места. Она ненавидела Нью-Йорк. Впервые в жизни, она беспокоилась, что могла быть скромно одета. И даже то, что ей пришлось подумать о таком, ее разозлило. Несколько клонов Леди Гаги на шестисантиметровых каблуках окинули ее оценивающим взглядом с ног до головы, пока она шла к лифту. Ага. Она ненавидела Нью-Йорк.

Она хлопнула по стрелке, которая указывала наверх, и стала ждать лифта, чтобы подняться на 38-ой этаж. У нее было 30 минут на встречу с Донн, а затем быстрая поездка на станцию Пен, чтобы сесть на экспресс Этан Ален, идущий в Олбани. Завтра она проведет время со Стиви.

Наступали родительские выходные в Эмма Уиллард (8), и Эван пообещала, что приедет. Дэн уехал с Таунсендом, который собирался выступать на Саммите по возобновляемым источникам энергии в Денвере. Он обещал позвонить ей в субботу вечером, но Эван знала, что Стиви не будет ждать этого звонка, затаив дыхание.

Прозвенел гонг, и большие стальные двери лифта разъехались в стороны. Эван прошла через отделанный панелями из грецкого ореха коридор и вошла в скромные, но элегантные офисы компании Донн и Гейл. За массивным столом сидела администратор, говорящая с преувеличенным британским акцентом и одетая в костюм с таким кричащим рисунком в елочку, которого Эван никогда еще видела. Она позвонила личной помощнице миссис Донн, и Эван моментально была сопровождена по длинному коридору к офисам, которые окнами выходили на Центральный парк.

Эван прибыла точно в срок, но оказалось, что обычно пунктуальная миссис Донн была не совсем готова ее принять. Помощница провела ее в на удивление небольшой, но со вкусом обставленный угловой офис с панорамным видом и инкрустированным паркетным полом, и сказала Эван, что миссис Донн присоединится к ней прямо здесь. Потом она ушла, закрыв за собой дверь.

Эван подошла к окнам и пробежалась взглядом вдоль Восточной 60ой улицы по направлению к 5ой Авеню и парку, который расстилался за ней. Нью-Йорк с этой выигрышной точки совсем не выглядел таким уж отвратительным. Она оглядела скромный стол и суперэргономичный стул, которые стояли боком к окну. Для офиса той, кто занимал столь значительное положение, такая расстановка мебели была странной. Видимо, Донн наслаждалась видом из окна больше, чем возможностью запугать своих посетителей. Эван отметила отсутствие каких-либо личных фотографий.

Из нескольких висевших на стенах картин, одна, кисти Марка Ротко (9), выглядела подлинником. Книги и документы были аккуратно расставлены на полках, что рядами занимали одну стену. Она взглянула на компьютер Донн, серебристый Mac PowerBook”. Выбор марки ее удивил. Но она мало что понимала в издательском деле. По офису были расставлены несколько вещиц, которые походили на античную исламскую керамику - она подумала, что они имели сходство с теми предметам, которые коллекционировал Дэн во время своего пребывания в Иордании. Она мысленно отметила это про себя, и стала размышлять, путешествовала ли Донн, которая познакомилась с Таунсендом в Йеле, на Средний Восток в студенческие годы.

Классическая музыка тихо доносилась из настольной стереосистемы, что стояла на комоде позади стола. В массивных горшках находились несколько ухоженных растений. Маленькая зона отдыха с двухместным диваном, журнальным столиком и двумя мягкими стульями располагалась на противоположной от стола стороне комнаты. Выцветший восточный ковер ручной работы покрывал большую часть пола. Кожаная куртка висела на крючке как раз позади открытой двери, которая, вероятно, вела в дамскую комнату. Вытянув шею, Эван могла также увидеть маленькую эспрессо-машину, стоящую наверху того, что выглядело как мини-холодильник. Похоже, что Джулия Донн много времени проводила в своем офисе.

Позади нее дверь открылась и закрылась.

- Мисс Рид? Приношу извинения за то, что заставила вас ждать.

Эван обернулась и впервые по-настоящему взглянула на бывшую первую леди Делавера.

- Я Джулия Донн, - она пересекла комнату и протянула руку. - Дэн очень высоко отзывался о вас.

Эван уважительно посмотрела на нее, когда они пожимали друг другу руки. Ее рост был, должно быть, 178 см. Это было неожиданно.

- Боюсь, вы не можете верить всему, что пришлось сказать Дэну - но я рада, что вы приняли во внимание его мнение. Иначе, полагаю, потребовалось бы полгода, чтобы добиться этой встречи.

Джулия улыбнулась ей и пригласила пройти к креслам.

- Сожалею об этом. Но вы сейчас здесь, поэтому давайте используем это время наилучшим образом. Пожалуйста, садитесь.

Она прошла к столу и положила на него свой блокнот и ручку, которые принесла с собой.

- Хотите кофе или что-нибудь прохладительное?

- Нет, спасибо, мне и так хорошо, - Эван плюхнулась в одно из кресел. - Признаюсь, я останавливалась примерно три раза, чтобы съесть мороженое, пока шла сюда от железнодорожной станции.

Джулия села напротив нее на маленький диван. И скрестила свои длинные ноги.

- С каким вкусом?

- С вишневым.

- Лично мне нравится с лаймом. Она улыбнулась.

Эван вздохнула.

- Где бы мы были без наших заслуживающих порицания удовольствий?

- Вы здесь затем, чтобы их найти?

Эван заметила, какими синими были ее глаза.

- Дэн вам сказал то же самое?

- Нет. Энди рассказал мне об этом, когда в панике позвонил мне около четырех часов назад.

Эван была заинтригована.

- В панике?

- Был некий простор для толкования, но, да. Я бы сказала, он был в панике.

- А почему вы так подумали?

- Если бы мне пришлось догадываться, я бы сказала, он не доверяет тому, что я могу рассказать вам насчет реального состояния наших отношений.

- И каково это состояние?

Она вздохнула.

- Вы когда-нибудь читали новеллы, мисс Рид?

- Я Эван. И, да, читала.

- Тогда вы знаете, что эта литературная форма длиннее, чем короткий рассказ, но короче романа?

- В моем понимании это так.

- Ну, такое же описание можно применить и к нашим отношениям.

- Так если воспользоваться вашим объяснением, то вы хотите сказать, что ваш брак с Энди Таунсендом не имеет продолжения?

- Точно, - ее ответ был бесстрастным.

Эван замолчала на секунду, разглядывая женщину напротив нее.

- Я заинтригована.

- Чем?

- Почему вы добровольно выкладываете мне подобную информацию в первые пять минут нашей беседы?

Джулия повернула свое лицо к окнам, которые тянулись вдоль задней стены офиса.

- У нас с Энди была сделка - и я ее придерживалась, - она откинула за плечи свои длинные каштановые волосы. Эван заметила, что она не носила обручального кольца. - Я уже была первой леди. Давайте скажем так, эта не та роль, которую я желаю повторить, - она перевела взгляд на Эван. - Неважно насколько сильно этого хочет Маркус Голдман.

Эван подумала, что увидела, как глаза Джулии вспыхнули. Ее волосы встали дыбом на затылке.

- Подождите минутку - уточним, как вы думаете, почему я сегодня здесь?

Джулия удивилась ее вопросу.

- Я полагала, что Маркус послал вас сюда, как своего эмиссара.

- Это то, что вам сказал Дэн? - Эван начала волноваться и упорно старалась этого не показать. Этот чертов ублюдок Маркус.

Джулия пожала плечами.

- Дэн не так уж много и сказал - кроме как рассказал мне, что партия наняла вас помочь с проверкой Энди - и улучшить его шансы на то, чтобы стать следующим кандидатом в президенты.

Эван сидела и от беспокойства постукивала носком.

- Так вы думали, что я приехала для того, чтобы насильно заставить вас подписаться на еще один срок в качестве безумно любящей жены Таунсенда?

- На самом деле, не думаю, что на данный момент я безумно люблю хоть кого- либо - но, да. Это более-менее то, что я думала, - она прервалась. - Я не права?

Эван встала и прошлась по офису. Она стояла, глазея в большое окно на поток машин, движущихся по Восточной 60ой улице. Сейчас машины ползли. Она могла бы сказать, что час пик был в разгаре. Она тряхнула головой и повернулась к издательнице, которая сидела и рассматривала ее с кажущимся спокойным безразличием.

- Да. Вы не правы, - она вернулась назад и снова села. Ей пришла в голову одна мысль. - Вы любите готовить?

Джулия взглянула на нее в замешательстве.

- Нет.

- Так вы выходите куда-то, чтобы перекусить? В рестораны, еда на вынос - типа такого?

- Полагаю так.

- Типа индийской кухни?

- Только не ее, - она встретилась глазами с Эван. - А что? Вы приглашаете

меня?

Эван была поражена такой прямотой. Смущена - и удивлена.

- Нет, - она снова почувствовала растущее беспокойство. Что за чертовщина тут происходит? Она опустила взгляд, и затем рассердилась на себя за то, что смотрит в сторону. - Прошу прощения, если оскорбила вас.

Джулия молчала так долго, что Эван подумала, что все окончательно испортила. Когда она, наконец, заговорила, ее голос звучал теплее.

- Я вовсе не оскорблена.

Эван снова посмотрела на нее. Господи. Ее синие глаза поистине гипнотизировали. Они пристально смотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем Джулия бросила взгляд на свои часы.

- Мне очень жаль так внезапно прерывать вас, Эван, но у меня в 17-30 телеконференция, - она поднялась с места. - Мы не могли бы продолжить этот разговор в другое время? Когда вы снова будете в Нью Йорке?

Эван тоже встала.

- Все зависит от того, что вы называете «другим временем». Я могла бы вернуться не ранее понедельника, - она осторожно обдумывала, как много она может сказать. - В выходные я буду в Трое, вместе с моей дочерью.

- Точно. Дэн сказал, что она учится в Эмме.

Эван не смогла сдержать улыбки.

- Она первокурсница - это ее первый год вдали от дома.

- Понимаю. И как все идет?

- Думаю, она отлично справляется.

Джулия улыбнулась.

- Я имела в виду вас.

Эван пришла в замешательство.

- Я - нормально, - она застенчиво улыбнулась. - На самом деле - ужасно. Разрываюсь.

Джулия засмеялась.

- Но я справляюсь.

Джулия обошла письменный стол и щелкнула по клавише своего лэптопа. На экране компьютера возник ее личный календарь.

- Как насчет понедельника? - она встретилась глазами с Эван. - Я даже смогу попытаться заставить себя отведать индийской кухни, если она вам так нравится.

Эван покачала головой.

- У меня есть идея получше. Какой самый дорогой ресторан в Верхнем Ист Сайде?

- А что?

- Потому что платить будет Маркус.

Джулия улыбнулась.

- Таунхаус Дэвида Берка.

- У них можно заказать столик?

- Конечно.

- Отлично. В какое время?

Джулия заглянула в монитор.

- Час-тридцать?

Эван кивнула.

- Увидимся там.

ГЛАВА 4

Каждый раз, когда Эван ступала на территорию вылизанного кампуса колледжа Эммы Уиллард, первые десять минут у нее уходило на сожаления по поводу ее решения послать дочь именно сюда. Но был один аргумент относительно будущего Стиви, и она позволила Дэну победить. Его сестра, мать и бабушка сами в свое время закончили эту историческую подготовительную школу для девочек, и теперь они провели массированную атаку с тем, чтобы Стиви заняла свое место в ряду остальных женщин Коэн. Первоначальные возражения Эван против такого плана резко утихли, когда Стиви влюбилась в школу в день открытых дверей два года назад. Это заставило ее пересмотреть весь сценарий.

Поэтому она сделала то, что сделала - в буквальном смысле. Она потратила недели, исследуя все за и против относительно раздельного образования для девочек. И факты удивили ее. Девочки-подростки, казалось, становились намного глупее, когда тусовались с мальчиками-подростками. Едва ли это было новостью, если уж так подумать. Собственное образование Эван, включающее в себя общественную школу в юго-западной части Филадельфии и ее окрестностях, доказывало это лучше всего. Она узнала намного больше на заднем сидении Шевроле, чем в научной лаборатории.

Простая истина заключалась в том, что девочки заслуживали лучшего шанса в жизни, чем этот. Они нуждались в средствах, методах и времени, чтобы принять правильное решение. Если большинству из них рано или поздно было предначертано облажаться с парнями, тогда, по крайней мере, это будет позже, когда они уже будут понимать, кто они такие на самом деле.

Но это был Родительский уикенд - Эван могла познакомиться с учителями Стиви, посетить один или два классных занятия и посмотреть вечерний показ студенческих 'талантов'. Что для Эван значило больше всего, так это возможность провести уикенд с дочерью. Ей претило признавать, как опустел дом в Чаддс-Форд без 14- летнего подростка. Уже два месяца Стиви проживала в частной школе для девочек в Олбани, и сейчас Эван навестила ее впервые с тех пор, как та уехала сюда в августе, нагруженная одеждой, постельным бельем, велосипедом и 15ью свертками четвертаков - Стиви пришлось стирать самостоятельно.

Она забронировала двухместный люкс в гостинице рядом с Морган Стэйт Хаус, полагая, что это место будет напоминать им родные места и вполне подходит, чтобы провести этот уикенд вместе. Она кинула сумки и короткой дорогой поехала на арендованной машине к учебным корпусам и к кампусу Эммы, где она сможет выписать Стиви на уикенд. Выписать. Господи. Это хуже, чем пытаться вынести справочник из библиотеки. Она вернулась мыслями к своему недавнему столкновению с той валькирией в Библиотеке Конгресса. Неа. Даже побег из Эммы с присоединившимся к ней чьим-то ребенком, было бы совершить чертовски проще, чем это.

Она припарковала машину на стоянке для посетителей неподалеку от Кигинс Холл и направилась к общежитию первокурсников, где и жила сейчас Стиви. Везде можно было видеть уютные семейные группки. Большинство взрослых носило бейджики с именами. Эван закатила глаза. Отлично.

Внутри холла был устроен импровизированный ресепшн. Эван приблизилась к столу, на котором высилась стопка толстых папок. Девушка с вьющимися волосами, в красной трикотажной рубашке с логотипом школы подняла на нее глаза, когда та подошла к ней.

- Привет. Вы родитель? - она держала клипборд, на котором крепилось то, что напоминало список имен.

- Да. Я мать Стефани Коэн.

Девушка просмотрела список сверху вниз.

- Есть, - она проверила имя и затем протянула руку, чтобы перебрать кучу папок. - А вот и ваша, - она протянула одну из них Эван и улыбнулась. - Ваше расписание и информационный пакет. Надеюсь, вам понравится этот уикенд.

Эван посмотрела на папку и на бейдж, прикрепленный спереди. ‘Эванджелин Рид’. Вот дерьмо. Она знала, что где-то там, ее мать смеялась, как дьявол.

- Спасибо. Постараюсь.

Она отвернулась от стола и пошла к лестнице, откуда доносился голос Стиви.

- Мам!

Эван посмотрела в сторону гостиной и увидела идущую к ней через холл дочь. На ней были темные джинсы и фиолетовая рубашка. Она была вылитый Дэн. Эван подумала, что та выглядит худой.

Стиви пробежала последние несколько шагов и обняла ее. Эван удивилась. Обычно ее дочь не показывала своих чувств так открыто. Он обняла ее в ответ. Стиви пахла корицей.

- Ты что, леденцов переела?- спросила Эван.

Стиви порылась в переднем кармане джинсов и выудила оттуда жестяную коробочку. Она потрясла ей, как погремушкой.

- Ага, они почти закончились.

Эван улыбнулась и убрала выбившуюся прядь светлых волос обратно ей за ухо.

- Ну что ж, похоже, что я вовремя приехала.

- И я так думаю, - Стиви запихала жестянку обратно в карман и поглядела на папку, которую держала Эван. Она ухмыльнулась, увидев бейдж. - Я к этому не причастна.

- Ага. Конечно, - Эван щелкнула по краю бейджа указательным пальцем. - Знаешь, где я могу раздобыть пустой?

- Неа.

- Я тебе не верю.

Стиви пожала плечами.

- Ну, тогда фигово быть тобой.

Эван согласилась.

- Иногда так и есть.

Они улыбнулись друг другу. Стиви махнула по направлению гостиной, где она ее поджидала.

- Мы можем уйти? Я заберу сумку, и я уже выписалась.

Эван удивилась.

- Не хочешь сначала провести мне экскурсию?

- Не особо. Я планировала, что мы могли бы сделать это завтра.

- Есть хочешь?

Стиви кивнула.

- Умираю с голода.

- Куда хочешь отправиться перекусить?

Стиви зашагала к гостиной.

- В ‘Зайку’. Это в Олбани, и у них есть превосходная пакора (10).

- Звучит отлично, - она оглядела Стиви. Дочь была уже с нее ростом, но это ни о чем не говорило. Эван едва дотягивала до 1,65. - По тебе не скажешь, что ты много ешь хоть чего-нибудь.

- Ну, да. Еда здесь не бог весть что.

- Неужели? Я думала, что это место кладезь первоклассных поваров.

Стиви закатила глаза.

- Мама, это школа-интернат, а не круизный лайнер.

- Что? Никакого шаффлборда (11) после ужина?

- Ты такая прикольная, - Стиви пихнула ее в руку. - Папа звонил.

Эван была удивлена.

- Неужели?

- Ага. Он сказал, что очень сожалеет, что не сможет приехать, - она посмотрела на Эван. - Он сказал, что вы снова работаете вместе.

- Будем работать какое-то время. Я провожу некоторые изыскания для него.

Стиви прекратила поднимать набитой всякой всячиной синий рюкзак.

- Ищешь грязь на сенатора Таунсенда?

Эван с удивлением посмотрела на свою дочь.

- Снова насмотрелась канала Фокс Ньюс?

Стиви закатила глаза.

- Ха, ха, ха. И рядом не было. Мне папа рассказал.

- О чем еще он тебе поведал?

- Он рассказал, что Сенатор Таунсенд может принять участие в президентской гонке через два года, - она направилась к выходу. Стиви помахала кучке девчонок, стоящих возле двери. Они помахали ей вслед. - Живем в одной комнате, - объяснила она.

- Тебе тут нравится?- спросила Эван. Она подумала, что ее голос прозвучал вполне нейтрально.

- Ага. Стиви посмотрела на нее. - Очень. А что?

Эван смутилась, задав такой вопрос.

- Не знаю. Размышляю, чувствовала ли ты себя когда-нибудь одинокой.

- Ты имеешь в виду, скучаю ли я по дому и по тебе?

Эван встретилась с зелеными глазами Стиви. Боже, ребенок на самом деле похож на Дэна. Она кивнула.

Стиви ей улыбнулась. В этот момент Эван почувствовала себя подростком, у которого есть отношения.

- Ага, мам, - сказала она. - Я тоже по тебе скучаю.

ГЛАВА 5

В понедельник утренний скорый, который должен был доставить Эван обратно в Нью-Йорк, опаздывал на 45 минут, поэтому она воспользовалась этим временем и перехватила чашку кофе в Старбаксе и проверила почту. Она получила два письма от Джонни Слоана. Джонни был ее приятелем по колледжу и сейчас работал заместителем генерального секретаря в Вирджинском Государственном архиве в Ричмонде. Эван послала ему номер черного Сааба, что был припаркован позади дома Таунсенда, и попросила его поискать сведения о его владельце.

Джонни обычно скулил, когда она просила его помочь, и ныл, что однажды из-за нее его вышвырнут вон, но всегда доводил дело до конца. Он был ей обязан. Три года назад на семинаре по Программе задержания насильственных преступников в Сан- Диего она практически уложила его в постель с женщиной, на которой он в итоге и женился. Эван считала, что пока длится их семейное счастье, она вправе получать оперативное обслуживание от профессионального сообщества.

Первое письмо Джонни было непримечательным - оно содержало только имя и адрес владельца машины и идентификационный номер Сааба. Второе письмо было немного более интригующим. Ну и ну. Эван отправила короткое письмо для Лиз в Государственный департамент, посмотреть, всплывет ли что-нибудь в ее базе данных. Затем она вошла в онлайн сообщество выпускников Йеля, используя пароль Дэна, и покрутилась там. Бинго. Она подумала, что это имя звучит знакомо. Таунсенд сказал, что ему нечего прятать - и надо же, как легко она обнаружила вот это. Она прикинула, что он, должно быть, говорил правду.

Она откинулась назад и пригубила латте, фыркнув от отвращения. Боже. Кофе в Старбаксе просто отстой. Он даже пах противно. Прямо-таки как эта работа. О чем, черт возьми, думал Дэн? Она не нужна была ему для этой мелкой ерунды, тянущей на учебную задачку. Она выудила телефон из сумки и отправила ему короткое сообщение с просьбой о встрече по его возвращению в Вашингтон.

Она улыбнулась, думая о предстоящем свидании за обедом. Но было не похоже, что она не насладится тем, что заставит Маркуса подавиться, представив ему свой отчет о расходах. Она надеялась, что в заведении Дэвида Берка имелась карта превосходных дорогих вин.

Жаль, что у нее не останется больше ни одного предлога, чтобы снова встретиться с красивой издательницей.

Жена Таунсенда была интригующей. И откровенной. И эта ее особенность удивляла. Эван размышляла, что Джулия еще могла бы захотеть ей открыть. Например, почему она до сих пор связана этим номинальным браком? Или что привело к тому, что она относится к Маркусу с таким презрением?

Нет. Как раз последнее не так уж и трудно выяснить. Любой, чей IQ перевалил за трехзначное число, мог видеть Маркуса насквозь. А Джулия Донн была очень умна. Уравновешена, красива и умна.

Она кинула взгляд на часы. Поезд опаздывал больше чем на час. Боже. Шевели задницей. Она сидела, постукивая телефоном по колену, и размышляла, стоит ли ей позвонить госпоже Донн и предупредить о возможном опоздании? Нет. У нее еще четыре часа - куча времени, чтобы добраться вовремя. И звонить ей так рано было излишне. Она вздохнула. И безосновательно. Она снова посмотрела на часы. Ну и кого она пытается насмешить? Она просто не хотела выглядеть жалкой.

Эван подумала, что именно такой она и была.

***

Когда она вошла в Дэвид Берк Таунхаус за мгновение до 13-30, администратор взглянул на нее из-за своей белой лакированной стойки и улыбнулся.

- Мисс Рид? Ваша гостья уже прибыла.

Прежде чем она успела удивиться, как он ее узнал, он подхватил меню и пригласил ее следовать за ним.

Эван старалась не открыть рот от изумления, пока шла между рядами столов и мягких кабинок. Здесь было полно зеркал, причудливых призведений искусства и диванчиков, обитых тканью такой пестрой расцветки, что любой леопард обзавидовался бы. Гоподи, подумала Эван. Как будто здесь гея на клочки разнесло. Декор был помесью красного, черного и белого. Она вспомнила, что Джулия сказала, что цены здесь высокие, но она ничего не упомянула о качестве кухни. Эван начала сомневаться в том, что правильно выбрала место для встречи. Любой из дюжины продавцов хот-догов, мимо которых она прошла по Восточной 61 ой улице, начинал казаться ей намного более лучшим выбором.

Администратор провел ее в небольшой отдельный кабинет в задней части ресторана, и она увидела Джулию, тепло поглядывающую на нее из-за углового стола, стоявшего рядом с открытым камином. Она была в черном костюме и строгой белой рубашке. Эван стало интересно, заранее ли та обдумала свой наряд. Неожиданно интерьер не показался уже таким оскорбительным.

Администратор придвинул ей стул, пока она садилась, затем протянул ей меню и удалился. Джулия ей улыбнулась.

- Я видела, как вы осматривались, пока шли сюда. Впечатляет, да?

Эван взяла салфетку. Она была размером почти с постельную простыню.

- Должна признаться, что я начала сомневаться в мудрости решения обедать здесь. Определенно тут - эклектично.

Джулия захохотала.

- Да уж, это определенно будет покруче, чем привычные интерьеры Холидей Инн.

Эван наклонилась вперед и понизила голос.

- А еда тут хорошая?

Джулия кивнула.

- О, да. К счастью, кулинарные таланты господина Берка значительно превосходят его слабенькие попытки в дизайне интерьеров.

- Слава Богу.

- Как прошел родительский день?

Эван улыбнулась.

- Родительский день прошел так, как и ожидалось - бесстыдная рекламная болтовня, поданная так, чтобы заставить нас не сожалеть о тех неприлично больших денежных суммах, которые мы выкладываем, чтобы наших дочерей научили, как гордо держать спину.

Джулия развеселилась.

- Ну и как, осанка вашей дочери улучшается?

- Рада сказать, что она все еще сутулится, как бы они не старались.

- Тогда она, должно быть, похожа на вас.

Эван удивилась

- Вы намекаете, что я сутулюсь? - против своей воли она выпрямилась на своем стуле.

Казалось, Джулия это заметила. Она улыбнулась.

- Нет. Я намекаю, что она, должно быть, разделяет вашу склонность к неподчинению.

Эван откинулась назад и внимательно на нее посмотрела.

- Я думала, я тут вас анализирую.

- Я не очень сложна для понимания. Боюсь, вы довольно быстро потеряете интерес.

Эван встретилась взглядом с ее синими глазами.

- Не думаю, что стоит слишком этого опасаться.

Их официант приблизился узнать, выбрали ли они уже себе напитки. Он посоветовал им прекрасное “Spragia Gamble Ranch Chardonnay” и описал его вкус как сухой, легкий и ярко выраженный - 125 $ за бутылку. Эван с энтузиазмом кивнула. Он улыбнулся и отбыл.

Джулия приподняла бровь.

- Так вы не шутили насчет отчета о затратах?

- О? Означает ли это, что вы не оплатите счет? Проклятье.

Джулия покачала головой.

- Боюсь, мое желание заставить Маркуса страдать можно описать как более глубинное.

Эван стало интересно.

- В смысле?

- Я бы с удовольствием не просто потратила его деньги, а достала бы его и посильнее, но на своем уровне, боюсь, могу его только за пятку цапнуть.

- Ну, тогда давайте объединим наши усилия. Вы можете хватать его за пятки - устрашающая картинка, между прочим, - а я буду тратить его деньги.

Джулия подняла стакан воды.

- Договорились.

Они чокнулись.

- Итак. Поскольку формально мы все еще обедаем за ваши монеты, о чем еще вы хотите меня спросить?

Эван раздумывала. О тысячах ответах на тот вопрос, который был задан - большинство из них не касались Энди Таунсенда. Но пока она не встретится с Дэном во вторник, она все еще работает на него. Все остальное должно подождать. Она вздохнула и посмотрела на Джулию, чье выражение лица было непроницаемо. Так было нечестно. Но в жизни вообще было мало справедливости. Она глотнула еще воды. Может, заполнить несколько пробелов, пока у нее был шанс.

- Вы встретили Энди в Йеле?

Джулия слегка подняла свой подбородок. На секунду Эван подумала, что та была разочарована.

- Да. Мы встретились, когда я была на втором курсе, на митинге демократов в Йеле. Выступал Билл Клинтон, а я и Энди входили в руководство комитета.

- Вы сразу же начали встречаться?

- Не сразу. У Энди уже была девушка - а я думала, что он высокомерный мудак.

Эван была поражена ее прямотой.

- Серьезно?

Джулия приподняла бровь.

- Это вас удивляет?

- Ну, нет. Но то, что вы использовали слово ‘мудак’, да.

Джулия засмеялась.

- Это вполне хорошее слово. Не предполагайте, что я не могу ругаться, как матрос, только потому, что я издаю книги Готорна (12) и Мелвилла (13).

- Прошу у вас прощения, - Эван фыркнула. - Вы, должно быть, от души веселитесь на Неделе флота.

Джулия улыбнулась, но промолчала.

Эван продолжила задавать вопросы.

- Полагаю, вы уже знаете, что Энди познакомился с Дэном, когда ездил за границу на третьем курсе?

- Да. Они отправились в Иорданию изучать затерянный город Петра.

- К тому времени у вас уже были отношения с Энди, правильно?

- Верно.

- Но вы не поехали заграницу?

- Да, поехала - только не в Иорданию. Я провела год в Оксфорде.

- Изучали семейный бизнес?

Джулия повеселела.

- Можно сказать и так.

Подошел их официант с вином. После того, как он их обслужил, он рассказал им о специальных предложениях для обеда. Они обе сделали заказ из трех блюд фиксированного меню. Эван пригубила холодное вино. Обычно она не особо жаловала Шардонне, но официант не ввел их в заблуждение: оно было очень хорошим.

Джулия поставила свой бокал вина.

- Вы не против, если я спрошу, как вы познакомились с Дэном?

Эван встретилась с ней глазами. На фоне избытка черного и белого они выглядели почти неоновыми.

- Это не так уж и отличается от вашей собственной легендарной любовной истории. Мы оба были в аспирантуре в Пенн (14), - она хихикнула. - Мы тоже встретились на митинге Билла Клинтона.

Джулия засмеялась.

- Похоже, что наш 42ой президент за многое в ответе.

- Да не то слово, - Эван вздохнула. - Но в моем случае это скорее относилось к слишком большому количеству текилы, которое сопровождалось внушительным вливанием нездоровых суждений.

- Серьезно?

- Ага. Скажем просто, случайное приключение на одну ночь завершилось подарком, который продолжает радовать.

- О? - Джулия скрестила свои руки на столе и наклонилась вперед.

- О, да, - вздохнула Эван. - Вы католичка, Джулия?

Джулия покачала головой.

- Конгрегационалист (15).

- Конечно, - Эван закатила глаза. - Ну. Позвольте мне сказать так: расти католичкой - это как идти по жизни со здоровущим куском туалетной бумаги, прилипшим к подошве твоего ботинка. Ты изо всех сил стараешься его не замечать, но когда дело доходит до драки, оказывается, ты просто не можешь его стряхнуть. А потом ты вдруг обнаруживаешь, что запуталась в нем в самое неподходящее время – например, когда понимаешь, что беременна в почтенном возрасте 24 лет.

- Боже милостивый.

- Точно, - Эван тряхнула головой. - Я знала, что это было полной ошибкой, знала, что не имела никакого права доводить все до этого. Знала, что была, возможно, наименее вероятным человеком на планете, чтобы когда-либо завести ребенка, - теперь она тоже наклонилась вперед. - Я категорически была и есть за возможность женщины выбирать, делать аборт или нет, но каким-то образом я просто не смогла этого сделать. Это было невероятное, сюрреалистическое затруднение для меня. Вдруг я очутилась в месте, в которое, никогда не думала что попаду - перед лицом выбора, который, никогда не думала, должна буду сделать, - Эван покачала головой. - Не было никакой заготовки, политической банальности, на которую я могла бы опереться. Ничего. И там был Дэн, умоляющий меня выйти за него замуж.

- Вы любили его?

Эван посмотрела на Джулию, как будто у той выросла вторая голова.

- Любила его? Черт, нет. Я трахнула его, Джулия. Один раз. Ради того, чтобы узнать, на что это похоже, - она засмеялась. - Это было нелепо. Я знала, что я гей.

Глаза Джулии уставились на нее без всякого выражения. Проклятье, эта женщина, должно быть, чертовски классно играет в карты.

- Но я все равно это сделала.

- Вы не вышли за него замуж, - это было утверждение, не вопрос.

- Нет. Но Дэн удочерил Стиви - и в своей бесцеремонной и неуклюжей манере, он в действительности довольно приличный отец. Он не выиграет приз за внимательность, но он и не слишком облажался.

Они молчали несколько секунд. Эван осознала, что она слишком разболталась. Это было на нее не похоже. Она уже прилично выпила. Отсутствие завтрака и выпитое вино давали себя знать - она начала мыслить расплывчато и почувствовала, как у нее кружится голова.

- Эй? - она помахала издателю бокалом. - Предполагается, что расследование касается вас, а не меня, - она хихикнула. - Может быть, мне следует позволить вам оплатить счет.

Джулия ей улыбнулась.

- Как насчет того, что я плачу в следующий раз?

Эван не смогла скрыть свою улыбку. Да. У нее кружится голова. И прямо сейчас это было просто прекрасным ощущением.

***

Вернувшись в Чаддс-Форд этим же вечером, Эван пристроилась на задней веранде с кружкой горячего чая и пыталась уяснить для себя, насколько далеко она готова зайти с этой работой по Таунсенду. Сам по себе сенатор, хоть и был не безупречен, представлял собой клон Уорда Кливера (16), что заставит любого прожженного сплетника потерять к нему интерес после того, как непристойные заголовки в газетах продержатся несколько дней. Он мог бы это выдержать, особенно если Дэн их опередит и выборочно организует утечку информации. Эван взяла желтый блокнот со стола, стоящего рядом с ее креслом-качалкой. Его хобби, однако, было же совсем другой историей.

Эван вздохнула. Боже. Это стало интересным - именно тогда, когда она решила отказаться от дела.

Лиз прислала ей ответное письмо из Департамента. Владелец черного Сааба обладал досье длиной в два километра. И большая часть информации была засекречена. Лиз не могла предложить ничего помимо этого, даже ей.

Эван и Лиз то сходились, то расходились с тех пор, как они познакомились два года назад в суши баре на Кей Стрит на танцвечеринке. В течение последних шести месяцев их отношения в основном были поставлены на паузу. Вероятно, Лиз на нее злилась, и этот обмен письмами был первым контактом, который начала с ней Эван с тех пор, как они провели вместе ночь после пьяной случайной встречи на прошлой Пасхе.

Дерьмо. Ей действительно нужно взяться за ум. Она в сотый раз подумала об обеденном свидании. Да брось. Нет никакой возможности. И даже если бы была, она на самом деле хочет помочиться в пруд Таунсенда? Это едва ли можно было назвать профессиональным. Она выпила весь чай и сидела, уставившись на пустую кружку. Ей захотелось выпить. Но она только начала избавляться от гудения в голове, которое досаждало ей весь день после того, как она выдула большую часть бутылки вина. Джулия выпила всего один бокал. Что это была за чертова сдержанность?

Сдержанность. Ага. Это подвело ее к другой мысли. Эван размышляла, какого размера столярный молоток сможет пробиться сквозь подобную сдержанность.

Когда они прощались, Джулия сообщила, что следующую неделю проведет в Филадельфии на конференции продавцов книг. И сказала, что позвонит Эван, если сможет освободиться. Они могли бы поужинать за ее счет, добавила она, и Эван закажет самое дорогое вино в меню. Эван вспомнила выражение лица Джулии, когда та это предложила - она подумала, что поймала проблеск чего-то потаенного за ее сдержанностью. Но она понятия не имела, что это было.

Эван вздрогнула, когда козодой приземлился на перила веранды, всего в нескольких шагах от нее. Он был полностью черным, и при свете полной луны она могла ясно видеть четкую окраску его крыла. Казалось, что он сидит, уставившись на нее в ответ. И было непонятно, кто из них был более изумлен странности того, что видит другого. Эван пребывала в замешательстве, потому что именно такие птицы, как правило, летели к южной границе штата где-то в конце августа. Остальную часть года им нравилось проводить в лесах, что высились позади ее участка и совершать быстрые вылазки после наступления темноты, чтобы поковыряться в лишайнике, покрывающем булыжники на северной стороне ее дома. Видеть одну из таких птиц в конце года была очень необычно.

Козодой продолжал смотреть на нее. Казалось, его взгляд говорил - ты такая же одиночка, как и я. И ты тоже застряла тут.

Ей трудно было спорить с такого рода логикой.

ГЛАВА 6

Дэн уставился на красную папку, которую Эван бросила на его письменный стол.

- Вот, - сказала она. - Я выбрала красную, потому что мне показалось, этот цвет отлично подходит к досье Эстер Принн (17). Ну, знаешь, алая буква и все такое.

Он был не в настроении играть с ней в ребусы. Не сегодня. Он уже потратил на это два часа времени, и все утро сражался с жуткой мигренью.

- Не собираешь мне поведать, что за хрень ты несешь?

- Да ладно, Дэн. Даже тебе удалось продраться через начальный курс английской литературы.

- Ага, - сказал он, открывая папку. - Я понимаю намек - но что думаешь ты?

Она села на погнутое офисное кресло, которое видало лучшие времена, и оперлась ногой о край его стола.

- Кого ты заставляешь побегать, чтобы получить чашку кофе в этом месте?

Он махнул рукой в сторону открытой двери.

- Там есть кофейник, рядом с ксероксом. Попробуй, если рискнешь - вероятно, он был приготовлен еще вчера вечером.

- Замечательно. Думаю, я подожду. Это не займет много времени.

Он взглянул на нее. Сегодня она была одета почти нормально. Серые слаксы. Блузка в сине-белую полоску. Девчачьи туфли. Он размышлял, что же вызвало такую перемену.

- У тебя собеседование или что? - спросил он.

Она встретила его взгляд.

- Вполне возможно.

Он закрыл папку и провел рукой по глазам.

- Сделай мне одолжение, просто скажи, что тут. У меня дикая мигрень, и у меня реально нет сил, чтобы играть в 20 вопросов.

- Хорошо, - сказала Эван. - Но, честно говоря, меня бы больше заинтересовало, чего тут нет.

- То есть?

- То есть твой мальчик Таунсенд выносит на улицу не только мусор. И не говори мне, что ты еще не в курсе о его внеклассных занятиях.

Дэн откинулся назад на спинку стула и вздохнул.

- Тебе не понадобилось много времени, чтобы выяснить это.

- О, отвали, Дэн. Даже комар с лоботомией мог бы выяснить это. Ее чертова машина была припаркована возле его дома, когда я приехала на встречу.

Дэн потер глаза.

- Господи.

- Это было типа прослушивания? Таким способом ты показываешь Маркусу, что я стою этих денег?

Он пожал плечами.

- Может быть.

Эван покачала головой.

- Я не нужна тебе для этого поверхностного дерьма.

- Нет, - он полистал содержимое папки. - Но ты мне нужна для этого, - он протянул ей копию доклада Лиз Берк из Государственного департамента.

Эван выдернула кусочек нитки из слаксов и щелчком отбросила ее.

- Это засекречено.

- И? Я думал ты и Лиз были близки? - Он изобразил пальцами кавычки в воздухе.

Она откинулась назад и скрестила руки.

- Мне следует удивиться, что ты все еще так похотливо интересуешься моей личной жизнью?

- Ты не осторожничаешь.

- В отличие от вашего мальчика, Таунсенда, у меня нет необходимости быть осторожной.

Он вздохнул. Никто не мог разозлить его так быстро, как умела это делать она.

- Короче, - он решил попробовать другой подход. - Как прошла твоя встреча со - Снежной королевой?

Она казалась равнодушной.

- Кого ты имеешь в виду?»

Он вздохнул. Он начинал терять терпение.

- Миссис ‘Это мы уже проходили'. Ты ушла от нее с чем-нибудь, кроме обмороженного тела?

- Вполне возможно. Но еще рано об этом говорить.

Он сузил свои глаза.

- Слишком рано говорить об этом? Какого черта это должно означать?

- Это должно означать, что слишком рано говорить об этом.

Он откинулся назад и потер свои виски.

- Маркус хочет знать, присоединится ли она к команде во время предвыборной компании.

- Маркус может поцеловать мою задницу.

Дэн фыркнул.

- Не искушай его, он всегда любил блондинок.

Эван закатила глаза.

- Я бы не стала рассчитывать на то, что миссис Донн будет исполнять на бис арию 'Стой рядом с твоим мужчиной' (18) на следующем съезде. Думаю, поезд уже ушел.

- Дерьмо.

- Ты едва ли можешь быть удивлен. Она довольно откровенна в своем заявлении. Делаю вывод, что ее охлаждение к сенатору не является свежей новостью.

Он поднял красную папку.

- Она знает об этом?

Эван пожала плечами.

- Ты мне скажи. Как долго у Таунсенда тандыр?

- Что?

Флуоресцентные лампы по потолке гудели так, что их шум был похож на царапанье ногтями по школьной доске. Его головная боль, наконец, решила прекратить метаться и очутилась в центре внимания.

- Тандыр, Дэн. У Таунсенда есть тандыр в его доме в Нью Кастле. Большой такой тандыр.

- Откуда, черт возьми, я знаю, сколько он там у него стоит? - Он посмотрел на нее. - Не все ли равно?

- Его 'жена' ненавидит индийскую кухню.

- Господи.

Эван подошла к столу и вытащила фотографию из кипы бумаг, находящихся внутри красной папки.

- Но бьюсь об заклад, она ее обожает.

Дэн уставился на портретную фотографию броской, темноволосой женщины. Надпись гласила, что это Марго Шеридан, лоббист Сталелитейной группы Тата. Она выглядела смутно знакомой, но он ее не узнавал. Он понимал, что Эван наблюдает за ним, ожидая его реакции. Он посмотрел на нее. Ее лицо было бесстрастным.

- Что?

- Не узнаешь ее?

- А должен?

- Признаю, что сейчас у нее немного больше вещичек, о которых рассказывают в “Women's Wear Daily”, чем когда она училась в Йеле, но не в твоем стиле забыть такое миленькое личико, - она вытащила еще одну фотографию из стопки. Он узнал ее сразу же. Это фото было снято в Иордании во время его поездки за границу. Он позировал на фоне Набатейского храма в Петре с Энди и Майей Джиндал. Он поднял глаза на Эван.

- Майя - это Марго Шеридан?

- Она неплохо преобразилась, не так ли?

Он откинулся назад.

- Какого хрена?

- Судя по размеру ее досье в Госдепе, я бы сказала, что основная работа Марго - распродавать квоты на выброс углерода для Индийских сталелитейных производителей - не единственная ее прихоть, которой она с таким азартом занимается.

- Ты не знаешь этого наверняка.

Она закатила глаза.

- Можешь назвать это интуицией.

- Мне нужно немного больше, чем интуиция, чтобы преподнести это Маркусу. А на данную минуту, Энди не повинен ни в чем, кроме того, что он жарил курицу в глиняной печи на пару со своей подругой по колледжу.

- Не уверена, что его жена согласилась бы с твоим мнением.

- Есть только один способ выяснить это.

Эван вздохнула.

- Ты же на самом деле не ожидаешь, что я буду той, кто напрямую спросит ее о любовнице мужа.

- А почему нет? Тебе неплохо платят.

- Дэн, я не гребаный частный сыщик со скрытой камерой, которого наняли нарыть компромат для развода. Ты мог бы сам делать свою грязную работу.

Он указал на папку.

- А мне это сейчас и не нужно.

- Да пошел ты.

- О, да ладно, Эван. Не пытайся сказать мне, что у тебя нет ни малейшего интереса разузнать, как много femme de glace (19) знает о золотой девочке из Тата. Он наклонился вперед. - Она также знала ее по Йелю.

От Эван не ускользнул этот подтекст.

- И что это предполагает?

- Скажем так, Майя известна тем, что играла за обе команды. Джулия не всегда имела ту репутацию святоши, которой пользуется сейчас, - он указал пальцем на Эван. - Ты и бывшая первая леди можете иметь намного больше общего, чем ты думаешь.

Эван сидела, разглядывая офис с непроницаемым выражением лица. Он видел, как барабанили ее пальцы по нижней стороне ее стула. Он знал, что она ждет, когда кровь перестанет стучать в висках, и она успокоится. Она была взволнована. Разозлена. И он был рад, что она не пила кофе, он был почти уверен, что этот кофе сейчас бы оказался на нем.

В целом, разговор можно было назвать вполне нормальным общением между ними двумя.

Прошла целая минута. Затем Эван снова посмотрела на него. Когда она заговорила, ее голос звучал ровно.

- Итак, что ты хочешь?

Ему пришлось здорово напрячься, чтобы не улыбнуться. Он знал, что поймал ее, и она тоже это понимала.

- Я хочу знать, что есть в этом файле Госдепа. И я хочу знать, насколько Джулия в курсе об Энди и Марго, и будет или нет она с нами сотрудничать, чтобы это утрясти, если все выйдет наружу.

- Если это выйдет наружу? - голос Эван был полон скепсиса.

- Хорошо, когда мы дадим этому выйти наружу. Мне нужно знать, будет ли она в команде, независимо от ее далеко идущих планов.

Эван ударила ногой в пол.

- Это воняет, Дэн. Это очень знакомое зловоние - такое же, что парит вокруг тебя всякий раз, когда ты впутываешься в дела Маркуса.

Он снова потер глаза. Эта головная боль прямо создана, чтобы войти в историю.

- Ну, к счастью, ты как раз та женщина, которая делает воздух чище.

- А не пойти бы тебе и не трахнуть самого себя, - она встала и направилась к

двери.

- Я хочу получить итоговый отчет к концу следующей недели, - сказал он ей в спину. - В пятницу Маркус встречается с председателем Демократического

национального комитета - мне нужно время, чтобы просмотреть его первым.

Она оглянулась в его сторону.

- Это влетит тебе в копеечку.

- Не сомневаюсь.

- Не думаю, что настолько. Она повернулась и пошла прочь.

Пару мгновений он сидел, вслушиваясь в гудение лампы дневного света над головой. Его пульс стучал в висках, как отбойный молоток. Господи. Он ненавидел, когда она оказывалась права.

ГЛАВА 7

Когда Джулия позвонила в среду утром, Эван поняла, что ждала ее звонка со страхом и предвкушением. Пока она не услышала голос издательницы в трубке, она не была уверена, какие эмоции вероятнее всего победят в том мысленном перетягивании каната, которое шло у нее в голове - она поставила бы на любой исход.

В тот день встреча Джулии закончилась в 16-30, и билеты на обратный вылет в Нью-Йорк были заказаны на утро четверга. Она остановилась в центре, в отеле – “Четыре Сезона” на Логан Сквер, и спросила, не хочет ли Эван встретиться с ней и поужинать в ресторане Фонтейн при отеле.

У Эван была идея получше.

- У тебя есть машина с водителем? - спросила она.

- Конечно. А что? Есть какое-то место, где ты хотела бы встретиться? - голос Джулии звучал так, что невозможно было понять ее реакцию, как и всегда.

- Можно сказать и так. Как насчет того, чтобы ты приехала в Чаддс-Форд и позволила что-нибудь приготовить для тебя? - на том конце линии воцарилось молчание. - Знаю, что это немного далековато, и я пойму, если ты предпочтешь остаться в городе.

- Наоборот, - голос Джулии казался довольно искренним. - Я просто пытаюсь понять, смогу ли я освободиться раньше и избежать пробок.

Перетягивание каната в голове Эван продолжалось. Прямо сейчас Команда

Предвкушения тянула сильнее. Но она прекрасно себя знала - Команда Страха без борьбы не сдастся.

- Отлично, - сказала она с большим спокойствием, чем чувствовала на самом деле. - Позвони мне, когда будешь в пути. Я напишу в смс, как до меня добраться, и ты дашь его почитать своему водителю. Сюда добираться всего 25 минут.

- Мне нужно беспокоиться о том, чем ты меня попытаешься соблазнить в еде?

Эван прикусила язык. Было слишком рано для их - в чем бы они, черт возьми, сейчас не находились - для такого остроумного ответа.

- Со мной беспокойство должно быть твоей реакцией по умолчанию.

- Уверена, что запомню это.

- Ты не пожалеешь.

Джулия рассмеялась.

- Красное или белое?

Эван думала об этом.

- По бутылке того и другого?

- Будет сделано. Я позвоню тебе позже, когда буду подъезжать, - она повесила

трубку.

Эван бросила взгляд на двойное фото Майи/Марго, которое стояло на ее столе, и на листок с пометками из файла, полученного из Государственного Департамента. Что-то екнуло внутри нее, и она села на деревянный стул, все еще сжимая телефон.

Страх. Она почувствовала страх.

***

За день до этого, Эван встретилась с Лиз Берк. Она села на поезд до Вашингтона, и они увиделись в баре Стэйт Плаза на Е Стрит.

Эван не стала оскорблять Лиз и притворяться, что приехала возобновить старые отношения. Они обе знали, зачем они встретились. После того, как официант поставил перед ними первую порцию Маргариты, Лиз откинулась назад и посмотрела на нее.

- Никогда бы не признала в тебе Мату Хари (20), - ее голос был хриплым, как будто она слишком много курила. Эван знала, что та пыталась бросить. То, как она беспокойно вертела соломинку, навело Эван на мысль, что Лиз не очень-то в этом преуспела.

- Думаешь, я приехала сюда трахнуть тебя, чтобы получить информацию? - в случае с Лиз, все что угодно, кроме прямого разговора, было бы пустой тратой времени.

- Давай посмотрим - я не слышала тебя шесть месяцев, и затем я получаю три е-мэйла, звонок, и все это в течение одной недели? Ага. Эта мысль приходила мне в голову.

На Лиз было очень много косметики. Она выглядела как будто персонаж мультфильма. Зато другие ее части выглядели довольно реалистично. Эван размышляла, что мадам госсекретарь думала о таком вырезе, какой сейчас был у Лиз. Может быть однажды, кто-нибудь ей заплатит, чтобы она это разузнала.

- Но ты все равно согласилась со мной встретиться? - Эван сделала глоток и содрогнулась. Текила. Плохой выбор.

Лиз засмеялась. И смех ее звучал неискренне.

- Почему нет? Каждая из нас может получить то, что хочет.

- У меня есть что-то, что ты хочешь? - вопрос прозвучал скромнее, чем подразумевалось.

Лиз кивнула.

- Насколько могу судить, - она наклонилась над столом. Ее уложенные светлые волосы пахли гвоздикой. - Я никогда не делала из этого тайны.

- Господи, Лиз. У тебя что, нет никакого самоуважения?

Она усмехнулась.

- Я работаю на Государственный Департамент. А ты как считаешь?

Против воли Эван засмеялась. Это было правдой. Продажа и покупка информации была работой Номер Один в Госдепе. И товар продавался за любой тип валюты. Она покачала головой.

Секунду Лиз смотрела на нее, молча.

- Что не так, Эванджелин? У тебя вдруг появился этот взгляд католической школьницы. Струсила?

Эван встретилась с ней глазами.

- Нет. Может быть, я только что осознала, что ты мне нравишься больше, чем, кажется, ты нравишься самой себе.

- О, пожалуйста. У меня уже есть психоаналитик. Я пришла сюда трахнуться, а не послушать лекцию о самореализации, - Лиз допила свою порцию и начала оглядывать зал в поисках официанта.

- Боже. Когда ты стала такой грубой?

Лиз уставилась на нее снова, как будто прицеливалась в перекрестье дробовика.

- Когда ты стала такой щепетильной? Ты не беспокоилась о приличиях, когда засунула руку в мои штаны в душевой кабине в Волф Трап в минувшую Пасху.

Эван вздохнула. Ей было не победить. Лиз была права, и она знала это. Она взглянула на часы. Она могла бы сесть на 10-ти часовой поезд и вернуться в Филадельфию, и у нее будут два часа, чтобы, сидя в темноте, сожалеть о том, что она собиралась сделать прямо сейчас.

Она допила текилу и бросила на стол 20 баксов.

- Давай снимем номер. Эти туфли меня убивают.

Лиз фыркнула и схватила свою сумочку.

- Не так сильно, как твоя совесть.

Лиз знала ее очень хорошо, и это сделало и без того поганую причину этой встречи еще гаже. Ей действительно пора было с этим завязывать.

ГЛАВА 8

Джулия добралась до дома Эван в Чаддс-Форд за несколько минут до 17-00. Водитель высадил ее и умчался, взметнув вверх гравий - сказав ей, что будет неподалеку, и ей достаточно позвонить ему за 10 минут до того, как она будет готова вернуться обратно в город. Эван была внутри, нарезая овощи для салата, когда услышала подъезжающую большую машину. Она вышла встретить Джулию, и они стояли вместе во дворе, перед главным входом, чувствуя себя немного неловко и смотря вслед ревущей машине, которая взлетела на холм и исчезла из вида.

- Я почти готова поцеловать землю, - призналась Джулия. - Эта поездка оказалась очень похожа на один из головоломных аттракционов в Диснейуорлде.

Эван подумала, что Джулия сама смахивает на аттракцион, для которого сама Эван не вышла ростом. Издательница была одета в черные джинсы и темно-синюю шелковую блузку. В естественном свете ее волосы отливали каштановым цветом. Они свободно лежали вокруг ее плеч.

Она знала, что пялится. Ей нужно было что-то сказать. Джулия стояла, обернувшись к ней с типичным выражением лица, по которому ничего нельзя было прочесть.

- Ты вообще-то не похожа на искательницу острых ощущений. Это было довольно правдиво.

Джулия протянула холщовую сумку с двумя бутылками.

- Ты будешь удивлена.

Эван взяла сумку.

- Это вряд ли. Меня трудно удивить, - она заглянула в сумку. Одна белого. Одна красного. - Что у нас тут?

Джулия пожала плечами.

- Честно, понятия не имею. Я попросила сомелье выбрать две бутылки вина, которое бы подошло ко всему. Он, казалось, обиделся сначала, но довольно быстро пришел в себя, когда я попросила его убедиться, что они будут дорогими.

Эван рассмеялась.

- Может, мы откроем одну и попробуем, насколько впечатляет твой кредитный лимит?

- Только после того, как ты покажешь мне этот потрясающий дом, - Джулия показала на сельский дом 18го века, который принадлежал нескольким поколениям семьи Эван.

Эван обернулась и посмотрела на дом. Это был типичный для долины Брендивайн Ривер дом из бута, - с двумя этажами, с парой черных и белых ставен на передних окнах. Он был небольшим, но без Стиви казался огромным. Было удивительно, как болтовня дочери и устраиваемый ею беспорядок заполнял пустоту в ее жизни.

- Конечно. Давай войдем внутрь, и я тебе все покажу.

Джулия последовала за ней через лужайку к входной двери.

- Ты давно здесь живешь?

Эван кивнула.

- Около 12 лет, с тех пор, как умер мой дед. Но большую часть моего детства я провела тут - уикенды, лето. Каждый раз, когда моя мать могла от меня избавиться и сбежать с очередным любовником.

- А твой отец?

Они уже зашли внутрь. Эван закрыла большую входную дверь, и они стояли лицом к лицу в маленькой темной прихожей.

- Он никогда много не значил - ни в жизни матери, ни, тем более, в моей. Я даже не знаю, где он сейчас.

- Мне жаль, - это прозвучало искренне. Эван заметила грусть в ее глазах.

- Не стоит. Он был задницей. Но он побудил сделать меня одну вещь.

- Что именно?

- Он заставил меня позволить Дэну активно участвовать в жизни Стиви.

- Звучит так, как будто ты приняла отличное решение.

Эван кивнула.

- Я тоже так думаю. Но для меня важнее всего, что и Стиви думает также. В этом случае ее мнение единственное, которое действительно имеет значение.

Она обвела рукой маленькое пространство, где они стояли.

- Итак, это, ясное дело, прихожая. Эти лестницы ведут в мансарду - там две спальни и небольшая ванная. Как раз за твоей спиной гостиная, и за ней есть маленькая комната, которую я использую как кабинет.

Джулия повернулась и прошла в среднего размера комнату с полом из широких досок и каменным камином с выступом перед ним. Она вовсе не выглядела тут неуместно. Но Эван предполагала, что Джулия Донн в любом месте, где ступала ее нога, выглядела бы так, как будто она там родилась.

- Это очаровательно. Я люблю старину, - она провела пальцем по оловянным звездам, узором вбитым в дверцу дубового буфета. - Они все фамильные?

Эван вошла вслед за ней в комнату.

- Большинство, да. Я прикупила кое-что еще в течение года.

В этой комнате был низкий потолок, и Джулия казалась даже выше, чем была.

- У тебя замечательный вкус. Мне нравятся цвета.

- По большей части это заслуга - Поттери Барн (21).

Джулия улыбнулась, когда взяла в руки рамку с фотографией Стиви.

- Это твоя дочь?

Эван кивнула, приблизилась и встала позади нее.

- Ага. Это было в августе в Кейп Мэй. Наш последний уикенд вместе, до того как она уехала в Эмму.

Джулия изучала фото.

- Она красивая.

Эван была польщена.

- Спасибо. Она похожа на Дэна.

Джулия встретилась с ней глазами.

- Она похожа на тебя.

Они уставились друг на друга. Эван недовольно подумала, что, вероятно, она покраснела. Это было проклятьем - одним из многих, что сопутствовали людям со светлой кожей.

- Ну, - она приподняла холщовую сумку. - Давай вернемся на кухню и откроем одну из них. У нас есть еще примерно час до того, как будет готов обед.

Джулия поставила обратно рамку с фотографией и скрестила на груди руки.

- Итак, чем ты меня будешь угощать?

- Беспокоишься?

- Мне нужно беспокоиться?

Эван посмотрела на нее.

- Я думала, мы уже закрыли эту тему.

Взгляд Джулии ничего не выражал. - Ну ладно, хорошо.. Да, признаюсь, что чуточку волнуюсь.

- Неужели? - Эван была заинтригована. - Сгораю от нетерпения узнать, в чем еще ты можешь признаться.

- Не знаю. Может, тебе следует спросить что-нибудь, тогда и узнаешь.

Голова Эван закружилась от этой игры в 3-Д шахматы. У нее не было практики.

- Думаю, мне сначала нужно что-нибудь выпить для храбрости.

Джулия засмеялась и, оттолкнув ее, направилась в кухню.

- И кто теперь беспокоится.

***

Кхорешт фэсенджан - тушеная курица в грецких орехах, корице и гранатовом соусе - казалась совершенным блюдом для этого вечера. Не совсем терпкое. Не совсем сладкое. Не совсем острое. Но достаточно интересное, чтобы захотеть откусить еще кусочек, чтобы попробовать разгадать загадку. Для Эван это блюдо было похоже на Джулию, и поэтому казалось естественным выбором.

А Джулия, которая дала понять, что не любит индийскую кухню, казалась довольной повседневной персидской едой. Было достаточно тепло, и они сидели на свежем воздухе за маленьким столом на заднем дворе дома Эван, и глазели на лужайку, которая по большому счету была пастбищем. Она спускалась к участку, которая отделяла ее владения от соседской фермы. Коровы паслись в отдалении или тяжело ступали, чтобы напиться, к медленно текущему потоку, который вливался в Брендвайн Ривер. Сцена была настолько буколической и безмятежной, что Эван почувствовала необходимость извиниться, и не совсем понимала, почему.

- Думаю, кажется странным, что я тут живу.

Джулия скользила взглядом по полю, но прервалась и посмотрела на Эван. Она выглядела озадаченной.

- Почему ты так думаешь?

Эван пожала плечами.

- Я не уверена, что так думаю. Но я подумала, что это может не соответствовать тебе.

Джулию, казалось, позабавили слова Эван.

- Вовсе нет. Думаю, это имеет смысл.

- Да? Почему?

- Учитывая, чем ты зарабатываешь себе на жизнь, могу вообразить, что отступление в такое место - лишенное искусственности - желанная смена обстановки.

Эван рассмеялась.

- Полагаю, так и есть. Я через это проходила, когда была подростком.

- Как так?

- Моя мать жила в менее-чем-желанной части южной Филадельфии, и приехать туда было как телепортироваться в другую солнечную систему. Невозможно было поверить, что мой другой мир - с янки, хоккеем в Спектруме и барами на каждом углу - существовал всего в пару милях севернее по первому шоссе.

- Понимаю, что ты имеешь в виду.

Эван сомневалась.

- Разве ты не провела большую часть жизни в Нью-Йорке?

Джулия кивнула.

- Исключая то время, когда я училась в школе-интернате в Эксетере - мое отступление, - Джулия покачала головой. - Я забыла, что, вероятно, ты уже знаешь обо мне так же много, как и я.

Эван покраснела.

- Прошу прощения за это. Думаю, это кажется довольно обескураживающим и неприятным.

- Нет - когда ты выходишь замуж за политика с карьерой, ты ставишь галочку напротив своей личной жизни в кабинке для голосования.

Эван не стала заострять внимание на этой фразе. Она знала, что они к этому еще вернутся. А пока она хотела игнорировать тот факт, что Джулия была приложением к Энди Таунсенду. После сегодняшнего вечера она сомневалась, что получит еще один шанс поговорить с ней на такие дружеские темы.

- Почему ты назвала Эксетер своим отступлением? - у нее были свои причины для этого вопроса. Она размышляла, чувствует ли Стиви то же самое в отношении Эммы.

Джулия сделала глоток вина. Они пили уже вторую бутылку. Это было прекрасное белое бургундское “Domaine Paul Pernot”.

- Дома меня не так уж и поддерживали. Я была единственным ребенком, и мои родители спроектировали мое будущее точно так же, как они спроектировали расширение издательства. Фактически разница в методах была почти неразличимой. Их идеи воспитания детей имели больше общего с интенсивным курсом по слиянию и поглощению, чем с идеями, выдвинутыми доктором Споком (22). Четыре года, проведенные в Эксетере, дали мне некоторое свободное пространство и шанс, по крайней мере, представить другую жизнь - прежде чем я вышла навстречу моей судьбе.

- Которая была какой?

Джулия взглянула на нее своими невероятно синими глазами, которые ничего не раскрывали.

- Поступить в Йель. Удачно выйти замуж. Позаботиться о семейном бизнесе.

Эван была не готова к такому откровенному ответу.

- Ну, полагаю, есть судьбы и похуже.

- Неужели? Не могу представить много из тех, которые оказались бы хуже моей.

Обе некоторое время молчали. Эван крутила ножку бокала между пальцами.

- Признаюсь, не знаю, что и ответить.

- Да? - впервые, в голосе Джулия, казалось, послышались эмоции. - Я должна сделать вывод, что ты еще не знаешь об Энди и Майе Джиндал?

Эван была полностью шокирована - настолько, как если бы Джулия внезапно схватила аккордеон и начала исполнять хиты на всеамериканском шоу аккордеонистов.

- Господи. А тебе палец в рот не клади.

- Нет. Я полностью оставила эту забаву моему мужу.

Она не засмеялась, и из-за того, что внешний свет начал угасать, а маленькая масляная лампа на столе не была настолько яркой, Эван не увидела, ожидала ли от нее Джулия веселого комментария. Она не могла определить это и по ее тону. Впрочем, как раз в этом не было ничего нового.

- Ты не слишком откровенничаешь, да?

Джулия не казалась встревоженной.

- Не думала, что мне придется с тобой откровенничать.

По какой-то причине этот ответ ее разозлил.

- Нет. Полагаю, не думала. Да, я знаю об Энди и Майе. Однако я не была уверена, что ты в курсе.

- Ты собиралась мне рассказать?

- Честно говоря, не знаю.

Джулия вздохнула. Она протянула бокал.

- Можно мне еще немного вина, пожалуйста?

- Конечно, - Эван взяла бутылку из ведерка и наполнила их бокалы. Когда она закончила, она пихнула теперь уже пустую бутылку обратно на ее место в тающий лед с большей силой, чем намеревалась. Часть напитка пролилась на стол.

Через секунду Джулия спросила.

- Ты раздражена?

- Да.

- Могу я спросить, почему?

- Потому что неделю назад моя интуиция подсказывала мне, чтобы я прекратила эту работу. Теперь я жалею, что не сделала этого.

- Из-за меня?

Эван кивнула.

- И меня, - она подняла руку и потерла лоб. - Я не очень нравлюсь себе прямо сейчас. Мне не нравится, кем я должна быть, занимаясь этой работой.

- Это звучит довольно зловеще. Есть что-то еще, кроме неверности Энди, чего я не знаю?

- Я не говорю о его неверности - я говорю о своей.

И снова воцарилось молчание. Затем Джулия заговорила спокойнее.

- Теперь я не знаю, что сказать.

Эван вздохнула.

- Прости. Я плохая хозяйка. Она показала на их пустые тарелки. - Хочешь еще что-нибудь съесть?

- Нет. Я сыта. Прекрасная еда - ты довольно прилично готовишь.

- Ну, у меня обычно неплохо получается все то, к чему в итоге можно добавить

рис.

- Это было вкусно, - она улыбнулась. - Я действительно подумала, что ты попытаешься обманом заставить меня съесть что-то с карри.

Эван рассмеялась.

- Не на первом свидании, - слова вылетели из ее рта, прежде чем она сумела их проглотить. Господи боже. Что за идиотка. Они сидела и чувствовала, как растет ее паника. Она была рада, что тусклый свет скрывал ее лицо. Она знала, что покрылась пятнадцатью оттенками румянца.

- А это свидание? - голос Джулии звучал почти весело.

- Ты мне скажи, - она знала, что терять уже нечего.

Прошла секунда, прежде чем Джулия ответила. Она показалась вечностью.

- Ты действительно полагаешь, что я рискнула бы сюда приехать с этим Шумахером за рулем, если бы думала по-другому?

Эван поборола порыв радостно вскинуть кулак вверх.

- Я не знала, что ты подумала.

- Ну теперь, когда ты знаешь, может, ты немного расслабишься и спросишь меня насчет Майи, - она остановилась. - Предпочту, чтобы ты услышала это от меня, чем от Энди - или от нее.

Эван тряхнула головой.

- Я не знаю, хочу ли этого, - она встретилась с ней глазами. - Я в смятении.

- Насчет чего?

- Насчет всего, - она наклонилась к Джулии. - Поверь, я никогда не предполагала, что так случится.

- Я тоже.

Эван все еще не верила своим инстинктам.

- Мы говорим об одном и том же?

Джулия пододвинулась на своем стуле вперед. Их лица находились в паре сантиметров друг от друга.

- Думаю, да.

Пульс Эван начал расти. Это было то развитие ситуации, в котором она не нуждалась. Это бы усложнило все, и не было никакого чертова шанса, что все пойдет хорошо. Однажды она пробежала марафон - все 42 километра 195 метров. И выносливость, которая потребовалась, чтобы остаться на ногах после бега в течение пяти с половиной часов, была ничем в сравнении с теми усилиями, которые она прилагала сейчас, чтобы отодвинуться на двадцать сантиметров от Джулии.

Она откинулась на стул.

- Я не хочу облажаться, - эти слова звучали для нее непривычно. Она вспомнила прошлую ночь с Лиз. Ее желудок скрутило. На секунду она подумала, что ее сейчас вырвет.

- А ты думаешь, что можешь? - это прозвучало искренне. И она не казалась рассерженной.

- Черт, да. Рассчитывай на это.

- Не хотела бы, - Джулия тоже откинулась назад. - Тогда хорошо. Давай определимся с правилами наших отношений.

Эван взглянула на нее в изумлении.

- Ты довольно спокойна насчет всего этого.

- Стараюсь быть, когда это важно.

- Думаешь, ты можешь меня научить, как оставаться такой?

- В действительности, я не считаю, что могу тебя научить хоть чему-нибудь,

Эван.

Проклятье. Эван осознала, что ее руки сжали край стола. Костяшки ее пальцев свело судорогой. Дистанция. Ей нужна дистанция. И побыстрее.

- Хорошо. Правило первое: мы ничего не делаем, пока я собираю информацию об Энди.

Джулия сложила руки на груди.

- Значит никаких больше 'свиданий'?

- Я этого не говорила.

- О. Я ошиблась. Полагаю, у тебя более широкое определение «ничего», чем у

меня.

- Это развернутое понятие.

Джулия улыбнулась.

- Правило второе: ты рассказываешь мне все, что, как ты думаешь, мне необходимо знать о тебе и Энди - об Энди и Майе - и о тебе и Майе. Ненавижу признавать, но у меня нет смелости продираться сквозь твое прошлое так же, как я вынуждена копаться в его.

- Согласна.

- Правило третье, - Эван подумала минуту. Ей ничего больше не приходило на ум. - Полагаю, нет никакого третьего правила.

Джулия удивилась.

- И это все?

Эван кивнула.

- Думаю, да.

Джулия подняла бровь.

- Напомни мне, никогда не нанимать тебя вести совет директоров.

Эван захохотала.

- Ты бы сэкономила состояние на кэйтеринге.

- И осталась бы без последней рубашки.

Это был тот образ, к которому Эван торжественно пообещала себе вернуться позже, когда она останется одна и действительно сможет подумать об этом. Но Джулия не закончила.

- Как насчет того, если я приведу несколько моих условий?

- Хорошо.

- Я бы хотела знать все, что ты обнаружишь об Энди, и что касается меня, до того, как об этом узнает Маркус.

Это казалось обоснованным. И она не просила Эван дать ей право на цензуру.

- Хорошо.

- И я бы хотела, чтобы ты пообещала мне, что ты не сговоришься за моей спиной вынудить меня помогать Энди или партии - если только я сама не захочу им в чем-нибудь помочь.

- Конечно.

Джулия замолчала.

- Это все? - Эван подумала, что у нее будет больше требований.

Джулия встретилась с ней глазами.

- Есть еще кое-что, о чем я вынуждена упомянуть.

- Что?

- Я не совсем 'открытый гей' - и для этого есть несколько серьезных причин, которыми я буду рада поделиться с тобой позже. Но я не хочу, чтобы ты неправильно истолковала мое поведение на публике, как указание на двойственность. До тех пор, пока моя ситуация с Энди не разрешится, мне необходимо осмотрительно себя вести. Это часть сделки, которую мы заключили, когда наш брак развалился, - она заколебалась. - И есть еще несколько долгоиграющих семейных осложнений, и этот фактор тоже нужно учесть.

- Хорошо, - Эван не почувствовала большого оптимизма. Это не представлялось простым делом или не закончится быстро.

Джулия допила вино.

- Ну. И что дальше?

В голове Эван промелькнула сотня мыслей, но большинство из них могли подождать. И если кинуть взгляд на происходящее, вероятно, ждать придется долго. Она вздохнула. Попытки взяться за ум могли реально пойти прахом.

Она отодвинула стул и встала.

- Как насчет того, чтобы мы вошли в дом, и я приготовлю нам кофе? А затем мы можем сидеть при свете, и ты расскажешь мне о Майе Джиндал.

Джулия криво усмехнулась.

- Ну вот, все настроение испортилось.

Она тоже встала. И опять Эван была поражена ее преимуществом в росте. Сегодня, казалось, все преимущество находилось на стороне Джулии. Она стали собирать тарелки и столовые приборы.

- Знаешь, - произнесла Джулия. - Есть кое-что, чего бы мне очень хотелось?

Эван боялась спросить, но знала, что должна была это сделать. Она наклонилась и задула масляную лампу.

- И что же это?

- Мне бы хотелось познакомиться с твоей дочерью.

Эван улыбнулась. Может, и у нее были преимущества.

***

- Это случилось лишь однажды. Джулия сидела, поджав ноги, в пухлом кожаном клубном кресле. Она сбросила туфли на пол рядом с оттоманкой. Эван глазела на них, пока та говорила. Они были странными, почти комичными. Желто-черные создания, выглядящие как те поношенные ботинки, что выдаются в боулинге, но, вероятно, стоящие больше, чем Эван зарабатывала за неделю. Ну, пока не подвалила эта работа. Маркус собирался платить за нее бешеные деньги.

Эван сидела на краю маленького дивана боком к Джулии. Она знала, что было бы рискованно сидеть рядом с ней, поэтому она испытала облегчение, когда они с чашками кофе переместились в гостиную, и Джулия устроилась в большом кресле.

- И я знала, что это было ошибкой, - Джулия посмотрела на Эван.

- Ошибкой? - Эван подтолкнула ее вопросом, потому что Джулия выглядела так, как будто этого ожидала, а не потому, что сильно желала услышать всю историю. На самом деле, она не хотела слушать что-то подобное. Ее тошнило. Тошнило от слишком большого количества вина и слишком малого количества сна. Тошнило от неровных вспышек воспоминаний о предыдущей ночи с Лиз. Тошнило от откровений, высказанных за ужином, которые намекнули, что возможно, а что невозможно иметь с женщиной, сидящей перед ней. Это все нагромоздилось за внешним спокойствием, которое она усиленно старалась излучать.

- Все началось намного раньше, когда я обручилась с Энди. В Йеле он был на курс старше меня и закончил школу права в Колумбийском университете. Майя тоже там училась, посещала курс МБА. Тогда мы много времени проводили втроем. Когда бы я ни уезжала в Нью-Йорк, Майя была там. Она прилипла к Энди, как банный лист, - Джулия покачала головой. - На самом деле, я не волновалась на этот счет - это просто казалось нормальным. Она посмотрела на Эван. - И Майя уже встречалась с Томом Шериданом. У них, казалось, были довольно серьезные отношения, они говорили о переезде в Северную Вирджинию после того, как она завершит свое обучение. Он готовился к своим первым выборам в Конгресс.

- От Мэрилэнда? - как ни странно, однажды Эван видела Тома Шеридана на мероприятии на Кей Стрит, которое проводилось в “Ройял Датч Шелл”. Это случилось за несколько месяцев до его преждевременной смерти в Аспене. Конгрессмен, избранный на свой пост уже в третий раз, будучи в отпуске с приятелями по Йельскому братству, решил выдуть целую бутылку “Wild Turkey”, а затем попытать счастья и спуститься с откосов на Пике Лог. Спасателям потребовалось два дня, чтобы найти то, что от него осталось.

- Верно. Том был одним из тех, кто заинтересовал Энди проблемой альтернативных источников энергии. Они даже создали совместный информационный доклад для Совета по Изменению климата в ОНН. Это был тот доклад, который запустил Энди на национальную орбиту.

- И какая во всем этом была роль Майи?

Джулия откинула голову на спинку кресла и сидела, разглядывая Эван.

- После смерти Тома Майя - или Марго, как она тогда предпочитала, чтобы ее называли, - закрепилась в нашей жизни. Энди ужасно переживал несчастье с Томом - он чувствовал себя ответственным.

Это пробудило интерес Эван. Она читала новости об этом несчастном случае.

- Почему он чувствовал себя ответственным?

- Он был в поездке в Аспене и большую часть того дня провел в домике с Томом, напиваясь. Том равнодушно относился к катанию с гор, но хвастался, как он собирается покорять трудные склоны - и большинство парней в той поездке поддразнивали и подстрекали его.

- Включая Энди?

Джулия кивнула.

- Но никто не ожидал, что он запрыгнет на лыжи и попытается спуститься в одиночку. Это было безумием. У него даже не было разрешения подняться туда. Уровень алкоголя в его крови зашкаливал, когда они нашли его. Энди был опустошен.

Эван медленно выдохнула.

- Могу понять почему, - она наблюдала за Джулией в полной тишине минуту. Та поставила на столик свою чашку с кофе и теперь сидела, скрестив руки на животе, и выглядела замкнутой. Эван догадалась, что это была рефлексивная поза.

- Итак, что насчет тебя и Марго?

Джулия посмотрела на нее. На этот раз ее взгляд казался открытым. И это ее изменило. Она выглядела моложе. Эван подумала, что уязвимость ей к лицу. Черт - ей все было к лицу.

- После несчастного случая Марго получила работу в “Корус Америка” в Вашингтоне. И это надежно вынесло ее на орбиту Энди. И мою. Я часто ее видела, когда посещала различные официальные мероприятия в Делавере с Энди. Она, казалось, постоянно путалась под ногами.

Мелькнула вспышка белого света, и они услышали, как вдалеке громыхнуло. Это удивило Эван. Прогноз погоды не обещал никакого дождя. Но в эти дни они и были редки. Бури прикатывали без объявления, подобно нежелательным членам семьи. Джулия вздрогнула.

- Тебе холодно? - спросила Эван, потянувшись за красным покрывалом из овечьей шерсти, которое так любила Стиви.

Джулия ей улыбнулась и взяла одеяло.

- Спасибо. Думаю, что причина больше в теме разговора, чем в погоде, - она накинула его на плечи. - Обычно, я не такая размазня.

- И вовсе я не думаю, что ты размазня.

Джулия встретилась с ней глазами.

- Нет? Ну, тогда приготовься, потому что ты сейчас будешь разочарована.

Эван почувствовала приступ паники. Молния сверкнула снова. Раскаты грома на этот раз звучали ближе. Она кинула на Джулию взгляд, который, как она надеялся, выражал больше уверенности, чем она ощущала.

Джулия все еще смотрела на нее.

- Как ты там сказала о Дэне? Что ты трахнула его один раз, чтобы просто посмотреть, на что это похоже?

Эван почувствовала, как на ее затылке волосы начали вставать дыбом. Она кивнула.

- Да, верно.

Все еще казалось неправильным слышать слово типа «трахнуться» из уст Джулии. Это не соответствовало идеализированному ею образу Джулии. Это также дисгармонировало, как и эти чертовы желтые туфли. Она поняла, что ее фантазия грозилась к чертям взорваться, и она не хотела, чтобы это произошло. Она хотела повернуть часы вспять. Отменить ее приглашение на ужин. Встретиться с Джулией в городе, как они и планировали вначале. Встретиться в каком-нибудь общественном месте, где такого разговора не могло бы никогда произойти.

Джулия вздохнула.

- Однажды вечером, когда Энди был в Дувре, Марго появилась в нашей квартире в Нью-Йорке. Она была в городе на собеседовании в “Корпорейт Найтс” и позвонила узнать, не захочу ли я присоединиться к ней на поздний ужин. Я ничего такого не подумала - мы редко что-то делали вдвоем. Я узнала ее достаточно хорошо на протяжении всех этих лет, даже несмотря на то, что, прежде всего, она была другом Энди, - она горько засмеялась. - Все быстро изменилось.

Эван услышала, как во дворе заколотил дождь. Еще раз прогремел гром. Лампа на столе позади дивана мигнула. Эван надеялась, что электричество не подведет. Казалось, Джулия не обратила внимания.

- После ужина мы вернулись в квартиру и немного выпили. У меня была чудовищно тяжелая неделя на работе - совет директоров противился некоторым кадровым изменениям, которые были для меня очень важны. Я был в раздражительном настроении и эмоционально истощена, - она посмотрела на Эван. - Я не оправдываюсь. Я знала, что делаю. Я просто думаю, что при нормальных обстоятельствах я могла бы принять другое решение.

Эван молча смотрела на нее. Джулия продолжила свой рассказ.

- Майя - Марго - всегда была внимательна ко мне. Я замечала это время от времени, но всегда игнорировала. Я знала, что у нее были отношения с женщинами в колледже - но в те дни это не было чем-то действительно необычным в Йеле. Думаю, я предпочла не видеть подобное, с тех пор как усердно сама пыталась избежать таких проблем, - она сделала глубокий вздох, прежде чем продолжить. - Понимаешь, я всегда знала, что у меня есть склонность к женщинам - у меня никогда не было мужества или средств, чтобы это попробовать. Это было бы для меня невозможным. Даже в Йеле, когда я могла бы что-то предпринять на этот счет, я не стала этого делать. Это не было частью бизнес-плана. И никогда бы не вписалось в ту жизнь, которую наметили для меня родители - жизни, на которую я купилась почти с детства. Не было никаких сомнений, что я хотела бы делать, - в том, какой выбор я хотела бы сделать. Я была Донн. А Донн делают что-нибудь одно, - она снова замолчала. - До той ночи.

Эван сидела, постукивая пальцами по краю диванной подушки. Остановись! Она хотела, чтобы Джулия остановилась. Ей не нужно все это знать. Маркус этого не заказывал. Это не было частью работы.

- Ты не должна мне это рассказывать, - она протянула ей руку. К ее удивлению, Джулия взяла ее. Она зажала пальцы Эван как в тиски. Ее рука была мягкой и горячей.

- Я расскажу. Я хочу, чтобы ты знала, - она выпустила руку Эван. - Я пошла на кухню приготовить нам еще напитков, и Марго проследовала за мной. Весь вечер она со мной флиртовала - близко сидела рядом со мной в такси, прикасалась ко мне и терлась о меня, сидя рядом, когда мы ужинали. Все это пронеслось в моей голове. Я устала бороться с этим - или бороться с ней. Мы с Энди спорили - он хотел, чтобы я проводила с ним больше времени в Делавере, а я сопротивлялась. Для меня было ясно, что все начинало рушиться. Он уже поговаривал о выборах в Сенат, после того как закончится его губернаторский срок. Я знала, что мне не хватит на это сил. Я думаю, что на каком-то уровне, он это тоже понял. И, конечно, вокруг нас была Марго - готовая подобрать куски от нас обоих.

Дождь полил сильнее. Молнии сверкали быстрыми вспышками - и их невозможно было сосчитать.

- Когда она дотронулась до меня на кухне, я знала, что собираюсь это сделать. И она тоже это знала, - Джулия тряхнула головой, как будто пытаясь ее прояснить. - Это было ужасно и невероятно, в одно и то же время. Я ненавидела ее. Ненавидела, потому что это казалось правильным. Наконец-то, что-то в моей жизни было правильным, - она взглянула на Эван. Ее глаза были тусклыми. - Позволило мне, наконец, сделать что-то правильно благодаря всем неправильным причинам.

Эван не знала, что сказать, поэтому ничего и не сказала. Они сидели в тишине, слушая грозу. Наконец, Джулия заговорила снова.

- Я рассказала Энди, конечно. Я была уязвлена. Виновата. И я хотела, чтобы он знал о Марго.

- Как он отреагировал?

- Никак. Пожал плечами и сказал: «Дерьмо случается». Я была ошеломлена. Это ничего изменило для него, но для меня изменило все. Конечно, - она посмотрела на Эван, - тогда я еще не догадывалась, что он тоже трахал Марго.

- Господи.

- Ну, это в двух словах.

Громкий рокот потряс дом. Свет в комнате снова мигнул и затем погас. Эван застонала.

- Боже. Останься тут - дай мне проверить предохранители.

- Предохранители? - недоверчиво спросила Джулия.

- Ага. Добро пожаловать в загородную жизнь, - она стала и осторожно пошла к буфету, где хранила фонарь. Она включила его и посветила голубым лучом обратно в гостиную, где сидела Джулия, завернутая в красное одеяло Стиви. Оно выглядело фиолетовым в галогенном свете. Джулия сидела неподвижно, как ледяная скульптура - смесь синего, черного и фиолетового. Ей вспомнился комментарий Дэна - femme de glace. Затем, в узком пучке света, Джулия ей улыбнулась.

Дэн был полным идиотом

Эван повернулась к лестнице, которая вела в подвал с земляным полом.

- Вернусь молниеносно. Никакой игры слов, - слова поплыли обратно к ней, отдельным потоком. Все казалось отдельным. Она была рада, что погас свет. Это дало ей повод встать и попытаться собрать себя воедино. И дало шанс им обеим отдышаться.

Эван спустилась по деревянным ступеням. Подвал пах плесенью. Должно быть, где-то сюда затекала вода. Вероятно, через эти парники, которые ее дед соорудил вдоль южной стороны дома. Она направилась к старинным предохранителям. Да. Один из них взорвался. Она заглянула на полку рядом с металлической коробкой, ища запасной, и произнесла по себя благодарственную молитву, когда обнаружила 5-амперную пробку - последнюю. Ей придется проехаться в “Хилс Хардвэ” и купить еще - особенно, если эти нелепые бури продолжатся. Господи. Действительно, вот там и льет. Пока она ввинчивала новый предохранитель, она думала о работе Энди по изменению климата. Может быть, ей следует прочитать некоторые из его чертовых документов.

Как только она замкнула цепь, свет зажегся вновь. Секунду она стояла, прислонив лоб к холодной металлической дверце электрощитка. Затем она развернулась и стала подниматься по ступеням. Время для шоу.

Когда Эван вернулась в гостиную, Джулия была на ногах, роясь в своей сумке. Она подняла глаза на вошедшую в комнату Эван и вытащила телефон.

- Я не отдавала себе отчет, что уже поздно. Думаю, что с этой погодой, мне следует дать знать Шумахеру, что пора меня забирать.

Эван страшилась, что придется вернуться к разговору о том, как в два счета Джулия очутилась в постели с Марго. Теперь же она сожалела, что они не поговорят об этом - или о чем-нибудь. Ее раздирали противоречия. Часть ее хотела, чтобы Джулия ушла, тогда она сможет посидеть в темноте с большим стаканом выпивки и дуться на то, как вселенная продолжает дразнить ее разными вещами - теми, которые она всегда хотела иметь, но никогда не имела. Другая ее часть желала, чтобы Джулия осталась, и она могла бы убедить себя, что, возможно, они отыщут способ что-то наладить между ними. Это было безнадежно. Она была безнадежна - классическая неудачница. Казалось, она вытягивала из себя это признание.

- Вероятно, не такая уж и плохая идея, - сказала она вместо этого. - Дождь вроде бы не становится тише.

Джулия вглядывалась в темные окна, которые выходили на передний двор. Ничего не было видно.

- Поездка обратно в город, по всему, будет захватывающей.

Эван сожалела об этом.

- Мне следовало приехать к тебе. Прости.

- Не извиняйся. Это был чудесный вечер. И если бы ты была за рулем, мы не смогли бы раздуть мой отчет о расходах до такой степени.

Эван улыбнулась.

- Что правда, то правда.

Джулия написала сообщение водителю, прежде чем примостилась на диване. Эван подошла и села на его противоположный край. Не то, чтобы он предлагал много места - это был маленький диван.

- Ну, и, - она, на самом деле, не знала, что и сказать.

- Ну, и, - казалось, у Джулии была та же проблема.

- Я рада, что мы провели время вместе, - Господи. Откуда, черт возьми, это взялось? Она прозвучала, как чертова Кэрол Бернет (23).

Джулия рассмеялась от души. Она тоже уловила эту ассоциацию.

Эван уронила голову назад на спинку дивана.

- Я такая неудачница.

Джулия протянула руку и положила ее на бедро Эван.

- Нет. Это не так. Ты очаровательна.

Эван перевела глаза на ее руку. Та ощущалась, как раскаленное клеймо.

- Я?

- Ты.

Они пристально смотрели друг на друга.

- Сколько, ты сказала, будет сюда добираться Шумахер?

Джулия улыбнулась.

- Я не говорила, - она вернула руку на безопасную территорию. - Но думаю, он сказал что-то о 10 минутах.

Эван пожевала внутреннюю сторону щеки. Десять минут? Она могла бы сотворить много чего за десять минут. Она взглянула на то место на ее ноге, где лежала рука Джулии. Она все еще чувствовала там жар.

- Вот облом.

Джулия снова рассмеялась.

- В следующий раз?

Эван встретилась с ней глазами.

- В следующий раз, - она вспомнила об их раннем разговоре насчет правил. - Но только, если мы освободимся от этого дела.

- Ты всегда так щепетильна в делах?

Это напомнило ей о комментарии Лиз прошлым вечером. Дерьмо. Может быть, она все-таки необходимо посмотреть, по-прежнему ли хорошо сидит на ней клетчатый джемпер. Она, на самом деле, вела себя, как какая-то паинька с выступающими вперед зубами - одна из этих раздражающих подлиз, которые оставались после школы, чтобы смыть мел с губок для доски. Она окинула Джулию взглядом с ног до головы. Да. Она может много чего покрыть за десять минут.

- Нет. Обычно я вовсе не щепетильна.

- Так почему сейчас? - Джулия казалась более удивленной, чем какой-либо еще.

- Что ты сказала не так давно? Ты стараешься такой быть, когда это важно?

Секунду Джулия, молча, разглядывала ее. Затем кивнула.

- Верно.

- Ну, я не уверена сейчас насчет многих вещей - но думаю, что мы сможем вынести что-то приличное из этого бедлама. Если мы не профукаем это еще до того, как получим шанс попробовать.

- Надеюсь, ты права, - голос Джулии не выражал и намека, что она думала по поводу того, на что будут похожи их попытки. Она подпрыгнула, когда в ее руке зажужжал телефон. Она кинула на него взгляд.

- Это Шумахер. Он говорит, что остановится перед входом примерно через две минуты.

Эван почувствовала, как ее желудок пробили свинцовые пули.

- Хорошо. Давай, я принесу тебе зонт.

- Боишься, что я растаю? - ее синие глаза дразнили.

- Нет. Мне пришла на ум не совсем ассоциация с ‘Волшебником страны Оз’ (24).

- Нет?

- Нет. Я чувствую желание воспарить над тобой и заклинать: «Сдавайся, Дороти».

Джулия наклонилась к ней. Вдруг она очутилась так близко, что Эван было трудно сфокусироваться на чертах ее лица. И это ощущение было не таким уж и плохим. Джулия пахла лавандой.

- Сдаюсь.

Эван чувствовала ее дыхание - слабое дуновение воздуха после каждой согласной буквы. Правила. Что-то было насчет правил. Она не могла вспомнить, что именно. Рот Джулии парил в сантиметрах от нее. Затем он уже был не отделим от ее. Как и она вся. Она не имела понятия, кто из них стер расстояние между ними. Это было не важно. Боже. Две минуты? У них было две минуты. Судя по выбросу адреналина, каждый синапс в ее мозге почти замкнуло, она подумала, что десять минут могли бы просто ее убить.

Белая вспышка автомобильных фар разрезала комнату. Они оторвались и посмотрели друг на друга с виноватым видом, как подростки, которых нежданные родители застукали в кольце света.

Эван отпустила ее и убрала руки. Как, черт возьми, они так быстро оказались под ее рубашкой? Джулия выглядела такой же ошеломленной. На этот раз, ее легендарное самообладание, казалось, покинуло ее.

- Мне очень жаль, - сказала Эван, и это было неправдой.

- Мне нет, - Джулия вытерла остатки помады на губах Эван. Ее руки подрагивали. - Тебе ведь тоже не жаль.

Эван сопротивлялась порыву прикусить кончики пальцев Джулии. Боже. Она хотела проглотить эту женщину.

- Нет. Думаю, нет.

Раздались два коротких гудка автомобиля.

- Проводишь меня?

Эван кивнула. Она встала, не уверенная, что ноги удержат ее вес. Им это удалось. Очевидно, ее мозг все еще был в состоянии контролировать нижнюю часть тела. Ей было непонятно, как это возможно.

- Давай, я тебе принесу зонт, - она направилась к подвалу, но Джулия ее остановила.

- Не беспокойся, - она кинула на Эван взгляд, в котором читалась забавная смесь застенчивости и напускной храбрости. - Я уже мокрая.

Господи. Эван закрыла глаза и почувствовала, как поехал пол под ее ногами.

- Ты пытаешься меня убить?

- Нет, - Джулия молчала, пока Эван не открыла глаза и не посмотрела на нее. Затем она улыбнулась. - В любом случае, пока еще нет.

- Все хорошее для тех, кто ждет? - Отлично. Теперь она цитировала Ганнибала Лектера (25). Это, должно быть, заразно.

- Что-то типа этого, - Джулия потянулась к ее руке.

Они вышли из дома и вместе направились к ждущему автомобилю, не обращая внимания на то, что обе промокли до нитки.

ГЛАВА 9

После отъезда Джулии Эван зашла обратно в дом и постояла пару минут, с ее одежды на ковер в темной прихожей каплями стекала вода. Ее переполняла нервная энергия, и ей необходимо было что-то поделать. Она знала, что была слишком взвинчена, чтобы отправиться спать, поэтому эта идея была сразу же отброшена. Оставалось две варианта. Она могла пойти наверх, ублажить себя и затем попытаться заснуть (что вряд ли) - или она могла пообсохнуть и попытаться поработать несколько часов. Она подняла руку и наблюдала, как капли дождевой воды падают с ее рукава в расширяющуюся лужу под ее ногами. Она помнила дни, когда ей не приходилось выбирать. Она просто мастурбировала, потом работала. Конец истории. Черт бы побрал этот преклонный возраст.

Прямо сейчас почти все катилось к чертям. Особенно тот беспорядок, который она устроила на этом проклятом ковре. Вздохнув, она скинула туфли и в одно мгновение взлетела по лестнице наверх переодеться в сухую одежду.

Пока она переодевалась в спортивные штаны и выцветшую футболку с надписью Пенн, нанесенную потрескавшимися буквами через трафарет на груди, она размышляла, как там Джулия переносит обратную поездку в город с этим Шумахером.

Боже. О чем, черт возьми, она думает? Это была женщина совсем другого полета. Ей нужно держаться таких, как Лиз Берк - женщин, которые дают столько же, сколько получают, и никогда не заглядывают дальше тех мест, где пролегает их либидо. Она из их стаи. Не Джулия. Джулия была другой. Джулия была подобно заблудшему трюфелю, застрявшему в вонючей куче дерьма под одной из грибных палаток на Кеннетт Сквер. Она ей не соответствовала.

Но Эван ничего не могла с этим поделать прямо сейчас. Поэтому она заставила себя подумать о других частях этой истории, которые не соответствовали друг другу. Типа несчастного случая с Томом Шериданом. Что-то в этом рассказе было неправильным.

Она спустилась вниз и прошла в свой офис. Фотографии Марго Шеридан поглядывали на нее со стола. Ее подмывало взять маркер и пририсовать к ее прекрасным чертам большие усы. Ага. Взрослые так и поступают. Вместо этого, она перевернула фото лицом вниз и плюхнулась на старый английский дедовский стул с полукруглой спинкой. На улице все еще бушевала гроза, но она полагала, что будет безопасно запустить лаптоп от аккумулятора.

Она начала с чтения архивных новостных репортажей о несчастном случае с Шериданом в Аспене в «Дэйли Ньюс» и «Денвер Пост». Детали были очень поверхностными. Коронер из округа Питкин заявил, что Шеридан умер от тупой травмы головы и шеи, и постановил, что это был несчастный случай со смертельным исходом. В опубликованных новостных статьях не было никаких упоминаний об уровне алкоголя в крови Шеридана, но это не было чем-то необычным. Статьи в «Вашингтон Пост» и «Нью Йорк Таймс» изобиловали большими подробностями, но в основном фокусировались на последствиях смерти Шеридана и вопросах, кем губернатор Мэрилэнда заменит его в Конгрессе.

Также возникло несколько оживленных дискуссий, которые по новой запустили идущие дебаты об использовании шлемов при катании на лыжах с гор - и несколько статей связали случай с Шериданом с приключившимися ранее смертями знаменитостей Майкла Кеннеди и Сонни Боно. В общем, опубликованные новостные репортажи только вскользь упоминали о горюющей жене Шеридана. Она не сопровождала его в том отпуске в горах. Она была в Лондоне на собеседовании в «Корус Стил». Эван от Джулии знала, что Энди Таунсенд был с Шериданом, и ей было любопытно выяснить, кто еще участвовал во встрече в Аспене.

По наитию она снова зашла в онлайн сообщество Йельских выпускников и немного там порыскала. Ей повезло наткнуться на отдельную заметку и фото, размещенное Гилом Фримоном, одногруппником Дэна. Он был в те выходные в Аспене. Фото со встречи показывало Фримона в свитере, сидящего за столом в пабе Сноумасс вместе с Шериданом, Энди Таунсендом и другим мужчиной, которого она не узнала. Он был указан как Адам Гринхилл, еще один член Йельского братства. Стол был заставлен пустыми пивными кружками. В соответствии с заголовком Фримона фото было снято за день до несчастья с Шериданом. Эван уставилась на фото. Мужчины выглядели непринужденными и расслабленными - стильные и успешные в дизайнерской лыжной одежде. Она откинулась назад и вздохнула, потянувшись за мышью, чтобы закрыть окно. И тут она увидела его.

Маркуса.

Он стоял у барной стойки на заднем фоне фотографии - в костюме. Придурок. Только Маркус мог носить чертов костюм на лыжном курорте. Какого черта там делал Маркус? Он был не из Йеля, и определенно не выглядел наслаждающимся лыжным уикендом.

Она постукивала пальцем по компьютерной мышке. Несчастье с Шериданом случилось более двух лет назад, когда Таунсенд все еще был малоизвестным губернатором Делавера. Только после смерти Шеридана его вынесло под национальные прожекторы в качестве новейшего рупора сторонников энергетически чистых источников энергии. Возможно ли, что Маркус положил глаз на Энди более двух лет назад? Или Маркус работал с Томом Шериданом?

Вероятнее всего, нет. Шеридан не делал секрета насчет отсутствия у него политических амбиций.

Эван снова кликнула на текст интервью, которое он дал Балтимор Сан примерно за три месяца до поездки в Аспен. Журналист просил его ответить на слухи о том, что он подумывает уйти из Конгресса и подписаться на работу с Гринписом США. Ответ Шеридана был предсказуемо неопределенным. Он сказал, что намеревается завершить свой срок, и что не принял никакого решения о своем будущем после этого. Он ни подтвердил, ни опроверг слухи о Гринписе.

Ничего действительно необычного в этом не было. И все же, это ее зацепило. А она знала, что нужно обращать внимание на те вещи, которые ее цепляли. Она была хороша в своей работе именно потому, что уделяла внимание деталям. Самая легкая и разумная вещь, которую она могла сделать, это приехать на поезде в Вашингтон и поговорить с Маркусом. Минуту она повертела эту идею со всех сторон.

Забей.

Каждый раз, когда она проводила более двух секунд с этим человеком, ей приходилось прибегать к метафорическому эквиваленту душа Силквуд (26), чтобы прийти в себя. Кроме того, ее дед всегда говорил, что существует другие способы убить кошку, нежели чем заставить ее подавиться сливками.

Она открыла новое окно браузера и вышла на сайт «Саусвест Эйрлайнс», ища беспосадочный перелет из Филадельфии до Денвера. Она улыбнулась и выбрала наиболее дорогой билет. Ты можешь заплатить и за это тоже, ублюдок. Потом она послала короткое письмо Дэну, чтобы сообщить ему, что завтра она отправляется в Колорадо порыться носом в злополучном лыжном отпуске Энди в Аспене. Она позволит ему сделать из этого свои собственные выводы, но она убедилась, что у него есть ее контакты, в случае если что-нибудь, относящееся к их дочери, возникнет во время ее отсутствия.

Ее сотовый, лежавший на стопке папок, завибрировал. Она взяла его. СМСка. Она кликнула по иконке и улыбнулась, когда текст высветился на экране. Сообщение пришло от Джулии.

«Выжила в обратной поездке и благополучно вернулась в свою комнату. Тут даже нет дождя. Забыла тебе сказать, что в воскресенье улетаю на две недели в Европу. Есть шанс, что ты окажешься в Нью-Йорке до этого? Ужин был милым. Джулия».

Эван чувствовала, что у нее почти закружилась голова. Это было нелепо. Она знала, что заигрывает с неприятностями. Она откинулась назад и закрыла глаза, вспоминая те ощущения, когда Джулия ее касалась. Невзирая на здравый смысл, она подняла телефон, нажала на кнопку ответа и стала набирать.

«Дух бодр, а плоть слаба. Как насчет пятницы вечером? Могу приехать поездом и быть к ужину. Эван».

Она отправила СМС, затем выключила компьютер и настольную лампу, и сидела в темноте, не выпуская телефон из рук. Это было абсурдно и сюрреалистично. Их возможные отношения не имели никакого смысла. Они должны были представлять собой самое худшее сочетание в мире с тех пор, как какие-то идиоты смешали водку с энергетическим напитком и назвали это Аткинс Мартини.

Телефон вновь завибрировал. Ее ладонь горела.

«Будем считать это (не) свиданием. Позвони мне в пятницу, чтобы определиться со временем. Джулия».

Эван улыбнулась. Может быть, она еще достаточно молода, чтобы работать и ублажать себя.

ГЛАВА 10

В четверг днем Эван сидела за столиком знаменитой таверны Вуди Крик в Аспене. Она потягивала пинту – “Догги Стайл Янтарное” - и размышляла, что нужно было сделать, чтобы получить работу по придумыванию названий сортам пива. Ей пришло в голову, что она, вероятно, была бы довольно хороша в этом. Она знала, что люди глазели на нее. Поправка. Они глазели на ее спутника. Она посмотрела на его красивое лицо.

Стив Килгор был ветераном Лыжного патруля Хайлендс с 5-летним стажем службы, и именно он нашел тело Тома Шеридана позади лесной полосы недалеко от трассы Стиплчез на Пике Лог. Килгор выглядел так, будто сошел с обложки глянцевой туристической брошюры - с песочного цвета волосами, загорелый и стройный. Эван подумала, что его следовало бы назвать Дирк, Брик или Рок. Как-то так. Как-то более примитивно и мужественно, чем Стив. Она размышляла, какой средний стаж работы у этих парней, и оплачивали ли их страховки галлоны отбеливателя, которыми они потчевали свои зубы.

Он флиртовал с ней с того момента, как они примостились за столиком. Господи. Она чувствовала себя достаточно старой, чтобы годиться ему в матери. Судя по тем взглядам, которые на него бросали престарелые 'жертвы' пластических операций, сидевшие за соседними столиками, она предположила, что разница в возрасте не являлась для него таким уж большим препятствием. Здесь эти парни были подобны олимпийским богам, и они это знали. Но Эван составила свою повестку дня, и, естественно, она не включала возможность, что «Стив» кинет свои лыжи где-нибудь поблизости ее пологого склона для новичков.

- Итак, - она встретилась с ним глазами. Они были почти зеленовато-голубого цвета. Она подумала о Джулии. Боже. Все ли генетически совершенные человеческие существа имеют синие глаза? - Вы сказали, что вы были первым человеком, который видел мистера Шеридана после несчастного случая?

- Верно, - он засунул в рот кусок тортильи с гуакомоле (27) сверху.

- Вы не заметили ничего необычного?

Он пожевал.

- Вы имеете в виду, если не считать, что он был мертв?

Эван вздохнула. Это будет долгий разговор.

- Да. Кроме этого.

Он подумал немного.

- Нет. Не так чтобы, - он потянулся за другим куском. - Ну, может быть одна вещь.

- Что?

- На его лыжах был намазан G-воск, - Стив пожал плечами. - Я подумал, что это было странно, учитывая, где мы его нашли.

- G-воск?

- Ага. Это воск, выкрашенный в зеленый цвет, который используется для катания в G-зоне или на северных склонах.

- И это было странно?

- Ага. Шеридан катался на краю Y-зоны - снег там холоднее. Ему не нужен был зеленый воск.

Эван размышляла. Джулия сказала, что Шеридан не был заядлым лыжником.

- Вы кому-нибудь рассказали о своем наблюдении?

- Нет. Не думал, что это действительно имеет значение, - он пожал плечами и потянулся за еще одни куском. - Он был явно новичком. Лыжи даже не отстегнулись, когда он упал.

- Что вы имеете в виду?

- На нем была одна лыжа, когда я его обнаружил. Фактически, именно поэтому я его и нашел - конец лыжи торчал из снега, который нападал за ночь.

Эван полюбопытствовала.

- Какие лыжи он использовал?

Он приподнял бровь.

- К2 Апачи.

Это мало что значило для Эван, но она и не каталась с гор.

- А это было странно? Я имею в виду, если он был таким явным новичком?

Он осушил кружку пива.

- Я бы сказал да. Как правило, вы не применяете на дорогущих лыжах неправильные крепления, - он увидел, как их официант пересекает зал и протянул ему пустой бокал. - Но я слышал, он довольно много поднял тостов за поездку туда, так что, возможно, он был просто пьян и неосторожен. Он посмотрел на нее. - Это случается намного чаще, чем вы себя можете представить. Но только несчастные случаи со знаменитостями попадают в вечерние новости.

- Откуда вы слышали, что он был пьян? Об этом не говорилось ни в одном из новостных репортажей, которые я читала.

Он пожал плечами.

- Я слышал это от парня, который вез его на снегоходе - Шеридан и и тот, другой чувак, совсем распоясались, когда ехали наверх. Если вы готовы, я был бы рад показать вам все на месте.

Ага. Ставлю на то, что так оно и есть. Она проигнорировала предложение.

- А что, с Шериданом еще кто-то был?

Никто ни о чем подобном ни в одном из отчетов не упоминал. Стив вздохнул и откинулся на стуле.

- Так мне сказал Джин.

- Джин еще здесь работает?

Он кивнул.

- Ага. Полагаю, вы не прочь с ним поговорить? - он улыбнулся ей.

- Могу посодействовать.

Эван удивилась его предложению.

- Можете?

- Конечно, - он махнул в направлении бара. - Он стоит прямо там.

Она обернулась на стуле, и ее взгляд пробежался сквозь переполненный зал до высокого, тощего мужчины в ярко-красной куртке. Он облокотился на барную стойку, оплачивая, похоже, заказ на вынос. По всему, день для нее становился удачным.

«Джин» выглядел как современная карикатура на Ичабода Крэйна (28). Понятно, что работников лыжных курортов не отбирают по тем же принципам, что и операторов тяжелой техники.

Она повернулась к Стиву, чьи глаза задержались на ее груди. Она подавила крепкое словечко.

- Окажете мне честь? - она заколебалась и заставила себя смягчить тон. - Я была бы очень признательна.

Он вскинул пшеничного цвета бровь, прежде чем подняться на ноги.

- Конечно.

***

Джин Симмонс (29) - господи, этого скромнягу звали, как солиста группы Kiss, и Эван не могла прийти в себя от этой иронии – оказался более чем полезен. Он не только спас ее от любовных лап Стива, но и предложил подбросить ее до Пика Лог, чтобы она могла там осмотреться. В любом случае он работал в вечернюю смену, и заверил, что нет никаких проблем свозить ее туда. Горы фактически не были открыты для катания на лыжах до ноября, но она решила, что ей не повредит побывать на хребте и своими глазами увидеть, где именно Том Шеридан совершил свой фатальный кувырок. Ее встреча с помощником коронера округа Питкин была запланирована не раньше 15-00, так что у нее было много времени, чтобы прояснить что-то на месте.

В дороге Джин в основном молчал и на большинство вопросов отвечал односложно. Он тихо стоял рядом с ней, пока она глядела на участок с соснами, где лыжный патруль и обнаружил тело Шеридана. Это было пустынное место, довольно отдаленное от основных трасс. Воздух здесь был разреженным. Эван вздрогнула, когда подумала, что Шеридан пролежал там два дня.

- Стив сказал, что другие пассажиры, которых вы привезли на вершину в тот день, жаловались на то, как отвратительно себя вел мистер Шеридан, - 5е собеседник кивнул. - Он был пьян?

Джин пожал плечами.

- Не могу сказать. На самом деле, я его не видел, - он мотнул головой, указывая на снегоход. - Лыжники едут в вагоне, который буксируется позади меня.

- Но вы слышали, что другие говорили об этом, когда вы высадили их на вершине?

- Верно.

- И что они сказали?

Он посмотрел на нее.

- Что они были шумными и грубыми.

- Они?

- Ага.

Эван сдержала свое нетерпение.

- И кто был с ним?

Джин снова пожал плечами.

- Другой мужчина? Женщина?- она сделала паузу. - Сенбернар?

Он снова посмотрел на нее. На этот раз он почти развеселился.

- Мужчина.

- Вы его видели? Помните что-нибудь о нем?

- Не совсем. Он был закутан в одежду - нес лыжи. Я не видел его лица.

- Высокий? Низкий?

Джин подумал.

- Высокий. Выглядел подтянутым, насколько я помню.

- Что-нибудь еще?

- Не совсем. У него были прекрасные лыжи.

- Лыжи? - Эван вздохнула. Симмонс ничего не помнил о мужчине, который был с Шериданом, но помнил, какое снаряжение он нес с собой.

- Ага. Апачи.

- Апачи? - Стив сказал, что на Шеридане были одеты Апачи, когда он нашел его тело. Поправка. На нем была одна лыжа.

- Вы уверены, что именно другой мужчина нес лыжи Апачи?

Симмонсу даже не пришлось думать.

- Ага. Я обратил на них внимание, потому что мой сын как раз купил такие же, - он покачал головой. - Они стоят типа тысячу баксов. Бред, если хотите знать мое мнение.

Эван пнула ком снега носком сапога. Что за фигня? Как, к черту, полиция Аспена упустила эту часть информации?

- Вы заметили, какие лыжи нес мистер Шеридан?

Симмонс пожал плечами.

- Неа.

- Но он нес лыжи?

- Ага. Каждый, кто поднимался для того спуска, имел лыжи.

- Вы имеете в виду, что иногда люди поднимаются наверх и не спускаются оттуда на лыжах?

- А то. Иногда народ просто хочет прогуляться оттуда до вершины. И затем спускается назад позже.

Эван снова посмотрела на захудалые сосны. Она чувствовала, как что-то настойчиво свербило у нее внутри. Это была то же самое чувство, что навалилось на нее прошлой ночью, когда она сидела в темноте, прочитав все новостные отчеты о случае с Шериданом. Маркус. Каким-то образом все прикатилось обратно к Маркусу. К этому ублюдку. Теперь не было никакого способа увильнуть от разговора с ним. Она кинула взгляд на часы. Потом посмотрела на Джина.

- Есть время отвезти меня обратно?

Он удивился.

- И это все? Вы все уже закончили?

Она кивнула.

- Ага. Закончила.

Он развернулся и направился к снегоходу. Пока Эван устало тащилась за ним, она надеялась, что ее слова станут пророческими.

***

От помощника коронера округа Питкин было мало проку. Это была болезненного вида дама, слегка за сорок, с мрачной работой и таким же отношением к жизни, говорящая в нос из-за насморка. Она дала понять, что для нее тяжело даже обсуждать случай Шеридана. К счастью для Эван, записи не были опечатаны.

Вскрытие Шеридана показало, что конгрессмен скончался от тупой травмы головы ненасильственного характера. Уровень концентрации алкоголя в его крови был чрезвычайно высоким, но офис коронера быстро заявил, что результаты неубедительные, так как образцы были собраны через два дня после его смерти. Руководитель штаба Шеридана прибыл на место происшествия в тот же день, когда было обнаружено его тело, и взял на себя все хлопоты о его останках. Марго приехала на день позже. В соответствии с индийской традицией, Марго кремировала тело Шеридана в Колорадо и вернулась в Мэриленд с прахом мужа.

Эван попросила рассказать больше деталей о повреждениях Шеридана.

Помощник фыркнула и пролистнула кипу страниц в папке.

- У него были переломы черепа и шейных позвонков, и разорван спинной мозг.

Боже.

- В файле указано, где у него был перелом черепа?

Помощник кивнула и снова открыла папку.

- Да. Шеридан перенес линейный перелом задней левой теменной области.

Эван ей улыбнулась.

- А перевести?

На секунду она, молча, уставилась на нее. Затем указала на область выше задней части ее левого уха.

- Прямо тут.

- Так он получил удар сзади?

- Точно, - она снова фыркнула.

- Не кажется ли это странным?

- Странным? - помощник закрыла папку. Она казалась сердитой. - В каком смысле?

Эван пожала плечами.

- Ну, я не занимаюсь этим видом спорта - но, кажется, что лыжник, вылетевший с трассы, скорее ударился бы о сосну передней частью головы.

- Не обязательно. У него также была сломана голень. Он мог потерять контроль, когда его крепление не отстегнулось, а затем врезаться в дерево, когда его закрутило.

- Думаю, что это возможно.

Помощник коронера посмотрела на часы.

- Вам нужно что-нибудь еще? - она вытащила скомканную бумажную салфетку из кармана халата и вытерла нос.

Эван обдумала идею покрутиться вокруг и позадавать глупые вопросы еще минут двадцать, просто чтобы позлить эту сучку.

- Нет. Спасибо. Вы мне очень помогли.

Женщина кивнула и ушла, оставив Эван стоять в маленькой неопрятной комнате ожидания главного фойе здания. Боже. Должно быть, у нее ПМС. Она вышла из здания и направилась к своему взятому на прокат автомобилю, ее ожидала двухчасовая поездка обратно в Денвер.

ГЛАВА 11

Эван начала размышлять, действительно ли смерть Тома Шеридана была несчастным случаем. Но она пока не смогла придумать ни одного мотива. По крайней мере, ни одного, который имел бы смысл. Для нее было довольно ясно, что время смерти Шеридана совпало с его желанием бросить карьеру конгрессмена и встать в строй борцов за экологию. И кому могло понадобиться покончить с активистом Гринписа? Они и мухи не обидят. Это не имело смысла. А она не хотела в конечном итоге походить на одного из тех жалких теоретиков заговоров, которыми кишел интернет.

Она знала, что ей придется поговорить с Маркусом - выяснить, что он делал в Аспене в тот уикенд. И ей нужно снова поговорить с Энди Таунсендом. Хотя бы по той простой причине, что он может быть полезен для разбора той чуши, которую, в чем она была уверена, ей скормит Маркус.

Мысли об Энди перескочили на мысли о Джулии. Но это мало о чем говорило. Начиная с их будоражащей встречи вечером в среду, мысли о высокой красавице никак не оставляли ее.

Она посмотрела на часы. Она скоро приедет на станцию Пенн. Затем встретится с Джулией в апартаментах в Верхнем Ист Сайде. Они собирались поужинать. А в воскресенье Джулия уедет в Лондон. Ее не будет две недели. Две недели. Это должно дать Эван достаточно времени, чтобы вынуть голову из задницы и хорошенько подумать. А ей нужно было хорошенько подумать. Она теряла концентрацию - а потеря концентрации вынуждала ее упускать детали. Она не могла себе это позволить. Не сейчас.

Также как она не могла себе позволить еще больше увлечься женой Таунсенда. Это было безумием.

Ага. Безумие. Она тряхнула головой. А это как раз то, почему она села на этот чертов поезд прямо посреди своего самого худшего кошмара. Дерьмо - с тем же успехом она могла размахивать лассо и вопить «Йииии-ха!» Она знала, что движется навстречу катастрофе, но остановиться она бы не смогла, так же как Шеридан не смог остановить свое последний, безумный заезд с вершины горы в Аспене прямо в стоящие на его пути сосны.

Эван подумала о Джулии. Она подумала, на что это похоже - касаться ее. Она закрыла глаза и попыталась проигнорировать, как ускорилось биение ее сердца. Боже. Она была подобна сексуально озабоченному подростку, мучающемуся в приступе первой влюбленности. На этот раз она была рада, что поблизости не было Стиви, чтобы засвидетельствовать ее возбуждение - она бы поймала ее с поличным в две секунды. Стиви была быстра. В этом она была похожа на Дэна.

Теперь она понимала, что Дэн ее использовал - он знал, что Джулия была слишком лакомым для нее кусочком, чтобы устоять. Джулия была той наживкой, которую Дэн подвесил перед ее носом, чтобы удержать и заставить ее продолжить это дело. Как бы она ни была зла, надо было отдать должное Дэну. До сих пор его маленькая схема работала как магическая формула.

Эван подскочила, когда хрипящий громкоговоритель пробудился к жизни, и искаженный голос с сильным акцентом Нью Джерси объявил, что они прибудут на станцию Пенн через пять минут. Она вздохнула и несколько раз согнула пальцы, пытаясь унять дрожь в руках. Она вытащила из кармана пиджака бумажку с написанным на ней адресом Джулии и снова на него уставилась, надеясь, что каким-то образом то, что там было написано, могло измениться за последние десять минут, прошедшие с тех пор как она видела его в последний раз. Неа. Там все еще можно было прочесть - 71 Ист 71ая Ст. - отличное местечко в сердце Голд Коаст в Нью-Йорке. Эван покачала головой, запихивая клочок бумажки обратно в карман. Это было в духе Джулии, подумала она, дать ей адрес 71 ая Ст. - пренебрегая наиболее известным главным входом на Парк Авеню. Было так много всего в Джулии, что не вписывалось в образ - особенно ее интерес к Эван.

Вагон покачнулся и застонал, когда поезд дотащился до платформы. Вокруг нее народ начал вставать и сворачивать газеты и лаптопы.

Мне конец, думала она, пока сидела и глазела через грязное окно рядом с ее местом на деятельный роящийся улей, который представляла собой станция Пенн вечером в пятницу. Мне, блин, конец.

***

Джулия открыла дверь своих роскошных апартаментов на 12-м этаже и встала в обрамленном подсветкой дверном проеме, как одна из моделей Боттичелли. За исключением того, что у Джулии были темные волосы и, к сожалению, она не стояла в большой ракушке в обнаженном виде. Вместо этого ее ноги покоились на полированной мраморной плитке, вероятно, привезенной из Каррары, когда строилось это здание в начале 1930-х. Эван стояла, молча, держа небольшую бумажку с написанным от руки адресом Джулии перед собой, как плакат.

- Ты, должно быть, разыгрываешь меня? - сказала она.

Джулия развеселилась. Она подвинулась и прислонилась к массивной двери.

- В чем?

Эван опустила руку.

- Серьезно. И вот здесь ты живешь?

Джулия бросила быстрый взгляд назад через плечо внутрь апартаментов.

- Очевидно. Но, фактически, я провожу больше времени в моем офисе, чем здесь.

Эван все так же стояла перед квартирой. Джулия, казалось, приняла любопытное противостояние без вопросов. Еще минута прошла, пока они пристально смотрели друг на друга. Джулия была одета небрежно, в полинялые джинсы и полосатый свитер с У-образным вырезом. Она выглядела как реклама Дж.Крю (30).

- Нужно ли мне снять обувь? - наконец, спросила Эван.

Джулия закатила глаза и кинула взгляд на ее ноги.

- Нет, если только ты не носишь бутсы.

- Нет. Обычно я надеваю их в те дни, когда играю.

- Правильно, - сказала Джулия и встретилась глазами с Эван. - А мы договорились не играть в игры, не так ли?

Эван размышляла. Прямо сейчас их соглашение казалось плохой идеей. Очень плохой идеей. В приглушенном свете прихожей Джулия выглядела восхитительно. Но Эван знала, что Джулия выглядела восхитительно при любом свете - или вообще без него. Эта последняя мысль заставила ее почувствовать себя неудобно и взволновано, а она не думала, что такое возможно.

- Да, так. И прямо сейчас, я думаю, что эта договоренность не была одной из моих самых лучших идей.

Джулия прислонила голову к дверному косяку.

- Ну, почему бы тебе не войти, и мы обсудим все за и против повторного соглашения?

Эван вздохнула.

- Прежде, чем я это сделаю, есть одна вещь, которую я должна у тебя спросить.

Джулия выглядела слегка настороженной.

- Хорошо.

Эван улыбнулась.

- Каково это, столкнуться случайно с Верой Вонг (31), когда выкидываешь мусор?

Джулия откинула голову и громко рассмеялась. После этого она схватила Эван за руку и потянула внутрь.

- Иди сюда, дурашка.

***

По стандартам Парк Авеню квартира Джулии была небольшой, но элегантной и со вкусом обставленной. Она пояснила, что ее бабушка и дедушка купили одноуровневую, с тремя спальнями, резиденцию, когда офис фирмы переехал из Бостона в Нью Йорк в 1935 году. На протяжении многих лет семья Донн сохраняла желанный объект недвижимости, который теперь находился прямо в центре самого дорогого района в стране. Именно здесь жила Джулия с Энди, прежде чем он стал губернатором штата Делавэр. И именно здесь у нее возникла интрижка на одну ночь с Марго Шеридан.

Эван старалась не думать об этом, пока стояла в гостиной Джулии, восхищаясь высокими окнами и красивыми картинами в рамах.

- И все они настоящие? - спросила Эван, указывая на длинную стену с рядами картин.

Джулия кивнула.

- В любом случае, это не моя заслуга. Моя бабушка была коллекционером. Как в итоге оказалось, у нее был хороший вкус.

Эван подошла и всмотрелась в печатные буквы подписи в нижнем левом углу широкого полотна. Коро. Господи. Она обернулась и посмотрела на Джулию.

- Думаешь?

Джулия выглядела растерянной.

- Как я уже сказала, это не моя заслуга. Бабушка и Электра Хэвмайер были хорошими подругами. Они приобрели много произведений искусства, путешествуя по Европе. Со временем эта коллекция отойдет в Музей современного искусства, где ей самое место.

Эван было любопытно.

- Со временем?

Джулия пожала плечами.

- Она мне не принадлежит. Владельцы коллекции - мои родители, как и всего остального здесь, - она встретилась глазами с Эван. - Как видишь, я тут только жилец.

- Самовольный подселенец?

Джулия улыбнулась.

- Что-то типа того.

Эван приподняла бровь.

- Довольно высококлассный подселенец.

- Поверь мне, эти внешние атрибуты моего положения в обществе не раскрывают меня как личность.

- Тогда почему ты продолжаешь здесь жить?

Джулия посмотрела на нее.

- Я задаю себе тот же самый вопрос.

- И?

Она медленно качнула головой и отвела взгляд.

- Не знаю. Просто слишком много шума вокруг всего этого.

- Шума?

Она кивнула.

- Шума. Типа голосов - все кричат разное и одновременно. Энди. Мои родители. Маркус. Компания, - она встретилась глазами с Эван. - Ты.

Эван находилась в нерешительности.

- А что говорит твой собственный голос?

- Вопрос на миллион долларов, не так ли? - она пожала плечами. - Я не знаю - не могу расслышать его за этим шумом.

Эван не знала, что сказать в ответ.

- Может, тогда мне нужно перестать говорить.

Джулия шагнула к ней. Эван видела только ее синие глаза.

- Может.

Единственное слово повисло в маленьком пространстве между ними. Эван знала, что следующий шаг – за ней. И она его сделала.

Когда они прервались, обе неровно дышали. Джулия прижалась лбом к Эван.

- Это не по правилам, - ее голос дрожал.

Эван закрыла глаза и притворилась на мгновение, что это не было колоссальной ошибкой. Длинное тело Джулии источало тепло и силу. Ее кожа пахла лавандой. Это все кружило голову.

- Мне плевать на правила.

Джулия засмеялась и подтянула ее ближе.

- Думаю, мне тоже.

Эван подвинулась, чтобы еще раз доказать свое пренебрежение правилами, когда где-то внутри апартаментов раздался бой часов. Последовательность нот раздавались как удары молотка. Стоп, сказали они. Это неправильно. Вы обе не правы.

Она уронила руки и отступила назад.

Джулия выглядела озадаченной.

- Что это значит?

Эван покачала головой.

- Я не могу. Мы не должны.

Через мгновенье Джулия протянула руку и прижала ладонь к щеке Эван.

- Только сейчас или вообще? - спросила она.

Эван закрыла глаза и прильнула к руке Джулии.

- Не знаю, - поддавшись внезапному порыву, она повернула голову и поцеловала ладонь Джулии. - Ты же знаешь, что я права.

Джулия не ответила. Через секунду она убрала руку и привела в порядок свой свитер.

- Как насчет ужина тогда? И ты мне расскажешь о своей поездке в Аспен.

Эван почувствовала себя полной дурой - сексуально озабоченной, полной дурой.

- Отлично, - сказала она, пытаясь быть оптимистичной. - Чем бы ты хотела заняться?

Джулия пожевала внутреннюю сторону щеки и не ответила.

Господи. Эван знала, что покраснела.

- Думаю, я сразу же клюнула на эту удочку.

- Все хорошо, - Джулия улыбнулась. - На самом деле, я опередила тебя. Ужин уже нас ждет.

- Ты готовила? - удивилась Эван.

Джулия повернулась и направилась в сторону кухни.

- Не-а. Я же не умею готовить - не помнишь? Я заказала на вынос. Отличная еда с доставкой на дом.

Эван последовала за ней.

- Неужели?

Джулия кивнула.

- Любишь дим-сам?

Дела налаживаются.

- Обожаю дим-сам (32).

- У меня было ощущение, что можешь любить, - Джулия открыла дверь высокого холодильника из нержавеющей стали и достала бутылку вина. - В «Cafй Evergreen» - самые лучшие. У нас есть на любой выбор.

Эван взгромоздилась на высокий стул.

- Ну, шлепни меня по заднице и называй меня Салли. Может, в конце концов, у нас есть что-то общее.

Джулия улыбалась, когда вручила ей бутылку и штопор.

- У нас есть еще кое-что общее.

Эван исследовала вино - “Сегезио”. Прекрасно. Когда она подняла взгляд, Джулия наблюдала за ней. Эван не привыкла видеть выражение ее лица таким откровенным.

- Что? - спросила она.

Джулия качнула головой.

- Ничего. Открывай бутылку, и мы поедим. Потом, может быть, позже, когда мы расслабимся, мы сможем снова обсудить границы наших отношений.

Эван начала отдирать фольгу с горлышка бутылки.

- Хорошо. Но должна тебя предостеречь - довольно трудно заставить меня изменить мнение.

- Я на это надеюсь, - Джулия одарила ее взглядом, от которого у Эван свело пальцы на ногах. - Я люблю принимать вызов.

Эван была рада, что уже сидела. Вечер будет долгим.

***

- Расскажи мне, что ты собираешься делать в Лондоне, - спросила Эван. Они расправились с едой и отдыхали в одной из небольших комнат апартаментов, наслаждаясь остатками вина. Эта комната была обставлена более скромно. В камине из белого камня горели дрова, и Эван размышляла, у кого же это такая работа - притаскивать на двенадцатый этаж эти идеально распиленные поленья.

Джулия откинулась на подушки дивана. Эван заметила, что она была босиком, и что на ней не было ни одного украшения - даже часов. Но ведь Эван подмечала в ней все.

- Мы думаем о покупке маленькой компании - одной из тех, что специализируются на научной литературе и литературных монографиях. У них отлично идет бизнес с электронными книгами. Я встречусь с их советом директоров и обсужу возможность сделки. И проведу несколько дней во Франции с родителями - они сейчас живут там.

Эван стало любопытно.

- Твой отец уволился из компании?

Джулия пожала плечами.

- На словах, но не на деле. Он до сих пор сидит в совете, и очень быстро предлагает кучу непрошенных, мудрых советов. Особенно, когда он думает, что я собираюсь по-королевски облажаться в семейном бизнесе.

Эван засмеялась.

Джулия поглядела на нее с изумлением.

- Ты находишь это забавным?

- Вовсе нет, - извинилась Эван. - Я нахожу забавными твои выражения.

Джулия закатила глаза.

- Не, ну действительно, - продолжила Эван. - Это как услышать, как Джеки Кеннеди (33) говорит что-то типа 'пидарас'. Это всегда застает врасплох.

- Ты чокнутая.

Эван окинула взглядом элегантную комнату с высокими потолками. Затем снова посмотрела на красивую женщину, сидящую рядом с ней на диване, который, вероятно, стоил целое состояние.

- Вынуждена с этим согласиться.

Они пристально посмотрели друг на друга.

Джулия обвела рукой вокруг.

- Это не показывает, какая я, знаешь ли.

- Нет?

- Нет. Но боюсь, ты никогда это не узнаешь, потому что ты не даешь себе шанса заглянуть глубже.

Эван не знала, как на это ответить - особенно, учитывая, что это было правдой.

Она посмотрела через комнату на стены, облицованы панелями с семейными портретами. Поколения Доннов пристально разглядывали ее из своих золоченых рам. Эван подумала о своей собственной семейной истории и о тех немногих, выцветших полароидных фотографиях ее матери. Это были снимки, сделанные на днях рождениях или во время редких Рождественских праздников в доме ее деда в Чаддс- Форд - призрачные изображения, которые были сделаны прежде, чем ее мать набила спортивную сумку своей одеждой и компакт-дисками и исчезла в середине ночи, в результате чего подростком Эван проснулась одна в своем доме на юго-западе Филадельфии.

Ага. У нее были небольшие проблемы с тем, чтобы заглянуть дальше.

И прямо сейчас на нее надвигалась более насущная проблема, чем посмотреть дальше Джулии, которая пододвинулась на диване к ней поближе. Эван повернулась и встретилась с ней глазами.

- Это ошибка, - она не узнала свой собственный голос. Он звучал слабо и непривычно.

Сейчас Джулия держала ее лицо в своих теплых ладонях.

- Вероятно.

- Мы не должны...

Джулия кивнула и притянула ее ближе.

- Но мы все равно это сделаем.

Когда они поцеловались, Эван перестала бороться. Теперь было ясно, что они собирались отправиться повсюду, и никуда. По любому это могло закончиться только очень плохо. Но когда она толкнула Джулию на диванные подушки, она знала, что ни одна из них не имела ни здравого смысла, ни намерения остановиться.

***

- Мне нужно идти.

Было почти 5 утра, и Эван знала, что если она выйдет сейчас, то сможет добраться до станции Пенн вовремя и сесть на поезд, отходящий в Филадельфию в 6-10.

Джулия потянулась рядом с ней и приподняла голову посмотреть на прикроватные часы. Затем она уронила голову назад на подушку и зевнула.

- Еще нет и пяти. Почему бы не попытаться отдохнуть еще несколько часов?

Им не удалось толком поспать.

- Разве тебе не нужно собрать чемодан для твоей поездки?

- Да, нужно. Но я не планировала начать заниматься этим до рассвета, - в голосе Джулии чувствовалась насмешка и сонные нотки.

Эван вздохнула.

- В чем дело?

- Ни в чем, - Эван оглянулась через плечо. Даже в полумраке спальни, она могла различить синеву глаз Джулии. - Во всем.

Джулии понадобилась секунда, чтобы ответить.

- Ты хочешь сбежать, - и это не было вопросом.

- А ты нет?

- Только не от тебя.

Эван молчала.

Джулия вздохнула и приподнялась на локте.

- Я думала, что скажу тебе за завтраком, но вижу, что у меня может не быть такого шанса.

Эван посмотрела на нее.

- Сказать мне что?

- Я разговаривала вчера с Энди. Я сказала ему, что подала на развод.

Эван была ошеломлена

- Подала?

- Да, подала. Не вижу никаких причин с этим тянуть.

- Как он отреагировал?

Джулия покачала головой.

- Он был зол - пытался отговорить меня. Сказал, что это ошибка - что мы просто должны больше времени проводить вместе, - она встретилась с глазами Эван. - Тогда я спросила его, означает ли это, что он перестанет встречаться с Майей. Внезапно у него закончились все слова, - она вздохнула, прежде чем продолжить. - Я сказала, что у него есть две недели, чтобы понять, как урегулировать вопросы со СМИ. Я подам на развод, когда вернусь обратно. Я собираюсь рассказать об этом моим родителям, когда увижусь с ними на следующей неделе - отчасти, поэтому мне и нужна эта поездка.

Эван не знала, что сказать. Она уставилась на скомканное постельное белье, покрывавшее их обнаженные тела. Она знала, что она должна быть счастлива от такого развития событий, но она не была. Все, что она почувствовала - был страх.

- Это тебя пугает?

Эван взглянула на нее. Не было никакого смысла это отрицать.

- Да.

Джулия дотронулась до руки Эван.

- Почему?

Эван пожала плечами.

- Потому что я трусиха, которой теперь негде спрятаться.

Джулия удивилась.

- Не ожидала, что ты будешь так честна.

- А как, ты думала, я отреагирую?

- Я не была уверена. Часть меня думала, что это может гарантировать, что я тебя больше никогда не увижу.

- Это то, чего ты хочешь? - Эван надеялась, что она не прозвучала такой жалкой, какой себя чувствовала.

Джулия улыбнулась ей.

- Нет. Это было бы последней вещью, что я хотела бы.

Эван облегченно выдохнула.

- А что было бы первой вещью?

Джулия придвинулась ближе. Ее дыхание обожгло шею.

- Ну, я вообще-то надеюсь, что ты поможешь мне это выяснить.

Господи. Теперь губы Джулии скользили по ее плечу.

- Я все еще думаю, что это плохая идея, - прошептала Эван, падая назад на кровать и переворачивая Джулию так, чтобы та оказалась сверху.

Она чувствовала, как Джулия улыбается ей в грудь.

- Уверена, что ты найдешь способ это доказать.

Они немного говорили после этого. На самом деле, говорить было уже не о чем.

ГЛАВА 12

Было 14-20 после полудня, когда Эван, наконец-то, оказалась на станции Пенн. Она стояла в очереди за билетом, когда ее сотовый завибрировал. Она улыбнулась, вытаскивая его из кармана пиджака, полагая, что, вероятно, пришло СМС от Джулии. Высветившийся номер ее удивил. Это был Маркус.

«Получил твое сообщение о встрече. Я сейчас в Нью-Йорке, но вернусь в Вашингтон в четверг. Можем встретиться там, если тебе удобно туда приехать. Дэн рассказал мне о поездке в Аспен. С нетерпением хочу услышать детали. Маркус».

Она стояла, постукивая телефоном по бедру, пока очередь в кассу за билетами медленно двигалась вперед. Где он был? Даже если она скажет ему, что тоже в Нью- Йорке, нет никакой гарантии, что он не занят, чтобы встретиться с ней. Она быстро осмотрела свою одежду. Она не была слишком помятой. Могло пронести. И она приняла душ. Она улыбнулась. Ну. Они приняли душ. Вздохнув, она вышла из очереди и направилась к металлической скамейке. Она села и отбила ему сообщение. Через пять минут ее телефон снова завибрировал.

«Я свободен до 16-30. Можешь встретить меня через 20 мин в “Хаундстус”?»

“Хаундстус”? Это был гастрономический бар в двух кварталах от 8ой Авеню. Любой, кто часто катался через станцию Пенн, его знал. Она кинула взгляд на дисплей выше билетной кассы. Она могла дошагать туда пешком, встретиться с ним и вернуться к 16-30, как раз к экспрессу Кейстоун, идущему в Филадельфию. Если ей повезет, она будет дома к 19-00. Она вздохнула. Может, так же покончим и с этим. И это спасет ее от поездки в Вашингтон в четверг. Она отбила Маркусу, что будет там. Как только она запихнула телефон во внутренний карман пиджака, он опять завибрировал. Она вытащила его и посмотрела на него в замешательстве. Пришло еще одно сообщение. И на этот раз от Джулии. Она улыбнулась, когда его прочитала.

«Нашла доказательства?»

Качая головой, она взяла свою сумку и направилась к выходу на 8-ю авеню.

***

Эван сидела в кабинке менее пяти минут, когда увидела входящего Маркуса. Она заметила его сразу же. Он был примечателен тем, что был неприметным. Не совсем высокий, но и не коротышка. Не худой, но и не пузатый. Еще не старый, но уже и не молодой. Он зашел внутрь и постоял у двери, косясь в сторону бара, пока его глаза не привыкли к более тусклому свету. Если вытряхнуть его из проклятого костюма от “Брук Бразерс” и впихнуть его в толпу, он мог бы совершенно в ней раствориться. Явно, он не выглядел как влиятельная шишка. И все же он ею был. Потребовалось бы полдюжины рук, чтобы на пальцах сосчитать членов Конгресса, которые своими креслами на Капитолийском Холме были обязаны именно ему. Но он никогда не показывал своего интереса к ведению президентской кампании - до сих пор.

Она ненавидела таких парней как Маркус. Они будут использовать любые средства, чтобы их дармоеды были избраны - и они никогда не позволят такой мелочи как истина встать у них на пути. Однажды она с ним работала, около шести лет назад, во время сенаторской кампании в Пенсильвании. Это была грязная гонка посреди избирательного года - одна из самых спорных в новейшей истории. Борьба шла за управление сенатом США, и ставки были очень высоки. Президент желал поставить на это место республиканца, и, благодаря Дэну, партия наняла Эван собрать информацию об их кандидате - бывшем рабочем-сталеваре, ставшим представителем штата и одно время бывшим мэром Джонстауна. На первый взгляд, парень был показательным кандидатом. Прекрасная семья. Жена и трое детей. Жили они в скромном доме с видом на Конемау Ривер в округе Камбрия. Он преподавал в воскресной школе в местной методистской церкви. Тренировал маленькую бейсбольную лигу. И, как Эван позже обнаружила, ему нравилось бодрствовать в предрассветные часы и рыскать по интернету в поисках чатов для мальчиков подростков.

Так или иначе, этот последний любопытный факт никогда не был включен в биографию кандидата. Маркус сделал для этого все возможное. Конечно, его человек был избран. И к тому времени как сенатора повязали за сексуальное домогательство к несовершеннолетнему в тренажерном зале отеля в Цинциннати, Маркус уже перешел к следующей кампании. В его работу никогда не входило моральное осуждение кандидатов - его работой было сделать так, чтобы их избрали. И он был в ней бесподобен.

После того случая Эван не разговаривала с Дэном шесть месяцев. И она поклялась никогда больше не работать с Маркусом. И все же, вот она тут - встречается с этим мешком с дерьмом, чтобы обсудить его последнего политического выдвиженца. Ей действительно нужно взяться за ум.

Маркус, наконец, ее заметил и помахал ей костлявой рукой. По каким-то причинам его длинные пальцы всегда ее нервировали. Она подавила внутреннюю дрожь, когда он подошел к ее столу и скользнул на сидение напротив.

- Ты, должно быть, быстро ходишь, - заметил он, поглядывая на свои часы. - Я вышел только 15 минут назад.

Она пожала плечами.

- Я не хотела терять время - мне нужно успеть на поезд.

- Возвращаешься в Филадельфию?

Она кивнула.

- Что привело тебя в Нью Йорк?»

Она встретилась с ним глазами.

- Расследование.

Он хмыкнул.

- Расследование? - он откинулся назад и расстегнул пиджак. - И как поживает миссис Таунсенд? Ты находишь ее охотно сотрудничающим субъектом?

- Да пошел ты.

- Так, так, - он махнул в сторону приближающегося официанта. - Давай, хотя бы сделаем заказ, прежде чем начнем швыряться ругательствами.

Эван заказала содовую с лаймом. Маркус попросил ‘Грязный мартини’. Эван посчитала это странно уместным.

- Это не похоже на тебя совмещать приятное с полезным, Эван, - сказал Маркус, когда официант ушел. - Сенатор может основательно расстроиться, если узнает, что ты трахаешь его жену.

Эван не видела причин с ним спорить.

- Ему следует сначала распрощаться с Марго Шеридан, чтобы это заметить.

Маркус остался равнодушным.

- Не он первый, не он и последний, не так ли?

Эван откинулась назад. Она чувствовала, что ее кровяное давление растет, но она была полна решимости не позволить этому ублюдку это увидеть.

- Ты такой умный парень, Маркус. Я удивляюсь, почему тебе было так необходимо меня нанять, если вы уже знаете так много.

Он вытянул руки, прежде чем сплести пальцы.

- Никогда не знаешь. Даже лучшие из нас упускают что-то время от времени.

- Типа кто убил Тома Шеридана?

Он замолчал. Его темные глаза ничего не выражали.

- Том Шеридан погиб, катаясь на лыжах.

- Правильно, - отметила Эван. - Ты же там был, верно? Забавно, что ни в одних новостях это не упоминалось.

Подошел официант и поставил перед ними напитки. Маркус помешал свой мартини длинной коктейльной трубочкой, а потом съел одну из пузатых оливок.

- Это об этом ты хотела со мной поговорить? О моей поездке в Аспен?

- Зачем ты туда ездил? Ты не похож на заядлого лыжника.

- У меня были дела.

- С кем?

Он встретил ее взгляд, но не ответил.

- Ладно, - Эван потянулась к карману на чемодане и вытащила папку. Она вынула копию фото, которую обнаружила на сайте выпускников Йеля и толкнула ему ее через стол. - Так твои 'дела' просто привели тебя в тот же бар, где кутили Шеридан и его собратья по Йелю - включая Энди Таунсенда?

Маркус едва взглянул на фото - затем откинулся назад и улыбнулся.

- Ты всегда отлично вынюхивала детали, Эван. Но ты немного не в ладах с собой, когда нужно связать концы с концами.

Задница.

- Ну, тогда, это счастье, что у меня есть ты, чтобы просветить меня.

- Могу тебя заверить, что не было ничего дурного в моем там присутствии. Партия обратилась ко мне по поводу Энди.

- Энди?

Он съел вторую оливку из своего мартини.

- Ага. Если ты помнишь, это был тот же самый уикенд, когда Арт Якобсен объявил о своем решении не баллотироваться в сенат от Делавера. Партия уже положила глаз на Энди, как на успешного политика - это казалось хорошей возможностью присмотреться к нему и понять, есть ли у него амбиции помимо обладания губернаторским особняком в Дувре.

Эван все еще сомневалась.

- Дувр в часе езды от твоего офиса на М Стрит. Зачем надо было лететь в Аспен, чтобы вы непринужденно поболтали именно там?

Он качнул головой.

- Тебе нужно как следует делать свои домашние задания, Эван. Я из Денвера. Ни на какую мысль не наводит?

Господи. Она это упустила. Верно. Маркус учился в Колорадо с Джозефом Корбелом (34). И был в том же чертовом классе, что и Конди Райс (35). Она закрыла глаза. А эта история с Якобсеном. Она упустила и эту связь. Вот как выходит, и она этого опасалась, если ты позволяешь себе отвлечься.

- Что не так? - спросил Маркус без всякого тепла в голосе. - Маловато спала прошлой ночью?

Эван открыла глаза и смерила его взглядом. Он заставил ее почувствовать себя смешной, и он знал это. Он ухмыльнулся.

- Ты действительно должен просто сделать решительный шаг и потрахаться, Маркус. Это намного лучше, чем фантазировать о том, что делают другие.

Он засмеялся и осушил свой мартини.

- Классный ответ. Это такой у вас юмор в южной Филадельфии?

- Пошел к черту.

Он покачал головой и посмотрел на нее.

- Я не могу тебя приодеть или пригласить куда-нибудь. Интересно, сколько времени потребуется мисс Донн, чтобы прийти к такому же выводу?

У Эван было два выбора. Она могла восстановить контроль за разговором или плеснуть остатки своего напитка ему в лицо и уйти. Как бы ни была привлекательна вторая альтернатива, она решила попытать счастье с первой.

- Ты катался на лыжах в колледже, Маркус?

Он сузил глаза.

- Что?

- У тебя проблемы со слухом? Ты поехал в Денвер - он довольно известен своими альпийскими лыжными командами. Ты когда-либо входил в одну из них?

Он не ответил. Она заметила, что он постукивал средним пальцем по краю пустого бокала. Он был бы отвратительным игроком в карты.

- Да, ладно, Маркус. Я в два счета это обнаружу.

- Я немного катался.

- И сейчас катаешься?

- Куда ты клонишь, Эван?

- Ну, как ты говорил, я никуда не клоню. Просто пытаюсь вести вежливый разговор.

Он вздохнул.

- Да. Я все еще катаюсь время от времени.

- Ты катался в тот уикенд, когда был в Апсене с Энди и Томом Шериданом?

Он вытащил из стакана коктейльную палочку и стал прокалывать дырки в салфетке.

- Я поехал в Аспен не поправлять свое здоровье.

- То есть, ответ 'нет'?

Он бросил палочку.

- Ответ 'нет', - он скрестил руки. - Ты меня в чем-то обвиняешь?

- Пока нет.

Он выдохнул.

- Осторожнее, Эван.

- Эта угроза?

- Нет. Это предупреждение, - его голос звучал холодно. - Сосредоточься на деле. Тебя наняли собрать факты об Энди - не обо мне и не о Томе Шеридане.

Она кивнула.

- Я буду держать это в уме.

- Смотри, что делаешь, - он вытащил бумажник из внутреннего кармана и вынул двадцатку. Затем огляделся и помахал официанту. - Я больше не собираюсь компенсировать твои расходы на поездочки для сбора этих случайных, разрозненных фактов. Оставь это дерьмо с играми в Закон и Порядок (36) и займись своей работой, - он встретился с ней глазами. - Это не Пенсильвания.

Эван откинулась назад, на мягком сидении.

- Это кое-что мне напомнило. Как поживает твой любимый педофил? Его уже должны были выпустить из тюрьмы. Он собирается опять баллотироваться на государственный пост?

Маркус не заглотил наживку.

- Просто помни, что я сказал, Эван.

Она сладко ему улыбнулась.

- Я помню все, что ты говоришь, Маркус.

Он встал.

- Верю, что ты сама найдешь дорогу на станцию.

Она кивнула.

- Отлично. Я расскажу Дэну о нашей беседе.

- Валяй.

Он повернулся и вышел из бара. Эван осталась сидеть. Официант подошел и спросил, хочет ли она что-нибудь еще.

- Угу. Принесите мне водки, - он кивнул и вернулся к бару. - Двойную порцию, - крикнула Эван ему в спину.

А почему бы, черт возьми, и нет? Она не за рулем.

И даже никуда ни собиралась ехать.

.

ГЛАВА 13

Умение ждать никогда не было сильной чертой Эван.

К счастью, было не похоже, что вечер будет оживленным, поэтому она полагала, что долго прохлаждаться ей не придется. Зайти сюда по дороге домой со станции было импульсивным решением. Обычно она не поддавалась таким порывам, но в последнее время она так поступала часто. Слишком часто. Ей нужно было вернуть свою способность к концентрации. И ей надо было быть честной по поводу того, что она делает.

Она откинулась на жесткой скамье и попыталась насладиться тусклым светом и тишиной.

Здесь всегда пахло чем-то похожим на лак. Забавно, что именно эта деталь, связанная с этим местом, вызывала отклик в ее душе - запах. Она находила его уютным. Он ассоциировался у нее со спокойствием и порядком. Может быть, именно это превратило ее в заядлую домохозяйку. Ее мать смеялась бы над этим до упаду. Она никогда не имела склонности держать все в порядке - побоище, которое она устроила в своей личной жизни, отлично это доказывало.

Эван ненавидела хаос. Всю свою жизнь она его избегала, и делала все возможное, чтобы изолировать от него свою дочь. И вот теперь, ей казалось, что она в нем тонет.

Рядом с ней деревянная дверь открылась и закрылась.

Время для представления.

Она поднялась и вошла в маленькую кабинку, закрыв дверь. Задвижка в стенке отодвинулась назад.

- Позволим Господу быть в наших сердцах и мыслях.

Эван сидела без слов. После уважительного молчания голос по другую сторону задвижки продолжил.

- Как много времени прошло с твоей последней исповеди?

Эван вздохнула.

- Около 14 лет, плюс-минус.

И снова тишина. Затем она услышала, как мужчина по другую сторону стенки хихикнул.

- Привет, Эван.

- Привет, Тим.

- Прошло довольно много времени. И что же привело тебя сюда сегодня вечером?

Она вздохнула.

- Понятия не имею. Я проходила мимо и увидела, что у тебя все еще горит свет.

Он рассмеялся.

- Как у Стефани дела в школе?

Эван улыбнулась.

- У нее все замечательно. Кажется, она приспосабливается лучше, чем я.

Она увидела, как тень по другую сторону задвижки сместилась.

- Знаешь, мы всегда можем встретиться просто за чашечкой кофе, как обыкновенные люди.

- Нет. Мне как бы нравится эта обстановка. Мне проще говорить, когда не нужно пялиться на твое одеяние.

- Итак, это официальный визит?

- Не знаю. Ты мне скажи.

- Хорошо. Исповедуйся в чем-нибудь, и я дам тебе знать, как это квалифицировать.

Эван рассмеялась.

- Если бы ты не был священником, я могла бы выйти за тебя замуж.

- Если бы ты не была лесбиянкой, я бы с трудом с тобой не согласился.

Она вздохнула.

- Тим, я думаю у меня проблемы.

- Как так?

- Я работаю для Дэна. Над одним делом. И все - усложняется, - она помедлила. - Думаю, я лажаю, и, кажется, я не способна остановиться.

- Это касается тебя и Дэна?

- Нет.

- Из-за работы?

- И да, и нет.

- Кто-то еще.

- Да.

Тим вздохнул.

- Эван. Я забыл свое секретное дешифрующее кольцо в другом одеянии. Почему бы тебе просто не рассказать, что тебя беспокоит?

Она молчала.

- Эванжелин?

- Угу, ок, - Тим мог и обойтись без этого имени - они были друзьями с детских лет.

Она сидела и барабанила пальцами по колену. Она пришла к нему, чтобы поделиться, так почему она еле ворочает языком?

- Есть женщина. И она замужем. За парнем, на которого я собираю информацию.

- Понимаю. Она тебе нравится?

Мягко сказано.

- Да, можно сказать нравится.

Тим на секунду замолчал.

- Она лесбиянка?

- Да, но не открытая. У нее сложная ситуация.

Том вздохнул.

- Ты имеешь в виду, все запутано из-за чего-то еще помимо того факта, что она замужем, она гей, и тебе платят за расследование жизни ее мужа?

- Да. Я понимаю, это звучит смешно.

- Нет, Эван. Это звучит бредово. И у тебя хватило ума на это. Что происходит?

Она покачала головой.

- Я не знаю. Не могу выкинуть это из головы.

- Ты влюблена в нее?

Эван почувствовала, словно стены крохотной кабинки двинулись на нее. Ее подмывало встать и уйти. Она сошла с ума, если пришла сюда. Вот еще один пример того, как ей недоставало контроля.

- Эван? - она видела тень Тима. Он ближе нагнулся к задвижке.

- Я тут, - она все еще медлила с ответом. - Не знаю. Возможно, - она расстроено махнула рукой. - Как к черту я это узнаю? Я никогда раньше не влюблялась.

Она слышала, как Тим выдохнул.

- Опиши, как ты себя чувствуешь, когда думаешь о ней?

Это было просто.

- Больной. Жалкой. Как будто что-то съедает меня изнутри. Как будто я самый большой чурбан в мире.

Тим рассмеялся.

- Рада, что тебя это забавляет. Его спокойствие выводило ее из себя.

- Извини, Эван. Только никакое раскаяние не поможет тебе из этого выйти.

- И что это значит? - она теряла терпение из-за всей этой затеи.

- Думаю, ты знаешь, что это значит. Вопрос в том, что ты решишь с этим делать.

- Как, черт возьми, я это выясню?

- Тем же путем, как ты выясняешь и другое. Ты собираешь больше информации, и ты стараешься сделать наилучший выбор.

Она вздохнула.

- Не думаю, что у меня есть выбор.

- Ты ошибаешься. Выбор есть всегда. Иногда мы просто отказываемся его видеть, потому что боимся - или потому что этот выбор подменяет что-то другое.

- Отлично. Это как раз то, что я хотела услышать.

- Извини, подруга. Это лучшее, что у меня есть.

Она вздохнула.

- Жизнь была гораздо проще в те дни, когда все, что тебе было нужно, так это прикупить парочку индульгенций (37).

Он засмеялся.

- Ну, если тебе это заставит чувствовать себя лучше, ты всегда можешь сделать щедрое пожертвование нашему строительному фонду.

- Уверена в этом. Какую аферу вы проворачиваете сейчас?

- Нам надо заменить пол в тренажерном зале в приходе.

- Точно, - она встала. - Я посмотрю, что смогу сделать, - она колебалась, а затем положила ладонь на задвижку. - Спасибо, Тим.

- У тебя есть хорошие инстинкты, Эван. Используй их. Слушай свое сердце. Не путай его с тем шумом, который исходит от других источников.

Эван поразилась тому, что он использовал слово «шум». У нее было странное чувство, что приход сюда, в конечном итоге, был правильной идеей.

- Я помолюсь за тебя после твоего ухода, - сказал он.

- Знаю, ты так и сделаешь. Она открыла небольшие филенчатые двери и вышла, не оглядываясь.

ГЛАВА 14

Марго Шеридан работала в офисе, занимавшем несколько комнат в огромном, многофункциональном комплексе в городе Рестон, штат Вирджиния - в одной из первых национальных - спроектированных» общин. Эван подумала, что Рестон был во многом похож на вымышленный город Степфорд: он был подозрительно глянцевым и совершенным.

Такой же, как и сама Марго.

Номинально, она была одним из главных связующих звеньев между Индийской “Тата Групп” и всевозможными посредниками “Механизма чистого развития (38)” (CDM), которые расплодились как грибы после ратификации в 1997 году Киотского протокола. Ее первостепенной задачей был контроль за процессами купли-продажи квот на выброс углерода в рамках “Сертифицированных сокращений выбросов” (CER) для различных дочерних предприятий “Тата Групп”. Эта практика позволяла Тата и ее аффилированным компаниям создать положительную международную репутацию посредством инвестирования в инициативные начинания по использованию чистых источников энергии на развивающихся рынках. В обмен на свои добрые деяния, им было позволено обходить ограничения по предельным уровням выбросов на собственных предприятиях, зарабатывая миллионы долларов на этом процессе.

Озвучиваемая Гринпис вслух критика - Киотской лазейки», выдвигала предположение, что Тата использует - Механизм Чистого развития», чтобы пускать пыль в глаза и избежать сокращения того колоссального объема выбросов углекислого газа в атмосферу на своих собственных промышленных объектах. Поскольку Компания производила достаточно благоприятное в области экологических инициатив впечатление, они утверждали, что никому, по сути, нет никакого дела, что Тата очень быстро превращала Индию в новый Китай - особенно когда дело уже дошло до чистоты вдыхаемого людьми воздуха. Оппоненты приводили доводы, что уровень углекислого газа остается уровнем углекислого газа, не важно в какой части планеты ты живешь - что мультинациональные корпорации, такие как Тата помогают планете больше, чем ей вредят.

С какой бы стороны не подойти к этим дебатам, одно было вне всякого сомнения: торговля квотами на выброс углеродов теперь превратилась в большой бизнес - огромное количество людей наживалось на прибыли от него. Было неясно, насколько серьезным камнем преткновения стал Том Шеридан для стремительного взлета Марго в многогранной организации Сталелитейной группы, но Эван догадывалась, что ее брак с апологетом Гринпис не слишком хорошо сочетался с мальчиками из Мумбаи.

Подобно Тому Шеридану, Энди Таунсенд стал рупором движения за чистые источники энергии - но, в отличие от Шеридана, Таунсенд был обязан своим политическим успехом его финансовым покровителям из частного сектора. Целая череда поставщиков ядерной энергии проявилась в финансовых отчетах его избирательной кампании. И хотя она пока не могла это доказать, Эван поставила бы ферму своего деда на вероятность того, что Тата, за ширмой той или иной своего дочерней компании, помогла накачать мускулы кампании Таунсенда и расправить грудь для борьбы на выборах.

Что касается ее личного отношения, то ей пришлось признать, что она более чем средне была заинтересована во встрече с Марго. Она была давней любовницей Энди - и экс-любовницей Джулии. Второй факт задевал ее больше, чем первый. Если бы она взглянула правде в глаза, она бы признала, что ее снедало любопытство относительно женщины, которая, в конце концов, уговорила Джулию взломать дверь ее роскошного чулана.

- Собери больше информации, - сказал ей Тим.

Что ж. И вот она тут, направляется к Рестон Таун Центр, как раз за тем самым.

Ей нужно поговорить с Марго, в любом случае, так почему бы не убить двух зайцев одним выстрелом? Может, некоторые кусочки мозаики встанут на место, если она встретится с женщиной, которая настолько соблазнительна, что Энди и Джулия не смогли перед ней устоять.

Кого она пытается надуть? На самом деле, ей надо увидеть, какой тип женщин Джулия считает привлекательным. Поправка. Какой еще тип женщин - потому что она знала, что кроме общего пола, она и бывшая Майя Джиндал ничего общего не имели.

Дэн ввел ее в курс дела и поделился подробностями биографии Майи, а приятель Эван, Бен Раш - частный сыщик, вовлеченный во множество околоправительственных расследований, заполнил остальные белые пятна. Бен также был специалистом по прослушке, который довольно часто, неофициально, «подрабатывал» на Департамент Юстиции.

Согласно информации, представленной Беном, Майя выросла в маленьком городке в провинции Пенджаб Британской Индии, недалеко от границы с Пакистаном. Ее семья владела несколькими заводами по производству сосновой смолы и сахара, и была достаточно состоятельной, чтобы отправить каждую из их пяти дочерей на учебу за границу. Три из сестер Майи учились в Оксфорде. Она же сама и ее младшая сестра, Чандра, поступили в Йель - альма-матер их отца.

Отец Майи был дальним родственником «Стальных» Джиндалов, но он впал в немилость семьи, женившись на мусульманке - суннитке из Лахора. Ситуацию осложняло еще и то, что его невеста была дочерью пакистанского сталепромышленника - главного конкурента «Jindal Steel» в процессе освоения глобальных рынков сбыта.

Во время учебы в колледже Майя чаще всего проводила летние каникулы, работая на своего деда по материнской линии в центральном офисе его компании в Карачи. Ее должностные обязанности были неопределенными - по этому поводу не сохранилось никаких письменных свидетельств. Бен сказал Эван, что единственным способом восполнить недостающие детали биографии Майи была бы поездка в Пакистан - но навряд ли Госдеп США смог бы санкционировать данную поездку, и навряд ли Маркус ее бы оплатил.

Майя познакомилась с Энди и Дэном в студенчестве во время их поездки в Иордан.

После окончания Йельского университета со степенью в области экономики, Майя получила степень МВА в Колумбийском университете. Она начала работать на “Корус Америка” в качестве лоббиста, еще до того как этот голландский конгломерат был в 2007 году поглощен “Тата Групп”. С того времени она тяготела к управлению международными проектами Компании, связанными с “Сертифицированными сокращениями выбросов”. Она много ездила по миру, деля свое время между Центральным офисом в Рестоне и корпоративными офисами фирмы в Лондоне и Мумбаи.

И как оказалось, она также проводила много времени с Энди в его доме в старой части Нью Касла.

Она находилась под пристальным вниманием со стороны Госдепа в связи с ее деловыми и семейными связями с Пакистаном. Два дяди Майи находились в правительственном списке слежки из-за подозрения в их возможном участии в “Лашкаре Тайба” - пакистанской террористической организации, ответственной за взрывы в Мумбаи в 2008 году. Собственные темные связи Майи с Пакистанскими сталепромышленниками также делали ее досье в Госдепе внушительным. Со слов Лиз Берк, ее интрижка с действующим сенатором США удивила множество людей в администрации президента.

Чем больше Эван узнавала о Майе-Марго, тем больше убеждалась, что ее тайная связь с Энди Таунсендом окажется той «ахиллесовой пятой» сенатора, которую Дэн надеялся скрыть. Решение Джулии подать на развод очень быстро лишит Энди той видимости респектабельности и стабильности, которую он носил как мантию. Как только СМИ ухватятся за эту новость, «Главный Скаут Америки» очень скоро лишится нескольких знаков отличия. Сможет ли он выжить? Приведут ли выставленные на всеобщее обозрение длительные сексуальные отношения с мусульманкой, у которой к тому же имелись сомнительные связи с воинственно настроенной политической группировкой внутри Пакистана, к его скорой политической кончине?

Но это не ее забота.

Она выпрыгнула из автобуса на остановке Рестон Таун Центр и прошлась пешком до офиса Марго на Уан Фридом Сквер.

***

Марго опаздывала.

Она слишком быстро завернула за угол длинного коридора, который вел к ее офису, и зацепилась рукавом блузки за сломанную ветку, торчащую из разросшегося фикуса. Она потянула рукав, чтобы отцепиться и посмотрела на него с презрением. Опять та же самая ветка, которая поймала ее вчера. Они должны либо подрезать эту чертову штуку, либо передвинуть. Она посмотрела на часы. Опаздывала уже на 10 минут. А ведь Энди говорил, что Эван ярый поборник пунктуальности.

Она была взвинчена. Взволнована. И это не было для нее нормальным. Ей не нравилось, когда эмоции брали над ней верх. Это затмевало ее суждения. И было легко совершить ошибку. А она не могла себе позволить еще раз облажаться. Не теперь. Она уже исчерпала свои лимиты.

Прошлой ночью она пыталась проанализировать возможные причины ее настороженного отношения к этой встрече. Причины, помимо тех очевидных, которые заключались в том факте, почему Эван Рид хочет встретиться с ней в первую очередь. Эван Рид. Ее репутация определенно ее обгоняла. Она была легендой на Капитолийском холме. Любой внутри конвейера, кто даже мимоходом был вовлечен в национальную политику, слышал о ней. Многие на себе испытали ее проверку: мало кто из них вышел сухим из воды.

Марго знала, что сегодняшняя встреча неизбежна. Она поняла это в тот момент, когда Энди рассказал ей, что Дэн нанял Эван Рид проверить его прошлое. Единственный вопрос, возникший в ее голове, был о том, сколько времени потребуется этой стойкой маленькой охотнице за секретами, чтобы пройти по следу из хлебных крошек, который приведет прямо к ее порогу. Марго догадывалась, что немного.

Как это обычно и бывало, она оказалась права.

Энди сказал, что его встреча с матерью дочери Дэна в тот день в старом Нью Касле оказалась полным сюрпризом. Она была моложе, чем он ожидал. И выглядела внешне лучше. Намного лучше. Он был не готов к такому. Он знал, что Эван Рид лесбиянка, поэтому предположил, что она будет ярким примером обычных стереотипов.

Он поделился своим впечатлением с Марго в тот же вечер, позже, как только они очутились вместе в постели.

- На самом деле, она вовсе не мужеподобна - такая, прям, горячая штучка.

Марго ушам своим не верила.

- А чего ты ожидал? Что она появится одетой во фланелевую рубашку и болотные сапоги?

Он пожал плечами.

Она закатила глаза. Мужчины так предсказуемы - они были безнадежно недалеки и прозаичны.

- Полагаю, такая же, как я - и твоя святая жена? - спросила она, приподняв бровь.

Она вспомнила то ошеломленное выражение на его лице.

- Джулия не лесбиянка, - сказал он.

- Да ты что? - ответила она. - Должно быть я обманулась.

Энди покраснел.

- Это было недоразумением.

- Конечно. Продолжай убеждать себя в этом.

Он провел рукой по внутренней стороне ее бедра.

- Ты тоже не лесбиянка.

Она не ответила. Было проще позволить ему верить в то, во что он хотел верить. Кем она была и кем не являлась, не так уж и было важно - это все равно ничего не меняло.

Дверь в ее кабинет была открыта, и внутри она могла видеть женщину, стоящую у окон с видом на площадь внизу. Марго вошла в комнату, и женщина обернулась.

Энди был прав. Она была привлекательна, в стиле Джоди Фостер, девчонки, живущей по-соседству. На ее плече все еще висела сумка-портфель, что, как надеялась Марго, означало, что она ждет не долго. Она выглядела безобидной, но Марго знала, что это совсем не так.

- Мисс Рид? - Марго подошла и протянула ей руку. - Я Марго Шеридан. Надеюсь, вам не пришлось долго ждать.

Эван Рид улыбнулась, и они пожали друг другу руки. Это заставило ее выглядеть еще моложе. Марго предположила, что ей уже за 35, она узнала от Энди, что у Эван была дочь - подросток.

- Около 10 минут. Не так долго, - ее голос был низким. Как сексуально. - Прошу вас, зовите меня Эван. И спасибо, что согласились встретиться со мной.

- С удовольствием, - она махнула рукой в сторону переговорной. - Не хотели бы вы присесть?

- Спасибо, - Эван подошла к паре стульев с кожаными ручками и уселась в одно из них, закинув ногу на ногу. Она поправила складку на серой штанине брюк пальцами правой руки. Марго заметила, что ее ногти были короткими, но хорошо ухоженными. - Могу предположить, что эта встреча может быть для вас затруднительной, поэтому подумала, что может быть полезным просто признать это, до того как мы начнем наш разговор.

Марго села напротив нее.

- Наоборот. Я с нетерпением ждала встречи с вами. О вас в Вашингтоне легенды ходят.

Казалось, что Эван Рид это позабавило.

- В самом деле? Это заявление несколько преувеличено.

- Я говорю о вашей профессиональной репутации, - Марго помолчала. - Но верно и то, что ваши другие ... интересы... также в некотором роде прославились.

Эван засмеялась.

- Прославились? Черт. Мне нужно поднять мои расценки.

Марго улыбнулась. Она нашла поведение этой женщины заразительным.

- Вы не кажетесь удивленной.

Серые глаза Эван встретились с ее взглядом.

- Черт, нет. Ничто об этом городе меня не удивляет.

- Тогда вы подобрали себе подходящий род занятий.

Обе руки Эван лежали на подлокотниках кресла. Она выглядела совершенно спокойной, но Марго подозревала, что это было не так.

- Это работа.

Марго была заинтригована.

- Вы имеете в виду, что на самом деле не наслаждаетесь тем, что вам платят за выуживание плавающих обломков из жизней других людей? Я бы нашла это захватывающим.

Эван внимательно ее изучала, прежде чем ответить.

- Это имеет свои преимущества.

- Я наслышана об этом.

Эван поерзала на стуле и снова закинула ногу на ногу, на этот раз другую.

- Есть что-то такое, чем вы желаете поделиться с остальным классом, миссис Шеридан? Не уверена, что уловила вашу мысль.

- Неужели? Я думала, что была довольно прозрачна.

Эван сжала губы.

- Как насчет того, чтобы начать наш разговор с самого начала? Я вас уверяю, что несколько затянувшееся любопытство, которое вы испытываете к моей личной жизни - неуместно, и не стоит вашего времени.

Марго улыбнулась. Она наслаждалась.

- Не скромничайте.

Эван провела рукой по своим коротким, светлым волосам. Ее волнение стало заметным. На секунду она уставилась в окно. Затем вздохнула и встретилась глазами с Марго.

- Ясно, что мы разговариваем на разных языках - почему бы просто не перейти к сути дела.

Это было неожиданностью.

- В смысле?

- В смысле, давайте поиграем в – “Купи-Продай”.

- “Купи-Продай”?

- Ну да. “Купи-Продай”. Детскую игру. Я предложу то, чего хотите вы, а вы - то, что требуется мне, затем обменяемся этим.

Марго была заинтригована.

- То есть мы будем обмениваться информацией?

Эван одарила ее намеком на улыбку.

- Для начала.

Марго начала понимать, что теряет контроль над разговором.

- Как мы будем играть?

- Кажется, вы жаждете задать мне вопросы. Это ваш шанс.

Марго откинулась назад.

- Хорошо.

Почему бы и нет? Она была уверена, что Эван Рид уже знала все, что ей нужно было о ней знать - почему бы ей не утолить и свое маленькое любопытство. Она кинула на нее оценивающий взгляд, даже не попытавшись его завуалировать.

- Итак, расскажите мне, Джулия по-прежнему хороша в постели?

Ей показалось, что она заметила нервное подергивание щеки Эван, во всем остальном, иной видимой реакции на вопрос не последовало.

- Новости, безусловно, распространяются очень быстро. Я поражена тем, насколько хорошо вы информированы.

Марго заметила, что Эван не пыталась отрицать ее умозаключений. Она усмехнулась.

- Энди не до такой степени не обращает внимания на происходящее вокруг, как вы полагаете, - она наклонилась вперед и коснулась колена Эван. - Он никогда не согласится на развод. Он не позволит ей уйти.

Эван уставилась на свою ногу, туда, где все еще лежала рука Марго. После того, как та ее убрала, она подняла глаза и встретилась с ней взглядом.

- Позволит или не позволит... Это между Энди и Джулией. Я не имею ни малейшего отношения к данной ситуации.

- Да неужели?

- Что вы имеете в виду?

Марго засмеялась.

- Вы либо лжете или прелестно глупите. Не думаю, что это счастливое совпадение, что дорогая Джулия вдруг захотела свободы. Не так ли?

Эван пожевала внутреннюю сторону щеки.

- Кстати, о счастливых совпадениях - преждевременная смерть вашего мужа упростила вам ситуацию с амбициозным сенатором.

Марго покраснела.

- Предполагаете, что смерть Тома не была несчастным случаем?

Эван приподняла бровь.

- Вот те на, разве я это сделала? Мне казалось, что я просто поделилась своим наблюдением.

Дерьмо. Это было глупо. Ей нужно успокоиться.

Эван наклонилась вперед.

- Есть только одна причина, по которой вы могли бы быть столь осведомленной во всем, Майя. Расскажите мне о ваших взаимоотношениях с Маркусом.

Марго была ошеломлена.

- О чем вы говорите?

- Вы. Энди. Маркус - ваша порочная маленькая троица. Вы все компанией увязли в чем-то по самые уши. На кого работаете вы? И почему меня втянули во все это, если Маркус уже знал про вас с Энди и про «несчастный случай» с Томом?

Они пристально глядели друг на друга в тишине. Секунды утекали.

- Маркус вас недооценивает.

Эван улыбнулась.

- Но вы-то нет, ведь так?

Марго встала.

- Думаю, мы закончили.

Эван вздохнула.

- Очень жаль. Мы даже не подобрались к самому интересному.

- Все нормально. Выяснилось, что у вас нет ничего, что побудило бы меня поторговаться.

Эван тоже встала.

- Приму это за комплимент.

Марго повернулась и пошла к двери.

- Наслаждайтесь любовными играми с Джулией - это не продлится долго.

Эван тонко улыбнулась и протянула руку. Марго коротко ее пожала. Затем Эван покинула кабинет и исчезла за поворотом дальше по коридору. Марго закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Она закрыла глаза. Черт. Черт. Черт.

Все только усложнялось.

Она подошла к столу и открыла ящик. Вытащив свой сотовый из сумки, отбросила крышку и набрала код. Она села, когда соединение установилось, и телефон на том конце начал звонить. Это будет трудный разговор.

***

Находясь снаружи, на площади, окружающей офисное здание Марго, Эван дрожала от ярости.

Черт возьми. Она заставила себя присесть на бордюрную стену, окружавшую фонтан. Ей нужно было собраться с мыслями. Что за вашу мать? Все идет абсолютно не так, как она предполагала. И вот с этой женщиной спала Джулия? Боже. На ее фоне Лиз Берк выглядела как маленькая девочка-пастушка. Не удивительно, что Джулия была в ужасе.

Марго Шеридан. Она определено была - экзотичной. Сексуальной. Соблазнительной. И опасной, как кобра. Было ясно, что она умела владеть своим шармом.

Она была более чем когда-либо убеждена, что Энди был простофилей - деревенщиной. Пешкой.

Но какая была связь между Марго и Маркусом? Должна была быть какая-то - никаким другим путем она бы не узнала об ее отношениях с Джулией.

Отношения. Господи. Она тряхнула головой, пытаясь ее прояснить.

Ага. Это они и были, ладно. Она позаботится об этом. Она уже увязла в них полностью. Что там сказала Марго, когда она уходила? Это не продлится долго? Последнее слово осталось за ней - она это знала. Но оно нашло свою цель - смертельно поразив ее, прямо туда, где она была наиболее уязвима.

***

Вернувшись в тот же вечер в Чаддс-Форд, Эван сидела на дедовском английском стуле и пыталась работать. Она составляла список, старясь разложить по полочкам все, что она узнала, и то многое, что она подозревала об игроках в этой причудливой маленькой костюмированной драме. Она наполовину заполнила блокнот именами - каждое сопровождалось аккуратными строчками фактов, наблюдений и пояснений ниже. Она старалась придать этому смысл. Проследить связи. Изолировать то, что не вписывается в общую картину.

До тех пор пока она не прикончила большой стакан водки, ее мысленные потуги были более продуктивными. Она не могла сосредоточиться. Ее мысли продолжали блуждать. Она снова кинула взгляд на часы. Пять часов разницы. Вероятно, она уже спит. Было бы нелепо сейчас позвонить. Она уехала всего два дня назад. Боже. Какой же она была жалкой.

Она заставила себя еще раз взглянуть на список, постукивая ручкой от волнения.

Это не продлится долго. Прощальный залп Марго звенел в ее голове, как мрачные аккорды реквиема.

Может быть, все уже было кончено.

Она опять глотнула из стакана. Лед почти растаял. Все, что осталось, было непрозрачным маленьким кусочком, который болтался и отчаянно всплывал на поверхность. Брось это, хотела она ему сказать. Смирись с судьбой. Есть много худших вариантов встретить свой конец, чем в стакане Бельведера. Ей-то это следовало знать.

Ей некого было винить, кроме себя. Она все прекрасно знала. Она прекрасно знала и все равно на это пошла. Как и сказала Джулия, она бы в любом случае так поступила.

Может быть, она становилась как ее мать? Всегда ставящая кусочек сахара перед усталой старой клячей, которая каким-то образом должна притащить оставшиеся обломки назад в сарай.

Разберись со своим беспорядком. Это то, что она всегда повторяла Стиви - ее лучший родительский совет. Мудрость, накопленная на протяжении всей ее подержанной жизни и сводившаяся к этим четырем банальным словам.

Что ж, в данный момент в ее собственной жизни было чертова куча беспорядка. И она не имела не малейшего гребаного понятия, как с ним разобраться.

Зазвонил телефон. Она несколько секунд смотрела на него, будто это был незнакомый предмет, который только что упал с неба. Он зазвонил еще раз. Она ответила на вызов.

- Рид.

- Эван? Это Дэн.

Она вздохнула. Он знал о сегодняшней встрече с Марго. Вероятно, он звонит, чтобы подпалить ей задницу.

- Привет, Дэн. Бьюсь об заклад, я догадываюсь, почему ты звонишь.

- Нет, - он был расстроен. - Послушай... мне надо, чтобы ты знала... Эван, произошел несчастный случай.

Она села слишком быстро, так, что водка выплеснулась из стакана. Ручеек побежал вниз по ее предплечью и закапал на блокнот, размывая границы между ее аккуратными, написанные красивым печатным почерком, строчками.

- Что случилось? Стиви? - ее сердце бешено заколотилось.

- Нет. Не Стиви, - он помолчал. - Джулия. В Лондоне. Автомобильная авария. Она возвращалась к себе после поздней встречи.

В голове Эван возник звон. Перед глазами промелькнули белые вспышки, и она подумала, что может упасть в обморок. Она схватилась свободной рукой за край стола.

- Она ...?

- Нет, - оборвал ее Дэн. - Нет - она в больнице - ранена, но жива. Однако ее водитель погиб, - он замолчал. - Мне жаль - я знаю, что ты хотела бы знать.

Господи. Жива? Она жива.

- Насколько сильно она пострадала?

- Деталей я не знаю.

- Энди?

- Энди в Лос-Анджелесе. Он мне и позвонил.

Голова Эван все еще плыла. Ей нужно подумать. Ей нужен план.

- Он едет в Лондон?- конечно, он поедет... она его чертова жена.

- Не знаю. Думаю, прямо сейчас они - в натянутых отношениях, - он снова помолчал. - Он попросил меня рассказать тебе.

- Почему?

Кого она дурит? Она знала ответ.

- Не думаю, что он хочет, чтобы она была там одна. Он все еще о ней заботится, Эван, несмотря на их проблемы.

- Ее родители? Они во Франции... - ее голос затих.

- Ничего об этом не знаю.

Она махнула рукой в отчаянии.

- Я пила. Я не могу.

Дэн опять ее прервал.

- Есть рейс в Хитроу на 7-50. Я пришлю за тобой машину. Собирай свои манатки.

Она почувствовала, как горячие слезы обжигают ее глаза.

- Я твой должник, Дэн.

Он рассмеялся.

- Ага. Я принц, ок.

- Иногда ты такой.

- Уверен, что напомню тебе об этом.

- Знаю, что напомнишь.

- Как думаешь, восьми часов полета тебе будет достаточно, чтобы протрезветь?

Восемь часов? Боже. Она улыбнулась сквозь тревогу.

- Едва ли.

- Водитель тебе позвонит, и я пришлю тебе сообщение с названием больницы. А теперь поднимай свою задницу и двигайся.

Он повесил трубку.

Она бросила взгляд на медленно расплывающееся на блокноте пятно, оставленное пролитой водкой.

Черт подери.

Она резко отодвинула стул и побежала к лестнице.

ГЛАВА 15

В 9 утра в будний день в аэропорту Хитроу было не продохнуть от скучающих и замученных бизнесменов. Эван направилась к здоровенному таможеннику с закрученными вверх усами, который стоял, подбоченясь, недалеко от ряда ярко-оранжевых стоек. Он встретился с ней глазами, пока она приближалась, затем коротко глянул на ее черную сумку, висящую у нее на плече. Подходя к зоне досмотра, она подсчитала, что таможенник приклеивает ярлыки на багаж каждого седьмого пассажира. По ее расчетам, она была шестой. Полному мужчине в твидовом костюме позади нее, который прохрапел весь путь над Атлантикой, придется немного подождать, прежде чем затянуться сигаретой снова.

У нее ушло 20 минут на то, чтобы добраться до места выдачи багажа, и еще 20 минут, чтобы забрать чемодан и выбраться к наземному транспорту. Воздух снаружи терминала был тяжелым и плотным. Небо тускло светилось свинцово-серым. Недавно прошел дождь. Все вокруг было мокрым. И было холодно. Она запахнула полы своего пиджака и глубоко вздохнула.

Пахло выхлопными газами.

Да. Она снова в Англии.

Эван не была в Лондоне почти два года - но она хорошо знала этот город. Она провела тут год студенткой, изучая методы исследований в Лондонском Университете и стажируясь в Британском Музее. Она вернулась сюда несколькими годами позже, во время перерыва в аспирантуре, и провела шесть недель с семьей, у которой жила во время учебы. К тому времени она была беременна, и растерянность и отчаяние заставили ее искать единственное место за пределами фермы ее деда, где она когда- либо чувствовала себя твердо стоящей на ногах.

Ее ‘приемные родители’, Майкл и Сьюзан Шор, были уравновешенной и практичной парой, управляющей высококлассным хостелом, выходившем окнами на Темзу, недалеко от Хэмптон Корт. Эван была одной из четырех иностранных студенток, расквартированных там в течение учебного года - и только она была родом из США.

Семья Шор жила скромно. Их двое детей-подростков были непочтительными сорванцами, но счастливыми и преданными своим родителям. Эван вспомнила, что наблюдала их семейное общение с восхищением. В первые несколько месяцев своего там пребывания она чувствовала себя пришельцем с другой планеты - наблюдая любопытное поведение чужеродных видов. Члены семьи Шор разговаривали друг с другом. Они проявляли интерес и внимание к жизни друг друга. Они вместе завтракали, обедали и ужинали. Они даже ели сидя. На стульях.

Эван нашла типичные, подростковые выходки детей Шор захватывающими. Она была загипнотизирована легким товариществом и доверием, которые они разделяли со взрослыми родителями. Наблюдая за ними, она начала понимать, что существовали и другие модели, по которым могли функционировать семьи. Материнство, в том виде, как его практиковала Сьюзан Шор, стало меньше походить на тюремный срок без права на досрочное освобождение.

Эван уже приняла решение рожать, а в Лондон поехала, чтобы восстановить душевные силы от потрясения, которым стала для нее беременность. Ее традиционные католические ценности уже взяли над ней верх и твердой рукой подвели к этому решению. Образец спокойной и умиротворенной жизни Сьюзан Шор, в конечном итоге убедил ее оставить ребенка.

Так что, благодаря ей, она это и сделала.

С тех пор она была тут дважды, со Стиви, приезжала навестить хостел, который сейчас неясно маячил на ландшафте ее эмоционального горизонта. Стиви любила семью Шор почти так же сильно, как и Эван, и нашла их дом легким и нетронутым оазисом спокойствия в хаотичном мире.

И опять Эван вернулась в Лондон с неприятностями. Ее подмывало усмехнуться от иронии. Но на этот раз она сомневалась, что даже мудрого и доброго совета семьи Шор было бы достаточно для ее спасения.

Ее дед сказал бы, что она готова была сунуть свою задницу в пасть аллигатора. Да уж, она устроила еще тот бардак.

Она не знала хоть каких-нибудь деталей о состоянии Джулии. Не знала, легкие ли ее раны, или они угрожают ее жизни. Не знала, планирует ли Энди или родители Джулии приехать в Лондон, чтобы побыть с ней. Не знала, хочет ли вообще Джулия иметь с ней что-то общее. И она определенно не знала, как издательница отреагирует на внезапное появление Эван, похожей на какого-то несчастного щенка.

Она только знала, что бессмысленно продолжать стоять на холоде, рядом с терминалом в аэропорту Хитроу, размышляя над всем этим. Ей нужно двигаться - даже если это было и в неправильном направлении.

Будь она в обыкновенной поездке, она бы села на автобус, шедший в центр Лондона, и уже оттуда поехала бы дальше. Но у нее не было настроения тратить на это время, поэтому она кликнула одно из вездесущих черных такси, и дала водителю адрес больницы Ройял Мардсен в Челси. Он поднял бровь, но ничего не сказал, пока выключал свой зеленый огонек свободного такси, и выскочил, чтобы спрятать ее чемодан в багажник. Эван отметила, что он был индийцем или пакистанцем, и это снова напомнило о ее беспокойном разговоре с бывшей Майей Джиндал.

Она размышляла, что бы подумала Майя о ее поведении теперь – когда она в буквальном смысле влетела в это злосчастное и безнадежное дело.

Она поступала глупо, и знала это. Но она не могла отрицать, что ей нужно было быть здесь. Будь что будет - но Эван нужно было увидеть Джулию. Ей нужно было увидеть ее, и ей нужно было к ней прикоснуться - еще один раз, до того как она уйдет от нее для ее же блага.

Такси выехало из зоны аэропорта и повернуло на шоссе М4. Эван отметила, что снова закапал дождь. Крупные капли били по машине и катились по стеклу как потеки краски.

Кого она обманывает? Это ей было нужно увидеть Джулию еще раз, удостовериться, что та жива и здорова - до того, как Джулия сможет от нее уйти. Вот зачем в действительности она сюда приехала.

- Ты хочешь сбежать, - сказала ей Джулия, утром после того, как они провели ночь вместе.

Ну вот. Вот она тут - пролетела полмира, чтобы просто убежать.

Это было сумасшествием и противоречило здравому смыслу. Это было вне всякого смысла и разума. Это была прежняя Эван.

Такси наматывало мили, проезжая мимо полей и живых изгородей. Дождь усилился. Эван уставилась в окно на водянистое зелено-серое пятно - пока ландшафт не начал перемежаться вкраплениями городков с домами из красного кирпича с белой отделкой. Водитель выехал с шоссе М4 и завернул на узкие улочки с линией домов с двустворчатыми окнами и тонкими занавесками. Грузовиков, автобусов и такси стало больше, чем автомобилей при подъезде к Лондону.

Живот Эван заурчал, и она осознала, что ничего не ела со времени вчерашнего ланча. У нее не было аппетита в течение всего длительного перелета. Действие водки, которую она выпила прошлым вечером дома, длилось очень долго, и она чувствовала, что внутри у нее все пусто и кисло.

Она вытащила телефон из сумки и пролистала пришедшие СМС, пока не нашла последнее, полученное от Джулии - то самое, которое она послала Эван в понедельник вечером, после ее первого дня пребывания в Англии.

«Длинная, но непримечательная поездка. Переговоры о слиянии с Вэверли идут хорошо. Погода паршивая. Английский ландшафт напоминает мне о коровах в Чаддс-Форд, и еще об одной вещи, которой, как оказалось, мне не хватает».

Эван пробежала пальцами вверх и вниз по гладкому экрану телефона, желая ощутить настроение и чувства за этими строчками. И желая ощутить что-то еще помимо страха и безнадежности, которые, казалось, постоянно гнездились на дне ее желудка.

Она уже въехали в город. Больница была близко. Эван бросила взгляд на часы и поняла, что нужно перевести стрелки. Она сняла их с руки и перевела время на пять часов вперед. Было почти 11-30. Боже. За десять часов она пересекла пять часовых поясов.

Водитель повернул на широкий проспект, по бокам которого стояли одинаковые белые здания офисов. Он сбавил скорость, когда они достигли центра района, повернул направо и заехал в главный подъезд внушительной, краснокирпичной больницы “Ройял Мардсен”. Он притормозил у остановки перед входом и полуобернулся к ней на своем сидении.

- Больница Мардсен. Правильно?

Эван кивнула.

- Спасибо.

Он показал на счетчик. 68 фунтов. Боже.

Эван вытащила свою кредитную карту и 10 фунтов из своей сумки и передала их водителю.

- Спасибо, что довезли - знаю, это была длинная поездка.

Он взял наличные, ее карту и улыбнулся ей.

- Без проблем.

После того, как он провел картой по считывающему устройству, он выпрыгнул из такси и вытащил ее чемодан из багажника, потом кивнул, забрался обратно в машину и уехал.

Эван на мгновенье остановилась, уставившись на массивные стеклянные двери, что вели в вестибюль больницы. Она сделала несколько глубоких вздохов, схватила ручку чемодана и зашагала в сторону входа. Осталось сделать еще несколько метров в ее 5500-километровом путешествии.

ГЛАВА 16

Расспросы Эван о пациенте Джулии Донн были встречены пустыми взглядами и полным отсутствием какой-либо информации. Ее быстренько передали в руки старшей сестры, и она боролась с душившей ее паникой, когда подошла к комнате медсестер, которая находилась в холле чуть дальше окна регистрации. Женщина средних лет, которую она там обнаружила, окинула Эван взглядом сверху вниз, заметив и черный чемодан на колесиках, который она катила за собой.

- Вы член семьи? - спросила она. Это было больше похоже на обвинение, чем на вопрос.

- Да, - солгала Эван.

Медсестра снова взглянула на чемодан Эван.

- Я только что прилетела из Штатов, - объяснила Эван. - И сразу же направилась сюда из аэропорта.

Сестра засомневалась, но, вздохнув, стала рыться в стопке историй болезней, высящейся на стойке.

- Мисс Донн выписали около часа назад. Она взглянула на Эван поверх квадратных очков. - А так как вы член ее семьи, вы уже знаете его домашний адрес.

Вот сучка.

- Да, спасибо.

Медсестра повернулась, чтобы уйти, но Эван остановила ее.

- Можете мне сказать что-нибудь о ее состоянии?

Медсестра посмотрела на нее без намека на эмоции.

- Только то, что она чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы ее выписали. А сейчас, прошу меня извинить, пациенты требуют моего внимания.

Господи, подумала Эван. Слышали бы это в Министерстве Здравоохранения. Или она, может, просто не любит американцев.

- Спасибо, что уделили мне свое время, - Эван повернулась и направилась к центральному входу. Замечательно. Теперь мне предстоит отыскать ее лондонский адрес.

С другой стороны, можно было расслабиться - если Джулию отпустили из больницы, то, должно быть, она серьезно не пострадала. Она почувствовала, что ее тревога начала спадать. А на ее место пришла опустошенность.

Она дошла до скамейки, стоявшей рядом с дверьми в холл, и присела, вытаскивая сотовый из своей сумки. Она отыскала последнее смс Джулии. Бинго. Вевэрли. Она соединилась с сетью WiFi больницы и быстро просмотрела в интернете издателей с названием «Вевэрли» в Лондоне. Выскочила только одна ссылка: “Монографии Вевэрли” на Нью Оксфорд Стрит. Затем она просмотрела названия ближайших цветочных салонов.

Она набрала номер издательства и ждала, пока ей не ответил секретарь голосом, звучавшим почти как шепот.

- Привет, - сказала Эван, пытаясь выговаривать слова с британским акцентом. - Я звоню из цветочного салона Джейми Астон, что на Грейт Портланд Стрит. У нас уйма букетов для мисс Джулии Донн, а вот только сейчас я узнала, что в больнице “Ройял Марсден” ее больше нет. Медсестра сказала, что мы можем получить ее адрес у вас.

- Конечно, - ответил голос в трубке. - Одну секундочку, пожалуйста, я дам вам его немедленно, - Она поставила Эван на паузу.

Повезло, подумала Эван.

Через минуту женщина вернулась.

- Резиденция мисс Донн - Брук Стрит, номер 12, Мэйфэйр.

Эван закатила глаза. Ну, конечно, же.

- Спасибо большое, милочка, - сказала она. - Мы доставим эти букеты прямо к ней, - она повесила трубку.

Господи. Брук-стрит, прямо в центре Гросвенор-сквер. Сколько же денег у этой чертовой семейки?

Она сидела, взвешивая варианты. Она могла бы сначала поселиться в отеле, а потом позвонить Джулии. Она могла бы просто показаться на ее пороге и надеяться на лучшее. Или она могла бы поймать такси и укатить обратно в Хитроу.

Последний вариант казался ей самым лучшим. Она чувствовала себя смехотворно. И совершенно выбилась из сил. Ее желудок опять заурчал. Ей нужно было поесть и поспать. И потом, ей нужно было хорошенько подумать. Она закрыла глаза.

Когда завибрировал ее телефон, она чуть не выронила его от неожиданности. Она глянула на дисплей. Пришло входящее сообщение - от Джулии.

«Привет тебе. Странные новости. Прошлой ночью я попала в ужасную автомобильную аварию. Я потрясена, но держусь. Позвонишь мне? Я сегодня в квартире, так что не волнуйся, когда звонить. Вообще ни о чем не волнуйся. Просто позвони, когда сможешь. Люблю, Джулия».

Люблю, Джулия?

Она прислонила телефон ко лбу. Площадь Гросвенор. Она могла бы прокатиться на метро и выйти на Бонд Стрит.

Она встала и пошла к выходу. Когда она очутилась на улице, она заметила, что дождь прекратился.

***

Как и оказалось, квартира Джулии в доме 12 по Брук Стрит находилась всего в квартале от домов Джими Хендрикса (39) и Георга Фридриха Генделя (40). В своей типичной манере семья Донн выбрала хорошее место - и Эван подумала, что шансы на то, что эта географическая причуда взвинтит рыночную стоимость их небольшого кусочка недвижимости до небес, очень высоки. Было странно думать, что композиции типа ‘Мессия’ и ‘Пурпурный туман’ были придуманы в таунсхаусах, стоящих спина к спине, отделенных друг от друга ничтожными десятью сантиметрами штукатурки.

Но это был Лондон - город противоречий.

В конце концов, она выбрала вариант с такси. Она слишком устала, чтобы тащить чемодан сквозь толпу на улицах, и у нее не было сил поднимать и опускать его на бесчисленные ступени эскалаторов, ведущим к поездам метро.

Такси высадило ее перед домом номер 12, и она поднялась по уличной лестнице, ведущей на этаж верхних апартаментов. Семья Джулии занимала квартиру А, окна которой выходили на саму улицу. Эван увидела имя Донн, выгравированное на медной пластине среди имен прочих жильцов верхнего этажа. Было похоже, что оно там появилось уже давно. Она размышляла, кто именно из семьи издателей купил эту резиденцию.

Она остановилась перед скромной деревянной дверью и попыталась успокоиться. После целой минуты топтания на месте, она поняла, что уже ничего не может улучшить в своем поведении - поэтому она бросила это занятие и нажала на звонок.

Она услышала звук шагов, затем дверь открылась, и Джулия заполнила собой узкое пространство.

Они стояли, уставившись друг на друга как словно статуи в странной немой сцене. Глаза Джулии расширились, а челюсть отвисла. Она выглядела смущенной. И ошеломленной. Эван заметила большой синяк на правой стороне ее лица, но казалось, что в остальном все в порядке. По крайней мере, ни гипса, ни бинтов заметно не было. На ней было одето что-то похожее на штаны для йоги и свободного покроя тунику. Даже с фиолетовым синяком, охватывающие часть ее лица, она выглядела потрясающе. Эван бросила быстрый взгляд на ее ноги. Босиком. Так что там насчет Джулии и обуви?

У нее было совсем немного времени, чтобы это обдумать, прежде чем Джулия протянула руки и схватила ее за лацканы пиджака. Следующее, что она поняла, было то, что ее лицо уткнулось в пахнущее лавандой плечо, а руки Джулии держат ее в крепких объятиях.

- Поверить не могу… Я поверить не могу, что ты здесь… Боже ты мой!

Эван подняла свои руки и нежно обняла ее, она не хотела причинить ей боль и все еще беспокоилась, что у Джулии могут быть другие повреждения.

- Дэн позвонил мне, - пояснила она. - Он сказал, что это Энди его попросил. Она начала отступать, но Джулия все еще крепко держала ее в своих руках. - Я должна была приехать. Я бы сошла с ума от беспокойства, - она уткнулась лицом в шею Джулии и вдохнула ее запах. Это она. Она жива. С ней все хорошо.

И я чувствую себя как идиотка.

- Прости, что свалилась как снег на голову, - извинилась она. - Мне следовало сначала тебе позвонить - расспросить о твоем самочувствии.

Джулия обняла ее еще крепче. Она почувствовала поцелуй в своих волосах.

- Не будь смешной. Я была в ужасе. Я так хотела, чтобы ты приехала - просто не знала, как об этом попросить, - она, наконец, отступила, так, что смогла встретиться взглядом с Эван. Ее собственный взгляд был безжизненным. - Из больницы сразу позвонили Энди - так поступают по инструкции - оповещают ближайших родственников. Когда меня привезли, я была без сознания.

Эван подняла руку и осторожно прикоснулась к ее щеке.

- Туда я отправилась в первую очередь.

- В больницу?

- Да. Мне сказали, что тебя уже выписали.

Эван отвела руку, и Джулия накрыла ее своей.

- Заходи.

Эван схватила ручку чемодана и втащила его за собой в квартиру. Джулия закрыла за ними дверь. Это место было значительно менее просторное, чем апартаменты в Нью-Йорке - такое же элегантное, но менее формальное. Может, из-за размера? Или интимности маленьких комнат? Эван решила, что ей нравится эта квартира.

Пахло свежим кофе. Эван продолжила двигаться в сторону соблазнительного запаха. Она была на ногах почти 21 час. Она повернулась, чтобы рассказать об этом, и уткнулась в мягкую и теплую стену из Джулии, которая снова заключила ее в свои объятия.

- Спасибо. Спасибо, что ты здесь.

Эван кивнула. Она не доверяла себе настолько, чтобы заговорить. Она считала, что у нее есть все шансы ляпнуть что-то глупое. Поэтому она просто там стояла, уткнув лицо в грудь Джулии. Боже. Даже босиком эта женщина была сантиметров на 15 ее выше.

Эван почувствовала губы, скользящие по ее волосам - затем вдоль ее щеки. Когда губы Джулии встретились с ее, она бросила все свои неуклюжие попытки вести себя сдержанно. Казалось, Джулия не возражала.

Пару минут они снова узнавали друг друга.

Эмоции Эван зашкаливали из-за тревоги и крайней усталости. Она подозревала, что и Джулия испытывала то же самое. Она начали раскачиваться, держась друг за друга.

Эван откинула голову.

- Нам нужно сесть, - она едва дышала, а голос звучал хрипло.

Джулия снова притянула ее к себе.

- Я не хочу тебя отпускать.

- Тебе не нужно меня отпускать. Но если мы сейчас где-нибудь не присядем, тебе придется нести меня на руках.

Она почувствовала, как Джулия улыбнулась.

- Я вполне могла бы это сделать.

- Я в этом не сомневаюсь.

Джулия отпустила ее и отступила назад.

- Ну, давай, пойдем. Я только что приготовила кофе - хочешь?

Эван кивнула.

- Вероятно, это отличная идея. Мне надо продержаться на ногах еще чуть-чуть - я должна еще устроиться в отеле.

Джулия вошла в маленькую кухню, которая вела в основную жилую часть квартиры. Она обернулась и кинула взгляд на Эван.

- Не глупи. Ты можешь остаться здесь со мной.

- Джулия... - начала она.

- Эван. Ты пролетела полмира, чтобы быть со мной - так почему бы тебе на самом деле не побыть со мной? - она на мгновенье остановилась. - Я хочу, чтобы ты была здесь. Прошу тебя. Останься со мной.

Эван вздохнула. Вот тебе и планируй.

- Хорошо.

Джулия улыбнулась и налила им кофе.

Эван подозрительно посмотрела на нее.

- Ты всегда добиваешься своего?

- Добиваюсь своего или поступаю по-своему?

Эван закатила глаза.

- О, я уже знаю ответ на этот вопрос.

Она сняла пиджак и кинула его на ручку чемодана. Затем она направилась к диванчику и шлепнулась на него. И это было большой ошибкой. Он был слишком уютным. Ей точно было из него не выкарабкаться в ближайшее время. Она последовала примеру хозяйки и сбросила с себя туфли.

Джулия присоединилась к ней и поставила чашки с кофе на журнальный столик со стеклянной столешницей.

Эван повернулась лицом к ней. Свет, падающий из окон квартиры, осветил ее синие глаза, а синяк на лице стал более заметным. Эван подняла руку и нежно до него дотронулась.

- Расскажи мне, что произошло.

Джулия прильнула щекой к ладони Эван.

- Это было ужасно. Джеймс, мой водитель, погиб, - она тряхнула головой. - У него жена и двое детей, - она прикрыла рот ладонью. - Боже.

Эван обняла ее.

- Мне очень жаль.

Джулия расслабилась в ее руках, и через секунду к ней вернулось ее самообладание. Эван была удивлена, насколько естественным оказалось обнимать ее - как будто они делали это сотни раз раньше. Она погладила ее длинные волосы. Мягкие и густые, как у Стиви.

Джулия снова заговорила. Тихо.

- Мы возвращались сюда - с поздней встречи на Южном Берегу. Это был грузовик - он выскочил ниоткуда и врезался в нашу машину. Нас вынесло на противоположную сторону дороги и ударило о низкую стену недалеко от Лондон Ай. Машина перевернулась и остановилась под деревом. Я была пристегнута. Не знаю, почему. Думаю, это спасло меня. Джеймс не двигался. Помню, я звала его до того, как потеряла сознание - но машина лежала на боку, и я не могла отстегнуть ремень. Думаю, после этого я и отключилась. Следующее, что я знаю, я очнулась в больнице в Челси. Мне сказали, что Джеймс погиб - что он умер сразу же, - она качнула головой. - Я была вся в ушибах и получила сотрясение мозга, но в остальном я была в порядке. Они оставили меня на ночь, чтобы понаблюдать. Потом Маршалл Вевэрли любезно сопроводил меня сюда, после того как меня выписали. Он уехал за пару минут до твоего приезда.

Господи.

- И что насчет грузовика?

Джулия покачала головой.

- Я не знаю. Водитель не остановился.

- Полиция приезжала, чтобы поговорить с тобой?

Джулия кивнула.

- Да. Но я не смогла вспомнить ничего ценного - все произошло так быстро.

- Ты заметила, какого он был цвета? Было ли на нем что-нибудь написано?

- Голубой? Он был голубой, возможно - или какого-то светлого цвета. Не помню, чтобы на нем было хоть что-то написано - но вполне могло быть. Я только видела свет фар до того, как он нас ударил.

- Все в порядке. Может быть, там были свидетели, которые что-нибудь видели, - она почувствовала, как Джулия пожала плечами.

- Может. Но это случилось так поздно вечером - в темноте. Не думаю, что много народа гуляет на улице в такое время.

Эван услышала, как та вздохнула и придвинулась ближе. Она нежно водила рукой по ее спине.

- Не важно. Самое главное, что ты жива и в порядке.

- И что ты здесь со мной.

Какое-то время они сидели в тишине, слушая уличный шум за окнами. Где-то в глубине квартиры слышалось тиканье часов. Обогреватель включался и выключался. Эван знала, что если она останется в таком положении чуть дольше, она заснет. На ее

груди дыхание Джулии становилось более глубоким. Она тоже засыпала. Эван предположила, что и та немного спала прошлой ночью.

Перед ними на столе остывали нетронутые чашки с кофе. Эван поглубже зарылась спиной в пухлые подушки на диване. Замечательно. Джулия тоже вытянулась - наполовину лежа на ней. Теперь ее дыхание стало медленным и ровным. Эван в сотый раз подумала о вопросе, который задал ей Тим, после того как она провела ночь с Джулией в Нью-Йорке. В тот раз она сильно разозлилась, но она знала причину - чудовищность ответа шокировала и испугала ее саму.

Это все еще ее пугало. Но лгать себе было намного худшим выбором, чем встретиться лицом к лицу с правдой. Даже если правда, в конечном счете, укусит тебя за задницу.

Она зевнула и снова обняла Джулию.

Встреча лицом к лицу с правдой не делает тебя уязвимым - а вот ее отрицание делает. Как часто она говорила это Стиви? Люди попадают в неприятности, когда слишком заняты тем, что хранят свои секреты в секрете. Майя была секретом Энди. А Маркус? Знает ли Бог, что скрывает он? И что насчет Джулии? Теперь Эван станет секретом Джулии?

Она зевнула снова и закрыла глаза. На самом деле, она ничего не могла с этим поделать. Не сейчас. Все, что она могла, это поблагодарить Бога, что женщина, которая сейчас спала на ее плече, была жива и в безопасности. Вот зачем нужна была эта взбалмошная поездка.

Что ж. Это и еще одну вещь ей нужно признать - по крайне мере, для себя.

- Я люблю тебя, - прошептала она, уткнувшись в густые, непослушные пряди. Все остальное может подождать.

Она уже засыпала, когда она услышала рядом с собой сонное бормотание:

- Я тоже тебя люблю.

ГЛАВА 17

Когда Эван проснулась несколькими часами позже, первым, что она заметила, была погруженная в темноту квартира. Лишь несколько узких косых полос света пробивались сквозь жалюзи на передних окнах, выходивших на Брук-стрит. Второе, что она отметила, это то, как затекла ее спина от долгого сна в таком зажатом положении. А третьим было то, как странно знакомо, по ее мнению, было обнимать Джулию, которая растянулась на ней, словно живое одеяло.

И тут ее желудок заурчал. И довольно громко. Через пару секунд урчание повторилось.

Джулия приподнялась на ней.

- Это ты?

- Боюсь, что это так. Извини. Я ничего не ела тех пор как..., - а когда это было? - С какого-то там времени вчерашнего дня.

- Что ж, полагаю нам нужно это как-то исправить, - Джулия подняла голову с груди Эван. - Как считаешь?

Эван улыбнулась. С ее взъерошенными волосами и сонными синими глазами, она была похожа на подростка.

- Ты предлагаешь, что-нибудь приготовить для меня?

- А ты бы этого на самом деле хотела?

- Я голодная до такой степени, что готова рискнуть.

Джулия шлепнула ее по руке, прежде чем сесть.

- Будь осторожна в своих желаниях.

- Обычно я так и поступаю, - Эван тоже села.

Джулия зевнула и провела рукой по своим темным волосам.

- Боже. Как долго мы спали?

- Не знаю, - Эван взглянула на часы. - Около трех часов?

Джулия встряхнула головой, затем посмотрела на Эван и снова улыбнулась.

- Из тебя получилась замечательная подушка.

- Спасибо. Я только что подумала то же самое про тебя.

Джулия улыбнулась и встала.

- Почему бы нам не совершить набег на холодильник, и посмотреть, сможем ли мы соорудить что-нибудь съедобное на скорую руку.

Эван тоже встала и пошла за ней в маленькую открытую кухню. Джулия включала свет, пока шла по квартире.

- Может и сможем. Вообще-то, я хорошо умею соединять несоединимое.

- Неужели? - Джулия рассмеялась и кинула на нее двусмысленный взгляд. - Это что-то вроде сеанса откровений?

Эван покраснела.

- Это не совсем то, что я имела в виду.

- Знаю, - Джулия шагнула к ней и поцеловала в висок. Боже, эта женщина так вкусно пахла. - Но все-таки меня радует твое невинное хвастовство.

Эван все еще была в замешательстве. Ее желудок екнул, и она внезапно вспомнила свои слова ‘Я люблю тебя’, сказанные Джулии, прежде чем они провалились в сон. Что за тупица. Она размышляла, помнит ли их Джулия. И задалась вопросом, помнит ли Джулия, что сказала их же в ответ.

Ей было слишком неудобно об этом спросить. Вместо этого она шагнула к холодильнику и потянула на себя дверцу, открывая ее.

- Так, ну и что тут у нас?

Джулия достала пару тарелок из верхнего шкафа.

- Полагаю, это твоя обычная еда на вынос в центре Лондона.

Там стояла миска греческого салата и прозрачный пластиковый контейнер, в котором лежали куски, похожие на средиземноморскую пиццу. Еще один контейнер был полон чем-то поджаренным до корочки. Эван вытащила его и открыла. Она удивленно посмотрела на Джулию.

- Это что, пакора?

- Она самая. Думаю, баклажан.

- Но ты же сказала, что ненавидишь индийскую кухню.

Джулия пожала плечами.

- Ненавижу. Ненавидела, - она снова улыбнулась Эван. - Пытаюсь расширить свои горизонты.

Эван не удалось скрыть свою улыбку.

- Если ты это распробуешь, ты вскоре расширишь нечто большее, чем свои горизонты. Мне приходится стращать дочь до смерти, чтобы заставить ее съесть то, что не обвалено в тесте и не поджарено.

Джулия засмеялась.

- Нет никакой опасности. Я стараюсь не зацикливаться на чепухе.

- Я заметила, - Эван вытащила все три контейнера из холодильника и поставила их на маленький бар, что разделял кухню и гостиную. - Как тебе удается быть такой сдержанной?

- Сдержанной?

- Ну, да. Я бы сказала ты довольно сдержанная. Уравновешенная. Спокойная, - Эван пожала плечами. - Ты кажешься такой странно сосредоточенной, что я удивляюсь иногда, почему ты проявила интерес к - этому, - она помахала пальцем туда-сюда между ними.

Джулия посмотрела на нее в смущении и повторила жест Эван.

- К этому?

- Да. К этому. К нам.

Джулия закатила глаза.

- Не. Ну, скажи. Действительно. Почему, Джулия?

- Почему что? Почему я нахожу тебя привлекательной - или почему я позволяю себе повестись на твою привлекательность?

- Да.

Джулия засмеялась, и Эван знала, что, вероятно, опять покраснела. А ведь она не отличалась застенчивостью. Она подтянула один из пуфов и уселась на него.

- Прости, за то, что я выгляжу такой жалкой. Я виню в этом недостаток сна и длящийся до сих пор эффект от бутылки Бельведера, которую я прикончила 36 часов тому назад.

- Ты не жалкая. Ты очаровательная.

Эван спрятала свое пылающее лицо в ладони.

- Прекрати. Это не помогает.

Джулия перегнулась через барную стойку, облокотившись на руки. Ее лицо было в нескольких сантиметрах от Эван.

- А что бы тебе помогло?

Эван уронила руки и встретилась с ней глазами. Большая ошибка. Боже. Она в самом деле погрузилась в их глубину.

- Без понятия.

- Как насчет того, что мы начнем с этого? - она поцеловала ее. Это заняло минуту. Когда они закончили, она отодвинулась и прижалась лбом к лбу Эван. - А затем мы что-нибудь поедим и отправимся в постель.

- Хорошо, - она слишком устала, чтобы спорить, даже сама с собой.

Джулия улыбнулась и выпрямилась.

- Я собираюсь подогреть по кусочку всего. Накроешь на стол? - она показала на небольшую столовую позади них.

- Конечно, - Эван взяла тарелки и столовое серебро и отнесла их к столу. Он был из красного дерева - вероятнее всего эпохи регентства и вероятнее всего подлинный. Рядом стояли четыре тяжелых стула и внушительного вида сервант, заставленный фотографиями в рамках.

Эван взяла одну в руки.

- Это твои родители? - спросила она. На фото она увидела очень привлекательную пожилую пару на фоне того, что напоминало Сад Тюильри в Париже.

Джулия вытянула шею из кухни, чтобы увидеть, на что смотрела Эван.

- Да. В Париже - они сейчас там живут.

Эван поставила фото на место.

- Они определенно выглядят - впечатляюще.

Она услышала, как Джулия тихо засмеялась.

- Ты так дипломатично их описала.

Она сказала что-то еще, но звук микроволновки заглушил ее слова.

Там были и другие фотографии - гораздо более молодой Джулии с ее родителями, ее отца с крепкого вида мужчиной - бизнесменом. Также было несколько фото Джулии вместе с Энди. Очевидно свадебное фото, на котором они выглядели такими молодыми и счастливыми - одетые с иголочки и позирующие вместе с родителями Джулии перед мэрией Нью Йорка. Несколько фотографий из путешествий. На одной Джулия и Энди были изображены на отполированной деревянной палубе яхты, где-то в экзотических странах. На другой - напротив римского Колизея, прислонившись к спортивному кабриолету. Третье фото было сделано во время отпуска на горнолыжном курорте - на ней они позировали вместе с другой парой, скорее всего в Швейцарии. Эта фотография и привлекла ее внимание. Она не знала, что Джулия тоже катается на горных лыжах.

- Ты любишь кататься на лыжах? - спросила она, беря в руки эту фотографию.

Джулия подошла к ней, держа в руках поднос с дымящейся едой и миску с салатом.

- Не слишком много. Но Энди обожает, - она поставила еду и подошла к Эван, остановившись у нее за спиной. - Это не мои фотографии. Мои родители чаще тут живут, чем я.

Эван посмотрела на нее.

- Ты не должна мне ничего объяснять. Я знаю, что ты замужем - и знаю, что, в свое время, это был тот выбор, который тебя устроил.

Джулия кивнула и печально улыбнулась Эван.

- Думаю, ты, должно быть, единственная, которая это понимает.

- Важно, что ты это понимаешь, - она стала ставить фото на место, когда что-то на нем привлекло ее внимание. Господи Боже мой. Она посмотрела на Джулию и затем обратно на фотографию. Ее рука задрожала.

Этого не может быть. Это какое-то извращенное совпадение.

Энди позировал, одной рукой обнимая Джулию за плечи. Другой рукой он придерживал пару ярко-желтых лыж. Ярко-желтых лыж К2 с нанесенным на них словом - Апачи.

Мать твою. Черт подери.

И что теперь?

***

Намного позже, когда Джулия заснула, Эван лежала с открытыми глазами, уставившись на размытые тенями узоры на потолочных панелях. Снова зарядил дождь. Она слышала, как снаружи, за окнами спальни, вода бежала вдоль желоба карнизов. Брук Стрит успокоилась. Шум машин стих.

Джулия спала, положив голову на плечо Эван. Одна рука и нога были вытянуты поверх ее тела как путы. Она не могла бы сбежать, если бы этого хотела - а прямо сейчас, у нее не было желания сбежать - по крайней мере, не от Джулии. А что с остальной частью этого разрастающегося беспорядка? Черт. Закрыть бы глаза, и ничего этого не видеть..

Она не рассказала Джулии о лыжах.

Правда заключалась в том, что она не знала наверняка, имело ли это хоть какое-нибудь смысл, кроме подчеркивания того факта, что у Энди Таунсенда были дорогостоящие вкусы. Она глубоко вздохнула, тело Джулии приподнялось и опало вместе с ней. Дерьмо. Самый лучший пример дорогостоящего вкуса Энди Таунсенда сейчас лежал в бессознательном состоянии поверх нее. Ей не нужны были какие-то другие доказательства.

Но что насчет этих чертовых лыж? Что, если это Энди сопровождал Тома Шеридана на Пик Лог в тот день? Что если это Энди поменялся лыжами с нетрезвым конгрессменом? Что если сексуальная связь Энди с Марго началась до смерти Тома? Что если Том обнаружил это и сцепился с ним?

И что случилось с лыжами, когда Стив Килгор нашел тело Тома? Потребовала ли выдать их Марго с другими вещами Тома? Продолжают ли они стоять в округе Питкин в каком-нибудь шкафчике для конфискованных доказательств? Или они были проданы на открытом аукционе?

И что важнее всего, есть ли до сих пор у Энди эта пара ярко желтых К2?

А что насчет Маркуса? Зачем он был в Аспене в тот уикенд? Была ли правдива та история, которую он поведал Эван? Он просто находился там, в его родном штате, по заданию партии, выуживая информацию - пытаясь разузнать, насколько заинтересован Энди в сенатском кресле Арта Якобсена?

Господи. Это какое-то хреново болото - и она все глубже и глубже увязает в нем.

И было еще кое-что. Как-то так вышло, что смерть Тома Шеридана расчистила путь для взлета национальной политической карьеры Энди. И недавнее решение Джулии подать на развод угрожало выставить его отношения с Марго на всеобщее обозрение - потенциально пуская под откос его президентские амбиции. Такая возможность выставила в новом, ужасном свете «несчастный случай» с Джулией. Уже весь этот эпизод разительно походил на историю с принцессой Дианой. А она не верила в совпадения.

Господи. Она что, на самом деле, готова обвинить действующего сенатора США в убийстве? Это безумие. А если она окажется права, что, к черту, она будет делать с этой информацией, и как она защитит Джулию?

Ей необходимо было поговорить с Дэном - посмотреть, сможет ли он пролить свет на все это. Даже если Дэн работал на Энди, она ему доверяла - и она знала, что он никогда не был бы вовлечен в нечто подобное.

Так что насчет Маркуса?

Она вздохнула.

А вот он – это совсем другое дело. Маркус занялся бы управлением карьерой чертового Теда Банди (41), если бы партия приказала ему сделать из него победителя.

Она вздрогнула, когда рука скользнула по ее предплечью и остановилась у нее на груди. Эван не заметила, что Джулия проснулась.

- Спи. Хватит ворочаться.

Эван смутилась: - Я что, ворочаюсь?

- Да не то слово. Спи давай.

Джулия зевнула, и Эван почувствовала теплое дыхание на своей шее. Она улыбнулась.

- Хорошо.

- Ты в порядке? - сонный голос Джулии больше походил на шепот.

Эван покрепче сжала ее в своих объятиях и поцеловала в макушку.

- Да. Засыпай.

Она закрыла глаза и заставила себя сконцентрироваться на звуке дождя, пока сама не погрузилась в сон.

ГЛАВА 18

Джулия планировала провести в Лондоне еще три дня до того, как отправиться к родителям в Париж. Она попросила Эван остаться с ней на это время. Ее переговоры с советом директоров Вэверли заканчивались в пятницу - что означало, что они могут провести вечера и весь субботний день вместе, осматривая достопримечательности или расслабляясь в квартире.

Эван несложно было согласиться. Она уже твердо решила, что порыскает в том месте, где произошла авария с Джулией.

Они вместе позавтракали в кондитерской недалеко от квартиры, а затем Джулия поехала на такси в офисы Вэверли на Нью Оксфорд Стрит. Эван прошлась до станции метро Бонд Стрит и доехала до Ватерлоо по линии Джубили. Район Южного берега был суматошным, но она знала, что поздно вечером во вторник он был куда менее загружен. Деловой обед Джулии проходил в Шез Джерард, и небольшой французский ресторан находился всего в ста метрах от здания мастеров сценического искусства, Ройял Фестивал Холл, рядом с мостом Ватерлоо.

Она прошагала это расстояние от Шез Джерард, где водитель подобрал Джулию, вверх по Белведер Роуд к месту аварии, рядом со входом в Джубили Гарденс. Осталось мало свидетельств того рокового столкновения, за исключением мелообразных царапин на низкой бетонной стене, а в стороне от дороги - нескольких полос в траве и глубоких царапин в коре огромного вяза. Эван постояла там, и ее чуть не затошнило, когда она подумала, что все могло закончиться по-другому. Джулия могла тут погибнуть. Ее водитель ведь погиб.

Она шагнула к стене и прошла дальше к дереву, встав на колени и прижав руку к широкой колее, оставленной машиной. Только это повреждение намекало, что в одно мгновение десятки жизней изменились навеки.

- Вы их знаете?

Эван вздрогнула от звука голоса. Она не слышала, как кто-то к ней приблизился. Она встала и развернулась. Она увидела тощего мужчину с граблями в руках. Он, должно быть, садовник, подумала она.

- Да, - сказала она. - Я знакома с одной из них - с женщиной, что выжила.

Мужчина покачал головой.

- Ужасное дело, - он кивнул на дерево. - Вероятно, это какие-то чертовы малолетки, пьяные в хлам.

- Что вы имеете в виду?

- Те, кто выбил их с дороги. Они не остановились, понимаете. Выехали прямо со стоянки центра Шелл, вот оттуда, и врезались в них. Вероятно, ребята стащили машину и выехали покататься на радостях, - он снова покачал головой. - Они протаранили их заднюю часть и в шоке сбежали отсюда. Скорее всего, бросили грузовик на той стороне реки и убежали на своих двоих. Они не могли уйти далеко.

Эван была заинтригована.

- Почему вы так думаете? Вы видели аварию?

Он ткнул граблями в рыхлый дерн.

- Нет. Я не работаю здесь после темноты. Но я слышал, что грузовик, в котором они ехали, разбит вдребезги.

- Правда? И кто вам это сказал?

Он окинул ее взглядом сверху вниз.

- У вас говор как у янки. Вы из легавых?

Она ему улыбнулась.

- Нет. Я просто навещаю друга в городе. Хорошего друга. Того, кто выжил после аварии, - она протянула ему руку. - Меня зовут Эван Рид.

Он пристально смотрел на нее минуту, прежде чем переложить грабли в левую руку и пожать ее руку.

- Реджи Пиз.

- Вы здесь работаете каждый день, Реджи?

Он кивнул.

- Здесь и в Лондон Ай. Он мотнул подбородком на массивное колесо Феррис, которое служило ориентиром для туристов.

- Так кто вам рассказал о грузовике? Тот, кто видел, что случилось?

Секунду он, казалось, взвешивал ответ, как будто пытался решить, сколько можно ей рассказать.

- Реджи?

Он вздохнул.

- Послушайте. Мой приятель Донни, хороший парень. Но его жена не спускает с него глаз. Иногда он выходит провести ночь вне дома, понимаете. Это никому не вредит. Он говорит ей, что проводит время со своими детьми в Хокстоне. Ну и в тот вечер он был в пабе, чтобы немножечко оторваться. Он шел обратно к парковке, когда увидел аварию. Он не говорил об этом с полицией, не мог допустить, чтобы его птичка знала, что он был здесь, понимаете. Поэтому он рассказал мне об этом на следующий день на работе.

Эван перевела дыхание.

- Что это за паб, Реджи? Где был Донни в тот вечер? - она шагнула к нему ближе и положила руку на его предплечье. - Послушайте, я не хочу втянуть Донни в неприятности. Но, может, кто-то еще видел, что случилось.

Реджи развернулся и указал на Белведер Роуд.

- Пинг-Понг, на Террасе.

Эван кивнула.

А Донни сегодня работает?

Реджи тряхнул головой.

- Нет. Уехал в Блэкпул на несколько дней. Вернется в понедельник.

Мать твою. Эван покопалась в сумке и вытащила блокнот и ручку. Она неровным почерком написала свой номер сотового.

- Если вы еще что-нибудь вспомните, Реджи, или что-нибудь услышите от Донни, можете позвонить мне по этому номеру? Я буду в Лондоне еще два дня.

Он взял кусочек бумаги из ее руки.

- Да я особо больше ничего и не знаю, - сказал он. Но сунул бумажку в нагрудный карман рубашки.

- Спасибо, Реджи.

Он кивнул и, повернувшись, зашагал назад к электрической тележке полной инструментов для работы с газоном. Эван смотрела на него с замиранием чувств. Прежде чем убрать блокнот, она быстро записала имя Реджи и то, что узнала о 'Донни'. Затем она вернулась к Белведер Роуд и направилась к мосту Ватерлоо и Террасе в Фестивал Холл.

***

‘Пинг Понг’ был баром и китайским рестораном, притулившимся в углу Фестивал Террасс, рядом с Куин Элизабет Холл. Он был двухуровневым с просторной зоной бара, которая простиралась до бетонной дорожки. Эван догадалась, что она бывала забита в те вечера, когда в Элизабет Холл проходили концерты. На первый взгляд бар не выглядел местом, которое обслуживает здешнюю клиентуру. Она распахнула большую стеклянную дверь и вошла внутрь. Было рано, но в баре то тут, то там сидели несколько постоянных клиентов, которые пришли пообедать. Она села на мягкую скамейку за столик и огляделась.

Она знала, что это место управлялось по франшизе, но интерьер и отделка были весьма приличными. Заведение больше было похоже на чайную, чем на паб. Потолок был расписан китайскими иероглифами. Она взяла со стола карту с напитками и просмотрела ее. Достаточно ограниченный ассортимент. Четыре или пять видов азиатского пива - только пара на разлив и дюжина или около того специально разработанных для заведения коктейлей. Большинство из них были довольно любопытными, на основе чая или травяных настоек с добавлением разнообразных ликеров.

Она положила карту назад. Зачем бы Донни сюда не приходил, но точно не за выпивкой.

Грудастая рыжеволосая официантка одетая в тесную черную футболку со словом “Пинг Понг”, написанным спереди яркими синими буквами, подошла к ее столику.

Она протянула Эван меню.

- Могу ли я предложить вам что-нибудь выпить, милочка?

Эван взяла меню и улыбнулась ей.

- Конечно. Мой приятель Донни посоветовал мне зайти к вам и перекусить. Он сказал, что вы обо мне позаботитесь.

Официантка стола, постукивая ручкой по блокноту с кожаной обложкой.

- Донни?- jна выглядела смущенной. Затем Эван увидела, как та кинула взгляд в окно на набережную. - Вы имеете в виду того парня, который работает на Лондон Ай?

- Точно. Донни.

- О, ну тогда вам нужна Лиза.

Мило.

- Лиза. Точно? - Эван глянула в сторону бара. Там слонялись другие официантки в черных футболках - только одна из них, похоже, была занята делом. - Она сегодня работает?

Женщина фыркнула.

- Мы все сегодня работаем? - она нажала на конец ручки. - Начался долгий уикенд. Послушайте, милочка, если вы уже выбрали, что пить, я передам ей ваш заказ, и она вам его принесет. Она не работает сегодня в баре, но мы пока не так уж и заняты.

- Спасибо. Я возьму Тайгер.

- Пинту?

Эван качнула головой.

- Бутылку? - она улыбнулась. - Немного рановато для меня.

Рыжеволосая окинула ее взглядом.

- Ну, не знаю. Кажется, вы можете себе это позволить? – официантка вздохнула и резко захлопнула блокнот с заказом. Эван подумала, что та, вероятно, разозлилась, что потеряла 18% чаевых. - Я скажу Лизе.

Официантка ушла.

Эван видела, как та подошла к бару и остановилась поговорить с такой же грудастой блондинкой. Эван уже начала проникаться привлекательностью этого места и задалась вопросом, а так же хороша здесь и еда. Она хихикнула, подумав обо всех тех бизнесменах, которые утверждали, что ездили в Хутерс (42) полакомиться крылышками.

Через минуту Лиза подошла к ее столику, неся бутылочку пива и пивной бокал. Она поставила все перед Эван и стояла, спокойно разглядывая ее. Она была хорошенькой, в свои чуть за 20, с множественным пирсингом в ушах. Повыше выреза черной футболки виднелся фрагмент татуировки. Было очевидно, что ей не по себе. Она переминалась с ноги на ногу.

Эван постаралась ее успокоить.

- Вы, должно быть, Лиза? - она улыбнулась. – Я - Эван, - она налила немного пива в бокал. - Я только что поговорила с одним из приятелей Донни в Гарденс, и он посоветовал мне зайти сюда поесть. Сказал, что Донни сюда частенько захаживает.

Лиза пожала плечами.

- Он иногда приходит сюда, что-нибудь перекусить после работы.

Эван кивнула.

- А он когда-нибудь задерживался тут до последнего?

Лиза бросила нервный взгляд в сторону бара.

- Послушайте. Я не хочу неприятностей, ладно? Я не сделала ничего плохого, мы просто немножко пообжимались в его машине. И все. Чего в этом плохого?

Дерьмо. Она подумала, что меня прислала его жена.

- Послушайте, Лиза, я здесь не из-за этого. Я пришла сюда, потому что Донни видел аварию, которая произошла недалеко от Гарденс в четверг вечером. Мой друг, хороший друг, был в машине, в которую въехали, - она выдержала взгляд Лизы. - Донни в отпуске, но я подумала, что, может, вы были с ним, может, вы тоже это видели?

Лиза ничего не ответила. Она опять взглянула в сторону бара.

- Послушайте. Мне надо обслуживать и другие столы. Вы хотите что-нибудь поесть?

Эван вздохнула. Она нисколечко не была голодна, но ей нужна была причина продлить эту беседу.

- Конечно, - она протянула Лизе меню. - Выберите что-нибудь для меня, - она снова ей улыбнулась. - Я вам доверяю.

Лиза взяла меню и постояла еще. Затем коротко кивнула Эван и зашагала прочь.

Эван глотнула светлого пива. Для азиатского пива у него был привычный западный вкус. Она покачала головой, поражаясь тому, что для завоевания успеха на мировом рынке любой продукт должен был сначала утратить всю свою оригинальность. Она сделала еще один глоток. Все же пиво было не совсем отстойным. Просто не очень оригинальным и интересным.

Она не знала, что надеялась получить, пытаясь угнаться за потенциальными свидетелями аварии Джулии. Что она будет делать с этой информацией? Она была уверена, что лондонская городская полиция проводила собственное расследование. Может быть, они уже связались с Джулией? Может быть, они знали уже и о Лизе? Может, Реджи был прав, и пропавший грузовик принадлежал каким-нибудь юнцам, угнавшим машину, чтобы покататься, и которые, упившись, куролесили допоздна.

Может, ей следует перестать совать нос в чужие дела?

Но что-то тревожно екало у нее внутри. И причина была не в паршивом пиве.

Джулия.

Не слишком ли большое совпадение, что почти смертельный несчастный случай с Джулией случился сразу после ее разговора с Энди о том, что она подала на развод? Нелепое предположение, причудливое совпадение. В своей изощренной манере Энди любит Джулию. Дэн рассказал ей об этом той ночью, когда позвонил сообщить об аварии. И Марго, она ведь сказала то же самое.

Поправка. Марго не сказала, что Энди любит Джулию. Она сказала, что он никогда не позволит ей уйти.

Черт. Это все еще не имело смысла. Глупо было затевать эти расспросы, подозревая козни и заговоры за каждым углом. Это происходило всякий раз, когда она позволяла эмоциям взять вверх над умом. Ей надо прекратить думать передним местом.

Она покачала головой и сделала еще один глоток пива.

Черт, проблема была не в ее передке, не в этот раз. На этот раз все дело было в ее сердце.

Она вздрогнула, когда поняла, что кто-то приблизился к ее столику. Она подняла голову и увидела Лизу, державшую поднос, на котором стояли дымящаяся бамбуковая плошка и крохотные миски с соусами.

Она начала ставить блюда перед Эван.

- Я подумала, что вы можете попробовать это на выбор, чтобы посмотреть, понравится ли вам что-нибудь. Здесь два мясных и три вегетарианских пельменя.

Эван приподняла крышку с плошки. Сквозь завихрения дыма она различила пять пузатых дим-сама в разных цветных обертках. Они вкусно пахли. Может, она чуточку и голодна, в конце концов.

Она улыбнулась Лизе.

- Спасибо. Выглядит отлично, уверена - еды хватит с лихвой, - Лиза кивнула, но продолжала стоять, оглядываясь на Эван. Она опустила поднос и медленно постукивала им по ноге.

- Послушайте, - начала она тихим голосом. - В тот вечер я была с ним. Мы шли к парковке, как раз, чтобы пропустить по стаканчику, прежде чем уйти. Ничего в этом плохого нет. Я закончила смену, а он меня ждал снаружи. Он хороший малый. Часто сюда заходит. Я не гоняюсь за женатыми мужчинами, но нет ничего плохого в том, чтобы выпить вместе или немножко пообниматься, ведь так?

Эван качнула головой.

- Я сказала вам, Лиза, я здесь не из-за вас и Донни, - она колебалась. - Поверьте мне, я знаю, на что это похоже, когда тебе симпатичен женатый парень. Я всего лишь хочу найти кого-нибудь помимо Донни, кто видел аварию в тот вечер. Я не из полиции, я просто хорошая подруга женщины, которая выжила. Я хочу удостовериться, что кто-то не пытался нарочно причинить ей вред. Вы понимаете, что я имею в виду?

Лиза пристально взглянула на нее, прежде чем бросить взгляд сторону бара. В ресторане было все еще довольно тихо, и несколько официанток собрались вокруг одного из настенных телевизоров, смотря повтор футбольного матча. Она снова посмотрела на Эван и вздохнула, затем нервно придвинула скамью и уселась на краешек.

- Послушайте. Да, я видела аварию. Мы были рядом с садами, когда машина проехала мимо нас. Серебристый Майбах. Помню, потому что Донни сказал, что он знает парня, кто работал на такой же, и они стоят полмиллиона фунтов стерлингов. Потом из Центра Шелл вылетел грузовик и со всего размаха въехал в него, толкнув машину прямо через Белведер и перекинув ее через стену. Мы не стали приближаться, Донни сказал, что мы должны убираться оттуда. Я ужасно переживала, что не попыталась помочь, особенно, когда услышала, что мужчина в машине погиб. Она тряхнула головой. - Я рада, что ваша подруга выжила.

Эван кивнула.

- Я тоже.

- Вот и все, - продолжила Лиза. - Это все, что я знаю.

- Лиза, можете ли вы мне рассказать что-нибудь о грузовике? Какого он был цвета? Какой марки? Были ли на нем какие-нибудь надписи? Хоть что-нибудь?

- Надписей не было. Голубой. Голубой грузовик-фургон, - она подумала еще. - У него был стикер SІХТ сзади.

- Шестой? Вы имеете в виду номер?

- Не шестой. SІХТ. Компания, сдающая в прокат автомобили. Их полно по всему Лондону.

Дерьмо. Что-то в этом названии прозвучало знакомо, но она никак не могла уловить.

- Вы уверены?

- Ага. Мы с Донни видели стикер. Все случилось прямо перед нами. После того, как грузовик ударил Майбах, он несколько секунд выворачивал направо, а потом уехал. Донни сказал, что для грузовика песенка спета, мотор на нем скрежетал.

- Вы видели, кто был за рулем? В машине еще кто-то был?

Лиза покачала головой.

- Мы никого не видели - никаких пассажиров, в любом случае. Если только, кто-нибудь не находился сзади.

Эван вздохнула.

- Лиза, вы действительно очень сильно мне помогли. Я не знаю, как отблагодарить вас за то, что вы согласились со мной побеседовать.

Лиза пожала плечами.

- Передайте вашей подруге, что нам очень жаль, что мы не попытались помочь - это было неправильно. Мы должны были.

Эван потянулась и коснулась ее руки.

- Все в порядке, Лиза. Водитель погиб сразу, вы бы не смогли ему помочь - а моя подруга пострадала несерьезно.

Лиза кивнула.

- Спасибо, что рассказали мне об этом, - она встала. - Приятного аппетита. Я подойду к вам позже. Она направилась в сторону бара.

Эван взяла палочки и воткнула их в пельмень. Клейкая жидкость потекла из отверстия на дно бамбуковой корзинки.

Ну, блин, замечательно. Этот бардак становится час от часу не легче.

Она задалась вопросом, до черта ли много контор SІХТ было в Лондоне, и сколько времени потребуется, чтобы выяснить, в каком из них взяли напрокат синий фургон? Она взглянула на часы. В Вашингтоне уже перевалило за 4 вечера. Может быть, ей посчастливится поймать Бена Раша в его офисе. У него были кроты в каждом крупном городе на планете. Почему бы не выяснить, может у него были контакты и в Лондоне?

Между тем она расправилась с обедом и попросила Лизу показать ей, где тут есть поблизости интернет-кафе, она могла бы провести собственные небольшие поиски. Ей надо было еще убить около пяти часов, пока Джулия не завершит свои дела с Вэверли. Почему бы ей не побегать, как следует, по городу и не выяснить, что у нее получится разузнать?

У нее было подозрение, и если оно оправдается, то она будет знать, откуда начать поиски.

***

Тщательные изыскания Эван привели к тому, что она выяснила, что в Лондоне было 11 контор SІХТ вблизи метро. Если исключить 2 в районе аэропорта, остается 9. Из этих 9, только 3 держат грузовики и самосвалы на своих стоянках. Бен смог раздобыть информацию, что в 2-х из этих 3-х контор были арендованы грузовики-фургоны, которые не были возвращены в среду, в назначенное время. Один был нанят кейтеринговой компанией, в то время как их собственный стоял в ремонте. Другой же был нанят частным лицом, через вэб сайт компании.

Бен был не в состоянии добыть больше информации. Она не знала, был ли тот грузовик голубым. У нее не было имени или описания человека, который взял его в аренду. Она даже не была уверена, а был ли тот самый грузовик, что стал причиной аварии, сдан в аренду именно в Лондоне. Это было каким-то адом. Она выяснила, что конторы SІХТ походили на маникюрные салоны - по паре-тройке из них находилось в каждой гребанной деревушке в Англии.

Но ей необходимо было начать с какого-то конкретного места, поэтому она погуглила адреса и направилась в центральный Лондон в контору SІХТ на Кингс-Кросс. Это был типичный индустриальный район, с узкими улочками и выстроившимися на них рядами домов в виде складов с несколькими непримечательными витринами. Большая часть транспортных средств были припаркованы внутри массивного гаража, прилегающего к офисному зданию или стояли на огороженной площадке, расположенной в квартале от офиса.

Эван вошла в крошечную регистратуру и постаралась оценить двоих, работавших за стойкой. Ну и кто из них охотнее бы поделился информацией, которую она не имела никаких прав спрашивать?

Это было лотереей.

Женщина средних лет, одетая в облегающий оранжевый свитер, выглядела уставшей и скучающей. Она теребила выбившиеся пряди платиновых волос, которые никак не ложились ей за ухо. Она жевала жвачку, и Эван могла слышать, как та лопалась, заполняя этим звуком весь небольшой вестибюль. Во втором окне, коренастый мужчина восточно-азиатской внешности с ежиком на голове и в узком оранжевом галстуке перебирал стопку бумаг, работая желтым маркером. Когда он поднял глаза и заметил, что она пристально смотрит на него, он стал изучать ее в ответ, кинув на нее быстрый оценивающий взгляд.

Бинго.

Улыбаясь, она подошла к его окошку.

Он отодвинул кипу бумаг в сторону и надел колпачок на маркер.

- У вас зарезервировано?- он был похож на корейца, но говорил без намека на акцент.

Ее подмывало сказать, что у нее до одурения всего зарезервировано, почти что все. Но она сюда пришла не за этим.

- На самом деле, нет. Но у меня есть необычная просьба, и я надеюсь, вы сможете мне помочь.

Он выглядел заинтригованным.

- И что это?

Эван посмотрела через плечо. В офисе не было больше никаких посетителей. Она кивнула в сторону небольшого открытого офиса справа от стойки регистрации.

- Мы могли бы переговорить там? Обещаю, это не займет много времени.

Он проследил за ее взглядом, затем пожал плечами.

- Конечно, - он повернулся к своей жующей жвачку коллеге. - Джуди, я потрещу в течение пары секунд. Не возражаешь постоять за стойкой?

Джуди мгновенье изучала Эван, прежде чем заткнуть прядь волос за ухо и кивнуть.

- Без проблем, Хан.

Зазвонил телефон и Джуди схватила его.

- Сикст, Кингс-Кросс.

Хан вышел из-за стойки и примостился за маленьким металлическим столом. Эван присоединилась к нему и присела на стул с прямой спинкой, на мягком бордовом сидении которого красовалось пятно от кофе или колы.

Она наклонилась вперед и положила руки на край стола, понизив голос.

- Мне немножко неловко. Я думаю, что мой брат попал в переделку - связался с плохими парнями и увяз в этом по уши. Он помогал мне во вторник переезжать на новую квартиру - потом встретил кого-то из своих приятелей и они отправились по клубам, - она помолчала, а потом продолжила. - Мне кажется, что он может быть замешан в том, что разбил один из ваших фургонов. Я этого наверняка не знаю - с тех пор я о нем ничего не слышала. Но думаю, они взяли фургон напрокат в этом офисе, я только хочу его найти. У него уже были неприятности в прошлом, и я хочу добраться до него раньше копов - понимаете, что я имею в виду? Ему только 21, поэтому я бы хотела выяснить, может быть, вы знаете, кто из его приятелей на самом деле снял фургон? Тогда я буду знать, где его искать.

Он поколебался секунду и бросил взгляд в сторону Джуди, которая все еще разговаривала по телефону.

- Что это был за грузовик?

В яблочко.

- Голубой грузовик-фургон.

Он вздохнул и отодвинул стул. Потом встал и направился обратно, чтобы взять кипу бумаг, которую перебирал, когда Эван только вошла. Он пролистал их, затем вытащил бланк и вернулся на свое место.

- Во вторник после обеда мы сдали голубой грузовик-фургон Фольксваген мистеру Даккару Немо.

Даккару Немо? Эван была ошеломлена и постаралась скрыть свою реакцию. Вы, мать вашу, издеваетесь надо мной?

- Он оставил адрес?

Хан заглянул в формуляр.

- 152 Кэмп Хаус, Сити Роуд, Ист Сентрал 1. Заказ сделан через интернет. Все, что мы сделали, так это пригнали автомобиль к месту назначения. Я в тот день не работал, поэтому не видел, кто его забрал.

- Может быть, он использовал кредитную карту?

Хан снова заглянул в документы.

- Ага. Предоплаченная почтовая дорожная карта.

Черт. Ну, конечно же.

- Он вернул грузовик в назначенное время?

Хан рассмеялся и закатил глаза.

- На самом деле, нет. Кажется, ваши инстинкты вас не подвели. Он был разбит и брошен - копы нашли его сегодня утром близ Сэн Брайдс и отогнали на штрафстоянку на Биддер Стрит.

Эван вздохнула

- Что-нибудь из этого вам помогло?

Она кивнула.

- Ага. Помогло. Спасибо, Хан. Вы были настоящим другом и выручили меня.

Он кивнул.

- У меня четыре брата, я знаю, что это такое. Удачи, ладно? - он встал. - Я должен вернуться к окошку.

Эван тоже встала и протянула ему руку.

- Я ценю вашу помощь.

Они пожали друг другу руки, и Эван вышла на улицу и встала на тротуаре, кипя от возмущения.

Даккар гребаный Немо.

У какого-то засранца странное чувство юмора. Немо был индийским антигероем романов Жюль Верна.

На латыни слово «Немо» означало - никто.

Мило. И определенно это не совпадение.

Она вытащила блокнот и записала туда адрес, который дал ей Хан. Она была уверена, что это тоже дохлый номер, но все равно нужно проверить.

В кармане пальто завибрировал телефон. Она его вынула. Пришло сообщение от Джулии. Она нажала на кнопку, и оно высветилось на дисплее.

«Похоже, что мы закончим раньше. Смогу освободиться к 4. Едим дома или нет? Джулия».

Она немножко подумала, прежде чем нажать кнопку ответа.

«Дома. Не хочу упустить шанс помучить тебя чужеродными приправами. Встречу тебя в квартире? Иду за покупками. Эван».

«PS Ты как?»

Она отправила сообщение и стояла, ожидая ответа Джулии. Он пришел быстро.

«Договорились. Там и увидимся. Д».

Она убирала телефон, когда он завибрировал снова.

«P.S. Я в порядке. Очень хочу тебя увидеть».

Улыбаясь, она посмотрела на часы. 1-45. У нее было еще достаточно времени, чтобы проверить адрес Кэмп Хауса до того, как она вернется на Мэйфэр и отправится за покупками. Она закинула сумку-портфель на плечо и пошла назад по Брювэри Роуд в направлении Кингс-Кросс. Она понятия не имела, где, черт возьми, находится 'Сити Роуд', ей нужно было найти местечко с WiFi, чтобы это разузнать, прежде чем нырнуть в метро. Она знала, что это будет не слишком сложно - Лондон был таким же городом на планете, как и остальные, а значит, в нем можно было наткнуться на Старбакс примерно через каждые 5 метров.

Она фыркнула, когда завернула за угол на Кинг Кросс и сразу же заметила один из графических зеленых символов в полуквартале от нее.

Да уж. Чашка дерьмового кофе станет прекрасным завершением этого маленького исследовательского предприятия. Пока все шло отлично, и она наслаждалась именно тем успехом, без которого была бы счастлива обойтись.

***

Адрес Кемп Хаус оказался зданием с заколоченными витринами. Крошечный плакат в углу фасадного окна указывал, что здание принадлежало и - управлялось Службой Лондонского виртуального офиса. Мило. Кто бы ни арендовал грузовик, они были профессионалами - и знали, как замести следы.

Теперь Эван была уверена, что авария Джулии фактически была неудавшейся попыткой убийства. Поправка. Она не совсем не удалась - она всего лишь поразила не ту жертву. Теперь она столкнулась с настоящей дилеммой. Ну и что ей делать со своими подозрениями? У нее нет никаких доказательств - и она едва может рассказать Джулии, что у нее есть фантастическая идея, что кто-то - возможно, ее муж, - может пытаться ее убить. Джулия бы подумала, что она сумасшедшая.

Может, она такой и была.

Но ей придется кое-что сделать. Если она права, тогда кто бы ни стоял за всем этим, они определенно попытаются нанести удар снова. И ей надо найти способ остановить их до того, как им выпадет еще один шанс.

Она обдумывала все это, пока шла по Брук Стрит с сумкой с продуктами. Было почти 16-00, и Джулия скоро появится дома. Она открыла уличную дверь, которая вела к верхним квартирам дома номер 12, и потащилась по лестнице, выуживая из кармана дополнительный ключ, который дала ей Джулия этим утром. Когда она завернула за угол на верхней ступени, она с удивлением увидела, что дверь в квартиру Джулии была приоткрыта.

На короткое мгновение ее охватила паника - неужели кто-то вломился в квартиру? Она замерла в проходе, прикидывая, что же что делать. Затем она услышала голос Джулии, зовущий ее изнутри.

- Я увидела тебя из окна, давай, заходи. Я тоже только что пришла.

Господи. Она расслабилась и встряхнула головой. Мне нужно держать себя в руках, мать твою.

Она вошла, закрыв за собой дверь. Джулия была на кухне, открывала бутылку вина. Она уже переоделась, сменив свой деловой костюм на черные джинсы и мужской свитер, который был ей велик. Она потрясающе выглядела. Она улыбнулась Эван.

- Добро пожаловать домой.

Винная пробка громко хлопнула, когда Джулия вытащила ее из бутылки.

Дела определенно улучшались.

Эван пересекла кухню и поставила продуктовую сумку на столешницу. А ее сумка-портфель соскользнула с ее плеча на один из барных стульев.

- Это самая лучшая вещь, которую я услышала за весь день.

Джулия все еще ей улыбалась.

- Какая? Эта? - она подняла винную пробку.

- Нет, - Эван подошла и встала прямо перед ней. - Это вторая лучшая вещь.

Джулия наклонилась и поцеловала ее.

Когда они оторвались друг от друга, Джулия продолжала держать лицо Эван в своих теплых руках.

- А первая?

Эван закрыла глаза.

- Добро пожаловать домой. Прошло так много времени, с тех пор, как кто-либо говорил мне это.

Джулия притянула ее к себе.

- Мы должны изменить эту ситуацию.

Эван обняла Джулию за талию.

Они стояли молча. Остальная часть ее запутанной действительности была все еще там, просто скрываясь на грани сознания, но Эван проигнорировала ее, позволив себе погрузиться в этот редкий момент затишья.

В конце концов, Джулия отступила назад и поцеловала ее в лоб.

- Чем ты меня собралась кормить?

Эван ей улыбнулась.

- Проголодалась?

Джулия закатила глаза.

- Ты не представляешь как. Не знаю, кто занимается у Вэверли кейтерингом, но это отвратная еда. Я едва притронулась, да и то, только из вежливости.

Эван хихикнула и стала выгружать продукты.

- Хорошо, что тебе всего один день осталось помучиться.

Джулия направилась к шкафчику и достала два винных бокала.

- Не осталось.

Эван была озадачена.

- Что ты имеешь в виду?

- Думаю, из-за моей аварии пожилые мальчики, должно быть, смягчились. Сегодня мы договорились по всем пунктам. В значительной степени “сделано-и-сдано- пылиться-в-архив”, как они тут говорят, - она подошла туда, где стояла Эван и поставила бокалы. - Я свободная женщина на следующие два дня. Итак, - она хлопнула Эван по руке. - У тебя есть планы на выходные?

Эван была в шоке, но рада, что у нее уже истощились все зацепки, которые ей удалось раскопать в связи с несчастным случаем Джулии. Не так уж много чего еще она могла здесь сделать - то, что ей сейчас было нужно, так это вернуться в Вашингтон и посовещаться с Беном. Затем ей придется поговорить с Дэном и Энди.

Она посмотрела на Джулию и напустила на себя задумчивый вид.

- Ну... даже не знаю. Могу я сообщить тебе позже?

Джулия сузила глаза.

- Неужели? Также как и то, чем ты занималась весь день?

Эван продолжала разгружать сумку.

- О, да все как обычно. Кружила по барам, подцепляла женщин...

- Заново знакомилась со старыми друзьями?

Эван с энтузиазмом кивнула.

- И завела несколько новых.

Джулия вздохнула.

- Так много женщин, так мало времени, - она пожала плечами. - Думаю, мне просто придется куда-то отправиться самостоятельно, - она повернулась и стала уходить, но Эван схватила ее руку и дернула ее назад.

- Ну, уж нет.

Джулия подняла бровь.

- Ну, уж нет?

- Точно. Если ты куда-то идешь, то идешь со мной. Я прилипну к тебе как банный лист.

Джулия кинула взгляд на продукты, которые грудой лежали на столешнице.

- Это звучит замечательно, как и все, что ты запланировала на ужин.

Эван посмотрела на цветное ассорти из свежих овощей, специй и риса басмати.

- Так что... - она подняла голову и встретилась с синими глазами Джулии. Черт. Большая ошибка. - Знаешь, как я к тебе прилипну?

Джулия придвинулась ближе.

- Именно это я и хотела узнать.

Несколько минут они наслаждались невербальным общением. В конце концов, Джулия отодвинулась, и ее губы очутились у уха Эван.

- Я была не права, - прошептала она. Ее голос был хриплым.

- В чем? - Эван тоже задыхалась. Запах лаванды сводил ее с ума. Быть так близко к Джулии сводило ее с ума. Вся эта гребаная ситуация сводила ее с ума. Ей нужно было присесть.

- Я не так уж и голодна.

Боже. Эван едва держалась на ногах. Она запустила руки под свитер Джулии и коснулась ее теплой кожи.

- Есть идеи?

Господи. Ей, на самом деле, нужно сесть, пока она не рухнула.

Джулия схватила ее за руку, затем потянула к коридору, ведущему в спальню.

Эван без слов последовала за ней. Ей пришло в голову, что лежать тоже будет хорошо.

ГЛАВА 19

Веруламиум, расположенный на берегу реки Вер, начиная с 50 года нашей эры, находился под юрисдикцией Римской Империи, и был Родиной знаменитой Уотлинг Стрит, дороги, что когда-то связывала античные города Лондон и Дувр, бывшего римского муниципалитета, расположенного к югу от собора города Сен Олбанс в Хартфордшире. Сюда было нетрудно добраться на поезде из Лондона, и Джулия предположила, что это могло бы стать прекрасным местом вдали от города, чтобы провести их последние два дня в Англии.

Эван не возражала по поводу этой идеи. Она переживала, насколько уязвимой сейчас была Джулия в Лондоне, и ломала голову, пытаясь понять, как защитить ее от возможных ‘несчастных случаев’.

Они заселились в комнату в 500-летнем поместье Сент Майклс на Фишпул Стрит, в самом центре Сэнт Олбанса. Отель располагался в двух шагах от собора и аббатства и недалеко от древнеримских руин Веруламиума.

Эван уже однажды посещала Сэн Олбанс во время своей учебы в Университете Лондона, и как ей помнилось, он ей понравился. После того, как они зарегистрировались и распаковались, во время совместной с Джулией короткой прогулки к церкви, она вспомнила, почему.

В отличие от тех многих грандиозных, исторических церквей в Англии, церковь Сэн Олбанс оставалась активным центром поклонения, и удовлетворяла потребности небольшого, провинциального города. Эван была в восторге от обыденной безмятежности этого места, которое было построено во времена норманнов, но по- прежнему было наполнено энергией нескольких поколений людей, которые сидели, обдумывали свои поступки и молились, сидя на рядах простых деревянных стульев, которые выстроились вдоль церковного нефа.

Их экскурсия по собору проходила под аккомпанемент большого органа, на котором кто-то репетировал. Если исполнение на что-либо и указывало, так это на то, что невидимому музыканту требовалось репетировать и дальше.

Они остановились у северного трансепта, чтобы полюбоваться красочной картонной композицией с изображением Нагорной проповеди, автором которой был ‘Класс воскресной школы миссис Фаулер’. Там также находилась молитвенная доска с прикрепленными к ней просьбами, и Эван, поддавшись импульсу, взяла из банки огрызок карандаша и клочок бумаги, чтобы добавить к имеющимся просьбам свою собственную. Когда она подняла глаза и заметила, что Джулия внимательно за ней наблюдает, то почувствовала смущение. Она пожала плечами, чтобы скрыть свой дискомфорт.

Джулия улыбнулась ей.

- Думаю, твоя мать знала, что делает, когда решила назвать тебя Эванджелин.

Эван закатила глаза.

Джулия коснулась ее руки. - Не делай этого.

- Не делать что?

- Не притворяйся, что вера для тебя ничего не значит.

Эван сдержала чуть было не сорвавшуюся с губ рефлекторную реакцию на это высказывание. На самом деле, она хотела послать Джулию куда подальше. Но не смогла это сделать здесь, посреди собора десятого века.

- Хорошо, не буду, - сказала она, вместо этого.

Джулия улыбнулась.

- Я на самом деле, имела в виду то, что сказала тогда ночью.

Эван смутилась.

- Что?

- Я люблю тебя.

Эван была оглушена. По правде говоря, она этого не ожидала. Она думала, что Джулия была вымотана и полуспала, когда произносила эти слова - и что она, вероятно, даже не помнила этого.

- О, - она отступила на шаг назад и бухнулась на маленький, откидной стул. - Хорошо.

- Хорошо? - Джулия продолжала стоять перед ней, освещенная задником Заповедей блаженства.

Эван кивнула.

- Ага, - она выругалась про себя на недостаток красноречия. В голове все смешалось. - Почему ты говоришь мне об этом сейчас?

- Я не знаю, - Джулия подняла голову, ее синие глаза смотрели на высокие арки над их головами. - Мне показалось это идеальным местом для такого рода признания.

Теперь Эван улыбнулась в ответ. Она потянулась и взяла руку Джулии, притянула ее к себе и усадила на стул рядом.

- Я тоже тебя люблю.

- Знаю, - Джулия выглядела самодовольной. - Ты же мне сказала.

Эван знала, что она покраснела. Опять.

- Я не думала, что ты это услышала.

- О, я все хорошо расслышала. Ты не можешь сейчас взять свои слова обратно.

- Я и не хочу брать свои слова обратно.

Джулия сжала ее руку обеими своими. Они были, как обычно, теплыми.

- Хорошо.

Эван сидела, пристально разглядывая ее. Джулия была такой красивой, что это причиняло почти физическую боль. Ее голова была наполнена десятками идей, о том что бы она хотела сделать, но среди них не было совсем ни одной, что сказать.

Джулия позаботилась об этом за нее.

- Я голодная. Давай поищем местечко, где мы бы могли перекусить?

Эван просто кивнула. Они поднялись и зашагали по гладкому каменному полу в сторону выхода из монастыря. На улице начинало темнеть, но если они поспешат, сумеют добраться до отеля засветло.

Развалины древнеримской стены тянулись на протяжении от Сэн Олбанса до Веруламиума. Знаменитая «Уотлинг Стрит» была местом последней, роковой битвы между оккупационными римскими легионами и стотысячной армией повстанцев под предводительством королевы по имени Боудикка.

В 60 году н.э., мятежники, ведомые Боудиккой, отбросили армию римлян к Мидлендсу, в процессе сожгли дотла город Лондиний и уничтожили около 25 000 его жителей. После Боудикка направилась на север, для того, чтобы разрушить Веруламиум (позже Сен Олбанс) - город, по большей части населенный бритами, которые симпатизировали захватчикам. Ее целью было захватить запасы продовольствия римлян, но римский губернатор предусмотрительно их сжег, вместо того, чтобы оставить врагу. Изнуренная и обессиленная, без пищи и прочих припасов, армия Боудикки пала жертвой ужасного голода. Мятежники сплотились для решающей, героической битвы против римского войска где-то в районе дороги Уотлинг Стрит близ Вэст Мидландса. Силы повстанцев потерпели катастрофическое поражение, потеряв убитыми порядка 80 000 человек. Позже появились слухи, что королева Боудикка отравилась, чтобы избежать пленения римскими властями.

Остатки римской стены, бани, театр, «Лондонские ворота» - въезд в город Сэн Олбанс, музей, полный монет, керамики, мозаики, все реликвии прошлого напоминали гостям города об эпическом противостоянии античных бритов, которые те вели против оккупационных римских легионов.

Эван и Джулия прогуливались среди камней, которые когда-то составляли зрительскую зону Римского театра. Температура держалась на уровне 10 градусов, но по ощущениям было холоднее. Прогноз погоды предвещал дождь на всю ночь. Уже сейчас воздух был тяжелым из-за влажности, что накатила с южного берега, с Ла Манша. Этим поздним октябрьским днем туристов было мало, поэтому они не спешили и остановились, чтобы разделить коробку с ланчем и термос с кофе, которые любезно вложил в руки Эван сотрудник отеля, когда они утром собирались на прогулку.

Они сидели на низкой части стены, откуда открывался потрясающий вид на раскопки. Послеполуденное солнце освещало квадратную башню аббатства, различаемую издалека на фоне деревьев. Несколько маленьких птиц порхали вокруг у основания колонны, возвышавшейся над тем местом, которое ранее было сценической площадкой. Ярко-желтая окраска птиц пленила Эван. Они выглядели великолепным на фоне нагромождения камней и пожухлой травы. Она подумала об Эмили Дикинсон (43), и ее предположении, что надежда - штучка с перьями (44).

- Кто это? - спросила она у Джулии, указывая в направлении птиц. - Они красивые.

Джулия прищурилась, и посмотрела в направлении, которое указывала Эван.

- Думаю, овсянки. Не редкость видеть их в этой части страны в конце осени.

Эван рассмеялась.

- Мне следовало понять, что нельзя задавать издателю риторический вопрос.

Это развеселило Джулию.

- В том, что я это знаю, нет никакой моей заслуги. Моя мать довольно-таки опытный орнитолог. Я проводила больше суббот, чем могу припомнить, таскаясь с одного депрессивного болота на другое, а она ползала кругами, вооружившись биноклем и записной книжкой.

- Серьезно?

- Ага. Она даже заставила Энди составлять ей компанию в ее Твитчер вылазках. Но долго это не продлилось.

Эван была заинтригована.

- Что, черт возьми, значит 'Твитчер'?

Теперь наступила очередь Джулии рассмеяться.

- Твитчер - это активный наблюдатель за птицами. Истинные поклонники покрывают огромные расстояния, даже не имея для этого достаточных средств, чтобы добавить к своему ‘списку наблюдений’ еще одну редкую особь. У моей матери было огромное желание и финансовые средства, чтобы она могла предаваться своей вуайеристической страсти к этому времяпрепровождению, и она была заядлым практиком.

- Но Энди этим не наслаждался?

- Не особо. О, первое время он пытался, как послушный зять, каким он был полон решимости быть. Но, в конце концов, ему это наскучило, и он преследовал больше свои интересы, чем ее., - она снова рассмеялась, однако на этот раз Эван различила в ее смехе нотки горечи. - Помню, как он в итоге заставил ее прекратить приглашать его на свои птичьи вылазки.

- Как это произошло?

- Однажды он очень опоздал на утреннюю прогулку в Хэмптонсе. Мы тогда остановились в доме моих родителей на День Благодарения. Моя мать была в ярости и смущении.

- Почему в смущении? - Эван наполнила их пластиковые стаканчики остатками

кофе.

- Потому что тем утром у матери была встреча с Твитчерами у Монтаука. Они узнали, что там будет крупная стая гагарок, направляющихся на юг, поэтому они притаились на том месте, чтобы наблюдать полет. Но Энди спутал их планы, появившись очень поздно и с собакой на поводке.

- О, нет.

- О, да. Собака бегала по пляжу, лая и преследуя все, что движется - включая гагарок. Само собой разумеется, это привело мать в ярость, и она больше никогда не просила его ее сопровождать, - она вздохнула. - Она также запретила Немо появляться в доме. Мы никогда больше не брали его с собой на «праздники» к моим родителям.

Эван подавилась глотком кофе, который только что пригубила и посмотрела на Джулию с тревогой.

- Немо?

Джулия кивнула.

- Собака Энди. Это был черный лабрадор. Они были неразлучны в те дни. Когда, два года тому назад он умер, мне казалось, что Энди сойдет с ума от горя.

Господи. Немо?

Джулия вопросительно взглянула на нее.

- Ты в порядке? Выглядишь так, как будто увидела призрака.

Эван поставила стаканчик с кофе на камень позади себя. Ее голова кружилась, и ей надо было думать. Причем быстро.

Она должна была что-то рассказать Джулии - было бы нелепо думать, что она могла бы скрыть это все от нее. Но сколько рассказать? Сколько вообще стоит ей рассказать? Как отреагирует Джулия? Она и представить не могла. Но у нее не было времени об этом думать, и не было вариантов. Джулия уже в воскресенье улетала в Париж, и Эван не будет рядом, чтобы защитить ее.

Она развернулась, чтобы лучше видеть Джулию, и протянула руку, чтобы взять ее руку в свою.

- Ты мне доверяешь? - спросила она.

Джулия выглядела еще больше сбитой с толку из-за поведения Эван.

- Конечно, доверяю, - она сжала руку Эван. - В чем дело?

Эван сделала глубокий вдох.

- Речь идет о твоей аварии.

Джулия склонила голову на бок.

- А что с ней такое?

Эван протянула руку, чтобы прикоснуться пальцами к уже начавшему бледнеть синяку на ее щеке.

- Джулия, я не думаю, что это был несчастный случай. Думаю, кто-то пытался тебя убить.

Джулия отпрянула от ее прикосновения, и пролила свой кофе.

- Черт побери! - она дернула рукой, чтобы стряхнуть горячую жидкость. Джулия посмотрела на Эван с недоверием. - Что ты такое говоришь? С какой стати кому-то убивать меня?

Эван взяла ее руку в свою и погладила место, куда пролился кофе.

- Мне очень жаль. Мне действительно очень жаль. Я не хотела тебя пугать. Я должна была это сказать. Я провела всю пятницу, осматриваясь у места аварии - и я выяснила, что кто- то использовал вымышленное имя и адрес, чтобы арендовать тот фургон. Это происшествие было не случайным, Джулия, оно было преднамеренным.

Джулия сидела в оцепенении.

- Но почему? Эван, в этом нет никакого смысла. Это, должно быть, просто совпадение.

Эван встретилась взглядом с ее синими глазами. Они расширились от страха и были полны непонимания.

- Знаю. Мне бы тоже хотелось в это верить. Поэтому я очень тщательно все изучила - я хотела быть в этом уверенной. И я молилась, чтобы это оказалось не так. Но я так не считаю, - она снова прикоснулась к щеке Джулии. На этот раз она не отшатнулась. - Если бы был хоть малейший шанс, что это был несчастный случай, то я бы ничего тебе не сказала.

Джулия прижалась к ее руке.

- Тогда почему, Эван? Я не понимаю.

Эван покачала головой.

- Этого я объяснить не могу. Думаю, это как-то связано с Энди и кампанией, это все, в чем я уверена прямо сейчас.

- Энди? Кампания? - Джулия покачала головой и посмотрела на раскопки перед ними. Выражение ее лица медленно менялось от растерянного к спокойному, а после к расстроенному и мрачному. Ее поведение навело Эван на мысль, что она на самом деле видит перед собой не разбросанные и истертые камни, а вместо этого наблюдает разрушенный ландшафт ее собственной жизни. Несколько минут они сидели молча. Через какое-то время Джулия посмотрела на Эван. Ее лицо вернулось к своей отличительной черте - непроницаемому выражению. Когда она заговорила, ее голос был ровным и без эмоций. - Это потому что я с ним развожусь, не так ли? Это потому, что я сказала, что не буду больше помогать ему с его карьерой. Это потому, что они испугались, что откроются его отношения с Майей.

Эван кивнула.

- Да, я тоже так думаю. Но я не уверена - и ты не можешь быть уверена. Мы еще не все знаем?

Джулия горько рассмеялась.

- Еще? Что это означает? Мы ожидаем, что они попытаются повторить попытку? Господи, - она снова покачала головой. В ее глазах начали скапливаться слезы. - Джеймс. Господи. Они убили Джеймса. Они разрушили жизнь его жены и детей - ради чего? Чтобы Энди смог выиграть еще одни выборы? Боже мой...

Эван пододвинулась и обняла Джулию.

- Мне так жаль. Мне очень жаль.

Джулия вцепилась в руки Эван. Она почувствовала их тепло через ткань своей

куртки.

- Что мне делать?

Эван поцеловала ее в макушку.

- Я не знаю. Мы что-нибудь придумаем.

- В понедельник я должна отправиться в Париж.

- Знаю.

- Я боюсь.

Эван закрыла глаза.

- Я тоже.

- Я не хочу, чтобы ты уезжала.

- Тогда не уеду.

Эван почувствовала, что Джулия начала дрожать. Она обняла ее крепче.

- Мы что-нибудь придумаем. Я обещаю.

Они сидели, прижавшись друг к другу, и молчали так долго, что овсянки осмелились подлететь ближе и клевали траву возле их ног. И только после того, как они почувствовали первые несколько капель дождя, они поняли, что пора собрать вещи и двинуться по римской дороге в сторону Сэн Олбанса.

ГЛАВА 20

В конце концов, они решили, что Джулия должна отменить свою поездку в Париж и вернуться вместе с Эван в Штаты.

В качестве дополнительной гарантии Эван заставила Джулию послать Энди е-мэйл, сообщая ему, что несчастный случай побудил ее пересмотреть планы на будущее - и что в настоящее время она все ставит на паузу. В конце концов, это было правдой, хотя, возможно, и не совсем той, которую он хотел бы извлечь из всего этого. Затем Джулия позвонила родителям и объяснила, что ее дорожные планы поменялись, и что дела компании потребовали ее возвращения в Нью-Йорк скорее, чем она ожидала.

Только вот она не возвращалась в Нью-Йорк - пока еще нет. Пока Эван не сможет поговорить с Дэном и Энди, Джулия останется с ней в Чадд-Фордс. Это был единственный способ, известный Эван, с помощью которого она могла ее защитить, помимо отправки ее в какое-нибудь неизвестное место. А эту возможность Джулия категорически отвергла.

Эван никогда не намекала Джулии, что Энди мог быть напрямую причастен к ее аварии и к смерти Тома Шеридана. Она позволила Джулии прийти к ее собственным неясным выводам о том, кто руководил этими событиями. Этого было достаточно, чтобы она предположила, что ее решение разорвать все связи с Энди стало тем провоцирующим событием, которое привело все в движение.

Была еще одна сложность, которую тоже следовало принять в расчет. Со среды у Стиви начинались осенние каникулы, и она присоединится к ним в доме в Чаддс- Форд на следующей неделе. Эван не упоминала Джулию в разговорах со Стиви, и она сильно сомневалась, что и Дэн рассказал их дочери о ней хоть что-нибудь. Это было бы не в его стиле, и в любом случае, она не знала, насколько серьезно он воспринимал их ... что бы это к черту ни было. Но если Джулия останется с ними в Чаддс-Форд, ей нужно объяснить Стиви причину.

И с этим было справиться сложнее всего. Она не хотела лгать дочери, но она и не хотела обременять ее лишними деталями. Он решила поговорить со Стиви - и с Дэном - как только они вернутся в Пенсильванию в воскресенье вечером. Со своей стороны Джулия, казалось, с нетерпением ухватилась за шанс познакомиться с дочерью Эван, но согласилась, что обстоятельства для этой первой встрече вряд ли были идеальными.

Не могло быть и двух мнений на сей счет - все свалилось в одну кучу. В стиле

Эван.

Ее мамочка могла бы ей гордиться. Единственное, на что она могла надеяться, так это на то, что ей удастся выйти из ситуации с минимальными потерями.

И прямо сейчас это выглядело чертовски маловероятно.

Джулия смогла поменять билеты на обратный рейс, поэтому улетала из Лондона вместе с Эван в воскресенье, вместо того, чтобы лететь из Парижа неделей позже.

Был вечер субботы, и она вернулись в Лондон на Брук Стрит. Они обе уже упаковали вещи из-за раннего отъезда завтра утром, и Джулия заканчивала договариваться о билетах. Она повесила трубку и выложила Эван детали поездки. Эван не стала гадать, в какую сумму, в конечном итоге, выльются эти подвиги авиационной акробатики, и когда она спросила, Джулия просто пожала плечами и застенчиво ей улыбнулась.

Эван покачала головой.

- Насыщенная событиями жизнь.

Джулия приподняла бровь.

- Скорее всего, жизнь с несчетным количеством бонусных миль часто летающего пассажира.

- А. Ясно. Так сколько из них ты только что сожгла?

- Несчетное количество.

- Это довольно гигантская цена за те изменения, которые, вероятно, “Бритиш Эйрвейс” стоили меньше пяти баксов.

- Может быть... но в бизнес-классе напитки лучше.

- Ты летишь обратно первым классом? - Эван старалась скрыть свое разочарование. А она будет трястись в вагоне для перевозки скота.

- Ага. Ты тоже.

- Я?

- Ты. Я об этом позаботилась, - Джулия помахала сине-красной пластиковой картой. - Эта штука в данный момент уже бесполезна. Она протянула ее Эван. - У тебя есть мысли, как ее можно использовать?

Эван взяла карточку.

- Никогда не знаешь, где она бы могла пригодиться, - она подняла ее ближе к глазам и внимательно изучила ее. - Я могла бы с помощью нее сделать одну побочную работенку, когда мы вернемся. Эта штука является самой лучшей в мире отмычкой.

Джулия выглядела потрясенной.

- Да ты верно шутишь?

- Не особо.

- Эван...

- Джулия?

Она попыталась отобрать карточку, но Эван убрала руку за спину. Джулия махнула рукой в отчаянии.

- Я... ты - мы...

Эван рассмешили терзания Джулии.

- Рада видеть, что выгода от первоклассного образования все еще включает знание спряжения глаголов.

Челюсть Джулии отвисла. Эван почти могла увидеть за этими синими глазами колесики мысли, вертевшиеся в ее мозгу.

- Оттрахать бы тебя хорошенько, - наконец-то произнесла Джулия.

По некоторым причинам этот ответ обрадовал Эван. Она любила эту сторону Джулии, и почувствовала, что они только что подняли планку их любовных утех - опять. Она протянула ей карту.

- Хорошо.

Джулия взяла пластиковую карту за другой конец.

- Хорошо?

- Ладно, - Эван пожала плечами. - Я принимаю твои условия.

- Хватит морочить мне голову всей этой чушью. О каких таких условиях ты говоришь?

- Я отдаю тебе карточку. Ты меня трахаешь.

Джулия закатила глаза.

- Смотри, какая умная выискалась, - она взмахнула рукой и запустила карту через комнату, как ниндзя бросают свои звездочки. Они наблюдали, как она стукнулась о стенку, а потом соскользнула вниз, за пару горшков с растениями. - И что теперь?

Эван вздохнула.

- Ну, вот тут у нас проблемка, - она подняла глаза и встретилась с самодовольным взглядом Джулии. Улыбаясь, она протянула руки, схватила ее за лацканы пиджака и дернула вперед так, что Джулия упала вместе с ней на диван. - Думаю, ты бы трахнула меня в любом случае.

Она почувствовала горячее дыхание в своем ухе.

- Полагаю, это не самая худшая идея как провести нашу с тобой последнюю ночь в Лондоне.

Эван улыбнулась, прижавшись к темным волосам Джулии.

- Ну и кто бы говорил.

На самом деле Джулия уже не говорила, но у нее все еще неплохо получалось поддерживать их общение. Эван закрыла глаза и очень быстро позабыла о местонахождении ‘самой лучшей в мире отмычки’.

По правде говоря, Бену Рашу она бы в любом случае не понадобилась.

***

После регистрации они кинули свою ручную кладь на пару жестких, пластиковых стульев в зоне вылета, и устроились там же, чтобы переждать два часа, до начала посадки на прямой рейс в Филадельфию.

Джулия захотела выпить еще одну чашечку кофе и пошла побродить в поисках чего-нибудь кроме Старбакса, а Эван осталась охранять их сумки.

Пока Джулия отсутствовала, она развлекала себя тем, что наблюдала за бесконечным скоплением людей, движущимся сквозь выход на посадку подобно стремительному потоку. Это место смахивало на содружество объединенных наций в миниатюре. Люди разного телосложения, размера и цвета кожи, болтая на разных языках, щеголяя разными стилям одежды и другими отличительными признаками своей культуры, проплывали мимо. Она ощущала себя главнокомандующей на чертовом параде. Единственное, что, казалось, объединяло всех этих путешественников, так это уровень общей зажатости и напряженности. Прибывая или отбывая, они все были сосредоточены на одном - побыстрее добраться до места назначения.

Еще она заметила, что буквально все и каждый теперь пользуются сотовыми телефонами. Она хихикнула, когда заметила тибетского монаха в оранжевой одежде с наушником блютус. Он небрежно тащил небольшую сумку на колесиках и вел оживленный разговор с кем-то невидимым. Позади него раздраженная бизнес-леди в тесном, хорошо подогнанном костюме наседала ему на пятки, высматривая любую возможность вырваться и проскочить мимо него. К несчастью для нее, толпа не собиралась ей помогать. Она явно сердилась и, наконец, просто сдалась, выйдя из этой рукопашной схватки, чтобы прислониться к стальной колоне и уже позвонить самой. Что-то в ней показалось Эван знакомым. Когда женщина повернулась, чтобы посмотреть в окна позади ряда стульев, где сидела Эван, она поняла почему.

Господи. Какого черта она делает в Лондоне?

Это была Марго Шеридан.

Прошла минута, прежде чем Марго заметила Эван. Когда это случилось, обе уставились друг на друга на открытом пространстве зоны вылета подобно двум заклятым врагам в паршивом вестерне.

Марго моргнула первой. Она опустила сотовый и направилась туда, где сидела Эван, остановившись как раз перед ней.

- Забавно встретить тебя здесь, - сказала она, опустив глаза, чтобы оглядеть набор несоответствующих друг другу сумок. - Не похоже, что ты путешествуешь налегке.

Эван оглядела ее с ног до головы, а затем пожала плечами.

- Всегда трудно знать наперед, как одеться в Лондоне в октябре. Но думаю, не мне тебе это говорить.

- Летишь в Париж с Джулией, полагаю? - она окинула взглядом зону выхода. - Ну и где наша заблудшая бедняжка? Освежает макияж?

Эван решила не идти у нее на поводу.

- Почему ты думаешь, что я путешествую с Джулией?

Марго рассмеялась.

- Ой, да ладно, Эван. Даже если бы мы умудрились не обратить внимания на то, насколько маловероятно столкнуться друг с другом посреди аэропорта Хитроу, едва ли можно предположить, что Энди удержался и не рассказал мне об аварии, в которую попала его дорогая жена. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы связать концы с концами, не так ли? - она покачала головой. - Конечно, ты бы быстренько рванула через Атлантику, чтобы быть рядом с ней.

Эван кивнула.

- Это могло бы объяснить мое присутствие здесь. А как насчет твоего?

- Я работаю в Лондоне. Разве не помнишь?

- Я помню о тебе все, Майя.

От Марго не ускользнуло значение этих слов. Эван заметила, как ее пальцы крепче сжались вокруг сотового, который она все еще держала в левой руке.

- Ну, так что, как Джулия? Она уже оправилась от потрясения?

Эван подняла бровь.

- Энди, должно быть, не так уж и держит тебя в курсе событий, как ты думаешь.

- И что это должно означать? - Марго явно начала волноваться.

- Только то, что близкое знакомство Джулии со смертью, кажется, изменило ее мнение о некоторых вещах.

- О каких?

Эван вздохнула.

- Ну, ты будешь рада узнать, что твое предсказание о сроке наших отношений с Джулией оказалось точным. Она более не желает разводиться.

Эван могла видеть, как над воротником шелковой блузки Марго ее кожа покраснела. Она не ответила. Эван воспользовалась преимуществом и поднажала.

- Энди не рассказал тебе об этом? Очень плохо, полагаю, мы обе, должно быть, лузеры.

Раздался ясно слышимое жужжание, и Марго опустила взгляд, чтобы посмотреть на дисплей своего сотового телефона.

- Мне нужно ответить... я ужасно опаздываю. Она схватила ручку своего чемодана на колесиках и стала отворачиваться. - Передай Джулии, что я рада, что она выжила в аварии. Ее тон был каким угодно, только не искренним.

- Конечно. Безопасной поездки - куда ты сказала, направляешься?

- Не думаю, что я об этом упоминала.

Она отвернулась и пошла через полинялый ковер, присоединившись к быстро движущемуся потоку пассажиров. Через мгновение она полностью исчезла из виду. Эван опустила голову, чтобы поизучать место, где та стояла, ожидая увидеть подпалины на ковре.

Господи боже мой. И что это такое было, мать твою? И какого черта Марго делает в Лондоне? И, что самое важное, где Энди?

Она начала размышлять, действительно ли он был в Лос-Анджелесе в тот вечер, когда позвонил Дэн и рассказал о несчастном случае с Джулией. Бен довольно легко это выяснит.

Дерьмо. При таких расценках Эван превратит Бена Раша в очень богатого чувака.

Встреча с Марго потрясла Эван до основания.

Она почувствовала, что ее тревога за Джулию выросла. Она кинула взгляд на часы. Слишком долго та охотилась за чашкой кофе. Она уже почти была готова направиться к работнику в зоне выхода, чтобы спросить, может ли та на время убрать их сумки, когда увидела Джулию, пробирающуюся к ней между двух рядов пластиковых стульев. Она ухмылялась и несла две большие кружки того, что выглядело, невероятным образом, как Криспи Крем кофе.

Она подошла к Эван и протянула одну, триумфально улыбаясь.

- С пылу, с жару и без сливок, как ты и заказывала.

Эван взяла кружку из ее рук.

- Где, черт возьми, ты это добыла?

Джулия примостилась рядом с ней.

- В Третьем терминале, рядом с Бургер Кинг.

Эван закатила глаза.

- Мы могли бы уже быть в Филадельфии.

- Мы довольно скоро там будем.

Эван кивнула и глотнула кофе. Она оглядела Джулию, которая уперлась ногой в край своего чемодана и глазела на проходящий мимо поток пассажиров снаружи их зоны вылета.

И, наконец-то, отважилась произнести.

- Я только что видела Марго.

Джулия посмотрела на нее с шокированным выражением лица.

- Что? Где?

- Прямо тут. Около пяти минут назад. Она остановилась поболтать, спрыгнув с метлы, - она помолчала. - Интересно, она получает бонусные мили с этого?

Джулия все еще не верила.

- Боже мой. Что она тут делает?

- Я ей задала тот же вопрос. «Бизнес», - сказала она, - но кто ее знает.

- Или кого это заботит. - Джулия задрожала. - Я рада, что пропустила эту маленькую встречу.

- Я тоже.

Они обе утихли на мгновение.

- Она путешествовала одна?

Эван посмотрела на нее с удивлением.

- Забавно. Я подумала о том же самом.

- И?

- Я не знаю наверняка. Она была одна, когда здесь остановилась.

- Тебе интересно это узнать?

- В некотором роде. Но я не могу вот так помчаться за ней и оставить все наши вещи без присмотра.

Джулия кивнула и опустила ногу на пол, поставив чашку кофе на стул рядом с собой.

- В какую сторону она пошла?

Эван потянулась к ее руке и удержала ее на месте, не давая встать. - Попридержи коней, Хосс (45). Это не похоже на преследование браконьеров, которые истребляют крупный рогатый скот на ранчо Пандероза.

Джулия взглянула на нее в замешательстве.

- Что по-английски означает?

- Думаю, Марго потенциально опасна, и не в наших интересах пытаться ее трахнуть.

Эван видела, как Джулия вздрогнула от ее выбора слов.

- Прости. Я не имела в виду...

- Все хорошо, - осадила ее Джулия. - Я поняла, что ты имела в виду.

- Послушай, - продолжила Эван. - На самом деле, не важно, с кем она, или куда направляется.

- Не важно?

- Нет, не важно. Поверь мне. Я сделала все возможное, чтобы перекинуть несколько метких ручных гранат через стену ее сдержанности. Теперь она думает, что ты и я находимся в натянутых отношениях, и что ты переосмысливаешь возможность примирения с Энди.

- О боже.

Эван кивнула.

- Если пришлось бы гадать, то прямо сейчас, вероятно, она говорит с ним по телефону, - она опустила руку на предплечье Джулии. - Поверь мне, чем больше раздора мы посеем между ними двумя, тем больше времени мы выиграем, чтобы попытаться разобраться с этим бардаком.

Джулия вздохнула.

- Напомни мне никогда не злить тебя.

Эван кивнула.

- Это вообще не очень хорошая идея.

Джулия улыбнулась и снова взяла чашку кофе.

- И что будет теперь?

- Теперь мы направляемся домой, и оттуда я позвоню поздно вечером моему приятелю Бену Рашу.

- Эван...

- Джулия. Верь мне, хорошо? Это мое не первое родео.

- Знаю, - Джулия взяла ее за руку. - Я только хочу убедиться, что это не приведет к тому, что оно станет последним.

- Я буду осторожна.

Джулия сжала ее руку.

- А что буду делать я, когда ты отправишься выслеживать добычу?

- Для начала ты будешь держаться подальше от дверей и окон. А затем ты начнешь говорить с Энди, и сделаешь все, чтобы убедить его, что у тебя возникло новое желание вернуть искру в ваш брак.

- Боже. Не знаю, смогу ли я это осуществить.

- Сможешь. Я в тебя верю.

Джулия покачала головой.

- Это может не сработать.

- Это не так, - Эван потянула ее за руку. - Посмотри на меня, Джулия, - когда Джулия подняла голову и встретилась взглядом с Эван, та продолжила. - Это важно. Мы не знаем, кто стоит за твоей аварией, но самый надежный способ удержать их от новых попыток, это лишить их мотива.

- А что если мы не правы насчет их мотива?

Эван поднесла теплую руку Джулии к своим губам и поцеловала.

- Шаг за шагом, детка. Шаг за шагом.

***

Было глубоко за полночь, когда Эван отперла входную дверь дома в Чаддс- Форд. Они смогли поспать несколько часов в этом длинном перелете через Атлантику, но обе были слишком доведены до ручки, чтобы действительно расслабиться и насладиться вип-условиями. Хотя Эван пришлось признать, что выпивка была лучше, чем та, что предлагалась на более дешевых местах.

Джулия прислонилась к ней в маленькой темной прихожей, пока она закрывала и запирала дверь. Эван постояла пару мгновений лицом к двери, наслаждаясь ощущением.

- Устала?

Она почувствовала, как Джулия уткнулась в ее плечо.

- Смертельно.

- Тогда почему бы нам не пойти в кровать, а вещи распакуем завтра?

Джулия обвила руками ее талию.

- Ты когда-нибудь думала, что, в конечном итоге, я буду спать здесь с тобой?

Эван фыркнула от удовольствия.

- Сказать правду?

Руки Джулии сжали ее крепче.

- Конечно.

- Черт, нет.

Она почувствовала, что Джулия отстранилась.

- Почему нет?

Эван повернулась к ней лицом.

- Потому что я бестолочь, Джулия, и у меня есть удивительная способность притягивать к себе ужасных подружек.

- И я вот такая подружка?

- Нет. Ты полная противоположность. И это объясняет, почему я никогда не думала, что ты, в конечном итоге, окажешься тут со мной.

Джулия испустила усталый вздох. Эван хотела видеть ее глаза, но на улице не светила луна, а свет был выключен, внутри дома все было окутано темнотой.

- Я собираюсь покончить раз и навсегда с этими раздражающими приступами самоунижения, - сказала Джулия. - Но прямо сейчас я слишком устала, чтобы спорить с тобой.

Эван поняла, что только что чудом избежала выволочки.

- Думаю, мне повезло.

- Не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Я только сказала, что слишком устала, чтобы спорить, а не участвовать в других формах... взаимоотношений.

Эван улыбнулась и взяла ее за руку, потянув ее к лесенке, которая вела на второй этаж дома.

- Говорю же.. мне повезло.

ГЛАВА 21

Эван не стала попусту тратить время и на следующий день связалась с Дэном. Ранним поездом она приехала в Вашингтон и встретилась с ним в кафе Европа на М Стрит. Они сели за столик подальше от основного зала, и она быстро выложила ему все странные детали, окружавшие смерть Тома Шеридана. Она также рассказала ему, что Энди Таунсенд владел похожей парой желтых лыж К2, которые были на Томе, когда обнаружили его тело.

Дэн жевал конец пластиковой соломинки, пока слушал ее рассказ. Когда она закончила, он уронил покореженную трубочку и пожал плечами.

- Что ты хочешь сказать?

Эван вздохнула.

- Что значит, что я хочу сказать?

- Да ладно, Эван. Почему для тебя было так чертовски важно вытащить меня с двух совещаний и конференц-связи и рассказать мне о чем-то, что не лезет ни в какие ворота?

- Господи, Дэн. У тебя совсем нюх отшибло? Кто-то, очевидно, убил Тома Шеридана, и прямо сейчас на твоем мальчике Таунсенде проступает слово ‘преступник’, напечатанное на его первоклассном лобике.

Дэн успокаивающим жестом поднял руку и быстро оглянулся через плечо.

- Боже, Эван. Ты можешь говорить на тон или два тише? - он наклонился вперед. - Что, черт возьми, с тобой происходит? Ты говоришь, как безумный актер массовки из фильма Оливера Стоуна.

Эван откинулась на пластиковый стул и пару раз глубоко вздохнула. Она была в ярости от слов Дэна, но если она плеснет напиток ему в лицо, это вряд ли поможет делу. Ей нужно было, чтобы он ее выслушал, и, по крайней мере, рассмотрел возможность, что она права насчет Шеридана, если не насчет Энди.

Она решила попробовать еще раз.

- Хорошо, смотри. Я готова допустить, что это простое совпадение, что у Энди есть пара лыж К2. Но Энди был в тот уикенд с Томом Шериданом. И там был Маркус. А кто-то прикрепил супер-лыжу к ноге неопытного пьяницы, который никак не мог быть где-нибудь поблизости от Пика Лог. Мы оба знаем, что Энди трахал жену конгрессмена, и с моей точки зрения, он был единственным человеком, кто выигрывал профессионально и персонально от смерти Шеридана. Она наклонилась вперед. - А теперь сложи два и два.

Он смотрел на нее какое-то мгновение, затем покачал головой.

- Эван, ты складываешь два и два и получаешь пять. У тебя ничего нет, и, честно говоря, я более чем слегка обеспокоен, что ты, кажется, готова озвучить эти смехотворные, необоснованные обвинения. Что, к чертям собачьим, случилось с твоей способностью мыслить? - он прищурился. - Стоп, думаю, я точно знаю, что с тобой не так.

- Что со мной не так? О чем, мать твою, ты говоришь?

- О, да ладно. Это случается каждый раз, когда ты лишаешься объективности и начинаешь думать с помощью твоих девчачьих прелестей, - он помахал рукой в сторону ее колен. - Ну, так что происходит? - он понизил голос. - Ты беспокоишься, что Энди и Джулия могут помириться?

Эван посмотрела на него с недоверием. - Что с тобой? Господи, Дэн. Это не имеет ничего общего с моими чувствами к Джулии.

- А. Так ты признаешь это? - он самодовольно откинулся назад. - Так Маркус был прав. Черт возьми. Я знал это.

Эван с отвращением бросила салфетку.

- Не знаю, почему я подумала, что поговорить с тобой было хорошей идеей. Очевидно, что ты не в состоянии видеть дальше собственного уязвленного либидо.

- О, детка - сейчас все в чертовом порядке с моим либидо.

- О, неужели? Наконец-то, и у тебя что-то получилось, Дэн?

Он засмеялся.

- Хорошая попытка, Эван. Мы не говорим о моих подвигах в постели.

Она отодвинула стул.

- Знаешь что? Мы не говорим и о моих.

Он поднял руки, пытаясь ее остановить.

- Погоди. Не кипятись.

- Да пошел ты.

- Серьезно. Ну же - извини. Присядь. Скажи, что я могу сделать, чтобы помочь.

Она посмотрела на него с подозрением.

- Я серьезно, - его голос звучал довольно искренне. Она откинулась назад.

- Хорошо. Я бы хотела увидеться с Энди - сегодня же.

- Это невозможно.

Она вздернула подбородок.

- Почему нет?

- Потому что он в Торонто. Он не вернется в Вашингтон до понедельника.

- Понедельника?

- Ага.

Пора было сдвинуть дело с мертвой точки. Она раздумывала, свободен ли Бен Раш сегодня вечером.

- Хорошо. Тогда я хочу встретиться с ним в понедельник.

- Маркусу это не понравится.

- Маркус может поцеловать мой зад. Ты либо можешь организовать эту встречу для меня - либо я могу позвонить моему другу в Энквайер и позволить ему позадавать мне вопросы.

Он вздохнул.

- Господи, Эван. Можешь осадить назад? Организую я для тебя эту чертову встречу.

- Хорошо.

- Не слишком возбуждайся - у меня есть два условия.

- Каких?

- Я хочу присутствовать на вашей встрече.

Она подумала об этом. Вероятно, не такая уж и плохая идея - Энди почувствует меньшую угрозу, и у нее будет свидетель всего, что произойдет.

- Хорошо.

- И я выбираю место встречи.

Она знала Дэна - он захочет устроить встречу в каком-нибудь публичном месте, так чтобы все не слишком вышло из-под контроля.

- Хорошо.

Дэн кивнул и допил кофе.

- Я позвоню тебе в четверг и дам знать, где и когда. И я также хочу провести какое-то время со Стиви.

Он естественно знал, что на этой недели у Стиви начинались осенние каникулы. Он отодвинула стул и встала.

- И, Эван?

Она посмотрела на него.

- Тебе бы лучше быть поосторожней с тем, как далеко ты собираешься пойти с этой чушью. Я не смогу спасти твою репутацию, если ты надавишь на него слишком сильно, и все отскочит в тебя рикошетом.

Она продолжала молча пристально смотреть на него. Затем она взяла свою сумку и забросила ремень себе на плечо.

- Я поговорю с тобой о встрече в четверг. Позвони мне в любое время по поводу Стиви.

Она оставила его там сидеть и направилась к выходу на М Стрит.

***

Бен Раш был не слишком рад, что Эван выкрутила ему руки и заставила согласиться на импровизированную работенку со взломом. В округе, а в настоящее время не только в нем, но и везде, это считалось уголовным деянием - а он уже лет шесть как более или менее забросил этот вид криминальных приключений на свою задницу, когда начал выполнять “особые” проекты для Министерства юстиции. Но его прибыльные правительственные задания пошли на убыль, с тех пор как к власти пришел Обама, и денег было мало. На его шее сидели две бывшие жены, и трое детей учились в колледже, а его законная основная работа в качестве страхового следователя не оплачивала все счета. Эван знала это и надавила по полной, сопровождая свои аргументы пачкой банкнот, чтобы заставить его согласиться и провернуть ее двойную тайную операцию.

Ей нужно было, чтобы он провел ее в две резиденции. В одну, в старом Нью Касле, было проникнуть раз плюнуть. Там не стояло даже системы безопасности. В другую? Ну, чтобы зайти в эту, придется попотеть.

- Ты должно быть меня разыгрываешь, - сказал он, когда она продиктовала адрес.

- Я что, выгляжу такой шутницей? - ответила она, приподняв бровь.

Бен покачал головой.

- Забудь об этом.

- Да ладно, Бен, - подстегнула его Эван. - Где твоя историческая память? Помнится мне, что у тебя есть опыт работы с этим конкретным местом.

Он издевательски усмехнулся.

- Ага - ну, если четыре года, проведенных в Ломпоке (46), называются - опытом, то я мог бы прожить и без них.

- Да брось ты. Это место гребанный загородный клуб, и ты знаешь это.

- Эй, может, к тому времени, когда они отправили туда Боэски (47), эта тюряга и превратилась в загородный клуб, но в 70х она была отнюдь не местом для пикников, доложу я тебе. И у меня нет никакого желания узнать, насколько положение улучшилось.

Эван протянула руку, чтобы забрать стопку банкнот, которые лежали в конверте на столе между ними.

- Прекрасно. Уверена, что смогу найти другого воришку, который все еще знает, как пробраться в Фогги Боттом (48).

Бен шлепнул ее по рукам.

- Не так быстро. Дай мне проклятую минуту, чтобы поразмышлять над этим. Мы же болтаем о чертовом Уотергейте, да? Мне до сих пор снятся кошмары об этих парнях.

Эван пожевала внутреннюю сторону щеки.

- Ты в деле или нет, Бен? Это предложение с ограниченным сроком годности.

Голубые глаза Бена искали ее взгляд.

- Когда ты хочешь это провернуть?

- Сегодня вечером, Бен, - она кинула взгляд на часы. - Примерно через три часа. Нью Касл завтра вечером, если потребуется.

Он вздохнул. Бену было далеко за 60, и он ничего не взламывал и никуда не проникал с середины 90-х. На сегодняшний день он занимался тем, что подслушивал разговоры и декодировал мгновенные сообщения. А это он мог делать, не выходя из гостиной, и ему не надо было вылезать из футболки и боксеров.

Он обернулся к Эван. Ее рука все еще лежала под его ладонью на конверте, полном стодолларовых банкнот. Он знал, что она больше ждать не будет. Что за мать твою? Ему нужны деньги, и он может к тому же еще и повеселиться, пока занимается этой работенкой.

- Хорошо, - сказал он. Она убрала руку, и он увидел, как улыбка появляется в ее серо-зеленых глазах. - Но мы сделаем все по-моему, и никаких возражений.

Улыбка исчезла, прежде чем стала явно заметной. Ее глаза сузились.

- У меня такое чувство, что мне это не понравится.

Бен рассмеялся и подтянул к себе конверт с деньгами. Он откинулся назад и осмотрел ее с ног до головы.

- У меня такое чувство, что ты это возненавидишь.

***

- Ты можешь шевелить задницей быстрее?

Бен потихоньку раздражался от того, как много времени заняло у Эван пройтись по тротуару от Нью Гемпшир Авеню, когда такси высадило их перед комплексом роскошных апартаментов.

- Отцепись, Бен. Попробуй походить в этих проклятых туфлях.

- Мы уже обсудили это, помнишь? Кроме того, в качестве эскорта ты выглядишь намного аппетитнее, чем я.

- Ага, верно. Я, должно быть, была не в себе, что согласилась на это.

Он оглядел ее.

- Не знаю, ты в полном порядке.

- Я похожа на чертову проститутку.

Он засмеялся.

- В этом вся идея, красотуля.

Она свирепо посмотрела на него.

И на самом деле, Эван выглядела горячей штучкой. Им удалось набрать нужной одежды на стойке распродажи в Ниман Маркус на Висконсин Авеню. С макияжем вообще все было просто - оказалось, что у дочери Бена в шкафчиках гостевой ванной комнаты припрятан целый магазин косметики. С туфлями дело было сложнее.. Бен твердой рукой заставил Эван примерить более дюжины пар, прежде чем они нашли подходящие по стилю.

- Ты ведь не серьезно, да? - сказала она, когда он протянул ей еще одну пару туфель с открытым носком, с блестками и на 8-сантиметровых каблуках. - Ты хочешь, чтобы я надорвала задницу?

- Нет, я хочу, чтоб ты выглядела так, как будто продаешь свою задницу.

Она хмурилась, когда выдергивала туфли из его руки.

- Ты этим наслаждаешься.

Он пожал плечами.

- Извращенец.

- Эй, я бы носил их, если бы мог.

Она смерила его горящим взглядом.

- Я вообще-то могла бы прожить остаток моей жизни без таких о тебе откровений, Бен.

- Просто шевели задницей - у нас мало времени.

Это было два часа назад. Сейчас они приближались к входу в главный вестибюль комплекса, и завидный новый облик Эван почти себя оправдал. Она вздрагивала каждый раз, когда кидала взгляд вниз и видела свои сиськи, выпирающие из глубокого V-образного выреза облегающего ее фигуру платья, если это вообще можно было назвать платьем.

- Как ты сжульничал с этим приглашением? - прошипела она, когда они подошли к швейцару.

- Эвери Ваксман у меня в долгу. Он устраивает эти маленькие коктейльные гулянки каждый вечер по понедельникам. Это типа небольших фуршетов. Вильямс & Дженсен платит за все. Никогда не знаешь, с кем там столкнешься.

Она удивленно посмотрела на него.

- Мы же не собираемся идти на эту чертову вечеринку, не так ли?

- Конечно, собираемся. Мы обязаны туда зайти. Расслабься. Ваксман живет на том же самом этаже, что и твой голубок.

- Господи. Что случилось со старыми добрыми временами, когда все, что ты должен был сделать, это взломать замок?

- Эй - не смей меня упрекать. Не я выбрал эту заводь для рыбалки, а ты.

- Господи.

- Просто держи рот на замке, не хочу рисковать, что тебя кто-нибудь узнает.

Она глумливо усмехнулась.

- Это очень маловероятно.

- Просто делай, как я, и сейчас самое хорошее время, чтобы начать.

Они подошли к швейцару.

Бен вытащил бежевую визитку.

- Привет. Бен Раш к Эвери Ваксману.

Швейцар одним глазом посмотрел на визитку, и больше времени потратил на то, чтобы окинуть взглядом Эван с ног до головы.

- Проходите и поднимайтесь, мистер Раш, - он махнул в сторону лифта позади его стойки.

- Спасибо. Хорошего вечера.

Швейцар поднял бровь.

- Вам тоже.

Бен погладил обтянутую джерси задницу Эван.

- О, я как раз это планирую.

Когда они надежно укрылись за большими стальными дверьми лифта, Эван ткнула пальцем в грудь Бена. Ее глаза сверкали.

- Сделаешь это еще раз, придурок, и ты узнаешь, что такое петь сопрано.

- Господи. Что случилось с Пеппи Длинный чулок? Взбодрись, ок?

- Давай просто сделаем это, хорошо?

Бен приставил указательный палец к полям воображаемой шляпы.

- Да, мэм.

Лифт остановился на 9 этаже, и большие двери разъехались.

- Выступление начинается, сладенькая моя, - он подхватил Эван под локоть. - Давай разыграем наши карты.

***

Эван была уже по горло всем сыта.

Бен обходил всех и каждого на вечеринке, смеясь и раздавая свои маленькие бежевые визитки, убеждаясь, что все запомнили, что он был там. Она убивала время, затаившись позади парочки пальм в кадках размером с бегемота, рядом с выходом на балкон, нянчась с тем же самым проклятым мартини, которое кто-то сунул ей в руки, как только они переступили порог апартаментов Ваксмана. При обычных обстоятельствах она бы не возражала, это была отличная выпивка. Белведер, если она догадалась правильно. Очевидно, что дела у Вилльямс & Дженсен шли хорошо.

Список гостей на этом суаре был похож на адресную страницу из Светского Календаря Вашингтона. Эван увидела дюжину конгрессменов, которых узнала, пока шла по залу, и еще трех или четырех, которые однажды попали под ее профессиональную проверку. Оставаться незамеченной оказалось труднее, чем она рассчитывала. К счастью, ее внешний вид был подобран таким образом, что оберегал ее от слишком пристального вглядывания в ее лицо - облегающий наряд, казалось, довольно хорошо оправдывал себя. Бен отлично знал, что делает.

Она сделана еще один крошечный глоточек напитка и украдкой посмотрела на свои часы. Они были тут уже 25 минут. Ее ноги ее убивали. Она тряхнула головой и подумала, чтобы сказала Джулия, если бы ее увидела. Господи. Когда она ей ранее позвонила и объяснила, что вернется поздно, на том конце провода повисла смертельно долгая пауза.

- Могу ли я узнать, что ты затеяла? - голос Джулии звучал обеспокоенно.

- Нет. Думаю, тебе этого знать не стоит.

Джулия вздохнула.

- Эван...

Эван оборвала ее.

- Я буду в порядке. Только не волнуйся. И не выходи из дома. Я вернусь к полуночи.

- К полуночи?

- Да. Дождешься меня?

- Конечно. Будь осторожна?

- Я всегда осторожна.

- Эванджелин?

- Да?

Повисла пауза.

Эван улыбнулась в трубку.

- Я знаю. Я тоже.

Этот разговор состоялся более четырех часов назад, и если Бен не пнет себя в задницу, то пройдет еще четыре часа, прежде чем они ввалятся в проклятые апартаменты Энди.

Сквозь шум она различила знакомый смех.

С болезненным замиранием сердца она посмотрела в ту сторону, откуда он доносился. Господитыбожемой. Это не могло происходить на самом деле. Это была Лиз.

Лиз Берк только что вошла под ручку с каким-то типом и решительно направилась к временному бару, устроенному как раз слева от Эван.

Отлично. И что теперь? Эван запаниковала. Если Лиз увидит ее, то ее тут же прищучат. И как, черт возьми, она сможет это объяснить?

На ее удачу Бен именно сейчас вспомнил, зачем они пожаловали на эту треклятую вечеринку.

- Лиз! - позвал ее Бен. Эван закрыла глаза и благословила Бога и Святую Деву, за то, что Бен, кажется, знал всех в правительстве, особенно в суде и штате. Лиз замерла и обернулась, давая Эван время поспешно улизнуть. Она закатила глаза при виде Бена и дернула головой в сторону двери, когда проскользнула позади Лиз, направляясь в прихожую.

Он понял намек.

Через две минуты она стояли в коридоре снаружи кондо Энди.

- Что ж ты так адски долго? - прошептала она, проводя рукой по его седым волосам на затылке. Они вились над краем воротника его рубашки. Ему нужно было подстричься.

Он отлично притворялся, как будто возится со своими ключами.

- Прекрати скулить. Тебе просто повезло, что я узнал спину твоей подружки.

- Лиз не моя подружка.

- О, неужели? - спросил он. - Есть еще какое-то название для тех девчачьих вещичек, которые ты с ней вытворяешь?

Сейчас Бен вставил обе отмычки в замок. Эван нависала над его плечом, усиленно стараясь выглядеть скучающей и нетерпеливой, пока маскировала его возню. Она хотела его прибить.

Именно тогда еще одна пьяная пара завернула за угол и помахала им, направляясь к лифту. Эван нагнулась вперед и поцеловала Бена в ухо.

- Просто открой эту чертову дверь.

Бен хихикнул, когда отмычки в замке, наконец, сделали свое дело, и повернул ручку.

- Ты мне льстишь.

Они быстро проникли внутрь и закрыли дверь. Бен выудил из кармана пиджака фонарик, размером с ручку.

- Хорошо. Это твоя вечеринка - откуда хочешь начать?

Эван застыла на секунду, пытаясь привыкнуть к темноте в апартаментах.

- Без понятия. Чуланы? Спальня?

Бен прошелся туда-сюда по комнате узким лучом от фонарика, оценивая ее пространство.

- Так все же, что мы ищем?

Эван рассмеялась.

- Лыжи.

Синий ореол света замер. Бен повернулся к ней лицом.

- Еще раз?

- Ты меня слышал. Лыжи. Ярко желтые.

Бен вздохнул.

- Ну, это, несомненно, сужает круг поиска. А я-то был всячески готов взломать пару стенных сейфов.

- Мне очень жаль тебя разочаровывать, но мы не снимаем ремейк - Аферы Томаса Крауна.

Бен засмеялся.

- Ты мне будешь рассказывать. Кроме того, в этом прикиде ты больше похожа на еще одну 'нежную Ирму' (49).

Эван потянула за подол своего короткого красного платья.

- Я повторяю - ты извращенец.

Эван скинула туфли и согнулась, чтобы спрятать их под стол рядом с дверью. Бен взмахнул фонариком, чтобы осветить стол.

- Какого черта ты делаешь?

- А на что похоже то, что я делаю? Эти штуки убивают меня, - она выпрямилась и ошеломленно застыла, увидев знакомое лицо, уставившееся на нее. У Энди было фото Джулии в рамке, стоящее на столе в прихожей, рядом с несколькими другими семейными фотографиями. Эван почувствовала, как замерло ее сердце, когда она вглядывалась в фото. Абсурдность ситуации переполняла ее. Не тот факт, что она была одета как шлюха, и что она запросто нарушила примерно двадцать федеральных законов, вломившись в квартиру действующего сенатора США. А в большей степени тот сюрреалистический факт, что ей удалось впутаться в историю с женой сенатора, - потрясающей светской львицей, которая намного превосходила ее по богатству и опыту, примерно как эта чертова одежда превосходила ее обычную манеру одеваться.

Бен осветил лучом длинный коридор справа от них.

- Давай начнем оттуда.

Десять минут спустя они закончили прочесывать дюжину кладовок и так ничего и не обнаружили. Эван отдала должное архитекторам этого строения. Неудивительно, что Демократический Национальный комитет когда-то выбрал этот комплекс для размещения своих офисов - это было сделано для сокрытия всяческого дерьма.

Они как раз выходили из спальни Энди, когда услышали, как входная дверь открылась и закрылась. Бен щелчком выключил фонарик и подхватил Эван под руку, увлекая ее за собой в гостевую комнату, подальше от главного коридора. Они присели позади огромного шкафа сразу же у двери. Кто-то включил свет в гостиной, а затем верхний свет залил коридор, обшитый панелями. Они услышали приближающиеся к ним шаги. Эван задержала дыхание, и она знала, что Бен тоже не дышал.

Это начинало походить на гребаную комедию положений. Что еще могло пойти не так? Энди раньше вернулся из своей поездки? Ее сердце чуть не выскочило у нее из груди.

Кто бы ни вошел в апартаменты, он остановился в конце длинного коридора рядом с входом в комнату, где они прятались, и откатил раздвижную дверь в среднего размера кладовку, которую Бен с Эван уже обыскали. Они услышали звук передвигаемых предметов. Эван рискнула и потянулась через Бена, чтобы высунуть голову за угол.

Господи. Это была Марго Шеридан. Какого черта она здесь делает?

Бен дернул Эван назад и зажал ее, как в тисках.

Марго закончила, чтобы она там ни делала, и закрыла дверь кладовки. Затем они услышали ее удаляющиеся шаги. Свет в коридоре погас, но гостиная все еще была освещена.

Глаза Эван расширились, сердце заколотилось, потому как она вспомнила, что ее проклятые туфли стоят на полу в прихожей. Она застыла в руках Бена, казалось, что прошел час, прежде чем свет, наконец, погас, и они услышали, как входная дверь открылась и закрылась. Они не шевелились позади шкафа, пока не услышали звук поворачивающегося в замке ключа Марго.

Бен покрылся потом.

- Кто, черт возьми, это был? - он вытащил носовой платок из заднего кармана и стал вытирать лоб.

- Это была подруга Энди - Марго Шеридан.

Бен прекратил вытирать пот.

- Марго Шеридан? Без дураков?

Эван кивнула.

- Ты слышал о ней?

- А кто нет? - он тряхнул головой. - Твой голубок водится с довольно опасной компанией.

- Ага, - ну, давай просто посмотрим, что она сюда приволокла, а?

Они вместе подошли к кладовке. Бен откатил дверь и посветил фонариком внутри. Все выглядело практически так же, как и раньше, когда они его обыскивали.

- Минуту, Бен, - Эван увидела нечто, торчащее за стойкой, на которой висели несколько больших чехлов для одежды . - А это что?

Бен растолкал чехлы по сторонам. Длинная черная спортивная сумка с красными полосами была прислонена к задней стене кладовки.

- Этого раньше не было, - сказала Эван.

- Нет. Бен вытащил ее оттуда. Рядом с плечевым ремнем была вшита эмблема К2.

- Бинго.

- Господи, - Эван потянулась и наполовину расстегнула молнию. Пара ярко желтых лыж аккуратно покоилась в мягком чехле . - Будь я проклята.

Она провела рукой по задней части лыж, она была гладкой. Никакой смазки. Она отступила назад, покачав головой.

Бен застегнул сумку и затолкал ее назад, за висящие чехлы для одежды.

- Думаю, наша работа здесь завершена?

Эван покачала головой в изумлении.

- И даже близко не лежало.

- Ну, ты получила, зачем пришла сюда, поэтому давай, к черту, убираться отсюда, пока она не решила вернуться.

Эван кивнула. Бен светил фонариком, пока они шли в гостиную, и остановился в прихожей, чтобы Эван могла забрать туфли.

И тут возникла одна проблема. Туфли пропали.

***

Эван вернулась в Чаддс-Форд в 23-15.

Ее внешний вид определенно заставил приподняться не одну бровь, когда она пересекала вестибюль Уотергейта под ручку с Беном. Босиком. Ее колготки были уже вдрызг разорваны, когда они сели в такси и направились на квартиру Бена, чтобы она смогла переодеться. Но это едва ли имело значение, по правде говоря, она не думала, что в скором времени ей понадобятся черные, в сеточку чулки. Она оставила их накинутыми на штангу душа в ванной Бена, как прощальный подарок. Она улыбалась, когда вешала их там. Теперь зная об эклектических вкусах старика, она прикинула, что он, вероятно, мог бы найти им хорошее применение.

Ее голова все еще гудела от вечерних событий. Какие черти могли устроить такое совпадение, что Марго выбрала тот же самый вечер, чтобы забраться в апартаменты Энди и вернуть желтые лыжи? И почему они были именно у Марго? Эти ли самые лыжи были на Томе Шеридане, когда с ним случился тот роковой несчастный случай? Это казалось маловероятным - на лыжах не было воска, а это указывало, что возможно, их и не использовали раньше.

И кто мог посвятить Марго в то, что Эван могла их разыскивать?

Все это попахивало настоящим сокрытием улик, и задница Марго глубоко в этом увязла.

Теперь Эван была полностью уверена, что Энди был тем, кто толкнул Тома Шеридана в его роковой спуск на пике Лог.

Но как она могла это доказать?

И как она могла защитить Джулию?

От Дэна никакой помощи не предвиделось. Он уже думал, что она ведет себя как психопат-параноик. Если бы она ему рассказала о ночном свидании с Беном, он, вероятно, надрал бы ей задницу, а затем предъявил бы иск об опеке над Стиви в таком ускоренном темпе, что у нее закружилась бы голова.

У нее было стойкое подозрение, что единственный способ сделать тайное явным заключался в том, чтобы вынудить Энди и Марго прибегнуть к их грязным тюкам. А это означало толкнуть их на еще одну попытку покушения на жизнь Джулии. Но как она могла так рисковать? Это невозможно. Должен быть другой способ.

И тут ей в голову пришла идея. Может быть, она смогла бы разозлить Энди до такой степени, что она сама станет мишенью? Полностью увести его внимание от Джулии. Она знала, что Марго ее уже презирала, и с Энди тоже не будет слишком сложно добиться успеха, если она правильно разыграет свои карты.

Эван прекрасно знала, что она может быть очень раздражающей, если поставит себе такую цель.

Конечно, ей потребуется содействие Джулии, чтобы применить в жизнь эту схему, а она вряд ли легко согласится.

И еще один вопрос не давал ей покоя. Зачем Марго забрала эти проклятые туфли?

Улыбаясь самой себе, она представила, что счастливое открытие, вероятно, не предвещало ничего хорошего для Энди.

Она отперла большую входную дверь своего дома и вошла внутрь. В гостиной горел свет, но остальная часть первого этажа была погружена в темноту.

- Это ты? - раздался голос сверху.

Эван встряхнула головой.

- Тебе бы лучше на это надеяться, - прокричала она в ответ.

- Умная, да?. Я видела, как ты приехала, - Джулия стояла на вершине лестницы. На ней была надета только безразмерная футболка Эван с надписью Пенн. Эван пришло на ум, что она могла бы стоять тут, в этой темной прихожей, бесконечно восхищаясь открывшимся перед ней видом.

Джулия склонила голову на бок, и они продолжали безмолвно смотреть друг на

друга.

- Ты в порядке?

- Сейчас, да.

Джулия ей улыбнулась.

- Голодная?

Эван сняла свою куртку.

- Да, на самом деле.

- Я накину что-нибудь из одежды и спущусь к тебе.

Эван не понравилась эта идея.

- А что если наоборот, я перехвачу что-нибудь по-быстрому и присоединюсь к тебе?

Джулия задумалась.

- Думаю, так тоже неплохо, - она повернулась и направилась в сторону спальни. - А когда ты закончишь перехватывать что-то на кухне - поднимешься наверх и попытаешь силы в перехватывании чего-нибудь в спальне.

Господи. Эта женщина станет ее погибелью.

Ее сердце екнуло.

У нее возникло жуткое предчувствие, что это могло оказаться правдой.

Она повесила свой пиджак на крючок позади двери и направилась на кухню посмотреть, что она может найти там поесть.

Впереди была еще одна длинная ночь.

***

Эван проглотила сэндвич с арахисовым маслом и последнюю гроздь белого винограда, которой она поживилась в холодильнике, и поставила пустую тарелку на тумбочку. Она также принесла наверх початую бутылку красного ‘Зинфанделя’, зная, что Джулии оно нравится. Они сидели на кровати, лицом к лицу и пили вино.

Длинные, великолепные, обнаженные ноги Джулии вытянулись перед ней, скрещенные в лодыжках. Эван с трудом могла сконцентрироваться на том, что она говорит, когда такая дразнящая часть тела была выставлена на показ.

Джулия вздохнула и щелкнула пальцами, заставляя Эван посмотреть на нее с потрясенным выражением лица.

- Алло? Есть кто дома?

- Прости, - сказал Эван, хотя извиняться было не за что. - Ты говорила, что...?

- Я говорю, что я очень волновалась, что тебя могло так задержать сегодня вечером. И полагаю, ты не собираешься меня в это посвящать?

Эван покачала головой.

- Нет. И до того, как ты разозлишься, это не потому, что я не доверяю тебе. Просто будет лучше, если ты - юридически и в любом другом отношении - не будешь в курсе.

На лице Джулии была написано сомнение.

- Не уверена, что мне нравится, как это звучит.

- Поверь мне на слово - тебе это понравится намного меньше, если ты в действительности узнаешь все детали. Достаточно сказать, что хорошо то, что хорошо кончается, а все прошло без сучка и задоринки, - Джулия выглядела все еще беспокойно, и Эван положила руку на ее бедро. - Не волнуйся. Я обещаю.

- Мне не нравится думать, что ты где-то там рискуешь.

- Милая, самый большой риск случился со мной уже очень давно.

Джулия выглядела сбитой с толку.

- И что это было?

Эван наклонилась вперед и поцеловала ее.

- Не наводит ни на какую мысль?

Джулия подняла руку и погладила ее щеку.

- Я не совсем уверена. Может, тебе нужно немножко освежить мою память.

Эван забрала у Джулии бокал с вином и поставила его на тумбочку рядом с собой. Затем она выключила лампу и заползла обратно на кровать, вытянувшись поверх нее.

- А это помогает?

Джулия провела теплыми ладонями по обнаженной коже Эван под ее футболкой.

- О, думаю, совершенно определенно, память возвращается ко мне.

Эван снова ее поцеловала.

Обсудить ее планы по поводу того, как разобраться с Энди, можно и завтра.

***

Когда тем же вечером Энди приехал в таунхаус Марго в Рестоне, первое, что он заметил, как там было темно. Это было необычно, потому что Марго редко ложилась спать до полуночи, а он знал, что она была дома, потому что ее черный Сааб стоял в гараже.

Второе, что он заметил, был одиночный светильник, который она оставила включенным над столом в гостиной. Он освещал пару ярко-красных… туфель??

Энди остановился и поднял одну туфлю.

- Это еще что за фигня? - спросил он громко, пока вертел ее в руках. Каблуки были, как минимум, восемь сантиметров в высоту.

- И я о том же спрашиваю.

Голос Марго ошеломил его, и он почти уронил туфлю. Он обернулся и увидел ее, стоящую в затемненном проеме двери, который вел в гостиную.

- Господи! Ты напугала меня до черта. Что ты здесь делаешь в кромешной темноте?

Она уставилась на него на секунду, не говоря ни слова.

- Жду тебя.

Он отметил, что она не сдвинулась с места, продолжая стоять в проходе.

Он поднял туфли.

- И что это такое?

Она пожала плечами.

- Я надеялась, ты мне это скажешь.

Он бросил туфлю обратно на стол.

- Предполагается, что я знаю, что, черт возьми, это значит?» Он подошел к серванту и включил лампу. Марго продолжала стоять в дверном проеме.

Он вздохнул и вытащил стул, подумав, что может говорить и сидя. Очевидно, что бы ни было в ее голове, она не выскажет это прямо, а у него был длинный день. Он ослабил галстук.

Марго стояла, молча, как каменное изваяние, еще целую минуту, прежде чем, наконец, прошла в комнату и села. Энди отметил, что она выбрала место за столом прямо напротив него. Он был уверен, что она сделала так нарочно.

- Я принесла лыжи в твою квартиру сегодня вечером, - сказала она.

Он кивнул. Они говорили об этом сегодня утром, после он устроил все так, чтобы лыжи-дубликат доставили в ее офис на Фридом Сквер. Если бы кто-нибудь поинтересовался, она бы просто сказала, что получила свои лыжи из ремонта до ее предстоящей поездки в Гстаад.

- Тебе удалось войти туда незамеченной?

- Конечно. Из гаража я ехала на служебном лифте, - она подняла кусочек красной блестки, упавшей с туфель. - Ваксман устраивал одну из своих суаре, и мне пришлось подождать в коридоре несколько минут, чтобы удостовериться, что я очертя голову не влечу в половину конгресса.

Он рассмеялся.

Марго не улыбалась. Она продолжила свой рассказ.

- Я благополучно вошла в твою квартиру и спрятала лыжи. Она приподняла туфлю за задний ремешок. - Потом я нашла это под столом в твоей прихожей.

Он был ошеломлен. Очевидно, что он неправильно ее расслышал.

- Прости? - переспросил он.

Его глаза стали размером с медяки.

- Ты слышал меня.

Он посмотрел на обувь с недоверием.

- О, да ладно, Марго. Ты никаким гребаным способом не могла найти эти проститутские туфли в моей квартире.

- О, заверяю тебя, что я нашла.

- Быть этого не может!

- Как видишь.

Он откинулся на спинку стула. Это был полным бредом. Кто, черт возьми, мог забраться в его квартиру, и почему они оставили такую смехотворную визитную карточку? Он покачал головой.

- Я ничего не понимаю.

Марго уставилась на него, затем поставила туфлю снова на стол.

- Ты, на самом деле, ничего о них не знаешь, да?

Он встретился с ее холоднющим взглядом.

- Конечно, нет.

Она вздохнула.

- Ты на самом деле бойскаут, не так ли?

Ее сарказм сильно задел его.

- И что означает сие заявление?

Она качнула головой.

- Не бери в голову. Если ты действительно ничего о них не знаешь, тогда у нас огромные проблемы.

Он горько усмехнулся.

Должно быть, это как-то связано с проклятыми лыжами, но как? Кто, черт подери, сделал это и почему?

- Это связано с лыжами, да? - ее голос отдавал холодом.

Он посмотрел на нее.

- Почему ты так подумала?

Она закатила глаза.

- Ой, да ладно, Энди. А ты не думаешь, что слишком много совпадений?

- Я не знаю, что думать. Ты там была. Было похоже, что что-то взяли?

Она покачала головой.

- Хорошо. Кто бы это ни оставил, он хотел, чтобы это нашли.

- Это не имеет никакого смысла.

Он терял терпение.

- Я не говорю, что это логично, ок?

Она вздохнула.

- Если они искали лыжи, они их не нашли. Я приехала после того, как они оставили этот маленький подарок.

Он подумал об этом.

- Есть только один человек, который все вынюхивает и задает вопросы об Аспене.

- Эван Рид?

Он кивнул.

Марго рассмеялась и махнула в сторону высоких каблуков.

- Эта едва ли в ее стиле.

- Разве ты не говорила, что Ваксман сегодня устраивал одну из его эклектических маленьких вечеринок?

- Да... - она выглядела так, как будто на нее снизошло озарение. - Господи. Она сделала глубокий вдох. - Эта сука...

Он поднял руку в сдерживающем жесте.

- Расслабься. Мы понятия не имеем, причастна ли она к этому.

- Тогда кто еще мог это сделать? И расскажи-ка мне кое-что еще, пока мы об этом говорим. Почему ее так интересуешь ты и твои чертовы лыжи?

- Мы обсудили это.

- Ну, может быть, нам нужно обсудить это еще немного. Может, тебе нужно снова мне объяснить, как так получилось, что Том, в конечном итоге, кувырнулся с этого чертового склона в твоих проклятых лыжах!

- Ты утихомиришься, мать твою? И снизь тон. Я не хочу, чтобы это попало в главные заголовки политических новостей.

Марго никак не могла успокоиться.

- Я серьезно говорю, Энди. Если я обнаружу, что ты мне врал насчет смерти Тома, я...

Он оборвал ее.

- То, что ты сделаешь, Майя? Заставишь приехать одного из твоих 'родственников' и перевезешь меня в пыточный подвал вашей семьи в Лахоре?

Она ничего не ответила, но ее взгляд был холодным и твердым.

- Посмотри правде в глаза, - продолжил он. - Ты столько же в это вложила, сколько и я. Пока мы не знаем, кто за этим стоит, мы должны сохранять спокойствие.

Она пристально смотрела на него минуту, затем отодвинула стул и встала.

- Просто запомни мои слова.

Она повернулась и пошла прочь, оставив его одного с туфлями.

Он вздохнул.

Эван Рид.

И лыжи. Чертовы лыжи.

Мать твою.

ГЛАВА 22

В четверг утром пошел снег. Он был слабым и обещал скоро прекратиться, но все же его оказалось достаточно, чтобы после завтрака две женщины соблазнились выйти на свежий воздух. У Джулии была назначена конференц-связь в 11-00, но они решили воспользоваться остатками утра и прогуляться по открытому полю позади дома Эван.

Для Джулии ландшафт выглядел очень необычным, как будто был снят прямо с полотна картины Эндрю Уайета (50) - неяркое, но прекрасное творение, написанное скупыми, но уверенными мазками. Когда она так и сказала, Эван рассмеялась.

- Что смешного? - спросила Джулия. Ее дыхание выводило узоры в холодном воздухе. Они медленно шли вдоль русла ручья, который разделял землю Эван и соседнюю ферму.

- Нет - это проницательно. И иронично, - Эван махнула рукой назад, в направлении холмистой местности на восток. Снег почти перестал падать, и сквозь голые деревья начал пробиваться одиночный луч солнца. - Это ферма Кеурнер всего лишь в двух километрах отсюда, за этим подъемом, - она игриво ткнула Джулию, когда они шли рядом. - Полагаю, твоя бабушка не единственная Донн, одаренная способностью интуитивно чувствовать изобразительное искусство.

Джулия улыбнулась. Ее синие глаза были такими же яркими, как и единственный кусочек неба, который выглядывал из густого покрова облаков.

- Льстец.

- Да, я такая, - согласилась Эван. - Я бы сказала все, что угодно, чтобы залезть в твои штаны.

Джулия подняла перед куртки и оттянула пояс ее безразмерных джинсов, которые Эван одолжила ей этим утром. Когда-то они принадлежали ее деду, и на счастье Джулии, он был на треть метра выше Эван.

- Ну, кажется, тут вполне хватит места для нас двоих.

Эван наигранно попыталась заглянуть внутрь штанов Джулии.

- Знаю. Мне повезло.

Джулия одернула куртку вниз и шлепнула Эван по руке.

- Подлиза.

- Знаю. Тебе повезло.

Джулия закатила глаза. Они продолжили свою прогулку дальше.

- Ты же знаешь, я не могу остаться здесь навсегда.

Эван обдумала спокойные слова Джулии. Солнце, пытающееся пробиться сквозь облака, снова исчезло, как будто невидимый режиссер специальных эффектов подал реплику, чтобы его выключили.

- Знаю.

Она предположила, что сейчас самое время поговорить о ее плане по отвлечению внимания Энди от Джулии. Правда, она была не очень уверена, что ей удастся вывернуться при объяснении, как она собирается это сделать.

Джулия снова начала разговор.

- Так что же нам делать?

Эван взяла ее за руку, пока они гуляли.

- Я получила согласие Дэна на встречу с Энди в понедельник.

Джулия выглядела удивленной.

- И к чему это приведет?

- Ни к чему, если ты мне не поможешь и не выйдешь на первый план.

Джулия выглядела раздраженной.

- У меня плохое предчувствие.

Эван сжала ее локоть через тяжелую куртку.

- Не бери в голову. Помни, что я обещала никогда не принуждать тебя делать то, на что ты не согласишься сама.

- Знаю. Вот это меня и беспокоит.

- То есть?

- То есть, если я не соглашусь участвовать, то все закончится тем, что ты попадешь в беду.

Эван не хотела говорить ей, что истина лежала ровно в противоположной стороне от ее утверждения. Поэтому она промолчала.

Джулия вздохнула.

- Как я понимаю, это означает, что ты хочешь, чтобы я продолжала настаивать на своем фиктивном примирении с Энди?

Эван кивнула.

- Боже, - она поглядела на Эван. - С чего ты взяла, что он это не раскусит? И с чего ты взяла, что он не знает, где я нахожусь прямо сейчас?

- Это не важно, Джулия. Я хочу, чтобы Энди знал, что у тебя связь со мной. Я хочу, чтобы он думал, что я преследую тебя. Фактически, я намерена дать ему, и любому, кто может обратить на это внимание, несколько чертовски неопровержимых доказательств.

- Мне стоит знать, что это должно значить?

- Скорей всего нет.

Джулия расстроено махнула рукой.

- Меня это не устраивает.

- Я знаю, милая. Но мне нужно, чтобы ты доверяла мне.

- Да я доверяю тебе. Я не совсем уверена, что доверяю себе. Мне редко удавались уловки.

- Если это правда, тогда тебе лучше не знать деталей. И тебе не придется много притворяться.

Джулия явно рассердилась.

- Как ты можешь так спокойно ко всему этому относиться?

Эван улыбнулась ей.

- Я стараюсь быть спокойной, когда это важно.

Джулия остановилась и развернулась к ней лицом. Она выгнула бровь.

- Где-то я это уже слышала раньше?

Эван покачала головой.

- Даже и представить не могу, где.

Джулия прислонилась лбом к Эван.

- В пятницу я должна вернуться в Нью-Йорк.

- Это я тоже знаю.

- Но до этого времени я могу остаться здесь вместе с тобой и Стиви.

Эван кивнула.

- Ты нервничаешь из-за того, что я буду здесь, когда она вернется домой?

- Нет.

- Нет? - в глазах Джулии промелькнуло сомнение.

Эван покачала головой.

- Стиви смышленая и сообразительная. Она прекрасно с этим справится.

- Она привыкла к ночным гостям?

Эван отступила назад и посмотрела на нее. Поведение Джулии казалось достаточно непринужденным, но она подумала, что за вопросом может прятаться некоторая зарождающаяся неуверенность.

- У меня никогда не было ночных гостей. Никогда. Вот почему она поймет, что это важно, и она хорошо к этому отнесется.

Джулия опустила глаза.

- Не слишком ли мы много требуем от ребенка в 14 лет?

Эван рассмеялась.

- Не от этого ребенка.

Джулия улыбнулась.

Эван взяла ее за руку.

- Ну же. Давай возвращаться. Не знаю, как у тебя, но у меня ноги заледенели.

- Твои ноги всегда ледяные.

Эван глянула вниз на ее ботинки. Потом посмотрела на ноги Джулии.

- Ага ... и почему так? Ты никогда не замерзаешь, и ты всегда носишься по дому босиком.

Джулия пожала плечами.

- Наверное, у меня горячая кровь.

- Да уж.

Джулия взяла ее под локоть, пока они шли назад, вдоль ручья, к дому.

- Здесь красиво.

- Я тоже так считаю.

- Я рада, что у тебя был этот дом, ты тут росла. У меня нет никакого места, которое я могла бы назвать настоящим домом, как ты этот.

Эван притянула ее ближе.

- Я сожалею об этом.

- Не сожалей. Есть то, что есть. Я справилась.

- Знаю. Я бы хотела, чтобы ты не просто 'справлялась'.

- Я не жалуюсь.

- Нет. Ты не жалуешься, да?

Джулия тряхнула своей темноволосой головой.

- Никогда не находила это весьма продуктивным. А ты?

Эван усмехнулась.

- Черт возьми, да! Я жалуюсь на все, - она посмотрела на свою высокую спутницу. - Ты говоришь мне, что никоим образом не заметила этого во мне?

Джулия улыбнулась.

- Я дала тебе презумпцию невиновности.

- Спасибо. Уверена в этом.

- Честно говоря, это одна из тех вещей, которую я люблю в тебе больше всего.

- Что?

- Твой вредный характер.

- Мой вредный характер?

Джулия кивнула.

- Боже. Ты превращаешь меня в комнатную собачку.

Джулия рассмеялась.

- А это еще одна вещь, которая мне в тебе нравится.

- Вот спасибо, порадовала.

- Почему тебя это обижает? Не похоже, что ты не любишь сидеть у меня на коленях.

Эван подумала об этом.

- И правда.

Они свернули от ручья и медленно пошли вверх по газону к дому. В этом месте нанесло немного снега, и ходьба потребовала больших усилий.

Джулия снова заговорила, в ее голосе больше не слышались легкомысленные нотки.

- Что с нами будет, Эван?

Эван посмотрела на нее. Она знала, что ее ответ на этот вопрос очень важен.

- Если нам повезет, то ничего.

- Ничего?

Эван кивнула.

- Обычно, такой ответ меня бы разозлил.

Через секунду Эван подтолкнула ее.

- Но?

- Но прямо сейчас 'ничего' звучит чертовски хорошо.

Эван расцепила их соединенные вместе руки и потянулась, чтобы взять ладонь Джулии.

- Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

- Я тебе верю.

- И до того, как ты спросишь - я также не позволю, чтобы что-то случилось с нами. Ну, пока мы не решим, что 'нас' больше нет и защищать нечего.

- На последнее не рассчитывай.

Это простое утверждение окутало Эван, как будто на нее накинули еще одно теплое пальто. Она крепко сжала пальцами затянутую в перчатку руку Джулии. И, не говоря больше ни слова, они пошли к дому.

***

Остаток дня они провели, работая, каждая в своем углу дома. Эван усадила Джулию в импровизированный офис за столом в гостиной, где у нее была чуточку личного пространства для проведения конференц-связи. Пока Джулия была занята, Эван закончила оформлять билет Стиви для ее завтрашней поездки из Олбани в Филадельфию. Она прибудет на станцию 30-й Стрит поездом в 12-20.

Эван крайне не хотел оставлять Джулию завтра одну, и она едва ли могла ожидать, то Джулия поедет с ней в город, что забрать Стиви. Прямо сейчас для них двоих было огромным риском, если бы их вместе увидели в общественном месте. Кроме того, она предпочитала, чтобы первая встреча Стиви и Джулии произошла в более гостеприимгной и привлекательной обстановке. Дэн был занят. Он уже позвонил и сообщил, что он хочет повидаться со Стиви в уикенд, до их встречи с Энди в понедельник.

Она пыталась разрешить эту задачку, когда зазвонил ее сотовый. Это был Тим Донован.

- Отец Тим?- удивленно спросила Эван, когда увидела его имя на дисплее. - Чтобы это ни было, я не имею никакого к этому отношения.

- Хорошая попытка. Тебе уже следует знать, что тебе я звоню в первую очередь.

- И что мне сделать, чтобы заработать отпущение грехов? Хотя бы временно?

Он засмеялся.

- На этот раз ты не на крючке. Я завтра буду на Кеннетт Сквер, и интересуюсь, не захочешь ли ты пообедать со мной. Ну, ты знаешь, может быть, посмотреть, что случится, если мы встретимся при дневном свете?

- Какая интересная идея, - Эван задумалась. Почему не убить двух зайцев сразу? Было ясно, что когда-нибудь Тиму нужно будет познакомиться с Джулией, и, возможно, он поможет ей со Стиви. - Когда тебе нужно там быть?

- В середине дня, в любое время до 15-00. Мне нужно принести соболезнования, а затем заехать в больницу. А что?

- Стиви приезжает домой на поезде в 12-20 из Олбани. Можешь забрать ее на обратном пути? Я тебе позже объясню, почему.

Тим не колебался.

- Конечно. С удовольствием с ней встречусь. А потом мы втроем пообедаем, до того как я двинусь дальше.

- Ага. Насчет этого, - она помедлила.

Тим заметил ее нерешительность.

- Так. Это не предвещает ничего хорошего. Что такое?

- Помнишь женщину, о которой я тебе рассказывала?

Тим не упустил ни одной детали.

- Ту, которая замужем?

Черт бы побрал его за упоминание факта, в который он ткнул ее носом.

- Да. Ту, которая замужем.

- Что насчет нее?

- Она здесь.

На том конец линии мгновенно воцарилась тишина.

- Здесь - это там?

- Правильно. Здесь.

- Эван...

Она оборвала его.

- До того, как ты поспешишь с выводами, это не то, что ты думаешь, - Ну. Фактически, это, вероятно, как раз то, о чем он подумал, но дело было не в этом. - Я могу все объяснить, и объясню, после того как ты привезешь сюда Стиви, - она помолчала. - Мне нужно, чтобы ты мне верил, Тим. Я никогда не сделала бы ничего опрометчивого, что касается моего ребенка.

Он вздохнул.

- Вероятно, я буду потом сожалеть о сказанном, но я действительно тебе верю.

- Спасибо, святой отец.

Он хихикнул.

- Знаю, я для этого и нужен, всякий раз, когда ты начинаешь почтительно ко мне обращаться. Ты скажешь Стиви, что я заберу ее?

- Да.

- Ладно, тогда. Увидимся завтра, - он повесил трубку.

Эван закрыла сотовый и положила его на стол.

- Спасибо, святой отец?

Она крутанулась на стуле и увидела Джулию, прислонившуюся к дверному косяку.

- Господи - ты меня испугала.

Джулия приподняла бровь.

Эван пожала плечами.

- Это был Тим - мой...

- Священник?

Эван кивнула.

Джулия скрестила руки на груди.

- Все в порядке?

- Ага. Он заберет Стиви и привезет сюда. Я... хм... пригласила его остаться на

обед.

Джулия кивнула.

- Обед. Ладно.

Эван смутилась.

- Слушай, знаю, это странно и причудливо, но Тим более чем мой...он, на самом деле, мой друг, хороший друг. Мы вместе росли, - она запнулась. - Он хочет с тобой встретиться.

Джулия выглядела удивленной.

- Он знает обо мне?

- Ну, да.

- Интересно.

Эван уставилась на пол. Затем она украдкой взглянула на Джулию, которая явно и с трудом пыталась сдержать смех.

- Ты этим наслаждаешься.

Джулия кивнула.

- Безмерно.

- Ну, слава Богу, мое беспокойство о предстоящем может сослужить хорошую службу.

И тогда Джулия рассмеялась. Эван тоже заулыбалась, хотя безуспешно старалась этого не допустить.

- Как прошли твои переговоры?

Джулия вошла в комнату и села на мягкий стул рядом со столом.

- Хорошо, - она крутила ниточку, выбившуюся из рукава легкого жилета из овечьей шерсти, которую одолжила ей Эван. Снег перестал идти, но в доме было холодно. - Я также пообщалась с Энди.

С Энди? Эван была шокирована.

- И как это произошло?

- Я ему позвонила.

- И ты его застала?

- Конечно, - тон Джулии был резким. - Почему нет? Он в Канаде, не на Марсе.

Эван ничего не ответила.

Джулия вздохнула и закрыла глаза.

- Мне очень жаль.

- Все в порядке.

Джулия потянулась и положила свою руку на колено Эван.

- Нет, не в порядке. Ты этого не заслужила.

Эван снова замолчала. Она протянула руку и накрыла ею руку Джулии.

- О чем вы говорили?

Джулия качнула головой.

- Ни о чем. Обо всем, - она подняла голову и встретилась глазами с Эван. - Он остановится в Нью-Йорке на обратном пути в Вашингтон в пятницу. Мы собираемся 'поговорить' о нашей ситуации.

Эван кивнула. От мысли о Джулии с Энди ее затошнило из-за беспокойства пополам со страхом.

- Где ты с ним встречаешься?

- В моем офисе. У него будет только 45 минут, потом он вернется в Вашингтон поездом.

Колесики в голове Эван закрутились.

- В каком часу тебе нужно вернуться в город?

- Мне нужно там быть к полудню для встречи за обедом. Энди приедет туда между 14-00 и 14-30, если его рейс из Торонто прилетит вовремя.

Это могло бы просто сработать, подумала Эван. По пути она могла бы оставить Стиви в офисе Дэна.

Она наклонилась вперед на стуле.

- Знаю, что это будет трудно, но нужно, чтобы это произошло.

Джулия тоже наклонилась вперед.

- Надеюсь, ты права.

Эван поцеловала ее, протянула руку и погладила ее щеку.

- Знаю, что права.

На самом деле, она никогда еще не была менее чем уверена в чем-либо, но она знала, что они должны были рискнуть.

***

Раньше в тот же вечер Эван получила сообщение от Бена Раша.

«Порыскал вокруг и сделал интересное открытие о мисс Желтые Лыжи».

Эван быстро отбила сообщение назад.

«Где ты?»

Незамедлительно Бен написал в ответ.

«В Рестоне. Перезвоню через 5 минут».

Джулия наверху принимала душ, но Эван вынесла телефон на заднюю веранду, только чтобы быть уверенной, что та не подслушает их разговор.

Ровно через 5 минут зазвонил телефон.

- Бен?

- Да.

- Рассказывай.

- Итак, выяснилось, что твоя подружка, Черная Вдова, намедни устроила себе маленький веселый поход за покупками.

- То есть?

- То есть она высадилась в метре от ‘Уиллис Ски & Сноуборд’ в Фейерфаксе. Давай догадайся, что она купила.

- Господи.

- Вот именно.

Эван забарабанила пальцами по перилам веранды.

- Мне кое-что любопытно.

Бен засмеялся.

- Я был уверен, что тебе будет любопытно.

- Почему она сделала это сама? Я имею в виду, почему не поручить кому-то? Было бы труднее отследить?

- Да пошла ты, Рид! Почему ты думаешь, что она не поручила? Так случилось, что я отлично справляюсь со своей работой.

Эван фыркнула.

- Мои извинения, Бен. Прости, что недооценила тебя.

- Это похоже на правду.

- Так кто на самом деле все для нее купил?

- А хрен его знает, какое-то шутливое имя... Погоди минутку. Она слышала, как он возится с бумагами. - Вот. 'Д.Немо' Тебе о чем-нибудь это говорит?

Эван подумала, что ее сейчас вырвет.

- Ты серьезно?

- Ага. На это имя. Это была он-лайн покупка, но вещички отправили в офис Шеридан в Рестон.

Боже всемогущий.

- Ага. Мне знакомо это имя. Спасибо, Бен. Отличная работа.

- Без проблем. О, и, Рид?

- Да?

- Спасибо за маленький презент, что ты оставила висеть в моей ванной. Не...

- Что случилось, Бен? Размерчик не подошел?

- Пошла ты! У меня было свидание прошлым вечером, и она была не слишком обрадована, когда вышла оттуда.

- Упс. Бен, я очень сожалею.

Он вышел из себя.

- Я повторяю - пошла ты к черту.

- Уверена, ты найдешь способ заставить меня заплатить за это, когда выставишь на аукцион мою задницу.

- Рассчитывай на это, красотуля.

Он повесил трубку.

Господи, подумала Эван. Теперь она определенно знала, что Марго по уши в этом увязла.

Но что она собирается с этим делать?

Теперь все закрутилось очень быстро. И это Эван обеспокоило. Ей необходимо все спустить на тормозах. Заставить Энди и Марго расслабиться и убрать их нервные ноги с педали газа. Ей нужно было отыграть немного времени. И ей нужно это сделать сейчас, до того, как они возьмут Джулию на прицел.

В пятницу она должна разыграть свои карты правильно. Выходило так, что у нее была только одна попытка справиться с этими неприятностями. У нее не было ни малейшего представления, как отреагирует Джулия на ее выходку, но у нее не было выбора. Чем меньше Джулия знает заранее, тем лучше.

Она зашла назад в дом. Не было звука льющейся воды. Это означало, что Джулия вышла из душа, и, вероятно, скоро спустится вниз. Ужин был уже в духовке, и будет готов в течение часа. Она бросила взгляд на холодильник. У нее все еще была припасена отличная бутылка шампанского, которая осталась с ее дня рождения, Дэн преподнес ее, в шутку, в большой коробке вместе с бутылкой текилы Дон Хулио и с запиской, 'В память о старых временах'.

Эван уже давно прикончила бутылку текилы, но шампанское она хранила для особого случая.

С того момента, как она подумала, что есть огромная вероятность, что после пятницы Джулия больше с ней никогда не будет разговаривать, она решила, что сегодня как раз тот особый случай, чтобы открыть бутылку Вдовы Клико.

Она взяла два бокала, а затем прошла в гостиную, чтобы развести огонь в камине.

Если повезет, их последняя ночь наедине будет той самой, которая запомнится на всю жизнь. Она надеялась на это, особенно после того, как у нее пропала всякая уверенность, что когда-нибудь ей представиться возможность провести с Джулией еще одну.

***

После ужина две женщины сидели, расслабившись перед большим камином, и допивали остатки шампанского.

Руки Джулии обвивали Эван, которая прислонилась к ее груди. Красная накидка Стиви накрывала их ноги.

Камин горел хорошо. Эван разожгла его заранее, положив в очаг вишневые и яблочные дрова, отходы тех деревьев, которые попадали во время метели два года назад. Медленно разгорающаяся древесина наполнила комнату теплом и крепким ароматом, который мягко опьянял. Он пах зимой и весной одновременно.

Джулия сделала глоток шампанского и поставила бокал на журнальный столик позади них.

- Я могу привыкнуть к этому.

Эван улыбнулась.

- Это довольно приличная выпивка, верно?

Джулия поцеловала ее в затылок.

- Да, верно - только я имела в виду не шампанское.

- Нет?

Руки Джулии обняли ее крепче.

- Нет.

Эван улыбнулась.

- Думаю, может быть, ты и так это знаешь, - сказала Джулия.

- Может быть.

Джулия опять поцеловала ее голову.

- Я буду скучать по тебе, когда уеду в пятницу.

Эван закрыла глаза. Я тоже. Больше, чем ты можешь представить.

- Приедешь повидать меня в Нью-Йорке?

- Приеду, если захочешь, - сказала Эван. Ей не нравилось, в каком направлении разворачивалась беседа. Она хотела замереть в этом моменте и не смотреть в завтра.

- Конечно, я этого хочу, - она почувствовала, как губы Джулии приблизились к ее уху. - А почему бы я этого не захотела?

От ощущения горячего дыхания на своей шее, у Эван путались мысли.

- О... прям и не знаю. С глаз долой... - о, Господи. Руки Джулии заскользили по ее телу - ...из сердца вон.

Эван чувствовала легкие покусывания мочки своего уха. Теплые руки Джулии уже прокрались под ее футболку. Она лизала и прикусывала шею Эван.

- Вон откуда? - ее голос был низким и хриплым.

Господи боже. Она отстранилась и повернулась в объятиях Джулии.

- Из сердца, - прошептала она напротив губ Джулии. - Я без ума от тебя.

Джулия ответила на поцелуй, и они вдвоем повалились на пол.

- Тогда мы обе сумасшедшие.

Она не дождалась от Эван ни слова против, так как они быстро потерялись друг в друге, и в сладком, гипнотическом тепле от огня.

ГЛАВА 23

Было почти 13-45, когда Тим подъехал к дому Эван вместе со Стиви. Большой и рыжий мужчина выгрузил огромную голубую спортивную сумку из багажника своего Субару. Эван подумала, что, вероятно, это плохое предзнаменование, намекающее на тот факт, что Стиви вообще ни разу не стирала.

Затем перед ней оказалась улыбающаяся Стиви, и они обнялись без всяких оговорок. Эван погладила белобрысую голову дочери и улыбнулась в ее волосы. Она не хотела ее отпускать. Недели, прошедшие с тех пор, когда она видела ее в последний раз, ощущались как пару жизней.

- Привет, мам, - сказала Стиви в ее свитер. - Что на обед?

Эван рассмеялась.

- Я тоже по тебе скучала.

Стиви отступила назад и пожала плечами.

- Я пыталась заставить отца Тима остановиться у Данкин Донатс (51), но он сказал нет, - она взглянула через плечо на Тима, который сейчас стоял как раз позади нее.

Тим обошел Стиви, чтобы поцеловать Эван в щеку.

- Да, я сказал ей, что одного пончика в машине достаточно.

Стиви вздохнула и закатила глаза.

- Он весельчак.

Эван шлепнула ее по заднице.

- Прояви немного уважения.

- Я проявляю уважение. Ты просто скажи ему отвалить.

Эван посмотрела на Тима. Тот пожал плечами.

- Трудно с этим спорить, - сказал он.

Позади них Эван услышала низкий смех Джулии. Она ступила в сторону, чтобы представить всех друг другу.

- Стиви и Тим, я хотела бы познакомить вас с моей хорошей подругой, Джулией Донн. Джулия, этот чудовищно высокий человек Тим Донован, один их моих самых давних и лучших друзей. Полагаю, что вы двое скоро увидитесь с глазу на глаз, чтобы многое обсудить, в буквальном смысле, если не в метафорическом, - Она приобняла Стиви за плечи. - А это вертикально стоящая жертва расстройства Туретта (52) моя дочь, Стефани. И как ты, без сомнения, уже заметила, она похожа на своего отца.

Джулия улыбнулась и шагнула вперед из проема двери.

Она пожала руку Тиму, который, казалось, смотрел на нее с удивлением и восхищением. Эван почувствовала от этого иррациональное удовольствие.

Потом Джулия повернулась к Стиви. Это был момент истины.

- Привет, - сказала Джулия. - Я очень рада познакомиться с тобой. И признаюсь, я тоже люблю пончики, поэтому, как эгоистка я бы хотела, чтобы ты заскочила туда по пути и прихватила бы с собой несколько штучек, - она протянула руку. Стиви пожала ее без всякого колебания. Она застенчиво улыбнулась Джулии, затем посмотрела на Эван и приподняла бровь.

Эван переводила взгляд с Тима на Стиви и обратно. Она оба стояли, уставившись на нее, и не говорили ни слова.

Всего, чего не хватало в этой проклятой сцене, так это стрекотания сверчков.

Какого черта?

Она вздохнула.

- Ладно. Давайте просто переживем это и двинемся дальше, - она отступила назад к открытой двери и взяла руку Джулии в свою. - Да. Она моя девушка. Ясно? Любые другие вопросы или дела должны будут подождать до обеда. Я проголодалась, и я бы лучше тут не стояла на холоде.

Джулия выглядела смущенной, но Тим и Стиви залились смехом.

Вся необычная компания прошла через двор в дом.

***

Зайдя внутрь, Стиви бросила рюкзак на пол прихожей и объявила, что ей нужно что-нибудь попить. Она стащила с себя куртку и направилась прямо в кухню.

Тим бросил раздутую спортивную сумку рядом с порогом и повернулся к двум женщинам.

- Ну. По крайне мере, нам не придется рассусоливать и попусту тратить время, - Он улыбнулся Джулии, которая все еще, казалось, пребывала в замешательстве.

- Думаю, нет, - ответила она.

Тим положил руку на плечо Джулии.

- Не беспокойтесь. Я привык к ее неортодоксальному стилю.

Джулия заулыбалась.

- Полагаю, вы на несколько шагов меня опережаете, когда дело до него доходит.

Эван помахала обеими руками.

- Алло? Я в той же самой комнате и стою прямо перед вами...

Тим посмотрел на нее.

- Смирись с этим, Эванджелин. Ты автор этой маленькой драмы.

Эван начала испускать замысловатые ругательства, но Джулия быстро зажала ее рот своей рукой.

- Прекрати, он священник, ради всего святого.

Эван убрала руку Джулии.

- О, неужели? И что навело тебя на эту секретную информацию? Ошейник?

Тим рассмеялся.

- Думаю, мне нравится эта женщина, Эван.

Эван снова посмотрела на него.

- Вот это новость. Ты всегда был любителем синих глаз и хорошеньких ножек.

Тим пожал плечами.

- Я все же мужчина.

Эван наклонилась к нему ближе и понизила голос.

- Не беспокойся, Тимбо, я никому не скажу.

Стиви вернулась в гостиную с диетической колой в руках.

- Что вы все еще делаете в прихожей? Выглядите так, как будто сейчас нагрянет торнадо или еще что.

Эван закатила глаза и двинулась на кухню, задержавшись, чтобы схватить Стиви за руку.

- Пошли - поможешь мне принести еду, - они исчезли в задней части дома.

Джулия все еще выглядела слегка оглушенной, поэтому Тим взял ее за руку и повел к дивану.

- Ладно, Джулия, давайте присядем и получше познакомимся, пока Эван готовит что-нибудь поесть.

Джулия лишь кивнула и последовала за Тимом в гостиную.

Тим сел в кресло рядом с диваном.

- Итак, я немного знаю о вашей ситуации.

- Моей ситуации? - спросила Джулия.

Тим раздумывал.

- Ну. Я не хочу рисковать и неточно охарактеризовать ваши отношения с Эван, - сказал он. - Я имею в виду, что знаю немного о том, как вы двое встретились и немного о сложной динамике вашей личной ситуации.

Джулия приподняла бровь.

- Вам следует быть политиком.

Он улыбнулся.

- Не думайте, что такое не приходило мне в голову. У них намного лучше гардероб.

Она улыбнулась ему. Со стороны кухни они слышали приглушенные голоса Эван и Стиви, те смеялись и спорили. Джулия опустила взгляд.

- Это правда, что я все еще замужем за Энди Таунсендом, но мы живем отдельно уже какое-то время. Эта ... эта вещь с Эван... эти отношения... они не были запланированы. Ни одной из нас, - она подняла голову и встретилась с Тимом глазами. - Это просто случилось. И я не жалею об этом.

Он протянул руку и положил ее на предплечье Джулии.

- Вы не должны мне ничего объяснять.

- Нет, должна. Вы много значите для Эван. Я хочу, чтобы вы знали, что я не использую ее и не ввожу в заблуждение.

Мгновение Тим снова смотрел на нее, ничего не говоря.

- Я вам верю, - сказал он. Он наклонил голову в сторону кухни. - Она отнюдь не подарок. Вы уверены, что у вас хватит сил с ней совладать?

- Честно говоря, не знаю. Я надеюсь на это.

Тим кивнул.

- Ну, в таком случае, лучшее, что я вам могу посоветовать - это держать ее и не отпускать.

Она улыбнулась ему.

- Я именно это и планировала, но спасибо за предупреждение.

***

На кухне Стиви помогала Эван разложить на тарелку мясную нарезку и сырые

овощи.

- Что это за кроличья еда, мам? Я надеялась на что-то домашнее.

Эван протянула ей пластиковый контейнер.

- Хватит жаловаться. Я взяла это для тебя в Ваве.

Стиви выхватила контейнер из рук матери.

- Да ты что! Это горячий сандвич с индейкой?

- Его большая часть - тебе нужно добавить туда хлеба. Я не хотела, чтобы он намок.

- Прелестно, - Стиви взглянула на нее с надеждой. - Но ты же приготовишь что- нибудь сегодня вечером, да?

- Могу, если ты не сделаешь или не скажешь чего-нибудь такого, что меня поставит в неловкое положение.

- О, - Стиви поставила контейнер на стойку. - Понятно. Не перед твоей 'девушкой'. Господи, мам, когда это случилось?

Эван скрестила руки.

- Это не случилось. Это все еще продолжается, - она смотрела на Стиви минуту, пытаясь оценить ее реакцию на свое откровение. Стиви выглядела довольно спокойной, даже безразличной. - Итак, ты нормально к этому относишься?

- К этому?

Эван выдохнула.

- Да. К этому. К Джулии. Ко мне. К тебе и мне. К тебе и нам. Ко всему этому.

Стиви взяла морковку и откусила половину.

- Конечно. Почему бы нет?

- Ты серьезно говоришь?

- Да. Я имею в виду, самое время, мам. Ты даже ни с кем не тусовалась со времен Круэллы (53).

Стиви имела в виду Лиз.

Фактически они встретились только раз, случайно, прошлой весной, когда Эван взяла Стиви на концерт в Волф Трап. В тот вечер она высадила Стиви у квартиры Дэна, затем намного позже снова встретилась с Лиз в баре. Эван вспомнила, как неуклюже она себя чувствовала, представляя Стиви Лиз, которая едва скрывала природу своего интереса к Эван. Она тряхнула головой, вспоминая, какой униженной и грязной она себя чувствовала, мелкой и выставленной на показ.

- Джулия не похожа на Лиз, - начала объяснять Эван.

Стиви закатила глаза.

- Не смеши меня, мам. Она милая... и великолепная.

Эван удивилась.

- Ты так думаешь?

- Да елки? Ну и кто сейчас говорит не серьезно?

Эван пожала плечами.

- Думаю, она такая.

Стиви весело посмотрела на нее.

- Сколько она еще здесь пробудет?

- Только до утра пятницы, - ора помедлила. - Это нормально для тебя?

Стиви кивнула.

- А папа знает?

- О Джулии?

Стиви снова кивнула.

Эван обдумывала, как ответить. Она решила, что промолчать будет хуже.

- И да, и нет. Дорогая, ты должна знать, что Джулия замужем за сенатором Таунсендом.

Глаза Стиви расширились.

- Не может быть!

Эван вздохнула.

- Может.

- На самом деле?

- Да. На самом деле.

Стиви на мгновение задумалась над этой деталью.

- Вау. Я типа увижу твое фото на обложке журнала Пипл или какого-нибудь другого?

- Очень надеюсь, что нет.

- А сенатор Таунсенд в курсе?

Эван кивнула.

- Но он и Джулия сейчас уже не вместе.

- Из-за тебя?

- Нет. Не из-за меня.

Стиви бросила взгляд в сторону гостиной. Она понизила голос.

- А отец Тим знает?

Эван оглянулась через плечо и осторожно наклонилась к дочери, с большой торжественностью прошептав ей в ухо.

- Да.

Стиви отступила и стукнула ее по руке.

- Ты невыносима.

Эван рассмеялась.

- Мне говорили.

- Мам, это просто отстойно.

- Ты это сказала, не я.

Стиви подняла глаза к потолку.

- И почему мне приходится быть дочерью, к которой прилагается мать-лесбиянка?

- Ума не приложу. Чистая случайность, малыш.

Стиви вздохнула.

- Она тебе действительно нравится?

Эван усиленно старалась не покраснеть. Это было нелегко.

- Ага. Нравится.

- Тогда все в порядке, - Стиви взяла поднос с холодной мясной закуской. - Давайте кушать.

Она развернулась и направилась назад в гостиную.

Эван стояла и смотрела, как она уходит, чувствуя, как будто она только что выиграла в лотерею - дважды.

***

Разговор за обедом крутился вокруг политики (Стиви присоединилась к дискуссионной команде в Эмме Уиллард, и ее заданием на осенние каникулы было изучить все 'за' и 'против' относительно реформы медицинского обслуживания); религии (Тим был поклонником Уильяма Джеймса и затрепетал, обнаружив, что компания Джулии обладает эксклюзивными правами на издание его работ в Северной Америке), вчерашнем удивительном снегопаде (Эван злилась на то, что ей уже придется выкатить ее 12-летний джип из гаража на заднем дворе дома). Вчетвером они быстро расправились с мясной и сырной нарезкой. Стиви даже великодушно поделилась сэндвичем с индейкой с Джулией - и Эван все еще поражалась такому развитию событий. Она мимоходом размышляла, нужно ли ей начать искать подвох. Было не похоже на Стиви проявлять такую щедрость - в любом случае, не тогда, когда дело касалось еды. Очевидно, что подросток прилагала все усилия, чтобы наладить отношения с маминой новой 'девушкой'.

Джулия, кажется, тоже это заметила, и несколько раз со спокойной улыбкой встретилась глазами с Эван.

В свою очередь, Тим все понял с ходу - и искренне, казалось, наслаждался сам. Он, конечно, не упустил случая, чтобы заставить Эван помучиться неопределенностью положения, но Эван подозревала, что Джулия фактически удивила этого великана. Она догадалась, что как только Тим оказался в состоянии отделить эту женщину от своих предвзятых о ней идей, он смог по достоинству оценить ее такой, какой она и была на самом деле. А Джулия представляла собой намного больше, чем ее статус бывшей жены сенатора Соединенных Штатов.

Ага. Намного больше, подумала Эван, пока рассматривала красивую женщину, которая сидела за столом напротив нее, смеясь над тем, что только что сказала Стиви.

Звук покашливания Тима привлек ее внимание. Она посмотрела на него с виноватым выражением лица.

- Я спрашивал, - повторил Тим, - есть какой-нибудь способ заставить тебя приготовить кофе?

- Конечно, - Эван отодвинула стул. - Прибудет прямо сейчас.

Тим тоже поднялся.

- Как насчет того, чтобы я тебе помог?

Вместе они собрали тарелки и столовые приборы, а потом направились на

кухню.

Джулия и Стиви остались в комнате, продолжая болтать о сомнительной популярности серии книг и фильмов «Сумерки».

- Я просто не въезжаю во всю эту шумиху, - говорила Стиви, пока Эван открывала дверь на кухню. Эван покачала головой и улыбнулась.

Позади нее Тим прикрыл дверь.

Эван неожиданно почувствовала себя так, как будто ее поймали курящей под трибунами на школьном стадионе.

Тим поставил стопку тарелок и прислонился к кухонной стойке лицом к ней.

Вот оно, подумала Эван.

- Итак, - начал он. - Не то, чего я ожидал.

- Нет? - спросила Эван.

- Нет. Даже близко не лежало.

- Уверена, ты видел ее на фотографиях и раньше.

- Я не говорю о том, как она выглядит, хотя могу я просто сказать - вау?

Эван покраснела.

Тим засмеялся. - Нет, я имею в виду, что она просто намного более...

- Уравновешена?- предположила Эван.

- Да, и это тоже Но на самом деле... просто... она глубже, что ли.

- Глубже?

Он кивнул.

- Глубже. Разве не этим она сначала тебя сразила?

Эван обдумала это.

- Нет. Должна сказать, что то, как она меня 'сразила' сначала, было больше похоже на тонну кирпичей, свалившуюся на мою задницу.

Тим улыбнулся.

- Могу это представить.

- Бьюсь об заклад, что можешь, старый распутник. Она начала включать кофе- машину.

- Эй, - Тим поднял руку. - Не спеши. Я ни разу не возмущался твоим выбором девушек - до сего момента.

- Это высокая похвала, Тим.

- Ага, она самая, - он самодовольно улыбнулся. - Кажется, она нравится Стиви.

- Ты так думаешь? - Эван взяла три кружки из навесного шкафчика. Она пыталась, говорить непринужденно.

Он кивнул.

- Я бы так сказал. Она почти такая же как ты и Дэн, так что она не церемонится. Если бы она ей не понравилась, думаю, ты бы это знала.

- Полагаю, это так.

- Так что сейчас происходит?

- С чем?

Он вздохнул.

- С тобой и Джулией. Куда вы собираетесь прийти со всем этим? Полагаю, то, что она здесь, чтобы встретиться со Стиви, довольно-таки большой шаг?

- Да, шаг, - согласилась она. - К чему это приведет, еще предстоит выяснить.

- А что насчет ее мужа?

Эван начала терять терпение от сыплющихся на нее вопросов.

- Что насчет него?

- Да, ладно, Эван. Он знает о вас двоих? Он собирается уйти в сторону? - он ненадолго выдержал паузу. - А ты?

Эван поняла руку и быстро похлопала себя по затылку.

- Не хочешь дать своей инквизиции передохнуть, Тим? Мы прямо сейчас не на исповеди, и я действительно не чувствую сильного желания мусолить идею о будущих перспективах моих отношений.

- Хорошо, хорошо. Забудь, что я спросил. Но, Эван - я знаю тебя. Ты бы не зашла так далеко, если бы понимала, что все впустую.

- Серьезно?

- Да, серьезно. И ты это тоже знаешь.

Она вздохнула.

- Я буду иметь это в виду.

- Просто сделай мне и себе одолжение, и будь осторожна. Не уверен, что здесь сейчас происходит, но ясно, что ты увязла в чем-то зловещем.

Она посмотрела на него в изумлении.

- Ну и как ты, черт возьми, пришел к этой идее?

- Как бы мне не нравилось притвориться экстрасенсом, вынужден признаться, что мне позвонил Дэн.

Что за мать твою?

- Дэн тебе позвонил? Когда? - Эван была в ярости.

Тим пожал плечами.

- Два дня назад. Он был прилично взвинчен, после того как вы встретились с ним в понедельник.

- Господи! Так он позвонил моему гребаному священнику?

Тим подошел и успокоительно положил руку на ее лечо.

- Нет, Эван. Он позвонил твоему другу.

Она стояла, кипя от возмущения, и старалась собраться с мыслями. Что, черт возьми, Дэн думал достичь этой фигней? Это, должно быть, насчет Джулии. Да пошло все к чертям собачьим. Он ревновал. Она знала. Это случалось каждый раз, когда у нее к кому-нибудь появлялся серьезный интерес.

Не то чтобы она демонстрировала серьезный интерес к кому-нибудь так уж часто, размышляла она,

Она вздохнула. Может быть, он на самом деле был просто обеспокоен, что она вела себя, как помешанная на теории заговоров психопатка?

Отлично. Она ненавидела, когда ее вынуждали отступить и обдумать все рационально.

Ну, все может стать намного хуже. После пятницы, Дэн соберет ребят с сачками для ловли бабочек, все будут гоняться за ней, чтобы изловить ее задницу. И все прекрасно решится само собой..

Сначала она потеряет Джулию, затем она потеряет свою работу и репутацию. Вероятно, пройдет не так много времени, пока Дэн не заберет Стиви. И тогда с чем она останется?

Из гостиной донесся серебристый звук смеха Джулии, который плыл над шумом кофе-машины. Эван опустила голову и уставилась на свои туфли.

Джулия будет в безопасности и жива. Вот что ей останется. А потом Эван сможет вернуться к своей жизни добровольного затворника.

Джулия будет спасена - а я буду одна, подумала она.

Это не было идеальным выходом, но она найдет способ, как с этим жить. Как всегда у нее и получалось.

***

У Эван было ощущение, как будто она играют в эту проклятую игру около шести

часов.

Она украдкой еще раз взглянула на часы.

Нет, все было не так плохо. Пока. Но сейчас, черт подери, это напрягало.

Была очередь Стиви - опять - и Эван не могла поверить, с какой энергией играла ее дочь. Стиви любила игры - всегда. Это изумляло Эван, потому что у нее никогда не было терпения наслаждать ими - или склонности попытаться набраться терпения.

Она посмотрела через стол на Джулию, в чьем лице как в зеркале отражалось выражение лица Стиви. Она изучала доску с прилежной целеустремленностью. Наблюдая за ней, на Эван снизошло ясное понимание, на что, должно быть, похоже противостоять этой женщине за столом совета директоров.

И поняла, что никогда не хотела бы испытать это на практике..

Эван сидела, постукивая фишкой по столу. Конечно, это была гребаная буква - z. Она вытащила ее около пяти туров назад.

Доска заполнялась. Оставалось несколько открытых бесценных позиций. А Стиви не помогала. Эван почти была по горло этим сыта.

- Ты планируешь завершить игру в этой жизни, детка?

Стиви подняла глаза и посмотрела на нее.

- Боже, мама. Ты что, опаздываешь на поезд?

- Нет. Я всего лишь должна это закончить до того, как придет моя первая пенсия.

Стиви закатила глаза и посмотрела на ряд ее фишек.

- Это не займет много времени - просто остынь.

- Остынь? - Эван откинулась назад. - Издеваешься надо мной, да? Думаю, Висячие сады Вавилона были разбиты за меньшее время, чем тянется эта проклятая игра.

Джулия засмеялась.

- Можешь просто расслабиться? Иди и сделай нам что- нибудь выпить.

Эван просияла от такого предложения. Почему бы и нет? Уже перевалило за 4 вечера.

- Ладно, - она отодвинула стул. - Что ты хочешь, ребенок?

Стиви не подняла головы.

- Мохито, пожалуйста.

- В твоих мечтах, карапуз. Хочешь сделать еще одну попытку?

Стиви вздохнула.

- Диетическую колу.

- Это можно устроить, - она встала и направилась на кухню.

Джулия подняла глаза.

- Эй? Ты не собираешься спросить, что хочу я?

- О, - сказала Эван. - Я уже знаю, что ты хочешь.

Джулия покраснела.

Стиви переводила взгляд с одной женщины на другую, затем вздохнула, пока выкладывала свои фишки на доску.

- Фу. Почему бы вам двоим не снять комнату?

Эван дала ей подзатыльник, проходя мимо ее стула.

- У нас уже есть комната.

Стиви качнула головой и стала подсчитывать очки. - Хорошо... это 5, 6, 22, 12, 13 - и умножая на три все слово, получаем 39.

Эван замерла и повернулась.

- Тридцать ... девять? Смеешься? - она посмотрела на доску. - Что это, черт подери, за чудеса?

Стиви встретилась с ней взглядом.

- Хочешь поспорить со мной??

Джулия хихикнула.

Эван вздохнула.

- О... вы, двое, так спелись, прямо тошнит от вас! Не знаю, зачем я на это подписалась.

Она пошла на кухню приготовить напитки. За своей спиной она услышала, как Джулия и Стиви смеются.

В самом ее дичайшем сне она и представить не могла, что эти двое так поладят. Это было невероятно. Сюрреалистично. И каковы были шансы на это? А теперь она это испытала... И как теперь прикажете без этого жить?

Она рывком открыла дверь холодильника и наполнила бокал Стиви льдом. Подобные риторические вопросы ни к чему не приводили. Они только заставляли ее чувствовать себя недовольной и безнадежной.

А она не нуждалась в дополнительных стимулах, чтобы впасть в недовольство. Завтра и так будет кошмарный день. Завтра она пойдет и сделает то, что должна. Она позаботится о деле - потому что, пожалуй, в итоге все всегда к этому и сводится.

А после того, как она позаботится о деле? Ну. У нее будет просто куча времени, чтобы посидеть в одиночестве и перебрать осколки своей жизни.

Она схватила бутылку ‘Сегезио’ и два бокала. Почему бы не добавить некоторой элегантности к жизненным неудачам? Не это ли говорила Джейн Остин (54)? Черт. Она может быть достаточно надежной имитацией мистера Беннета (55) и спокойно сидеть в своем кабинете, просеивать груду пепла, в которую превратилась ее жизнь - в поиске случайных алмазов. Они, определенно, там были. Некоторые она сотворила сама, а некоторые попались на пути только потому, что попались.

Для всего этого будет много времени. Очень много.

А что сейчас? Сейчас Стиви позвала ее, потому что была ее очередь делать ход в игре. Это была ее очередь - а у нее ничего не было, чтобы выложить на стол и что-то добавить к любому типу выигрышного счета. Не здесь и не в любом другом месте в ее жизни. Она поставила напитки на деревянный поднос и вернулась в гостиную.

Джулия приподняла брови, когда увидела бутылку вина.

- Мы что-то празднуем? - спросила она.

Эван передала Стиви ее колу.

- Можно сказать и так.

- Что это, мам? - спросила Стиви. - Ты, наконец, придумала способ использовать букву «z», которую ты тыкала всем под нос в течение последнего часа?

- Умник, - сказала Эван, пока снова садилась на свое место. - Надо было мне тогда принять посткоитальный контрацептив.

Стиви только разразилась смехом. Такая пикировка была между ними двумя не внове.

- Знаешь, чего стоит взгляд в прошлое?

- В твоем случае? Около шестидесяти штук за оплату обучения и невозможность смотреть то, что я хочу, по ТВ.

Стиви показала язык Эван.

- Отстойно быть тобой.

- Иногда да.

Они улыбнулись друг другу.

Эван подалась вперед, всерьез намереваясь испустить тягостный вздох во время своего очередного хода. Это было действительно безнадежно.

Потом она кое-что увидела. Да ладно? Она проверила буквы. Затем проверила их еще раз.

Ну, и че вы ваще знаете?

Очень неспешно она выложила свои фишки и отлично передразнила Стиви.

- Это 10, 14, 16, 17, 18, 19 - и умножение на три составляет 57.

Она откинулась назад и показала им язык.

Джулия и Стиви сидели, уставившись на доску.

- Ты, должно быть, издеваешься надо мной? - Стиви нависла над доской, пересчитывая очки на фишках.

- Зигота? - спросила Джулия, приподняв бровь.

Эван подмигнула ей, пока наливала себе большой бокал вина.

- Ну что я могу сказать? Я большой фанат деления клеток.

Джулия драматически закатила глаза, но с большим трудом сумела подавить улыбку.

Может быть, подумала Эван, эти чертовы игры, на самом деле, становились хороши, как только тебе удавалось набить на них руку.

Она улыбнулась Джулии в ответ. Даже проигрывать было не так уж плохо - если ты получил удовольствие в процессе.

ГЛАВА 24

В пятницу все произошло слишком быстро.

Джулия уехала рано, заказав машину предыдущим вечером. Эван протестовала, но Джулия была непреклонна. Отъезд и так собирается стать достаточно трудным делом, призналась она - и она не хотела отнимать еще больше времени у Эван, которое она проводила дома со Стиви.

Поэтому сразу же после 7 утра они вдвоем стояли в темной прихожей дома Эван и прощались.

- Я буду по тебе скучать, - сказала Джулия.

Эван прижалась лицом к шее Джулии. Она хотела запомнить ее запах, создать сокровенную связь между ним и ее воспоминаниями о нескольких последних днях. Она глубоко вздохнула. Лаванда - в древности это масло использовали, чтобы отогнать злых духов. Таким же маслом пользовалась сестра Лазаря, омывая ноги Христа.

Это был запах надежды и спокойствия, и он окутывал Джулию, словно вторая

кожа.

- Я тоже буду по тебе скучать, - отозвалась Эван. Вероятно, всегда, подумала

она.

- Позвонишь мне вечером? - спросила Джулия.

Эван кивнула.

Джулия отступила назад и сверху посмотрела на нее.

- Ты в порядке?

Эван пожала плечами.

- Я ненавижу такого рода вещи.

Джулия ей улыбнулась.

- Я сама это не жалую. Но это не навсегда - только на чуть-чуть.

Эван снова кивнула.

Раздались два автомобильных гудка. Прибыл транспорт Джулии.

Джулия поцеловала ее, затем отступила назад и взяла чемодан на колесиках. Эван открыла входную дверь.

- Пока.

Джулия положила руку на предплечье Эван, когда проходила мимо нее.

- Я люблю тебя.

У Эван сдавило горло. Она не была уверена, что сможет выдавить из себя хоть

слово.

- Я тоже, - сказала она. Затем пожала плечами. - Люблю тебя, - пояснила она. Джулия улыбнулась на ее дискомфорт.

- Ты дурашка.

Эван не стала ее в этом разубеждать.

- Позвони мне позже, - Джулия стиснула ее руку и вышла на улицу к ожидающей ее машине.

Эван стояла в дверях и смотрела ей вслед.

***

Дэн был удивлен, но не высказал недовольства, когда Эван позвонила и сказала, что привезет Стиви днем пораньше - намного раньше. Все равно у него была утренняя встреча в Филадельфии, поэтому он согласился их встретить на станции 30ая Стрит, где потом Эван села на полуденный поезд в Нью-Йорк. Энди должен был прибыть в офис Джулии где-то между 14-00 и 14-30, а Эван хотела быть уверенной, что приедет в город заранее.

Стиви собиралась заночевать у Дэна в его квартире в Филадельфии. Это было хорошей возможностью навестить ее бабушку и дедушку, а днем в субботу он привезет ее назад в Чаддс-Форд. Эван и Стиви смогут побыть вместе еще целый день, а потом каникулы кончатся, и Стиви должна будет вернуться в Эмма Уиллард.

На этот раз поезд Эван пришел на Пенсильванский вокзал точно по расписанию.

До офисного здания Джулии на Мэдисон-авеню было идти недалеко, так что она не торопилась, стараясь взять себя в руки и подготовиться к тому, должно было произойти.

Оказавшись внутри массивной высотки, она нашла удобное место в дальнем углу холла - откуда могла ясно видеть вход с Мэдисон авеню.

Энди было не трудно заметить. Он вошел в здание в начале третьего и пересек холл с той непринужденностью и уверенностью, которые присущи человеку, никогда не подвергающему сомнению свое право быть там, где он находился. Он выглядел красивым и самоуверенным. Он был один, и за это Эван тихо произнесла благодарственную молитву. Она посмотрела на часы и решила дать себе еще пятнадцать минут, прежде чем ринуться за ним на 38-ой этаж к офисам Донн & Гейл. Она понадеялась, что Джулия не опоздает.

Когда Эван толкнула большую дверь, ведущую в приемный холл офисов Джулии, она с облегчением увидела, что за стойкой администратора была другая женщина, которая не могла бы ее припомнить. Эван держала в руках пакет FedEx, который она прихватила с собой, чтобы обеспечить себе алиби. Она приблизилась к измученной женщине, которая сражалась с факсимильным аппаратом. Она едва подняла голову, когда вошла Эван.

- Привет, - сказала Эван. - Я помощник сенатора Таунсенда, и он попросил меня доставить ему письмо, как только оно придет. Полагаю, что он и миссис Донн ждут его.

Женщина глянула на нее снизу вверх из своего неловкого положения, сгорбившись над факсимильным аппаратом. - О. Конечно. Она начала опускать пакет с картриджем, который держала. - Дайте мне всего минутку, и я вызову секретаря миссис Донн.

Эван подняла руку.

- Не утруждайте себя - я знаю дорогу. И сенатор попросил доставить это ему лично.

Администратор выглядела так, как будто собиралась запротестовать, но Эван просто ей улыбнулась и быстро пошла по длинному коридору, который вел к кабинету Джулии. Когда стало ясно, что никто не спешит ее завернуть обратно, она облегченно вздохнула.

Пока все идет как нельзя лучше.

Дверь кабинета Джулии была прямо впереди. Эван остановилась возле нее и сделала глубокий вдох - затем уронила пакет с фиктивным письмом на пол и толкнула дверь.

Развернувшаяся перед ней сцена, была именно такой, как она и ожидала. Джулия располагалась на маленьком диванчике, а Энди сидел рядом и держал ее за руку. Они оба удивились, когда она вошла - затем выражение их лиц быстро сменилось от узнавания до изумления.

Первой заговорила Джулия. Ее голос был взволнованным и низким.

- Эван? Что ты здесь делаешь?

Энди уставился на Эван, прищурив глаза, больше с любопытством, чем с чем- то иным. Он молчал и не выпускал руку Джулии из своих рук - что ее разозлило.

Очень разозлило.

Может быть, это маленькое представление будет не так уж трудно разыграть, как она опасалась?

Эван указала на Энди.

- Я могла бы задать ему тот же самый вопрос.

Энди переводил взгляд с одной на другую - затем он обернулся к Эван.

- Что ты хочешь, Рид? - его тон был не особо дружелюбным.

Эван издевательски ухмыльнулась.

- Разве не очевидно? Я хочу того же, что и ты.

- Эван...- Джулия начала подниматься, но Энди грубовато усадил ее назад, что вполне устроило Эван. Когда Энди заговорил, его голос был ледяным.

- Думаю, тебе лучше уйти, Эван - до того, как все зайдет еще дальше.

- Да пошел ты, Таунсенд. Ты не имеешь не малейшего понятия, как далеко это уже зашло, - она перевела взгляд на Джулию. - Расскажи ему, Джулия. Ну же, смелей, расскажи, как далеко мы уже зашли. Я хочу услышать, как ты объяснишь ему понятными словами то, что даже я могу осознать.

Джулия выглядела оглушенной.

- Эван - что ты делаешь? Это тебе не поможет.

- О, да неужели? А что мне поможет, Джулия? Видеть, как ты запрыгиваешь к нему обратно в постель? В такой 'помощи' я нуждаюсь, чтобы забыть тебя?

Джулия недоверчиво посмотрела на нее.

- Почему ты это делаешь? Это не то, о чем мы с тобой говорили?

Эван рассмеялась.

- Нет. Не то. Ничего из того, о чем мы говорили. Но ты не можешь просто покинуть свою позолоченную маленькую клетку, не так ли? Скажи мне. Кем я была, Джулия? Всего лишь еще одним маленьким научным экспериментом - как Марго?

- Все, хватит! - Энди вскочил на ноги. - Ты должна убраться отсюда, Рид, сейчас же. Не заставляй меня звонить моим телохранителям.

Эван шагнула ближе.

- Я уйду, когда, мать твою, этого захочу. Я еще не закончила.

Энди вытащил свой сотовый и нажал кнопку на клавиатуре.

- О, поверь мне - ты более чем закончила здесь. И если ты не хочешь закончить где-нибудь еще, ты сейчас же уйдешь.

Эван ткнула пальцем в его грудь.

- Ты гнусный ублюдок - не думай, что я не знаю, что ты задумал.

- Ты мне угрожаешь?

Джулия тоже вскочила.

- Прекрати это! Просто остановись! - она шагнула между ними двумя и встала спиной к Энди. Ее глаза сверкали как кусочки льда. - Эван - тебе нужно уйти. Сейчас же. Пожалуйста.

Энди, стоя позади Джулии, обхватил ее руки. Даже при таких смехотворных обстоятельствах Эван не могла не заметить, как прекрасно они смотрелись вместе. Словно модели для одной из тех пар статуэток, что украшают свадебные торты.

Она выдохнула.

- Конечно. Я уйду. Довольно ясно, что здесь к чему, - она повернулась к двери, потом остановилась и развернулась к ним лицом. - С тобой было хорошо трахаться, Джулия. Как Марго и сказала, - она покачала головой. - Я должна была ее послушать. Она мне говорила, что ты никогда не останешься рядом.

Эван была поражена, когда Джулия внезапно подошла к ней и влепила звонкую пощечину. Казалось, что этот звук эхом отразился от стен офиса. На какое-то мгновенье они втроем стояли в тишине, уставившись друг на друга. Эван приложила руку к щеке.

- Ну все, с меня хватит!... - Энди попытался протиснуться мимо Джулии, но она загородила ему дорогу.

- Прекрати, Энди! - она посмотрела в сторону Эван. Ее лицо не выражало никаких эмоций. - Позволь ей уйти.

Гейм. Сет. Матч.

Эван кивнула.

- Ага. Позволь мне уйти. Она может помочь тебе разобраться с этим, сенатор, она в этом профи.

Она развернулась и пошла прочь, хлопнув дверью. Ее щека адски болела. У Джулии был потрясающий удар.

Эван чувствовала оцепенение и полуболезненное состояние, пока петляла по длинному коридору назад, в сторону вестибюля. Она просто надеялась, что сможет выбраться оттуда до прибытия головорезов Энди. Она нетвердо стояла на ногах - ей даже было тяжело идти по прямой линии. В висках стучало, и она чувствовала, что ее могло вырвать. Но ей необходимо было продолжать двигаться - до тех пор, пока она не выберется из этого гребаного здания и не глотнет свежего воздуха.

Она вышла из дверей фирмы и пересекла холл как раз в тот момент, когда большие стальные двери лифта разъехались, и оттуда вышли двое громил. Они протолкнулись мимо Эван, не удостоив ее взглядом, и быстро направились в сторону входа в офисы Джулии. Эван мигом влетела в лифт и нажала на кнопку первого этажа, и как только закрылись двери, она на слабеющих ногах прислонилась к стенке кабины. Лифт поехал вниз.

Все прошло именно так, как она и надеялась. Даже лучше.

Энди был вспыльчивее, чем она полагала, и он заглотил наживку. Судя по тем убийственным взглядам, которые он кидал, он заглотил крючок, леску и грузило.

А Джулия?

На нее нахлынула волна тошноты.

Да. Джулия тоже это проглотила. Она была в этом уверена.

Все прошло точно по плану.

И в этом успехе никого нельзя было винить, кроме нее самой.

***

У нее было почти полтора часа до поезда в Филадельфию из Нью-Йорка.

Она чувствовала себя несчастной.

По дороге от офиса Джулии к станции Пенн она прошла мимо дюжины баров, и в каждый ей хотелось завернуть. Но зачем усугублять неприятности? Все, что она могла бы приплюсовать вдобавок к своим злоключениям, так это завтрашнее утреннее пробуждение с жутким похмельем - но она понимала, что ей совершенно ни к чему так заканчивать этот спектакль. Она упала в кресло в зале ожидания и сидела там, глазея на других пассажиров - пытаясь не слишком усиленно размышлять о том, как прекрасно была разыграна ее маленькая драма.

Это будет длинная ночь. И когда она вернется домой, Стиви там не будет, чтобы отвлечь ее мысли от тех разрушений, что возникли после взрыва демонического размера гранаты, которую она собственноручно запустила в центр своей личной жизни. Но если это сработало, и вывело Джулию из-под прицела Энди - пусть даже временно - эту цену стоило заплатить.

Все же ей было адски больно, и прямо сейчас она с трудом могла воспринять достоинства самоотверженного служения общему благу.

Может быть, ей следует позвонить Тиму?

Нет. Это не сработает. Сейчас он знает слишком много. А она не в состоянии изворачиваться, если он попытается прижать ее насчет Джулии - а она была уверена, что он так и поступит.

Она вздохнула и поглубже вжалась в стул. Зал ожидания наполнялся. Ребенок с одной из этих отвратительных игрушечных газонокосилок с пластмассовыми трещащими шариками бегал и носился туда-сюда перед креслами. Эван размышляла, заметят ли родители малышки или будет ли им не все равно, если она заденет ее в следующий раз, когда будет пробегать мимо.

Свет в зале был слишком ярким. Она закрыла глаза от бликов и попыталась отогнать от себя все мысли.

Ее стул слегка содрогнулся, когда кто-то присел рядом с ней.

Господи, подумала она. Что за мать твою происходит с людьми? В этом проклятом зале было, по крайней мере, еще не меньше дюжины свободных мест.

Затем она ощутила запах чего-то знакомого.

Лаванда.

Она открыла глаза и повернулась лицом к человеку, который только что сел рядом с ней.

На нее в упор смотрела пара синих глаз.

Это была Джулия.

И она выглядела не особо счастливой.

- Это было еще то представление, - ее голос был ровным. Бесстрастным. - Какого черта ты пыталась добиться?

Эван был ошеломлена.

- Ты не должна быть здесь, - Эван была в замешательстве.

Джулия коротко и горько рассмеялась и скрестила руки на груди.

- Очевидно, могу. Теперь. Не окажешь ли мне честь и не объяснишь, к чему была эта маленькая костюмированная драма?

Голова Эван кружилась. Ребенок с проклятой газонокосилкой еще раз промчался перед ними, едва не проехав им по ногам.

- Представление?

Она чувствовала себя, словно изо всех сил пыталась не отстать.

Джулия кивнула.

- Ты думала, что я приму все всерьез? - она покачала головой. - Я была вне себя из-за твоей выходки. Мало того, что ты разозлила меня тем, как ты себя вела - еще сильнее ты меня достала тем, что выкинула подобный трюк, не сказав мне о нем ни слова заранее.

- Трюк?

Джулия вздохнула.

- Нам следует просто немного тут посидеть, пока ты не вспомнишь, как связывать слова в предложения? У тебя точно не было с этим проблем час назад.

- Ты не можешь быть тут. Я не шучу.

- Почему нет?

- Потому что это разрушит все, если Энди узнает.

- О, думаю, с Энди все было до основания 'разрушено' до того, как ты решила ворваться в мою дверь с дымящимися пушками наперевес.

Эван вздохнула.

- Джулия, это не то, что я имела в виду.

- Я знаю, что ты имела в виду, Эван. Энди не идиот, и я тоже.

- Что это должно означать?

- Это означает, что даже если ты добилась успеха, и он заглотил наживку - с большой натяжкой, в лучшем случае - я определенно нет. И не собираюсь. Поэтому будет намного лучше для тебя в дальнейшем, если ты начнешь обращаться со мной более прямо и честно, - она замолчала и на секунду взглянула на Эван. Затем она подняла руку и погладила ее по щеке. - Извини за пощечину. Не могу поверить, что я тебя ударила.

Эван положила руку поверх ее, а затем медленно опустила их руки на подлокотник, который разделял их стулья.

- Я это заслужила.

Джулия кивнула.

- Не буду тебя в этом разубеждать.

- Все же. Никогда бы не отнесла тебя к жестокому типу людей.

- Неужели? Ты никогда не видела, как я реагирую, когда угрожают тому, что мне небезразлично.

Эван все больше раздражалась.

- Джулия, я пытаюсь тебя уберечь - а не угрожать.

- Уберечь меня от чего, Эван?

Эван никак не отреагировала.

Джулия вздохнула.

- Это то, о чем я и подумала, - она сжала руку Эван. - Посмотри на меня.

Эван подняла голову и встретила твердый взгляд Джулии. Ее выражение лица все еще невозможно было прочесть, но оно хотя бы выглядело менее грозным, чем когда она только что присела рядом.

- Я не хочу, чтобы ты спасала меня, Эван. Если ты не можешь принять и уважать это - по любому - тогда не особо есть о чем говорить. Если вообще есть, - она глубоко вздохнула, а затем выдохнула. - Я не нуждаюсь в защитнике. Я не нуждаюсь в охране. И я чертовски уверена, что не нуждаюсь в любовнице, которая не может осознать простую истину, что я большая девочка, которая может позаботиться о себе.

Против своей воли, Эван улыбнулась.

- Ты уже большая девочка?

Джулия тоже улыбнулась.

- В последний раз, когда я проверяла, это было так.

- Господи, - Эван запыхтела. - Эта затея, черт подери, не оправдалась так, как я думала.

Джулия сжала ее руку.

- Стиви с Дэном?

- Да. До завтра.

- Поехали со мной домой, - прошептала она.

Эван почувствовала, как свело пальцы на ее ногах, но она покачала головой. - Ничего не выйдет. Нельзя, чтобы сейчас нас видели вместе, Джулия.

- Почему нет? - когда Эван закатила глаза, Джулия подняла руку, чтобы остановить ее. - Не бери в голову. Забудь, что я спросила.

Они сидели там еще минуту. Затем Джулия дотянулась до сумки и вытащила свой сотовый.

- Что ты делаешь? - спросила Эван, когда увидела, что она набирает какие-то цифры.

- Компания держит номер в Плазе для приезжих гостей. Думаю, ты подходишь под это определение.

Позади них раздался громкий вопль, который заглушил шум зала ожидания. Эван повернула голову и увидела, что начинающей садовнице каким-то образом удалось втиснуть косилку между большим мусорным баком и торговым автоматом. Она стояла перед ней и топала ногами, плача и расстроено дергая за пластиковую ручку. Косилка не спешила выскочить обратно.

Никто, казалось, не спешил девочке на помощь.

Смотря на нее, Эван подумала об очевидных параллелях с ее собственной ситуацией. Потом она улыбнулась. Брось бороться, малыш - существуют и более худшие способы застрять здесь.

Джулия закончила говорить по телефону. Она поднялась.

- Ты готова?

Была ли она готова?

Секунды, в течение которых они пристально смотрели друг на друга, ощущались подобно нескольким жизням.

В конечном счете, Эван схватила ручку сумки и встала.

- Да. Думаю готова.

Они покинули зал ожидания и направились к ближайшему выходу на улицу, где сновало целое море такси.

ГЛАВА 25

- Просто скажи мне, какого хрена ты вытворяешь?

Дэн был в бешенстве и даже не пытался этого скрывать.

Она вздохнула.

- Привет Дэн. Наслаждаешься прохладной погодой?

Он злился.

- Я не шучу, Эван. На этот раз ты слишком далеко зашла.

- На этот раз?

- Ага. На этот раз. Что в свободном переводе означает, что ты уволена.

Эван кинула взгляд на свои часы. Она вернулась из Нью-Йорка всего тридцать минут назад - этим утром они торопились освободить люкс. Определенно новости распространяются очень быстро.

- Быстро же он тебе позвонил, - сказала она.

- Что, мать твою, ты думаешь, он сделал? Он позвонил не мне - он позвонил Маркусу. Господи - тебе просто повезло, что он не оформил чертов запретительный ордер.

Эван молчала.

- Это серьезно, Эван. Маркус может сделать так, что ты больше не сможешь работать в этом городе.

Она фыркнула.

- Какой бы это стало трагедией.

- Находишь это смешным? Думаешь, я шучу?

Она выдохнула.

- Дэн, я знаю, что делаю. Мне нужно, чтобы ты мне доверял.

Он был настроен скептически.

- Доверял тебе? Когда ты бегаешь вокруг как свихнувшаяся Глен Клоуз? Черт возьми, Эван.

- Это не так.

- Нет? Неужели? Ты трахаешь жену действующего сенатора США - того, за проверку которого тебе заплатили - а затем слетаешь с катушек и окунаешь их задницы в сюжет ‘Рокового влечения’ (56)? Как, к чертям собачьим, ты это называешь?

- Выполнением моей работы.

Теперь была очередь Дэна усмехнуться.

- Я серьезно, Дэн. Мне нужно, чтобы ты мне доверял.

- Как ты можешь просить меня об этом, когда ты ведешь себя как помешанная?

- Я знаю, что делаю, - повторила она.

На том конце провода возникла тишина. Затем она услышала его вздох.

- Тогда как насчет того, чтобы просветить меня, чтобы я тоже мог понять?

- Я уже пыталась это тебе объяснить - ты просто не желаешь меня слушать.

- О, ну же. Ты продолжаешь настаивать на все той же Аспенской собачьей чуши, так ведь?

Эван почувствовала, как растет ее раздражение. Она села, выдергивая нитку из манжеты рубашки.

- Эван?

- Да. Я тут, - она решила сменить тему. - Когда ты привезешь Стиви обратно?

Он снова вздохнул.

- Я думал привезти ее около 15-30.

- Почему бы тебе не остаться на ранний ужин? Потом мы можем поговорить.

Он размышлял.

- Хорошо. Предположим, что это может сработать.

- Хорошо. Встретимся с вами обоими около четырех.

- Эван?

- Что?

- Я не могу это исправить за тебя. Ты теперь сама по себе.

- Что еще новенького скажешь?

Она рассмеялась и повесила трубку.

***

После того, как они поужинали, Стиви исчезла в кабинете Эван, чтобы посмотреть по интеренету эпизоды сериала – «Хор», и, вероятно, написать паре дюжин своих друзей. Эван и Дэн воспользовались случаем и продолжили свой разговор о недавней, убийственной для ее карьеры, выходке Эван. Они сидели на задней веранде, пили кофе гляссе и наблюдали, как соседские джерсийские коровы слоняются возле маленького ручья, который пересекал заднюю половину ее владений.

- Ты действительно сводишь меня с ума.

Дэн все еще тревожился, но уже меньше сердился. Она посмотрела на него в слабеющем свете дня. Он действительно был привлекательным мужчиной. Очень жаль, что они не смогли наладить серьезных отношений. Но невозможно изменить путь, который тебе предначертан - а Эван и не хотела бы, если бы даже могла.

И, кроме того, у них была Стиви. Трудно было найти более серьезную причину, чем эта.

- Я знаю, что вынуждаю тебя стоять на ушах. Это одно из преимуществ работы.

- Не смешно - и если ты вспомнишь, у тебя больше нет работы.

Она пожала плечами и поставила бокал на маленький окрашенный стол, который стоял рядом с ее стулом. Стол был покрашен по большей части белой краской, под старину, но одна ножка у него все еще была темно-красного цвета с того давнего дня, когда много лет назад Стиви решила, что будет весело покрасить мебель на веранде краской, которую Эван использовала для оживления цвета старого минитрактора для стрижки травы. Поначалу она оставила стол нетронутым, в качестве наглядного примера расплаты за грехи. Но по мере того как шли дни и года, росла и ее привязанность к его эксцентричному виду, и она решила оставить его как есть - открытым для безнаказанного щегольства его исключительным несовершенством.

- Она действительно этого стоит?

Голос Дэна был таким тихим, что Эван не была уверена, что расслышала его правильно. Она озадачено на него взглянула.

- Не поняла?

- Джулия. То, что у тебя с ней, - он помахал рукой. - Это стоит всего?

- У меня с ней?

- Ты знаешь, о чем я, - он показал рукой внутрь дома, где Стиви отдыхала в том, что, как он попросту предположил, было блаженным неведением. - Не заставляй меня разъяснять.

Эван взглянула на него, словно он был каким-то экспонатом причудливой музейной выставки.

- Дэн. Тебе не нужно говорить кодовыми словами. Стиви знает о Джулии.

Он был удивлен.

- Она знает?

Эван закатила глаза.

- Конечно, знает. Я не скрываю от нее подобные вещи.

Он приподнял бровь.

- Подобные вещи?

Она кивнула и встретилась с ним взглядом.

- Вещи, которые того стоят.

Он минуту молчал.

- Давай порассуждаем и предположим, что в твоих подозрениях об Аспене есть определенный смысл, - у Эван округлились глаза. Дэн поднял руку. - Я сказал, предположим - так что не вдохновляйся. Я не говорю, что верю во что-либо подобное - я всего лишь хочу знать, чего ты надеешься этим добиться.

- Для начала я хочу остановить его, чтобы он больше никому не навредил.

- Его?

- Энди.

Дэн вскочил и большими шагами прошелся по веранде.

- Это безумие, Эван. Ты говоришь о сенаторе США, ради всего святого.

- Я знаю об этом.

Он повернулся к ней лицом.

- Знаешь? Я так не думаю. Ты совершаешь ошибку и поверь мне - это не его карьера пойдет прахом. Никто из нас, Эван, из этого не выкрутится.

- О чем ты говоришь?

- О, да ладно. Ты же не думаешь, что Маркус будет сидеть, сложа руки, и позволит тебе во всю измазать дерьмом рекламного мальчика партии? Тут высокие ставки, Эван - и крупные игроки. А они играют серьезно и наверняка.

- Я не боюсь Маркуса.

- Нет? А стоило бы, - Дэн потряс головой. - Я думал, ты несколько умнее.

Эван осушила свой бокал и подцепила кубик льда, чтобы его погрызть. Она знала, что этот звук приводил Дэна в бешенство.

- Ну же, скажи мне, Дэн. Что Маркус сделает? Удалит меня из друзей на Фейсбуке?

Он смотрел, как она сидела и грызла кусочек льда.

- Прекрасно. Хохочи до упаду. Ясно, что я напрасно сотрясаю воздух, - он допил свой напиток и с размаху опустил бокал на стол. - Пришли мне свой окончательный отчет о расходах завтра. Спасибо за ужин - я сам найду выход.

Он влетел обратно в дом и направился к кабинету, где Стиви смотрела кино.

Эван подняла бокал и выплюнула в него расколотые кусочки льда.

Она знала, что Дэн говорит правду насчет Маркуса. Этот гнусный ублюдок никогда с подобным не смирится.

Все это было адским обманом, и ей становилось труднее поспевать за быстро разворачивающимися событиями. Но у нее не было выбора - не теперь. Она все стронула все с мертвой точки, и теперь дело пойдет, как пойдет. Ей только приходилось надеяться, что Джулия не станет той, кого возьмут на мушку.

Из глубины дома она услышала звук захлопнувшейся двери. Затем она услышала глухое скрежетание старого Крайслера Дэна. Большой У8, наконец-то, перестал протестовать и на четвертый раз завелся. Ему действительно нужно выбросить этот кусок дерьма. Но он любил эту проклятую машину и сюсюкался с ней, словно это было что-то невероятно ценное.

Ну, он был прав насчет одного - не было никакого способа угадать, что уготовит ей грядущий день.

Она встала и пошла внутрь, чтобы присоединиться к дочери.

ГЛАВА 26

Джулия вернулась в апартаменты на Парк Авеню сразу же после 11-00 в субботу утром.

Она устала. Это танго втроем, которое она выводила с Эван и Энди, ее опустошило. Она никогда не была сильна в притворстве и не знала, сколько еще сможет заставить длиться этот обман. Рано или поздно все вокруг них рухнет - и они останутся в сплошной адской неразберихе.

Все уже превратилось в бардак. Почему бы не прекратить притворяться, что возможен лучший выход? Пусть будет, как будет - тогда в итоге ничего не останется сделать, как минимизировать ущерб. Зачем предотвращать неизбежное?

Она покачала головой.

Зачем? Потому что Эван убеждена, что они должны это сделать, чтобы ее “уберечь”'.

Но уберечь от чего? От кого? От Маркуса?

Она бросила ключи на сервант, скинула туфли и направилась в сторону кухни. Не то, чтобы она с трудом верила, что Маркус способен вести себя угрожающе. Правда была в том, что ее нелюбовь к нему никогда не заходила так далеко, чтобы помыслить, что он способен на убийство... но открытия Эван о смерти Тома Шеридана были сверх тревожными.

И потом возникли все эти вопросы по поводу ее аварии в Лондоне. Что если Эван права насчет этого - и кто-то пытался ее убить?

Она качнула головой. Все эти безумные шпионские затеи ее нервировали. Это было подобно задачке с одним из тех раздражающих математических уравнений, где ожидается, что ты найдешь значение 'х'. Но это уравнение не имело ни одного 'х', поэтому нет никакой возможности получить внятный результат.

Это было невозможно.

Она открыла холодильник и достала бутылку лаймового лимонада.

Она подумала о вчерашнем дне. Что, скажите на милость, толкнуло Эван так ворваться в ее офис? Боже, она слетела с катушек, как пародийная карикатура обманутой любовницы из низкопробного фильма. Это успешное представление не одурачило ее ни на секунду. Но она должна признать, что никогда раньше не видела Энди таким рассерженным. Даже после того, как Эван ушла, он, похоже, был не в состоянии успокоиться.

Неся холодный напиток с собой, она пошла к кабинету, намереваясь рухнуть в кресло и попытаться разобраться в последних 24 часах - особенно с изменениями в ее отношениях с Эван. Поскольку, определенно, произошел какой-то тектонический сдвиг пластов.

Что ж. Похоже, что все для Эван изменилось. Джулия уже была уверена в своих собственных чувствах. По крайней мере, она была в них уверена с того самого момента, когда открыла дверь родительской квартиры в Лондоне и увидела стоящую там Эван с застенчивым и смущенным выражением лица.

Это был момент истины для Джулии - доли секунды, когда она осознала, что все в ее мире сдвинулось. Ей показалось, что для Эван ее момент истины случился вчера днем, в тот момент, когда они сидели рядом друг с другом на той шумной железнодорожной станции, не говоря ничего, и в то же время все.

По крайней мере, она так подумала. Они не говорили много, когда добрались до люкса в Плазе. Она улыбнулась. В любом случае, не в обычном смысле.

Она вошла в кабинет и щелкнула выключателем рядом с дверью. Комната выходила окнами на Восточную 71-ую Стрит, и обычно по утрам в ней не хватало света.

- Как спалось, дорогая?

Голос раздался из ниоткуда - и это напугало ее до полусмерти. Она практически уронила открытую бутылку - сумев поймать ее за горлышко, как раз до того, как она полностью выскользнула из ее руки.

Это был Энди.

Он сидел на маленьком диванчике у окна. Он не выглядел отдохнувшим, и определенно не выглядел счастливым.

- Я тут размышлял, когда же ты вернешься, - добавил он.

Она опустила запотевшую бутылку на настольный календарь и помахала мокрой рукой, пытаясь ее высушить. Ее сердце зачастило.

- Боже мой, Энди. Что ты здесь делаешь?

Он фыркнул и выпрямил ноги. Он выглядел ужасно. Неопрятно. Незнакомо. Ему нужно было побриться.

- Раньше я тут жил, - сказал он.

Она прислонилась к столу и скрестила руки, стараясь прийти в себя.

- Правильно - ты тут жил раньше. И я не в восторге, что ты тут появился без предупреждения.

Он рассмеялся.

- Почему же нет? Боишься, что я могу прервать твои внеклассные занятия?

Она почувствовала, как начинает гореть ее лицо.

- Ты вторгся ко мне только за тем, чтобы меня оскорбить?

- Ой, да ладно, Джулия. Ты же не думаешь, что я не знаю о твоем нездоровом маленьком свидании прошлой ночью с вульгарным дайком - ни больше, ни меньше, как в Плазе? Не по ней честь, ты бы так не сказала?

Она была слишком шокирована и раздражена мыслью, что он был здесь, чтобы излить свое презрение Эван.

- Я отказываюсь поддаваться на твои подстрекательства, Энди. Представить себе не могу, чего ты пытаешься добиться этим грубым поведением.

- Да неужели? - он наклонился вперед и взял хрустальный стакан, наполовину заполненный янтарной жидкостью. Вероятно, виски. При других обстоятельствах ей бы пришло в голову побеспокоиться, что он пьет так рано. - Слишком приземленно для тебя, дорогая? И я тут подумал, может, у тебя появился вкус на отбросы - по крайней мере, что касается твоих постельных дел.

Она опустила руки.

- Думаю тебе нужно уйти, прямо сейчас.

- О нет - не до тех пор, пока мы не проясним несколько вещей.

- Мне больше нечего с тобой обсуждать, Энди, - она отвернулась и направилась к двери. - Ты можешь уйти сам, но, пожалуйста, оставь ключ. Тебе он больше не понадобится.

Он встал.

- Не так быстро, Джулия. Ты все еще моя жена.

Она повернулась к нему лицом. - Ты выбрал довольно странное время, чтобы напомнить об этом.

Он шагнул к ней.

- В отличие от тебя, я никогда об этом не забывал. У нас было соглашение - и ты будешь его придерживаться.

- Я его придерживалась - даже когда ты унижал меня и всех в нашем окружении своей бесстыдной связью с Марго Шеридан.

Он засмеялся.

- Мне полагается впечатлиться этим проявлением добродетели? Или ты просто все еще злишься, что я оттрахал ее первым?

Она занесла руку, чтобы ударить его, но он схватил ее за запястье.

- Отпусти меня, - прошипела она.

Он сжал крепче.

- Джулия, до тебя что, не доходит? Я не позволю тебе уйти - не сейчас. Не до тех пор, пока кампания будет завершена.

- Да пошел ты - и твои эгоистичные амбиции! - она выдернула руку и отступила от него. - Убирайся, Энди. Все кончено. Между нами все кончено! В понедельник утром я встречаюсь с моим адвокатом, чтобы подать на развод. И, честно говоря, меня больше не заботит, как ты управишься с заголовками новостей.

Джулия видела, как он изо всех сил пытался сдержаться. Он помолчал. Затем медленно засунул руку в карман пиджака, вытащил медный ключ и положил его на край стола.

- Маркусу не понравится это, Джулия, - его голос потускнел. - Нам нужно помириться.

- Маркус может отправляться ко всем чертям.

- Это ошибка. Я буду не в состоянии проконтролировать результат, если ты настоишь на этом.

Она качнула головой.

- Все кончено, Энди. Я тебе больше не нужна.

Он встретился с ней глазами.

- В этом ты не права.

Она вздохнула.

- Прекрасно. Ты мне больше не нужен. Мне это не нужно, Энди - и я не хочу этого.

Он стал, сжимая кулаки, пока они вглядывались друг в друга. Затем он расправил плечи и направился к двери.

- Прощай, Джулия.

Она как вкопанная стояла на месте и слушала звук его удаляющихся шагов. Она услышала, как входная дверь ее апартаментов открылась и закрылась, она позволила себя опуститься в кресло и затем задрожала.

ГЛАВА 27

В воскресенье утром Джулия позвонила Эван, чтобы рассказать ей о тревожной встрече с Энди.

Эван не верила своим ушам и более чем слегка разозлилась на такой поворот событий.

- Почему ты так долго тянула, чтобы позвонить мне? - спросила она.

Сначала на линии был слышен шум помех - затем Джулия вздохнула.

- Потому что мне нужно было время, чтобы самой все обдумать - без каких-либо фильтров.

- А я он самый? Фильтр? - она знала, что это мелочный вопрос, но ничего не могла с собой поделать.

- Прекрати, Эван. Ты знаешь, что я имею в виду.

- Нет. Не уверена, что на самом деле знаю, что ты имеешь в виду. Это не игрушки, Джулия - эти люди играют по-крупному. Мой 'фильтр' может быть всего лишь единственной вещью, которая сохранит тебя от того, что ты станешь следующим несчастным случаем в этой болезненной маленькой драме.

Повисла еще одна пауза.

- Думаю, ты слишком остро реагируешь. Да, Энди был... расстроен - но он никогда мне не навредит.

Эван молча, сосчитала до пяти, прежде чем снова позволить себе заговорить.

- Милая, думаю, ты недооцениваешь 'фактор Маркуса'.

- Нет. У меня нет иллюзий, на что может быть способен этот человек.

И снова возникла мертвая тишина.

- Тогда я спрошу еще раз: почему ты так долго тянула, чтобы сообщить мне об

этом?

- Я рассказываю тебе сейчас.

- Двадцать четыре часа спустя?

- Эван...

- Я серьезно, Джулия. Один день может быть целой жизнью, когда ты имеешь дело с таким мешком дерьма, как Маркус.

- Я даже не знаю, как реагировать на подобный комментарий.

- Ну, я тоже не знаю - и вот почему нам надо использовать каждую секунду.

Джулия выдохнула.

- Хорошо. И что ты думаешь, нам нужно делать?

Эван немного расслабилась. По крайней мере, она сказала - мы. Это должно было быть хорошим знаком.

- Дай мне тут кое-что подготовить - и я тебе перезвоню. Она подумала еще. - Где ты проведешь остаток дня?

- Собираюсь поехать в офис на несколько часов - если ты вспомнишь, я не слишком много поработала в пятницу.

Эван почувствовала, как ее лицо запылало. Она была рада, что Джулия не могла ее видеть.

- Правильно. Хорошая идея. Поезжай в офис и оставайся там, пока не услышишь от меня новостей.

- Хорошо.

- Джулия?

- Да?

- Я серьезно. Оставайся там, пока я не проявлюсь.

Она вздохнула.

- Хорошо - но, пожалуйста, ты успокоишься? Твой тон меня пугает больше, чем любое предположение о том, что может сделать Маркус.

Эван вздохнула. Истина была в том, что ей нужно было, чтобы Джулия боялась. Но ей также нужно было, чтобы она была сообразительной - и осторожной.

- Мне нужно, чтобы ты мне доверяла, - сказала она вместо этого.

- Я доверяю тебе.

- Тогда не вижу никаких проблем.

Джулия рассмеялась, уступив Эван.

- Думаю, нет. Позвони мне позже.

Она повесила трубку.

Господи. И что теперь?

Она открыла ящик стола и достала расписание поездов. Поезд Стиви в Олбани отправлялся в 14-35. Она могла бы успеть на трехчасовой на Вашингтон, чтобы быть в офисе Маркуса на М Стрит уже в пять. Она знала, что он будет там. У этого мешка с дерьмом нет никакой жизни - и он всегда находил других головорезов, которые делали за него всю грязную работу.

Она покачала головой.

- Я должна купить акции этой гребаной железной дороги.

Эван засунула расписание обратно в ящик стола и закрыла его.

Она посмотрела в сторону двери, чтобы быть уверенной, что Стиви наверху болтает по телефону. Она подождала, пока не услышала ее приглушенный смех, потом подошла к книжному шкафу и взяла маленькую керамическую кружку. Она была кособокой и была небрежно расписана бандитскими символами яркими, основными цветами – «ремесленный проект», который она однажды сделала много лет назад, когда дед заставил ее поехать в один из тех бездарных молодежных христианских летних лагерей. Единственная причина, по которой этот 'дизайн' сошел ей с рук, заключалась в чертовой невежественности монахинь, но она вспомнила, что Тим, который вместе с ней был тогда в лагере, только покачал головой и сказал ей, что она напрашивалась на взбучку.

Не так много изменилось с тех дней.

Она взяла из кружки маленький латунный ключ, пошла назад к своему столу и отперла большой нижний ящик. Под пачкой толстых папок стояла деревянная коробка, в котором хранился ее пистолет. Патроны к нему она держала в коробке на верхней полке чулана.

Она не стреляла из него в течение двух лет, с того времени, как провела выходные с несколькими парнями из Квантико. Она надеялась, что все еще могла стрелять прямо.

Она вытащила коробку из ящика и открыла ее.

Но Глок обладал одной особенностью - он был очень снисходителен к выстрелам дрожащей рукой.

А это был тот вид страховки, который ей нужен был прямо сейчас.

ГЛАВА 28

Маркус терял терпение. Он ненавидел повторяться, а было ясно, что этот разговор быстро идет в никуда. Он уже принял решение - а он никогда не изменял своего мнения. Никогда.

Он постарался снова пояснить свою позицию.

- Я уже сказал тебе, что не могу ничего из этого отменить. Все сдвинулось до того, как бывшая первая леди привела свою подругу в Плаза. Звонить мне по этому поводу сейчас бессмысленно - и опасно. Советую тебе больше этого не делать.

Он уже было собирался повесить трубку.

- Не смей бросать трубку, ты, чертов ублюдок! Ты тот, кто втянул меня в этот бардак в первую очередь.

Голос на том конце линии был полон отчаяния - он обнаружил, что отчасти это его позабавило. Тем более, что в истерику впал тот человек, кто был знаменит своей образцовой 'сдержанностью'.

- Ты мне угрожаешь?

- Ты чертовски прав, я тебе угрожаю! Я хочу знать, что, твою мать, ты намереваешься сделать, чтобы предотвратить эту катастрофу?

Он выдохнул.

- Не моя проблема. Эта свора дерущихся собак, как оказалось, принадлежит тебе - не мне.

- Это точно? Ты, кажется, забыл, что если я буду тонуть, ты утонешь со мной.

- Позволю себе не согласиться, - он кинул взгляд на свои часы. Слишком много времени уже было потрачено на этот разговор. У него были планы, которые нужно пустить в ход. Потребуются титанические усилия, чтобы устранить последствия всей этой неразберихи. Ему, может быть, даже придется нанять дополнительный персонал. - Позволь мне напомнить тебе, что весь этот маленький сценарий был твоим предприятием - не моим. Твои финансовые ресурсы заставили мячик покатиться. Или у тебя память отшибло?

На какой-то момент на том конце провода воцарилась тишина.

- Нет. Я не забыла. У меня на руках все эти мерзкие платежные документы, как ласковые напоминания. Они должно быть отличным чтивом для большого жюри - не так ли?

Он был невозмутим.

- Не знаю, что ты ждешь, чтобы я сделал. В этой ситуации, похоже, тебе лучше поможет консультация с твоим 'другом', мистером Немо.

- Черт бы все побрал - я говорила тебе, что должно произойти. Ты просто меня не слушаешь.

- Неправда. Я слышал тебя отлично. Я просто не заинтересован - или не в состоянии помочь тебе.

- Господи, Маркус. Говорю тебе, что этот беспорядок выходит из-под контроля. Ты должен остановить его, до того как он разрастется дальше!

Он вздохнул.

- Единственная вещь, которую я остановлю, это данный разговор. Не звони мне с этим снова.

Он положил трубку и сидел, секунду держа на ней руку - затем откинулся назад на стуле и сложил свои длинные пальцы вместе.

Так или иначе, завтрашние заголовки обещают быть очень интересными.

Телефон на его столе зазвенел. Маркус наклонился вперед и нажал кнопку громкой связи.

- Да?

- Здесь Эван Рид. Она хочет вас увидеть.

Он покачал головой. Ну, конечно же, она десь.

- Впусти ее.

ГЛАВА 29

Марго делала целенаправленные усилия, чтобы не запаниковать. Она отказалась паниковать, потому что Энди был чертовски напуган - а они не могли оба не контролировать себя. Слишком много было поставлено на карту. Все, над чем она работала со смерти Тома, начинало распутываться с молниеносной скоростью.

Если завтра Джулия встретится со своим адвокатом, это будет погребальным звоном президентских устремлений Энди. Определенно, однажды сенсационные подробности их 'интрижки' станут достоянием общественности, руководство партии запустит корректирующию программку, которая поведет в противоположном направлении. Не из-за его неверности, конечно. Американская публика заскучала и сейчас довольно пресыщена, так что к 'знаменитостям' уже не применить эти сокровенные семейные ценности. И вот к чему сводилась вся национальная политика в наши дни - к известности. У кого она есть, а у кого ее нет. В современном снующем мире концентрация внимания была сродни дешевым жвачкам, которые теряли свой аромат после первых двух минут жевания. А президентские компании выигрывались и проигрывались на обложках журнала Пипл, а не на передовицах Вашингтон Пост.

Так что это не зависший, грязный развод, который полностью затормозит потенциального кандидата Энди. Нет, развод был тем, что неминуемо приведет к его связи с арабкой.

Конечно, она не была арабкой - но это было не важно. Она была из Пакистана - а это, когда речь идет о служебном положении и досье, которое интересовало американцев, означало виновность по умолчанию.

Она фыркнула. Средний 'американец', вероятно, не смог бы отыскать Пакистан на карте, при условии, конечно, что они даже знали, где искать саму карту.

Это не имело значения. Ее случайные отношения с двумя подозреваемыми 'террористами' уже достаточны сами по себе, чтобы свести на нет любые попытки Энди усесться в государственном кабинете. Это была та самая «оседающая пыль», которую Эван Рид вынесла бы на свет - а не то, что относилось к преждевременной смерти ее мужа или к ее собственной сексуальной связи с обоими Таунсендами.

Поправка. Эван Рид никогда бы ничего не обнародовала о развлечениях Марго со святой Джулией.

Но смерть Тома... что-то насчет этого все еще терзало ее внутри. Она уже давно подозревала, что далеко не несчастный случай произошел в тот день на склонах Аспена. Но, несмотря на то, что она много раз давала Энди возможность рассказать правду, он продолжал все отрицать. В любом случае, самая пакость заключалась в том, что ей на самом деле было на это наплевать. В конечном итоге, Том оказался ужасным разочарованием, как для нее, так и для ее работодателя. Он растратил потенциал, который заработал ранее, и обналичил его в единственной попытке политического успеха, чтобы примкнуть к группе никудышных Гринписовских адвокатов-стервятников. Это было жалкое зрелище.

А Энди? Теперь он был другим: умным и подкованным, с оттенком достаточных амбиций, чтобы сделать его податливым. Но существовала одна проблема. Энди ей лгал. Она была в этом уверена. А если он лгал ей о Томе - не было никакой возможности предсказать, о чем еще он может ей лгать. И эта неопределенность делала его опасным. Это означало, что она не могла его контролировать - а если она не могла его контролировать, то она не могла на него рассчитывать. Он стал обузой - и для нее, и для парней из Лахора.

Так же, как Эван Рид.

И Джулия.

Маркус был прав насчет Джулии. Пока Энди оставался завязан на его извращенные отношения с ней по типу ‘привет-пока’, он будет бесполезен для них обоих. От чего-то нужно было избавляться. Она знала, что Энди был близок к срыву - она не сумела успокоить его, когда он позвонил ей утром с Манхеттена. Он нес чушь и был испуган. Он рисовался, и она ему не доверяла. Она знала, что если она не вмешается и не разберется со всем в самом скором времени, спасать будет уже нечего. Она могла бы также упаковать свои сумки, и вернуться к безвестной жизни в Пенджабе.

С нее довольно. Она взяла в руки свой мобильный телефон и нажала клавиши для быстрого набора для ‘JetBlue’ (57).

К черту Маркуса.

Пора было взять дело в свои руки.

ГЛАВА 30

Ну и где же она, мать ее?

Он еще раз взглянул на подсвеченный циферблат часов. Они показывали, что сейчас было больше 10 вечера.

Я не могу продолжать сидеть здесь - рано или поздно, мне нужно будет отсюда убраться и двинуться дальше.

Прошло адски много времени - вполне достаточно, чтобы ощутить приступ клаустрофобии. Фактически, кладовка в апартаментах Джулии была больше, чем в большинстве нью- йоркских квартир в домах без лифта. Но она все равно была маленькой и темной - а это было единственное место, в которое она не заглянет, когда вернется домой откуда бы, черт подери, она ни возвращалась.

Он снова взглянул на часы.

Господи.

Было трудно не истерить. И трудно держать потными ладонями этот проклятый пистолет. Он был огромным. И это было сюрпризом. Предполагалось, что это ублюдочное оружие будет стрелять тихо и чисто. Вся история.

Он заплатил за это дополнительно. Хорошо заплатил.

Выстрели - и выбрось его. Таким путем все и работало. Пусть они думают, что ограбление пошло из рук вон плохо

Это не должно вызвать затруднений.

За последние два месяца в этих высотках Голд Коаст произошла масса взломов. Это поможет. Даже копы посчитают, что это работа кого-то изнутри, кто знаком с домом.

Ну. Они будут правы насчет этого, ведь так?

Внезапно тишину в квартире нарушил звук открывающейся и закрывающейся входной двери.

Свет. Камера. Мотор.

Эта маленькая мыльная опера подходит к концу.

С фейерверком.

***

Было за 10 вечера, когда она, наконец-то, отперла дверь и вошла внутрь темной квартиры. Она не видела причин включать хоть какой-нибудь свет - она знала, что направится прямиком в спальню.

Эмоционально она была опустошена.

Это был такой день, когда радуешься, что он закончился. Он был полон беспокойства от вчерашнего нежданного и тревожного появления здесь Энди, и последовавшими, казалось, бесконечными спорами о том, что и как она могла бы сделать в ответ.

Они спорили целый час о ее праве вернуться сюда на ночь. Это было смехотворно. Она была взрослым человеком с соответствующей подготовкой в нужной области и, конечно, знала, как позаботиться о себе. Ей не нужна нянька, и ей не нужна сиделка.

И ей не нужна компания. Не сегодня вечером.

Это была ее сфера компетенции, и она знала лучше, чем кто-либо, как с этим управиться.

Она вошла в спальню и сбросила туфли. Она не стала терять время понапрасну, чтобы раздеться, но подошла к кровати и откинула покрывало. Прямо сейчас ничего не имело для нее значения, кроме того, что она здесь - и одна.

Это будет длинная ночь.

***

Двадцатью минутами позже, ему показалось вполне безопасным выйти из шкафа и направиться в сторону спальни.

Тишина в квартире была самой худшей проблемой. Но мраморный пол был очень подходящей штукой. Так же как и каучуковая подошва ботинок.

Дверь в спальню была открыта.

Замечательно.

Слабый свет с улицы лился из окна в конце коридора. Но это только должно все упростить - меньше вероятности промахнуться.

И легче заглянуть внутрь комнаты. Синий свет от прикроватных часов отбрасывал причудливую огромную тень на стену.

Невозможно было ошибиться в фигуре на кровати.

Время пришло.

Выстрели. Брось пистолет. Прихвати сумку полную украшений и мелких денег, припрятанную в кладовке. Выберись отсюда через черный ход и спустись вниз на служебном лифте - где ждет смена одежды. Выйди на 71-ую Стрит. Доберись на метро до Мидтауна, затем на такси до Гранд Централ.

Что и требовалось доказать.

Проблема решена.

Но важно было подойти на шаг-два к кровати. Нет права на ошибку на этот раз.

Темнота все упростит - не будет зрительного контакта. Никакого шанса передумать.

Но этот проклятый, гребаный, синий свет. Он отвлекал.

Как и тот факт, что фигура на кровати двигалась.

На прикроватном столике зажглась лампа. Было трудно что-либо рассмотреть во внезапной вспышке желтого света.

Но не услышать.

- А ты, мать твою, не особо спешил - я чуть не уснула, пока тебя ждала.

Господи Боже.

Это была Эван Рид.

И она не была одна - в руках она держала чертов пистолет.

И он был нацелен прямо на него.

***

Его глаза, наконец, приспособились к свету. Но его дыхание было таким тяжелым, что он с трудом мог размышлять над вариантами.

Их было огромное множество - и ни один из них не казался обнадеживающим.

Эван Рид выглядела воплощением спокойствия, сидя на кровати Джулии и держа в руках эту огромную пушку.

Она снова заговорила.

- Почему бы тебе не опустить оружие, Энди? Ты не выйдешь отсюда в скором времени. И оно тебе не поможет, если мы оба умрем.

Он решил, что наглость его лучший друг. Способ потянуть немного время, пока он сообразит, что делать дальше. Он крепче сжал пистолет.

- Ты не выстрелишь в меня, у тебя кишка тонка.

- Неужели? - она отвела назад затвор своего пистолета. Щелчок был оглушительным. - Не соглашусь с тобой.

Он пытался оставаться спокойным. Это было не просто. Ему хотелось сбежать.

- Ты трусиха, Рид. Я не куплюсь на это.

- Думай, что хочешь, - она пожала плечами. - Эта штука полуавтоматическая. Что означает, что прямо сейчас моя хреновина намного больше твоей. Я могу превратить твою опрятную задницу в дорогостоящий кусок швейцарского сыра до того, как ты сможешь сделать хоть один выстрел. И поверь мне - я смогу это сделать и заснуть сегодня сном младенца.

- Пошла ты.

- Дзинь! Неправильный ответ, сенатор. Хочешь попробовать еще раз?

- Ты блефуешь, Рид.

Она вздохнула.

- Почему бы тебе не бросить оружие и не присесть, Энди. Это у тебя кишка тонка для этого.

Он не двигался с места.

Но он знал, что у нее есть своя ахиллесова пята.

- Она не останется с тобой - она ни с кем надолго не остается. Спроси у меня. Спроси у Майи.

На долю секунды он увидел, как она дрогнула. Это был правильный подход - это могло вынудить ее ослабить бдительность и поколебать ее уверенность. А это все, что ему было нужно - возможность. Всего одна. Он должен продолжать с ней говорить.

- Признай это, Рид - она тебя поимела, также как и нас. Она использует тебя. Вот почему ты здесь сейчас. Ты марионетка - простак. Ты мало что значишь - как и я. Как только я уберусь с ее пути - ты ей будешь больше не нужна.

Эван сидела, уставившись на него. Ее лицо ничего не выражало, но он мог бы сказать, что она закипала. Он кожей ощущал, как невидимый образ Джулии встал между ними, до предела накалив атмосферу в комнате.

- Ну поскольку ты в настроении поболтать, - она, наконец, очнулась, - почему бы тебе не просветить меня насчет того, кто доказал свою незначительность? Что в действительности случилось с Томом Шериданом?

Он рассмеялся.

- Ты что шутишь? И об этом ты хочешь сейчас поговорить?

- Почему нет? Телевидения здесь не замечаю...

Он пожал плечами. Ему нечего было терять в данный момент.

- Том был помехой.

- Означает ли это, что он узнал про вас с Марго.

Он кивнул.

- Поэтому ты его убил и сделал так, чтобы все было похоже на несчастный случай.

Он фыркнул.

- У тебя это звучит как сюжет слезливой мелодрамы. Не так все было просто. Том был пьяницей и шутом - он убедил меня поехать с ним в тот день вопреки моему здравому смыслу. Не важно, во что ты поверишь, Рид, я не хотел причинить ему вред. Но как только мы остались одни на склонах, он наехал на меня по поводу Марго. Он был в стельку пьян - и он мне угрожал. Он сказал, что уничтожит меня и мои шансы на выборы в сенат.

- Так ты уже был в сговоре с Маркусом?

Он рассмеялся.

- Сговор? Ты читаешь слишком много дешевых книжонок.

Она не ответила. Но и не опустила пистолет.

- Да - я уже нанял Маркуса, чтобы он помог мне продвинуть мою карьеру. Почему бы и нет?

Эван промолчала.

- Я пытался успокоить Тома - но он продолжал заводиться. Все обострилось, и, наконец, он на меня замахнулся. Я ударил его в ответ - и тогда он действительно впал в ярость, - он помолчал. - У меня не было выбора - я защищался.

- Ты убил его.

- Это была самооборона.

- Если это была 'самооборона', тогда зачем так тщательно заметать следы?

Он горько хохотнул.

- Ты серьезно? Я думал, все, что связано с кандидатами на участие в выборах - смысл твоего чертова существования.

- Прекрасно. Так ты поменялся с ним лыжами и столкнул его со скалы за пределы трассы. Затем ты спустился на лыжах вниз и затаился на три дня - по прошествии которых ты смог спокойно подойти и утешить его горюющую вдову.

- Более-менее.

- И у тебя под рукой был Маркус, чтобы все утрясти.

- Без комментариев.

Настала ее очередь рассмеяться.

- А комментарии и не нужны. Уверена, что не случайно неделей позже ты объявил свою кандидатуру на место Арта Якобсена в сенате.

- А я тебе нужен для этого разговора, Рид?

Она кивнула.

- Расскажи мне о мистере Немо.

Он был ошеломлен. Как, черт возьми, она об этом узнала?

- Немо?

- Ага. 'Немо'. Имя, под которым ты арендовал грузовик в Лондоне, который должен был убить Джулию. Имя, под которым ты купил лыжи К2, чтобы заменить старые. Имя, под которым, вероятно, ты купил оружие, что сейчас у тебя в руке. Ну, ты в курсе. Немо. Так звали твоего любимого пса.

Он почувствовал, что его начала бить дрожь.

- Черт тебя подери! Ты ничего из этого не сможешь доказать.

Она рассмеялась.

- В этом-то и вся прелесть, Сенатор. Мне ничего не нужно доказывать - мне просто достаточно взять телефонную трубку и набрать номер Шона Хэннити. Он слюной изойдет, чтобы заполучить такую историю, как эта. Как ты сказал - кандидаты в президенты это моя специализация - и я чертовски хороша в этой работе.

- Ты, чертова сука.

Она кивнула.

- Да, это я.

Его сердце так сильно колотилось в груди, что он мог его слышать. В ушах шумело. Его рука запотела до такой степени, что он подумал, что может выронить этот проклятый пистолет. Он поднял руку и стиснул его посильнее в отчаянной попытке снова взять ситуацию под контроль.

Когда раздались выстрелы, казалось, что время замерло. Он смутно осознавал, что Эван Рид резко упала вперед на кровать.

Поток крови устремился на пол.

Последней мыслью, прежде чем он упал, было осознание того, что кровь эта была его собственной.

***

Марго стояла в дверях позади неподвижного тела Энди.

Эван едва цеплялась за сознание.

Одна из пуль прошла сквозь Энди и ударила ее в плечо. Кровища текла как хрен-знает-что. Она схватила маленькую диванную подушку и прижала к ране, все еще держа пистолет в руке.

Марго взглянула на нее без эмоций на лице.

- Тебе это уже не нужно, - она махнула рукой в сторону пистолета Эван.

- Да? Прошу прощенья, если не поверю тебе на слово.

Марго рассмеялась.

- Поверь, я уже позаботилась о единственном деле, которое у меня было припасено на вечер.

У Эван началась кружиться голова. Она боролась с собой, чтобы держаться

прямо.

- Ты ожидаешь, что я поверю в это? Почему ты грохнула свою чертову золотую курицу?

Марго опустила взгляд на тело Энди.

- Он лгал мне насчет Тома, - она пожала плечами. - Он облажался и запаниковал. Затем он попытался убить Джулию, - она встретилась глазами с Эван. - Он был мерзавцем. А мы не можем работать таким образом. Мы не можем себе этого позволить.

Эван начало трясти.

- Кто это, черт возьми, мы?

Марго качнула головой.

- Эти 'мы' только что спасли твою задницу. Дареному коню в зубы не смотрят, Рид, - она опустила свой револьвер. - Теперь, если ты меня извинишь, мы надо успеть на самолет.

Она повернулась, чтобы выйти из комнаты.

- Подожди одну проклятую минуту, - Эван почти теряла сознание - она чувствовала, что скоро это произойдет окончательно. Она попыталась свесить ноги с кровати, чтобы встать - но все стало только хуже. Ее накрыла сильная волна тошноты.

Когда она снова смогла поднять голову, Марго уже не было.

Мать твою.

Затем она услышала громкую драку в коридоре, за спальней. Грохот, звук разбитого стекла, за которым последовала пара глухих ударов. Потом опять наступила тишина.

- Господи, а сейчас-то что?

Ей едва удалось встать на ноги. Диванная подушка, закрывающая ее плечо, пропиталась кровью - она текла по ее руке вниз и начала капать на пол.

Она сделала пару нетвердых шагов к двери и уткнулась в Бена Раша.

Он тяжело дышал. Он замер и осмотрел ее с ног до головы. Потом он увидел тело Энди на полу. Он встретился с ней глазами.

- Господи, Рид. Выглядишь дерьмово. Какого черта здесь происходит?

- Где Марго? - спросила она почти шепотом.

Бен ткнул пальцем в сторону коридора.

- Там - остывает. Она никуда не отправится в ближайшее время.

- Господи, Бен, ты ее грохнул?

- Мать твою, нет - только слегка осадил ее задницу, - он потер подбородок. - Позволь заметить, что у сучки хороший удар.

Эван попятилась назад к кровати и села.

- Какого черта ты здесь делаешь, Бен? - он пожал плечами. - Дэн мне позвонил.

- Дэн?

- Ага. Он сказал мне следить за твоей задницей - видимо он ожидал, что может произойти что-то в этом духе.

Дэн ему позвонил? Он поверил ей?

Господи. Вот тебе на, блин!

Эван почувствовала, что ее сейчас стошнит. Ей была необходима медицинская помощь.

Но была вещь, о которой следовало бы позаботиться в первую очередь.

- Ты должен ее отпустить.

- Кого? - Бен выглядел смущенным.

- Марго. Ты должен ее растолкать и выпроводить отсюда.

- Ты что, чокнулась? Как ты собираешься это объяснить? Он махнул рукой в сторону неподвижного тела Энди.

- Я не намерена объяснять. Дай Марго убраться отсюда и позвони Маркусу.

- Маркусу? Маркусу Г олдману?

- Ты меня слышал.

- Какого черта я должен это делать?

- Потому что это все его беспорядок - и у этого скользкого ублюдка есть скоростной очиститель, и он готов все утрясти.

Бен стоял, обдумывая это. Он все еще сомневался.

- Ты уверена?

Она кивнула.

- Единственный 'плохой парень' в этой драме лежит прямо на полу. Не выйдет ничего хорошего, если передать Марго в руки копов - у нее дипломатический иммунитет. Поверь мне. Приведи ее в себя, и сделай один звонок. Маркус в Нью-Йорке в офисе Джулии, он ждет от меня новостей.

Бен посмотрел на нее, как будто у нее выросло две головы.

- Издеваешься? Вы спланировали всю эту гребанную шумную вечеринку вместе?

Она одарила его слабой улыбкой.

- Хочешь поймать рыбу - научись думать, как рыба.

Она опустила взгляд и посмотрела на тело Энди, ее улыбка погасла. Обратной стороной этой теории было то, что ты обычно заканчивал тем, что тоже пах, как рыба. Он покачал головой. - Будь я проклят.

Он повернулся к коридору, где все еще без сознания валялась Марго.

- И, Бен?

Он обернулся на нее.

- Скажи Маркусу, что мне нужна чертова скорая.

Затем она потеряла сознание - сразу же после того, как ее вывернуло на глянцевый мраморный пол Джулии.

ЭПИЛОГ

Десятью днями спустя, Эван все еще оставалась дома, оправлялась от ранения в плечо.

Джулия пробыла рядом с ней оба дня, пока она лежала в больнице, а затем поехала с ней в Чаддс-Форд. Она вернулась в апартаменты на Мэдисон авеню только затем, чтобы взять немного одежды и туалетные принадлежности. Сразу же после того, как она узнала о смерти Энди, она объявила, что никогда не вернется туда жить. Она оставила своим родителям решать, что они хотят делать с этой лакомой, но теперь уже печально известной, собственностью.

Эван не сомневалась в твердости этого завления - она была уже хорошо знакома с решимостью Джулии, что стальным стержнем шла сквозь ее характер.

Как и ожидалось, СМИ набросились на шокирующие новости о смерти от шальной пули сенатора Таунсенда, которая настигла его во время попытки ограбления в квартире его жены на Манхэттане. Но в течение недели новостная лихорадка начала спадать. История уже исчезла с видной верхней части передовиц и переместилась на внутренние страницы основных национальных изданий.

Быстрее всего потеряло интерес телевидение. Поскольку подозреваемый в стрельбе так и не был задержан, то нельзя было привлечь зрителя в прайм-тайм публичным появлением ‘знаменитого преступника’, и, благодаря Маркусу, напрочь отсутствовали жуткие или непристойные детали происшествия.

Освещение в интернете, за исключением нескольких идиотских чатов, которые с жарким пылом выслеживали последние правительственные заговоры, тоже сошло на нет. Хотя Эван пришлось отдать должное нескольким наиболее плодовитым радикалам: в этот раз они были ближе всего к правде, чем могли себе это представить.

Однако Маркус отлично сделал свою работу. На взгляд стороннего наблюдателя преждевременная смерть сенатора Таунсенда даже дала возможность партии сделать политический ход, назойливо продвигая свою повестку дня, чтобы наложить строгие ограничения на регулирование оружием. Это снова подожгло яростные споры по стране о контроле за оружием, и обе стороны влили в рекламные кампании миллионы новых долларов. Независимо от того, с какой стороны подойти ко второй поправке, торговля оружием была крупным бизнесом, и много людей заработало на пустой болтовне, что питала обсуждения.

Так уж получилось, что, в конце концов, Энди удалось сохранить свой статус рекламного мальчика. Даже после смерти он оставался горячим товаром, который обеспечивал дивиденды особо влиятельным кругам.

К облегчению Джулии его похороны прошли в приватной обстановке - быстро и тихо, в Делавере, без каких-либо представителей прессы.

С этим Маркус тоже разобрался.

А сейчас? Сейчас просто потребуется столько времени, сколько уходит на то, чтобы такие события полностью исчезли из памяти нации.

Она покачала головой. Около пяти минут - вот сколько бы понадобилось. Стоило только разразиться очередному скандалу и оттянуть внимание на себя. Средства массовой информации ненавидели пустоту даже сильнее, чем Матушка Природа.

Она услышала, как внутри дома загремела упавшая на пол, вероятно, крышка кастрюли - а за этим последовало приглушенное, но отлично различимое ругательство. Джулия возилась на кухне - и можно было только догадываться, какая мало опознаваемая еда появится на столе.

Эван вздохнула и посмотрела на пастбище. Ей нравилось, что Джулия находилась здесь - но она знала, что эта идиллическая передышка, которой они наслаждались, не будет длиться вечно. Прямо сейчас они походили на жуков в янтаре - застывших в текущем моменте. Но довольно скоро к ним вторгнется реальная жизнь. Джулия должна будет принять решение - так же как и Эван.

Они не обсуждали свое будущее. Со своей стороны Эван только начинала привыкать к мысли, что у них это будущее может быть. На данный момент этого было вполне достаточно. С остальным они со временем разберутся.

Она поерзала на стуле и посмотрела на пару коров, неторопливо бредущих к ручью, что делил пополам ее владения. Они двигались так, как будто в их распоряжении было все время мира.

Пустоты. Это было невероятно. Тем или иным способом, прорехи в ее жизни заполнились.

И было невозможно предсказать, кто, в конечном итоге, будет разгребать последствия.

***

В двенадцати тысячах метрах над Чаддс-Форд, тот, кому пришлось разгребать последствия, заказал еще один «Грязный Мартини».

Неприятности Таунсенда стали адски сложным делом. Но все болтающиеся концы были завязаны в узелок, и он был на пути в Брюссель. Посланник США в НАТО проявил самоуправство и выступил с некоторыми несвоевременным публичными замечаниями по поводу одной из инициатив администрации по Ближнему Востоку - опять. И Маркуса отправили – «обсудить», насколько мудрой была эта корректировка его точки зрения.

Но сначала он насладится заслуженной неделей отдыха в Париже.

Ему было не свойственно брать отпуск - но произошедшее едва ли можно было назвать – «нормальными» обстоятельствами. Ни одно из событий, ведущих к нейтрализации Таунсенда, не пошло по намеченному плану. У слишком многих игроков имелось в голове чересчур много идей, как это должно пройти - и ни один из них, казалось, палец о палец не ударил, чтобы приложить усилия и предотвратить пагубные последствия.

Эван Рид, в частности, вела себя, как слон в посудной лавке.

Нет, размышлял он, это не было каким-то отклонением в поведении. Она была капризной и беспокойной даже в ее лучшие дни, и предугадать поступки Эван было невозможно. Это делало ее любовную связь с Джулией Донн еще любопытнее. В тот самый злополучный день Маркус был обескуражен, когда увидел, как непробиваемый внешний фасад безразличия Донн разбился вдребезги, словно дешевое лобовое стекло автомобиля. И это произошло не когда он рассказал ей о смерти Энди, а когда она узнала, что Эван Рид с огнестрельным ранением в бессознательном состоянии была доставлена на скорой в госпиталь Маунт Синай. Ему было крайне тяжело сдерживать ее до того момента, пока не прибыла машина, чтобы отвезти ее туда.

Он покачал головой и сделал глоток.

Две идиотки - поддались своим лихорадочным похотливым позывам.

Ему пришлось на полпути изменить маршрут и перевести тело Энди в Синай - поэтому присутствие там Джулии имело смысл, как только история о – «взломе» поразила новостные ленты.

К счастью, основные СМИ уже относились к жене Таунсенда как к затворнице. Поэтому ее нежелание появляться на публике в последующие дни после смерти ее мужа в перестрелке, казалось всего лишь логичным поведением.

Дэном Коэном было управлять также трудно. Это маленький трюк, который они проделали вместе с Беном Рашем, чуть все не разрушил. Если бы Рид не находилась в сознании, когда напортачил этот толстый сыщик, Марго была бы сейчас в руках федералов - а он на пути в Париж с большим количеством дерьмого багажа в грузовом отсеке.

На его счастье, Бен Раш оказался 'разумным' человеком, и 25.000$ наличными обеспечили огромное количество дешевого джина - и молчание.

Ну, а что касается Эван Рид? Ему не пришлось о ней беспокоиться. У них была договоренность - и она получила то, что хотела. Учитывая все обстоятельства, его соглашение с ней было наименее дорогой частью процесса зачистки. Она и ее ‘вознаграждение’ были там прямо сейчас, скрываясь от СМИ посреди полей и коровьего дерьма, которые она называет домом.

Он осушил свой стакан.

Глупая дура. И недальновидная. Это не продлится долго. Но это была не его проблема.

Больше не его.

Самолет тряхнуло, и он клюнул носом вниз, когда попал в полосу турбулентности. Маркус с трудом удержал стакан, чтобы напиток не перелился через край.

Женщина в соседнем кресле потянулась и открыла глаза.

- Где мы? - спросила она, потягиваясь. Ее голос был хриплым от сна.

В салоне первого класса было преимущественно темно, но он мог видеть ее

глаза.

- Где-то над Атлантикой, - ответил он.

- Как долго я спала?

Он взглянул на часы.

- Около часа, - он поднял свой стакан. - Хочешь такого?

Она покачала головой.

- Ненавижу мартини.

- Ты ненавидишь много чего, - напомнил он ей. - Но ты известна тем, что меняешь свое мнение, - он провел длинным пальцем по обнаженной коже ее предплечья. Она не дрогнула.

- Знаешь, мне придется вернуться в Пакистан.

- Придется? - он улыбнулся ей. - С твоим уникальным набором навыков можно работать в любом месте.

Она посмотрела на него без всяких эмоций.

- Я знаю, что это никак полностью не укладывается у тебя в голове, Маркус, но некоторые из нас делают то, что делают, по причинам, превосходящим личные выгоды.

Он рассмеялся.

- Отличная речь. Ее ты собираешься повторить своим друзьям в Лахоре?

Она осталась невозмутимой.

- Я не жалею, что сделала, да и ты тоже.

- Все же - напрашивается вопрос о твоих мотивах, не так ли?

Она пожала плечами, затем вытянула руку и нажала кнопку вызова над своим сидением.

- Может, я выпью мартини, в конце концов.

Он хихикнул.

- Не знаю, кого из них ты думаешь, ты спасала.

Она встретила его взгляд.

- А тебе-то что? Ты получил, что хотел.

Он положил ладонь на ее колено.

- Верно.

Появилась стюардесса и протянула Марго ее напиток. Он решил к ней присоединиться.

Почему бы и нет?

Им необходимо было убить еще 6 часов полета - а когда они доберутся до Парижа, у них будет целая неделя, чтобы разобраться с делами.

Он посмотрел на нее. Она была холодна и равнодушна. Он ей не доверял. И он был вполне уверен, что она его презирает.

У них было много общего.

Он улыбнулся. Он мог бы с этим жить.

-КОНЕЦ-

ПРИМЕЧАНИЯ ПЕРЕВОДЧИКОВ:

(1) Неофициальные названия штата Делавэр: «Первый штат» (первым из 13 колоний ратифицировал Конституцию 7 декабря 1787 г и стал штатом); «Алмазный штат, (за важное стратегическое положение на восточном побережье США); «Штат Синего петуха» (жители штата увлекаются петушиными боями).

(2) Микрофимша, микрофишем, микрокамрта (от микро- и фр.ficher- вбивать, втискивать) — копия плоских оригиналов документа, изготовленная фотографическим способом в виде микроформы на прозрачной форматной фотоплёнке (реже на непрозрачной основе) с последовательным расположением кадров в несколько рядов

(3) Долина Напа (Napa Valley) - известный винодельческий район Калифорнии, расположена в 74 километрах к северо-востоку от Сан-Франциско.

(4) Уотергейтский скандал — политический скандал в США 1972—1974, закончившийся отставкой президента страны Ричарда Никсона. Единственный за историю США случай, когда президент прижизненно досрочно прекратил исполнение обязанностей.

(5) Best Buy — американская компания, владеющая крупной сетью магазинов бытовой электроники и сопутствующих товаров.

(6) Тандыр - восточная керамическая либо глиняная печь.

(7) Джон Эдвардс, Элиотт Спитцер и Марк Фоли - американские политики, замешанные в громких скандалах, вынесенных прессой на суд общественности.

(8) Эмма Уиллард Скул - одна из самых престижных школ для девочек с наличием пансиона и дневной формой обучения. Школа была основана в 1814 году Эммой Уиллард. Она находится в городе Трой, в 3 часах езды от Нью-Йорка и Бостона.

(9) Марк Ротко (Mark Rothko) - американский художник, ведущий представитель абстрактного экспрессионизма, один из создателей живописи цветового поля.

(10) Пакора - индийская закуска из обжаренных во фритюре овощей.

(11) Шаффлборд (англ. shuffleboard) - игра на размеченном столе (Table shuffleboard) или корте (Desk shuffleboard) с использованием киев и шайб, в случае desk shuffleboard, и шайб, которые толкаются рукой, в случае table shuffleboard. Шайба должна остановиться в пределах определённых линий, отмеченных на столе или корте.

(12) Натаниэль Готорн (1804 - 1864) — один из первых и наиболее общепризнанных мастеров американской литературы. Он внёс большой вклад в становление жанра рассказа (новеллы) и обогатил

литературу романтизма введением элементов аллегории и символизма.

(13) Герман Мелвилл (1819 — 1891) — американский писатель и моряк, автор классического романа «Моби Дик».

(14) Пенн (сокращенно) - Пенсильванский университет — частный исследовательский университет США, расположенный в Филадельфии, штат Пенсильвания, входит в элитную Лигу плюща. Основан в 1740 году Бенджамином Франклином.

(15) Конгрегационализм - одно из течений в кальвинизме, возникшее в Англии во 2-й пол. 16 в. и распространившееся затем в США, Ирландии и др. странах.

(16) Уорд Кливер - вымышленный персонаж в американской телевизионном комедии «Leave It to Beaver». Уорд и его жена, Джун, часто использовались в качестве архетипических родителей, живущих в пригороде, во времена бэби- бума 1950-х. В конце каждой серии Уорд делал моральные наставления одному или обоим своим непутевым сыновьям.

(17) Эстер Принн - главная героиня романа Натаниэля Готорна "Алая буква". Она осуждена на пожизненную кару: должна носить на груди знак позора - алую вышитую букву «А» (первая буква английского слова «adulteress» - прелюбодейка).

(18) "Стой рядом с твоим мужчиной" (англ. "Stand by Your Man") - песня, написанная Тэмми Винетт в соавторстве с Билли Шэриллом. Выпущена в США в 1968 году. Оказалась самой успешной записью в карьере Винетт и является одной из самых «перепеваемых» песен в истории кантри музыки.

(19) Femme de glace - (франц.) Снежная королева.

(20) Мата Хари (Mata Hari, настоящее имя — Маргарета Гертруда Зелле (нидерл. Margaretha Geertruida Zelle) — исполнительница экзотических танцев и куртизанка голландского происхождения, которая известна шпионской деятельностью во время Первой мировой войны.

(21) Поттери Барн - известный американский интерьерный магазин.

(22) Бенджамин Маклейн Спок (Benjamin McLane Spock, 1903 - 1998) — известный американский педиатр, чья культовая книга «Ребенок и уход за ним», изданная в 1946, является одним из крупнейших бестселлеров в истории США. Его революционный призыв к родителям был «вы знаете гораздо больше, чем вам кажется». Спок был первым педиатром, изучавшим психоанализ с целью попытки понимания нужд детей в рамках развития семейных

отношений.

(23) Кэрол Крейтон Бёрнетт (Carol Creighton Burnett) — американская актриса, комедиантка и певица, наиболее известная благодаря "Шоу Кэрол Бёрнетт".

(24) "Волшебник страны Оз" - детская книга американского писателя Лаймена Фрэнка Баума, которая вышла в свет в 1900 году. Главная героиней книги является девочка, по имени Дороти.

(25) Ганнибал Лектер (англ. Hannibal Lecter) — вымышленный персонаж, фигурировавший в четырёх романах Томаса Харриса. В романах Харриса и в их экранизациях Лектер — чрезвычайно выдающийся, образованный психиатр и хирург, одновременно чудовищный серийный убийца, практикующий на своих жертвах каннибализм.

(26) Душ Силквуд это очень долгий, горячий душ, принимаемый для дезинфекции и обеззараживания, а также от избавления от запаха, например, от запаха гари.

(27) Гуакамомле (исп. guacamole) — закуска из пюрированной мякоти авокадо.

(28) Ичабод Крейн - вымышленный характер и герой новеллы Вашингтона Ирвинга «Легенда о Сонной Лощине», впервые опубликованной в 1820 году. Как описывается в новелле, Ичабод Крейн - скромный школьный учитель, который путешествовал по Сонной Лощине и обучал местных детей.

(29) Джин Симмонс (Gene Simmons) — американский бас-гитарист,вокалист, актёр и предприниматель. Наиболее известен как один из основателей группы Kiss, выступающий под сценическим псевдонимом The Demon, пуская изо рта искусственную кровь, дыша огнём и высовывая язык.

(30) Дж.Крю Групп - американский мультибрендовый, многоканальный специализированный ретейлер. Компания предлагает широкий ассортимент женской, мужской и детской одежды и аксессуаров. По состоянию на январь 2011 года, она насчитывает 333 розничных магазина по всей территории Соединенных Штатов.

(31) Вера Эллен Вонг (Vera Wang) — американский модельер свадебных платьев, бывшая фигуристка, проживает в Нью-Йорке. Её коллекции стильных и дорогих платьев пользуются успехом у богемной клиентуры.

(32) Дим-сам - китайское блюдо, пельмени из тонкого теста с разнообразнейшей начинкой, готовят на пару в бамбуковых корзиночках.

(33) Джеки О. - Жаклин Ли "Джеки" Бувье Кеннеди Онассис, урождённая Жаклин Бувье, по первому браку Кеннеди, по второму Онассис, широко известная как Джеки — первая леди США с 1961 по 1963 год. Одна из самых популярных женщин своего времени, законодательница моды, красоты и изящества в Америке и Европе, героиня светской хроники.

(34) Джозеф Корбел - чешский дипломат (отец Мадлен Олбрайт и наставник Кондолизы Райс).

(35) Кондолиза (Конди) Райс (англ. Condoleezza Rice; род. 14 ноября 1954, Бирмингем, Алабама) — 66-й Государственный секретарь США (с 26 января 2005 по 20 января 2009), сменила на этом посту Колина Пауэлла. Райс — первая афроамериканка и вторая женщина, после Мадлен Олбрайт, на этом посту.

(36) "Закон и порядок" (англ. Law& Order) — американский процедуральный, полицейский и юридический телесериал, созданный Диком Вулфом

(37) Индульгенция - согласно учению Римско-католической церкви, полный или частичный «выкуп», компенсирующий временное наказание за совершенный грех после его отпущения. Индульгенция может быть получена самим человеком, выполнившим определенные условия, или передана (посредством заупокойных месс) душам, пребывающим в чистилище.

(38) Механизм чистого развития учрежден в рамках статьи 12 Киотского протокола и основывается на том, что развитые страны и страны с переходной экономикой, могут использовать для выполнения своих обязательств по Протоколу "сертифицированные сокращения выбросов", полученные в результате осуществления проектов, направленных на сокращение антропогенных выбросов или увеличение абсорбции парниковых газов.

(39) Джими Хендрикс (1942 - 1970) — американский гитарист-виртуоз, певец и композитор. В 2009 году Журнал Time назвал Хендрикса величайшим гитаристом всех времен. Широко признан как один из наиболее смелых и изобретательных виртуозов в истории рока.

(40) Георг Фридрих Гендель (1685 - 1759) — немецкий и английский композитор эпохи барокко, известный своими операми, ораториями и концертами. В число его наиболее знаменитых произведений входят "Мессия", "Музыка на воде" и "Музыка для королевского фейерверка".

(41) Теодор Роберт «Тед» Банди (1946 - 1989) — американский серийный убийца, известный под прозвищем «нейлоновый убийца». Точное число его жертв неизвестно: оно колеблется в пределах от 26 до более, чем 100, общее количество преступлений — 35. Банди был признан виновным в десятках убийств и казнён на электрическом стуле во Флориде.

(42) Хутерс (Hooters) — торговая марка американской частной ресторанной сети. Само название ресторана в английском языке имеет двоякий смысл: с одной стороны, это сленговое название совы (отсюда и сова на логотипе), с другой — сленговое название женской груди (Сиськи); также данное слово созвучно с американским разговорным термином hooker, что в переводе значит "проститутка". Целевой клиентурой являются мужчины, поэтому основой имиджа ресторана является сексапильность официанток.

(43) Эмили Элизабет Дикинсон (1830 - 1886) — американская поэтесса. Ныне считается одной из важнейших фигур американской и мировой поэзии. Самый читаемый в мире и в своей стране американский поэт всех времён.

(44) «Надежда - штучка с перьями» - стихотворение Эмили Дикинсон.

(45) Ранчо Пондероза (Ponderosa Ranch) - тематический парк по мотивам популярного телевизионного вестерна 1960-х годов Бонанза, где размещались изобильны земли, леса и скота богатой семьи Картрайт. Парк развлечений работал в Incline Village, штат Невада, недалеко от озера Тахо, с 1967 года до 2004 года. Часть последних пятиь сезонов сериала и три телевизионных фильма были сняты в этом месте.

Хосс - один из персонажей Бонанзы.

(46) Ломпок - федеральная тюрьма, расположенная в штате Калифорния

(47) Айвэн Боэски - американский биржевой маклер, известный, благодаря участию в скандале с использованием инсайдерской информации, сотрясшем Уолл-Стрит в середине 80-х годов 20-го века.

(48) Фогги Ботом - комфортабельный район в центре Вашингтона, в котором расположены федеральные ведомства и учебные корпуса университета Джорджа Вашингтона.

(49) "Нежная Ирма" - (англ. Irma la Douce) — кинофильм, снятый в 1963 году американским режиссёром Билли Уайлдером по популярному французскому музыкальному водевилю под тем же названием. Это фарсовая комедия о странностях любви в парижских кварталах красных фонарей.

(50) Эндрю Ньюэлл Уайет ( 1917 - 2009) — американский художник-реалист, один из виднейших представителей изобразительного искусства США XX века. Основная тема работ Уайета — провинциальный быт и американская природа. В основном, на его картинах изображены окрестности его родного города Чаддс- Форд, штат Пенсильвания, и города Кашинг, штат Мэн, где художник жил летом.

(51) Данкин Донатс (Dunkin' Donuts) — международная сеть кондитерских закусочных, одна из сетей компании Dunkin' Brands. Представлена более чем 10 тыс. точками в 32 странах. Знаменита своими пончиками.

(52) Синдром Туретта — генетически обусловленное расстройство центральной нервной системы, которое проявляется в детском возрасте и характеризуется множественными моторными тиками и как минимум одним вокальным или механическим тиком. Ранее синдром Туретта считался редким и странным синдромом, ассоциируемым с выкрикиванием нецензурных слов или социально неуместных и оскорбительных высказываний (копролалия).

(53) Круэлла Де Виль (Cruella De Vil) — главный антагонист диснеевского мультфильма 1961 года — 101 далматинец и его продолжений, снятых по мотивам одноимённого романа писательницы Доди Смит. Круэлла — злая, жестокая и эгоистичная женщина, с эксцентричными манерами, и любовью к курению.

(54) Джейн Остин (англ. Jane Austen, 1775 — 1817) — английская писательница, провозвестница реализма в британской литературе, сатирик, писала так называемые романы нравов. Её книги являются признанными шедеврами и покоряют безыскусной искренностью и простотой сюжета на фоне глубокого психологического проникновения в души героев и ироничного, мягкого, истинно «английского» юмора.

(55) Персонаж роман Джейн Остин "Гордость и предубеждение" (англ. Pride and Prejudice). Мистер Беннет (англ. Mr Bennet) — супруг миссис Беннет. Отец Джейн, Элизабет, Мэри, Китти и Лидии. «В характере мистера Беннета так затейливо сочетались живость ума и склонность к иронии, замкнутость и взбалмошность, что за 23 года совместной жизни жена всё ещё не сумела к нему приноровиться».

(56) "Роковое влечение" - американский фильм. По сюжету картины адвокат Дэн Галлагер, которого играет Майкл Дуглас проводит несколько часов любви с новой сотрудницей обслуживаемой им фирмы Алекс Форрест (Глен Клоуз), что в дальнейшем превращает его жизнь в кошмар, поскольку дама оказывается одержимой им любовной маньячкой.

(57) 'Jet Blue Airways" - Британская авиакомпания.

Content

МакМан Энн Пыль