Между женой и секретаршей. Прощание

Любовный эпос с элементами абсурда

Игорь Павлович Соколов

© Игорь Павлович Соколов, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Часть 1. Мой грех в тебе

Жена молчит, и я страдаю с нею,

Любимая печально слезы льет,

Жена – эшольция, подруга – орхидея,

А я, – объявший их лучами небосвод!

Мы шли втроем из леса под дождем,

Сырые все, промокшие до нитки,

Мы жили жизнью как безумным сном,

Постоянно совершая в нем ошибки!

Жена растаяла с подругой вдалеке,

Я выпил водки и прижался к дубу,

Держа бутылку как судьбу в руке,

Я целовал подруги призрак снова в губы!

В своем безумии несчастный,

С тебя не слезу никогда,

Мгновенья сладостного счастья

Лишь заберут с собой года!

Жена с подругою вернулись,

И понесли вдвоем меня,

Я возлежал на них как Улисс,

Дышавший долгой страстью дня!

Жена любовницу сажает на колени,

А я в ногах их благостно лежу,

Даже мысленно связались наши тени,

Привыкая в чувствах к миражу!

Лежит любимая на мне, жена молчит,

О чем подумала, когда сюда зашла,

И отчего у всех счастливый вид,

Будто в раю давно моя душа?

Мое безумье связано со мною, —

Жена, любовница, еще моя работа,

Все за мгновение снесет одной волною,

Но пока люблю, – и жить – охота!

Любимая, раздвинь скорее ножки,

Бутылка выпита, ты снова на столе,

Вся изогнулась как мечтательная кошка,

Давай растаем в сладостном тепле!

Объелась лука милая и водки,

Но этот странный зверский аромат

В лесу, в траве, и с позаросшей тропки

Бросает с содроганьем в райский сад!

В саду меж бедер буйствует желанье,

В пещеру испуская жизни сок,

Я чую как любимой обладанье

Рождает в сердце бешеный восторг!

Мы с милой в космосе летали,

Луна нас приняла в момент,

И мы вдруг страстно, без печали,

Объединились в вечный свет!

Разочарован этим миром,

Но околдован вновь тобой,

Я в твоем лоне слышал лиру,

Гимн в небеса летел стрелой!

Опять ты встретилась с моей женою,

И вы обнялись, а не подрались,

Весь лес наполненный душистою весною,

Рождал в себе ликующую жизнь!

Твой зад, любимая, колышет

Мой сладострастный резвый конь,

Как голубь я скрываюсь в ниши,

Влетев в тебя – в твой сладостный огонь!

Что-то хотел я сделать, но не сделал,

Зато в твои объятия упал,

Лаская твое сладостное тело,

Я сам себя у всех людей украл!

Километры звуков о любви,

Море песен о бесстыжих содроганьях,

Меня с любимою уносят от земли

В одно бессмертное безумное дыханье!

Ты плохо кончишь! – говорили в детстве мне,

И я, еще малец, тогда подумал,

Что, в общем-то, закончат плохо все,

И на кресте об этом говорит рисунок!

С тобой недолго сдохнуть от экстаза!

Эка ты пронзил меня насквозь! —

Шептала милая, моргая левым глазом,

Хотя с минуту мы уже лежали врозь!

Сижу начальником и дую в чашку чая,

Любимая в ногах уже лежит,

Клиент стыдясь, испуганно моргает,

А мне чихать, и на клиента, и на стыд!

Жена пришла, молчат с клиентом оба,

Руками ноги секретарша обвила

И спьну шепчет про любовь до гроба,

А я чаек хлебаю тихо со стола!

Стонет милая, раскинув спьяну ножки,

А я пью чай с невозмутимым видом,

Жена мне сахарку бросает ложку,

Клиент сбежал, оставив дверь раскрытой!

Жена ушла, а я остался с секретаршей,

Она пьяна, а я безумно трезв,

Но когда мы на столе опять заляжем,

Я буду в ней до капли крови весь!

Стол скрипит, опять дрожу с любимой,

Жена за дверью притаилась вроде мыши,

Боже, как в любви неутомимо

Мы на голову себе роняем крыши!

Жена вошла, когда мы с милою оделись,

Нам было стыдно, но совсем едва,

Мы еще были в ощущенье цели,

И не могли еще произносить слова!

Жена сказала: Милый, разведемся!

Любимая вскричала: Ну, зачем?

А я глядел в дали на тающее солнце,

Не ощущая в существе своем проблем!

Я вас любил, любовь моя, быть может, —

Сказал поэт, я милым повторил,

Жена с любимою расквасили мне рожу,

Ибо проблему видеть я не чуял сил!

Любимая с женой меня ведут,

А я спросил: Куда? Меня шатает!

Они мне хором крикнули: В медпункт!

Ведь ты из сердца кровью истекаешь!

В медпункте нос залили йодом,

Иду с любимой и с женой как черт,

Зато дышу по ветру кислородом

И готов еще производить народ!

С любимою забылся на бугре,

Под бугром жена на нас глядит,

Будто ловит привидение в костре,

На котором наша страсть кипит!

Всю ночь любимую любил я на бугре,

Моя жена рыдала под бугром,

Все люди таяли в безумнейшей игре

С названием «Гоморра и Содом»!

В ребенке маленькое солнце

Загорается улыбкой на лице,

И раскрывает мне зарю в оконце,

Чтоб жизнь моя еще светилась на конце!

В лесу с любимою вино

Я пью безумными глотками,

И чую, что уже давно

В ее душе гуляет пламя!

Проникнув в норку, я горю,

Горит весь разум, мысли, чувства,

Уже ору: Кончай игру!

Меня убьет твое искусство!

Я вмиг исчез, потом возник,

И на любимой вновь дрожу,

Никак не выразит язык

То, что подобно миражу!

Я, безусловно, не начальник,

Хотя ношу по жизни крест,

Мой кабинет, и он же спальня,

Я с милой сбрасываю стресс!

Клиент пришел и наорал,

Зачем пришел, – мне неизвестно,

Я в секретаршу проникал,

Позабываясь в нежном месте!

Гляжу в окно, – на небе тучи,

На шее милой мой засос,

На мне ее засос могучий,

Вот отчего так сиз мой нос!

Сижу с любимою на кресле,

Клиент стучится громко в дверь,

Но поздно, – слились наши чресла,

И я уже рычу как зверь!

Клиент стучал уж больше часа,

Потом стремительно затих,

Когда от сладостного взмаха

Я заорал как будто псих!

Лежу с любимою в постели,

И думаю, как много лет,

Я постигал в ней свои цели,

Чтобы увидеть божий свет!

Меня прижав к своей груди,

Любимая уж нежно стонет,

И шепчет мне: Скорей входи!

Пожар зари бушует в лоне!

Пил водку, щелкая орехом,

А милая лежала на столе,

И нам обоим было не до смеха,

В одно мгновение вместилось 10 лет!

Целую милую, ласкаю,

Дышу как конь горячий в пах,

Она же как волна морская,

Меня обвив, глотает прах!

Долблюсь с любимой на дощечке,

Дощечка катится в ручье,

Потом уже бежит по речке,

Нам все равно, – куда, зачем!

Куда приткнуться человечку,

К своей любимой в нежный зад,

Умрем, – на каменной дощечке

Запечатлеют скромный взгляд!

Любимая, какая сила,

Меня сейчас влечет в тебя,

Неужто даже за могилой

Нас ждет безумная стезя?

Ты влюблена в меня как кошка,

И каждым утром на столе

Ты раздвигаешь сразу ножки,

Ибо любовь и есть наш хлеб!

Брожу по лесу с милой и малышкой,

Рвем то цветочки, то листву на деревах,

Когда уснет, мы тихо будто мышки

Зароемся друг в дружку, в чудный прах!

Когда-то кто-то был здесь похоронен,

Везде могильный барвинок цветет,

А я в любимой, в ее нежном лоне

Над спящим прахом сотворяю род!

Дуб листвой слегка колышет,

И малышка крепко спит,

Я в любимой, в ее нише

Пробираюсь в нежный стыд!

Проснулась малышка, мы встали,

И снова по лесу пошли,

Светились прозрачные дали,

Как мы в ощущенье любви!

Вся жизнь проходит как-то странно,

И я любимую таинственно люблю,

Порой так рыбка с рыбкой в океане

Шлют свое посланье кораблю!

Меня любимая глотает как пучина,

Лаская тут же страстной крутизной,

И я как возбужденный ей мужчина,

Лечу в ее прелестный мезозой!

Приехал проверяющий с Москвы

И обласкал меня со всеми матерями,

Но мы с любимой в прелестях любви

Опять слились волшебными краями!

Не знаю, что там говорят, но в самом деле,

Я всегда в любимой без помех,

Зарываясь в ее нежном теле,

Ощущал прекрасный чистый грех!

В часы прекрасного досуга

Я в милой сладостно тону,

Жена пьет водку от испуга,

А я храплю в чужом плену!

Пришел под утро, извинялся,

Что ночь пробыл на стороне,

Жена простила вдруг мерзавца,

Мы водку долго пили с ней!

Моя жена уже во сне,

А я с любимой раздеваюсь,

Я в дом привел ее к себе

И улыбаюсь как мерзавец!

Жена проснулась вдруг в кровати,

Мы с милой замерли вдвоем,

Но наше страстное объятье

Уже взорвало криком дом!

О, Боже, мне кошмар приснился,

Я сплю давно с хмельной женой,

И ощущаю мало смысла

В судьбе, укрытой вечной тьмой!

Бегу со страстью на работу,

Уж секретарша страстно ждет,

И ей, и мне всегда охота,

Производить родной народ!

Любимая дугою изогнулась,

Дрожит как россомаха на столе,

О, вот, он, рай, – безумство, страсть и юность,

Что еще нужно смертным на земле?

Сломали стол и на полу трясемся,

Стучатся в дверь, а мы вдвоем дрожим,

В душе сияет пламенное солнце,

О, как прелестно слиться с лоном молодым!

Лежу с любимой под дождем в ненастье,

Захвачен в плен ее безумным естеством,

Рыдаю в ней и весь дрожу от счастья,

Осознавая, что сроднился с колдовством!

Что делать с диким подсознаньем, —

Везде влезаю на тебя,

И чресл безумное восстанье, —

Мой день и час, моя судьба!

Не влезай, а то убьет! – мне шепчет милая,

Но я влезаю и от тока весь дрожу,

Любовь внутри с невероятной силою,

Приближает наш с ней образ к миражу!

Мы с тобою не в Америке живем,

Но все равно рисуем вечное богатство,

Твое лоно – мой волшебный дом,

Твои губы – сказочное явство.

Загуляла милая,

Стонет очень громко,

Я с безумной силою

Делаю ребенка!

Наши предки ели желудь вместо хлеба,

А я милую люблю вместо жены,

И жду, когда гроза заполнит небо,

И растают мои сладостные сны!

Дрожит от нежности сердце,

Милая вдруг язычком,

Острее жгучего перца,

Прожгла, пленяя нутром!

Я разложил тебя на письменном столе,

Обнажив все естество в очарованье,

И ты светилась как звезда во мгле

Безумной чистотою обладанья!

Под гибкой ивою ты страстно изогнулась,

И я вошел в твою святую глубь,

Как жарко прикоснулась твоя юность,

Срывая поцелуи с моих губ!

Оторвал твои глаза от документа

И увез подальше за леса,

Где в безумной близости момента

Нас соединяли чудеса!

Отдай мне лоно, я глаза закрою,

Хочу всю жизнь я ощутить через него,

Чтоб мне как неизвестному герою

Слагало память все земное бытие!

Не успел войти, жена ударила,

Одну пощечину, другую за тебя,

И на моем лице теперь такое зарево,

Так в твою честь горит моя судьба!

Год за годом меня утешаешь

Нежным лоном и сердцем живым,

Так скала, что покрыта лишаем,

Сладко спит, забываясь лишь с ним!

Любуйся и ликуй! Люби уже, раз можешь!

Ведь время съест всех нас через своих червей,

Но все останки вновь зальет лучами Боже,

И нас с тобой в лесу соединит ручей!

Есть камень у ручья, могила у дороги,

Но почему тебя порою нет со мной,

Ведь если наверху Вселенная вся в Боге,

То почему тогда я мучаюсь с женой?

Неужели в расстоянье есть спасенье,

Так обладая миг тобой, я вдалеке,

Не чуя совести творящей угрызенья,

Держу весь шар земной с тобой в своей руке!

Я не могу решиться сам, веди меня,

Повелевай же мной в постели и где хочешь,

А если будет нападать моя жена,

Раскрой ей таинство волшебной нашей ночи!

О, беспроглядная прожорливость пространства,

Ты вслед за ним мой образ спрятала в себе,

В волненьях плоти чую сказочное блядство,

Ты страстной бурей выражаешь миг в судьбе!

Уперся я в тебя как будто в стену,

И за тобой уже не вижу ничего,

Лишь кровь гуляет в сумасшедших венах,

Любовь прекрасна! Жаль, что бренно бытие!

Твое платье флагом повисает

На ветвях у сказочной реки,

Комочком чувств дрожишь на мне, родная,

Невероятно, – мы с тобой везде близки!

Как вырваться порою нелегко,

Мне из моих брачных уз,

Но пробуя тебя в лесу на вкус,

Я осязаю Вечность глубоко!

Опять ты мною страстно занята, —

Едим шашлык, глотаем вместе водку,

Уже разделась, божья красота,

Ну что ж, садись со мной долбиться в лодку!

Куда плывем, – не знаем сами,

Но в лодке сладостно долбясь,

Мы чуем, что под небесами

Имеет всё святую связь!

Пристала лодка наша к пляжу,

Народу куча, все глядят,

Как я ласкаю секретаршу

И веслами гребу назад!

Уплыли от людей подальше,

И слава Богу, нежный зад

Моей безумной секретарши,

Опять раскрыл мне райский сад!

В раю, в саду, меж чудных бедер,

На лодке в сладостной реке,

И на моей счастливой морде

Расцвел твой огненный букет!

Река течет все дальше к морю,

А мы на лодочке вдвоем,

Долбясь, совсем не знаем горя,

Воспринимая жизнь за сон!

Есть и во сне свои превратности судьбы,

Уже не в лодке, а в конторе на столе,

Мы плача, стонем от святой любви,

Лаская бренность жизни на земле!

Гром в небесах окликнул твое тело,

И в твоем теле вспыхнула гроза,

И твоя душа в моей душе запела,

Поглощая нежным образом меня!

Когда-нибудь потом, но не сейчас,

Но ты сейчас меня в себя впускаешь,

Весь разум ослеплен, вот, это связь,

Я весь в тебе, моя игрушка заводная!

Пусть ветер нас обдует, мы вспотели,

У дуба на ветвях творя любовь,

Зато как сладостно в твоем прелестном теле

Разгонять в объятьях бешеную кровь!

Что ж ты напилась, моя родная,

И дрожишь волшебной птичкою на мне,

Весь разум потеряла и стенаешь,

В ощущенье чуда в глубине!

Стоит жара, мы в кабинете

Лежим упрямо настоле,

В лесу нас искусали дети

Всех насекомых прошлых лет!

Часть 2. Страшные сны

Страшный сон. 1

Как буду жить я без тебя? – спросил любимую,

Она молчала где-то далеко во тьме,

Одна малышка плакала под ивою,

Ужасный сон перевернул всю душу мне!

Страшный сон. 2

Брожу с малышкой по загадочному городу,

Не люди, тени очертили круг,

Бреду уже во все 4 стороны,

Прижав к груди ее младенческий испуг!

Страшный сон. 3

Везде мы маму ищем с дочкой,

Все тени говорят, что умерла,

Но мы весь космос трогаем на ощупь,

Перебирая мертвые тела!

О, Боже, это был всего лишь сон,

И я опять любимую целую,

Как сладостно, уже ума лишен,

И малышка рядом спит, не слыша бури!

Люблю тебя, моя волшебная краса,

Что сделать мне, чтоб ты была счастливой?

В ответ поют блаженные леса,

И мы сливаясь вмиг, летим одним порывом!

Страсть улеглась, и мы лежим в траве,

Малышка нас в коляске окликает,

И только странный голос в голове,

Мне шепчет, что есть жизнь совсем другая!

Между женою и любовницей есть путь,

Я по нему иду, расчерчивая время,

Чтоб просто умереть когда-нибудь,

Приняв в подарок жалость близкой смертной тени!

Я с любимою вино сухое выпил,

Малышку взял на ручки и пошел,

О, Боже, как ужасна наша гибель,

Но как прекрасен еще жизни ореол!

С любимою долблюсь, стеная зверем,

Воспринимая жизни естество,

Я чую, кто-то спрятался за дверью,

Но только его время не пришло!

С любимой вечно я хочу быть рядом,

И в яркой жизни, и в глухой ослепшей тьме,

О, Боже, сбереги нас с ней от стада,

И сохрани нас в нашей доброй чистоте!

Век пролетает быстро, незаметно,

А я еще в забвении живу,

И как философ улетевший в жерло Этны[1]

В огне любимой прячу скромную главу!

Опять мы с милой выпили сухое

И на травке показали свою прыть,

Сливаясь дерзко в жарком бое,

Я в ней сумел, нащупав – многое – открыть!

Вина бутылка на столе, мы под столом,

Целуясь страстно, с содроганьем пола,

Мы осязаем жизнь под яростным углом,

Вдруг понимая, что не надо нам иного!

Любимая, я выжат как лимон,

А ты меня безостановочно целуешь,

Я весь пропал в тебе, мой страстный сон,

Но ты и сквозь меня проносишь взрывы бури!

Прижался к милой и лежу с улыбкой,

Мы с малышкой с двух сторон обняв ее,

Дрожим словно мальки у мамки-рыбки,

Осязая в ней спасение свое!

Свет солнца, шепот нежной ивы,

Мотыльки летают над рекой,

Живу и чувствую тебя такой красивой,

Что мне не страшно умереть с такой!

Милая, прими меня в объятья,

Я расцелую всю тебя до слез,

Пусть белым флагом повисает платье

На ветвях таких же девственных берез!

Давно уже молчу в твоих объятьях,

Ты дышишь нежно как цветущий лес,

Мое безумие заполнит все тетради

Твоим волшебным лоном, где исчез!

Иду по сумеркам домой, несу твой запах,

Твой запах сладок, как бутоны роз,

Твое объятье на сосновых лапах, —

Притаилось на ресницах между слез!

В твоей пещерке растворился без остатка,

Душа на небо улетела, тело в прах,

Кто теперь лежит с тобой в кроватке,

Неужто страсти моей бешеный размах!

Что делать мне с женою, ведь она

Меня и любит, и лелеет,

И ты, моя безумная весна,

Меня заколдовала словно фея!

Жена заплакала, и горечь ее слез

Передалась и мне, и стало очень больно,

Но даже с болью я в тени берез

С тобою потною вкусил всю сладость соли!

Опять я над тобою вырастаю,

А ты в траве как солнышко лежишь,

Благословляя меня нежными лучами

Посеять в твоем лоне нашу жизнь!

Есть доказательство любви в твоих засосах,

Передаешь ты снова весточку жене,

Чтобы она вся, изогнувшись вдруг вопросом,

Разглядывала страсть твою на мне!

Ребенок вышел из тебя, – какое чудо!

Я вместе с чудом грудь твою сосу,

Я кем угодно в этой жизни буду,

Чтоб наслаждаться тобой в сказочном лесу!

Удар кастрюли о башку был странно глух,

И жена через меня перелетела,

А во мне все трепетал твой нежный дух

И раскрывалось твое сладостное тело!

Тебя ласкаю и жену жалею,

Что я хочу, что я ищу на глубине

Лона, где волшебно скачут тени

Людей желающих возникнуть на земле!

Мы повторяем божью милость

С любовью на своих устах,

Опять разделась и забылась,

Я проникаю в нежный прах!

Пусть нас потом с тобой не будет,

И не останется креста,

Но наши слившиеся судьбы

Навек связала красота!

Я твое лоно растворяю

Огнем безумнейших надежд,

Так птичка, прикоснувшись к раю,

Вдруг осязает свой рубеж!

Зарой меня в себе будто в могиле,

И пропой молитву в вечной тьме,

Чтоб осязая ярость в твоей силе,

Я почувствовал любовь на глубине!

Жалел себя, о, боже, что за низость,

Жалеть себя, когда твоя любовь

Тебе уже раскрыла свои выси,

И глубину, где ты растаешь вновь!

Жена стоит передо мной,

Как будто лист перед травой,

Но нет меня, я весь в тебе,

Лечу как ангел по весне!

С безумно детским интересом

Я зарывался весь в тебя,

То в кабинете, а то в лесе

Орала страстная судьба!

Забылись мы с тобой в природе,

Соединив в ручье тела,

Толпа клиентов в лес заходит,

Чтобы напомнить про дела!

Мы слились, дышим возбужденно

Под звон безумного ручья,

Клиенты спорят раздраженно,

Когда и как разнять тела!

Клиентов призраки исчезли,

Я семя в лоно обронил,

Ты, разливаясь чудной песней,

Весь мир спасала от могил!

Что делать мне, твоя природа

Мою природу взяла в плен,

И вкус пронзительной свободы

С тобой нас вырвал из всех стен!

В тебя врываюсь на лету,

С тебя срываю одеяло,

Одно мгновение в звезду

Меня несет, взрываясь яро!

Мою любимую ласкают волны в море,

А я любимую уже до слез люблю,

До этого на пляже были в ссоре,

А сейчас все зло равно нулю!

Порою мил, порою груб,

Я поцелуй срываю с губ,

А ты везде сосешь меня,

Чтобы засос нашла жена!

Года как кони с небесами

В обнимку убегают прочь,

А мы дремучими лесами

Укрыв себя, орем всю ночь!

Я новый стол купил, шикарный,

И мы, его облюбовав,

Трудились так с тобой ударно,

Что стол сложился как удав!

Хлюпая носами, мы целуемся,

Насморк у любимой, у меня,

Но и болея, мы в конторе трудимся,

Недаром в дверь опять стучит жена!

Напились водки, дверь открыли смело,

Стоим с подругой, голые, вдвоем,

Жена в мгновенье искусала ее тело,

Памятуя враз Гоморру и Содом!

Куст фикуса нас скрыл во тьме с подругой,

Жена сидела уже молча за столом,

Разделив с бутылкой свою муку,

Она забылась вскоре крепким сном!

Стряхнув с себя волненья потной страсти,

Мы с любимою жену вдаль понесли,

Всем грезилось одно сплошное счастье,

Но это счастье было только сном Земли!

Спит жена в траве словно зверек,

Мы с любимой с двух сторон ее обняли,

Таков пьянства охренительный итог,

Враги друзьями обернулись в идеале!

Жена, очнувшись, грезит наяву,

То – любимая, то я – ее целую,

Во сне, вдруг потеряв свою главу,

Мы поддались ощущенью грозной бури!

Слетел на землю ураган,

И поломал вокруг поляны все деревья,

Жена с подругой напились, я тоже пьян,

Густеет страстью мрак как лоно девье!

Господь обрушил на троих ужасный гнев,

Белее мела моя бедная жена,

С любовницей мне на колени сев,

Очень просит ей налить вина!

Дождь лил, гроза неистовала круто,

А я с любимой слившись, замолчал,

Жена исчезла вдруг под утро,

Оставив нам свою безумную печаль!

Мы целовались очень долго, горько плача,

Жалея сразу обо всем,

Дождь лил, и милой нежный мячик

В моих губах крутился сладким сном!

Вторые сутки я лежу с любимой,

Жена поблизости, за деревом молчит,

О, Боже мой, какие силы

Опять терзают мой непостижимый стыд?

Бог мне сказал: Не хорошо себя стыдиться,

Каким бы не был ты, ты все же человек,

А человек в душе такая птица,

Что всегда стремится в лоно вечных нег!

Бог мне дал осмыслить нежность вечной,

Через себя мы пропускаем целый мир,

Цепочка связей наших – это бесконечность,

Зовущая живых из тьмы на пир!

Бог был, и вроде не было его,

Меня обвила вновь подруга,

А где-то в небе далеко

Уже гремела вечная разлука!

Я жался мордой к твоим сладостным коленам,

И на коленях сам стоял перед тобой,

И чуял, как пожар бежит по венам,

Чтоб мы соединились в жаркий бой!

Вороний глаз, – листы его крест-на-крест,

И с черной ягодкой вместо цветка потом,

С тобою мы упали в его завязь,

И по небу прокатился страшный гром!

Леса сгорели здесь, мы бродим среди пней,

Я с моей любимой и с малышкой,

Деревья поминая как людей,

Сгоревших быстро от одной небесной вспышки!

Пожалел жену, ласкаю грустно,

А ты лежишь, бедняжка, в темноте,

О, Боже, быть собой – искусство,

Но мы с рождения теряемся везде!

Страшный сон. 4

Все мертвые ложатся быстро спать,

А мы с милой их пытаемся будить,

И вдруг почуяв в ее лоне благодать,

Я с ней в гробу показываю прыть!

Страшный сон. 5

Мы с милой бродим по могилам,

И разрываем тут же мертвецов,

Оживленные долбятся с ярой силой,

Вокруг нас рисуя вечное кольцо!

Страшный сон. 6

Прижался к милой, а она – ледышка,

Не говорит, не дышит, будто спит.

А рядом плачет с ней малышка,

И Бог меня к монахам тащит в скит!

Страшный сон. 7

Нас с милой ночью посетил один мертвец,

Он пролетел сквозь дверь безумной мухой,

И к нам проник в соединение сердец,

Шепча, что страсть, довольно, темная наука!

Страшный сон. 8

Я нес любимую в гробу, она молчала,

Малышка ангелом парила в небесах,

И ее слезы вместо покрывала,

Стелились нежно на дрожащий прах!

Я умирал на милой много раз,

Истерзанный ее игривым телом,

Неужто Бог создал таинственный экстаз,

Чтоб мы вкусив уже его, пропали смело!

Жизнь пролетает, мы с любимой на постели

Забылись в нежности, в дверях стоит жена,

Вся в ощущенье нашей страстной цели,

Вздыхая, плачет, как гитарная струна!

Я проницаю стены грустным взглядом,

Совокупляясь с милой, вижу много раз,

Как тьма людей проглоченная задом,

В последний раз кричит, приветствуя оргазм!

Дрожу я на тебе, словно барашек,

Звеня своим бубенчиком – крестом,

Малышка спит, и ангельская стража

Окутывает нас волшебным сном!

Часть 3. Жизнь в двух мирах

Живу, несчастный, в 2 – ух мирах и постигаю,

В любимой – лоно, а с женою – сон,

И чувствую, как жизнь бежит по краю,

Неся мой образ, что навеки обречен!

Я для тебя уже отрезанный ломоть, —

Живу с женой, – прости меня, Господь!

И все равно тебя люблю, с тобой долблюсь,

Моя несчастная замученная грусть!

Желаний бурное кипенье

В тебе раскрыло колею,

Лечу по ней, от возбужденья

Пуская чудную струю!

Я зверь, и в этом мое счастье,

Другого счастья не дано,

Закрой же лоно буйной страсти,

Дай нам хоть раз сходить в кино!

Любимая шевелится как рыбка,

Под камнем, то есть подо мной,

И лишь одна прелестная улыбка

Мне шепчет про счастливый миг весной!

О, Боже, я кричу, в тебе

Сейчас я ощутил такое счастье,

Но заключенный Господом в судьбе,

Опять несу себя в тоскливое ненастье!

Нежным мячиком твоим вновь наслаждаюсь,

Лежу с тобой, хмелея в забытьи,

И лишь людей несчастных тягостная зависть

Пытается опять нас развести!

О, милая, о сладость ослепленья,

О губ целующих волшебная стезя,

По ним скользя, я таю в наслажденье,

И воплощаюсь за мгновение в тебя!

Любимая, нас Бог создав, забыл,

И обманул все наши ожиданья,

Теперь спокойно мы лежим во тьме могил,

Лишь только призрак себе ищет оправданья!

О, милая, я так хочу с тобою

Напиться водки и в лесу долбиться,

Чтоб человечики неслись из нас гурьбою,

И улетали в небо точно птицы!

Фигли-мигли, раз за разом,

В лоно я лечу к тебе,

Где чудеснейшим оргазмом,

Придаем мы смысл судьбе!

Подруга села на меня, когда заснул,

И возбудив во сне, объяла вмиг собой,

Очнулся я и слышу странный гул, —

Любовный вой и сердца шепот громовой!!

Лучшая доля моя – в желанное лоно вонзиться,

Кровь твою и мою со страстью жаркой смешать,

Чтобы прекрасных детей засветились нежностью лица,

Чтоб ты излучала любовь как добрая мать!

Опять проник в тебя и ощущаю чудо,

Со всех сторон оно, сжав, гонит в глубь тебя,

И там в огне всех чувств, в раю земного блуда

Я постигаю вдруг круг твоих снов, судьба!

Каждый день я иду на работу,

И целую твое лицо,

Ты ж всегда, раздеваясь охотно,

Раскрываешь безумья кольцо!

Окольцованный сладостным лоном,

Выпив водки и съев бутерброд,

Я тебя, как начальник законный,

Устремляю все время вперед!

Возложив на стул свои колени,

Ты смотришь вдаль и видишь чудеса, —

Как множество грядущих поколений

Через меня с тобой летят на небеса!

Я посвящаю тебе жизнь, моя подруга,

Тружусь с тобой, пишу тебе стихи,

И в часы здорового досуга

Весьма старательно творю с тобой грехи!

Обретает гибкость твоя нежность

На столе и под столом, в лесу, везде,

Воплощаешь, ты, в любовь мои надежды,

Согревая души в сладостном труде!

Залунилась любимая к ночи,

Засветилась вся лоном своим,

Ослепила так яростно очи,

Что я слился в безумии с ним!

Проходит время, век уходит,

И мы, любимая, с тобой

Готовы при любой погоде,

Везде вступить в интимный бой!

Эрогенные зоны любимой

Распознал я на крышке стола,

И с тех пор она неумолимо

Возбуждать заставляет себя!

В интенсивных конвульсиях тела,

Дверь конторы закрыв на замок,

Я с любимой стремлюсь за пределы,

Где, возможно, прячется Бог!

Удовольствие рождает напряженье,

На любимой дрожь моя в 100 тысяч ватт,

И как можно в таком возбужденье

Изучать научно половой контакт!

Всецело разрешая наслажденьям

Связуя, сталкивать все наше естество,

Я милую привел вдруг к убежденью,

Что здесь имеет силу колдовство!

Я дотронулся до любимой,

Она была невозбудима,

Но вот, он, электрический щелчок, —

Раз дотронулся, и пропал меж ног!

Мой путь к наслажденьям начертан

У милой на страстном лице, —

Раскрыта безумная дверка

В наш самый интимный процесс!

Твое либидо – сексуальный голод,

И на работу ты приходишь без трусов,

Сорвала платье, и смеешься голой, —

И я вхожу в тебя, расслышав зверский зов!

Мы – первобытные творенья,

В своем безумном естестве

Таим одно проникновенье

Друг в друга всюду и везде!

Моя жена уже устала сознавать,

Что я в тебе так часто обитаю,

Ибо ребенку моему и мне ты мать,

Ведь я тоже молоко твое глотаю!

Как выразить желаньем красоту

Твоего доверчивого лона,

Уехав к черту на рога, в лесном пруду

Мы снова вместе дышим возбужденно!

Пиявки нас сосут везде,

Но мы забылись в нежной страсти,

В прозрачной девственной воде

И в твоем лоне светит счастье!

Мы вышли из воды, пиявки спали,

Напившись крови, с нами улеглись,

В траве в твоем безумном идеале

Я видел, как рисует ангел божью жизнь!

И ты пиявкою напилась моей крови,

Моей мечты, и страсти, и любви,

Давай слезами я сейчас тебя омою,

Пока ветра еще нас вдаль не унесли!

Сладко в тебе, только ближе к ночи,

Когда к жене я ноги уношу,

Я с удивленьем вижу, – твои очи

Опять зовут меня к святому шалашу!

Хочу уйти к жене и не могу,

Содрогаюсь, обезумев, под тобою,

Вот досталось счастье дураку,

Покалеченному собственной судьбою!

Моя жена уже стучится в дверь к тебе,

Ужасно яростно зовет и в крик рыдает,

Но мы в любви молчим не по злобе,

А потому что сердце наше в светлом рае!

Ничего не делаю,

И на фиг, кому нужен,

Прижимаюсь к телу я,

К твоему оружию!

Безумству храбрых песенку поют,

Мы с милой долбимся уже который год,

Соседи нас давно зовут на суд,

Но как бесшумно продлевать свой род!

Милая раскрыла чудно лоно,

Запел на иве нежный соловей,

И сотни тысяч пар влюбленных

Вместе с нами растворились в тьме ночей!

Жизнь как-то странно перестала быть безумной,

Пусть и с любимою долблюсь я, как всегда,

Но чую все же, – кто-то во мне умер,

И не оставил даже в памяти следа!

Инопланетным существом долблюсь с любимой

И созерцая ее женскую красу,

Гляжу уже куда-то мимо,

Как будто жду, когда в гробу нас понесут!

Депрессия, вот милое название

Тому, что сделалось со мной,

Долбились с милой с тщательным старанием,

Теперь сближаюсь аккуратно с тишиной!

Любимая насилует меня,

А я лежу под нею точно призрак,

Домой пришел, трясет уже жена,

И за что я естество их так возвысил?

В больницу лег, прикинулся безумцем,

И на окне ловлю безумных мух,

Как жены навестят, опять сойдутся

Шептаться вроде призрачных старух!

Любимая пришла, налила водки,

Бутылку выпил и ее поцеловал,

Слова в больнице еле лезут в глотку,

И посиделки – весьма глупый ритуал!

Жена пришла, любимую столкнула,

Прибежала успокаивать сестра,

А я пришибленный, как псих небесным стулом,

Уже с Богом дискутировал с утра!

Только врач всех разогнал в одно мгновенье,

Меня пустил во дворик погулять,

Там воробьи долбятся с наслажденьем

И скромно глазки закрывает божья мать!

Лечусь сам от себя, но чем болею,

С сомненьем вороша худую мысль,

Какой там Бог, какая там идея,

Из любви вдруг сотворит 2-ую жизнь?

Любимая пришла, долблюсь с ней в парке,

Целую нежно, плачу горячо,

И вижу на лице румянец яркий,

И ничего не вижу лет, так, через 100!

За что, Господь, лишил меня отрады,

Да, я еще долблюсь, вроде люблю,

Но не чувствую вокруг твоей пощады,

Уж слишком многое равняется нулю!

Любимая опять целует в губы,

Я чувствую, – дыхание ее

Незримо пролетает через трубы,

В которых тает все земное бытие!

Прости Господь, я слишком мал для славы,

Да и слава меркнет, с жизнью тлея в прах,

Но как прелестно было в сладостных забавах

С любимою долбиться на холмах!

Люблю тебя, в тебя же проникая,

И вроде бы не вижу ничего,

За тьмою в свете призрачного рая

Все человечество страдая, так прошло!

Кусай меня, тревожь своею страстью,

Любовью своей нежной возбуди,

Я все равно уже не верю в счастье,

Ибо могилы ждут нас впереди!

Из больницы убежал с любимой в лес,

Нас врачи с фонариками ищут,

Луч света заменяет им прогресс,

А лекарство заменяет многим пищу!

Я не психический, а сладостный больной,

Ну, водку пью, немного параноик,

Зато с любимой опускаясь в жаркий зной,

Бываю даже и на травке боек!

Мой корень крепок, чувствуешь подруга,

Как прорастает мое семя в твою жизнь,

Как из магического сказочного круга

Всплывают тени, чтоб проникнуть в высь!

Мне не разбиться на 2 тела,

Чтобы с тобою, им с женой

Любовью наслаждаться смело, —

Я согреваюсь тишиной!

Я слился с твоим нежным взглядом,

И с твоей страстью до темна,

Все, что от жизни было надо, —

Ты мне уже 100 раз дала!

О, дитя безумной страсти,

С нежным лоном для любви,

В 2-ух шарах я весь во власти

Жара Солнца – сна Луны!

Молчи, несчастная, в кровати

Я очень редкий озорник,

Растай же в пламени объятий,

Любви не выразит язык!

Из больницы с милой бросился в гулянья,

Халатик скинув, убежал в леса,

Напился водки и поддался обаянью,

100 раз вкусил я в ее лоне чудеса!

Напился водки и тебя увидел,

Враз встрепенувшись, сразу запылал,

О, вот, оно, – безумие открытья,

Твоя пещерка – дьявола оскал!

Темные тучи летают над нами,

Солнце за ними скучает в тоске,

Но мы, возбужденно сливаясь краями,

Опять тихо стонем в блаженном леске!

Часть 4. Жизнь – комедия в театре

Милая, не надо одеваться,

Ходи голая, весь день передо мной,

Пусть наши служащие точно домочадцы

Тебе приветливо кивают в летний зной!

Жена пришла, а мы с любимой голые,

Уже с утра играем в чехарду,

Безмятежно под столом уснули головы,

А тела еще сливаются в бреду!

Жена ремень из брюк стащила,

И с криком бьет по попам нас,

Какая бешеная сила,

Какой неистовый оргазм!

Жена опять ушла куда-то,

А мы с любимой за столом,

Вздыхая как-то виновато,

Вмиг углубляемся вдвоем!

Жена пришла уже со шваброй

И стала бить нас по натуре,

Словно комедия в театре,

Жизнь исчезала вся в амуре!

Лежу, любимая, без сил, уж, под тобой,

А ты все стонешь, естество терзая с силой,

Подумай, что концерт любой

Равнодушно поедается могилой!

Стоишь, любимая, и я стою с тобою,

Под дубом стоя, наслаждаемся друг другом,

Тела уже не заняты борьбою,

Но сердце яро бьется диким стуком!

По документам человек,

В душе давно безумный зверь,

С тобой я падаю от нег,

Приобретая жизни цель!

Ты, лань лесная, вся дрожишь на мне,

И подо мною соком страсти истекаешь,

Я в детстве, помнится, любил тебя во сне,

Ты до сих пор в душе нутром своим сияешь!

Дай водки мне скорей голубка,

И раздевайся в тьме кустов,

Готовь для поцелуя губки,

Я подарю тебе любовь!

Реально, я – безумный комик,

Смеюсь в постели над собой,

Нашел в тебе чудесный домик,

И в нем живу, хоть миг, с душой!

Душистая сирень собою нас укрыла,

Тьма захмелевших пчел до вечера жужжат,

И я тебя люблю с такою дикой силой,

Что уже в раю безумствует душа!

Березку тонкую колеблет страстно ветер,

А я тебя, любимая моя,

Мир опыляется, и происходят дети,

И в знак всех радостей земных встает заря!

С надежной твердостью вхожу в твою пещеру,

Дыханьем трепетным ты возвещаешь вход,

Поток грядущий поколений несет веру

В бессмертия таинственный полет!

Войди опять в священный кабинет,

Склонись с улыбкой нежной над столом,

Раздвинь колени, чтоб увидел свет,

И растаял в сказочном былом!

Что ты хочешь, милая моя,

Я свет уже пролил в твое окошко,

Через тебя прогнал всего себя,

А ты еще царапаешься, кошка!

Куда, любимая, уводит нас тропа,

Кукушка уже годы нам считает,

А ты опять несчастная раба

Раскрыла лоно в ожиданье рая!

Мы с любимой в дом вошли за лесом,

Дом кем-то брошен был давно,

И вот, как призраки, с безумным интересом

Мы наслаждались вместе сладким сном!

Дверь заскрипела, и вошел старик,

Давно уже умерший житель дома,

Он через лоно милой в сердце мне проник,

Она сама уже взлетала дряхлым стоном!

У милой бешеные страстные глаза,

Со стариком она была старухой,

Но что в том доме делал я? —

Я любовался просто вечностью без звука!

Мы с милой дом покинули, но тени

Исчезнувших людей за нами шли,

Мы сами плыли точно приведенья

Давно уже исчезнувшей любви!

В траву любимую завлек, и сам заплакал,

Мы все здесь грешники, никто из нас не прав, —

Я ей шептал, взяв горсть былого праха,

В ней чувствуя такой же дикий страх!

Мы с ней лежали на траве и вдаль молчали,

По небу плыли точно звери облака,

Образы людей из той печали,

С которой мы сливались на века!

Прости, любимая, мы оба виноваты,

Что исчезает чувство сладостной любви,

Нас люди отравили своим ядом,

Теперь мы тоже с разумом на ты!

Гляжу с тоской в людской зверинец,

Ты, раздетая, давно со мной живешь,

Неужели страсть рождает бизнес,

Продавая по частям земную ложь?

В тебе я обнимаю свою жизнь,

Несчастную, забытую, глухую,

Как давно мы потеряли с тобой высь,

Произведенную безумным поцелуем!

О, сколько поз изведали мы вместе,

И сколько странных позабытых мест,

Оставив облако вдали как символ вести, —

От любви уже нашедшей в прахе крест!

Гляди, земля лежит в грехопаденье,

И все, кто может, – все насилуют ее,

Проходит даже наше наслажденье,

Осуждены всей жизнью на небытие!

Я в твоем лоне выведал печаль,

О том, что было, и чего не будет,

Мне тоже нас безумно жаль, —

Мы на мгновенье лишь соединили судьбы!

Бредем с тобою по чужим могилам,

И тени мертвых видим, их былая страсть

В твоем лоне светится так мило,

Что я опять хочу в тебе пропасть!

На прахе разлеглись мы словно тени,

И дрожим как 2 травинки в вечной мгле,

Ощущая цепи прежних поколений,

Что привязали нас к таинственной земле!

Бушует кровь моя и разум,

А ты, прелестница, живешь,

Всем лоном приближая к часу,

Когда исчезнет вся земная ложь!

Я высек пламя на губах твоих, любимая,

И в страсти огненной от счастья закричал,

Но твоя плоть везде неумолимая

До самой смерти проводила ритуал!

Лежим в гробу с тобой, любимая, затихли,

Напились водки, взяли место напрокат,

Как тесно здесь и как тоскливо в мыслях, —

Когда ты знаешь, что погиб волшебный сад!

Любимая раскрылась нежным лоном,

Впустила в рай на несколько минут,

Ну, что ж, потом созданием влюбленным

Спешить из жизни к Господу на суд!

Мне Бог поведал о суде безумной страсти,

Уже с рождения мы ей осуждены,

И вот, за это сладостное счастье

Потом мы исчезаем среди тьмы!

Если долго смотреть на деревья,

Можно образ в молчанье найти,

Если в лоно твое ткнуться, девье,

Можно трогать на небе мечты!

Обрывки мыслей водкою запил,

Целуя тебя сочно, точно в губы,

Так человечеству в тебе дарю свой пыл,

И ты меня все чаще в чаще любишь!

Стол поставили под дубом,

Под березою диван,

И дрожит моя голуба,

И я в ней дрожу, чуть пьян!

Покой наполнил всю душу

И нежное лоно твое

Шептало мне сладостно в уши

Про наше с тобой бытие!

Ты едина по прежнему в мыслях,

И тебя я все чаще люблю,

Привыкая к безумию в жизни,

Приводящей в финале к нулю!

В молчанье стонем очень нежно,

Так мы, любимая, с тобой

Шлем Богу все свои надежды

На наш таинственный покой!

Что может изменить вдруг ход событий,

На земле, как и в других мирах, —

Только наше с тобой чудное соитие,

Создающее всей жизнью новый прах!

Соединяемся с любимою без звука,

Дрожат в лесу деревья, стонут сосны,

А за ближайшею сосной стоит старуха,

И наблюдая нас, томится в прошлых веснах!

Спаси, о, Господи, и душу успокой,

Резвясь с любимою, боюсь уже резвиться,

Все человечество течет из нас рекой,

А мы молимся на небо точно птицы!

У озера, где волны хлещут смело,

С любимою отчаянно долбясь,

Вдруг ощущаю, как ее нагое тело

Мне дарит с космосом таинственную связь!

Костер искрится и сверкает,

Мы жарим ночью шашлычок,

Дрожишь любимая, святая,

И я дрожу меж твоих ног!

Летает ветер, с ним и чувство

Вполне безумного стыда,

Ты долбишься со мною так искусно,

Что весь я испаряюсь как вода!

Несутся тучи караваном

От запада и на восток,

И я в лесу с тобою, пьяной,

Несусь, крича меж твоих ног!

Уж соловей охрип от пенья,

И наступила тишина,

Но в сладкий миг проникновенья,

Я все пою с тобой, весна!

Мы водки выпили и съели весь шашлык,

И чудным образом заполнили все лоно,

Но разве может выразить язык

То счастье, что дано влюбленным!

Согласно моего приказа

Ты разделась быстро и легла на стол,

И тут же в громе страстного оргазма

Я выстрел точно в Вечность произвел!

Не люди, тени ходят мимо,

В контору тянутся гурьбой,

В глазах святая пантомима, —

Я и при них грешу с тобой!

С одной единственной безумной секретаршей

Провел уже я годы на столе,

Поэтому и в чаще нам не страшно

Резвиться даже ночью при луне!

Что делать с нашим кабинетом,

Меняем мебель каждый час,

И лишь друг в друге тонны света

Весь день рабочий слепят нас!

Стою перед тобой, от слез весь красный,

Уткнулся в лоно, позади жена,

И жизнь проносится, и наше с тобой счастье

В грядущем тоже скроет тишина!

В любви нет подлости, предательство от счастья

Зовет опять ложиться нас в постель,

Мы все рабы одной безумной власти,

В себе скрывающей рождение как цель!

Тебя ласкаю очень нежно,

И вороным между колен несусь,

О, как ты дышишь и кричишь поспешно,

Мое сердце пробуя на вкус!

Ну, раскрой уголок между ног,

Освети меня нежной ложбиной,

Я все чувства твои словно Бог

Понесу по волшебным стремнинам!

Мы с тобой коснулись высшей сферы,

И Бог обняв нас, прошептал:

В Вас скрываются диковинные звери,

Чтоб человечества поток не иссякал!

Твое тело светит чудной гранью,

Так высвечивают чувство небеса,

Как будто Бог волшебной дланью

Посещает сокровенные места!

Живу, порою прозябаю,

Сейчас тебя в полях долблю,

И с мыслью о волшебном рае,

К землю жмусь точно к кораблю!

Как будто заново родился в твоем лоне,

В прелестный рай тобою заключен,

Я сохраню это мгновенье даже в стоне,

Когда меня коснется вечный сон!

Увы, любовь твоя жестока,

Который год страдает верная жена,

И я в плену сладчайшего порока

Везде люблю тебя, безумная весна!

За что назвал тебя весною? —

За то, что сразу расцветаешь ты,

И наполняешь меня сладостью хмельною,

Когда скрывают нас с тобой кусты!

Опять с тобой жене я изменяю,

Люблю тебя, ласкаю и мычу,

Всем твоим лоном обращенный к раю,

В тебя бегу подобно резвому ручью!

На кладбище слились мы словно тени,

Ощущая сердцем прах, и тлен,

Но раздвигая твои нежные колени,

Я чувствую бессмертья вечный плен!

Пропитан воздух влагою дождя,

И с листьев падают на нас безумно капли,

А в каплях светятся все лучшие года,

И в твоем лоне тонет сладостно кораблик!

Мы исчезаем все бесследно,

Но наши нежные тела

Волнами рек сбегают в бездну,

Творя бессмертные дела!

Тебя ласкаю я все чаще,

Как будто чувствую чего,

Неужто Бог положит в ящик

Любовь и наше бытие?

Взглянул, и многое возникло предо мною,

Тебя обняв, я на холме дрожу,

На небе тучи встали вдруг стеною

А я ем тебя, вот, ненасытный жрун!

Часть 5. Как будто слышу в лоне сказку

Дождь нас с любимой промочил до нитки,

Но и сырые, мы глотаем влажный дым,

Испив до этого любовные напитки,

Мы, вновь сливаясь, по небу летим!

Чуть кашляя, сморкаясь, даже плача,

В сырой траве я снова на тебе,

Скачу как разноцветный мячик,

Углубляя тень свою в судьбе!

Судьба и рок, любой тяжелый случай

Разнимет наши страстные уста,

Но ты, любимая, тогда себя не мучай,

Рай на земле был дан нам неспроста!

Снова чувствую в тебе исчезновенье,

Исчезаю в твоем лоне и ловлю

Сладкое безумное забвенье,

Сводящее всю жизнь мою к нулю!

Наш кабинет покоем полон,

Лежим безмолвно на столе,

Ученики так учат в школах,

Что происходит на земле!

Сидишь на кресле, я тебя ласкаю —

Меж ног болтливым языком —

Твою душу вмиг притягиваю к раю,

И как рабу тебя держу я под замком!

Ни водки не хочу, ни поцелуев,

Уехали за город, далеко,

И в заводи, где и ветра дуют,

В тебя, как в речку, я ныряю глубоко!

Лежишь на мне, безумная голубка,

В хмельном бреду шепча мне о своем,

Всосала мое сердце словно губка

И я теперь в тебя навеки погружен!

Чешу я носом твое ушко,

В лесу слова тебе шепчу

О рае, милая подружка,

О лоне преданном ручью!

В кабинете на глазах клиента,

Ты под столом ногою ногу трешь,

А я в предчувствии безумного момента,

Передал клиенту сердца дрожь!

Не надо, люди, возмущаться,

Мы на земле, а не в раю,

Я с милой даже, и без ЗАГСа,

Из лона счастье достаю!

Обезоружен твоей лаской,

Я в кабинете трепещу,

Как будто слышу в лоне сказку,

И сам по сказке той брожу!

Взгляни, любимая, как светится природа,

Как Бог вручает нам с тобой дары,

А, как резвимся с ночи до восхода,

Не успевают жрать в лесу нас комары!

У лона твоего молчу смиренно,

И в кабинете, и в таинственном лесу,

Ибо вся суть твоя благословенна,

И я с малышкой малышом тебя сосу!

У могилы заросшей старинной

Мы с тобою забылись вдвоем,

И резвились, измазавшись глиной,

Стуча образно к Вечности в дом!

Пришла жена, устроила скандал,

И тебя к ногам моим швырнула,

Чтоб показать как жалок идеал

Сидящей на полу уже без стула!

Жену я выгнал, и тебя поднял,

Ты горько плакала, любимая, родная,

Зато потом всех чувств безумный вал,

Сблизив нас, подбросил вверх, до рая!

Жена стояла молча за дверьми,

Прислушиваясь к райскими песнопеньям,

Хотя мы заигравшись здесь детьми,

Все, абсолютно, рвались к наслажденьям!

Боготворю твой нежный уголок,

Уже давно заросший после родов,

Он мне воротами раскрылся в теремок,

Где царствует как Бог сама Природа!

Утешь меня, моя отрада,

Внутри тебя я забываю страшный мир,

Блаженство с прелестью неистового сада

Сжигает грусть во мне, а с нею лишний жир!

Мы в джипе на заднем сиденье,

Скрючившись как паучки,

Резвимся с большим вдохновеньем,

Закрыв хмельные зрачки!

Еще одна бутылка водки,

И встать с тебя я не могу,

Втянул меня твой образ кроткий

В свою безумную реку!

Змеей в тебя вползая, извиваюсь,

Шепчу слова, что здесь шептали все,

И чую вдруг в богах такую зависть,

С какой змея срывает кожу по весне!

Через нас повисла ветвь от рода

В другие неизвестные века,

Но в глубине твоей есть отблеск от восхода,

Соединяющего наши берега!

С тобой напился, себя чувствуя уродом,

Ибо лишь уроду невдомек,

Что с ним такое делает природа,

Когда он пропадает между ног!

Смотри, дивись, тебе дарю я чудо,

Оно в тебе качает радугу времен,

Не спрашивай, взялось оно откуда,

Всех нас сюда принес безумный сон!

Я к милой примостился вдруг ребенком,

Грудь сосу и думаю о вечном,

Потом в лоно проникая тонко,

Жизнь сотворяю, в общем, человечка!

Лежали мы в траве лесной,

С тобой в обнимку под сосной,

Но налетели комары,

И я орал внутри норы!

Искусаны с тобой вдвоем

Ужасным гнусом – комаром,

Мы все равно трясли наш джип,

Я так кричал, что враз охрип!

Уже без голоса мычу,

Целуя нежные места,

Твои глаза меня к лучу

Враз привязали навсегда!

Ты меня взглядом страстным обхватила,

И тут же в рай вошла моя душа,

И я в тебе теряя свои силы,

Надул живот словно воздушный шар!

Твои ножки падают на плечи,

Я окрыленный ими вдаль лечу,

Пусть на земле ничто не вечно,

Ты жизнью светишься, подобная лучу!

Из лона у розы пчела вылетает,

Я из тебя вылетаю как тень,

Везде существа побывавшие в рае,

Безумным полетом встречают свой день!

Ты, любимая, щиплешь меня,

Как лошадка нежный цветочек,

А я в серединке жаркого дня

В твоей серединке ловлю прелесть ночи!

Все повторяется из года в год, – долбежка,

Бутылка водки, шашлычок в лесах,

Ты на столе сейчас лежишь голодной кошкой,

Что будет после, когда крест воткнется в прах?

Тебя 3 раза я любил и снова грежу,

Ты снова голая кладешь себя на стол,

В глазах твоих сверкает дико нежность,

По-детски в дырочку заглянет снова кол!

2 глаза у меня как у собаки,

На тебя голодные глядят,

Опять забудемся в лесу в безумной драке,

Лишь потому что ты имеешь дивный зад!

За столом сижу, напился водки,

Ты – на столе, сдавила голову меж ног,

И я поплыл в твоей небесной лодке,

Творя людей одним движением как Бог!

Кружочек между ног – ноль, пустота,

Но я нему стремлюсь как к абсолюту,

Из нежных уст твоих выходит красота

И люди возникают за минуту!

Тебя люблю, – так весело и дико, —

Мне с тобой не было никогда,

Из лона нежных вод течет музыкА,

Песня нашего безумного труда!

Весна! Все люди долбятся, а всуе

О чем-то постороннем говорят,

И только с приближеньем страшной бури

Стремятся к милой, в ее нежный зад!

Молодая лошадь щиплет травку,

Ты щиплешь мои твердые соски,

Я пощипываю нежную канавку,

Значит, скоро будем мы близки!

Жена вновь встала на пути, а мы идем,

С тобой идем в лесок за чудесами,

Жена моя хватается за лом

И сверкает бешено глазами!

Пробила череп мне жена, тебе лодыжку,

В одной палате мы с тобой лежим,

Уткнувшись сладко в золотую книжку,

На которой вместе долбимся и спим!

Я не могу понять, – зачем

Мы любим, после умирая,

Или Бог нас просто без проблем

Потом запустит на прогулку в рае?

Часть 6. Как погубила меня ложь

От великой жалости сердца

Я люблю – и тебя, и жену,

Век долбясь, мне в постели вертеться,

Вроде, как, привыкая ко сну!

Жену давно не трогаю в постели,

В тебе уже как будто век живу,

Жизнь вертится безумной каруселью,

Как же странно, что за это я умру!

Водку выпил, не курю, 100 лет как бросил,

Ты колени раздвигаешь, и молчишь,

И я тобою обладаю ровно 8

Прелестных раз, шепчась с листвой в святую тишь!

Пел соловей, будто просил прощенья, —

Ведь будет он любимую терзать,

И я уже привыкший к наслажденью,

Из тебя творю загадочную мать!

Люди – сволочи, – чего хотят, не знают,

Но долбятся отчаянно легко,

Так и цветы от ветра закачавшись в мае,

Проникают с нами в Вечность глубоко!

Умру с женой, с моею мукой постоянной,

Ты на могилку плакаться придешь,

А я из гроба встану, окаянный,

И расскажу, как погубила меня ложь!

С малышкой, с маленькою феей,

Я шел по парку, взявшись за руки с тобой,

И чувствовал, как души ваши греют

Меня, измученного собственной судьбой!

Мы чуть заметно проникаем друг чрез друга,

Лежащие в траве как тени лет,

Врасплох захваченные солнца ярким кругом,

Мы таим в себе сердца чужих планет!

Тронь говно, – оно запахнет сразу,

Все человечество теряет часто стыд,

У Бога как у няньки, но без глазу,

Любая тварь другую мукой наградит!

Вот и все, – я вышел из тебя,

И удалился тихо в даль столетий,

Осела пылью наша жалкая борьба,

Но под звездами в траве остались дети!

На пустынной солнечной просеке

Мы с тобою долбились весь день,

В нас крутились безумно колесики,

Из нас Бог творил свою тень!

Моя милая дает себя с надеждой,

Что я на ней когда-нибудь женюсь,

Но я уже впитавший ее нежность,

От жалости великой чую грусть!

Над нами мошек легкий рой,

Мы то ли грезим, то ли спим,

Вот так и ангелы порой,

Живут желанием одним!

Жена стояла под окном,

А мы качались,

И на столе, и под столом

Любовь и сладость!

Перед женою извинился, вышел,

Опять зашел, свалился на тебя,

Теперь себя вели мы тише мыши,

И лишь внутри пылала вечная борьба!

В полночь изливаясь весь в тебя,

Вдруг ощутил, что в мире все не так,

Жена стояла под окном, меня любя,

А я не мог из лона вылезти никак!

Хочу напиться и забыться,

Чтобы не думать ни о чем,

Или с тобою так долбиться,

Чтоб не найти дорогу в дом!

Жена напившись, прибежала на работу,

И зарыдала тут же за столом,

На нем с тобой долбились мы охотно,

Хоть и сейчас ты разлеглась на нем!

Ужасно пошло и цинично стыдно

Сводить 2 женщин в беспощадный тэт-а-тэт,

Напился водки, сам сую им вина,

В общем, счастья полон кабинет!

Я в мыслях сотни раз перевернулся,

Любовницу с женою помирил,

Лишившись очень сладостного чувства

Или во сне волшебных крыл!

Ну, почему мы подчиняемся инстинкту,

Как звери с очевидною судьбой,

Долблюсь с тобой по завещанию-реликту, —

За нашу жизнь вести один и тот же бой!

Нет счастья на земле, оно на небе,

Ведь так порою люди говорят,

Но отчего дрожит так нежно стебель,

Когда в траве ловлю твой светлый взгляд!

Понять меня давно никто не может,

Я и сам себя раскрыть не в силах,

И только в твоем лоне между ножек

Вдруг с наслажденьем чую глубь земной могилы!

Что ты мне скажешь, ощущая нежность,

Бегущую на небо с наших тел,

Я много раз в тебя уже вошедший,

Переступаю вновь божественный предел!

Швыряет нас пока с тобой удача

В любые благотворные леса,

И кусая нежно твой волшебный мячик,

Я снова в лоне верю в чудеса!

Мной многое потеряно с тобою,

Как и много найдено в тебе,

Эй, человечество, готовься тоже к бою,

Я шлю с любимою из прошлого привет!

Шел по улицам, вздыхая очень часто,

И нес запах лона твоего,

Мне тогда казалось, это счастье,

Что в тебе осталось что-то, и мое!

Ты голая лежишь, забыв про время,

Я тоже свой мобильник отключил,

Мы обрастаем с тобой чувствами растений,

Говорят, мы все из них произошли!

Еще чуть-чуть, и я сойду с ума,

Я на тебе, жена лицом к лицу,

Жизнь, – она как продолженье сна,

Ведь все живое тянется к концу!

Моя религия – твое нагое тело,

Я в нем ищу подобие себя,

Что до других, то я не знаю дела,

Где бы не шла такая же борьба!

Невероятен жизни смысл,

Осознавать это прекрасно,

Но если в лоне светит жизнь,

То, значит, жить весьма опасно!

Мне Бог подал твое святое лоно,

И я увидел в нем лихую страсть,

Ведь даже буква строгого закона

Имеет свойство перед лоном пасть!

Где-то на небе, в белых облаках

Я спутал взгляд с отчаянной надеждой,

Что мы с тобой останемся в веках,

Потому что были вместе без одежды!

Природа наградила меня смыслом,

В твоем лоне бесконечно утопать,

Ощущая в нем родник всей жизни,

Зову тебя на роды нежно, мать!

Кто не ведал страсть безумных женщин,

Тот совсем не знает ничего,

Лоно милой сжало будто клещи

Весь мой образ, все сознание мое!

Твоя задница порхает над столом,

А клиенты как приходят, так уходят,

Интересно, для чего мы все живем,

Неужели, чтоб балдеть в своей природе?

Бог поздно вечером присел ко мне за стол,

А мы с тобою выпили немного,

Потом тебя я в кресле поборол,

Вот так мы вмиг избавились от Бога!

Бог шепнул мне: Ты дурак!

Я ему поверил,

Но попав с тобою в мрак,

Заревел вдруг зверем!

Жена пришла, и ты идешь,

А я дышу меж вами и молчу,

И слева – ложь, и справа – дрожь,

Я зубом в зуб таинственно стучу!

Жена лежит с тобою на столе,

Она вдруг захотела секса тоже,

А я жужжу как муха на стекле,

Стекло на воздух сладостно похоже!

Я поместил себя в таинственный гербарий,

Пришпилил тень свою к загадочной стене,

Долблюсь весь день с тобой как пьяный пролетарий,

А ты жар-птицей со мной борешься во сне!

В кабинет вошла толпа чернорабочих,

Стол подняли, нас с тобою понесли,

А мы долбимся над ними, что есть мочи,

Ведь в первый раз нас оторвали от земли!

Молчит мобильник, водка выпита до дна,

Ты на полу лежишь привычно голой,

Нас вновь соединяет тишина,

Чтобы потом разъединило слово!

Ты встав на стол, мне прыгнула на шею,

А я не удержался и упал,

Ощутив меж ног прекрасную идею,

Я запускал в тебя могучий идеал!

Гляжу на человечество, балдея,

Всем хочется лишь только одного,

Но даже это побеждает ахинея,

Когда в любви увязло бытие!

Малышка плачет, грудь сосет и снова плачет,

Я перед вами будто памятник сижу,

В глазах лишь скачет яркий мячик,

Вот так я в детство тайно захожу!

Невидимая дверь во всей Вселенной,

В тебе одна таинственная щель,

Заполненная влагой драгоценной,

Защищает все народы от потерь!

Из конторы вышел на крылечко,

А ты за мною, ненаглядная краса,

Прямо руку запускаешь мне в сердечко,

Я через юбку в лоне вижу чудеса!

Кто-то в Москве сказал: Тебя хотят уволить!

Ну, что же, сверху им видней,

Но сейчас, тебя я видя снова голой,

Плюю сам на себя, и на людей!

Во всем ценя златую середину,

Твоею волшебной серединою живу,

Иной раз сам себя зову скотиной,

Когда с тобой охотно падаю в траву!

Люди плавают в реке, и нас не видят,

Мы за кустами долбимся впотьмах,

И словно куколки, дрожим с тобой на нитях,

Ощущая всей галактики размах!

Опять напились, задолбились,

Вдыхая глубже нашу страсть,

Какая сладостная милость, —

Опять меж ног твоих пропасть!

Мы всходим в миг из вечного тумана,

На облаках лежат раскрытые тела,

Закат любви пылает после урагана,

И нежность в небо протекает из тепла!

На удивленье близко край вселенной,

Я в твоем лоне слышу голос внеземной.

Так в каждом ангеле безумные мгновенья

Проступают после вечной тишиной!

Долблю тебя, балдею и пьянею,

Что еще в жизни нужно мне,

Пусть несут другие ахинею,

Лишь твое лоно я ношу в душе!

Я с милой забываю о реальном,

Вместе с отчетом на столе ее люблю,

Хотя отчет, такая, блин, банальность,

Любая тварь, увы, равняется нулю!

Милая, ты хваткая разведчица,

Поди, уж все разведала во мне,

Вот отчего так сердце мое плещется

В твоем нежном лоне как во сне!

Опять люблю тебя в упор,

Освящая нашу блажь молитвой,

В роще даже спятил птичий хор

От нашей страстной обалденной битвы!

Блин, от тебя такое притяжение,

Лишь сел за стол, как ты уже на мне,

Вдруг заголившись, даришь наслаждение,

Вся контора тонет в сладостном огне!

Во мне полжизни протекло с народом,

Кто уже умер, кто в тоске зачах,

Но твое лоно, твоя страстная природа

Меня шевелит еще в сладостных ночах!

Есть ли в любви такое положение,

Только ответь мне честно вечный Бог,

Чтоб получая с милой наслаждение,

Я вместе с нею вмиг исчезнуть мог?

Я на летальном аппарате

Во сне с любимою летал,

И даже в призрачном объятье

Осеменил ее, нахал!

Твой зад, любимая, как солнце,

Сияет мне во мгле ночной,

В нем есть прелестное колодце,

А в нем таится сладкий зной!

Опять с женой лежу холодным,

Несчастным путником в ночи,

Жена терзается голодной,

Но как себя мне в ней найти?

Когда в ночи таинственное бдение

Предназначено рабочему столу,

Мы не бумагам с милой отдаем почтение,

А в сердце сокровенному теплу!

Жарким днем мы трудимся под солнцем,

Нашли в полях просторный кабинет,

В траву упасть не раз еще придется,

Чтоб произвести дитё на свет!

Всего лишь год прошел, дитя повсюду лезет,

Я на тебе лежу, дитя на мне,

О, Боже мой, пропасть в желанной бездне

Лишь удается по хорошему во сне!

Часть 7. В тьме своих неведомых потерь

Лишь на мгновенье нас украсил Бог

Укромной сладостью земного притяженья,

Но в твоем лоне мой безумный сок

Уже приговорил тебя к рожденью!

Давно сбежали мы от суеты,

Лежим под деревом с прелестными цветами,

У твоего цветка раскинув лепестки,

Я пью нектар, сливаясь с радостными снами!

Мы ящик водки выпили с тобой,

Лежим уж вместе месяц под березой,

И день, и ночь ведя безумный бой,

Мы просто спятили от мировой угрозы!

Твоя нора так тонко оплетает

Мое вхождение в неведомую высь,

Все человечество летит безумной стаей

В то место, где возникла наша жизнь!

Твои шары повисли надо мною,

Исцеловал один, потом другой,

Вот так в безумии привязанные к зною,

Мы в нежной страсти вмиг опутаны судьбой!

Жена стучится в дверь, а мы затихли,

Мы на полу слились в один объект,

В таинственном возникновенье жизни

Затих рабочий кабинет!

Ты в хмелю целуешь тело,

7 засосов на груди,

Чтоб жена понять сумела,

Это сделала все ты!

У жены вполне привычный тон,

Увидела засос на моей шее,

Я тут же вспомнил твой блаженный стон,

Моя волшебница, царица, ворожея!

Я раздвигаю твои ноги,

В кружок таинственный вхожу,

И вспоминая вслух о Боге,

Тобой единственной живу!

Кричала ты, себя не помня,

Жена стучалась громко в дверь,

А я как призрак таял в тьме

Своих неведомых потерь!

Исцеловал живот тебе, любимая,

Везде засосы ставил как печать,

Засос как красное пятно твое родимое,

Чтоб не посмел никто союз наш разорвать!

Я посадил тебя на стол,

Раздвинул нежно твои ноги

И глубоко в тебя вошел,

Тела пронизывали токи!

О, сколько лет еще дано долбиться

С тобой, любимая моя,

Одно мгновение пролетит, и мы как птицы

Устремимся в вечные края!

Люблю тебя, кусая очень нежно, —

Твой нос и подбородок, и твой холм,

Везде округлости внушают мне надежды,

Что Бог и после нас уложит вмиг на стол!

Исцеловались мы с тобою за день,

С губами синими иду домой, герой,

Жена увидит и возьмет наш складень,

И помолюсь за грех, клонясь к земле сырой!

Опять я таю в твоем чудном лоне,

Из под ног уходит вмиг земля,

Как птица в благодатном небосклоне,

Я простираю крылья в нежные поля!

Уже давно зависим я от твоих ласок,

И в нежный час мы закрываем кабинет,

Лишь перед дверью у жены гримаса,

Из под двери снова льется грешный свет!

Любимая, раскрой мне свое лоно,

Я так устал от многолетнего труда,

Что лишь с тобою извергая семя стоном,

Я на жизнь гляжу с улыбкой без стыда!

Который час уже люблю тебя, любимая,

А ты все таинственно мычишь,

Моя прелестная, звезда неугасимая,

Только ты меня волнуешь, мой малыш!

Проходит все, и наше лето,

И твое тело на траве,

Даже любовь в душе поэта

Вдруг гаснет звездочкой во тьме!

Моя любимая дрожит под алкашом,

От удовольствия с усов слетают слюни,

Я себе руку повредил ножом,

Чтоб над трупами не распускались нюни!

Я вышел, громко хлопнув дверью,

И ощутил в душе такую пустоту,

Что даже Бога проклиная, верил,

Он в наказанье нам ложь спрятал в красоту!

Была любимая, богиня, стала блядь,

Она любому могла лоно свое дать,

Преподавателю за лучшую отметку,

Менту, чтоб завтра не попасться в клетку!

Тупа, бессмысленна, порой жестока

К нам наша идиотская судьба,

Поэтому и вижу я далеко,

И словно прах на ветер отдаю тебя!

Мне Бог устроил страшный маскарад,

Я видел маски на безумных лицах,

Здесь целовались и сношались все подряд,

Едва успев для легкости напиться!

У бляди дочь несет ее же крест,

И разве может понять крошечный ребенок,

Что деньги те, что бляди даст отец

Не заменят ему теплоты с пеленок!

Вот, я один пред Богом словно перст,

Стою во тьме, разглядывая знаки,

И в каждом знаке темный лес

Окружает глаз слепой собаки!

Хочу покинуть этот мир, но не могу,

И не от страха, а от подленькой идеи,

Занести всю жизнь свою в строку,

Чтобы потомки после колупались с нею!

От самцов почуяв запах драки,

Я вижу, самки глазками блестят,

Всем лоном приоткрыв кружок клоаки,

Где грешников зовет к жаровням ад!

Имел я секретаршу дни и ночи,

И плевал порою в потолок,

А теперь своим безумьем озабочен, —

Что мне делать, спрашиваю, Бог?

Может мне найти другую секретаршу,

И день, и ночь ее охотливо трепать,

Но отчего тогда бывает страшно,

Что я доподлинно найду такую ж блядь?

Мне в твоем лоне видятся пороки,

Людей зверино-бешеный оскал,

Всегда податливо раздвинутые ноги,

Ну, точно, Бог людей заколдовал!

Я ненавижу сам себя и понимаю,

Что судьба уже расставила силки,

Так, любая баба как родная,

Распахивает лоно от тоски!

Я потерялся в человеческом зверинце,

И уже много лет с ума схожу, —

Отчего так пламенеют в страсти лица,

Отдаваясь с наслажденьем миражу!

Я в грешном лоне пробыл 10 лет,

И безумцем распознал весь ужас счастья,

Теперь гляжу в пустынный кабинет,

Ловя в душе лишь тени прошлой страсти!

Она меня убила, и так больно,

Улыбка в страсти, и в безумье взгляд,

Пот, разносящий запах грешной соли,

И семя странников спешащих вместе в ад!

Исчез судьбою созданный мираж,

От бляди полутени вспоминаний,

И только Бог один, – невидимый мой страж,

Хранит в себе исчезнувшее пламя!

Мне не любить тебя, как и с малышкой

Мне не видеться теперь,

Чудеса, рассказанные в книжке,

Слишком быстро закрывают в счастье дверь!

Мне не любить тебя, как и с малышкой

Мне не видеться теперь,

Чудеса, рассказанные в книжке,

Слишком быстро закрывают в счастье дверь!

Любили мы, порой долбились,

От счастья высунув язык,

Но даже эту божью милость

Удар судьбы уже постиг!

Ты слишком была доступной,

И к тому же совсем не святой,

Теперь мне понять не трудно

Отчего так внутрь тянет покой!

Пройдет всего какой-то век,

И зарастет к тебе народная тропа,

И уже в лоне, но в другом мой имярек

Стихами будет красить не тебя!

Если ненависть оправдана любовью,

То для чего тогда тебя прощать,

Мы за все расплачиваемся кровью

И о прощенье молим только Божью Мать!

Прошла любовь, завяли помидоры,

Друг другу ручкой сделали адью,

Нажраться водки или мухоморов,

Ведь все равно не сесть в волшебную ладью!

Тебя не жалко мне нисколько,

Только дочку жалко, негодяй,

С тобой не раз ложился в койку,

Где продлевая род, ломился в божий рай!

И красота бывает безобразной,

И женский смех скрывает часто грех,

И у людей порой такие дрязги,

Что обеспечат кладбище для всех!

Пытаюсь всех живущих уважать,

Но с ними часто что-то происходит,

Тут Божья, там ядрена мать,

И никого, кто б безупречен был в природе!

Ужасны мои личные дела,

Моей любимой даже в снах не существует,

И только в памяти безумные тела

Тоска соединяет снова в бурю!

Шедевры чувства порождали наши акты,

Тогда она была еще в душе чиста,

И одному лишь мне с большим азартом

Раскрывала сокровенные места!

Безумных лон измученный страдалец,

Вкусив в измене страстное вранье,

Я по земле бреду как мудрый старец

Ища везде иное бытие!

Нас время расставляет по местам,

Одни в могиле, а другие в лоне,

Там, где тень незримого креста

С наслажденьем в своей смерти тонет!

В начале свет от песен исходил,

Потом в конце слова уже темнели,

Я тобою наслаждался как дебил,

А ты со мною добивалась своей цели!

Как звери в баснях мы друг друга стоим,

Только у каждого из нас своя цена,

И Елена вмиг спалила Трою,

Одевшись похотью троянского коня!

Воздушною трапецией по небу

Летит с деревьев падшая листва,

100 раз уж вспомнил, где я только не был,

И все же выбрался из плена естества!

Оказалось, что любовь моей зазнобы

Была потребностью живого естества,

Она со всеми трахалась как робот,

Ибо душа ее давно была мертва!

Из грешной плоти выбрался наружу,

И с удивлением почувствовал, что мир

Внушает людям животворный ужас,

Исчадье ада, зов голодных дыр!

Сплетенье фактов из людей —

Моя петля,

В телах смеющихся блядей —

Тень от креста!

Из тьмы одной в другую тьму иду,

Что я ищу на свете том и этом,

Какая запись на моем роду,

И отчего мне не хватает в жизни света?

Она подохла в свете солнца,

Моя безумная наивная мечта, —

Иметь одно прелестное колодце

И до гроба растворяться в нем всегда!

Я осознал всю грязь безумного порока,

Когда налившись семенем чужим,

Ты мне платила сказочным оброком,

Пока не превратила чувства в дым!

Я водки выпью, взгляну в зеркало, заплачу,

За много лет едва я узнаю себя,

А был веселый светлый чистый мальчик,

И хотел всю жизнь любить тебя!

Рисует лоно мне безумство страшной ночи,

Когда в бреду ты с пьяным мужиком,

По телефону говоришь мне нежно очень,

Проводя по его телу языком!

Что сделал Бог со мною, бедный житель,

Я на земле родной едва стою,

Уже не чувств, исчезновения проситель,

Хочу напиться, уподобившись нулю!

Увы, нас чувства не спасли,

И даже в храме мы друг друга не простили,

Исколотые стрелами любви,

Затихнем молча мы в подаренной могиле!

Мы много лет друг в друге пропадали,

Искрилась светом наша сладостная связь,

И вот теперь молчу один в печали,

Вспоминая уже мерзостную грязь!

Ты – кошка, ты ложилась с настроеньем,

И прогибаясь чудно, отдавалась мне,

Теперь брожу с безумным ощущеньем,

Что жизнь с обманом встретилась во сне!

Ужасный страшный мерзкий алкоголик

Тебя втайне грязным пальцем возбуждал,

Я вспоминаю часто с острой болью,

Как ты мой палец устремляла в свой овал!

Помню говно его, как я его заставил

Обтирать весь унитаз как свой же зад,

И этот гад пыхтел в твоей канаве,

Мне этот мир напомнил жуткий ад!

Обвал всех мыслей, я к земле придавлен

Чужою плотью достающейся тебе,

Лишь серп луны, так схожий с острой саблей

Пытался голову отсечь мне в вечной мгле!

Я покинул грязную квартиру,

Малышки плач и хрип седого алкаша,

Тебя, похожую на лиру,

Уже без струн, кричащую в меня!

Как мне назад войти в тот мрак отвратный,

И малышку из той грязи увести,

Где алкаш с тобою долбится так ладно,

Раздвинув ноги в свете утренней звезды!

Часть 8. И в храме всюду отблески порока

Я смыл с себя и грязь, и пот, и похоть,

Слезами выстилая смертный путь,

Любой мужчина, ощутив твой острый коготь,

Слова любви шептал, чтоб в лоне утонуть!

Пройдет лишь день один, я устремлюсь

с надеждой,

В огромный лес, где нет нигде людей,

Чтобы вернуть на время твою нежность,

И с ощущеньем боли распроститься с ней!

Вот здесь в лесу, в ручье весной долбились,

Мы как две рыбы, в сладостных волнах,

В том месте зацветает желтый ирис,

Собой венчая расставание и прах!

Я с себя сдираю кожу, и во сне,

В нежных тенях небо обретаю,

Ты с облаков спускаешься ко мне,

За собой ведя мужчин безумных стаю!

Я слезы проливал, а ты долбилась,

То с одним, а то с другим,

Все мысли обрели святую сырость

Людей взлетавших паром от земли!

Ты взлетала ярым ураганом,

Я плакал, снова звал тебя во сне,

И алкоголик, раскрутившись с твоим станом,

Рычал как праведник, дающий правду мне!

Тебя долбили все, а я не слышал,

Я как младенец в твоем лоне засыпал,

Потом ворочаясь с женой в глухом затишье,

Берег напрасно в сердце идеал!

И в храме всюду отблески порока,

Здесь звери-люди обретают одну мысль,

Как судьба бывает истинно жестока

За их уменье создавать порочно жизнь!

Опять мой Бог ко мне во тьме спустился

И раздвинул занавес небес,

Ты с алкоголиком стонала вновь без смысла,

А я в слезах обнял свой страшный крест!

Везде, увы, одно пятно порока,

Кровь с семенем везде на простыне,

И лишь во сне мне светит божье око,

Все люди тают вместе с образом в огне!

Огонь свечей, мерцание лампадок,

Глухая тишина, святая рать, —

Богов и мучеников видеть очень надо,

Чтоб на безбожный мир потом насрать!

Самозабвенно я прослушал литургию,

В бессмертной тени наших голосов,

И где-то в памяти напомнив мне Марию,

Ты в райских кущах раздавала всем любовь!

Овеян сумраком реальных сновидений,

Я на мобильнике письмо тебе долбил,

Дорогая сука, я с почтеньем,

Твоих любовников прославил как дебил!

Увы, но счастья исчезающий в тьме след

Уже пропал из нас, вдали растаяв,

Здесь ты по душам пробегала словно ветр,

В телах ища воспоминание о рае!

Я твое имя написал горячей кровью,

Одет твой грех туманом бытия,

Ты как чудовище расправилась с любовью,

И больше мне любить тебя нельзя!

Я не могу, увы, меня тошнит,

В безумстве лоно шевелится от безделья,

Любого страждущего донимает стыд,

И страсть сплетает в небе все деревья!

Как страшно может в жизни быть,

Когда в пустыне собственной химеры

Ты в сердце рвешь связующую нить

С желанием любви, добра и веры!

Мир обнажился своей страстью,

И вмиг в грехе навек погряз,

И где оно, былое счастье,

Нам счастья не дает оргазм!

Несчастных тел безумный произвол

Меня склоняет с водкою к могиле,

Мой Бог, меня ты произвел,

Чтобы меня грехи мои сгубили!

В слепящей чистоте безумного порока

Вчера ты ангелом раскрыла двери мне,

И как потом неистово жестоко

Уже другого поедала ты во тьме!

Задумался, зачем еще дышу,

И вижу этот мир таким ущербным,

Без смысла пролетает, тает шум

Во тьме глухой безжизненной Вселенной!

В дыханье ночи стонешь ты под мужиком,

Лицо его искажено свирепой злобой,

Все счастье полетело кувырком,

Одно зло внутри норы, твоей утробы!

Сквозь гущу тел совокуплявшихся повсюду,

Я шел по жизни, словно плыл по сну,

И в каждом теле видел я Иуду,

Продавшего весь мир лишь за красу!

За линией любви все мои жизни

Тенями лет растаяли вдали,

Чтобы когда-нибудь в бескрайней выси —

Наши души себе место обрели!

Мы все умрем таинственно и тихо,

Уйдя в другой прекрасный светлый мир,

Затихнет тут же бестолковая шумиха

И члены выползут из бесполезных дыр!

Не удержала счастья ты в руках,

Замарала мою душу мерзкой грязью,

А, впрочем, все здесь канет быстро в прах,

Все люди слепленные одной голой страстью!

Сколько идиотов перед Богом

Трясется жадно за кусок,

А я смертельно заболев пороком,

Убить тебя хотел, но, вот, не смог!

В говне дремал твой алкоголик,

Малышка твою сисечку сосала,

Я в голове чертил ужасный нолик,

В нем лились тени из печального хорала!

Я трогаю вокруг себя пространство,

Мне люди заменяют провода,

По ним бежит измученное блядство,

Едва держась за уходящие года!

Когда-нибудь в безумье пьяной ночи,

Рассвирепея, он тебя убьет,

И ты с мукою закроешь быстро очи,

И я тоже с мукой встречу свой восход!

Глаза не видят ничего, душа не слышит,

Я подчинен одним тоскующим теням,

На свой же голос трогаю затишье,

От вечной жалости стремясь лишь к небесам!

Вера моя и надежда,

Счастье мое и любовь,

Страсть и волшебная нежность,

Ничего мне не встретится вновь!

Я ангелов из неба призываю

Забрать меня отсюда навсегда,

Лишь на величье Бога уповая,

Стираю я из памяти года!

На песке чертил невинные цветочки,

И формы нежности в песчинках узнавал,

А светлый образ моей чудной дочки

Со слезами в небе тихо исчезал!

Горел напрасно я с тобою,

Теперь башку посыпав пеплом,

Дико заласканный судьбою,

Спешу не к бабам, а на небо!

Ты, – похотливое созданье,

И слава Богу, то что я

Нашел иное обладанье

Уже не лона, бытия!

Давно ли я долбился среди сумерек,

Или на ручках секретаршу нес в кровать,

Теперь осталось о судьбе подумать

И с женой спокойно тихо засыпать!

Как много баб прекрасных и достойных,

Тех, кого б я мог сейчас обнять,

Но всюду нам любовь устраивает войны,

И в каждой бабе нас зовет на подвиг бл*дь!

Издолбилась милая, и потерялась,

Не осталось даже лучика звезды,

Неужели это моя старость

Принуждает отвернуться от мечты?

Во сне почуяв в теле сладость,

Я утром бабу повстречал,

И так долбил ее на радость,

Что чуть не вспыхнул идеал!

Спит любовница с другим, но мне не грустно,

Было грустно, плакал, водку пил,

А теперь совсем иные чувства

С другими бабами ищу себе, дебил!

Жаль, что мы в безумном хороводе,

И что развеются значения имен,

Хотя пока еще в любви свободен,

Я также крепко чую страсть прелестных лон!

Не дала мне бывшая с малышкой,

Не встретиться, ни погулять,

Разорвал все купленные книжки,

Пусть во сне увидит слезы дочки блядь!

Чем отличаюсь я сейчас от своей бывшей,

Она с другим, и я с другой,

Как жадно проникаем мы в затишье,

Друг на друге мчась в земной покой!

Подобное лечат подобным,

Уста возлюбленной, уста таких же баб,

Но как небо над нами огромно,

Я придавлен всем небом, я слаб!

Как примириться мне с судьбой,

Я потерял свою любовь,

Пойти что ль к бабоньке какой

И погонять по телу кровь!

Моя любовь без веры умерла,

Измена стала страшным откровеньем,

Для чего мы клеим нежные тела,

Не для того ли, чтоб быть просто удобреньем!

Это ничего, что я чуть пьян,

Меня мир безумьем одолел,

Даже в сказках есть большой изъян, —

В них люди не имеют своих тел!

Нашел подружку удалую,

Тружусь с ней в полдень у реки,

Долблю – во все места – цалую,

Экстраполирую грехи!

Свет солнца гаснет над рекою,

С чужою бабою лежу,

В нее впиваясь, ища вечного покоя,

Я в ее теле уподобился клещу!

След от любви моей – ребенок без отца,

Как странно, – я еще живу,

И вкушая милости творца,

Уже с другою бабой падаю в траву!

Везде одни противоречья,

Объятья, тут же море слез,

Долблюсь я с миром, будто в Вечность

Бросаю цепь метаморфоз!

К ее дому подходил не раз,

И ждал, когда пойдет гулять с малышкой,

И часто тер слезливый глаз,

Будто чувств хотел стереть излишки!

Лежу в траве один, свет в облаках,

В душе одна обманчивая смута,

Скорей бы протекли века,

Чтобы меня не было, как будто!

Я потерялся в одинокой бабе,

Мы пили водку, говорили обо всем,

Потом я затонул в ее канаве,

Но это был чужой и страшный дом!

Я взял свой нож и вышел к речке,

Провел по горлу один раз,

Но нож тупой, немая Вечность

Глядит с усмешкой в каждый глаз!

Часть 9. Бог импровизирует всех нас

Я помолился камню как иконе

И женщину как дерево обнял,

И в земле как в ее нежном лоне

Сразу все навеки потерял!

То, что женщины целуют неустанно

Своих возлюбленных мужчин,

Ни для кого давно уже не тайна,

Но только случай в этом господин!

Пришел на детскую площадку,

Здесь игралась девочка моя,

Водки выпил, скушал шоколадку,

А душа распята точно у Христа!

Я слезы лью по ее детским кудрям,

Я целовал и гладил их рукой,

О, Господи, взмахни крылами бури

И унеси меня в таинственный покой!

Деньги бывшей дал, та плачет у порога,

Ее хахаль из квартиры убежал,

Что ж осталось мне теперь, – молиться Богу,

Дай дочке счастья, раз у нас его забрал!

Лишила дочери меня и торжествуешь,

Ну, что же торжествуй, любовь моя,

Но только алкаша сейчас целуя,

Ты не любовь, а ядовитая змея!

Милая – светлая – нежная

Девочка – сказочка – дочь,

Какие мы грешники бедные,

Даже Бог нам не в силах помочь!

Больше не приду на ту квартиру,

Пусть лучше друг мой деньги принесет,

И так уже сломалась лира,

Не из любви, из дикой жалости поет!

Заперся, пью водку в кабинете,

И думаю печально обо всем,

Глаза закрыл, – и тут же всюду дети

Рвутся к несчастью из нежнейших лон!

Устал от жизни, хочется пространства,

В котором как улитка буду тих,

Забыв о боли, о любви, о ярой страсти,

Я просто в Вечность прошепчу свой бедный стих!

Бог импровизирует вех – нас,

Но мерзавцы сами правят миром,

Полчеловечества орет, словив оргазм,

А я к могилкам прижимаюсь сиро!

Кто-то долбится ритмично,

И скандалит, и поет,

Жизнь, – она эпизодична,

А я страдаю вечно, идиот!

Женюсь, – так станет изменять,

А я страдать, терпеть, бродить угрюмо,

У резвой лошади всегда такая стать,

Живет, презрев все человеческие думы!

Вот, если бы внезапно умереть,

Не претендуя на любовь и на богатство,

А вдруг бесценный клад раскроет Смерть,

Воскресая меня с нежным постоянством!

Я у Бога попросил ключи

И приоткрыл немного дверь на небо,

Ослепили меня страстные лучи,

В лучах от жажды просыпались девы!

Я пошел по небу далеко,

Тая в волшебстве Его безумия,

Плоть отделялась от души легко,

С любовью все уже во мне навеки умерло!

Упал я с неба в нежную траву,

Цветы с цветами обнимались страстно,

Зачем, – у Бога я спросил, – живу,

Потеряв все сладостное счастье?

Бог все молчал, я говорил,

Цветы с цветами порождали тени,

В тенях блуждал архангел Гавриил,

Бросая людям возбужденные мгновенья!

Мне бы травою горькой отравиться,

И по реке поплыть говном,

Чтобы душа моя летала птицей,

Озаряя землю перед сном!

Она часто говорила мне про лень,

А сама тайком с другим долбилась,

А я ей глупо верил как олень,

Глубоко почуяв ее милость!

Через глубины подсознанья,

В далекий мир уже вхожу,

Но и там трепещет тьмою обладанье,

И хор теней отдался миражу!

Душа мгновенно отлетела,

Описав незримый пируэт,

В памяти одно нагое тело

Излучало свой таинственный портрет!

Убитый твоей тенью, я лежу,

И глаза твои повсюду ощущаю,

И семя уже брошено в межу,

И цветок страсти ярко полыхает!

В рай нас с тобой не примут, там нет мест,

Так что в аду пожаримся с тобою,

И в ярком пламени, среди хмельных невест,

Я тебя и ублажу, и успокою!

Мое прощение тебе, моя любовь,

Только нет дороги к возвращению,

Не сольемся, не смешаем кровь,

В бесследной жизни мы с тобой как тени!

Из лона твоего в другое лоно

В неодолимом возбужденье захожу,

Увы, страсть изменяет все законы,

А смысл любви подобен в колкости ежу!

Вот и опустилась быстро полночь,

Ты в постели с хитрым алкашом,

Уже долбишься которую неделю,

Пряча слезы от него тайком!

Я рисую твой портрет из разных красок,

Красная – огонь и нежный стыд,

Желтая – безумная гримаса,

Путь в отсутствие любви уже открыт!

Есть врач по органам, но нет врача по чувствам,

Психика уже здесь не при чем,

Люди порой долбятся искусно,

Незаметно поджигая свой же дом!

Поехал к гадалке, гадать на тебя,

Сказала: Бесплодный тебя обрюхатит,

Задумал он месть, твое дело – труба!

Беги из его ужасных объятий!

Неужели мне гадалка соврала,

От тебя услышал лишь проклятье,

Прости, любовь еще не умерла,

И я храню следы неистовых объятий!

Только время вскроет бренные тела,

Показав следы неистовых объятий,

Тебя тьма собой заволокла,

Неся мне бремя вечного проклятья!

И зачем гадают люди друг на друга,

На свою злосчастную судьбу,

Неужели не хватает духа,

Не опуская головы, идти во тьму?

Лежал весь день я под березой,

И думал о твоей любви,

Любовь прошла, остались грезы,

Но скоро сгинут и они!

О, Боже, мой к тебе, гонимый ветром,

Летит мой безутешный плач,

Плач по любви, божественному свету,

Ты – моя жертва, и ты – мой палач!

Тает дымка в небе безвозвратно,

Тает моя нежная любовь,

Твое имя повторяю многократно,

Проливая в сердце с болью кровь!

Что ты хочешь, моей смерти?

Скажи лишь слово, я тотчас уйду!

Неприкаянною тенью меня вертит,

Нежным взглядом на далекую звезду!

Стою на крае мира и молчу,

Из чувств моих одна любовь осталась,

Бог прислонил меня к прелестному лучу,

Я по нему струюсь в отчаянную жалость!

Увы, но счастье исчезает,

И веры уже в счастье никакой,

Подружка милая, дружок твой замерзает,

Но какой бы ни был он, он твой!

Я женщину нашел взамен тебя,

И напоив ее вином, улегся рядом,

Кругом стояла жутко тишина,

А ты в меня светилась грустным взглядом!

Наши призраки в молчании сошлись,

Разглядывая грустно наши жизни,

Увы, любовь нам отравила жизнь,

Хотя сначала поднимала в выси!

Твоя душа ко мне стремится,

Погуляла и опять пришла,

Села на колени словно птица,

И ждет, когда вновь склеются тела!

Все люди – бляди, говорят, а мир – бардак,

Но даже в этом странном шуме,

Я вспоминаю наш счастливый мрак,

И брак, который, не родившись, умер!

В постели с женщиной чужой ищу тебя,

А ты с мужчиною другим во тьме вздыхаешь,

Какая все же чудная судьба,

Я в одной, а ты в другом вмиг умираешь!

Мы слились молча, за спиной судьба

О нашем прошлом тягостно вздыхала,

Там обнажившихся людей толпа

В черном мраке обладала нами яро!

Я взял тебя за подбородок,

Уже второй под ним висел,

Года творят из нас урода,

Во всей своей избыточной красе!

Я целовал живот твой, а теперь лишь пальцем

Провожу по сладостным теням,

Живот обвис, и странным постояльцем,

В тебе я молча улыбаюсь вечным снам!

Мое молчание давно хранит меня,

В нем есть и боль, и странная завеса,

И та же нежная глубоководность дна,

Где я тебя ласкаю с диким интересом!

Я сольюсь с тобой, с живой, в один комок,

В нем две пульсации невидимой Вселенной

Окрыляет бесконечной тьмою Бог,

Вскрывая образ красоты бесценной!

Ты все с другим, а я с другой,

Но в нашем тающем молчанье

Я достаю тебя рукой

И снова чувствую желанье!

Плениться образом твоим, какая грусть,

В твоих глазах блестящих тень разврата,

Но я, обняв тебя, с тобой опять сольюсь,

Ибо боль моя за смертных грех расплата!

Опять несчастный алкоголик

Мне показался вдруг из-за угла,

С любимой я расстался с острой болью,

Вмиг разорвались наши души и тела!

Прости меня, любимая, за все,

Бред ревности создал во мне видения,

И я рыдал, объятый жутким сном,

Лишенный и любви, и наслаждения!

Безумья пелена упала с глаз,

И я опять злосчастный двоеженец,

Но лишь с тобой вмиг ощутив оргазм,

Освобождаюсь от мучений и бессонниц!

В гостях у психоаналитика

Я разум свой просеял как зерно,

Не бред, а ревность вроде винтика,

Во мне закручена через ее вранье!

У ревности моей есть основание,

Когда милая в халате без трусов

У соседа вызывает заикание,

И без меня ночами спит моя любовь!

Намерен я расстаться с двоеженством,

И от жены к любовнице уйти,

Пусть даже сделать шаг не просто,

Готов предать родных ради любви!

Привычное тепло своей семьи

Променять хочу на страсть и наслаждение,

И на малышку, – дочь моей любви,

Возникшую из яркого мгновения!

Хочу быть только лишь с тобой,

Неужели ты меня к себе не впустишь,

Или снова в сердце ноет ложь,

И для другого ты готовишь свое устье?

Любовь – вампир впивается мне в горло

И сосет мою густую кровь,

Мутнеет взор от сладостного взора,

Будто смерть снимает с нас живой покров!

В твоем безумном лоне наваждение,

Вся жизнь тобой захваченная в плен,

Вкушая страсть, вдруг постигает откровение,

Не моля себе уже ничто взамен!

Готов в ногах твоих валяться,

И целовать тебя до слез,

Прости несчастного мерзавца,

Хоть за букет трех белых роз!

Собой напоминаю я растение,

Что с твоим растением сплелось

В одно святое наваждение,

Кружащее земли безумной ось!

Я слезы вытру с щек твоих, родная,

До слез сам расцелую всю тебя,

И буду плакать, что живая,

Со мной всегда живет любовь твоя!

Дай сердце мне твое послушать,

Удары гулкие земного бытия,

Связующие вместе наши души,

Рисующие рай, где вместе снова ты и я!

Опять я без тебя один в тоске,

На день расстался и тобою грежу,

Хочу лежать с тобой у речки и в леске,

И дарить тебе – единственной всю нежность!

Куда бы я не шел, твоя лишь тень

Повсюду следует за мною,

Любой плывущий по равнинам день

Из-за тебя лучится сладостной весною!

Я напою тебя вином и нежным сном,

Замру цветком в твоих трепещущих объятьях,

Я стану твоей ночью, твоим днем,

Везде срывающим с тебя в безумье платье!

От весны до весны, и от лета до лета

В ночь плывут облака, унося нас с тобой

В небеса, в тишину изумленного света,

Где мы часто ведем спор с безумной судьбой!

Я в тебе заблудился давно,

Мой волшебный лес сновидений,

Моя страсть, моя грусть и вино,

Нас связала навек тень мгновенья!

Пусть раздерут меня на части

Любые волки и леса,

Я весь в твоей безумной власти,

Моя волшебная звезда!

Кто нужен мне, жена иль ты,

С таким безумно страстным лоном,

Любовница моей мечты,

Поющей мне осанну стоном?

Года пройдут, и, хрен, чего исправить,

Отмотаешь у судьбы приличный срок,

Заглянешь в душу, а в душе несчастный Авель,

Твоим же Каином убит за страсть меж ног!

Бессмыслица рождает понимание,

Страсть в глубинах нежных лон,

Извлекает нужное старание,

Раз в тиски безумья заключен!

Как детали заключил нас Бог друг в друга,

Мы, проникая, кружимся, летим,

Вдвоем внутри магического круга,

Превращающего наши чувства в дым!

Месяц светит сказочным мерзавцем,

С тобой, любимая, на стонущих ветвях,

Пытаюсь я в созвездия пробраться

Через лоно твое в самый вечный прах!

Мне жена глядит в глаза устало,

С тобой меня увидела в раю,

И рожа полыхает, только мало,

Я нужной правды в этом мире узнаю!

Стоит ли держаться за приличия,

Когда от прежних чувств, твоя душа едва

Сохраняет свое старое величие,

Любовь ко всем во мне кощунственно жива!

Люблю жену и грустным взглядом провожаю,

Люблю тебя и проникаю в страсть,

Зачем я существую и летаю,

Неужели, чтоб во времени пропасть?

Бог не злодей, но как-то очень странно

Он устроил этот грешный мир,

Человеку в человеке мнится тайна,

Летящая как дух из смертных дыр!

Раз проникаю я в тебя, то существую,

Но никто не объяснит мне как,

Море с волнами кружит в любую бурю,

К свету тянется любой безумный мрак?

Крик замер в голосе твоем, в моем молчанье,

Вот так нас накрывает тишина,

И мы потом с прискорбным узнаваньем

Находим дверь внутри холодного зрачка!

Люблю тебя, и в память зарываюсь,

А там с тобой живет моя жена,

И в каждом лоне светит ваша жалость, —

В исчезновении меня хранит вина!

Что ищем мы в других мирах,

Когда в себе расслышав голос тайны,

Шевелим с безумьем грешный прах,

И узнаем вмиг все, как есть, случайно!

Мир заносит с жалостью меня

К нежной деве в узость ее лона, —

Так возникая вдруг из сладостного сна,

Ты раскрываешь прелесть вечного закона!

Жена – мой близкий давний друг,

Как с тобой расстаться тяжело,

Но я точкой обозначив круг,

Тянусь к любовнице, почувствовав тепло!

Стрела амура сердце поразила,

В который раз уже ты стала дорогой,

Ибо в тебе бушует сладостная сила,

Я наслаждаюсь твоей страстною игрой!

Поверь не лень, а только страсть

Пленит меня одной тобой,

В тебе всегда хочу пропасть,

Ты мне дарована судьбой!

Переступить тотчас через себя,

Через семью одним всего желанием,

Зовет меня великая борьба,

Любви безумной вечное восстание!

Два ангела ко мне из темноты

Прилетают молча, среди ночи,

Моя жена несчастная и ты,

И нежно звездами блестят в раскрыты очи!

Гляжу на дверь, боясь ее порога,

Из семьи родной боясь навек уйти,

Неужто ты одним любовным соком

Мне нарисуешь сердцу милые пути?

Ключом от сердца раскрываю светлый дом,

И на Образ твой единственный молюсь,

Только тебя с дочуркой вижу в нем,

Лишь о жене тая безудержную грусть!

Между мною и тобой нет расстояния,

Всякий миг взрываюсь я в тебе,

Небеса обнял крик обладания,

Жизнь как возникла, так исчезнет вся в борьбе!

Жизнь нежным сном меня оберегает,

Ты – светлым образом своим,

Опять дрожишь со мною, дорогая,

Словно пташка в тьме суровых зим!

Моя любимая опять в бреду,

Напилась и в страсти тихо бредит,

А я ловлю огонь в ее саду,

И реву от наслаждения медведем!

В словах любви есть благостная тайна,

Она зовет нас в сумраке ночей,

Слиться в единственный и необычайный,

Спешащий к Вечности магический ручей!

Исцеловал да так, что губки обвисают,

Друг на дружке жучками лежим,

Под цветение лип сладость рая

Нас уносит в сказочный Крым!

Хочу на все забить, чтобы не думать,

Чем обернется мой земной кошмар,

И создаю божественный рисунок,

Рисуя нас с тобой сливающихся в шар!

На трусах давно ты носишь крест,

Его я вышил золотою нитью,

Как выраженье точки высших мест,

Отражающей безумное событие!

Часть 10. Человек пришел, чтобы уйти

Я раздевал тебя под дубом в мае,

И ты смеялась, пила водку, и дрожа,

С меня сама штаны сымая,

Кричала долго о любви, моя душа!

Как двух птенчиков нас приютил наш лес,

Гнездо из трав, цветов и ветра

Сберегало связь безумных мест,

Бросая в небо обладанье светом!

Мир холоден бесчувствием своим,

А мы опять слились с тревожной мыслью,

Что все растает, пролетит как белый дым,

И даже мы, – сейчас блистающие жизнью!

Толпа людей сомкнулась в тесный ряд

И на земле могила появилась,

А в той могиле пел безумный сад,

И ты, со мной сливаясь, плакала на милость!

Хотел убить себя, но, вот, не смог,

Опять плыву в твоем волшебном лоне,

А над нами дремлет светлый Бог,

Сберегая нас как рыб в глухом затоне!

Человек пришел, чтобы уйти,

Я в твое лоно влез, чтобы исчезнуть,

Все мы – странники на тающем пути,

И все мы под ногами чуем бездны!

Пробрался в твое тело будто дух,

И чувствую, как ты паришь над миром,

Как из наших половинок двух

Поет сердцами образованная лира!

Жена стоит и молча провожает,

И за спиною слезы горько льет,

Меня, мокрого, любовница встречает,

И обтирая, продлевает смертный род!

Переступил через жену с тобою вместе,

Уже весь взмок, таща мир на себе,

А ты ликуешь в царстве хмельных бестий,

Мое сердце тебе вручат на обед!

Через себя перешагнул и оступился,

Перед женою рухнув, зарыдал,

Но ты, моя любимая, со смыслом

Меня опять целуешь, чтобы полыхал!

Повис на небе между бабами во тьме,

Одна, другая, третья, просто море,

Все до одной достались только мне,

Чтоб мне потом от них досталось горе!

Светлый ангел лег ко мне в постель,

Темный ангел наземь нас свалил,

Так, везде, где брезжит в жизни цель,

Рядом ошивается дебил!

Гроза на небе как угроза Бога,

Намек на наказанье за грехи,

Вот и жена меня, окрикнув строго,

Из сортира тащит, где пишу стихи!

Бог приседает в танце и смеется,

Моя любимая давно на нем сидит,

Малышку освещает ярко солнце,

Во мне опять горит мой грешный стыд!

Меня распяли на кресте или приснилось,

Я пел с тобою и с женой в небесной тьме,

Взлетали тени, и дрожал весь клирос,

Я в храме тень увидев, сам летал во сне!

Жена сказала очень тихо: Может, сволочь,

Мне объяснишь свои греховные дела?

Стоял я голый перед ней в глухую полночь,

Еще не выскользнув из твоего тепла!

Всюду пьяницы, глупцы и ротозеи

На праздник жизни кучей собрались,

Только я, в тебе посеяв семя,

Уже не праздную, а уясняю жизнь!

Встаем все молча, я, ты и она,

И покидаем землю без вопросов,

В гробу со мной любовница, жена,

И смерти временный плывущий в Вечность остров!

Ты умерла на мне в безумном вздохе,

Моя жена еще чуть раньше умерла,

Так всем живущим остаются крохи

Воспоминаний грешного тепла!

Бог подошел ко мне и усмехнулся криво, —

Мой смертный грех чернел на лбу клеймом,

Но я ему сказал за все «спасибо»,

Мгновенно вспомнив о безумии былом!

Если б ты меня любила страшно,

Не отдавая в жизни никому,

Тогда бы небо с вавилонской башней

Впустило нас в волшебную страну!

Мой грех в тебе, и мое семя

Деткой из тебя в рассвет пришло,

Как жаль, что протекает быстро время,

Вынося из нас безумное тепло!

Гроза от Бога, от тебя мычание,

Как доказательство безумного греха,

Одна жена грустит без обладания,

Жизнь лепит форму моего стиха!

Укроюсь бедрами твоими, нежным лоном,

Перезвоном сладким сердца твоего,

Быть может, Бог нас защитит законом,

Изгоняющим из смерти бытие!

Совокупляемся с тобою много лет,

Как мотыльки не приходящие в сознанье,

Обнимая крыльями рассвет,

А за рассветом вечность мирозданья!

Как мне легко вонзаться в твою плоть

Нежной ветвью, данной мне от Бога,

Уже не в силах наслажденье побороть,

В тебе я чую в смерть свою дорогу!

Мне тишина своим безумным током

Раскрыла наслаждение в тебе,

И я пропал в святилище порока,

Бросив душу в произвол судьбе!

Святилась ты голодными глазами,

Извиваясь страстною змеей,

Под тобою и в тебе я замер,

Ощущая всю вселенную петлей!

Зверей брачующихся кровью на песке,

Нарисовало, обезумев, солнце,

Когда в тебя проникнув, я, в тоске,

Ощутил вдруг нежность гибели в колодце!

Я плыл в ночи, Бог надо мной висел,

Печальным вздохом время провожая,

А подо мной в невидимой красе

В рай меня впускала дорогая!

Еще чуть-чуть, и никого не станет,

Лишь мы одни в печальной тишине

Сливаясь нежно смертными телами

Растратим жизни смысл в прекрасном сне!

Из праха в прах стремятся к Богу люди,

Привлекая свет небесный естеством,

Соединяя, извлекая всюду судьбы,

Связанные в Вечности родством!

Безумный ужас поглощает мрак вселенной,

Я в твоем лоне много лет грущу,

Постигая с каплей жизни драгоценной, —

Любовь спасением дарована лучу!

Боги очарованные нами,

Слушают нас тихо в забытьи,

Мы, сливаясь чудными телами,

Даем возможность всем произойти!

Умирает милая во мне,

Во сне я тень ее лелею,

Слеза дождя на замершем окне

Рисует вечное, – в нее проникновенье!

Мертвецы стояли в ряд, —

И тишина!

И только твой безумный взгляд

Спасал меня!

О, твой запах бабьего пота,

Захватил меня неспроста,

Позабыл про работу, охота

В твоем лоне пропасть навсегда!

Заохотилось тебе вдруг у могилы,

Мы стояли в сумерках одни,

И долбил тебя я с ярой силой,

Чуя вечность в лапах тишины!

Ты из других миров ко мне пришла,

Там все было просто и случайно,

Но как только сблизились тела,

Твое лоно засияло вечной тайной!

Мертвец стоял в тени дерев, и тихо плакал,

Его не видя, мы долбились хорошо,

Хватая звезды за лучи в глубинах мрака,

Я рассудка в твоем лоне был лишен!

Мертвецы стонали в тьме, но их не слыша,

Мы скучали ночью на земле,

Через лоно ощутив везде затишье,

Я семенами обронил в тебя весь лес!

(Я с именами обронил в тебя весь лес!)

Через кору дерев в дыханье ветра,

Через лоно твое в свете нежных звезд,

Я ощущал, как кружится планета,

И кричит в оргазме, в море своих слез!

Кругом стояла тишина, но мертвецы

Меня вводили нежно в твое тело,

Сплетались всюду чудные концы,

И по краям вселенной страсть немела!

Нас из гробов вдруг вытряхнул Господь,

Вошли мы в рай как будто привидения,

И ангелы вздымали нашу плоть,

Чтоб душу вновь раздеть для развлечения!

О чем-то зашептались ветви ивы,

Я выпил водки и проник в тебя до дна,

И ощутил божественность могилы,

Ведь каждый в ней родившись, улетал из сна!

Твоя метафора – безумное колено,

Как к вечной бездне сладостный шажок,

Даже зверь лесной в ней бздит обыкновенно,

И ты там, за нами вслед, шагнешь, дружок!

В раздутых ветром небесах всегда не спится,

Ты свое лоно раскрываешь и дрожишь,

Ты у меня как у кота в когтях синица,

Волшебство находишь там, где шепчет тишь!

Научи меня любить тебя, родная,

Лоно свое чаще раскрывай,

Извиваясь телом и стеная,

Пусти хоть на мгновенье в светлый рай!

Что нам ловить, любимая, в грядущем,

Года уже нам слиться помогли,

И только дух любви безумный всемогущий

Кружит нас вместе с тайнами земли!

Мой крест лежит на мне вместе с тобою,

Креста не снять, тебя не сбросить вниз,

В плен захвачен жаркою борьбою,

Ведь это Бог в меня вмещает твой каприз!

(Ведь это Бог в меня вмещает свой каприз!)

У вселенной тени и мгновенья

Пролетают быстро и легко,

Вот и тают в лоне наслажденья,

И я скован грудой созданных оков!

Под папоротником на земле сырой,

Я ловил в тебе чудесные мгновенья,

Но Бог смущенный нежною игрой,

Состарив нас, зовет уже в исчезновенье!

Уже луна сияет в твоем лоне,

И звезды трепетно мерцают на сосках,

Но вечный сон к земле нас быстро клонит,

Как совместить в себе любовь и жалкий прах?

Как из комиксов рождается трагедия,

Так мы случаемся безумно и легко,

Недаром нас с тобой в энциклопедию

Потомки занесут через нутро!

Фигня порой мозги нам затеняет,

У Бога очень чудная игра,

Вот и мы, в траве шурша тенями,

Кричим любви торжественно: Ура!

Нет безрассудной страсти края,

Безмерность неба в ощущениях дана,

Даже сейчас в тебе, любимая, сгорая,

Я чую, – Бог исследует меня!

В твоей зрелости волшебной столько чар,

Что я, в тебя проникнув, исчезаю,

Взбегает вверх по душам сладостный пожар,

И нежа лоном, ты вся светишься слезами!

Везде театр, жизнь превращается в спектакль,

Один другого, безусловно, стоит,

Акт половой, любовь, потом антракт,

И вся земля поглощена безумным морем!

Я зверем в клетке, твоем лоне

Тени прошлых призраков ловлю,

Неужели в твоем нежном стоне

И я собой всю землю заселю!

Ты изогнувшись, оплела меня растением,

Цветком благоуханным в мозг вошла,

Я ощутил в тебе безмерность наслаждения,

Из-за чего во мгле теряются тела!

О, Боже, для чего ты нас создал,

Меня и мое чудо – секретаршу,

Я всякий день, вкушая идеал,

Вдруг чую, что мне умирать не страшно!

Любовь, весьма, коварная болезнь,

В любви я ничего почти не вижу,

Хочу лишь на тебя опять залезть,

И быть в тебе счастливей всех и выше!

Я буду в твоем лоне неизбежно

Ощущать связь призрачных времен,

Срывая с призраков безумные одежды,

Одною нежностью твоей поглощен!

Вечность, – очень странная натура,

Бог как страж всегда при ней,

Но в тебе рождая снова бурю,

Я в грядущее лечу из милых дней!

Закон единства и безумства, —

Сливаться в сладостной борьбе,

Чтоб нами вздыбленное буйство,

Дав путь другим, исчезло тут же в мгле!

Я весь пылаю в твоей бездне,

И вдруг холодным становлюсь,

И Бог нам шепчет: Все исчезнет,

Лишь вечно править миром будет грусть!

Предвидя страсть в святом жилище,

Я в твое лоно нежно облачусь,

Взрыхляя почву для кладбища,

Кую я цепи вечных уз!

Мудрость жизни в растворенье чувств,

Когда с тобой устав от бешеных оргазмов,

Уже не в лоно, а на небо тороплюсь,

Моргая в мир вмиг ослепленным глазом!

Моя вина перед женой безмерна,

Даже сделав шаг к малышке и к тебе,

Я ощутил ужасную мгновенность,

С какой мы здесь присутствуем везде!

Мне бы с милой девочкой забыться,

Только я в душе давно уже старик,

Да и ты, моя поверженная птица,

Сотни раз пережила безумный миг!

Как я живу, – так не живет никто,

Рвусь от жены к любовнице по кругу,

Лишь ощутив ее дрожащее бедро,

Отбросив стыд, ценю любви науку!

Бог разделил нас на слепых и зрячих,

Одни копаются весь век в дерьме,

Другие светятся любовью настоящей,

Но все тенями растворятся в тьме!

Твоя любовь берет меня измором,

Я в твоем лоне к сказкам вдаль несусь,

Нам в небе тени подпевают хором,

И только Бог один хранит в потемках грусть!

На кладбище лежит забытый мир,

Кресты и камни – символы разлук,

Прошумел уже времен безумный пир,

Лишь мы соединяем тени рук!

Пройти всю землю, освятить печаль,

И снова в твоем лоне позабыться,

Я, умерев, возьму с собою даль,

Где ты надо мной порхаешь птицей!

Везде вина на мне, мой смертный грех,

Я даже пот любовный с кожи не смываю,

Вмиг ощущая, что любой успех

В вечности накрыт безумной далью!

Наши узы распадутся в миг несчастья,

Могилы скроют наш пропащий прах,

Но твое лоно, взрыв безумной страсти,

Навек останутся в моих стихах!

Я пережил судьбу и свое время,

Благодаря тебе, – я прятался везде,

В твоей душе и в лоне, там, где семя

Взошло роскошною красавицей уже!

В лесу на пне тебя любил я часто,

Вот так и собирали мы грибы,

Суп, сваренный из нашей нежной страсти,

Был полон жара восхитительной борьбы!

Там, где свет надежд рождает счастье,

Было напиваться нам легко,

Но не водка, а прилив безумной страсти

Загонял меня в тебя так глубоко!

Чем отличается один путь от другого,

Через лоно в землю путь лежит,

Так осознав существования основу,

Я тихо прячу свой посмертный стыд!

Ты – страсть моя и безысходность,

Ты – счастья безнадежная печаль,

Нас друг в друга заковали годы,

Но развеет за мгновенье смерти даль!

В мгновениях любви мгновенья смерти,

Из нас любой прожил тот светлый миг,

Что станет нам расплатой, ямой в тверди,

Куда и я через тебя уже проник!

Бог спит на небесах, а я в тебе

Шевелю со страстью сонное сознанье,

Приручая тени прошлых лет к себе,

Я тебе жизнь дарю за обладанье!

В постели или на траве,

В безумной жизни или в очень серой,

Меня касались тени две, —

Жены с любовницей меж альфой и омегой!

Часть 11. На бедрах твоих сладких сновидений

Я лежу с тобой, но тень жены

Опять стоит, безмолвствуя над нами,

То ли оргазмов взрывы сочтены,

То ли жизнь крестообразно веет снами!

Я с ужасом гляжу на этот мир,

Не обращая взгляда на тебя,

Любая женщина – вампир,

И кровь сосать из нас – ее судьба!

Как жить, коль ощущаешь бренность тела,

Любовь из воздуха вращает бытие,

Нас страсть с тобой в безумье одолела,

Но из нас не победит никто!

Что скажет обо мне потомок,

И о тебе, любовь моя,

Неужели наш с тобой ребенок

Не поручится перед Богом за меня?

Весь день играл с малышкой в мячик,

Наша жизнь, довольно, странная игра,

Коснись любого, и любой заскачет,

Чтобы привлечь к себе тебя или меня!

Мое детство золотое улетело,

А у малышки крылышки на взлет,

Вот так твое обманчивое тело

Раскрыло для потомков нежный вход!

Прильни ко мне в ночи и оседлай,

Моей любви сладчайшая отрада,

Я в нежном стоне уловил вдруг дикий лай,

И в твоем лоне райский сад и пламя ада!

На бедрах твоих сладких сновидений

Устремляюсь в сказочную ночь,

О, милая рабыня наслаждений,

Я от трудов дневных с тобой сбегаю прочь!

Не бодрствую, не сплю, но существую,

Я в твоем лоне ощущаю жизнь,

С восторгом проникая в ее бурю,

Я вижу бездну, забираясь с бурей в высь!

На глубине душевного смятенья,

Между тобой, малышкой и женой

Я таю в бездне черной тенью

И наслаждаюсь тихо вечной тишиной!

Не утверждаю радость, но стремлюсь к ней,

Как к твоей плоти, девочка моя,

Ты излучаешь лоном нежное сочувствье,

Лишая меня признаков ума!

Блистательная спутница поэта,

Одежду сбросив, точно ураган

Несешь меня и ослепляешь светом,

Все твое лоно – ненасытный океан!

В ужасном соответствии с природой

Я каждый день тебя долблю,

Вот так любви безумная свобода

Нас сводит вместе к беспощадному нулю!

Я ноль без палочки, как и птенец без крыльев,

Но в твоем лоне очень светлый дух,

Моя любовь уничтоженью равносильна,

Ведь смерть рождает жизнь всегда из двух!

Мне Бог раскрыл твой чудный коридор,

Через него я обращаюсь в веру к жизни,

Через тебя уже всю душу распростер,

Найдя в тебе тождественность отчизне!

Уже последняя бутылка водки,

И ты опять передо мной обнажена,

И я в тебе плыву, как в чудной лодке,

В моря, где властвует одна весна!

Строгость взгляда в лепестках прелестных губ,

Мир в глазах моих 100 раз перевернулся,

Так в тебе я обнаружил свой же труп,

Ибо в тебе я умер от избытка вкуса!

Я был положен в гроб твоей тоски,

Но, полюбив тебя, разбил его в куски,

Теперь мы ангелами в самом нежном месте

Несем на крылышках безумнейшие вести!

Мой Бог, прости меня за все,

За все грехи с возлюбленной невестой,

Она – любовница моя, – прелестный сон,

Она – рождения и смерти моей место!

Я стоял всю жизнь пред запертою дверью,

Вдруг ты ее раскрыла для меня,

А я в тебя забрался диким зверем,

И боюсь лишиться сказочного сна!

Боги с ангелами вместе

Водку пьют и баб дерут,

Я в любимой, в нежном месте

Нахожу себе приют!

Ветер из космоса веет над нами,

Нежное лоно сжимает меня,

Ты заполняешь волшебными снами

Одно лишь мгновение вечного сна!

На тончайшей душе твоей шрам

От безумных пороков моих,

Но зато между ног нежный срам

Превращается в сладостный стих!

Разнузданная страстная в постели,

Ты порой совсем не видишь ничего,

В постижении одной безумной цели,

Из которой возникает сразу все!

Вмиг расширяется чудесное отверстие,

Через него я ощущаю новый мир,

И даже Богу шлю свое приветствие,

Шепча в лоно: Мон плизир*!

• Мон плизир – мое удовольствие (франц.)

В убогой бренности моей ты – драгоценность,

Которой я, увы, не дорожил,

Но однажды, раз утратив сладость плена,

Я пережил печаль земных могил!

Жена грустит, и молча, внемлет Богу,

Я невидимкою в руках держу тебя,

Безумной страстью открывается дорога,

Прими меня в объятия судьба!

Ты сверхестественна в своем безумном лоне,

Как ведьма ты свела меня с ума,

Вот отчего к ногам твоим так клонит,

Я чую, есть в тебе загадочная тьма!

Спроси: Зачем живу? – И не отвечу,

Смысл жизни протекает как вода,

А из нас, увы, никто не вечен,

Здесь все сдувает ветром без следа!

Нет сил быть собой, это странно,

Ведь прежде спорил с судьбой,

Пытаясь выведать тайны

И в лоне твоем, и с тобой!

В любви свободы жажду, – вот, оковы

Под древним именем «семья»,

Закуют они почти любого,

У кого подруга родила!

Паралич разбил меня перед женой,

Хочу сказать, язык немеет,

А как был сладок нежный зной

С любовницею страстною в постели!

Малышка ждет, когда опять приду,

И обняв ее, уже навек останусь,

Любви мучительная связь всегда к стыду

Через божественное лоно дарит радость!

Только самым несчастным дано

Ощущать жизнь божественным зреньем,

Через душу раскрыто окно,

Всех целую, прощая в мгновенье!

У моей любимой лоно – чудо,

Войдешь и, вспыхнув сразу, к ангелам взлетишь,

Неужто, Бог, творя свой суд над удом,

Ты проницаешь нами сказочную тишь!

От недостатка мысли есть твоя звезда,

Во тьме из лона так сияет ярко,

Как будто я в тебе и не был никогда,

И не дарил тебе волшебного подарка!

Должен быть в душе иммунитет

Ко всяким чудо – представлениям,

А если и любви в желаньях нет,

То жизнь – одно пустое сновидение!

Я целовал жену и тихо плакал,

И плакала она, обняв меня,

И завывала наша милая собака,

И дочь стояла молча у окна!

Один лишь шаг остался, чтоб уйти,

Хочу туда, где существуют Боги,

Где сотни раз пересекаются пути,

Века с людьми несутся в яростном потоке!

Готов был распластаться на земле,

Чтобы моя любовь заметила меня,

Чтоб мы слились таинственно во мгле,

И наши души в вечном обрамленье сна!

Семья была и вечно будет,

Наш островок потерянной любви,

Где по привычке акт осуществляют люди

В домах, уединившись от толпы!

Все имеет признаки господства,

Даже жена у кухонной плиты,

С тираном проявляя сходство,

Убивает в одночасье все мечты!

Задрал подол халата у подруги

И долблю ее у кухонной плиты,

На сковородке в макаронах ее груди

Вдруг подарили ощущенье красоты!

Моя подруга, молча водку пьет,

Моя жена, приходит, молча, в гости,

И я молчу, как идиот,

Перебирая собственные кости!

Все имеет признаки двуполости,

Даже геев бесполезный брак,

Зато как я с тобой на скорости,

Осеменяю наш безумный мрак!

Ты мне супруга и любовница от Бога,

И я везде всегда тебя долблю,

Домой приду, с тобой залягу у порога,

И на пороге ночь с тобой просплю!

Эх, стать бы мне желанным знаменосцем

И знамя страсти понести по всей земле,

Тогда в любви служакой венценосным

Осеменял бы я всех баб в горячей тьме!

Через годы, что промчатся в твоем лоне,

Через краски исчезающих морей,

Пронесу к тебе любовь свою до стона,

Обозначив завершение страстей!

Меж двух баб, – женою и любовницей,

Вся жизнь проходит точно сон,

То в постели яро мчится конница,

То в семью окрашен мой хамелеон!

В волнах исцеловал все твои губы,

Теперь внутри один соленый вкус,

И ангелы дудят протяжно в трубы,

И нам не выплыть из безумных уз!

Я под водой ласкал твое святое тело,

Нам звезды освещали тишину,

Душа от дикой ярости немела,

Будто Боги жизнь нам ставили в вину!

Все было сном, безумным сном и только,

Всего лишь жаркой страстью потных тел,

Но двуспальная кровать дрожала бойко,

И жизнь едва могла иметь святую цель!

Уже с утра я полон внеземных восторгов,

Меня ласкает милая в постели,

И раскрыв две нежных створки,

Качает как младенца в колыбели!

Орал, ору и орать буду,

От счастья с милой в ее щели,

Дано святое место ч-уду

Точно младенцу в колыбели!

Еле дышу в безумном царстве грез,

Обняв любимую, 100 в нее излившись,

Ее ложбину я омыл ручьями слез,

Кидая взор на Бога сквозь затишье!

Я вдруг узнал, что повторяю путь отца,

Когда поехал за Оку к любимой деве,

Господь сменил лишь маску у лица,

Но оставил ту же реку и деревья!

Всего лишь 40 лет назад,

Жена пасечника мне стихи читала,

У отца светился нежный взгляд,

И у реки закат был тоже в страсти алым!

В тени дерев заросшие каналы

Шептали о деяниях царя,

Здесь бродил со мной отец, и величаво

Жена пасечника с нами рядом шла!

Лишь 40 лет прошло, и нет отца,

Но остались те же древние каналы,

И я, храня черты его лица,

В нежной грусти освещен закатом алым!

Роди мне 100 детей или умри! —

Я, обезумев, прошептал любимой,

Мы лежали в пламени зари,

Соединенные пыланием единым!

У милой сумасшедшее воздействие,

Я ей притянут и зажат со всех сторон,

О, вот, она, любовь и благоденствие,

Жизнь превращается с любимый в нежный сон!

Я люблю любимую отчаянно,

Кровать взлетает бурею пружин,

Господь уже исполнил обещание,

Теперь я страстной норки властелин!

Не сдавайся, милый мальчик, обстоятельствам,

Жизнь может бить тебя со всех сторон,

Но любви безумное сиятельство

Всегда нагонит сладкий сон!

Ничто в природе не погибнет,

И мы любимая с тобой

Останемся навеки на картине,

Объединенные безумною судьбой!

Мы для истории всего лишь жалкий факт,

Но отчего тогда я верую в бессмертие,

Не от того ли, что любовный акт

Несет в грядущее эпоху милосердия?

Жизнь не закончится в финале,

И я с тобою не умру,

Я знаю средство от печали,

Входить в волшебную нору!

Ткань любви едва материальна,

Но, тронув лоно, вдруг запомнишь на всю жизнь,

Как бы ни была любая связь банальна, —

Она нас строго устремляет в высь!

Любви безумной ложь всегда страшна

Не тем, что ты другим вдруг сделал больно,

А что в душе твоей волнуясь, тишина

Тебя лишает в жизни своей роли!

Который день уже я прячусь в естестве

Жены или любовницы, – не помню,

И ловлю солнце в трепетной листве,

Вся жизнь написана как сон, но где же сонник?

Бог обнажил меня, и показалась грязь,

Грязь мыслей и души, живого тела,

Вот так, вот, человека губит страсть,

А до праха никому уже нет дела!

Съесть живьем меня любимая смогла,

Но ничего, – я в естестве ее остался,

Дрожали долго бренные тела,

Рисуя круг заоблачного танца!

Я от одной жены к другой ушел,

И там, и тут меня любили,

Я водку пил, жену бросал на стол,

По старой памяти, долбясь в бумажной пыли!

Стих написал и бросил в туалет,

Точнее, всеми буквами подтерся,

Бог подарил мне слишком яркий свет,

Я баб и ослепил безумьем мозга!

Я психиатру денег дал, и он сказал:

Поменяй жену с любовницей местами,

И ты, как в зеркале, поймаешь идеал,

То есть, очень совершенное создание!

Обнял малышку и весь задрожал,

Такое счастье на руках едва отпустишь,

Любви повинной непорочная межа

С рекой струилась в сказочное устье!

Мне бы мыслью пробить небо, и до Бога

Добравшись, свои чувства изложить,

Он бы сказал: Ну, подожди немного,

Я твоей жизни не могу нащупать нить!

Целую твое лоно, и взлетаю,

Потом с малышкою цветочки в поле рву,

Ее глаза горят волшебными цветами,

Твои – зовут в зеленую траву!

Как мне из прошлого удрать, когда жена,

Оглянешься, и снова где-то рядом,

Ты между нами как великая стена

Повелеваешь разделенным стадом!

Проживу 100 лет, и дураком помру,

Так и не постигнув смысла жизни,

Зато облюбовав твою нору,

Я чуть касался поднебесных высей!

Свои поступки осознал я позже,

Господь помог осуществиться мне в любви,

Но наслаждаясь с милою до дрожи,

Я вкусил страдание жены!

Верю, что когда-нибудь жена

Меня простит и станет моим другом,

У каждого из нас своя вина,

А в искуплении грехов все та же мука!

Беда скорбящим от ничтожества их духа,

Наслажденье в лоне жизни и любви,

Пролетает словно в небе муха,

Несущая на лапках грязь земли!

Только сумасшедший может в теле

Возлюбленной звенеть ручьями слез,

И в постиженье сокровенной цели

Ощущать пустым безмолвный мозг!

Часть 12. Мир заселен безумием людей

На ягодице милой я укус поставил,

Пусть видят дети, люди, вся страна,

Символ страсти к ее вящей славе,

Какой немножечко стесняется она!

Я человек потерянный в раю,

И даже не в раю, а в грустном аде,

Я тело ощущаю как броню,

Разрушенную только страсти ради!

Я возлежу на теле спящей милой,

Бедняжка утомилась от меня,

Но я ее люблю с безумной силой,

Ибо волнует душу тьма и тишина!

Какой быть может памятник любви,

Любой живой дрожащий человечек,

Как житель затерявшейся земли

Среди звезд, созревший в течке речек!

Живу с тобою, раболепствуя во сне,

Целуя тело, проникая в лоно,

Потомки будут также по весне

Сливаться и шептать вновь полусонно!

Пока любимую безумие точило,

Я по небу ангелом порхал,

Ощущая естество, как то же шило,

Чем пришпилил к ней себя, нахал!

Расширил горизонт прекрасным садом,

Обнял подругу и в нее вошел,

Бог наслаждался нами милым взглядом.

И взгляд его был тверд как древа ствол!

Все уже было, – красота и лоно,

Наслаждение, безумство, волшебство,

Но только еще не было закона,

По которому б все это не ушло!

Не каждый знает, как любить подругу

Как правильно придать ей нежный вид,

Чтоб отдаваясь сказочному кругу,

Проникнув в глубь, прикончить грешный стыд!

Беда тому, кто ощущает тело,

Как пустоту лишенную любви,

Господь слепил весьма умело

Весь мир, где мы смогли произойти!

Обнажаю в себе человека,

И пылаю все ночи с тобой,

Весь истерзан я точно калека,

Ибо связан с безумной судьбой!

Мир заселен безумием людей,

Играющих всю жизнь по одним нотам,

Но замерев в корнях их сладостных идей,

Существовать уже по-своему охота!

Я продвигаюсь дальше к нежной цели,

Подруга стонет и Господь блажит,

Так тело содрогается на теле,

Чтоб после все имели мудрый вид!

Все должны добраться до рая,

Побывать в очень чудной стране,

Но в твоем лоне быстро сгорая,

Я себя уже вижу во сне!

Схватив тебя – без пошлости – напился,

И очутился в сладостной норе,

Как много счастья, доброты и смысла

Бывает в сказочной для чувств земной игре!

С нами боги точно мячиком играют,

По сердцу бьют повсюду, наугад,

Распяты мы с тобой в горячем рае,

Неужто чтобы там почувствовать и ад?

В любом безумном положенье

С одной единственной тобой

Я ощущаю наслажденье,

В нем угадав смертельный бой!

Ты мне одна заменишь весь гарем,

Лишь в твоем лоне обретаю бурю,

Боясь увидеть в жизни страшный крен,

Соединяющий с тенями тех, кто умер!

Сопоставив факты жизни с фактом смерти,

Я чую мрак как вечное безумство,

И лишь с тобой, едва касаясь тверди,

Я пропадаю в лоне с нежным чувством!

Смысл бытия расписан на бумаге,

И слезы грустно льются из родных,

Но ты дала любовью столько мне отваги,

Что я готов отдать всю жизнь за сладкий миг!

Ветер перемен кружит над лесом,

Ветер перемен уводит вдаль,

Что за дьявол распевает мессу,

Брак рассыпался и светится печаль!

Жена стоит окаменевшая в печали,

А ты уводишь за руку меня,

Я чувствую, что мы с тобой украли

Из ее души свет моего огня!

Как сделать так, чтоб были счастливы все люди,

Ты и моя добрая жена,

Но нет, молчите надо мною точно судьи,

И как на грех на мне горит вина!

Кто создал мысль, из мысли лоно сотворив,

И каждому дал вход – туда – обратно,

Кто рисует поле страшных битв,

Чтоб было всем здесь больно и приятно?

Я вложил себя в тебя и умер,

На мгновенье в лапах тишины,

Из неба в сердце плыл безумный зуммер,

Бог явно предал нас деяньям сатаны!

Жизнь удается с каждым разом,

Я чую прелесть бытия,

Экстазы – чудные – оргазмы,

Потом надгробная плита!

Меня пока любовь спасает,

Я не могу жить без любви,

Ведь она, гипнотизируя глазами,

Всем лоном тащит в глубь земли!

Что я хотел, чего добился,

Семья и дом, любовь и страсть,

И в лоне до скончанья смысла

Навек сковавшая нас страсть!

Ну, что ж, родная, будем тешиться до смерти,

Детей рожать и верить в чудеса,

Благословляя всех живых с усердьем,

Пока нас с ними не упрятала земля!

Всегда волнуюсь за святые тени,

Они все в храме, на иконах и во тьме,

Живым несут свое благословенье,

И ощущенье смерти дарят мне!

Дрожит любимая в моих руках,

Рычит зверьком в огне безумной страсти,

Долблю ее и ощущаю, – прах

В нас рассыпается на составные части!

Бог придумал очень странную игру,

Я с тобой лежу как нежный заяц,

А попав в твою волшебную нору,

Уже своим исчезновеньем наслаждаюсь!

С женой нас связывала только тень любви,

Неужели и с тобой такое будет,

Подолбимся, и в тихий мрак земли

Бросим вмиг реализованные судьбы!

Как сложно, прожил уж полвека,

А тебя еще страстно люблю,

Господь наградил человека,

Дав парус большой кораблю!

Ты мне подаришь дом, тепло и свет,

Малышку уже в страсти подарила,

И буду я любить тебя 100 лет,

Пока с тобой не свяжет нас могила!

Всегда существует опасность,

Связаться с тобой на века,

А вдруг наше чудное счастье

Снесет полноводьем река!

Я вычислю тень твоей грусти,

Растаяв в тебе без следа,

Пусть Бог вызывает сочувствие

В тех, кто в нас окликнул года!

Во сне я понял одну вещь,

Что звезды вышивают тело жизни,

Даже тебя схватив как будто клещ,

В душе я подчиняюсь вечной мысли!

Господь, позволь перед кончиной мира

В любимой, в ее лоне замереть,

Ведь на земле так одиноко – сиро,

А в глубине ее прекрасна даже Смерть!

Господь, позволь перед кончиной мира

В любимой, в ее лоне замереть,

Ведь на земле так одиноко – сиро,

А в глубине ее прекрасна даже Смерть!

Пью водку и на что-то вновь надеюсь,

Люблю тебя, а сам иду к жене,

Везде конфликт, непонимание и ересь,

Но все мы помиримся в вечном сне!

Бессмертным бы хотелось быть мне, Боже,

В любимом лоне вечно обитать,

И отчего мы так с тобой похожи,

Неужто и тебя родила мать?

Приумножим светом радостной любви

Покой и мир, и сладостный порядок,

А когда нас призовут в объятья тьмы,

Мы с собой прихватим цвет святого сада!

Наступит время, все лежащие в гробах

Восстанут из могил и выпьют водки,

И нежной девою утешатся в кустах,

Опять читаю вслух божественные сводки!

Услышу голос твой и снова оживу,

Восстану из любой могилы,

И как стрела, упершись в тетиву,

Тебя я поражу чудесной силой!

Тьма людей другую тьму вмиг развращает,

Обольщает вожделением своим,

Как странно узнавать перед прощаньем

Людей сплетенных с небом в вечный дым!

Проникнув в сферу подсознанья,

Вскрыв тайно полость бытия,

Я искушенный мирозданьем,

Люблю неистово тебя!

Перешагнув через жену и дочь,

Через мать – милейшую старушку,

Я попал в божественную ночь,

И люблю тебя, возвысив зад подушкой!

Одна дочка у меня работает,

Другая говорит, но по складам,

И с какой великою охотою

Делю я страсть с любимой пополам!

Молюсь неистово, учи, Господь, молиться,

В храм одел тобой изнеженную плоть,

То ли ангел в небесах, а то ли птица,

Искушения в душе не побороть!

Как много добра в твоем лоне на долгие годы,

Пей, веселись и люби, о, мой сладостный цвет,

Жизнь протечет, а вместе с нею народы,

Вкушай же счастье со мной, которого нет!

Кому достанется любовь моя и правда,

Умру, и в землю кинут гроб,

Но ты всегда со мною будешь рядом,

Сиять из стихотворных строф!

В Царство Небесное с крошкой вхожу и от счастья

Слезами ее умывая, боготворю,

О, нежный цветок твоей и моей чудной страсти,

Улыбкой волшебной раскрыла нам в небе зарю!

Страдает добровольно всякий житель,

Кто ради счастья, я – ради тебя,

Так однажды раз войдя в твою обитель,

Покидать ее не смею никогда!

Я сплю, и вдруг тебя я вижу, —

Ты закрыта в доме сатаны,

Но подобравшись к тебе ближе,

Я краду тебя из страшной тьмы!

Во сне была ты яркой и счастливой,

Дай Бог, чтоб ты всегда такой была,

Любимые держитесь за любимых,

Связав любовью души и тела!

Мы должны добраться до рассвета,

В глазах лесов и сказочных полей,

Где цветами дышит сказочное лето,

Проливая в нас божественный елей!

Да, будет лоно твое на земле и радугой в небе,

Пусть звездный шатер поместится в нем хотя бы на миг,

Чтоб снова проник в него мой ласковый стебель,

И чтоб сладостно терся о твой мой горячий язык!

Возьми меня, любимая, всем сердцем,

Лоно с нежностью раскрой и подари,

Я исцелую все заманчивые дверцы,

Чтоб ты шептала мне как пташка до зари!

Воссиял над нами вечный свет,

Я проник в тебя и торжествую,

Ощущая, – сколько, – много лет

Закручено прелестным лоном в бурю!

Стиснув зубы и сжав в подреберье рык,

Любимая меня заполонила,

Я крылышки на ней сложив, проник,

О, вот она, божественная сила!

Я путешествую уже 100 лет в тебе,

От края нежного до края,

Я в твоем лоне путь нашел себе,

С ощущеньем сказочного рая!

Ты, любимая, преобразила жизнь,

Перевернула все мое сознание,

Лучом небесным просветила мысль,

Долбясь с тобой, мы водку выпили заранее!

Чту славу, ликуя в лоне твоем вожделенном,

Лью слезы любви в три волшебных ручья,

А, выйдя из лона, молюсь на тебя я Ионой,

На чрево твое, – вездесущего в страсти кита!

Солнце правды и луна коварства,

Моей жизни грешная печать,

За нору твою отдал уже полцарства,

И еще полцарства надо занимать!

Ты извлекаешь нежным лоном

В грядущее живых людей,

Я, в нем побыв святым Ионой,

Опять прошу: Мной овладей!

Тебе, прелестной деве благодатной,

Шепчу: Прими в объятия меня,

Проникнув в глубь, плывя туда – обратно,

Я не хочу уйти из сладостного сна!

«Земля приносит Неприступному пещеру»,

Ты мне приносишь сказочное лоно,

Глядим друг в друга, созерцая веру,

Окунаясь в глубь друг друга вожделенно!

Говорят, что дева родила

Того, кто был превыше всех,

Давай и мы, любимая, тела

Соединим в нас возносящий грех!

Звезды участвуют в нас,

Тела раскрывая цветками,

В каждом цветке божий глаз

Одевает страсть небесами!

Между прошлым и грядущим сумрак таинства,

В настоящем словно нет меня,

Тела сливаются, и люди улыбаются,

И между ними вдаль плывет моя душа!

Тишина, молчанье, сумрак лона,

Пребываю меж любовницей с женой,

А 40 лет пройдет, лишь тени полусонно

Сольются в нежном таинстве со мной!

Женой любовницу назвал, вот это трюк,

Все ее тело обложил охапкой лилий,

Люблю ее и чувствую вокруг

Все люди пролетают вечной пылью!

Беспощадно раскрывают лона зори,

Люди входят, исчезая в Никуда,

Только тени облетают море,

И мы дрожим, роняя тень следа!

Опять раскрыл твой нежный круг,

Расслышав стон пленительной утробы,

Уже висим с тобою в воздухе без рук,

В невесомости из Азии с Европой!

Ты втягиваешь сладостной воронкой,

Последний ум забрав у дурака,

А после кормишь милого ребенка

Святым теплом грудного молока!

Сказал жене я обо всем, но вот, беда,

Она из моей жизни не уходит,

Неужто ей сейчас вместо тебя,

Моей любовницей раскрыться на природе!

Любовница рыдает, но слезами

Разве умоешь мой безумный лик,

Жена моргает грустными глазами,

Я через лоно их уже во тьму проник!

Господь повел меня дорогой вечной скорби,

Я видел тени тех, кого любил,

И сам я был в какой-то жуткой форме,

Генералом нарядившийся дебил!

Мой Бог, опять пускаюсь в путь,

В тебе ловя живое исступление,

С тобой лежу и не могу уснуть,

Ты оплетаешь меня сладостным растением!

Лежим мы у дороги вместе с пылью,

Из джипа выползли, в траве забылись сном,

И лишь любви грядущее всесилье

Звало нас к звездам обрести свой вечный дом!

Дрожу в тебе, весь пьяный в доску,

Рычу от ярости как пес сторожевой,

Прости, измял красивую прическу,

Рассудка просто нет нигде с тобой!

Твоей любви живая бригантина

Давно плывет в тропических морях,

Там ангелы гуляют и обильно

Страсть раскрывается в изнеженных губах!

Раздвинь колени, дай мне свое лоно,

Хочу почувствовать в тебе благую жизнь,

Наполни мрак своим безумным стоном,

Уведи в прекрасный мир земную мысль!

Уходят люди, время, счастье,

Где-то в потемках прячутся миры,

Мы все у Господа во власти,

И даже я внутри твоей норы!

Порвал от страсти всю одежку на тебе,

И над лоном, будто Вечность колдовал,

А выпил – то лишь полторашки две,

Зато какой поднялся в море шквал!

Я волосик твой вдруг в супчике нашел,

С интимной части необычный и курчавый,

И сразу же у древа взвился ствол,

О любви напомнив величаво!

Я в глубине твоей почуял цель,

Объять всю мою душу нежным сердцем,

Пусть мы уйдем за тридевять земель,

Но даже там я вижу сказочные дверцы!

На весах у Бога мы без веса,

Процентов 90 – просто пар,

Но отчего с таким безумным интересом

Я создаю в тебе таинственный пожар!

Ликуя – всей душой – ору: Ура!

И тебя подбрасываю в небо,

О, как прелестна твоя чудная нора,

Я никогда еще так счастлив не был!

Легче думать, тяжелей работать,

Но лучше в твое лоно проникать,

Почему-то мне всегда охота

Осеменять тебя, малышки моей мать!

Безумным счастьем веют грезы,

Тебя люблю я под березой,

Люблю в лесах, в любых мирах,

Будто лечу с тобой сквозь прах!

Из одного гнезда в другое

Меня влекут твои миры,

Ласкаю лоно я рукою,

В устах горят любви костры!

Зачем мне расставаться вдруг с женой,

Когда мы можем просто быть друзья,

И вместе наслаждаться тишиной,

Друг другу глядя с жалостью в глаза!

Кому кто сколько должен чувств и денег,

А мы с тобой друг другу ничего,

В тебе я жизнь чудесную посеял,

И ей благодаря имею всё!

Ты, знаешь, я летаю по вселенной,

Имея власть в тебе и над тобой,

Я дорожу лишь каплей жизни драгоценной,

Что может стать нам на двоих одной судьбой!

Ты в меня входишь иль я в тебя?

Стыд на щеках как огонь,

Тропический зной или Арктика,

Душа дрожит, с ней ладонь!

Как хорошо, что ты прелестными толчками

Оживила все пространство и в тьме плоть,

Что мы поем безумными сверчками,

Пока еще к нам добр не злой Господь!

О, Боже мой, не спит родная крошка,

И нас зовет с тобой во тьме,

Но ты на мне как будто кошка

Извиваясь, даришь жизнь во сне!

Вот она, – Вечность в любовном твоем шалаше

Светится вся твоими живыми глазами,

Из глаз лучи посылают образ душе,

А та уже вместе с тобою плывет небесами!

Я ноги любимой обмыл и целуя их, плакал,

От счастья в мгновеньях святых вместе с ней замирать,

Лаская ее, обнимая в лучах зодиака,

Я видел, – созвездия ловят ее небесную стать!

Упасть и в бездну провалиться,

Страдать всю жизнь, не зная как,

Могу с тобой лишь, моя птица,

Ибо вся наша жизнь – бардак!

Часть 13. Искусство недр твоих безумных

Бог поразил меня своим молчаньем,

Жена стояла долго в забытьи,

Но я в ответ был полон оправданьем,

Обаяньем твоей нежной красоты!

Мой Бог меня распял на твоем теле,

И сразу же забылись все дела,

О, лоно, о, безумье новоселья

Тех, ты кого еще не родила!

Весь трепещу в твоем прелестном лоне,

И так в любви проходит каждый день,

Какая страсть в твоем безумном стоне,

Какая блажь и сладостная хрень!

3 часа тебя люблю, а мне все мало,

Твое лоно замирает каждый миг,

И ручей течет, чтоб матерью ты стала,

Вот для чего опять в тебя проник!

Мы долбимся восторженно, с азартом,

Кровать завыла сотнями пружин,

О, вот он, мой роскошный завтрак,

В грядущее безумнейший трамплин!

Вначале было слово,

Потом был человек,

Весь страстью околдован,

Он исчезал от нег!

Мы долбимся под тяжестью эпохи,

С безумной скоростью, любимая моя,

Бог очень часто слышит наши вздохи,

Но в рай не пустит ни тебя и ни меня!

Искусница, ты даришь страсть умело,

Подо мною извиваясь как змея,

Уже успела смазать маслом тело,

Теперь рычишь, по ощущениям скользя!

Мы не боялись ни грозы, ни черной тучи,

Когда стонали вместе под сосной,

Лишь молния, расправив свет паучий,

Связала вмиг конец с безумной глубиной!

Мы от грозы дрожали очень долго,

И ток невидимый бежал по чаще тел,

И крошечные хвойные иголки

Ароматом древним оживляли цель!

Мы все сырые, без одежды высыхаем,

Вокруг нас вьется белой дымкой пар,

Но, выпив водки, я тебе шепчу стихами

И в нежном лоне вновь ищу пожар!

Старик вдруг показался в чаще,

В тиши молясь на нашу страсть,

И вечный дух, и мрак мертвящий

Пытался нас с тобой украсть!

Мы вышли голые из леса,

Адам и Ева, как в раю,

Освящены единым местом,

Где я тебя с собой творю!

Искусство недр твоих безумных

Творит сплошные чудеса,

Так ты + я дают нам в сумме

Любовь и страсть, и путь на небеса!

Великой тайной лона твоего

Я словно зверь к тебе приручен,

И втянут в твое нежное жилье,

Меня спасающее от ужасной тучи!

Господь мне подарил к тебе влечение,

Превращая его в сладостную страсть,

С тобой утратил я земное тяготение,

И бессильна надо мною его власть!

Лечь между ног твоих, укрыться твоим лоном,

Рассудок спрятать в вечной темноте,

Готов всегда тебя любить так вожделенно,

И нежным сердцем прикасаться к красоте!

Безумный Бог слепил твое очарование,

Из куска глины красоту слепил,

Из воздуха даруя обладание,

Из земли безмолвие могил!

Мы с женою простились в молчанье,

Невидимкой ты рядом была,

Боль любви, невесомость изгнанья, —

Дикой страстью связала тела!

Меня сделали случайно из тебя,

Из твоих волшебных поцелуев,

Из нежности, где бредит красота

Одним мгновением безумной бури!

Хочу закрыть глаза и ни о чем не думать,

Хочу повеситься, иль выпрыгнуть в окно,

Жизнь начертила сказочный рисунок,

Но за рисунком было спрятано говно!

Взгляну в глаза жене с прощальною улыбкой,

Она сказала: Все! – Как будто умерла,

Всю свою жизнь творю одни ошибки,

Ибо дела вершит не разум, а тела!

Мрак прочно укрепился в моих мыслях,

Будто Господь раскрыл неведомый предел,

И все, кого любил я в этой жизни

Уже мне дарят не тепло, а холод тел!

Опять стою между тобою и женою,

Внутри у каждой есть волшебная страна,

Но Бог роднит меня с прохладной тишиною,

Ибо вся жизнь моя – огромная вина!

Что толку, что я вычислил пространство

И в лоне у любимой страсть нашел,

Бог окружает нас игрой непостоянства,

Дабы во все вонзить небесный ствол!

Я темнотой депрессии спасен,

Двум женам дав почуять страсти силу,

Я углубляюсь мыслью в вечный сон,

Уже заранее исследуя могилу!

Лишь шаг к тебе, любимая моя,

И буду счастлив я навеки,

Но за спиной молчит несчастная жена

И грустных слез текут отчаянные реки!

Я жену покинул и к тебе пришел,

Но такой печальный и несчастный,

Ты с надеждой вогнала в себя мой ствол,

Раскрывая лоно нежной страсти!

Я водку пил с тобой и все молчал,

Жена по моим мыслям часто плыла,

Любил тебя и чувствовал, – печаль

Уже раскрыла необжитые могилы!

Бог меня разденет, а скелет

Пролежит 100 лет и станет прахом,

И земной любви безумный свет

Ослепит уже других крылатым взмахом!

Прости, любимая, печаль меня сразила,

Вот так мне дорога моя семья,

Любил тебя, будто спешил в могилу

Осмотреть в раю волшебные края!

Бог наказал меня моей виною,

К жене своей я еду как на казнь,

И с тобой не расцветаю как весною,

И к любви имею только неприязнь!

Сколько надо выпить, чтоб забыться,

Сколько раз войти в тебя, чтоб не глядеть,

Как исчезают наши радостные лица

И миром правит грех, а с ним и смерть!

Лежу под твоим лоном как под небом,

Детородной влагой губы оросив,

Горит огнем во мне живая небыль,

Я чую в Боге нам неведомый мотив!

Я жив еще, целую твои ноги,

Твою улыбку и глаза,

Как странник неприкаянный в дороге,

Я знаю, – счастье обрести навек нельзя!

Со страстью лоно жизнь мою всосало,

Я весь в тебе и нет нигде меня,

И только в сердце огненное жало,

И в душе одна слепая тьма!

Стою потерянный, один среди дороги,

Налево – ты, направо боль – жена,

Что мне с жизнью сделать боги,

Ведь жизнь то у меня всего одна!

Жизнь пролетела как-то незаметно,

Я прошу назад принять меня жену,

А мне в ответ лишь шепчет только ветер

И я как волк вздыхаю на луну!

У ног жены лежал, а ты стояла рядом,

Обе несчастные, лишившись голосов,

Вы оплетали мрак безумным садом,

В котором умерла давно любовь!

Прошу прощенья, у кого не знаю,

То ли у тебя, то ль у жены,

Обеим я шепчу: родная,

Я просто умираю без любви!

Любил любовницу, теперь люблю жену,

Живу с любовницей, но о жене печалюсь,

Мой грех уже поставлен мне в вину,

Но отчего так больно ранит жалость?

Малышка – свет, сокровище мое,

Обняв тебя, я чую час прощанья,

Как странно закружило бытие

Меня безумной тягою познанья!

Господь всемилостлив, но только не ко мне,

Меня прокляли родные, я их предал,

Теперь с тобой лежу, любя тебя во тьме,

Весь в ощущенье сладостного бреда!

Пришел к жене, заплакал и обнял,

И она заплакала, родная,

Словно прощая за грехи меня,

И со мною вместе умирая!

Одни мне шепчут: Пожалей жену!

Другие: Позабудь! Живи с любимой!

А если я давно гляжу во тьму

И вижу там лишь образ их единый?

Зачем мне плоть, есть разум у меня,

Зачем мне разум, если плоть играет,

Вдали живет несчастная жена,

И я себя ужасно ощущаю!

Себя жалеть, какая блажь,

Между женою и любовницей в несчастье,

Я вижу странный бред или мираж,

И молюсь у Господа во власти!

Я столько натворил везде грехов,

Что вымолвить бессильна даже память

Очарование – мгновение – любовь,

Все пожирает яростное пламя!

В плену не у людей, а у себя

Я ощущаю нежный плен

Жены с любовницей, и чувствую борьба

Раздвигает тени их колен!

Жена покинула меня, как умерла,

А я такой несчастный вновь с тобою

Смыкаю наши зрелые тела,

Будто пытаясь смыть одну любовь другою!

Не возвращай мне душу, я в душе твой раб,

Готов всю твердь исцеловать я под тобою,

Ты не стоишь всех красивых баб,

Твоя душа возвышена самой мечтою!

У плоти в клетке я сижу как дикий зверь,

Едва дыша, весь возбужден борьбою,

А где-то там за тридевять земель

Моя жена одна рыдает над собою!

От любовницы уйду, она заплачет,

Малышка диким криком закричит,

А нет, жена моя от неудачи

Оставит лишь мерцание свечи!

Запутан я, весь в лабиринтах жизни,

Устал искать, где выход, а где вход,

И кто меня страданием возвысил,

Жена покинутая мной? – Я – идиот!

Быть может, я найду час возвращенья

Из одной семьи в другую,

Но отчего так медлю в наважденье,

Неужто не могу покинуть бурю?

Моя жена, прости за все меня,

Моя светлая прекрасная подруга,

Мне тяжело, я окружен дыханьем сна

И нежной тьмою нарисованного круга!

Вот моя обитель, – кресты, камни,

Я сюда как к Господу пришел,

Раскрывая жалостную память,

Будто загоняя в лоно ствол!

Кто я такой, несчастный весь и жалкий,

Меж двух женщин как меж двух крестов,

В прохладной тьме нащупав черные фиалки,

Я ощутил твое проклятие, любовь!

Мне мама подарила жизнь, и вот проклятие

Сорвалось с ее священных уст,

Водки сразу выпил и не к стати,

Подругу уложил опять под куст!

Жена, как хочется обняться,

И покаяние свое произнести,

Прости меня, несчастного мерзавца,

Ведь я люблю тебя, – хочу тебя спасти!

Как будто пес я жены прощу пощады,

То есть возвращения домой,

Я любовью весь отравлен, ее ядом,

Господь, сиянием с меня грехи все смой!

О, где теперь ты, милый друг,

Твой светлый образ у меня в душе остался,

Его сиянием все тронуто вокруг,

Даже ветер повторяет чувство танца!

Я был с тобой, и это был какой-то сон,

Ты расцвела, – безумна и певуча,

Твоя душа в меня со всех сторон

Плыла одной волшебной тучей!

Я к жене с сомнением вернулся,

Но ты опять раскрыла нежный грот,

И волной взлетели трепетные чувства,

Продлевая наш бессмертный род!

Следит за нами кто-то сверху,

А мы с тобой как тараканы под стеклом,

Совокупляемся святому на потеху,

Преображая страстью вечный дом!

О, как ты яра в страсти настоящей,

Страшнее бури, урагана злее,

Несешь меня по сладострастной чаще,

И я пою пронзительней Орфея!

Когда на мой трепещущий челнок

Ты кладешь пылающую руку,

Я получаю восхитительный урок,

Прикосновения чарующую муку!

Мы плавали в траве с тобой как рыбки,

Рука блуждала по твоей груди,

И образ твой сияющий и зыбкий,

Раскрывал мне чащу впереди!

Который час? – Уж вечность на часах,

Я то с тобой, а то с женой в постели

Осязаю возбужденный прах

Очарованием своей смертельной цели!

О, милая, тигрицей со мной будь,

Изрань укусами волшебных поцелуев,

Отдай губам трепещущую грудь,

Сотвори рожденье страстной бури!

Любимая меня уже не хочет,

Устала от меня с моей женой,

Я привыкаю обниматься с ночью,

Владея только гулкой тишиной!

Как между молотом и наковальней,

Между тобою и женой,

Я устремляюсь в свет бескрайний

Ловить сближение с землей!

Вхожу в тебя, жена стоит за мною

И проницает взглядом каждый взмах,

Так земля дарованная зною,

Обнажена костями в вечный прах!

Мир сошел с ума, мы в светлых мыслях

Иногда лишь верим чудесам,

И ждем, когда нас Бог возвысит,

Предав своим чарующим лесам!

Господь меня, увы, не пожалел,

Я притворился лишь на миг счастливым,

И он тут же поразил меня как цель,

Своей любовью погубив красиво!

Когда паду я в гроб, жена с тобою,

Придете вместе схоронить меня,

Мой жалкий прах окутан весь судьбою,

Неужто, в том, что жил, и есть вина?

Страсть раздвоенья всего мира,

Противоречья божий дух

Меня сразил, упала лира

И взор отчаянный потух!

Люблю тебя, но как ужасно,

Куда девались силы и слова,

Жена и ты, зовете к себе в счастье,

Душа напополам, – едва жива!

Мое безумие меня лишает счастья,

Я каждый день к тебе, желанной, рвусь,

Весь трепещу от взрыва нежной страсти,

И лишь потом меня колотит грусть!

Из лона Господь лодку сделал в Вечность,

Я в ней давно, уже 100 лет сижу,

В тебе я проплываю мир беспечный,

В своем безумье равный миражу!

Безумие – любить тебя и верить,

Что ты дана навеки мне одна,

Опять жена как страж стоит за дверью,

А в волосах моих белеет седина!

Что лишит меня моей же жизни,

Твое лоно или страсть жены,

Везде измена пребывает в мыслях,

Взращивая рожки сатаны!

Сбежал к любимой, и держу малышку,

О ее судьбе, как о своей пекусь,

Вот только счастье нарисованное в книжках,

В жизни вызывает часто грусть!

Жена в молчании, любимая рыдает,

Одна, другая дочь чего-то ждут,

Я вижу тени пролетающие в далях,

А за ними происходит Высший Суд!

Господь, мне укажи мою дорогу,

Я снова на распутье, пилигрим,

Но черт мне шепчет: Друг, побойся Бога,

Все чувства убегут как в небо дым!

Я в людях разглядел слепую ярость,

Мечту как дымку только о себе,

Даже с другими они ищут сладость,

Чтобы упрочить мир в безжалостной борьбе!

Я не хочу уже любви, ее боюсь я,

Я вижу смысл, оценивая жизнь,

Блуждать в мирах рожденной нами грусти,

Чтобы с надеждою взглянуть в иную высь!

Вернулся к милой, а она в слезах,

К жене вернулся, она плачет тоже,

Быстрей лечу уже куда-то в прах,

И чую, страсть горит на моей гнусной роже!

Господь, впусти меня хоть в ад,

Земля уже сгорает под ногами,

Я не могу найти пути назад,

Дай побродить небесными лугами!

Сочетание любви и нежной страсти

Удалилось вместе с тьмою в пустоту,

Я молчу, ища хоть проблеска в ненастье,

Бог у меня украл мою же красоту!

Господь решил меня во всем проверить,

Чтоб водрузить над прахом тень креста,

Я в небеса плыву, в распахнутые двери

Зверем, чья пропала красота!

Нет ничего, чтоб было бы волшбою,

От тела остается только прах,

От нас с тобой лишь облака с душою

Плывут, чтоб мы растаяли в мирах!

Осязая глубину и тьму пространства,

Как тайну нас влекущую вперед,

Я извлекаю призрачные яства,

Вспоминая как творил земной народ!

Я верил в основанье твоей плоти,

Я ощущал в ней светлый божий дух,

Теперь кружусь я с ней в водовороте

Безумных дней, где солнца луч потух!

Устал в тебе, блуждая, находиться,

Господь меня распял за суету,

За боль в сердцах и в близких лицах,

Так я познал в грехе земную красоту!

Мне бы родиться лишь червем, чтоб просто                                                                      ползать,

И ковыряясь в сумрачной земле,

Не видеть никогда твой светлый образ,

Ни даже звездочку горящую во мгле!

Я проник в твою хмельную красоту,

Но тебя нигде там не увидел,

Только тень лишь волновала пустоту,

Как океана дно сонм спящих мидий!

Не жизнь, а только тень существования,

Как сонное блуждание во тьме,

Дало с тобой хмельное обладание,

И ничего взамен не подарило мне!

Я сам себя боюсь, скрываясь в мыслях,

А вдруг что-то запросто решу,

Или себя лишая жизни,

Или рожая то, что не рожу!

Вечер. Тьма и необъятность.

Слепая храбрость милого дружка.

Удовольствие с тобой и неприятность

От сотворения безумного шажка.

Хотел владеть великой сферой,

Но прикасаясь часто к бытию,

Связался с жуткою химерой,

И теперь ее сквозь боль свою люблю!

Любовь – обман, игра с безумьем в прятки,

Горение всех мировых страстей,

Тьма выливает чувств былых остатки,

Как и останки дорогих людей!

Мой остров тьмы среди ночных селений,

Между тобою и моей женой

Я вмиг улавливаю тени

Людей беседующих с вечной тишиной!

Стаж борьбы за своего самца

У баб моих был равен веку,

Я как птенец внутри яйца,

Дрожал, почуяв зубы человека!

Часть 14. На изломе страстного мгновенья

Жена чуть не вскрыла вены,

Ты чуть не врезалась в столб,

Все мы во власти мгновений,

Нам мастерящих свой гроб!

Не женюсь, – сожрет меня любимая,

Женюсь, – жена сойдет с ума,

Что за жизнь, когда любовь невыносимая

Швыряет с легкостью и в разные дома!

Лежу с любимой, глажу нежно спинку,

А сам вдруг помышляю о жене,

И та, и эта, обе половинки

Рождают дух противоречия во мне!

Сказала мать: Сынок, ведь я страдаю,

Вернись к жене, забудь ты эту шлюху,

Но шлюха, мама, может быть святая,

Вспомни ту, что принесла любовь от духа!

Твоя любовь меня сжирает,

Душа горит во тьме высот,

О, вот, оно, блаженство рая,

Творящий жизнь земной народ!

Всяка тварь трепещет над другою,

И лелеет ее в сладостных сетях,

Только зверю одиноко в тьме покоя,

Его душу поедает страх!

При наличии безумных обстоятельств,

Когда ты трепещешь нагишом,

Я ощущаю уже море обязательств,

И только жалостью к себе вооружен!

Момент оргазма и явленье чувства, —

Проистекают из лучей твоих, звезда,

Я приобрел в тебе великолепье буйства,

И как назло, печаль в тени креста!

Весь век считаю я, к какому сроку

Мне принести себя в безжалостный обмен,

И почему моя любовь угодна Богу,

Если ждет ее лишь прах один и тлен!

Я предан весь любви в безумной форме,

На мне с рождения лежит ее печать,

Вновь нежной страстью меня кормит

Святая мать и сладостная блядь!

В случае, когда момент исчерпан,

Ушла любовь, покинута жена,

Я почти без всякого ущерба

В тебе блуждаю с грустью, тишина!

Вы с женой стоите где-то рядом,

Как две тени на моем пути,

В эпохах разных колдовал над вашим задом,

Чтоб себе потомков завести!

Просиял рассвет с улыбкой грустной,

И мне был богом передан момент

В твоей душе дрожащей от безумства,

Ибо любовь велась как злой эксперимент!

Чем обладаю я в проистеканье мира,

Дырой рождения, твоей святой звездой,

На что настроена твоя живая лира,

Струящаяся влагой внеземной?

Мысли складывались кучкой хаотично,

Ты трясла жену, она тебя,

Посередке, избивая себя лично,

В борьбе желаний потерялся я!

По мере согревания души,

Исчезновения в твоем прекрасном теле,

Я чувствовал, земные миражи

Исчезают ради вечной цели!

О, ущербность моих нежных чувств,

О, уравнение единственной вселенной,

Я только в лоне трепетном учусь

Наслаждаться жизнью драгоценной!

Процесс создания других небесных чисел

Нас очень тесно связывал с тобою,

Я даже видел, как дрожали выси,

Переживая время собственной борьбою!

Я тобою извращен до слез,

Моя жена давно в слезах молчит,

Как вывести ее из царства грез,

Где себе находит место стыд!

Твоей любви живое лоно

Меня пронзило страстью до конца,

И я глядел в дитя влюбленно,

Возникшее из твоего лица!

Отчаянно любя от мертвой скуки,

Любимую свалив вмиг за кусты,

Я постигал безумие науки,

С глубиной ее беседовать на ты!

Надоело прятаться мерзавцем,

Обманывать несчастную жену,

Хочу с тобой, любимая, остаться,

Чтоб всякий раз струиться нежно в глубину!

Тихий шепот чувств невинных

Пробуждал былую страсть,

Бог слепил тебя из глины,

Чтобы мне в тебе пропасть!

Милая глаза в меня скосила,

И я в мгновение увидел нежный свет,

И ее лоно точно вечная могила

Приютила и меня, и весь мой бред!

Хотел спасти любимую собой,

И обняв ее, дрожал в слезах,

А она вела со мною яро бой,

Точно с небом страстная гроза!

Мы все опустимся с тоскою в вечный плен,

Из лон любимых, жен и матерей,

Во тьму и сопричастный Богу тлен,

На дно бессмертия неистовых морей!

Любимая похожая на лошадь,

Привела меня в свой розовый рассвет,

И в траве я с ней внезапно ожил,

Ибо прожил с ней в мгновенье сотни лет!

Из света и дождя мы состояли,

Когда в лесу зарывшись в тьму любви

Мы уловили тень святой печали,

Нас уводящей вглубь сырой земли!

Бог изменяет все с позиций вечных сил,

Ведя с живыми свой незримый бой,

Но даже в глубине земных могил

Я буду вновь овладевать тобой!

Где истина, любимая моя,

Если нас с тобой зажгло одно желанье,

Жаль, что моя верная жена

Не найдет объятьям нашим оправданья!

Соединяет память всех живых и мертвых,

И меня с тобой, моя подруга,

Мы любим, умирая очень гордо

Внутри магического круга!

Зачем мне вера, если ты со мной,

И твое лоно очень нежно шепчет,

Раскрывшись всей небесной глубиной,

О том, что это чувство будет вечно

Соединять в мирах меня с тобой!

Что было, то прошло и снова будет

Мешать людей, планеты, времена,

И лишь с любимой в ее нежном бл-уде

Опять сияет вечная весна!

Вершу, хрен знает что, и будь, что будет,

К любимой дверь уже не заперта,

И мы томящиеся вместе с нею в чуде,

Оживляем краски вечного холста!

Не нужны нам песенки о монстрах,

Мы с любимой обнимаемся до слез,

И облако, плавучий нежный остров,

Уводит нас в страну безумных грез!

Увы, любая страсть души печальна,

И в нежном лоне, где бывало большинство,

Осталась нераскрытой тайна,

Ибо удел всех смертных – естество!

Твой поцелуй одною острой раной,

Стоит за мной несчастная жена,

И даже Бог молчит, и как-то очень странно

Соединяет нас с тобою тишина!

В безумном лете мы с тобою точно мухи,

Совокупляемся под чистоту небес,

И даже полусонные старухи

Нам шепчут вслед, что это бес воскрес!

Когда твое, чужое стало вдруг моим,

И кровь твоя с моей смешалась,

Я ощутил, – вдали небесный дым

Кружил над нами ангельскую жалость!

В моих снах любимая трепещет,

И я ее баюкаю в траве,

А из травы растут прекраснейшие вещи,

С цветами вместе, и с ветрами в голове!

Хочу очиститься, понять, освободиться,

Любить, заглядывая честно всем в глаза,

Но любимая на мне трепещет птицей,

Нежным лоном вознося на небеса!

Что может быть плохого в нежном лоне,

Откуда вышли мы, по зрелости вошли,

Душа живая жаждет быть влюбленной,

Чтоб через тело в мир произойти!

О, грубый слог хмельного замечанья,

О, вскрик самовлюбленного лица,

Я снова вижу, как земное умиранье

Ущерб тщеты изводит до конца!

Эксперименты Бога над людьми

Весьма трагичны и ужасны,

Вот и я ушедший из семьи,

Себе вряд ли представляю, что есть счастье!

Моя милая сначала не хотела

Меня любить и ежилась во тьме,

Но вмиг отведав сладость тела,

В знак благодарности кричала долго мне!

Почему я ничего здесь не боюсь,

Да потому что ведаю стремление

Любимой и ее прелестных чувств, —

Находить со мною наслаждение!

Я снова утонул в безумном лоне,

Мне Бог проделал дырку в голове,

Теперь я с ветром чую дикие погони,

Какие могу сотворить здесь души 2!

Милая мне сладко улыбается,

Рыдает горько женушка вдали,

Отвердевает плоть и мои яйца,

Заложники предательской любви!

Малышка вышла из предательства,

Из безумия 2 тел,

И только мозг, его сиятельство,

Быть при морали чистеньким хотел!

Я малышку на руки беру,

И гуляю с ней один по лесу,

Лишь о жене слезиночку сотру,

И в детстве светлом забываюсь с интересом!

Прости меня Господь, я все решил,

Покинул всех родных своих и близких,

Зато лишив себя ужасной лжи,

Я уже не падаю так низко!

Жена не хочет встретиться со мною,

И в глубине ночей льет слезы без конца,

И дочь сливаясь грустно с тишиною,

Проклинает душу грешного отца!

Жена сравнила душу с берегом,

Я ее берег покидаю с нежной грустью,

Ощущая, как она мне верила,

Я бросаю в волны тень сочувствия!

Люби меня! – мне шепчешь ты,

И я тебя люблю, и понимаю,

Как много нужно заплатить нам за мечты,

Чтобы вместе быть с тобой, родная!

Если бы я умер, ты б пришла,

И улыбнувшись грустно со слезами,

Соединила б мысленно тела

С божественной душой и с небесами!

Ты падаешь! – сказала мне жена,

А я ей только грустно улыбнулся,

Какая все же странная стена

Возникла вдруг, лишая чувства… смысла!

Годы пролетели словно сон,

И мы с тобой уже другие,

Я с другою рвусь на небосклон,

Ты оживляешь наши тени неживые!

Зачем любить, чтоб после ненавидеть,

И наслаждаться, чтобы мучиться опять,

Я уловил в себе ужасное открытье,

Всю жизнь я лишь учился только лгать!

Я шепот листьев подобрал в лесной дороге,

Спускаясь в мрак, в прах к пожирающим цветам,

И вдруг почувствовал твои живые ноги

Вновь раскрывают в ощущеньях тайный храм!

Казни меня собой, но не усердствуй,

Я полон весь безумья и тоски,

И только твое лоно по соседству

Мне объясняет, как же мы близки!

Я пил весь вечер в ресторане с дочкой,

И разъяснял ей кровожадность бытия,

В глазах летали то ли мухи, то ли точки,

Две точки только, ты и я!

Старшей дочери моей есть утешение,

Что она хоть раз с родным отцом

Ощутила в мыслях совпадение

И грусть прощания, и просто нежный сон!

Баюкает нас Бог, а мы в печали,

Никак не справимся с собою на земле,

А он, несчастный, нам рисует дали,

И мы идем туда, скрываясь все во мгле!

Замерев от сумасшедшего восторга,

Ощутив вселенную в себе,

Милая впустила в свою норку,

Чтоб заключить нас с ней в одной семье!

Сила, данная мне Богом,

Ведет меня в таинственный покой,

Но лишь глаза закрыл немного,

Как тут же ты обнажена передо мной!

Переступив черту безумной страсти,

Я быстро исчезаю в тьме святой,

Любимая, ты даришь мне не счастье,

Ты своим лоном даришь мир иной!

Закат над Окою был ал,

Я с дочкой бродил по песку,

Себя у родных я украл,

И с любовью оделся в тоску!

Любовь – проекция святого преступления,

Готов был мир отвергнуть, чтобы полюбить,

И вот теперь уже не просто наслаждение,

А боль с мучением показывают прыть!

Мой Бог, ты не такой как я,

Ты мудр и добр, в своем торжественном величье,

Пожалуйста, освободи меня,

И выпусти из клетки моей птичьей!

О, мой Бог, приди и скажи,

Предо мной хоть свечою расплавься,

Свою мудрость мне дай вместо лжи,

Начерти путь к сокровищам счастья!

Не люди, тени посещают берег мой,

Но я живу, надеясь на бессмертье,

И в твоем теле ощущая летний зной,

Творю людей грядущего с усердьем!

Я в храм вошел, и в храме было тихо,

Мерцали свечи, образы святых

Дрожали в полумраке лихо,

И страшной тайной отзывался этот миг!

Возьми меня, мое святое прегрешенье

Светится ребенком издали,

Слова любви даются в утешенье

Всем несчастным жителям земли!

Моя девочка, одна, потом другая,

И третья из моей крови,

Живут, и мудрость божью постигая,

Тоже тянутся к любви!

Я выменял тебя на боль родных,

Но трепещу в твоей небесной ласке,

Гори ты сказкой и дари прелестный миг,

Пока с нас не сползла земная краска!

В твоих коленях уже прячется закат,

Мы все через себя в других уходим,

Чуя, что никто не виноват,

Ибо живем под принуждением в природе!

Я раздвинул небо на две трети,

И увидел дальний горизонт,

Что там таилось, – смерть или бессмертье,

Все небо в страсти обезумело с грозой!

Жену и мать объединило горе,

А прежде ненависть всегда,

Будто лодку сотрясало море,

Когда в ярости дрожала вся вода!

Я камень приобрел в волнах прибрежных,

На Рубском озере, в ивановской глуши,

Среди лесов разглядывая вечность,

Я излечил волнение души!

Я пропитался сладким сном и свежим духом

Лесов, полей, озер и рек,

И над тобой взлетая страстной мухой,

Был могуч, как ощутивший Бога грек!

О, моя родная секретарша,

Тебе, любимая, пишу я этот стих,

Ибо даже став немного старше,

Я до сих пор в тебе ору будто жених!

Меня не трогает земное обитание,

Ибо в нем я ничего не нахожу,

Но водку пью с тобой заранее,

И в твоем лоне всегда верен миражу!

За что мы боремся, за вечную победу?

Но здесь ее не будет никогда!

Любимая, готовь себя к обеду,

Пусть в тебе исчезнет вся любовь моя!

Мы все умрем, и славу Богу,

Кому-то тоже надо быть на корабле,

Корабль плывет, на нем нас очень много,

Да здравствует рассвет в безумной мгле!

Пусть люди укрощают страсть желания,

И вертятся как детки в карусели,

Любимая, приляжь мне на заклание,

И я собой пожертвую в постели!

Часть 15. Я трогал нежный колокольчик

В одном пламени плясали мы, любимая,

И отсвет наших тел летел во тьму,

Где на всех купель одна единая

Дарила лишь печаль и глубину!

Я тебе слышу даже в сне в глухую полночь,

Твое дыхание безумных чувств полно,

Тебя я спящую целую тихо, сволочь,

Но ты жена мне, раз с тобою лечь дано!

Зарыться бы с любимою в соломе,

И как мышки с нею нежно трепетать,

Я бы блаженствовал в ее прелестном лоне,

Чтобы она звалась священным словом мать!

Любой живой сумел, и сунул, и уснул,

Родился человек, и странный гул

Плывет по небу в жалостных тенях,

А внизу во тьме трепещет нежно прах!

Беги не беги, за луной иль звездой,

Везде тебя сыщет во тьме волчий вой,

Прощайся с родными, волк съест всю тебя,

Бог дарит святыни, лик смерти – судьба!

Я трогал нежный колокольчик,

И он дрожал у твоих губ,

Дрожанье сердца отзывалось громче,

И я в тебе дрожал как труп!

Как ни странно, судьба отчизны

Вдаль плывет, не касаясь меня,

Страсть любимой – моя харизма,

Все здесь – сон из глубокого сна!

Нас Бог с тобой едва увидел,

Лежали мы с тобой в тиши,

Творя безумное событье,

Чтоб помолиться за грехи!

Угрюмо созерцая небо в профиль,

Едва храня по умершим печаль,

Я в твоем лоне жил одной любовью,

Ощущая, как глотает небо даль!

Приличие молчит, тела трепещут,

Вселенная нас загоняет в страх,

А Бог соединяет чутко вещи,

Просеивая жизни через прах!

Склонив башку набок и рот приоткрыв,

Я слышал в душе обалденный мотив,

Хотелось все на хер куда-то послать,

Но Богом прощенная нежилась блядь!

Смысл бытия окутан вечной тайной,

И я не знаю, для чего живу,

Но наша связь с тобою не случайна,

Определенно стрела тянет тетиву!

В глухой провинции отмеченной развалом,

Где тихо бродят наркоманы, алкаши,

Я держал в руках цветочек алый,

Мне раскрывавшийся всем таинством души!

Свет из добрых глаз, – о, нежная печаль,

Вот он, вечный путь в кромешной тьме,

Звезды в небе произносят даль,

Только там твоя душа во мне!

Нет, никогда мне в жизни не осмыслить

Ни факт рождения, ни смерти бытия,

Зарылся в лоно, испугавшись жизни,

Где снова счастьем загорелись ты и я!

Ползу, не существую, а ползу,

И молча в твое лоно забираюсь,

Пуская в тьме безумную слезу,

Я лишь к богам испытываю зависть!

Бог просветил мое сознанье,

Направил мысль с тобой в полет,

Но тут же свергло обладанье,

И закрутила тьма невзгод!

За нитью лет закрученных с пространством

В далекую таинственную тьму,

Я раздевал тебя с угрюмым постоянством,

Чтобы почувствовать волшебную страну!

Малышка, крошка, славное дитя

Ты стало той разменною монетой,

За которую отдал всего себя,

А с собой в придачу целую планету!

Я не могу с тобой расстаться,

Хоть разорви меня в куски,

Жена, давай опять встречаться,

И вместе плакать от тоски!

Ветер перемен и вечных странствий

Носит мою темную печаль,

То я в лоне ослепленный страстью,

То я в небе обнимаю даль!

Я стану тем, кто вмиг исчезнет,

Из лона в лоно пряча жизнь,

Кто ощутит в безумной бездне

Творца сияющую высь!

Взял с реки девясил, девять сил,

Излечил он дыханье мое,

Лишь на миг, через век сонм могил

Заключит в сон опять бытие!

Я с дочкой по песку гуляю,

Песчинки – образы людей,

Я их порой обожествляю,

Потом бросаю как злодей!

Жена, приди, хотя б на миг,

Мы на холме в родном молчанье

Увидим, из чего возник

Закат земного обладанья!

Ты жены моей немного младше

И в постели ярче, горячей,

Но с замашками безумной секретарши,

У которой нет от ящиков ключей!

Я все прожил, – тебя и это лето,

Череду бегущих в вечность дней,

И в лоне догорающий луч света,

Поцелуя сладкого нежней!

Заведи мотор, уедем к солнцу,

Растопим лед земного бытия,

Я загляну опять в твое колодце,

Чтоб на земле осталась часть меня!

Прости мой образ многогрешный,

Недаром в храме я в забвении молчал,

Ощущая, как растаяли надежды,

И вместо них светилась тихая печаль!

Мы все уйдем, растаем, не вернемся

Ни друг к другу, ни на землю никогда,

Вот отчего так нежно светит солнце,

Освещая наши лучшие года!

Просвети, Господь, мое сознанье,

Жажду страсти светом утоли,

Я люблю в забвенье мирозданье,

Все планеты вдаль плывут как корабли!

Ярость страсти тает в тьме привычки,

Исчезает пламя бытия,

Я в твоем лоне себя чувствую отмычкой,

Вскрывая с нежной жалостью тебя!

Мир перевернут, спуталось сознание,

Бог на земле, а люди в небесах

Превзошли всю боль земного умирания,

Лишь тень моя с твоею шепчет на часах!

Проник не в лоно, а в колодец вечной жизни,

Из сотни брошенных могил разрыл купель,

Бог мудро улыбался мне из высей,

А ты опять звала меня в постель!

Сколько можно жить в объятьях, полониться

Нежным лоном, вздохом чувственных потерь,

Вознеси меня до неба моя птица,

Ведь крыльев не имеет грустный зверь!

Под кисеей ушедших вдаль времен,

Один между любовницей с женою

Я страстной мукой поглощен,

И лонами двумя с их тишиною!

Понять тебя, не значит ли обидеть,

Ведь в твое лоно может всякий заглянуть,

Ну, а если в очень пьяном виде,

Каким тогда покажется наш путь?

Мне нравится легкость, с какой,

Цветы свои песни поют,

И сливаясь вмиг с дорогой,

Я даю тоже Богу салют!

Жена с любовницей молчали над могилой,

Я из гроба чуть поднялся и вздохнул,

Поочередно их пронзая с нежной силой,

Я превращался в безутешный гул!

Везде тоска, сомненье в пользу дела,

Одна лишь ты обнявшая меня,

100 тысяч раз осеменяешь себя смело,

Будто стараясь разорвать покровы сна!

Не вижу ничего, но чую образ,

Вхожу в тебя, и плачу, и кричу,

Неужто Бог бывает к смертным добрым,

Раз разрешает жизнь зажечь лучу!

Лежал в могиле как мертвец, и целовался

С твоей нежной тенью наугад,

И Бога окликал как будто братца,

Благодаря его за наш волшебный сад!

То ангелы летят, то просто духи,

Невидимые тени из судеб,

А мы с тобою жадно, точно мухи,

Летим друг в друга, чуя теплый хлеб!

Прости, опять прости, я подневолен,

Всю жизнь я скорбно тень свою влачу,

Даже в любви я в ощущенье боли,

Простираю крылья к нежному ручью!

Стояла ты хмельная и смешная,

Напилась водки и в постель легла,

И подо мною трепетно стеная,

Соединяла с криком страстные тела!

Малышка взяла веточку сухую

И на песке вдруг начертила круг,

Я видел в круге землю дорогую,

Несущую из нас слепой испуг!

Господь пришел, я прошептал молитву,

Потом любимую 100 раз поцеловал,

Чуть позже я устроил с нею битву,

Люди рекой в нее лились за валом вал!

Любимая разделась и легла,

Пустив меня в свое святое лоно,

О, скольких же здесь родила земля,

Шепча вот также полусонно!

В твоей одежде, милая, тьма писем,

Сто тысяч запахов из кожи и крови,

Я от тебя всегда как пес зависим,

Вздохну твой запах и тону в любви!

Целую твои ноги, обмывая,

Щекой прижавшись к нежному холму,

Какая ж ты святая, дорогая,

С какой любовью ты меня впускаешь в тьму!

Грешу и каюсь, пав пред милой на колени,

Терзаю лоно как цветок мохнатый шмель,

Какие нежные мгновенья ловят тени,

Из нас летящие за тридевять земель!

Есть вещи, без которых жить нельзя,

Желанье тела и души с огромным небом,

Где властвует безумная гроза,

А за нею простирается лишь небыль!

Зарой меня в свое лоно,

Чтоб я там, укрывшись от всех,

Пел песни тебе о влюбленных,

Творящих чарующий грех!

Страсть меня сжигает как огонь,

Глаза на небе видят схватку духов,

О, твое тело лишь тихонько тронь,

Как весь притянешься к таинственному кругу!

Я люблю разглядывать кошмары,

В них видны радости земного бытия,

Даже закат, что льет вдали пожары,

Подтверждает, что сгораем ты и я!

Омытый твоим нежным лоном,

Я восхожу к видениям души,

Во тьме, в тиши излюбленного склона

Я чую, – истекает в Вечность жизнь!

У каждого из нас свои видения,

Поступки, мысли и слова,

И в соответствии со смыслом тяготения

Любовь – болезнь земного естества!

Мое имя тебе не подскажет,

Для чего я родился и рос,

Только в лоне твоем как под стражей,

Я забудусь в блистании гроз!

О, Господи, зачем меня

Пленил ты этим грешным телом,

Я весь в дыхании огня,

Смерть жизнью правит очень смело!

Ты водки выпила, и сонная лежишь,

А я колдую над прекрасным телом,

Пробравшись в дрожь твоей души,

Моя душа безумным ангелом запела!

Как предисловие перед великой тайной,

В сокровенной серединке существа,

Я чувствую, как ты необычайна,

И таю весь в безумстве колдовства!

Песок пересыпает наше время,

Любовь, души моей глаза,

Собою хоронит любое семя,

В нем даже прячется безумная гроза!

Под твоим платьем жар безумной страсти,

В нем исчезает все, и моя стать

Внезапно тонет, ведь в пучинах счастья

Само несчастье дарит людям благодать!

Блин, одиночество сползает снежным комом,

Из одиночества как волк в ночи ору,

И только с милой, в ее лоне до истомы

Я наслаждаюсь миром, глядя на зарю!

По линии судьбы твоей ладони

Я страсть в ее изгибах нахожу,

Как будто нас с тобою ангел обнЯл,

И подчинил в своем сиянье миражу!

Любимая как призрак потерялась

Во тьме кровати, в шепоте цветов,

И в ее теле пробуждала жалость,

Несущая возмездием любовь!

Тронь говно, оно запахнет сразу,

Человека тронь, – он закричит,

У Бога как няньки, но без глазу,

Любая тварь изводит страстью стыд!

Зачем сменяет день такую ночь,

С которой вдаль сбегает наслажденье,

И даже Бог не в силах нам помочь

Задержать навеки яркое мгновенье!

Порою ненавижу очень многих,

Но все же чаще сам себя,

Лишь в твоем лоне избавляясь от тревоги,

Я постигаю свет великого Творца!

Порою ненавижу очень многих,

Но все же чаще сам себя,

Лишь в твоем лоне избавляясь от тревоги,

Я постигаю свет великого Творца!

Весь мир казался редкостью сладчайшей,

Но серость будней преломляла лунный свет,

И уже страсть как грех ужасный и тягчайший,

Лежала грузом моих прошлых лет!

Моя любимая лежит и не встает,

Измученная сладкою любовью,

Измаявшись от множества хлопот,

Она лежит, малышку наполняя кровью!

То я любимую сосу, а то малышка,

Лежат в кровати трое ангелов любви,

А сверху Бог листает книжку,

Читая мои вечные стихи!

Обрел свободу я в любви, а с ней оковы,

Над телом милой и вздымаюсь, и ору,

Бог мне дал безумную основу,

На которой скоро я мозоль натру!

В устах любимой пламя полыхает,

В глазах горит редчайшая звезда,

И в лоне звезды шепчут мне о рае,

Куда уходят наши лучшие года!

Я как Адам перед тобой голый,

Ты видишь родинки и мой большой живот,

И в воздухе невидимые волны

Соединяя нас, вдруг продлевают род!

Что было на столе или на стуле,

В постели обрело свой прочный дом,

Детишки в лоне просыпаются как в улье,

Вылетая из него в волшебный сон!

Меня мамка родила дебилом,

Но в лоне женщины я музу приобрел,

И с невероятно дикой силой

В театре божьем я сыграл святую роль!

Водку пью и секретаршу обнимаю,

Течет спокойно древняя Ока,

Мечта забраться в кущи рая

Проистекает в вечность как река!

Изнасилуй меня секретарша,

Ты теперь ведь супруга моя,

Всю тебя мы засеем, распашем,

Чтобы вдаль деревенька росла!

Нет мыслей, есть тревога и печаль,

Что мы, проникнув в тело, вмиг уходим

В далекий свет, в бушующую даль,

И все, кто был, растаяли в природе!

Проистекает пьяный бред

На наши знойные поляны,

Как в твоем лоне нежном странно

Ловить рождающий нас свет!

Господь всемилостлив в своих безумных тайнах,

Он одним чудом раскрывает нашу плоть,

И вместо отягчающего знанья

Нам ощущенье нежной сладости дает!

Как тяжко за отведанную сладость

Боль ощущая, в страхе умереть,

Господь, куда ты прячешь свою благость,

И отчего всей жизнью обладает смерть?

Обнял любимую и в небеса подбросил,

И за нею следом улетел,

Вокруг шептала тихо с ветром осень,

Осеняя растворенье грешных тел!

Взял твое сердце и в него вложил всю душу,

Соединяя тело с телом наугад,

А Бог, во тьме таясь, нас долго слушал,

Окутывая нежной тенью сад!

Всех прелестей твоих перед съеденьем

Меня безумной тьмою мировой,

Отведал я всего лишь за мгновенье,

И теперь крест тоскливо шепчется с листвой!

Вошел в тебя, и замер на мгновенье,

А Бог украдкой вытирал слезу,

Он ощущал в любом исчезновенье

Молчания печального грозу!

С тобой мы живы лишь одной любовью,

Что будет с нами, когда скроется любовь,

И в час прощанья, утешаясь страшной болью,

Мы за грехи свои прольем живую кровь!

Господь, существование без смысла

Вдруг обрело в любви огромный смысл,

Так размножаясь, сказочные числа

С любовью обретают твою высь!

Любимая забылась в сладком стоне,

Ее жизнь внутри бурлила хором волн,

И тень моя носилась с криком в лоне,

И жизнь безумной тайной пала в сон!

Малышка извлекла из песка камень,

Он на ее руке – живое существо,

Проявлял собою нашу тайну,

Где в самой тайне нас любило божество!

Не люди, призраки стекают с тьмою в полночь,

Сижу я на крыльце, мой звездный час

Струит в себе загадочную сволочь,

Находящей в твоей тьме живой экстаз!

Дверь растворила, приоткрыла лоно,

В тебе уже не водка, а огонь,

Вздымает нас под небеса со стоном,

А Бог молчит, прижав к теням ладонь!

Бегу среди ночи, куда не знаю,

Где потерялся мой священный дом,

В одном из них жена родная,

А где-то ты мной обладаешь, но в другом!

Как бы так случайно раствориться

Паучком с прозрачной нитью в небесах,

Или от любви поющей птицей,

Или зверем в фантастических местах!

Философ я с безумными глазами,

Весь в твоем лоне миг забвенья чту,

Ты омываешь меня чистыми слезами,

Сияньем лона раскрывая красоту!

Мы твари божьи, мы в угаре,

Миг сотворения в любви

Нас заключает в тесном шаре,

В волшебном облике земли!

Происхожу в тебе, в твоем волненье

Вздымаюсь кораблем в волнах любви,

В твоей пучине сладкой миг исчезновенья

Нам дан за то, что мы с тобой произошли!

Под нежным веером твоих ресниц

Раскинута волнующая складка,

По ней скользя, я ощущаю море лиц

Во тьме лона плещется загадкой!

Я приобрел земную ценность,

Ощутив твое живое естество,

Но исчезает мигом вдохновенность,

И вместо нас тенями льется бытие!

Пусть раздерут меня на части,

Иль сразят молнией ночные небеса,

Я чую страсть твоей безумной власти,

И весь горю, вбирая яркие глаза!

Я напою тебя вином и нежным сном,

Замру цветком в твоих трепещущих объятьях,

Безумной ночью иль волшебным днем

Я уже в образе твоем, и рай наш найден!

Увы, и в красоте есть жуткий вид,

Когда по смертности своей позабываясь,

Ты вдруг к другому льнешь, теряя стыд,

Мы все к богам испытываем зависть!

Мы умираем как-то странно,

Едва успев вдруг полюбить,

В любви почуяв вечность с тайной,

Держась за призрачную нить!

Мой Бог едва спасет меня, ведь вечность

И для него весьма безумная страна,

Мы таем в ней, держась за нашу встречу,

Как за квадратик нам знакомого окна!

За крестики, иконки и молитвы,

За тайный смысл весьма безумных слов,

С тобой я выхожу на поле битвы,

И вмиг в тебе я исчезаю весь, любовь!

Гоню себя в незримое пространство,

Где тени тех, кто прежде в мире жил,

И там во тьме с безумным постоянством

Я в твоем лоне постигаю зыбь могил!

Мой Бог прости меня, мне мир мой страшен,

Я вижу тьму с тревожностью людей,

И снова в нежном лоне секретарши

Теряюсь с вихрем сумасшедших дней!

Я растворен безумным прошлым,

И настоящим тоже растворен,

Весь в деве под небесной кожей,

Всю жизнь разглядываю сон!

Ты кошкой прыгаешь на шею,

И лоном зажимаешь меня в страсть,

Но, Господи, все, что я имею,

Так это только твою власть!

Разве выбор перед смертью

Назовешь свободной волей масс?

Все мы – пыль, летящая над твердью,

Очарованная пленом смертных ласк!

Мой выбор пал на грешную свободу,

Но даже в ней, как в твоем лоне не спастись,

Земля в могилах данная народу,

Уже при жизни нас лишает сил!

Люблю тебя, целую, понимая,

Что этот миг уже растаял без следа,

И даже в сказке нарисованного рая

Мы с тобой уже не будем никогда!

Ты хочешь сблизиться со мной будто впервые,

Раскрывая лоно сказочным цветком,

Но взгляни, какие вихри роковые

Сотрясают уже в прах наш бедный дом!

Я привыкаю верить тьме молчанья,

Из множества зовущих вдаль теней,

Лишь в твоей тени ощущаю обитанье,

И в твоем лоне ярче отблеск дней!

Вот и все, дверь раскрыта в молчанье,

Ты по небу как птица идешь,

Внеземное с тобой обладанье

Вновь рождает безумную ложь!

Я понимаю все не так, как есть в живущем,

В огромном мире отпечаток от следа

Рисует с нежным лоном в райских кущах

Волшебный свет, что здесь и не был никогда!

Соринка в глазу – пониманье

Того, отчего вдруг слеза

Блестит в ночном обладанье,

Омывая с тоской небеса!

Обними меня, исцелуй,

Страсть моя дорогая,

Среди таинственных струй

В тебе есть одна внеземная!

Твоя любовь ко мне как будто умерла,

Но в этот миг, когда к тебе я прижимаюсь,

Бог сказочным ключом раскрыв тела,

Нам дарит ослепительную жалость!

Я верю в солнце, в день, в твои мечты,

Они с моими слившись, оживают,

И даже в час у роковой черты

Мы раскрываем двери сказочного рая!

Люби меня, иначе я умру,

Люби, даже тогда, когда не можешь,

Я зверем прячусь в нежную нору,

И люблю тебя неистово до дрожи!

Я ненавижу день, когда родился,

Когда влюбился, – просто вою волком,

Зачем нам Бог слепил такие лица,

Что мы едим друг друга ненароком?

Не доволен тем, что происходит,

Смысл уходит или это мы

Так изменчивы в своей земной природе,

Что никак не сохраним огонь любви!

С изощренным проблеском сознанья

В тихой вечной тайне бытия

Я любил твое волшебное сиянье,

В нем плескались очень нежно ты и я!

Съешь меня, – я воплощусь в сиянье

Твоей безумной красоты,

Все равно уже летит из обладанья

Прах исчезнувшей во всем моей мечты!

Брожу по кладбищу и вижу: мир придуман!

Даже в постели, в содроганье лона милой

Я ощущаю, – во вселенной лишь безумье

Управляет разумом и силой!

Крест на земле, петля под деревом на шее,

Кто-то стремится вдаль небытия,

Даже я, в тебя проникнув, страсть имею,

Пробраться в мир иной, любимая моя!

Бог прошептал, а я едва услышал

Его блаженные и грустные слова,

Они как звезды загорались выше

Людей запутанных в чащобах естества!

В любимой естество – хмельная чаша,

Я пью ее, не уставая пить,

Налей еще себя мне, секретарша,

Пора тебе женой моею быть!

Часть 16. Твое лоно – это кара

Целую ноги милой, чуя страсть дыханья,

Весь дух ее как птица надо мной

Извивается безумьем обладанья

И наполняется со стоном тишиной!

Вот она, – капля любви,

Белая, как молоко,

Растет из чудной земли

И в небо входит легко!

Ножки две твои как будто крылья

Я на плечи себе нежно положил,

И заплакав уже после от бессилья,

Ощутил, как в тебе много моих сил!

В печальном небе слышится молчанье,

Люблю тебя и чую, – жизни бред

Закрыл глаза перед живою тайной,

Лишь пустоту одну таща из нежных недр!

Опять любимая насилует меня,

Малышка спит под наши завыванья,

Что ей видится в далеком царстве сна,

Неужели наше обладанье?

Малышка весело плывет, разбросив руки,

Ее в волнах рука моя несет,

И сладко шепчутся вокруг морские духи,

Безумьем их омыт земной народ!

Я весь в сиянье трепетного круга,

Я в твоем лоне, словно в воздухе парю,

И ты, моя безумная подруга

100 тысяч стонов даришь в год календарю!

Одна деталь в другой, – не понимаю

Как происходит в жизни волшебство?

И ты для счастья создана, родная,

Как для ужасной муки естество!

Твое лоно – это кара,

Мы – безумнейшая пара,

Только не давай быть старым,

Отлюби и в гроб брось яро!

Мы с тобою волшебная каста,

Любим долго, и страстно, и часто,

Знаем толк, как добыть свое счастье

Мы ложимся в постель не напрасно!

Сначала в губы поцелуй, потом глоток

Твоего грудного молока,

Среди схваток нежных, страстных бурь

Степень наслажденья высока!

Ты так причудлива в изгибе своей страсти,

Сколько сиянья в глубине святого лона,

Вот так слепой уже отчасти,

Я с тебя слетаю с нежным стоном!

В глубинах лон земной народ

Рождается и замирает,

Так свет заоблачных высот

Всю землю криком исцеляет!

Хочу опять в тебе родиться,

Омыться влагою святой,

Раз Бог нам дал такие лица,

То согрешу но лишь с тобой!

Малышка трогает цветы,

И вся от счастья замирает,

Вот так копье мое и ты

Берешь, и всю себя пронзаешь!

Я у Бога испросил прощенья,

Он очень скорбно выслушал меня,

И одев навеки смертной тенью,

С тобой увел из сказочного сна!

Бог мрачно нас окутал своей тенью,

Но мы обняв друг друга, таяли в любви,

Мы привыкали уже в таинстве мгновенья

Прощаться с образом знакомой нам земли!

Странная печаль об одном

Эти супруги были одного возраста. Они встретились жарким летом в один день и час, и у них на двоих была одна чаща, один берег реки, бутылка вина и одна близость. А потом у них была на двоих одна свадьба, один ребенок, его крестины, выпускной и снова свадьба их ребенка, и был у них на двоих один внук. Они даже умерли в один день, и у них на двоих была одна могила. Но когда я думаю об этом одном, меня почему-то охватывает странная печаль.

Я обмозгую план, приму решенье,

Что делать, если в мире Бога нет,

Неужели я с любимой наслажденье

Получаю как от вечности привет!

О, твое лоно, взор небесной тайны

Повелевает в лоне умереть,

Я умираю, и все так необычайно,

неужто вместо Бога правит Смерть?

То ли почудилось, а может все приснилось,

Ночью небосклон с грозой дрожал,

А мы с тобой сближались с диким смыслом,

Ища в экстазе вечный идеал!

Жена стояла тихо над кроватью,

А мы с тобой блаженствовали ночь,

Что искала она в трепетных объятьях,

Или о чем просила нас помочь?

Жизнь прокатилась сказкой по вселенной,

А я еще в тебе так сладостно пою,

Как будто жду, что выйдет из мгновенья,

Соединившего нас чудом как в раю!

Мне бы не видеть это солнце, это счастье,

Эти страстные и знойные лучи,

Ибо умирает в яркой страсти

Образ самой чистой красоты!

Сирена «скорой» – крик о чей-то жизни,

Летящей в облака с покатых крыш,

Я лишь пытался соблазниться твоей высью,

А теперь лечу назад к себе, малыш!

Представьте, смерть – не сон в глухой могиле,

Ни тень волнующая своим светом ночь,

А миг, когда мы пламенно любили,

Других рождая – убегая прочь!

Устал я, Бог, в бессмысленности жизни

Крохи счастья в страсти находить,

Не проще ль жизнь отдать измученной отчизне,

И в плену у темноты себя забыть?

В цепи коварных планов у Творца,

Я вдруг увидел наслажденье жизнью

Лишало многих их лица,

Соединяя страстно с вечной высью!

Лоно женщины, разлом земли, тьма бездны,

Что может быть таинственней любви,

В ее лучах все смертные исчезли,

Даже потомки себе счастья не нашли!

Любимая томится в своем лоне,

Ее легко поймала в клетку страсть,

И дух мой в ней со стоном тонет,

Не в силах всю вселенную проклясть!

Ветер нас несет с тобой по кругу,

Мы в поцелуях пропадаем и летим,

Как будто Бог подставил свою руку

И нас подбрасывает вверх как легкий дым!

Желаю обладать тобой, но чую,

Пришла ко мне коварная болезнь,

Из близких закружилась в мыслях буря,

И я как будто растворился в буре весь!

С каким значеньем настигают меня мысли,

Но твое лоно увлеченное игрой,

Вдруг уводит нас с тобой из жизни,

Так Бог из ангелов кружит безумный рой!

Сопьюсь, ума лишусь и вечно буду,

В твоем лоне извиваться над тобой,

Ты чудом рождена и живешь чудом,

Выражая жизнь как вечный бой!

Я обретаю твой портрет без всякой платы,

Ты в меня лоном входишь и царишь,

Мы с рожденья тайною объяты,

Бог неизменно дарит смертным тишь!

Что делать, жизнь прошла, а ты дрожишь,

И своим лоном жадно просишь счастья,

Опять на счастье просится малыш,

Наш будущий мертвец зовет в тьму страсти!

Ты боль моей души, ты внеземная,

В тебе безумно странное тепло,

Так на холсте прекрасная Даная

Дарила Богу с лаской естество!

Срочно требуется жизнь, но внеземная,

Не лоно женщины, конвульсии ее,

Тьма нужна по сердцу дорогая,

Где вместо нас царит в молчанье бытие!

Я закажу у Бога твою тайну,

Раскрою лоно и войду навек в него,

Там тени ропщут, ибо чувствуют случайно,

Что все мы исчезаем здесь легко!

Прокляла меня моя жена,

И ты, любимая, меня уже не хочешь,

То ли Бог во тьме сошел с ума,

То ли мы сошли среди всех прочих!

Как странно, я любил тебя и верил

Всему, что ты раскрыла мне в себе,

Неужели мы влюбленные как звери,

Доверяем чувствам лишь в живой борьбе?

Часть 17. Стою перед преградою в мечту

Малышка закричала, я пошел,

Ты ей рот закрыла потною ладонью,

Но даже в тьме один, я чувствовал еще,

Как душа ее во мне тихонько тонет!

Я с тобой соединялся много раз,

И каждый раз я чуял невозможность, —

Преодолеть неведомый экстаз,

Чтоб во вселенной ощутить всю сложность!

Ты сидела и глядела на меня,

А я играл восторженно с малышкой,

Два близнеца внутри тебя

Мир изучали в сказочном затишье!

Ты все же хочешь их убить,

Двух наших близнецов в себе,

Порвать со мной таинственную нить,

Где же право на бессмертие в судьбе?

Я был не тем, кем был, а тем, кем стал,

Возможно, никогда не ощутить,

Увы, но смертному неведом идеал,

Меж мной с любимой рвется призрачная нить!

Ужасно, – люди своих крошек убивают,

Они хотят жить лучше и без них,

Зато в их храме статуя святая,

Потому что спрятала язык!

Лучше меня, любимая, убей,

Чем этих двух невинных нежных крошек,

Уж я то грешник и злодей,

Готов за них хоть вылезти из кожи!

Зачем живем мы, если убиваем

Умножающихся в нас родных детей,

Где спрятан жизни смысл, где истина святая,

Мне не понять мир праху преданных людей!

Стою перед преградою в мечту,

Лелею в сердце то, что стало наважденьем,

2 тени внес в твою земную красоту,

Чуя с ужасом боль их исчезновенья!

Посредством смерти проживаем свое чудо,

Разыскав спасение в любви,

Уже предчувствуя, что тайны все оттуда,

Откуда вышли и куда опять зашли!

Не будем нам с тобой прощения,

Если мы, посеяв жизни, смоем в прах, —

Миг любви святой и единения, —

Обернется тьмой скрепляющей наш страх!

Что делать мне, ты сделаешь аборт,

Двух наших деток заключит в объятья смерть,

Я ненавижу страсть, любовь, чем был я горд,

И твою бездну, где дано мне умереть!

О, Боже, ты дал право убивать,

Свобода выбора лишает нас бессмертья,

Любимая, увы, уже не мать,

В небесных ангелах сокрыты наши дети!

Любимая, дай шанс мне, детям – жизнь,

И Бог спасет тебя волшебным светом,

Он поднимет нас в заоблачную высь,

И мы поделимся с людьми его секретом!

Жизнь имеет и начало, и конец,

Не сохранится ни одно святое место,

Но для чего, скажи, наш Бог – Отец,

Создал лоно как волшебное зло-действо?

Имею все и не имею ничего,

Кто посмеялся в жизни надо мною,

Кто в твоем лоне спрятал бытие,

А в нем меня под вечной тишиною?

Вхожу в тебя и тут же исчезаю,

Вместо меня гуляет в жизни тень,

Любовь, а с нею ложь святая

Рисуют ангельски добытый нами день!

Устала ты рожать, моя родная,

А я тебя 100 тысяч раз хочу,

Уже сам Бог в безумии летает,

Бремя семени сопутствует лучу!

Молчу, блаженствую в твоей безумной чаще,

Раскрыл лоно, чуя райский сад,

О, как пронзительно маняще

Увит одной тобой мой нежный взгляд!

Где мне спрятаться, я ничего не вижу,

И по земле, словно по воздуху лечу,

Твой сад, все естество с чудесной крышей

Дано с блаженством моему ручью!

В твоей руке моя несчастная судьба,

Ты естество раскрыла, но за дверью

Молчит жена и вечная тропа

Между могил нас сводит к суеверью!

Я могу очиститься тобою,

Твоею нежностью, и страстью, и любовью,

Чуешь, Бог нас вновь готовит к бою,

Смешаем воздух, свет небесный с кровью!

Выпью водки, перестану думать,

Тобою буду сладостно дышать,

Понимая Бога, его юмор

Тебя снова превращает в мать!

Нет стержня у меня, бросает ветер

Мои слова за тридевять земель,

Как хорошо и как ужасно жить на свете,

В тебе имея сладостную цель!

С женой расставшись, я с тобою млею,

То плачу, а то сладостно молчу,

Бог лишил меня заоблачной идеи, —

Жить двоеженцем, – и с собой играть в ничью!

Что хочешь ты? Я всю тебя имел,

Везде к тебе с желаньем прикасался,

И только дух в объятьях страстных тел

Взлетал к богам, в себя вглядевшись иностранцем!

Я оглядел с тоскою море,

Плыл по волнам и думал о тебе,

И о жене, какое горе

Я сам создал в незавидной судьбе!

Без тебя уехал к морю на неделю

Лечить тело, еще душу подлечить,

Но не радовала чувства эта воля,

Между всех смертных пролегает к Богу нить!

Расслабься, – Бог шепнул, – ты умираешь,

Ты жизнь свою отдал за естество

И душу грешную за наслажденья в рае,

Но рай исчез, и чувств пропало колдовство!

У моря камни собирал, еще ракушки,

Останки тел святых, на небо естество

Сияло в облаках живой игрушкой,

И омывало море таинство мое!

У раковины тела нет, но чую

Где-то вблизи хоронится душа,

Невидимая, яро вздыбив бурю,

Она плывет по мыслям, хороша!

Между скал присел на гладкий камень,

И глядел, как волны мне целуют ноги,

Кто рисовал в душе божественное пламя?

Твой образ плыл по сказочной дороге!

Камень с дыркой, как судьба с прорехой,

Лежит у моря никому не нужен,

Взял его, подбросил кверху,

А он не падает и грустной птицей кружит!

В песок зарылся вместе с камнем,

Меня слепят солнца страстные лучи,

И волны в море растрепали память,

В твоем лоне льются нежные ручьи!

Мне может быть очень херово,

Как выбросить множество лет,

С тобою в нежных оковах,

Я жизнь уложил в сладкий бред!

Жизнь пролетает яркой вспышкой,

Не оставляя от вселенной и следа,

Скольких дочек называл малышкой,

Будто заранее прощаясь навсегда!

У Бога с вечностью спросил я дозволенья

Все сделать против смысла и не так,

Но любимая дарила наслажденье

И разум мой окутывал вновь мрак!

Любовь и чувственность рождает пониманье,

С тобой сближаюсь я в 7 ветрах,

И каждый ветер источает обладанье,

Оживляя вмиг пропавший прах!

Из неба Бог слепил нам землю,

Нас тут же привязав к цветам земли,

Я чую, – в каждом лоне чудо дремлет

Еще ненайденной любви!

Бог закрыл меня на 7 больших замков,

Я ощутил вокруг себя 4 двери,

Из каждой скважины лилась в меня любовь

Я просто в воздухе тебя почуял зверем!

Печально милая в закате

Исцеловала мне тоскливое лицо,

Я изорвал на ней все платье

И между нами что-то вмиг произошло!

Соединились наши непохожести

В безумно сладостный союз,

Вот так мы создаем себя из тождества

Таинственных в исчезновенье чувств!

Жена пришла немного порыдать,

Присели на скамейку в старом парке,

Мне твоя тень дарила благодать

И молчание жены нас било ярко!

Мать порыдала, а затем жена,

Дочь отвернувшись, всхлипнула тихонько,

Я в твое лоно занырнул, там тишина

Обволакивала наши души стойко!

Я заперт в твоем лоне колдовском,

На мне начертан знак волшебной феей,

И Бог в меня глядит из тьмы тайком,

Осуществляя план таинственной идеи!

Напился я, лишь выпив четвертинку,

Но на закуску шла большая мысль,

Уж раз пропал в твоей волшебной серединке,

То не зря прожил загадочную жизнь!

Ты, ночью обнимая мое тело,

Как-то странно и таинственно храпишь,

Будто душа твоя выходит за пределы,

Где тени замышляют делать жизнь!

Не любя любил жену и вот,

Любовь окрасилась с тоскою в преступленье,

Теперь любовнице целую я живот,

Ощущая еще ниже наслажденье!

Бог постучался в дверь, за ним жена

Вошла, – мы стонем на постели,

Дрожит кровать, качается стена,

Я в вечность весь тобой нацелен!

Бог растревожил мою душу и сбежал,

Жена, чуть порыдав, совсем исчезла,

Я весь в тебе, и ты – мой идеал,

Мое сокровище, впускающее в бездну!

Несу к тебе уже за сумкой сумку,

Сваливаю вещи впопыхах,

А ночью голову расшевелила думка,

И я ныряю вновь тебе под пах!

Пропах чудесным лоном, – ночь блаженства

Сводит меня с мыслями пятью,

Первая – ты просто совершенство,

За остальные мысли жизнью всей плачу!

Дрожишь, любимая, и очень долго стонешь,

Всю ночь вожусь с твоею красотой,

Но как прекрасно в твоем нежном лоне

Почувствовать и сладость, и покой!

Черт привязал меня к тебе, а Бог направил,

Я в твоем лоне чувствую огонь,

Как радость выразить, если ослепла память,

Еще чуть-чуть и я сгорю, едва лишь тронь!

Лишая мыслей, ты мне даришь наслажденье,

И ведешь меня таинственной тропой,

Я прикасаюсь к человеку, то есть к тени,

В само грядущее подброшенный тобой!

Что знать могу я, твое лоно– Вечность,

Через него в бессмертье движется народ,

И лишь аборт нам говорит про встречу

Со смертью означающей уход!

Малышка прыгает, летит как будто птица,

Два солнца в ее радостных глазах,

О, жизнь, о, наслажденье, – с тобой слиться,

Чтоб воплотившись в ней, растаять в небесах!

Была гроза на небе, и лил дождь,

И мы с любимой содрогались в нежной схватке,

Но и в любви вкусив земную ложь,

Мне вдруг казалось, – я играю с Богом в прятки!

Растаял лед непониманья твоего,

И тело дрогнуло, вкушая страсти сладость, —

Пока ты полон сил, тебе легко

Превращать любую муку в радость!

Взлетая с милою, и постигая взмах,

Я верую, во что и сам не знаю,

И если Бог нас обращает в прах,

То как из праха улететь в чертоги рая?

В безумно тряской тишине плывет корабль,

Куда плывет, зачем, – никто не скажет,

Вот так и я, навек твой верный раб,

В безумном лоне ощущаю тьму пропажи!

Лечу вперед из лона в лона к жизни,

Из бездны в бездну, кровно связанный с тобой,

Живой ребенок нас в мирах возвысил,

Детки умершие зовут уже в покой!

Старик, я ощущаю свое время,

Объединив в судьбе все прошлые года,

И пролившееся в твоем лоне семя

Связало нас с бессмертьем навсегда!

Часть 18. Аллегории как свет безумной страсти

Я из стакана водку пью глотками,

С любимою забывшись на холме,

И в лоне ощущая ее пламя,

Окликаю тайну Вечности во тьме!

Могучий древа ствол пронзил все небо,

И небо тут же расцвело,

Так небо получило силу древо,

Древо, зачахнув, ощутило в счастье зло!

От страсти древо мигом пожелтело,

А небо, загрустив, вдруг стало лить,

Так тело плакало над телом,

Чуя в тайне их связующую нить!

Засохло древо, умерло, угасло,

Застыло небо в жалостной тоске,

Вот так живым все данное для счастья,

Потом бессмысленно скрывается во тьме!

Цветок с цветком склонился в поцелуе,

Смешалась мигом вожделенная пыльца,

Под страстным небом демонической лазури

Легко сливались в диком трепете сердца!

В руке божественной цветок и шмель,

Любая тварь вмиг оплетающая древо,

Имеет строго нарисованную цель,

Так солнце и луну имеет небо!

Обладает солнцем жадно небо,

И во тьме безумствует с луной,

Вечным телам любовь дана нее для посева,

Смысл вожделения у них совсем иной!

Целует берег море вожделенно,

Все волны стонут от святой любви,

Вот и земля раскрыло свое лоно,

Мы как возникли в ней, так и в нее ушли!

Вселенная к вселенной льется светом,

Играет страстно вожделение внутри,

Обе связаны одним незримым ветром,

Соединяющим безумные миры!

Собака смотрит на меня, я на собаку,

И вдруг глаза ее мне страстно говорят, —

Жаль, человек – ты, а не пес, однако,

Когда ты гладишь, то я чую райский сад!

Мурлычет кошка, заласкав котенка,

Страсть на погибель раскрывает естество,

И только боги подмечают тонко

Между смертными их тайное родство!

Червь наслаждался яблоком с любовью,

Его съедая, превращая сладость в прах,

Увы, не ведал червь, с какою болью

Его яблоко любило через страх!

Ты видишь, – краски из растений

Рисуют мир, тебя, меня,

И капли сказочных мгновений, —

Непостижима тайны тьма!

Череду испытаний нам ниспосланных Богом,

Мы должны пережить – и пройти до конца

Раскрытую в Вечность – кривую дорогу,

Где смолкнут навеки влюбленных сердца!

Стареют люди, появляется угрюмость,

Куда-то испаряется любовь,

Но я еще пока не умер,

В тебе нежно исчезаю вновь!

Что нужно человеку на исходе,

Когда он видит свою тающую жизнь,

Одну любовь в немеркнущей природе,

К нам приближающую сказочную высь!

Весть от Бога не видна, не слышна,

Ее чувствуешь один, когда во тьме

Взглядом в гости к звездам поднимаясь выше,

Оставляешь жизнь как призрак в стороне!

Ты манишь в прах меня непониманьем,

Вдруг твоя ненависть из сладостной любви

Лишает смысла наше обладанье,

Рисуя дальше образ вечной тьмы!

Что нужно мне, ты вроде рядом,

Но между нами встала страшная стена,

Ее я разрушаю нежным взглядом,

В твое лоно, снова с грустью заходя!

Часть 19. Когда ошибся я?

Когда человек ошибается? —

Я ошибаюсь всегда,

Недаром Бог выдумал задницу,

Чтоб было стремиться куда!

Неестественно видится ночь,

Я один, без тебя и с тобою,

Даже в лоне исчезнуть невмочь,

Все окрашено страшной борьбою!

Мы вместе, но как страшно далеки,

Я проникаю в твое лоно с нежной грустью,

Чуя холод безразличной к снам реки,

Сбегающей уже в иное устье!

Провел по волосам твоим с любовью,

Но твоя рука отбросила меня,

Лишь малышка обнимала меня с болью,

Прижав к тебе, она была святой одна!

Вечность повисает звездным лесом,

Я плыву по этой странной мгле,

За каким-то мне ненужным интересом,

Ибо вся любовь окажется в земле!

Любовь как мука или наказанье,

Со счета сбился, сколько был в тебе,

Но это не родило пониманье,

Одна малышка светит нам в судьбе!

Я бы хотел однажды в день осенний

Придти с тобою в лес, упасть в листву,

И покоряясь вечному забвенью,

Умереть в тебе, предавшись естеству!

Бог рисует привидения по смерти,

Подчиняя нас безумным снам,

Я, в твоем лоне поднимаясь вмиг от тверди,

Веду нас тоже к призрачным местам!

Умру в тебе, но все ж останусь

В своих незыблемых стихах,

И твое лоно – наша рана,

И детки наши в облаках!

Бог, укажи дорогу в вечный сон,

Я в ее лоне страшно затерялся,

Я был нее 100 тысяч раз влюблен,

Из-за нее меня ты сделал святотатцем!

Жена молчит, хор ангелов на небе

Как будто ждет, когда наступит миг,

Когда я на тебе – лебедке лебедь

Раскрою звездам с божеством небесный лик!

Отчаянье владеет мной и тайна,

И тысячи безумных голосов,

Лишая лона твоего, ведут в бескрайность,

Где живет призраком забытая любовь!

У речки я один и без малышки,

И без тебя, любимая моя,

Ищу себя в какой-то странной книжке,

Волна бежит вдоль каждого листа!

Нет света в голове, спираль времен

Закручена с телами в одну вечность,

Тебя лаская, вижу странный сон,

По воле Бога твое лоно бесконечно!

Я разрушил сам себя, всю свою жизнь,

Семью разрушил и пространство,

Точно Бог, даруя эту мысль,

Заранее предвидел святотатство!

Жизнь улетучилась, осталось полушарие

Черепа, где был мой странный мозг,

И кто теперь расскажет про пожары

Любви 2 птичек в бездне нежных роз!

Умереть хочу в твоих объятиях

За безумное мгновение с тобой,

Ощущая тайное проклятие,

Нарисованное Богом и судьбой!

Сон разума, увы, здесь бесконечен,

Что ни делай, сходит с рук, и в бездну,

Даже любви прелестный свет не вечен,

Пока я в лоно проникал, вся страсть исчезла!

Разве любовь – защита от незнания?

Мы ведь делаем всегда то, что хотим,

Но лишь впоследствии, в процессе увядания

Мы различаем обманувший зренье дым!

Я буду говорить про твое лоно, —

С безумной точки зрения мой герб,

Как герб всех ослепленных и влюбленных,

Творящих страстью вслед рождению ущерб!

Когда ошибся я? Когда упал в объятья?

Иль в твоем лоне высветил мечту,

Подняв как парус кромку платья

В заоблачную даль, съев красоту!

Кто страсть во мне создал, был назван Богом,

В своей ущербности от Бога отлучен,

Я в твоем лоне укрывался ненароком,

Но даже это был им сочиненный сон!

(Но даже это был весьма безумный сон!)

Закон игры в людей привел к безверью,

В Создателе почуяв хаос тьмы,

Я раскусил то, что скрывается за дверью,

С расстройством психики приводит нас к любви!

По чьей-то воле я лежу в твоей постели,

Хотя и знаю, где-то плачется жена,

Меня лишившись будто страстной цели,

Выбираться с мудрым разумом из сна!

Что сделал я тебе, ответь мне, тайна

Все равно не вырвется из уст,

Ущерб не в том, что мы с тобой случайны,

Увы, случайно здесь любое пламя чувств!

Я обречен, всегда здесь находиться,

Между лоном и жестокою борьбой

За право быть плывущей в небе птицей,

Любой из нас наказан собственной судьбой!

Угрызенья совести моей

Мне подсказывает Бог,

Кто несчастней всех людей,

Кто уже подвел себе итог!

Малышка, драгоценное дитя,

Всем обликом лишенная ущерба,

Обняв меня наивно и шутя,

Подсказала, что любовь все муки стерпит!

Покинув лоно сладострастья,

Узрев на небесах скрижаль,

Я прочитал, что от несчастья

Спасает нежная печаль!

За тьмою Вечности кто обещает казни,

Кто обещает райские сады,

Уже предвижу, что любой наш праздник

В двух шагах от будущей беды!

Что нам подсказывает Бог и для чего,

Мы – испытуемые даже в нежном лоне,

Осознающее безумство большинство,

Всегда рычим, когда в нем страстно тонем!

Что буду делать я в своем незнанье,

В тьме лона твоего игра теней,

Все тянутся к пространству обладанья,

Но за пространством только мгла пустых ночей!

Неужто Бог ошибся, создавая нас,

Мы часто говорим, себя не слыша,

А впадая в сладостный экстаз,

Лишь на мгновенье делаемся ближе!

Говорят, говорили и будут

Говорить об одной лишь любви,

Только в ней уподобившись чуду,

Мы поднялись на миг от земли!

Обожаю Вечность, из пространства

Нежно льется вечная любовь,

Но Бог лишает всех земного постоянства,

И страстных лон, и сладостных оков!

Осталось от любимой лишь пятно,

Мы все грешны в своей безумной доле,

В страстном лоне вдруг накрывшись сном,

Люди смертные потом молчат в покое!

По странной воле обстоятельств

Я сам себе и друг, и враг,

И даже старый мой приятель

Рисует в лонах мне лишь страх!

Я был с любимой в снах прекрасных,

Вдруг Бог, развеяв мои сны,

Шепнул, что все века напрасно

Любовь звала в объятья тьмы!

В объятьях тьмы я чуял, – призрак

Моей любимой изнывал,

И страсть росла вдали сюрпризом,

Но сон в душе творил обвал!

Увы, но нет душе пощады

И страсть проходит без следа,

Любви таинственные клады

Уже похитили года!

Дверь закрылась перед самым носом,

Бог захлопнул вмиг мои мечты,

Только в лоне расцветали еще розы,

Так в памяти рос отсвет красоты!

Безумие мое коснулось правды,

А правда жизни состояла в том,

Что с твоим лоном боль утраты

Росла как мысль о сказочном былом!

Закон теченья образов и мыслей

Привел меня во сне опять к тебе,

А ты уже, мой призрак в этой жизни,

Лишь даришь грусть исчезновения во тьме!

Между верой и безверием вновь ты,

Я в тебе анализирую случайность

Того, как демоны рождаясь из мечты,

Нас уводят в темную реальность!

Ущербность моя в том, что в нежном лоне

Твоем, – хочу остаться навсегда,

Так иногда звезда на небосклоне

Ослепляет безысходно все года!

Я бы вернулся вновь в порочные объятья

И глаза закрыл на все твои грехи,

Но зачем в реке на темной глади

Звезды светят, так таинственно тихи?

Бог создал в ущербность твое лоно,

Чтоб все, рождаясь, оживало в нем,

И грешило также монотонно,

Убивая день за днем!

Измучен твоим лоном, уже в мыслях,

Далеко я от тебя, совсем один,

Нежно скручиваю в вечность наши числа,

День за днем молюсь, твой раб, мой господин!

Что служит мне защитой от бесчестья,

Я низко пал перед тобой, моя звезда,

Звенел над лоном нежно крестик,

Окликая в вечности года!

Я свет от тьмы не отделил, тебя от мысли,

Что между нами прекратилась наша связь,

Лишая разум ослепленный выси,

Ибо теперь возвысилась лишь грязь!

В поэтическом бреду, как и в болезни,

Себя едва припомнив в чудных снах,

Я словно жду, когда в волшебной бездне

Возникнет образ твой, свергая мертвый прах!

Кто учился на ошибках? Разве я

Мог в тебе, прекрасная, учиться,

Любовь – расстройство психики зверья,

Когда оно себя вдруг чует птицей!

Ты не пощадишь, а я смолчу,

Твое лоно позовет другого зверя,

Ущербность наша скручена в петлю,

Чтобы любовь ушла навеки из доверья!

Заранее готовься, – чтил Создатель

Мою лежащую в глазах сырую грусть,

О, Боже, твое лоно так некстати,

Качалось на волнах безумных чувств!

Как странно, мы обречены

В чудном лоне век весь находиться,

Любить, рисуя сказочные сны,

Рискуя тьмой одеть изнеженные лица!

Я начал уже сам себя бояться,

Когда увидел тень твою в ночи,

Прекрасней всех галлюцинаций,

Ты нежным лоном сеяла лучи!

Был твоим лоном схвачен точно пленник

И от счастья умирал в тебе не раз,

Теперь целую в тьме одни лишь тени,

Приводя весь воздух в бешеный экстаз!

Какая же несчастная скотина,

Я всякий раз искал в тебе экстаз,

Теперь слежу за тенью на картине,

Со страхом вглядываясь в твой свирепый глаз!

Как быстро мы стали чужими,

Казалось, – родные навек,

Сейчас даже в памяти имя

Мученьями светит из нег!

Мы заселяем звезды и миры,

Я твое лоно заселял собою,

Теперь в другой пытаюсь развести костры,

Хотя устал уже валандаться с судьбою!

Кому из нас легко, тебе иль мне,

Глядящему на мир с непониманьем,

Любовь волнующе горела нам во сне,

Но сон исчез, и мы уж бредим расставаньем!

Я потрясал тебя в постели много раз,

В снегу дрожал под шубою с тобою,

Но вот он, наш последний час

Уже стремится воплотиться в шум с борьбою!

К какому Богу мне идти на новоселье,

И ты кому раскроешь зад весной,

Ведь не меняют дело на безделье,

Я еще помню твой безумный зной!

Скажи мне Бог: Зачем была любовь?

Зачем она так страстно ослепляла?

Чтобы потом в душе дрожала боль,

Как ее лоно в тьме под одеялом!

Ее лоно вспоминаю с райским садом,

Озираясь на унылую тюрьму,

Где тот с миг с ее дрожащим задом,

Полушарья мозга катятся во тьму!

Из прах в прах, мы одеваем тени,

Выжимая из любви чудесный сок,

Вот так вся жизнь проходит за мгновенье,

Проблема в том, что нас пронизывает Бог!

Часть 20. Кто нас соединил, потом разрушил

Жил в раю, теперь согретый адом,

Тихо пробираюсь в темноту,

Там ты, опять раскрывшись нежным задом

Уже другому потрошишь мою мечту!

Наш век уже устал от безобразья,

Но мы никак не можем без него,

То ли дьявол нас своей харизмой дразнит,

То ли Бог творит из праха бытие!

Я выбираю грех из всех творений,

Чтобы, насытившись тобою, умереть,

Гляди, уж вместо нас гуляют тени,

И любовь собою заменяет смерть!

Как ты любила надо мною возвышаться,

Словно яд добавив в нежную еду,

Между ног твоих создав круженье танца,

Уже чуял над собой с крестом плиту!

Темно и страшно мне, ведь я уже не в лоне,

И ты не секретарша на столе,

Другие люди в сладострастье тонут,

А я за тенью твоей следую во мгле!

Сужу в себе ужасного мерзавца,

И в тебе, любимая моя,

Узрев позор чарующего танца,

Пытаюсь выбраться из грязи бытия!

Хранимые крестом и грязью чресел,

Рождая в муках, ненавидя и любя,

Мы исчезаем как деревья в лесе,

За собою уводя святых ребят!

Там, где грязь, там всюду чистота,

Где брань, там светлоокая молитва,

Я в лоне твоем был и красота

По праху разносилась чудной битвой!

Кто нас с тобой соединил, потом разрушил

Все сочленья наших чувств, неужто Бог

Летит по душам как огонь по суше,

Исчезновеньям подводя шальной итог!

Как неожиданно возникнуть

В лесу средь ночи одному,

Себя почувствовать песчинкой,

Без лона твоего упав во тьму!

Невозможно исход счастья объяснить,

Как загоняет нас в тупик сознанье,

Защитный инструмент – твоя же прыть,

Уж не вернет тебе былого обладанья!

Инстинкт брал верх, мы были счастливы с тобою,

Не имея ничего кроме себя,

Увлеченные безумною борьбою,

Мы лишь присутствовали в тьме твоей, судьба!

Бог создал нас с тобой из пустоты,

С невидимой спиралью для полета,

Но вот, взлетев, мы сбросили мечты,

Хотя вся жизнь – одно мечтанье идиота!

В тебе, мое небесное создание,

Земное ханжество одело твою плоть,

А я уже не мог без обладания

Пропажу смысла бытия перебороть!

На пороге очень страшного открытия,

Свергнут из лона в одиночество толпы,

Я объяснял себе безумное событие,

Тем, что мы зашли в тупик судьбы!

В тебе и доброе, и мудрое начало

Исчезло, словно ты была всегда

Инструментом для созданья идеала,

Чтобы плыть с блаженством в вечные края!

Невероятным образом в природе

Мы с тобой любили день, и ночь,

А теперь я не прикаян, и свободен,

Зову тебя из тьмы и нашу сказку – дочь!

Любовь возникла странным наважденьем,

Сначала из слиянья наших тел,

Потом без тел в одном духовном единенье,

Я посещал с тобой неведомый предел!

Есть мера человеческого счастья,

Все бытие с ней на божественных весах

Взвешено одной безумной страстью,

Обращая людей смертных быстро в прах!

Дебил, я убедил себя в кончине

Наших страстных и безумных чувств,

Теперь везде вбиваю только клинья,

Без твоей тени жить с другими я учусь!

Как взять мне в толк, и объяснить

Отсутствие любви, – твоим стареньем?

Кто протянул из прошлого мне нить,

Воспоминанье сделав утешеньем?

Духовно отвергнут тобою,

В споре с собой чую грусть,

Весь мир запрокинут борьбою,

Но прах лишь выходит из чувств!

Со времени, когда раскрыла лоно,

И мы создали с тобой нежное дитя,

Уже прошла людей тьма миллионов,

И все ради легкомысленного сна!

Между нами все было ошибкой,

И любовь, и безумная страсть,

Лишь малышка светит улыбкой,

Моля снова нас в счастье пропасть!

Охренеть, создателя пришествие

Ни на миг меня не всколыхнет,

Вот так, любовь, твое несчастное последствие

Несет лишь скорбь в тобою созданный народ!

Из всех причин возникновения любви

Лишь одна сулит подобие бессмертья,

Мы застилаем путь земной детьми,

Пронзив друг друга с искренним усердьем!

Парадоксально, я искал в безумном лоне

Опыт, где бы мог существовать,

Как ноты звук в волшебном полутоне,

Оттого что Бог на миг дал благодать!

Уравновесилось вдали мое сознанье,

Ушедший из тебя, как из любви,

Я в молчанье обнимаю мирозданье,

Ощущая заключенность в круг земли!

Без сил, ухлопанных на наше откровенье,

Без взгляда вспыхнувшего между твоих ног,

Я созерцаю мир с восторженным презреньем,

С каким нас провожает в вечность Бог!

Вот и всё, я сижу, сложа руки,

Перед тьмою вдруг ставшей тобой,

Нежность лона основана в муке,

Нас отметив прежалкой судьбой!

Без лона твоего в молчанье неба,

В лесу я обнимаю страстно древо,

И глажу по коре рукой дрожащей,

Не из него ли мне сколотят ящик?

Увы, я прожил вымышленную жизнь,

Не я, а кто-то за меня все в жизни сделал,

Лишь раз с тобой поднявшись в высь,

Я на мгновенье отделил себя от тела!

Мужик без бабы жить не может,

Мужик без бабы умирает,

И червь его сознанье гложет,

Что без бабы делать в рае?

Опять я без тебя грешу с травой,

Все цветочки обнимая, заорал,

И уткнулся сразу в землю головой,

В твоем лоне тоже был провал!

Мы – куклы Господа Бога,

Любви чудодейственный сок

С безумным лоном природы

Народ пропускает меж ног!

Черный круг неба и темный лес,

Вот здесь мы грешили с тобою,

На этом месте поставил я крест,

С молитвою тая в покое!

В твоем лоне контуры вселенной

Создают все тот же вечный круг,

Люди в нем рождались словно тени,

Также быстро исчезая вдруг!

Порочный зад со стулом вместе слился,

И стул под ним невольно застонал,

Живое даже с мертвым в капле смысла

Сливается в таинственный провал!

Как странно ты ласкаешь мое тело

С безумно хищною отточенной тоской,

Неужели просто денег захотела?

Финал любви – начало грусти мировой!

Играют Боги в вечное молчанье,

А мы как любим, так и говорим,

И всюду ложь сулит нам обладанье,

Чтоб наши чувства превращались в дым!

Закручен я в тебя годами страстью,

Повержен телом и несчастною душой,

Творю любовь, ища в глубинах счастье,

Хоть его призрак еще дальше в тьму ушел!

Люблю тебя и ненавижу,

Ласкаю лоно, и дрожу весь в нем,

И чем становишься мне ближе,

Тем я глубже забываюсь вечным сном!

Мы учимся рассматривать глубины

Неизведанного мира нежных чувств,

Как жаль, что вслед за мигом цвет невинный,

Лишившись красоты, мне дарит грусть!

Мне образ твой дарил во тьме ущербность,

Хоть лоно страстной влагою влекло,

Вот так мой Бог в телах уже нам тесно,

Любовь – добро, а в постиженье зло!

Наш случай – парадокс существованья,

Отняв от тел любимых, нас судьба свела,

И в глубине шального обладанья

Свернувшись кольцами, нас оплела змея!

Без веры я в тебя вхожу, без веры

Запускаю корень страсти в глубину,

И там во тьме за призрачною дверью

Содроганьем тела доверяюсь сну!

Нахожусь во власти смертного порока,

Обливаюсь потом и дрожу,

Как же Бог меня с тобой жестоко

Отдает на растерзанье миражу!

Свет небесный радости случайной

Заглядывает мне с тобой в глаза,

Я проникаю с дрожью в твои тайны,

Ощущая, как нас ловят чудеса!

Расстройство психики моей – твои глубины,

Я никогда из них обратно не вернусь,

Не нужны мне суеты земной картины,

Я в тебе весь растворен движеньем чувств!

Неужто Бог соорудил меня дебилом,

Ведь до сих пор не понимаю отчего,

Она молниеносно разлюбила,

Хотя везде со мной сближается легко!

Чудная игра, я в твоем стоне

Темной ночью призраков ловлю,

Правда, все они исчезли в твоем лоне,

Да и окружность лона ближе всех нулю!

В разуме всегда сокрыт ущерб,

Ибо чем я больше думаю о лоне,

Тем чуднее ты лежишь меж тонких верб,

Приобретая корень в сладостном поклоне!

Твое чудо стало чуточку реальным,

Я вижу тело уже зрелым и большим,

Но лоно будто сплавлено из стали,

Внутри огонь хранит, пуская в вечность дым!

Меня не ждут нигде, и ты меня не ищешь,

И сердце мое отдано тоске,

Ведь обретая в твоем лоне пищу,

Я как страус прятал голову в песке!

В чем ошибался я, внутри проникновенья

Есть очень дивная, безумная стезя,

В тебе скользя, летя во тьму мгновенья,

Почуял в глубине твои глаза!

Бог нас создал, соединив меня с тобою,

И в космосе бежали волны гроз,

Сплетенные безумною борьбою,

Мы ощущали, как программа правит мозг!

Экстраполяция ошибок наших жизней,

Случайность всей вселенной, бытия,

Толкает нас друг в друга с укоризной,

Из которой в вечность льемся ты и я!

Подсказка в учащенности дыханья,

В закрытых страстью маленьких глазах,

Ибо любовь в глубинах обладанья

Рассеивает вечным светом прах!

Мы не чувствуем друг к другу ничего,

Любовь прошла, и, слава Богу,

От тьмы посмертной мы недалеко,

Жаль, потеряли светлую дорогу!

Один и без малышки у реки,

Я думаю о жизни как о чуде,

В траве с любимой были мы близки,

И вот теперь совсем чужие люди!

Не жалеешь ты меня, значит, не любишь,

И может, не любила никогда,

И зачем мне раскрывала свои губы,

Омывая лоном лучшие года?

Я почувствовал, что ты вдруг постарела,

Мы оба постарели, много лет

Мы пропадали в грешной страсти тела,

Едва держась за умирающий рассвет!

Ты умираешь постоянно

Вдали, в отчаянных глазах,

Лишь твое лоно, как ни странно,

Колышет в памяти мой прах!

С тобой мы потеряли ценность жизни,

Уже бесстрастно глядя в лучшие года,

Зачем же лоно я возвысил,

Глубину твою запомнив навсегда?

Раб тела своего, без лона не могу,

Гляжу на небо, одни звезды вижу,

Господь придумал себе верного слугу,

Приделав ему хер бесстыжий!

Рассвет растаял в небе очень тихо,

Закрылось лоно, дева умерла,

И только Бог над новой девой лихо

Разводит пламя вечного костра!

Помню, обезумел как-то в ночи,

И в твоем лоне страстно обнаглел,

Заполняя твое тело дочкой,

Я ощущал, как тают очи наших тел!

Я страстно целовал твои колени,

Все глубже зарываясь в сердце тьмы,

В твоем лоне разливались тени

Прощальной песней сладостной любви!

Ляжь на меня, и съешь меня, смелее,

Я чую в лоне твой трепещущий огонь,

Бог подарил прекрасную идею,

Прикосновеньем жизнь вернуть, скорее тронь!

В огне духовную и страстную идею

Бог воплотил в отчаянных людей,

Теперь они всю жизнь себя имеют,

Не в силах вырваться из лап любви своей!

Над тобой неоднократно возвышался,

Из лона вынырнув в далекую страну,

Но даже там носился в вихре танца,

Продолжая чуять счастья глубину!

В жарких объятиях изведал страсти суть,

Видел тени зарождавшихся людей,

На небо дальше уходил наш путь,

Но в твоем лоне он был сладостно нежней!

Дебил, я водку пью, будто в сраженьях

Любовных, в тебе с криком я тону,

Ибо мне теперь забвенье в утешенье

Из темной памяти добыло глубину!

Самку заполнив собою,

Богомол ощущает со страхом

Гибель с любовной борьбою,

Так прах поедается прахом!

Кто рисует ангелов в раю,

Кто чертей в аду старательно рисует,

Так мороз узором по стеклу

Дыханьем вечным отражает нашу бурю!

Стою и думаю, какого хера,

Господь меня с твоей норой вознес,

Но если храм – нора, а в страсти вера,

То целлулоидом заполнен точно мозг!

Легко в норе твоей безумной заблудиться,

И от людей вдруг спрятаться в лесу,

Несчастная и глупая как птица,

Ты мое сердце держишь на весу!

Часть 21. Бог ложь создал, а мы ее обняли

Земных задач вопросы и ответы

Перестали мою душу волновать,

В твое лоно забираюсь ветром,

Ощущая в нежной страсти благодать!

Проблема в том, что мы всю жизнь стремимся

Собою дев безумных заселять,

Так у книги с ветром чуткая страница

Заполняет нежной дрожью ее стать!

Ты раскрылась книгой, я читаю,

Ощущая в неге мрака глубину,

Распускаю из себя рожденных стаю,

Устремляясь с твоим лоном в темноту!

Бог грех создал, а мы лишь повторяем

В теченье жизни сотворенные грехи,

И смерть таится в середине рая,

И бури страсти в тьме могил всегда тихи!

Вакханалии, сраженья и пиры,

Все под небом мне явило твое лоно,

Жаль, страстей безумные костры

Уже прахом к живым тянутся с поклоном!

Любить, чтоб снова возвышаться,

Благодаря тебе все небо обхватить,

А что потом? – Стихом безумного абзаца

Всем твоим лоном сотрясать былую прыть!

Стол в кабинете вновь тобою украшаю,

Красным фломастером расписан твой живот,

Дитя уже дрожит в волшебном шаре,

Как и в грядущем, народившийся народ!

Мозг не работает, кружась словно планета,

В нем только ты меня дыханьем достаешь,

Лишь капельки детей лучами света

Проницают нами созданную ложь!

Бог ложь создал, а мы ее обняли,

Укрыли телом, всей безумной теплотой,

Вот так все люди, отвернувшись от печали,

В полумраке бредят только красотой!

Мы навсегда останемся святыми,

Там, где грязь, там всюду чистота,

Мертвые целуются с живыми

В двухперстии безмолвного креста!

Что в гроб с собою положить? – Даже не знаю,

В безумье представляю лишь тебя,

В пожарах ада и в цветенье рая

Продолжается любовная борьба!

Ангел-хранитель – мой отец, я всегда помню, —

Твое доброе и светлое лицо

Оберегало от блистаний молний,

И от всего, что причинить могло мне зло!

Не бойся смерти, ты жива еще пока,

Когда придет, тебя не будет!*

Как глубина твоя безумная легка,

Из лона извлекает сонмы судеб!

*Не бойся смерти, жив пока,

Когда придет, тебя не будет! – изречение древнегреческого философа Эпикура

Дрожим телами, слившись на погосте,

Луна со звездами вмиг обнажают грех,

Мы к мертвым лишь на миг приходим в гости,

Из праха к небесам взлетев наверх!

Объятый тьмой земных противоречий,

Ласкаю ночью твой чудесный прах,

Пока жива еще, и ток волшебных речек

С тенями жизней нас проносит через страх!

На столе погладил твое лоно,

И вдруг увидел в нем таинственный цветок,

Так нежно и чуть сонно, возбужденно

Он просил меня извлечь в себе восторг!

Околдовала меня своей нежной норкой,

Диким зверем спрятался в тебе,

И так охвачен сладостным восторгом,

Что ощущаю ужас счастья* на земле!

* Ужас счастья, на мой взгляд, состоит в том, что мыслящий человек ощущает в грехе, то есть в любви смерть. Вот-с!

Ослабло сердце с беззащитным лоном,

Исчезновением одет наш бедный прах,

Так в жестоком смысле Божьего закона

Любовь несет живущим только крах!

О, как же мы с тобой сейчас устали,

Я животворные ручьи в тебя пускать,

Ты со стоном избавляться от печали,

Развевая страстным лоном благодать!

Опять меня обманывает Бог,

Рисуя дев прекрасные портреты,

И раздувая пламя между ног,

Несет в неведомое с беспощадным ветром!

Ты хочешь знать, зачем я здесь родился,

Ты хочешь видеть свет большой любви,

Но я тебе скажу, мы сами смыслы

Рисуем, чтоб владеть нутром земли!

Ты лоно раскрываешь, будто ждешь,

Когда я посещу тьму вечных тайн,

Но знай, что даже там земная ложь

Лишь на мгновенье возвращает прошлый рай!

Тебя распяли на кресте! Кто? – Не узнал!

Сон проходил сквозь таинство пространств,

Но в твоем лоне умещался кинозал,

И все в нем жадно вспоминали море ласк!

Вышел с ветром из тумана,

А на мне сидит жена,

Подо мной немного пьяна,

Спит любовница одна!

Буду нежить твое лоно,

В его тьме до слез бродить,

И стихи шептать влюблено,

Чуя призрачную нить!

Сказка – жизнь, ее рисуя,

Бог творит земной народ,

В лоне зарождаясь буря,

Нас с тобой сплотила в плод!

Где-то вдалеке моя малышка,

В небе очень яркая луна,

Жизнь писалась как по книжке,

Чтобы я ее читал, лишенный сна!

Хороводы яростный соитий,

Звери – ангелы колышутся во сне,

На пороге сладостных открытий

В объятьях юность улыбнется мне!

Хочу любить и жить, но очень честно,

Нежно трогая божественную плоть,

Но, исчезая, тает сладостное место,

Видно, для мук создал ты нас, Господь!

Чую, – время пролетает без следа,

Быстро в лонах исчезают люди,

И вместо них бежит уже вода,

Унося все призрачные судьбы!

Года летят и лоно раскрывают,

Я в лоне исчезаю без следа,

И божья мать мне шепчет: Баю-баю!

И я вмиг засыпаю без труда!

О, сладостная девочка – невеста,

Как ты в моих мыслях далека,

Кто замесил божественное тесто

Дав груди твоей так много молока!

Умираю, пораженный вечным громом,

Предвестником трагической любви,

Объятый тьмой таинственного лона,

С тебя взлетаю в небо от земли!

Забудь меня, я – тень твоя земная,

Я весь растаял в поисках любви,

Но люди лишь слыхавшие о рае,

Тенями тоже кружат вдоль земли!

Бог разлучил меня еще вчера с тобою,

Я запер на замок свои уста,

Но в памяти взволнованный борьбою,

Целую воздух, – твои нежные места!

Меня раздели, и обмыв всего, несут,

А ты плывешь за мной безмолвной тенью,

Любовью нежной раз заполненный сосуд,

Ты вечно даришь мне безумное мгновенье!

Летают ангелы в кромешной темноте,

Я лежу под камнем голый – мертвый,

Только тень в твоей небесной красоте,

Распускается огнем под небом гордо!

Скользя по лону языком и вдаль пускаясь,

С тобой я в ночи грезил об одном,

А за спиной стояла нежная – другая,

Оплетая вновь меня безумным сном!

Прости, растаял день, и мое чувство,

Не найдя себе волшебного лица,

В твое лоно опустилось грустно,

Вытекая мертвой птичкой из яйца!

Проникновенно страстно вожделенно

Я ощущаю твое сладостное лоно,

И живо чую, – ты колдуешь надо мной,

И жаждет Бог уже одеть нас тишиной!

Ты мне сдаешься сотни тысяч раз,

И я сдаюсь безумным кромкам лона,

На небесах наш сказочный экстаз

Повторяют тени монотонно!

За миг рождаемся, за миг мы умираем,

Парят из воздуха безумные тела,

Озаряя лишь немногих вспышкой рая,

Пока Вселенная еще не умерла!

Нечаянно коснулся ее тела,

И она вдруг вспыхнув, тут же замерла,

Как птичка в тьме неведомых пределов,

За чьим безмолвием таится красота!

Прикосновенья исчезают в тьме бездонной,

Трепещет в лоне девы дух святой,

Сама Вселенная раскрыла людям лоно,

Зовя их слиться и войти в ее покой!

Все так естественно, и водка с твоим телом,

И молчащий в снах волшебный бережок,

О, как же мы с тобой умело

В вечность к Богу делали шажок!

Мертвые блуждают в темноте,

Только мы с тобою их не видим,

Ибо, где мы не были, везде

Соединяем контур нежных линий!

Она меня давно уже не ждет,

И другому раскрывает свое лоно,

О, томящийся в столетиях народ,

Только прах один молчит перед законом!

Все зависит от природы страсти,

От счастья утешения в кустах,

Ибо у Бога в его в вечной власти,

Мы живо тела сбрасываем в прах!

В загробной жизни просыпается душа,

И вылетает птицей из вселенной,

И все вселенные за ней уже спешат

Покинуть ожиданье жизни бренной!

Из тленных оболочек наших тел

Наши души, выпорхнув наружу,

Облетают тот неведомый предел,

Где Господь оберегает снами душу!

Твоя душа была желанна и близка,

Но ход времен меняет все невероятно,

Ее несет уже безумных чувств река,

И холод мыслей меня тянет в тьму обратно!

Сливались души через нежные тела

И словно птицы к солнцу улетали,

И даль веков по бесконечности текла,

Обращая свет надежд во тьму печали!

Душа без тела вроде мудрого ребенка

Во чреве матери-Вселенной глубоко,

С печалью вечной созерцает кротко

Свои грехи во тьме былых веков!

Твоя душа, раздевшись, вся слилась со мною,

А тело в нежных содраганьях бьет кровать,

И звон пружин, связавшись с тишиною,

Из тьмы вселенной развевает благодать!

Что делать маленькой душе в безумье мира,

От страха тянется она к другой душе,

И только Бог один взирает сверху сиро,

Томясь в своей извечной красоте!

Озаряется душа безумным Богом,

Наводящим между тварями мосты,

Связывая их горящим оком,

Он как дает, так и лишает всех мечты!

Вода стремит свой вечный бег,

Из лона дальше в глубь чудес,

Душа же в теле целый век

Живет тоской безумных мест!

Душа – и ангел, и ребенок,

Светла в свой самый ранний час,

Потом старухой в тьме потемок

Плетется в вечность, и без глаз!

Часть 22. Тьма одевает светом звезд исчезновение в слиянье

Моя душа, дотронешься – исчезнет,

Зароют тут же тело без нее,

И только свет далекий в черной бездне

Вновь отразит ее безумное нутро!

Бог вышел вдруг из темноты,

И мою душу отделил от тела,

От теплых чувств их светлые мечты,

Чтоб душа уже без нежности летела!

Рад осени, дождю и одиночеству,

Рад пустынным берегам тоскливых рек,

Напрасно лоно раскрывает мне пророчица,

Я обезумев, исчезал в нем целый век!

Напрасно думаешь, что это только сон,

Когда душа твоя живая

Уже вошла в мой теплый дом,

И я горю, все твое тело раздевая!

Увы, промокли мы от слез,

От чувств и жалостных прощаний,

Тьма одевает светом звезд

Исчезновение в слиянье!

В истоме милая лежит уже годами,

Я только в лес ее на время заношу,

И там во тьме укрывшись деревами,

В ее лоне свет бессмертия ищу!

Опять плывем с тобой на небеса,

И слившись в облака, льем с грустью слезы,

А ведь каждый не рожденный есть слеза,

Переполняющая белые березы!

Я любил тебя, но то, что было,

Не дает мне права на любовь,

Похоже, есть неведомая сила,

Извлекающая нас из праха вновь!

Осень. Я иду по краю,

Сладко шепчет тишина,

В твоем лоне исчезаю,

Бог исследует меня!

Бог не спит, но в вечной дреме,

В тьме сидит будто шпион,

Я в тебе – в нежнейшем лоне,

Слился с небом в чудный стон!

Выпил водки, снова в лоно,

Тень твоя на мне дрожит,

Бог, вздыхает полусонно,

Изучая грешный стыд!

Бог дрожит во тьме меж нами,

Ощущая жизни суть,

Мы летим над небесами,

Изучая вместе путь!

Бог, оставь меня, ведь я несчастен! —

Я в порыве страсти прошептал,

Но Бог ответил: Я не властен,

Ты сам себе придумал идеал!

Я в лоне был, и Бог там был,

Через меня переливаясь,

Он овладел громадой сил,

К нам с тобою чуя только зависть!

Я с Богом спорил в жуткой страсти,

Стонала ты со мной, и вся земля

В ней дрожала как в ненастье,

Нас тоже с тайной вечной возлюбя!

Ничего нет кроме лона,

Чтоб меня тянуло вдаль,

Даже Бог бдит вожделенно,

Оттолкнув во тьме печаль!

Я, ты – мой призрак, Бог и чья-то тень

Сплелись на миг в одно волшебное дыханье,

Я чуял, где-то плыл наш прошлый день

За ночью тоже в яром вечном обладанье!

Из тебя Бог сделал самолет,

И я, войдя в тебя, мгновенно полетел,

А Бог, нарисовав святой полет,

Колдовал уже над раствореньем тел!

Любовь и смерть у Бога на весах,

Я как подопытный уже весь в твоем лоне,

Осмыслив как-то сразу чудеса,

И слыша ангелов печально Вечность обнял!

Мне почудилось, иль, в самом деле, Бог

В твое лоно поместил свет вечной тайны,

Но я добраться до него никак не мог,

Зато в тебе пропал необычайно!

Ночью спал в таинственном лесу,

Вокруг шептались нежные деревья,

Я в твоем теле ощущал сосуд,

Где вместе с семенем струилось наше время!

Не видя Бога, все же чую тайну

И разумное устройство естества

Вместе с тобою ослепляет постоянно,

Раскрыв мне совершенство колдовства!

У Бога тайна есть, а мне дана ущербность,

Тянуться к лону и в забвенье глубоко,

Но ощущений сладостных целебность

Лишь на время мне дает покой!

У лона твоего в предчувствье тайны,

Я, Богу помолившись, в глубь вошел,

Но мой сладостный глоток из чашки чайной

Не доказал, что жить безумно хорошо!

Я не боюсь сгореть в в безумье страсти,

Нас все равно сжирает жизни рок,

Вся жизнь – одно вхождение в несчастье,

Каким нас наделяет вечный Бог!

Мне милость Божья не нужна,

Я осознал уже свою ущербность,

Как и вхожденье в царство сна,

За грех вмиг обнаживший мою смертность!

Часть 23. Иногда за гранью вечного молчанья

Бог кинул меня в темную пустыню,

И я с тоской слепого странника живу,

Ведь что увижу, вмиг отнимет

Даже у тела его буйную главу!

У каждого в душе есть конец света,

Живой, глазами матери – земли,

Я ощущаю только скорость ветра,

С какой мы все на миг произошли!

Увы, любовь проходит, и печаль

По нежным встречам болью отзовется,

Уже другим с улыбкой светит солнце,

А нас зовет во тьму глухая даль!

Нет, не палач – я, а несчастный гений,

И в лонах дев теряюсь как в лесу,

Но лишь одной целую я колени

И на руках к забвению несу!

Иногда за гранью вечного молчанья

Я вдруг слышу голос нежный твой,

И он мне шепчет музыку прощанья

Из страсти бешеной неистовой волной!

Свет божества пронзительно и яро

Из лона твоего мне сердце жег,

Вот так напившись вдруг любовного нектара,

Мы шагнем с тобою вместе за порог!

Был ребенком и боялся школы,

Ведь заучат до смерти меня,

Формулы, сравнения, глаголы,

Уж лучше девочка с бутылочкой вина!

Под фиолетовой луною

В безумном лоне у тебя,

Я любовался тишиною,

Страсть вмиг из воздуха творя!

Помню день, когда мне Бог шепнул лишь слово,

Я слово позабыл, но вечен миг,

Когда я ощутил во всем основу,

И смысл любви, когда в тебя проник!

О, тайна высшего блаженства в тьме мгновенья,

Как много страждущих решилось умереть

Против воли божьей и благословенья,

Из-за отсутствия любви бросаясь в смерть!

Увы, но Бог мне дал лишь каплю счастья,

Да и свободы в жизни нет нигде,

Все – грешники, все рвутся к страшной власти,

Ведущей всех к забвенью в вечной тьме!

Зачем мне это все, что было с кем-то,

Со мною тоже что-то было, но прошло,

Любовь и страсть, все унесется с ветром,

Разбивая чувств безумное тепло!

Любовь в пожизненности – странная стезя,

Когда ты видишь иль пытаешься увидеть

То, чего тебе нельзя,

Ибо ложь подарит грустное открытие!

После себя я не оставлю ничего,

Даже читатели с поэзией исчезнут,

Остается только рваться в бытие,

И обняв тебя, рассеять тени в бездне!

Все, что я хотел, осуществил,

Или это только показалось,

Хотя во тьме рассеянных могил,

В тайне Бога пережил я жалость!

Чтоб я не делал, Бог оставит тайну

Недоступной в ощущеньях для меня,

Мы и сливались здесь с тобою не случайно,

Пропадая в тьме его огня!

Я выпил водки и в тебя проник,

Бог тайну вечную хранил в потемках свято,

Но даже в самый яркий нежный миг

Я в лоне чувствовал, он плачет виновато!

Я ощущаю, как нас Бог ведет

Из лона твоего во тьму безумства,

Как тайна жизни продлевает род,

В нас вызывая жалостное чувство!

Я мир представил шаром, как и мозг,

Что находился в шаре головы

Того, кто нас любил до слез,

Окружая сном блаженства и любви!

Ниже – в твоем лоне божья прелесть,

Выше – божья прелесть у небес,

Все мы исчезаем в нежном теле,

Чтобы в тайне дух святой воскрес!

Твои ноги задеру в чащобе мрака,

Буду в лоне твоем сладко исчезать,

Будем вместе мы от счастья плакать,

Божья тайна даст нам благодать!

Хотите, верьте, а хотите, нет,

Бог пришел, когда я был с любимой,

Из ее лона лился нежный свет,

Вечной тайны, в нас всегда хранимой!

Обожествлял я твое лоно, а теперь

Гляжу во тьму небес, таинственно скучая,

Бог, отопри невидимую дверь,

И пролей тайну в душу нежными лучами!

Гармония в природе, совершенство

Плывут из красоты безумных форм,

Я в нежном лоне обнаружил средство

Побеждающее разума позор!

Увы, Господь, но мертвые в гробах

Мне шепчут, что мир-призрак только явлен,

Что даже страсть, любовь и вся судьба

Исчезают в вечной тьме безумной каплей!

Я тихим ангелом вливался в твое лоно,

Осуществляя сам себя с тобой,

Я тайну вечную хранил внутри закона,

Начертанного Богом как судьей!

Распростер простор, весь в отблесках огня,

Происходящего во тьме из вечной тайны,

Тайна есть внутри тебя, внутри меня,

Благодаря ей возникает в нас бескрайность!

Часть 24. Живой любовью я окутал прах стиха

Что-то было странное во сне,

Я был с тобой в каком-то тихом месте,

И ты, владея мной, принадлежала мне,

И божьей тайною звенел на шее крестик!

Проснулся, Бог над нами нежно шепчет,

И ангелы кружат на небесах,

И тайна, окружая снами вечность,

Пронизывает времени размах!

В могучей силе жизненных инстинктов,

Когда в природе отцветает лес,

Я в твоем лоне так возвышенно неистов,

Как бес в соцветии божественных чудес!

И что же низменного в счастье зарожденья,

Когда ты круглый год с землей цветешь,

И даришь милой счастья наслажденья,

Преодолев тщеты безумной ложь?

Неужто ум такой коварный,

А что ж тогда моя душа? —

Букашка в капельке янтарной,

Залитая навек в пожар!

О, это просто сатанинские глубины,

Так лона дев философ называл,

И в страхе перед страстью этой дивной,

Лепил из воздуха священный идеал!

Несущий веянье нездешней страсти,

Крылатый Бог нас с милой поразил,

Я водки выпил сразу, и отчасти

Животным диким ее вывалил в грязи!

Несущий веянье нездешней страсти,

Крылатый Бог нас с милой поразил,

Я водки выпил сразу, и отчасти

Животным диким ее вывалил в грязи!

В объятьях милой я всегда безволен

И у жены безумной радости учусь,

Бог распределил меж нами роли,

Но с годами в девах пламя сеет грусть!

Господь с участием взирает на меня,

В лонах дев запутался бедняга,

Зато везде встречает пылкая родня

И в объятьях душит с яростной отвагой!

Жене с любовницей желательно иметь

Меня, поскольку я притерся к лонам,

А что там завтра будет, – счастье или смерть? —

Так это Бог пусть поступает по закону!

Паду, Господь, перед тобой в греховну бездну,

И пусть растаю в ней без всякого следа,

И вся душа, вся жизнь моя исчезнет,

Живой любовью я окутал прах стиха!

Там, где свет любви, там личность пропадает,

А уж с водкой и в кустах в лесу,

И в твоем лоне нежная – родная,

Я себя молитвой не спасу!

Сижу начальником, опять в хорошем кресле,

Ты секретаршей вьешься около меня,

И в час вечерний распахнув вдруг чресла,

Мы мотыльками пляшем в языках огня!

Не берег своей любви, зато долбился,

Адреналин пуская часто в кровь,

И хватанул у жизни столько смысла,

Что долбит меня страшная любовь!

Господь, зачем ты поступаешь так со мною,

Лишь на мгновенье в ее лоно занырнув,

Я почувствовал всю жизнь за тишиною,

И камнем в пропасть полетел без чувств!

В твоем безумном лоне есть проблема,

Имея счастье, счастья ищешь ты всегда,

Так жизнь и смерть ужасною дилеммой

Венчают дикой глупостью года!

Расширился во тьме поток сознанья,

Из лона твоего на небо вдаль

Я нес пригоршню слез существованья,

Ибо в вечности горит всегда печаль!

Начальник – я, но как же я тоскую

Между бумагами во тьме безумных лон,

Прочувствовав везде одну лишь бурю

И ей низвергнутый с небес земли закон!

Я недоволен своей жизнью паука,

Тку сеть в углу и поджидаю жертву,

Одна лишь ты заманишь лоном дурака,

Слегка подняв его от грешной тверди!

Брак утомил меня, любовь чуть не убила,

Везде одна, родная чувствам хрень,

Твоя долбежная магическая сила,

И в нежном лоне наша сказочная тень!

Помню день, – я с сумками, с вещами

Брожу между любовницей с женой,

Та и другая нежно страстью угощает,

А мне б на краешке земли жить с тишиной!

Зачем мне эта жизнь и наши встречи,

И твое лоно с дикой позой наверху,

Ведь глядя через лоно прямо в вечность,

Я потеряю все, что извлеку!

Зачем мне эта жизнь и наши встречи,

И твое лоно с дикой позой наверху,

Ведь глядя через лоно прямо в вечность,

Я потеряю все, что извлеку!

Напился водки, ибо мир уродлив,

И твое лоно в тьме земных красот,

Меня не сделает счастливым и свободным,

Скорее просто своей нежностью убьет!

Все бабы – суки! – прошептал мой друг,

Я на тебя взглянул и сразу понял,

Что мы заключены все в вечный круг,

И каждый прозябает в своем лоне!

Что ищешь ты, оргазма или счастья? —

То и другое спрятано во тьме,

Но только знай, что происходит в страсти,

Все равно потом уляжется во сне!

Любил тебя, долбил тебя по часу,

Потом, вздыхая, плакал о судьбе,

А Бог во тьме таил свою гримасу,

Тайным образом он был уже в тебе!

По лабиринтам судеб скачет время,

И я, меж ног твоих таясь,

В бессмертный ход пускаю семя,

Хоть и чувствую, как скорбна наша связь!

Несчастная, покинута ты мною,

Опять с вещами возвращаюсь я к жене,

Малышка спит в обнимку с тишиною,

А ты с сыном спишь встревожено во тьме!

Сколько изъянов прячет человечек,

Сколько грехов накоплено в душе,

Увы, из нас никто не вечен,

И все мы, в лоне побывав, молчим уже!

Долблюсь с тобой и чую грусть по жизни,

Мы не оставим нашим детям ничего,

Одни воспоминания и мысли,

Мечты о счастье и безумное нытье!

Научи меня – дебила, Бог, молиться,

А то совсем я потерялся в лоне дев,

И так нет в жизни моей смысла,

Так я еще ищу безумья, ошалев!

По горло сыт безумным лоном,

А в тщетной жизни только глянешь на нее,

Несчастная зверюга пред загоном,

Спиною чувствует мое ружье!

Любовь прошла, и что же мне осталось? —

Долбежка сверху – снизу, тишина,

Предпенсионная усталость, за ней старость

И отплытие в далекие края!

Опять пришла ко мне себя стыдиться,

Обнажившись в полный кайф, и в мазохизм,

О, как искусно терпят муку лица,

Усмехнувшись из постели в пессимизм!

Меняю тело, разум, душу, сон,

Меняю мир на вечно параллельный,

И только тайна меня бьет со всех сторон,

А Бог над тайной высится отдельно!

Чем ближе к небу, тем сильнее думы,

Здесь на холме не раз тебя любил,

Однажды в лоне у тебя как будто умер,

И возвращаться не хотел в наш мир!

Бесполезно убеждать меня в причине

Того, что нас толкает в бездну лон,

На человечестве как на живой скотине,

Бог крест поставил, утверждая сон!

О, как волнуется безумная душа,

Я в твоем лоне многое, что прячу,

Во тьме его и страхи все дрожат,

И миг блаженства в нем все мнят своей удачей!

То заползал в тебя, а то летел,

О, как стонала ты в своем прекрасном теле,

А я, несчастный, поразив собою цель,

Лежал как узник, тобой связанный в постели!

Трепещет огонек в своей безумной страсти,

Опять пришла весна, опять спустилась ночь,

И люди обнажились, кто еще на счастье,

А кто уж просто так, раз жить уже невмочь!

Увы, меня преследует оргазм,

Сто тысяч раз в твоем безумном лоне

Орал на языках волшебных ласк,

Чуя как Господь нас к смерти клонит!

Кто ты? – не знаю я и не узнаю,

Да и надо ли нам что-то в жизни знать,

Я и так живу, едва что соображая,

Ощущая только в лоне благодать!

Что скажет разум, вмиг отвергнет сердце,

В глазах одно безумие живет,

И в твоем лоне сколько мне не греться,

Лишь с нашей смертью будет продлеваться род!

С блаженством я тонул в небесной плоти,

Овладев тобою на горе,

И Бог кружил в таинственном полете,

Овладевая нами в яростной борьбе!

Часть 25. Вся жизнь пронизана стремительной борьбою

В акте половом теряясь люди,

Сходят беззастенчиво с ума,

Только после их запутанные судьбы

Сможет развязать лишь смерть одна!

На пороге страшного открытья,

Через лоно твое вглядываясь вдаль,

У судьбы запутав ее нити,

Ощущал везде одну печаль!

Лицом к лицу опять горю с тобою,

Но пропадая в твоей сладостной норе,

Я готовлюсь с неизвестным к бою,

Ведь это он сжигает нас в своем костре!

Как хочется выше подняться,

Из лона на небо взлететь,

И ты кружишь бедрами в танце,

Обвив мою нежную твердь!

На протяженье множества столетий,

Обнимались мы с тобою на столе,

Получались очень сказочные дети,

Но с абортами все исчезали в тьме!

Все подвержено гниению, распаду,

В плоть проникая, таешь птицей в облаках,

И вкус прекрасный прячет много яду,

И люди тенями проносятся в веках!

Бог завел для нас с тобой часы,

И наблюдает, как мы вместе таем,

А мы качаем его нежные весы,

Пытаясь скрыться внутри вечной тайны!

Не Бог нам дарит светлые надежды,

А мы из сердцевины существа

Достаем трагическую нежность,

Прах рассеивая светом естества!

С тобой, моя несчастная подруга,

Я много лет провел в глубинах естества,

Проникая в тайны сказочного круга,

Я лишался постепенно сам себя!

Бог выкрал у меня святое чувство,

Свобода стала просто не нужна,

Любовница с женою из сочувствия

Впускали в свое лоно вновь меня!

Зашли с малюткою во храм,

Она плакала, ее крестил священник,

А я стоял с тобой, другим мирам

Посылая в мыслях наши тени!

Малышка узнает меня едва,

Живу с женой и вас почти не вижу,

Безумным кругом ходит голова,

Ведь ты и дочка мне роднее всех и ближе!

Что может ближе быть и всех роднее

Нашей девочки прекрасной,

Бог нас сплотил святой идеей,

Сделав меня грустным и несчастным!

Приеду на Оку и буду вновь с тобою,

Моя малышка, девочка моя,

Вся жизнь пронизана стремительной борьбою,

Вот почему так редко видишь ты меня!

Моя малышка, смех твой дарит счастье,

В предчувствье встречи катится слеза,

О, как беспечны мы в безумной страсти,

В знак согласья небо рвет гроза!

У лона твоего лежу в молчанье,

Словно чужие мы, глядим на небеса,

Обнаженные божественным деяньем,

Нас лишили ощущений чудеса!

Грусть моей милой в том, что было с нами,

Мы таяли друг в друге так легко,

И там одевшись и луной, и небесами,

Мы проникали в тайну жизни глубоко!

Как меняет тело нежная душа,

Приобретает что, а что теряет,

Богу в тьме вопросы, не спеша,

Задаю и ощущаю близость тайны!

Черный глаз на небосклоне

Тайну вечную хранит,

Бедный, смертный, у иконы,

В скорби прячу грешный стыд!

Ночью мальчиком входил в священный храм,

И чуял тайну, – со всех глаз иконостаса

К моим живым, преображенным тьмой глазам

Струилась тень безумного экстаза!

Кто проклинает Бога, а кто любит,

Я чую тайну в ощущении греха,

Даже к иконе прислоняя губы,

Стремится к лону моя нежная душа!

Мы живем в смешении крови,

Постоянно изменяя нашим женам,

Так тайну вечную хранит огонь любви,

Изничтожая разум в нежных лонах!

Нездешним был я, видя всех людей, —

Их постоянная ходьба, как и тревога,

Страсть и любовь, забывчивость в труде

Шла вместе с тайной от невидимого Бога!

Пил водку, исчезая в твоем лоне,

На миг узрев в тебе святое божество,

Я плакал от того, что в нежном стоне

Смерть окликала даже в страсти естество!

Влюбившись, звал я твое лоно

Норой великого греха,

О, как ты страстно изможденно

Лишь вскрикнув раз, была тиха!

Мое несчастье – быть в тебе,

Забыв весь мир, спать беспробудно,

И опомнясь в сладостной борьбе,

Орать с тобою в наступающее утро!

Не человек велик, а его тень,

Так тень твоя меня так жарко обнимает,

Что я лечу к тебе и сладостно сквозь хрень

Раскрываю лоно как цветочек в мае!

На поцелуи сладкие мои

Твоя душа ответным трепетом дрожит,

Глубиной твоей мы сплочены,

Чтоб пережить безумье вечной лжи!

На небе грянул страшный гром,

Ты со мной дрожала, спрятав очи,

В тебе рождалась дочь и милый сон

Распустил над нами нежный колокольчик!

В лесу растут грибы и грибники

Бродят, кто с ведром, а кто с корзиной,

А мы в овраге под бурьяном так тихи,

Лежим голые, обмазанные глиной!

Мы помним чудо, – с нами это было,

Раздвинув ноги, ты вмиг скушала меня,

В тебе разлился я с безумной силой,

Ощущая тени внеземного сна!

От сладких мыслей в робкой тишине

К тебе я прикасался с нежным чувством,

Мы под сосною плавали во сне,

Друг в друге ощущая миг искусства!

О, Боже, как устал я долго жить,

Я беспрестанно утопал в безумном лоне,

То изучая, то показывая прыть,

Я в бытие твоем исполнил все законы!

На небе радуга сияет,

А по земле разлилась грязь,

И каждый, тот, кто наступает,

Грешит, испытывая страсть!

На лоне природы в твоем беззастенчивом лоне

Я, привыкая владеть морем нежных чудес,

Волос твой тонкий взвивал на седом небосклоне,

И чуял, – ребенка нам подарил темный лес!

Без передышки, воздух в тьме глотая,

Я ощущал, как твое лоно целый век

Объяло светом призрачного рая,

Чтоб отделить меня от сумрачных калек!

В одеянии страшном и кладбищенском

У церкви на земле сидит старуха,

В душе дева нежная, не нищенка,

Но уже вся объята божьим духом!

О, мне бы вечно льнуть к твоим устам,

Но забираясь глубже в твое лоно,

Вдруг чую, – тени тянутся к крестам

И смерть летит за нами вслед по небосклону!

Часть 26. Ужасна все-таки любовь и беспощадна

Слышу тело нежное твое,

Целую с замираньем твое лоно,

Но Бог любовью убивает бытие,

От любви пылают даже листья клена!

Воля Господа всегда и все творить,

Преображая мир волшебною любовью,

Но от смерти к ней нетленна нить,

Что, оживляя нас, вдруг губит страстной кровью!

Тайна Господа в его противоречье,

Как миллионы птиц в одном яйце,

Как я в тебе, как ты во мне навечно,

Заключены мы все в таинственном родстве!

Плывут в воздухе невидимые тайны,

Бушует в твоем лоне море чувств,

Пронзая меня страстью не случайно,

И рождая после в сердце моем грусть!

И человек, и тля не разрешимы,

Как мы с тобой в случайном бытии,

Неужто, тайны ради и во имя, —

Чтобы другие вместо нас пришли?

Соединить с тобой существованье,

Напиться твоей влаги внеземной,

И пусть Бог потом лишит дыханья,

Двумя тенями уплывем в святой покой!

Болезненно жар возрастает,

Не утоляя меня,

И вот она, тайна, родная, —

Нежная бездна без дна!

Болезненно жар возрастает,

Не утоляя меня,

И вот она, тайна, родная, —

Нежная бездна без дна!

В лучах погасших звезд, в святом единстве

С тобой мы трепетали в забытьи,

Я в этот самый миг в тебе родился,

А ты во мне из сказочной любви!

Возвышен нежными словами,

Залитый страстной тишиной,

Твой образ плыл под облаками,

Сливаясь в вечности со мной!

Ужасна все-таки любовь и беспощадна,

Когда меж двух живых огней,

Ты делишь втайне фантастическую радость,

И грусть из тьмы притягиваешь к ней!

Между женой с любовницей стою

В неопровержимой тьме свободы,

Мы – тени в призрачном раю,

И платим жизнью за безумие природы!

В неотразимой прелести лица

Я ощущаю достиженье божье, —

Дарить вершину кровного родства

Всем смертным на их грешном ложе!

Безумие рождает сновиденье,

В нем символ, знак того, что будет вновь,

Всю жизнь я ощущаю совпаденье

Людей с тенями в смерти, где жива любовь!

Малышке подарил собачку,

А та поет задорно и по-фински,

Как странно, что игрушка что-то значит,

Словно в ней мой дух безумный отразился!

Все неизбежно протекает вдаль,

Любовь к жене, любовь к пылающей подруге,

Один лишь лес шумит как встарь,

И сонм теней рождает сладостные звуки!

Увы, но в одиночестве печальном

Сейчас не до любовницы с женой,

Одни лишь тени шепчут мне сакрально,

Как сладко обниматься с тишиной!

Что вынес я из жизни, из тьмы лона,

Из объятий нежных и шальных,

То, что Бог нас судит по закону,

Чей смысл меняется в любой безумный миг!

Ты родила меня из нежности своей,

Из губ раскрывших трепетное пламя,

Вот почему во тьме таинственных теней

Тебя мне возвращает часто память!

Из тайн, что людям дал Господь,

Я знаю лишь одну,

Любовью освятить нам плоть,

Навек отправив в темноту!

Эквилибрист – я, – от тебя с женою

Делаю бесстрашные шаги,

Вся жизнь горит как поле боя,

Заключая страсть в посмертные круги!

Жалею лишь о том, что не был смел,

Когда ты родила малышку,

И в безумном отраженье наших тел

Из семьи в семью бежал воришкой!

Ты во мне зарождаешь духовность

Слияньем тел, их актом половым,

Потом с дитем безумная влюбленность

Твой образ вовсе делает святым!

Ты – женщина, ты сотворяешь лоном

Любую человеческую жизнь,

И сонмы лон, и жизней сонмы

Возносят образ твой с веками в высь!

Вечер быстро катится к закату,

Еще вчера дрожал с тобой в кустах,

Сейчас дрожу весь пламенем объятый,

Ощущая превращение во прах!

Ты плодишь во мне живые мысли,

Благодаря тебе я сам себя творю,

И проникая в лоно, чувствую единство,

Что тождественно и небу, и костру!

Хочу в тебя, любимая, проникнуть,

Против разума опять восстать во тьме,

Ибо наша страсть подобно вихрю,

Освящает тайны вечные в огне!

С высокой радостью земного бытия,

Я водки выпил и тону в чудесной плоти,

По вечерам в кустах у речки ты и я

Кричим возвышенно о сделанном народе!

Через лоно нежное твое

Обнаружил вход в волшебное пространство,

Кружилось птицей между нами бытие,

С любовью воскрешая божье царство!

Завороженный твоим сладостным объятьем,

Едва ль смогу в себе преодолеть

Желанье вновь в тебе родиться, только ради

Чего приходит за любовью смерть?

Физиологически не выразить глубИны

Твоего святого естества,

Уж слишком сказочно глядят картины,

Где человек возник по воле божества!

Исцеловал снаружи твое тело,

В глубине его раскрыл живой родник,

Вот откуда возникает смело

Новой жизни наш чудесный лик!

Я солидарен с Богом в вечном смысле

Любить людей, а именно, тебя,

Ведь ты прелестным лоном творишь жизни,

А в этих жизнях наша общая судьба!

В черном ящике лежит моя душа,

С твоей душою обвязавшись небосводом,

Мы пропадаем вместе, чуть дрожа,

Создав себе подобных пред уходом!

Тело с душой обдумывает грех,

Раздвигая твои нежные колени,

Словно заранее выискивает тех,

Кого возьмут с собой исчезнувшие тени!

Не мы, другие, захотевшие здесь жить,

Облюбовали наше сказочное место,

В лонах других невест показывая прыть,

На нашем прахе устремились тоже в бездны!

Малышку взяв за ручки, раскачал,

Она взлетала в небо словно птица,

Где в облаках таинственный причал

Нас призывал за смертью в тайну устремиться!!

Тепло на сердце, радостно в душе,

Я ощущаю крылья небосвода,

Как близко реет вечность в тишине,

Как нежно в лоне отзывается природа!

Бог незаметной тенью вдруг подкрался,

Я видел, как мне близкий человек

Исчезал в круженье сладостного танца,

Провожая вслед за тенью прошлый век!

В пожизненном круговороте судеб,

Где не видно таинству конца,

Я целовал твои полуденные груди

Вместе с малышкою у жаркого лица!

Безумье – прикасаясь к божьей тайне,

Пронзать тебя и знать, что это смерть

Рисует в лоне вечную бескрайность,

Чтобы рождением других на миг согреть!

Гробы уже раскрыты перед нами,

А мы еще и любим, и поем,

Заколдованные сладостными снами,

Строим из воздуха последний светлый дом!

Я чист хотел быть перед Богом,

И перед близкими людьми,

Но был пронизан вечным током

У лона в нежном таинстве внутри!

С рожденья обожаю я природу,

Когда впервые лег с тобой в кустах,

И в лоне плыл как дым по небосводу,

С пылающей души вниз сбросив прах!

Сближение с любимым существом,

Единственно, что в этой жизни держит,

Где угодно голые вдвоем,

Излучаем с влагой сказочную нежность!

Целуя, мы стремимся к обладанью,

И обладая, мы целуемся опять,

Ибо громадное по смыслу мирозданье

Дарит смертным перед смертью благодать!

Сук ненасытных строй дрожащий,

И кобелей рычащих строй,

Упали вместе в один ящик,

Закончив быстро смертный бой!

Я Богу поклонился, он молчал,

Уже предвидя в тьме мое безумье,

Из лона дев лилась на свет печаль, —

Каждый смертный полюбив их, умер!

Часть 27. В своем безумии любой из нас как тля

2 ангела стояли надо мной,

Жена с любовницей расправив в небо крылья,

Оделись в снах безумной тишиной,

Напившись водки и заплакав от бессилья!

Как уснуть с тобой, когда я греюсь в лоне,

Чей-то призрак за дверями прячет стыд,

И за стеною кто-то громко стонет,

Одна жена во тьме молчание хранит!

Гляжу на свет – жена передо мною,

Гляжу во тьму – и ты уже на мне,

Вот так телами наши души кроет

Безумный ангел, всех съедающий во сне!

Я тот, кто был еще когда-то,

Когда на свете не было тебя,

Зато сейчас ты пламенем объята,

Любовь сомкнула чувственных ребят!

Чего кому не доставало?

Лично мне не доставало лишь тебя,

Мой разум всегда лез под одеяло,

Ведь одеялом ты, любимая, была!

Играет нами Бог словно игрушками,

Соединяя нежно в таинстве любви,

И ты ему всегда послушная,

Взрываешь ток, сгорая в пламени крови!

Насыщаясь, пожираешь, поглощая

Нежным лоном моей жизни смысл,

Обуреваемый безумными вещами,

Я уже птицей ощущаю высь!

Скрылось солнце, мир людьми исчерпан,

Жизнь потеряла свой блаженный смысл,

И только лоно, его сказочные недра

Нас к могилам быстро тянут вниз!

По настоящему любить как можно в мире,

Когда за веком пропадает век,

И человек как точка в вечном тире,

Бог стреляет в нас безумьем сладких нег!

Меня уже здесь нет, но все твое —

Моя душа и еще дышащее тело

Объединяют в страсти бытие,

Овладевая твоим образом всецело!

Целуемся, и быстро по привычке,

Раздеваясь, прыгаем в постель,

Где ты поешь блаженной птичкой,

А я играю в нежную свирель!

Исчезла стройность и гармония любви,

И человек, старея, умирает,

И его нет нигде потом, но прах земли

Еще хранит воспоминание о рае!

Рожденный для любви, озлоблен думой,

Во тьме грядущее испепеляет нас,

И даже тот, кто в лоне и не умер,

Смерть ощутит в порыве нежных ласк!

Из сферы поцелуев в сферу лона

Несу заботливо свой крест,

А Бог глядит на нас влюбленно,

Как на послушных маленьких существ!

В своем безумии любой из нас как тля,

Готов всем телом обладать вселенной,

И с настоящим прошлое деля,

Исчезнет в тьме отпетых поколений!

Увы, но с твоим призраком в постели

Я мироздания еще не ощущал,

Возможно где-то в тайной цитадели

Бог из нас лепил свой идеал!

Ты захотела страстно насыщенья

Со взаимным пожираньем наших тел,

Но слиянье душ сулит нам превращенье

В одну неведомую призрачную цель!

Называли в Риме Эроса понтифик,

Строитель самых огненных мостов,

Вот и в лоне твоем, как в волшебном лифте,

Я улетаю в вечность, чувствуя любовь!

Увы, вся мука в том, что все пройдет,

Моя любовь и наша страсть с безумным стоном,

Уже другой страдающий народ

Обожествит алкающее лоно!

Причин как будто нет, что говорить,

Но я с тобой отчаянно страдаю,

Соединив два русла сладостной крови,

Мы как 2 ангела собрались в божью стаю!

Любовь слепа, но утверждая вечное,

Она из тел выводит свой закон,

Соединять людей в единство бесконечное,

Выводя суть бытия из нежных лон!

За быстрым шагом каждого столетья

Стоят неуловимые черты,

Всего, что мог с тобой иметь я

В безумном постиженье красоты!

В твоем лоне, – в абсолютном мраке

Я увидел, что хотел Господь

Сделать из любви подобье драки,

Сотрясая нашу пламенную плоть!

На холме у деревца в ночи

Я целовал твои уста, и грудь, и лоно,

Сквозь нас струились тайные лучи

Луны и звезд, любовью в мраке обделенных!

Мое несчастье – на земле родиться,

И зарывшись в твоем лоне, умереть,

Всю жизнь мы будто маски носим лица,

Которые с нас снимет только смерть!

Ничто нас не изменит в этом мире,

Мы просто превратимся в пыль и в прах,

Играя в страстную любовь или на лире,

Мы только укрощаем вечный страх!

Глупо думать, что Господь ущербен,

Если создавал нас кое-как,

Да и разума его любовь не терпит,

Толкая все живое быстро в прах!

Ты возникаешь ночной тенью на пороге,

А я со страстью в памяти топлюсь,

И снова в лоне твоем на глухой дороге

Во тьме лесов переживаю грусть!

Забери меня к себе, я так страдаю,

По теплу твоих прелестных губ,

Моя милая, любимая, святая,

Без тебя заранее я – труп!

Что делаю в лесу, ищу грибы,

И тебя в травинках грустно окликаю,

Как заключенный в проживание тюрьмы,

Я все пространство одной бездной ощущаю!

О, боже мой, везде один обман,

В нем люди состязаются с блаженством,

А в твоем лоне бесконечный океан

Возвышает нежной страсти совершенство!

На пороге страшного открытья,

Я вычислил в любви свою же смерть,

Но продолжаю распускать блаженства нити,

Чтобы с тобою эту жизнь преодолеть!

В безумной жалости, опять объяв друг друга,

Мы в объятьях сладостных нашли

Незавершенность сладостного круга

С единственным мгновением любви!

Как близко мы сошлись и молча тонем

В объятьях, в ранах, что друг другу нанесли,

Но моя боль исчезла в твоем лоне,

Утверждая правду вечную любви!

Расхватывает вечность наши муки,

Страдания, тела и части тел,

В чем таится смысл божественной науки? —

В твоем лоне ощущать всему предел!

Теряя разум, понимаю Бога,

Нельзя вселенную всем существом объять,

Даже во тьме, где тьмой владеет сила рока,

Лежит убитая сама собою рать!

Из тайны тайна просится наружу,

Их как матрешки, все уже раскрыв,

Я с изумленьем тычусь Богу в душу,

Чтоб он пред смертью разъяснил ее мотив!

Я чую в женщине богиню постиженья,

Так миру подарив свое дитя,

Она одним таинственным движеньем

Со мной совокупляется шутя!

Пью водку, зная, – сокращаю

Земной обыкновенный путь,

И лишь когда я твое лоно ощущаю,

Едва захватываю жизни скорбной суть!

Плоть моя опять в тебе исчезла,

Твоя плоть одела страстью мозг,

Несчастная, ты раскрываешь бездну,

Хоть я давно уже избавился от грез!

Что говорить о Боге, если он

Уважает только малышню,

Ибо лезет малышня из лон

Помимо своей воли в нашу тьму!

Человек как робот верен чувству,

Ибо чувство его сладко ест,

А вот себя съедать – великое искусство,

Правда, знаю я, что это божья месть!

Поцелуем раскрыл твое лоно,

В нем прелестный образ возник,

Так рождением малышки окрыленный,

Обожествляю твой таинственный родник!

Любой несчастный человек

Мечтает много лет о рае,

Но проникая в бабу целый век,

Он рад тому, что умирает!

Могучие люди любят с великой охотой,

С баб редко слезают, чтоб только лишь выпив, поесть,

И я тебя ощущающий долгие годы,

Чую всем сердцем вечную тайную месть!

Жизнь обесценивается с каждым страстным взмахом,

И с ощущеньем самых нежных лон,

Ибо все чувствуют, что станут быстро прахом,

И я, и ты, со мной издавшая свой стон!

Безумный мрак зовет меня сразиться

С тобою в ласковой траве,

Как быстро постареют наши лица,

И прах рассеется под ветром по земле!

Сон разума рождает в тьме чудовищ,

Об этом еще Гойя говорил,

Но в твоем лоне среди сказочных сокровищ

Я разума лишен будто дебил!

Парадоксально, – ощущать тебя повсюду,

Из лона вышел, – будто бы взлетел,

И в звездном небе покоряясь чуду

Опять нашел слиянье нежных тел!

Укради меня своей нежной властью,

Пройдись когтями по моей спине,

Чтоб мир волшебный полный яркой страсти

Еще не раз был наяву, как и во сне!

Замучь меня своим безумным лоном,

И в кровь все губы искусай,

Не перед Богом чист, перед законом

Любви, где оживает нежный рай!

Вошел в твой мир, попал в глубь мирозданья,

И увидел свет, он грел меня внутри,

Обворожив смертельным чувством созиданья

И лучами твоей сладостной зари!

Мой разум, инструмент познанья,

Совсем не годен в твоих сладостных устах,

Так убеждает нас с тобою обладанье,

Что мы слились, чтобы потом развеять прах!

Черт! Я совсем не вижу ничего,

Объятия, дрожанье, поцелуи,

Ты, ненаглядная моя, все бытие

С тобою принимает образ бури!

Под током свое тело ощущаю,

Как ты меня собой смертельно бьешь,

Увы, такими сокровенными вещами

Порою обладает даже ложь!

Будем жить с тобою в заключенье,

Привязаны друг к другу навсегда,

Превращая наше страстное влеченье

В проходящие безумные года!

Подобно в чаще соловью,

Я с дикой радостью подругу ощущаю,

И когда ее всю обовью,

То весь пронизан нежными лучами!

К сожаленью быстро все проходит,

Твою юность и любовь, моя мечта,

Остаются лишь леса шуметь в природе,

Где мне раскрылась в твоем лоне красота!

Нет возможности быть умным в этой жизни,

Сколько не любил бы я тебя,

Глаза на лбу не видят даже мысли,

И власть любви неограниченно груба!

Часть 28. Зачем тебе я? Отпусти меня!

О, Господи, как ты вдруг постарела,

Да, пусть никто из нас не молодеет здесь,

Но в душу заглянув, я вижу тело,

С которого уже вовек не слезть!

В конечном счете жизнь мгновенно просвистела,

Я в твоем лоне годы долгие провел,

И так вот дело променяв на тело,

Все равно трудился точно вол!

Кто ищет, тот всегда находит,

Ребенок – матку, лоно – я,

Любая капелька в природе

С другою капелькой – родня!

Ты ставишь крест на мне иль на себе?

На мне не надо, я еще живой,

Хоть без тебя и жалок этот свет,

Зато он вечно будет мой!

Расстался я с подругою своей,

Но к ней под вечер все же приезжаю,

Гляжу в глаза, пью водку и острей

В душе ее лишь бездну ощущаю!

Зачем тебе я? Отпусти меня!

Оттолкни, забудь и выпусти из лона,

Внутри тебя как – будто в царстве сна

Я, обезумев вновь, шепчу стихи влюблено!

Все возвращается на круг,

Судьба – жена, подруга – жизнь,

Как будто Бог мне шепчет: Друг!

Люби их вновь и век за них держись!

Люблю жену, опять спешу к любовнице,

Точно кто-то гонится за мной,

Судьба, давай не будем ссориться,

Все равно потом быть с вечной тишиной!

Вероятнее всего я в твоем лоне,

Действительно сокровище нашел,

С тобой все девы стонут в сладостном поклоне,

Ощущая древо – вечность – ее ствол!

Жизнь каплей, неизведанной страницей

Плывет по небосклону темных лет,

Как легко мне было в лоне раствориться,

Когда ты прежде излучала вечный свет!

Как много ужасных страданий

За годы великой любви,

Любимая, это над нами

Бог суд вершит в царстве тьмы!

Вздымался Бог над сатаною,

Я над тобою окрылялся,

Потом лежал в тоске с женою

И сон высасывал из пальца!

Водку пью, не сплю, жена страдает,

За окном твой образ сказочный летает,

И на хера сдалась мне эта жизнь,

Если движение опережает мысль!

Уйду во прах, исчезну без следа,

Покину твою страстную пучину,

Ведь даже Бог имеет вескую причину, —

Нас любить, не ощущая в том вреда!

Что делать мне, я все с тобою сделал,

О чем просила ты, и что я сам хотел,

Бог просветил таинственное тело,

И я уже постиг безумья цель!

Бессмертен Бог, а мы лишь жалкие творенья,

Но все пытаемся везде его найти,

Даже в лоне твоем, тая с наслажденьем,

Я искал к нему секретные пути!

Я вычертил гиперболу грехов,

Благодаря которой каждый смерть имеет,

Бог ангела-хранителя Любовь

Превратил в бессмертного Кащея!

Сам себя я беспощадно ненавижу,

Ощущая, как уходит красота,

И если лишь у Бога разум высший,

То зачем нам, глупым эта маета?

В твоем лоне потерялся, но нашелся,

Уже один во тьме с бутылкою стою,

Пытаясь в звездах разглядеть сиянье солнца,

Будто это свяжет нас с тобой в раю!

Писатель, блин, художник нежных лон,

Я на твоем навек остановился,

Его безумной страстью растворен,

Во сне я с болью изучаю наши лица!

Наш век пройдет, останутся стихи,

О сладких мигах в твоем лоне с наслажденьем,

Где я лишь пересказывал грехи,

Чтоб под старость что-то вспомнить в утешенье!

Раздвинь скорее ножки, я иду,

Несчастный, грустный и такой холодный,

Согрей меня, раскрой любви сосуд,

Пока еще не смылись наши годы!

Я тебя бросил или ты меня,

Мы сотни раз сходились в час прощанья,

Словно угадывая в трепете огня

Возвращение бессмертного слиянья!

Я нас жалею и таинственно молчу,

Обиды ветер разнесет и прах развеет,

И тьма привяжется к тоскливому лучу,

Чтоб жизнь тянулась вдаль как вечная идея!

Малышка смело куклу обняла,

И та от этого вдруг весело запела,

Так неодушевленные тела

Украшают ее крошечное тело!

Я б мир перевернул, чтоб быть с тобой,

Но ты устала, постарела, затаилась,

Лишь в поцелуе нежная любовь

Обещает нас связать опять на милость!

Гадал на звездах, на ромашке, на воде,

Гадал на картах, на кофейной гуще,

И видел профиль твой везде,

И в твоем лоне растворяться лучше!

В твоей норе рычал я точно зверь,

Сейчас пью водку и опять страдаю,

И хоть раскрыта настежь твоя дверь,

Но ты уже не божество, и не святая!

Где твои крутые бока

Начинали дикую пляску,

Изучал я свойство греха,

Глядя в жизнь как в безумную сказку!

От человечины и до мертвечины

Живем мы вроде просто без причины,

Лишь в твоем лоне задаю вопрос:

Зачем, Господь, ты страстью разум снес?

Ах, ты девка моя, милая, родная,

Мамка нашей озорной малышки,

Пусти еще раз в лоно, дщерь земная,

И лоно запоет как птичка в книжке!

Извини, что овладел тобой на стуле,

Готов был овладеть тобой везде,

Вся земля жужжит как вечный улей,

Созидая нас из праха в темноте!

В прискорбном часе своей страшной смерти,

Я обнажен, и весь в тебя лечу,

Где в вечном таинстве сияет мое сердце,

И в твоем лоне я пою сродни ручью!

Зачем я прожил жизнь свою, Господь?

Ах, ты молчишь, ведь я еще не прожил

Часа, когда сладостная плоть

Моей любимой вдруг убьет безумной дрожью!

В тебе есть что-то от небесной тайны,

Проникновение в тебя – святой полет,

Облеченный весь теплом необычайно,

С тобой, готовясь к смерти, создаю народ!

Напрасно крест ты ставишь на себе,

Еще тобою кто-то овладеет,

Была ты сказкою… загадкою в судьбе…

Но в утешенье мне ветра наш прах развеют…

Подтверждая, что жизнь – сон и ахинея,

Безумный бред развившийся во тьме,

С которым разобраться не сумеет

Никто из тех, кто будет на земле…

Часть 29. Эпилог или попытка подвести черту

Вот он, финал, не жизни, не судьбы,

Всего лишь сна плывущего сквозь Вечность,

Из лона в лоно прах упал в гробы,

А где душа? Она осталась в речи…

От этого родился, от этого помру,

Всю жизнь тебя, родная, я яростно люблю,

Пусть Бог наш прах развеет, нас приравняв к нулю,

Я верен в твоем лоне безумному костру!

Что ты делаешь со мной, ведь я – безумец,

Окрылил тебя уже 100 тысяч раз,

Но ты опять меня сжираешь в чаще сумерк,

Провозглашая стоном сладостный экстаз!

О, лоно похоти, и счастья, и любви,

Безумной страсти и таинственной свободы,

Меня в себе скорей похорони,

Пока плывут еще куда-то наши годы!

Вечность – сука! В таинстве немею.

Открываю в темноту глаза.

Твое лоно ест меня, и нет идеи,

Как пробраться еще дальше в небеса!

Нашел я твою ранку от амура,

Всю твою шею сотни раз облобызал,

И лобызал, и целовал, а ты прищуром

Безумных глаз меня сразила наповал!

Пришел к священнику покаяться в молитве,

Вспоминал тебя, потом жену,

Но ни словом не обмолвился о битве,

В которой мы взрывали криком тишину!

Ну и фигли, снова я в тебе

Твою ямку очень нежно рою,

Сею племя в сладостной борьбе,

Что ж, Бог, смертью награди героя!

Опять в руках держу свою малышку,

И как птичка сладко ей пою,

В лесу среди грибов в глухом затишье

Моя песня уподобилась ручью!

Есть много у меня безумных дел,

Но я готов их променять лишь на одно,

На твое лоно, где таится беспредел,

Меня окутывая сладострастным сном!

Моя милая опять меня насилует,

Малышка спит и ночка за окном,

С какой же я невероятной силою

Из лона к звездам ухожу на небосклон!

В страсть исцеловал тебя, все губки синие,

Из дома ни на шаг не выйдешь ты,

Прости меня, глаза твои красивые,

Так и тянут в глубь вселенской красоты!

Перед Богом обнажил все естество,

Задул все свечи вздохом перед небом,

В любимой затонул вмиг под листвой,

Стон. Тишина. И меня больше нету!

Стыд упирается в гудящую толпу,

В слова безмолвия, в молчанье пересудов,

Зацелую тебя, божию рабу,

Пусть захоронят нас одним безумным чудом!

Ты так кричала, милая, в ночи,

Малышка наша бедная проснулась,

В губах ее уже молочные ручьи,

В моих губах твоя прелестнейшая юность!

Ветер таит вновь угрозу

Все и навек сорвать,

Я в лоне твоем лью слезы,

Боясь потерять благодать!

Сорвал я белый гриб и подосиновик,

Малышка очарована в лесу,

Словно здесь за светлыми картинами

Господь и прячет вечную красу!

Друг без друга жить не можем мы,

Плачем, обнимаясь и целуясь,

Вмиг сливаясь среди вечной тьмы,

В глубине надгробий вечных улиц!

Стихи нужны, чтоб в Вечности остаться!

Если бы из рая выгнал меня Бог

И нас лишил с тобой единственной постели,

Я бы собакой возлежал у твоих ног,

Весь в ощущенье твоей страстной щели!

Пощадите меня люди, я в любви,

Умираю в каждом нежном часе,

Ток моей неистовой крови

Вместе с веком вдаль несет безумье страсти!

Как найти свою дорогу в небо,

У каждого из нас своя стезя,

Но если даже счастье – это небыль,

То для чего нам Бог сказал: грешить нельзя!

Я буду твоим лоном наслаждаться,

Я буду в твоем лоне умирать,

Ибо нас, товарищи и братцы,

Бог создал, чтобы изведать благодать!

Ты надо мной встаешь как сон и мной владеешь,

Бежит по телу нежная волна,

А из волны любви на краешке идеи

Участь смертных страстью вмиг разрешена!

Невероятен сон любви в бреду средь ночи,

Повелеваю твоим телом как собой,

Сама душа раскрыла в Вечность очи,

Облагороженная собственной судьбой!

Скажи мне, для чего любить людей,

Тебя любить, проникнув в твое лоно,

Как будто тьма неистовых страстей,

Окутав мир, бежит по небосклону!

Как быстро покидают люди место

Любви и жизни на краю судьбы,

Раскрой мне лоно нежная невеста,

Пока не уложили нас в гробы!

Есть тысячи причин, чтобы любить,

Чтобы окутав тебя страстным наслажденьем,

С тобой держась за призрачную нить,

Входить в волшебные леса исчезновений!

Когда вдруг Бог посмотрит на меня,

Как я ликую в твоем нежном лоне,

Он нас с тобой отправит в царство сна,

Боясь, что мы мир обретем в его короне!

Когда вдруг Бог посмотрит на меня,

Как я ликую в твоем нежном лоне,

Он нас с тобой отправит в царство сна,

Боясь, что мы мир обретем в его короне!

Быть может, что-то вдруг произойдет,

Не может это счастье длиться вечно,

Из лона в лоно весь земной круговорот

С тобой нас тянет в тьму, лишая речи!

Дрожим, целуемся, и плачем очень тихо,

Малышка спит, и ангел в небесах

Над нами пролетает страстным вихрем,

Рождая в сердце бешеный размах!

Зачем мы любим, если нас не будет,

Миг счастья людям дан будто привет

От тех, кто растворился уже в чуде

Среди других невидимых планет!

Выпил водки двести грамм,

Твои ноженьки раздвинул,

Ты шепнула: Милый хам!

И впустила в свою тину!

Свой страх пред смертью я преодолел

В пламени двух наших страстных тел,

Что дальше делать, Бог, мне знак подай,

Я отвергаю наслаждений вечный рай!

Огонь на небе в час заката

Нам предвещает торжество,

Ты мною сладостно объята,

Но как печально наше смертное родство!

Увы, мне жизнь дала так много счастья,

Что мне уже не справиться с собой,

Я в твоем лоне в миг безумной страсти

Покину землю, прах под крышкой гробовой!

Печальны люди в смертном расставанье,

Когда горит так жалостно луна,

Я с тебя опять срываю одеянье,

Чтоб в твоем лоне раствориться навсегда!

Устрой проверку, Бог, моей любовной страсти,

Лишая тотчас разума меня,

Мы все в твоей безумной вечной власти,

И в страстной жажде одолеть безмолвье сна!

Заговорила роща золотая,

А у нас с тобой, любимая, весна,

В дожде помолвленном с печалью,

Ты через лоно пропускаешь вдаль меня!

Бывают случаи, когда я весь в тебе,

И мне как будто ничего уже не надо,

Но люди рядом ходят, и в судьбе

Горит желанье жизни беспощадно!

На луну гляжу, а вижу солнце,

Пылаю в твоем лоне, весь в огне

Вечного и тайного колодца,

Где тени возникая, тают в тьме!

Хочу, люблю, хочу, схожу с ума,

Мне каждый день Бог задает задачу,

Ты за меня решила все сама,

И я в безумном лоне тихо плачу!

Опростоволосился, ну, то есть стал простой,

Живой, зато с тобой желанной,

В нежном лоне поглощен звездой,

Горю в лучах и вою, окаянный!

Во тьму безумных лет и в безызвестность

Текут мои блаженные года,

В них и печаль, и радость все прелестно,

И твое лоно – моя крепость на века!

Зачем нас Бог создал, не понимаю,

Чтоб мы могли творить, показывая прыть,

Но для чего тогда цветок рожденный в мае,

Осенней мглою будет тенью в вечность плыть?

Нет, мне не страшно умирать в твоем дыханье,

Ощущая в тебе глубь иных миров,

Я нежно таю в страстном колыханье,

Бросая в вечность нашу смешанную кровь!

Надгробий каменная глушь

Нас одевает скорбною печалью,

И лишь в огне двух наших душ

Вселенная раскрылась светлой далью!

Мне жизнь Господь дал напрокат,

Я и с тобой соединился как вслепую,

Так даже в лоне чуя райский сад,

Предвижу в тьме нас пожирающую бурю!

Прекрасен мир земной, но в увяданье

Все чаще слышу голос: Он не твой!

И лишь тобой святое обладанье

Очень ласково ведет меня в покой!

Качает резво вечность наши души,

Тела соединяя между дел,

Вот и я с тобой свой мир обрушил,

Входя из пламени в неведомый предел!

Мне бы снова водочки напиться

И у речки меж березок посидеть,

Нежно овладеть любимой птицей

И в ее объятьях встретить смерть!

Очень мило думать обо всем, чего не будет,

Но и нас ведь тоже никогда

Бог с вечностью своею не рассудит,

А будет лишь безмолвствовать всегда!

Между небесами и тобой

Дрожу безмолвно грустной тенью,

Два приведения судьбой

Навек привязаны к мгновенью!

Страсть проникать в тебя подарена дождем,

В лесу под деревом в траве примятой нежно,

Я в лоне нахожу свой теплый дом,

Хотя и чувствую, что вечность неизбежна!

Не знаю, – для чего живу,

Но проводя по волосам твоим,

Я чувствую вдруг нежную листву,

И как ее окутывает дым!

Безумец и слепец, я между вас,

Между тобой с женой едва здесь существую,

А в душе хочу поймать такой экстаз,

Чтоб жизнь мою на небеса взметнула буря!

Уйти, чтобы опять сюда вернуться,

С тобой прильнуть к звенящему ручью,

И в сомкнутых руках как будто в блюдце

Глаза дарить нас ослепившему лучу!

Дышу тобой, а вечность меня ждет,

И Бог таится в сумраке осеннем,

Так из объятий, полетев во тьму высот,

В грядущее из лона зову тени!

Никто не входит, дверь из тьмы раскрыта,

И ты на мне так сладостно дрожишь,

Зачем же прах уложенный под плиты,

Зовет меня проникнуть дальше, в тишь!

Бог укрыл тела волшебной теплотою,

Дал проникнуть в райские сады,

Только я с тобой под темнотою

Все же чую тайну в пламени звезды!

Цена измены – слезы в три ручья,

И водопад из слез при расставанье,

Прости, любовница, меня, прости жена,

Любой алмаз имеет много граней!

Вся плоть горит огнем безумной страсти,

Мы проникая в глубь, лишаемся ума,

Как жаль, что наше крошечное счастье

Собою раздавит беззастенчивая тьма!

Чем нам поможет Бог, ведь он молчит,

И даже в миг безумной темной смерти

Одна лишь ты прикрыв слезами стыд,

Взлетишь как птица, отрываясь вмиг от тверди!

С тобой хочу я делать, что угодно,

Всю истискать, всю исцеловать,

Чтоб проплывающие через сердце годы,

Даже в будущем сулили благодать!

Внутри себя нашел блуждающую тень,

За ней шагнул в далекое пространство,

Там я любил тебя, вмиг усадив на пень,

Склонялись сосны к нам, чтоб сладко пошептаться!

За горизонтом нет меня, но чьи-то тени

Из нас с тобой ткут образ в темноте,

Из лона в лоно льются поколенья,

Обнажена вся вечность в нежной простоте!

Безумие – в безмолвье спорить с Богом,

Из лона твоего срываясь в тьму,

Вот тень жены трясется за порогом,

А я любил ее вчера, свою мечту!

Прости жена, у ног твоих прилягу,

И ты, любимая, меня за все прости,

Не слова, а слезы льются на бумагу,

Мы – просто тени на земном пути!

Меня прогнала ты, потом жена,

И вдруг сейчас опять к себе позвали,

Ну, что ж, злорадствуй, сатана,

Я вечный странник в таинстве печали!

Мне очень дорога моя жена,

И ты, моя любимая с малышкой,

Я между вами в тьме, лишенный сна,

Накрываюсь вечностью как книжкой!

Несчастный, я нуждаюсь вновь в тебе,

С тобой в постели без жены тоскую,

Вот так вся жизнь пройдет в таинственной борьбе,

И Бог нам даст покой за нашу бурю!

В тебя войдя, я потерял сознание,

Что ты со мной творила, просто жуть,

Будто галактика в безумном обладании,

Меня глотая, мне показывала путь!

Господь, прости меня, я – неприкаянный,

Готов, блуждая, растерять свой век,

Все равно меня укрыв святыми тайнами,

Ты в лоне милой мне устроил свой ковчег!

Играть люблю я с мячиком твоим,

Позабываясь вмиг в божественной природе,

Даже малышка разыгралась с ним,

Вокруг груди твоей само безумье бродит!

На изломе все, – профессия, судьба,

И ты со мной лежащая в постели,

Моей любви безумная раба,

Изгибом тела тяжесть жизни делишь!

Не знаю, отчего во мне душа

Вдали от тела и летает, и поет,

Пока со мною лоном ты творишь народ,

Душа уже в бессмертие вошла!

То ли Господь меня уже лишает тела,

То ли я от суеты земной устал,

Но в твоем лоне душа раем овладела,

И только Смерть нас поедает как шакал!

Несчастный двоеженец, я с тобой,

Укрытый твоим телом, обладаю

Способностью вести незримый бой

С тем, кто нас потом лишает рая!

Во тьме есть тени, проходящие сквозь нас,

И находящие приют в безумном чреве,

Они вырастут, когда пройдет экстаз,

А наши души будут плавать уже в небе!

Безумен мир в своем несчастном окончанье,

Как я проливший семя вглубь тебя,

За небом как за животом мое незнанье

Уже с тенями путешествует в гробах!

Быть может, Бог про нас совсем забыл,

А мы от страха здесь шевелимся друг в друге,

А прах молчит внутри могил,

Невидимкою душа таится в круге!

В прекрасном шепоте таинственных деревьев

Стоял с тобой, потом грустил с женой,

И отчего-то сильно в счастье верил,

Когда лоно твое жег безумный зной!

Общаюсь я с великою толпой,

Цежу слова любви, как будто вина

Вдруг пробую, захваченный судьбой,

В тебе лаская нежно середину!

Меня не станет, и тебя не станет,

Не станет нас с тобой уже нигде,

Вот отчего сплетаясь, дрожат длани

С телами вместе на сырой земле!

Целую твои губы, чуя гниль,

Ты зубы свои год уже не лечишь,

Словно на море бурю сменил штиль,

И даже дух любви целует молча вечность!

Безумие царит в глазах жены,

Со мной боится распроститься,

И ты молчишь в лучах луны,

И я сближаю в мыслях ваши лица!

Неужто, все, любовь уже прошла,

И страсть как будто ветер пролетела,

Или Бог вдруг развязал тела,

Чтоб перед смертью мне досталось мое тело?

Вечно буду целовать тебя взахлеб,

Каждый вздох твой в небе освещая,

Пока нас Бог не уложил в свой гроб,

Давай безжалостно любить, моя родная!

Между молотом и наковальней,

Между тобою и женой,

Из леса пробираюсь в спальню,

Потом из жизни в мир иной!

В вопросах совести учить меня не надо,

Я постоянно ощущаю, что я прах,

Вот отчего моя блаженная отрада

Творит лоном в мир иной размах!

Не ожидаю ничего от жизни я,

Я научился обходиться здесь без смысла,

Раскрою твое лоно, и меня

Вмиг сладостно окутывают числа!

Фигня – наш секс, весь этот мир – фигня,

Мы от фигни загадочно балдеем,

Вот если б с Богом были мы – родня,

То мир спасли бы лишь одной идеей!

Долбился я с тобой безумным летом,

О, сколько же мы загубили трав,

Цветы измяв, орали мы при этом

В хмелю любви, в тени плывущих вдаль забав!

Фиг с два, я пропадаю в твоем лоне,

Телефон как идиот, поет одно,

Толпа за стенами бредет, и в ее тоне

Едва слышна нам жизнь как вечное кино!

Облюбовал я лоно нежное на годы,

И каждый год пытаюсь в нем найти

Дух вечной и спасительной свободы,

Ибо все мы таем на земном пути!

В обладании тобой опять блесну

Слезой звезды зовущей душу вдаль,

Господь ведет уже ко сну,

Вся жизнь – за радостью печаль!

Целуя шею, ощущаю сок,

Омывая, раскрывает твое лоно,

Мы вмиг кричим, поймав святой восторг,

Из постели с тобой мчась по небосклону!

Бог незаметно пролетает в наших душах,

Когда телами слившись, мы дрожим,

И вот тогда шепчу тебе на ушко:

Что твое лоном стало золотым!

Я в прелести твоей позабываюсь,

Когда кругом кишат то люди, то дела,

Нет, я не лодырь, не мерзавец,

Просто в труде упорном мучаю тела!

Уложу тебя на стол, бумаги сброшу,

Задеру юбчонку словно в первый раз,

Будешь ты шептать: Ой, мой хороший!

Лихо в пламя превратится наша страсть!

Увы, меня замучила хандра,

Который год уже в тебя я проникаю,

А ты едва лишь глянешь на меня,

Как я опять обвит нежнейшими ногами,

Когда работать, ласточка моя?

Часть 30. Тень отбрасывает вдаль безумный возраст

Как подчеркнуть твою земную красоту,

Изгибы тела в чаще сновидений,

Как из бутылки водки вытащить мечту,

Из лона солнце вечных наслаждений?

В неотразимой красоте двух полушарий,

Я вижу, – землю поделила страсть,

Вот отчего в твоем чарующем пожаре

Меж ножек на столе я смог пропасть!

Мне нечего добавить к твоим снам,

К твоим объятиям и сладостным стенаньям,

Бог соизволил дать на время нам

Ощущение вселенной в обладанье!

Представь себе, что я вдруг улетел

В иную даль, покинув твое лоно,

Что вместо пламени двух наших тел

Горит закат моим прощаньем с небосклона!

Пытаюсь всюду вычислить тебя,

Понять, как чудо может смертной тенью

Меня коснуться, сладостно любя,

Исчезнув после тающим растеньем!

Я обошел все города, объездил страны,

Но нет нигде желаннее тебя,

В лесу под деревом я чуял в твоей тайне

Была Богом спрятана моя судьба!

Вечность, блин, нас съест с тобой, родная,

Бог во тьме согласно промолчит,

Неужели даль небес иная

Оживив нас, вновь зажжет наш стыд?

Череп в морге забивают ватой,

У меня в глазах печаль блестит,

Вот он миг, когда ты мной объята,

Улетает в вечность нежный стыд!

Тень отбрасывает вдаль безумный возраст,

Средь сотни тысячи мелькнувших здесь теней

Мы с тобой соединились вместе в образ,

Ибо любовь пред смертью ярче и сильней!

Любимая в мгновенье загорится,

Но наши лица с каждым годом все темней,

И все ж во тьме и надо мной она как птица,

Вся в нежном трепете летающих теней!

Вышел месяц из тумана,

А в тебе безумный пыл, —

До утра любила, странно,

Я с тобой всю ночь провыл!

Бог собирает всех безумцев в стаи,

И они летят в далекий край,

Почуй, любимая, как страсти улетают,

Как я чрез лоно проникаю в рай!

Я стал Носильщиком, преодолев себя,

Безумный магнетизм земного стада,

И видел, – Бог дрожит у вечного руля,

Вдруг ощутив все волшебство моей отрады!

Кто верит в Бога, а я верю в лоно,

Я вижу в нем божественный рассвет,

Преодолев ограничения закона,

Мир сотворяет миллионы лет!

Блин, я опять напился русской водки,

Но в твое лоно с нежным чувством проникал,

Как опытный ямщик в плохой погодке

Вел лошадку волей страсти в идеал!

Подняв, раздвинув нежные колени,

Лицом скрываясь в зарослях травы,

Ты в лесу во мне рождала тени,

Земные тени тающей любви!

Словно бес давно меня попутал,

Враз закрою кабинет, когда увижу,

Как ты сладко оголилась утром,

И на стол зовешь вдруг хохотом бесстыжим!

Ярко экспрессивно машешь телом,

Бедрами подбрасывая в вечность,

Жаль, что нас не будет с нашим делом,

Жаль, другим пронзать желаньем бесконечность!

То ли Бог нас сделал чудными глупцами,

То ли сами мы сошли с ума,

Но как сладко было нам под деревцами

В тихой роще сотрясать большой диван!

Жизнь равняет всех могильной тишиною,

Но даже на могилах мы с тобой,

Обвив друг друга, как цветы весною,

Нежно светимся блаженною судьбой!

Бог пришел к нам помолчать во мраке,

Целовались мы без всякого стыда,

Мои брюки, твое платье будто флаги

Трепетали на березе в честь родства!

Какая-то прелестная плеяда

Безумных снов окутывала тишь,

И трепет тела с лоном так приятно

Поднимали мою душу выше крыш!

Я временный хозяин в своем доме,

Что у тебя, любимая, что у жены,

Зато в твоем прелестном страстном лоне

Мне никакие вещи не нужны!

Мы все невольно прячемся в тьме леса,

Когда жизнь делает весьма безумный круг,

Я в твоем лоне с нежным интересом

Достигаю счастья, вмиг лишенный брюк!

Все мертвые сторонятся меня

И тотчас возвращаются обратно,

Среди могил давно лишенный сна,

Я вдруг обрел в тебе себя невероятно!

Эксперименты Господь ставит надо мною,

Соединяя то с тобой, а то с женою,

И что он хочет от меня, от человека,

Ведь я с рождения безумец и калека!

Долблюсь с тобой, в душе невинный странник,

Люблю тебя, весь втянут вглубь норой,

Ищу как нищий скромных подаяний

В тенистой чаще на земле сырой!

Бог, грешен я, но такова натура,

В которую облечь меня ты смог,

Ты даже дев сразил бессовестным амуром,

Позволив мир творить меж двух прелестных ног!

Грызет меня тоска, что не увижу,

Теряю тут же, словно нет творца,

Который бы мне сделал образ ближе,

Даже тебя обняв, страдаю без конца!

Господь, придумай мне чего-нибудь,

Раз дал мне насладиться лоном милой,

Отправь в любой таинственный свой путь,

Чтоб я как дух перешагнул через могилу!

Сверхсущества следят за нами отовсюду,

Но в твоем лоне спрятанный тобой,

Поверь, я плакаться не буду,

Я – биоробот с темною судьбой!

Творец следит за нами, мы друг в друге,

То вздыхаем, то отчаянно кричим,

Судьба заключена в безумном круге,

А круг – программа созданная им!

Безотлагательно, добившись результата,

Творец вместил мое сокровище в тебя,

И ты дрожишь, моим дыханием объята,

И нами снова движет он, то есть мечта!

Мир целенаправленно вращаясь,

Заведенный Богом как часы,

Околдовал меня безумными вещами,

Всем твоим лоном мою душу раскусил!

Человека по Корану Бог создал,

В сущности, из одной черной грязи,

А как быть может грязным идеал,

Похоже, может, раз в плену у страсти!

Тебя сравнил бы я с монахиней блудливой,

Что под одеяньем прячет стыд,

Еще с нежной и склоненной ивой,

Когда сзади в сказку вход открыт!

Несовершенство мира – моя боль,

Вот и сейчас, люблю тебя и ненавижу,

Такова всех смертных злая роль,

С пороком вместе опускаться ниже!

Кто как угодно колдовал здесь над Вселенной,

Ведь разрешил живым такое Бог,

И в твоем лоне я орал победно,

Подводя судьбе своей итог!

Изверженье семени в тебя

Сродни безумию гуляющей стихии,

Словно из лона в вечность тянется труба,

По которой пролетают остальные!

Семяизвержение как взрыв,

Нас с тобой на небеса подняло,

Как биороботы мы чувствуем порыв,

И самим Богом в нас нацеленное жало!

В восторге хлопаю бессмертным существам,

Из праха сотворившим наши тени,

Лишь из любви твоей в безумье естества

Я чую вечность как одно мгновенье!

Кто нас создал, да и зачем? Чтобы долбиться?

Чтобы плодить таких несчастных дураков?

О, как, любимая, дрожат твои ресницы,

Я извергаю семя вглубь седых веков!

Предназначение всех нас весьма ужасно,

Вот отчего любя тебя в безумной тьме,

Я ощущаю в твоем лоне много счастья,

Чтобы хранилась тайна вечно на земле!

Мое Безумие – безумие Богов,

Мы одинаково безумье излучаем,

Я в твоем лоне среди нежных берегов

В реке бессмертия остаться вечно чаю!

Раздвинешь ножки и почуешь прелесть,

О, как прекрасно ночью под дождем

Мы вместе с осенью разделись,

Сливаясь вместе, чтоб забыться вечным сном!

Из множества Богов один создатель

Через меня всю твою душу ощутил,

Всю ночь со мной шептала ты в кровати,

Лишая меня лоном нежных сил!

Я вправду ни на что уж не надеюсь,

Ну, был в тебе; и как все люди жил,

Но через лоно твое приобрел я ересь,

Разглядывать бессмертье в тьме могил!

Тебя скука съест, когда меня не будет,

Никто не будет твое лоно целовать,

Вечно спешащие на смерть другие люди,

Не принесут тебе такую благодать!

Бог соизмерь меня с любым живым растеньем,

Ведь я под взглядом твоим очень нежно рос,

Боящийся, как все, грехопаденья,

Грешил и каялся с любимою до слез!

Из бездны в бездну мир стремится резво,

Словно я в твою прелестную нору,

В такую же таинственную бездну,

Где я до капли весь в тебе сгорю!

Нет меня нигде, я весь в тебе,

Но даже в лоне твоем Боги изучают

Нежность тайны в сладостной борьбе,

Чья суть всегда искажена речами!

Ну, что ж, любимая, мы догорим как свечи,

Но тот огонь, что в нас нашел сам Бог,

Гореть безумно будет, целясь в вечность,

Оживляя наш земной восторг!

Дождь и тьма, депрессия внутри,

Мир затаился как в предчувствие кошмара,

Но ты мной завладев, кричишь: Гори!

И мы горим, взлетая в небо от пожара!

Тебя целуя, много лет я исчезал

В твоем волшебном лоне, в вечной тайне,

И вот уж Бог с небес раскрыл глаза,

И торопит нас постигнуть путь бескрайний!

«Любая тварь земная замышляет злое»

(Ветхий завет. Слова Бога о людях)

Любая тварь земная замышляет злое,

А может такой сделал ее Бог,

Не от того ли твое лоно золотое

Собирает всех людей в один поток!

Как нам признаться в нашем счастье,

Ведь мы с тобой, любимая, в былом

Навек запечатлены в безумной страсти,

Объединенные одним всесильным злом!

Религия – духовная защита

Нам с тобою больше не нужна,

В твоем лоне вся земля раскрыта,

Женой богам была земная дочь твоя!

Душа заключена в комочке мозга,

Как в твоем лоне я, живой поэт,

Не от того ль мерцают в небе звезды,

Что отражают пламя наших лет?

Ни я, ни ты, никто другой на свете,

Не ощутит наш сладостный экстаз,

Мы ощутившие его, обняли ветер,

Чтоб вместе с ветром улететь в последний час!

Не Богу кланяюсь, а лону твоему,

Волшебной глубине, где нет рассудка,

Где Бог дал плоть, чтоб нашему уму

Не добраться до него в безумье жутком!

Сверхчеловек, я в твоем лоне прозябал,

Наслаждаясь в сладком сне одной тобою,

Страсть с тьмой гнала за валом вал

Безумных чувств, ведущих спор с судьбою!

Бог выделил меня из всех существ,

Но в твоем лоне страстно закрепившись,

Я увлекся музой нежных мест,

И умирая нем, забыл тебя, Всевышний!

Я водку пью, мы на столе безумной ночью,

В большом окне льет слезы грустный дождь,

Но обняв тебя, проникнув вглубь воочью,

Я чую жизни сказочную ложь!

Ты закричала так, что вся контора

Ушами дернулась к стенам, как и к двери,

Зато как сладко было нам внутри позора

Чуять, как наш стыд костром горит!

Ох, секретарша, моя киска, моя рыбка,

Уже давно любимая моя,

Опять лежишь ты на столе с улыбкой,

Нежно лоном душу вдаль маня!

Страсть сводит в лоне чувства на века,

Я тенью легкой через лоно лечу в вечность,

И отчего так схожи в небе облака

С моим семенем в тебе проросшим в нечто!

Страсть пожирает меня между ног твоих,

Я оглядываюсь с жалостью на Бога,

Его не видно, но наш яркий миг

Приносит от него печалей много!

Разделись, водки напились, лежим в бумагах,

Слияньем страстным освятив всяк документ,

Даже платье из окна трепещет флагом,

Жаль, что любовь как жизнь пройдет в один момент!

Мне ткнулось в нос твое живое лоно,

Я слышал вздох твой землю целовал,

Все было так, как будто по закону

Жених в невесту вставил идеал!

Сто тысяч граждан под окном собрались,

Чтобы подслушать наш лихой экстаз,

Но мы водки напились, и так в печали,

Задернув жалюзи, молчком вошли в оргазм!

Стыд как свойство нашей наготы, —

В безумном страхе к тайнам приближаться,

Так в твоем лоне уловив свои мечты,

От нас я вечность удалил одним абзацем!

Из лона твоего глядя на Бога,

Я видел только свет в безмолвной тьме,

Моя жена стояла плача у порога,

А нас с тобой в гробу несли будто во сне!

Из всех прелестных дев лишь ты одна

Меня спасаешь нежным лоном,

Пусть Бог молчит, пусть всюду мрак и тишина,

И смерть летит за нами вслед по небосклону!

Какая страстная ты в трепетных объятьях,

Застонала и закрыла вмиг глаза,

И только Бог лишь не имел понятья,

Какая сила подняла нас в небеса!

Горят все души на земле, любовь одела

Тела своим божественным огнем,

Я выбираться не хочу из тела,

Ты раскрыла для меня чудесный дом!

Лишенный разума, молчу и наслаждаюсь,

Внутри тебя горит живой огонь,

Неужто Бог к нам не имеет зависть,

Или вечная душа имеет бронь?

Горят все души на земле, любовь одела

Тела своим божественным огнем,

Я выбираться не хочу из тела,

Ты раскрыла для меня чудесный дом!

Пью из груди твоей земное молоко,

И в нежном лоне нахожу слепой восторг,

О, если б так же вот легко

От жизни я освободиться мог!

Совокупляемся, чтоб что-то доказать,

Необходимость наслажденья и бессмертья,

Но не Бог дарил нам благодать,

А мудрый змей сулящий вечное возмездье!

Пребываю в твоем лоне как на небе,

Будто ангел наслаждаюсь глубиной

Всеобъемлющей, сжимающей мой стебель,

Берущей семя лаской внеземной!

О, Боги, я узнал немного счастья,

И у любимой в ее лоне побывал,

Но разве прах потом наш миг украсит,

Зачем вы повернули в тьму штурвал?

Меня интересует твое лоно,

Пусть даже день и ночь я пребываю в нем,

Так сердце мысли отбивает монотонно,

Что мне кажется, что мы сейчас умрем!

К крысе в мозг послали нежный ток,

И крыса тут же вознеслась на небо,

И я в тебя свой сок исторг,

Вместе с крысой превращаясь в небыль!

Увы, увы, но нежность убивает,

Несясь стремительно по душам как часы,

Она внутри тебя пронзительно живая,

Поражает смыслом найденной красы!

Раскрыв узор вхожденья в чудеса,

Ты страстным лоном вызываешь праздник,

Уже ветер нас уносит в небеса,

И соблазняет змей – хмельной проказник!

Упав перед людьми всем телом в грязь,

И ей тебя измазав с ног до головы,

Я чую, как живая страсть

Лишает разума в ристалище любви!

Эксперимент поставлен Богом в вечном прахе,

Вдув жизнь в него, и дав рассудок всем,

Он разгневался, увидев, как мы наги,

И как в любви нашли решение проблем!

В объятиях душишь, в оргазме,

Меня оглушая, кричишь,

Всем телом сладостным дразнишь,

Чтоб после выполз малыш!

Опять люблю тебя и проникаю в лоно,

Блаженный свет уже пылает изнутри,

И счастья не тележка, а вагоны

Громыхают с ночи до зари!

От наслаждения я просто улетаю,

Едва схватившись за твои шары,

Два полушария сверкающего рая, —

Два символа божественной игры, —

Само бессмертие внутри твоей норы!

Никто не может нас остановить,

Программа Богом задана, – мы любим,

Ощущая в теле призрачную нить, —

Ее безумьем связаны все люди!

В тебе я прорастаю острой болью,

Любя тебя, и чувствуя, что век

К нам привязан очень грустной ролью,

Вместе с нами таять в тьме безумных нег!

Увы, но что случилось, то случилось,

Себе я большего представить не могу,

Человек отверг вдруг божью милость,

Не плодя детей, себя бросая в тьму!

Мы вновь плодимся и безумно любим,

Нам словно кажется, что там во тьме есть дверь,

За ней в бессмертие сопроводят нас судьи,

В чем повинен в нас живущий нежный зверь?

Из ста вопросов прозвучавших в мыслях,

Я, твое лоно чуя, выбрал лишь один,

Зачем любовь дана всем смертным в этой жизни,

Неужто прах вновь оживит наш Господин?

Ты, изгибаясь телом, страстно любишь,

Потом мы водку пьем, глядим в окно,

И снова наслаждаясь твоей грудью,

Я пью твое святое молоко!

Малышка прыгает на мне как на батуте,

В ее глазах царит безумная любовь,

Я ощущаю в детях наших судей,

Как и хранителей ушедших вдаль веков!

О, Господи, как хочется вновь бури,

Из лона чудного на небеса взлететь,

И водку пить, и таять в поцелуях,

Смеясь в глаза твои несчастные, о, Смерть!

Сегодня на пол ты легла, и с вожделеньем,

Кусая мою нижнюю губу,

Создала такое нежное мгновенье,

Что я, краснея, плюнул на судьбу!

В дверь стучат, а мы на стуле,

То есть я сижу на стуле, ты на мне,

Бог молчит в безумном карауле,

Клиентов ангел ослепляет в нежном сне!

Уже толпа клиентов ломится к нам в двери,

А мы на подоконнике сидим,

Рыча, совокупляемся как звери,

С презреньем чуя, что Господь у всех один!

Откуда столько нежности берется,

Когда меня, обняв, целуешь наугад,

В твоем колодце дико светит солнце,

А в душе цветет безумный сад!

Ты – ангел мой как сновиденье,

По виду дикая краса,

Цветешь, обвив меня растеньем,

Лоном трепетным на небо вознеся!

Часть 31. Видно – Бог нарисовал меня не так

На привязи я как несчастный пес,

Всегда вблизи у лона твоего,

Люблю тебя, любимая, до слез,

Проникая в сущность глубоко!

Бог на меня глядит, я на него,

Но мы друг в друге смысл не ощущаем,

Так тварь творец создал легко,

Но наделил ее безумными вещами!

Бог входит в нас, мгновенно исчезая,

Мы проникаем в суть таинственных вещей,

Но в множестве бесчисленных мозаик,

Лишь в твоем лоне чую я других существ!

Мне постоянно что-то не хватает,

Я даже в лоне твоем снова в темень рвусь,

Словно это осень золотая

Вдруг приносит сказочную грусть!

Любимая, я видел в твоем теле

Существ невидимых следы,

Они в тебе бродили, в самом деле,

Когда я рвал в твоем саду плоды!

Изнемогаю, исчезая в твоем лоне,

Когда же Бог меня вдруг приберет к рукам,

В его объятиях вселенная уж стонет,

И нет конца летящим вдаль векам!

Еще чуть-чуть и вот он, жизни край,

Слегка придушенный в твоих крутых объятьях,

Я созерцаю в кабинете рай,

С тебя взлетая на столе в твоем же платье!

Видно, Бог нарисовал меня не так, —

Тебя то точно он создал намного лучше,

Но все равно я в твоем лоне как дурак,

Уже к ангелам забрался чудом в души!

Балдей, мой друг, пей водку, люби дев,

Как я посей себя в прекрасном лоне,

Но не думай, что от жизни ошалев,

Ты сможешь запросто сменить ее законы!

Мы попали с тобой в клетку бытия,

Совокупляемся, а Бог на нас глядит,

Словно выбирает, ты иль я,

Кто раньше потеряет в страсти стыд!

До слепоты пытаюсь в страсти закопаться,

С тобой отвергнув истин вечный свет,

Внутри тебя, внутри божественного ларца

Я нежно складываю кольца лучших лет!

Что-то так совсем не так, как бы могло быть,

С тобою я предвижу осень бытия,

Костер погаснет скоро, только копоть

От нас останется на небе в час дождя!

В небесах вдруг херувимы

Разлетались в жаркий зной,

Мы сливаемся счастливо,

Ночью буря с вечной мглой!

Укрытый мглой и твоим нежным лоном,

Я стихи тебе под звездами шепчу,

Из-за холма рассвет вмиг обновленный,

Дарит жизнь прелестному лучу!

Нам в наказанье Бог придумал смерть,

Тебя целуя ночью, я проникся думой,

Чтоб если разумом нам вырасти успеть,

То ты б смогла остаться вечно юной!

Несчастный, кого я интересую,

Жену, любовницу, еще своих детей,

Не от того ли так хочу я в бурю

По ветру в мрак неведомый лететь?

Во мраке, там, где звездное ристалище,

И ангелы летят со всех сторон,

Я с тобой плыву по кладбищу,

Чуя в твоем лоне тыщу лон!

Отец небесный, почему молчишь,

Когда с тобою речь все смертные ведут?

Любимая мне шепчет: Мой малыш,

Когда ты снова мне подаришь нежный уд?

Безумец, я опять иду сквозь стены,

И видно, скоро наломаю много дров,

Бог, дай любви еще одно мгновенье,

И после с милой уложи под вечный кров!

Милый ангел, нежная, родная,

Моя светлая и добрая душа,

Благодарю тебя за обретенье рая,

Жаль, что после нас здесь тени лишь дрожат!

Что делать мне, я вижу пустоту,

Она растет как страшный ком меж нами,

По одиночке наши тени в вышину

Ночных небес уходят тихо снами!

Хоть криком заори на всю Вселенную,

Объяв безумным лоном смысл любви,

Я исцелую оболочку твою бренную,

Поднявшись легкой тенью от земли!

Страсть Господня, я опять влюбился,

Не поверишь даже, но опять в тебя,

Спаси нас Бог своим безумным смыслом,

Хотя б на миг спаси, нельзя жить не любя!

Тебя я, чувствуя, кричу от счастья,

Пронзил меня безумной силы ток,

О, вот он факт всевышней власти,

Заставляет добывать нас всех восторг!

У каждого из нас своя любовь,

И хоть всех смертных поменяй местами,

Рождаться будут вновь и вновь,

Во тьме сливаясь нежными устами!

Любимая, дай мне взаймы святое,

Желанное, что у тебя внутри,

Глубокое, до смерти роковое

И алое как свет земной зари!

Любовь и дарят, и дают под принужденьем

Несчастья своего или тоски,

Как будто вкус земного наслажденья

Расслабит грусти вечные тиски!

Как жаль, что святость быстро исчезает,

Лишь только грусть неподражаемо чиста,

Бог вожделенных собирает в стаи,

Накрыв их крышкой гроба в час поста!

Я нарисую бесконечный мир,

Вращающий вселенную по кругу

Под мелодию волшебных лир

Мы подарим вечное друг другу!

О, как прекрасно в глубине бокала,

Сливаясь с цветом алым, пить тебя,

Вино как ты, когда меня ласкала

И пропускала в рай через себя!

О, как тебя мне мало, я хочу

Всегда почувствовать твое живое лоно,

В одно мгновение, я отдаюсь лучу,

Как ангел взмыв с тобой по небосклону!

Бог искривил пространства нашей жаждой,

Мир стал галлюцинацией души,

Лишь ты одна со мной отважно

Слагаешь сказку сладостной любви!

Непостижим в своем дыханье тихий ветер,

Невидим образ нашего Творца,

Но ты, любовь моя, живущая на свете,

Заслонила смерть сиянием лица!

Где-то между небом и землей,

В твоем безумном ненасытном лоне

Таится тень Творца сулящая покой,

Вот отчего, мой ангел, ты так нежно стонешь!

Дрожишь на мне уж целых два часа,

Миллиард живых частиц в твоих глубинах

Призывает души взвесить в небесах,

Чтоб воплотить свое безумство на картинах!

В необыкновенном своем счастье

Я видел, – радуга чертила круг сквозь нас,

Бог через небо посылает символ страсти,

Волшебным светом обращая всех в экстаз!

Пью водку, Бог мне шепчет: Крах надеждам!

Но в твоем лоне я опять тону,

Излечивая страх дыханьем нежным,

Я к вечной тайне проникаю в глубину!

Страсть выпускает скорбный дух из тел,

И он по небу в вечность улетает,

Неся с собой в неведомый предел

Всех моих чувств к тебе невидимую стаю!

Бог из тьмы глядел на нас с тобой,

А мы лежа, говорили свои мысли,

Где-то в небе между ангелами бой

Приводил нас к ощущенью новой жизни!

Странно, я представил свое чувство

Яблоком вмиг сорванным тобою,

О, как бесценно твое нежное искусство, —

Пленить сердце жарким боем!

Беги ко мне, прелестная девчонка,

Заслонка от невзгод и суеты,

Давай с тобою сделаем ребенка,

Ведь одного уже слепили мы!

Через врата безумья с наслажденьем

Я вхожу к любви в бессмертный храм,

Где за одно волшебное мгновенье

Все люди пронеслись по небесам!

Мы кузнечики с тобой, самец и самка,

Распевая сладко в шепоте травы,

В один присест скрестили наши лапки,

Охваченные пламенем любви!

Не бренность жизни, а несчастье бренных

Зовет меня порой на небеса,

Я прикасаюсь с наслажденьем к твоей тени

И продолжаю верить в чудеса!

Я зверски голоден, корми меня, родная,

Пусть ветер нежно шепчет за окном,

Я на земле нашел кусочек рая,

Как жаль, что Бог потом уводит в вечный сон!

Пусть небо с шумом разорвется, и земля

Холодным камнем быстро канет в вечность,

Если Бог мне подарил тебя,

То мы ему подарим бесконечность!

Из сотни тысячи причин спасти весь мир

Одной единственной причиной светишь ты,

Презервативов миллион сотру до дыр,

Чтоб слились в детку наши милые черты!

Похмелье зрелости после гулянки юной

Вселяет в сердце праведную грусть,

Но прикоснувшись к твоим нежным лунам,

Я через лоно твое в Вечность унесусь!

Что может быть счастливее мгновенья,

С высоты оргазма в Вечность улететь,

Ты одела меня своей нежной тенью,

А Бог в подарок дал чарующую смерть!

Двум женщинам я исковеркал жизнь,

Тебе, любимая, и моей жене,

Но в твоем лоне утешает мысль, —

Судьба – эксперимент богов во тьме!

В интимных тайных опытах с тобою

Провел я жизнь, вкушая естество,

Теперь по зрелости горжусь лихой борьбою,

Когда детей с улыбкой дарит бытие!

Путешествуя в тебе, не успокоюсь,

Моим чувством правит вечный мир,

Дикой страстью ослепило совесть,

Твое лоно лучше всех безумных дыр!

Я бы не смог прожить без твоего порока,

Без лона страсти, нежности с любовью,

О, Боже, как же ты жестоко

Укрощаешь дух звериной ролью!

Страсть Господня, я опять влюбился,

Не поверишь даже, но опять в тебя,

Спаси нас Бог своим безумным смыслом,

Хотя б на миг спаси, нельзя жить не любя!

Мы с тобой из тьмы добыли свет,

Водки выпили, опять в лесу забылись,

Я чую в лоне твоем миллионы лет

Вечной тайной сохраняют жизни вирус!

Сотни раз мы закрывались в кабинете,

Ты на столе кричала всякий раз,

Сотрудники толпой как будто дети

Сбегались, чтоб прослушать наш экстаз!

Мы на дереве сидели словно птицы,

Сливаясь вместе в один нежный ком,

Твой чудный голос до сих пор струится,

В душе вмиг оживляя сладкий сон!

Раздвинув ножки на столе, игривой тенью,

Разбросав как древо листья тьму бумаг,

Ты приучала мою душу к наслажденью,

И я с тобой не мог опомниться никак!

Мне снился сон, что надо мною суд вершил

Сам Бог, а ты меня так защищала,

Что даже предки возроптали из могил,

В нашей связи разглядев тень идеала!

Бог пригвоздил меня навек к тебе,

И сам же гневно грех мой осуждает,

А мы как звери страстно долбимся во мгле,

В боях любви всегда горит душа святая!

Целую лоно твое, прячась в небесах,

Но даже там меня находит божье око,

Неужто на весах качнув сердца,

Мы время взвешиваем в таинстве порока!

Вечер. Солнце. Тишина.

Ты. Улыбка. Лоно. Чудо.

Вся великая страна

Умолкает в чаще блуда!

Посадил тебя на пень,

Выпил водки и раздел,

И долбился целый день,

Мордой красен, телом бел!

Сказала милая: Форсируй мое лоно!

На травку одеяло постелив,

Я выпил водки, и вздохнувши умудренно,

Ввел в ее заводь свой безумный позитив!

По аллее тихо в парке

Старичок один бродил,

Я с тобой как в зоопарке

На глазах его блудил!

Старичок стоял над нами,

А мы дергались в траве,

Словно Бог под небесами

Осуждал в нас души две!

Ты упала на меня, и я вскричал,

Ощущая в твоем лоне бездну счастья,

Как узок вход к нему, и как миг мал,

Как быстро прахом мы становимся от страсти!

Любимая взревела, ведь в окне

Жена стояла, нас с ней осуждая,

Долбился, миг поймав, еще раз в темноте,

С остервененьем ощущая кущи рая!

Жена тебя не била, а молчала,

А ты, малышку на руки схватив,

Излучала ощущенье идеала,

А я насвистывал с тоской земной мотив!

Жена и ты со мной, мы вместе пили водку,

Малышка с куклой прыгала в траве,

Бог нам дал веселую погодку,

А грех невидимый лежал в пустынной тьме!

Бог, привязав ко мне жену, сказал: Заделай

Ей ребеночка, несчастлива она!

Я, прижав к себе ее святое тело,

Подумал: Черт со всем! У всех своя вина!

Несправедливо счастье раздается,

Или слепые люди просто мимо прут,

С тоскою вглядываясь в солнце,

А с ребеночком опять тебя сосу!

Ужасно, Бог вскрывает жалкий разум,

Его ничтожность тут же бросилась в меня,

Но только, не поддавшись ей ни разу,

Я в твоем лоне отыскал твердыню сна!

До какой такой мне тайны докопаться,

Моя истина всегда горит в тебе,

Но в твоем лоне кто-то снова провокацию

Нам готовит в яростной борьбе!

Всевидящ Бог, а я ничтожен,

Ты так прелестна, но стара

Вдруг будешь на семейном ложе,

Когда придет ветшать пора!

С малышкою играли в доме прятки,

За шторкою я спрятался как дух,

Стоял уж час, она спала в кроватке,

Потом с любимою играл, взбивая пух!

С любимой на постели, точно птички,

Взлетаем, всякий раз под потолок,

Вот как Бог ласкает наши личики,

Подводя владенью тел земной итог!

Там, где ты, – там я, где ангелы, – там Бог,

Везде кому-то кто-то очень нужен,

Так судьбе порой необходим злой рок,

Живые телом обладают как оружьем!

И фигли, ты насилуешь меня,

И дышишь в меня страстным перегаром?

Я и сам бы изнасиловал тебя,

Но что-то голову окутало пожаром!

На заборе написал: Люблю тебя!

На тротуаре, на стене в подъезде,

Потом четверо заботливых ребят

Меня лупили в очень темном месте!

Я как кот наелся и хочу

Тебя, целую страстно, облизнулся,

Ты раскрыла норку, и ручью

Новых жизней дали слиться мои чувства!

Малышка кошку теребит будто игрушку,

Несчастная стерпела, как смогла,

Потом ты зарылась с головой в подушку,

Вот как мучительно любовь трясет тела!

Устал я быть заложником двух жен,

И жертвою безумного сознанья,

Только Бог мне шепчет: сам в себя влюблен,

Сам себя завлек ты в сумрак обладанья!

Истерзало меня все, и ты, и время,

Я ближе к тем, кто спрятался во тьме,

Мне бы исчезнуть в прахе поколений,

Чтоб даже след мой не остался на земле!

Царит одна неправда на земле,

Из лона в лоно вечность пролетает,

Даже ты доставшаяся мне,

Увы, блудница, хоть и светишься, – святая!

Ночую я, у мира на краю,

То в конторе, то в лесу, то в поле,

Туман кругом как девушки в раю,

Отчаянно и нежно беспокоит!

Дотронулся до тебя, как сразу ты

Приняла всем сердцем страсть мою живую,

Я нахожу в тебе прелестные черты,

Но чую, время нас рассеивает бурей!

Бог, научи меня любить,

Быть светлым нежным и надежным,

Или души не чая, в вечность плыть,

Через лоно наполняясь страстной ложью!

Не люди, ангелы летают в звездной тьме,

Я раскрываю твое лоно очень нежно,

Понимая, что нет правды на земле,

Что все здесь умирают без надежды!

Долблюсь с тобой, а правды нет,

Ни в крике, ни в отчаянье оргазма,

Зачем Господь так много лет

Включает для людей фонарик красный?

Пришла пора с безропотной тоской

Входить в небесный дом, покинув лоно,

О, Боже, мою душу успокой,

И прах развей с дыханьем лет по небосклону!

Неистово везде тебя любя,

Уже тебя я всюду ненавижу,

Вот так, Господь, твоя борьба

С нас просто сносит нашу крышу!

За очевидностью того, что нет нигде,

И светлый образ – призрак, как и святость,

Я в нежном лоне как в безумной пустоте

Заболеваю сам от собственного яда!

Бог приведи на место, где моя могила,

И немного дай поплакать над собой,

И пусть заплачет та, которая любила,

И не смогла отдать навек свою любовь!

Стою на берегу у той черты,

За которой обрывается дыханье,

Исчезло лоно, обладание, мечты,

Неужто, жизнь была лишь умираньем?

Звезды падают в тумане,

И деревья без листвы,

Твое лоно лишь затянет

В сумрак вечной пустоты!

За что мне эта жизнь дала любовь

Как власть несчастья, или злого наказанья,

Неужто мы смешали нашу кровь,

Чтоб призраков извлечь из обладанья?

Люблю тебя, и слезы молча лью,

Ты мне стала всех девчонок ближе,

С тобою я как ангел и в раю

Взрываю стоном вечное затишье!

Прелестная звезда безумных дней,

Опять меня впускаешь в свое лоно,

Там таится тьма живых людей,

Извлекаемая страстью окрыленной!

Куда уехал от тебя в такую ночь,

Кругом туман и одинокие деревья

Пытались нежным шепотом помочь

В тебя раскрыть таинственные двери!

По извилинам мозга страсти плывут,

В каждой страсти твое вдохновенье,

Заполняю в безумье рожденьем сосуд,

Обнимая с тобой наши тени!

В тени твоих колен, лицом у лона,

Я в трепете лобзаю вечный прах,

Зачем Господь дал буковкой закона

В само бессмертье излучаться через страх!

Под запретом мысли о любви

В пустоте голов земных таятся,

Милая, разденься и люби,

Пока в прах не стер Господь меня, мерзавца!

Не узнаваема осенняя планета,

Деревья уже сбросили листву,

Я проникаю в твое лоно в тьме без света

С безумным страхом, что бессмысленно живу!

Почему здесь я, не кто-нибудь,

Родился, вырос и тобою обладаю,

Для кого раскинут в небе млечный путь,

И отчего лишь миг имеет отблеск рая?

Исцеловал в безумье твой живот,

В порыве страсти устремляясь в лоно,

Я чувствовал, что весь земной народ

Осенней ночью творит деток вдохновленно!

Наш разум восстает против природы,

Ощущая в наслажденье лишь мираж,

Народ не хочет сотворять в любви народы,

Да и взамен любви секс гонит только блажь!

Пылают огнем наши добрые чресла,

Малышка в кроватке уж спит,

И ты лежишь как хмельная невеста,

Всем лоном пленяя мой стыд!

Мое безумие горит в твоих глазах,

Но ты их быстро закрываешь в наслажденье,

И я закрыв глаза, вдруг вижу, – прах

Вместо нас находит вечное забвенье!

Бывает порой одиноко,

Осенней ночью рыдаю,

Лишь в лоне горит божье око,

Где мы творим смертных стаю!

Я опустился в твоем лоне в темноту,

Она окутывала нежно мое сердце,

Бог очевидно и создал в нем красоту,

Чтоб нам было никуда не деться!

В тумане мыслей, раскрывая лоно,

Вдруг ощущаю, что мой разум пуст,

Неужто Бог в себя отчаянно влюбленный,

Нас ослепляет светом нежных чувств?

Мы долбимся с тобой который день,

Себя пытаясь будто вызволить из тела,

А под окном бросает ангел тень,

Напоминая нам, что вечность опустела!

В погасшем дне из сумерек вечерних

Я с малышкой шел по грязи наугад,

Она смеялась, ощущая, – свет рожденья

Ей дарил везде волшебный сад!

Накрыт тобою точно теплою землею,

И в твоем лоне как мечтательный мертвец,

Я ощущаю, сладость в тьме покоя

Нежно связывает тиканье сердец!

Малышка вдруг уснула на руках,

И я, ее задумчиво качая,

Видел свет души разлитый в облаках

Облегчает сердце вечными речами!

Несчастный, я опять у ног твоих,

Мечтательно уткнулся в твое лоно,

Любой художник бы намалевал триптих,

Как мы любовью были в тьме завороженны!

Меня с тобою ослепляют чувства,

Волна по сердцу пробегает горячо,

Ты шепчешь: Ткнись в меня еще,

Пусть ручеек твой омывает мое устье!

Печаль с рождения в сердцах у нас таится,

Мы, безусловно, исчезаем все,

Не от того ли ты на мне трепещешь птицей,

В своей волшебной неразгаданной красе!

Бог наполняет тишиной пространство,

А мы с тобой взволнованно кричим,

Ведь даже в близости намек на постоянство,

Растворился в воздухе как дым!

Как много страсти в твоем нежном лоне,

В тумане счастья приоткрыл едва глаза,

Вижу, – Бог всех ангелов знакомит

На примере нашем гладить небеса!

Бог на скрижалях в небесах отметил судьбы,

Вот отчего сейчас мы связаны с тобой,

Любовь как знак проникновенья в людях,

Ведущих с Богом свой неравный бой!

Среди униженных и оскорбленных,

Тобой владея, устремляюсь на тот свет,

А Бог вздыхает изумленно,

Не зная куда деть сиянья лет!

Из середины в середину,

Из лона в лона – я живу,

То биоробот в страшной тине,

То ангел вдетый в синеву!

Еще чуть-чуть и сумасшедший Бог,

Сместив земную ось, нас вдаль отправит,

Опять тебя целую между ног,

И думаю о нашей вечной славе!

Я вышел из программы, где увидел

Богом предначертанный нам путь,

И с тобой слепился в таинстве открытья,

Чтоб еще лучше ощутить мгновенья суть!

Крест на земле, и даль на небе,

Ты в тишине, и в тайне –  Бог,

Везде один, сжигающий нас трепет,

Все проходят в вечность между ног!

Мы не ведаем того, что было с нами,

И того, что будет, – вдаль идем,

Лишь с любимой, окруженный снами,

Я проникаю через лоно в Вечный дом!

Творю добро, дарю улыбку,

И в твоем лоне без труда

Поймал вмиг золотую рыбку

И с ней делю свои года!

Чресла – чрез чего исходит связь

Меня с тобою – вечности с землею,

Бог чреслами скрепляя свою власть,

Людей как жертв подводит к аналою!

С милой счастье и в ненастье,

Между ног горят глаза,

Находясь в небесной страсти,

В бездну прыгайте, друзья!

Говорят, что у младенцев стерта память,

Чтоб жизнь вновь заново начать,

Так и мне в твоем безумном лоне пламя

Дарит вечности глубокую печать!

Бог молчал, а мы с тобой дрожали,

Проникая через плоть в святую суть,

То ли ангелы чертили в чувствах дали,

То ли Бог на небе открывал нам путь!

Огонь горел по всем фронтам,

И все люди, умирая, исчезали,

Но твое лоно раскрывалось как Сезам,

Спасая золотом живым от тьмы печали!

Человек в гробу беспомощно лепечет,

То есть молчит о чем-то, о своем,

Я в твоем лоне ощущаю Вечность

И жизнь рисую как волшебный сон!

Бог меня потом в тебя не впустит,

Я специально это Богу говорю,

Ибо ощущаю твое устье

Как сумму жизней равную нулю!

Границы жизней размывают страсти,

Все люди видят только свой безумный сон,

Я водки выпил, покоряясь власти

Лона твоего, нежней всех лон!

Кружась без страха и держась за твое лоно,

Я вслед за Богом обнаружил цель, —

Нас с тобой пронзали чувства монотонно,

Взбивая в ритме танца всю постель!

Мне стыдно перед Богом, я с тобою,

Как всегда бесстыдно наг,

Но это он нас окружил такой судьбою,

Одежду сбросив с тел, как пораженья флаг!

О, как бессмертна вечная культура,

Малышка сисечку у мамочки сосет,

И вся твоя прелестная натура

Уводит вдаль стыдящийся народ!

Из тел скроили платье нам навек,

Рос разум наш, а с ним росло и платье,

Тобой я в страсти одеваясь, врос в побег

Из глубин лона твоего к богам в объятья!

Как насекомое бессмысленна малышка,

Но с каждым днем сияя разумом, хитрит,

Может Бог во сне ей раскрывает книжку,

Где разум, силу обретая, лепит стыд!

В безумье детства своего, в поре незрелой

Я в женской бане вместе с бабушкой бродил,

Улыбаясь хитро нежной лепке тела,

Глазами всеми обладая, воспарил!

Я опыт жизни приобрел не в школе,

В школе мучился зубрежкой в тьме наук,

Лишь сейчас, тебя раздев по счастью в поле,

Почуял в лоне твоем судеб звездный круг!

Через один вопрос: Кто я и ты? —

Соединяем мы тела свои и души,

Бог измеряет в страсти степень красоты,

Но в отдельности ему никто не нужен!

Когда-то вышел я из лона мамы,

Теперь ласкаю твое лоно языком,

Ощущая, что таинственные храмы

Имеют очертанья нежных лон!

Твои ноги возложив себе на плечи,

Я с тобой еще ребенка сотворю,

Нежный вечер убегает в Вечность,

Мы в страсти молимся небесному царю!

С годами меня страстно поражает

Глубина твоих божественных пространств,

Из лона твоего с мечтой о рае

Бог в Вечность протолкнет сквозь тьму мытарств!

Ты снова в кабинете на столе,

Раздвинув ноги, пропускаешь в лоно,

К нам возвращаются мгновенья лучших лет,

И за окном Господь кивает благосклонно!

Часть 32. Тебя с малышкой обнимая, уезжаю

Подарил малышке я малышку,

В день рожденья куклу с нее ростом,

Теперь обняв ее, танцует шалунишка,

В руках ее все оживает очень просто!

Через лоно проникаю прямо в Вечность,

Сразу к Богу ветренной башкой,

Только ножки твои обнимая плечи,

Тянут внутрь цветка с безумною тоской!

Мы не ведаем того, что было с нами,

И того, что будет, – вдаль идем,

Лишь с любимой, окруженный снами,

Я через лоно попадаю в Вечный дом!

Необратимо верю в зиму,

Ведь там в снегу опять с тобой

Сольемся мы необратимо,

Чтоб превратиться в вечный бой!

Я ощущаю в твоем лоне тень пространства,

Где находят себе счастья времена,

В неумолимом и упорном сладострастье

Я рождаюсь с тобой в Вечности из сна!

Нас Бог составил из святых частей,

Связав их всех одной живою кровью,

Чтоб мы с тобой в огне земных страстей

Растворились вместе в Вечности с любовью!

Оденусь в ласку трепетного лона,

Слезу с ресниц от жалости смахну,

Нам жить осталось – миг, как благосклонно

Бог раскрывает всем влюбленным темноту!

С любимою сплелись вмиг наши пальцы,

И теперь их, всё, – не развязать,

Как странно, что мы в мире постояльцы,

И на нас Бог посылает благодать!

Прекрасен мир сном солнца озаренный,

В пучине лон лишь нежная душа

Летит на небеса, где в вечных лонах

Таится тайна оживленья миража!

Прижавшись к лону твоему, опять трясусь я,

В созведье альфы и омеги будут все,

И наши поцелуи точно бусы

Росы прозрачной засияют на траве!

Чем больше боль приносит жизнь,

Тем ярче твой волшебный облик,

Бог словно исполняет мой каприз,

Дабы я сам себя от жути не угробил!

Ты в пиджаке моем и голая сидишь,

Мы водку пьем после парилки,

Прекрасна в бане сладостная тишь,

С волшебным трепетом твоей живой развилки!

Уплыла опись мертвецов проживших жизнь,

Среди крестов с тобой взволнованно шагаю,

Но ты, читая мою сумрачную мысль,

Даже здесь мне раскрываешь створки рая!

Я выгляжу безумцем, я несчастен,

Везде перед тобой как перст стою,

Лишь одевая меня телом дикой страсти,

Ты мне даришь подлинность свою!

Иметь, иль не иметь,

Тебя или жену?

В затылок дышит смерть, —

Вонзаюсь в глубину!

Тебя с малышкой обнимая, уезжаю,

Такое чувство, что меня съедает даль,

Одна любовь безумная большая

Живых толкает в вечную печаль!

Сто дней я из тебя опять в тебя

Лечу, едва улавливая мысли,

Что ж, видно, Богом уготована судьба,

Любить наперекор всей нашей жизни!

Из праха в прах проходят люди бренный путь,

Но в нем я вижу лишь одну загадку,

Как мог я, проникая в твою суть,

Любить тебя так трепетно и сладко?

Не люди, образы таинственных людей

Меня в потемках с водкой окружают,

Лишь в глубине единственной твоей

Я собираю всех грядущих в стаю!

Сжимая сладко своей тесной норкой,

Ты превращаешь меня в милого червя,

Бог парит над нами птицей зоркой,

А под нами нежно шепчется трава!

Бог над нами опыт свой поставил,

Поместил в закрытый кабинет,

И на столе, и на полу бои без правил

Объединили нас с тобой в безумный бред!

Придуман Богом был несчастный человечек,

И я его потомок, как и он,

То с Создателем ищу безумной встречи,

То в твоем лоне снова вижу чудный сон!

Совокупляемся неистово с тобою,

Заполняем светом полный мрак,

Любой из нас заворожен судьбою,

О, как от страха перед смертью нежен акт!

Смысл бытия мной странно понят,

Я все, что мыслю, то творю,

То зарождаюсь в твоем лоне,

То выношу из тьмы зарю!

С небес и Бог, и ангелы спустились,

Нас окружили вечной тайной в тьме,

А мы в бреду с тобой неистово долбились

И пили водку как в безумном сне!

Моя любимая, обильными слезами

Я укрываю тело твое всё,

Сияет лоно как звезда за небесами,

Его сияние мой образ жадно пьет!

Жизнь жестоко нас съедает,

Мы едим друг друга нежно,

То ли плоть внутри святая,

То ли прах дает надежду!

Напился водки и наелся колбасы,

Исцеловал тебя, любимая, родная,

На окне как флаг висят трусы,

Возвещая всех о входе в кущи рая!

Так хочется бессмертия порой,

Бог в сумраке колдует снова с нами,

Я в твоем лоне как в земле сырой,

Окутан Вечностью плывущей в образ снами!

На ветру влюблялись, проникая

Прямо в Вечность через небо над рекой,

В твоем лоне Вечность, но другая,

Пред которою не властен сам покой!

В своем окне рисую твое лоно,

Почуяв вход в иную дальнюю страну,

А ты с улыбкою и вздохом полусонным,

Меня ласково одела в тишину!

Сколько надо выпить, чтоб уйти,

Сколько проникать в тебя, чтоб сгинуть?

Я чую мертвых, – прах их на пути

Мне дарит лона нежные глубины!

Неумолимо я тебя целую,

Рисуя в комнате божественный экстаз,

Океан спасительной лазури

Проступает в небе через шепот ласк!

Ты говоришь давно уже с ребенком,

Я поглупел с тобой на тысячу веков,

А ты сияешь драгоценною иконкой,

Едва касаюсь твоих нежных островов!

Время от времени я проникаю в бездну,

Но там во тьме не видно ничего,

И только ты вздыхая, плачешь честно,

Ощущая в миг, как тает бытие!

Целую пальцы на ногах, тебя целую,

Поднимаясь очень медленно к губам,

И чую, как под кожей вьется буря,

Вздымая в лоне яро ураган!

Хочу, чтоб на моих останках

Лежало твое нижнее белье,

А в газетах в поминальных рамках

Сияло лоно драгоценное твое!

Ночь, в груди шумит моторчик сердца,

В глубинах лона ощущая свой позор,

Я умудряюсь в доброту твою одеться,

Пока еще не гаснет страстный взор!

Года летят, а умирать не хочется,

Я в твоем теле нахожу себе приют,

Шепни мне правду, нежная пророчица,

Нам смерть на блюдечке за ласку принесут!

Я прорываюсь в твое лоно, как прощаюсь,

Заранее с тобою навсегда,

Ибо богов ужаснейшая зависть

Смывает быстро наши лучшие года!

Старея в твоей нежной глубине,

Я чувствую любовь как чудный сон,

Вот так дрожа, я на тебе, а ты на мне,

Мы вместе к Вечности с сочувствием прильнем!

Это сильней меня, с огромнейшим безумием,

Всю жизнь стою у роковой черты,

Ибо в тебе мой разум сразу умер,

А в твоем лоне правишь только ты!

Как обычно, водка, шампанское,

Твое лоно в сладостной тьме,

Вмиг чаруя волшебными ласками,

Ты, мой ангел, кричишь в тишине!

Любовь лишает разума меня,

Как смерть людей лишает жизни,

Спаси всех Бог, любимая моя

Безумной нежностью спасая, тянет к высям!

Блаженство плоти в ее быстром разрушенье,

Что превращает нашу плоть потом во прах,

Вот так, любимая, мы оставляем тени,

И вместе с ангелами шепчем в небесах!

На берегу с тобой сближались неустанно,

А волны с берегом боролись нам в ответ,

Вдруг в твоем лоне засветилась тайна,

Своим рождением венчая сотни лет!

В безумном трепете твоих глубин

У смерти жажду выведать я тайну,

Чую, – из тебя растет трамплин,

Я по нему лечу в грядущее отчаянно!

Рассвет разлился с нежностью из лона,

Меня подбросив птицей в небеса,

И в чуде пламя божьего закона

Раскрыло в душу свои яркие глаза!

Как просто оседает пылью прах

Из объятий наших нежных в пустоту,

Душа уже летит, исчез мой страх,

Я тайны вечной чую остроту!

Нашу тайну сберегают звезды,

И млечный путь окутывает храм,

Им стало лоно твое, и святые слезы

Из божьих глаз мир делят пополам!

Под забором, в пыльной грязи как собака,

Выпил водки и опять проник в тебя,

Горел месяц, я безумно плакал,

Очищала светом слез меня душа!

Наше счастье растворяется в ночи,

Его блеск качают в люльке боги,

И в твоем лоне яркие лучи

С ручьями вместе пробегают по дороге!

Готов сойти с ума и повиниться,

Чтоб о Родине молитву прошептать,

Но ты страстная и легкая как птица,

Нежным лоном даришь благодать!

Давно я поселился в твоем лоне,

И в нежной тьме его богам уж не молюсь,

Пусть ветер прах потом развеет и разгонит,

Мне в наслажденье станет близкой даже грусть!

Любовь и мудрость пробегают как лучи,

Их по лесам разносит быстро ветер,

Я в твоем лоне лью пропащие ручьи,

Из них за ангелами вслед несутся дети!

Мы с милою от водки забалдели,

И глядя, как на нас взирает Бог,

Дрожа и плача, мы друг друга ели,

У ели в сладком лоне нежный слог!

Зажав меня коленями родными,

Ты в сердце разжигаешь свой костер,

Целую лоно, весь в небесном дыме,

Рисую точно вечности узор!

Монах был сед, и дряхл, и грешен,

Еле бродил, молясь с тоской монастырю,

А мы в цветах лежали средь черешен,

Влюбясь друг в друга, и в безумную зарю!

О, Боже мой, как молоды мы были,

И как неистово влюблялись на траве,

Обняв твой стан доверчивый и милый,

Ловил я в нежном лоне души две!

Ничего не требуя взамен, —

Писал поэт еще в безумном веке,

Я ощущаю в твоем лоне, – прах и тлен

Уже немногое оставят в человеке!

Подняться, блин, упасть, опять подняться,

На твоем теле словно акробат,

В спирали пируэтов нежность танца

Из лона приведет в небесный сад!

У черной розы грустные глаза,

Как у любого брошенного зверя,

Я в твоем лоне вижу чудеса,

Но никому из нас живых не верю!

Пульсируют внутри глубины тела,

В тебя я проникаю и ловлю

Тайны мне неведомых пределов,

Моря взволнованно открылись кораблю!

Из всех лучей направленных в меня,

Луч лона твоего меня сжигает,

Часто близкая по ощущеньям тьма,

Тоже с Богом слепит как родная!

Волшебным светом засияло твое лоно,

Когда создали мы с тобой дитя,

Кругом людей уже тьма миллионов,

Но в страсти кружится и кружится земля!

Увы, везде я в жизни чувствую ошибку,

Даже в любви одно безумие и страсть,

Но как малышка вдруг засветится улыбкой,

Так я спешу опять в тебе пропасть!

Невероятен Бог в моей природе,

Тебя почувствовав, не вижу ничего,

Какое чудо в лоне происходит,

В сравненье с ним ничтожно наше бытие!

В тебе есть светлое и доброе начало,

Твоя улыбка освещает целый мир,

Даже малышка вся дрожит под одеялом,

Когда сосет тебя, мой сладостный кумир!

Окунаюсь в нежный взгляд, в твою улыбку,

Брожу с малышкою по берегу Оки,

В волнах в сиянье солнца скачут рыбки,

В исчезновенье чудных лет мы все легки!

Я напою тебя вином, благоуханным

Цветком раскрою губы – лепестки,

И в сердце, в наслажденьях вечной тайны

Мы до смерти будем призрачно близки!

Ты замираешь вся в трепещущих объятьях,

И нежно сладко стонешь, как поешь,

И звезды вздрагивают на небесной глади,

И в тьме скрывается несчастной жизни ложь!

Подброшу тебя в небо и поймаю,

Раздвину ноги, плечи обниму,

И в твоем лоне в постиженье тайны

Я буду предан сказочному сну!

Дожди, тоска, и ты, моя родная,

Снова где-то вдалеке,

С малышкой грежу, призраком летаю,

Весь образ твой держу в одной руке!

Целую только воздух в утешенье,

В беспросветном небе жизнь моя давно

Ловит твои сладостные тени,

Я с твоею тенью пью вино!

С нетерпеньем жду тебя, и обнимаю

По дороге к дому деревца,

Ты как осень голая святая,

Меня оденешь светом нежного лица!

Сияньем грустных лун тоска уж брезжит,

Лист последний с деревца летит,

Лишь в постели окунаясь в нежность

Лона твоего, я чую стыд!

Вдохни в меня огонь безумной страсти,

Нежным лоном освяти мою печаль,

Нам ночное волшебство подарит праздник,

Хоть он на время скроет сумрачную даль!

Качает древо тонкими ветвями,

Я прозябаю в древней тишине.

Но в вечной правде сердца не увянет

Цветок любви тебя целующий во сне!

В зеркальном отраженье ты и я, —

Напоминаем нечто общее в созвездьях,

Наша единственная форма бытия

Из любви всегда создаст себе возмездье!

Что-то вечно происходит между нами,

Мы то сливаемся с тобой, а то летим

Куда-то, где окутанные снами,

Наши тени выстилают в небе дым!

Вверху сиянье скрыто облаками,

Внизу одна плачевная тоска,

И почему мы все оплетены веками,

Лишь с тобой мне вся Вселенная близка!

Малышка держит руку выше солнца,

Садится солнце вдаль за горизонт,

Мы все омыты нежностью колодца,

И в чувствах умываемся слезой!

Люби меня, не можешь, так убей,

Я всюду твоей тенью наслаждаюсь,

Срывая с губ твоих чарующий елей,

В цветущем лоне создаю вновь завязь!

Пью водку, думая о смерти,

И в твоем лоне тени чудные ловлю,

Бог невидимкой веет над пороком тверди,

Слагая пары к вечному нулю!

Нет области, в которой бы я не был,

Пусть даже мыслью, иль какой-нибудь мечтой…

Тоска бежит с дождями в смутном небе…

Себя я вижу вновь с тобой!

Как сладостно обняв твои колени,

Плыву я мыслью по теченью чудных лет,

Задумавшись, как много поколений

Из лона извлекало вечный свет!

Они сами зарождаются в себе, —

Писал Ламарк об одноклеточных созданьях,

А мы с тобой, любимая, в траве

Зарождаемся от сладостных слияний!

Бог одним толчком нас оживил,

И динозавров умертвил всем нам во благо,

А я, любимая, истратил много сил

Из-за того, что ты бесстыдна так, и нага!

Глупы философы, но до какой поры,

И почему вокруг себя ничто не видят,

Вот и я внутри твоей норы

Наслаждаюсь собственным открытьем!

Бог сделал нас, мы сделали его,

В результате получился хаос,

Любимая, раскрой все естество,

Пока еще желание осталось!

Мы долбимся с тобой, пускаясь вдаль,

Как птицы внутри вечного полета,

Зачем дал Бог глазам печаль? —

Одетый в чувства, себя чую идиотом!

Бог просто вынудил меня в тебя войти,

Для приумноженья поколений,

Я вновь придерживаюсь скорбного пути,

Ощущая сладость истеченья!

Мы истекаем из себя до дальних звезд,

Из лона выпрыгнув в глубины мирозданья,

– Ну, вот, нажрался водки, и понес, —

Ты мне шепчешь в сонном обладанье!

По ощущеньям мои годы во Вселенной

Равны мгновениям прожитых Богом лет,

Но лишь с тобой изведав нежность постиженья,

Я с блаженством поглядел на божий свет!

В праздник люди собираются в стада,

И кричат как будто обезьяны,

А мы с тобою в чаще, как всегда,

У природы в лоне чуем тайну!

Потребность тебя видеть равна жизни,

Убери тебя, я тут же пропаду,

Или как монах в безумных мыслях

Буду Богу плакать на судьбу!

Нет области, в которой бы я не был,

Пусть даже мыслью, иль какой-нибудь мечтой…

Тоска бежит с дождями в смутном небе…

Себя я вижу вновь с тобой!

В дрожанье лун твоих и лона

Я обретаю храма свод,

Над нами ангел пролетел по небосклону

И Бог молчит, скрывая тайну в тьме высот!

Ни в грядущем, и ни в прошлом, – мы не знаем

Откуда и куда дано идти,

Лишь в твоем лоне скрывшись, дорогая,

Существованья ужас спрятал я в любви!

Я мог бы Бога воспринять всерьез,

И даже Смерти мог бы поклониться в ноги,

Но с тобой в благоуханье нежных роз,

Как и в тьме лона твоего молчат все боги!

В божественную сказочную ночь

Слилась со мною ты, моя колдунья,

Не в силах сам себе помочь,

Я все отдал тебе и в твоем лоне умер!

О, моя милая, родная, не чужая,

Опять раскрыла свой безумный грот,

Мой призрак нежным светом отражая,

Глубокой дрожью даришь тьму высот!

О, сколько лон познал я в наважденье,

Несчастный странник в сумраке ночи,

Но лишь в тебя в божественном стремленье

Струил грядущего бессмертия ручьи!

Я себя не знаю, – это точно,

Бог невидимкою глядит в мое окно,

Зато как лоно твое сочно,

Навек исчезнуть в нем мне суждено!

Тенями люди пролетают мимо,

Из сотни тысячи увиденных людей,

Только ты рисуешь нежные картины,

Омывая лоном глубь моих страстей!

Свет лона твоего еще не гаснет,

Но в уголках безумных глаз лежит черта,

Определяющая жизнь как сон так ясно,

Что чуешь тени, потерявшие тела!

Страсть ласкать тебя невероятна, —

Бог совершает всех времен круговорот,

Лучи в листве на нас бросают пятна,

Сияньем тел мы зарождаем наш уход!

Целуя лоно, тихо наслаждаюсь

Твоим безумнейшим мычанием в ответ,

В телах горит отчаянная жалость,

С желаньем замереть в сиянье лет!

В сокровенном лоне нежно умираю,

Бог соединил нас навсегда,

На года сияющие в рае,

Что мы с тобой впустили внутрь себя!

В безумных снах с дождем и снегом,

Вблизи увянувших ветвей,

Я вновь искал себе ночлега

Внутри красавицы своей!

Я – биоробот, дорогая,

И 7 грехов – 7 признаков моих,

А в твоем лоне и с мечтой о рае,

Я понимаю. что наш Бог такой же псих!

Несчастных мертвецов закапывают быстро,

А еще живу, люблю тебя и пью,

Гляжу в глаза твои и думаю, что жизнь-то

Вся держится на том, чтоб делать «ай лав ю»!

Гордыня человека очень мнима,

Сейчас люблю тебя, а завтра я мертвец,

Вот и в делах людей безумная картина

Лишь подтверждает мысль, что всех нас ждет конец!

Наука достигает апогея,

Мы все хотим найти тебя, Господь,

Мне шепчет милая: Несешь ты ахинею,

Неужто разум твой съедает плоть?

Не делай зла! – звучит рефрен в веках,

Но я люблю тебя, жену свою, и что же? —

Неужто смерть так совершенна и легка,

Если истребляет нас, ничтожеств!

Не забывайте, не Господь нам разум дал,

А тот, кто рангом был поменьше,

Так что никто из нас не идеал,

И уж, конечно, я разящий женщин!

«Смерть грехом вошла в мир, и от греха каждый погибнет»

из послания апостола Павла к коринфянам

Из лона твоего стрела летит,

И глубоко пронзает мое сердце,

Глаза от счастья лезут из орбит,

Так от греха – от смерти никому не деться!

Господь вчера еще обманывал людей,

Водил по раю и скрывал их разум,

Вот отчего любя тебя сильней,

Пускаю в твое лоно семя сразу!

С тобой я добиваюсь мощи славы,

Ибо люблю тебя до вечной глубины,

Откуда люди возникают для забавы, —

Чтобы богам их бездны были не страшны!

Небо непременно покарает

С молчаливого согласья Бога нас,

Но даже после смерти с тобой в рае

Мы повторим сближеньем душ экстаз!

Есть сила духа, а есть сила плоти,

То и другое нас всех делает людьми,

Вот и мы с любимой на природе

Приумножаем прах грядущими детьми!

Мой разум невесом в твоих объятьях,

И в лоне у тебя душа слепа,

Но чуял я, как Бог нас нежно гладил,

Шепча, что не в гробах лежит судьба!

Сокрушаю твое лоно нежной силой,

Заполняя вечным семенем тебя,

Только ты была и будешь милой,

Через тебя лежит в бессмертие тропа!

Из лона лестница ведет меня на небо,

Я из тебя по ней взлетаю, как в бреду,

И вижу, яркий свет мой образ слепит,

Сближая с образом твоим в хмельном саду!

Путь дурака иль ключ к прозренью,

Всю жизнь ищу я вариант,

Но ты мне лоном с наслажденьем

Мир закрываешь точно Кант!

Широта, безмолвие, покой,

Я в твоем лоне ощущаю Вечность,

Вместо крыла маша одной рукой,

С тобой я трогаю бессмысленные вещи!

У Бога я давно несчастный пленник,

Лишь в твоем лоне оживаю я легко,

Предвидя в тьме его все наше тени,

Что зарождаются и рвутся в бытие!

Бог сделал тебя девочкой прекрасной,

И зрелой девой сделал для меня,

У лона твоего в безумной власти

Реальность вряд ли отделишь от сна!

Люблю тебя, что делать, Боже,

Из лона нить в грядущее тяну,

И сколько бы мгновений в нем не прожил,

Твоя сказка озарила светом тьму!

Гармония в душе, а что на небе? —

Я в твоем лоне счастье нахожу,

Лишь придыханье смерти меня треплет,

Жизнь приближая вмиг порывом к миражу!

Прими участье в жизни, если можешь! —

Во сне я видел божий транспарант,

И таял между двух прекрасных ножек,

Тебя вздымая как покорный сну атлант!

Нет моей памяти покоя, чуда снам,

Но ты меня обнимешь, и проснусь я,

И с тобой выйду к самым светлым дням,

Одеваясь позже с темнотой в сочувствье!

«Не ищите черной кошки в темной комнате. Ее там нет!»

Китайская поговорка

Две мои жены, две черных кошки,

В темной вечности никак их не найти,

Возникли словно чудо на дорожке,

Деля собой ее на две земных тоски!

Когда приду я в Вечность? – Бог молчит,

Ты страстно дышишь подо мной, и ночь светлеет,

Все живое в тайне прячет стыд,

Будто разум в тьме ласкается с идеей!

Проник я через лоно твое к Богу,

И Бог схватил две капли наших тел,

Из них вновь создавая капель много,

А я с тобой уже в тьму Вечности летел!

Стаканчик водки и кусок селедки,

Ты совсем голая как яство на столе,

С тобой на нем качаюсь точно в лодке,

Из лона в небо свет бежит по вечной мгле!

Два ангела пришли за мной, а ты

Шепталась с Богом о моей стихии,

Жена собрала старые мечты,

Окно в грядущее дарило вас, родные!

Приехал в ночь, один, на старый холм,

Здесь на холме тобой владел я страстно,

Река внизу текла, и в шуме волн

Из тьмы времен сияло наше счастье!

Пожалейте старую собаку,

У нее ни дома, ни жилья,

Вот и я сейчас, тоскуя, вдруг заплакал,

Между тобой с женой себя деля!

Жизнь пополам сложилась как страница,

Я в твоем нежном лоне дом свой разыскал,

Так из дупла в лесу воркует птица,

Обозначая сладким пеньем идеал!

По скользкой по заснеженной дороге

Я ехал в дальние и вечные края,

И на снегу любил тебя, раскинув ноги,

Где исчезала в дымке молодость моя!

Малышка полосами жизнь рисует,

Что ни полоска, то какой-то человек

Возникает, будто веточка в тьме бури

Совершает в Вечность тайный свой побег!

Как и другие буду я положен в гроб,

Как и другие наслаждаюсь в твоем лоне,

И только в глухой тьме вдруг бьет озноб, —

Что взял от жизни я, что в этой жизни понял?

Муравей передо мной, а я пред Богом,

Ничтожность наша равнозначна точно тьма,

И лишь от лона твоего так много прока,

Словно людей творит там вечная весна!

Прибит к земле ветрами грустный полдень,

Но мы с тобой лежим в сыром снегу,

Кругами Бог по лону в тебе водит,

Еще ребеночка с тобою изреку!

Угол жизни, угол мироздания,

Угол очень теплый и сырой,

Угол лона твоего в миг обладания

Дарит с нежностью гармоний светлых строй!

Малышка бегает по мне, и странно в мыслях

Вдруг ощущается упавший в землю прах,

И грусть ее вблизи ушедшей жизни,

Созревшей девы вместе с тайной в облаках!

За окном царит тоскующий простор,

Мы едем в лес, чтоб на снегу в нем слиться,

Нас разогреет страсти злой костер,

Огнем любви озолотятся наши лица!

Бог разумеет жизнь, а я тебя,

И ничего к глазам безумным не прибавить,

Из лона нежного плетется вдаль борьба,

Рождая смертных к их мгновенной славе!

Нет счастья на земле, оно на небе,

Но в твоем лоне ощущая страсти высь,

Мне кажется, любая в мыслях небыль

Осуществляется везде как наша жизнь!

Опрометчиво несусь я по дороге,

В твоем лоне опрометчиво тону,

С какой же скоростью создали землю Боги,

Если все живое тянется ко сну?

Немногое я знаю в этой жизни,

Даже себя не зная, сгину я,

Но в твоем лоне, как и в поднебесной выси

Изведал тайный смысл внутри нуля!

Жизнь – гора, ты смотришь на вершину,

Только там ты сможешь мир постичь,

Но как добраться, если в лоне сгинул

Твой предок, как и вся земная дичь!

Свалив бумаги со стола, тебя кладу,

И ты так сладко раздвигаешь ноги,

Что тут же склеились тела

И в наших душах заорали боги!

Небо без звезд, туман, осенний дождь,

Мы быстро в грязь свалились из машины,

Нас увлекла с тобой земная ложь,

Из лона в тьму несли нас вечные картины!

Ты постарела так, как будто мир

Сто раз перевернулся в твоем теле,

И лишь в глазах сиянье нежных дыр,

Но в остальном, ты как и все, бесцельна!

Тебя я без малышки кинул в лес,

Мы на листве опавшей страстно задышали,

Холодная вода лилась с небес,

Как символ вечно умирающей печали!

Прижата к дереву мной, словно изваянье,

Ты – голая, светилась тьмой святой,

Ведь в твоем лоне вечные преданья

Переплелись с природой Бога и с душой!

Я буду тем, кем никогда не буду,

В тебе я лишь мгновенье умирал,

И в землю из тебя съезжать так трудно,

Когда в слезах у смерти обнажен оскал!

Любимая, я не учу летать,

Я просто воздух обнимаю со звездою,

И в твоем лоне чуя благодать,

Освещаю тайну вечного покоя!

Все выше задирая твои ноги,

И устремляя взгляд в божественный закат,

Я сочиняю окончанье у дороги,

Ведущей всех в один небесный сад!

Чем больше я играю с Богом в прятки,

Тем с тобой резвее в поддавки,

С нас ведь, смертных, взятки гладки,

Спасибо Смерти скажем, что мы так близки!

Не изменяя свойств земной природы,

Имея в жизни солнце напрокат,

Я в твоем лоне ощущаю вкус свободы,

И мне ближе рая стал безумный ад!

Трактую совесть Бога как закономерность,

С какой мы все имеем чудный взгляд,

Так к тебе продравшись через море терний,

Окровавленный к жене иду назад!

Малышка прижимается ко мне,

Шепчу на ушко ей рожденную молитву,

Ночь за окном, и ты уже во сне,

А мы с малышкой раскрываем в тьму калитку!

Однажды я, переводя Катулла,

Нашел на небе «Вероникин волос»,

В малышке Вечность вдруг улыбкою блеснула,

Даря египетской царицы нежный голос!

Я безнадежен в твоем лоне точно зверь,

Через тебя я к тайнам жизни прикасаюсь,

Но в этой нежности скрипит земная дверь,

За которой крест и холм, и чья-то жалость!

Какая даль, пронзив святой тоскою,

Вдруг вознесет меня с тобой на небеса,

И твое лоно с моим сном обвив покоем,

Сердцам подарит вместе с Богом чудеса?

Увы, но к жизни интерес мой часто тает, —

В тайне истина, пробраться к ней нельзя,

Лишь ближе к лону твоему с безумной стаей

Чувств озверевших Бог крадет меня!

Я не надеюсь, но молчу и тихо плачу,

В твоем лоне тает тонкая свеча,

Виденья давних лет струят удачу,

Но как остаться внутри нежного луча?

Я пришел сюда, чтобы уйти,

Обнять тебя и сразу раствориться,

Любовь оправдана бессмертием в пути,

А мы все носим словно маски лица!

Бог во тьме ночной мне шепчет: Ты умрешь!

А мы с любимой в чаще крутимся как белки,

Ощущая сердцем, как земная дрожь

Вращает бешеным сознаньем наши стрелки!

Смысл в тьме Вселенной найти область для рассудка

Ясно выражен лишь детскою игрой,

И мы как дети в нежной схватке дышим жутко,

Остро чувствуя божественную роль!

Бог приказал меня оставить,

В смысле, – дать еще пожить,

Я снова в твоем лоне точно Авель

Держусь за призрачную нить!

На небе снова пятна, то есть тучи,

Несут то дождь, то изморозь, то снег,

Но с тобою в джипе зверем всемогущим

Я дарю потомкам новый век!

Есть в лоне тайна вечная, по смерти

Наши тени через тайну вдаль плывут,

А вы, что остается ждать на тверди,

Не верьте вместе с Богом в страшный суд!

Не так уж страшен черт, – его малюют

Не в наказанье нам, а в торжество,

Вот и в лоне у любимой чуя бурю,

Я любовью усмиряю естество!

Любимая, прибавь немного силы,

Я в твоем лоне уже чувствую огонь,

Что доведет нас вместе до могилы,

О, Боже праведный, крылат твой вечный конь!

Тени шепчутся в потемках у кладбища,

Здесь я с милой в горстку праха превращусь,

Только души наши что-то в мире ищут,

Неужели, Бог, извечной будет грусть!

Люблю любимую, глаза в нее вонзаю,

Вслед за глазами в лоно зверем захожу,

Шепчу: О, нежная моя, святая зая!

А она в ответ: Сейчас рожу!

Роди любимая мне тысячу детей,

Прибавь к ним тысячу еще, а мне все мало,

Вот как сердце полыхает в тьме страстей,

Твое лоно всей Вселенной обуяло!

Допустим, Бог, любимая, нас сделал,

Чтоб мы с тобою делали детей,

Но для чего дал красоту такую телу,

Неужто, чтоб сожрать огнем страстей?

Если я – ошибка Бога, то ты – тоже,

Над нами просто опыт проведут,

Дадут пожить, понаблюдают осторожно,

И дело сшив, направят быстро в суд!

Из всех частей интимных твое лоно

В сравнении с другим святой сосуд,

Не даром же я так в тебя влюбленный,

Людьми наполнить его, не сочту за труд!

Тьма кругом, блин, вечная помеха,

А в твоем лоне блещет благодать,

Бог наслаждаясь нашим временным успехом,

Уже могилы начинает нам копать!

Дурак – я, жизнь ценю, но не за деньги,

Лишь в твоем лоне забираясь в чащу тайн,

Я ощущаю в небе вечные ступеньки,

Ведущие нас к Богу в светлый рай!

Я знаю, тьма безумных катаклизмов,

Землетрясений, бурь, разгневанных ветров,

Нас опускает в лоно пессимизма,

Но в твоем лоне исцеляет вновь любовь!

Засохший кактус на окне, бутылка водки,

Твоя улыбка с нежном лоном на столе,

Зима за осенью всем омрачает сводки,

А нас любовь сварила в огненном котле!

На полу с тобой разнежились зверьками,

Бутылка выпита, Бог за окном молчит,

Вот так вся жизни промчится жаркими деньками,

В могилах тени будут молча прятать стыд!

На полуостровах твоих бровей,

На нежном круглом крае подбородка,

Страсть моя как ветер жаркий веет,

А сам я в лоне уплываю точно в лодке!

Прикоснувшись к твоим сладким ягодицам,

Я уже не слышу сам себя,

Словно я в живое тело превратился,

И теперь ты – это то же, что и я!

Не раболепствуя перед тобою,

Не постигнув смысла – цели бытия,

Навек бы слился с милой всей душою,

Но только знаю, Бог, что ты не я!

На мир гляжу с безумным восхищеньем,

Я снова водки выпил и тебя обрел,

Но в твоем лоне повстречался с ощущеньем,

Что повторением своим трагична роль!

Без всякого труда тобой захвачен,

И лоном твоим сладостным пленен,

Дурак – я, всегда радуюсь удаче,

Тогда как жизнь проходит быстро точно сон!

В избытке силу трудно сохранить,

Когда любимая волнует своим лоном,

Когда из лона сладостная нить

Затягивает внутрь безумным стоном!

Я пойман Богом и твоим прелестным лоном,

В которое меня он заковал,

Но перед кем мне в жизни быть виновным,

Если всех зацепит Вечности оскал!

Я с Богом спор веду, и с водкой, и с тобою,

Я водку пью, потом тебя люблю,

Здесь все пронизано желанною борьбою,

После которой жизнь равняется нулю!

Я пользу приношу тебе с женою,

И вред такой же вам всем приношу,

На равных с Богом я обманут тишиною,

Кто бы во мне не умер, я еще дышу!

Что заставляет меня жить всем напоказ,

Мысль о том, что ничего уже не будет?

Только Бог один запомнит наш экстаз,

В нежной чаще закружившуюся бурю!

Не воздам я Господу хвалу,

Даже за прелесть тела твоего,

Он нас создав, свалил в одном углу,

Чтоб с прахом в точности смешалось бытие!

День за днем гляжу на небо,

День и ночь тебя люблю,

Дал Господь вина и хлеба, —

Море снится кораблю!

Как волшебник сказкой наслаждаюсь лоном,

В глубине твоей рассеиваю грусть,

Бог из тьмы опять глядит хамелеоном,

Как жаль, что я к нему лишь прахом прикоснусь!

Я в жизни сделал очень важное сужденье,

Глотнув водки, взмыв с тобой на небеса,

В программе Бога есть ошибка с наважденьем (сна вожденья),

Сама собой программа лепит чудеса!

В действительности я не только не был,

Ни сном, ни духом я не значился нигде,

Лишь из лона твоего взойдя на небо,

Безумной мыслью переплюнул бытиЕ!

О прожитом память на века

Остается, – думал Цицерон,

В твоем лоне сладость глубока,

Но рождение всегда несет урон!

О призрачных границах зла с добром

Писали все философы не раз,

Я в твоем лоне чувствую нутром,

Как нас обманывает Богом данный глаз!

Я не такой как все, я – псих и наблюдательный,

То в твоем лоне вижу чудный сон,

То записавшись вдруг в поэты и в мечтатели,

Пишу в раздумьях сладостных о нем!

Твое лобзанье очень необычно,

Во тьме прильнув к нему меж ног моих,

Одним дыханием поешь небесной птичкой,

А я к нему тебя ревную точно псих!

Из разума выскальзывает правда,

Себя ничем здесь невозможно оправдать,

Лишь с твоим лоном удаляясь в лес от стада,

Спешу почувствовать земную благодать!

Нежность не порок, а благоденствие,

И какой от грубости всем прок,

Целуя тебя, пребываю в детстве я,

И в раю бываю только между ног!

Бог насупившись, склонился среди полночи,

Я в твоем лоне наслаждался тишиной,

А он шептал, что мы с тобою сволочи,

Живем как ящеры в пещерный мезозой!

Я бы вступил в божественную партию,

Но только с твоим лоном и с тобой,

Ведь ты в любых местах азартная,

И все время рвешься только в бой!

Ума лишен, тебя, и просто света,

Ты вроде рядом и так страшно далеко,

Но я как одинокая планета

Тебя чувствую везде и глубоко!

Любимая, я видел в твоем теле

Существ невидимых следы,

Они в тебе бродили, в самом деле,

Когда я рвал в твоем саду плоды!

Яркий свет в глаза бьет с небес,

Я к земле прижат твоим телом,

В нежном лоне как ангел воскрес,

Это Бог на миг сказку сделал!

Бог не дал нам познать мир вещей,

В наших чувствах сплошные изъяны,

Только в лоне бессмертья ручей

В век грядущий несет свои тайны!

Не водка мне излечивает душу,

А ты рождаешь заново меня,

Даже без водки не устану тебя кушать,

Сила философа в любви, а ум – фигня!

Увы, но нам в противовес

Всегда рождаются другие,

Я чую как из лона град чудес

Несет с собою вечную погибель!

Безумный хаос вечной ночи

Нас точно бездна поглотил!

Когда ты пьян, ты очень точен

При описанье нежных сил!

Любимая, тобой я овладел,

Как будто мудростью всевышней!

Ну, что ж, в сиянье голых тел

Мужская правда не бывает лишней!

Само сиянье лона твоего

Подсказывает мне такое слово,

Что лишь сказав его, весьма легко

Я проникаю сущностью в основу!

Опять я жду в ночи соизволенья

Благодати божьей, чтобы вдруг посметь

Из лона вырвать яркое мгновенье,

Безумным образом притягивая смерть!

Хочу я спать и больше ничего,

Обняв тебя, зарывшись носом в груди,

Во сне и в лоно проникать легко,

Ощущая как в нем возникают люди!

Привычка – вторая натура,

А секс притупляет боль,

Лишь в лоне твоем точно бурей,

Судьбою в прах брошена роль!

В обширном проникании в тебя,

Я с жалостью гляжу на наше время,

Роли расписаны, программа такова,

Что мы умрем, посеяв свое семя!

Сколько времен несчастных и людей,

Бог вечно спрятан сокровенной тайной,

В кругу магических идей

Я в твоем лоне оказался не случайно!

Бог стоит за нами всюду,

Даже в роще на сырой траве,

Туман как будто саван блуду,

Лишь ты и я, у Бога капли две!

Игрою тела твоего обезоружен,

Я вытираю молча слезы у жены,

Потом к малышке рвусь на ужин,

Разве можем быть мы Богом спасены?

В утешенье умирающим есть звезды,

Они мерцая, гаснут тоже в темноте,

Любя тебя, я извлекаю слезы,

Словно людей бредущих вдаль по пустоте!

Ты – светлый образ, ты – сиянье жизни,

Ты – мать, заступница детей,

Касаясь лона твоего, я в нежной мыслях

Ловлю твое дыхание везде!

В прекрасной дреме благостного леса,

Лежали мы, сливаясь в тишине,

Во все века одна и та же пьеса

Происходила словно жизнь во сне!

Одень, укрой меня любовью,

Ослепи дыханием своим,

Смешаем наши чувства кровью,

Из одного огня мы в вечность полетим!

В осуществленной вечности живу,

Чувствуя как время в тьме сгорает,

Однажды лишь проникнув в синеву

Любви и неба, думаю о рае!

Ложь всюду наполняет тайну жизни,

Ибо не зная истины, все лгут,

И лишь в одной необозримой мысли

Я смог бы оправдать наш вечный блуд!

Неумолим в своем ущербном постоянстве,

Я в твоем лоне умираю и живу,

И остро ощущаю, что нет шансов,

Ибо любовь всегда рождается из двух!

Часть 33. Ты мной освящена, а я тобой

Колышется земля под страстным небом,

И ты в своем безумье подо мной,

Неужто Бог от всех любви потребовал,

Чтоб заполнить нас грехами и виной?

Кто я такой? – Несчастный биоробот!

Бог создал тебя, клонировав меня,

Но я узнал, он миг один бывает добрый,

Если нас на миг связала глубина!

Бог поражает нас безумием, а время

Над прахом со спокойствием течет,

Раскрылось лоно и пропало семя,

Уже спешит исчезнуть в нем другой народ!

Мир, – вполне, искусственное чудо,

Мое искусство в том, что овладев собой,

Тобой владеть, не грянет смерть – покуда —

Путь не раскроется вдали иной судьбой!

Ты мной освящена, а я тобой,

Мы все освящены друг другом,

Родная в нежной святости любовь

Всю землю поглощает вечным кругом!

Из-за тебя с женою, милая, подрались, —

Конечно, она била, я терпел,

Вот так любовь и вспыхнувшая ярость

Вдруг встретились в слиянье наших тел!

С тобой пил водку у костра,

С женою пил вино и пиво,

Неужели Божья мать ко мне добра, —

И я могу быть хоть немножечко счастливым?

В уменье действовать в постели,

Тебе, любимая, никак не отказать,

Ты так конкретно поражаешь своей целью,

Что тут же получаешь благодать!

Говори, любимая, всем телом,

Твое молчание важнее любых слов,

Лишь в твоем лоне я могу бессмертье делать,

Наш род продлив в сиянии веков!

Веду жизнь умеренную, трезвую,

С тобой водку пью во тьме лесов,

И с нетерпеньем жду, когда исчезну я

В твоем лоне, где колышется любовь!

Делай любовь, не обещая нежных чувств,

Их вызовет само проникновение,

Еще слиянье наших сладких уст,

И твое лоно с тьмой безумного волнения!

Бог нас ведет куда-то далеко,

Тишина в покое старенькой Вселенной,

Лишь в твоем лоне чую глубоко

Сиянье нашей жизни драгоценной!

Я забираюсь в вечность страстными рывками,

Я в твое лоно нежное одет,

А что потом? – Один холодный камень

Ознаменует свет прожитых нами лет!

Люблю жену, – ее жалею,

Тебя люблю и яростно долблю,

Бросая в вечность дикую идею,

Что все живое рвется только в глубину!

Уподобляюсь всем, кто страстно чует

У женщин глубину нежнейших лон,

И сам, рождая в твоем лоне бурю,

Осознаю, что счастье нам несет урон!

Программа Бога такова, что мы здесь временно

Обучаемся растить в сознанье свет,

Вот отчего люблю тебя беременной,

Ибо в мгновении одном тьма наших лет!

Если все в природе существует

По воле нашего могучего Творца,

Тогда и ты мне нежным поцелуем

Говоришь о смерти от его лица!

Бог смоет с меня грязь позора,

В час смерти перед всеми буду чист,

Лишь у любовницы с женой возникнет ссора,

Ибо от горя будут обе пьяны вдрызг!

Может быть мы останемся где-то,

Хоть в мерцании гибнущих звезд,

Иль в ветрах, захвативших жар лета

С нежной сладостью тающих грез!

Мое деление себя на две семьи

Ужасно, просто дико раздражает,

Но в твоем лоне нежные ручьи

Сладко шепчут о волшебном рае!

Мечтать*, убивая желание —

Владеть в нежном лоне тобой,

В моих чувствах равно умиранию,

Бог выделил знак мой судьбой!

* Мечтать – меч и тать – убивать мечом!

Моя Совесть* – слово от Бога,

Только я ему не молюсь,

Ибо чувствую, как он сурово

Вырывая из лона, льет грусть!

* Совесть – по славянской азбуке С – слово, О – он – Бог, Весть – ведет.

Слово Божие ведет – голос Божий в человеке.

Тебя имея, сплю спокойно,

А не имея, блею как баран,

Никто из смертных не достоин

Коснуться Бога, его вечных ран!

Во что я верю? В твое лоно? В Бога?

Иль в грустные глаза своей жены?

Веры в моих чувствах очень много,

Но я весь к вечности стремлюсь, в мир тишины!

Мой ум, увы, не лучший инструмент,

И в твоем лоне счастье ведает не он,

Но для чего нас Бог создал в один момент,

И отчего я вижу жизнь как странный сон?

Невероятно в твоих сладостных объятьях

О нашем Боге безрассудно рассуждать,

Ибо в теле как в живой тетради

Расписана святая благодать!

Моя старость где-то за горами,

Но уже совсем не далеко,

Твое лоно нежными дарами

Душу в мрак забвенья увлекло!

Моя воля – Бог в нежнейшем лоне,

Ибо весь я чувствами был в нем,

Космос нас соединил в одном законе,

Жизнь моя и его вечный сон!

У смерти три таинственных черты,

У каждой черточки свое предназначенье,

Я и Вечный Бог, меж нами ты

Рисующая способы забвенья!

Дети подрастают, а мы таем,

Друг в друге, потом в небе и во тьме,

Везде кружат над жизнью мертвых стаи,

И ты сгорая, прячешься во мне!

Господь, избавь меня от травли,

Ибо трудно быть средь недругов собой,

Лишь в нежном лоне и под лунной саблей

Люблю с любимою вести волшебный бой!

Что может быть плохого в нежном лоне,

И отчего вдруг так печалится жена,

Ведь мы с тобой на звездным небосклоне

Урвали миг один из призрачного сна!

Загадка – человек, а я – разгадка,

Вечно пьян от жизни, в небеса стремлюсь,

И в твоем лоне забываясь лишь украдкой,

Несу жене свое терпение и грусть!

Образ Божий в твоем теплом теле,

В шероховатой нежности щеки,

В таинственной и любострастной щели,

Где потомки наши на помин легки!

Душа твоя пребудет в мире вечно,

Как молоко из сладостных сосцов,

Как детский смех, как юность в муках грешных,

Во всем останется прекрасное лицо!

Твоя музыка растет из божьей тайны,

Как знак безумия, а с ним уже греха,

Я в твоем лоне вижу сон необычайный,

И ночь пронзительно Вселенною тиха!

Возможность пользоваться твоим страстным телом,

Сродни тому, что обладать рекой,

Несущей в вечный рай меня умело,

Дарящей позже сладостный покой!

Прошло каких-то девять лет,

И мы с тобой уже совсем другие,

И только лона множественный свет

Извлекает тайну, где живут святые!

Почувствовал я вкус твоей любви,

Всю остроту и яда, и лекарства,

И о чем мне Боженьку молить,

Он души ест, мы естество как яство!

Век уходит, век проходит,

Всюду грустный человек,

Маясь, тянется к природе,

К вечной тьме безумных нег!

Люди мертвые в прозрачной синеве

Плывут над нами молча облаками,

Через них проходит вечный свет,

Нас пронизывая прошлыми веками!

Я в постиженье света с мраком

У Бога многое просил,

Он в твоем лоне дал мне влагу,

Чтоб я всегда лишен был сил!

Что я хочу? Тебя? Так ты со мною,

Мне даришь лоно, в лоне нежный свет,

В темной осени раскрыв себя весною,

Ты помогаешь мне прожить бред чудных лет!

Выхожу из тьмы сквозь твое лоно,

Ощущая вечную печаль,

Бог опять глядит хамелеоном,

Потому что нас ему не жаль!

Бог слушал мои нежные стихи,

И чуял в них любовь твою и ласку,

Поверь, что наши чувства не грехи,

Мы с рождения осуждены на сказку!

Бурным ручьем я омываю твое лоно,

И твое лоно омывает вмиг меня,

И вознесшийся из нас во тьме ребенок,

Тоже чудом выпорхнул из сна!

Дух вознесшийся, и вечной тайны воздух,

Глаза, в которых тысячи огней,

Проливают из глубин небесных слезы,

Чтоб в тебе мой дух пылал еще сильней!

Я водки выпил, закусив тобою,

Мы с тобой губы искусали в кровь,

Малышка пробудилась вдруг с борьбою,

Помимо чуда производит шум любовь!

Помогай мне обо всем забыть,

Я так хочу с тобой куда-нибудь уехать,

Людей безудержная прыть —

Любви и счастью вечная помеха!

Слизнул с щеки твоей соленую слезу,

Опять тебя я быстро покидаю,

И в небе тучи собрались, будто в грозу,

И мысли как снежинки тают стаей!

У Вечности в долгу перед тобою,

Тяну из прошлого сверкающую нить,

На ней слезинки всех, кто вдруг любовью

Пытался путь земной мой озарить!

Убей меня или спаси собою,

Я так устал метаться между вас,

Там жена, здесь ты своей любовью

Вгоняешь меня в бешеный экстаз!

На берегу реки в таинственном затишье,

По дороге к дому от тебя,

Я воздух целовал и делал ближе —

Твой образ – в божестве реки любя!

Врачую рану на себе как зверь несчастный,

Оскал незримой Вечности – веков,

Ибо в нашей бушевавшей страсти

Я ощутил свободу от Его оков!

Мою контору охраняет в мраке тайна,

Мой призрак будет здесь подолгу жить,

Мы здесь с тобой любили не случайно,

Друг через друга вознося на небо прыть!

Бог занавес спустил на наше время,

Но люди не почуяв ничего,

Все также устремляли в лоно семя,

И я с тобой зарылся в наше бытие!

Вблизи Кремля я плыл в твоем нежнейшем лоне,

Вокруг шумел безумный Вавилон,

Дух Азии таджиков племя гонит,

Все люди выбираются из лон!

Звезды падают осенней темной ночью,

Я загораюсь в твоем лоне, в нем звезда,

Суть захватив, мою, бессмертье светом точит,

Творит из воздуха и души, и года!

Стою пред Богом в вечной тишине,

Нашел я у реки святое место,

Здесь призрак твой, моей жены,

И даже прежде похороненной невесты!

Удивительное дело, —

Я тобою поглощен,

Глажу нежно твое тело,

В теле бродит сладкий сон!

Вечность, сука, создана богами,

И мы в одной программе вместе с ней,

Раздуты мыслями, заключены кругами,

Лишь в твоем лоне я избавлен от идей!

На ниточке вся жизнь висит в пространстве,

И ты на мне вздыхала тяжело,

В тот миг, когда я в лоне прикасался

К тайне жизни заключенной тьмой в число!

Как тверд могуч у древа ствол,

Как научился проникать он в небо нежно,

Когда ты голая облюбовала стол,

В тебе я тоже растворился неизбежно!

Пусть заумью дорожат невежи,

Все доктора серьезнейших наук,

Лишь в твоем лоне истиной я грежу,

Избавляясь от придуманных мне мук!

Узнал, – от лжи до истины полшага,

Так выпив водки и упав с тобой,

Увидел свет из середины мрака

Лона твоего был слит с судьбой!

Обожествляю твои нежные колени,

В губах цветенье мая нахожу,

И в ярком лоне сказочные тени

Нас подводят ближе к миражу!

Бог скрылся в тьме перед рассветом,

Он в связке наших тел всю ночь дрожал,

И вознесенный вдаль безумным ветром,

Уже в малютке излучал наш идеал!

Вкус чудной соли дарит твое лоно,

На нежном холмике чуть подросла трава,

Голова увита солнечной короной,

Как сладко стонешь ты, созданье божества!

За тело твое нежное берусь

И сладко проникаю в твое лоно,

А в пруду такой же страстный гусь

Подругу свою нежит благосклонно!

Я изучаю твое лоно всесторонне,

В тебе почуяв ласку божества,

Вот так и звезды на небесной кроне

Излучают с нами тайну естества!

От сладостных кругов твоей груди

Я жмусь уже к кругам, что позади,

И ощущаю, – вечный круг Вселенной

Заключен в пыланье плоти бренной!

Твое лоно в тьме земных обид

Стало мне божественным оплотом,

Ибо забираясь в него стыд,

Вращается в любви земным народом!

В твоем лоне я заплакал на луну,

Ты улыбнулась сладостно в ответ,

Один лишь Бог нарушил тишину,

Грозу рождая из небесных недр!

С женою грустно и тревожно,

С тобою сладко и тепло,

И я, несчастный, осторожно,

Как муха бьюсь об вечное стекло!

Холодный ветер прекращает дуть,

И снег с блаженством обнимает землю,

А я целуя твою сладостную грудь,

Проникая в лоно, тайне вечной внемлю!

Вечность вся объята тьмой разврата,

В печальном отблеске могильной тишины

Мы с тобой найдем цветенье сада,

Но не в раю, а в прахе у стены!

Если Бог на самом деле мним,

То кто создал тебя с таким чудесным лоном,

И отчего в блаженстве диком слившись с ним,

Я чую, ты трепещешь, ангел словно?

Просто офигеть и не проснуться, —

Жизнь моя безумная прошла,

Где-то в лоне милой наши чувства

Еще воссоздают в ночи тела!

Часть 34. Все течет, все движется по кругу

В вечном круге Вселенной

Бог нас с тобою кружит,

И в пламени жизни мгновенной

Прощанием веет наш стыд!

В вечном круге Вселенной

Бог нас с тобою кружит,

И в пламени жизни мгновенной

Прощанием веет наш стыд!

Закопай меня, родная, своим телом,

Наполни сладким молоком свои соски,

Любовью вечной и не знающей предела,

Так, чтоб были мы всегда с тобой близки!

Бог сделал так, что мы его рабы,

И вечно преданы земному вдохновенью,

Как хорошо, что ты во тьме судьбы

Опять мне даришь яркое мгновенье!

Я вывернул сознанье наизнанку,

И почуяв рядом Бога, замолчал,

Лишь ты одна в душе лечила ранку,

Впустив в себя журчание ручья!

Тебя, любовницу, я нежно утешаю,

С женой тревожно под присмотром сплю,

Вы словно камушки, обросшие лишаем,

Приютили одинокую змею!

Вошел во храм с тобой, потом с женой,

И каждый раз, крестясь, шепча молитву,

Я видел Господа в объятьях с тишиной,

Собравшегося с вечностью на битву!

За мои грехи земные

Бог давно простил меня,

В твоем лоне спят святые

Годы нежного огня!

В твое лоно вплел хризантему

И любуясь тобой в тишине,

Написал стихи эти в тему,

Чтоб потом прочитать их жене!

Кто сказал, что я изгой и жуткий псих? —

Я твое лоно сладостно ласкаю,

Еще кричу как трепетный жених,

Закрыв твой ротик чуткими руками!

Все течет, все движется по кругу,

Дожди с ветрами, годы по волнам,

Вот отчего мы так нужны друг другу,

Нас движет время к нашим вечным снам!

Тебя люблю, жену жалею,

И в вас обеих вижу недостатки,

Ибо жизни наши – краткие мгновенья,

А любовь таит в основе беспорядки!

Нас время молча гонит в тьму,

Господь завел свою шарманку,

И я в тебе в слезах тону,

И лоно чую точно ранку!

Ветер рассекает волны речек,

Раскрывает лона нежных дев,

Задувает пламя тонких свечек,

Чувства, разум и желанья всех!

Я змей внутри тебя, я знаю,

Как извивается змея,

Пронзенный вечными лучами,

Я семя лью как вся земля!

Со мной ты сжалась вся комочком,

Щекой ласкаясь ближе к сердцу,

В кроватке с куколкой спит дочка,

А мне бы в лоне вечно греться!

Не зная жизни, двигаюсь в тебе,

Познавая твое лоно, твое тело,

Бог наблюдает нас в таинственной борьбе,

Веками созерцая, что наделал!

Бог пишет письма или мы их пишем,

Как трудно всем понять, что для чего,

Я стал твоей, а ты моею пищей,

Хоть на мгновение нам стало вдруг легко!

У смерти в ее вечно сжатых пальцах

Уже таятся призраки живых,

Я в твоем лоне чудным постояльцем

Вдруг осознал, что я совсем не псих!

Природу Бога в невозможности постигнуть,

Я в твоем лоне тайну ощутил,

И водки выпив, малевал картину, —

Две наших тени в тьме чужих могил!

Ты маленькая, нежная, ты – тайна,

Ты отражаешь собой вечность и меня,

И в любви ты стонешь как перед прощаньем,

Словно предчувствуя прилив земного сна!

Восток и Запад трудятся веками

За то, чтобы друг другом обладать,

Но без усилий я раскрыл тебя губами,

И вот теперь ты счастлива как мать!

Мое незнание в основе сотворенья,

Как твое лоно в таинстве любви,

Это Бог задал нам уравненье,

Как смешать 2 капельки крови!

Мы двигаемся, значит, есть причина,

По которой существует вся земля,

Даже я – несчастная скотина

Это знаю, проникая внутрь тебя!

Ни тебя не забыть, ни её,

Как же быть, если в нашем столетье

Повторяется то бытиё,

Что ушло к ощущению Смерти?

У Бога под вечным присмотром

Мы – роботы жаждем любви,

Полюбим и свалимся гордо,

Исполнив мечты не свои!

Я тот, кто ищет, но не сможет

Смысл этой жизни отыскать,

Ведь я не раз с тобой на ложе

Со страхом чуял благодать!

За благом зло, – мир в превращеньях,

Раскрыто в тьму судьбой окно,

И Бог с безумным ухищреньем

Мной всю тебя пронзил давно!

Что мы с тобой увидим перед смертью,

Ужас вечности и Бога в пустоте?

Любимая, целуй меня, чтоб сердце

Любовью грело нас в холодной темноте!

Образ вместо образа, рожденье вместо смерти,

Как мы с тобою сможем в царствие войти,

Ведь долбимся, безумные, с  усердьем,

А Бог стоит, как призрак на пути!

Напился водки и лежу средь мира,

И в твоем лоне нежно царствую с тобой,

Душа из плоти вдруг выскальзывает сиро,

И в тайне спор ведет с воинственной судьбой!

С тобой, с богиней я как будто,

Все твое лоно для меня,

И солнца свет, и нежность утра,

Жаль, это всё проглотит тьма!

Бог сидел на краешке обрыва,

Я с ним во тьме таинственно молчал,

Ты снова лоно зачесав нетерпеливо,

Напомнила, что ты – мой идеал!

Куда-то вдаль уносит мои мысли поезд,

Хотя с тобой мы остаемся здесь,

Послушай, Бог, как наша совесть

Из лона в небо посылает весть!

Свет от людей разбрызгивая в вечность,

О чем подумал наш чудесный Бог,

Ведь я в тебя струящийся беспечно,

Уже навек останусь между ног!

Привычка сладостно долбиться —

С тобой – забыв про все на свете, —

Вмиг озаряет счастьем лица,

Но и счастливых в тьму уносит ветер!

Ты беспощадно ощутима и телесна,

Нас в миг божественный связала тишина,

О, как в твоей прелестной норке тесно,

Прости мой грех, несчастная жена!

Наш путь в безумном беспорядке сложен,

Повсюду хаос царствует в судьбе,

И только меж твоих прелестных ножек

Я предаюсь вполне осмысленной борьбе!

Наши тени в звездах яростно долбились

Всю ночь в журчанье сладостной реки,

Так вымокли, что ощутили, – крылья

Поднять не могут с нами мотыльки!

Спрошу малышку о бессмертье жизни,

И верю, – она чувства превратит

Своей улыбкой в озаренье мысли,

Летящей к звездам от земных орбит!

Первые станут последними

В цепочке таинственных дней,

Любимая, славься мгновеньями,

Потом будем в царстве теней!

Если будем живы, – не умрем,

А умрем, так снова будем живы,

В твоем лоне видел вечный сон,

Излучающий безумные порывы!

Как плод на ветке, свет на небе, —

У Бога жизнь есть вечное кино,

Все мы пропав, ему из мрака светим, —

Я ощущаю то, что мы с тобой одно!

Ем мертвое в тебе и оживляю,

Из праха светит благостная жизнь,

И вдруг собака своим злобным лаем

Заставляет нас покинуть нашу высь!

Мы просто дети нашего Творца,

До самой смерти мы с тобою дети,

Даже проникнув в пламя сквозь сердца,

Мы с грустью ощущаем вечный ветер!

Мы упали на добрую землю,

Закатившись в чащу любви,

И проникнув друг в друга, мы дремлем,

В ожидании смерти и тьмы!

Господь сказал: вы переделали друг друга,

Росли и умерли, и возвратились вновь,

И повторяя очертаньем вечность круга,

Уже в бессмертие внесли свою любовь!

Удивлен, потрясен лишь тобою,

Не устану в тебе смысл искать,

Ибо в лоне твоем я с любовью

Чую к смерти Бог дал благодать!

Что обретаю я в тебе, а ты во мне, —

Пролетает как песок сквозь наши пальцы,

Царство в небе точно сон во сне,

Нет, не напрасно люди молят Бога: Сжалься!

Имея лоно, ты умеешь ощущать

Мгновения пронзительных беспамятств,

Но то, что люди называют благодать,

На самом деле умирающее пламя!

Когда я оказался в твоем лоне,

Что делал я, – я позабыл,

Лишь тишина в покое прах наш тронет,

И потомки закричат в тот миг, как мы!

Сколько бы часов не билось в жизни,

Мое сердце для тебя одно,

В твоем лоне я взлетаю к высям,

Даже зная, что разбиться суждено!

Бог стрелял в нас грозными словами,

А мы долбились в нежной тишине,

От поцелуев с окровавленными ртами,

Мы даже осенью орали как в весне!

Приладил к милой естество,

И так ее в ночи взлелеял,

Что деревца простясь с листвой,

В хмелю разделись всей аллеей!

И фигли делать, если мне

Бог дал тебя и твое лоно,

Кучка детей словно во сне

За миг рождается от стона!

Я к древу прикоснулся, ты нагая,

Вмиг древо обхватив, ввела в себя,

Мы раскричались словно птицы над лугами,

Чувствуя, нас склеила судьба!

В осеннем мраке холод и тревога,

А в твоем лоне сладко и тепло,

И чувствую, как светлая дорога

Под Богом к смерти катится легко!

Нежная вечность в сумраке тела,

В тьме лабиринта, где все возникает,

Вот отчего я на снеге белом

Счастье рисую с тобою, родная!

Наводят грусть твои бесстыжие глаза,

Но в осенней луже телом обладая,

Вдруг под дождем я ощущаю чудеса, —

Ты их сама собой творишь, моя родная!

Раскрыл я дверь в тебя, весь в ощущенье цели,

И чую, – Бог впустил меня сюда,

Чтоб мы с тобою после улетели,

Уже другим даруя лучшие года!

Где правда жизни, скрыта она в чем?

Обняв тебя, я задаю вопросы,

Бог навевает бесконечный сон,

А я в лоне едва чую смысл угрозы!

Сколько не дари любовь, – исчезнет, —

Из лона нежного за мною вслед дитя,

Мы все окажемся в одной бескрайней бездне,

И даже те, кто жил играючи, шутя!

Пишу, пытаясь видеть чудо,

И в твое лоно также нежно захожу,

Неужто и во мне живет Иуда,

Вину несущий Богу-миражу?

Заклинаю тебя жизнью, дай мне в лоне

Остаток дней несчастных провести,

Ведь в вечной тишине никто не тронет

Красу твою, и Бог желает нам цвести!

У Бога в особом почете,

И в лоне как призрак живу,

Весь я с тобою в работе,

В прах истёр документов листву!

Как сладко, ведь душа моя сегодня

Посетила в тишине волшебный храм,

Под небом мы с тобой вполне достойно

Делили наше счастье пополам!

Шепчут волны в нежных снах любви,

Бьются в страстном диком исступлении,

На земле мы места не нашли,

Но друг в друге мы нашли спасенье!

Господь помиловал меня, дав мне тебя,

Теперь слезами твои ноги обмываю,

Даже в гробу лежать – несчастная судьба

Меня как смертного нисколько не пугает!

Дай Бог тебе, любимая, здоровья!

Заклинаю Бога и прошу,

Водки выпил, расписался кровью,

В общем, устроил бесполезный шум!

Я думаю, что зло необратимо,

И всюду следуя за нами и в судьбе,

Оно проходит, и всегда не мимо,

Вот отчего я хоронюсь в тебе!

Нет скорости у крейсера «Авроры»,

А у меня нет скорости брать жизнь,

Я в твоем лоне прячу свои взоры,

Мне ближе вечной суеты мгновенья мысль!

Уже с тобою очень долго не был,

Зато обняв тебя во тьме, тобой дышу,

Но ощущая в тебе нежность рая с небом,

Я чую смерти острый жалостный прищур!

Еще чуть-чуть и будет очень грустно,

Подул уж ветер в тьме по берегу Оки,

Тебя целуя, и взлелеяв чувства,

Вдруг ощущаю, что мы в смерти не близки!

Что делать мне, покаяться пред Богом,

Иль на колени пасть перед тобой?

Везде я ощущаю силу рока,

Как программу Бога слитую с судьбой!

Когда-то был я светлым чистым мальчиком,

И знал, что делать мне, ведь каждый миг

Скакал в глазах моих безумным зайчиком,

Теперь в тебя я на всю жизнь уже проник!

Жена и ты – две любящие тени,

Обвитые прекрасными детьми,

Вот перед кем я встану на колени,

Пока не лягу прахом и костьми!

Рисуется пейзаж с безмолвным криком,

Как будто Богом моя тень осенена,

Лишь ты меня покоишь сладким мигом,

Обвив безумьем вечности и сна!

Что сделаю пред выходом в природу,

Ступив на краешек несущейся волны,

Любимая, ты даришь мне свободу,

Как жаль, что Бог подглядывает сны!

Я чужой для людей собирающих пыль,

Пыль столетий осела в деньгах и в дерьме,

Лишь любовь, твое лоно и нежная быль

Со звездою лучась, остаются во мне!

Давай запрячемся куда-нибудь вдвоем,

В тихом кабачке, в лесу у речки,

Малышку нашу на руки возьмем,

Озарим себя улыбкою навечно!

Дай, Бог, любви! – просил, и дал любовь,

Дай, Бог, тебя! – просил, и дал тебя,

Что мне теперь просить, когда любой

День – безжалостно идет за вас борьба!

Из шепота деревьев льется боль,

Они без листьев, голые покуда,

Земля здесь спит, и лишь одну любовь

Нам дарит наше маленькое чудо!

Нет мне счастья, тени на коленях,

Люди побывавшие в раю,

Вымаливают в старости прощенья

У своей могилы на краю!

Упал с тобою рядом и целую,

То в губы, то в родной живот,

В нем была дочь, и сладостная буря

Нас возносила в трепете высот!

Что делать мне, любимая, с тобою —

Я ненадолго, как навеки расстаюсь,

Жизнь подобна в ощущенье бою,

Дорога моя вечная как грусть!

Зацелую, опьяню все твое сердце,

Захмелеем, запоем мы в тьме ночной,

Пока не скрипнут у оградок дверцы,

Где храниться будет вечно наш покой!

Ты, нежная моя и ненаглядная,

Тебе я улыбаюсь как во сне,

Любовь и жалость кровожадная,

Жаль, лишь до смерти наслаждаться мне!

Старея, ты цепляешься за жизнь,

И за друзей как раненый зверек,

Но только в лоне ощущаешь высь,

И наслажденье дарит вечный Бог!

Еще одно земное слово

Тебе я в ноги положу,

Заставлю помолиться Бога

Творимому им миражу!

Безумье осени не в том, что мы ржавеем,

А что ржавея, мы сгораем до сердец,

Озаряя в лоне вечную идею,

Что здесь сливаются начало и конец!

Можно и нельзя, – два этих слова

Я спокойно в волны запущу,

Ибо в тебе такая вечная основа,

Что под стать небесному лучу!

Зад милой обнимаю и целую,

И вокруг не вижу ничего,

То ли ветер гонит где-то бурю,

То ли это все безумие Его!

Вся жизнь – одна сплошная чепуха,

Ты хочешь видеть все, но ничего не видишь,

Ибо душа твоя как пух легка,

И только лоно сулит вечное открытье!

В объятьях нежных озираюсь виновато,

Но тобою овладев в тени крестов,

Уже молитвам верю, ибо двери ада

Нам раскрыла вечная любовь!

Пишу для вечности, бросая жизнь на ветер,

Мне только в лоне милой хорошо,

Душа поет как ангел в нежном свете,

Пока я сам еще из тела не ушёл!

Хочу ли вечно жить? Саму возможность

Определяет только один Бог!

Мой милый ты такой безбожник,

Что о бессмертье рассуждаешь между ног!

Хочу внезапно в твоем лоне умереть,

Чтобы в тебе навек остался образ мой,

Чтоб когда с духом распростилась, твоя смерть

С моей слилась в один таинственный покой!!

Ничего не знаю, ничего не слышу,

Все слова летят и тают словно дым,

И лишь тебя обняв, я к Богу чуть поближе,

Ощущаю то, что происходит с ним!

Буду водку пить, закусывать селедкой,

И губы твои нежные кусать,

Бог на двоих нам в небесах подкинул лодку,

Пора отчаливать, рожай скорее мать!

Я в форме эмбриона

Вокруг тебя лежу,

И вроде, внутри лона

Небесный абажур!

Наступила ногой на живот,

Целовал твою нежную ногу,

Ибо знал, что грядущий народ

Из тебя вновь грядет на подмогу!

У Бога в храме пустота и свечи,

Среди старушек с тобой, грешники, молчим,

А под куполом сияет сама вечность,

Куда души поднимаются сквозь дым!

На фреске одиночество святое,

Печальный, постигающий все взор,

А со мной твое дыхание родное,

И нас с тобой соединяющий позор!

Раздвинув ноги, зажигаешь свечи,

Молитву прошептав, впустив в себя,

Ты озаряешь нашей встречей вечность, —

Не ты ли сам Господь так изваял меня?

Нет доброты во мне, но вот, с тобою

Я все готов отдать, и умереть

За миг один дарованный борьбою,

Какой мы платим все за нашу Смерть!

Целую тебя, благостная сладость,

В ветрах с дождем и снегом рвусь к тебе,

Прилягу на постель и в сердце радость,

Слились с тобою мы в одной судьбе!

Малышке подарил жука,

Чуть заведу его, и он ползет,

Она напугана слегка,

Уж так нас – роботов пугает свой народ!

Хочу поверить в счастье своей жизни,

Хочу обнять тебя и тут же помолиться,

И взглядом проницая в небе выси,

Лететь с тобой, ибо в душе мы – птицы!

Мы друг за другом будем к Вечности идти,

Но в твоем лоне я навек забудусь,

Ибо в нем безумные пути

Миг бессмертья дарят грешным людям!

Между всеми возможными целями

Я и ты пораженные Богом,

Только водку лакаем неделями,

И друг друга в постели бьем током!

Печалят Бога человеческие дети,

Он и в нас увидел маленьких ребят,

Ибо захмелев во тьме столетий,

Мы себе сами создаем волшебный сад!

Я от людей устал, от стад бегущих в пропасть,

И водку пью с тобой в лесной глуши,

Ты лоном даришь мне нежнейший образ,

Теперь родить его для вечности спеши!

Мы все оплетены безумной связью,

Я даже в лоне твоем слышу телефон,

Звонок жены как ком законной грязи,

Избавляющий от всех небесных лон!

Из конторы спешим в храм с тобой молиться,

Из храма в лес, чтоб снова согрешить,

С икон порой глядят родные лица,

Дающие нам право вечно жить!

Твое лоно одевает меня светом —

Даже в холодном и таинственном лесу —

Мы друг другом страшно разогреты,

Впускаем вечность в нашу осень как в весну!

Бог сказал мне: Ты младенец!

Ты в царство вечное войдешь!

Но я не захотел, ведь моих пленниц

Тоже очаровывает ложь!

Бог меня спросил: Чего ты хочешь?

Я ему сказал: Хочу тебя!

Он рассмеялся, я проснулся ночью,

Ибо ты на мне в тот час была!

Проснулся, – ты насилуешь меня,

Мы много выпили, – заснул, а ты все хочешь,

То Боженька глядит на нас из сна,

То ты мной овладев, опять хохочешь!

Наша малышка снова в тьме не спит,

Я над тобой в безумии колдую,

Бог, если есть, – прости мне этот стыд,

Ведь я песчинкою кружусь в любовной буре!

Полюби меня как свою душу,

Почувствуй свет, что льется изнутри,

Бессмертье в лоне у тебя всем тварям нужно,

Но только я могу любовью озарить!

Мужик не мужик и баба не баба,

Неужто нас Бог творит из амёб,

Чтоб мы избавляясь от пьяного храпа,

Нежно долбились и падали в гроб?

В гробу так тихо и таинственно,

А под землей и ветра не слыхать,

Но пока еще лежу с единственной,

И как-то странно ощущаю благодать!

Почитайте Бога, Он – Отец,

Он мир творил, разламывая вечность!

Милый, где твой трепетный конец,

Мое начало с Богом не дождется встречи!

Каждый гений стремится лишь в вечность,

Вот и я сквозь лоно твое

Спешу к Богу с надеждой на встречу,

Провожая вдаль бытиё!

Что ищем мы, то обязательно найдем,

Так по писанью говорил посланник божий,

Вот и я вошел в твой нежный дом

Через лоно, что всего дороже!

Из света в тьму, из тысячи в одно,

Через нас струится в радость вечность,

Бог создает волшебное кино,

Ты в миллиардном кадре видишь нашу встречу?

Он всем сказал, – Вы повторяете себя!

Мы через предков услыхали эхо,

И в постели наша страстная борьба

Повторила снова человека!

Моя любовница несет со мною крест,

Ей тяжело, и мне не легче,

Но за то, когда я в ней исчез,

Мир волшебный проявился резче!

Я исчезаю в твоем лоне словно ангел,

Расправив крылья в вечных небесах,

Бог рядом едет на небесном танке

И стреляет, блин, по нашим чудесам!

Ночь таится под сиянием луны,

Я с тобою млею от восторга,

Вдруг чудовище проникло в наши сны

И мы оба стонем в твоей норке!

Тот, кто меня с тобой из тьмы позвал,

Кто нас связал с тобою воедино,

Прячет в тьме свой огненный оскал,

Чтоб спалить потом им снятую картину!

Пошатнулся я в своем уме,

Великие меня совсем смутили,

То вещи сами прячутся в себе,

То мы – монады долбимся в тьме пыли!

О Боге, что нас слышит, промолчу,

Уткнусь в тебя и в глубь творю проникну,

Где в лоне жизнь подобная лучу,

Из белой капли всем мгновеньем вскрикнет!

Чем больше знает человек, тем он ничтожней,

Так зная лишь тебя одну,

Невероятно, но я сделал невозможное,

Соединив в тебе всех женщин и жену!

Часть 35. Через тебя проникнув в Вечность

Мне очень нужен маленький фонарик,

Жизнь пролетает вмиг без всякого следа,

Хочу я в ночь светить, где бродят твари,

Которым мы с тобою снимся иногда!

Перед Богом не борец, но все же правду

Отвоевать у Бога я стремлюсь,

Не взирая ни на боль, ни на утраты,

Ведь в твоем лоне все равно развею грусть!

Однажды я себе в гробу приснился,

Но ты в тот миг дрожащая на мне,

Отвоевала смерть у тьмы летящей птицей,

Так что было хорошо в том грустном сне!

И капля ранит грубый камень,

И моя капля проливается в тебя,

И в твоем лоне возникает пламя,

Ибо идет везде за жизнь борьба!

Почему-то мерещатся сосны,

Дальний берег в предутренней мгле,

Вот остаться б с тобой в эту осень

Огоньком на холодной земле!

Бог был печален, я устал

Ему глаза во мгле мозолить,

Лишь ты – мой светлый идеал,

Лечила лоном и любовью!

Встал перед Богом на колени,

Ты на коленях предо мной,

Мы ловим вечные мгновенья,

Из поколенья в поколенья,

Все ловят сладострастный зной!

Серый темный грустный горизонт,

Еще чуть-чуть и будет много снега,

Уж тебя на нем я не разок

Полюблю, крича от счастья в небо!

Опять кругом могилы, тишина,

Выпил водки и пошел с тобою

Мертвецов будить от сна,

Весь охвачен страшною любовью!

Если смерть внушает страх, то что любовь? —

Твое лоно ярким мигом ослепляет,

Мы полыхаем, оживляя кровь,

Малышка спит, обняв с любовью лялю!

Есть где-то середина тьмы,

Мы сами бродим в окончанье мира,

Та же смена лета и зимы

Зовет тебя со мною целоваться сиро!

Следуй корню своему, который есть! —

Бог опять меня в тебя направил,

Вот она – божественная месть,

Любовь – Рожденье – Смерть – Игра без правил!

Один из многих, я с тобой в пространстве,

Движимый ассиметрией Творца,

Чую под соснами в грязи хмельное царство,

Лишь твое лоно согревает без конца!

Грязь кругом, а мы с тобою в джипе,

Волнуясь, грезим, возбужденные дрожим,

Кожа твоя к моей с жару липнет,

Так ощущая, создаем мы жизнь!

Что мне добавить к твоей сладостной красе,

В лесу на корточки присела помочиться,

И улыбаешься, живая, как и все,

И улетишь как все, со мною нежной птицей!

Мои шаги опять ведут меня к тебе,

Тебя я обнимаю и целую,

Малышку на руки беру, душа в борьбе,

Осознает всей жизни злую бурю!

Я нежным лоном страстно сжат в твоих объятьях,

Бог с нами что-то делает во тьме,

И мы с тобою слившись на небесной глади

Плывем облаком в грядущее во сне!

Ночь распростерла крылья надо мной,

Я в твоем лоне сплю и сказки вижу,

И лишь глаза всех тех, кто спрятан тьмой,

Нас окружают, и мы любим уже тише!

Я не нуждаюсь в том, чтобы меня жалели,

Иль приковав внимание ко мне,

Искали сердцем ощущенье вечной цели,

Как в загадочной таинственной стране!

Познал я мир – увидел труп,

Когда-то стану я таким же,

Но вновь касаясь твоих губ,

Через лоно твое к Богу в вечность вышел!

Через тебя проникнув в вечность,

Увидел Бога и сказал:

Не думал, что тебя я встречу!

А Бог коснувшись, мною стал!

С ума сошел, почуяв Бога,

Но в твоем лоне излечусь,

Раскинь же сладостные ноги,

Чтоб я развеял боль и грусть!

Я исчезаю в линиях судьбы,

Как призрак среди призрачных столетий,

Лишь с тобою в миг таинственной борьбы

Я ощущаю как из мрака всходят дети!

Бог что-то шепчет над кроватью,

Я на тебе взлетаю как комар,

Кусая губы в кровь, лечу в твои объятья,

И ощущаю, – Бог от вечности стал стар!

Будьте осторожны перед смертью!

Поднимите взор свой на восток,

Почувствуйте с каким большим усердьем,

Нас всех истребляет нежный Бог!

Кто ты? – спросил меня Господь,

Я в этот миг проникнув в твое лоно,

Как пламя чувствовал вздымавшуюся плоть

И вместо слов ответил только стоном!

Машины делают машины,

А люди делают людей,

Мир Бог слепил из вязкой глины,

А нас с тобою из страстей!

Я буду плакать, обнимая нежный образ,

Твою улыбку расцелую за глаза,

Бог шепчет нам во тьме: Я очень добрый!

Жаль, мы не вечны, как в творенье чудеса!

Я Богу бы поверил, но приснился

Мне страшно жутковатый сон,

Имели мы с тобой чужие лица,

Поднявшись мертвыми на вечный небосклон!

Ты на мне висишь, а я на Боге,

И в его безумной темноте

Образ огнеликий с чувством бродит,

А мы водку пьем в прощальной пустоте!

Дети любят нас, пока мы любим их,

От раздумий тело жизни исчезает,

Оставляя нас с тобой одних,

И мы долбимся, чтоб ты рожала, зая!

Отверзаю точно пропасть твое лоно,

Меня мучает исчезновенья страх,

Только Бог на своем вечном троне

Может оживлять наш бедный прах!

Я удивлен богатству в твоем теле,

Себя веду я как хмельной бедняк,

Ведь в твоем лоне с ощущеньем цели

Разум отобрал загробный мрак!

Тени бродят в мраке по кладбищу,

Мы водку пьем, зачем пришли сюда?

Чтобы почувствовать любовь подругой нищей,

У которой отбирают жизнь года!

Мой прах еще живой весь в твоем прахе,

В глазах горит полночная слеза,

Нет, Господь, с любимой мы не в страхе,

Мы просто жизнь свою возносим в небеса!

Все чаще сомневаюсь в своем веке,

И в людях, что живут как наобум,

И лишь в тебе, в любимом человеке,

Освобождаюсь я за миг от темных дум!

Разделен Богом на две части, —

Жена с любовницей разрезали меня,

Вот так в плену у нежной страсти

Мы все приходим к ощущенью сна!

Жена теряя ум, за мною ходит,

Сама пытается свести меня с ума,

Но только образ твой сияющий в природе

Имеет магию пронзительного сна!

Обняв тебя, преображаюсь в просветленье,

Река течет, чтобы покрыться льдом,

И в глубине души земное растворенье

С тобой я вижу просто сладким сном!

Склоняюсь к Богу между вами,

Между тобою и своей женой,

И точно ветер, что обнялся с деревами,

Хочу забыться в обнаженности земной!

Безумству храбрых запеваем песню,

В прах превращаясь, исчезая без следа,

Вот отчего в холодном темном лесе

Я твоим лоном согреваюсь без труда!

Бог душу обнажил единством плоти

Двух любящих в мучении сердец,

И мы с тобой в любви точно в работе,

Приближаем собственный конец!

Вожделея, погружаюсь в сумрак тесный,

В твое лоно ради жизни семя лью,

Ты мне солнцем данная невеста,

Пусть Бог слышит подражанье соловью!

В неисследимом лоне, в твоей бездне

Я сотни раз внезапно исчезал,

Бог дал весьма пленительное место,

Направив в душу мне безжалостный оскал!

Обняв тебя, я причащаюсь к Богу,

Тебя целуя, я молитву вновь шепчу,

В лоне моя жизнь земным итогом

Переливаясь, уподобилась ручью!

Увы, Бог безобразен и безвиден,

Зато ты мне раскрыла красоту,

Жаль, – в твоем прекраснейшем открытье

Я вижу крест венчающий весну!

Пребываю в лоне, в тьме посередине,

И в твоем дыхании беру

Образ Бога, что всегда в помине,

В тот самый миг, когда мы обрели зарю!

Солнце умное пронзает нежный ветер,

Жаль, что люди все ничтожны и глупы,

Бог любовной страстью души метит,

Чтоб мы с криком падали в гробы!

Через тебя я познаю святого Бога,

Ведь ты – творенье рук его,

Вот и мыслей у тебя совсем немного,

Зато раскрыто жадно естество!

С годами привыкая к лону милой,

И улыбаясь звездам в тишине,

Вдруг чувствуешь, что тень необратимо

От счастья исчезает вся во тьме!

В лесу усталые от сладостных объятий,

Мы тихо мерзнем на земле,

Я без брюк, а ты без платья,

А Бог молчит одетый вечностью во мгле!

У естества любимой с нежной болью

Я принимаю форму вещества,

Будто лишенного своей небесной роли,

Ибо Бог создал нас силой колдовства!

Дух святой таится в нежной плоти,

И поднимает смертных выше в небеса,

Вот и мы с тобой друг в друге бродим,

Чтобы вечность нас в бессмертие внесла!

Два – одно у Бога, а у нас

В тьме печали только блеск мгновений,

Как дым по воздуху рассеялся экстаз,

И мы с тобою превратимся скоро в тени!

Бог зажег светильники на небе

И про твое лоно не забыл,

Пью вино и ощущаю – стебель

Объят пламенем велико-лепных сил!

Врач того не лечит, кого знает,

Так по Фоме сказал Иисус,

Я тоже чувствую, тобою обладая,

Весьма невероятной жизни вкус!

Человечество в себе засомневалось,

Стало меньше пар семейных и детей,

Только мы с тобою, излучая жалость,

Размножаемся как звери в тьме ветвей!

Зацеловал любимую взасос,

С губами синими куда теперь ей выйти,

И у меня такой же синий нос,

Укусила, блин, за общежитье!

Долбились с милой на морозе,

Под елкою и на снегу,

С тех пор она все время просит

Свозить в лесок по декабрю!

Прости, любимая, мне мои претензии,

Водки выпью и с тобою спать пойду,

Между ножек положу цветок гортензии

И пристрою чувства к нежному стыду!

Вечно пьян с тобою, – ухожу,

И снова просыпаюсь в твоем лоне,

Вижу жизнь Господь сподобил миражу,

Чтоб мы как мухи исчезали в небосклоне!

Мы в своем счастье так легки,

Что нас уносит тут же ветер,

И ангел шепчет: Дураки!

Могли бы жить еще на свете!

Отчего страдают люди в тихом мраке,

Одни, когда их не целуют, не поют, —

Я в милой обнаружил те же знаки,

Похоже, Бог нас с ней призвал уже на суд!

Увы, храмовник нас в обитель не впустил,

Но даже на траве мы громко пели,

В твоем нежном сердце было столько сил,

Что я и сам был вместе с Богом в его цели!

Бог без стесненья меня ангелом назначил,

Пытался я подняться в небеса,

Но вместо крыльев был руками озадачен,

Они вздымали в небо лишь тебя!

Пролетает быстро шепот тени,

Я с тобой прижался к трепетным стволам,

Деревья в чреве многих поколений

Читали Бога тоже по складам!

Слышал чей-то шепот, думал твой,

И проникая в твое лоно с нежной лаской,

Вдруг призрака увидел за листвой,

Меня увидев, он пропал как будто в сказке!

Не поем – умру, не полюблю – издохну,

Ты – Твое лоно – Сад волшебных чар,

К нам Бог заглядывает в окна,

Чтоб изловить душой земной пожар!

Прокляни, растопчи иль убей,

По кусочкам сердце срезай,

Я не видел, чтоб в жизни людей

Слишком долгим был сладостный рай!

Твоя ревность поострей кинжала,

Направлена вновь на меня с женой,

Увы, нигде нет идеала,

Ибо путь наш чересчур земной!

Уподобился ли Богу я в любви?

Вот в чем вопрос, я выпил много водки,

И ты со мной плывешь в небесной лодке

Под шепот умершей таинственной листвы!

В единой тварности есть парности закон,

Всех тварей выбирает Бог по паре,

И мы – самцы исчезнув в тьме безумных лон,

Едва осознаем, что все мы – твари!

Кто причащает нас к божественному свету,

Таящемуся в тьме нежнейших лон? —

У Бога я спросил, но он по ветру,

Связав нас крепко, обратил в свой вечный сон!

Что я почувствовал, увидев образ в Боге,

Исчезнув в твоем лоне навсегда? —

Мы струимся ручейками по дороге,

И жизнь, и смерть несет в себе одна река!

Нет волнения и страхов прежних лет,

Все осталось где-то позади,

Уже другим переживать весь этот бред, —

А нас ждет Бог на благостном пути!

Все относительно, – земля и этот воздух,

Тьма, где застыла редкостная тишь,

Кто-то дарит нежной деве розу,

А ты меня за пустоту благодаришь!

Быть двоим в едином духе, —

Нас с тобой впускает Бог

В храм божественной науки,

С тьмой приемов между ног!

Согласия в душе мне не хватает,

В соединении с тобой идет борьба,

Не могу расстаться с прежней стаей,

И не могу помыслить жизни без тебя!

У малышки сразу глазки закрываются,

Когда ее обнимешь и молчишь,

Словно чувствует волшебная красавица,

Как нас связала кровно божья тишь!

Малышка спит, любимая в больнице,

Осторожно крошку уложил в кровать,

Улыбается во сне, – ей, видно, снится

Драгоценная девчонка, – ее мать!

Иметь бы ключ к решению проблем,

И превратить жизнь в сладостный полет,

Но сейчас обняв твой призрак, тих и нем,

Я слышу ангел дочке песенку поет!

Ночь. Тишина. И дочка сладко спит,

Даже не верится, что ты лежишь в больнице,

Обнял подушку как тебя, не спится,

И в одеяле чую нежности ланит!

В ночи сижу и думаю о чем-то,

Мне грезится сквозь боль ужасный мир,

И только твой сияющий в тьме контур

Из глаз моих растет под шепот лир!

Несчастный зверь, я трогаю пространство,

Пытаясь в нем увидеть вновь тебя,

Мне Бог рисует призрачное царство,

Где всех мучает безумная борьба!

Малышка поднялась, поцеловала,

Половинка твоей сладостной души,

Укутанная теплым одеялом,

Сияла со мной в утренней тиши!

Через полвека под могильным камнем

Наш с тобою прах найдет приют,

Волшебной девочки сияющая память

Защитой будет душам в божий суд!

Как тяжело между тобою и женою,

Между дочками двумя существовать,

Я осужден безумным богом, вечной тьмою,

Но как легко малышку уложил в кровать!

Взлетает птичкою малышка на руках,

И глазки от восторга вновь моргают,

Как странно то, что превращаемся мы в прах

И ждет за смертью нас земля уже другая!

В безумстве на траве иль на снегу

Теплее чем в дому и на постели

В твоем лоне на века могу

Исчезнуть, чтоб очнуться в новом теле!

С тобой в пустыне счастье обретем,

От жажды страстной втиснувшись друг в друга,

Мы без толпы и суеты раскроем дом

Божественный для вечного досуга!

Жена, любовь печальная моя,

Сколько лет с тобою были вместе,

Шевелю на шее божий крестик,

Ты – цепочка, крестик – я!

Стыдом вечным наделен, нацелен в землю,

В тени крестов пытаюсь смыслом тронуть прах,

Малышку за руку держу и праху внемлю,

И пред Богом, и пред смертью съел свой страх!

Есть душа одна светла как озаренье,

Прямо в сердце исторгает мне лучи,

Это ты в минуту наслажденья

Принимаешь лоном вечные ручьи!

Я многое постиг, и понял в жизни,

Кем бы не был ты, но если нес любовь,

И тебя ласкали в страсти божьи выси,

То Бог для опытов продлит мученья вновь!

Могилку вырыл для жука с малышкой

В песке у протекающей реки,

Вместо крестика воткнул в песочек шишку,

Жуку малышка дала капельку слезы!

Непоколебим, стою унылой тварью,

Дышу то лесом, то ночной рекой,

И как Бог этим миром правит,

Или создал, чтоб вечность приняла в покой?

На мне малышка исполняет танец

На животе, когда уже поел,

А я звуки издаю как иностранец,

Попавший в наш российский беспредел!

Любимая в лесу раскрыла лоно,

И я в нее вонзаюсь птицей окрыленной,

А Бог следит, он в вечной пустоте

Безумцем бредит о рожденной красоте

Пусть смерть придет, когда я в твоем лоне,

Ощущая счастья глубину,

Пойму, что даже с Вечностью законно

Могу с блаженством покориться сну!

Совесть создавал для всех Господь,

Но даже в лоне ни на миг не успокоясь,

Я проникал в твою божественную плоть,

Отождествляя с тьмой земную совесть!

На ветру влюблялись, проникая

Прямо в Вечность через небо над рекой,

В твоем лоне Вечность, но другая,

Пред которою не властен сам покой!

Здесь с тобою собирали мы грибы,

Здесь целовал твое божественное лоно,

Здесь на меня ты поглядела благосклонно,

Вдруг вспомнив, что тела кладут в гробы!

Твой светлый призрак в темной спальне

Ко мне явился в сказочную ночь,

Баюкая в кроватке нашу дочь,

Он целовал меня, омыв слезой печальной!

Отдам полжизни за твое здоровье,

Возвращайся, моя нежная душа,

Нас поила молочком, попей коровье,

Расцелую твое лоно, чуть дыша!

Губами опускаясь еще ниже,

Ты сладко трогаешь мою свирель,

Уже пою и свет небесный ближе,

Сам Бог качает нашу колыбель!

В легкой дымке над лесом взметнулась

Тень твоя и пропала вдали,

Я в тебе ощутил свою юность

Возвращенную Богом любви!

Я тебя трогал, целовал с волненьем,

И в твоем лоне сладостно стонал,

Теперь я обнимаю твои тени,

Но даже в тьме я чую нежный идеал!

Во сне меня целуя, ты не дышишь,

Но в твоем лоне чую, что жива,

Господь сулит безумное затишье,

Но только в тайне и по праву колдовства!

Очнулся, – Бог и ангелы стоят,

В кроватке плачет доченька родная,

А во мне светится твой безмятежный взгляд,

И я то сплю, а то дрожу, стеная!

Опять во тьме ночной горит звезда,

Здесь фонари и улицы пустые,

А я не сплю, – во мне гремит гроза,

Я вспоминаю губы сладостной России!

Нетерпеливо возбуждаясь, встречи жду,

И понимаю, как ты дорога мне,

Я в твоем лоне видел яркую звезду,

И ослепленный ей тонул в великой тайне!

Я в храме утешаясь, вижу Бога,

В котором нет ни капельки добра,

Если был бы добрым он немного,

То скорей бы вылечил тебя!

Во сне малышка стонет, тебя вспомнив,

Кроватку покачав, я ночь не сплю,

То по памяти тону в безумном лоне,

То сажусь с тобой в небесную ладью!

С волненьем происходит в жизни чудо,

И все влюбленные сливаются во тьме,

В волшебной сладости неистового блуда

Ты с нежным лоном достаешься только мне!

Пока живой, я устремляюсь в твое лоно,

А завтра Бог развеет в тьме тела,

Через века уже другим влюбленным

Изливаться нежной вечностью тепла!

Вхожу в тебя и превращаюсь в образ,

Краями нежными весь связанный с тобой,

Я впечатлен, и думаю, – Бог добрый,

Пока не скроет прах наш крышкой гробовой!

Не я тебя коснулся, ты меня

Ослепила своими нежными лучами,

И тут же лоном сладостным маня,

Само бессмертие втянула вглубь ручьями!

На ветру целуюсь, – губы в трещинах,

Кровоточит сильно наша страсть,

Ибо ты – таинственная женщина

Надо мной имеешь роковую власть!

Солнце светит, только холодно в лесу,

Но мы с тобою на листве опавшей,

Будто звери очумевшие в грозу,

Друг в друга проникаем вновь бесстрашно!

Держу малышку на руках, – она смеется,

Как странно видеть в ней твое лицо,

И меня также ослепляет, будто солнце

Просвечивает вечное родство!

Эх, милая моя, зачем ты чудным телом

Меня прижала нежно вдруг к земле,

И заразила так безумным делом,

Что мы в прахе до сих пор дрожим во мгле!

В холодный дождь и на сырой траве

Мы с тобой как мертвые лежали,

Лишь в глубине у лона души две

Светились счастьем перед сном печальным!

Я смутным взглядом проницая твое лоно,

Уже на небе создаю его абрис,

Невидимый для всех и так влюбленный,

Что мне не жалко для тебя истратить жизнь!

Лишь нам двоим раскрыло небо нежность,

Багрянец осени, последнего листа,

Я в твоем лоне сберегая тень надежды,

Почуял, смерть уже дрожит у нас в устах!

В безумстве пальцев боль земная

Через мгновения ослепших в тьме сердец,

С тобой единственной я ощущал, стеная,

Как близок таинства волшебного конец!

Есть одно спасительное место, —

Твое лоно мне раскрыло небосклон,

На нем звезды, мои нежные невесты,

Миллиарды миллиардов страстных лон!

Через кожу светит в родник лучезарное солнце,

Я в лучах вдруг возник, и тобою заново создан,

Наша дочь на руках, с ней не раз ты ко мне прикоснешься,

Ибо нас в прахе свяжет единственный образ…

Богатство! Слава! Благодать!

Ничтожные мечты!

Лишь нежным лоном баба-мать

Ведет всех сквозь кресты!

Я не знаю, для чего живу,

Еще меньше знаю, для чего умру,

Но в твоем лоне пряча нежную главу,

Я как многие все чаще в корень зрю!

Есть вещи для которых нет тебя,

И даже если есть, то неизвестно,

Как вдруг сложится судьба,

Чтоб оказаться в самом нужном месте!

Мне Бог сказал: Ты человек!

Я про себя подумал, – точно, робот!

Вот отчего долблюсь с тобой весь век,

Чтоб вместе с Богом поместиться в его опыт!

Увы, хандра, бутылка и кровать,

Ты далеко, зато малышка рядом,

Ее обнимешь, и на все насрать,

Ибо жизнь всегда сочилась ядом!

В программе вечной я совсем никто, —

И человек, и робот делают одно,

И только в твоем лоне видя сказки,

Я Богу делаю безумные гримаски!

По идее жизнь дана всего лишь раз,

Но мы ее весьма безумно проживаем,

Как видно, Бог от нас отгородился раем,

Если всех роднит безвременный экстаз!

В загробном царстве – тишина и мрак,

В гробах лежат прелестные девицы,

И мы с тобою через страх

Переворачиваем нежные страницы!

На влюбленности любой я ставлю крест,

Грехи рождаясь, точно люди умирают,

Сколько было брошено невест,

В вечность призраки плывут по небу стаей!

Вершина тьмы – загадочность и сон,

И еще ты – моя безумная невеста,

Твое лоно сладостней всех лон,

Только чую, – нас с тобой проглотит бездна!

Бог бездну в вечности создал точно конвейер,

Через нее все люди отплывают в мрак,

И все же главное, когда в душе есть вера,

И когда любовь свергает дикий страх!

100 тысяч раз воскликну в твоем лоне,

Всех ангелов в охапку соберу,

И поплыву назад по небосклону,

В финале Бог влюбленным вешает зарю!

Бог нежной влагой лона твоего

Одел меня в рассвет, в безумный пламень,

С тобою над землей парить легко,

И лишь к жене зовет меня с сочувствьем память!

Вы с женой ведете за меня войну,

К кому идти я даже и не знаю,

Но все ж тобою часто обладая,

Я вижу рая внеземную глубину!

Вспышки-брызги молнии в глазах,

С безумьем в твое лоно изливаюсь,

И ощущаю страсть как божью жалость,

Из людей грядущих создавать леса!

В глубине страшных лет подсознания,

Но во множестве сладостных тайн

В твоем лоне обрел мироздание,

Что ж теперь меня страстью пытай!

Бог Везде, а мы под Богом

Создаем с тобою нежный мир,

Жаль, что в лоне обрывается дорога,

И перед Богом смертный даже в страсти сир!

Без тебя я не могу и без малышки,

И без жены я тоже не могу,

Для чего рисуют сказки в книжках,

Жизнь заключает нас в печальную строку!

Предел любви в слияньем нашем,

А в разделении – тоска,

Наш Бог всегда тоской украшен,

Ибо вечно долбит сам себя!

Бог есть Любовь, но как понять,

Что чувство – тварь одно и то же,

Влюбленных скачущая рать

Зовет и нас с тобой на ложе!

Я в твоем лоне, весь в волшебном одеянье,

Мое безумие едва известно мне,

Одна малышка родилась лишь в оправданье,

Что мы не зря растаем тенями во мгле!

Если жизнь – невероятный сон,

То в обладании тобой лежит дилемма, —

Бог смастерил десятки тысяч лон,

Чтоб мастерили мы себя всегда – мгновенно!

Из нежности твоей, весь ослепленный

Глубиною лона твоего,

Я с земли ловил раскаты грома,

Чтобы в душе осмыслить наше бытие!

Что присуще в лоне бытию,

Какой есть знак во тьме безумного сознанья,

Владея сразу чувствами пятью,

Я лишь в тебе подвергся возгоранью!

Откуда страх в тебе, неужто от желания —

Голодной пастью вдруг раскрылась плоть,

В себя готовая втянуть все мироздание

И даже Бога страстью смертной побороть!

Познавать, любя тебя в тьме,

Причащаясь к вечному Богу,

Ощущая лишь в жалостном сне

Неизвестность – Любовь сквозь дорогу!

Когда в прелестном сновиденье

Ты отдаешься миражу,

Я в твоем лоне в помраченье

Само бессмертие твержу!

Увидел себя в Боге и сказал,

Что несчастного, меня совсем не видит,

Ибо скрывшись в Боге, я – нахал,

Вмиг ослеплен твоим бессовестным открытьем!

Твое лоно светит точно солнце,

С тобой молитву Богу я шепчу,

И жду, когда в тебе безумие проснется,

Отдав меня на растерзание лучу!

Люблю дерево, а вместе с Богом – женщин,

Как и дерево дающих миру плод,

Твое лоно меня сжало в клещи,

Создавая жадно будущий народ!

Хочу любви, хочу безумных поцелуев,

Хочу в тебе вмиг раствориться и пропасть,

И заорать богам на небо со всей дури,

Что жизнь и в смерти зарождает свою страсть!

Ищу из мира выхода в пустыню,

С тобой забылся в трепетном лесу,

Целую лоно как свою святыню,

Ты свет слезами выплавляешь как росу!

Возьму я на руки тебя точно ребенка,

И лес в мечтах с тобою обойду,

От радости мы будем плакать громко

И приучаться вместе к страстному труду!

Обнажимся смело, сбросим все одежды,

Пусть над нами властвует сам Бог,

Мы растворим в любви безумные надежды,

И умрем друг в друге между ног!

Из нежности твоей, весь ослепленный

Глубиною лона твоего,

Я с земли ловил раскаты грома,

Чтобы в душе осмыслить наше бытие!

Проплывая сквозь вечные сны,

Помолчим перед сном дорогая,

Ибо в лоне планета другая,

Где мы будем во веки одни!

Безумие в глазах, а в твоем лоне

Грядущих жизней нежные дожди,

Видно Бог нас жаждой вечной тронул,

Чтоб мы светили всем рожденным впереди!

О, Боже мой, как ты вдруг сжала меня лоном,

И как я Богу свою душу прокричал,

Лишь тень кометою блеснула в небе сонном,

И сам Господь раскрыл таинственный причал!

К чему печаль, любимая, скорее раздевайся,

Пусть ветер, дождь и снег к нам просятся в кино,

Создам я нежность, устремляясь чутким зайцем

В твое рожденное всей Вечностью окно!

С тобой в воздухе как тени растворяясь,

С метелью снежной над водой кружим,

В нежном стоне сквозит раненая жалость,

Ибо в лоне твоем тает наша жизнь!

Лежу с малышкой, думая о главном,

О том, что может нас живых спасти,

Ведь тайна в смерти существует явно,

Как и движенье всех по мировой оси!

Увы, надежды тают без следа,

Мы умираем быстро и печально,

Лишь в твоем лоне сквозь года

Жизнь появляясь, светит вечной тайной!

Я водку пил и пил, и думал о тебе,

Который день уже лежишь в больнице,

И не забыться с тобой в сладостной борьбе,

Лишь малышка напевает милой птицей!

Бог опять меня во тьму позвал,

В лесу стояли ты, жена, другие,

Из ваших лон летел безумный шквал,

И мать на фресках излучала взгляд богиней!

Малышка спит, а Бог хранит молчанье,

Я в твоем лоне грежу о былом,

Так жизнь познав как вечное сгоранье,

Пытаюсь страсть вернуть, пронзая нежный сон!

Переведи меня Господь в другое место,

Мне этот мир безумной ношей стал,

Любимая дрожит на мне невестой,

А в ее лоне мой печальный идеал!

Ты разметалась на постели дикой кошкой,

Между нами шла безумная борьба,

Но вот очнулся я и вижу, – плачет крошка

В кроватке вспоминая вновь тебя!

Вышел на крыльцо, стою в молчанье,

Где-то рядом Бог и звезды в тьме,

Я везде несу в безумном обитанье

Свет из лона приносящий вечность мне!

Ты жива еще, и слава Богу,

Боль пройдет, залечится твой страх,

Жаль, года несут через дорогу

Наш отцветающий во тьме безумный прах!

Омытый лоном, я балдею в сказке,

Бог дал на миг твое волшебное тепло,

Теряю ум опять в кромешной ласке,

Ты чертишь на спине свое письмо!

Мурашки от ногтей бегут по телу,

Слиянье губ раскрыло поцелуй легко,

В мгновенье ощутил всем сердцем целость

Вечной тайны лона твоего!

Пришел в контору и щекой к столу прижался,

Здесь я любил тебя десятки тысяч раз,

Скрипел безумец в ощущенье танца,

Едва удерживая бешеный экстаз!

Сижу я в кресле, кресло подо мною

Вдруг скрипнув о тебе, вернуло дрожь

Двух наших тел с горячею весною, —

Бог правду рисовал как будто ложь!

Не вечно ничего, что есть под этим солнцем,

И даже наша страсть погаснет как огонь,

Вот отчего я рвусь опять в твое колодце,

И слышу даже Бог, – Скорее, – шепчет, – тронь!

Тем, кто всем пророчит конец света,

Я прошепчу еще не раз в стихах любовь,

Глядите, лоном греется планета,

Смывая ложь безумством нежных слов!

Крест в тумане словно человек,

Мы его обняв, целуемся навеки,

Ветер дождь надул, а где же снег? —

В твоем лоне льются сказочные реки!

Нет, наш Бог – и ни злодей, ни лицемер,

Он дал нам жизнь в обмен на смерть, и что же?

Мы сами изолгались в сотнях вер,

Лишь в нежных лонах утешаясь вечной дрожью!

Брошен в своем скорбном прозябанье,

Один, без лона твоего,

Ты в больнице, а жена с негодованьем

Изучает стихотворчество моё!

Жена сорвала обручальное кольцо,

Швырнув со злостью в моё грустное лицо,

Уж 20 лет, и так мне преданно верна,

Она – святая, – жаль, святых ест тоже тьма!

Как талисман ношу кольцо жены,

И даже тень твою обняв, во тьме страдаю,

Меня съедают в тайне вечной сны,

Любая женщина в безумии святая!

Господь эксперимент поставил с нами,

С тобой, со мною и с моей женой,

Кошмары «Двоеженца» плыли снами,

Сливаясь с сердцем, вмиг объятым тишиной!

Ненависть к себе – это безумье,

Которой до отказа полон мир,

Я в твоем лоне тысячу раз умер,

Вручив в подарок Богу яркий миг!

Под звездами в тумане тень жены,

И тень твоя с моею слитая мгновеньем,

Мы Богом все навек осуждены

Уже заранее, со дня рожденья!

Что мне сказать жене, я перед Богом

Живу как пленник редкой красоты,

Даже в смерти закрывающимся оком

Я обниму вас всех и все свои мечты!

Твоя тень меня объяла в тьме пустыне,

Я водку долго пил точно злодей,

И ждал, когда же Бог отнимет

Твою сладость от души моей!!

В ничтожности своей я обнимаю

Весь этот мир, и Богом созданных людей,

И тебя, мою безумную Данаю

На острие губительных страстей!

Мы все за миг проникновенья станем злей!

Любовь от солнца протекает с миром вдаль,

Люблю тебя, хоть понимаю, эта вечность

Через Бога нам несет печаль,

И мы с годами таем будто свечи!

Часть 36. Я отдан Вечности в молчание без боя

Сбегает радость! – прошептал во тьме я Богу,

Ты застонала – я в тебя проник,

Но лишь мгновения слепила нас дорога,

По которой проносился нежный крик!

С женой ходил я по грибы, потом с тобой,

Везде, где мог, я ощущал глубины счастья,

Ибо не раз в ловушку пойманный судьбой,

Вслед за Богом постигал загадку страсти!

Пей водочку и пользуйся всем миром!

И лоном радости своей! – шептал мне Бог,

А во тьме с тобой лежащий сиро,

Ощущал лишь вечность между ног!

С годами счастья нет, ибо оно уходит,

Вытекает как вино из наших тел,

Мне ясно видно, как в безумном хороводе,

Бог закружив нас, раскрывает свой придел!

Одетый ветром лес, и гол, и сиротлив,

Он слышал пенье птиц, благоухал в цветенье,

Он ощущал, как я с тобою в тенях ив

Ловил волшебный свет проникновенья!

Поцеловав малышку, еду на работу,

Она осталась в детском царстве сна,

Прелестное дитя, с какой охотой

Я бы с тобой играл с утра и до темна!

Перед женой склонил свои колени,

Тебя целуя, тоже думаю про жизнь,

Запутана судьба, и мы как тени

Мелькаем в ней, схватить пытаясь высь!

Интересно мертвецом ловить в гробу

Поцелуи тех, кто был с тобою

Замурован Богом в темную судьбу,

Я отдан Вечности в молчание без боя!

Я на могиле у отца стоял в молчанье,

И в вечной тайне обретал тебя,

Ты пришедшая ко мне из тьмы незнанья,

Тоже чувствовала сказочкой себя!

Даже на заборе пишу имя,

И пусть прохожие увидев, не поймут,

Как мы в лесу с тобой – живые

Заполняли вечности сосуд!

Зарываясь в твоем лоне, вижу вечность,

И вкушая страстно тайны бытия,

По реке времен бегу тончайшей речкой,

Где на волнах сверкаем только ты и я!

Ах, Боже мой, в саду умолкли птицы,

И в твоем лоне счастья не ловлю,

Но всякий раз, когда ты можешь сниться,

Тебя я обнимаю и люблю!

Не надо плакать, милая моя,

Ведь в лоне свет дает живым надежды,

Что Бог не будет вечно у руля

И на века бессмертной станет нежность!

Я перед Богом слеп, перед тобою наг,

Ведь нас связало не тепло постели,

Свисал с березы платья белый флаг

О сдаче в рай чудесный нежной колыбели!

Холодный камень обнимаю, чуя вечность,

Бог распростер могил нестройный ряд,

И в храме словно люди тают свечи,

Словно богиня дева сбросила наряд!

В одном безумном ощущенье

Я смысл никак не уловлю,

Через тебя в проникновенье

Вся жизнь равняется нулю!

Под черным кровом вечной ночи

Громовник-Бог соединил

Нас безупречно и так точно,

Что дух наш вытек из могил!

Ночеподобной тучей небо скрыто,

Столетье прошлое осело кучей в прах,

Лишь за объятьем нашим тянется обида

Бога не изведавшего с тирах!

Как много сладостных удобств в прелестном лоне,

Как сыро, холодно зимою на земле,

Господь нас к ней годами клонит,

А мы дрожим друг в друге, привыкая к мгле!

Целой жизни память растерялась,

Ослеплен громом с молнией тобой,

Уже снега кружат и режущая жалость

Вступает с нами в беспощадный бой!

Вернул кольцо жене словно желание, —

Обняв меня, забыться и уснуть,

Но тебя я тут же вспомнил в оправдание,

Намечая вдаль грядущий путь!

Зачарован красотой с нечистой силой,

Ты и твое лоно, твоя страсть

Дозволяют мне пропасть в пещере милой,

Где над смертными у Бога своя власть!

Целебной силою владеет твое лоно,

Свет из него пронзает небеса,

Даже Бог сощурился на троне,

Едва успев признать свои же чудеса!

Кто ищет клад в земле, я – в твоем лоне,

Из тела вырвавшись безумным огоньком,

Уже новая душа на небосклоне,

Загораясь, сходит к нам в печальный дом!

Где-то там на облаках, в небесных рощах

Бродят наши призраки с тобой,

А здесь через года залягут мощи,

Чтоб распуститься ветренницей луговой!

В 12 часов, в беспроглядную ночь и под бурею

Ты расцветаешь во мне как волшебный цветок,

И звездочки глаз встречаясь с потемками

хмурыми,

Мне шепчут:  ты бессмертье выкрасть смог!

От свечи сгоревшей возле Богородицы

Воском залепи мой страстный рот,

Хочу глазами целовать тебя, негодница,

И душою продлевать наш вечный род!

Существовало еще с древности поверье,

Поцелуешь девку и родит,

Вот и я с тобою за закрытой дверью

Нацеловался к дочке, паразит!

Дивный цветок меж ног твоих раскрыт,

Я аромат его почуяв, дышу бурно,

Неужто Бог во тьме не чует стыд,

Или ему от нас совсем не дурно?

Предки в молниях увидели цветы

Красно-огненного цвета,

Может, в прошлом это были мы,

И в небесах с тобой долбились до рассвета!

Буду крепко обнимать тебя, родная,

Буду грезить в нашей вечной стороне

Твоим лоном и соцветьем рая,

Еще 100 лет назад подаренные мне!

Сам Господь, а не человек,

В светлой памяти украшенный мечтами,

Нас с тобой сравнял уже навек,

Соединив в одно бушующее пламя!

Через года я проникаю в тишину,

Где ты в цветах раскрыта сладостною птицей,

Где я могу в тебе с безумьем раствориться,

Чтоб смело рваться с жизнью в тьму!

Жизнь ненормальная моя, увы, увы,

Я обнимаю то тебя, а то жену,

И в лоне среди шепота травы

Опять дорогу в вечность нахожу!

В грядущем по щеке бежит слеза,

Я вижу, как мы в образ вечный слиты,

И как у Господа глаза

Вонзаются с прискорбьем в наши плиты!

Стать инвалидом можно просто так,

Упасть на ровном месте, слечь в больницу,

Вот почему так страсть моя искрится,

Созерцая в твоем лоне вечный мрак!

Кто опишет наш небесный брак,

Вода и гром – две вечные стихии,

Соединяют нас в один безумный мрак,

Чтобы возникли позже остальные!

Дракону-туче, чуду-змею

По ярости своей всех ближе блуд,

Вот отчего, когда тобой владею,

Я заполняю тайным образом сосуд!

Из всех происходящих превращений

Драгоценной каплей светится вода,

Она как ты содержит вечное мгновенье,

Вокруг которого вращаются века!

В игре зеркал из лона в лоно,

Я всюду был в тебе, с тобой,

И пролетал как яблоко Ньютона,

Нацелен прямо в вечность по кривой!

Бог сделал эгоистами людей,

Чтобы они пред ним себя смущались,

Вот и я с тобой в постели как злодей,

Молюсь, испытывая в твоем лоне ярость!

Через безмолвное соитие с тобою

Я чую, – в воздухе мелькающие тайны

Ведут незримую войну между собою,

Возникая в твоем лоне не случайно!

На водах рек лежит бессмертный дух,

Он тоже протекает с нами в вечность,

И пока я в твоем лоне не потух,

Мы подтверждаем Богу счастье нежной речью!

Святой водой омою твое лоно,

От всех недугов поцелуем излечу,

Я чую, – страсть сияет с небосклона,

Вмиг яркой молнией доверившись лучу!

Ты обладаешь мной всегда чудесно,

Я пропадаю в тебе ласковым дитём,

Бог изучает нашу близость с интересом,

Ибо из нас он строит вечный дом!

Вещий характер тебе близость придает,

В сверхъестественных глубинах зарожденья,

Через тебя я ощущаю вечный род,

Стремящийся опять к исчезновенью!

В заоблачной стране небесных царств

Ты вдруг явилась с водкой и с дождем,

Растаял снег в огне безумных ласк,

И твое лоно мне раскрыло вечный дом!

Уму непостижимо, то, что демоны

Твоим лоном с чувствами творят,

Так Адама ослепляли тайны Евины,

Призывая бросить райский сад!

Разумно действуя, живу одной семьей

С женою, и с тобою, дорогая,

Проглочен твоей страстной глубиной,

Не в силах я расстаться с нежным раем!

Возможно, Бог и понимает души,

Но только в оболочках смертных тел

Едва ли слышат его уши,

Как я счастьем наделить тебя сумел!

Сука, я опять гляжу в пространство,

Совсем один, без твоей сладостной красы,

И начинаю уже Господа бояться,

Почуяв вместо лона, как бегут часы!

Заставь меня немного погодить,

И я вмиг разорву все твое платье,

Пред окончаньем света наша прыть

Окажется у Господа в объятьях!

Подолом платья вдруг неистово шурша,

Ты приглашаешь в сладостность объятья,

Увы, мы все уходим, блин, душа,

Где тьма лишь хороша отсутствьем платья!

И фигли, милая, нам вечная борьба,

Господь во все века зовет на битву,

Я по геройски смерть приму, но кто тебя

Пронзит своею сладостной молитвой?

Когда снесут меня в таинственный покой,

Позволь сказать тебе, любимая, заранее,

Возьми мой прах изнеженной рукой,

И дух вернется тут же в страстном обладании!

Без обладания бы не было меня,

Тебя, других и всего мира,

В обладании магического сна

Любовь светит вечным ориентиром!

Да, фигли думать о тебе, уже подумал,

И, как нарочно, потерял весь ум,

Неужто из-за Бога в вечной сумме

Мы с тобою получаем шум-бурум!

Не надо слов, Господь, я совершил проступок,

Но все заранее обдумано тобой,

Я в лоне ненаглядной много суток

Был охвачен яростной борьбой!

Кто-то спросил меня: Зачем все это?

Зачем живу, то там, то здесь,

Его вопрос бы я оставил без ответа,

Но в твоем лоне есть благая весть!

Бог стоял за окном, ангел в небе летал,

Под крестом спал безумный покойник,

А у нас с тобой задымились тела,

Это вечность вела с нами войны!

Одна луна светила в наш покой,

Снег очень быстро превращался в лужи,

Я в твоем лоне прикасался к тьме щекой,

Ощущая в ней всех тех, кто был мне нужен!

Лицо без надобности, если это вечность! —

Прошептал вдруг голос за спиной,

Я твои ноги положил себе на плечи,

Мы вместе в Вечность плыли пламенной волной!

Однажды в твоем лоне поселился

Какой-то странный и загадочный сверчок,

Он пел, вдруг опьяняя вечность смыслом,

Бедный странник между 2 прелестных ног!

У Бога спрашивал: Зачем мы здесь живем?

Всю ночь глядел в твое чарующее лоно,

Представляя себя страстным кораблем,

Несущим с тобой в вечность людей сон-мы!

Как много всех попадало в кровать,

А мы с тобою – в грязь со снегом,

Даже в холодной тьме прелестно ворковать

На крутом спуске между альфой и омегой!

Бог отвечает мне: О, да! Конечно!

Но я еще не сформулировал вопрос,

В твоем лоне ощущая вечность,

Держусь за нити молний в сонме гроз!

Бог в небе нас окутывал познаньем,

При этом смысл, что обретала наша связь,

Была полна такого вечного желанья,

Что мы дружбу обрели, в любви трудясь!

И на х*ра мне это все? – сказал я Богу,

Бог отвернулся, зато ты ко мне пришла,

Выпив водки, целовал со страстью ногу,

Со страхом чувствуя, как тают в тьме тела!

Что поможет одинокому мужчине? —

Только твое лоно и любовь!

Но только мне – безумцу и скотине,

В нем дано оказываться вновь!

Ты сняла платье и трусы, а за окном

Моя жена уже который день стояла,

Мы будем вместе слиты вечным сном,

Она на улице, а мы под одеялом!

Малышка радостно смеется на руках, —

Ты уже выходишь из больницы,

О, разрази меня мой прах,

Я буду снова в твоем лоне шевелиться!

Куплю сапожки крошечке своей,

Подарю тебе себя на день, на два,

Потом с женой посплю, злодей,

Бог обрек на муки из-за естества!

Жизнь имеет и начало, и конец,

Я тебя имею и жену,

Вот такой уж – подлец,

И страсть, и жалость меня тянут в темноту!

Жена заплакала, когда к тебе поехал,

А до этого шпионила за мной,

Договорились мы до слез, а не до смеха,

Ведь в твоем лоне я ловлю безумный зной!

Увижу мрак, и буду снова грезить,

И твое лоно с ярой мукой ощущать,

Диким оревом летать в небесной бездне,

Ибо ты нежна всегда, земная мать!

С голодным естеством спешу к тебе,

И уткнувшись носом между ног,

Чувствую, – исчезнем мы в борьбе,

Которую для нас придумал Бог!

О, Боже мой еще 5 жалких лет,

А может 10, или даже 20,

Я научился смерти не бояться,

Ибо увидел в твоем лоне вечный свет!

Да, были бабы в наше время! —

Сказал какой-то старый дед,

А я подумал, – и мое, ведь, семя

В тебе, волшебная, шлет Господу привет!

Сколько людей ушло уж из меня,

И были все пропитаны тобой,

Твоим лоном, страстью и тоской,

Я до сих пор рожаю их из сна!

Мучительно больно смеются друзья, —

Ты не можешь жить без приключений!

Но, что поделать, если ты, моя душа,

Нежным лоном даришь свет преображенья!

Не знаю, – где и как, и в чем

Смысл обнаружил вмиг раскрывшуюся душу,

Когда ты нежным лоном, сладким сном

Обняв меня, вдруг дико душишь!

Я – жена по рабочим дням! —

Ты твердишь мне с обидой упрямо,

Увы, но Бог сделал меня

«Двоеженцем» – героем романа!

Ничто никогда не есть,

Но поверь, всегда возникает*,

Ты бы вечно хотела залезть

На меня, когда б жила веками!

Не рождает, а сидит и оживляет

Курица свое яйцо,

То ли дело, ты, моя родная,

Потужилась и вышло враз лицо!

Идеи носят копии в пространстве, —

Об этом говорил всем Эпихарм,

Послушай, милый, в нашем бл*дстве

Не хватает копий ругани и свар!

Жена грустит, а ты страдаешь,

Я между вами смысл ловлю,

И вижу в тьме, – нас мать святая

Подводит к вечному рулю!

Твоя плоть была чиста с рожденья,

В твоем лоне вечной будет страсть,

Даже грядущий мрак исчезновенья

Вернет из праха твою сказочную власть!

Часть 37. Куда уеду, сам не знаю!

Нет сил, как я хочу на небо,

Уплыть куда-нибудь с тобой,

В тот вечный край, где божья небыль

Еще возвысит нас судьбой!

От нежности твоей вдруг умираю

В твоих глубинах влажных и земных,

Белым облаком всхожу на горы рая

И проливаю в вечность сладкий миг!

Еще чуть-чуть мне дай блаженства,

Малышка, слышишь, уже сладко спит,

А ты в безумных безднах совершенства

Преобразуешь в страсть мой жалкий стыд!

Крест у дороги безымянный,

Стоял один как человек,

А мы в кустах из вечной тайны

Рождали въявь грядущий век!

Бог сделал так, что нас с тобой не будет,

Но нашей страсти образ вложенный в порыв,

Будут в себе носить уже другие люди,

Ибо мы сумели сделать в чувствах взрыв!

Я видел стрелку в твое лоно, слово «рай»

По стрелке шло уже в глубины лона,

И только Бог один показывал нам край,

За который мы ступив, лишимся трона!

Я офигел от жизни, но в тебе

Хотя бы миг блаженствую в природе,

Пусть тот, кто видит смысл в земной борьбе

Увидит сам, что он по смыслу не угоден!

Пока мы живы, Господь правит наш баланс,

Создавая общей страстью равновесие,

Вот и нам с тобой он выдал шанс,

Через лоно облететь столетья песнями!

Куда еду, сам не знаю,

Иль к тебе, или к жене,

Снег, и вьюга кружит заю,

Зая – это я во сне!

Несчастный я, безумный человечек,

Гляжу порой неведомо куда,

И только в сладости любви по руслу речек

С тобою провожаю вдаль года!

Бог дал мне траекторию полета

Из лона твоего в грядущий век,

И там я чую, по любовных нотам

Наше счастье ловит новый человек!

Безумству храбрых нет конца,

А нашей страсти – оправданья,

Вот и жена моя с лица

Живет в задумчивом изгнанье!

И тебя с ребенком не бросить,

И жену не смогу потерять,

Так зима обнимая вновь осень,

Шлет безумцев в любовную рать!

Я, как и Бог, не вижу в жизни смысл,

Ибо овладев любой идеей,

Вечность исполняя свой каприз,

Ее внезапно в темноте рассеет!

Вдохнул Бог в глину свою жизнь,

Вдруг поделившись жизнью с нами,

Подарив нам на мгновенье смысл,

Как излученье тайны сказочными снами!

Как сыграть свою роль, подскажи,

Ты создал нас, Бог, для души,

Мы играем друг с другом всю жизнь,

Лишь в мгновениях чувствуя высь!

Моей жажды водка, нет, не утолит,

Только ты, втянув всем лоном, даришь смысл,

Жаль, когда умрем, в молчанье плит

Потомок не расслышит страстный визг!

Бог примеряет образы людей,

И нас с тобою вместе в тьме воздвигнув,

Он со мною в лоне видит свет идей,

Где все смертные ослепнут и враз сгинут!

Как это было в самый 1-ый раз,

Когда в конторе на столе ты, страстно лежа,

Кусая пальцы, прятала экстаз,

Ибо в молчанье созерцал нас вечный Боже!

Порой отсутствуя в своей безумной жизни,

В твоих объятиях бессовестно учусь

Привыкать к одной запрятавшейся мысли, —

В противовес Бог из любви рисует грусть!

Смысл видеть ад во сне или во тьме,

От страха щурясь, ощущая лоно,

К тебе прижавшись, как к жене,

Подарен Богом, знаю, всем влюбленным!

Ветрами принесен издалека

Прелестный свет твоей беснующейся плоти,

В тебе готов я пропадать века,

Ибо бессмертья дух страсть в твоем лоне ловит!

Малышка счастлива, игрушки на воде

Качаются как ветки с мотыльками,

Цвет их ярких крылышек везде

Ее пальчикам дает почуять тайну!

Опять к тебе прилягу, зацелую,

Малышка будет крепко спать,

И пока мы поднимаем с тобою бурю,

Вместе с нами застонав, вздохнет кровать!

Прости, Господь, я – твой несчастный пленник,

Омар Хайям мне подсказал безумья смысл,

Мы с любимою сливаясь точно тени,

В хмельном бреду вновь исполняем твой каприз!

Бог создал меня игрушкою своей,

И уже вечность с человечеством играя,

В сердца пуская сладостный елей,

Он нас с тобой соединив, грустит о рае!

Не все, что я создал, осталось здесь,

Кое-что ушло с безумной тайной в вечность,

Даже из лона человек, как божья весть,

С собой несет в края иные нежность!

Право на жизнь в твоем безумном лоне

Мне подарил однажды втайне Бог,

Как птица таял я на небосклоне,

Между двух сущностей раскинувшихся ног!

Бред поделил мое сознанье надвое,

Везде с оглядкой грешной на тебя,

Я ощущал пятно твое кровавое,

Нами убитое в случайности дитя!

Бог сделал тебя моей нежной тенью,

Везде, где я к тебе не прикоснусь,

Расцветает вмиг волшебное растенье,

Освещающее ярким чувством грусть!

Увы, вина меня переполняет

Перед тобою и моей женой,

Лишь даль существования иная

Успокоит мою душу тишиной!

Стою и грежу в тихом мраке,

Вдали мерцают огоньки,

И лают бедные собаки

О том, как были мы близки!

Напился пьян, грущу о рае,

И в твоем лоне сон ловлю,

Там люди что-то выбирают,

Хотя их жизнь равна нулю!

В необозначенных координатах ночи,

На мерзлой опустевшей вмиг земле,

Твой призрак мне является воочью,

Хотя с тобой – живой долблюсь в безумной мгле!

Между одною дочкой и другой,

Между тобою и моей женою,

Я бьюсь об небо яро головой,

Как сверчок не смогший спеть про рай весною!

На мне от «Двоеженца» есть печать,

Сам Бог ее на мне поставил,

Когда лишь начинал роман писать,

Я уже чувствовал в душе бои без правил!

Бог не отдаст нам мироздание во власть,

Лишь в твоем лоне забываясь часто,

Я ощущаю, что неистовая страсть

Ведет нас к смерти за изведанное счастье!

Вечность. Страсть. Безумие Вселенной,

А мы птичками порхая в небесах,

Наслаждаясь с радостью мгновеньем,

Подвох внезапно чуем в чудесах!

Вчера мы – одни, сегодня – другие,

А завтра нас уже нет,

Люби же, любимая, с бешеной силой,

Пока горит радости свет!

Сколько лет бы нам с тобою не осталось,

Люби, любимая, до крика и до слез,

И пусть смертельная усталость

Ведет нас в царство вечных грез!

Ослепленный твоим лоном в темноте,

Я не бессилен промолчать пред Богом,

Ведь, где бы ни был я с тобою, я везде

Был насквозь пронзен безумным током!

Дружил я с Богом, но узнал потом,

Что Бог, увы, ни с кем из нас не дружит,

Он и в лоне твоем строил нежный дом

Для меня, чтоб я прожил безумным мужем!

Оргазм нас обхватил как вечный ужас,

Хотелось тут же вместе закричать,

Но твоей страстью вмиг обезоружен,

Уже счастливый, я молчал за благодать!

Манипулирует живыми Бог, и страшно,

Что этот подлинный наш мир навек умрет,

Так мы с тобой среди могил и мертвых граждан

С большим сомненьем продлеваем грешный род!

Благим намереньем застелен путь к могилам,

Мы на холме сближаясь в час ночной,

С тобой растратили не зря живые силы, —

Другие тоже будут падать в мир иной!

Что делать долгими ночами

Во тьме пугающей зимы?

Тебя зажженными речами

Свести к дрожанию весны!

Психоз ударившей в глаза мечты

Управляет зверски нежными телами,

Мы расцветаем в полночь как цветы,

А Бог из нас возносит в вечность пламя!

За мгновения волнующих беспамятств,

Что мы обрели с тобой во мгле,

У малышки на лице играет пламя,

Дай, Бог, бессмертия живущим на земле!

Велика судьба ничтожной моли, —

Съедать одежду нашу без лица,

За что мне Бог дает надежду с болью,

И с твоим лоном в ощущении конца?

В ночи о лоне размышляю,

В нем тайну вечную ищу,

Тебя ласкаю, глажу лялю,

Вновь сея семечко в межу!

Ты – волшебница безумного сложенья,

Ты – фея из тумана грез,

Ты обучила меня страстным упражненьям,

Взрывая радугу из наших чистых слез!

Попробуй нежностью своей попеременно

Все сокровенное во мне предугадать,

И вызволив из суетного плена,

Вдруг заново родить как будто мать!

По доброй воле страждущий несчастен,

Хотя о воле надо Господа спросить,

Откуда в смертных столько ярой страсти,

И в нас такая бешеная прыть?

Нет, не могу я одержать рассудком мир,

А с тобой, в твоем безумном лоне

Лечу как гром из всех небесных дыр,

Пока нас радуга во сне сияньем ловит!

Весь век охранником твоей чудесной плоти,

Уже в печали доживаю страсть,

Во тьме лишь духам я шепчу: Когда уйметесь

На мне опробывать божественную власть?

Наслажденьем опьяненный,

Я с тобой иду ко дну,

Бог безумством осененный,

Тоже клонит нас ко сну!

Бог был вечно, каждый день решая судьбы,

Он выдумал еще тебя со мной,

И хоть живы мы, но смертны, обмануть бы

Эту тайну с вечной тишиной!

Мы любим, проникая друг чрез друга,

В живое наслаждение весны,

Предчувствуя бессмертье внутри круга,

Мы жалеем смерть во тьме войны!

Мы сопряглись с тобой, – огонь и влага,

Из наших тел на небо облако взошло,

То ты в реке у леса как русалка нага,

То на снегу у леса долбишься в пальто!

Соединились и разъединились,

Напились водки, спать легли,

Мы люди или кто? – Скажи на милость!

Но Бог молчит под одеялом мглы!

6 тысяч слов как ураганный ветер,

Слились в объятье нашем в небесах,

Спасибо Бог! Спаси нас в нежном свете!

Ничто не вечно и не вечны чудеса!

Из чего возник первый из рода,

Под именем землянин – человек?

В одном единственном имен так зверски много,

Как у нас с тобой в постели сладких нег!

Ты только присмотрись, – как ты рожаешь,

Как в животе твоем детеныш наш растет,

Как странно то, что ты его не знаешь,

Но уже любишь, ибо он продлит твой род!

Мы обучаемся всему и повсеместно,

Как будто Бог из нас в нас правду говорит,

И почему ты обнажилась как невеста,

И внутрь зовешь, и я в тебе, и где мой стыд?

Допустим, я – разумный, но что толку,

Какого хера, ты воспользовалась мной,

Впустила, блин, в таинственную щелку,

Теперь всю жизнь с тобой живу будто слепой!

Бог созидает труд великих наций

На ложе страсти в лоне бытия,

Люблю тебя, хоть чую вечность провокаций

Во всем, что делаем друг с другом, – ты и я!

Не уморите меня, духи,

Ведь я на миленькой лежу,

Она кусает мои ухи, —

И жизнь подобна миражу!

Я к счастью пририсую вас обеих,

Дам крылья, чтобы полететь,

Пусть мне Бог простит мою затею,

А впрочем, хер с ним, все равно ведь смерть!

По отношению к телам и к их способности

Бог приделал очень въедливую страсть,

Вот и я долблюсь с тобой в любовной пропасти,

Пока в прахе нам не довелось пропасть!

Долблюсь с тобой, будто пытаюсь выжечь

На сердце страстный поцелуй,

Гляжу в сугроб, а подо мною ты же

Мне шепчешь, полная семян: Ой, не балуЙ!

Исследуй, милая, природу ощущений,

Люби меня и двигайся вперед,

Во тьме любовь нас приведет к исчезновенью,

Вытащив из тел другой народ!

Все что известно, – быстро понимаю,

Как дважды два – четыре, ты – моя,

Будто веточка сирени в светлом мае,

Цветет для Бога вся безумная фигня!

Шкодливый кот нажравшийся в помойке,

С тобою я, любимая моя,

Сыграл 100 раз симфонию на койке,

Послав в тебя аж 1000000 семян!

Перед Богом стою со свечой,

И зачем-то с толпою молчу,

В твоем лоне пахнет мочой,

Но вся Вечность бежит по ручью!

Неприкаянный и, очевидно, злой,

Я молился на светящееся лоно,

Много раз соединив себя с тобой,

Я уже молился монотонно!

Бог духа к нам в окно послал,

Я целовал тебя со сладостным прищуром,

А дух ваял в тебе бессмертный идеал,

Ибо Богу нравились амуры!

Есть одна молитва из трех слов, —

Ты, Любовь и сладостное лоно,

И есть жизнь, жена и цепь оков,

Бог мое сердце вставил в круг вроде кулона!

Пронизанный насквозь ветрами вечности,

Я чувствую рентген безумных глаз,

Тебя я чую в нежной безупречности

И от жены слезы сияющий алмаз!

Я перед Богом встал на четвереньки,

Чтоб он острее чуял низость человека,

Если в лоно ведут нежные ступеньки,

То из лона в вечность ты летишь калекой!

Я в храм зашел, купил себе псалтырь,

Чрез Аз и Буки подошел я к Веди,

Между букв священных вскрылся мой волдырь,

Его с губ твоих принес безумный ветер!

В полночь мы одни под солнцем мрака,

Чувствуем себя с тобой насквозь,

Вот отчего печальная собака

Завыла так, что и в душе отозвалось!

Мы тени тех, кого уже не будет,

Лишь на монетах отпечатки наших пальцев,

В прахе лона дев стыдятся судьи,

Каждый ангел шепчет Богу: Сжалься!

Я выпил водки столько, сколько влезло

В мои уши слов твоих и слов жены,

Мой жалкий хер висел в безумной бездне

Вместе с рожками слепого сатаны!

Я у Бога выпросил молчанья,

С этим молчаньем я лежал один в полях,

Чуть-чуть балдея в ожиданье обещанья,

Что мы с тобою вместе будем прах!

Часть 38. Болели сладостно от поцелуев губы

Зачем жалеть себя и остальных? —

Смерть в глаза летит безумным светом,

Мы ущербны, и Господь наш – псих,

Если жизнь бросает в вечность без ответа!

Цветет давно растение в полях,

Его цветы висят безмолвными плодами,

И мы с тобой проходим через страх,

Друг в друга ослепленными глазами!

Господь, моя душа давно раздета,

Увы, ущербен мир, и всех живых удел, —

Пытаясь насладиться вечным светом,

Тонуть в безумном прахе грешных тел!

Увы, но ничего уже не будет,

Даже с тобой я холоден как лед,

Как будто жду когда меня осудит

Нами с тобой созданный народ!

Глазами слез заполненный колодец

Никак уже проблему не решит,

Я перед Богом жалко созданный уродец,

Плюю в его возвышенную жизнь!

Твое хитрожопое лоно

Найдет как тебя удержать! —

Кричала жена возбужденно,

Я скорбно писал жизнь в тетрадь!

Мой Бог ты вряд ли меня любишь,

Коли 2 баб привлек ко мне,

Болели сладостно от поцелуев губы,

Сейчас молитву шепчут лишь во тьме!

Ах, Боже, предки вы себя не знали,

И нас создали неизвестно для чего,

Теперь мы долбимся в неистовой печали,

Пытаясь смысл найти иль плюнуть в бытие!

Безумец светит жадным глазом,

Ты вся насквозь поражена

Одним томящимся экстазом,

Как будто ты ему жена!

Бог надо мной поставил страшный опыт,

Призвав мне призрак твой в тоску,

Твой призрак поглядел и тут же слопал

Мое сердце по огромному куску!

Господь, твой опыт я прочувствовал заранее,

Ты просто ненавидишь всех людей,

Ибо дав им нежность обладания,

Ты в прах торопишься их превратить скорей!

Переборов тоску и ревность,

Тебя я сладостно люблю,

Вкушая мигом нашу нежность,

Я чую, – все бежит к нулю!

В лес зашел, чтобы на время позабыться,

А призрак твой лежит со мной в снегу,

Ты крылышками хлопаешь как птица,

Но я взлететь с тобою выше не могу!

Не зарастет к тебе народная тропа,

Мое прелестное возлюбленное лоно,

Даже прах рассеянный в гробах,

Из мрака к тебе рвется с нежным стоном!

К безумно смертным существам таю я жалость,

Глядя в вечность через небо в сонме звезд,

Где в мерцанье бесконечном спит усталость

Всех призраков, которых Бог вознес!

Мы любим друг друга июлями,

В декабре на морозном снегу,

Даже в кухне между кастрюлями

Я в тебе разгоняю тоску!

Я хочу уйти к тебе, но я застрял

В жалости к жене, и к дочке с матерью,

Так на дне морском коралл

Прикрывает рыбок доброй скатертью!

Кричишь на детей, – сиротлива,

Ведь я приезжаю на день,

И лоно твое без полива

Бросает мрачную тень!

Грущу над волнами морскими,

Хотя в полях взмывает снег,

Но повторяя твое имя,

Я начинаю вдаль разбег!

Наша малышка пролетает сквозь века,

Схватив за волосы во сне тебя со мною,

Она как птица быстрокрылая легка,

И будет также одурманена весною!

Между прошлым с будущим застрять,

И любить тебя хоть где,

На снегу иль на траве, —

Вечность дарит только благодать!

Твою головку украшают лавры —

Незримые – невиданных чудес,

И ангелочки бьют в литавры,

Ибо в тебе я вновь исчез!

Как Богу справиться с безумным настроеньем,

Когда я на тебе едва дышу,

Когда мое неистовое рвенье

Бессмертным семенем ушло уже в межу!

Фигли представлять, когда мы есть,

Слитые в рожденье, как и в блуде,

Куклы Господа, мы здесь

Познаем лишь мгновенья в вечном чуде!

Фигли, менять, ничего не изменишь,

Тупо полюбишься, тупо помрешь,

Людей в пыль сотрет божественный веник,

Прелестное лоно – вечная ложь!

Не думай, те, что тебя хвалят,

В душе своей ни разу не хулят,

Ведь мы – соединившиеся твари

Совсем по разному взрыхляем райский сад!

Что можешь ты? Ведь, ничего не можешь!

Всю жизнь за нас с тобой обдумал Бог,

Вот почему трясемся так на ложе,

И очень быстро исчезаем между ног!

И все равно божественное лоно

Оживляет наш упавший в землю прах,

Ибо Бог взирает благосклонно

На влюбленных в их измятых простынях!

Я вновь в тебе рождаясь, умираю,

И слышу нежный шелест твоих губ,

Волшебное тепло несет по краю

Призрак нашей жизни – вечный труп!

Подбрось меня своей волшебной плотью,

Смешай меня со тьмою в небесах,

С лучами звезд, с бессмертием в народе,

Которое нам видно в чудесах!

Ты разделась, и я весь изнемогаю,

К тебе я прижимаюсь и влекусь,

Рвусь в лоно с мыслями о рае,

И уже после ощущаю в мраке грусть!

В безмолвном шепоте теней

Целую твой живот,

В нем всех живей и всех родней

Малышки свет живет!

Закрыл глаза и вижу чей-то призрак,

Я в твоем лоне, в небе ангел или Бог,

Божественными нитями пронизан,

Ощущаю Вечности чертог!

Свет души моей, небесная печаль

Влила в образ твой волшебной красоты,

В лоне затуманенная даль

Одела нежностью святою все мечты!

От одной эпохи к другой

Время катит нас с тобою беспощадно,

Лишь в твоем лоне сладостный покой

Раскрывается божественною тайной!

Я – робот, я – машина Бога,

Я заключен в тебя, как в этот мир,

Даже в лоне твоем тайная дорога,

Дает лишь круг во всю небесну ширь!

В тревожных мыслях часто перед Богом,

Молчу, но не боюсь пропасть,

Мне бы в тебе исчезнуть ненароком,

Чтобы вкусить божественную страсть!

Смеются ангелы, а вместе с ними дети,

Но как же дик и страшен смех толпы,

Я и в лоне твоем чую смерть столетья,

В прах улетевшие великие мечты!

Если лоно твое сотворили боги,

То между ними был один великий бог,

Он и создал миллиарды, сонмы

Вечных ощущений между ног!

Как быть довольным этим куцым раем,

Где тени живших бродят рядом в темноте,

И если мы с тобой сейчас сгораем,

То из нас мир рвется к вечной пустоте!

Почувствуй, как я счастлив в темной жизни

Между твоим лоном и своей жены,

Между бездной и чудесной высью

Мы на полет в безумный мрак обречены!

Прости доченька меня, и знай, что мамка

Уже не может такой радостью пылать,

А у возлюбленной моей такая ямка,

Что прямо в смерть зовет земная благодать!

Смысл виден в том, что никогда

Я не устану ворошить земное пламя,

И в твоем лоне вечная вода

Перетекает уже к Богу в его память!

Ползет змея на Новый год,

А мы с тобой в обнимку спим,

Бог свел все звезды в хоровод,

И народ летит как снежный дым!

Из призраков скрывающихся в тьме,

В твоем лоне явно был один,

Бог молча разговаривал во мне,

Утверждая, что я точно его сын!

Из нежности твоей между коленей

Мне давно сияет вечный свет,

Я не боюсь растаять вроде тени,

Лишь бы с тобою таять много лет!

Уже нет слов, и в мыслях только водка

Путь к лону нежному вершит,

Ты раздеваешься, мой ангел, слишком кротко,

В раю имеют все безумный вид!

Ты помещаешься на мне как сновиденье,

Раздвинув ноги и запрыгнув в небеса,

Лишь в чудесах обняв твои колени,

Дрожу пред Богом на невидимых весах!

Проходят люди сквозь пространство,

Сквозь нас по вечности бредут,

Я в лоне чувствую богатство,

Хоть Бог зовет уже на суд!

Целуйся, нежная моя, и сладко падай,

И раскрывай свою ложбину для ручья,

Мы расцветем с тобой безумным садом,

Богом воссозданные в вечности к лучам!

Стою перед Богом, грущу в тишине,

Поминая наши грехи,

Но сладостно было с тобою во сне

Ощущать, – мы как тени легки!

Споткнулся много раз об это слово,

И лишь забыл его в твоих устах,

И твоим нежным лоном околдован,

Читал всю жизнь уже, как с чистого листа!

Бог дай мне правды, если ее нет,

То дай намек на вечное отсутствье,

Я ощущаю в твоем лоне свет,

Как знак великого сочувствья!

Разреши измерить землю своей болью,

Каждый кустик кровью обагрить,

Я, мой Бог, ослеплен был любовью,

И ещё хочу ослепнуть, свет едрить!

Кусай меня, любимая, зубами,

На шее след когтями оставляй,

И раскрывая свет любви губами,

Впускай в свой разгорающийся рай!

Прижался к дереву на поле среди снега,

И слушал тихо пение ветров,

Также с тобою создавая человека,

Я, моя нежная, подслушал и любовь!

Я лишь на миг обосновался в твоей тайне,

И было мне в ней сладко и легко,

Но Бог сказал: Проснись мой вечный странник,

Тебе идти еще безумно далеко!

В безумстве храбрых исторгает вечность

Из нас сплошной живой поток,

В тебя волшебную конечность,

Я, запустив, себя исторг!

Что ты делаешь, безумная душа,

Сладко нежась и мне вешаясь на шею,

Ведь ты зовешь в те безвозвратные края,

Где я вместо себя лишь тень имею!

В каждой жизни светится душа,

Но ощущая тебя ночью в вечной тайне,

В одном распятии загадочном дрожа,

Был Богом я изведан в плоти крайней!

Безумье жизни, – и у мамы лоно,

И именно оно нас извлекло,

Чтоб мы с тобой лучами небосклона

Сложились вместе в вечное стекло!

Опять я водку пью, изведав жизни странность, —

В твоей могилке нежной трупиком дрожать,

Вот также Бог в отсутствии всех планов

Ночами развлекает божью мать!

Не богохульник – я, а мистик и философ,

И остро чую в дереву его кору,

В тебе волшебную нору, где без вопросов

Начинаю вновь безумную игру!

Стекающими каплями в губах,

На кончиках ресниц и в твоем лоне,

Будто тайны вечные в гробах,

Мои чувства реют змеями в эоне!

Я перейду границу чувств, чтобы добраться

До места, где ты подарила свет тепла,

И сияньем лона грустного скитальца

Из его тела очень нежно извлекла!

Малышка очень весело смеется,

Уткнулась своим носиком в меня,

Это чудо словно луч от солнца,

Из лона твоего как из огня!

От туч бегут тени по небу,

И призраки в тайне – во тьме

Шепчут о том, что я не был,

Но я был и буду в тебе!

Малышка чертит что-то на бумаге,

Вместо человечика круги,

Сходящиеся вместе в нежной влаге,

Творящие нас из одной руки!

Упал в тебя, прижался к тебе телом,

Поцеловал, вздохнул, излился весь,

В ожидании бескрайнего предела,

Жду, когда меня захватит божья весть!

Ты помнишь тропку на холме, ручей в овраге,

И тень дубрав, и терпкий дух душицы,

Мы с тобой тогда могли 100 раз влюбиться,

Соединяясь вместе в общей нежной влаге!

Сижу на поваленном дереве,

Гляжу на выпавший снег,

И думаю, что в твоем тереме

Появится вновь человек!

Сколько бутылок надо выпить, чтоб забыться,

И ни о чем уже не думать никогда,

Где кладбище, где рай, а где больница,

Где твое лоно, моя нежная судьба!

Ты постелила рай между деревьев,

В шептанье мушек и застенчивых ветров,

Я забывался в лоне твоем девьем,

Ощущая над собою вечный кров!

Бог моргает вечным глазом,

Я в тебе вновь смысл ловлю,

Лишь слеза ночным алмазом

Шепчет вечность кораблю!

Раздвинул ноги и целую груди,

Что вижу я с тобой во тьме ночной,

Кто мы призраки иль люди,

Навеки связанные вечной тишиной!

С тобой как в детстве я построил бы шалаш,

Из разных веток и цветущих сном растений,

И на траве бы разгорелся праздник наш,

Пока с тобою мы еще пока не тени!

Прекрасное молчание без слов,

Когда в снегу в тебе в волшебной шубе

Я нахожу блестящую любовь

И слышу ангелов заливистые трубы!

Посмею пожалеть и приласкаюсь,

И к лону нежному душою всей прильну,

Ибо ты – моя божественная радость,

Все остальное сводит Бог к нулю!

Часть 39. Несет меня Господь к всевышней точке

От комет планеты солнечной системы

Создал защитой хитрый Бог,

Но как с тобой укрыться нам от смены

Безумных чувств определивших смертный срок?

Вечность. Скука. Тьма. Еще дожди.

Грязь и снег. Потом холодный ветер.

Только твое лоно впереди

Милым счастьем на дороге светит!

Между дочуркой и малышкой,

Между женою и тобой

Судьба раскрыта тайной книжкой

И я веду с ней смертный бой!

Мать плачет, причитает, а жена

Лежит одна во тьме как мумия святая,

Еще дочурка, и малышка, ты и я,

Лежим и думаем, во сне себя съедая!

В ночку лунную гляжу я из окошка,

Жена далече, а здесь голенькая ты

Разнежилась на мне безумной кошкой,

Мурлыча в тьму о постиженье красоты!

Безумец, – глажу твой живот,

И заползаю дальше в лоно,

И чую, как в душе растет

Огонь любви против закона!

Гляди-ка, что судьба послала мне – еврею,

Твою божественную сладостную плоть,

Поэтому змеюкой гордо рею,

Размножить созданный им мир решил Господь!

Кто предан силе духа, а кто плоти,

А кто силе духа, плоти и любви,

А я любви, и Богу, и Вселенной,

Всему чего достойна в жизни ты!

Смеются люди, плачут, размышляют,

Порою резво долбятся как мы,

Гуляя и лесами, и полями,

В сугробах по колено среди тьмы!

Несет меня Господь к всевышней точке,

Откуда мне возврата уже нет,

Ты и жена, три ласковые дочки,

В общем, все призраки увидевшие свет!

Речка медленно льдом покрывается,

И покрыта снегом земля,

Ты, покрытая мною красавица,

Повнимательней будь у руля!

Читаю библию, и чую, что Иов

Был такой же противленец злу,

Будто на двоих одна любовь

С Богом жизни подвела к нулю!

Читаю библию, и чую, что Иона

Не зря запрятался во чреве у кита,

Я даже в рыбе чую твое лоно,

Едва касаясь всей душою живота!

Велик наш Бог, а мы ничтожны,

Но так жадно зарываясь вдруг друг в друге,

Мы, любимая, Вселенную под кожей

Ощущаем в благодатном круге!

Так хочется восстать вдруг против Бога,

Из лона твоего в ночи взлететь,

Уж раз его молчание жестоко,

То вечным благом будет наша смерть!

Слышу, – тени просят перейти,

Из объятий нежных вырвавшись наружу,

И чую, – Рубикон в пути

Уже встречает затуманенную душу!

Перед тобою наг и перед Богом,

Никак не вымолю прощение его,

Но каким блистательным пороком

Ты в душе затмила божье естество!

Вкушая лоно, трепещу отчаянно

Зверьком окутанным тобой,

Ты, – моя безумнейшая тайна,

Ведешь с вечной бесконечный бой!

Вразрез с собой, вразрез с любимым делом,

Я глажу твое тело в забытьи,

Уж слишком совесть меня в темноте заела,

Я бы желал туда, но лишь с тобой уйти!

Увы, объединяет всех одно,

Мы смертны все, и в это наша доля,

Поскольку в жизни часто делаем дерьмо,

Хотя в дерьме мне часто мнится божья воля!

Глазами к Богу обращен, а думой к небу,

Ты, твоя тень, увы, безжалостный мираж,

Все постигается, вмиг превращаясь в небыль,

И только Бог блажен от созданных им краж!

Зачем я Богу, и моя душа —

Вместилище безумных совершений,

Как всё ничтожно здесь, и все грешат,

Предчувствуя свое исчезновенье!

Из праха в прах летим, заслуживая кару,

И наша грязь, бессовестная страсть

Вздымается громаднейшим пожаром,

И чую, Бог лишь может так проклясть!

С малышкой вкрадчиво перебираем,

Любимая, волосики твои,

Нити путей незримых нас ведущих к раю,

Отражающие свет земной любви!

Я верю в Бога, миг бессмертья,

Похоже, в тайне оживет,

И нас с тобой поднимет ветер

Из праха в даль святых высот!

Бог обессмертит нас одним мгновеньем,

Уже в оргазме проникая в чудеса,

Мы ощутили сладость превращенья

Из сотворенных в сверхиные существа!

Обладая силой двигать мое тело,

Теснейшим образом связуясь всей душой,

Ты, безумная, так дерзко осмелела,

Что в тебе я чую, был другой!

Я сделал все, чтоб жить твоим безумьем,

Чтоб чаще видеть твои яркие глаза,

Я бы с жадностью в твоих объятьях умер,

Но ощущаю жизнь, в ничтожность ее зря!

Еще немного и меня не будет,

Не будет ночи поднебесных сфер,

И твоим лоном будут наслаждаться люди,

Имеющие вид тупых химер!

Как много власти над судьбой своей

Дано земному человеку,

Но почему я стал несчастней всех людей,

Вкусив и волшебство твое, и негу?

Меня в сто раз счастливее калека,

Он без конечностей, я без ума,

Он по доброму глядит на человека,

Я ненавижу всех и сам себя!

Найти бы девочку какую,

И с ней забраться в тихий лес,

Я водку пью и вновь психую,

В любимую закрался бес!

Упасть бы в вечное молчанье,

В снегу, в мерцанье тихих звезд,

Весь в ощущенье умиранья,

В последний раз люблю до слез!

Иов несчастен был по воле Бога,

Бог его дьяволу для опытов отдал,

Вот и во мне несчастий слишком много,

Чтоб, видно, я ослеп и замолчал!

Тебя не будет и меня,

Бог уравняет нас в одном исчезновенье,

Так явь обманчива, – ведь в постиженье сна

Нам посылает Божье откровенье!

Как странно, – мы заслуживаем смерти,

И в любви всегда творим грехи,

Какое не возьми столетье,

В любом мы безнадежны и плохи!

Что хочет Бог? Он ничего не хочет!

Он получает все уже от нас,

Слепок оргазма с криком среди ночи,

И пот, и слезы, что окутали экстаз!

Ты сравнила жену с первым встречным,

Я молчал, и задумчив был Бог,

Это он нас с грехами ввел в вечность,

Дав в насмешку дерьмо между ног!

Зачем мне жить? В грязи твоей клоаки

Пить наслажденья сладкий яд?

Уж лучше бы изгрызли нас собаки,

Ведь мы вместе покидаем райский сад!

Вспышка ярости и ревности прошла,

Я гляжу на мир опустошенным зверем,

Мне не хватает твоего тепла,

И без тебя мой мир лишен великой цели!

После ссоры трубку ты дала малышке,

И я услышав вмиг волшебный голосок,

Вернул себе потерянный умишко,

И увидел вновь блистанье между ног!

У зверя есть пространство и нора,

А у меня твое загадочное лоно,

Я в нем объят теплом всемирного костра,

Из которого рождались миллионы!

Бог издевается и тычет тьмою в лоб,

Я – психопат, ревнивец, блин, несчастный,

И так мало верую в людей,

Особенно, когда сгораю в страсти!

Все сотворенье высится тюрьмою

Для человечества на миллион веков,

Будь всегда любимая со мною,

Ибо разум мой ослаб во тьме оков!

За миг прелестной нежности в потемках

Между ног твоих готов я все отдать,

Ибо в тебе – в скорлупке глупого ребенка,

Тебя я чую как свою вторую мать!

Устал мой разум от ужасных дум,

Я чувствую в тебе лишь свою крепость,

Твой образ светл, прекрасен, чист и юн,

И только жизнь моя – безумная нелепость!

Быть свободным – блажь, и даже глупость,

Всегда между тобою и женой,

Я как ботаник изучая мир под лупой,

Во всем увидел только образ твой!

В тоскливом проблеске земного прозябанья

Сбегал я от тебя опять к тебе,

Исчезая в тьме живого обладанья,

Я чуял, – Бог со мною мечется в борьбе!

Мы загубили вместе райский сад,

И его молча, без надежды покидаем,

Понимая то, что нет пути назад

И земля уже не будет нашим раем!

Кто прав из нас, – в любом безумном споре

Вместо правды ложь обнимет человек,

Ибо душа слепа в блистанье моря,

Выходящего из твоих сладких нег!

На могилках в тумане седом,

Там, где были люди мертвы,

Я в лоне нежном твоем

Умирал под шепот листвы!

Как быстро на мерзлом снегу

Наши тени сливаются страстно,

И я больше молчать не могу,

Ибо в лоне твоем вижу счастье!

Я прозреваю с ветром тишину,

А ты, лоно мне раскрыв, закрыв глаза,

Тянешь еще дальше в глубину,

Чтоб не раз еще увидеть чудеса!

Твои ноги вместе, тут же врозь,

Раскрывают вход в пленительную тайну,

И я без глаз лечу как паровоз,

Обретая вечный образ не случайно!

Любовный жар таят в себе яички,

Я посвятил тебе весь выходной,

Ты на яичках ворковала словно птичка,

А за окном стоял мороз, а в доме – зной!

Мне в твоем лоне сладострастно тесно,

Ты так любовно лоном сжав меня,

Вдруг раскрываешь купол поднебесный,

Одетый вздохами божественного сна!

Чрез твое лоно проникая в мирозданье,

По звездам протекая нежно в тьму,

Я ощущаю, – как за мигом обладанья

Весь наш прах уже достанется Ему!

Я защищен тобою до смертельной дрожи,

С рожденья очень жалкий и тупой,

Я в лоне вдруг под твоей кожей

Словно птенец под скорлупой!

Ночь. Тишина. Я трезвый снова.

Углубляюсь в твое лоно точно зверь.

Бог мне дает в тебе основу

Бессмертия от всех земных потерь!

Заклинаю тебя своей жизнью,

Ну, оставь меня спать у себя,

Я в твоем лоне душу возвысил,

До сих пор в наших душах борьба!

В явленье всех безумных превращений

Существует весьма странная судьба,

Из меня в тебя бросать одно мгновенье,

Из праха прошлого востребовав века!

Прекрасно чуять глубину твою,

Держа во тьме невидимую нить,

Ведь именно по ней на смерть иду,

Едва успев себе подобных сотворить!

Зачем глядеть в слепой народ,

Когда одни в снегу у ели

Под шубой мы вдвоем разделись,

Вновь продлевая вечный род!

Не вставая с колен, ты проникла в меня,

И молитвой, и лоном, и вспышкой огня,

Только лес за окном потемнел словно туча,

Да и Бог с его сном снова нас вдвоем мучал!

Мы все умрем, но суть не в этом,

А в том, что в нежном сне любви

Мы, наполняясь вечным светом,

Друг другу шепчем вновь: Гори!

Никто здесь смысл не прочитает,

Что прочитаешь, – улетит,

Лишь мы с тобой собравшись в стаю,

В безумье вечном ловим стыд

Моя любимая, как странно, что я твой,

Что Бог связал во тьме тела и души,

И мы с тех ведем безумный бой,

Чтоб вечный сладострастник нас подслушал!

Стыдливая, безумная, родная,

Подруга, и почти жена,

Ты лоном даришь ощущенье рая,

И веру в то, что выйдет мир из сна!

Запомню тебя смутной тенью,

Обнаженною и в лесе обнаженном,

На снегу растаявшим мгновеньем,

В небе дымкой отраженным! Вот-с!

Где-то слышал я, – у птицы внеземной

Один размах волшебных крыл

Навек соединил тебя со мной,

Чтоб Бог вдвоем нас погубил!

Бутылка водки на снегу. Мерцают звезды.

Из лона твоего выходит пар

Людей не созданных, блистают всюду слезы

Из глаз брачующихся пар!

Я бы не выжил никогда, если бы не Бог,

Раскрывший мне тебя и твое лоно,

Но даже в страсти вижу я урок, —

Дарящий счастье, добивается урона!

Белоснежка и семь гномов

Тихо по лесу идут,

Спит малышка, в твоем лоне

Я нашел себе приют!

Где будет остановка?

У Бога я спросил,

Но твое лоно ловко

Опять лишило сил!

В морозный снег, в ходьбе скрипучей,

Я пробираюсь вновь в тебя,

В дому, в постели неминучей

Творится чудная борьба!

Как ребенок поглупел возле тебя,

Никак меня не вытянуть из лона,

Видно, у твари божьей тяжкая судьба, —

Творить себе подобных монотонно!

Послушай, Бог, я очень много понял,

Хотя всю жизнь упрямо ты молчал,

Ты специально дал мне ее лоно,

Чтоб самовольно не покинул твой причал!

Обнял тебя, прислушавшись к мгновенью,

Рядом ангелы нам пели среди тьмы,

Что насладившись здесь живым исчезновеньем,

В исчезновенье вечном сгинем мы!

Нет или Стоп! – я эту надпись видел часто,

Нет! Никогда! – кричала ты во тьме,

И тут же всхлипнув в ощущенье счастья,

Как-то по-детски странно вся досталась мне!

Как поклониться Богу? – Он невидим,

И на иконах вряд ли виден нам портрет,

Лишь в твоем лоне по волшебному наитью

Я улавливаю сладостный привет!

Спелое или глазное яблоко?

Нос человека или корабля?

Не все ль равно, в губах твоих как патока,

Святая нежность достает меня!

Суть жизни в том, чтобы страдая жить,

Хоть и зная, что уже не выжить,

Что даже дом пойдет на слом,

Где мы стали всех живущих ближе!

К любому месту человек привязан странно,

Кто к реке с рыбалкой, а я к лону,

Во всех рычит зверь изумленный,

А Бог хранит вечно тайны!

Бог каждый век дает нам капельку от тайны,

Как ты немного лона своего,

Во всех слышно, – жар любви необычайно

Распространяет вечное тепло!

Если Бог имел идею сотворенья,

То для творенья я имел тебя,

Вместе с малышкою создал стихотворенье,

Вот так и получается судьба!

Мне является всюду призрак  жены,

Узнаю в любой тени, – это она!

И даже в ночь, когда мы хмельны,

И лопасть схватила твоя глубина!

Мы изничтожили себя, сказать по-русски,

Мы, любимая, затрахали себя,

Но даже в тьме с безумным чувством

Блестит твоя невинная слеза!

Мы все здесь грешники, никто из нас не прав! —

Звучит в веках громоподобный голос,

И я, лежа на тебе как падишах,

Тоже чувствую, – сознанье раскололось!

Природа тешится безумством выражений,

Как и мы, излюбленностью поз,

Любимая, дари еще мгновенье,

Пока наш прах не смыло океаном слез!

Малышка обнимается воздушно,

Так беззащитна, и так крохотно мала,

Я чувствую, что Бог во мне ей нужен,

Чтобы окутать духом кровного тепла!

Еще мгновение, и в связке наших тел

Огонь взметнется дальше к небу,

Вырываясь за неведомый предел,

Где никогда никто из нас и не был!

Давай целуй меня, хватай и обнимай,

Развороши во мне хмельное подсознанье,

Чтобы в душе расцвел безумный май,

Трусы срывай, дари миг обладанья!

И вот стоим мы голые на поле,

Кругом ветра, снега и просто жуть,

Как занесло сюда, связало по чьей воле,

Господь, ты не в себе, не обессудь!

Хотел быть выше сам себя, – не получилось,

Лишь в твоем лоне я почувствовал обман,

Мне хорошо с тобой, но эта божья милость

Нас превращает вместе в вечный океан!

Лежу, пыхчу, объелся и обпился,

Но все-равно в тебе огонь ловлю,

Бог дал нам очень мало смысла,

Но хорошо, что море снится кораблю!

Блин, что за чушь все мудрые слова,

Кто сказал их, канули все в лету,

То ли дело, в твоем лоне соль тепла

Ослепляет разум вечным светом!

Нет, я не тот, и все лицо, блин, маска,

Вся жизнь – один нелепый маскарад,

И лишь во тьме твоя загадочная ласка

Вместе с лоном раскрывают светлый сад!

Мне бы забыться в твоем лоне словно в смерти,

Дать семенем салют в грядущий прах!

Безумные, вы ничему не верьте,

Только любовь одна врачует на ветрах!

Опять услышал твой прелестный голос,

И к нему как к роднику приник,

Глубь земли корнями тронул колос,

И в каждом зернышке твой образ вновь возник!

Живу не так, пугаюсь часто стада

Запрограммированных Господом людей,

Кроме тебя мне ничего не надо,

Лишь в тебе я самый светлый иудей!

Господь в тебе раскрыл мне чистый храм,

Я припадаю к лону на колени,

И вижу всех, рождающихся там,

Как нескончаемый поток святых видений!

На губах поцелуи как пламя,

Жаль, Господь, начинает бросать

С тьмою вечной безумную память,

Сохрани нас, небесная Мать!

Жена приехала средь ночи,

И с криком тут же унеслась,

Ты мне смеялась дико в очи

И яро раскрывалась в страсть!

Жена меня своим приездом расковала,

Конец безумью двоеженства, – я с тобой

Развожу огонь под одеялом,

В эксперименте Бога ведя спор с судьбой!

Умру, исчезну, растворюсь,

Нас всех съедает сказочная темень,

Даже в твоем лоне чую грусть,

Ощущая, как в нем прорастает семя!

Малышка заболела, громко кашляет,

Вдали измучилась моя жена,

И мы опутанные сказочными шашнями,

Уже построили свой замок из песка!

Вот и узнал свой грех, – прелюбодейство,

С тобою любо действо – мир творить,

Ощущая, как потерянное детство

В нашей дочке продолжает жить!

За гранью опыта, в своем хмельном безумстве

У Бога я прощения просил,

Жена и ты исчезнешь, люди, мир, искусство,

А Бог останется творить всех из могил!

За гранью опыта, в своем хмельном безумстве

У Бога я прощения просил,

Жена и ты исчезнешь, люди, мир, искусство,

А Бог останется творить всех из могил!

Ты согревала меня ночью,

Я с грустью думал о жене,

И там, и тут две моих дочки

Ко мне притронулись во сне!

Куда уйти, на поле, на мороз,

Или в леса к застывшим белым елям,

Под шапкой снега вижу я до слез

Тебя со мной в одной безумной цели!

Еще пройдет в ночи безумный час,

И люди-призраки взойдут с тоской на небо,

Я чую многих проницает наш экстаз,

Хоть я в тебе как призрак создаю лишь небыль!

Свет наслажденья, мой безумный цвет,

Твои глаза зеленые кошачьи

Ослепляют меня уже много лет,

Жаль, что близкие в погибель словно плачут!

Держу малышку на руках, бедняжка кашляет,

Дай ей, Бог, здоровья, счастья и любви,

И чтоб моих родных проклятья страшные

Их не губили, как и всей моей семьи!

Вы меня с женою сами поделили,

Жена ушла, а ты осталась в тьме ночной,

В постели словно лошадь в мыле,

Все никак не насладишься мной!

Пред Богом свечку бы поставить, на колени

Упасть перед иконами в слезах,

Ведь мы в эксперименте вечном тени,

Наш прах пронзит мильонном ватт во тьме гроза!

Безумие мое, оно от Бога,

Он делает, и сам не знает что,

И у него других делишек много,

А я укрыт тобой как вечным сном!

Нет, не оставить мне своей родной равнины,

Я даже тенью буду плавать по лесам,

Воссоздавая в вечном воздухе картины,

Где в тебя проник по воле Бога – сам!

Жизнь бессмысленна, осмыслить мир нельзя,

Как и нельзя поверить в милость божью,

Лишь глядя в твои яркие глаза,

Ребенком лезу в лоно осторожно!

Лежим лоб в лоб, обняв друг друга,

Твой лоб горяч, а мой прохладен,

Внутри таинственного круга

Огнем становятся объятья!

Бог навязал мне роль послушника и схимника,

А потом вдруг соблазнил тьмой двоеженства,

Вот так я и узнал, что вечность – клиника,

Где каждый лечит созданные свойства!

За что прощать жену? – Она несчастна,

Она с отчаяньем кричала нам в глаза,

Обвиняя в вечной краже счастья,

Которого живым добыть нельзя!

Я еду то ль к тебе, а то ль к жене?

В общем, я просто в вечность тихо еду,

И чувствую, как жизнь бежит во сне,

С отчаяньем вмиг доставаясь свету!

В душе нет стен у дома, всюду пустота,

И только неба круг над головою,

Вчера я целовал круг живота,

Дочь чуя в тебе тайною живою!

Кто-то вчера пришел ко мне во сне,

И разговаривал со мною как-то странно,

Я целовал тебя, любил тебя во тьме,

Осознавая, что весь мир повержен тайной!

Можно ли лечить мою болезнь?

Осознавая, что она от Бога,

Что право на тебя залезть

Дарит мне страданий очень много!

Неизлечим во тьме с тоскою,

Долблюсь неистово с тобою,

Малышка спит, жена рыдает,

Всех Бог отправит в вечность стаей!

Бывает порою, что тянет к несчастной жене,

Ибо я чувствую в ней бесценного друга,

И снова тяжко вздыхаю с тобою во сне,

Охвачен сияньем безумного круга!

Мой Бог, я очень сильно болен,

Любимой болен и женой,

И не ощущая в жизни воли,

В слезах срастаюсь с вечной тишиной!

Самоубийц все крепче тянет к декабрю,

В тоске стоя пред черною поземкой,

В себе осмысливая глупого ребенка,

Глядишь, я тоже бы, – но я в тебе горю!

И зачем мне обитель земная,

Твое лоно – безумная дрожь,

Я в твоих объятьях стенаю,

Ощущая вечную ложь!

Гони меня, Господь, из мира,

Я в нем ослеп и слишком прибалдел,

И даже в нежном лоне милой

Почуял растворенье наших тел!

Никто меня по жизни не исправит,

Да, и нужен ли я сам себе,

Лишь в твоем лоне я почуял божий график,

Сколько раз нам исчезать в святой борьбе!

Не нужен я тебе, и ты мне не нужна,

Мы все давно ненужные друг другу,

Опять сплетаемся в объятьях сна,

Ибо жизнь всегда бежит по кругу!

Обмани меня прелестным лоном,

Затяни поглубже в темноту,

Там, где слепота влюбленных

Обращается в земную красоту!

Бог меня ужалил твоей страстью,

Ангел в небо тело вверх подбросил,

Жаль, жена грустит о счастье,

И увядает молча, как цветочек в осень!

Никого не сделаю счастливой,

Лишь на мгновение одно – тебя,

Нежным лоном ослепляет диво,

Жаль, крестом грядущим высится судьба!

Безумец – я, паршивец и негодник,

И это самые невинные слова

Из лона твоего звучат сегодня,

Блаженства нашего касаясь лишь едва!

О, Боже, как ты испугалась

Моей ворвавшейся неистовой жены,

А я молчал, меня томила жалость,

Мы были все во грех облечены!

Вечность проницает мою душу

Вместе с твоим лоном в эту ночь

Я на прах вновь прах обрушу,

Чтоб из праха вырастала дочь!

Внутри тебя я замирая, умираю,

Тону в глазах закрытых до зари,

В живом объятье столько чувств о светлом рае,

Который вечно будет впереди!

В смерть я целую твои губы

И чую вкус твоей крови,

И ангелочков сладостные трубы

Стремятся песней в тьму любви!

Собака лает в темноте, а Бог молчит,

Ты мне с надеждой раскрываешь лоно,

Я в нем тону уже завороженный,

Лишь смерть излечит нежный стыд!

Безумие – карабкаться на небо,

Из лона твоего во тьму лететь,

И если кровь – вино, а тело все из хлеба,

То крепче всех обнимет только смерть!

Проникну в твою сказочную глубь

И оболью тебя прелестным светом,

Лишь на мгновение схвати и приголубь,

Бог все равно развеет прах безумным ветром!

Я как уродец пишущий стихи,

Едва ль постигну суть божественной идеи,

Ибо в постели близки и тихи,

Мы с тобой за нежность лишь радели!

Молитесь за меня, я умираю,

Бог уже впускает в тайну через прах,

С тобой, любимая, мечталось лишь о рае,

Но вечный рай внушает только страх!

Мы снова сексом занимаемся с тобою,

Наука страсти захватила дерзко нас,

Глубина с волшебною трубою

Излила вмиг симфонию в экстаз!

Сбитый с толку отсутствием лона,

Я во тьме твое лоно ищу,

Бог придумал систему законов,

Подводящей всю жизнь к миражу!

Часть 40. Предчувствие прощания

Катарсис – очищенье сквозь прощанье,

Прости за все меня, жена,

Любая страсть здесь оставляет завещанье,

И вместо тел должна смешаться с прахом тьма!

Иду вперед к своей безумной цели,

Сквозь твое лоно дальше в тьму небес,

Ты слышишь, как скрипят внутри постели

Врата распахнутые в сад земных чудес?

Да, не покинет меня Бог, ведь никогда

Я за идею не цеплялся так умело,

Почуяв, – в твоем лоне спит звезда,

Дремлющим сияньем грея тело!

Я в пьяном жалком состоянье,

И в твоем лоне как зверек,

Вмиг углублял расцвет познанья,

Раскрыв врата меж райских ног!

Пока росло у человечества сознанье,

Бог дал ему ТВ и интернет,

Но только лишь тобою обладанье

Мне подарило сказочный сюжет!

Суть обретения в себе любых несчастий

Была подсказана мне Богом и судьбой,

Все люди в паутине липкой страсти

Также беспомощны как я с тобой!

Мир высится горой в моем сознанье,

Но я во сне всегда внутри горы

Вижу тень моя с твоею в обладанье

Разводит вновь безумные костры!

Мой опыт – ты, тебя из пустоты

Извлек мой взгляд и все, что в страсти лезет

Во тьму любующейся чувством красоты,

Где наше таинство находит равновесье!

Наведи порядок в моей жизни,

Незнаньем честным хаос разукрась,

Я в твоем лоне приучился к мысли,

Что меня из мира своровала страсть!

Велик я в немощи своей перед тобою,

Перед женой бедным могуществом поник,

То ли Бог меня уже готовит к бою,

То ли ты кладешь мне правду на язык!

То иллюзия летит из интернета,

То ты лоном водишь по душе,

Мы все лишенные в своем сознанье света,

От страсти слиплись будто сладкое драже!

Нет, мне не исправить этой жизни,

Неумолимо зло несет в себе добро,

Жена страдает, я с тобою в звездных высях

На лоне ставлю нежное тавро!

Запрограммированная Богом

Тоска по раю на земле

Меня измучила немного,

Когда любил тебя во мгле!

Мир затихает в перерывах между смертью,

Отправив созданных неведомо куда,

Даже в твоем лоне чую сети, —

В кресты сплетенные между собой года!

Из-за невидимого края

Всех растворенных в дымке лет,

Тебя собою проницая,

Я Богу шлю земной привет!

Прости, мой Бог, я ощущаю,

Как ты миры вмиг создаешь,

Ведь твоя сущность внеземная, —

Сложить из тьмы святую ложь!

Я – робот созданный тобою,

Лежу на роботе родном,

Миг обозначен был судьбою

На долгожительство вдвоем!

Бог, погляди в глаза, я умираю,

Душа невидимою точкою растет,

Из тела пробираясь вечным краем,

Где тьма и сон собрали весь земной народ!

Нет постиженья в мыслях, только в солнце

Есть ощущенье вечной слепоты,

Так с нежностью нырнув в твое колодце,

Я сердцем брал неуловимые черты!

Во всеоружье яркого мгновенья

Я беззащитен перед вечной темнотой,

Бог подарил нам страстное забвенье,

Чтоб мы лучше упивались в снах мечтой!

Я вышел из себя, войдя в тебя,

Неужто Бог раскрыл со смертью твое лоно,

Чтоб не постигнув смысла бытия,

Умер хер навек в тебя влюбленный!

У Бога я спросил: Вернуться ль люди,

Что умерли еще вчера?

Бог промолчал, поэтому мы будем

С тобой соединяться в свет костра!

Время лечит, время убивает,

Время вечно мутит юный взгляд,

Но даже через годы ты – живая,

Мне подставляешь свой волшебный зад!

Опять твоя нежнейшая ложбинка

Забирает мою душу в страстный сон,

Чую вечности златую серединку,

А из серединки божий стон!

Нажился, блин, намучился я вдоволь,

Столько сладости вкусил в тьме нежных лон,

Теперь годы тяжелеют как оковы,

Забирая мою душу в вечный сон!

С тобой богат, с женою беден,

С тобою беден, и с женой богат,

Ибо для Бога все мы – дети,

И вечно нас пьянит безумный сад!

Страсть не к тебе, а страсть к ребенку

Меня срывает от жены,

Ибо в пушистого котенка

Мы оба пылко влюблены!

Мне уже в любимой дано счастье,

А с ним и горе для жены,

Ибо мы у вечности во власти

Огнем свободы измеряем сны!

Понять всю суть полёта в высоте?

А если дал Господь нам счастье зря,

Чтоб мы в своей безумной слепоте

С тобой сливаясь, умножали свет костра!

Мы все грешны, и все одеты в плоть,

Порыв влюбленности с мгновеньем соизмерен,

И если даже счастье дал Господь,

То как в него нам – умирающим поверить?

Искренность из страсти – твое лоно,

Из глаз два лучика звезды,

Твой облик сладостный икона

Отразит как повеление судьбы!

Как наружу выйти из тебя,

Мир беспощаден к глупому ребенку,

В нежном лоне сладостно любя,

Я собрал все твои образы в котомку!

Мы взрослые по своему все дети,

Нет ни грядущего, ни прошлого у нас,

Вот и задувает в лоно ветер,

Как память детства пробудившийся экстаз!

Как приступить нам к изучению себя,

Уже раздеты оба, пьяные в постели,

Мы чуем, что совместная борьба

И при желанье дремлет у великой цели!

Время повернуто вспять,

И я как все обреченный,

Захвачен таинственным лоном,

Стремлюсь в нем всегда пропадать!

Включай, моя волшебница, свой ток,

Чтоб дрожь во тьме лилась по телу,

Чтоб лоно, излучая свой восторг,

В моем сердце сладостно кипело!

Блин, вновь долблю тебя, родная,

Из всех могучих сил люблю,

Не то, чтобы околеваю,

Лишь нашу жизнь сложил к нулю!

Я в твоем лоне как дитенок прячусь,

Боюсь запрограмированных вшей,

Под Богом скачут, ищут все удачу,

А я в тебе шепчу: К себе мой хвост пришей

Какое страстное аллегро

Из Баха нас с тобой в экстаз свело,

И я в тебе дрожал так бегло,

Излив из нот во тьму безумное тепло!

Срам для них, для меня светлый рай

Вместе с храмом лоно твое,

Проницая в нем вечности край,

Я прошел насквозь все бытие!

Ты готова для часа любви,

Ночь, раскрытая нежно постель,

Из пылания страсти в крови

Над всем миром высится цель!

О, Боже мой, опять любовным ядом

Ты до краев наполнила меня,

И в лоне люди пролетают водопадом,

Зовя живущих в сон, и умерших из сна!

И фигли, я проник в твое сознанье,

Чрез лоно бросив чистую слезу,

Теперь живу со страхом нежного свиданья,

Ощущая в тебе вечную грозу!

Раскрыл я твое тело как псалтырь,

Склонясь над ним в ночи завороженно,

Твой дом стоял как женский монастырь,

Ибо в нем дрожало твое лоно!

Ты меня целуешь сладко в ухо,

Я оглох уже, не слышу ничего,

Зато я ощутил святого духа

В тьме страстной лона твоего!

Опять я чую внеземные встречи,

Мой ангел сладостный, с тобой,

Я в твоем лоне ощущаю вечность,

И вместе с Богом сумасшедший бой!

Мерцанья лет ведущие по кругу,

Из ночь в ночь в глубь лона твоего,

Мне снова дарят сладостного друга,

Жаль, что быстро протекает бытие!

Опять в снегу с тобой зарывшись,

Мы словно звери чувства пьем,

Нет в твоем лоне капли лишней,

Само созданье веет сном!

Безумною прелюдией ко сну

Вдруг раскрываются глаза твои и ноги,

Я таю в лоне, прыгаю во тьму,

И нами снова правят чудеса и боги!

Под сосульками слезами

На морозе вместе мы,

Не в постели, а друзьями

Поцелуемся средь тьмы!

Вечно розовое детство

Где-то очень далеко,

Зато обнимаясь честно,

Я в тебе весь глубоко!

Под крестами в тьме объятия влюбленных

Напоминают огоньки безумных звезд,

Вот и сейчас почуяв твое лоно,

Я вместе с нами тени чувствую до слез!

Комочком сжалась и прижалась вся в постели,

И я почувствовал то зверское тепло,

Что приводит к ощущенью цели,

Пока нас Богом в тайну тьмы не занесло!

Безумная луна несет свой яркий бред,

Тебя обняв, я ощутил в ночи жену,

Перемешалась страсть безумных лет,

В тьме вечного прощания обеих вас люблю!

Люди, помогите быть собою,

Я нарушил все законы бытия,

У меня любимых сразу двое,

У каждой дочка, ни одну терять нельзя!

Жизнь свою сравнил бы с бурной речкой,

Убегающей во тьму седых веков,

Волны бурунами как овечки

В твоем лоне пляшут, чувствуя любовь!

В сладкой обреченности в тьме лона

Я с тобою весь пылаю и лечу,

Ты надо мною светишься иконой,

И я в моленьях уподобился ручью!

Господь зашифровал меня по полной,

Мое сознание лишилось бытия,

В твоем лоне память гонит волны,

В них мы вместе тонем, – ты и я!

Ревновал я милую безумно,

Среди ночи ставил на колени,

Как же было мне немыслимо и трудно

В ее лоне чуять чьи-то тени!

Замирая дыханьем,

В предвкушении чуда,

Я с тобой в обладанье

Ощутил тяжесть блуда!

Между любовью – дружбой и любовью —

страстью

Я – безумец с грустью ловил  сны,

И чуял,  в тьме Господь делил меня на части,

Пользуясь услугой сатаны!

Что делать мне, любовь проходит,

Тая в себе земной позор,

Мы таем в сумрачной природе,

Не находя себе опор!

Люблю тебя, и понимаю,

Что также в нежности жены

Я ощущаю вечно стаю

Святых, ведущих нас сквозь сны!

Из лона в лоно жизнь, судьба и вечность,

Сплетаясь вместе, тянут в небеса,

Мы порою ценим только вещи,

Которые растают без следа!

Умоляла жена к ней вернуться,

Ты со страстью впускала в тьму нор,

Не глаза, а безумные блюдца

Отражали судьбу и позор!

Весь в твоем лоне, лишь башкою

Веду я с Богом разговор,

Что жизнь бежит глухой рекою,

Смывая нас как будто сор!

Из равновесия людей, поступков, чисел

Я сложил один отдельный документ,

В нем тебя с женою вмиг возвысил,

И вас вместе обронил в один момент!

Письмо из вечности читал в молчанье Бог,

Я в твоем лоне с ним давно не спорил,

Увы, но правда между твоих ног

Вместе с любовью создавала горе!

Ты, читатель моей жизни и грехов,

Запомни лишь одно святое право,

Мы все в ловушке у богов,

Имеем миг всего на милые забавы!

Прости меня жена, я не могу

Забыть года прожитые с тобою,

Нас Бог соединил в одну строку,

Как разделить ее безумною судьбою?

Легкокрылым кузнечиком прыгает

На кровати дочка моя,

Так вот время проносится мигами,

Из которых блистает семья!

Буду говорить по своей воле

В темноте таинственной пред Богом,

Спрашивать, за что мне столько боли

Выдано с безжалостным пороком?

Кто знает, из чего сложится день,

Месяц, год, и век, – потом молчанье

Разускрасит прожитую тень,

Дав другим живое обладанье!

Мне тяжело нести свой грех, но я достойно

В могилу лягу, жертву принесу,

Уже другим теряться в нежных войнах,

Теряя с болью грешную слезу!

Разделся Бог передо мною, —

И я в мгновении увидел пустоту,

И обнимался долго с нежной тьмою,

Безмолвно радуясь, что тайну унесу!

Один из вариантов моей вечности

Рассказан был по глупости беспечно,

Другой таился в твоей страстной нежности,

Во глубине которой дышат наши вещи!

Смысл таится где-то там во мгле,

С луною тени вырастают из деревьев,

Только в твоем лоне на земле

В Бога я отчаянно поверил!

Слишком увлекся я земною жизнью,

Забыл, что здесь оставлю навсегда

Чувства, мысли, что в мечтах возвысил,

Даже тебя со мною вдаль несут года!

Все исчезает незаметно,

Твой дом, твой взор, твое окно,

Мы подгоняемые ветром,

Уж слившись вместе, спим давно!

Бог разбуди меня, я медленно, но таю,

Мир незаметно сходит в призрачную тьму,

Неужто ты умалишенных стаю

В грядущем пустишь к праху моему?

Закрыт вход в вечность, только через сон

Ведут во тьму грядущие ступени,

Незатейливые тени похорон

Лишают смертных нежного мгновенья!

Ты не гляди, что я грущу

В пожаре лет с прелестным лоном,

На Бога, затаясь, через прищур

Гляжу, и обнимаю тебя стоном!

Не верь, не бойся, не проси,

Не говори толпе ни слова,

Я в твоем лоне в тьме Руси

Безумьем страстным околдован!

Мысль ищет суть земных вещей,

Но суть вещей накрылась прахом,

Лишь в твоем лоне страстным взмахом

Метнул в грядущее ручей!

Пусть кто-то говорит, о том, что есть,

Но со мною никогда уже не будет,

В твоем лоне спит благая весть,

Что весь мир земной рождением рассудит!

Под опытом у Бога я как кролик,

Гляжу вокруг и вижу наважденье, —

Жену мою, тебя с безумною болью

Я завожу во мрак исчезновенья!

Как странно, что я жив еще, ведь тайна

Лежит везде в путях исчезновенья,

Выходит в твоем лоне не случайно

Я ощутил и потерял опять мгновенье!

Жена уже не ждет, и так печально

Терять ее в объятиях с тобою,

Она моя возвышенная тайна,

Ты – мой огонь всегда готовый к бою!

Я для жены возвел храм на холме,

Где мы с ней стояли теплым летом,

С тобой же, в твоем лоне, в мутном сне

Я держался за безумье с ветром!

Никто не пощадит, не ты меня,

Ни я – жену и дочь, перед восходом

Я ощущаю призрак сказочного дня,

Когда Бог беседует с народом!

Рисуя призрак опечаленной жены,

Я прижимаю к сердцу нежную малышку,

И слышу, как из темноты

Бог посылает смертным вечное затишье!

Я бы связал навеки вас с женою,

Жена была бы небо, ты земля,

Я между вами съеденный весь тьмою,

Шепчу обеим вам: Люблю тебя!

Что мне за дело до любви, я потерял

Одну семью, приобретя взамен другую,

Бог бросает судьбы в смерть через оскал,

А меня бросает на несчастье в бурю!

Обняв любимую, вздыхаю о жене,

Обняв малышку, думаю о дочке,

Неужто Богу мало павших на войне,

Я мысль едва несу по вечной ночке!

В этот Новый год как в наважденье,

Я в раздвоенье личности один,

Готов зарыться в твое сладкое забвенье,

Из лона в вечность находя трамплин!

Безумье Господа начертано на мне,

Люблю тебя, жене сочувствуя, психую,

Жизнь пролетает птицею во сне,

Рисуя в лонах пробудившиеся бури!

Во тьме один стою перед дорогой,

Куда ведет она, уже мне все-равно,

Устал игрушкой быть в руках у Бога,

Но верю, в вечности есть светлое кино!

Кто я такой? – Сосиска в целлофане,

Толстею и потею каждый день,

И только в лоне милой в сладостном обмане

Бросаю в смерть таинственную тень!

Мне все уже по барабану,

Давно узнал я, что не знаю ничего,

То Богу не хватает здесь смутьянов,

То лоном ты зовешь в небытие!

Хрен редьки не слаще, – я знаю,

Я богу молитвы шепчу,

С тобою хватило мне рая,

Род в лоне журчит по ручью!

В безумстве пальцев боль земная

Через мгновения ослепших в тьме сердец,

С тобой единственной я ощущал, стеная,

Как близок таинства волшебного конец!

Опустошен, безволен, сломан,

И снова заново я из тебя рожден,

Вход и выход, – все бегут из лона,

Потому что жизнь такой же вечный сон!

Завтра или послезавтра,

Жизнь навсегда пройдет и что с собой возьмешь? —

Разве жрецу поможет его мантра,

Мне в твоем лоне тоже светит ложь!

С одной волшебною звездою

Меж ног божественных твоих,

Уподобляюсь в страсти Ною,

Ковчег из лона сделав вмиг!

Тьма – мать, в оргазме лезет Вечность,

В потугах родов неизвестно из чего,

И только Бог из нас создавший нечто,

Заключает в круг пространства бытие!

Страсть – власть владеет человеком,

Как рыба сетью, свет детьми,

В твоем лоне сладостным побегом

Взлетит душа моя из праха, как из тьмы!

Страсть – грязь разбросана повсюду,

Бог постарался мир взорвать судьбой,

Ослепленный красотой, готовый к блуду,

И я, смертный, принимаю сердцем бой!

Уд – суд, – Бог человека судит

За то, что дал ему живое естество,

В метаниях души страдают люди,

И только плоть вкушает в прахе торжество!

Нет, никогда не говори о чуде,

Это – эхо раздвоило жизни смысл,

То мы в любви горим, то просто в блуде

Провожаем вместе с Богом в вечность жизнь!

Страсть – снасть, – подобна нежной сети,

Оплетающей с мозгами естество

Кто сказал, что Бог направил ветер,

Так, чтоб было умирать легко?

Не я молчу перед тобою,

А ты молчишь передо мной,

Мой Бог, мой призрак с внеземною

Дорогой в жизнь мою длиной!

Жало – жалость жалит все живое,

Даже Бог жалеющий людей,

На иконах в храме никнет головою,

Чтоб ощутить тоску свою сильней!

Бог – бес, – сосуществующий едино,

И борющийся всюду сам с собой,

Вот отчего в божественных картинах

И тьма, и свет ведут жестокий бой!

Бессмертие мое от беса смерти,

Проявляя сразу жизнь из ничего,

Он над смыслом вечным всех живущих вертит,

И все рожденные бегут из тьмы рекой!

Малышка дремлющая трогает меня,

Волшебство ее живых прикосновений

Заключено в безумный образ сна,

Где все невидимы как тающие тени!

Воля человека словно поле

Раскрыто Богу в ярости своей,

В ответ лону сладострастному с любовью

Бог раскрывает обезумевших людей!

Нагота пригвождает безумца к земле,

Твое лоно раскрытое к тайне,

Бог века отсутствует в сказочной мгле,

Только свет в нас горит не случайно!

Единство с тождеством неведомого чувства

Приютило Бога между твоих ног,

Вот отчего так много в тебе буйства,

Из тебя во тьму стремится вылезть Бог!

Восхожу на небо, проникая в лоно,

Бог из креста мне шепчет: вверх лети!

И я лечу с тобой по небосклону,

Обретая уже вечные пути!

Все неизвестное внушает страх и ужас,

Но на миг ступив в божественный покой,

Я через лоно твое обретаю узы

С нежным пламенем и вечной красотой!

Во тьме один стою перед дорогой,

Куда ведет она, уже мне все-равно,

Устал игрушкой быть в руках у Бога,

Но верю, в Вечности есть светлое кино!

Живу и вижу род как в-ход,

И сам со дня рождения вхожу

Из лона в лоно, создавая наш народ,

Принадлежащий вместе с Богом мятежу!

Чего бояться, если страха нет,

Закопан – заживо, – умру в смешных мученьях,

За тьмой всегда таится нежный свет,

Нас подводящий медленно к рожденью!

Прикосновенье смерти ледяной

Однажды чувствовал, когда лежал в больнице,

Но возвращая себе лона нежный зной,

Я в памяти живой стал шевелится!

Цепляясь мысленно за все живое,

За твое лоно, губы, чудеса,

Я со снегом обнимался как с травою,

Слыша из вечности все те же голоса!

Несчастье единства со всеми

Дано порою и мне,

Я в лоне твоем видел тени

Людей рассеянных в тьме!

Жизнь ничтожна во всех смыслах, я – песчинка,

Едва почуяв Бога в тьме и его план,

Как заведенный повторяю без запинки,

Что все увиденное мной – сплошной обман!

Бог очень нежно правит миром,

И только к грешникам суров,

Я в твоем лоне чую себя сиро,

В грех претворяя нашу кровь!

Сколько бы стихов не написал,

Никому от этого не легче,

У каждого из нас есть свой причал,

С которого Бог провожает в вечность!

Мир бежит, вновь совершенствуя в себе

Ощущенье постиженья смысла,

Не сознавая то, что Бог послал привет,

Чтоб мы думали без рассуждений чисто!

Сколько жить мне в поисках Бога,

Сколько в лоне твоем ощущать,

Что нас всех приютила дорога,

Ибо жизнь лоном сделала мать!

Ты долбишься и долбишься со мной,

Превращая страсть в желание бессмертья,

Не так ли Бог сливаясь с вечной тьмой,

Ублажает сам себя с большим усердьем?

Еще чуть-чуть и все уже пройдет,

Желанье быть живет мгновеньем чуда,

Из лона в лоно протекает род,

Все, рождаясь, исчезает вновь от блуда!

Бог сказал, а я услышал,

Эта истина живет во всех веках,

В сокровенном месте, живота пониже

Мы из праха протекаем в тот же прах!

Собой любуюсь в зеркале, скотина,

Здоровый, толстый, словно колобок,

Но у милой в ее нежной середине

Между ног колдую точно Бог!

Мелькаем в жизни точно тени,

Все знаки скрыты вечной тьмой,

Лишь в твоем лоне на мгновенье

Бог воскресает, став тобой!

Бог в твоем сердце, в твоем лоне,

И он – живой на небесах,

Никто не слышит, как он стонет,

Когда долблю тебя в лесах!

Обманут, блин, цветеньем твоей плоти,

Себя давно как личность потерял,

Лишь тень моя в безумном лоне бродит,

Ибо Господь меня украл за твой коралл!

Жадная до ужаса в дрожанье,

За яркий миг готова жизнь свою отдать,

Ты самоотверженным рожаньем

Малышке жизнь дала, съев лоном меня, мать!

Господь безжалостно лишил меня сознанья,

Я в твоем лоне просто офигел,

И все ж почуял в сладостном слиянье,

Нас уносящий в вечность беспредел!

Смысл бытия своим отсутствием помечен,

Какая польза, проживать век для других,

Когда тебя неумолимо тянет в вечность,

И только в лоне жизнь удерживает миг!

В твоем межножье обитаю,

К малышке сердцем всем тянусь,

Упрямо чуя, – нет здесь рая,

Ибо Господь нам дарит грусть!

Я – подопытный кролик у Бога,

На мне тысячи смертных грехов,

Лишь природа тешит немного,

Но и в лоне тает любовь!

Ты – моя безумная женщина,

В ощущениях божия тварь,

В твоем лоне светится вечное,

Всех людей положив на алтарь!

Как хочется уйти, зарыться в лес,

С тобой ли, иль с моей женою,

Бог за спиною прячется как бес,

Меня обманывая вечной тишиною!

Малышка – солнце на моем пути,

Душа одною ей ослеплена,

Глазами светится и не дает уйти,

Хотя вдали мне светит муками жена!

Ощущенье рая на земле, —

Одна из главных божьих тайн,

Так в лоне чуя вечный край,

С тобою растворяюсь я во мгле!

Бог, погляди, – я пролетел сквозь сто веков,

И все равно остался в страстном лоне,

Из нас ты лепишь нежных дураков,

Рисуя прожитое тьмой на небосклоне!

Любимая, прости за все меня,

И ты, жена, за все меня прости,

Я не могу жизнь отличить от сна,

Даже в лонах возвышают тень кресты!

Прекрасный и заботливый отец,

Хороший муж и добрый семьянин,

Я очень быстро ощутил конец,

Бог через лоно бросил в вечность мне трамплин!

Излил я семя в лоно, чтобы жить,

А ты, несчастная, вновь сделала аборт,

Где спрятана невидимая нить,

По которой в вечность движется народ?

Бог разделил нас на мужей и жен,

Подарив нам страстные объятья

Льется всюду свет из нежных лон,

Рождая вместе с человечеством проклятья!

Мой зверь, любимая, давно стремится в бездну,

Твое блаженство страстное вкусить,

В безумных лонах человечество исчезло,

Показывая бешеную прыть!

Ну, что сказать, вся жизнь полна несчастий,

Бог на всех поставил скорбную печать,

Лишь в твоем лоне изнывая весь от страсти,

Я на мгновенье получаю благодать!

Безумные стенанья нежных женщин

Всю жизнь везде преследуя меня,

С тобой связали в узел вещий,

Из тьмы печали с яркой вспышкой сна!

Нас снова ждет постель и чудный опыт,

Исчезновение друг в друге дарит сон,

Приобняв шары прелестной попы,

Я нашей смертью в вечных странствьях увлечен!

От жены к тебе срываюсь в день,

Понимая, что за сладостным моментом

Нас накрывает жизни жуткой тень,

Бог с любовью нас ведет к экспериментам!

Нуждаюсь я с тобой в обратном превращенье,

Вот отчего тебя неистово люблю,

Кричи, родная, в вечном окрыленье

Ты станешь птицей проглотившей тлю!

Чтобы осмыслить тварь – творенье божье,

Себя бросаю я в невидимое место,

И там люблю, и глажу твою кожу,

И весь дрожу в тебе, волшебная невеста!

Мы воплощаемся друг в друга всякий раз,

Четко фиксируя все чувства наслажденья,

Точно Бог вдруг обретая что-то в нас,

С дикой страстью предает уничтоженью!

Мы живем помимо своей воли,

И жизни смысл ни от чего здесь не зависит,

Вот и мы с тобой ослеплены любовью,

Едва ли чуем, что нас Бог на миг возвысил!

Я в сфере лона твоего причастен Богу,

Любя тебя, молясь ему, я как во сне,

Обретаю свою странную дорогу

Из лона твоего вдаль к вечной тьме!

Ты не случайно мне добавлена от Бога,

И если я тебя всегда, где мог, любил,

Есть основанье думать, что Он много

Сделал для обмена наших сил!

Проглоти меня своим безумным лоном,

Я от людей устал, их скучной болтовни,

Мы вроде все равны перед законом,

Но соблюдать его не могут ни одни!

Вечность. Страсть. Безумье. Нежность.

Вхожденье в тайну, сблизившую нас,

Обнажает всюду неизбежность —

Исчезнуть вмиг, когда пробьет твой час!

Глубокой раной твоих чудных ласк

Я пригвожден к рожающему лону,

Безумным счастьем наши души Бог потряс

И экстаз по небесам пронесся громом!

Я на снегу лежу у тела твоего,

Уставший, онемевший и несчастный,

Бог – призрак делает прозрачным всё,

И в облаках плывущих скрыты наши страсти!

Из бреда вечных тайн, как и мгновений,

Улягусь в поле на сырой земле,

Где сливались наши с тобой тени

При свете солнца и в безумной мгле!

В обоих случаях лежать в гробу безумцу,

Из лона в лона – жизнь не вычерпать до дна,

Пусть любовница с женою остаются,

Их приукрасит светом нежности весна!

Нежность. Вечность. Просто мимолетность.

Я стою в снегу перед тобой.

И целую губы точно смысл природный

С вечным Богом рвется в страшный бой!

Вроде остаюсь одним и тем же,

Но в твоем лоне я совсем другой,

В любви искусство – сладостная нежность,

В ее одеждах забирает нас покой!

В процессе нежного слиянья

С тобой, забыв вмиг про себя,

Приобретаю божье знанье, —

Страсть из меня творит раба!

Нет сил. Нет чувств. Тебя. Меня.

Забвенье белым саваном повисло.

И кто теперь нас вытащит из сна,

Жизнь наполняя вечным смыслом?

Оботри об меня свои ноги,

Я их буду в тиши целовать,

Нежным лоном в сладостном соке

Воспаришь над землей, свята мать!

Я был и теперь нет меня нигде,

Коснувшись воздуха, я быстро растворился,

Но возникая в твоей сладостной звезде,

Неожиданно проникся вечным смыслом!

Господь дает мне в ласках всю тебя,

То скрытое в безумной тьме начало,

Из памяти волшебная судьба

Через объятья в вечность просияла!

Кусаю губы и целую лоно, —

Увел тебя в весенние леса,

Измеряю чудом благосклонность,

С какою Бог нам дарит вечные места!

Различие между добром и злом,

Войдя в тебя, всем сердцем отрицаю,

Не Бог, а люди создали закон,

Чьи буквы стерты нежными местами!

Бутылка водки на столе и ты в постели,

Что еще нужно в этой жизни мужику,

Какая тайна нас несет к безумной цели,

И почему я Богу верить не могу?

Охренеть, как солнце засияло,

Мы с тобой сливаясь в тишине,

Даже мертвых довели б до идеала,

Только Бог бы дал растаять в вышине!

Кусочком хлеба зажевав наше свершенье,

Глоточком водочки запив все бытие,

Я в твоем лоне нахожу проблем решенье, —

Вот так мыслителей Бог тащит в забытье!

В волшебном одеянье твоих ласк,

Я произношу из нас – стихи, —

Кто будет здесь счастливей нас,

Всех уложат в прах земной грехи!

Изведав все желанья и потери,

Я наконец постиг всей жизни смысл,

Лишь в твое лоно сказочное верю,

И в твоем лоне продлеваю жизнь!

Лови, любимая, все чувства в глубине,

Ощути, что ты уже другая,

Все волшебство в таинственном огне

Из страсти вечное сиянье извлекает!

Я через голос твой изведал смысл

Вечно страждущего в созиданье лона,

В капле семени произрастает жизнь,

Вот отчего с тобой мы стонем изумленно!

Твоя нежность тянет в первобытный рай,

Твое лоно омывает океаном,

Чьи волны шепчут страстно: Заиграй

На моей глади мощным ураганом!

На грани зла с добром твоя краса

Мне видится со страстью вдохновленной,

Едва коснусь тебя, как нежная весна

В безумном трепете раскроет лоно!

Как жаль, что страстью правит бесконечность,

Нам не хватает только мига одного,

Чтоб ощутив всю неразгаданную вечность,

Вдруг сделать сказкой наше бытие!

Твой острый поцелуй пронзил мой дух,

Точно Бог в меня безумие метнул,

Вместо людей мы превратились в мух,

Смешав с землею небо в бешеный разгул!

Чую, – дефективен я с рожденья,

Кто может лучше быть тебя, моя краса,

Но только вслед за мигом наслажденья

Я вижу тень могильного креста!

Эксперименты ставлю на себе,

Люблю тебя и слышу твои крики,

Вот так любой из нас в отчаянной борьбе

Перед смертью ловит сладостные миги!

Заполненная семенем моим,

Ты до слез уже довольна,

Весь этот мир непостижим,

И люди пропадают в жарких войнах!

В тебя впиваюсь чреслами, губами,

Ты вскрикиваешь, и твоя душа

Из тела вырвавшись, столкнулась с небесами,

И во мне исчезла, сладостно дрожа!

Часть 41. Прощание

Я так яростно люблю сейчас тебя,

А ты плачешь, стонешь, даже воешь,

Точно чуешь, – как в тебе дитя

Оживает с нашей страстною борьбою!

Сквозь твое лоно проплывая по годам,

Теряя миги счастья в вечном шуме,

В тебе исчез я без следа,

Ощутив, что я бессмертен и не умер!

Соразмерно проникаем мы друг в друга,

Твое лоно – нежная ладья,

Закружило внутри яростного круга,

На миг вынув душу из меня!

О твои глазки терся мой дружок,

Я опьянев, лежал беспомощный в постели,

В прикосновенье к зренью грелся Бог,

Пусть сам невидимый, он ведал близость цели!

Из 100 богов пришедших в тьму ко мне,

Я выбрал одного, к тебе поближе,

Он видел, как сквозь истину в вине

Я обретал себя в тебе с земным затишьем!

До крови искусав все мои губы,

На животе моем засосами цветок

Нарисовала, потому что любишь,

И я меж твоих ног не одинок!

Боль причинив жене, тебе дал наслажденье,

Мой чемоданчик собран, гроб уже раскрыт,

Увы, у Бога нет на нас терпенья,

И наши души убивает быт!

За что на свете я тебе позволил,

Насилуя, всегда любить меня,

Мы слишком часто не имеем в жизни воли,

И все, что с нами происходит, все судьба!

Мир неуклонно движется к финалу,

Но за финалом видится мне жизнь,

Ибо лоно твое нежно засияло,

Легко меня подбрасывая в высь!

Мы проницая друг чрез друга время,

Насквозь проходим это бытие,

Лишь в твоем лоне я посев семя,

Могу вернуть себе бессмертное жилье!

Спаси меня, любимая, собою,

И я тебя в ответ собой спасу,

Вдвоем навек спасенные любовью,

Мы обретем с тобой безумную грозу!

Люди часто пропадают в снах иллюзий,

Ища Бога на своей земле,

Только я свое виденье сузил,

Ощущая божество в тебе!

Останови, Всевышний, на мгновенье годы,

Дай через лоно милой счастье ощутить,

Через него возникли все народы,

Через него струится вечной жизни нить!

Мысль в таинственных пределах точно ножик

Твоим лоном режет сердце мне,

А внутрь нас с тобой заглядывает боже,

Наблюдая, – как мы таем в вечном сне!

Свет истины сознанье рвет на части,

Свергая в тьму все наше бытие,

И только в твоем лоне в нежной страсти

Я угадываю вечное жилье!

Меня стремит пульсация глубин

Внутри тебя искать волшебный свет,

Где вечной тьмой завороженный, я – один,

Переживаю за мгновенье сотни лет!

Лью слезы, но не об утрате,

А от того, что я в тебе нашел,

Прелестный жар неистовых объятий,

И тела нежного ласкающийся шелк!

Как беспощадна ты в безумье своих ласк,

И лоном нежным схватываешь круто

Образы летящие из нас

Прямо в вечность к Богу почему-то!

О, подари мне влагу лона твоего,

Хочу с тобою превратиться в исступленье,

Через кресты могил на небеса рывок, —

Любовь сквозь смерть несет рожденье!

Малышка смотрит мультик и смеется,

Все нарисованные звери так смешны,

Как люди вмиг ослепшие от солнца,

Всюду ищущие смысл большой любви!

Тает денек – спасенья нет – и только в лоне

Тебя я чую – всю любовь и божественный свет,

Бог пролетает в небе в чудном фаэтоне,

Следя за нами тьму безмолвных лет!

Я прихожу к тебе и проникаю в душу,

Безумец, я ищу лишь глубину,

Место, куда страх навек обрушу,

И прах развеяв, весь отдамся сну!

Мы в серых буднях водку пьем и сладко любим,

Бог на часах стоит как постовой,

Рассматривая наши с тобой судьбы,

Он небеса качает вечной головой!

Колени раздвигая, тычусь мордой

В твою невидимую глубь,

И тут же Бог – таинственным аккордом

Соединил границы душ краями губ!

Я ясно вижу, – наши дни уходят,

Но через лоно твое рвусь все к чудесам,

И меркнет солнце в тающей природе,

И Бог возносит тени к вечным небесам!

Чего я ради в твоем лоне

Дрожу уже так много лет, —

Бог сделал так, что разум тонет

Во тьме, где нежит душу свет!

Вопрос теряется в ответе,

Как свет блаженства в вечной тьме,

А в твоем лоне тают дети

Как будто ангелы во сне!

В безумном бешенстве ты плотью своей блещешь,

Глазами, лоном, дивным сном,

В тебе, как в самой сказочной из женщин,

Я ощущаю храм и вечный дом!

Прекрасна ли любовь на расстоянии? —

Наверное, прекрасна, если ты

Насытившись чудесным обладанием,

Произносишь в вечность светлые мечты!

Две тени черные ходили в сне за мной,

Жена и ты ко мне со всех сторон прижаты,

Зима сплелась с бесстыжею весной,

И обе страстью вечною объяты!

Грызу орехи, привыкая к мысли,

Что каждый год теряю часть себя,

Не за горами смерть, совсем уж близко,

Но в твоем лоне легче мне пропасть, судьба!

Малышке кошку мелом написал,

Она, почуяв мой уход, ее не стерла,

Ее глаза и губ твоих коралл —

По памяти рассыпанные зерна!

Ты говоришь, что я люблю на расстоянии,

Не в силах твой стервозный дух стерпеть,

А я молчу, вдруг ощутив наше страдание,

Точно чуя нас прощающую смерть!

Иногда я сильно жажду умереть,

Чуя свою жизнь святой расплатой,

За то, что мы с тобою оживили твердь,

И будем всюду страстью вечности объяты!

За весною промелькнет тенями лето,

Мы в листве опавшей осени уснем,

И зима заполнит вечным светом

Нашей страсти опустевший дом!

С богами спорить бесполезно,

Ничтожней нет тебя, меня,

Но твоя ласковая бездна

Воспламеняет как весна!

Малышка улыбается, смеется,

Прекрасное волшебное дитя,

Мне заменяет ангела и солнце,

Я без нее живу точно на смерть летя!

Есть странность в том, чего на свете не бывает,

Но заставляет все же верить в чудеса,

И ты, любимая, как звездочка святая,

Вдруг согреваешь ярким светом небеса!

Я у Бога попросил прощенья,

Исповедовавшись пьяному попу,

А потом с тобою в наслажденьях

Снова в Вечность стал искать тропу!

Я завладел тобой, точно, святым имуществом,

Уже едва хватает духу, чтоб нести,

И выносить твое безумное могущество,

Из лона высветившего нежность на Руси!

Лишаясь страсти в тьме безумства,

Лишаясь вечности в себе,

Мы ищем днем ночные чувства,

Отчаявшись в земной борьбе!

У Господа всего один порок,

Дарить всем тварям счастье на мгновенье,

Вот отчего я так безумно одинок,

Хоть и вкушаю в нашей страсти наслажденье!

Проверка личности моей безумным Богом,

Я, чувствую, – уже завершена,

Весь век держал бы истину под боком,

Да только, х*р, кому она нужна!

Из трупов предыдущих наших предков

Взошли уже цветочки из земли,

Мысль с поцелуем поразила метко

Тепло твоей еще живой любви!

Ты – голая, я – голый, голо древо

Среди уже растаявших снегов,

Бесстыдством страсти поражаем небо, —

Мы с тобой – пленники таящихся богов!

Развратная прелестная девчонка,

Я сразу с тобой выпил, и обрел

Вкус ощущений в сладострастной гонке,

И лона нежного безумный ореол!

Могу подолгу, проникая в лоно,

Сочувствием обхватывать тебя,

Так в море обезумевшие волны

Подтверждают, что идет борьба!

Проистекает вдаль ничтожество мое,

Из семени сквозь лоно прямо в Вечность,

Вот отчего так ненавижу бытие,

И Бога за мне данную конечность!

Люблю и ненавижу твое буйство,

Твой каждый ноготь остр, как будто нож,

Ты на спине моей расписываешь чувства,

Чтоб мою милую жену забила дрожь!

Уплыть бы нам в загадочные страны,

Раскрыв над головою паруса,

Но на тающем снегу от счастья пьяны,

Мы нежно долбимся, поймав здесь чудеса!

С тобой встречаюсь, а с женой живу,

У Бога часто я прошу прощенья,

Задрав головку, ткнувшись взором в синеву,

Малышка грезит о моем лишь возвращенье!

Малышка спит, мы снова на кровати,

В круговороте наших ощущений,

Ты чуешь, как безумное объятье

Нежным вздохом окликает сновиденье?

От мира зарываюсь я в тебе,

Пью с тобой водку, думая о вечном,

И снова в лоне – на живительной тропе

Наслаждаюсь ощущеньем нашей встречи!

За Окой-рекой стоит твой дом,

Лес деревьев шепчет над малышкой,

Я жизнью поглощен как будто сном,

И твоя нежность ослепляет яркой вспышкой!

Упакованный Богом в пространство,

Я блаженною мыслью свечусь,

В твоем лоне волшебные яства

Вмиг развеют безумную грусть!

Ледяная бутылка водки

И тарелка соленых грибов,

В твоем лоне волшебные нотки

Извлекают причуды богов!

Опять я взглядом грустным бьюсь о старость,

Что скрыта за туманом берегов,

Мое блаженство, в твоем лоне ярость

Превращает в музыку любовь!

Перед Богом на коленях

День, и два, и три молюсь,

И молясь, с тобой в сближенье,

В лоне чую битву чувств!

Это Бог определил мое сознанье,

Положив нас вместе на земле,

Разжигая в лоне вечное восстанье

Нежных призраков, вмиг тающих во мгле!

Мой Бог меня распял на твоем теле,

Ты еле дышишь подо мной,

Безумье вечное рассудка на пределе

Сливается с могильной тишиной!

Я не имею право на судьбу,

То есть имею, но как нежный призрак

В твоем лоне обретающий тропу,

И по ней плывущий дальше к высям!

Как мне по правде жить, Господь,

Когда все люди правду отрицают,

Когда любимая раскрыв мне свою плоть,

Думает не разумом, – глазами!

Разверзлись небеса – все засияло,

И сразу Бог передо мной возник,

И мне сказал, – Ты ищешь идеала,

А сам зарыл в себе святой родник!

Бог прошептал мне: Загляни внутрь сердца,

Почувствуй, как в мир сходит благодать,

В любимую попробуй вновь одеться,

Ведь перед смертью никому не устоять!

Я много сделал, чтобы быть в тебе,

С тобой и с нашей куколкой – малышкой,

Даже в церкви пред иконой дал обет,

Но только в темя мне стучит от гроба крышка!

Я целовал тебя, лелеял и жалел,

И любовался тобой яростно и странно,

Но сейчас в разлуке наших тел

Владеет мной безумство жить одним обманом!

Говорю от нежных чувств сердечных,

Не осуждая ни тебя и ни себя,

Ибо понимаю – сама Вечность —

Это бесконечная борьба!

Колокол ударит – пойду в церковь,

Ты разденешься – я тут же съем тебя,

Любая слава здесь мгновенно меркнет,

Страсть дарит нежность, в гроб кладет судьба!

Верующие шепчут о спасенье,

А мы с тобою долбимся в лесу,

Вот так спасая душу наслажденьем,

Бог погубил вдруг твою нежную красу!

Когда-то знал я назубок писанье божье,

Но лег с тобой в постель и позабыл,

Ты хочешь спать со мной на брачном ложе,

Но я жену жалея, прячу от могил!

Мне снился сон, что ты пришла с малышкой,

Жена и дочь стояли тоже там,

А я в гробу лежал с раскрытой книжкой,

Слово «Любовь» читая по складам!

Ты устала и упала, вся в грязи,

А мне поднять тебя отчаянно хотелось,

Но голос внутренний шептал: Мы спасены!

Теперь сдадим на свалку ее тело!

Ты изменилась, изменилась суть вещей,

Мир изменился, люди, даже мысли,

Страсть уползла уже из всех щелей,

И в твоей щели умерла часть моей жизни!

Забыть тебя зовет моя душа,

Пусть не слепая, но с закрытыми глазами,

Она плывет в ночи, едва дыша,

Ощущая только прах наш под холмами!

Кому чего, а мне небесный чин

В твоих объятиях был дан любезным Богом,

Конечно он невидим, хрен один,

Но любовь всегда близка с пороком!

Говоренье правды – самый тяжкий подвиг,

Ничтожна ты, ничтожен я перед тобой,

Как мало пользы мне от моей грустной морды,

Ведущей в зеркале с собой безумный бой!

О, несчастная, о, временная жизнь,

Как же ты везде непостоянна,

Даже Бог зовущий меня в высь,

Снизу – из тебя – мне светит тайной!

Как очистить сердце от страстей,

Как убраться мне из сладостного лона,

Уберусь, и множество людей

Будут тебя чувствовать со стоном!

Быть на тебе и под спасителем приятно,

Крест над кроватью сладостно дрожит,

Туда-сюда и вновь туда-обратно,

Бог обращает в смерть всю нашу жизнь!

Нельзя стереть часть жизни из души, —

Издалека услышав голос, я заплакал,

Ведь потерялся я давно среди глуши,

И ничего уже не вспомню среди мрака!

От тебя ушел, к тебе пришел,

Не могу я без тебя, родная,

В твоей нежной щелке чудный ствол

Наши дни в грядущем продлевает!

По милосердию Господь шлет понимание,

И сам собой никто не в силах обладать,

Телами слившись, в вечность шлем послание,

Жаль, исчезает быстро божья благодать!

Из опыта несовершенных чувств

Мы представляем Бога очень строгим,

Но лишь из милости его я в тайну рвусь,

И даже в лоне твоем думаю о Боге!

Я в церкви вдруг услышал дивный хор, —

О жизни вечной пели и молились,

Но без тебя себя я чувствовал как вор,

Взамен счастья обретающий унылость!

Препровождаю в Вечность свою душу,

Хоть еще жив и в лоно твое рвусь,

Но все же сердцем чую, – мне никто не нужен,

Когда один я в тьме рассеиваю грусть!

Расстрой меня, – поговори со мною,

Расскажи, какой я жалкий человек,

Днем лежу с тобой, а ночь с женою,

В Вечность из Вечности не совершу побег!

Жизнь провожу под руководством Бога,

Которого не вижу, но ищу,

То на жену кладет меня он строго,

То с тобой кидает к вечному лучу!

Вечность. Страсть. Желание. Несчастье —

Все время быть самим собой,

Я Бога упрекаю в его власти,

Ведя с ним к смерти ближе свой последний бой!

Я ложь твою вкусил, как и страдание,

Ты устала быть любимою моей,

Вот отчего находит прах наш оправдание,

Собой скрывая жар земных страстей!

Нет больше у меня моей любви,

Я в вечной тьме похоронил свои желанья,

И лишь вдали безумным призраком земли

Ложится страшной тенью обладанье!

Тяжко мне, я ощутил себя

Обманутым и никому ненужным,

Смерть смастерила только верная судьба,

Но смерть добра ко мне и не внушает ужас!

Кого найти тебе взамен? —

Я в суете подвластной вечному потоку,

Чую жизни нашей тлен,

Грущу и каюсь в тьму невидимому Богу!

Я в жизни вдруг почуял пустоту,

Любовь сгорела за мгновенье вместе с счастьем,

Ты раздаешь свою земную красоту,

Ибо ты – рабыня дикой страсти!

Мой переход в безмолвное пространство

Связан с горькой правдою судьбы,

Ты и в гробу захочешь наслаждаться

С тенями в прахе растворившейся толпы!

Жизнь точно бред в бреду иль тяжкий сон,

От светлой чистоты из 2 влюбленных

Лишь грязный мрак заполнил небосклон,

В прах превращая содрогнувшееся лоно!

Вот и любовь моя к тебе прошла,

Осталось только выжженное поле,

С другим соединяешь ты тела,

Чтобы накрыться в вечности покоем!

Мне стало близким вечное молчанье,

Теперь я знаю, почему молчит наш Бог,

Он не находит людям оправданья,

И не впускает их в бессмертный свой чертог!

Мне стало грустно, от того что я свободен,

Свободен так, что ненавижу сам себя,

Круговорот ничтожества в природе

Нас накрывает вечным сном в гробах!

Ходил я в церковь, накрывался светом,

Молился Богу, даже плакал иногда,

Чуя, как несет нас жутким ветром

В тьму, где растворяются года!

Я проиграл сражение – войну

С неизвестным – мне – почудившимся Богом,

Он создал тебя, меня, жену,

И все созданья наградил живым пороком!

Что происходит в жизни, в небесах,

На земле туманы над снегами,

Люди долбятся, себя свергая в прах,

И молчат стыдливо под холмами!

Невероятность сна – ослепшая реальность,

И почему живое чуждо мне,

Неужто Бог создав весь мир – банально —

Прячет чудеса в далекой тьме?

В мирах иных мне было бы легко

Забыть земную жизнь с игрой природы,

Забыть, как Бог копает глубоко

Могилы всем, кто здесь с рожденья не свободен!

Поднимаю взгляд на небеса,

В тоске предчувствуя невидимого Бога,

Обманом чувств закрытые глаза,

Ощущают Вечность очень строго!

Я разорвал с тобой невидимую связь,

Но призрак твой бежит ко мне обратно,

Я весь горю, испытывая страсть,

И чую лоно мне раскрыто входом ада!

Мне умереть хотелось много раз,

Я видел в Вечности запутанные судьбы,

И в связке тел горящий тьмой экстаз

Вмиг исчезал, как им же тронутые люди!

Птица летит над деревьями,

Повсюду тают снега,

Мой взгляд одинокий потерянный,

В Вечность бежит как река!

Слеза бежит вслед за ручьем,

Его журчание подхватывает эхо:

Ты ей навеки обречен,

Цветы как чувства выползают из под снега!

Гляжу на мир, и ничего не понимаю,

Кем был, кем стал, как не живой,

Лишь в памяти лечу еще по раю,

Шепчась с божественной листвой!

Я расстаюсь с тобой навек, ну, что ж прости,

Здесь проигравших нет, как победивших,

Что ж, я держал твое тепло в своей горсти,

И таял быстро светлый миг в глухом затишье!

Переверну все мысли сотни раз,

Всю жизнь переверну одним лишь взглядом,

Растаял в тьме наш сладостный экстаз,

Пришла пора сливаться с вечным садом!

Жесток сей мир, и я к тебе жесток,

В душе нет тени прежнего блаженства,

Отстал от нас сейчас безумный Бог,

В телах других теперь он ищет совершенство!

Бреду один, как странник по пустыне,

Что я ищу в толпе, в сердцах живых людей?

Уж точно знаю, Бог здесь все отнимет,

Спалив любовь безумным пламенем страстей!

Вечность. Тихое молчанье.

Расставанье у реки.

И зачем мне мое знанье?

Чтоб напиться от тоски!

Творец легенды – я в свой скорбный путь

Уже давно направил колесницу,

Любимая, что было, все забудь,

Поверь, что жизнь нам только снится…

И жар любовный, страсть живых людей

Струится вдаль как призрачное лето,

Чем в этой жизни только не владей,

Всегда лишишься образа и света!

В житейском море точно кораблю,

Нам трудно к своей пристани причалить,

А если знаешь, – смысл равняется нулю,

То в душе буря поднимается к печали…

И Бог в бесовской гордости молчит,

И мы молчим, как будто виноваты,

Запрограммированный мир, одетый в стыд,

Несется в смерть одним безумным стадом…

И мы – здесь – потерявшие любовь,

Еще помним бег по сладостному кругу,

Когда друг в друга проникали вновь,

Чтобы извлечь божественную муку…

Ну, хоть на миг ослепни от любви,

Телами слитыми, струящимися в Вечность,

Найди ключ к пониманию Земли,

Чтоб превзойти собою боль и бесконечность…

Примечания

1

*По легенде, дошедшей до нас древнегреческий философ Эмпедокл бросился в жерло вулкана Этны, представляя Бога огнем.

Content

Между женой и секретаршей. Прощание
Любовный эпос с элементами абсурда
Игорь Павлович Соколов

Часть 1. Мой грех в тебе

Часть 2. Страшные сны

Часть 3. Жизнь в двух мирах

Часть 4. Жизнь – комедия в театре

Часть 5. Как будто слышу в лоне сказку

Часть 6. Как погубила меня ложь

Часть 7. В тьме своих неведомых потерь

Часть 8. И в храме всюду отблески порока

Часть 9. Бог импровизирует всех нас

Часть 10. Человек пришел, чтобы уйти

Часть 11. На бедрах твоих сладких сновидений

Часть 12. Мир заселен безумием людей

Часть 13. Искусство недр твоих безумных

Часть 14. На изломе страстного мгновенья

Часть 15. Я трогал нежный колокольчик

Часть 16. Твое лоно – это кара

Часть 17. Стою перед преградою в мечту

Часть 18. Аллегории как свет безумной страсти

Часть 19. Когда ошибся я?

Часть 20. Кто нас соединил, потом разрушил

Часть 21. Бог ложь создал, а мы ее обняли

Часть 22. Тьма одевает светом звезд исчезновение в слиянье

Часть 23. Иногда за гранью вечного молчанья

Часть 24. Живой любовью я окутал прах стиха

Часть 25. Вся жизнь пронизана стремительной борьбою

Часть 26. Ужасна все-таки любовь и беспощадна

Часть 27. В своем безумии любой из нас как тля

Часть 28. Зачем тебе я? Отпусти меня!

Часть 29. Эпилог или попытка подвести черту

Часть 30. Тень отбрасывает вдаль безумный возраст

Часть 31. Видно – Бог нарисовал меня не так

Часть 32. Тебя с малышкой обнимая, уезжаю

Часть 33. Ты мной освящена, а я тобой

Часть 34. Все течет, все движется по кругу

Часть 35. Через тебя проникнув в Вечность

Часть 36. Я отдан Вечности в молчание без боя

Часть 37. Куда уеду, сам не знаю!

Часть 38. Болели сладостно от поцелуев губы

Часть 39. Несет меня Господь к всевышней точке

Часть 40. Предчувствие прощания

Часть 41. Прощание

Примечания