Гарольд Пинтер

Немой официант

The Dumb Waiter by Harold Pinter (1957)

Перевод В. Денисова

Декорация: подвал. На заднике две кровати, между которыми невидимый грузовой лифт. Левая дверь на кухню и в туалет, правая — в коридор.

Бен лежит на левой кровати и читает газету. Гас сидит на правой кровати и, не нагибаясь, с трудом завязывает шнурки. На обоих рубашки и брюки на подтяжках. Молчание. Гас завязывает шнурок, — зевает и медленно идет к левой двери. Затем останавливается, смотрит вниз и трясет ногой. Бен опускает газету и наблюдает за ним. Гас становится на колени, развязывает шнурок и медленно снимает один ботинок. Заглядывает в него и вынимает раздавленный спичечный коробок. Затем вытрясывает ботинок и разглядывает. Его взгляд встречается со взглядом Бена. Бен шелестит газетой и вновь принимается читать. Гас кладет коробок себе в карман и наклоняется, чтобы надеть ботинок. С трудом завязывает шнурок. Бен опускает, газету и наблюдает за ним. Гас идет к левой двери, останавливается и трясет другой ногой. Вновь опускается на колени, развязывает шнурок и медленно снимает другой ботинок, заглядывает в него и вынимает раздавленную пачку сигарет. Его взгляд встречается со взглядом Бена. Бен шелестит газетой и вновь принимается читать. Гас кладет коробок себе в карман, наклоняется, надевает ботинок и завязывает шнурок. Затем медленно идет к двери и выходит.

Бен с шумом бросает газету на кровать и смотрит туда, куда он пошел. Затем поднимает газету, ложится на спину и вновь принимается читать. Молчание.

Дважды нажимают ручку унитаза, но шума: воды не слышно. Тишина. Возвращается Гас, останавливается у двери и чешет затылок. Бен вновь с шумом бросает газету.

БЕН. У ё… (Поднимает газету.) Ну и ну! (О статье в газете). Восьмидесятисемилетний старик хотел перейти улицу. Там, где самое движение, слышишь? Не знал, как пролезть и заполз под грузовик.

ГАС. Что сделал?

БЕН. Заполз под грузовик. Который стоял.

ГАС. Ну и?

БЕН. Грузовик поехал и прямо по нему.

ГАС. Да ну?

БЕН. 3десь так написано.

ГАС. Да брось.

БЕН. От такого и сблевануть можно, а?

ГАС. Кто ж ему это подсказал?

БЕН. Восьмидесятисемилетний старик ползет под грузовик.

ГАС. Трудно поверить.

БЕН. Написано черным по белому.

ГАС. Невероятно.

(Молчание. Гас качает головой и выходит. Бен вновь ложится и читает. Ручку унитаза снова нажимают, но шума воды не слышно. Бен присвистывает — его опять что-то поражает. Гас возвращается.)

Хочу тебя спросить.

БЕН. Что ты там делал?

ГАС. Ну, я просто..

БЕН. Как с чаем?

ГАС. Как раз собираюсь ставить.

БЕН. Давай, ставь.

ГАС. Да, сейчас поставлю. (Садится. Задумчиво) На сей раз нам оставили очень красивую посуду. Ну и ну. С полоской. С белой полоской. (Бен читает). Очень красивую. Ну и ну. (Бен переворачивает страницу.) Чашки такие круглые, черные, а по краю полоска, ты же видишь. И блюдца тоже черные, только самый центр, куда ставить, белый. (Бен читает.) И смотри, такие же тарелки. Только на них черная полоска, на тарелках, прямо посредине. От такой посуды я просто балдею.

БЕН (Продолжая читать.) Зачем тебе тарелки? Ты ведь не собираешься обедать.

ГАС. Я принес печенье.

БЕН. Так и ешь его скорее.

ГАС. Я всегда приношу сюда печенье. Или пирожок. Нельзя женить и ничего не есть.

БЕН. Ты поставишь чай? Время-то идет.

Гас сжимает раздавленную пачку сигарет и внимательно её разглядывает.

ГАС. У тебя есть сигареты? У меня уже, по — моему, все. (Подбрасывает пачку и наклоняется, чтобы поймать её.) Надеюсь, работать будем недолго. На сей раз. (Тщательно прицеливаясь, забрасывает пачку под кровать.) Хочу тебя спросить.

БЕН (С шумом бросая газету). У ё…

ГАС. Что еще?

БЕН. Восьмилетний ребенок убил кошку?

ГАС. Да брось.

ЕЕН. Точно. Что делают, а? Восьмилетний ребенок убивает кошку!

ГАС. И как он её?

БЕН. Это девочка.

ГАС. И как она её?

БЕН. Она… (Поднимает голову и внимательно читает.) Не сказано.

ГАС. Почему?

БЕН. Подожди-ка. Просто сказано, что её одиннадцатилетний брат наблюдал это из сарая.

ГАС. Да ну?

БЕН. Ужасно забавно!

Пауза.

ГАС. Так он это и сделал.

БЕН. Кто?

ГАС. Брат.

БЕН. По — моему, ты прав. (Пауза. С шумом бросая газету). И как тебе, а? Одиннадцатилетний ребенок убивает кошку и обвиняет в этом свою восьмилетнюю сестру. От такого и… (Внезапно останавливается и с отвращением хватает газету. Гас встает.)

ГАС. Во сколько нам сообщат? (Бен читает.) Во сколько нам сообщат?

БЕН. А тебе какое дело? Да в любую минуту. В. любую.

ГАС. (Подходя к кровати Бена.) Слушай, я собирался тебя спросить.

БЕН. О чем?

ГАС. Ты заметил, сколько наполняется бачок?

БЕН. Какой бачок?

ГАС. В сортире.

БЕН. Нет. А что?

ГАС. Ужасно.

БЕН. А что такого?

ГАС. Что с ним, по — твоему?

БЕН. Ничего.

ГАС. Ничего?

БЕН. Груша с дефектом, только и всего.

ГАС. Что с дефектом?

БЕН. Груша.

ГАС. Нет, правда?

БЕН. А что ж еще?

ГАС. Да ну? Я как-то не допёр. (Гас идет к своей кровати и надавливает на матрас.) Я сегодня не выспался и в основном из-за кровати. И могли бы еще одеяло дать. (Замечает на стене картину.) А это что? (Рассматривает.) «Первые одиннадцать». Команда по крикету. Ты видел, Бен?

БЕН (читая). Что?

ГАС. «Первые одиннадцать».

БЕН. Что?

ГАС. Фото первых одиннадцати.

БЕН. Каких еще первых одиннадцати?

ГАС (ищет подпись). Здесь не написано.

БЕН. Так как с чаем?

ГАС. По — моему, они все в возрасте. (Гас бродит по авансцене, что-то там ищет, потом осматривает комнату.) Не хотел бы я жить в такой яме. Хоть бы окно было, а то даже улицу не видно.

БЕН. Зачем тебе окно?

ГАС. Ну — чтоб куда-то смотреть, Бен. Вот время б и прошло. (Ходит по комнате.) Понимаешь: встаешь-то затемно, приходишь в незнакомое место, весь день спишь, делаешь работу, уходишь — и опять ночь. (Пауза.) Хотелось бы все-таки знать обстановку. Но на такой работе не знаешь ни хрена.

БЕН. У тебя отпуск бывает?

ГАС. Только две недели.

БЕН (опуская газету.) Конец света. Все ведь думают, что ты вкалываешь каждый день. А что на самом деле? Раз в неделю! Так на что ж ты жалуешься?

ГАС. Да, но мы же на приколе, что, нет? Уйти-то нельзя вдруг сигнал.

БЕН. Знаешь, в чем твоя беда, а?

ГАС. В чем?

БЕН. В том, что у тебя нет никаких интересов.

ГАС. Есть, почему же.

БЕН. Какие? Назови хоть один.

Пауза.

ГАС. Есть, почему же.

БЕН. Посмотри на меня. Какие у меня?

ГАС. Не знаю. И какие-?

БЕН. Я работаю по дереву. Делаю модели кораблей. Ты когда-нибудь видел, чтобы я сидел без дела? Никогда. Я-то знаю, чем занять время, как провести его с пользой. И когда дают сигнал — я всегда готов.

ГАС. И тебе это не осточертело?

БЕН. Осточертело? Что?

Молчание.

БЕН читает.

ГАС щупает карман пиджака, который висит на кровати.

ГАС. У тебя есть сигареты? А то у меня все. (Слышен шум воды в унитазе.) Заработал. (Садится на кровать.) Нет, посуда отличная. Правда. Просто отличная. Но только это и хорошо. Здесь еще хуже, чем там. Помнишь, последний раз? Где это было? По крайней мере, там был приемник. Нет, честно. Кажется, о нашем комфорте теперь заботятся не слишком.

БЕН. Ты перестанешь болтать?

ГАС. Здесь и ревматизм заработаешь, если долго.

БЕН. Долго мы не будем. Ну, чай ставишь? А то ведь в любую минуту могут.

ГАС достает чемоданчик и вынимает оттуда пачку чая. Разглядывает её, затек смотрит на Бена.

ГАС. А, я же хотел тебя опросить.

БЕН. Так какого же черта?

ГАС. Почему ты сегодня утрем остановился посреди дорога?

БЕН (опуская газету). Я думал, ты спишь.

ГАС. А я и спал, но когда установились — проснулся. Так ты остановился, а? (Пауза.) Посреди дорога. Было еще — темно, помнишь? Выглянул — все в тумане. Подумал, может, хочешь на ночлег, но ты сидел не шелохнувшись, будто чего-то ждал.

БЕН. Ничего я не ждал.

ГАС. Должно быть, потом я опять заснул. Так в чем дело? Чего ты остановился?

БЕН (снова берет газету.) Приехали слишком рано.

ГАС. Рано? (Встает.) Что ты хочешь сказать? Ведь нам же позвонили и сказали немедленно ехать. Вот мы тут же к отчалили. Так как же может быть слишком рано?

БЕН (спокойно). Кто говорил с ними — ты или я?

ГАС. Ты.

БЕН. Приехали слишком рано.

ГАС. Рано для чего? (Пауза.) Хочешь сказать, чтобы нас впустили, отсюда кто-то должен был выйти? (Рассматривает простыни.) А простыни, по — моему, не блещут. по — моему, даже смердят. Утром, когда пришли, Я так устал, что дата не заметил., посмотри же, как нас ущемляют' А я не желаю, чтоб на моей простыни спал кто-то еще. Л тебе говорил: условия ухудшились. Например, до сегодняшнего дня пак: всегда стелили свежие. Уже белом. 0:1 в первом тайме. Никогда не забуду, как пенальти забили. Такой напряг. Да и пенальти — то был спорный. Спорный. Из-за него и счет 2:1. Да ты тоже там был.

БЕН. Не был.

ГАС. Да был же. Вспомни-ка спорный пенальти!

БЕН. Нет.

ГАС. Он только вошел в штрафную. Потом утверждали, что упал сам, я даже думаю, защитник до него и не дотронулся. Но судья тут же на одиннадцать метров.

БЕН. Не дотронулся, как же! Да его уложили!

ГАС. Нет, «Вилла» так не играет. Не её стиль.

БЕН. Хватит об этом.

Пауза.

ГАС. Но они должны быть здесь, в Бирмингеме.

БЕН. Кто должен?

ГАС. «Вилла» должна.

БЕН. Они играют на выезде.

ГАС. И знаешь с кем? Со «Шпорами». С «Тоттенхем Хотспур».

БЕН. И что с того?.

ГАС. Мы ведь никогда не работали в Тоттенхеме.

БЕН. С чего ты взял?

ГАС. Тоттенхем я бы запомнил.

Бен вновь ложится на кровать и смотрит на него.

БЕН. Не смеши меня, а?

БЕН отворачивается и читает.

ГАС зевает и говорит сквозь зевоту.

ГАС. Когда же нам сообщат? (Пауза.) А хорошо бы еще разик сходить на футбол. Я же фанат. Слушай, а если завтра сходить на «Шпоры»?

БЕН (бесстрастно). Они играют на выезде.

ГАС. Кто?

БЕН. «Шпоры».

ГАС. Тогда, наверное, здесь.

БЕН. Не валяй дурака.

ГАС. Если на выезде, тогда, наверное, здесь. Здесь против «Виллы».

БЕН (бесстрастно). Но «Вилла» тоже играет на выезде.

Пауза. Под правую дверь подсовывают конверт. Гас это видит, встает и туда смотрит.

ГАС. Бен.

БЕН. На выезде. Они играют на выезде.

ГАС. Бен, посмотри туда.

БЕН. Что?

ГАС. Посмотри.

Бен поворачивает голову и видит конверт. Он встает.

БЕН. Что это?

ГАС. Не знаю.

БЕН. Откуда он здесь?

ГАС. Из-под двери.

БЕН. Ну и что это?

ГАС. Не знаю.

Оба смотрят на конверт.

БЕН. Возьми его.

ГАС. Чего ты хочешь?

БЕН. Возьми его! (Гас медленно идет к двери, наклоняется и поднимает конверт.) Что это?

ГАС. Конверт.

БЕН. Там что-нибудь написано?

ГАС. Нет.

БЕН. Он запечатан?

ГАС. Да.

БЕН. Открой его.

ГАС. Что?

БЕН. Открой его! (Гас открывает конверт и заглядывает внутрь.)

Что там?

Гас высыпает на ладонь двенадцать спичек.

ГАС. Спички.

БЕН. Спички?

ГАС. Да.

БЕН. Покажи мне. (Гас отдает конверт. Бен его рассматривает.) Ничего. Ни слова.

ГАС. Смешно, а?

БЕН. Его подсунули под дверь?

ГАС. Должно быть.

БЕН. Тогда давай.

ГАС. Чего давать?

БЕН. Открой дверь и взгляни — может, еще кого поймаешь.

ГАС. Кто, я?

БЕН. Щи давай.

Гас на него пристально смотрит, кладет спички в карман, идет к своей кровати и вынимает из-под подушки револьвер. Потом идет к двери, открывает её, выглядывает, а затем закрывает.

ГАС. Никого. (Кладет револьвер на место.)

БЕН. Что ты видел?

ГАС. Ничего.

БЕН. Ловко работают.

Гас вынимает из кармана спички и на них смотрит:

ГАС. Смотри-ка — кстати.

БЕН. Да.

ГАС. Что, разве нет?

БЕН. У тебя ведь всегда всё кончается.

ГАС. Всегда.

БЕН. Тогда кстати.

ГАС. Да.

БЕН. Неужели?

ГАС. Да, с ними теперь можно. С ними теперь очень даже можно.

БЕН. Можно?

ГАС. Да.

БЕН. Почему это можно?

ГАС. У нас же не было.

БЕН. Ну, а теперь есть, так?

ГАС. Теперь я могу зажечь чайник.

БЕН. Всегда ведь стреляешь. Спички. Ну, и сколько их теперь у тебя?

ГАС. Почти дюжина.

БЕН. Только не теряй. И красные тоже. Тебе и коробок не нужен. (Гас ковыряет спичкой в ухе. Бен бьет его по руке.) Не порть! Иди давай — зажигай.

ГАС. А?

БЕН. Иди зажигай.

ГАС. Что зажигать?

ГАС. Чайник.

ГАС. Ты хотел сказать «газ».

БЕН. Кто хотел?

ГАС. Ты.

БЕН (щурит глаза). Что значит — я хотел сказать «газ»?

ГАС. Да, это ты и хотел сказать. «Газ».

БЕН (властно). Если я говорю «иди и зажги чайник», я имею в виду «иди и зажги чайник».

ГАС. Как можно зажечь чайник?

БЕН. Это фразеология. «Зажечь чайник». Фразеология.

ГАС. Никогда не слыхал.

БЕН. Зажечь чайник — так говорят.

ГАС. По — моему, ты не сечешь.

БЕН (угрожающе). Что ты сказал?

ГАС. Говорят «поставить чайник».

БЕН (с напряжением в голосе). Кто говорит? (Смотрят друг на друга, тяжело дыша. Осторожно.) Никогда и никто не говорил «поставить чайник».

ГАС. Моя мать так всегда говорила.

БЕН. Твоя мать? Да когда ты последний раз видал твою мать?

ГАС. Не знаю. Примерно…

БЕН. Так что ж ты вспоминаешь здесь твою мать? (Смотрят друг на друга.) Гас, я не хочу неблагоразумия, я просто пытаюсь тебе что-то объяснить.

ГАС. Да, но…

БЕН. Кто здесь старший, ты или я?

ГАС. Ты.

БЕН. Я только Блюду, твои интересы, Гас. Ты должен это знать, парень.

ГАС. Да, не я никогда не слышал…

БЕН (неистово). Никто не говорят «зажечь газ». Для чего зажигать газ?

ГАС. Как это для чего?

БЕН (хватая его за горло вытянутыми руками). ЧТОБЫ СОГРЕТЬ ЧАЙНИК, ДУРАК!

Гас сбрасывает с горла его руки.

ГАС. Ну ладно, ладно.

БЕН. Так чего ты ждешь?

ГАС. Хочу узнать, горят или нет.

БЕН. Кто?

ГАС. Спички. (Вынимает раздавленный коробок и пытается зажечь спичку.) Нет. (Бросает коробок под кровать. Бен на него смотрит. Гас встает.) Ещё? (Бен на него пристально смотрит. Гас зажигает спичку о ботинок. Спичка загорается.) Вот так.

БЕН (теряя терпение). Да поставь ты этот проклятый чайник, Бога ради!

Бен идет к своей кровати, но вдруг, сообразив, что сказал, останавливается вполоборота — они смотрят друг на друга. Гас медленно выходит в левую дверь. Бен с шумом бросает газету на кровать и, обхватив голову руками, садится.

ГАС (вновь появляясь). Работает.

БЕН. Что?

ГАС. Плита. (Идет к своей кровати и садится.) Интересно, кого мы сегодня… (Молчание) Но я хотел тебя спросить.

БЕН (положив ноги на кровать). Только ради Бога…

ГАС. Нет. и собирался тебя спросить. (Встает и садится на кровать Бена.)

БЕН. Зачем ты сел на мою кровать? (Гас сидит.) Что с тобой происходит? Все время задаешь какие-то вопросы. Что с тобой происходит?

ГАС. Ничего.

БЕН. Раньше ты никогда не задавал столько идиотских вопросов. Что на тебя нашло?

ГАС. Ничего. Просто интересно.

БЕН. Оставь свои интересы. Есть работа, и ты должен её сделать. Почему её просто не сделать и без вопросов?

ГАС. Именно об этом я и хотел тебя спросить.

БЕН. О чем?

ГАС. О работе.

БЕН. О какой работе?

ГАС (осторожно). Я подумал, может, ты знаешь. (Бен на него смотрит.) Подумал, может, ты — я хочу сказать, может, у тебя есть представление — кого мы сегодня.

БЕН. Что — кого мы сегодня? (Смотрят друг на друга.)

ГАС (наконец решаясь). Ну… кто это будет.

Молчание.

БЕН. У тебя голова вообще как, в порядке?

ГАС. Конечно.

БЕН. Тогда пойди и сделай чай.

ГАС. Да, конечно. (Гас выходит в левую дверь, Бен за ним наблюдает. Потом он вынимает из-под подушки револьвер и проверяет патроны. Вновь появляется Гас.) Газ кончился.

БЕН. Ну и что?

ГАС. Там счетчик.

БЕН. У меня нет денег.

ГАС. У меня тоже.

БЕН. Придется подождать.

ГАС. Кого?

БЕН. Уилсона.

ГАС. Он может и не придти. Может просто прислать записку. Ведь

не всегда же приходит.

БЕН. Тогда придется обойтись.

ГАС. Иди ты.

БЕН. После попьешь. В чем проблема.

ГАС. Хочу до.

Бен подносит револьвер к свету и начинает чистить.

БЕН. Лучше б готовился.

ГАС. Ну, я не знаю, это уже слишком — за такие-то деньги. (Берет с кровати пачку чая и бросает её в чемоданчик.) Надеюсь, хоть монету-то принесет, если придет, конечно. Должен притащить. В конце концов, это его дом, мог бы и проверить, остался там газ, чтобы согреть чашку чая, или нет.

БЕН. Как это — его дом?

ГАС. А что, разве нет?

БЕН. Может, он только его снимает. Не похоже, чтоб его был.

ГАС. А я знаю, что его. И уверен, что весь — потому и газа-то не оставил. (Садится на кровать.) Точно его. Вспомни-ка, какие другие были. Являешься по адресу, там ключик, чайничек — и нигде ни души. (Делает паузу.) И никто ничего не слышит, понимаешь? И никто никогда не жалуется на шум и все такое. Нигде ни души, а? Кроме, конечно, того, кто приходит. Неужели не заметил? А интересно, стены здесь звук пропускают? (Трогает стенку над кроватью.) Трудно понять. Сиди вот и жди. А в половине всех случаев он и появиться-то не удосужился, Этот Уилсон.

БЕН. Зачем ему? Занятой человек.

ГАС (задумчиво). По — моему, с ним трудно, с этим Уилсоном. Ты так не считаешь?

БЕН. Кончай.

Пауза.

ГАС. О многом его надо расспросить. Но как вижу — язык присыхает. (Пауза.) Я все думаю о той, последней.

БЕН. О какой последней?

ГАС. О той девице. (Бен хватает газету и начинает читать. Гас встает и смотрит на Бена.) Да сколько ж ты раз читал эту газету!

Бен с шумом бросает газету и тоже встает.

БЕН (сердито. Берёт пистолет и приставляет его к голове Гаса). Чего тебе надо?

ГАС. Да просто интересно, сколько ж раз ты…

БЕН. Что ты ко мне лезешь!

ГАС. Нет, я просто…

БЕН. Будешь заниматься не своим делом — получишь в ухо.

ГАС. Послушай, Бен.

БЕН. Я ведь к другим не лезу! Сколько ж раз я..; У, ё… свободен!

ГАС. Да я не то…

БЕН. Давай-ка, парень, работай. Работай — и конец. (Снова ложится.)

ГАС. Я просто подумал о той девице — и все такое. (Садится на кровать.) Она но слишком смотрелась, знаю, но все же. Хотя, в общем, бардак был, а? Какой бардак! Честно, даже не помню такого. По — моему, они из другого теста, эти женщины. Легче раскатывать. А ту вот так и не раскатал. Даже частично не раскатал. Вот бллль! Но я хотел тебя спросить. (Бен садится и смотрит в одну точку.) Кто здесь за нами убирает? Интересно, кто этим занимается? А может, не убирают? На сколько дел мы уже уходили — бллль, даже не сосчитаешь. А что, если за нами вообще не убирают?

БЕН (качая головой). Ты идиот. Думаешь, у них только мы? Пошевели-ка мозгами. У них есть всё.

ГАС. Даже уборщицы и всё прочее?

БЕН. Ну, ты гений!

ГАС. Нет, это после той девицы я стал думать, что…

В выступе стены между двумя кроватями, слышится громкий стук и грохот — будто что-то падает. Они подпрыгивают, хватаются за револьверы и смотрят на стену. Шум прекращается. Тишина. Они смотрят друг на друга, Бен показывает на стену — Гас медленно к ней подходит и стучит по стене револьвером. Стена полая. С поднятым револьвером Бен идет к изголовью постели. Гас кладет свой револьвер на кровать и похлопывает по концу средней доски, а затем ее поднимает. За доской оказывается грузовой лифт — «немой официант». Широкий поднос удерживается подшипниками. Гас смотрит на поднос и достает оттуда кусок бумаги.

БЕН. Что это?

ГАС. Взгляни-ка.

БЕН. Читай.

ГАС (читает). Два тушеных мяса с картошкой. Два пудинга. Два чая без сахара.

БЕН. Дай посмотреть. (Берет бумажку.)

ГАС (себе). Два чая без сахара.

БЕН. Ммм…

ГАС. Что ты об этом думаешь?

БЕН. Ну…

Поднос поднимается — Бен хватается за револьвер.

ГАС. Вот он, наш шанс-то! Но куда же Вы спешите, а? (Бен перечитывает записку.

Гас смотрит ему через плечо.) А ведь уже веселее, правда?

БЕН (быстро). Нет, совсем не веселее. Наверное, здесь раньше было кафе, вот и всё. Наверху. Такие места быстро переходят из рук в руки.

ГАС. Кафе?

БЕН. Да.

ГАС. Хочешь сказать, что внизу была кухня?

БЕН. Именно. Такие места переходят из рук в руки за один вечер. Или просто закрываются. Когда считают, что проку нет — тогда и съезжают.

ГАС. Ты хочешь сказать, что владелец решил, что нет проку — оттого и съехал?

БЕН. Конечно.

ГАС. НУ И ЧЬЕ ОНО ТЕПЕРЬ?

Молчание.

БЕН. Что значит — чье?

ГАС. Кто им сейчас владеет? Ведь если кто-то съехал, значит, кто-то и въехал?

БЕН. Ну, это зависит…

Поднос со стуком и грохотом опускается. Бен поднимает револьвер. Гас идет к подносу и приносит записку.

ГАС (читает). Суп — пюре. Печенка с луком. Пирог с вареньем.

Пауза. Гас смотрит на Бена. Бен берет записку и читает. Затем медленно идет к лифту. Гас следует за ним. Бен смотрит на лифт. Гас кладет руку ему на плечо — Бен её сбрасывает. Гас прикладывает палец ко рту, опирается о лифт и быстро смотрит на поднос. Бен с беспокойством отталкивает его — замечает записку, затем бросает револьвер и решительно говорит.

БЕН. Нам лучше туда что-то послать.

ГАС. А?

БЕН. Нам лучше бы туда что-то послать.

ГАС. О, да. Да. Наверное, ты прав.

Обоим стало легче — приняли решение.

БЕН (что-то задумав). Быстро! Что у тебя в портфеле?

ГАС. Всего ничего. (Подходит к лифту и кричит). Подождите минуточку.

БЕН. Не ори!

Гас рассматривает содержимое портфеля — вынимает один продукт за другим.

ГАС. Печенье. Плитка шоколада. Полпакета молока.

БЕН. И всё?

ГАС. Пачка чая.

БЕН. Хорошо.

ГАС. Чай послать не может — у самих только одна пачка.

БЕН. Но газа ведь нет. А без него с ней делать нечего.

ГАС. А может, они в ответ пришлют нам монетку.

БЕН. Что там ещё?

ГАС (лезет в портфель). Один эклер.

БЕН. Один эклер?

ГАС. Да.

БЕН. Ты не говорил, что у тебя есть эклер.

ГАС. Правда?

БЕН. Но почему только один? Что ж ты не взял еще для меня?

ГАС. Я думал, ты их не ешь.

БЕН. Ну, все равно — туда его нельзя.

ГАС. Почему?

БЕН. Сходи принеси тарелку.

ГАС. Ладно. (Идет к левой двери, потом останавливается.) Думаешь, его можно оставить?

БЕН. Оставить?

ГАС. Ну да, ведь они же не знают, что он у нас есть, а?

БЕН. Не в этом дело.

ГАС. Так оставляем?

БЕН. Нет, нельзя. Неси тарелку. (Гас выходит в левую дверь. Бен заглядывает в его портфель и достает оттуда пачку хрустящего картофеля. Входит Гас с тарелкой. Бен — укоризненно, держа картофель.) А это откуда?

ГАС. Что это?

БЕН. Откуда этот картофель?

ГАС. Где ты его взял?

БЕН (хлопая его по плечу). Грубо работаешь, парень!

ГАС. Да его же только с пивом!

БЕН. Ну и где же ты возьмешь пиво?

ГАС. Вот я и оставил на потом, когда куплю.

БЕН. Это я тебе припомню. Выкладывай все на тарелку. (Они вываливают все на тарелку. Поднос поднимается без тарелки.) Подождите минутку!

Оба встают.

ГАС. Ушел!

БЕН. Все из-за твоих дурацких выходок!

ГАС. И что же нам теперь делать?

БЕН. Ждать, пока вернется. (Бен ставит тарелку на кровать, надевает кобуру и начинает завязывать галстук.) Ты бы лучше готовился.

Гас идет к своей кровати, надевает галстук и начинает прикреплять кобуру к поясу.

ГАС. Эй, Бен.

БЕН. Что?

ГАС. Что здесь такое?

Пауза.

БЕН. Что ты хочешь сказать?

ГАС. Как здесь могло быть кафе?

БЕН. Могло.

ГАС. Ты плиту видал?

БЕН. Ну и что?

ГАС. Да там же только три конфорки.

БЕН. Ну и что?

ГАС. А то. Нельзя готовить на трех конфорках, во всяком случае не в таком же людном месте.

БЕН (раздраженно). Так вот почему здесь так медленно. (Надевает жилет.)

ГАС. Да, но что бы они без нас-то делали? Все эти меню спускались бы, а наверх ничего бы не шло. Да, так, наверное, всегда и было. (Бен чистит пиджак.) А что будет, когда мы уйдем? (Бен надевает пиджак.) Иного они не наработают. (Поднос опускается. Они поворачиваются. Гас подходит к лифту и достает записку. Читает.) «Макарони Пастицио». «Ормита Макароунада».

БЕН. Это что такое?

ГАС. «Макарони Пастицио». «Ормита Макароунада».

БЕН. Греческие блюда.

ГАС. Нет.

БЕН. Точно.

ГАС. Блюда высшей категории.

БЕН. Давай быстро, а то уйдет.

Гас ставит тарелку на поднос.

ГАС (кричит лифту). Три «Маквити энд Прайс»! Один «Лайонз Рэд Лейбл»! Один хрустящий картофель «Смит»! Один вклер! Один раз фрукты и орехи!

БЕН. Шоколад «Кэдбериз».

ГАС (Вверх, лифту). «Кэдбериз»!

БЕН (держа пакет молока). И молоко.

ГАС (вверх, лифту). И молоко! Полпакета! (Смотрит на наклейку.) «Икспресс Двари»! (Ставит молоко на поднос. Поднос поднимается.) Ну, поехал!

БЕН. Не надо так орать.

ГАС. Почему не надо?

БЕН. Потому что еще не наладили. (Идет к двери.) Но со временем, думаю, наладим.

ГАС. Думаешь, да?

БЕН. Одевайся. Теперь в любую минуту могут.

Гас надевает жилет. Бен ложится и смотрит в потолок.

ГАС. Ну и место! Ни тебе чая, ни печенья.

БЕН. От еды и разлениться недолго. А ты ведь стал лентяем, акаешь об атом? Но ты ведь не хочешь в тираж?

ГАС. Куда не хочу?

БЕН. В тираж, парень, в тираж.

ГАС. Что — в тираж?

БЕН. Ты пушку проверил? Даже пушку не проверил — позор! Ты хоть когда-нибудь её протирал?

Гас вытирает револьвер о простынь. Бен достает из кармана зеркальце и поправляет галстук.

ГАС. Интересно, где у них повар. Чтобы управляться тут, нужен был повар — и не один. Может, у них и плит было несколько? О! А вдруг в коридоре есть ещё кухня?

БЕН. Конечно, есть. Знаешь, что надо, чтобы приготовить «Ормита Макароунада»?

ГАС. Нет. А что?

БЕН. «Ормита»! Пошевели-ка мозгами, а?

ГАС. Нужно несколько поваров, да? (Кладет револьвер в кобуру.) И всё же, чем раньше мы отсюда уберемся — тем лучше. (Надевает пиджак.) Почему нет сигнала? Я будто уже сто лет здесь торчу. (Вынимает из кобуры револьвер — хочет проверить патроны.) Мы же никогда его не подводили, да? Никогда ведь не подводили. Мне это только недавно стукнуло, а, Бен? На нас же можно положиться, правда? (Кладет револьвер в кобуру.) И все же, когда это все кончится — буду только счастлив. (Чистит пиджак.) Надеюсь, хоть тип сегодня попадется спокойный или вроде того. А то мне что-то не по себе, башка раскалывается.

Молчание. Поднос опускается. Бен подпрыгивает. Гас собирает записки. Читает.

ГАС. Почка бамбука. Цыпленок с водяными каштанами. Один «Чар Сиу» с побегами фасоли.

БЕН. С побегами фасоли?

ГАС. Да.

БЕН. Иди ты.

ГАС. Даже не знаешь, с чего и начать. (Смотрит на поднос — там пачка чая. Он её берет.) Чай прислали обратно.

БЕН (с беспокойством). Почему это?

ГАС. Может, сейчас не время для чая.

Поднос поднимается. Молчание.

БЕН (бросает чай на кровать и говорит упрямо). Послушай, лучше бы нам им сказать.

ГАС. Что сказать?

БЕН. Что не посылаем, потому что нет.

ГАС. Правильно.

БЕН. Дай карандаш. Напишем им записку.

Гас поворачивается за карандашом и вдруг обнаруживает телефонную трубку, которая свисает справа от лифта, рядом с его кроватью.

ГАС. Что это?

БЕН. Что — это?

ГАС. Это.

БЕН (всматриваясь). Это? Это телефонная трубка.

ГАС. И сколько она здесь висит?

БЕН. Вот она, наша работа. Вместо того, чтобы орать, надо было в нее.

ГАС. Странно — никогда ведь её тут не видел раньше.

БЕН. Ну, давай.

ГАС. Что давать?

БЕН. Видишь? Это свисток.

ГАС. Это?

БЕН. Да. Давай. Вынь его. (Гас делает, что ему говорят.) Вот так.

ГАС. А что теперь?

БЕН. Дуй в него

ГАС. Дуть?

БЕН. Когда дуешь — он свистит. И тогда им понятно, что будут говорить. Свисти.

Гас свистит. Тишина.

ГАС (держит трубку у рта). Ничего же не слышно.

БЕН. Да говори же! Говори в нее.

Гае смотрит на Бена, затем говорит в трубку.

ГАС. У нас в кладовке пусто!

БЕН. Дай сюда. (Хватает трубку и прикладывает ко рту. С большим почтением.) Добрый вечер, извините за беспокойство, но мы только что подумали, что лучше бы вам знать, ведь у нас ужа ничего не осталось. Мы послали вам всe, что было. И больше здесь еды никакой нет. (Прикладывает трубку к уху.) Что? (Ко рту.) Что? (К уху. Слушает. Ко рту.)T, все, что было, мы вам послали. — (К уху. Слушает. Ко рту.) О, как грустно это слышать. (К уху. Слушает. Гасу.) Эклер был несвежий. (Слушает. Гасу.) Шоколад растаял. (Слушает. Гасу.) А молоко скисло!

ГАС. А картофель?

БЕН (слушает). Печенье зачерствело. (Смотрит на Гаса. Трубка у рта.) Да, очень грустно это слышать. (Трубку к уху.) Что? (Ко рту.) Что? (К уху.) Да. Да. (Ко рту.) Да, конечно. Конечно. Прямо сейчас.(К уху. Говорить прекращают. Взволнованно.) Ну, ты слышал?

ГАС. Что?

БЕН. Знаешь, что он сказал? Зажгите чайник! Не поставьте чайник, не зажгите газ — а зажгите чайник!

ГАС. Как же можно зажечь чайник?

БЕН. Что ты хочешь сказать?

ГАС. Газа-то нет.

БЕН (хлопая себя по голове). Ну, и что нам теперь?

ГАС. Так зачем же он хотел, чтобы мы зажгли чайник?

БЕН. Чай. Он хотел чашку чая.

ГАС. Он хотел чашку чая? А как же я? Я всю дорогу хотел чашку чая!

БЕН (упавшим голосом). Ну, и что нам теперь?

ГАС. Пить? (Бен садится на кровать и на него смотрит.) Ему пить? (Бен продолжает сидеть.) А я тоже хочу пить. И есть. А ему чашку чая — просто потрясающе! (Голова Бена падает на грудь.) Да с такой жратвой я бы тоже будь здоров был! А ты? Да и ты, по — моему, тоже. (Садится на кровать.) Отослали всё, что было — и еще претензии. Нет, правда, это просто курам на смех. Почему мы все туда отослали? (Раздумывая). И почему л это сделал? (Пауза.) Кто знает, что у них там, наверху. Может, целое блюдо с салатом. Что-то же там есть, ведь отсюда много не получишь. Заметил, ведь салат-то не просили? Наверное, блюдо с салатом там есть. Холодное мясо, редиска, огурцы. Водяной кресс. Рольмопс. (Пауза.) Крутые яйца. (Пауза.) Да много всего: И сумка с пивом, наверное, тоже. Едят сейчас, наверно, мой картофель и запивают пивом. Про картофель-то ничего не сказали. С ними все в порядке, не волнуйся. Или ты думаешь, там будут просто сидеть и ждать, пока к ним что-то поднимется, а? Нет, так ничего не выйдет. (Пауза.) С ними все в порядке. (Пауза.) И еще хотят чашку чая. (Пауза.) По — моему, это у них такой шор. (Смотрит на Бена, встает и подходит к нему.) Что с тобой? У тебя не слишком бодрый вид. Я и сам-то как «алка — зельтцер».

Бен выпрямляется.

БЕН (тихо). Время идет.

ГАС. Знаю. Не люблю работать на голодный желудок.

БЕН (скучающим тоном). Успокойся на минутку. Я должен тебя проинструктировать.

ГАС. Зачем? Ведь мы всегда делаем одно и то же, а?

БЕН. И должен тебя проинструктировать. (Гас вздыхает и садится на кровать рядом с Беном. Инструкции воспринимаются и повторяется автоматически.) Когда будет сигнал, ты поднимешься и станешь за дверью.

ГАС. Стану за дверью.

БЕН. Если в дверь постучат, не открывай.

ГАС. Если в дверь постучат, не открою.

БЕН. Но в дверь не постучат.

ГАС. Вот я и не открою.

БЕН. Когда этот тип войдет…

ГАС. Когда этот тип войдет…

БЕН. Закрой за ним дверь.

ГАС. Закрою за ним дверь.

БЕН. Не обнаруживая своего присутствия.

ГАС. Не обнаруживая своего присутствия.

БЕН. Он увидит меня и пойдет на меня.

ГАС. Он увидит тебя и пойдет на тебя.

БЕН. Тебя он не увидит.

ГАС (рассеянно). А?

БЕН. Тебя он не увидит.

ГАС. Меня он не увидит.

БЕН. Но он увидит меня.

ГАС. Он увидит тебя.

БЕН. Что ты здесь, он не знает.

ГАС. Что ты здесь, он не знает.

БЕН. Что ты здесь, он не знает.

ГАС. Что я здесь, он не знает.

БЕН. Я доем пушку.

ГАС. Ты достаешь пушку.

БЕН. Он останавливается на месте.

ГАС. Он останавливается на квоте.

БЕН. Если он поворачивается…

ГАС. Если он поворачивается…

БЕН. Вступаешь ты.

ГАС. Вступав я. (Бен хмурит брови и трет лоб.) Ты что — то пропустил.

БЕН. Знаю. Только что?

ГАС. По твоей инструкции я пушку не достаю.

БЕН. Ты достаешь пушку..

ГАС. После того, как закрою дверь

БЕН. После того, как закроешь дверь.

ГАС. А ведь раньше ты никогда ничего не пропускал, знаешь

БЕН. Когда он видит тебя за своей спиной….

ГАС. Меня за своей спиной..;

БЕН. И пеня перед собой…

ГАС. И тебя перед собой…

БЕН. Он теряет уверенность.

ГАС. И легкость.

БЕН. Он не знает, что делать.

ГАС. И что он делает?

БЕН. Он смотрит на меня, а потом на тебя.

ГАС. А мы ни олова.

БЕН. Он смотрит на нас.

ГАС. А мы на него.

БЕН. И никто ни слова.

Пауза.

ГАС. А если это девица?

БЕН. Всё то же самое.

ГАС. Точно то же?

БЕН. Точно.

Пауза.

ГАС. И ничего такого?

БЕН. Все то же самое.

ГАС. О — о. (Встаёт и вздрагивает.) Извиняюсь. (Выходит в левую дверь. Бен продолжает сидеть на кровати. Ручку унитаза дважды нажимают, но шума воды не слышно. Тишина. Гас возвращается и останавливается у двери, погруженный в свои мысли. Смотрит на Бена. Затем медленно идет к своей кровати. Обеспокоенный, стоит, раздумывая. Затем поворачивается и вновь смотрит на Бена. Делает несколько шагов в его сторону. Медленно! тихо, с напряжением в голосе.)

Почему нам прислали спички, если знают, что газа нет? (Молчание. Бен смотрит прямо перед собой. Гас заходит слева, подходит к его кровати и говорит Бену в другое ухо.)

Бен, почему нам прислали спички, если знают, что газа нет? (Бен поднимает голову.)

Зачем он это делает?

БЕН. Кто?

ГАС. Кто прислал нам эти спички?

БЕН. Ты о чем?

Гас смотрит на него сверху вниз.

ГАС (нечетко). Кто там наверху?

БЕН (нервно). Какое это имеет отношение?

ГАС. И все же — кто?

БЕН. Какое это имеет отношение? (Шарит рукой по постели в поисках газеты.)

ГАС. Я тебя спрашиваю.

БЕН. Хватит!

ГАС (с возрастающим беспокойством). Я тебя уже спрашивал: кто туда въехал? Я тебя спрашивал. Ты сказал: кто жил раньше, тот выехал. Ну, а кто въехал?

БЕН (согнувшись). Заткнись.

ГАС. Я тебя спрашивал, а?

БЕН (вставая). Заткнись.

ГАС (яростно). Я тебя уже спрашивал, кто владелец, а? Я тебя спрашивал. (Бен со злостью бьет его по плечу.) Я тебя спрашивал, кому оно принадлежит, а? (Бен снова со злостью бьет его по плечу. Гас, отчаянно.) Ну, зачем играть во все эти игры? Зачем это?

БЕН. В какие игры?

ГАС (страстно, подходя к Бену). Зачем это? Нас ведь уже проверяли, а? Нас точно проверяли пару дет назад, ведь так? Мы проходили ее вместе, помнишь? Мы же себя уже показали, а? Мы ведь всегда делали свою работу. Так зачем это? Какой же смысл? Зачем играть во все эти игры? (Поднос вновь опускается, причем шум сопровождается резким свистом. Гас бросается к лифту и хватает записку. Читает.) Креветки! (Мнет бумажку, поднимает трубку, вынимает свисток, дует и говорит.) У НАС НИЧЕГО НЕТ! НИЧЕГО' ПОНЯТНО?

Бен хватает трубку, отталкивает Гаса, а затем идет на него и наотмашь бьет его в грудь.

БЕН. Прекрати! Ты, маньяк

ГАС. Но ты же слышал!

БЕН (диким голосом). Предупреждаю — кончай! (Молчание. Бен вешает трубку, идет к кровати и ложится. Затем берет газету и начинает читать. Молчание. Поднос поднимается. Они быстро поворачиваются и встречаются взглядами. Бен вновь принимается читать. Гас медленно идет к своей кровати и садится. Молчание. Лифт возвращается. Они быстро поворачиваются, и их взгляды встречаются. Бен вновь принимается читать. Молчание. Бен бросает газету.)

У, ё… (Поднимает газету и в нее смотрит.) Послушай! (Пауза.) Ну и ну! (Пауза.) У, ё… (Пауза.) Ты когда-нибудь такое слышал?

ГАС (хмуро). Да ну?

БЕН. Правда.

ГАС. Да брось.

БЕН. Написано черным по белому.

ГАС (очень тихо). Действительно?

БЕН. Можешь представить?

ГАС. Трудно поверить.

БЕН. От такого и сблевануть можно, а?

ГАС (почти не слышно). Невероятно.

Бен качает головой, бросает газету, встает и вкладывает револьвер в кобуру. Гас встает и идет к левой двери.

БЕН. Ты куда?

ГАС. Хочу воды.

Гас выходит. Бен счищает пыль с одежды и ботинок. Свистит свисток в трубке. Бен подходит, выключает свисток и прикладывает трубку к уху. Слушает. Затем подносит трубку ко рту.

БЕН. Да. (К уху. Слушает. Ко рту.) Прямо сейчас. Есть. (К уху. Слушает. Ко рту.) Конечно, готовы. (К уху. Слушает. Ко рту.) Понятно. Повторяю. Он появился и будет здесь прямо сейчас. Обычным способом. Понятно. (К уху. Слушает. Ко рту.) Конечно, готовы (К уху. Слушает. Ко рту.) Есть. (Вешает трубку.) Гас! (Вынимает расческу и причесывается. Поправляет пиджак, чтобы не выпирало дуло револьвера. Шум воды в унитазе. Бен быстро идет к левой двери.) Гас!

Дверь резко открывается — Бен поворачивается, револьвер нацелен на дверь. Спотыкаясь, входит Гас. Он без пиджака, жилета, галстука, кобуры и револьвера. Гас останавливается, втягивает голову в плечи, руки по швам. Затем поднимает голову и смотрит на Бена. Долгое молчание. Они пристально смотрят друг на друга.

Занавес

Content

Гарольд Пинтер
Немой официант