Александр Мазин

Москва 2030

Когда-то Борис Натанович Стругацкий сказал: «Мы описывали мир, в котором хотели бы жить». Это было лет сорок назад. Сейчас всё изменилось. В мирах, которые описаны в популярнейших сериях современных авторов, в мирах монстров, зомби и радиоактивных развалин жить как-то не хочется. Получается, что это именно то будущее, о котором мечтают читатели. А если вспомнить о том, что мечты сбываются…

Я не хочу, чтобы моя страна превратилась в радиоактивные руины, по которым шляются мертвецы. Я хочу другого будущего. Вполне возможного будущего, если мы все его захотим. Мира, в котором хотелось бы жить.

…Темная вода фьорда ворковала под днищем драккара. Серые скалы с занавесами падающей воды. Серое низкое небо. И бездна под ногами. Километровая щель в земле, залитая водой. Тонкий слой дерева между нею и человеком. Там живет мировой Змей Ёрмунганд. Когда-нибудь он всплывет из бездны, чтобы схватиться с богами в Последней битве. Говорят, в ночи новолуния с палубы пропадают люди. Но сейчас полнолуние, и у них есть опасности поближе. Два корабля с полосатыми парусами. И уже можно разглядеть оскаленные драконьи головы на носах… Пора!

— Мачту вниз! — скомандовал Алексей. — Первая смена — на весла!

Два десятка викингов бросились выполнять команду. Парус упал, со скрипом легла на палубу мачта. Однако драккар не замедлил ход, напротив — прибавил. Тридцать шесть воинов на восемнадцати румах — по четыре руки на каждое весло. Они могут разогнать корабль до восемнадцати узлов. И разгонят. Но не сейчас. До вражеских кораблей около мили. Слишком рано для финального рывка.

— Оружие раздать! — велел Алексей кормчему.

Бородатый косматый Торгейл, правая рука Алексея в боевой дружине, открыл оружейные ящики. Там, завернутые в просмоленную ткань, защищавшую от морской сырости, хранились копья, мечи и доспехи викингов. Вторая смена разобрала оружие. Затем сменила на веслах первую, чтобы те тоже могли подготовиться к бою.

Алексей перебрался на нос. Вражеские драккары тоже убрали мачты и паруса. Достойные соперники. Тоже викинги. А так ли они хороши в бою, как его парни, Алексей скоро узнает. В дружине его — отборные бойцы. Каждого он нанимал сам. Каждого поднимал, натаскивал, обучал. Теперь среди его парней нет ни одного ниже пятого уровня. Лучший из них — Торгейл — на девятом. Сам же Алексей позавчера перешел на восемнадцатый. И весь заработанный опыт вложил в себя. Теперь его копье летит на шестьдесят девять метров с углом расхождения в полсекунды и вероятностью поражения почти в двадцать процентов. Но цель Алексея — решить или хотя бы определить исход битвы одним ударом. Поэтому он будет ждать, когда дистанция сократится до сорока. На сорока у него — стопроцентная гарантия поражения при уровне защиты противника менее десяти. Прокачанных игроков так не свалить, но любого из команды — точно. Хотя и для игрока у Алексея тоже кое-что есть. Сюрприз. Причем оч-чень неприятный.

По тому, с какой скоростью двигались драккары противника, Алексей уже знал, что игроки на них более низкого уровня, чем он. Каждая единица опыта по пункту «командование» прибавляла один процент к скорости корабля. И вряд ли кто-то из них стал бы пренебрегать пойнтами лидерства ради силы. Так что если драккар Алексея двигался быстрее, значит и уровень у него выше. Правда, противников двое. И им кажется, что преимущество в численности дает им превосходство. Вот и отлично! Пусть и дальше так думают. Уверенность сделает их беспечными.

Впрочем преимущество в скорости никогда не мешает. Например, дает возможность уйти, если враги оказываются сильнее.

Но сейчас Алексей не думал о поражении. Он с наслаждением вдохнул холодный соленый воздух севера. Победа! Только победа!

Драккары сближались… Быстрее, еще быстрее…

Весла вспенивали воду дружно и часто. Свободная смена сгрудилась на носу за спиной Алексея. По обе стороны встали хирдманы, готовые прикрыть ярла щитами. Алексей взял копье, качнул его, приготовившись к броску. Он видел, как то же самое сделали игроки-ярлы на вражеских кораблях. Еще немного, еще…

Ах ты, вечная пропасть! Один из драккаров неожиданно прибавил ход, сначала сравнявшись с кораблем Алексея, а потом и превзойдя его в скорости. Обманули! Один из игроков оказался лидером более высокого уровня, чем Алексей!

Поистине, война — искусство обмана. Ничего! Мы еще поглядим, кто кого оставит в дураках. Большую часть своего опыта Алексей вложил не в командирские, а в личные качества — силу, меткость, быстроту. Пусть враг ловчит да изворачивается. В настоящем бою всё решает старый добрый сокрушительный удар. Вот такой!

С широкого замаха копье Алексея ушло в небо, оставляя сияющий след, пронеслось над водой. Что, брат-игрок? Не ожидал? Артефакт «Кольцо валькирии», добытый Алексеем три недели назад, усиливал и без того немалую поражающую мощь метательного оружия в четыре раза, а точность — в семь.

Ослепительная вспышка — и лидер-игрок исчез. Вышибло из игры. Несмотря на аж двадцатый уровень. Теперь, если нет заначек, весь накопительный процесс — с нуля. От простого воина. Полегче, чем новичку, потому что личные достижения постепенно восстановятся, а вот имущество — всё. До свиданья. И если Алексей победит в сегодняшней битве, то до следующего уровня ему останется победить еще одного игрока всего лишь с девятнадцатым. Или двух таких же, как он сам.

Вражеский драккар сразу сбавил ход. Корабль Алексея обогнал его справа и прошелся вдоль борта, ломая весла… Боевая квалификация бойцов-супротивников сразу упала на треть, потому что подпитывали ее лидерские качества командира. Нет качеств — нет прибавки. Вот у самого Алексея команда другая. Они и без него будут драться неплохо.

А вот и второй драккар подтянулся. На таран идет… Ну-ну! Сейчас мы увидим, кто…

…Страшный удар вышиб Алексея из виртуала.

Он успел услышать визг тормозов своей «гранды»…

И ничего катастрофического не случилось.

Противоаварийная система сумела предотвратить столкновение. Алексей снова двигался в общем потоке.

— Регистратор: последние тридцать секунд воспроизвести! — скомандовал он, и система тут же вывела на боковое поле очков видео опасной ситуации.

Этого следовало ожидать. Отморозок на старой бэхе. Отключил систему курсовой навигации и решил поманеврировать в потоке. Ему, видите ли, быстрее всех надо. Сто двадцать семь километров в час общего трафика его не устраивают.

«Вот из-за таких придурков в Москве до сих пор случаются аварии», — подумал Алексей.

До прибытия оставалось сорок семь минут. Как раз можно успеть добить врага лично.

Нет. Настроение уже не то. Пусть поработает аватар. Его парни сами справятся. Не в первый раз. Алексей — человек занятой, у него нет времени круглые сутки сидеть в игре. Оттого и стратегию такую выбрал — с минимальной зависимостью отличного присутствия лидера-игрока. Аватар справится.

Алексей глянул на экранчик автомобильного дисплея с крохотным красным значком МТС в правом углу.

Ленка задерживается. На полчаса.

«Домовой 13», российская электронная система домоуправления последнего апгрейда, уже распорядился: кухня перенастроила готовность ужина с поправкой на опоздание.

Иногда Алексей чувствовал себя лишним в этом мире вездесущей взаимосвязанной электроники и сплетенных информационных потоков. То есть понятно, что всё делается для его блага и удобства, а меню, которое предложит «домашний повар», проконсультировавшись с Алексеевым «медиком», который в потоковом режиме считывает все параметры Алексеева организма, будет наилучшим. Причем не только полезным, но и, наверняка, вкусным, потому что тренированный организм сам знает, что ему надо.

А кстати, что ему надо, организму? Так… Фруктовый коктейль, баклажаны с орехами из грузинской кухни, полдюжины норвежских устриц и телячьи щечки. От последних никакой пользы, кроме хорошего настроения. Которое для здоровья не менее важно, чем витамины. Вино… Нет, вино Алексей выберет сам. Или пусть Ленка выберет. Она разбирается, и ей будет приятно.

Что там она пишет? «Милый, я задержалась на операции. Внештат. Дома тебя ждет сюрприз».

Ну да. Если твоя подруга — врач, причем не просто врач, а хирург-системник, это значит, что вероятность задержки ужина почти гарантирована. Так, а где она сейчас?

— Елена, поиск!

Ага, только что вышла за четвертое кольцо на Ленинградку. А там трафик сегодня не очень: семьдесят два. Считай, стоит Ленинградка. Авария?

Хотя какая разница.

— Ленке. Сообщение. Вино закажешь к ужину?

Через пару мгновений, лаконичное: «Да».

Алексей стянул с головы виртуальные очки, отключил их от сети и все параметры автоматически перешли на дисплеи машины.

«Уровень адреналина снизился на пятнадцать пунктов, — пискнул „медик“. — Вы вновь в зеленой зоне. Рекомендуется включить массажный привод водительского кресла».

Понятно, что в зеленой зоне. И понятно, почему массаж. Пока Алексей был в игрушке, адреналин зашкаливал, а тело в реале практически не двигалось. Естественно. Где ему двигаться, если оно зафиксировано в водительском кресле «Москвы-гранды», которая гонит по дороге в режиме автопилота. Адреналин был, мышцы не работали. Значит, массаж. А вот обойдетесь! Хотя бы одно решение в час Алексей должен принимать сам. Пусть вредное и неправильное, зато свое.

Чтобы доказать всем этим «медикам», что он, человек, — главный.

Может, по той же причине водитель на старой «бэхе» и перешел на ручное управление двенадцать минут назад? Мотивация понятна, реализация — дубовая. В самое напряженное для московских дорог время сломать режим трафика — это совсем о людях не думать. Выиграл (если выиграл) полминуты. И по столько же потеряли десятки тысяч людей, движущихся за тобой по той же дороге. И это еще хорошо, что аварии не случилось. В час пик машины идут с минимальными зазорами.

— Новости! — скомандовал Алексей.

Новостей было много и все обычные. Цены на нефть упали, рубль укрепился. На две копейки. Китайцы заканчивают строительство поселка на Луне. Деньги есть — ума не надо. Алексей к космической экспансии относился скептически. Хотя папа давеча и пытался ему объяснить, что для китайцев важен сам факт освоения Луны. Как символ того, что эра накопления кончилась и началась эра духовного подъема. Папа у Алексея умный. А сын у папы — простой ведущий архитектор. Ему Луна не нужна. Ему Ленка нужна. И она у него есть. А он — у нее. И дом в пригородной зоне. Так что пусть китайцы строят поселки на Луне, а он будет строить деловой центр в Бутово. И будет всем счастье.

«До прибытия в пункт назначения „Дом“ осталось десять минут», — сообщил навигатор.

Скоро уже. Дорога от конечной станции метро, у которой Алексей оставлял машину, до его дома в загородной зоне составляла сорок минут. В среднем. Как раз хватает, чтобы побаловаться с игрушкой. Побывать в мире, где компьютеров нет и всё решаешь сам. И окунуться в настоящую историю. Алексей любил историю. Лет пять назад даже ездил в Швецию на остров Готланд поучаствовать в тамошнем средневековом фестивале. Две месячные зарплаты на средневековый костюм грохнул. Но дело того стоило. Повеселились на славу. Там, кстати, он с Ленкой и познакомился.

Нынче они с Ленной на фесты не ездят. Слишком занятые стали. Так что поедут в Мексику. Пирамиды смотреть и дайвингом заниматься. Скоро уже поедут, через три недели. На целый месяц. По работам уже всё договорено: будут трудиться дистанционно. Алексею это не в первый раз. Оплачиваешь роуминг по супертарифу и проектируешь хоть из Мексики, хоть из Австралии. Главное — о смене часовых поясов не забывать. Ленке сложнее. Казалось бы, какая разница, откуда управлять микророботами — из Мексики или из соседнего кабинета, если разница между скоростью дома и в роуминге практически стерлась? Но вот не получается у Ленки дистанционно оперировать. Только в режиме консультирования. Это потому, что у них — бригада. Команда. И чтобы работать вместе и слаженно, все должны быть рядом. В одном помещении. И пациент рядом — в хирургическом комплексе. Иначе — ошибки, сбои, недопонимание. А какая, казалось бы, разница? Голограмму хорошую от живого человека только наощупь или по запаху отличишь. А вот не получается у них. Прямо мистика какая-то. И это в двадцать первом веке.

Понять этого Алексей не мог. Но принимал. Учитывая, что научная подготовка у Ленки повыше, чем у него, даже и спорить не пытался. Хотя с ней поспоришь, пожалуй. На один его аргументу нее всегда целых три. Хирург-системник, понятное дело.

«Люблю ее», — Алексей улыбнулся сам себе. Сразу захотелось позвонить… Но удержался. Не стоит. Это он по дороге домой в «Кровь Севера» рубится, а Ленка — работает. Мировые новости по профилю изучает. Нормальный ход. Настоящий специалист всегда должен быть в теме.

Алексей тоже подобранные поисковиком материалы регулярно отсматривает. Иной раз часа по полтора уходит.

Впрочем без «Яндекс-профессионал» он бы нужное сутки напролет искал. Говорят, лет десять назад так и приходилось делать. А сейчас любой поисковик, анализируя твои потребности, сам подбирает материал, сам составляет дайджест, на русский переводит и в накопитель провайдера сгружает.

Будет у тебя время — поднимешь и просмотришь. Заинтересует что-то — тут же тебе нужное подгрузят. Время такое. Иначе никак. Информационные потоки с каждым годом удваиваются, а человеческий мозг за десять лет ускорился, если верить статистике, всего на полпроцента. Ну если не считать таких, как Ленка. У них — больше. Но тоже не вдвое. Так что все остальное ускорение приходится на мозги электронные.

Что ж, в отличие от бытовых вопросов, в профессиональной сфере Алексей на передачу функций не обижался. Иначе до вершин не добраться. Даже узкому специалисту. Одних только новых строительных материалов в мире ежедневно до нескольких тысяч появляется. Гонка инноваций. Кто успел первым, тот и отхватил кусок рынка.

Раньше не так было. Раньше — реклама, продвижение…

Сейчас реклама не рулит. Во всяком случае так считается. Мол, эффективные фильтры сразу убирают рекламную часть, оставляя в сухом остатке голые реальные показатели. Хотя Алексей давно подозревал, что фильтры снимают только верхнюю часть, трансформируя текст вроде «проверенная временем красноярская металлокерамика в концепте новейшего инновационного дизайна» в «устаревшие образцы в новой упаковке».

Но информационный фильтр — это ведь тоже программа. А на каждую программу есть свой хитрый буравчик. И будь это не так, не висел бы сейчас в воздухе над дорогой голографический баннер «Русское видео в вашей виртуальной оптике».

«Москва-Гранда» сбросила скорость, переходя в правый ряд, в выезд со скоростной трассы на отводящий канал. Еще пара минут — и под колесами зашуршал асфальт.

Алексей потянулся с удовольствием до хруста, и взялся за руль, переводя автопилот в режим «безопасность». Здесь, на дорогах поселкового типа, автопилот в режиме драйва был неэффективен. Конечно, если водитель спит, целуется с девушкой или не совсем трезв, тогда другое дело. Тогда и на проселочной дороге приходится использовать автопилот. И быть готовым к тому, что оставшиеся пару километров автомобиль будет тащиться со скоростью тридцать километров в час.

Алексей не любил, когда медленно. Медленно — это когда они с Ленкой в клубе танцуют, хотя у них с Ленкой понятие «медленно» о-очень сильно различается. Но даже простому архитектору понятно, что жизнь нынче — стремительная. А потому по дорогам надо двигаться быстро. Если есть возможность, конечно. Не так, как тот нахальный водитель «бэхи».

Поселок «Мегаполис», где Алексею три года назад дали дом от Гильдии архитекторов, совсем маленький, домов сто. Но уютный. Детский парк, озеро, футбольное поле. Дома у всех разные. Профессия обязывает. Однако в общий комплекс вписаны безупречно. Тоже — профессия.

«Гранда» уперлась в пластиковый барьер, но фонарь у ворот почему-то не зажегся. И на крыльце тоже.

Алексей вышел из машины, поднялся на крылечко.

Дверь при его появлении должна была открыться.

Но не открылась.

Странно.

Алексей глянул на смарт-браслет. Обычный режим. Штатный.

Странно, очень странно.

Алексей тронул сенсор, развернув над браслетом объемный экран, просмотрел историю. Очень интересно! Последний месс от «Домового» тридцать восемь минут назад. Вместо положенного протоколом «ежеминутно».

Хм-м… Алексей потрогал входную дверь. Толкнул…

Не очень сильно.

Но дверь открылась.

Свет в прихожей не зажегся. Однако!

Зато горел свет на кухне и в гостиной.

— Ау… — негромко произнес Алексей.

Тишина.

— Домовой, хозяйский доступ.

Тоже ничего.

Кто-то взломал систему? Воры?

Глупости! Это же Россия, а не Бразилия. Да и какие могут быть воры в прозрачном со всех сторон коттеджном поселке? Местную защиту или запись убить можно, но спутник-то не пробьешь. Там же федеральный доступ. Один запрос из полиции — и полная картина незаконного проникновения. Да и кому понадобится грабить его скромный домик? Тем более, что здесь закрытая территория. Без допуска только мелкие грызуны могут проникнуть.

Алексей сделал пару шагов назад.

Что делать?

Вызвать полицию?

Разумно. И несложно. Достаточно произнести: «полиция, вызов» — и через смарт-браслет мобильной связи инфа уйдет в нужное место. Через пять минут максимум здесь будет полицейский беспилотник, а через пятнадцать — патрульный наряд.

Вызвать полицию было бы правильно. Алексей это понимал. Но…

Смущали две вещи: не хотелось выглядеть дураком, если это просто системный сбой. И еще что-то… Что-то такое знакомое…

Запах! Алексей принюхался. Очень знакомый запах… Такой знакомый… С детства. Пахло куриными котлетами с жареным луком.

Алексей засмеялся.

— Мама!

— Алешенька! Ты вовремя. Иди мой руки. Я тебе сейчас салатика положу, чтоб ты голодный не ходил, пока Леночка подъедет.

— Мама, ты даешь! — Алексей обнял ее, поцеловал в щеку. — А предупредить? Я думал: воры в дом забрались!

— Глупости не болтай! Какие воры? А Леночку я предупредила…

Ну да, обещанный сюрприз.

— Так, стоп! — перебил Алексей. — Ты когда приехала?

— Так полчаса уже, наверное.

Странно. «Домовой» должен был впустить маму (у нее постоянный доступ) и не позднее, чем через пять минут отправить сообщение Алексею.

Но не отправил.

Взгляд упал на панически помигивающие индикаторы «кухни»: «Процесс прерван! Аварийный режим! Консервация!»

— Мам, а что это у меня с кухней?

— А, это? — Беглый взгляд на панель. — Да я ее выключила. Решила вас с Леночкой домашним побаловать. А то, говорят, от всей этой технической пищи у мужчин… здоровье портится. А я еще внуков хочу.

— Двух тебе мало?

— Мне и четырех мало будет! — заявила мама, накладывая салат. — Так и знай. Марш руки мыть!

— Нет, погоди! Как именно ты ее выключила, кухню мою?

— Так вот же сенсор на стене у тебя.

— Ну ты молодец! — похвалил Алексей. — Глазастая. А что говорила при этом?

— Да я помню что ли?

— Нет, ты вспоминай. А то ты мне всю систему вырубила. И что мне теперь с этим делать? Ну, что говорила?

— Да говорила что-то… — Мама задумалась, знакомым с детства жестом потерла лоб. — Да это и говорила… Что руками-то лучше будет, чем автоматами вашими.

— Ну слава богу! — Алексей шагнул к панели, коснулся сенсора:

— Возобновление штатного режима!

Пиликнуло, и Алексей услышал, как закрылась забытая входная дверь. «Домовой» заработал.

— И что я такого сделала? — встревожилась мама.

— Да ничего особенного, неважно.

И впрямь неважно. «Домовой» воспринял мамины слова как команду перехода на ручной режим. Алексей же сам дал ей полный доступ, как и Ленке. А мог бы сообразить, что человек, рожденный еще в Советском Союзе, может и не знать, как работает продвинутый голосовой коммуникатор. «Руками лучше будет…»

Ленка влетела в дом, как маленький смерч.

— Мария Семеновна! Как здорово! Как я рада, что вы здесь! А почему одна? А Михаил Иванович? А когда…

Вокруг нее все немедленно завертелось, закружилось. Алексей с трудом остановил этот катаклизм, поймав ее, чтобы поцеловать. В его объятиях Ленка на миг расслабилась, затихла, прижалась мягкими теплыми губами.

Но тут же выскользнула, и смерч вновь заметался от стены к стене, из комнаты в комнату. Алексей в принципе не мог за ней поспеть. Что-то такое делали с ними, с хирургами, увеличивая скорость прохождения нервных импульсов, и потому скорость реакции у них становилась почти как у птиц. У Ленки даже температура тела выше, чем у обычных людей: тридцать шесть и девять в норме. Алексей сначала комплексовал немного, но потом привык. Настолько, что по-другому свою подругу и не мыслил. Любил потому что.

Дом ускорился синхронно с хозяйкой. Забегали жуки-уборщики, заворковал базовый сервер «домового», обновляя программы, тренькнула на ускорение морозилка, в которую Ленка мимолетом сунула бутылку белого испанского.

Алексею и маме оставалось лишь наблюдать и восхищаться.

А Ленка, пока накрывала на стол, успела проконсультировать будущую свекровь по новейшей дифферентной диете (вреда не будет, но пользы никакой), оптимальным срокам зачатия для старшей сестры Алексея (решили третьего завести, или это мамина идея?), сообщить, что едет на конференцию в Питер (очень удачно, что укладывается до их поездки в Мексику), что выбранный Алексеем отель ее вполне устраивает, если окна будут не на океан.

И все это на фоне невероятного множества нужных и полезных дел, последним из которых было вручение Алексею запотевшей бутылки и штопора.

Всё. Ленка упала на кухонный диванчик, с наслаждением втянула восхитительный домашнекотлетный дух и приготовилась к ужину. Ела она с обычной скоростью, даже еще медленнее. Эта ее особенность — притормаживать, растягивая любое удовольствие, — Алексею тоже очень нравилась. И он в очередной раз подумал: как же ему всё-таки с ней повезло.

Конференция, на которую улетала Ленка, была посвящена имплантам.

— Я вас подключу онлайн, — пообещала она. — И Михаила Ивановича могу. По многоканалке. Это уж-жасно интересно!

— Да что ты, Леночка! — отмахнулась мама. — Мне зачем? Вот папе точно будет интересно. А я и не пойму ничего!

— Всё поймете. Там же все непрофильные. Врачи, технари, психологи, социологи. Вот это, — она показала на смарт-браслет Алексея, мимоходом погладив его по руке. — Вот это — прошлое, а импланты — будущее. Даже говорить ничего не надо. Захотел, и прямо на ладони картинка открывается. Уж не знаю, как они это сделают, итмошники, но сделают, раз обещали.

Алексей примерно знал, как это можно сделать. Они уже вовсю использовали эту технологию для панорамных стенных панелей. Одна команда — и твоя стена исчезает, превращаясь в берег моря. Однако углубляться в технические подробности не стал. Да и сама технология, наверное, будет другой, ведь их панорамники для массового использования пока дороговаты. Впрочем у них, Алексей по опыту знал, года два-три, и стоимость упадет в разы. Вот тогда он их и поставит. Круто же! Хочешь — и спальня превращается в горный перевал. Хочешь — в африканскую саванну. Каково это — спать посреди львиного прайда? Пожалуй, и не уснешь.

— Кое-что мы уже сейчас делаем, — говорила тем временем Ленка. — Ставим простейшие подкожные микрочипы — чтоб звук прямо со связок считывать и передавать прямо на барабанную перепонку. Регуляторы вшитых желез… Вроде той, инсулиновой, что у Михаила Ивановича стоит. Аварийные датчики срочной помощи. Но это все пока, во-первых, не наше, а импортное. Индийское, китайское, а во-вторых, они все отдельные функционалы, а нужен комплекс. Вот как смарт-браслет. Даже еще лучше. Не только голос со связок, беззвучные команды, но и любая связь. Вообще любая. Чтоб доступно было всё, что в принципе может твой провайдер. И это уже почти есть. В Санкт-Петербургском ИТМО как раз такой и разрабатывают. Это они конференцию и проводят. Привлекают разнопрофильных специалистов, чтобы всю будущую перспективу понять. Их имплант будет делать всё. Экран на ладони разворачивать, двери открывать, за стоянку платить. Если надо, при рукопожатии личностную карту снимать.

— Дактилоскопическую? — улыбнулся Алексей.

— Зачем? — удивилась Ленка. — Генную, конечно. Мы же все в генных банках прописаны по нашей линии.

— Вашей, в смысле — медицинской?

— Да.

— А как же тайна личности?

— Не смеши меня! Какая может быть тайна личности, если у тебя колика почечная или инфаркт?

— Леночка, ты, конечно, доктор, но какой инфаркт? — вмешалась мама. — У нас же всех профилактика в онлайн-режиме.

— Верно, Мария Семеновна. Но разные бывают ситуации. Стресс, например. Пренебрежение рекомендациями. Вы уж мне поверьте: я как раз сегодня инфаркт и оперировала. Литр водки для снятия стресса. В семьдесят лет. Еле спасли. А моя коллега вчера желудок пациенту зашивала. Приехал человек на свадьбу… И немного увлекся едой, — Ленка ухватила еще одну котлету.

Аппетит у Ленки потрясающий. Наверное, из-за ее ускоренных реакций. Алексею нравилось смотреть, как она ест. Очень изящно.

— Мамочка, за твой приезд! — провозгласил он.

Вечер удался.

Утро — тоже. Ленка с утра умчалась в Склиф на семинар.

Она половину рабочего времени отдавала инновациям. Иначе в медицине никак. Одно только оборудование обновлялось чуть ли не ежемесячно. И 30-принтеры нигде не работали так интенсивно, как в хирургических центрах.

И если Алексей мог делать свою работу хоть в кафе, хоть в парке, то Ленка предпочитала каждый мини-модуль изучать в реальности. Руками тоже.

Тоже понятно: если ошибется архитектор, у него всегда есть время проверить-перепроверить. У хирурга права на ошибку нет. Безумная работа. Алексей как-то присутствовал на операции. Голографический полутораметровый образ почки, внутри которого в шесть рук, вернее, в тридцать пальцев работают Ленка и ассистенты. Одновременное управление сотнями микромодулей, убирающих, скрепляющих, наращивающих, анализирующих по ходу и корректирующих всё чуть ли не на клеточном уровне. Управляющие лучики с «наперстков» мелькают внутри образа так быстро, что обычному глазу не уследить.

И это при том, что всю базовую часть работы делает программа высочайшего качества.

А на практике без хирурга-человека обойтись невозможно. Слишком сложная у человеческого организма конструкция. Слишком много переменных функций… Хирург, два ассистента, физиолог, форс-программер, внешний админ, в обязанности которого входит мгновенное сетевое подключение к экспресс-доставке или консультанту из «горячего списка», если операционной бригаде требуется помощь. Алексей видел, как выглядела эта помощь, потому что Ленка тоже время от времени дежурила в «горячем». Гуляют они, допустим, по Воробьевым горам — и вдруг смарт-браслет истошно пищит, Ленка находит ближайшую скамейку, цепляет виртуальные очки и полностью выпадает из реальности. Только губы шевелятся, отдавая неслышные команды, и пальцы мелькают стремительно, трогая невидимые никому, кроме нее, точки и узлы.

Очень красиво и немного страшно: будто не с виртуальной схемой твоя девушка работает, а творит непонятное волшебство.

Впрочем длится это не более пятнадцати-двадцати минут, а потом они идут есть. После работы у Ленки всегда жуткий аппетит.

В клинике у них операции тоже обычно короткие. Тридцать минут, сорок, редко больше часа. Потом, если операция сложная, сутки на восстановление и очное наблюдение, затем перепрограммирование личной медкарты на смарте на глубокий пятисекундный, а не минутный, как обычно, контроль — и домой. Спатеньки.

Алексей улыбнулся, вспоминая… А затем включил рабочий модуль над столом, разворачивая собственное поле деятельности: почти готовый проект бизнес-центра, где ему принадлежала коммуникационная часть — лифты, лестницы, эскалаторы…

Кто-то мечтает о том, чтобы стать главным архитектором. Чтобы, проезжая мимо башни из зеркального стекла и металлокерамики, с гордостью говорить: мой проект.

Мечты Алексея так далеко не заходили. Он хотел стать специалистом. Пусть в узкой области, но таким, чтобы точно знать: все, что он сделает, он сделает безупречно. Его мечты сбылись. Он стал таким спецом. Лестницы, переходы, лифты, эскалаторы. Все, что обеспечивает людям перемещение внутри здания. Да, если потребовалось бы, Алексей смог бы спроектировать и все здание целиком. Как, например, он спроектировал собственный дом. Но в Москве есть сотни архитекторов, которые проектируют лучше. И не меньше двух десятков таких, кто сделает то же не просто лучше, а потрясающе. Неудивительно, что именно они творят облик современной и будущей Москвы.

Однако как театр начинается с лестницы, так любое современное здание начинается с лифта или эскалатора. Во всяком случае, именно так считал Алексей. И гордился этим. Да, он не из тех, кто срывает звезды с небес. Но собственную звезду он держит крепко.

Алексей начал работу с того, что просмотрел образ слой за слоем, изучая наработанное коллегами за сутки. Ага, на стоянке и первом этаже проектирование почти завершено. Каждый элемент занял свое место, и на большинстве уже горят синие точки, обозначающие, что закончена не только проектировочная, но и конструкционная часть. Тронь такую точку, и спецификация на виду. Что, сколько, у кого приобрести, куда и в какие сроки доставить. В принципе уже можно подключать технологов, чтобы начали разрабатывать процесс сборки. Готова технологическая часть — синяя точка сменяется зеленой.

Алексей предполагал, что месяца через три весь проект станет зеленым, а еще через полгода двадцатичетырехэтажная башня украсит окраину Бутова.

Ага, по его профилю тоже есть изменения. Компания из Нижнего Тагила снизила цену еще на три процента, поднявшись с четвертой позиции на первую. А ведь до окончания тендера еще далеко. Контрольное время только через три дня. Вот тогда и начнется главная гонка, которую выиграет тот, кто успеет снизить прайс в последнюю минуту. Или у кого ниже себестоимость.

Пять российских производителей и двенадцать китайских производят эскалаторы необходимого качества и необходимых параметров. Какие-то немного дешевле, какие-то — немного надежнее. Конечное решение за Алексеем, так что через два дня интернет-доставка начнет засылать ему мелкие сувениры (крупные — уже взятка!) от производителей. А может и не начнет, потому что репутация Алексея в рунете известна. Там вообще все обо всех есть, если умеешь искать. Очень удобно для профессионала и честного человека. А вот преступникам, жуликам и всем, кому есть что скрывать, — очень неприятно.

— Алешенька, можно тебя отвлечь?

Алексей тронул подлокотник, и кресло тут же развернулось на девяносто градусов, чуть откинуло спинку и начало мягкий массаж спины. Видимо, «медик» подсуетился.

Мама села напротив, взяла конфетку из вазы…

— Хочу с тобой посоветоваться. О твоей сестре.

— Что-то случилось? — насторожился Алексей.

Они с Томкой общались вчера. Сыграли в «Угадай художника» на четверых: Томка, племяшка, Ленка и Алексей. Выиграла племяшка, хотя, надо признать, Алексей с Томкой поддавались. У Томки профессиональная фотографическая память, а у Алексея образование. Так что по факту бой шел между племяшкой и Ленкой. И победа была заслуженная.

— Нет-нет, ничего плохого! — Тут же успокоила мама. — Я вот только одного не понимаю, Алешенька, как она живет со своим… плотником.

— Он не плотник, — уточнил Алексей. — Он — столяр-краснодеревщик.

— Столяр, плотник, слесарь… Какая разница! — отмахнулась мама. — Томочка — образованный человек, в администрации губернатора работает…

— Мэра, мамочка. У них в Ярославле мэр, а не губернатор.

— Ну что ты придираешься! Разве я об этом? — Мама взяла вторую конфетку, а потом и третью, проигнорировав возмущенный писк медицинской программы смарта. — Мы с твоим папой так надеялись, что она займет достойное место в жизни…

По мнению Алексея, место в жизни у Томки было весьма достойное. Вот уже третьего мэра переизбирают…

И Томка каждый раз получает повышение по классу. Потому что незаменимая. Ведь ни один программный информационный фильтр не сравнится с человеком. И пока власть желает получать объективную информацию, Томкина карьера вне опасности.

Но спорить с мамой Алексей не рискнул. Тема была старая, и разговор тоже привычный.

— Мамочка, ну что ты переживаешь? Все у них хорошо. Детей он любит, Томку любит, спиртным не злоупотребляет. В доме красота — как в музее.

— Но Тома же значительно выше его по уровню образования! — воскликнула мама пафосно. — И по положению тоже. Это неправильно! Мужчина должен быть главным! Как у нас с твоим папой.

— Ну, конечно-конечно…

Алексею было прекрасно известно, что, несмотря на разницу в образовании и 10, главным в семье сестренки был Григорий. Простой, внятный, правильный русский мужик. Без тараканов. Томке, с ее зыбкой и недостоверной информационной средой, вечными карьерными интригами и подставами, дома нужен был именно такой. Чтоб в ответ на любую жизненную невзгоду обнял крепко и сказал: «Хорош истерить. В первый раз что ли? Справимся!»

И справлялись. И он, и Томка. И племяшки в отце души не чают. И фиг бы Томка свою карьеру с двумя детьми (и на третьего уже нацелились) сделала без Григория.

Но маме все неймется. Все ей кажется, что дочка ее лучшего достойна… И Ярославль еще этот… Хоть бы Санкт-Петербург что ли, если уж не Москва.

Мамочка, она из прошлого века. Не понимает, что в любом месте земного шарика человек может быть в центре мира.

— Мам, хватит конфеты лопать! Пойдем погуляем.

Вывод, который Алексей сделал из этого разговора, — поработать дома сегодня не удастся.

Эх, хорошо было пращурам! Всегда можно было бы найти какую-нибудь полезную работу по дому. Прибраться там или посуду помыть. А теперь, когда за всем следит «домовой», матери даже внимание не проявить к сыну.

В маленьком внутреннем парке было холодновато. Желтые и красные листья лежали на газонах. Шустрые упитанные белочки заканчивали последние приготовления к спячке. Алексей сдвинул на глаз окуляр прогулочного виртуала: три зверька оказались незачипованы. Молоденькие.

Впереди прогуливались две девушки. Тоже молоденькие, хорошенькие и, судя по всплывшим иконкам, нахально прогуливающие школу.

Их можно понять. Последние теплые деньки, учебный год только начинается, а рейтинги у прогульщиц зашкаливают за четыре с половиной. Успеют наверстать.

— Хватит на девчонок пялиться, — неодобрительно сказала мама. — У тебя жена есть… — поправилась, — …почти жена. Когда расписываться будете, сынок?

— Успеется.

Во всех статусах Алексея стоит «женат».

В церкви венчаться, как хочет мама, не хочет Ленка. Не любит она религию. В бога верит, а в церковь — нет. Вероятно, профессиональные издержки.

А устраивать большую свадьбу с толпой малознакомых родственников, дурацкими тостами и штрафами за нарушение тишины, как хотят Ленкины родители, не хочет он сам.

Можно провести ускоренную регистрацию через рунет, но Алексей этого Ленке никогда не предложит.

Несмотря на все профессиональные успехи, Ленка в душе — настоящая романтическая девушка. Ей праздника хочется. С белым платьем и красными розами. Розами, а не рожами, которые непременно возникнут, если устраивать свадьбу в патриархальном стиле.

Впрочем была у Алексея одна идея. Арендовать на пару дней островок где-нибудь у берегов Австралии. И устроить действительно романтический праздник. Чтобы белый песок, океан, звезды с кулак величиной…

Мечтать не вредно. Зарплата ведущего архитектора позволяла многое, но свадьбу на тропическом острове — вряд ли.

Кстати, о зарплате.

— Мам, давай съездим в ЦУМ. Купим тебе что-нибудь.

— Да есть у меня всё, — не очень уверенно проговорила мама.

Поездку в настоящий большой магазин, такой, как во времена ее молодости, — конечно, хотелось. Не перебирать товары через интернет, слушая рекомендации персонального дизайнера, а трогать ткань руками, прикладывать к себе и смотреться в зеркало… Даже если не покупать ничего, а так — время провести. Изысканное удовольствие. Мужчинам не понять. Зато мужчины могут немного поработать в кафе, пока женщины получают удовольствие.

На своей машине в центр не въехать. Движение частного транспорта в центре Москвы — строго по пропускам и разрешениям. Если идти от метро было далеко или сложно, можно было взять на парковке заказанный заранее транспортный модуль-электромобиль, который, доехав, оставляли на такой же общественной парковке. Удобно и недорого. Обычно Алексей так до работы добирался. Доезжал на машине до конечной станции метро, потом полчаса до Звездной и еще десять минут — на двухместном электромобильчике до офиса.

Но сейчас бронировать транспортный модуль Алексей не стал. И ЦУМу — без надобности.

По дороге к метро Алексей устроил маме по ее просьбе сеанс связи с подружками. Дома было бы лучше. Дома — полноценный голографический проектор. Полный эффект присутствия. В машине — обычная трехмерка. Но маме, кажется, без разницы.

Чтобы не грузиться женской болтовней, Алексей нацепил очки, инициировал игрушку…

…И оказался посреди знакомого фьорда.

Причем в очень неприятном положении.

Он больше не был командиром на собственном драккаре, на который он копил почти двадцать часов игрового времени.

Вот же досада!

Нырнув в прошлое игры, Алексей огорчился еще больше. Битву-то они выиграли. Но при дележе добычи его команда передралась. Аватар попытался разнять драку и в результате едва не оказался за бортом. Стратегия Алексея, основанная на независимом развитии игровых персонажей, дала сбой. Аватар не справился.

В итоге за борт его все-таки не выкинули, но из вождей перевели в простые бойцы. Голосованием, блин! Чувствовалось, что разработчики игры — сторонники демократии. Сохранялки в онлайн-играх не бывает. Всё как в жизни.

Алексей улыбнулся. Играть расхотелось. Жить — нет.

Content

Александр Мазин
Москва 2030