Борис Акунин

Любовь к истории (сетевая версия) часть 2

ЧТО ЭТО ЗА КНИЖКА

«Я завел этот блог, потому что жалко. Добро пропадает.

В смысле не Добро (оно-то не пропадёт), а нажитое добро. Много лет я перелопачиваю тонны исторической литературы в поисках фактов и деталей, которые могут мне пригодиться в работе. Всё, что цепляет внимание, аккуратно выписываю. Но пригождается максимум пять процентов, а остальные занятности так и лежат мертвым грузом, пропадают зря. Вот я и подумал, отчего бы не поделиться, а то ни себе, ни людям. Какие-то из этих разномастных сведений вам, я уверен, и так известны. Но что-то, возможно, удивит, напугает, обрадует или заставит задуматься — как в свое время меня. Буду вести этот блог до тех пор, пока не иссякнут закрома».

Этим коротким вступлением предваряется страничка в Живом Журнале, которую я веду с ноября 2010 года.

Меня давно интриговал блог как новая форма существования авторского текста. Короткие новеллы, важным элементом которых является иллюстрация, видеофрагмент, звук, а более всего — соучастие читателей, видятся мне прообразом грядущей литературы.

Уже сегодня про нее ясно, что она будет использовать не бумагу, а носитель куда более живой и многофункциональный — электронную среду.

Вот почему для меня блог не просто игра на новом и непривычном поле, а литературная экспериментальная площадка. Теперь мне нетрудно вообразить, как может выглядеть целый роман, состоящий из эпизодов, в которых что-то нужно прочесть, а что-то увидеть или услышать. Причем у аудитории есть возможность выразить свои мысли и эмоции по отношению к прочитанному.

В этой книге собраны тексты, опубликованные в моем блоге за первые месяцы его существования.

Не все, а только те, которые более или менее соответствуют заявленной теме: дней старинных анекдоты в авторской интерпретации и непременно с пояснением, почему они кажутся мне интересными/важными/актуальными.

Еще я прибавил один важный элемент, который и делает Живой Журнал живым: обратную связь.

Каждую из моих публикаций в ЖЖ («постов») сопровождает множество комментариев («комментов»), сделанных членами «Благородного Собрания» (оно же «Блогородное»). Так называется сообщество людей, являющихся, согласно принятой в ЖЖ терминологии, моими «френдами» и прошедших у меня в блоге регистрацию. На сей момент их примерно две с половиной тысячи человек, и они вовсе не обязательно относятся к моим публикациям одобрительно. В книге после каждого «поста» даны несколько «комментов» — в качестве иллюстрации. На самом деле, если тема вызвала у читателей интерес, счет отзывов идет на многие сотни. Между участниками дискуссии иногда возникают конфликты, в том числе острые. На случай непримиримого столкновения у меня в блоге введен институт «дуэли»: один из оппонентов, по воле жребия, падает, стрелой пронзенный, и навеки покидает «Благородное Собрание».

Конечно, в бумажном виде вся эта мобильная, несколько хаотичная форма виртуального бытия тускнеет. Похоже на стоп-кадр размахивающей руками и движущейся куда-то толпы. Видно, что всем им там оживленно и интересно, но картинка неподвижна.

Если вам захочется посмотреть, как это выглядит на самом деле, побродите по блогу. Вот его адрес: borisakunin.livejournal.com.

Кароши люблю: Ирина Евтеева

15 марта, 2011

Каждый год я езжу на три дня в нормандский город Онфлёр, который вот уже лет пятнадцать проводит фестивали современного российского кино. Это для меня и каникулы, и полезное мероприятие. В Москве у меня совершенно нет времени ходить по кинотеатрам, а поскольку постоянно приходится вести всякие экранизационные переговоры, я должен ориентироваться в киномире: кто там появился новый и талантливый, да кто из прежних в какой форме. К тому же часто бывает, что интересный, но некоммерческий фильм в России просто не попадает в прокат, а в Онфлёр берут всё самое качественное, вне зависимости от раскрученности. Тамошний отборочный комитет далек от наших киноинтриг, не опутан личными связями, да и онфлёрский Гран-при никакой особой выгоды не сулит, поэтому всё до стерильности чисто. Я твердо знаю: если у нас за год появилось хоть что-то заслуживающее внимания, мимо Онфлёра не пройдет. В общем, «Онфлёрский счет» для нашего современного кино — нечто вроде пресловутого «Гамбургского счета».

Онфлёр, столица российского кино

Думаю, вы и без меня знаете, что нынешнее состояние нашего кинематографа плачевно. Это вызвано общей ненормальностью ситуации. Во-первых, очень слаб легальный рынок DVD-продаж, который в такой огромной стране только и мог бы сделать кино окупаемым. Во-вторых, странно построен продюсерский бизнес: прибыль часто закладывается прямо в производственный бюджет, и в этом случае бокс-офис большого значения не имеет; главное — прокукарекать, а там хоть не рассветай. Есть и третья причина болезни: погоду определяют два главных телеканала, обладающие мощным финансовым и промоционным ресурсом, а при этом экономический успех фильма для каналов хоть и приятен, но не приоритетен.

Ладно, что-то меня не в ту сторону повело. Я ведь собирался здесь писать про «кароши люблю», а не про «плохой — нет».

Онфлёрскому фестивалю приходится всё трудней и трудней. С каждым годом российских фильмов, о которых имеет смысл говорить, становится всё меньше. Последний фестиваль меня просто удручил. От нашего артхауса остается общее впечатление какого-то юрода, который пытается привлечь внимание интуристов раздиранием лохмотьев и предъявлением язвенных гноилищ. Знаем, тысячу раз видели, надоело.

На этот раз в конкурсной программе было только две картины, которые мне хоть и не понравились, но по крайней мере не выглядели провинциально.

Одна из них — «Овсянки» Алексея Федорченко, который несколько лет назад порадовал фильмом «Первые на Луне»

И вдруг — почему-то вне конкурса — я увидел получасовой фильм, от которого просто ожил. Будто поили, поили тухлой, мертвой водой, и ты уже начал думать, что других напитков на свете не бывает — и вдруг бокал «Клико»! (Это не продакт плейсмент; пускай будет «Дом-Периньон»).

Фильм назывался «Маленькие трагедии», режиссер — Ирина Евтеева.

Теперь-то я знаю, что по своему невежеству открыл Америку, а знатокам это имя отлично известно. Но в том-то и дело, что знатокам. Уверен, что девяносто процентов из вас фильмов Евтеевой никогда не видели. Этим девяноста процентам я и адресую свой пост.

Ирина Евтеева ни на кого не похожа и никому не подражает — это для российского кинематографа, обреченно семенящего за Голливудом, уже почти невероятно. Она создает новый вид визуального искусства, совмещающего кино с живописью. Каждая секунда — праздник.

Да что я вам буду про вкус халвы рассказывать. Вот два кадра из «Маленьких трагедий», сейчас вы сами поймете.

Внимание. Те, кто этого не видел, сейчас испытают шок — как я в онфлёрском кинозале.

«Скупой рыцарь». При дворе Герцога.

Я даже не хочу знать, как это делается технически. Волшебство, оно и есть волшебство, в его механику лично мне вникать необязательно.

О грустном. Пытался я найти в магазинах предыдущие фильмы Ирины Евтеевой. Нету. А был ведь «Демон» по Лермонтову и еще какой-то «Петербург».

Судя по этому кадру, «Петербург» не хуже «Маленьких трагедий»

Ёлки-палки, ну почему?! (Вы ведь поняли, о чем я.)

Из комментариев к посту:

brainfucker_11

Это всё есть на rutracker.org. Конечно, не слишком б-гоугодный ресурс, с точки зрения автора журнала, но раз уж в магазинах ничего нет…

demonid

Не знаю, мне кажется, здесь только картинки красивые, хочется большего, какой-то более оригинальной эстетики, да и вообще чего-то большего помимо внешней стороны. Вот например "Видок" действительно оригинально снят.

А мне из нынешних российских режиссеров самым сильным и талантливым видится Алексей Балабанов, в том числе и его последняя работа "Кочегар"(хоть и мрачная). Вот у него действительно свой мир и своя эстетика, ни с кем не спутаешь. И у него всегда есть продуманный сюжет, действие. Его фильм "Замок", считаю, вообще лучшая и самая точная экранизация Кафки.

Фото как хокку

22.03.2011

Поскольку я сам без конца выдумываю людей и сюжеты, которых никогда не было, и выдаю эту фикцию за исторические романы, во мне глубоко укоренено иррациональное недоверие ко всем произведениям искусства, изображающим персонажей и события прошлого. Гляжу я, скажем, на картину, где генерал Раевский ведет в героическую атаку своих малолетних сыновей,

и говорю себе: «Всё брехня. И сыновей в атаку не вел, и вообще бой наверняка выглядел совершенно иначе». Это еще ладно. Но у меня бывает, что я смотрю на хрестоматийный портрет Пушкина и ловлю себя на мысли: а вдруг Александра Сергеевича придумали учителя литературы? То есть я, конечно, знаю, что Пушкин существовал на самом деле, но видел-то его Кипренский, не я, а где он сейчас, тот Кипренский и правдиво ли изобразил поэта?

Другое дело — фотографии. Вот люди, снятые беспристрастной, лишенной воображения фотокамерой, они точно существовали. Поэтому все, кто жил в дофотографическую эпоху — Шекспир, Ломоносов, Моцарт, Пушкин с Лермонтовым — в моем восприятии полумифичны. В отличие от Бальзака, Гоголя, Тургенева и последующих классиков, чья реальность подтверждается фотоснимком или дагерротипом.

Как вы уже догадались, я очень люблю старинные фотографии. Они меня просто завораживают. У меня возникает ощущение, что каким-то чудом я подглядел в замочную скважину времени и увидел навсегда канувший мир таким, каким он был на самом деле. А от этого всего один шаг до не столь уж фантастической гипотезы: если минувшее может сохраняться на картинке, быть может, оно вообще не исчезает? Что если люди, которых больше нет, где-то все-таки существуют? На снимке ведь они остались.

Недавно мне подарили календарь с фотографиями Москвы времен «Азазеля». Чем-то они меня разбередили. Была в них какая-то нехорошая, пугающая тайна. Я долго не мог понять, что меня так растревожило.

А потом сообразил — и ахнул.

Все фотографии календаря выглядели примерно так

На улицах не было людей! Город остался, а населявшие его жители исчезли — будто после смерти утащили на тот свет и свои отражения.

Потом, конечно, я понял, в чем дело. Выдержка на тогдашних несовершенных камерах была очень длинной. Прохожие и движущиеся экипажи просто не успевали запечатлеться в кадре. На некоторых снимках, если приглядеться, можно разобрать смутные тени — это кто-то ненадолго остановился, или извозчик высаживает седока. В результате получилась мистическая Москва, населенная призраками прежних москвичей.

Я стараюсь не пропускать ни одной выставки фотографий девятнадцатого века. Чем снимок старинней, тем он мне интересней. Но болваны-фотографы в основном запечатлевали нотр-дамы, колизеи и кремли, которые с тех пор не особенно изменились, современников же снимали мало, потому что те вертелись, моргали, и портреты получались смазанными. Фотографы того времени не знали, что на свете нет ничего интересней живых людей.

Посмотрите, например, на этого дедушку:

История сохранила его имя: Конрад Хейер (1749–1856), но можете считать, что это никто и звать его никак. Подвигов этот старичок не совершил, ничем не прославился. Зато он — самый (извините за неуклюжее слово) раннерожденный житель Земли, чье документальное изображение до нас дошло. Конрад Хейер, снятый здесь в столетнем возрасте, появился на свет в тысяча семьсот сорок девятом году! Это год, когда — только вообразите — был еще жив Иоганн Себастьян Бах! Благодаря мутному портрету человека из 1749 года и Бах, и всё, что существовало в ту отдаленную эпоху, будто легитимизируется, доказывает свою подлинность. Во всяком случае, для меня.

А среди старых фотографий я больше всего люблю те, которые похожи на хокку. Лучшие из японских трехстиший раскрывают свой смысл не сразу, требуют некоего дополнительного знания. Например, однажды я взял и выудил толстенный двухтомный роман из крошечного стихотворения Тиё:

Мой ловец стрекоз,

О, как же далеко ты

Нынче забежал.

Если не знать подоплеки — белиберда. Пожмешь плечами, перелистнешь страницу.

Подоплека: Хокку посвящено смерти маленького сына поэтессы, которая после этого стала монахиней

Так же бывает и со снимками. У меня накопился целый файл фотографий, на первый взгляд ничем не примечательных, но за каждой прячется целая история.

Вот вам маленькая загадка.

Чем интересен этот дагерротип, сделанный в 1840 году?

Неправильный ответ: тем, что на групповом снимке никто не моргает и все очень правдоподобно изображают естественность, а дядя в очках даже как бы непринужденно наклоняется (в этой позе он должен был проторчать примерно минуту).

Неправильный ответ: главный интерес представляет почтенный старичок в центре. (Это невеликий швейцарский композитор Макс Келлер).

Правильный ответ: цепенеем от старушки в чепчике, которая сидит слева.

Подсказка: вот она же на портрете 1782 года, в двадцатилетнем возрасте.

На старинном дагерротипе, найденном в муниципальном архиве баварского городка Алтеттинг, запечатлена (у историков были сомнения, но теперь это точно установлено) — Констанция Вебер, вдова Моцарта! Ей здесь 78 лет. Она намного пережила великого супруга, была второй раз замужем, а незадолго до кончины, навещая своего друга Келлера, минутку посидела перед диковинным аппаратом, честно стараясь не шевелиться.

Только увидев этот снимок, я окончательно поверил, что Моцарт был на самом деле, и любил свою некрасивую «женушку», и сочинил «Реквием», заказанный черным человеком, и вскоре после этого умер.

Представляете? Всё правда!

Из комментариев к посту:

fmn74

Люблю старые фото. Могу часами рассматривать. Храню даже те фото, на которых никого не знаю. И еще. Кто-нибудь задумывался над простой вещью, а именно: вот мне сейчас 37 лет. А где та девочка лет пяти? Или школьница с бантиками? Или первокурсница? ИХ НЕТ!!! Но я-то есть… Вот она вечность во всей красе как она есть. Перерождение, секунда за секундой, перевоплощение без всяких чудес.

vosto4 ny_veter

А разве так не со всеми старинными вещами? Они все с тайной, все со своей историей. Я вот люблю монеты. У меня есть монета 1864 года, она слегка помята сбоку, я все время пытаюсь понять, откуда на монете такая вмятина…

kodv83

Недавно моей маме в голову пришла мысль в своей комнате на стене из фотографий сделать наше генеалогическое древо. Получилось довольно интересно. Тем более некоторых из людей я никогда в своей жизни вживую не видел. И вот сейчас, когда я смотрю на них, мне кажется, что эти люди смотрят на меня из прошлого. Порой становится жутковато.

rezoner

После того, как я узнал, что моя бабка, приехав из деревни в Москву в 1917 году, поселилась в одном доме с дочерью Пушкина, уже ничему не удивляюсь:) Рука, протянутая в прошлое, встречает руку, протянутую в будущее из очень старых времен.

ludamiro

http://evg8343.narod.ru/photoalbum2.html-это подборка нескольких фотографий 19-го века. Среди них есть САМОЕ ПЕРВОЕ фото в мире (если верить информации). Есть фото жены Пушкина в старости.

Первая в мире фотография. Ньепс. 1826 г

Маркитанка времен Крымской войны (не путать с куртизанкой).1855 г. (Симпатичная, да?)

Жорж Дантес, мэр Сульца. Примерно 1855 год. (Тот самый, с кем Пушкин дрался на дуэли, кстати Дантес до дуэли с Пушкиным провёл 21 дуэль и ещё до приезда в Россию, во время обучения в военной школе Сен-Сир, был чемпионом этой школы по стрельбе в голубей на лету. Вот так то.),

Идалия Полетика. 1855 год. Подкрашенное фото. По одной из версий, это именно она, интригами подстроила дуэль Пушкина с Дантесом, (вероятно из мести, т. к. однажды была отвергнута Пушкиным).

Н.Н.Пушкина-Ланская. — начало-1860-х-гг. (Кто не знает, это та самая Пушкина, которая до брака с А.С. Пушкиным была Гончарова).

Н.Н.Пушкина-Ланская. — начало-1860-х-гг. (Она же)

Санкт-Петербург. Конец 19 века.

Санкт-Петербург. Конец 19 века.

Лондон. Конец 19 века.

Утонуть в пустыне (Из файла «Прототипы»)

29.03.2011

Если бы я написал роман об этой женщине, название обязательно получилось бы по-восточному цветистым и избыточным. Что-нибудь вроде «Загадочная жизнь и невероятная смерть Махмуда Саади, известного гяурам под именем Изабеллы Эберхардт».

Давайте сначала я коротко перескажу вам биографию русской девочки (она прожила всего-то 27 лет) с нерусским именем — точно так же, как впервые прочитал это жизнеописание я сам. И ничему не поверил, потому что всё выглядело абсолютно неправдоподобным. Я стал копать, вникать в подробности, разбираться в парадоксах, и оказалось: всё так и было. Что до загадок — большинство разъяснились, но некоторые остались нерасшифрованными.

Родным языком Изабеллы был русский, хотя в России она ни разу так и не побывала. Девочка родилась в Женеве 17 февраля 1877 года. Ее мать, жена престарелого генерала русской армии и сама (по меркам того времени) весьма уже немолодая дама, влюбилась в учителя своих детей, бывшего семинариста, и навсегда осталась с ним за границей. Представьте Одинцову и Базарова 15–20 лет спустя: они сошлись в гражданском браке, и у них родилась девочка, поздний ребенок.

Семья, в которой дети генерала и дети семинариста росли вместе, жила на большой запущенной вилле.

Девочка была заворожена арабским Востоком. Сначала один старший брат, потом другой вступили в Иностранный Легион и уехали в Магриб; их письма будоражили ее воображение. «Грустный зов Неведомого и Иного всегда манил меня», — напишет она впоследствии.

Изабелла стала писательницей в восемнадцать лет. Она начала публиковать в парижских журналах под мужским псевдонимом пряную, мечтательную прозу на восточную тематику еще до того, как побывала в Северной Африке.

Снимок из периода грез о Востоке

В 1895 году Изабелла уговорила мать отправиться в Алжир. И с этого момента тургеневский роман о мечтательной девице заканчивается, начинаются сказки Шахерезады. Что ни факт — чудо чудное, диво дивное.

Обе российские подданные — и мать, и дочь (естественно, по инициативе последней) — принимают Ислам. Потомственная дворянка Наталья де Мордер, урожденная Эберхардт, 59 лет от роду, берет себе имя «Фатьма Манубия». Изабелла же становится «Махмудом Саади»; отныне она почти всегда носит мужской арабский наряд.

В последующие годы Изабелла-Махмуд:

— путешествует верхом, иногда в одиночестве, по всему Магрибу;

— участвует в антифранцузском восстании;

— вступает в суфийское братство Кадрийя (нечто немыслимое и для европейца, и для женщины);

— несколько раз высылается французскими военными властями за антиколониальную пропаганду;

— оказывается жертвой покушения — религиозный фанатик наносит ей несколько ударов саблей;

— становится первой в истории женщиной — военным корреспондентом;

— выходит замуж за солдата-араба, с которым вынуждена находиться в постоянной разлуке из-за своих странствий.

Это уже не грезы: Изабелла в пути.

По-моему, не очень похожа на мужчину.

А про последний эпизод в жизни Изабеллы Эберхардт я расскажу чуть подробнее, ибо он показался мне уж вовсе фантастическим.

Осенью 1904 года Изабелла после очередной восьмимесячной разлуки встретилась с любимым мужем в маленьком городке Айн-Сафра, находящемся в пустыне на юге Алжира. Через два часа после того, как супруги соединились, в пустыне началось наводнение, и Изабелла утонула.

Когда я прочитал про потоп в пустыне, у меня возникло твердое ощущение, что вся эта life story — глупая мистификация.

Здесь сплошь одни загадки:

1) Две европейские женщины по собственной прихоти вдруг взяли и приняли мусульманство? Что за странная блажь? Да и возможно ли такое в принципе?

2) Можно ли поверить, что женщина год за годом успешно выдавала себя за мужчину? Судя по портретам, хрупкая Изабелла не больно-то была похожа на гермафродита.

3) И вообще: может ли европейская женщина выдавать себя за арабского мужчину? Что, арабы такие идиоты? Даже не способны разобрать иностранный акцент?

4) С какого гашиша ряженую белую девицу станут принимать в члены мистической секты?

5) Ну и, конечно, главное: утонуть, извините, в пустыне? Где и жажду утолить иногда проблема?

Ответы на эти резонные вопросы — в следующем посте.

Утонуть в пустыне. Разгадываем загадки

29.03.2011

Господи, каких только версий, пытающихся объяснить загадку Изабеллы Эберхардт, я не встречал.

Исследователей и исследовательниц очень занимал интимный аспект приключений храброй путешественницы-травести. Из воспоминаний известно, что, помимо прочих экстравагантных причуд она еще и шокировала современников «непристойным поведением» — открыто заводила романы с мужчинами, причем отдавала предпочтение арабам (двойной скандал для ханжеского и расистского колониального общества).

Согласно одной версии, ларчик просто открывался: вся тайна Изабеллы Эберхардт заключалась в ее пристрастии к «содомизму», то есть анальному сексу, сурово осуждавшемуся европейской моралью и не возбранявшемуся на Востоке. По другой теории, Изабелла, подобно Жанне Д’Арк, страдала аменорреей (отсутствием месячных), что помогало ей как во время длительных путешествий в мужской компании, так и при любовных утехах.

До чего же я не люблю умников, норовящих свести тайну неординарной личности к какой-нибудь физиологической аномалии! Мне совершенно наплевать, как там было у «Махмуда Саади» с менструальным циклом и сексуальными преференциями. А на перечисленные в первой половине поста вопросы нашлись внятные ответы.

Девочка выросла в очень странном доме. Ее отец, Александр Николаевич Трофимовский, был эрудит, полимат и полиглот. Он не пускал дочь в школу, «чтобы ее не испортила цивилизация», учил всему сам. Изабелла с детства кроме русского, французского и немецкого, знала арабский. Коран она вызубрила чуть ли не наизусть, отец воспитывал ее в почтении к Великой Книге. Впоследствии прекрасное знание священных текстов и лингвистические способности путешественнице очень пригодились.

С ранних лет Изабелла, единственная девочка среди братьев, донашивала за ними одежду и по-мальчишески стриглась. Отец, помешанный на опасностях, повсюду подстерегающих юную барышню, отпускал ее в город лишь в мужском платье — ему так было спокойней. Маскараду способствовала узкобедрая, плоскогрудая фигура.

Юная Изабелла в наряде юнги

Влияние Трофимовского, человека весьма эксцентричного, на формирование личности Изабеллы было очень велико, поэтому расскажу о женевском базарове чуть подробнее.

Превыше всего Александр Николаевич ставил независимость и свободу выбора, а бурные проявления чувств презирал. Когда его любимый сын Володя покончил с собой, Трофимовский отбил телеграмму: «Мой любитель кактусов умер» (юноша любил ботанику). Когда Изабелла на похоронах матери зарыдала и стала кричать, что хочет умереть, отец подошел и молча протянул ей револьвер. От такого папочки, я полагаю, не то что в Магриб — на тот свет сбежать можно. Однако характером при этом Изабелла несомненно пошла в отца.

Особенно удивляться тому, что она уговорила мать перейти в Ислам, не приходится. Наталья де Мордер в Женеве во всем слушалась сожителя, а в Алжире точно так же оказалась всецело под влиянием своей решительной дочки. И потом, как известно, принять мусульманство просто. Довольно в присутствии двух свидетелей сказать: «Нет Бога кроме Аллаха и Мухаммед — пророк его».

Редкий снимок Изабеллы в «женском» виде. Так и хочется вслед за Кутузовым из «Гусарской баллады» сказать: «А девкой был бы краше!» (Хотя она тут, видимо, в парике. Обычно брилась наголо)

Следующая тайна — как Изабелле удавалось дурачить своим маскарадом арабов — объясняется совсем легко. Арабы отлично знали, что имеют дело с переодетой девушкой. Однако, согласно арабскому этикету вежливости, человека считают тем, за кого он себя выдает. Местным жителям даже льстило, что белая женщина так хорошо выучила диалект и старается во всем следовать обычаям, а шейх суфиев приблизил к себе липового Махмуда из уважения к неподдельной вере удивительной и храброй девушки, к ее недилетантским познаниям в Исламе. (Между прочим, покушение на жизнь Изабеллы было вызвано тем, что ее, не знаю справедливо или нет, фанатики считали любовницей вероучителя).

И про наводнение всё правда. 21 октября 1904 года городок Айн-Сафра стал жертвой редкого природного явления. В горах стаял снег, и по сухому руслу реки, совершенно неожиданно, в ясную погоду, хлынул мощный поток грязи и ледяной воды. Он был высотой в два или три метра, несся с бешеной скоростью, сметая всё на своем пути. В ветхом доме, где находились Изабелла и ее муж, рухнули балки. Его вытащили, ее — нет.

Наводнение выглядело вот так

Потоп в пустыне. Ужасно, но нет ничего мистического

А вводить в свою книгу персонаж, похожий на Изабеллу Эберхардт, я передумал, потому что история храброй, талантливой, абсолютно свободной женщины, будто по случайности попавшей в свое время из будущего, слишком хороша, чтобы декорировать ее вымыслом.

Вот французы сняли о ее жизни художественный фильм — вышло так себе.

Кадр из фильма «Изабелла Эберхардт» (1992)

По такому материалу следует «докудраму» снимать — получилось бы то, что надо.

Из комментариев к посту:

victor_larin

Мне кажется, что самое замечательное это ее поглощенность Востоком с детского возраста, и то, что она смогла это все осуществить. После этого и утонуть не страшно ни секунды. Именно поэтому эта история такая прекрасная. В сущности то, о чем втайне мечтает каждый человек: иметь призвание и реализоваться в нем. И перед такими людьми любые барьеры падают как картонные коробки.

Ну а что, история с переодеванием не кажется такой невозможной. Две небольших истории. В Афганистане есть традиция «делать» из девочки мальчика (если мальчика в семье не рождается) и все вокруг делают вид, что не замечают подмены, и девочка одевается и ведет себя как мальчик, и это спасает честь семьи. Очень сильно разработанный и развитый ритуал.

Вторая. В Брежневское время в Баку оперировала дерзкая банда грабителей. Ей руководила женщина переодетая мужчиной. Матерые бандиты дрожали от страха перед главарем, так как лют он был очень. Никто из них не подозревал, что главарь на самом деле был молодой и красивой женщиной.

anna_epshtein

Короче говоря, еще одна иллюстрация к тому, как родители могут изуродовать психику ребенка, если, конечно, постараются.

lobastova

Замечательная история.

В Израиле тонут в пустыне по нескольку человек в год. Во время дождя поток сносит все, что стоит у него на пути. Более того, иногда даже не надо, чтобы дождь шел прямо над тобой. Дождь может идти за 10-ки километров в горах, а пустыню затапливает. Это очень страшно и опасно.

Особенно часто люди тонут на джипах. Человек думает, что «раз я в джипе, я проеду», но не тут-то было.

В плане аварий и техники безопасности человек может все — можно отморозить ноги в пустыне, можно получить сотрясение мозга от шлагбаума открывающегося только вбок на уровне талии, можно получить ожог мужского достоинства от гильзы соседа по стрельбищу… Всего не перечесть.

К вопросу о теории времени

4.04.2011

На днях я встретился с прошлым. Побывал на концерте Джоан Баез. Если бы это произошло в Москве, Лондоне или Париже, вряд ли я остался бы под таким впечатлением. Но концерт был в Бретани, в городе мне малознакомом, а для Джоан Баез, я полагаю, вовсе чужом. От этого возникло иррациональное ощущение, будто она приехала специально — посмотреть, как я прожил без нее эти сорок лет.

Я купил пластинку прогрессивной певицы, поющей для простых американцев и борющейся за мир во всем мире, в магазине «Культтовары» близ метро «Кузьминки». Мне было шестнадцать, я учился в десятом классе. Фирма «Мелодия», редко баловавшая советский народ чем-нибудь живородящим, расщедрилась на LP с двумя десятками песен. Я прослушал каждую раз по тысяче, расшифровал все слова (иногда неправильно) и выучил наизусть. Я до сих пор их помню: «She cried: Oh, Willy, don’t murder me, I’m not prepared for eternity». «They called her Handsome Mary, the Lily ot the West.». И так далее.

Странное было время. И страна, в которой я жил, была странная. С одной стороны — ленинские уроки и «хлеборобы засыпали в закрома Родины»; с другой — тоска по тридевятым землям, где ровесники собираются в Вудстоке, где across the nation such a strange vibration, а если едешь в Сан-Франциско, обязательно wear some flowers in your hair. В общем, здесь тоска и мертвечина, а там свежее, настоящее и прежде небывалое. Гудбай Америка, где я не буду никогда.

Поэтому мои приятели-студенты рисовали на с трудом добытых джинсах знак борьбы за мир и перевязывали волосы шнурком, а я, хренов хиппи с комсомольским билетом, отрастил прическу афро и выглядел вот так:

Это я еще подстригся

В семидесятые очень многие в Советском Союзе слушали песни Джоан Баез — спасибо безымянному редактору фирмы «Мелодия», убедившему начальство, что Баез почти такая же прогрессивная, как Дин Рид и Анджела Дэвис.

Потом у нас даже появилась собственная JB — Жанна Бичевская, и все радовались, когда она пела про догадливого есаула в стиле кантри, а Баез уже считалась вчерашним днем. Потом у Жанны Бичевской уехал терем, и ее тоже слушать перестали. Потом оказалось, что Америка не гудбай, а хеллоу и что нет ничего волшебного в «тертых джинсах».

В общем, как пишут в романах, шли годы.

И вот их прошло без малого сорок, гастрольный тур семидесятилетней JВ случайно пересекся с моим вакационным маршрутом (а мне-то уже вдвое больше, чем ей было тогда), и пошел я на концерт, думая, не зря ли я это делаю. «По несчастью или к счастью, истина проста: никогда не возвращайся в прежние места. Даже если пепелище выглядит вполне, не найти того, что ищем, ни тебе, ни мне», — предостерегает поэт и хочет вообще запретить «путешествие в обратно».

Поэт не прав. Возвращайтесь в обратно, не бойтесь.

Во-первых, я увидел полный зал людей своего примерно возраста, и все они тоже помнили те песни наизусть, подпевали. Бретань от этого сразу стала мне как-то ближе.

Во-вторых, на сцену вышла не старушка с треснувшим голосом, а всё та же JB, только седая. Она, правда, хромала. Но все сразу поняли, что она всё та же, когда JB объяснила, отчего хромает. Оказывается, она построила на ветвях старого дуба гнездо и ночует там иногда, чтобы чувствовать себя ближе к звездам. Ну и навернулась.

По-французски Баез говорила примерно так же, как я: And she takes this road dans le ciel — это, вероятно, чтоб мне было понятней.

Сидел я близко. Мне было хорошо ее видно

Я вам всё это рассказываю не от фанского восторга, а потому что во время концерта было мне озарение или проще говоря видение.

Я вдруг понял, как устроено время. Оно напоминает изоляционную ленту, только она не разматывается с катушки, а наоборот наматывается на нее. Ложится всё новыми и новыми липкими, плотными слоями. Кажется, что их уже не раздерешь, обратно не отмотаешь. Но иногда бывает, что острое переживание прокалывает пленку, как иголка, и на миг вдруг оказываешься на одном из предыдущих витков. Это довольно сильное чувство.

Только что был во Франции, и вдруг снова оказался в Кузьминках. Мы вдвоем с Джоан Баез опять поем про даму в черной вуали, которая пришла на мою могилу. Мне шестнадцать, а Джоан выглядит вот так:

Из комментариев к посту:

ramaiana_dina

А мне мое прошлое видится, как будто в старом дощатом заборе отодвигается одна доска в сторону, и я в открывшееся «окно» наблюдаю какую-то сцену из своей

жизни в былые годы. Посмотрела, закрыла «окно», и так до следующего раза. Иногда картинки открываются одна за одной, я понимаю, они связаны между собой, но по какой ассоциации, мне непонятно, но если присмотреться, можно всегда откопать между ними связь. Певцы, певицы, группы из прошлых времен всегда открывают очередное «окно» в мою жизнь. Мне нравится иногда возвращаться в прошлое вместе с какой-то известной личностью, по большей части такие возвращения очень душевные и теплые. Спасибо Вам за то, что поделились с нами своими ощущениями.

narval

О, как я Вам завидую, если бы Вы знали! Я обожаю Джоан Баез, и давно мечтаю попасть на ее концерт, но к нам она точно никогда не приедет (не потому, что ей неинтересна Россия, а потому, что никто из наших промоутеров ее никогда не пригласит). Когда я впервые услышала ее песни (почти случайно), это было озарение. Какой голос, Господи ты Боже мой! И какая биография — успех в 19 лет, роман с Диланом, борьба против расовой сегрегации и против войны во Вьетнаме, марши, аресты, поездка во Вьетнам в разгар войны (где она попала под бомбежку), сотрудничество с Амнести Интернешнл, наконец визит в СССР и встреча с Андреем Сахаровым… да много ли еще чего было! И при этом она до сих пор продолжает выступать и ежегодно ездит с концертами по Америке и Европе. И все так же красива и очаровательна. Про голос я уж молчу!

Я в свое время делала о ней передачу на радио, и с тех пор мечтаю услышать ее живьем. Ради этого можно и пол-Европы проехать:)

Свечное сало и пушечное мясо (Из файла «Привычки милой старины»)

12.04.2011

Эпоха императора Наполеона считается временем романтическим. Исторические романы и фильмы, стихи про кавалергардов, чей век недолог, и про очаровательных франтов, чьи широкие шинели напоминали паруса, Андрей Болконский с веселым маршалом Неем и графиня Валевска с мадам Ленорман, а пуще всего волшебная сказка о маленьком артиллерийском поручике морочат всем нам голову вот уже несколько поколений.

Ослепительный взлет Корсиканца достиг высшей точки в 1810 году, когда вся континентальная Европа была ему подвластна, монархи считали честью состоять в его свите, а самый высокородный из них, император австрийский, отдал за выскочку свою юную и нежную дочь Марию-Луизу. Сияние этой свадьбы озарило своими огнями не только Париж, но и весь мир.

Та самая иллюминация

Кое-что пикантное об этих дивных огнях сообщает медицинский журнал «Lancette» столетней давности. Тайна, на целый век закупоренная в судебных архивах города Парижа, раскрылась, когда все, кто мог ей ужаснуться, давно умерли.

Оказывается, знаменитая иллюминация, залившая светом Париж по случаю августейшей свадьбы Наполеона Первого, была несколько людоедского свойства.

Некий служитель анатомического кабинета при медицинской школе (туда свозились невостребованные трупы из всех госпиталей) долгое время приторговывал человеческим жиром. Поскольку, как пишет журнал, человеческое сало «недостаточно плотное и жидковатое», экспериментатор смешивал его со свиным и бараньим. Получался неплохой смазочный материал, а свечной так просто отменный. Свечное сало для той эпохи было таким же ходовым и жизненно необходимым товаром, как сегодня электричество.

Следствие, произведенное в 1813 году, с ужасом установило, что светильниками именно из этого сырья в вечер свадьбы были иллюминированы Люксембургский дворец, берег Сены и правительственные здания. Полиция так напугалась своего открытия, что засекретила данные. Семь тонн арестованного товара были тайно вывезены и зарыты за городской чертой.

А по-моему, зря они это. Получилось очень складно: главный поставщик пушечного мяса рассекал да зажигал при свете человеческого сала.

Из комментариев к посту:

maite357

Какая этим жмурикам была разница — на свечки пойти или на корм червям в общей безымянной яме? По мне так, свечками на society wedding of the year куда как веселее… 8)

Ужасаться нужно, когда у всех на глазах гробят тех, кто мог бы жить и жить…

tantovitali

Не понимаю, что за ужас и смятение в комментариях? Подумаешь, город подсветили… Прекратите есть мясо, носить кожаную одежду и обувь, пользоваться кремами, мыться мылом и т. д..:)Vive la France! Vive Napoléon!:)

Русский и японец как братья (Карамазовы)

18.04.2011

В продолжение предыдущей темы — об уникальности/неуникальности всякой отдельно взятой черты национального характера.

Однажды я выступал в РГГУ в паре с профессором Камэямой, который в восьмой (!) раз перевел на японский «Братьев Карамазовых». Перевод стал в Японии мегагигабестселлером, за первый же год было продано больше миллиона экземпляров.

Икуо Камэяма с Достоевским попали в новости

Из публики спросили, чем я объясняю столь жаркую любовь японцев именно к этому роману. Я честно ответил: понятия не имею. Потом начал про это думать. И вот какая у меня возникла гипотеза. Не знаю, покажется ли она вам убедительной.

С легкой руки Достоевского, который сложил химическую формулу «истинной русскости» из трех главных ингредиентов (Митино «Широк человек», Иваново «Если Бога нет», Алешина «Слеза ребенка») и, во имя объективности, кинул в этот гремучий раствор горстку федоркарамазовской грязи и щепотку смердяковщины, весь мир вот уже 130 лет спорит, какой из карамазовских компонентов нашего нацхарактера самый русский. Разумеется, лидирует Митя с его безудержностью в высоком и низком, хорошем и плохом.

Карамазовская триада: Удаль, Умничество, Духовность

Видимо, так оно и есть. Выражаясь поэтически, Размах, а выражаясь сухо, «отсутствие чувства меры», действительно является международно констатированной (и не отрицаемой нами) типообразующей чертой т. н. Русской Души.

Свод исконно русских максим выглядит примерно так:

Казнить — так казнить, миловать — так миловать

Рубить — так с плеча

Любить — так королеву, украсть — так миллион

Кто не рискует, тот не пьет шампанского

И прочее подобное.

Вот это по-нашему!

В отечественной истории этот атрибут национального своеобразия не раз бросал страну из одной крайности в другую: уж коли свобода, то полный хаос, уж если порядок — то автократия или диктатура.

Оборотные стороны отсутствия чувства меры — дубовая упертость и героическая стойкость. Из-за непробиваемого, тупого упрямства возникали холерные и картофельные бунты. Из-за него же устояли в 1812 году после (что бы там ни писал Лев Николаевич о «моральной победе») тяжелого поражения при Бородине; и еще раз в 1941 после уничтожения регулярной Красной Армии; не сдали Ленинград; отстояли Сталинград.

Эта коренная черта русскости в одних ситуациях вызывает безумное раздражение, в других — горячее восхищение. Мы-то на себя за нее не раздражаемся, а гордимся, что во всём нам хочется дойти до самой сути: в работе, или там в поисках пути и уже тем более в сердечной смуте.

Но есть на свете нация, вроде бы мало на нас похожая, однако наделенная этим обоюдоострым качеством в еще более сильной мере. Как вы догадались из заголовка, это японцы. Один токийский экспат британского происхождения когда-то изложил мне целую теорию исторической обреченности японского модуса вивенди, потому что «они никогда не умеют вовремя остановиться». Ну, понятно: для англичан, чемпионов сдержанности, худший грех, когда кто-то «never knows when to stop».

Особенно выпукло дефицит чувства меры у японцев, как и русских, проявлялся в периоды тяжких военных испытаний. Про массовое производство героев-летчиков я уже писал, теперь расскажу еще об одном сугубо японском проявлении беспредельного максимализма.

В советские времена был дурацкий анекдот про партизанский отряд, который до сих пор блуждает по белорусским лесам, взрывает поезда и отстреливает полицаев, потому что «связной не вернулся, а рация сломалась». Еще был вполне реальный случай во время Первой мировой: при поспешной эвакуации Брест-Литовска в подземном складе забыли часового, и тот до конца войны оставался на своем посту. В третьем что ли классе, после чтения рассказа Леонида Пантелеева «Честное слово», нам приводили эту историю в качестве не литературного, а подлинного примера потрясающей верности долгу, и мы потрясались, ахали.

А японцам упорство часового показалось бы нормальным поведением. У них после войны этаких непреклонных партизан и стойких оловянных солдатиков было пруд пруди.

Хотя 15 августа 1945 года была объявлена капитуляция, отдельные отряды императорской армии, оказавшиеся в отрыве от своих, еще долго продолжали воевать с американцами. Известия о конце они считали вражеской пропагандой.

Отряд капитана Сакаэ Обы на острове Сайпан согласился сложить оружие лишь в декабре 1945, после полутора лет боев в окружении

Известно, что крупное соединение Квантунской армии, около 15 тысяч человек, оборонялось от китайцев в горах Маньчжурии аж до конца 1948 года.

В джунглях Индокитая, Филиппин, Индонезии одичавшие японские вояки воевали с местными жителями и американцами (или просто прятались) в течение долгих лет. Сначала их было много. Но кто-то умер, кого-то подстрелили, кто-то был пойман и отправлен на родину.

И всё же не сдавшиеся попадались в глухих лесах еще и в семидесятые годы.

В январе 1972 двое филиппинских охотников наткнулись на капрала Сёити Ёкои. Он 27 лет бродил по лесам с винтовкой без патронов. Одежду делал из коры. Питался орехами, лягушками, улитками и крысами. С большим трудом удалось его убедить, что война закончена, но капрал настоял на том, что оружие возьмет с собой — а как же, казенное имущество.

Это еще ладно, винтовка у капрала была безопасная. А вот лейтенант Хироо Онода, высадившийся с группой особого назначения на филиппинском острове Лубанг в декабре 1944, все 29 лет своего партизанства активно сражался. Бойцы его группы, один за другим, погибли. А лейтенант всё воевал. В разные годы он застрелил несколько филиппинцев, приняв их за американских агентов.

Специально для неуловимого Оноды с вертолетов сбрасывали газеты и листовки, увещевали его через динамик, но он не верил в провокации и держал порох сухим.

В 1974 году японский студент, некто Норио Судзуки, отправился посмотреть свет. Программа у него была такая: «Найти лейтенанта Оноду, дикую панду и снежного человека». Первый же пункт увенчался успехом. Молодому раздолбаю Онода почему-то поверил. Однако согласился сдаться лишь своему непосредственному начальнику, которого ради этого специально доставили на Филиппины. Местные жители вздохнули с облегчением. Их можно понять: у бережливого лейтенанта еще оставалось 500 патронов и несколько гранат.

Вот таким Онода засел в джунгли… А таким вышел

Насколько мне известно, последнего японского партизана, капитана Фумио Накахиру, обнаружили на какой-то филиппинской горе аж в 1980 году, то есть аккурат к столетию выхода «Братьев Карамазовых».

Это я не очень изящно возвращаюсь к тому, с чего начал — к запоздавшему ответу на вопрос из публики.

Я думаю, что японцы так любят этот роман, потому что воспринимают Карамазовых действительно как братьев — своих братьев. И идеалист Алеша, и полоумный рационалист Иван, и уж в особенности неугомонный Дмитрий — персонажи совершенно японские.

Убедитесь сами:

Из комментариев к посту:

kulanov

Или наоборот: они, так же как и мы в Японии, ищут то, чего им недостает?

Или такой вариант: они знают, что их «заносит», но эта черта действительно не встречает понимания в цивилизованном мире — Америке и Европе. И вот находится, признанный теми же цвилизованными нациями великим, писатель, у которого в романах всё «через край», через надрыв. И становится понятно: да, и у нас ведь так бывает (и не только в годы войны! Значит, мы — правильные!

А скорее всего, действуют сразу все, в т. ч. приведленные Вами, мотивации + грамотный маркетинг.

Нет?

petrrrrrr

Да, общее есть и даже много.

Но как же отличаются результаты — везде чисто, красиво, аккуратно, тщательность в любых деталях, обязательность и вежливость, доброжелательность — все это по своему недолгому опыту пребывания в Японии.

Без знания языка (даже английского) и без денег (последние сутки) сутки гулял по Токио. И всю ночь. Все помогали, как могли — подолгу объясняли жестами и выражением глаз, пока не понимал, как проехать куда хотел. И побывал где хотел. У нас как-то мало себе такое представляю.

Про результаты в технике уж не говорю. Автомобили мы намного раньше начали делать… а зачем?

Или скажем мне ближе — сравнить катану и наши шашки… ((((

А вот литература — да, у нас великая. Тут им далеко до нас.

Так что как в сказке — старший брат — умный, а младший…

А какой мы? Судя по литературе — старший, умные вещи обсуждаем и пишем… А по делам судя… даже не знаю.

С любимыми не расслабляйтесь!

26.04.2011

Не столь давно, проходя мимо бубнящего телевизора, я минут на десять погрузился в душераздирающую историю семейного скандала. В студии все самозабвенно обсуждали развод какой-то неизвестной мне, но, видимо, звездной четы, которая никак не могла поделить имущество и что-то там еще, я толком не вник. Показывали и самих супругов. Не знаю, кто из них ангел, а кто диавол, осталось лишь общее ощущение поединка двух саблезубых хищников. Малейшая оплошность одной стороны вызывала немедленный удар когтистой лапы: не подставляйся, лузер! А подставился — пеняй на себя.

Till death do part

Эти высокие отношения по не вполне очевидной ассоциации напомнили мне поучительную историю из журнала «Тэтлер», издававшегося известным остроумцем Ричардом Стилом (1672–1729) и, кажется, существующего под тем же названием поныне.

Выглядело гламурное издание начала 18 века вот так:

В рубрике с незатейливым названием «From my own Apartment» (запись от 26 апреля 1710 года) Стил рассказывает один эпизод времен английской революции.

Некий капрал попал в плен к врагам. «А поскольку враждующие Стороны пребывали в таких Отношениях, что почитали захваченных Неприятелей не Пленниками, а Изменниками и Мятежниками, бедный Капрал был приговорен к Смерти, вследствие чего написал Письмо своей Супруге, ожидая неминуемой Казни, — рассказывает Стил с присущей эпохе витиеватостью. — Писал он в Четверг, казнить его должны были в Пятницу, однако, рассчитав, что Супруга получит Депешу не ранее Субботы, \…\Капрал изложил События в прошедшем Времени, что безусловно вносит некоторую Путаницу в Стиль, однако, учитывая Обстоятельства, Читатель простит Беднягу».

Письмо, отправленное как бы уже с того света выглядело так:

«Дорогая Жена,

Надеюсь, что ты в добром Здравии, как и я в Миг Написания. Сим сообщаю тебе, что Вчера, меж Одиннадцатью и Двенадцатью Часами, я был повешен и четвертован. Умер я, должным образом покаявшись, и Все сочли мое Поведение очень мужественным. Помяни меня добрым Словом моим бедным осиротевшим Детям.

Твой до Смерти

В. Б.»

Назавтра после отправки горестного письма капрала отбили однополчане, и он остался жив. Следующей же почтой воин поспешил обрадовать жену известием о своем спасении, однако оказалось, что за минувшие пару дней вдова успела вступить в новый брак. Судебный иск был безнадежен: в качестве доказательства своей юридической свободы дама располагала документом, который столь неосторожно послал ей расслабившийся муж.

Короче, отвечай за базар: повешен — значит повешен.

Из комментариев к посту:

antonowka

Слышала нечто похожее после теракта на Автозаводской. Некая женщина пришла на опознание погибших, узнала среди останков фрагменты своего мужа, получила свидетельство о смерти. А через какое-то время к удивлению друзей покойник вернулся домой. Оказывается, за день до теракта он объявил жене, что нашел свою любовь и уезжает к ней, за вещами и за разводом зайдет позже. А вещей к моменту возвращения уже и нет: безутешная вдова была единственным родственником и быстренько оформила наследство. Не знаю, смог ли он вернуться в мир живых юридически.

ZOZUZOZU

Поучительная история))))) А чего ж Капрал расстроился? ему повезло дважды)))))

il_canone

По еврейскому закону мужчина, уходящий на войну, обязан оставить жене разводное письмо. Это делается для того, чтобы, в случае, если он пропадет без вести, у нее была возможность вступить в новый брак.

resonata

ГШ! Вы, наверное, и так об этом знаете, но если нет, то ссылочка на старика и его хитрое завещание: http://starosti.ru/archive.php?m=4&y=1902

вот что писали в газете Московский Листок 26 (13) апреля 1902 года

"В Берлине скончался известный богач-оригинал Пфейфер, подозревавший своих многочисленных родственников в желании воспользоваться его состоянием. Завещание его гласило, что каждый родственник, который не пойдет провожать его гроб, получит по 300 марок, а остальное имущество должно быть роздано согласно особому списку, который вскрыть после похорон. За гробом пошла только она старушка экономка, дальняя родственница Пфейфера. В списке же, вскрытом после похорон, значилось только: "все мое состояние получает тот из родственников, который, отказавшись от 300 марок, пойдет за моим гробом"."

Поэт-царь

2.05.2011

Тема «Поэт и царь» нам хорошо знакома, все варианты и разновидности ее досконально изучены: Пушкин — Николай, Пастернак — Сталин, Вольтер — Екатерина, Зеркальце — Царица.

Знаем мы из истории и сюжет «Царь-поэт» (это когда его величество балуется сочинительством, как Фелица, или лицедейством, как Нерон, или музыкой, как Иван Грозный). Однажды монарх (Марк Аврелий) даже оказался философом отнюдь не дилетантского уровня. Властитель, бряцающий на лире, это интересно. Но в гораздо меньшей степени, чем поэт, который сунул лиру под мышку и взял скипетр.

Мне, пожалуй, известен всего один подобный случай: Габриэле Д’Аннунцио — полновластный диктатор «республики Фиуме».

Флаг поэтической республики

В течение 15 месяцев Поэт был наделен неограниченной властью над большим количеством людей, принимал политические решения, устанавливал законы, провозглашал манифесты, награждал одних и карал других. Античный идеал Поэта-Правителя осуществился в неромантическом двадцатом веке.

И стало мне любопытно, как это всё происходило. И стал я про это читать книжки. И узнал много занятного.

В первой половине поста напомню, как разворачивались события. Про политтехнологические методики диктатора-декадента расскажу в следующий раз, а то получится слишком длинно.

Сразу видно — поэт!

Кто только не потешался над Игорем Северяниным, жеманно восклицавшим в 1915 году:

Друзья! Но если в день убийственный

Падет последний исполин,

Тогда, ваш нежный, ваш единственный,

Я поведу вас на Берлин!

Ну действительно, смехота. Вот он, гений (в бутоньерке хризантема, в руке лилия, где пузырится шампанское), топает в белых гамашах по направлению к Берлину, а за ним, спотыкаясь и роняя меховые боа, цилиндры и веера, марширует толпа грезэрок, кокаинистов и прочих прожигателей жизни. Грозный тевтон в ужасе бросает «Большую Берту» и улепетывает.

Однако Д’Аннунцио, не менее нежный, чем Северянин, и еще более единственный, взял да и устроил именно такой перформанс в реальной жизни.

Правда, Д’Аннунцио был не только нарцисс и позёр, но еще и легендарный храбрец, бессчетное количество раз дравшийся на дуэли и совершивший во время войны множество картинных подвигов. Однако это не делает поход на Фиуме менее фантастическим.

Оно, конечно: в те времена вся Европа съехала с глузда и уже мало чему удивлялась. Континент был покрыт свежими кладбищами, дымились руины, сыпались короны, повсюду бурлили революции. Троцкий с Лениным раздували мировой пожар, миллионы людей умирали от испанки. Женщины, воспользовавшись неразберихой, остригли волосы и стали носить платья выше щиколотки. Содом и Гоморра!

Мнения властителей дум разделились пополам: половина считала, что рождается новый мир, половина — что настал апокалипсис.

Но даже на этом живописном фоне эскапада великого и ужасного Габриэле потрясла мир. Д’Аннунцио был в высшей степени наделен талантом держать публику в саспенсе и исторгать у европейцев восторженное «ах!».

У поэта в 1919 году на повестке дня было два «проэкта»: либо идти маршем на Фиуме, либо совершить беспрецедентный для того времени авиаперелет в далекую Японию. Газеты взволнованно следили за колебаниями гения — что он выберет?

Поэту пообещали, что в Фиуме его выйдет встречать поголовно всё население с пальмовыми и лавровыми ветвями — как Иерусалим встречал Спасителя. Можно ли было устоять?

Что такое по сравнению с этим триумфом обожания какой-то полет в Японию? Участь Икара красиво смотрится только в легенде, а на практике свалиться в воду где-нибудь в пустынном уголке океана не очень-то приятно.

Зато на миру и смерть красна. В общем, Д’Аннунцио выбрал Фиуме.

Не стану тратить драгоценное мониторное пространство на описание истоков итало-югославского территориального конфликта. Если совсем коротко: город, большинство населения которого составляли итальянцы, оказался в югославском владении, и патриотам Италии это не понравилось. Для нас сейчас важен не исторический фон перформанса, но артистизм исполнения.

Д’Аннунцио осуществил римейк эпической драмы «Триумфальное возвращение Наполеона с острова Эльба». Он возглавил колонну пламенных энтузиастов (так называемые arditi, «страстные») и повел ее маршем на Фиуме. По пути войско всё время разрасталось. Правительственные войска, пытавшиеся остановить нарушителей порядка, не смогли устоять перед красноречием Д’Аннунцио и либо расступились, либо присоединились к маршу. Разумеется, поэт подставлял под ружья покрытую орденами грудь и призывал стрелять в нее. Разумеется, никто не стрелял, а все аплодировали.

Фиуме встречает поэта-лауреата

В общем, в сентябре 1919 года Поэт без единого выстрела вступил в рукоплещущий город во главе трехтысячного войска и объявил Фиуме итальянской провинцией, а когда Италия от такого подарка в ужасе отказалась (авантюра Д'Аннунцио дискредитировала правительство перед всей Европой), триумфатор провозгласил республику независимой и правил бал аж до декабря 1920-го, пока, наконец, не вернулся лесник и не вышиб всю эту экзальтированную шантрапу из Фиуме.

Герой и массовка

Это было, конечно, не бог весть какого размера государство, но все-таки важный порт с сопредельной территорией. Свое правительство, бюджет, армия и флот, законы — всё как положено.

Сорокатысячное население будто сорвалось с катушек и больше года добровольно участвовало в самом тотальном и самом продолжительном хэппенинге новейшей истории. Вудстоку такое и не снилось.

(Продолжение следует)

Весь мир — театр (продолжение поста от 2 мая)

4.05.2011

Не зря Д’Аннунцио считался одним из самых знаменитых драматургов эпохи. В его царстве всё было зрелищно. Целый город превратился в постоянно действующий театр. Главную роль поэт, конечно, оставил за собой. Каждый божий день (верней, каждую ночь, потому что в ночной тиши голос далеко слышен) он произносил пламенные речи с балкона своего дворца. Поразительно, как оратору удавалось в течение долгих месяцев не надоесть своей аудитории — однако не надоел. Не будет преувеличением сказать, что жители Фиуме подсели на красноречие Д’Аннунцио, как на наркотик. Им хотелось еще и еще. Они восторгались и рыдали, хохотали и потрясали кулаками. Это ли не элизиум, о котором мечтают поэты?

Поэт-диктатор произносит речь

Возвышенность речений диктатора была заразительна. Вскоре весь Фиуме изъяснялся его высокопарным стилем. Один анархист из числа граждан вольной республики потом со смехом вспоминал, что однажды в обычном разговоре вместо «четыре месяца» сказал «сто двадцать дней и сто двадцать ночей» — и только тогда понял, насколько он «аннунцировался».

Когда фиуманцы не внимали любимому герою, они сами становились актерами. Днем маршировали с флагами и цветами, ночью — с факелами. Запускали фейерверки, пели хором, танцевали. Специально приехавший Тосканини устроил для горожан грандиозный концерт. Маринетти и другие футуристы читали на площадях свои стихи (впрочем, эту публику Д’Аннунцио вскоре отправил восвояси — зачем Поэту конкуренты?)

Денег было много. Д’Аннунцио решал финансовые проблемы очень просто: его корабли нападали на грузовые пароходы и потом возвращали их за выкуп. Всякого другого морского шалуна обвинили бы в пиратстве — а тут поэт, большой ребенок, что с него возьмешь? За один только сухогруз «Конье», транспортировавший автомобили и дорогие товары, дуче получил 12 миллионов.

Да-да, это Д’Аннунцио впервые нарек себя титулом «дуче», а Муссолини впоследствии собезьянничал. У фашистов с креативностью дела обстоят так себе, поэтому Муссолини вообще многое позаимствовал у нашего поэта: и знаменитые факельные шествия, и судьбоносный поход на Рим «второй дуче» сплагиатил.

Еще одно слово, знакомое нам совсем в другом значении, — Холокост. Д’Аннунцио называл свое княжество Городом Холокоста, но не в освенцимском, а в декадентском смысле. Мол, из Фиуме на прогнивший Запад хлынет всеочищающий апокалиптический огонь.

В сущности, адриатический спектакль 1919–1920 годов был потешной репетицией грядущих весьма непотешных событий.

Ах, как хорошо правилось Поэту в его праздничном государстве, откуда были изгнаны будни! В каждом доме — добровольно, не по принуждению — на почетном месте красовался портрет или бюст Великого Человека. Мужчины брились наголо, началась повальная мода на плешивость.

Выпустить почтовую марку — это важно

Суд Поэт вершил не по законам, которых не существовало, а по собственному «инстинкту справедливости». Был милосерден и снисходителен. Смертных приговоров в Фиуме не выносили, высшей мерой считалось изгнание за пределы республики.

Изгнанники покидали рай стеная и плача, зато прибывали всё новые и новые граждане, в основном молодые. Слух о сказочном княжестве разнесся широко.

Здесь всё время выпивали и закусывали, свободно продавался кокаин, царила неслыханная свобода нравов — непрекращающаяся пятнадцатимесячная собачья свадьба. На воде по ночам покачивались лодки с разноцветными фонариками, тротуары благоухали одеколоном. И все нарядные, в романтичных развевающихся плащах, в белоснежных шарфах и с непременным римским кинжалом на поясе. Серенады, дуэли, смех и песни.

Эффективная политтехнология: никого не карать, всех награждать

Когда читаешь про жизнь города Фиуме при диктаторе Д’Аннунцио, начинаешь сентиментально думать: а может, пускай на земле правят поэты? Люди они, конечно, несерьезные, но ведь не хуже умников, которые строят концлагеря и затевают войны?

Увы, каникулы вечно продолжаться не могут. Непоэтичному итальянскому правительству надоел этот бардак, и однажды приплыл большой дредноут и пальнул по дворцу поэта настоящим снарядом. Д’Аннунцио, тучка золотая, обиделся и уехал. «Утром в путь она умчалась рано, по лазури весело играя», а город Фиуме вернулся к своей скучной провинциальной жизни.

Из комментариев к посту:

anna_epshtein

Потрясающий человек, а итальянское правительство, как водится, болваны. Они попросту перетрусили, что такая личность может и Италию возглавить, а всю их гоп-компанию с почетом проводить на пенсию, с него бы сталось. Жаль, не довелось встречать его с самой большой пальмовой ветвью наперевес.

yaroslavtur

Поймал себя на какой-то боязливой зависти к тем сумбурным временам. Конечно, поэт во власти, да еще окруженный экзальтированными соправителями — штука крайне сомнительная, даже тревожная. Но вот есть у нас власть, некоторые представители которой вообще не уверены в существовании поэзии. Здоровый, значить, практицизьм так и прет. И что — это лучше?

Вообще — можно ли обозначить если не гениального, то хотя бы толкового правителя через набор качеств и характеристик? Или умение править — талант, способный прорасти на любой почве?

chereiskv

На фиумской марке изображен знаменитый девиз Д’Аннунцио, позаимствованный у Тита Ливия, а тем — у Марка Фурия Камилла: Hiс manebimus optime. По-латыни звучит прекрасно, а на русский труднопереводим. Мой вариант: Тут заторчим в кайф.

spivaki

Вот eщё одно уточнение:

— Захват власти движением Д'Aннуцио: 12/09/1919

— Kонституция: 08/09/1920

— Италия и Сербия признают независимое государство: 12/11/1920

— Захват Италией: 30/12/1920

Tо есть фактически этот анархист был у власти год-с-четвертью.

solodkyy

…СА чеканит в марше твёрдый шаг и если был ты коммунистами убитый, то с нами ты становишься под стяг…Начало фашизма и никаких загадок и романтики. Уже говорил, в Версале Италии отказали в портовых городах бывшей Австро-Венгрии, вот они их таким способом и заполучили. А потом другим способом устаканили политическую ситуацию внутри страны. Не было бы Поэта, к власти не пришёл бы Муссолини, а затем Художник. Кстати, тоже очень талантливый оратор."Когда он говорит, я готов совершить что — угодно, хоть спрыгнуть с крыши берлинского универмага"(из показаний пленных немецких солдат). И совершали. Многое. Интересно, что наш уважаемый ГШ всё это такими лучезарными красками расписал. Результат то известен-горы трупов и руины. И никакого прекраснодушия. Дорога к Сталинграду для многих итальянцев начиналась в Фиуме.

«Святые люди»

10.05.2011

Думаю, что многие, подобно мне, понимающе усмехались, читая, как Лиля Брик откликнулась на солженицынский рассказ о чекистских палачах: «Боже мой! А ведь для нас тогда чекисты были — святые люди!»

Надо же, цаца какая, должно быть, подумали вы. Чекистов она, видите ли, святыми считала. Врет и не краснеет, старая бесстыдница.

Ладно. Лиля Брик мучила бедного Маяковского, много о себе понимала и обладала кошачьей живучестью. За это мы ее дружно не любим, доверия ей никакого нет.

Но вот натыкаюсь в дневниках Дмитрия Фурманова на любопытный пассаж. Пролетарский литератор записывает впечатления от разговора с Бабелем:

«…Потом говорил, что хочет писать большую повесть про ЧК.

— Только не знаю, справлюсь ли — очень уж я однобоко думаю о ЧК. И это оттого, что чекисты, которых знаю, ну… ну, просто святые люди, даже те, что собственноручно расстреливали… И опасаюсь, не получилось бы приторно. А другой стороны не знаю».

Бабель не Лиля Брик. Бабеля мы любим. Он написал одесские рассказы и был репрессирован. Чего это он тоже запел про «святых людей»?

Оно конечно, Исаак Эммануилович был человек хитрый и даже циничный.

(Не удержусь, уклонюсь от темы — приведу еще одну цитатку из дневника Фурманова. Как Бабель вешал лапшу на уши доверчивому литначальнику, трогательно лелеевшему свое скромное дарование.

Фурманов пишет: «Это золотые россыпи, — заявил он мне. — "Чапаев" у меня настольная книга. Я искренне считаю, что из гражданской войны ничего подобного еще не было. И нет.\…\Вы сделали, можно сказать, литературную глупость: открыли свою сокровищницу всем, кому охота, сказали щедро: бери! Это роскошество. Так нельзя». Свой рассказ простодушный Фурманов заключает словами: «Простились с Б. радушно. Видимо, установятся хорошие отношения. Он пока что очень мне по сердцу».)

Такие лица у обоих, вероятно, и были во время этого разговора

Мог, конечно, Бабель правоверному большевику и про чекистов на голубом глазу подсюсюкнуть. Смущает термин, точь-в-точь повторенный Лилей Брик сорок лет спустя. Похоже, что в кругу этих ярких, злоязыких и, мягко говоря, неглупых людей подобное определение было в ходу. Не думаю, что в ироническом контексте, и вряд ли из страха перед стукачами. Времена (середина двадцатых) были пока еще относительно нестрашные. Мне кажется, что Бабель и вообще литбратия действительно считали чекистов святыми.

Ужасом и восхищением пронизан рассказ Бабеля «Фроим Грач». Там, кто не помнит, описано, как 23-летний рыцарь революции Симен, председатель одесской ЧК, в минуту, безо всякого разбирательства, поставил к стенке легендарного налетчика, пришедшего к нему просто «поговорить по-человечески». Во втором чекисте, следователе Боровом, легко угадывается сам автор. Этот маленький рассказ многое объясняет и про «святость», и про пиетет по отношению к чекистам.

Справа — ЧК, где «вывели в расход» одесскую легенду

Симен говорит потрясенному расправой Боровому: «Ответь мне как чекист, ответь мне как революционер — зачем нужен этот человек в будущем обществе?» «Не знаю, — Боровой не двигался и смотрел прямо перед собой, — наверное, не нужен…»

Но самое страшное, на мой взгляд, не это, а следующие два предложения, которыми заканчивается рассказ:

«Он [Боровой] сделал усилие и прогнал от себя воспоминания. Потом, оживившись, он снова начал рассказывать чекистам, приехавшим из Москвы, о жизни Фройма Грача, об изворотливости его, неуловимости, о презрении к ближнему, все эти удивительные истории, отошедшие в прошлое…»

В этом для меня весь Бабель: «потом, оживившись»…

Бог с ним, с несчастным Бабелем. Во-первых, он дорого заплатил за свою очарованность стальными людьми, а во-вторых, мой пост не про литераторов, а про «святых чекистов».

Тут всё очень непросто. Мы можем сколько угодно потешаться над советскими фильмами про гражданскую войну, ненавидеть картавых ильичей и железных феликсов, но что правда, то правда: большевики первых лет революции, во всяком случае многие из них, были бессребрениками и аскетами, безжалостными не только к врагам, но и к себе. Если б они думали о собственном брюхе, то не удержали бы власть и не победили бы своих опытных и мужественных противников. Победить в гражданской войне возможно, только если за тобой идет народ. А народ в час испытаний идет лишь за теми, кто вызывает уважительное изумление абсолютной верой, бесстрашием, самоотверженностью: за пророками, подвижниками и святыми.

Вот они, «святые люди» Лили Юрьевны и Исаака Эммануиловича

И я стал думать, что, поскольку мироустройство дихотомично и на всякий Ян сыщется свой Инь, в черной половине бытия тоже должна иметься своя агио-иерархия. У Дьявола (если вас раздражает мистицизм — у Зла) обязательно есть собственные святые разного ранга. Они обладают тем же набором замечательных качеств, что и святые Добра: бескорыстны, несгибаемы, с пламенем на устах и пылающим углем в груди. Они столь же сильно воздействуют на умы и души — в особенности художнические, потому что люди искусства падки на демоническое и фактурный Воланд их завораживает больше, чем тихий Иешуа.

Святыми Зла, вероятно, были Друг Народа Марат и Неподкупный Робеспьер, которые во имя великой идеи Свободы-Равенства-Братства истребили тысячи несознательных соотечественников. Из той же породы, мне кажется, и Дзержинский. По свидетельству встречавшихся с ним людей он был чрезвычайно скромен в обиходе, безжалостен к себе, отнюдь не жесток, но то, что творила его Чрезвычайка во имя светлого будущего, не поддается описанию.

Рыцарь революции

И рыцарское обхождение с «классово чуждыми» дамами

В ЧК ленинского периода (и, шире, в партии) деятелей, подобных Дзержинскому и бабелевскому товарищу Симену, было много. Их электричество заставило содрогнуться весь мир, породило не только новые формы диктатуры, но и новые формы искусства, чуткого ко всякой сильной энергетике.

Потом, конечно, на смену «святым людям» пришла прагматическая и цепкая генерация сталиноидов. Этим заканчивается всякая революция. Я могу точно назвать дату, когда время большевистского аскетизма официально завершилось: 9 февраля 1932 года секретным постановлением Политбюро был отменен «партмаксимум», мешавший советскому чиновничеству радоваться жизни. Всё встало на свои места. Зло стало довольствоваться услугами несвятых порученцев, которые в конце концов разменяли большевистский драйв на партзарплаты «в конвертах», персональные пайки и спецдачи.

Святые рыцари Зла, впрочем, в мире не перевелись. Просто они сменили одни доспехи на другие. Именно к этой категории относятся современные террористы: фанатики, которые во имя Идеи (не имеет значения, какой именно) взрывают себя вместе с ни в чем не повинными людьми.

Святые от Дьявола — это подвижники Идеи, которая больше человека. Вот признак, по которому безошибочно определяется черный цвет нимба.

У святого со стороны Добра никакая, даже самая распрекрасная идея не может быть больше человека. И никогда святой от Добра не пожертвует ради Идеи жизнью другого — только своей собственной.

Из комментариев к посту:

tsarev_alexey

Есть слепые, которые видят не то, что есть, а то, что кому-то хочется (они обычно снизу); есть зрячие, которые видит, что есть, но соглашаются врать из инстинкта самосохранения и т. д. (они обычно повыше); остальные (те, кто видит и не соглашается), как правило, вымываются, и система потихоньку становится тоталитарной. Умножаем на некоторый длительный промежуток времени для формирования соответствующих привычек — и на выходе получаем уже рефлексы. «Стальные глаза, холодная голова, горячее сердце, чистые руки» и дальше с песнями…

imageobserver

Добро и Зло вообще очень условные категории. Уж слишком они абстрактны. Поэтому не верю ни в святых, ни в альтруистов. Если человек отказывается от своей жизни, от этой пошлой мещанской жизни, с семьей, с детишками, с бытом, который заедает, и жертвует собой ради Большего Добра, значит что-то с этим Большим Добром не так. Жертвуя собой «ради других», человек пытается навязать этим другим свою жертву, а значит, свое понимание, что есть Добро с Большой Буквы. Если бы мы не навязывали друг другу свои ценности (мы им — свою Демократию, они нам — свою Духовность), а просто жили, и любили бы тех, кто рядом с нами, а не абстрактное Человечество, мир был бы лучшим местом.

ludamiro

«И никогда святой от Добра не пожертвует ради Идеи жизнью другого — только своей собственной.»

Шахиды жертвуют своей, прежде всего СВОЕЙ, жизнью во имя ИДЕИ, а гибель других людей для них индульгенция для входа в рай. Но со святостью это не имеет ничего общего. Это безумный фанатизм. Да и все революции подпитываются энергией фанатиков Идеи. И ничего общего с добром и святыми этот фанатизм не имеет. Люди сгорают в пламени революции как поленья в печи. А потом на пепелище создаются легенды и мифы о Зле и Добре. Только почему-то Зло иногда выглядит как Добро, и наоборот. Да и есть ли в Жизни чистое Зло и чистое Добро?

vic_borisova

При всей любви и уважении никак не могу согласиться с Григорием Шалвовичем! Нет никаких святых от Зла, и быть не может. Хотя бы потому, что никто не служит Злу — ни чекисты, ни фашисты, ни маньяк Чикатило. Трагедия в том и состоит, что все сражаются за Добро… Но понимают его по-разному! Отличие между Злом и Добром только в методах.

Пожизненное

24 мая, 2011

«И не могут они, милая, ни одного дела рассудить праведно, такой уж им предел положон…»

А.Н.Островский

Исторический приговор храброго судьи Данилкина оставлен в силе Мосгорсудом. Случилось то, чего все ждали, но во что все-таки не хотелось верить.

Платону Лебедеву оставалось сидеть в тюрьме один месяц, Михаилу Ходорковскому — пять месяцев.

То, что срок чуть-чуть сбавили, выглядит гаденько. Могли бы преспокойно и больше скостить, это ничего бы не изменило. Вполне достаточно было бы оставить подсудимых за решеткой до следующего марта. А там к нам навечно вернется всё молодеющий Владимир Владимирович, и уж этот христианин-всепрощенец на свободу Ходорковского не выпустит никогда.

Как, впрочем, и нас с вами.

Из комментариев к посту:

pfifff

что-то я уже совсем запуталась и не знаю, кому верить. нет, свое мнение на этот счёт у меня, конечно, имеется, но верить-то кому-то надо. хочется..

kladuhujnavse

Говорят, Путин держит слово, которое дал Ходорковскому при личной встрече. Что посадит его надолго…

astreia_spb

Вечно молодеющий — это в точку. Каждый раз при взгляде на экран ТВ не могу не отметить тюнинг Вождя. То личико отшлифовано, то укольчиками подправлено, то блестит как на гламурной вечеринке. Вот и мешочки под глазками пропали. Аттракитвности это, мягко говоря, не прибавляет. Скорее наоборот.

Севастопольские рассказы

25 мая, 2011

В Севастополе я увидел и услышал столько всего интересного, что хочется поделиться. Не всем, конечно (не такой я щедрый), а лишь тем, что мне не пригодится для книжки. Сделаю-ка я мини-серию небольших постов с названием «Севастопольские рассказы» (в смысле рассказы севастопольцев — моих консультантов, специалистов по истории города). Это всё факты более или менее известные, но для меня они внове. Каждая из этих историй у меня сжалась в хокку. Напомню, что трехстишье я буду помещать в твиттер, а рассказик к нему (то, что называется, «между строк») — сюда.

1. Призраки суши и моря

В коротеньком междупосте от 17 мая, пытаясь сформулировать свое первое впечатление, я написал, что в Севастополе мне «на новенького» мерещится некая трудно формулируемая странность: будто город густо населен призраками.

Так оно и есть. Могу доказать с цифрами в руках. Это один из тех городов, большинство жителей которого умерли (причем страшной смертью) в расцвете лет, оставив после себя сгусток неизжитой духовной и эмоциональной энергии, которая медленно рассеивается (а может и вовсе не исчезает). Не такой уж я мистик, но есть во мне некое внутреннее чувствилище, которое остро реагирует на подобные вещи. Что-то такое слышится мне в воздухе и почве, какой-то звон оборванных струн, когда я стою на Бородинском поле, или на поле Аустерлица, или под Плевной, или у Ватерлоо.

Истинный герб Севастополя должен бы быть таким:

андреевский флаг из перевернутых факелов, символов безвременно угасшей жизни

Севастополь на вид — жизнерадостный город, белокаменно-зеленый, но мне показалось, что он — как есть, целиком — вполне пригодился бы для еще одной главы моих «Кладбищенских историй».

Судите сами.

Перед началом первой осады, в 1854 году, в городе жили 45 тысяч человек.

За неполный год в Севастополе и его окрестностях оборвалась жизнь 650 тысяч людей — немногим меньше, чем в блокадном Лениграде за три года. На одного довоенного севастопольца, йо-хо-хо, пятнадцать мертвецов…

До осады…

И после…

Во время второй осады 1941-42 годов история повторилась. На сто тысяч довоенных севастопольцев пришлось триста тысяч (по некоторым данным и больше) убитых — наших и немцев.

Земля здесь густо нашпигована осколками и костями; воздух — неупокоенными душами.

Не веселей дела и на рейде. Моряки прежних времен верили, что корабль живое существо и у него тоже есть душа. Большая бухта Севастополя — несчастливое место для кораблей. В 1854 году здесь затопили весь Черноморский флот, в 1916 году взорвался линкор «Императрица Мария», в 1918 и 1942 немцы топили корабли, в 1955 на глазах у города сгинул линкор «Новороссийск».

Да и сегодня как-то невесело. Великолепный рейд почти пуст, по углам жмутся две жалкие кучки: одна — российский флот, другая — украинский. Но если чуть немного подождать, увидишь выстроившиеся в шеренгу корабли-призраки. Они все здесь, никуда не делись: и «Три святителя», и «Двенадцать апостолов», и фрегат «Флора», и «Мария» с «Новороссийском».

На рейде большом легла тишина, а землю окутал туман…

Из комментариев к посту:

drakonit

Интересный очень взгляд на наш Город. Да, крови тут пролито очень и очень много, и трагедий произошло немало.

Но все же Город не кладбищенский, это скорее покой старой крепости, нежели покой кладбища. И память эта светлая. Те, кто пали тут, пали с осознанием своей правоты и веры в то, за что дерутся, как в песне известной "здесь похоронены сны и молитвы, слезы и доблесть, прощай и ура…"

Напротив, у нас есть преемственность, светлая память о них, а не страх. С детства играл на старых батареях, бастионах, как и все севастопольские мальчишки на раскопки ходил — по окопам, дотам, ну не было страха, горечи какой-то, отторжения — они все наши, часть Севастополя, пока мы их помним, пока их дело продолжаем. Напротив, на этих местах какой-то покой ощущаешь, чистоту души, уверенность приходит. Ну как в светлом храме.

Севастополь — это не кладбище — это обнаженная грань рубежа, постоянный передний край борьбы за русское дело. Более русский имперский Город, чем сама нынешняя ужатая со всех сторон Российская Федерация, Город вечной обороны и борьбы (последняя столица Белого движения в европейской части России как-никак).

И в то же время удивительно светлый, гостеприимный для тех, кто его понимает Город. Сколько видел людей, которые просто заболевали Севастополем, рвались и рвутся сюда с самых разных мест мира.

И люди здесь особые. Начиная с детей огромный интерес к истории, не как к чему-то пыльно-музейному, а с осознанием своей причастности. Не случайно тут мощнейшее поисковое движение, люди сами ухаживают за памятниками и кладбищами по мере сил.

По цифрам уточню:

— потери наших под Севастополем в Крымскую войну, включая умерших от ран, до 50 тысяч, столько же у противника. Общее число жертв всей войны 1854–1855 годов — от Владивостока до Белого моря, до Крыма, Кавказа и Балкан, включая умерших от болезней — до 300 тысяч человек. Так что 650 тысяч крайне запредельно завышенная цифра.

— потери врага под Севастополем во 2-ю оборону свыше 150 тысяч, наши потери не менее 200 тысяч, включая десятки тысяч пленных.

Если говорить о павших наших бойцах, нужно вспомнить и десятки тысяч павших при освобождении Города.

Севастопольские рассказы-2. Забытые герои

6.06.2011

У меня, как у всякого литератора (и вообще всякого человека), есть набор тем, на которых я, что называется, зациклен. Думаю, вы знаете этот синдром по себе: воспринимая новую информацию, вы ее эмоционально «фильтруете» — какие-то явления просто принимаете или не принимаете к сведению, от других начинаете вибрировать. Таковы и мои впечатления от Севастополя. Мое зрение было заранее сфокусировано на вещах, которые никогда не оставляют меня равнодушным. Вас в этом многослойном городе наверняка зацепило бы что-то иное, своё. В общем, у кого что болит, тот о том и говорит.

Одна из тем, давно не дающих мне покоя, это несправедливость истории. (Отчасти мы касались ее, когда обсуждали национальных героев).

Да, разумеется: я отлично знаю, что память потомков избирательна и формируется случайным, а то и тенденциозным образом. Сплошь и рядом на роли героев попадают персоны, этого звания не заслуживающие. Меня удручает не это. Ну, пользуются посмертной славой придуманные политработниками 28 панфиловцев. Пускай, не жалко.

Но как же бывает горько, когда проглянет из прошлого краешек чего-то по-настоящему героического, но забытого или вовсе не замеченного.

В Севастополе получилось так, что эта чувствительная для меня тема возникла дважды за один и тот же день.

Когда я осматривал Балаклавскую бухту (надо было для работы), мой консультант В. Н. Гуркович, специалист по крымской истории, вдруг начал с жаром и чуть ли не дрожью в голосе рассказывать про невероятное сражение, разразившееся на балаклавских холмах 14 сентября 1854 года. Сотня солдат, в том числе отставников-инвалидов, с четырьмя пушчонками в течение многих часов вела бой со всей наступающей британской армией, да еще и эскадрой в придачу. Командовал балаклавцами подполковник Матвей Манто. Он вместе с другими ранеными в конце концов был захвачен в плен, где героев содержали с большим почетом.

Владимир Николаевич сравнивал этих солдат с фермопильскими спартанцами, призывал меня написать про подполковника и говорил, что сам-то пишет о нем много лет, но никому это не нужно. Мне показалось, что это главная обида жизни моего консультанта. Я уважаю такие обиды: когда человек оскорблен не за себя, а за кого-то, кто давным-давно умер, не сват, не брат и даже не предок.

Очень странно, конечно, что героическая оборона Балаклавы не стала хрестоматийным эпизодом российской истории. Может быть, причина в том, что большинство гарнизонных солдат были греками, и с официальной точки зрения казалось неприличным прославлять инородцев, когда христолюбивое воинство терпит поражение за поражением. А может быть, просто рядом не оказалось полезного очевидца в лице какого-нибудь флигель-адъютанта.

Ни портрета подполковника Манто, ни изображений того боя в просторах интернета я не обнаружил. Поэтому считайте, что герои запечатлены вот здесь:

Никто не забыт и ничто не забыто

Однако про балаклавскую оборону хоть какая-то память сохранилась. Я потом припомнил, что читал про это у Сергеева-Ценского и у Тотлебена.

Но в тот же день вечером сотрудник шереметьевского музея Данил Бержицкий показал мне нечто совсем уж щемящее. Музей (частный и, кстати сказать, очень хороший) находится на Северной стороне в бывшем Михайловском равелине, который после боев последней войны много лет находился в руинированном виде.

Михайловский форт до реставрации. Из коллекции Д. Бержицкого

Во время осмотра экспозиции я, уже забыл в какой связи, упомянул о своем хобби — люблю фотографировать старинные граффити (как-нибудь потом сделаю об этом пост). Данил сказал: «Тогда пойдемте на чердак. Кое-что покажу».

По дороге он рассказал, что во время ремонта на засыпанной землей и мусором крыше обнаружили семь скелетов: шесть наших, один немецкий. Идентифицировать останки не удалось.

На лестничной площадке мы остановились у стены, исписанной обычной для этого жанра словесности ерундой и жеребятиной.

Если бы не Данил, я нипочем бы не заметил.

А вы разглядите?

Видите? Под «КРИВЫМ», написано:

НАС ОСТАЛОСЬ ТРОЕ

(потом три неразборчивые фамилии; последняя похожа на «Жданов»)

УМЕРАЕМ ЗА РОДИНУ

Давно не видал зрелища грустнее.

Ладно, уважаемые читательницы блога (каковых здесь, судя по анкете, большинство). Не буду вас больше терзать лязгом металла. Оставлю прочие севастопольские рассказы под катом собственной памяти, а то они все про военное.

Из комментариев к посту:

katerinafoto

С возрастом я стала иначе относиться к воинам. Как-то ближе и понятнее мне стали те люди, кто погиб за Родину. Школьное-фальшивое ушло. Осталось свое. Комок в горле, как услышу На сопках Маньчжурии, про героев, которые спят.

alise84

Григорий Шалвович, а в музее «35-я батарея» Вы были? Я только в этом году узнала, что там есть фото и письмо моего деда, который служил в авиации береговой разведки и не вернулся из полета за неделю до освобождения Севастополя. Хочу поехать туда и боюсь. Страшно все это трогать пока, как по живому резать. Вот, если б нашелся геройский предок с войны 1812 года, было бы полегче.

Настоящий патриотизм

10.06.2011

Слово «патриотизм» в сегодняшней России обычно ассоциируется с высококультурными, миролюбивыми, трогательно горячими в своей любви к Отечеству симпатягами, которые выглядят примерно вот так:

И добиваются они вот этого:

А я вам вот что скажу. Миндальничают и мелко плавают наши патриоты. Тому, кто всем сердцем обожает Родину, выгнать со своей священной земли вражину-оккупанта-непатриота мало. Настоящий патриот такого гада зажарит и съест. Думаете, шутки шучу?

Я вот вам сейчас расскажу, что такое Настоящий Патриотизм.

Произошла эта славная история не в диких джунглях и не в древние времена, а в просвещенной Франции 1870 года. Шла война с пруссаками. Патриотически-верноподланнические чувства у французов клокотали и булькали. Чем дальше от сражений, тем сильнее. А где в глубоком тылу найдешь врага, чтобы отвести на нем патриотическую душу? Трудно.

На деревенскую ярмарку в идиллической Дордони приехал 34-летний помещик Ален де Монеис д’Ордьер. Он был не чужак, а известный в тех краях человек, муниципальный советник, и все местные жители, в общем, хорошо к нему относились (что делает дальнейшие события еще более невероятными, даже мистическими). Правда, был канун монархического праздника, и публика успела изрядно налакаться, выпивая за здоровье его величества Национального Лидера, а известно, что употребление спиртных напитков благотворно сказывается на градусе патриотических эмоций.

Кто-то бдительный случайно подслушал, как кузен Алена де Монеиса читает вслух газету, где говорилось об очередном поражении французской армии. Этого оказалось достаточно. Ни в чем толком не разобравшись, патриот завопил: «Держи предателя! Это пруссак!».

Ален попытался объяснить сбежавшимся со всех сторон людям, что произошла ошибка. Но лица у них, вероятно, были, как на верхней фотографии — попробуй таким что-нибудь объясни. Кузен поступил умнее — дунул со всех ног и остался жив-здоров.

Все будто разом помешались. Кто-то якобы собственными ушами слышал, как де Монеис радовался германской победе и даже кричал «Да здравствует республика!». На оторопевшего дворянина посыпались удары: сначала кулаками, потом дубинами, мотыгами, железными крюками.

Невинная жертва высоких чувств

В течение целых двух часов несчастного таскали по всей ярмарке, избивая. Он был весь в крови, падал, его волокли по земле. Пытался бежать — догоняли. Вконец измученный, де Монеис стал умолять, чтобы его пристрелили. Но этого толпе показалось недостаточно. Они разожгли костер, бросили туда свою жертву и, по свидетельству очевидцев, некоторые особенно беззаветные патриоты рвали обугленное мясо зубами. «Мы делаем это для Франции!» — восклицали они.

Но Франция не сказала героям мерси. Монархия вскоре рухнула, национальный лидер отбыл в эмиграцию. Про патриотический каннибализм деревни Отфэ написали газеты.

Состоялся судебный процесс. Из толпы в 200 человек, растерзавшей Алена де Монеиса, под суд отдали два десятка самых активных. Четверо из них были казнены на том самом месте, где произошло преступление.

Неблагодарное отечество не оценило рвения

А французы до сих пор пишут о тех патриотических людоедах монографии и даже романы.

Например, вот этот, документальный

Всё пытаются разобраться, что за бес вселился в мирных богобоязненных соотечественников?

Разве патриотизм — это бес? Ведь нет же. В чем тогда дело? Может быть, мы просто называем этим почтенным словом нечто совсем другое?

Эта история мне вспомнилась вот в какой связи. Журнал «Большой город» печатает наши со Львом Рубинштейном вольные беседы на вольные темы. И вдруг заспорили мы о патриотизме: http://www.bg.ru/article/8822/. И продолжаем препираться на ту же тему в следующей порции, которая еще не опубликована.

Из комментариев к посту:

jip_cat

Все это лишь вопрос терминологии. Слово патриот само по себе не говорит о личных качествах имярека. Это как если преступник, убивший кучу людей, скажет: «Я посвящаю этот подвиг своей любимой мамочке».

churhchierarchv

Сейчас многие путают «патриотизм» и «идиотизм», прикрывая второе первым. Совершенно согласен с тем, что необходимо слову возвращать нормальное значение. Адекватный патриот любит свою страну/город/дом, но при этом не закрывает глаза на недостатки (а их не может не быть) и не начинает кричать, что это достоинства (вот это уже «неадекватный патриот», сиречь идиот). Он любит свою страну «несмотря на», и хочет/пытается эти недостатки устранить по мере своих сил.

ztatyan28

«Что за бес вселился в мирных богобоязненных соотечественников»

Психологи над этим много лет бьются. Даже термин специальный придумали — деиндивидуация — утрата человеком индивидуальности в определенных групповых ситуациях. В состоянии деиндивидуации у человека отказывают моральные ограничители, которые контролируют его поведение в повседневной жизни. Поэтому толпа способна на поступки, которые не совершил бы ни один отдельно взятый индивид. Факторы, провоцирующие деиндивидуацию: чувство анонимности, безнаказанности (вследствие распределения ответственности между членами группы) и физиологическое возбуждение.

Из князей в грязи (и обратно)

21.06.2011

«Аристократ в революции обаятелен», — сказал Петруша Верховенский. И он, конечно, прав. Красиво, когда баловень рождения встает на сторону униженных и обездоленных. Происходило такое не столь уж редко. Перечень революционеров-аристократов от маркиза Лафайета до принца Нородома Сианука довольно длинен. Военный путч 14 декабря 1825 года (который в случае победы несомненно привел бы к жесткой диктатуре) так мощно романтизирован потомками главным образом из-за нашего умиления перед титулами и гербами.

Гораздо более редкое явление — аристократ в уголовном мире. Не в отдаленно-историческом диапазоне, конечно (большинство графов и князей являются потомками удачливых средневековых разбойников), а в новейшей истории. Насколько удается сохранить обаяние аристократу, когда он становится рыцарем кастета и фомки, вот в чем вопрос.

Барон из пьесы «На дне» ни капельки не обаятелен, но он не уголовник, а просто слабый человек, неудачник. И вообще литературный персонаж.

Опустившийся аристократ (В. Качалов в роли Барона)

Я вам приведу случай не из литературы, а из реальной жизни — на мой взгляд он отлично раскрывает природу истинного аристократизма.

Аристократизм часто путают с интеллигентностью, хотя качества эти во многом противоположны. Настоящий аристократизм — не учтивость и безупречные манеры, а повышенная выживаемость, умение не пропасть в любой ситуации, приспособиться к ней и вопреки всему снова вскарабкаться наверх. Это как бойцовские качества у бультерьера, закрепленные генетикой. Там где интеллигент сгинет (причем одним из первых), аристократ выживет. Но моя история — из разряда не трагедий, а скорей плутовских романов.

Гаэтан Лербон барон де Люссац был отпрыском одной из самых знатных и почтенных южнофранцузских фамилий. После смерти отца (тот и вовсе был маркиз) семейство разорилось, мальчик отбился от рук, очень рано попал в дурную компанию и уже в девятилетием возрасте начал бродяжничать — одним словом, наш барон, подобно горьковскому, оказался на самом дне общества.

В 13 лет он — юнга на торговом корабле, потом мальчишка-официант в лондонском кафе, где водит дружбу с сутенерами, мошенниками и ворами. Оказавшись в Париже, трудный подросток угодил из одной грязи в другую и быстро попал в тюрьму.

Парижский уголовник начала века

Оттуда, из самого подвала социальной пирамиды, он начинает медленно и настырно карабкаться по черной лестнице обратно, в бельэтаж.

Гаэтан «Барон» (уже не титул, а кликуха) вращается в самых мутных кругах парижского криминалитета. В ту пору, после Первой мировой, «конкретные пацаны» активно осваивали Монмартр с его ночными кабаками, борделями и букмейкерскими конторами. Приятные манеры, острый ум в сочетании с умением постоять за себя (однажды во время карточной ссоры Люссац пристрелил обидчика), а в особенности крепкие связи со средиземноморской мафией помогли «Барону» сделать быструю карьеру в классово чуждой среде. В двадцатые годы он уже владеет двумя ресторанами на пляс Пигаль, причем один из них, «Гран-дюк» являлся, как сказали бы теперь, эксклюзивным клубом для солидных господ, куда наведывались и видные политики.

Солидное заведение на пляс Пигаль

О дальновидности де Люссаца свидетельствует то, что он рано завел доверительные отношения с секретной полицией — не в качестве стукача (это как раз было бы недальновидно и даже опасно), а в качестве «эксперта по безопасности». Во время пребывания в Париже важных иностранцев, в том числе августейших особ, «Барон», то есть уже опять просто барон, следил, чтобы с гостями, когда они посещают сомнительные заведения, не произошло никаких неприятностей.

Во время шумного скандала из-за смерти афериста Ставиского в 1934 году (дело знаменитое, не буду пересказывать) наш аристократ, до этого широко известный в узких кругах, вдруг стал знаменитостью. Его арестовали вместе с еще двумя боссами марсельского преступного мира.

У барона маленькие неприятности, но светский человек всегда улыбается

Однако де Люссац просидел в тюрьме недолго и как-то отбоярился. Французский климат, правда, стал для него жарковат. Тут-то и пригодились титул, происхождение и дальновидность. Еще в 1928 году барон оказал некие деликатные услуги правящему дому Монако и незадолго до начала второй мировой переселился в Монте-Карло, где создал процветающую и совершенно легальную империю игровых автоматов. Умер он богачом, почтенным членом общества, и ныне де Люссацы считаются одним из первых семейств Лазурного Берега.

Хэппи-энд.

Из комментариев к посту:

shagirt

У меня глюки или в рассказе сквозит одобрение этих приспособленцев, называемых аристократами? Отвратительно! Человеку с ЧСД, о которым так распространяться господин Акунин, лучше сдохнуть, чем приспосабливаться с помощью преступлений.

В общем, я таких «выплываемых» приспособленцев, типа Скарлетт О'Хара, не уважаю и дай Бог, чтоб их было поменьше. А интеллигенты мне нравятся. Настоящие интеллигенты, конечно, а не карикатура типа Васисуалия Лоханкина.

noel77

Сожалею, но не могу с вами согласиться — «не учтивость и безупречные манеры, а повышенная выживаемость, умение не пропасть в любой ситуации, приспособиться к ней и вопреки всему снова вскарабкаться наверх» — это девиз и суть уголовников… иными словами — «Сдохни ты сегодня, а я завтра»…

Нескромное обаяние аристократии

28.06.2011

Не то чтоб меня сильно занимала «аристократическая» тема, которой я коснулся на прошлой неделе, но так уж вышло, что на днях я по случайному совпадению соприкоснулся с сюжетом, подкрепившим мою разночинскую антипатию к этому капризному сословию.

Я давно собирался съездить посмотреть на бретонский замок Кериоле. Много слышал про эту архитектурную «folie russe», экзотичную для тамошних краев. Съездил — и не пожалел. Теперь расскажу вам сказку.

Давным-давно, а если точнее в 60-х годах 19 века, сумасбродная русская барыня выстроила в Финистере, суровом и скудном рыбацком крае, чудо-замок.

Черт-те что (и сбоку в качестве бантика архангел Гавриил)

Получился шибающий по мозгам «ёрш» из неоготики, бретонского фольклора и романтизма, увенчанный русским медведем на крыше, который тоскливо глядит на восток, в сторону России-матушки.

На пятиконечную звезду не обращайте внимания.

Архитектор был франк-масон и понатыкал их по всему фасаду

Нынешний вид замка дает слабое представление о былом роскошестве. Все декоративные элементы когда-то были цвета небесной лазури, а лилии и звезды сверкали позолотой. Современники прямо-таки очумевали, когда видели это варварское великолепие среди монохромного лесного пейзажа.

Всё что осталось от былой красочности

История замка Кериоле — это вариация на тему купринского рассказа «Белый пудель». Помните? «Хочу собаку! Трилли хочет собаку!».

Жила-была великосветская дама, вдовствующая княгиня Зинаида Юсупова, néе Нарышкина (1803–1893). И всё у нее в жизни всегда было очень хорошо, и ни в чем никогда ей не было отказу. Родилась она с золотой ложкой во рту, с детства как сыр в масле каталась, долго-предолго жила-поживала и добро проживала, но добра было столько, что и за девяносто лет Зинаида Ивановна его растранжирить не смогла.

И вот повстречался ей в Париже красавец-француз. Она — княгиня почти что царской крови, он — плебей; ей уже пятьдесят семь, ему — тридцать два. Однако Трилли заголосил: «Хочу собаку!» И всё покорилось.

Красавец Шарль не устоял перед соблазнами, которые сулил ему этот мезальянс. Зинаида Ивановна купила жениху видную должность и аж два аристократических титула — графа и маркиза — с кучей знатных предков в придачу.

Это липовые предки графа-маркиза в Рыцарском зале замка

Портреты молодых:

Характер сразу понятен…А вот и «белый пудель» (не такой уж, по-моему, адонис)

Свой трофей ее сиятельство заперла в бретонской глуши, для чего и было выстроено любовное гнездышко. Судя по старинным снимкам, интерьеры замка были еще пышнее экстерьера, однако от них мало что сохранилось. Почему — объясню чуть позже.

На парадном фасаде красуется герб Нарышкиных, хотя после двух браков можно было бы так уж не кичиться своей девичьей фамилией.

Узнав, что я из России, экскурсовод попросила меня перевести девиз:

Не без труда я разобрал, что над гербом высечено «При той»

Я предположил, что невразумительная формула может выражать генеалогическое почтение к самой знаменитой представительнице рода царице Наталье Кирилловне. Мол, мы все, Нарышкины, ютимся охвостьем При Той, Которая Родила Великого Петра.

Во время первой половины экскурсии, пока нам рассказывали об экстравагантных тратах и выходках princesse russe, я не раз ловил на себе почтительные взгляды французской группы.

Должно быть, давая согласие на брак, бравый молодец думал: «Ну сколько ей осталось?». Но старушка, естественно, пережила своего принца-шармана и поплакала на его похоронах. Потом пожила еще и наконец отдала Богу душу, сделав напоследок департаменту типично аристократический подарок: завещала Кериоле бретонцам, однако с массой занудных условий и ограничений — и то с поместьем делать нельзя, и это.

Сменились эпохи, прошли мировые войны, началась гонка ядерных вооружений.

Однажды правнук Зинаиды Ивановны, затравленный кредиторами Феликс Юсупов (l’assassin de Raspoutine, подняла палец экскурсоводша, и вся группа закивала) вспомнил, что была у него какая-то полоумная прабабка, а у прабабки был какой-то полоумный, но дорогущий замок.

«Хочу собаку!» — сказал Трилли. К тому времени русский Дориан Грей был уже не похож на знаменитый портрет кисти Серова, а выглядел вот так (см. след. стр.).

Всё равно, конечно, красавец

Разумеется, экспертиза установила, что через 60 лет после смерти княгини никто уже не помнит ни про какое завещание. Что-то из коллекций переправлено в местные музеи, что-то в парке изменено.

Вознегодовав на такое кощунство, Юсупов подал в суд и после многолетней тяжбы отобрал у департамента замок, получив еще и солидный штраф.

Сразу же вслед за этим, наплевав на плебейские условности (вот он, истинный аристократизм!), бережный хранитель священной прабабушкиной памяти распродал весь интерьер и вообще всё, что только было возможно. Умудрился даже загнать ближайшему муниципалитету старинный колодец из замкового двора — на вывоз. Всю землю разделил на участки и выставил на торги. Потом объявил, что в архитектурном смысле Кериоле — жуткая безвкусица (мне, честно говоря, тоже так показалось) и продал обобранную постройку под гостиницу.

В этом месте экскурсии я начал ежиться — теперь вся французская группа смотрела на меня с русофобско-санкюлотским гневом, как будто я и был тот самый князь Юсупов граф Сумароков-Эльстон.

И побрел я прочь, пока все не запели: «Аристократов на фонарь!».

Всё оглядывался на замок, и в своем обветшавшем виде он вдруг показался мне трогательным и прекрасным, как райская птица, по нелепой случайности залетевшая в чужой серый край и растерявшая там свои лазоревые перья.

А сломанному каштану справа 400 лет, и он все еще живет

Из комментариев к посту:

radistradist

цитата Ф.Юсупова — "В детстве посчастливилось мне знать прабабку мою, Зинаиду Ивановну Нарышкину, вторым браком графиню де Шово. Она умерла, когда было мне десять лет, но помню я ее очень ясно.

Прабабка моя была писаная красавица, жила весело и имела не одно приключенье. Пережила она бурный роман с молодым революционером и поехала за ним, когда того посадили в Свеаборгскую крепость в Финляндии. Купила дом на горе напротив крепости, чтобы видеть окошко его каземата.

Когда сын ее женился, она отдала молодым дом на Мойке, а сама поселилась на Литейном. Этот новый ее дом был точь-в-точь как прежний, только меньше.

Впоследствии, разбирая прабабкин архив, среди посланий от разных знаменитых современников нашел я письма к ней императора Николая. Характер писем сомнений не оставлял. В одной записке Николай говорит, что дарит ей царскосельский домик «Эрмитаж» и просит прожить в нем лето, чтобы им было где видеться. К записке приколота копия ответа. Княгиня Юсупова благодарит Его Величество, но отказывается принять подарок, ибо привыкла жить у себя дома и вполне достаточна собственным именьем! А все ж купила землицы близ дворца и построила домик — в точности государев подарок. И живала там, и принимала царских особ.

Двумя-тремя годами позже, поссорившись с императором, она уехала за границу. Обосновалась в Париже, в купленном ею особняке в районе Булонь-сюр-Сен, на Парк-де-Прэнс. Весь парижский бомонд Второй Империи бывал у нее. Наполеон III увлекся ею и делал авансы, но ответа не получил. На балу в Тюильри представили ей юного француза-офицера, миловидного и бедного, по фамилии Шово. Он ей понравился, и она вышла за него. Купила она ему замок Кериолет в Бретани и титул графа, а себе самой — маркизы де Серр. Граф де Шово вскоре умер, завещав замок своей любовнице. Графиня в бешенстве выкупила у соперницы замок втридорога и подарила его тамошнему департаменту при условии, что замок будет музеем."

koncheev

Я думаю, княгиня помнила о том старом девизе, прямой смысл которого ей был в ее настоящем положении неважен, но она увидела чудесный способ использовать его как каламбур. Ваша догадка, конечно же, правильна. Девиз гласит: «Ты (мой раб), запомни, находишься при той, кто твоя богиня, твоя судьба, твоя любовь и твой повелитель». Можно предположить, таким образом, что Шарль был куплен со всеми потрохами и без каких бы то ни было экивоков.

Хотя есть более благородный вариант. «Ты при той, судьба которой связана с тобой навеки вечной любовью». Почему нет? Кстати, и внешность Шарля не говорит о его склонности беспрекословно подчиняться.

pirrattka

Я вот что вычитала: "Нарышкины имели неутвержденный девиз "ПРИ ТОЙ". Вероятно, имелось в виду, что они обязаны своему возвышению связью с Августейшим Домом через женщину."

"Нарышкины возвысились в конце XVII века, благодаря браку царя Алексея Михайловича с дочерью Кирилла Полуектовича Нарышкина, Натальей."

Страшное видение в Страсбурге

6 июля, 2011

Вчера я был на концерте «Музыка свободы», который давали в Страсбурге в поддержку Ходорковского, Лебедева и других российских политзаключенных. Прирулил из Бретани за 900 километров, с трудом добыл номер в гостинице — уж не знаю, всегда в Страсбурге столько иногородних или это из-за концерта. Большущий зал был переполнен, многие приехали и прилетели издалека.

Страсбургские жители, кому повезло достать билет, я полагаю, в основном пришли послушать игру Гидона Кремера, Евгения Кисина, Миши Майского, Марты Аргерих — в одной программе нечасто увидишь такое количество суперзвезд. Те, кто вроде меня добирался издалека, приехали из-за узников.

Выглядел зал так:

Концерт на фоне чистого неба за тюремной решеткой

Я не особенный меломан, современную серьезную музыку воспринимаю со скрипом. Поэтому сначала просто впитывал атмосферу. На концертах классической музыки и всегда-то собираются люди с лицами много приятней среднего уровня, а уж на таком тем более.

Потом я вспомнил, как в детские годы один мой приятель, отличник из музыкальной школы, учил меня слушать «трудную музыку». Он говорил: «Ты, короче, сиди и прислушивайся, чего в тебе происходит, понял? Это и будет музыка». «А если ничего не происходит?» — спросил я. «Тогда, — говорит, — одно из двух. Или музыка фиговая, или ты тупой».

В общем, я сидел и старательно прислушивался к себе.

Пока исполняли нежную композицию Гия Канчели для скрипки и голоса, мысли у меня были благостные. Я думал, что ради недостойного дела и плохих людей великие музыканты таких представлений давать не станут. Тем более бесплатно: организаторы сказали мне, что не потратили на страсбургский концерт ни копейки — наоборот, весь сбор предназначен для подмосковного интерната в Кораллово.

Но потом пошли вещи диссонансные, резкие, даже тревожные. И в разгар 14 симфонии Шостаковича на меня обрушилось страшное видение. (С писателями, знаете, бывают мистические прозрения — особенно если они прислушиваются к себе так усердно, как это делал я).

Приоткрылась таинственная завеса, и я на миг смог заглянуть в недалекое будущее.

Заглянул — и содрогнулся.

Мне вообразилось, что прошло несколько лет, власть в России переменилась — революция, дворцовый переворот или еще что-то — и начался судебный процесс над деятелями прежнего режима, как это обычно бывает в нашей истории.

Вместо Ходорковского и Лебедева судят Путина с, допустим, Сечиным. И, как водится в нашей извечно сервильной судебной системе, вешают на арестантов всё на свете, в чем они даже и не виноваты. Караулов по телевидению запускает фильм про кровавые преступления путинской банды. Прокуроры запугивают свидетелей, очередной Данилкин пугливо улавливает желания нового начальства. И так далее, и так далее.

И, видя это безобразие, писатели с тяжким вздохом начинают заступаться за новых политзаключенных. Потому что такая уж у русских писателей планида.

Вот, допустим, желаешь послать к лешему традиции отечественной словесности, анархически перемешать зерна с плевелами и гулять себе, насвистывая, по литературному лугу, срывать цветы удовольствий. Но такие на этом луге произрастают травы, такой там воздух, отравленный всякими толстыми-достоевскими-чеховыми, что, надышавшись миазмов, как миленький начинаешь милость к падшим призывать, никуда не денешься…

Однако содрогнулся я не от кошмарной фантазии, что буду вынужден защищать падшего Путина. О нет! Мне, почтенные читатели, привиделся концерт в поддержку этого узника совести. И то, как я поеду туда проявлять солидарность…

Во-первых, я представил, где может происходить подобное мероприятие. Наверное, ох, в каком-нибудь Тегеране или Пхеньяне. Где ж еще?

Во-вторых, кто там будет выступать? Вероятно, те мастера культуры, которые сегодня столь горячо поддерживают Владимира Владимировича и возглавляемую им партию?

Леденящая картина предстала предо мной, когда я вообразил этот пир духа.

На сцене поют Бабкина с Кадышевой и Дима Билан с Басковым, гоняют тигров братья Запашные, декламирует стихи про духовное Николай Бурляев. Ну и Розенбаум, конечно.

А в зале, среди соответствующей публики (ну там Грызлов, Эрнст с Добродеевым, Любовь Слиска, Пушков-Леонтьев) сидим плечом к плечу мы с Людмилой Улицкой, отдуваемся за профессию. На груди у нас значок «Свободу ВВП!», на бледных устах испуганная улыбка. Потому что никуда не денешься. Сиди, терпи.

И стало мне страшно. Реально, то есть нереально (это ведь теперь синонимы) страшно.

Из комментариев к посту:

oadam

Если власть переменится и вместо Ходорковского и Лебедева будут судить Путина и Медведева, то на сцене будут те же самые исполнители, что и вчера в Страсбурге, а в зале — та же самая публика (ни Бабкиной с Кадышевой, ни Эрнста с Добродеевым мы бы там не увидели).

Одно это и примеряет меня с этими действами.

cage_of_freedom

ОБ МБХ

Волк с выбитыми зубами и оторванным хвостом не правращается автоматически в овечку. Если один хищник задрал другого хищника — проигравший от этого не становится агнцом. Он просто — проигравший в драке ныне буззубый и бесхвостый хищник. Которого теперь даже жаль. Как и любого проигравшего.

Разумеется то, что произошло с МБХ — правосудием не является. Это расправа одного бандита с другим. Хотя — и в стране вроде США — МБХ получил бы от 25 лет до пожизненного. Аналогов этой истории — предостаточно. Проблема с судом над МБХ не в том, что он сидит, а в том, что в соседней камере не сидит Путин. (Впрочем — и такие вещи случаются постоянно. Например — вся ВОВ была в некотором смысле победой одного бандита над другим.)

В общем — вся эта история известна в деталях и пошагово. О ней написаны книги и куча статей. С ее участниками тоже уже давно все ясно. Ангелов среди них не наблюдается.

О СЕКТЕ СВИДЕТЕЛЕЙ ХОДОРКОВСКОГО

Избирательное правосудие — отвратительно. (Хотя, увы, это часто бывает. Наказывают одного как предупреждение для других). Но не менее отвратительна — избирательная правозащита. Когда в стране, где беззаконие — норма — численно крохотная, но чрезвычайно активная клака МБХ, постоянно мусолит эту и только эту историю. Все убийства (Эстемировой, Евлоева и т. д.) все неправосудные посадки (Мохнаткин и т. д.) — забываются у нас максимум через пару месяцев. Но это дело всплывает в СМИ с регулярностью не меньше одного раза в две недели. Можете сами проверить по «Радио Свобода» и «Эху». Просто названия их программ: «Сегодня обсуждаем заявление адвокатов, что МБХ должен быть освобожден». Часовая программа. «Мама Ходорковского говорит — «его никогда не освободят», «Папа Ходорковского исполняет песню «Где же, где же мой сыночек». (Это не шутка — была и такая программа). И все это — постоянно. Изо дня в день.

Те люди, которые раньше говорили про наше ТВ — «тошнит уже от Путина», теперь говорят — «тошнит уже и от Ходорковского». От этой постоянной заказухи. Перекормили.

Когда этот процесс начинался то я был очень рад пристальному вниманию СМИ к нему. Потому что надеялся, что мы узнаем правду о том, что творилось в те годы. И что таким образом — процесс обернется против тех, кто его инициировал, против Кремля. Но к сожалению вместо правды — мы получили войну тухлой путинской пропаганды с олной стороны — и не меньшей пропаганды со стороны клаки МБХ, когда из него начали делать ангела. И вот это уже было ошибкой. Его адвокат Шмидт (если бы сам не слышал — не поверил бы) — прямо называл МБХ — гением. Сказал — что он и не предполагал, что ему доведется в жизни встретить гения. И вот — довелось. Такое вот счастье в жизни адвоката случилось.

Такого в нашей стране о живом человеке не говорилось со времен Сталина. До такого облизывания даже Путину далеко.

И так — постоянно. Выступления адвокатов, заявления бывшх сокамерников, секретарей суда, а в перерывах — концерты.

И эта заказуха об одном И ТОЛЬКО ОДНОМ деле — что она означает? Эта избирательная правозащита? Это намек властям: «Остальных граждан страны — хоть с кашей ешьте, но наших — не трогать! По ОБСЕ затаскаем»

Свой среди чужих (Из файла «Прототипы»)

12.06.2011

Еще одна поразительная судьба, еще один прототип, который я собирался использовать в романе про гражданскую войну, а потом передумал. По двум причинам: во-первых, это опять случай, когда правда жизни слишком невероятна и в художественном произведении вызовет ощущение перебора; во-вторых, тему незаурядного человека, оказавшегося своим среди чужих, я решил исследовать в другой книжке, с другим персонажем.

Какова этическая конструкция, психологическая защита, мимикрия сознания у того, кто по собственному выбору пустил корни во враждебной среде и добился в ней лидерства?

Вероятно, некоторые из вас слышали про Бориса Штейфона — еврея, сделавшего хорошую карьеру в пассивно юдофобской системе, еще более успешную — в активно антисемитской и совсем блистательную — в мире, где его соплеменников люто ненавидели и поголовно уничтожали.

Борис Александрович Штейфон родился в 1881 году в Харькове в семье крещеного еврея-мастерового и дочери православного дьякона, то есть, собственно, являлся полуевреем, однако, как известно, для антисемитов вполне достаточно и половинки.

В царской России еврейство — во всяком случае, официально — определялось не составом крови, а вероисповеданием, поэтому Штейфон смог поступить в офицерское училище. Армейская среда относилась к евреям уничижительно, антисемитские шутки и жидоморные настроения там были в порядке вещей. Как себя чувствовал юнкер еврейского происхождения в такой атмосфере, описано в мемуарах выкреста М. Грулева «Записки генералa-еврея». Наверняка Штейфон, как и Грулев, сделал обычный для пытающегося адаптироваться еврея вывод: я должен быть безупречен, я обязан стать первым, и тогда меня сочтут «своим».

Офицерам-евреям приходилось туго не только в России.

«Абсент Антиеврейский» выпускался во Франции во время дела капитана Дрейфуса

Адаптироваться молодому человеку удалось. Он виртуозно сочетал юнкерские проказы, приносившие популярность среди товарищей, с успехами в учебе и окончил училище по первому разряду. Отправился добровольцем на японскую войну, заслужил там пять боевых орденов, а затем сумел пройти конкурс в академию Генерального штаба, то есть вошел в элиту офицерского корпуса. Это тем более примечательно, что как раз в эти годы антисемитизм в царской армии уже и официально вышел за пределы графы «вероисповедание» — в военные училища перестали принимать даже выкрестов.

Столь же образцово Штейфон воевал на Великой войне, которую завершил в чине полковника генштаба.

Конечно же, человек, сумевший утвердиться в изначально недружественной системе координат, не мог обрадоваться революции, которая обратила в прах все его достижения. Штейфон становится непримиримым врагом большевистского режима. В родном Харькове он возглавил подпольную организацию («Центр Полковника Штейфона»), переправлявшую офицеров в Добровольческую армию. В конце концов Борис Александрович и сам оказался у Деникина. Командовал полком, а затем дивизией, выслужил чин генерал-майора.

Его Белозерский полк был знаменит на весь фронт. Приняв под командование горстку людей (в списочном составе было всего 62 человека), Штейфон превратил часть в грозную боевую единицу — три тысячи штыков плюс собственная артиллерия и даже кавалерия. (У Деникина полки обычно насчитывали 200–300 солдат, а дивизии — хорошо если полторы тысячи.)

Генерал-майор Штейфон в первом ряду, справа от бородатого Кутепова

В годы гражданской войны хроническая юдофобия, свойственная царской России, воспалилась до людоедских размеров: среди большевиков было много евреев, что неудивительно, учитывая «черту оседлости», «процентные нормы» и другие прелести старого режима. В мемуарах белогвардейцев непременно поминаются «еврейчики-комиссары» и «жиды-чекисты» как виновники всех бед России. Обычной практикой для добровольцев было выискивать среди пленных евреев и немедленно, без разбирательств, «пускать в расход».

Я очень внимательно прочитал воспоминания Штейфона о девятнадцатом годе, пытаясь найти хоть какие-то рефлексии на еврейскую тему. Ни слова. Вытеснил, отсёк, заблокировал. Но расстреливать евреев своим солдатам не мешал. Один-единственный раз проговаривается про это, глухо. Пишет про фильтрацию пленных красноармейцев: «Инородцы выделялись своим внешним видом или акцентом». Стало быть, для него они «инородцы».

Тут я живенько представил сцену для романа. «Господин полковник, ви же еврэй, я вижу! Пощадите!» Господин полковник, мрачнее тучи, отворачивается, идет дальше. Подчиненные провожают его задумчивыми взглядами, вздыхают, передергивают затворы… И решил я, что этого Голливуда мне не надо. Демобилизовал, в общем, Штейфона из прототипов.

По маловыразительным описаниям наступлений-отступлений в его мемуарах я попытался вычислить, в чем же ключ к этой личности, помимо самолюбивого стремления доказать окружающим, что он, несмотря на еврейскую фамилию, не хуже, а может быть, и лучше их.

Идеология Бориса Александровича была проста, он сам формулирует ее посредством краткого лозунга: «За великую, единую, неделимую Россию — ура!». Искреннее чувство прорывается в его плаче по «прекрасным уставам царской армии, составленным мудростью предшествовавших поколений». И, конечно, как для многих мемуаристов этой плеяды, для Штейфона очень много значит так называемая «полковая культура», культ родного полка с его славой, традициями и корпоративной этикой.

Но вопрос о внутреннем раздоре, которого не мог не ощущать бравый генерал в постоянно сгущающейся антисемитской атмосфере, остается для меня открытым. Из других источников я знаю, что окружающие-то о происхождении Штейфона не забывали. Он гордился, что его Белозерский полк был отлично обустроен, ни в чем не ведал нужды, а соратники за спиной рачительного командира подтрунивали над его «иудейской хозяйственностью».

Главный парадокс этой удивительной биографии, конечно, приходится на годы Второй мировой войны, когда Борис Штейфон, эмигрировавший в Югославию, возглавил Русский охранный корпус, который воевал с партизанами, а затем и с советскими войсками.

Напомню, что фашисты уничтожили в Югославии две трети еврейского населения, и войска Штейфона, служившие по гарнизонам, не могли не участвовать в облавах.

Немецкое командование отлично знало о корнях Штейфона, но, высоко ценя его боевые качества, ограничилось запросом в оккупированный Харьков, есть ли в православной церкви запись о крещении. Запись, на счастье Бориса Александровича, отыскалась. В сорок третьем году Штейфон достиг пика своей военной карьеры — получил звание германского генерал-лейтенанта.

Герр генерал Штейфон (эх, жалко «фон» не с того конца)

Удача всю жизнь сопутствовала этому человеку. Не подвела она его и напоследок. Б. А. Штейфон умер своей смертью 30 апреля 1945 года и даже успел с почестями упокоиться на немецком военном кладбище. А иначе висеть бы ему в петле вместе с Красновым, Шкуро, Султан-Гиреем и прочими коллаборационистами из числа белых генералов.

Штейфон проводит смотр. Хайль Гитлер!

Вы спросите: «А мог ли вести себя иначе в ту эпоху русский офицер с еврейскими корнями?»

Представьте, мог. Пример — упомянутый выше генерал Грулев, который пишет в своей автобиографии: «Самое важное, что я старательно и неусыпно держал всегда под светом моей совести, — это было то, что по мере сил я боролся, пассивно или активно, против несправедливых обвинений и гонений на евреев. Следуя, вот в этих случаях, «голосу крови» и велениям сердца, я, в то же время, видел в такой борьбе сокровенное и разумное служение России, моей Родине, по долгу совести и принятой присяги». В бытность юнкером Михаил Грулев самовольно с казенной винтовкой в руках кинулся защищать варшавских евреев от погромщиков — за это его вполне могли выгнать из училища, в которое он с таким трудом поступил. Штейфон — неважно юнкером, белым офицером или фашистским генералом, в подобных случаях делал вид, что его это совершенно не касается.

Говорят, еврей — это не национальность, а судьба. Например, вот такая: мужественный, целеустремленный человек всю жизнь очень хотел забыть о своем еврействе, и ему это даже удалось.

Или нет?

Из комментариев к посту:

suzjavochka

Это, скорее, «комплекс полукровки». Часто случается, что люди, в которых слились крови немирных по отношению друг к другу народов, активно выбирают либо одну, либо другую сторону и буквально жизнь кладут на то, чтобы доказать, что они «не из этих». Примеров жизнь доставляет предостаточно.

Что до еврейской военной карьеры, то, оказывается, существовала некая лазейка в годы Первой мировой войны — я о ней узнала, раскапывая семейную историю. Не подлежащие по разным причинам призыву мальчики из местечек шли в армию вольноопределяющимися и через положенный срок зарабатывали направление в школу прапорщиков. Именно так получил первое офицерское звание мой родной дед. Судя по тому, что я слышала, это не уникальная история.

Кстати, в годы Гражданской войны, когда дед служил в разведке у Котовского, его спас от гибели однокашник по этой самой школе, белый контрразведчик: спрятал у себя в доме, а вечером помог выбраться из села, где на деда была уже объявлена охота.

kozharik

Мне кажется, что я могу понять этого — фона. У меня фамилия и внешность еврейская — от папы.

Жила я с мамой — она русская. В школе — били не по паспорту, а по морде. А евреи меня за свою никогда не считали — я же не еврейка по их понятиям. Ни о какой особой любви к еврейству речи в молодости не шло, потом жизнь расставила все на свои места, но и теперь — что я еврейка я сказать не могу, а что я русская — тоже.

Так что ждать от — фона особой любви к евреям? С чего бы?

Вокруг света с ботаником

19. 07. 2011

Я уже несколько раз рассказывал об исторических фигурах, которые по той или иной причине не сгодились мне в прототипы для литературных персонажей.

Теперь сделаю нечто прямо противоположное: познакомлю вас с реально существовавшей личностью, которая, хоть и в сильно измененном виде, угодила в один из моих романов («Сокол и ласточка»). А заодно, кстати уж, отвечу скептикам, которые упрекали меня за чрезмерную резвость фантазии: мол, никак невозможно, чтобы на судне 18 столетия, при скученности и полном отсутствии приватности, женщина могла выдавать себя за моряка.

А вот и могла! Свидетельство тому — история Жанны Баре.

Она отправилась в кругосветное плавание капитана де Бугенвиля в качестве слуги ученого-натуралиста Филибера Коммерсона. Поскольку устав запрещал женщинам находиться на военном корабле, Жанна назвалась «Жаном» и нарядилась в мужское платье. Жила в одной каюте с ученым, прислуживала, ассистировала при сборе ботанической коллекции. Было ей в то время 26 лет.

Это она в матросском наряде собирает травы

Маскарад оставался неразоблаченным много месяцев — пока корабль «Этуаль» не прибыл на остров Таити.

Едва Жанна вместе с другими матросами спустилась на берег, как туземцы сразу заорали, показывая на нее: «Айенн! Айенн!», что означало: «Женщина! Женщина!». В тонкостях европейских костюмов дикари не разбирались, им было все равно, штаны или юбка, и представительницу прекрасного пола они распознали по запаху. (Запахи у европейцев догигиенических времен, а уж особенно после долгого плавания, были могучие). Таитяне, как известно, щедро делились с гостями своими женщинами и ожидали от заморских друзей такой же широты. Интересно же: белая самка! Свое антропологическое любопытство туземцы выражали столь активно, что перепуганная Жанна кинулась от них наутек и во всем призналась капитану Бугенвилю. При этом она сказала, что мсье Коммерсон ни в чем не виноват, он понятия не имел об истинном гендере своего «слуги», когда брал его, то есть ее на работу.

Простодушный ботаник

Коммерсон на голубом глазу подхватил: он-де человек науки, кроме цветочков-лепесточков ни в чем не разбирается и ужасно потрясен открытием. Одно слово — ботаник. «Я поэт, зовусь я Цветик, от меня вам всем приветик».

Не ударил лицом в грязь и капитан. Сразу нерушимо поверил обоим, о чем свидетельствует запись в его журнале от 28–29 мая 1768 года. Бугенвиль приказал лишь поселить нарушительницу морского закона отдельно от остального экипажа и следить, чтоб матросы ничего с ней не учинили.

Но едва «Этуаль» достиг первой же французской колонии, острова Маврикий, как Бугенвиль перестал прикидываться болваном и немедленно, как миленьких, ссадил на берег Цветика с его подругой.

Коммерсон, естественно, был соучастником маленького заговора. Как выяснилось, Жанна стала его любовницей, экономкой и ассистенткой еще за два года до плавания.

Здесь изображено, как они готовятся к посадке на корабль

Закончился этот водевиль с переодеванием, к сожалению, не слишком весело. Бедный Коммерсон не перенес тропического климата и умер.

Кругосветное плавание Жанна Баре завершила без него, однако позаботилась, чтобы научная работа ее бедного ботаника не пропала. В конце концов вернувшись в Париж, Жанна привезла с собой тридцать ящиков с бесценной коллекцией растений, три тысячи из которых были ранее неизвестны в Европе. Людовик XVI за это наградил самоотверженную путешественницу пожизненной рентой.

После смерти Коммерсона первая в истории «кругосветница» вышла за королевского офицера, никуда больше не плавала, жила тихо и по меркам того времени долго — почти 70 лет.

Вероятно, ей было что рассказать внукам.

Из комментариев к посту:

dolboeb

Самое трогательное — что единственным напоминанием об этой истории 220 лет спустя остается описанный Коммерсоном цветок, который называется бугенвиллеей.

nil_svetlana

Забавно как! Я словно в детство окунулась…

В детстве я забавлялась тем, что «переделывала» книжки: меняла сюжет, добавляла героев и приключений. У меня были переделаны и «Дети капитана Гранта». Я добавила туда «секретаря» Паганеля — Жана.

Это была девушка, которая, выдавая себя за мужчину, ассистировала Паганелю, описывала географические объекты, зарисовывала их, а в свободное время, писала приключенческие рассказы и печатала их в журналах. Ну, и вместе с рассеянным географом попала на Дункан и приключений добавилось ещё больше. А вот оказалось правда…

pirrattka

Я вот что вычитала: Жанна родилась в семье небогатых фермеров; родители умерли, когда ей было лет двадцать. После какого-то неудачного судебного процесса (наследство?) она осталась без денег и пошла работать гувернанткой к Коммерсону — он был вдовцом, жена умерла во время родов сына; об этом самом сыне Жанна и должна была заботиться. Вскоре она стала также секретарем Коммерсона. Их любовная связь вызывала неодобрение местного общества; в 1764 году, когда Жанна забеременела, они с Коммерсоном перебрались в Париж. Ребенка Жанна потеряла — он умер во время родов.

О ее жизни после смерти Коммерсона:

Чтобы на что-то жить, Жанна открывает «кабаре с бильярдом» в Порт-Луи (столице острова Маврикий). Но отношения с властями не складываются. Ее штрафуют за продажу алкоголя в воскресенье, «так как клиенты ее приходят на мессу пьяными».

Через год после смерти Коммерсона Жанна выходит замуж за французского офицера и перебирается во Францию. О последних годах жизни известно мало. Свое имущество Жанна оставила по завещанию сыну Коммерсона — тому самому, о ком заботилась много лет назад.

geneus

История далеко не уникальна, скорее широко распространена.

Многие женщины переодевшись мужчинами уходили в море от нужды или необходимости бежать из дому.

Наиболее знамениты пираты (или пиратки?) Anne Bonny и Mary Read. Они обе служили в пиратской команде одевшись мужчинами и указали на то, что они женщины только когда были захвачены королевским флотом и им гразила казнь.

Первая кавалерист-девица

1.08.2011

Считайте этот пост сиквелом к рассказу о доблестной любовнице ботаника.

Продолжение сильно припозднилось, как говорится, по не зависящим от редакции причинам.

Когда я готовился к написанию «Сокола и ласточки», мне попадались самые разные материалы о женском кросс-дрессинге восемнадцатого столетия. Некоторые истории не менее удивительны, чем биография пахучей Жанны Баре. Расскажу еще одну — и покончим с переодеваниями.

Если я спрошу вас, кто этот, хоть и безусый, но бравый офицер:

вы, конечно, сразу ответите: ну как же, это наша гордость, героическая Надежда Дурова, автор «Записок кавалерист-девицы». Я в детстве, как и многие, ее обожал — посмотрел «Гусарскую балладу» и прямо влюбился.

«Корнет, вы — женщина?!»

Потом, много позже, я вычитал, что Дурова была никакая не девица, а беглая жена и мать-кукушка. И вообще Надежда Андреевна, кажется, была довольно странным существом, у современников считалось хорошим тоном над нею потешаться. Однако не это стало главным моим разочарованием. Выяснилось, что не такая уж наша Дурова уникальная. В Европе подобных кавалеристок было пруд пруди.

Первая и самая знаменитая из них — ирландка Кристиан (можно Кит) Каванаг (1667–1739), биографию которой когда-то написал сам Даниэл Дэфо (титульная страница книги справа).

Жила она в Дублине, была молодуха как молодуха: имела мужа-гуляку, владела пивнушкой, родила двоих детей, донашивала третьего. И вдруг благоверный (его звали Ричард Уолш) пропал. Через какое-то время от него пришло письмо, что он насильно завербован и отправлен воевать в Голландию. В те времена принуждение к защите родины было разновидностью киднеппинга. (Впрочем, у нас это, кажется, случается и сейчас).

Любящая Кит оставила детей на попечение матери и отправилась за моря спасать злосчастного супруга. Дешевле и проще было совершить это путешествие за казенный счет, поэтому храбрая женщина остригла волосы, переоделась в мужское платье и тоже поступила на военную службу — вначале пехотинцем.

На этом сказка про Герду и Кая заканчивается, начинается сюжет иного жанра.

Представьте себе, солдатская доля неожиданно пришлась молодой ирландке по вкусу. Опасностей она не боялась, приключения будоражили кровь, общение с товарищами-головорезами духовно обогащало.

Кит участвовала в боях, была дважды ранена, попала в плен к французам, была выменена обратно — и продолжила ратную службу.

Из армии ее уволили по совершенно неженскому поводу: она убила на дуэли сержанта своей роты. Притом поединок случился из-за бабы. Кит очень старательно изображала лихого вояку: пила ром, мародерствовала, играла в карты и не упускала случая приударить за какой-нибудь красоткой — не доводя флирт до границ, грозивших разоблачением. Однажды какая-то проститутка даже заявила, что Кит отец ее ребенка и пускай гонит деньги на содержание своего ублюдка. Кит охотно заплатила наглой шлюхе.

Особенно зауважал я осторожную кросс-дрессершу, когда прочитал, что она разработала систему мочиться стоя, для чего соорудила какую-то хитрую трубку из серебра и кожи.

После дембеля Кит продержалась на «гражданке» недолго — вероятно, ей не хватало адреналина. Теперь она поступила в королевские драгуны, то есть стала именно что «кавалерист-девицей».

Вот она, красавица

При всем при том она продолжала разыскивать своего мужа. Базы данных в королевских вооруженных силах пока не существовало, нижние чины учитывались не столько по именам, сколько по головам, поэтому поиски заняли 13 лет.

На пропавшего супруга Кит наткнулась по чистой случайности и в очень неудачный момент — изменщик коварный как раз миловался с какой-то голландкой.

Тут кавалерист-девица окончательно порвала с женским прошлым, послала мужа туда, куда его следовало послать — и стала служить не тужить уже не ради восстановления семьи, а для собственного удовольствия.

Тайна Кит держалась целых пятнадцать лет и была раскрыта только из-за нового, тяжелого ранения. Хирург обнаружил у лежавшего без сознания героя неправильные половые признаки.

Дальше ее судьба сложилась менее экзотично, но все равно интересно. В армии разоблаченную травести оставили, но не драгуном, а маркитанткой. Блудный муж вернулся и продолжал блудить (однажды Кит была вынуждена отрубить очередной разлучнице нос — чтобы сделать ее менее привлекательной). А когда Ричарда убили в сражении, безутешная миссис Уолш перевернула две сотни трупов, прежде чем нашла свою кровиночку — и предала христианскому погребению.

Потом были другие мужчины и другие мужья, последнего из которых (разумеется, тоже солдата) звали Дэвис. Поэтому в историю Кит вошла под именем Кристиан Дэвис. Добрая королева Анна назначила ветеранше немаленькую пенсию: шиллинг в день.

А вы говорите Надежда Дурова.

Из комментариев к посту:

veronika_mvself

Меня во всех этих красивых историях не оставляет ощущение неправдоподобности, киношности. У женщины слишком много физиологических поводов выдать себя в мужском окружении — от голоса до запаха. То же самое в случаях наоборот — когда мужчина бреет ноги, накладывает грудь и густой грим и начинает говорить тонким голосом. Не верю, что в жизни сюжет фильма «В джазе только девушки» мог бы продлиться больше, чем несколько часов, до полного разоблачения. А как девицы выдавали себя за мужчин на войне — вообще представить не могу. Только явное преобладание в организме мужских гормонов могло их спасти от разоблачения.

fizdipyushka

Из переодетых женщин — очень интересная, просидевшая в затворе тридцать лет, убежавшая из дома в пятнадцать, чтоб не ходить замуж Дарья Тяпкина, дворянка, она же Досифей, известный и прославленный Китаевский старец

ПРИЛОЖЕНИЯ

«ГОЛОСОВАЛКИ»

По пятницам у меня в блоге задается какая-нибудь тема для обсуждения или голосования. Она может быть серьезной или не очень. Здесь я приведу данные нескольких опросов, результаты которых кажутся мне примечательными. В «голосовалках» могут принимать участие не только члены «Благородного Собрания», а все ЖЖ-пользователи.

Каждое голосование сопровождается бурной дискуссией, и это самая интересная часть «голосовалки». Но формат книги не позволяет напечатать материалы этих споров. Прочесть их можно в архиве блога.

Опрос: «Русскость»

8 апреля, 2011

Сначала расскажу маленькую историю.

Недавно у меня был разговор с Френсисом Грином. Это английский физик, сын Грэма Грина и, как говорили в советские времена, «большой друг нашей страны». Уже несколько десятилетий он приезжает в Россию по несколько раз в год и всё время кому-то помогает: то нашей литературе, то обществу «Мемориал», то нашим политзаключенным. В общем, совершенно замечательный дядька. И задал я ему вопрос, который меня всегда в подобных случаях занимает.

«Скажите, а почему вы тратите столько времени, сил и денег на Россию? На кой мы вам сдались?»

Френсис отвечает: «Обычно русские формулируют этот вопрос иначе: за что вы так любите Россию?».

Ну хорошо, говорю, пусть так. За что же?

Он: «Я Россию совсем не люблю, ужасно не люблю — если говорить о государстве, которое во все времена паршиво обращалось со своими гражданами. Мне не Россия, мне русские нравятся».

Спрашиваю: «Чем это? И вообще, что такое с вашей точки зрения «русские»? Вот если попробовать вычленить одну главную, определяющую черту «русскости» — что это такое? Ну, допустим, считается, что немцы дисциплинированные, французы знают толк в любви, англичане сдержанные. А мы, по-вашему, в первую очередь какие?»

Френсис Грин в типично русской ситуации

Френсис меня поправил: «Нет, англичане в первую очередь не сдержанные, они в первую очередь чудаковатые. А русские не знаю какие. Не задумывался. Вы сами-то что про это думаете?»

Я изложил свое мнение. Он не согласился. Подумал-подумал и в результате сказал примерно следующее: «Когда я впервые попал в вашу страну в конце пятидесятых, меня больше всего поразило, что люди сидят за столом, на кухне (тогда ведь все сидели на кухне), и ведут разговоры о Больших Вещах. Причем это совершенно типичная ситуация. Я не могу себе представить, чтобы двое голландцев или англичан сидели за бутылкой и увлеченно рассуждали о смысле жизни, о душе, о ходе истории. Для меня русские — это люди, которые любят и умеют рассуждать на отвлеченные темы».

Я в жизни не слыхивал лучшего комплимента в адрес своего народа.

А теперь перехожу к недельному опросу, тема которого, я полагаю, вам уже понятна.

Что с вашей точки зрения является главной чертой русского национального характера?

Лакированный ответ на этот вопрос

Для ясности: под «русским человеком» я имею в виду не беспримесного потомка вятичей и кривичей, а человека, сформированного русской культурой. Поэтому Булат Окуджава или Осип Мандельштам — русские, а, скажем, Шарль Азнавур, хоть по крови и армянин, но настоящий француз французович. Понятно, да?

Голосовалки с нажатием на кнопочки в этот раз не будет. Пишите в комментах свою формулировку (желательно четкую и лаконичную) и, пожалуйста, ставьте впереди +, если считаете черту хорошей и! если считаете качество плохим. То есть попробуйте выделить два параметра: что в нас самое хорошее и что самое плохое.

Пример правильного оформления:

+ Всемирная отзывчивость русской души

! Напускная грубоватость, за которой таится неподдельное хамство

Через неделю посчитаем и поглядим, что такое «русскость» с нашей коллективной точки зрения.

«Номинации», выдвинутые в дискуссионных ветвях, при подсчете учитываться не будут — их трудно выловить.

Надеюсь, мы не переругаемся, как это обычно происходит при подобных обсуждениях.

На всякий случай предупреждаю: модератор стоит с шашкой наголо и будет с ходу рубить всякого, кто сорвется на оскорбительный тон — неважно, под каким национальным флагом.

Русские о «русскости»: итоги

Оказалось, что национальным самовосхвалением члены Благородного Собрания не грешат. Отрицательных качеств русского национального характера (далее РНХ) в ходе дискуссии было выявлено гораздо больше, чем положительных, и обсуждались они явно охотнее. В связи с чем с ходу прибавлю от себя одну редко упоминавшуюся, но очевидную черту: мазохизм (если считать ее чем-то плохим) или самокритичность (если ей радоваться).

А собирательный Русский в нашем совместном представлении получился существом довольно любопытным. Описываю его пока безоценочно — просто на основании частоты упоминания тех или иных особенностей.

Итак, за что же мы себя любим (уважаем, ценим, одобряем)?

Во-первых, за отзывчивость, сердобольность, открытость, эмпатию, сострадательность — в общем, за душевность.

Во-вторых, за «дум высокое стремленье», оно же «духовность», «незаземленность» — та самая особенность, о которой говорил Френсис Грин.

В-третьих, за широту души (она же щедрость, она же размах).

Как ни удивительно, это всё. Прочие достоинства упоминались реже и через «семипроцентный барьер» не проходят.

Разнообразнее и увлеченнее выискивались недостатки РНХ.

С огромным отрывом лидируют лень и близкие к этой категории понятия: безынициативность, обломовщина, раздолбайство, безалаберность, пассивность. Сюда же я присоединил бы и часто фигурировавшие безответственность с необязательностью. Предлагаю обозвать всё это безобразие научным терминомпофигизм. Не будет преувеличением сказать, что в «теневом парламенте» национальной души эта фракция обладает просто-таки конституционным большинством.

На втором месте — хамство (грубость, неуважение к личности) и дефицит чувства собственного достоинства.

На третьем — постимперский синдром (к этой же группе я отношу часто поминавшиеся ксенофобию и шовинизм).

На четвертом — внутренняя несвобода (трепет перед начальством, упование на «доброго царя», политическая боязливость и прочее).

А еще мы осуждаем себя за неряшливость, за привычку сваливать вину на других, за пьянство и за косность — но это уже на уровне мелких досадностей.

Это суммарное изображение вряд ли можно назвать фотографическим портретом, и я вовсе не уверен, что именно таковым РНХ является в действительности. Но это автошарж, нарисованный коллективным сознанием — по-моему, тоже интересно.

Попытаемся для наглядности представить себе реального человека (литературный персонаж?), который обладал бы полным набором вышеприведенных характеристик. Душевный и высокодуховный раздолбай, плохо воспитанный и робеющий начальства, но зато способный на большие поступки и считающий, что он — молодец среди овец. Что-то у меня не хватает начитанности. Кто бы это мог быть? Подскажете?

Гораздо проще разделить Русского Человека на двух персонажей, один из которых членам Благородного Собрания симпатичен, а второй отвратителен.

«Есть две национальные культуры в каждой национальной культуре» © В.И.Ленин

Наш русский «доктор Джекилл» — не человек, а мечта: умом устремлен к звездам, душой — к людям, да еще великодушен и немелочен. С примерами хоть из литературы, хоть из жизни проблем у вас, я думаю, не возникнет. Кто из соотечественников, по-вашему, именно таков?

Наш русский «мистер Хайд» — пьяноватая и безответственная скотина, трусящая начальства и попеременно одолеваемая то комлексом неполноценности, то комплексом превосходства. За конкретными примерами, увы, тоже далеко ходить не придется, правда? Но в комментах прошу их не приводить — скучно.

Вот и получается, что наша дискуссия не столь бессмысленна, как сочли некоторые из ее участников. По крайней мере, мы выяснили, с какими качествами в себе нам нужно бороться, а какие стимулировать. Уже немало.

В заключение изложу свой собственный взгляд на предмет. Не хотел делать этого до начала обсуждения, чтоб оно не зациклилось на правильности/неправильности моего частного мнения.

Сущностно я согласен с теми, кто написал, что всякая прононсированная характеристика является одновременно и достоинством, и недостатком.

Если бы мне пришлось выделить одну-единственную, главную и, так сказать, типообразующую черту «русскости», я бы назвал крайнюю размытость чувства меры. Стереотипизированный русский человек не знает меры ни в хорошем, ни в плохом.

Вероятно, исторически это объясняется географическими просторами, отсутствием границы (то есть меры) с восточной стороны: катись себе куда глаза глядят — хоть 500 лет, пока не упрешься в Тихий океан.

Или, может быть, причина в православии — наименее приземленной и наименее дисциплинирующей разновидности христианства (это частное суждение автора, которое он никому не навязывает и на истинности которого не настаивает — короче говоря, IMMHO, где второе М означает “most”).

Возможно также, что неоформленность наших экзистенциальных контуров обусловлена постоянным и бесконтрольным давлением государства на население. На длительное ограничение свободы психика обычно реагирует взрывным образом: периоды подавленности, сжатия сменяются пружинообразным расширением. Переход от рабской покорности к пугачевщине случается в один миг.

Русскому национальному характеру всегда всего мало, у нас есть серьезная проблема с поиском золотой середины. Чаще всего это плохо; иногда — в периоды крайнего общенационального напряжения — эта характеристика оказывалась спасительной.

Еще хочу заметить, что отсутствие чувства меры не является чертой уникальной. На свете есть и другие народы, страдающие (или облагодетельствованные — зависит от точки зрения) этим качеством.

А впрочем тут тема для отдельного поста.

Голосование: «Талант и ответственность»

22 апреля, 2011

Не знаю, случается ли такое в нормальных семьях, но в нашей бывает, и нередко, что мы с женой разругиваемся в дым из-за какого-нибудь отвлеченного, абсолютного абстрактного предмета (видимо Френсис Грин все-таки прав). Одна из тем возникает вновь и вновь, причем переубедить друг друга мы никак не можем. Поэтому я решил обратиться за поддержкой к вам, дорогие читатели блога, чтобы вы все как один встали под мое знамя нерушимой стеной, обороной стальной.

Этот неразрешимый спор возникал у нас из-за разных персон, в последние годы нередко из-за Никиты Михалкова, вернее его шумных общественно-политических демаршей, которые нам обоим одинаково не нравятся, но по-разному влияют на наше отношение к этому талантливому режиссеру.

Излагаю позиции противоборствующих сторон.

Первая: Если человек избран судьбой (можно — Богом) и наделен Даром, это возлагает на него особую ответственность за поступки. Спрос с талантливого человека должен быть строже, чем с человека заурядного. Кому много дано, с того много и спросится.

Вторая: Талантливый человек подарил всем, в том числе лично мне, свое искусство. Если взять того же Михалкова, я всегда буду ему благодарен за фильмы, которые он снимал в семидесятые и отчасти восьмидесятые годы. Эти картины стали частью меня, и далеко не худшей. Почему же я должен к такому человеку, даже если он совершает поступки, с моей точки зрения недостойные, относиться строже, чем к какому-нибудь паршивцу, которому я ничем не обязан? Разве это не вопиющая неблагодарность? С кем следует согласиться — с Пушкиным, который великодушно сказал про сославшего его Александра: «Простим ему неправые гоненья. Он взял Париж, он основал Лицей» — или с пушкинским Сальери, причитавшим: где ж правота, когда священный дар достается всяким редискам?

(Вот вам классический пример предвыборной агитации с использованием административного ресурса и контроля над средством массовой информации: первую точку зрения я изложил сквозь зубы и скороговоркой, вторую — подробно и любовно. Все голосуем за второй вариант!)

Только у меня большая просьба к комментаторам. Высказывайтесь, пожалуйста, не про Михалкова (Бог с ним совсем), а по существу спора.

Как относиться к выдающимся художникам, которых вы высоко цените за талант и осуждаете за какие-то поступки, не связанные с искусством? У меня, например, много этических претензий к аморальному Байрону, демоническому Лермонтову, безобразному в загуле Есенину, фарисействующему Гоголю, фашиствующим Эзре Паунду и Кнуту Гамсуну, эгоистичному нарциссисту Мисиме, приспособленцу Алексею Толстому (притом что всех их глубоко чту). А кого любите, но не одобряете вы? И главное: прощаете ли вы своим кумирам слабости и пороки?

ИТОГИ ОПРОСА

«Как относиться к талантливому художнику, совершающему некрасивые поступки?»

Участников: 2908

Строже, чем к обычному человеку 576 (19.9 %)

Снисходительней 587 (20.3 %)

Спрашивать той же мерой 1728 (59.8 %)

Опрос: «Трискайдекафобия и прочие игрушки»

13 мая, 2011

Сегодня у нас так называемая «черная пятница», то есть пятница, пришедшаяся на тринадцатое число — жуть в квадрате.

Существуют разные версии относительно того, как давно люди испытывают страх перед «черной пятницей». Якобы с того дня, когда в пятницу тринадцатого сожгли тамплиеров (все читали Дрюона и знают, что за этим последовало).

Прóклятая пятница

Но это, конечно, ерунда. Трискайдекафобия (страх перед числом 13) возник относительно недавно, лишь в позапрошлом веке. С развитием законности и медицины реальная жизнь в цивилизованных странах стала менее страшной, и люди, чтобы пощекотать себе нервы, стали пугать себя разными фантазийными страшилками: франкенштейнами, вампирами, вертящимися столами, нехорошими датами.

Самое известное доказательство гибельности пятницы для всякого рода начинаний связано с моряцкими суевериями. Желая раз и навсегда покончить с предубеждением матросов против пятницы, британское адмиралтейство построило корабль «Пятница». Он был заложен в пятницу, в пятницу спущен на воду, фамилия капитана была Фрайди. Корабль пустился в плавание — естественно, тоже в пятницу. Он гордо удалился за горизонт на полных парусах. Больше никто его никогда не видел.

А потому что нечего шутить с пятницей…

История эта, само собой, выдумана с первого и до последнего слова, но гуляет из книжки в книжку до сего дня.

Всё это, как вы догадываетесь, не более чем предисловие к нашему недельному опросу: про веру во всякую мистическую чепуху.

Но сначала давайте расскажу, как с этим обстоит у меня.

Я, в общем, суеверен — но суеверен избирательно. В плохие приметы не верю, верю только в хорошие. То есть черных кошек не боюсь и через левое плечо не плюю, но зато радуюсь и получаю заряд бодрости, если накануне какого-то ответственного события вижу радугу (особенно двойную) или вдруг зачешется правый глаз.

С числом 13 я вообще в прекрасных отношениях. Я прожил 13 счастливых лет на 13 этаже в квартире 373, и притом мирно почивал, не ведая бессонницы, в спальне площадью 13 метров. С той поры у меня трискайдекамания — противоположность трискайдекафобии.

А еще, планируя какое-нибудь важное дело (например, запуск новой книжки), я обычно прошу издательство выбрать для этого день «тайан», благоприятный для начала пути. И уж (так, на всякий случай) избегаю дня «буцумэцу», в который умер Будда. Вам кстати посоветую тоже не пренебрегать буддийским календарем счастливых, несчастливых и полусчастливых дней. Хуже не будет. Можете взять сей путеводитель удачи, например, вот здесь:

http://www.seiyaku.com/customs/rokuyo.html#days

Знаете, мне, пожалуй, жалко было бы избавиться от моих суеверий. Они делают жизнь занятней. Мне нравится эта игра с самим собой, она рифмуется с тайной надеждой, что всё на свете не просто так и что есть некие мистические знаки и послания, адресуемые персонально мне.

А как относитесь к суевериям вы? Каких примет/знаков/чисел вы боитесь? Происходили ли с вами истории, подтверждающие или опровергающие «суетные верования»?

ИТОГИ ОПРОСА

«Верите ли вы в приметы, знаки, особые числа?»

Участников: 1874

Я очень суеверен (суеверна), верю во все известные приметы 12 (0.6 %)

Верю только в добрые приметы 180 (9.7 %)

Верю только в недобрые приметы 14 (0.8 %)

Не то чтобы верю, но there are more things, друг Гораций 818 (43.9 %)

У меня собственная тайная система примет 383 (20.6 %)

Не верю ни в какие приметы 455 (24.4 %)

Недельный опрос, простенький

17 июня, 2011

А не приступить ли нам к решению вечных вопросов, столь любимых соотечественниками?

С вопросами политически опасными («Кто виноват?» и «Что делать?») пока повременим, чтобы не переругаться.

Начнем с простого.

Сколько-то лет назад, когда я еще работал в журнале «Иностранная литература», была у меня встреча со студентами одного московского ВУЗа. Я рассказал им что-то про современную словесность, предложил задавать вопросы.

Вопросов было всего два. Какой-то мальчик спросил: «А сколько вы в своей редакции получаете?» И еще одна девочка пожелала узнать, в чем смысл жизни.

Мальчику я угрюмо ответил: «Не скажу»; девочке — «Не знаю», и встреча закончилась. Усталый и недовольный, я побрел к метро.

Как говорится, шли годы.

Теперь такими вопросами меня не смутишь. Про заработки журналисты меня спрашивают довольно часто, и я бодро отвечаю:

«Все данные в налоговой инспекции».

Со смыслом жизни я тоже, кажется, разобрался. Ответ, который я нашел, лично меня вполне удовлетворяет. Не знаю, правда, какого мнения по главному вопросу бытия придерживаетесь вы.

Как вы уже догадались, именно это я и хочу выяснить с помощью нынешнего опроса. Не может же быть, чтоб каждый из вас не пытался решить эту старинную задачку? Ну, с верующими понятно — им ответить на вопрос легко. Или я ошибаюсь? Хотелось бы узнать и про это.

Итак: В ЧЕМ, ПО-ВАШЕМУ, СМЫСЛ ЖИЗНИ?

Высказывайтесь, кому есть, что сказать.

Вот мое мнение:

Кто читал мои книжки, вероятно, и так уже знает мое мнение (замечу, не особенно оригинальное). Со смыслом жизни я ничтоже сумняшеся разобрался в первом же своем романе, хоть читателю и может показаться, что речь там идет совсем о другом.

Жизнь каждого человека должна быть уникальна — это раз.

Уникальной она будет в том случае, если ты сумел понять, что ты умеешь делать лучше всех на свете — это два.

В-третьих, я совершенно согласен с леди Эстер: всякий человек наделен Даром, просто мало кому удается в течение жизни этот Дар в себе обнаружить. (А большинство, увы, даже и не пытаются, задавленные мелкими или немелкими заботами).

Итак, смысл жизни, по-моему, в том, чтобы найти свой Путь и, не сбиться с него до самого конца. А уж Путей и Даров на свете бесчисленное множество. Любить какого-то конкретного человека (мужа, жену, ребенка) лучше всех на свете — тоже, между прочим, уникальный Дар, где никто никого не заменит и не превзойдет.

Другой мой персонаж, мистер Фрейби, посоветовал туповатому герою романа: «Live your own life». Целиком присоединяюсь к этому совету. Нужно прожить свою собственную жизнь, а не ту, которую тебе навязывают другие люди, внешние обстоятельства или установившиеся представления об успехе/неуспехе.

И все дела.

Из комментариев к посту:

abondareva

О-о-о, какая тема…

Все религии мира говорят о том, что смысл жизни — в приготовлении к смерти. Земная жизнь — санпропускник перед жизнью вечной. Насколько чистым из него выйдешь, настолько дальше от порога тебя потом в светлую горницу и пропустят.

Но даже теория очищения души не отрицает возможность счастья, к которому стремится любой человек. А «что такое счастье, каждый понимает по-своему». И вот тут полистала я свои записные книжки…

Артур Кларк послал в космос свою ДНК в надежде вновь возродиться после смерти. Прядь из шести волос должна быть запущена американской компанией в сторону Млечного пути. В 83 года Кларк заявил, что когда-нибудь некая суперцивилизация найдет эту посылку и воссоздаст его в ином времени и ином месте.

В селе Судосеве (это нынешняя Мордовия) мать художника Серова Валентина Семеновна более ста лет назад открыла пять школ и столовую для бедных. Кирпичиков от тех зданий, конечно, здесь уже не осталось. Но до сих пор в селе живет много Серовых — это правнуки тех, кого Валентина Семеновна брала из приюта и здесь же, в селе, учила и кормила. И продолжают они воссоздаваться в ином времени, и помнят до сих пор, от кого досталась их родная фамилия.

И вот еще мои выписки из районных газет (о, тут такие всякости попадаются!) Например: в райцентре сколько-то лет назад закрыли баню. Соцработник Любовь Никонова стала по четвергам делать собственную общественную баню для пенсионеров своей улицы. Тратит дрова, веники, чай мятный. И делает это не напоказ, но с удовольствием бесконечным (заметка, правда, третьегодничная, может, теперь в Ельниках баню-то и построили, но понимания счастья Любы Никоновой это никак не отменяет).

А в темниковском селе Булаеве учитель Нина Николаевна и токарь Алексей Викторович взяли из детдома мальчика Сашу. Ему было четыре года, но он не разговаривал. В день появления Саши мать посадила в доме цветок. Саша его каждый день поливал и рос быстрее цветка. И заговорил, и догнал в развитии сверстников.

И еще — маленькая заметочка из атяшевской районки: на Новый год кот Семен нашел на помойке умиравшего от холода и голода котенка, принес его домой, к своему блюдцу с молоком, а потом уложил в вату под елку. Утром хозяева обнаружили подарок. На улицу сироту выгонять не стали. Котенок теперь подрос и дружит с опекуном. Оба счастливы.

Счастье — это ведь не только для людей? Может быть, смысл жизни есть у всего сущего?

Голосовалка: Храм Чистой Воды

15 июля, 2011

Вот тема, которая меня давно интересует: насколько традиционные представления о «женском» и «мужском» соответствуют реальности. Предлагаю проверить это при помощи опроса — на первый взгляд, довольно дурацкого.

Сначала расскажу маленькую историю, с которой, собственно, и начались мои сомнения в верности гендерных стереотипов.

Давным-давно был я в городе Киото, в экскурсионной поездке. Наша группа состояла из совсем молодых людей обоего пола.

Во время посещения храмового ансамбля Киёмидзудэра (Храм Чистой Воды) нам показали магический водопад. Там с крыши по желобам стекали три струи. Экскурсовод сказал, что, если попить этой воды, исполнится желание. Ассортимент, по его словам, был такой: выпьешь из первого — сильно поумнеешь, из второго — будешь долго жить, из третьего — несказанно похорошеешь собою. Но пить можно только из одного источника. Если из двух, эффекта не будет. А выпьешь из трех — вообще помрешь.

Я порылся в интернете, разыскивая те три струи. Кажется, это они:

Правда, про красоту в энциклопедии ни слова — вероятно, экскурсовод пошутил.

Экскурсовод вообще был весельчак и кокетничал с нашими девицами. Над рассказом об исполнении желаний мы все посмеялись, пить волшебную воду никто не пожелал. Это было как-то не к лицу представителям прогрессивной советской молодежи.

В ту пору я еще не работал инженером человеческих душ, но кое-что про психологию уже понимал. Поэтому, когда экскурсия закончилась и все разбрелись гулять, я сразу же кинулся к чудесному источнику и спрятался в кустах на подходе к святилищу.

Предчувствия меня не обманули.

В какие-нибудь четверть часа мимо моей засады, оглядываясь по сторонам, проследовали, один за другим, все члены нашей группы.

Сначала меня это очень смешило. Потом я перестал хихикать в своих кустах и призадумался.

Дело в том, что все юноши пили из одной струи, а девушки — из другой, третья же осталась вовсе невостребованной. Единодушие (и неожиданность) гендерных предпочтений меня поразили.

Какой выбор сделали мои товарищи по группе, я напишу пока скрытым текстом, чтобы не влиять на результаты голосования. Открою через неделю. Кому интересно — посмóтрите.

Все девушки, как ни странно, возжелали долголетия. А я-то по молодости лет считал их романтическими существами! Все юноши хотели стать красивее. Ну, это еще куда ни шло. Если честно, я тоже собирался, когда все уйдут, выпить именно «украшающей» воды. Но после столь удручающего единообразия, конечно, решил соригинальничать: выпил эликсир ума (хоть и безо всякого удовольствия, потому что почитал себя и так ужасно умным). Может быть, конечно, специфику выбора моих товарищей по группе определили молодость (юношей в этом возрасте больше всего занимают сексуальные успехи) и специфичность социального среза («выездные» девушки советской эпохи, как правило, отличались прагматичностью жизненных установок). Не знаю — поглядим, что получится у нас.

А теперь вопрос. Представьте, что вам повезло оказаться перед источником с тремя волшебными струями. Какой влаги вы бы испили? Вообразите, что кликанье на тот или иной вариант ответа равнозначно загадыванию желания — и отнеситесь к этому ответственно. Другого шанса за здорово живешь повысить ай-кью, крепость здоровья или секс-аппил у вас никогда больше не будет.

Варианта «глупости какие, чудес не бывает» вы здесь не найдете. Скучные люди, которые даже гипотетически не допускают возможности Чуда, не голосуют. У меня тут, как в российском Центризбиркоме: вариант "против всех" не предусмотрен.

ИТОГИ ОПРОСА

«Выбор желания»

Участников: 3574

Пьем воду из волшебного источника

Я мужчина и желаю стать красивее 111 (3.1 %)

Я женщина и желаю стать красивее 530 (14.9 %)

Я мужчина и желаю стать умнее 800 (22.5 %)

Я женщина и желаю стать умнее 906 (25.5 %)

Я мужчина и желаю жить подольше 583 (16.4 %)

Я женщина и желаю жить подольше 621 (17.5 %)

Опрос: «За красных или за белых?»

5 августа, 2011

В последней порции вопросов был один, ответить на который мне было непросто. Вот он:

marishka13k

Уважаемый ГШ, хотелось бы узнать как вы относитесь к Колчаку Александру Васильевичу. Является ли он для вас героем? И, в связи с этим, еще вопрос про гражданскую войну. Если бы вам пришлось выбирать, вы бы встали на сторону красных или белых? Может вообще бы уехали из страны?

Я имею в виду не первую часть вопроса, касающуюся моего отношения к адмиралу Колчаку. Героем он безусловно был, но на той войне героев хватало, с обеих сторон. Если же говорить о белогвардейских вождях, то самым сильным из них, по-моему, являлся Петр Врангель. Возглавь он Белое движение не в двадцатом году, когда война была уже проиграна, а раньше, очень вероятно, что исход противостояния был бы иной.

Ладно, не о персоналиях речь. Речь о том выборе, который каждый из нас сделал бы, родись мы на век раньше и окажись в России 1918 года.

Какую сторону вы бы выбрали в гражданской войне? Или не стали бы в ней участвовать? Очень интересно посмотреть, как разделится наше сообщество по бело-красному принципу.

Про себя скажу так. Я бы, наверное, эмигрировал в самом начале братоубийственной бойни — если бы, конечно, имел такую возможность. А не имел бы — всячески уклонялся бы от мобилизации. Чтобы браться за оружие, нужно быть абсолютно уверенным в своей правоте. У меня в восемнадцатом такой уверенности не было бы. Мое сословие получило исторический шанс в феврале — и бездарно провалило свою миссию. Как после этого воевать и с кем?

Итак, голосуйте и высказывайтесь. Срок, как обычно, одна неделя.

ИТОГИ ОПРОСА

«Гражданская война: Мой выбор»

Участников: 2740

С кем вы, господа-товарищи?

Я был(а) бы за красных 332 (12.2 %)

Я был(а) бы за белых 742 (27.3 %)

Я бы уехал(а) из России 1097 (40.4 %)

В лес, к зеленым! 180 (6.6 %)

Просто ждал(а) бы, когда кончится этот ужас 366 (13.5 %)

ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ

В России принято задавать писателю вопросы на самые разные темы. Почему-то считается, что писатель не просто сочиняет романы, а еще и обладает неким сокровенным знанием. Традиция эта не с меня началась и не мною закончится. В начале своей писательской жизни на любые вопросы, не касающиеся непосредственно моих книг, я принципиально не отвечал — говорил: «не знаю». Со временем я пообтесался, смирился и теперь исправно отвечаю: смысл жизни в том-то и том-то; любовь — это вот что; ученье — свет; жизнь прожить — не поле перейти, ну и прочее подобное. Назвался писателем, полезай в кузов.

У меня в блоге для вопросов есть специальный «почтовый ящик»:

Меня там спрашивают о чем угодно, и я периодически — специальными «постами» или прямо в «ящике» — отвечаю на накопившиеся вопросы.

Вот небольшая подборка, дающая представление о разнообразии читательских интересов.

skorobogatovnik

Уважаемый ГШ!

К сожалению Ваши читатели мало знают о Вас в молодости. Накануне праздника "Защитника Отечества" интересно узнать нам всем, служили-ли Вы в Советской Армии, если нет, по каким причинам?)))

И еще, как Вы оцениваете это народный праздник с точки зрения историка? Нужен или нет?

Через 6 лет мы будем праздновать 100 летний юбилей этого праздника (после олиипияды" в субтропиках" 2014 конечно)))

Я старший лейтенант запаса. Дважды доблестно был на сборах, еще в Советской Армии. 23 февраля — годовщина непонятно чего. Лучше бы День Бородина "мужским праздником" назначили.

tayra kiyomori

Григорий Шалвович! Провели вы очень интересный эксперимент с Брусникиным и Борисовой. Но вот давайте теперь представим, что к издателям, с теми же произведениями, обратился не известный писатель Акунин, а никому не известные Анна Борисова и Анатолий Брусникин.

Как вы думаете, какой бы был результат? И где этих людей ждали бы основные трудности?

С уважением.

Это лотерея. Я в свое время с Акуниным несколько раз получил от ворот поворот, хотя хорошо знал издательский мир.

Трудности у Борисовой и Брусникина были бы с раскруткой. Издательство скорее всего не рискнуло бы вкладывать в рекламу неизвестного автора большие деньги. А если все-таки рискнуло бы, то потребовало бы от автора вечной верности (что, в общем, было бы справедливо).

roterdamskii

Уважаемый Григорий Шалвович!

Очень люблю серию о сестре Пелагее. Хотелось бы узнать, вы будете еще над ней работать? А также будут ли у вас проекты на подобии серии "Жанры"?

«Пелагия» закончилась. «Жанры», ЕБЖ, будет продолжаться.

skorobogatovnik

Доброй ночи, уважаемый ГШ!

Вопрос короткий.

Доводилось-ли Вам курить?

Вы "за" или "против" сей пагубной привычки?

Большинство ваших героев не курят и не пьют (а вот женщины и карты уххх)???

Почему в ваших произведениях так мало их, вредоносных персон 19 века)))

Ведь "культ" курильщика был огого какой???

Вопрос был задан табачной компанией)))))

Я бросил курить ровно шесть лет назад. У меня был такой жизненный план: до 50 буду жить, как хочу, а потом возьмусь за ум. Так и сделал. Бросил курить, произвел полный техосмотр организма с ремонтом, скинул 20 кг веса, стал ежедневно проводить час в спортзале. Курить до сих пор иногда хочется, но я очень рад, что бросил. Всякая зависимость (если это не любовь) унизительна.

pavel _kartashov

ГШ, я понимаю, что о выходе "Детской книги — 2" будет объявлено дополнительно. Но подскажите пожалуйста, когда ее ждать? В конце года? Или в начале следующего?

Книга закончена, сейчас начинается иллюстрирование. Она получилась не совсем такой, как я предполагал, но подробно расскажу позже.

boalni

Григорий Шалвович, как вы считаете, если бы Гитлер промедлил и не напал на СССР в июне 1941 г. Сталин напал позже на Германию? Считаете ли вы германский удар превентивной мерой для уничтожения основных сил Красной Армии? Давно мучает этот вопрос, тк в последнее время приводятся очень много свидетельств в подготовке к наступательной войне. Такие как уничтожение укрепрайонов, партизанских формирований, высшего командного состава; сосредоточение крупных сил на западных границах.

Конечно, Сталин готовился к войне с Германией. Но, судя по всему, раньше 1942 года начинать ее не собирался. А Гитлер решил нанести превентивный удар, потому что после бездарно проведенной Финской кампании счел Красную Армию легкой добычей. Такая версия событий кажется мне наиболее вероятной.

marinach123

уважаемый ГШ,

Я живу в Израиле уже 21 год (с 1991 года), с 10 лет, вместе с тем я стараюсь не терять связь с Российской жизнью и культурой.

Я хотела бы спросить Вас вопрос связанный со сложившейся политической ситуацией в России. Как я понимаю из вашего блога, из средств свободной (пока) массинформации и из моих разговоров со знакомыми живущими в России, бОльшая часть Российской интеллигенции понимает что представляет из себя нынешняя власть, но, к сожалению, бОльшая часть России к этой прослойке общества не относится.

Считаете ли Вы, как человек находящийся в гуще событий, что реально поменять сложившуюся ситуацию теми силами и методами которые имеются сейчас, или же, как это не прискорбно, это будет как в ивритской пословице (в авторском вольном переводе): "собаки лают, а караван идёт дальше"?

С уважением,

Марина

P.S. Заранее приношу извинения за возможные орфографические и стиллистические ошибки (в мою защиту — русский язык на уровне пятого класса СШ после 21 года).

P.P.S. Хоть это и само собой разумеется, всё равно надо сказать, что я являюсь большой поклонницей Вашего литературного творчества, ЖЖ блога и общественной деятельности.

У меня нет сомнений, что ситуация в России изменится, и через некоторое время в стране установится демократия. Но борьба гражданского общества с авторитарной системой продлится еще года два-три. Такой у меня прогноз.

kampersky

Григорий Шалвович, скажите пожайлуста, а в книге "Квест" идея о "Судьях" как возникла? Вы считаете что есть кто-то управляющий миром? И второе: Как вы поняли что писатель-ваша профессия?

Думать, что существуют какие-то мудрые Судьи, приятно и интересно. На самом деле никаких судей кроме нас самих нет. Никто миром из кустов не управляет. Мир — это самоорганизующаяся (и самодезорганизующаяся) система.

Про писательство я понял поздно. Лет в сорок. А может не понял — просто дозрел.

indefin

Дошел я до такой жизни что не хочу качать из интернета ворованные аудиокниги. И возникла странная трудность. Я бы хотел покупать ваши (и не только) аудиокнги легально, но не хотел бы давать номер своей кредитки стремным российским сайтам. Где покупать ваши лицензионные аудиокниги на русском в штатах? На iTunes их нет (там только несколько на английском), нет и на амазоне. Поиск гуглом дает массу ссылок типа "скачать бесплатно". Что посоветуете?

Ей-богу, не знаю. Я давно уже завел себе специальную кредитку, где держу мало денег — специально для интернет-покупок.

midtitov

Григрий Шалвович, а когда планируете прогуляться против изменения закона о митингов и Конституции

Зачем повторяться? Давайте придумаем что-нибудь новенькое. Удивим неприятеля. Пусть они, глупыши, не поспевают за нами вводить новые запретительные законы.

an_neva

Господин Акунин, как Вы считаете, может ли русская женщина стать настоящей гейшей?:)

Только если ее с малолетства возьмут на воспитание в чайный дом.

nazar1937

Уважаемый Григорий Шалвович!

В двух Ваших книгах (вернее — Анны Борисовой:) "Креативщик" и "Времена года" упоминается песня "Александрина" в исполнении белорусского ВИА "Песняры". Это случайность или нет?

В самом деле? Видимо просочилось из подсознания.

fream

Я прошу прощения, если кто-то уже спрашивал, но: как вы относитесь к книге Паустовского "Повесть о жизни"? Какое она на вас впечатление произвела? Перечитывали ли?

Мне кажется, эта книга несправедливо забыта, Паустовского в школе преподносят как внеклассного писателя "про природу", а ведь эта книга обладает замечательным свойством: она заставляет посмотреть направо и налево, залезть за доп. литературой и читать так можно бесконечно (в качестве комплимента: ваши книги обладают тем же свойством)

Заранее спасибо за ответ)

Я недавно где-то писал про эту книгу. Для меня в свое время было большим разочарованием, когда я узнал, что это не повесть о жизни Паустовского, а сильно приукрашенная беллетристика. Нельзя так обманывать читателей, по-моему.

backvocal

Григорий Шалвович, подскажите, пожалуйста, мезон-де-ретреты, о которых рассказывается в романе «VREMENA GODA», где можно о них побольше почитать? Например, "Лазурная деревня" под Ниццей, упоминаемая Берзиным в разговоре с Верой, — она, действительно, существует? Интересует также вопрос, каков уровень цен для иностранных граждан, желающих воспользоваться услугами такого учреждения? Французским языком не владею, к сожалению. В других европейских странах есть что-то подобное?

Конечно, есть. Но французская система, по-моему, одна из лучших. Она очень гибкая, предусматривает разные уровни "самостоятельности". Очень завидно. И очень жалко наших стариков.

Content

Борис Акунин
Любовь к истории (сетевая версия) часть 2

ЧТО ЭТО ЗА КНИЖКА

Кароши люблю: Ирина Евтеева

Фото как хокку

Утонуть в пустыне (Из файла «Прототипы»)

Утонуть в пустыне. Разгадываем загадки

К вопросу о теории времени

Свечное сало и пушечное мясо (Из файла «Привычки милой старины»)

Русский и японец как братья (Карамазовы)

С любимыми не расслабляйтесь!

Поэт-царь

Весь мир — театр (продолжение поста от 2 мая)

«Святые люди»

Пожизненное

Севастопольские рассказы

Севастопольские рассказы-2. Забытые герои

Настоящий патриотизм

Из князей в грязи (и обратно)

Нескромное обаяние аристократии

Страшное видение в Страсбурге

Свой среди чужих (Из файла «Прототипы»)

Вокруг света с ботаником

Первая кавалерист-девица

ПРИЛОЖЕНИЯ «ГОЛОСОВАЛКИ»

Опрос: «Русскость»

Голосование: «Талант и ответственность»

Опрос: «Трискайдекафобия и прочие игрушки»

Недельный опрос, простенький

Голосовалка: Храм Чистой Воды

Опрос: «За красных или за белых?»

ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ