Джордано Адриенна

Запретная тема

Посвящается тем, кто пережил серьезную трагедию и не понаслышке знает, что некоторые раны не способно залечить даже время.

Глава 1

Брент Томпсон стоял посреди танцевального зала одного из самых шикарных отелей Чикаго и с любопытством осматривался. В зале было полно людей, занимавших высокое положение в обществе. Федеральный маршал чувствовал себя среди них непривычно. Впервые за долгое время он был здесь не по службе, а в качестве гостя. С одной стороны, никакой ответственности ни за кого, с другой – быть гостем не очень приятно. Поэтому вот уже два часа он не отходил от судьи Клайн, хорошо ее зная. Почти два года Брент обеспечивал ей защиту от одного сумасшедшего, которому она вынесла, на его взгляд, несправедливый приговор: тысяча двести долларов в качестве штрафа. Он был взбешен, совершенно потерял над собой контроль и жестоко отомстил судье, убив ее близких, мужа и детей, тем самым разрушив ей жизнь. Несчастная женщина долго не могла прийти в себя, мучаясь от гнева, отчаяния и чувства вины.

Поступки некоторых людей ставили Томпсона в тупик. Когда очередной псих по какой-либо ничтожной причине убивал целую семью, он испытывал отвращение ко всему человеческому роду.

Судья Клайн весь вечер улыбалась и непринужденно болтала. Те, кто видел ее впервые, ни за что не догадались бы, какую ужасную трагедию ей пришлось пережить. Брент очень ее за это уважал. Другая на ее месте навсегда замкнулась бы в своем горе. Но она сильная женщина.

– Брент!

Джеральд Хеннингс, лучший адвокат Чикаго. С трудом продираясь сквозь толпу, он направлялся к Бренту под руку с миниатюрной блондинкой в длинном ярко-голубом платье. Ей, вероятно, было уже за пятьдесят, но выглядела она потрясающе: совершенные скулы, огромные голубые глаза и красиво вылепленный нос. Должно быть, заслуга пластической хирургии. Копия Пенни, дочери Хеннингса, только старше, из чего Брент сделал вывод, что это миссис Хеннингс.

– Здравствуйте, мистер Хеннингс. Рад вас видеть.

Пять месяцев назад Бренту поручили охранять дочь Хеннингса. Какой-то сумасшедший, а их последнее время развелось видимо-невидимо, попытался убить ее прямо на крыльце федерального суда. Она чуть не свела Брента с ума своей бесконечной болтовней. Но, несмотря на ее несносный характер, Бренту удалось наладить с ней отношения, как, впрочем, и с Клайн. Они остались друзьями даже после того, как его работа закончилась. Но Брент до сих пор чувствовал ответственность за судьбы обеих женщин. Он всегда сопереживал людям, которые столкнулись с темной стороной жизни: сам был одним из них. Его трагедия, безусловно, повлияла и на характер, и на образ жизни. Но он, как и они, продолжал жить несмотря ни на что. Хеннингс перевел взгляд на спутницу:

– Это моя жена Памела. Пэм, это маршал Брент Томпсон.

Та приветливо улыбнулась, и сходство с дочерью стало еще очевидней. Томпсон подумал, что именно такой будет Пенни через двадцать пять лет.

Миссис Хеннингс крепко пожала ему руку.

– Спасибо, милый, – обратилась она к мужу, – что наконец познакомил нас.

Рукопожатие Памелы, ее улыбка и сердечный тон растрогали Брента, хотя он не поддавался чувствам, всегда стараясь подавить их.

– Мы с Пенни стали настоящими друзьями. Так что, если вам или вашей дочери снова понадобится моя помощь, я к вашим услугам.

Миссис Хеннингс весело рассмеялась и покачала головой.

– Вы здесь по службе? – спросил Хеннингс.

– Нет, сэр. Мы с судьей Клайн друзья. Я работал с ней в течение двух лет. Она прекрасный человек и всегда давала мне ценные советы, например, какой подходит к той или иной рубашке галстук.

– Хотела бы я, чтобы кто-нибудь давал такие советы моим сыновьям, – сказала миссис Хеннингс. – Наверное, ваша мать искренне благодарна Клайн за заботу о вас.

Хеннингс смущенно кашлянул. Бренту часто приходилось рассказывать о трагической смерти матери. И хотя он должен был давно к этому привыкнуть, говорить об этом легче не стало.

Мать погибла двадцать три года назад. Все эти годы Брент безуспешно боролся с тяжелой утратой. Мысли об этом не отпускали его ни на минуту.

– Моя мать умерла, когда мне было пять лет, мадам. Ее убили.

– Господи, какой ужас! – тяжело вздохнула Памела. – Очень жаль… Надеюсь, убийцу поймали?

– Нет, мадам. Дело так и не закрыли.

О том, что тогда произошло, он думал все эти годы. Кто и за что убил мать? Этот вопрос не давал ему покоя ни днем, ни ночью. Возможно, именно из-за ее смерти он решил стать маршалом. Шериф Карлайла не смог найти убийцу, и Брент решил искать сам.

– Полиция продолжает расследовать это дело? – спросила Памела.

– Скорее нет, чем да. Если у них появятся какие-то новые сведения или улики, они возобновят расследование. Но пока никаких сдвигов. Все свободное время я провожу собственное расследование.

– Может быть, твои коллеги могли бы помочь, Джеральд? – обратилась миссис Хеннингс к мужу. – Они настоящие профессионалы.

– Мы предоставляем защиту, а не расследуем убийства.

Памела смерила мужа ледяным взглядом.

– Все в порядке, миссис Хеннингс. Я сам прекрасно справлюсь. Однако спасибо вам за заботу.

Впрочем, Брент не отказался бы от помощи. Временами казалось, что следователь из него никакой, раз за столько лет он так и не смог раскрыть это убийство, и потому охотно обратился бы к кому-нибудь за помощью, раз уж не смог раскрыть эту тайну самостоятельно.

– Джеральд, ты недавно говорил, что Дженне наскучила рутинная работа, – не унималась миссис Хеннингс. – Что, если обратиться к ней? Мой муж позвонит вам завтра, и вы обсудите детали, – решительно добавила Памела. – Как вы на это смотрите, Брент?

– Это просто замечательно, – улыбнулся он, как и Джеральд Хеннингс, понимая, что с Памелой лучше не спорить.

Дженна вошла в бар «Фредди» и устроилась на высоком табурете у стойки. Даже в столь поздний час, когда в подобных заведениях полно народу, бар практически пустовал. Кроме нее, пожилого мужчины и еще пары человек, посетителей не было.

– Добрый вечер, – поздоровался бармен, – что будете пить?

– Что-нибудь на ваш вкус.

Кивнув, бармен наполнил бокал, не отрывая от нее взгляда.

– Я никогда вас здесь раньше не видел. Впервые в Чикаго?

Он прямо-таки пожирал ее глазами. Виной всему был дорогой кашемировый свитер с глубоким вырезом: в нем она привлекала к себе слишком много внимания. При допросе свидетелей и подозреваемых Дженна беззастенчиво пользовалась этим преимуществом. При виде ее соблазнительного декольте мужчины нередко теряли голову и рассказывали чуть больше, чем планировали.

– Нет, я живу в Чикаго давно, но в вашем баре впервые. – Она обворожительно улыбнулась.

– Неудивительно. К нам нечасто заходят такие красотки. Вы похожи на героиню фильма «Завтрак у Тиффани».

– Вас зовут Фредди, не так ли?

Судя по всему, ей удалось расположить к себе бармена.

– Да. Точнее Фредди-младший. Меня, как и отца, зовут Фредди. Я унаследовал бизнес, когда он отошел от дел, – сообщил бармен и пододвинул к Дженне бокал пива.

Она опять окинула взглядом бар. Довольно уныло. Обшитые деревом потемневшие стены, стойка, шесть простых, ничем не примечательных столиков. Это заведение очень отличалось от современных чикагских баров.

– Сегодня у нас спокойная ночь. – Фредди словно прочитал ее мысли.

«Можно подумать, в другие вечера здесь битком народу. Впрочем, мне это даже на руку».

Открыв сумочку, она достала и положила на стойку пятидесятидолларовую банкноту. Потом вытащила фотографию, которая неделю назад была сделана в этом баре. Бармен посмотрел на банкноту, перевел взгляд на фото.

– Не волнуйтесь, я не из полиции. Я следователь из частной юридической фирмы.

– Понятно.

Она придвинула фотографию к Фредди-младшему. На снимке была запечатлена женщина с двумя мужчинами. Ей во что бы то ни стало нужно ее разыскать.

– Вы помните эту женщину?

Некоторое время Фредди молча изучал фото.

– Да, видел ее здесь пару раз. Такие женщины редко посещают подобные заведения. А если и заглядывают, то не без веских причин. Как, например, вы. Поэтому я хорошо ее запомнил. – И он бросил на Дженну подозрительный взгляд.

Она поняла, что пора пустить в ход свои чары. Наклонилась вперед, так чтобы виднелась грудь в глубоком V-образном вырезе, и одарила парня лучезарной улыбкой.

– А вы, случайно, не знаете, зачем она заходила в ваш бар? – томно поинтересовалась Дженна.

Фредди, который с идиотским видом таращился на ее грудь, наконец-то оторвал от нее взгляд.

– Не знаю. Оба раза она здесь с кем-то встречалась. О чем шел разговор, я не слышал.

Дженна надеялась, что он помнит фамилию женщины.

– Моего клиента обвиняют в грабеже, – пояснила она. – Наш подзащитный утверждает, что в ночь ограбления он встречался здесь с этой женщиной. Только она может подтвердить его алиби. Кстати, ее зовут Робин.

– Откуда у вас эта фотография? – недоверчиво спросил бармен.

– Ее сделали друзья моего клиента во время вечеринки в честь дня рождения. Так вы не подскажете, где найти Робин?

– Понятия не имею.

– Она расплачивалась кредитной карточкой? Дженна надеялась, что это так. За небольшое материальное вознаграждение Фредди охотно покажет ей квитанцию, в которой значится фамилия Робин, и узнать ее адрес не составит труда. Пара звонков, и Дженна разыщет эту таинственную и неуловимую Робин.

– Нет, она расплачивалась наличными, – остудил ее пыл Фредди.

Черт!

– Позвоните мне, если Робин заглянет снова. Получите еще пятьдесят долларов, – произнесла Дженна, передавая Фредди визитку.

– Конечно, я позвоню, если увижу ее. Дженна допила пиво, поднялась с табурета и повесила сумку на плечо.

– Очень на это надеюсь. Сдачу оставьте себе.

Глава 2

В девять часов следующего утра Дженна вошла в зал заседаний «Хеннингс и Соломон». Босс уже ждал ее, сидя за длинным столом. Это он сегодня спозаранку отправил эсэмэску с просьбой явиться к девяти утра на экстренное совещание.

Хотя Дженна и проснулась ни свет ни заря, она не сердилась на Хеннингса, серьезного, ответственного человека, никогда не вызывавшего подчиненных без веской причины. Он слыл профессионалом экстра-класса, лучшим адвокатом в городе. К тому же безгранично доверял Дженне, и она была ему за это благодарна. Именно он принял ее в свою фирму детективом, после того как ее заявку отклонили в ФБР. Он разглядел в ней незаурядные способности. А она, в свою очередь, всеми силами доказывала боссу, что он не ошибся.

Кроме того, Хеннингс никогда не приставал, и за это она тоже была ему безгранично благодарна. Большинство мужчин, с которыми приходилось сталкиваться, пытались затащить ее в постель. С тех пор как она заняла второе место на конкурсе «Мисс Иллинойс», ей просто не давали проходу.

– Простите, что поднял вас в такую рань.

– Не стоит извиняться, сэр. Ничего страшного.

Спустя пару минут в зал заседаний, словно порыв весеннего ветерка, влетела миниатюрная Пенни Хеннингс. Дочь Джеральда по праву считалась одним из лучших защитников в Чикаго – ангельское личико и острый язычок. Настоящая змея в корзине с цветами.

– Простите, я немного опоздала.

– Ты как раз вовремя.

– Привет, Дженна. Намечается интересная работа?

– Не обольщайся, – усмехнулся Хеннингс. – Это не совсем так. Вчера вечером на одном мероприятии я встретился с Брентом Томпсоном.

Дженна навострила уши. Она несколько раз виделась с Томпсоном по работе. Он защищал Пенни после того, как какой-то псих угрозами и шантажом вынуждал ее бросить одно дело. Всякий раз, когда Дженна встречала маршала, кровь бросалась в голову. Этот человек оставался для нее загадкой, мрачный, угрюмый, немного жесткий, при этом в нем было что-то притягательное. Явно незаурядная личность.

– Так вот, я собрал вас здесь по поводу его матери.

– А что с его матерью? – Дженна повернулась к Пенни.

– Ее убили двадцать три года назад, преступление до сих пор не раскрыто. Я практически ничего об этом не знаю, слышала эту историю от Расса. Брент рассказал ему об этом, не вдаваясь в подробности, – пояснила Пенни.

Расс, жених Пенни, агент ФБР, являлся кладезем информации, он не раз помогал Дженне добывать важные сведения о подозреваемых.

– Если не ошибаюсь, Дженна, вы говорили, что хотели бы взяться за расследование какого-нибудь интересного трудного дела. Думаю, эта работа вам подойдет, – сообщил мистер Хеннингс. – Я бы никогда не поручил вам такое старое дело, если бы не моя жена. Она почему-то вбила себе в голову, что мы непременно должны помочь Бренту, – добавил он с легкой улыбкой.

У Дженны перехватило дыхание. Нераскрытое дело. Убийство двадцатитрехлетней давности. Это же просто замечательно. Ей до жути надоела ее работа, наскучили дела о мошенничестве и грабежах. Она не могла в полной мере проявить свои незаурядные способности. Но справится ли она с этим? Если мать Брента убили в Чикаго, она сможет обратиться за помощью к отцу. Он давно вышел на пенсию, но у него оставалось немало связей, да и у Дженны с недавних пор появились кое-какие знакомства.

– Если мама что-то вбила себе в голову, разубедить ее невозможно, – сочувственно глядя на Дженну, проговорила Пенни. – Даже не знаю, как нам взяться за это дело, папа, – в задумчивости добавила она, – мы юристы, а не агенты ФБР. Расследование убийств не в нашей компетенции. И как мы приступим к работе, если не будет заключен официальный договор?

– Придется работать бесплатно. Можешь рассматривать это как помощь нашему общему другу.

– Где произошло убийство? – решила уточнить Дженна.

– В Карлайле, штат Иллинойс, – ответил Хеннингс, – в шестидесяти милях к югу от Чикаго.

«О, нет…»

Дженна никого не знала там, соответственно, помощи ждать неоткуда. Даже Расс не поможет.

– Мне показалось, вас это заинтересовало, – сказал Джеральд. – Но вы сомневаетесь, сможете ли справиться.

– Да, я действительно заинтригована, но… «…На самом деле я пока не знаю, стоит браться или нет».

У Дженны практически никаких шансов на успех. Мать Брента убили двадцать три года назад, в городе, который находится в шестидесяти милях от Чикаго. У нее там никаких связей. К тому же придется как-то сочетать это с основной работой. Но перспектива участия в раскрытии убийства казалась заманчивой.

«Я справлюсь!»

– Я согласна.

– Очень хорошо. Моя дочь будет вам помогать. Прости, Пенни, что выбрал для этой цели твою кандидатуру. Но у меня не было другого выхода. Я не могу поручить эту работу никому из своих подчиненных. А одна Дженна не справится. К тому же ты знаешь Брента лучше других.

Он прав. Никто лучше Пенни не мог бы помочь ей.

* * *

– Доброе утро, маршал Томпсон, – произнесла Пенни Хеннингс серьезно и даже строго. Таким тоном обычно она обращалась к подозреваемым во время перекрестных допросов.

Брента позабавила серьезность Пенни, и он улыбнулся.

– Доброе утро, мисс Хеннингс, – передразнил он, пожимая руку девушки. – Ты похожа на отличницу-зануду!

Пенни ущипнула его за руку и в шутку оттолкнула.

– А я еще собиралась быть милой и покладистой. Что ж, теперь я поняла, с тобой это лишнее. И не надейся, что на меня подействует твоя обворожительная улыбка. Мы, юристы, люди закаленные, у нас такие штучки не проходят.

– Да, Пенни действительно непробиваема, – послышался голос женщины, сидящей за столом в глубине зала. – А вот что касается меня, я в этом не уверена.

Брент узнал бы этот голос из тысячи других. Значит, Дженна тоже здесь. Только теперь он заметил ее. Пять месяцев назад в вестибюле «Хеннингс и Соломон» он ждал Пенни. И вдруг увидел Дженну. Она грациозно проплыла мимо. Как любой мужчина на его месте, Брент почувствовал дрожь в коленях. После этого он видел ее еще несколько раз. И все это время она не выходила у него из головы. Длинные стройные ноги, тонкая талия, женственные формы. В каждом жесте невероятная грация и сексуальность. Словом, Дженна одна из самых красивых женщин, которых Брент когда-либо встречал.

Но сейчас некогда думать о красоте и сексуальности Дженны. Ему нужна свежая голова. И пусть на ней красная блузка с расстегнутой верхней пуговицей, а в вырезе соблазнительно виднеется ложбинка между грудей, – надо быть сильным… и перестать пялиться в ее декольте! Брент перевел взгляд на ее лицо.

– Рад вас видеть, Дженна. «Очень рад…»

Они пожали друг другу руки. Рукопожатие Дженны было быстрым, крепким, почти мужским.

– Здравствуйте, Брент. Я тоже очень рада нашей встрече.

– Похоже, вы подружитесь, – отметила Пенни.

– Спасибо, Пенни. – Брент наклонился к ней.

– Тебе не за что меня благодарить. Ты столько сделал для нашей семьи. И я готова помочь тебе, чем смогу.

– Вы уверены, что хотите взяться за это расследование? – Он повернулся к Дженне.

– Думаю, я смогу найти убийцу.

– С чего начнем? – спросила Пенни.

– Я расскажу все, что знаю об этом, потом мы вместе съездим туда. Покажу вам записи. Может быть, они помогут. Кроме того, мы можем поговорить с шерифом. Он неплохой человек и будет рад, если кто-нибудь поможет ему раскрыть убийство. Нераскрытое дело портит ему всю статистику.

Дженна с удивлением смотрела на Брента. Подумать только, этот человек провел большую часть своей жизни, пытаясь узнать, кто и за что убил его мать. И при этом говорит достаточно спокойно. Должно быть, он очень сильный человек, раз нашел в себе силы жить дальше. Его самообладанию можно позавидовать.

У него в кармане завибрировал телефон. Послание от босса. У того появились сведения по поводу преступника, которого они в данный момент разыскивали. Брент отправил ответное сообщение.

– Простите, леди, мне пора идти. Дженна, позвоните мне, наметим план действий. Когда закончу работу, целиком буду в вашем распоряжении.

Дженна обворожительно улыбнулась. С ума сойти! Еще ни одна женщина так не действовала на него.

Вечером Дженна и Брент поехали в Карлайл. Она уже жалела, что согласилась на эту авантюру. Чтобы отвлечься, Дженна принялась задумчиво перелистывать страницы блокнота.

Около шести часов окончательно стемнело, глаза перестали различать записи. Дженна взглянула на Брента:

– Вам, наверное, не терпится поделиться информацией?

– Не волнуйтесь, ехать еще долго, успеем поговорить.

– Не могли бы вы обрисовать ситуацию хотя бы в общих чертах? Если, конечно, это вас не очень расстроит…

– Вам не о чем беспокоиться. Все эти годы я постоянно думаю о том, что случилось тогда. Во время работы, за рулем и даже во сне. Привык. Во всяком случае, вести машину мне это точно не помешает.

– Ну да, прошло столько лет… Я заметила, вы говорите об этом, как о чем-то само собой разумеющемся. Простите, я, кажется, бестактна.

«Господи! Как я могла такое сказать!» Некоторое время Брент молчал, сосредоточившись на дороге.

– Для начала вы должны изменить свое отношение к этому. Иначе у нас ничего не получится. Вы слишком боитесь меня обидеть, много внимания уделяете чувствам, это неправильно. Вы должны думать только о том, как найти убийцу. Так что, не стесняйтесь, спрашивайте. Договорились?

– Да, конечно, я поняла.

– Прекрасно. Сегодня утром я позвонил шерифу, он ждет нас на месте преступления.

– Вы выросли в этом доме?

– Да. Официально он все еще принадлежит моему отцу.

– Он до сих пор там живет?

– Нет, он пропал девять лет назад.

– Пропал? Вот как? Но почему?

– Вот бы это знать. Когда я учился в колледже, он уехал, оставив Камиллу, мою сестру, на мое попечение. Нелегко пришлось. Я должен был разрываться между учебой в колледже, спортом и заботой о младшей сестре. К счастью, дядя и тетя жили по соседству и помогали нам. Потом Камилла окончила школу, поступила в колледж и уехала из Карлайла. Недавно вышла замуж.

– А кто сейчас живет в вашем доме?

– Когда Камилла поступила в колледж, я переехал в Чикаго. С тех пор дом пустует. Со дня убийства там ничего не изменилось, дом заметно обветшал, но я решил не делать ремонт, пока не найду убийцу.

Дженна подумала, что эта идея не лишена здравого смысла. Быть может, под полом или на стенах до сих пор остались фрагменты одежды, волос и прочие улики. Она с уважением посмотрела на Брента.

– А ваш отец… он… – Сложный вопрос вертелся на языке, она боялась причинить боль, обидеть.

– Вы хотите спросить, был ли мой отец в числе подозреваемых? Конечно. Полицейские в первую очередь заподозрили именно его, и… подозрения до сих пор не сняты.

Дженна понимала, что на самом деле творится в душе Брента. Стало невыносимо его жаль. Справившись с эмоциями, Дженна достала из сумочки карандаш и снова раскрыла блокнот.

– Как это произошло. – Она старалась говорить сухо и отстраненно.

– Я расскажу все, что помню. Было около полуночи, мы с сестрой спали в своих комнатах. Меня разбудил шум из гостиной: мама упала, когда ее ударили по голове. Орудие убийства так и не нашли. Потом я услышал, как хлопнула дверь черного хода, сначала решил, что это вернулся отец. Он работал во вторую смену на заводе. Но потом понял: что-то не так. Обычно, возвращаясь с работы, он сразу шел в спальню – половицы ужасно скрипели. Но прошло несколько минут, а они не заскрипели. Напротив, в доме было необычно тихо. Тогда я вышел посмотреть, что случилось.

Дженна представила, что должен был ощутить пятилетний ребенок, увидев страшную картину.

– Вы вышли из своей комнаты и…

– Мама лежала на полу в луже крови. Здесь, – он постучал пальцем по лбу, – у нее была страшная рана. Я ужасно испугался. Моя тетя, мамина сестра, и ее муж жили по соседству. Я побежал к ним. Дядя поспешил к нам, чтобы узнать, что произошло. Потом позвонил в 911, зашел в детскую, где спала сестра, взял ее на руки и вынес из дома. Поручил мне присмотреть за ней. Дядя и тетя уложили нас с сестрой в свою постель, сказали, что мы должны постараться уснуть. Я так испугался, что не в силах был пошевелиться.

Брент снова сосредоточился на дороге, но в скором времени сообщил:

– Вот мы и приехали. Преступление произошло в этом доме. – Брент махнул рукой в сторону коттеджа, где горел одинокий фонарь. – Дядя и тетя живут в соседнем. Если они дома, мы их увидим. Шериф прибудет минут через десять. – Он вышел из машины и открыл ей дверцу. В ту же минуту над парадным входом вспыхнул яркий свет.

Дженна вздрогнула и растерянно заморгала.

– Не бойтесь, это всего лишь датчик движения.

– А как насчет других подозреваемых? Кроме вашего отца были другие?

– Шериф выдвинул версию о неудачном ограблении. По его версии грабитель, решив, что никого нет дома, проник внутрь, столкнулся с матерью, ударил ее по голове, испугался и убежал. Мой отец был единственным человеком в городе, кто запирал входную дверь. Однако мама часто оставляла открытой дверь черного хода для него. Шериф считает, что злоумышленник мог проникнуть в дом именно через эту дверь.

– А вы в это верите?

– Это вполне возможно. Карлайл небольшой городок, около восьмисот человек. Здесь все друг друга знают. Под подозрение попал один наркоман. Никаких улик не нашли и ему ничего не предъявили. Вскоре после этого он переехал.

– А шериф не знает, где сейчас этот человек?

– Все это время я не упускал его из виду. Если хотите, могу дать его адрес. Но основным подозреваемым оставался отец. В ту ночь ему позвонили на работу и сообщили о том, что случилось, он сразу же примчался домой. Однако никто не знает, отлучался он с работы или нет. В те времена там не было камер наблюдения. Когда отец пришел домой, он был довольно сильно избит, объяснил, что подрался с друзьями. Мужчины, работающие на заводе, часто дерутся из-за всякой ерунды, так что, возможно, это и так.

– Ваши родители часто ссорились?

– Даже не знаю, что сказать. Да, они часто кричали друг на друга, но насколько серьезны были конфликты, не знаю. Я был слишком мал, чтобы анализировать их взаимоотношения.

Очевидно, Брент не хотел углубляться в эту тему и постарался сменить ее:

– Местного шерифа зовут Барнес, он позволит вам тщательно осмотреть дом. Постарайтесь расположить его к себе, вам придется постоянно обращаться к нему за помощью. Главное, он не должен думать, будто его оттеснили от этого дела.

– Иначе говоря, я должна с ним делиться информацией о расследовании?

Такое положение вещей не очень устраивало, но делать нечего. Дженна прекрасно понимала, что без помощи шерифа не обойтись.

– Советую вам сообщать о том, что удалось узнать. Если понадобится опросить жителей Карлайла, спросите у него разрешения. Но если в интересах дела будет необходимо что-нибудь утаить от него, я вас прикрою. Если же возникнут разногласия, я буду на вашей стороне. У шерифа свои слабости, но в целом он неплохой человек. По крайней мере, мне всегда удавалось с ним ладить.

– Похоже, мы с вами сработаемся, Брент Томпсон. Открывайте дверь, пора приниматься за работу!

Глава 3

Собравшись с духом, Брент повернул ключ в замке и распахнул дверь. Щелкнув кнопкой, включил свет.

– Можете приступать к работе!

Дженна огляделась. Диван и столы были накрыты чехлами.

– Я так понимаю, здесь ничего не трогали?

– Даже полы не перестилали.

Дженна прошлась по комнате. Приподняла чехол, прикрывавший диван, внимательно его осмотрела, как, впрочем, и остальную мебель. Потом принялась исследовать пол. Она сидела на том самом месте, где когда-то, истекая кровью, лежала его мать. Спустя минуту Дженна в задумчивости провела по полу. От этого движения облегающие черные брюки еще сильнее обтянули ее бедра. Печальные мысли и страшные воспоминания отступили. Брент ни о чем не мог больше думать, кроме этой соблазнительной, потрясающе красивой женщины.

Она медленно подошла к дивану. Теперь их разделяло всего ничего. У него вспотели ладони. Сердце бешено забилось. И дело было не только в сексуальности Дженны.

– Вы стоите на том самом месте, где когда-то лежала моя мать…

Дженна принялась внимательно изучать пол, пристально вглядываясь в каждую щелочку, царапинку, впадинку, куда могла просочиться кровь.

Хлопнула дверца машины. Должно быть, шериф Барнес. Брент с неохотой оторвал взгляд от Дженны и пошел открывать.

– Здравствуйте, шериф.

Брент знал Барнеса столько, сколько помнил себя. Шерифу было уже пятьдесят восемь лет. С тех пор как они виделись последний раз, тот сильно располнел. Однако это не отразилось на профессиональных качествах, шериф оставался по-прежнему энергичным и подвижным.

– Рад вас видеть, Брент.

– Спасибо, что согласились приехать, пойдемте в дом.

Войдя в дом, Барнес с удивлением уставился на сногсшибательную брюнетку в соблазнительной красной блузке.

Дженна приветливо улыбнулась ему.

– Шериф Барнес, Дженна Хайвард, – представил Брент. – Дженна – детектив, о которой я говорил вам.

Наконец шериф взял себя в руки и перевел взгляд на Брента.

– Я привез бумаги, которые вы просили. Они у меня в машине.

– Спасибо. Я хочу, чтобы Дженна знала все детали преступления. Я изложу Дженне первую часть истории, а вы расскажете о своем расследовании, таким образом, у нее сложится общая картина происшествия. Как вы на это смотрите?

– Делайте все, что считаете нужным, ведь это в первую очередь касается вас.

– Вы позволите взглянуть на протокол, мистер Барнес? – спросила Дженна.

– Конечно. Я не меньше, чем вы с Брентом, заинтересован в том, чтобы преступление было раскрыто. Можете полностью рассчитывать на мое содействие.

Брент молча указал рукой на коридор, ведущий в его комнату.

– Давайте пройдем в детскую.

Дженна пошла за ним следом. Под ногами был старый, потертый ковер. Белые обои с красными розами отошли во многих местах.

– Услышав шум, я встал с постели и выглянул в коридор, – начал Брент, открыв дверь детской. – Но коридор был пуст, дверь в спальню родителей плотно закрыта. Во всем доме было тихо. Только из гостиной доносилось едва слышное бормотание телевизора. Я решил, что мама задремала на диване. Иногда она засыпала там, не дождавшись отца. Меня охватило предчувствие надвигающейся беды.

Дженну вновь поразило спокойствие Брента, словно он читал текст с листа. Она принялась записывать его рассказ и потому не увидела, когда он остановился, наткнулась на него и сильно ударилась подбородком о его спину.

– Простите. Я не хотела вас задеть… Клянусь! – воскликнула она с нарочитой озабоченностью.

Брент обернулся, на его лице показалась улыбка. Бледная, неуверенная, но все же. По крайней мере, ей удалось немного развеселить этого угрюмого, вечно погруженного в свои мысли человека. Почему-то эта улыбка растрогала ее чуть ли не до слез. С каждой минутой этот мужчина казался ей все более привлекательным.

В другой половине дома скрипнула половица. Брент вздрогнул от неожиданности.

– Кто-то вошел через черный ход, должно быть, мой дядя. Пойду посмотрю, кто там.

Брент радовался, что появился предлог уйти. Неловкая ситуация в коридоре его немного смутила.

– Привет. Я так и думал, что это вы.

– Мы только что вернулись из гостей, – ответил мужской голос, низкий, хрипловатый и явно принадлежавший пожилому человеку. – Я увидел твою машину и решил зайти. Почему ты не предупредил о приезде?

Дженна и шериф остались в гостиной, чтобы дать Бренту возможность поговорить с дядей наедине.

– Сегодня выдался сумасшедший день. Я должен был вам позвонить, но вылетело из головы. Пойдемте в гостиную. Я хочу вас кое с кем познакомить.

– Вот как? – Судя по всему, дядя решил, что племянник привез подружку.

– Это совсем не то, о чем вы подумали.

– Очень жаль! – В голосе дяди послышалось разочарование. – Тебе пора заняться личной жизнью, ты уже не мальчик.

Они вошли в гостиную. Некоторое время дядя задумчиво смотрел на Дженну, а потом перевел взгляд на шерифа.

– Здравствуйте, шериф. Что-то случилось? Почему вы здесь?

– Все в порядке, Херб. Брент просил о встрече.

– Познакомьтесь, дядя Херб, это Дженна Хайвард.

– Здравствуйте. – Херб пожал Дженне руку.

– Дженна, частный детектив. Херб с удивлением уставился на нее.

– Частный детектив? Ты шутишь, Брент?

– Я работаю в юридической компании, а в данный момент выполняю обязанности частного детектива, – пояснила Дженна.

– Помните, в прошлом году я рассказывал о девушке-юристе? – спросил Брент.

– О блондинке, которая не замолкала ни на минуту?

Брент смущенно взглянул на Дженну. Ее вовсе не обидел подобный отзыв о начальнице. Пенни в самом деле порой ужасно болтлива.

– Вы имеете в виду мою начальницу? Действительно, она очень болтлива.

– Дженна согласилась помочь расследовать убийство мамы. Шериф приехал показать протокол и поделиться информацией, – объяснил Брент их поздний визит.

– Прекрасно! – воскликнул Херб. – Я рад, что теперь у тебя будет помощница. Все эти годы мы мечтаем о том, чтобы убийцу поймали и он получил по заслугам. Мать Брента была замечательной женщиной, Дженна.

– Брент, вы не возражаете, если я поговорю с вашим дядей?

– Конечно. Желаете поговорить наедине? Дженна кивнула.

– Пойдемте, шериф, я хотел бы взглянуть на протокол.

– Заодно загляни к своей тете, – сказал Херб. – Она очень хочет увидеться. Джеми тоже там. Они ждут тебя во дворе.

«Джеми, кузина. Кажется, он что-то о ней рассказывал, когда они ехали сюда». Дженна услышала, как хлопнула входная дверь, и подошла к Хербу. Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

– Спасибо, что согласились помочь Бренту.

– Не стоит благодарности. Это моя профессия. Могу я задать вам несколько вопросов о той ночи?

– Да, конечно. Спрашивайте обо всем, что вас интересует!

– Расскажите, пожалуйста, все, что помните. Ведь вы оказались здесь до приезда полиции.

Херб в задумчивости прошелся по комнате, на некоторое время замер возле дивана, где, по словам Брента, лежало тело матери.

– Брент прибежал к нам глубокой ночью, он плакал и что-то бессвязно бормотал. Когда я понял, о чем речь, стало по-настоящему страшно.

– В котором часу он прибежал?

– В первом часу ночи.

Дженна сверилась с записями в блокноте. Дядя говорил правду.

– Вы вошли с парадного или черного хода?

– С парадного. Хотя обычно мы пользовались черным ходом. Шерил никогда его не запирала. Зато парадная дверь чаще всего была заперта. В ту ночь кто-то ее открыл. Возможно, Брент, когда выбегал из дома, а возможно…

– Вы пришли вместе с Брентом?

Дженна прекрасно знала ответ на этот вопрос. Брент рассказал ей.

– Нет, он вернулся до того, как я пришел. Бедный мальчик плакал и повторял, что мать лежит на полу вся в крови. Моя жена стала звонить в 911, а я пошел в детскую, чтобы забрать крошку, пока она не проснулась. Я имею в виду сестру Брента, Камиллу.

Чтобы до мельчайших деталей представить себе эту сцену, Дженна направилась к входной двери.

– Значит, когда вы поднялись на крыльцо, дверь была открыта?

– Да. Вот так, как сейчас.

Они вернулись в гостиную. Она еще раз осмотрелась, оценивая планировку комнаты и расположение мебели.

– Она лежала у дивана в позе эмбриона. Ее волосы были перепачканы кровью.

Когда-то отец рассказывал Дженне, что в голове у человека много кровеносных сосудов и потому при ранениях крови всегда гораздо больше, чем при повреждении других частей тела.

Она принялась чертить план комнаты. На том месте, где, по словам очевидцев, лежало тело Шерил, Дженна поставила крестик.

– В ту ночь стулья стояли точно так же, как и сейчас?

– Да, – не задумываясь, уверенно ответил Херб. – Конечно же дети, Брент и Камилла, передвигали стулья, когда жили здесь. Но когда Брент стал расследовать убийство, поставил стулья точно так же, как они стояли в ту ночь.

– Что вы делали, когда обнаружили тело Шерил. Херб почесал щеку, перевел взгляд на пол.

– Я наклонился к ней проверить пульс, мне не удалось его нащупать. Но я подумал, что еще не все потеряно. Ведь я не врач и могу ошибаться. Вскоре приехал Барнес. Тогда он был заместителем шерифа. Я побежал в комнату Камиллы.

Дженна лихорадочно записывала. Получалось, он оставил тело, когда приехал шериф, чтобы как можно скорее унести Камиллу. Любой на его месте поступил бы так же.

– Значит, когда приехал шериф, вы побежали в детскую и вынесли Камиллу из дому, правильно?

Херб кивнул.

– Девочка видела тело матери?

– Нет, я закрыл ей глаза, когда проходил через гостиную. Потом отнес ее в свой дом и вернулся сюда. Моя жена тем временем безуспешно пыталась дозвониться до Мэйсона.

– Мэйсон – отец Брента?

– Да, мисс. Она хотела сообщить ему о том, что случилось. Но он уже ушел с работы, а мобильных телефонов в те годы еще не было. Я решил подождать его. Но приехала скорая помощь и полиция, а он так и не появился. – Херб закрыл лицо руками, как бы заново переживая ужас. – Это была самая страшная ночь в моей жизни.

Его голос дрогнул. Дженне вдруг стало его жалко.

– Благодарю вас, Херб! На сегодня, пожалуй, достаточно. Простите, если расстроила вас.

– Все в порядке. Я хочу помочь найти убийцу. Если вы раскроете это дело, Брент и Камилла обретут душевный покой, которого им так не хватало все эти годы. Быть может, тогда он, наконец, продаст этот проклятый дом. Всякий раз, когда я прохожу мимо, вспоминаю о том, что произошло с моей свояченицей двадцать три года назад.

Фонарь над гаражом ярко освещал все вокруг. Брент сразу же заметил свою тетю Сильвию, которая прогуливалась по газону. Рядом с ней стояла его кузина Джеми, растерянно улыбаясь и, кажется, тоже чем-то сильно взволнованная.

Брент перевел взгляд на тетю и понял, что она сердится.

– Здравствуйте, тетя Сильвия.

Тетя отпрянула от него и сердито посмотрела.

– «Здравствуйте тетя Сильвия». И это все, что вы можете мне сказать, молодой человек? Тебе нужно объясниться. Ведь ты даже не удосужился позвонить перед приездом.

Тетя уставилась на него испытующим взглядом. Брент понял, что от серьезного разговора не уйти. Он, конечно, виноват, что давно не приезжал.

– Простите, у меня было много работы. Из головы вылетело позвонить вам.

Джеми подошла к нему, встала на цыпочки и поцеловала в щеку.

– Привет, братишка. Рада тебя видеть.

– Привет, Джеймс. Я тоже очень рад.

Судя по всему, тетя решила, что достаточно отчитала племянника и помахала шерифу.

– Как поживаете?

– Прекрасно, Сильвия. А как у вас дела?

– О, у нас все хорошо. Если бы еще племянники нас чаще навещали, было бы лучше.

Брент не знал, куда деваться от стыда.

– Но ведь вы умеете водить машину, тетя, отсюда до Чикаго всего час езды. На машине и вы могли бы…

От такой наглости тетя на мгновение потеряла дар речи.

– Нет, вы посмотрите на этого умника! Всегда находишь себе оправдание.

Джеми смущенно кашлянула.

– А что у вас в кейсе, шериф? – спросила она, чтобы перевести разговор на другую тему.

Вопрос смутил Барнеса. Он взглянул на Брента, ища поддержки и думая, что, возможно, Брент не хочет посвящать родных в расследование. Маршал пришел ему на помощь:

– Это копии протоколов по делу об убийстве мамы. В ярком свете фонаря он заметил, как тетя на мгновение изменилась в лице, переводя взгляд с Брента на шерифа. «Тебе удалось узнать что-то новое? Ты нашел улику?»

Брент прекрасно знал, все эти годы тетя думает только о том, что убийца сестры все еще на свободе. В ее взгляде всякий раз вспыхивает надежда, когда она видит автомобиль шерифа.

– Я хотел бы вас кое с кем познакомить. – Брент нежно коснулся ее руки. – Она сейчас в доме, разговаривает с дядей Хербом.

– Она? О ком ты говоришь?

– Частный детектив. Помните девушку-юриста, которой я помогал прошлой весной?

– Ты говоришь о той милой миниатюрной блондинке?

Милая блондинка! Если бы Пенни узнала, что кто-то считает ее милой, она бы просто рассвирепела. Даже характеристика дяди Херба не обидела бы ее до такой степени.

– Да. Девушка, приехавшая к нам, работает вместе с той милой миниатюрной блондинкой. Они будут помогать в расследовании.

– А она хороший детектив?

– Очень хороший.

«А еще у нее потрясающее тело, которое сводит меня с ума». Впрочем, это абсолютно неуместно. Хотя он несколько раз представлял себя в постели с Дженной.

Брент услышал, как щелкнул замок, и на крыльце появилась Дженна.

– Ничего себе! – воскликнула Джеми. – Она такая хорошенькая!

– Это и есть та девушка-детектив?

– Да, – со смехом ответил Брент. – А что вас так удивляет?

– Просто интересно, какая часть тела повлияла на твое решение обратиться за помощью именно к ней.

– И откуда такие порочные мысли? Сильвия не успела ответить, в этот момент к ним подошла Дженна.

– Познакомьтесь, Дженна, моя тетя Сильвия и двоюродная сестра Джеми. Дженна будет часто приезжать сюда. Ей нужно как следует осмотреть наш дом и участок, допросить свидетелей и подозреваемых. Так что в следующий раз не волнуйтесь, если вдруг увидите возле нашего дома незнакомую машину.

– Я хотела бы задать вам с Джеми несколько вопросов, – сказала Дженна. – Надеюсь, вы не против.

Сильвия недовольно поджала губы и вопросительно посмотрела на Херба. Тот едва заметно кивнул. После смерти сестры Сильвия старалась всячески избегать любых упоминаний о ней. Стоило Бренту завести разговор о матери в ее присутствии, она не выдерживала и вся в слезах выбегала из комнаты.

– Почему я должна быть против? Отвечу на любые вопросы, если это поможет делу.

– Спасибо. Но сначала мне бы хотелось ознакомиться с материалами дела, которые привез шериф. Могу я позвонить вам через пару дней? И еще, мне бы хотелось поговорить не только с вами, но и с Джеми.

– Конечно, – сразу же откликнулась Джеми. – Я готова встретиться с вами в любое время.

– Ты обедал, Брент? Я бы могла что-нибудь приготовить на скорую руку.

Пообедать Брент не успел. И потому охотно принял бы предложение тети. Но ему хотелось как можно скорее вернуться в Чикаго. Родные места действовали тягостно. В Чикаго все по-другому. Жесткий ритм жизни и постоянная спешка отвлекали от горя. «Нужно уезжать отсюда как можно скорее!» Брент наклонился к тете и поцеловал ее в щеку.

– Я бы с удовольствием остался на обед, но нам пора возвращаться в Чикаго. Если получится, приеду в выходные.

– Договорились. Буду ждать тебя в субботу!

– Хорошо, к обеду я обязательно буду. На этой неделе навещу Камиллу. Посмотрю, все ли у нее в порядке. Не сомневайтесь, я сдержу обещание. Мне до сих пор стыдно перед вами за то, что так долго не приезжал и даже не звонил.

– Судя по твоему нахальному тону, ты не чувствуешь особой вины.

– О, как вы ошибаетесь, тетя! Я люблю вас. До встречи.

– Я тоже тебя люблю, – смягчилась Сильвия. – Будь осторожнее за рулем. Не гони, как сумасшедший.

– Вы закончили, Дженна?

– Да, на сегодня все.

– До свидания, шериф. Спасибо за помощь. Я позвоню, как только в нашем расследовании появится какой-то прогресс.

– Я буду с нетерпением ждать вашего звонка.

Брент взял кейс с материалами дела и направился к внедорожнику. Удивился, насколько легкими оказались бумаги. Он неоднократно видел большую часть этих материалов, за исключением некоторых фотографий.

Он положил кейс на заднее сиденье. Открыл дверцу для Дженны.

– С ума сойти! Да вы настоящий джентльмен! В наше время это такая редкость! – со смехом проговорила она.

– Я всегда так веду себя в обществе женщин. Если вы и дальше будете работать со мной, придется к этому привыкнуть.

– Будет сделано, сэр. – В эту минуту выражение ее лица было комично серьезным. Брент, не выдержав, расхохотался.

Машина тронулась с места. Брент искоса взглянул на Дженну в зеркало заднего вида. В мягком свете, заливавшем салон, лицо ее выглядело особенно привлекательно. Поймав на себе его взгляд, она улыбнулась, его сердце бешено забилось.

От нее едва уловимо пахло духами. Легкий, цветочный аромат. Вообще-то Брент терпеть не мог запаха женских духов, страдая от аллергии. Однако этот аромат исключение. Брент опять взглянул на Дженну. Она поерзала на сиденье, устраиваясь удобнее. Брент увидел бретельку кружевного бюстгальтера. «Интересно, она это делает нарочно?»

– Что с вами? Почему молчите? – спросила Дженна, будто ничего не произошло.

– Что тут скажешь? Я просто сражен вашей красотой наповал, мисс Иллинойс.

– Мисс Иллинойс? Но откуда вы…

– Неужели думали, я не навел о вас справки? Плохо же вы меня знаете.

Значит, он все знает. Ничего страшного. Она ушла из модельного бизнеса в двадцать один год. До ужаса надоела постоянная диета, всеобщее внимание и нескончаемые фотосессии. Дженна стала моделью, поддавшись навязчивым уговорам своей матери. Гораздо больше, чем показы мод, ее интересовало расследование преступлений.

– Почему вы молчите? Неужели стесняетесь своего прошлого?

Он остановил машину и, перегнувшись через сиденье, наклонился к ней. Теперь их разделяло всего несколько дюймов. Дженна протянула руку и принялась крутить в руках его галстук. Шелковая материя была необыкновенно приятной на ощупь. Да и сам Брент, по всей видимости, очень приятный человек.

– Нет, я нисколько не стесняюсь своего прошлого. И то, что вам удалось обо мне узнать, неудивительно. Для этого не нужно обладать детективными способностями. Думаю, вы всего лишь набрали в Гугле имя и фамилию.

– Признаться, я был восхищен вашей победой.

– А вот тут вы ошибаетесь. Я не стала победительницей, заняла всего лишь второе место.

– Я знаю. Но какое это имеет значение? Многие члены жюри на конкурсах красоты непроходимые тупицы, не способны отличить истинный бриллиант от подделки.

Голос Брента был глубоким и необыкновенно сексуальным. По телу Дженны разлилось приятное тепло. Между ними явно возникло притяжение.

– Вы заигрываете со мной, маршал Томпсон?

– Нет, я действительно считаю, что вы настоящая красавица и по праву заслуживали первого места.

– Когда я была моделью, весила на пятнадцать фунтов меньше, чем сейчас.

– Какая жалость!

Брент смотрел на нее откровенным раздевающим взглядом.

– Значит, вы предпочитаете худых женщин?

– Брент! – послышался голос его тети. Только теперь Дженна заметила, что он остановил машину у дома родственников.

– Все в порядке, Брент? – с беспокойством спрашивала Сильвия. – Почему ты остановился?

Брент сразу же отпрянул от Дженны и выпрямился на сиденье.

– Все хорошо. У нас заели ремни безопасности. Он завел мотор, и машина тронулась.

– Если мы останемся здесь хотя бы на минуту, моя тетя подумает невесть что.

Дженна отвернулась к окну. Снаружи царила непроглядная мгла. Было тихо.

– Нет, – неожиданно проговорил Брент. – Мне не нравятся худые женщины. И честно говоря, сейчас вы выглядите женственнее, чем во время модельной карьеры. Сейчас вы привлекательнее и сексуальнее. Я видел ваши фотографии в Интернете и не стал бы заниматься любовью с такой худышкой, побоялся бы сломать.

– Признайтесь, вы выпили, когда разговаривали с родственниками?

Брент улыбнулся.

– Вы нравитесь мне такой, какой вы стали сейчас. – Брент пропустил ее вопрос мимо ушей.

– Благодарю за комплимент. Польщена. Он повернулся к ней. Глаза заблестели.

– Вы действительно очень красивая женщина. Я уверен, большинство мужчин считает точно так же. Мне кажется, вы и сами это прекрасно понимаете.

– Вы все время заигрываете со мной.

– Возможно. Однако, насколько помню, вы первая начали флиртовать.

– Мы с вами взрослые люди и испытываем друг к другу влечение. Или я не права?

– Правы.

– Но помогаю вам не только потому, что вы привлекаете меня как мужчина, я искренне хочу помочь. К тому же эта работа очень важна для меня.

– Я не меньше вас хочу, чтобы вы раскрыли это дело. Если наш флирт будет отвлекать от работы, перестану заигрывать. Но вы задали этот тон нашим отношениям еще прошлой весной в офисе Пенни. Вы должны понять, чего хотите от меня.

В очередной раз Дженну поразили честность, открытость и прямота Брента. И вдруг захотелось прожить всю свою жизнь рядом с этим человеком, надежным и сильным.

– Я искренне хочу вам помочь, и сделаю все, чтобы найти убийцу вашей матери. Однако мне нравится заигрывать с вами. У вас такая потрясающая улыбка. Вы не из тех, кто часто улыбается, приятно осознавать, что именно в моем присутствии вы становитесь другим. При этом я понимаю, что между нами не может быть ничего серьезного.

– Я хотел бы спросить, но не знаю, как вы к этому отнесетесь.

– Ну, смотря какой вопрос.

– Вы можете не отвечать, если не захотите.

– Договорились. Задавайте свой вопрос.

– Почему вы кардинально решили изменить свою жизнь, заняться частными детективными расследованиями?

– Мне нечего скрывать. Дело в том, что мой отец был детективом, меня с детства интересовала его работа. Двое моих братьев пошли по его стопам, работают в полиции. В детстве мы часто играли в сыщиков. Придумывали преступления и расследовали их.

– А почему вы не пошли в ФБР?

Дженне не хотелось рассказывать о самой главной неудаче в своей жизни. Хотя он и так все узнает.

– Меня не приняли.

Ну вот, нашла в себе силы в этом признаться. С замиранием сердца Дженна ждала, что скажет Брент. Что, если он начнет отпускать шутки по поводу того, что королева красоты захотела почувствовать себя суперагентом?

Брент молчал. Дженна была благодарна за это.

– А знаете, Дженна, они совершили большую ошибку, когда отказали вам. Из вас получился бы хороший агент. Вы не только красивы, но и очень умны. Не понимаю, почему все считают, что красивая женщина обязательно должна быть глупой?

У Дженны перехватило дыхание. Еще никто и никогда не говорил ей ничего подобного. Кажется, она начинает влюбляться.

Глава 4

Спустя два дня Дженна подъехала к дому, где прошло детство Брента. Прежде чем выйти из машины, окинула дом внимательным взглядом. Теперь, в ярком свете дня, он представлял собой удручающее зрелище. Перила с облупившейся краской, почерневшие от времени рамы, прогнившая насквозь крыша. Всюду запустение.

В этом деле много странностей. Но больше всего удивило то, что полицейские не нашли орудие убийства.

В отчете говорилось, что причиной смерти Шерил Томпсон послужила травма головы, полученная в результате удара тупым предметом. Рассматривая фотографии, Дженна обратила внимание на странную форму раны – квадратную с идеально ровными углами. Возможно, Шерил ударили по голове предметом с квадратным дном. Но что это? Статуэтка, что-то из кухонной утвари или даже кубок? В каждом доме масса предметов с квадратным основанием.

Из соседнего дома вышла кузина Брента Джеми. Увидев незнакомую машину, остановилась и в замешательстве уставилась на нее. Но тут заметила Дженну и помахала рукой в знак приветствия.

Дженна вышла из машины. Сильный порыв ветра чуть не сбил ее с ног. Прическа пришла в полный беспорядок. «В следующий раз нужно тоже сделать конский хвост».

– Привет, Джеми.

– Привет. А где Брент? Неужели он не приедет?

– К сожалению, сегодня у него куча дел, он просил передать, что появится чуть позже.

Джеми взглянула на дом и сразу опечалилась, понурив голову.

– Брент считает, что ему удалось справиться со своей болью, – задумчиво проговорила она. – Но похоже, это не так. Я очень за него беспокоюсь. Господи, как же я ненавижу этот дом!

Дженна почти физически ощутила, как над ней сгустилось облако темной, негативной энергии. По спине побежали мурашки.

– Когда убили мать Брента, вы были уже подростком?

– Да, мне было пятнадцать лет. «Я почти не ошиблась».

– Должно быть, вам тогда пришлось нелегко. Ужасная трагедия!

– Да. Конечно, не так, как Бренту и Камилле. Да и моему дяде.

– Вы когда-нибудь подозревали его в убийстве Шерил?

– Нет, что вы, мне всегда казалось, он на такое не способен. Слишком уж никчемный и слабый человек. Хотя долгое время я не могла поверить, что в нашем тихом городке могло произойти такое жестокое убийство. Поэтому кто его знает? Все возможно.

Дженну удивил искренний ответ Джеми на столь непростой вопрос.

– Ваши родители ничего не слышали об отце Брента после его исчезновения?

– Не знаю. Мы стараемся не упоминать даже его имени в семейных разговорах.

Вполне естественно. Человеку, который без всяких видимых причин бросил детей на произвол судьбы, трудно найти оправдание.

– Вы хорошо помните ту ночь?

– К сожалению, даже очень хорошо. Иногда мне кажется, все это произошло вчера. Меня разбудил вой сирен. Я вышла из комнаты и спросила маму, что случилось. Она попросила говорить тише, так как Брент и Камилла только что уснули. Я больше ни о чем не спрашивала, вернулась к себе. Подошла вон к тому окну, – указала она на одно из окон дома. – Когда увидела, что к дому Брента подъехала машина скорой помощи, по-настоящему испугалась.

Голос ее дрогнул, плечи поникли, она закрыла лицо руками. Дженна вдруг почувствовала вину перед этой несчастной женщиной.

– Простите, что заставила вас все это вспомнить.

– Не стоит извиняться. Мы должны помочь найти убийцу.

– Спасибо.

– Я уже пришла в себя и могу продолжать. Вскоре после того, как увидела машину скорой помощи, приехал отец Брента. Когда он узнал, что случилось, у него началась истерика. Он кричал и плакал. И тогда я поняла, с тетей Шерил произошло что-то страшное.

Некоторое время Дженна задумчиво смотрела на дом, где жили родственники Брента. Окно, о котором говорила Джеми, расположено таким образом, что оттуда видно лишь крыльцо черного хода.

– Вы, случайно, не видели, чтобы кто-нибудь выходил через черный ход до того, как приехали скорая помощь и полиция?

– Нет, я проснулась от воя сирен уже после приезда полиции. До этого крепко спала.

«Я только зря потеряла время». Джеми не видела ничего подозрительного в ночь убийства и, по сути, не рассказала ничего нового.

– Спасибо, что согласились ответить на мои вопросы, Джеми. Любая, даже самая незначительная деталь может помочь делу. А теперь мне бы хотелось еще раз осмотреть дом. Если вы не против.

– Не против, конечно. Мне тоже пора. У меня в духовке пироги для сегодняшнего вечера. Родителей нет дома, так что сегодня на хозяйстве я одна. Кстати, вам не нужна моя помощь?

– Нет, я спокойно справлюсь сама. Тем более Брент должен скоро подъехать.

Откровенно говоря, не хотелось одной входить в дом, и она с удовольствием приняла бы предложение Джеми, но признаться в этом не могла. Все эти детские страхи сплошная глупость. Ей приходилось отправляться в куда более опасные места. Например, три недели назад в два часа ночи она разыскивала наркоторговца в южной части Чикаго. Джеми достала из сумочки лист бумаги и ручку. Быстро что-то записав, протянула листок Дженне.

– Вот мой номер телефона. Я живу в пяти минутах ходьбы отсюда. Позвоните, если что-нибудь понадобится, и я сразу же приду.

– Спасибо. Если возникнут затруднения, я вам обязательно позвоню.

Как только Джеми ушла, Дженна достала из сумочки ключ и открыла дверь. Нужно тщательно осмотреть дом, и лучше в полном одиночестве, чтобы никто не отвлекал.

Положив сумочку на пол, она закрыла за собой дверь. Отец всегда говорил, что на месте преступления ни в коем случае нельзя оставлять дверь открытой. Осторожность не помешает. В комнате царил полумрак. Лишь через небольшую щель плотно задернутых штор пробивался луч солнца. Интересно, кто их задернул? Может быть, кто-то из родственников? Дженна прекрасно помнила, когда они два дня назад уезжали, окна занавешены не были.

Она бросила взгляд на мебель в чехлах. «Нужно осмотреть еще раз». Дженна сняла чехлы и принялась изучать мебель. Особое внимание уделила диванным подушкам. Быть может, на них сохранились следы крови. В полицейских отчетах говорилось, что кровь обнаружена только на полу. Но, так или иначе, не мешает проверить.

Стоило поднять диванную подушку или чехол, в воздух поднималось облако пыли. И только стулья почему-то были в отличном состоянии. Темно-синяя обивка нисколько не пострадала от времени. Дженна вспомнила фотографию дивана с цветастой обивкой на месте преступления. Сейчас диван был накрыт покрывалом. Дженна осторожно сняла его и положила на пол. Да, диван тот же самый. Белая обивка с красными цветочками.

Она внимательно осмотрела диван, затем пол возле него. Особое внимание уделила тому месту, где, по словам Брента, лежало тело Шерил Томпсон.

И тут ей в голову пришла идея. Она решила огородить это место, потом проверить, с какой стороны убийца мог нанести удар. Дженна достала фотографии с места преступления и разложила их на полу. Так проще воспроизвести картину убийства. Немного поразмыслив, она решила огородить место преступления не специальной лентой, а веревкой, которую можно быстро спрятать. Брент мог приехать с минуты на минуту, и не хотелось, чтобы он стал свидетелем следственного эксперимента.

Дженна измерила расстояние между окнами и диваном, огородила веревкой место, где лежало тело, направилась к черному ходу и открыла дверь.

– Итак, дверь черного хода открыта, место огорожено. Что я упустила? Ах да, орудие убийства!

Внезапно почувствовав резкую головную боль, Дженна схватилась за виски. Казалось, голову сжал железный обруч. «Что за черт!» Еще никогда так не болела голова. Этот дом действует как-то странно.

В комнате было слишком темно. «Фонарик! А это идея!» Интересно, который час? Дженна посмотрела на часы. «Черт возьми, уже половина первого». Оказывается, она возилась уже сорок пять минут, но так и не пришла ни к какому выводу. Нужно поторапливаться.

Она достала фонарик и зажала его в руке, подражая действиям преступника. Хлопнула дверь черного хода. Дженна остановилась как вкопанная. Дверь гостиной открылась. На пороге возник Брент. В полумраке он, по-видимому, не узнал ее, так как его рука машинально потянулась к кобуре на поясе. Должно быть, решил, что в дом забрались воры.

– Это я, – еле слышно проговорила она. Брент опустил руку и тряхнул головой, словно прогоняя наваждение.

– Вы меня до смерти напугали, – отозвался он наконец.

– Я… Я… Простите меня. Хотела взять кое-что из сумочки, вышла в прихожую и вдруг услышала, как хлопнула дверь. Но вы-то почему так испугались? Неужели не заметили мою машину возле дома?

В прихожую ворвался сильный порыв ветра, громко хлопнула входная дверь. Бренту с трудом удалось закрыть ее, навалившись всем телом.

– Да, я заметил вашу машину, но…

– Но что? У вас был такой вид. Да вы же чуть не пристрелили меня.

По его телу пробежала дрожь. Он привалился к стене, некоторое время стоял не шевелясь.

– Простите. Не понимаю, что со мной происходит. Когда приезжаю сюда, становлюсь сам не свой. Мне показалось, в дом проник кто-то чужой и у него оружие.

Так вот в чем дело! Он принял фонарик за оружие. Правда, фонарик, собственно, имитировал орудие убийства. Неужели у Брента до такой степени развита интуиция?

– Нам удалось напугать друг друга, – заметила Дженна.

– Да, черт возьми! Я привык к тому, что, когда приезжаю сюда, в доме никого нет. И когда увидел вас здесь, чуть инфаркт не получил.

Он с удивлением взглянул на разложенные по полу фотографии и мебель без чехлов.

– Что вы делали?

– Я просто рассматривала фотографии и… – Дженна бросилась к веревке, которой все еще было огорожено место преступления, схватила ее и спрятала в карман. – Простите, я сейчас все уберу.

– Не стоит. Все в порядке. Подождите, что это за запах? Вы разбрызгали какой-то газ из баллончика?

– Я? Газ? Конечно нет! Зачем? – Вопрос Брента привел ее в замешательство. Теперь и она почувствовала странный запах.

Брент еще раз окинул взглядом комнату, перевел взгляд на потолок и бросился к черному ходу.

– Уходите отсюда, быстро! – крикнул он.

– Что случилось?

– Кто-то открыл газ. Немедленно уходите. – Брент схватил Дженну за руку и потащил к двери. – Когда вы пришли сюда, здесь пахло газом?

– Нет, но я пробыла здесь совсем недолго. К тому же была так погружена в свои мысли, что не замечала ничего вокруг.

Вдруг она вспомнила, что у нее ни с того ни с сего разболелась голова. Быть может, причиной тому газ? Но как она не почувствовала?

Они выбежали из дома, Дженна неловко ступила на ступеньку и подвернула ногу. Почувствовав, что падает, вцепилась в пиджак Брента, удерживая равновесие.

– У вас кружится голова? Наверное, вы отравились газом.

– Нет, я просто подвернула ногу.

Дженна почувствовала, что Брент поднимает ее на руки.

– Эй, что вы делаете?

– Нам нужно уходить как можно скорее. Или хотите дождаться, когда дом взлетит на воздух?

Он осторожно опустил ее на землю.

– Вы сможете ненадолго остаться одна? Мне нужно перекрыть газ.

– Конечно, идите. Только, прошу вас, будьте осторожны.

Брент побежал к черному ходу. Дженна шевельнула больной ногой, прислушиваясь к ощущениям. Боль достаточно сильная, но терпимая. Она попробовала встать и сделать шаг и тут же вскрикнула от резкой боли. Правда, в целом все не так уж и страшно. Судя по ощущениям, перелома не было, и, если не наступать на больную ногу, вполне можно сесть в машину. Скорее всего, небольшой вывих. Но нужно переобуться. И зачем она надела сапоги на высоких каблуках?

– Что вы делаете? – Брент с удивлением смотрел, как Дженна переминалась с ноги на ногу.

– Я захватила кроссовки. Они в машине. В этих сапогах я не смогу сделать ни шагу. Помогите мне, пожалуйста, разуться.

– Хорошо, встаньте на носочки. Я отвезу вас в местную больницу, и вам сделают рентген. А сейчас постараюсь снять с вас сапог. Вы готовы?

– Конечно. Все не так страшно, как показалось сначала. Скорее всего, обычный вывих. А что там с газом?

Брент молча нежно и аккуратно принялся снимать с нее сапог. Как ни странно, ей почти не было больно. Прикосновение вызвало странное ощущение. Казалось, что по телу пробежал электрический разряд.

– Не знаю, – проговорил он наконец. – Я перекрыл газ. Думаю позвонить в газовую службу и вызвать специалистов.

– Позвоните прямо сейчас. Я сама переобуюсь. Ей нужно было побыть одной. Близость Брента, его прикосновения сводили с ума.

– Хорошо! Тогда я сначала позвоню в газовую службу, а потом мы поедем в больницу и сделаем рентген.

Он достал мобильный телефон и принялся набирать номер аварийной службы. В ожидании, когда его соединят, сел на корточки и похлопал себя по колену.

– Поставьте ногу сюда.

– Да вы сама галантность.

– Это у меня в крови. Не могу дозвониться. Что ж, будем надеяться, за время нашего отсутствия дом не взлетит на воздух.

– Вы забыли закрыть парадную дверь, – заметила Дженна. – Малейший сквозняк может вызвать пожар и взрыв.

– Спасибо, закрою. А что успели сделать вы, пока меня не было? Удалось что-нибудь выяснить?

Он с надеждой посмотрел на Дженну. Должно быть, подумал, что ей удалось приблизиться к развязке. Придется его разочаровать.

– Всего лишь провела небольшой следственный эксперимент, чтобы восстановить картину преступления, мне это практически удалось. И еще поговорила с вашей кузиной. Мы встретились, как только я подъехала к дому.

– Что она здесь делала?

– Не знаю, кажется, что-то относила вашей тете. По крайней мере, вышла из дома Сильвии и Херба. Я попросила ее рассказать все, что она помнит о той ночи. Джеми наблюдала за происходящим из окна своей комнаты.

– Да, знаю. Читал в полицейском протоколе.

– А вы с ней когда-нибудь говорили об этом?

– Я задал ей пару вопросов, когда начал свое расследование. Но вообще в нашей семье не принято обсуждать эту тему.

И опять в голосе никаких эмоций. И странно – почему они избегают этой темы?

Брент снова достал телефон. Наконец-то музыка умолкла, из трубки послышался голос оператора.

– Я бы хотел сообщить об утечке газа. Некоторое время они, не отрываясь, смотрели друг на друга. Ситуация накалялась, и, чтобы ее разрядить, Дженна показала ему язык. «Что за странная женщина!» Он засмеялся. Дженна не осталась в долгу и одарила его обворожительной улыбкой. Брент понимал, нужно быть начеку, иначе окажется во власти женских чар и забудет о главном.

– Они пообещали кого-нибудь сюда прислать. Нам больше незачем оставаться. Можно ехать в больницу. Надеюсь, к нашему возвращению газовщики все уладят.

– Значит, больше не хотите говорить со мной о своей матери? Ловко же вам удалось перевести разговор.

– Да, считайте, что эта тема закрыта. Обопритесь на меня. Нужно посадить вас в машину.

У Дженны оказалось растяжение связок.

Спустя полтора часа, проведенных в клинике, они вернулись к дому Томпсонов. Подъехав, сразу заметили возле дома аварийную машину. Но рабочих видно не было.

– Все мои записи и бумаги, которые привез шериф, остались в доме, – спохватилась вдруг Дженна. – А фотографии на полу. Я не успела собрать их. Можно я войду в дом и соберу их?

– Конечно. Справитесь без меня? Я дам вам костыли.

– Сама справлюсь. И обойдусь без костылей. Уж как-нибудь доковыляю.

– Перестаньте! Не говорите глупости! Врач посоветовал пользоваться костылями хотя бы несколько дней. Иначе нога никогда не заживет.

– Ну ладно. Хорошо еще, врач разрешил водить машину.

Брент промолчал, но для себя решил, что не позволит Дженне водить машину, пока нога полностью не заживет. Он будет возить ее сам туда, куда нужно. Но сейчас не хотелось пререкаться. Он достал из багажника костыли и открыл дверцу со стороны Дженны.

Балансируя на одной ноге, она с трудом вылезла из машины.

– Может быть, довести вас до дома? Ведь вы еще не привыкли к костылям.

– Не беспокойтесь. Все в порядке. Я спокойно справлюсь без вас.

– Как вы будете собирать фотографии с пола? На костылях это очень неудобно.

– Я сяду на диван, наклонюсь и прекрасно соберу. Вы беспокоитесь по пустякам.

Брент улыбнулся. Ему нравилась независимость этой девушки. Несмотря на бурные протесты, он проводил ее до двери и помог подняться на крыльцо.

– Подождите, мне нужно кое-что проверить. Парадная дверь была открыта. Он вошел в дом и принюхался. Насколько он мог судить, газом больше не пахло.

– Все в порядке, можете заходить. Но не задерживайтесь надолго. Возьмите то, что хотели, и скорее уходите.

И он отправился на поиски рабочих. У задней стены дома стоял мужчина средних лет в ярко-оранжевом жилете с логотипом газовой службы.

– Меня зовут Брент Томпсон. Это я вас вызвал. Мужчина вытащил из кармана жилета квитанцию, заглянул в нее и поднял глаза.

– Вы владелец?

– Да.

– Причиной утечки стал газовый котел в подвале. – Газовщик указал на дверь со сломанным замком, ведущую в подвал. Брент давно собирался его починить, но все не доходили руки. – В механизме возникли неполадки. Судя по виду, он довольно старый.

Котел действительно был старым, но ему и в голову не приходило проверять его.

– И что вы предлагаете? Полностью менять газовую систему?

– Не думаю. На всякий случай я все проверю, но мне кажется, проблема в котле.

Эта новость Брента обрадовала.

– Спасибо! Вы меня обнадежили, рад, что не придется тратиться на ремонт. Сообщите, если еще что-нибудь обнаружится.

Войдя в гостиную, он увидел, что Дженна внимательно рассматривает фотографии. Она поняла, что это Бренту неприятно, и сразу, как только он ее окликнул, поспешно прикрыла их папкой.

– Как ваша нога?

– Не волнуйтесь, все в порядке. У меня не получилось достать фотографии с дивана, пришлось сесть на пол.

– Наверное, мне нужно было пойти с вами и помочь.

– Но вы ведь были заняты. – Брент ласково улыбнулся. Она перевела разговор на другую тему: – Что сказал газовщик? Надеюсь, дом не взорвется?

– Нет. Придется кое-что поменять, но в целом все не так уж страшно. Вы приехали сюда незадолго до меня?

– Да, примерно за сорок пять минут. А что?

– И никого не видели возле дома?

– Нет. Но я обратила внимание на то, что шторы задернуты. А я прекрасно помню, когда мы уезжали два дня назад, окна не были занавешены.

Что-то здесь не так. Стоило нанять помощницу, как в доме сразу же произошла утечка газа. Таких совпадений не бывает. Тем более это случилось именно тогда, когда детектив осталась в доме одна.

– Что с вами, Брент? О чем задумались?

– Не хочу, чтобы вы приезжали сюда без меня.

– Почему?

– Заметьте, утечка газа произошла именно тогда, когда вы были одна. Я больше не хочу подвергать вас такому риску.

– А если это просто совпадение?

– Не думаю. Мне кажется, кому-то не понравилось, что вы осматриваете дом.

– Перестаньте сгущать краски. Впрочем, я вас понимаю. Этот дом действует на вас тягостно. На вашем месте у любого бы возникла мания преследования.

– Нет, раньше никогда не происходило ничего подобного. И вот теперь, когда к делу подключились вы, кто-то решил устранить вас, пока вы не нашли ключ к разгадке. Даже представить страшно, что было бы, если бы я приехал на полчаса позже. Вы больше не войдете в этот дом одна. Все. Разговор окончен.

Некоторое время Дженна, нахмурившись, стояла на коленях.

– Помогите мне подняться и подайте костыли. А насчет моего пребывания в доме… Что ж, впредь буду осторожнее.

– Вы больше никогда не приедете сюда одна. Об этом не может быть и речи! – Брент подал ей руку, помогая подняться.

– Чушь! К чему преступнику такие сложности? Если бы он хотел от меня избавиться, просто ударил бы по голове.

– Понятия не имею, почему он так себя повел. Как бы там ни было, вы дешево отделались.

Дженна схватила с пола фотографии и папки и в досаде хлопнула себя ими по бедру.

– Я сама во всем виновата, нужно было вести себя осторожнее. Если бы я раздвинула шторы, увидела бы его во дворе и позвала на помощь. Хотя сомневаюсь, что кто-то залез сюда, чтобы устроить утечку газа и, таким образом, устранить меня. Но в следующий раз буду предельно осторожна.

– И все же я настаиваю: одной сюда больше не приезжать.

– А как я буду проводить расследование?

Она опустилась на корточки, Брент отвернулся к окну. Видимо, нечего было возразить. Возможно, он начал сдавать позиции. Спустя некоторое время он повернулся к ней.

– Да поймите же вы, наконец, если бы я опоздал, все могло бы закончиться очень плохо.

Как только Брент высказал вслух эту мысль, ему стало еще страшнее. «Черт возьми! Хватит себя накручивать!» Он понимал, в чем-то Дженна права, и не знал, как поступить. Он не имеет права подвергать ее риску. Но иначе расследование проводить невозможно. Брент нервно прошелся по комнате, раздвинул шторы и выглянул в окно. Отсюда отлично просматривался весь двор. Она смогла бы увидеть преступника, если бы выглянула в окно. Может, позволить ей… Нет, на это он не пойдет! Разве что… Нет!

– Простите, я повел себя глупо. Я не должен вас пугать. Все, может быть, не совсем так. Наверное, я действительно слишком сгустил краски.

И снова перед глазами возникла страшная картина: Дженна на полу в гостиной, на том самом месте.

«Нужно перестать забивать себе голову всякими глупостями».

– Тогда в чем проблема? Почему я не могу осматривать этот дом одна?

– Только в моем присутствии.

Дженна в раздражении хлопнула пачкой фотографий об пол.

– Вам не удалось меня убедить! Я не считаю, что мне грозила реальная опасность. И раз уж вы решили принять мою помощь, должны разрешить мне осмотреть место преступления.

«Эту женщину не переспоришь. Если она что-то вбила себе в голову, разубедить ее невозможно».

– Убедил я вас или нет, не имеет значения. Можете не верить. Но факт остается фактом, находиться здесь одной я вам не позволю!

– В таком случае мои успехи в этом деле поистине грандиозны. Ничего не скажешь, вы приняли по-настоящему мудрое решение.

Упрямства этой женщины хватило бы на десятерых. Дженна взяла костыль и попыталась подняться. Костыль неправдоподобно громко скользнул по полу, оставляя длинную царапину. Казалось, звук эхом отдался во всем доме. Брент бросился на помощь.

– Обойдусь! – резко отвергла Дженна. – Ваше упрямство сводит меня с ума. Еще никогда я не встречала таких упертых людей.

– Вы можете осматривать дом сколько хотите. Никто не запрещает. Просто я буду рядом, чтобы защитить вас в случае чего.

– От кого вы собираетесь меня защищать? Почему вам всюду мерещатся враги?

– Я не хочу об этом говорить.

– Ну хорошо. Вы не хотите об этом говорить. Но учтите, когда Пенни спросит, как продвигается расследование, мне придется сказать, что все было бы хорошо, если бы маршал Томпсон не чинил препятствий на каждом шагу. Пенни решит, что мы напрасно тратим время, и откажется помогать.

– Кто-то хотел отравить вас газом. Я в этом убежден. Не спрашивайте почему. Уверен, приди я на полчаса позже, вас было бы уже не спасти. Лежали бы здесь, как когда-то моя мать. Я не хочу пережить новую утрату и сделаю все, чтобы этого не случилось.

Глава 5

Дженна хотела возразить Бренту. На ее взгляд, все, что он сказал, ерунда. Но, посмотрев на него, вовремя прикусила язык.

– Что, не можете подобрать подходящую колкость? – саркастически улыбнулся Брент.

Он явно ее провоцировал, но она не приняла его вызов.

– Я вовсе не хотела говорить колкости. Это я во всем виновата, – неожиданно смягчилась она. – Мне и в голову не могло прийти, что вы так за меня испугаетесь и начнете представлять всякие ужасы. Простите меня.

– Вы опять решили испробовать на мне свои психологические приемчики?

– Думаю, на меня никто не покушался.

– Когда ехали сюда, вам не показалось, что кто-то следит за вами?

– Нет. Слушайте, я лишь провожу частное расследование. Подумайте сами, зачем кому-то следить за мной? Мне ничто не угрожает. Я не знаю, как вас в этом убедить. – Ее осенила идея. – Но ведь вы не сможете сопровождать меня всякий раз, как мне понадобится осмотреть дом. У вас и без того масса дел. Нам нужно найти компромисс.

– Что предлагаете?

Он тоже хотел найти выход из создавшейся ситуации.

– Я буду приезжать с кем-нибудь из знакомых. Или же просить кого-то из ваших родственников, чтобы они сопровождали меня, в случае если мои знакомые будут заняты. Кстати, Джеми дала мне номер своего мобильного телефона, сказав, что я могу обращаться к ней в любое время. Так что она точно согласится.

Брент отвернулся к окну и в задумчивости отодвинул штору.

– Прошу вас, обдумайте мое предложение. Не отвергайте сразу. На мой взгляд, прекрасный выход из положения.

Брент молчал, закрыв лицо руками. Спустя пару минут, которые показались долгими томительными часами, он повернулся и жгуче взглянул на нее. Казалось, он проникал в нее насквозь. И опять Дженна почувствовала, что хочет прожить с ним всю жизнь.

– Я подумаю над вашим предложением. Сначала поговорю с родными.

– Мы можем обратиться к шерифу, попросить у него содействия, – предложила Дженна.

– Да, я думаю, он не откажется нам помочь, – согласился Брент и опять отвернулся к окну.

– Есть какие-нибудь мысли по поводу убийства? Брент опять сменил тему. Дженна сделала вид, что не заметила – она почувствовала страшную усталость. Настроение Брента, его постоянная напряженность, душевная боль или, как теперь, опустошение передавались и ей бессознательно.

– Мне нужно еще раз мысленно воспроизвести сцену преступления, а еще допросить наркомана, о котором вы упоминали. Подозрительной остается и фигура вашего отца. Интуиция подсказывает, что он ни при чем, однако не следует пока вычеркивать его из списка подозреваемых. Я бы очень хотела поговорить с ним.

– Понимаю, но не знаю, где он. Я дам вам его последний номер телефона, но не уверен, что это поможет. Отец то и дело меняет место жительства.

– Я постараюсь его найти, но сначала хочу допросить наркомана. Мы можем попросить шерифа дать нам сводки о проникновениях в дома со взломом за тот период. В особенности следует обратить внимание на подобные случаи по соседству.

– Я уже это сделал. Но можете попытаться посмотреть свежим взглядом. Я могу дать вам копии всех отчетов по кражам со взломом и прочим преступлениям в этом же роде. Они до сих пор у меня. Надеюсь, это вам поможет.

– Да, я была бы вам очень признательна, а еще хотела бы поговорить со своими знакомыми из полиции и ФБР. Если вы не против, я покажу им фотографии из судебного отчета. Быть может, им удастся определить орудие преступления.

Дженна услышала чьи-то шаги, обернулась и увидела Сильвию.

– Господи! – вскричала та. – Что случилось? Почему Дженна на костылях?

– У нее растяжение связок.

– Вообще-то это Брент настоял на том, чтобы я ходила на костылях, пока все не заживет. На мой взгляд, в них нет необходимости, но Брент и слушать ничего не хотел. Иногда ваш племянник ужасно упрям.

– О, что есть, то есть, я не раз убеждалась в этом на собственном опыте, дорогая моя.

– Только не начинайте ворчать по своему обыкновению, тетя Сильвия. Костыли – это всего лишь мера предосторожности, чтобы Дженне не приходилось лишний раз тревожить больную ногу. И ничего особенного я в этом не вижу. И не смотрите на меня так сердито. Я отвезу вас в город, Дженна, – проговорил Брент.

– Не стоит. Я спокойно доеду сама. Одна-то нога у меня в порядке.

– Нет, вы устанете. Путь неблизкий. Лучше я отвезу вас. Так мне спокойнее.

Дженна тяжело вздохнула. Ей ужасно хотелось поскорее добраться до дому и, наконец, отдохнуть.

– Не спорьте, – вмешалась Сильвия. – У меня идея. Дженна останется здесь до вечера и пообедает вместе с нами. А после обеда ты отвезешь ее. Камилла возьмет твой автомобиль, а ее муж пригонит домой их машину.

Сильвия сказала это твердым, не терпящим возражений тоном. Судя по всему, властность – их семейная черта.

– Не хочу навязываться на семейный обед, – запротестовала Дженна.

– Ну что вы! Нам будет приятно, если вы останетесь. Значит, договорились. Мне пора в церковь. А вы располагайтесь и чувствуйте себя как дома.

– Ну и ну! – удивленно глядя на Брента, проговорила Дженна, когда Сильвия ушла. – Спорить с вашей тетей себе дороже.

– Что есть, то есть, – согласился Брент. – Но не будем терять времени. Давайте еще раз воспроизведем ночь убийства.

Семейный обед подходил к концу. Дженна незаметно выскользнула из комнаты. Из кухни доносился восхитительный аромат кофе, который варила Сильвия. Брент, Камилла и Джеми сидели в гостиной и обсуждали планы на предстоящие праздники. Камилла и Дуг на День благодарения собирались к тете, а Рождество планировали отметить дома. Брент собирался работать, как обычно подменяя женатых коллег.

Внезапно его охватило странное беспокойство. Он окинул глазами комнату и не нашел Дженну. Интересно, где она?

– Я скоро вернусь, – бросил он.

– Куда ты? – удивилась Камилла.

– Наша гостья куда-то пропала. Пойду поищу ее.

– Советую заглянуть на кухню, – сказала Джеми. – В шкафчике пакет твоего любимого печенья. Я испекла сегодня утром.

– Ты просто чудо, Джеми.

– Я знаю, братишка.

Когда он вошел в кухню, Сильвия разворачивала бумагу, в которую были завернуты пироги. Блюдо с печеньем уже стояло на столе.

– Вы с Джеми лучше всех на свете, – произнес он с искренним чувством. – Кстати, вы не видели Дженну?

– Кажется, она пошла на задний двор с дядей Хербом. Он что-то говорил насчет костра.

– Неужели дядя опять решил заняться усовершенствованием ямы для костра?

– Да, и так уже много лет, но его все что-то не устраивает. Ты еще не видел, как он теперь переделал ее?

– Нет, не видел.

– Он поменял несколько кирпичей.

– Пойду посмотрю.

Херб и Дженна сидели у огненной ямы. Во дворе приятно пахло горящими поленьями.

– Привет, дядя. Твоя яма стала просто замечательной.

– Я подобрал эти кирпичи пару недель назад около строительного магазина. Он недавно разорился. Очень ценный кирпич. Мне невероятно повезло, что я нашел его.

По мнению Брента, это были самые обычные кирпичи. Ему ужасно хотелось побыть наедине с Дженной. И почему он должен сдерживаться?

– Как ваша нога?

– Прекрасно. В таком положении почти не болит.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Он понял, что между ними нечто большее, чем просто флирт, и почувствовал сильную эрекцию. Херб, видимо, о чем-то таком догадался, потому что, смущенно кашлянув, под надуманным предлогом вернулся в дом.

– Скоро подадут кофе. Мы немного посидим и вернемся в дом.

– А по-моему, нам некуда спешить. Здесь так чудесно! Я всегда любила живой огонь.

– Камилла захочет уехать сразу после кофе, она чувствует себя здесь неуютно.

– Ничего удивительного, мне тоже не по себе, когда думаю о том, что здесь произошло.

Они немного помолчали.

– Не могли бы вы дать мне координаты подозреваемого, о котором мы говорили? Я хотела бы как можно скорее связаться с ним.

– Его адрес у меня дома в Чикаго. Завтра днем мы можем к нему подъехать. Он живет в часе езды отсюда.

– У вас найдется время?

– Конечно. Завтра воскресенье. Утром мы с друзьями играем в футбол. Но обычно к одиннадцати игра заканчивается.

– Здорово! – восхитилась Дженна. – Наверное, это очень увлекательно.

– Да, я до сих пор люблю играть в футбол.

– Можно я приеду посмотреть на вашу игру? Или вы считаете, что я буду лишней в мужской компании?

– Нет, почему же? Буду рад, если вы приедете, вдохновите меня на победу.

– Прекрасно. Тогда мы сможем поехать к подозреваемому сразу после матча.

– Значит, решено. Завтра встречаемся в половине девятого утра и едем на матч. А потом к Терренсу Джеффрису. Правда, мне нужно будет принять душ после матча. Но вы сможете подождать меня в каком-нибудь кафе.

– Ничего страшного! Мне будет чем заняться. Пока вы приводите себя в порядок, я изучу ваши записи по Терренсу до того, как с ним встречусь. Как вы думаете, этот визит может что-то прояснить?

Брент разговаривал с Терренсом, но его расследование не продвинулось ни на шаг. Но, может, Дженна заметит что-то, чего не увидел он?

– Джеффрис сказал, что в ночь убийства он провел дома.

– А что подсказывает ваша интуиция?

– Моя интуиция подсказывает, что он не убийца. В последнее время я перестал доверять самому себе.

– Дело в том, что это расследование значит для вас слишком много, вы не можете взглянуть на него объективно.

– Да, наверное. Именно поэтому я и обратился к вам за помощью.

– Обещаю, я сделаю все, чтобы помочь вам. Мне с самого начала хотелось раскрыть это дело. Но когда я узнала вас ближе, встретилась с вашими родными, взглянула на убийство Шерил по-другому. Я хочу, чтобы ваша семья наконец обрела мир и душевный покой.

Брент перевел взгляд на руку Дженны, все еще лежавшую у него на колене, сердце бешено забилось, казалось, до потери сознания. Еще ни к одной женщине он не испытывал подобных чувств, не хотел отношений, хотя по-настоящему влюбился в Дженну с первой встречи. Что-то подсказывало, что и она питает к нему подобные чувства.

– Нам надо возвращаться в дом. Тетя, наверное, заждалась.

Глава 6

На следующее утро после футбольного матча Брент и Дженна поехали к Терренсу Джеффрису. – Кто разговаривал с Джеффрисом в прошлый раз? – спросила Дженна.

– Шериф. Я дал ему список вопросов, а Барнес, как никто другой, умеет проводить допросы свидетелей и подозреваемых.

– Я построю допрос несколько иначе, чем шериф. Быть может, мне удастся выудить из Терренса какие-то сведения, которые не сумел получить Барнес. Возможно, он забыл, что говорил шерифу, собьется, запутается и чем-нибудь себя выдаст. Ну, или его показания совпадут с вашими записями, значит, он ни в чем не виноват.

– Знаете, я лучше подожду вас на улице. В моем присутствии он наверняка замкнется в себе и ничего не скажет.

– Он вас недолюбливает?

– Его долгое время подозревали в убийстве Шерил, он знает, что я ее сын, у него есть причины меня не любить.

– Понятно.

Брент остановил машину около грязно-белого, облупившегося дома. На необыкновенно узкой подъездной дорожке стоял старый ржавый джип. Судя по всему, эта рухлядь принадлежала Терренсу. Повезло, им удалось застать его дома.

– Милое местечко, ничего не скажешь.

– А что вы хотите? Он тратит все деньги на наркотики.

Дженна решила оставить костыли в машине и с огромным трудом выбралась наружу. Прихрамывая, она направилась к каменному крыльцу. Брент, опасаясь, что она споткнется и, потеряв равновесие, упадет, пошел за ней.

Она поднялась на крыльцо, он остался.

– Я подожду вас здесь.

– Да не волнуйтесь вы так! Если Терренс вдруг нападет на меня, позову на помощь.

Дженна уже почти собиралась постучать, но передумала.

– Отойдите дальше. Можете вернуться на свой пост, когда я войду в дом, но сейчас лучше спрятаться. Если он вас увидит, скорее всего, захлопнет дверь у меня перед носом.

– Нет. Пусть лучше он знает, что вы не одна. В случае чего вас есть кому защитить.

Тяжело вздохнув, Дженна постучала. Послышались шаги, дверь отворилась, на пороге показался высокий, страшно худой мужчина. Лицо его было пепельно-серым, остатки волос торчали во все стороны. В зубах он сжимал дымящуюся сигарету. В полицейском протоколе Дженна прочла, что на момент убийства Терренсу было двадцать два года. Получается, теперь около сорока пяти. Несмотря на сравнительно молодой возраст, Терренс выглядел глубоким стариком. Впрочем, ничего удивительного для наркомана.

Дженна улыбнулась ему. Даже на такого пропащего человека должно подействовать женское очарование мисс Иллинойс.

– Здравствуйте. Я Дженна Хайвард.

Терренс окинул ее плотоядным взглядом с головы до ног. Подобная реакция ее не удивила. Все мужчины при первой встрече вели себя именно так. Вдруг Терренс заметил Брента, и выражение его лица изменилось.

– Уходите! Я не имею никакого отношения к смерти вашей матери. Я уже все рассказал шерифу.

Понимая, что нужно как-то его отвлечь, Дженна отклонилась влево, закрывая Брента.

– Я частный детектив. Помогаю расследовать убийство Шерил Томпсон, нашла вашу фамилию в полицейском протоколе.

– Они решили, будто это сделал я. Но я не убивал ее. Клянусь.

– А я вас и не обвиняю. Я просто задам вам несколько вопросов и сразу же уйду.

Вытянув шею, Терренс недоверчиво смотрел на Брента.

– Не волнуйтесь, он постоит внизу и подождет меня. Разговаривать с вами буду я.

– Вы из полиции? Если так, я буду разговаривать с вами только в присутствии адвоката.

– Поверьте мне, я не из полиции. Я частный детектив, работаю в юридической фирме. Мы согласились помочь раскрыть убийство Шерил Томпсон.

Джеффрис, между тем, переводил взгляд с нее на Брента.

– Мне нужно позвонить адвокату. А вы можете войти в дом, если хотите.

Терренс прошел в глубь дома, оставив входную дверь открытой. Вот так везение! У нее есть возможность осмотреть его жилище. Если не найдется ничего интересного, она, по крайней мере, сможет подслушать разговор с адвокатом.

Дженна прошла в небольшую, квадратной формы гостиную, обставленную довольно скудно. За исключением телевизора на складном деревянном столике, старомодного дивана, письменного стола, на котором стояла дешевая керамическая лампа, и двух грубо сколоченных полок на стенах, в комнате ничего не было. На одной из полок находились предметы, так или иначе связанные со спортом: сломанная бейсбольная бита, спущенный футбольный мяч и желтый флаг с какой-то эмблемой. Судя по всему, памятные вещицы. Это заинтересовало Дженну. Все эти вещи покрывал толстый слой пыли. И вдруг она заметила странный предмет, никак не связанный со спортом. Обыкновенный кусок цемента рядом с бейсбольной битой. Достав из портфеля фотоаппарат, Дженна сфотографировала все на полке и выглянула в коридор. Из соседней комнаты все еще доносился приглушенный голос Джеффриса. Значит, еще есть время продолжить осмотр. Вернувшись к полке, Дженна обмотала руку шарфом вместо перчатки, которые используют криминалисты, и приподняла кусок цемента. Внимательно осмотрела со всех сторон, предполагая, что на нем остались следы крови. Конечно, с тех пор прошло много лет, ни один здравомыслящий человек не стал бы хранить орудие преступления на самом видном месте, но все же нельзя исключать такую возможность. Дженна сфотографировала его с разных ракурсов. Не мешает сравнить с раной на голове.

Джеффрис вошел в гостиную. Судя по всему, разговор не увенчался успехом.

– Я звонил в юридическую компанию. Оказалось, моего адвоката нет на месте. Но мне строго-настрого запретили в его отсутствие отвечать на какие-либо вопросы, связанные с убийством. Может быть, встретимся в другой день?

– Хорошо. Вот мой номер телефона. Пусть ваш адвокат свяжется со мной, как только появится в офисе.

– Да, конечно, он сразу вам позвонит.

Но, судя по выражению лица, Джеффрис вовсе не собирался снова звонить в юридическую компанию и сообщать адвокату номер ее телефона. Вероятно, радуется, что смог избежать разговора. Но она не отстанет, пока он не свяжется с адвокатом и не назначит ей новую встречу.

– Прекрасно.

– Шерил Томпсон была хорошим человеком. Поверьте, я не убивал ее.

– Тогда тем более вы легко ответите на мои вопросы. Жду звонка вашего адвоката.

Дженна вышла из дома, прикрыла за собой дверь и, прихрамывая, начала спускаться с крыльца.

– Пойдемте. Мне удалось сделать несколько фотографий. Нужно сравнить предметы, которые я сфотографировала, с раной на голове.

Обычно Брент скептически относился к подобным вещам, поскольку за годы расследования не продвинулся ни на шаг, но энтузиазм Дженны невольно передался и ему. Глаза ее блестели, голос прерывался от волнения. Быть может, один из предметов окажется орудием убийства?

– Удалось что-то найти интересное?

Вместо ответа, она схватила его за руку и потащила к машине.

– Не здесь. Я покажу вам фотографии в машине. У Терренса странная коллекция вещей, так или иначе связанных со спортом: сломанная бейсбольная бита, спущенный футбольный мяч и прочий хлам в том же роде. Но это не все. У него на полке здоровенный кусок цемента. Согласитесь, это подозрительно.

Внезапно Брент кое-что вспомнил, и настроение у него резко испортилось.

– Что с вами? Почему молчите?

– Мне придется разочаровать вас. Я вспомнил, что это за кусок цемента. К сожалению, никакого отношения к нашему делу он не имеет. Это часть покрытия стадиона, где когда-то проводились соревнования по бейсболу. Его взорвали несколько лет назад, и многие фанаты оставили себе на память обломки.

Дженна изменилась в лице, с огромным трудом сдерживая разочарование. От ее энтузиазма мгновенно не осталось и следа. Бренту было хорошо знакомо это состояние. В досаде она хлопнула себя по бедрам.

– Вот ведь неудача, черт побери! А я-то думала.

– Кстати, когда шериф допрашивал Терренса, он тоже обратил внимание на этот странный предмет и решил, что это орудие убийства.

Она взяла его за руку и, словно в задумчивости, стала перебирать пальцы. Он почувствовал невероятное возбуждение.

– Ваши прикосновения сводят меня с ума, – сказал он, отстраняясь от нее. – Нам пора ехать.

– Брент… – Ее голос стал хриплым от страсти.

«Должно быть, именно таким голосом она разговаривает со своими любовниками по утрам после бурной ночи». Он представил, как она лежит на постели абсолютно голая, едва прикрытая простынями. Черт возьми! Не нужно об этом думать, пора выбросить из головы неуместные мысли. Легко сказать! Даже голос Дженны возбуждает его. Вот что делает с мужчиной длительное отсутствие секса.

– Нет, Дженна. Нам нужно ехать. Иначе я сделаю глупость, о которой мы оба впоследствии пожалеем.

Он резко тронулся с места.

Он пытался сосредоточиться на дороге и не думать ни о чем. Молчание начинало тяготить, но он не знал, что сказать. Впрочем, любой разговор таил опасность.

– Что с вами? Вы уже полчаса сам не свой.

– Нет, я просто… – Он чуть было не сказал непристойность, но вовремя прикусил язык.

Они свернули вправо. По бокам дороги густо росли деревья. Брент остановился, поняв, что в таком состоянии просто не способен вести машину. Нужно привести мысли в порядок. И сразу же осознал, что это очередная большая ошибка. Теперь ему захотелось заняться любовью с Дженной еще сильнее. Может быть, стоит откровенно поговорить с ней об этом? Но для этого придется повернуться и посмотреть на нее. Неизвестно, что тогда случится.

– Не понимаю, что со мной. Я хочу того, чего не могу получить. По крайней мере, сейчас. И это сводит с ума.

– Вы нервничаете из-за неудачи? Неужели она ни о чем не догадывается? Она достала фотоаппарат.

– Даже если ни один из предметов не является орудием убийства, их все равно не мешало бы сравнить. Я пока не знаю, чем это может помочь, но чувствую, что на верном пути. Возможно, поездка не пустая трата времени. Не волнуйтесь, мы все сделали правильно.

Не в силах больше сдерживаться, Брент нежно провел кончиком пальца по ее щеке.

– Дорогая, я разволновался вовсе не из-за фотографий, – сказал он и порывисто ее поцеловал.

– Ох! – вскрикнула она от неожиданности.

Ее губы были просто совершенны. Мягкие, теплые, нежные. Казалось, они созданы для поцелуев. На мгновение оторвавшись от них, Брент провел кончиком пальца по ее подбородку. Ужасно хотелось сорвать с нее одежду и заняться любовью, но он не знал, будет ли испытывать к ней влечение после этого. У Брента была странная особенность. После ночи любви он переставал испытывать к партнерше какие-либо чувства, даже физическое желание исчезало. Правда, еще ни одну женщину он не хотел так сильно, как Дженну, его чувства к ней были сильнее, глубже, чем обычно. Он бы все на свете отдал за то, чтобы обладать ею.

Быть может, когда убийца будет пойман, все в его жизни изменится, но сейчас об этом нечего и думать. Он не сможет совмещать отношения с расследованием и своей основной работой.

Но полный страсти и вожделения взгляд Дженны сводил с ума. Казалось, он вот-вот утонет в ее огромных голубых глазах. Почему, в конце концов, он должен постоянно сдерживаться? Почему бы ни расслабиться, пусть на пару часов?

Брент опять поцеловал Дженну, на этот раз не так робко и неуверенно. Он просто задыхался от вожделения.

Дженна обняла его за шею и притянула к себе. Он ощутил волнующее прикосновение ее грудей, и ему захотелось поласкать их. Чувствуя, что теряет голову, Брент отстранился от Дженны.

– Подождите, – задыхаясь, проговорил он. Но она, казалось, не слышала. Притянула его к себе и опять поцеловала в губы.

– Эй, не торопитесь. Я боюсь, что не сдержусь и возьму вас прямо здесь. А мне бы не хотелось. Вы достойны большего.

– Хорошо. Вы правы, нам лучше вернуться в город.

– Да, так действительно будет лучше.

– Но я не могу без вас, – еле слышно призналась Дженна.

Брент ничего не ответил и резким движением защелкнул ремень безопасности. Потом повернулся к Дженне и бросил на нее долгий задумчивый взгляд.

– Я тоже не могу без вас. Но у меня нет времени на длительные серьезные отношения. Вдруг я не смогу уделять вам достаточно внимания и тем самым причиню страдания. Вы должны понимать, я не хочу развивать наши отношения не потому, что вы мне не нравитесь, а потому, что вам будет плохо со мной. Все мои романы заканчивались неудачно. Вы же знаете, я слишком сосредоточен на расследовании. Найти убийцу матери для меня важнее всего на свете. Важнее любых отношений. Ни одна женщина не может с этим смириться.

– А отношения со мной будут отвлекать от цели, вы это хотели сказать?

– Не совсем так. Вы ставите вопрос слишком прямолинейно, и потому он звучит оскорбительно. Оскорбительно для вас. Но я не хотел вас оскорблять или обижать.

– Я прекрасно поняла, что вы имели в виду. Вы считаете, что придется уделять мне слишком много внимания. Ведь я не из тех, с кем можно переспать, а потом исчезнуть на месяц. Не бойтесь, я не стану унижаться и добиваться вашей любви. Пусть наши отношения никогда не выйдут за рамки делового сотрудничества.

– Мне доставляет большое удовольствие ваше присутствие. Когда вы рядом, я ощущаю себя совсем другим человеком. Вы нужны мне. Да что там, вы сводите меня с ума. Давайте сначала найдем убийцу, а потом попробуем начать отношения заново. Быть может, у нас что-нибудь получится.

– Хорошо, я согласна. Быть может, мы будем по-настоящему счастливы.

Глава 7

Дженна открыла дверь в свою квартиру. – Располагайтесь, – кивнув на стул, пригласила она. – Если проголодались, проходите на кухню и приготовьте себе чего-нибудь перекусить. Не стесняйтесь, чувствуйте себя как дома.

«И не рассчитывайте, что я стану вас развлекать. Мне некогда этим заниматься», – добавила Дженна про себя и включила компьютер, желая как можно скорее загрузить фото.

Брент сказал, что кусок цемента – это часть покрытия взорванного стадиона и не может быть орудием убийства. Да, трагедия с его матерью произошла задолго до взрыва. Но почему-то необычный предмет продолжал вызывать подозрение. Она принялась перекачивать фотографии на рабочий стол. Краем глаза взглянула на Брента. Он устроился на диване.

– Что вы собираетесь делать?

– Хочу распечатать фотографии и как следует изучить их.

Она попробовала сосредоточиться на работе, но вдруг услышала, что он поднялся с дивана и подошел к ней. Остановился за спиной и тоже стал смотреть на экран. У Дженны закружилась голова. Нет, так нельзя! Нужно сосредоточиться на работе. Брент ясно дал понять, что их отношения невозможны. По крайней мере, сейчас.

– Простите, но я не хочу, чтобы вы стояли у меня за спиной.

Дженна не отрываясь смотрела в монитор, потому что боялась посмотреть на Брента. Ей с большим трудом удавалось сдерживаться, чтобы не броситься ему в объятия, не сорвать одежду.

– Почему?

– Вы сами сказали, нам нужно сохранять дистанцию.

– Я никогда не говорил ничего подобного.

– Как бы там ни было, между нами нет и не может быть отношений. Мы обо всем договорились. Честно говоря, мне тоже все это не особенно нужно.

С независимым видом, будто ей и в самом деле все равно, она взяла распечатанные фотографии и притворилась, что тщательно их изучает. Брент и не подумал уйти, все так же стоя за спиной и распространяя вокруг себя аромат геля для душа.

Выдержать это было невозможно. Ей вдруг захотелось обнять его, прижаться к нему.

– Перестаньте, Дженна. Вы неправильно меня поняли.

Она продолжала делать вид, что полностью поглощена просмотром фотографий. Это стоило невероятных усилий!

– Нет, Брент, я все отлично поняла. Между нами нет и не может быть ничего общего. Тут больше нечего обсуждать. Мы оба сегодня потеряли над собой контроль, но, к счастью, нам удалось вовремя остановиться. Вы хотите, чтобы я сказала правду? Что ж, скажу вам все до конца. Когда вы рядом, у меня появляются мысли и чувства, которых не должно быть.

– Вот это да! – удивился Брент. – Интересно, что это за мысли и чувства, которых не должно быть?

– Мысли о вас, наших отношениях. А вы не хотите связывать себя любовными узами. Прекрасно понимаю, но мне все равно нравится, когда вы рядом. Я постоянно думаю о вас. Но вы сказали, нам нет смысла начинать отношения, вы все равно очень скоро исчезните из моей жизни.

– Вы неправильно поняли. Я сказал, что нам лучше немного повременить. Я не готов. Но когда мы раскроем убийство, обещаю вам – все станет по-другому. Сейчас отношения будут отвлекать меня от главной цели.

– Вы хотите как можно скорее освободиться от этого страшного груза, а в глубине души ненавидите расследование. В этом все ваши проблемы и ваше несчастье. Вы разрываетесь, временами начинаете ненавидеть самого себя. И в наказание запрещаете себе любые радости жизни.

Взглянув на него, она испуганно замолчала. Он совершенно изменился в лице. Обида, гнев, боль исказили его черты. Казалось, он вот-вот бросится на нее с кулаками. Она невольно отшатнулась, но после секундного замешательства справилась с собой и, успокаивая, погладила его по плечу.

– Что вы несете? – задыхался Брент.

– Это расследование связывает вас по рукам и ногам. Прошлое не отпускает вас. Поэтому вы такой замкнутый и одинокий.

– Вы опять за свое? Я же говорил, что терпеть не могу все эти психологические штучки. Вы решили помучить меня? Или выставить себя самой умной? Не можете смириться с тем, что все считают вас безмозглой красоткой, которая только и умеет ходить по подиуму и кокетничать с мужчинами?

Дженна вздрогнула, как от удара, и отшатнулась от него. Она и представить не могла, что Брент может быть таким жестоким.

– Вам нужно выговориться, поделиться со мной своим горем, – дрожащим голосом проговорила она.

– Зачем? Ничего хорошего из этого не выйдет.

Брент схватил куртку и быстрым шагом направился к выходу. «Ну, этого следовало ожидать, – глядя ему вслед, с горечью подумала Дженна. – Как только мне удалось пробить его броню, он решил сбежать. Многие люди, пережившие трагедию, ведут себя так же, когда кто-нибудь пытается помочь им справиться с душевной болью».

– Мы с вами совершенно разные люди. И вы знаете почему? Я считаю, что, если вы выговоритесь, расскажете о своих чувствах, вам станет легче. А вы воспринимаете мою попытку помочь как личное оскорбление.

Брент замер на пороге, обернулся и хмуро посмотрел на нее.

– Что вы от меня хотите?

– В этом-то и заключается наша проблема. Я хочу от вас то, что вы не можете мне дать.

– Мы уже все обсудили. Наши отношения начнутся, как только мы раскроем это дело. Все, что от вас требуется, – проявить терпение.

Дженне хотелось накричать на него или выставить за дверь. Должно быть, его возлюбленные поступали именно так, пытались пробить стену, разделявшую их, но в конце концов бесплодные попытки утомляли, и они разрывали отношения.

– Наверное, вы думаете, я затеяла этот разговор, чтобы удержать вас подле себя. Нет, я просто хотела заставить вас испытать хоть какие-нибудь чувства. Пусть и негативные. Не важно что – гнев, обиду или что-то другое.

– И потерпели неудачу, дорогая моя, – язвительно бросил Брент и вышел из квартиры.

Его душила ярость. Обычно в таком состоянии помогала пробежка. Машину он оставил довольно далеко, и это к лучшему. Надо пробежаться. И он побежал, но сегодня проверенный способ не сработал.

Сняв машину с сигнализации, он сел за руль. Черт бы побрал эту Дженну! Брент думал, им удастся поладить. Она казалась умной, целеустремленной, своеобразной, совершенно не похожей на других его женщин. Зазвонил мобильник. Наверняка Дженна. Должно быть, хочет продолжить разговор. Все женщины вели себя так. Как он от этого устал! Нужно было бы снять на видео одну из подобных сцен и показывать женщинам, чтобы они не повторяли ошибок предшественниц.

Телефон все звонил и звонил. Брент не сомневался, что это Дженна. В раздражении он ответил на звонок:

– Да. Я слушаю.

– Эй, легче на поворотах, приятель! Твой способ общения оставляет желать лучшего.

– Это ты, Расс? Привет! – Маршал Томпсон никак не ожидал его звонка.

Брент и Расс познакомились благодаря Пенни. Специальный агент Войт из штаб-квартиры чикагского ФБР расследовал дело о мошенничестве, в котором был замешан один из ее клиентов. Именно из-за этого дела на Пенни было совершено покушение. После чего Хеннингс поручил Томпсону охранять дочь. Расс и Пенни несколько раз встречались, чтобы обсудить некоторые детали дела, и сразу же прониклись друг к другу симпатией, вскоре переросшей в нечто большее. И вот уже пошли слухи об их помолвке. Правда это или нет, Брент не знал. Зато они с Рассом стали друзьями. Больше всего Бренту нравилось то, что тот умел слушать и никогда не перебивал собеседника. В отличие от Пенни, которая болтала без умолку и никому не давала вставить слова. Кроме того, Расс напрочь лишен любопытства, никогда не совал нос в чужие дела. И еще им обоим пришлось столкнуться лицом к лицу со смертью. К тому же оба были страстными фанатами спорта, следили за всеми матчами и чемпионатами, болели за чикагские команды.

Довольно часто собирались в баре, за кружечкой пива обсуждали последние спортивные новости, делились друг с другом важными событиями.

– Брент, все в порядке? У тебя какой-то странный голос.

«Ничего у меня не в порядке, я чувствую себя просто ужасно».

– Да, у меня все хорошо, просто устал. А как у тебя дела?

– Нормально. Чем сегодня занимался?

– Почти весь день провел с Дженной, ездили по делам.

– И как она тебе? Вы нашли общий язык?

– Да так.

– Понятно. Похоже, отношения не сложились.

– Она очень упорная. Иногда даже слишком.

– Ну да, Пенни говорит, что еще никогда не встречала таких целеустремленных людей. Дженна Хайвард никогда не сдается и всегда доводит начатое до конца.

Да уж, Брент это заметил.

– За исключением некоторых моментов, мне нравится в ней это качество.

– Так в чем же дело, приятель? Ты говоришь как обиженный пятилетний ребенок, который вот-вот расплачется.

– Не знаю. Я теряюсь в обществе женщин и не знаю, как себя вести с ними. Если откровенен, в итоге это оборачивается против меня. Если ухожу от ответа, они сразу же это понимают. Не знаю, чего им надо.

– Думаешь, ты один столкнулся с этой проблемой? Большинство мужчин в обществе женщин чувствуют себя неуютно. Что у вас произошло с Дженной?

– Нет, дружище, ты не прав! У меня намного больше сложностей в отношениях с женщинами, чем у всех остальных. И я должен был рассказать Дженне о том, что чувствую, а не…

– О том, что чувствуешь? Что ты имеешь в виду? Не темни, рассказывай, что произошло.

– Ну хорошо. Но пообещай, что не будешь перебивать.

– Кажется, начинаю понимать. Ты переспал с ней и теперь не знаешь, как быть дальше. Я прав?

– Я не спал с Дженной, хотя мечтаю об этом уже давно. Еще никогда не встречал такой красивой и сексапильной женщины. Но дело не в этом. Мы испытываем друг к другу нечто более мощное, просто сбивающее с ног. И это нам ужасно мешает.

– Мне знакомо это чувство.

– Все было хорошо. Но потом я сказал, что не могу начать серьезных отношений с женщиной, пока не поймаю убийцу. А она…

– О господи, Брент! Ты именно так и сказал? – Казалось, изумлению Расса нет предела.

– Ну да, примерно. Во всяком случае, смысл сводился именно к этому.

– Держу пари, она здорово на тебя разозлилась.

– Я понимаю, женщине такое поведение мужчины может показаться некой одержимостью. Но по крайней мере, я был с ней предельно откровенен и не стал подавать ложные надежды. Женщины не любят, когда их обманывают. Не понимаю, чего она и остальные женщины от меня хотят.

– А я не могу понять, какое отношение твое расследование имеет к Дженне и другим женщинам, – парировал Расс.

– Самое прямое! У меня нет на это времени.

– Если не ошибаюсь, ты неоднократно расставался с женщинами именно по этой причине.

– Да, все мои отношения рухнули именно поэтому.

– Так может быть, стоит изменить отношение к жизни? И тогда твои проблемы с женщинами разрешатся сами собой. Во всяком случае, не стоит в самом начале отношений признаваться своим возлюбленным в том, что расследование для тебя важнее, чем они.

Брент в досаде ударил рукой по рулю.

– И что ты предлагаешь, чтобы я их обманывал?

– Нет. Но стоит проще относиться к жизни. Тогда все сложности исчезнут сами собой.

Брент закрыл лицо руками, протер глаза. Ссора с Дженной и разговор с Рассом очень его утомили. К тому же он не согласен с другом и не знает, как вести себя с Дженной.

– Дженна замечательная девушка. Просто удивительный человек. Единственная из всех, к кому я испытываю… – «Единственная, кого я люблю», – подумал Брент, но, естественно, не сказал об этом Рассу. – Не понимаю, какие именно чувства я испытываю к ней.

– Как бы там ни было, тебе нужно обязательно поговорить с ней.

– Поговорить? Что я ей скажу?

– Откуда же мне знать? Отбрось страхи и сомнения и просто скажи все, что придет в голову. Поверь мне, это лучшая тактика в отношениях с женщинами.

– Спасибо, приятель.

– Да не за что. Иногда ты ведешь себя как настоящий болван.

– Да, я постараюсь поговорить с ней так, чтобы не уронить авторитет.

Расс расхохотался.

– Конечно. Уверен, у тебя все получится. Ладно, мне пора в ресторан. Мы с Пенни договорились вместе поужинать. Нужно поторопиться. Хотя нисколько не сомневаюсь, что приеду раньше ее. Она вечно опаздывает. А потом мы с тобой пойдем в бар, выпьем пива и поговорим о спорте.

Неплохо. Разговоры о спорте успокаивали Брента, отвлекали от проблем. Сегодня это особенно актуально. Ссора с Дженной окончательно выбила его из колеи.

Глава 8

Брент не любил приезжать в Карлайл. Но сегодняшняя поездка далась ему особенно тяжело. Он и не поехал бы, если бы не звонок Сильвии. По голосу чувствовалось, тетя ужасно нервничает. Когда он спросил, что ее так разволновало, она призналась, что виной тому странный визит Дженны.

– Почему она приехала без тебя?

В тот вечер они с Рассом обсуждали в баре, как Бренту вести себя с Дженной. Интересно, зачем она приехала, не поставив его в известность? Тетя сказала, что Дженна осматривает дом вместе с шерифом. Что она хочет там найти? Хорошо еще, что не сунулась одна. Несмотря на ссору, сдержала слово, данное Бренту.

Заметив Брента, тетя помахала ему рукой и спустилась с крыльца. «Сейчас опять начнет приставать с расспросами».

– Привет, опять ехал на бешеной скорости?

– Я исправлюсь. Обещаю. Пойду посмотрю, что они там делают.

– Как ты думаешь, они найдут что-нибудь важное?

Брент понял, что тетя все еще сильно нервничает. Даже сильнее, чем когда позвонила ему. Неужели ее до такой степени взволновал неожиданный визит Дженны и шерифа? Но ведь Дженна предупреждала, что будет часто приезжать. Брент крепко обнял тетю, чтобы успокоить.

– Не волнуйтесь, я все узнаю. Быть может, осмотр ничего не даст.

– Я боюсь, Брент. Мне не выдержать очередной неудачи. Столько лет длится расследование, и все впустую. Теперь, когда за дело взялась Дженна… Если и ей ничего не удастся узнать…

Брент ее прекрасно понимал. Он и сам испытывал примерно те же чувства.

– Не знаю почему, но у меня появилось хорошее предчувствие. Быть может, мы скоро раскроем это дело, и душа мамы, наконец, обретет покой. Идите домой, тетя. Если в деле появились какие-то подвижки, я сразу вам расскажу.

Когда Брент вошел в гостиную, шериф и Дженна стояли у дивана и рассматривали фотографии с места преступления. Ему бросилась в глаза одна деталь. На фото белел топ с розовыми сердечками, в который мать была одета. Сердце Брента сжалось от мучительной тоски, и он перевел взгляд на Дженну. Но тут им овладели неуместные желания. Она сводила его с ума. Теперь он на нее не сердился. Да, она разбередила душевные раны. Пробудила переживания, которые он давно запрятал глубоко в подсознание. Но она по-настоящему прекрасна. И за это он готов ей многое простить.

Она подошла к нему, взяла за руку и мягко, но настойчиво увела от фотографий.

– Что вы делаете? – спросил Брент.

– Пока не знаю.

Такого ответа он не ожидал.

– Появились какие-нибудь сдвиги? Не просто же так вы сюда приехали?

Некоторое время Дженна молчала, не зная что сказать.

– Я понимаю, это может показаться глупым. Но мне кажется, на фотографиях с места преступления есть какая-то важная деталь, на которую никто не обратил внимания. Я хочу воспроизвести картину преступления. Для этого мне нужно расставить мебель так, как она стояла в ту ночь, и опять проиграть сцену убийства. Кроме того, я бы хотела более тщательно осмотреть дом. Мне кажется, здесь есть что-то, что сначала не заметили полицейские, а потом и мы.

– Почему вы не сказали, что собираетесь приехать? Ведь мы же договаривались.

– Я думала, вы все еще на меня сердитесь. Шериф смущенно кашлянул. Брент и Дженна с удивлением уставились на него.

– Нам нужно кое-что обсудить. Не могли бы вы на пару минут оставить нас одних? – Брент взглянул на шерифа через голову Дженны.

– Конечно. Потом позовете.

– Вы все еще на меня сердитесь?

– Я и сам не знаю, но хотел бы извиниться перед вами. Я вел себя очень грубо. С моей стороны это просто непростительно.

– Я принимаю ваши извинения. Будем считать, что тема исчерпана.

Она с нежностью на него посмотрела, взяла за руки и слегка сжала.

– Посмотрите на меня.

Он наклонился к ней, взгляды их встретились. В очередной раз его поразили ее прекрасные голубые глаза.

Дженна обхватила руками его лицо. Ладони ее были сильными и почти горячими. Бренту в голову опять полезли неуместные мысли относительно ее. От тепла рук закружилась голова, захотелось сорвать с нее одежду и отправиться в постель.

– Поймите, я вас ни в чем не виню. Вы пережили страшную трагедию. После таких событий ни один человек не смог бы остаться прежним. Вам нужна помощь. Если вы ее примете, сможете взглянуть на жизнь по-другому.

– Я обращаюсь за помощью к людям. – Он был не слишком уверен.

Она заглянула ему в глаза.

– Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю. Не спорю, у вас есть друзья и родственники. И наверняка были связи с женщинами. Но вы никогда не открывали никому душу. Возможно, такое положение дел вас вполне устраивает. В таком случае больше не стану лезть в вашу жизнь, и нас с вами будут связывать лишь деловые отношения, или мы даже останемся друзьями.

– А вы? Чего хотите вы?

– Честно говоря, хотелось, чтобы нас связывало нечто большее, чем просто деловые или дружеские отношения. Но если вы не измените отношения к жизни, я ни за что на свете не стану вашей возлюбленной. Ведь ваша психологическая защита в один прекрасный день даст трещину, вы перестанете адекватно воспринимать действительность и можете сами превратиться в убийцу. А мне бы не хотелось жить под одной крышей с человеком, который в любой момент может сойти с ума и убить меня.

– Именно поэтому я решил с самого начала объяснить вам. Кроме того, я не смогу уделять вам много внимания. Ведь главная цель моей жизни – найти и покарать убийцу матери.

Дженна отстранилась и ненадолго задумалась.

– На данный момент вы не готовы к нормальным отношениям с женщиной. Давайте придерживаться первоначального плана и начнем все сначала, когда раскроем убийство.

Интересно, шутит она или говорит всерьез?

– Не понимаю, неужели вы думаете, что я способен…

– Все, хватит! Вы напрасно поставили на себе крест. У вас могут быть нормальные отношения с женщиной. В подобных делах не стоит спешить. Вы, наверное, думаете, что я хочу, чтобы мы сразу поженились. Нет. Я не хочу ускорять события. Мы просто будем приятно проводить время в легких, ни к чему не обязывающих романтических отношениях. Возможно, мы потерпим неудачу, но почему бы не рискнуть? Шанс на благополучный исход существует. И не маленький. Теперь, когда я стала заниматься расследованием, у вас появится время на личную жизнь.

Значит, она согласна на постепенное развитие отношений? Невероятно! Эта нетерпеливая, взбалмошная красотка готова ждать! Ради него!

– Что с вами? Я разбила ваши доводы?

– Да, – со смехом признался Брент.

– Я считаю, это неплохо.

– Я тоже так считаю.

– Я бы очень хотела снова пойти на матч с вами. Незабываемое зрелище!

Видя его замешательство, она потянула его за ворот рубашки и рассмеялась.

– А как вы смотрите на то, чтобы пообедать со мной сегодня вечером после того, как закончим следственный эксперимент? – несмело предложил Брент.

– С удовольствием принимаю ваше приглашение, – улыбнулась Дженна.

Ну что ж, первый шаг сделан. И все прошло хорошо.

– Значит, договорились. А теперь объясните, в чем суть вашего следственного эксперимента.

Брент вышел на крыльцо, а Дженна принялась собирать фотографии.

– И что дальше? – раздался голос шерифа.

Судя по всему, тот был сильно раздосадован. Некоторое время Дженна перебирала фотографии, выбрала одну с общим видом гостиной.

– Спасибо за помощь.

– Не за что. Но вы до сих пор не рассказали о том, что привлекло ваше внимание, – сказал шериф.

«Да, действительно, совсем об этом забыла».

– Честно, пока не знаю, что это. Какая-то деталь на одной из фотографий показалась странной. Нужно просмотреть еще раз.

– Кажется, вы сегодня не просматривали вон ту пачку, – подсказал Барнес, ткнув пальцем в фотографии около портфеля Дженны. – Это снимки дома Томпсонов. Часть из них была сделана в ночь убийства, часть на следующее утро.

– Да, быть может, на этих фото.

Шериф вышел на крыльцо, где их ждал Брент.

– Все в порядке, Томпсон. Можете заходить.

Брент вошел, казалось, заполнив собой все пространство. «Интересно, связаны ли у него с этим домом счастливые воспоминания? О Рождестве, днях рождения, играх с младшей сестрой, воскресных обедах в кругу семьи? Или же лишь о той страшной ночи?»

Когда-нибудь надо спросить. Но сейчас не время.

– Мы почти закончили, – сказал шериф. Брент выглядел очень напряженным, сунул руки в карманы, лицо походило на маску, нельзя было понять, о чем он думает. Казалось, не знал, как себя вести. Он искоса взглянул на фотографии.

– Это фотографии дома, я хотела кое-что проверить. Не думаю, что это займет много времени.

Брент кивнул.

– Кстати, Дженна, вы рассказали шерифу о том, что ездили к Джеффрису?

Барнес с интересом взглянул на нее:

– Вы ездили к Джеффрису? И что, удалось с ним поговорить?

– Нет, разговора не вышло. Он отказался отвечать без адвоката. Мы с ним договорились встретиться в другой день. В его доме я обнаружила кое-что интересное – большой кусок цемента. Вначале решила, что это орудие убийства, но оказалась не права.

Шериф грустно улыбнулся. Должно быть, вспомнил о собственной неудаче в связи с этим.

– Да, этот булыжник не имеет отношения к убийству.

Дженна пожала плечами:

– Как бы там ни было, я сделала несколько фотографий этого предмета, когда Джеффрис вышел из комнаты. Мне кажется, этот парень не так прост, как кажется на первый взгляд.

Она разложила фотографии с места убийства, они заняли почти весь пол в гостиной. Дженна несколько минут молча смотрела на них. Фотографий внутри дома было с избытком, однако участок, видимо, не особенно заинтересовал полицейских, он был зафиксирован лишь на нескольких снимках. «Участок!» Дженна задумалась. Да, именно там она заметила что-то странное, почувствовала знакомое покалывание в груди, верный признак того, что разгадка где-то рядом. Похоже, она нашла то, что искала.

– Подождите.

– Вы что-то увидели? – разволновался Брент, подскочив к ней. Глаза его возбужденно блестели.

Дженна опустилась на колени и принялась перебирать фотографии. «Ну, где же оно? Неужели опять потеряла?» – бормотала она.

– Что вы ищете? Объясните, наконец.

– Я и сама пока не знаю. Но на одной из фотографий я заметила что-то странное.

Наконец она нашла. Снимок черного хода. Некоторое время Дженна внимательно вглядывалась в него, стараясь не пропустить ни одной детали. Дверь закрыта, на крыльце складные стулья. На ступеньках бейсбольная бита, которую полицейские сначала приняли за орудие убийства. Ничего необычного. Она взяла следующую фотографию. Интересно, где сделан этот снимок?

Еще несколько фотографий в один ряд. Таким образом, внешняя часть дома сложилась, словно пазл из деталей.

– Что вы нашли, Дженна? – в голосе Брента слышалось явное нетерпение.

– Подождите, дайте сосредоточиться.

В задумчивости она провела кончиком пальца по одной из фотографий. Газон возле дома. На первый взгляд ничего необычного. И вдруг она заметила, как из травы выступает край… чего-то. Что это? Дженна лихорадочно складывала фото, а когда собрала картинку целиком, ее догадка подтвердилась. На утренних фотографиях этого предмета не было.

– Барнес, что это значит? Вы обратили внимание, когда проводили расследование?

Шериф некоторое время внимательно смотрел на фотографию. Судя по выражению лица, в голове у него происходила лихорадочная работа мысли.

– Тогда было слишком темно. Мы вернулись сюда на следующее утро, чтобы при свете все еще раз проверить. Честно говоря, я не помню всех деталей.

В полицейском протоколе это не отметили, иначе Дженна этого точно не забыла. Брент резко поднялся с места.

– Посмотрите, пожалуйста. – Она протянула ему снимок.

Несколько секунд Брент смотрел на него.

– Кажется, я понял, что это такое, – сказал он наконец.

Глава 9

Брент поднял ступеньку крыльца. «Ты должен заглянуть туда. Ты должен сделать это», – приказывал он себе.

Отец хранил кирпичи под домом. Он не знал зачем, да, впрочем, и не задумывался. После исчезновения отца Брент оставил в доме все как есть. Ему и в голову не приходило осмотреть кирпичи, да и сейчас не хотелось. С ними явно связано что-то страшное, о чем лучше не знать.

Он заглянул в темноту, сначала ничего не разглядел, потом снял решетку. Прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Никак не мог заставить себя опустить руку в эту зловещую темноту.

Спустя пару минут Брент открыл глаза и подождал, пока они привыкнут к темноте. Нет, здесь нужен фонарь. Он достал мобильный телефон с встроенным фонариком. Но свет оказался слишком слабым.

– Брент, вы в порядке? – Дженна стояла у входной двери, прислонившись к перилам крыльца, и с тревогой наблюдала за ним.

– Здесь слишком темно, ничего не видно. Включите, пожалуйста, свет, выключатель у входной двери.

Он ощутил боль, от неожиданности вскрикнул и отдернул руку. В палец впилась заноза. Рука наткнулась на острый деревянный штырь. Хорошо еще, что он не сунул туда голову – запросто мог бы остаться без глаза. От резкого движения посыпалась ржавчина с решетки. Брент безуспешно попытался вытащить занозу.

Тут вспыхнул свет и на мгновение ослепил Брента. Это Дженна, наконец, нащупала выключатель. По двору протянулись длинные зловещие тени деревьев.

– Мне кажется, на том снимке кирпич. Один из тех, что лежат здесь. Когда месяц назад я заглянул сюда, думая отремонтировать решетку, мне и в голову не пришло обратить на них внимание.

Такой горечи и недовольства собой он, наверное, не испытывал никогда. Почему за столько лет не додумался осмотреть это место? Ведь орудие убийства могло все это время находиться здесь. Хотя… Тогда полицейские внимательно осмотрели кирпичи и не нашли ничего подозрительного. Но ведь убийца мог незаметно положить орудие убийства сюда уже после того, как те закончили осмотр, справедливо рассудив, что оно может затеряться среди кирпичей. Кровь стучала у него в висках, лицо горело огнем. Хотелось разнести этот дом на куски. Жутко разболелась голова. Открытие Дженны полностью выбило его из колеи. Не в силах сдерживать гнев, Брент ударил кулаком по ступеньке.

– Подумать только, все эти годы орудие убийства могло лежать под ступеньками чертова крыльца! Какой же я дурак!

Дженна положила руку ему на плечо:

– Брент, успокойтесь. Не стоит так переживать.

Как тут успокоиться? Он принялся ходить по двору взад-вперед.

– Я знал по отчетам, что полицейские тщательно осмотрели кирпичи. А потом отец их убрал сюда. Почему мне не пришло в голову заглянуть под ступеньки? Ах, если бы я догадался об этом раньше! Убийца вполне мог спрятать орудие преступления здесь, надеясь, что оно затеряется. Что я за идиот? На этом предмете могли остаться ДНК, отпечатки пальцев или какие-нибудь другие важные улики. А теперь, наверное, все следы исчезли.

Дженна успокаивающе похлопала Брента по плечу:

– Не вините себя. Никому бы на вашем месте это в голову не пришло. Я тоже догадалась случайно. Если бы не приехала к Джеффрису и не увидела бы тот кусок цемента, не стала бы так тщательно изучать все фотографии. И если бы не вы, мы с шерифом не узнали бы о кирпичах, которые ваш отец хранил под крыльцом.

На крыльце появился шериф:

– Простите, мне позвонили, я должен ненадолго уйти. Вы нашли что-то важное?

– На одной из фотографий я заметила нечто, напоминающее край кирпича. В полицейском протоколе он не упомянут. Поэтому, я думаю, он пропал в ночь убийства, после того, как полицейские покинули дом. Иначе его бы нашли на следующее утро.

Брент осветил пространство под ступенькой и сразу увидел кирпичи, сложенные аккуратной стопкой. Их было около дюжины.

– Вот они, сейчас вытащу.

Но тут же понял, что делать этого не стоит, чтобы не уничтожить важную улику. Пусть этим лучше займутся криминалисты.

– Нет, лучше к ним не прикасаться.

– Вы совершенно правы, – одобрил Барнес.

– Да, – поддержала Дженна, – самим нам нельзя их трогать.

Проблема в том, что находка не являлась вещественным доказательством. Что, если здесь нет орудия убийства? В таком случае не избежать серьезных неприятностей.

– Я беру это на себя, – пообещал Барнес, заметив колебания Брента. – В мои полномочия входит осмотр вещественных доказательств, имеющих отношение к убийству. Я доставлю эти кирпичи в нашу лабораторию. Думаю, местный прокурор посмотрит на это сквозь пальцы.

– Замечательно. – Дженна ненадолго задумалась. – А не лучше ли отвезти их в криминалистическую лабораторию нашей фирмы? Там экспертизу можно провести гораздо быстрее.

«Господи! Это же будет стоить целое состояние. У меня нет таких денег!»– с ужасом думал Брент.

– Наша фирма покроет все расходы. – Дженна словно прочитала его мысли. – Пенни заранее предупредила меня об этом.

Он проникся огромной благодарностью к Пенни.

– Я принесу резиновые перчатки, – сказал Барнес и пошел к машине.

Дженна подошла к Бренту. Теперь их разделяло всего несколько дюймов.

– Как вы себя чувствуете? С вами все в порядке?

– Не беспокойтесь, все нормально.

Дженна встала на цыпочки и поцеловала его. Это быстрое, едва уловимое прикосновение губ нельзя было назвать поцелуем в полном смысле слова. Брент понял, что она хотела его поддержать, понимая, как ему тяжело.

Послышался шорох опавшей листвы. Она отпрянула от него. Глаза ее блестели, а на лице играла озорная улыбка.

– Мы вернемся к этому позже, – хитро посмотрев на него, пообещала Дженна. Интересно, что она имела в виду, поцелуй или расследование. – Сравним форму кирпичей с раной.

– К тому же на одном из кирпичей могли сохраниться следы, – прибавил Барнес.

Брент отнесся к его словам довольно скептически. Сомневался, что им повезет.

– Нужно надеяться на лучшее. Быть может, на этот раз удача окажется на нашей стороне. В любом случае я уверена, что мы на верном пути.

Барнес протянул им по паре перчаток.

– Начнем. Нужно сфотографировать кирпичи, прежде чем мы увезем их в лабораторию.

Брент услышал, как в саду защебетала птица. Он поднял голову и долго смотрел на голые ветви деревьев. Невыносимая тоска вдруг охватила его. Скорее всего, эта попытка не увенчается успехом.

Они принялись вытаскивать кирпичи. Вдруг Барнес, издав приглушенный возглас, поднялся во весь рост.

– Я нашел разбитый кирпич.

– Вот как! – воскликнула Дженна. – Где он? Дайте-ка посмотреть. Давайте принесем его в дом, сравним с фотографиями.

Брент задумчиво смотрел, как Дженна медленно поднимается по ступенькам, как вскоре вышла во двор с фотографией.

– Кажется, все совпадает. Думаю, это и есть орудие убийства.

Дженна открыла дверь своего дома, остановилась, переводя дух. Лестницу заливал тусклый электрический свет, было пусто и неуютно. Два часа назад они отвезли кирпичи в лабораторию фирмы. Ее подруга, Мария, явно не обрадовалась, что ее вызвали в офис в воскресенье вечером.

– Все в порядке? – поинтересовался Брент. Дженна забыла о его присутствии. Не знала, что сказать. После поцелуя чувства ее пришли в полный беспорядок. Почему он решил проводить ее до двери квартиры? Боится за нее или дело в чем-то другом? Если бы не поцелуй, она ни на минуту бы не усомнилась в чистоте его помыслов.

– Что вы собираетесь делать?

– Пока не знаю. А что, если забыть о нашем соглашении относительно дальнейшего развития отношений? – игриво спросил он.

– Мы все решили – не надо спешить.

– Вы действительно хотите, чтобы наши отношения развивались постепенно?

Она расхохоталась. А потом, к собственному ужасу, пригласила его войти.

– Не мучайте меня. Хочу, чтобы наши отношения развивались быстро и непредсказуемо. Разум подсказывает, это неправильно. Меня неодолимо влечет к вам, и я не знаю, что делать.

Брент взглянул на нее. В его глазах Дженна прочитала такое же желание. Он улыбнулся ей. Еще ни разу она не видела у него такой улыбки. Раньше в его глазах таилась не проходящая грусть. А теперь они светились радостью.

– Пойдемте.

Почти бегом она бросилась к двери квартиры. На ходу оглянулась, чтобы узнать, не передумал ли Брент. Он шел за ней, не отрывая от нее восторженного взгляда. Лицо его приобрело совершенно не свойственное выражение.

Она потянула его в квартиру.

– Кстати, вы обещали поужинать сегодня со мной, – напомнила Дженна. – Надеюсь, не забыли?

– Конечно, не забыл. Мы можем заказать что-нибудь на дом.

Только теперь Дженна заметила, что забыла задернуть шторы. Может быть, стоит сделать это сейчас? Нет, не стоит. Они не станут заниматься ничем таким в гостиной. Дженна разделась и, не глядя, сунула куртку в шкаф. Брент подошел к ней, и ей показалось, что по телу пробежал электрический разряд.

– Хорошая идея. Закажем пиццу. Но не сейчас, а капельку позже.

– Обожаю пиццу.

– Прекрасно. Пойдем.

В конце узкого коридора находилась дверь спальни. Дженна сняла футболку и бросила ее Бренту. Он поймал и засмеялся.

– Это что, спринтерский вариант стриптиза? Что ж, вам удалось произвести на меня впечатление.

Она молча сняла бюстгальтер и бросила Бренту. Таким образом, когда они добрались до спальни, Дженна оказалась голой по пояс. Брент подошел к ней сзади и порывисто обнял, она доверчиво прижалась к нему и почувствовала его эрекцию. Он протянул руку к ее груди, слегка сжал. По ее телу пробежала сладостная дрожь.

– О боже! – пробормотала она.

– Вы самая красивая женщина на свете, Дженна. Брент больше не мог выносить этой сладкой муки, мечтая сорвать с нее одежду и провести в постели с ней всю ночь. И потому не стал останавливать ее, когда она расстегнула пуговицу у него на джинсах, не запротестовал, когда она их полностью стянула. Она нежно ласкала его бедра и другие сокровенные части тела. Он погрузился в сладкую негу. Отшвырнул джинсы в глубь комнаты, достал презерватив. Сбросив рубашку, опрокинул Дженну на кровать, лег рядом и порывисто обнял. Ему хотелось полностью слиться с ней, стать единым целым. Он лег на нее. Их тела раскалились. Казалось, каждая клеточка источала невероятное вожделение. Непередаваемое ощущение. Ему очень нравились ее пышные формы. Как хорошо, что она поправилась. Если бы осталась худой, как во время своей модельной карьеры, он каждую минуту боялся бы переломить ее, как тростинку. Брент поцеловал Дженну в шею, в подбородок. Она сладострастно застонала, он улыбнулся.

Брент часто представлял, как занимается любовью с Дженной. И вот наконец это случилось. Самые смелые фантазии становились реальностью. Он на всю жизнь запомнит каждый изгиб ее сексуального тела. Она опять сладострастно застонала. «Дженна моя!» Сердце забилось от радости.

– Мне нравится, как ты реагируешь на ласки. Ты всегда так стонешь, когда тебе хорошо?

Вместо ответа, Дженна нежно провела по его спине кончиками пальцев. А потом неожиданно шлепнула по заду.

– О, Брент! Мне еще никогда не было так хорошо, как сейчас.

Он слегка прикусил ей мочку уха и поцеловал в подбородок, с нетерпением ожидая минуты, когда сможет войти в нее. Наслаждался каждым мгновением этого удивительного неповторимого вечера, когда все мечты стали явью. Свершилось чудо!

Дженна прогнулась под ним, без слов призывая не останавливаться, двигаться дальше.

– Ты слишком нетерпелива.

– А ты слишком медлителен. Неужели нравится меня дразнить? – капризно протянула Дженна.

– Мне нравится ласкать тебя, а не дразнить. Я хочу продлить эти мгновения.

Еще никогда он не испытывал ничего подобного от обычной прелюдии к сексу. Что же будет, когда они, наконец, займутся любовью?

Брент снова поцеловал Дженну, долго и страстно. Она обхватила его бедра ногами, он вошел в нее. Эти первые секунды близости стали самыми волнующими и неповторимыми. От удивительного ощущения у него перехватило дыхание. Брент тряхнул головой и почувствовал, как Дженна снова прогнулась под ним, опять без слов убеждая ни в коем случае не останавливаться. Она еще крепче обхватила его ногами. Брент перевел дух и начал двигаться еще быстрее. Вскоре они двигались в унисон.

Дженна сладострастно застонала. Брент ускорился, чтобы слышать ее стоны снова и снова, чувствуя, что вот-вот испытает оргазм. Ему хотелось по возможности оттянуть этот момент. Ах, если бы близость могла длиться вечно!

По телу Дженны прошла сильная дрожь. Она прогнулась, и мозг Брента, казалось, взорвался. Он с трудом переводил дыхание, глядя на нее. Глаза ее были закрыты, длинные волосы разметались по подушке, губы искривились. Удивительно красивая. Бренту показалось, что время остановилось.

Он задыхался, лоб покрылся испариной. Он ощутил приближение оргазма. Нужно держать себя в руках, успеть воплотить все свои фантазии, продлить чудесные мгновения. Торопиться ни в коем случае не стоит.

– Никогда не испытывал ничего подобного.

– Я рада, что тебе хорошо со мной.

– Да, мне хорошо с тобой, потому что я… я люблю тебя, – признался Брент.

Глава 10

Брент признался ей в любви? Некоторое время Дженна не верила своим ушам. Нет, она не ослышалась. Он сказал, что любит ее. Лучше бы он этого не говорил. Все было так замечательно в этот вечер, на удивление легко друг с другом. А теперь она в очередной раз убедилась в том, что он глубоко несчастный, психически неуравновешенный человек. Временами он не способен отвечать за свои слова и поступки.

Она рассчитывала на то, что, если они переспят, все станет намного проще. Сексуальный голод будет удовлетворен, постоянное взаимное влечение не будет мешать деловым отношениям. Но все оказалось не так. Отношения стали еще более сложными и запутанными.

Но может быть, она слишком драматизирует ситуацию, чересчур много думает и придает всему, что связано с ним, неоправданно большое значение. С тех пор как стала помогать ему, она постоянно думала о его родных, о Шерил Томпсон и конечно же о нем самом.

Возможно, стоит посмотреть на это с другой стороны? Более оптимистично? Брент признался в любви, это просто замечательно. Ведь и она его любит. Во всяком случае, хотелось верить, что его признание не пустые слова. А если его любовь угаснет в один прекрасный день, не успев разгореться? Она останется одна, с разбитым сердцем и выжженной душой? Тревожные мысли закружились в голове, ужасно взволновали и расстроили Дженну.

Брент лежал на спине рядом с ней. Его большое тело не умещалось на кровати и частично свешивалось. «Нужно купить новую кровать, двуспальную». Дженна тут же обругала себя. Вот дура! Они провели всего одну ночь, а она уже начинает планировать дальнейшую жизнь. Да они ни за что на свете не уживутся вместе, это же ясно!

Дженна понимала, что надо как-то ответить на признание Брента. Но не знала, что сказать. Что обычно говорят девушки, когда мужчины признаются им в любви? Благодарят? Или делают вид, что ничего не произошло? Нет, не годится.

Он повернулся к ней и поцеловал в обнаженное плечо.

– Я хочу есть, – нарушил тишину Брент. – По-моему, пора заказать пиццу.

Заказать пиццу? Дженна тряхнула головой, прогоняя тревожные мысли относительно развития отношений. Потерла пальцами виски, и туман в голове рассеялся.

– Прости, я немного задумалась. Что ты сказал?

– Я сказал, что проголодался.

– Нет, я имею в виду другое. Что ты сказал до этого?

Брент прикрыл один глаз и о чем-то задумался. Неужели не может вспомнить? Или пошутил?

– Кажется, ты признался мне в любви, – неуверенно подсказала она. – Или я неправильно поняла?

Брент засмеялся, вскочил с постели и принялся собирать одежду. Дженна залюбовалась им и опять почувствовала непреодолимое вожделение.

– Ты все правильно расслышала. Но сейчас мне бы не хотелось это обсуждать.

Теперь Дженна все поняла. Его слова ничего не значат, он сказал их в минуту наивысшего наслаждения. По опыту она знала, что люди часто говорят в такие минуты пустые слова. Вот и он забыл их буквально через пару минут.

Теперь, должно быть, жалеет, боится, что она воспримет всерьез или, чего доброго, тоже признается в любви. При мысли об этом Дженна, как ни странно, не почувствовала ни горечи, ни разочарования. Напротив, стало легче. Нервное напряжение сразу исчезло.

– Я все поняла. Не беспокойся. Просто не знала, как вести себя с тобой дальше.

Брент надел джинсы и футболку, пригладил волосы перед зеркалом.

– Я не совсем понял, что ты имеешь в виду. Ты не знала, что ответить на мое признание? Или не могла понять, как реагировать на мою любовь?

– Э-э… И то и другое.

– Какая ты смешная! Тебе ничего не нужно делать. Ведь это я признался, и от меня зависит, как будут развиваться отношения.

– Ты можешь взять свои слова обратно. И я никогда не напомню тебе об этом.

– С какой это стати?

Дженна смущенно кашлянула и ненадолго задумалась, протянула руку к крючку, на котором висел халат, чтобы выиграть время.

– Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Сегодняшний секс всего лишь разрядка, снятие напряжения. Поэтому признание в любви не следует принимать всерьез. Ты не любишь меня. Хотя сейчас, возможно, думаешь иначе.

Некоторое время Брент стоял, скрестив руки на груди, и задумчиво смотрел вдаль. Наконец недовольно повернулся к ней.

Он злился на Дженну за ее настойчивость. Ей нужен определенный ответ, и прямо сейчас. Что ж, женщины не любят недомолвок. Придется с этим смириться.

– Опять пускаешь в ход свои психологические приемы. А я очень просил тебя этого не делать. Почему ты решила, что можешь знать лучше меня, что именно я чувствую? Я мог бы рассказать тебе о своих чувствах, но терпеть не могу подобных вещей. И тебе не нужно строить относительно меня никаких догадок. Ты слишком беспокоишься за меня. Спасибо за заботу, но мне нужно немного побыть одному. Посижу в гостиной, если не возражаешь.

«Черт возьми!» – выругалась про себя Дженна. Запахнув халат, она поспешила за Брентом. Все стало еще сложнее. Если раньше он намеренно провоцировал ее на ссору, то теперь просто решил сбежать. И как ей быть? Разговора сейчас явно не получится. А Бренту так нужно выговориться, рассказать о своих переживаниях. Да и признание в любви зависло в воздухе. Он не дал удовлетворительного ответа. Как ей себя вести?

– Я не собиралась применять к тебе психологические приемы, просто сказала, что ты не несешь ответственности за фразу, которая вырвалась помимо воли.

– Интересно, почему ты решила, что я не могу тебя полюбить? Неужели я произвожу впечатление человека, который привык бросать слова на ветер? Я всегда говорил тебе то, что на самом деле думаю, никогда не обманывал. Да я еще ни с кем не был настолько откровенен, как с тобой.

Дженна не знала, что ответить. У нее не было никаких доводов, опровергающих то, что он сказал.

– Прости, но я… Честно говоря, меня очень удивило твое признание. Я смутилась и наговорила кучу всякой ерунды.

Брент закрыл лицо руками.

– Я не умею говорить о своих чувствах, но попытаюсь все тебе объяснить. Уже несколько месяцев я постоянно думаю о тебе. Еще ни к одной женщине я не испытывал такого сильного влечения. Быть может, спустя какое-то время я к тебе охладею. Но сейчас по-настоящему люблю.

Дженна задумалась, руки задрожали от волнения, щеки раскраснелись. Чувства, которые она испытывала к Бренту, очень похожи на его чувства к ней. Еще в тот день, когда она впервые встретила его в офисе у Пенни, она ощутила, что ее неудержимо тянет к нему.

А что, если Брент ее судьба? Ведь не просто же так их влечет друг к другу. Дженне вдруг представилось, как они живут в одной квартире, каждый вечер ужинают вместе, ходят по магазинам, валяются в постели до полудня по воскресеньям, делятся радостями и печалями. Они могли бы быть счастливы вместе. Стоп! Нельзя об этом думать. Стоит ли верить, чтобы пережить горечь утраты и разочарование.

– Похоже, мы испытываем одинаковые чувства, хотя не до конца понимаем, что это такое. Но это слишком важно для нас обоих. И потому я не хочу сейчас об этом говорить.

– Прекрасное решение.

– Я понимаю, с моей стороны это полнейшее безумие. Но еще никогда в жизни не испытывала по отношению к мужчине ничего подобного.

– Для меня это тоже неизведанная территория, нужно к этому привыкнуть. Возможно, я и способен на нормальные отношения с женщиной. Почему бы нам не попробовать?

– Давай попробуем. Будем плыть по течению и не думать о будущем. А сейчас я хотела бы поужинать. Ужасно проголодалась, – смущенно призналась Дженна.

С этими словами она направилась к телефону и попросила привезти самую большую пиццу, какая только найдется в доставке. Потом подошла к окну и бросила задумчивый взгляд на улицу. Интересно, что подумают соседи, увидев ее у окна в одном халатике, с растрепанными волосами и помятым лицом? Наверняка сразу поймут, что она занималась любовью.

Она вдруг почувствовала себя неуютно, протянула руку задернуть шторы, и тут раздался оглушительный звон стекла. Непроизвольно она подалась вперед и сразу осознала свою ошибку. На нее обрушились осколки. Дженна закрыла глаза рукой и наклонила голову, чтобы уберечь лицо. И в ту же секунду почувствовала сильный удар, плечо и подбородок обожгло болью. Спустя мгновение она услышала, как что-то тяжелое упало на пол. «О господи! Только бы не лицо!»

Некоторое время Дженна стояла не шевелясь. В ступоре. Она ощутила, как по щеке стекает кровь. Брент тряс ее за плечо. И тут ее охватило настоящее отчаяние. Внешность для нее все. Она привыкла ловить на себе восхищенные взгляды и слышать комплименты. Красивое личико помогало располагать к себе людей, допрашивать свидетелей и подозреваемых. Благодаря красоте люди легко шли с ней на контакт. А теперь ничего этого не будет. Ее лицо обезображено. На нем навсегда останется страшный шрам. С огромным трудом она сдерживала слезы.

– Дженна! – позвал Брент.

Он стоял у окна с пистолетом и готов был выстрелить при любом подозрительном шорохе или движении. Она машинально протянула к нему руку.

– Не прикасайся к лицу! Кажется, ты серьезно ранена.

Господи! Значит, самые страшные предположения подтвердились. «Только не это, только не это, только не это», – чуть не плача, мысленно повторяла Дженна. Теперь для нее все кончено. Жизнь рухнула. Раньше перед ней были открыты все двери. Она могла разговорить любого с помощью женского обаяния. А теперь на всю жизнь останется шрам во все лицо, все будут смотреть на нее со страхом, отвращением или сочувствием.

– Ну, как ты? – с беспокойством глядя на нее, спросил Брент.

Она была в ужасном состоянии, но ей не хотелось еще больше расстраивать Брента.

– Нормально. – Она проглотила комок в горле. – Не беспокойся за меня. Иди.

– Закрой за мной и позвони в 911.

– Будь осторожен. – Ее голос предательски дрогнул.

Как только он ушел, ей стало хуже. Она переживала из-за лица и ужасно беспокоилась за Брента. Чтобы чем-то себя занять, решила найти предмет, которым разбили стекло. Подошла к окну и сразу же нашла источник своего несчастья. Увесистый кирпич.

Значит, Брент прав. Кто-то не хочет, чтобы она проводила расследование. То, что произошло, конечно же связано с убийством Шерил Томпсон. Именно кирпич, а не что-то другое кинули в окно. Получается, утечка газа в доме Томпсонов не была случайной.

Проверив территорию возле дома, Брент вернулся. Ему не хотелось оставлять Дженну одну надолго. Проходя через узкий коридор, ведущий к ее квартире, он внимательно все осмотрел, но, к счастью, не увидел ничего подозрительного.

– Открой. Это я, Брент.

Дверь тотчас же распахнулась. Дженна прижимала к щеке носовой платок.

– Я позвонила в 911. Полиция уже едет. А как у тебя дела? Удалось кого-нибудь обнаружить?

– Нет. Наверное, преступники, кем бы они ни были, сразу сбежали.

– А знаешь, чем разбили окно? Кирпичом. Представляешь?

– Я знаю, заметил его, как только вошел в гостиную.

И вдруг до него дошло: неизвестные хотели убить Дженну, а не просто напугать. Он представил, как она стоит у окна и на нее летят острые как бритва осколки стекла. Должно быть, она ужасно испугалась. Если бы кирпич пролетел на несколько дюймов правее, попал бы ей в висок, и тогда… Он обнаружил бы ее лежащей на полу без сознания. И спасти ее уже никто не смог. Брент сжал зубы, чтобы не застонать.

– Брент, не ходи туда. Там осколки.

Он поднял на нее глаза. Взгляды их встретились.

– Теперь ты понимаешь, что кто-то хочет тебя убить? Преступник не просто разбил стекло, он метил тебе в голову. Благодари Бога, что осталась жива.

Перед его глазами опять пронеслась страшная картина. При мысли об этом он весь похолодел.

– К счастью, все обошлось, – заметив его состояние, успокоила Дженна.

С улицы послышался вой полицейских сирен. Некоторое время Брент задумчиво смотрел на Дженну. Подумать только! Эта прекрасная женщина чуть не погибла.

– Тебе лучше переодеться.

– Да, ты прав, сейчас накину что-нибудь сверху.

– А еще я бы хотел взглянуть на твой порез. Возможно, придется наложить пару швов.

Он боялся, что этим дело не ограничится и преступник снова попытается напасть, но ему не хотелось раньше времени пугать Дженну. В том, что подонок не успокоится, Брент нисколько не сомневался. Дженна только начала расследование и не успела толком ничего узнать. Но тот уже дважды попытался совершить покушение. Что будет, когда ей удастся добраться до чего-то конкретного? Стоп! Теперь он и близко ее не подпустит к этому делу. Конечно, уговорить ее будет сложно. Брент прекрасно понимал, какой прессинг придется выдержать. Но никакие доводы его не сдвинут с этого решения. Ей нельзя больше туда соваться. Слишком опасно.

Спустя два часа Дженна сидела на больничной каталке и ждала, когда освободится врач, чтобы наложить ей на лицо швы. Брент стоял рядом, привалившись к стене. Ему с огромным трудом удавалось сдерживать гнев. Специфический запах больницы – крови, лекарств, антисептика – сводил с ума. Гнетущая обстановка. Настроение становилось все хуже и хуже.

– Успокойся, ты ужасно раздражен.

– А что мне, веселиться? Не вижу причин. Какая-то мразь чуть тебя не убила. Или ты продолжаешь считать, что это случайность? Как в случае с утечкой газа?

– О господи, Брент! Не нагнетай обстановку. Какой смысл сейчас затевать спор? Все и так плохо. Кто-то чуть не разнес мне весь дом.

– А я предупреждал. Если бы ты вела себя благоразумно и оставила расследование, ничего бы не случилось.

– Ты сам прекрасно понимаешь, я не могла. По самым разным причинам. Кто бы мог подумать, что преступник решится швырнуть кирпич мне в окно. Кстати, в этом происшествии есть и свои плюсы. Он явно начал нервничать, значит, мы близки к разгадке. Ты и сам это поймешь, когда успокоишься и начнешь нормально соображать.

– Как я могу успокоиться?! Ты серьезно ранена. И это еще не самое страшное, что могло с тобой произойти.

– Не беспокойся. Я не стану больше заниматься расследованием. И дело не только в том, что это опасно. Я не смогу разговаривать с людьми с таким лицом. Шрам напугает кого угодно.

– Прекрасно, я отвезу тебя к себе. Или, если не хочешь ко мне, к твоим родственникам. Надеюсь, ты понимаешь, что оставаться в квартире нельзя? Кстати, твоя квартирная хозяйка согласилась вставить стекло.

– Но когда ты успел с ней переговорить?

– Соседка услышала шум и зашла узнать, в чем дело. Ты этого не видела, потому что как раз в этот момент разговаривала с полицейскими. Я дал ей номер моего мобильного. Через несколько минут она прислала сообщение о том, что рассказала все квартирной хозяйке. Завтра сможешь вернуться домой. Но сегодня об этом не может быть и речи.

– Так, значит, все улажено? – обрадовалась Дженна.

– Да, можешь ни о чем не беспокоиться.

– И что, теперь будешь следить за каждым моим шагом? Надеюсь, не собираешься менять мне подгузники?

Если бы он не был так подавлен, расхохотался бы. Но сейчас он не в состоянии оценить шутку. Ситуация слишком сложная.

– Можешь быть уверена, я сделаю все, чтобы обеспечить твою безопасность. И больше не подпущу тебя к этому чертову расследованию.

– Да как ты смеешь? Ты не можешь так со мной поступить, – возмутилась она, забыв, что пару минут назад сама не считала возможным продолжать. Прижимая платок к ране, она спрыгнула с каталки и приняла воинственную позу. Однако одумалась, вспомнив о том, как сейчас выглядит. – Ладно, согласна на небольшой перерыв. Но потом обязательно вернусь к расследованию.

Брент сделал вид, что полностью погрузился в чтение правил поведения для пациентов на территории больницы, нарочно старался не смотреть на Дженну. Иначе взгляд ее голубых глаз, полный немой мольбы, мог разжалобить его.

Из-за двери кабинета доносились голоса врачей. Они что-то говорили о пулевом ранении.

Нужно каким-то образом убедить Дженну бросить это дело. Он надеялся, что она устанет спорить с ним и согласится. Удивительно, как после всего пережитого она может оставаться такой упрямой и полной сил.

– Дорогая, послушай, мне очень жаль, что так получилось. Я не думал, что это расследование приведет к столь печальному развитию событий. Но после того как ты дважды чуть не погибла, я не вправе подвергать тебя такому риску. Я не хочу тебя потерять. И дело тут не в моем упрямстве.

– Я понимаю, – неожиданно мягко сказала Дженна. – Но мне нужна эта работа.

Тут появились Пенни и Расс. Дженна сразу же отпрянула от Брента. А он сделал вид, что читает медицинскую статью на стенде. Пенни переводила взгляд с него на Дженну. От этой проницательной девушки ничто не могло укрыться.

Дженна отняла окровавленный платок от кровоточащей раны.

– Это ты их вызвал сюда?

– Конечно. Пенни твоя начальница. И если дело, которое ты расследуешь, приняло опасный оборот, я просто обязан был поставить ее в известность.

Пенни внимательно изучала глубокий порез у нее на лице.

– Ну и дела! – воскликнула она. – Выглядит просто ужасно.

– Что ж, Пен, спасибо за поддержку.

– Прости, я не хотела. – Пенни поняла, что совершила бестактность, и очень смутилась.

– Ей нужно наложить швы, врачи заняты, оперируют человека с пулевым ранением. Надо ждать.

– Представляешь, Пенни, Брент собирается отстранить меня от расследования. Он даже не понимает, какой удар мне наносит.

Брент сжал зубы, с огромным трудом сдерживаясь, чтобы не накричать на Дженну. Ее упрямство выводило его из себя. К счастью, у него зазвонил мобильник.

– Мне нужно ответить. Я отойду. А потом, когда все успокоятся, мы обсудим детали.

Брент направился к выходу, на ходу подмигнул Рассу, призывая прикрыть его в случае чего.

Как только он отошел, Дженна принялась обрабатывать Пенни.

– Брент взбесился, беспокоится за меня. Понять его можно. Какой-то негодяй бросил в окно кирпич и чуть меня не убил. Но с другой стороны, мы знаем, что я попадала и в более опасные ситуации. Ты же понимаешь, я сумею постоять за себя в случае чего. И потом, в сегодняшнем происшествии есть свои плюсы. Значит, мы близко подобрались к разгадке, и убийца занервничал, испугался. А когда люди чего-то боятся, они допускают ошибки и невольно себя выдают. Ну, скажите ей, Расс. – Дженна бросила на него взгляд через плечо Пенни.

Расс пожал плечами, Дженна поняла, что помощи от него не дождешься.

– Пожалуйста, Пенни, не отстраняй меня от расследования. Я буду очень осторожна. Мне нужно во что бы то ни стало закончить это дело.

Пенни задумчиво и, судя по выражению лица, с пониманием смотрела на Дженну. Вот и отлично! Значит, почти наверняка будет на ее стороне.

– Не сомневаюсь, мы вот-вот раскроем это дело. Похоже, нам удалось найти орудие убийства. Кирпич. Сегодня вечером мы отвезли его в лабораторию. Вряд ли эксперты найдут на нем отпечатки пальцев. Но частицы ДНК вполне. И тогда мы выйдем на преступника.

– Прекрасная работа, Дженна, – похвалил Расс.

– Мы нашли его среди других кирпичей под крыльцом дома Томпсонов.

– Вот почему в окно бросили именно кирпич, – догадался Расс.

Дженна пропустила его слова мимо ушей, не отрываясь глядя на Пенни, следя за ее реакцией.

– Я должна довести это дело до конца, – увещевала она, с мольбой глядя на подругу и начальницу. – Пожалуйста, уговори его.

Кажется, Пенни вняла ее мольбам, бросив многозначительный взгляд на Расса.

– Я собиралась тебе звонить, Расс. Хорошо, что ты пришел. Хочу тебя кое о чем попросить. Не мог бы ты помочь разыскать отца Брента? Я позвонила по номеру, который дал мне Брент, но трубку взял другой человек и сказал, что мистер Томпсон там больше не живет.

– Хочешь навлечь на меня гнев нашего великана? – усмехнулся Расс.

– А что там с тем наркоманом? – спросила Пенни.

– Мне кажется, Терренс ни при чем. Однако я пока не стала вычеркивать его из списка подозреваемых. Нужно поговорить с отцом Брента. Конечно, мы могли бы дождаться экспертизы ДНК. Но это займет несколько дней. А я не хочу попусту терять время. И потому…

Тут вернулся Брент, и она замолчала.

– Почему прервали разговор? Дженна, что ты имела в виду, когда сказала, что не хочешь попусту терять время?

Он перевел взгляд на Пенни и Расса.

– Мы говорили о кирпичах, – нашлась она.

– Кажется, вы сговорились против меня? Понимаю. Значит, Дженне удалось перетянуть вас на свою сторону.

– Дело не в этом, я считаю, неразумно бросать расследование, когда убийца уже практически пойман. Мы постараемся обеспечить ей безопасность, – сказала Пенни.

Брент скептически хмыкнул и нервно почесал шею. Ну вот, он уже почти сдался. Споры с Дженной оказались напрасной тратой времени.

– Пожалуйста, Брент, разреши мне заниматься расследованием. Я буду очень осторожна. Обещаю.

Взгляды их встретились. Он поразился, как изменилось ее лицо. Такой он ее еще не видел. Казалось, она даже перестала дышать. Напряжение между ними сделалось почти осязаемым. В волнении Дженна вскочила и прошлась по коридору. Брент понял, что проиграл окончательно. Да, он уже готов уступить.

Пенни задумчиво переводила взгляд с Дженны на Брента.

– Кажется, между ними нечто большее, чем просто дружеские отношения, – шепнула она Рассу. – Как считаешь, Расс?

– Странно, почему ты спрашиваешь об этом меня? Я-то откуда могу это знать?

– Но ведь вы недавно сидели в баре. Возможно, он что-то рассказал.

– Нет, он не рассказывал Рассу ни о чем таком, – вмешался Брент.

Дженна недоверчиво взглянула на него. Она тоже услышала разговор. Они с Пенни переглянулись. Обе прекрасно знали, что мужчины всегда рассказывают друг другу за кружкой пива о своих любовных похождениях.

Брент подошел к Дженне и положил руку ей на плечо.

– В ближайшее время тебе нельзя возвращаться домой. Не волнуйся, мы найдем квартиру, где ты сможешь остановиться. И еще, ты не должна выходить на улицу одна. Если будешь соблюдать меры предосторожности, разрешу тебе возобновить расследование. Если нарушишь хотя бы одно из моих правил, больше близко не подойдешь к этому делу.

Дженна почувствовала приятное покалывание во всем теле. Он согласился! Она выиграла этот раунд, переубедила упрямого осла Брента Томпсона. Конечно, он не сдался без боя, поставил довольно жесткие условия. Но факт остается фактом. Она сможет закончить дело.

– Я не знаю, что происходит между вами, да, честно говоря, и не хочу знать, но уверяю тебя, Брент, буду всюду сопровождать Дженну, – пообещала Пенни. – Ты очень занятой человек, и у тебя не будет времени следить за ней двадцать четыре часа в сутки.

– Не волнуйся. Я сам за ней прослежу.

– Нисколько в этом не сомневаюсь. Рассел, не пора ли нам домой?

В этот момент в коридор вышла девушка-врач, на вид совсем девочка, и направилась к Дженне.

– Простите, что заставила вас ждать, проходите в операционную. Я осмотрю вашу рану.

Дженна на секунду представила, что станет с ее лицом, и пришла в ужас. Что, если девушка ошибется, неровно наложит швы? Ее лицо будет обезображено навсегда, и ни один пластический хирург не сможет ничего исправить. Но делать нечего. Обреченно опустив голову, она прошла в кабинет. Девушка надела перчатки, расстелила на столе марлю и принялась раскладывать инструменты. От страха у Дженны перехватило дыхание.

Брент подошел к ней и успокаивающе погладил по руке.

– Как ты?

Она от неожиданности вздрогнула, не заметив, как он вошел вместе с ней.

«Мне очень страшно, я просто умираю от ужаса!» Она с недоверием взглянула на доктора, перевела взгляд на Брента, рассчитывая на его поддержку. Кажется, он понял.

– Доктор, не обижайтесь, конечно, но вы ведь не пластический хирург?

– Да, сэр, вы совершенно правы. Тем не менее наложить пару швов вполне могу.

– Нисколько не сомневаюсь в ваших способностях, но взгляните на это лицо. – С этими словами он осторожно провел кончиками пальцев по щеке Дженны. – Это же произведение искусства. Вы сможете сделать так, чтобы оно осталось таким же прекрасным, каким было до ранения?

Дженна заметила, что в операционную каким-то образом просочились и Пенни с Рассом. Ну, теперь-то у них точно не останется сомнений по поводу их с Брентом отношений.

Врач подошла к Дженне и внимательно осмотрела порез на лице.

– Не могу ничего обещать. Да и пластический хирург вряд ли мог бы дать в этом случае гарантии.

– Я понимаю. Лучше мы попытаем счастья у пластического хирурга. Согласитесь, в этом случае у нас больше шансов.

– Да, – обрадованно закивала Дженна, – я тоже думаю, что так лучше. Это не от недоверия к вам. Все-таки речь идет о лице. Вы, как женщина, должны меня понять.

Из коридора раздались голоса.

– Подождите немного, я посмотрю, что там случилось, а потом постараюсь вам помочь.

– Спасибо.

Пенни нервно потерла ладони.

– Что ж, все это очень интересно. – Голос ее дрогнул. – Вижу, ты в надежных руках. И наконец-то мы с Рассом можем вернуться домой. Позвони мне завтра утром, обсудим.

Глава 11

В понедельник утром Дженна вошла в зал заседаний фирмы «Хеннингс и Соломон» с протоколами по делу об убийстве Шерил Томпсон.

Дженна решила провести ночь в отеле, не хотела пугать родных. Был вариант переночевать у Брента. Но это невозможно утаить от Пенни. Ее проницательная начальница сразу все поняла бы и замучила бесконечными вопросами.

Брент всю ночь охранял ее, ни на минуту не сомкнул глаз, до утра просидел на диванчике, оберегая ее сон.

– Доброе утро, солнышко! – проворковала Пенни, просунув голову в дверь.

– Привет.

– Как твое лицо? Надеюсь, несносный маршал нашел тебе нормального пластического хирурга.

– Да, мне наложили одиннадцать швов. – Дженна отогнула повязку, демонстрируя работу хирурга.

Прищурившись, Пенни долго изучала швы. Так она обычно смотрела на подозреваемых.

– Брент столько для тебя сделал. Нашел хорошего врача, ходит за тобой по пятам.

Кажется, ей не терпелось завести разговор о том, чему она вчера стала свидетельницей в больнице.

– Где ты ночевала?

В этом вся Пенни. Еще никогда Дженна не встречала такой любопытной особы.

– Я очень устала и потому не поехала к родственникам, остановилась в отеле.

– По-моему, ты что-то недоговариваешь.

– Хочешь покажу гостиничную квитанцию?

– Главная твоя беда знаешь в чем? Ты совершенно не умеешь врать. Тебе лучше все откровенно рассказать. Я, конечно, понимаю, это ваше личное дело, и лезть в чужой огород неприлично. Но пойми, Брент и мой друг, я очень за него беспокоюсь.

– О, тебе совершенно не о чем беспокоиться. У нас все в порядке.

Некоторое время обе молчали. Потом Пенни в шутку замахнулась рукой на Дженну. Кажется, поняла, что от нее все равно ничего не добьешься.

– Что это у тебя?

– Материалы по убийству Шерил Томпсон. Я хочу еще раз перечитать их и как следует поразмыслить.

– Желаю удачи. Тебе помочь?

– Я была бы очень благодарна тебе за помощь, – обрадовалась Дженна. – Надо все упорядочить, разложить по отдельным папкам.

– Итак, основными подозреваемыми остаются Джеффрис и отец Брента. Кроме того, шериф проверил все заявления об ограблении окрестных домов за тот год, когда убили мать Брента. И благодаря Барнесу у нас появился еще один подозреваемый. Некий Карлтон Бойнс. На тот момент ему было девятнадцать лет. Мелкий воришка, забирался в дома, брал все, что под руку попадет, а потом перепродавал. Но его никогда не подозревали в убийстве.

– Ты знаешь, где он сейчас? И чем занимается?

– Знаю. Он живет в Индиане. Вскоре после убийства Шерил Томпсон Карлтон был осужден на два года за серию краж. Вот его фотография.

Следующие полчаса Пенни записывала все, что говорила Дженна. Для удобства они решили перенести информацию на стенд, а сверху приклеить их фотографии.

– Я хотела бы найти этого Бойнса до того, как поступят результаты экспертизы предполагаемого орудия убийства. Кроме того, поговорить с родственниками Бойнса и Джеффриса. Кстати, Рассу удалось что-нибудь узнать об отце Брента?

– Ах да! Чуть не забыла! Я ведь и зашла к тебе именно из-за этого. Расс узнал адрес и телефон мистера Томпсона. Сейчас он живет в Севервилле. Это на границе с Кентукки.

«Странно, Томпсон живет всего в семи часах езды от Чикаго и при этом ни разу за много лет не навестил своих детей. Да что там, даже не попытался им позвонить или написать».

– Спасибо. Я ему обязательно позвоню.

– А как Брент относится к тому, что ты собираешься допросить его отца?

– Не знаю. Брент очень замкнутый и закрытый человек, не понятно, что он в действительности думает и чувствует.

– Насколько я понимаю, ты все это уже изучила. Я имею в виду свидетельские показания, полицейские протоколы. Ты неплохо ознакомилась с делом. Как тебе кажется, Томпсон может быть виновен в убийстве жены?

– Честно говоря, не знаю. С одной стороны, подозрения с него не сняты. Но с другой стороны, неопровержимых доказательств его вины нет. Но я бы хотела поговорить с родственниками Брента и узнать, какие отношения были у него с женой.

– Ты думаешь, они не ладили между собой?

– Брент рассказывал, что они часто кричали друг на друга. Но ведь многие пары ссорятся, но к трагическим последствиям это не приводит. Возможно, Шерил и Мэйсон были просто слишком эмоциональными людьми и не могли сдерживаться. К тому же Брент тогда был ребенком и многого не понимал в их отношениях. А вообще, не похоже, чтобы отец Брента был способен на убийство. Судя по всему, он слишком слабый человек. Но я его не защищаю. Не понимаю, как он мог бросить своих детей на произвол судьбы. Это не только низко с его стороны, но и очень странно. Над этим стоит поразмыслить.

– Да, я тоже считаю, что его следует допросить. Мне кажется, пока рано вычеркивать его из списка подозреваемых. Ты можешь позвонить ему прямо сейчас.

После третьего звонка Дженна услышала в трубке механический голос автоответчика и оставила довольно расплывчатое сообщение.

– Я хотела бы еще раз пообщаться с кузиной Брента. Лучше поговорить с его тетей. Она больше в курсе дел Шерил. Но любое напоминание о покойной сестре причиняет Сильвии невыносимые страдания. Я просто физически не могу выносить ее взгляд загнанного зверя. Так что я лучше поговорю с Джеми и Хербом, дядей Брента.

– Да уж, тебе не позавидуешь! Разговаривать с родственниками жертвы всегда тяжело. Нужно умело лавировать, чтобы не наткнуться на острые камни.

– Да, ты права. Курс лекций по психологии, который я посещала в университете, очень пригодился в общении с ними. Я могла бы написать диссертацию о Бренте и его родственниках. Хотя с момента убийства Шерил Томпсон прошло уже много лет, они до сих пор не оправились от этой трагедии.

– Через пять минут у меня встреча с клиентом. Я отправлю Майка с тобой к Бойнсу. Тебе ни в коем случае нельзя ехать туда одной.

Дженна не стала спорить. Ей и самой не хотелось ехать туда одной. Порез на лице все еще болел, и это постоянно напоминало о том, что нужно быть предельно осторожной. К тому же теперь не сработает ее главное оружие – женское обаяние. Майк, детектив в отставке, работавший в их фирме уже несколько лет, поможет ей правильно провести допрос.

Дженне не хотелось посвящать Брента в некоторые детали своего расследования. В частности, она собиралась поехать в Карлайл без него. Скорее всего, тема отношений между родителями ему неприятна. Поэтому ему лучше не присутствовать при новом разговоре с его родственниками. Да, он настоятельно просил ее предупреждать его всякий раз, когда она решит поехать в Карлайл. Но Дженне казалось, что она имеет право нарушить уговор. А уж о том, что собирается встретиться с его отцом, тем более не скажет. Вдруг ее подозрения не подтвердятся? Зачем его понапрасну травмировать?

Она решила не откладывая ехать в Карлайл, на всякий случай прихватив пистолет. Майк будет надежно охранять ее и ни за что на свете не даст в обиду. Но дополнительные меры безопасности не помешают.

Дженна выехала на автостраду. Мягкие лучи утреннего солнца сквозь ветровое стекло светили прямо в лицо, но не слепили. Погода была просто чудесной. Недавние страхи вдруг показались глупыми и смешными. Ну что может с ней случиться в такое прекрасное солнечное утро?

С кузиной Брента они договорились встретиться на стоянке для грузовиков. Лучше всего вести откровенные разговоры на нейтральной территории, где никто не помешает. Сильвия непременно стала бы ходить вокруг дома, пытаясь услышать, о чем говорят, и страшно нервничать. Какая уж непринужденная беседа.

Да, она впервые расследовала убийство. Но основная сложность не в этом. Дженна принимала все слишком близко к сердцу. Обычно она не испытывала угрызений совести, когда, в интересах дела, вводила свидетелей или подозреваемых в заблуждение. Хитрость неотъемлемая часть ее работы. Но в случае с Брентом все по-другому. Дженна не могла относиться к этому расследованию профессионально-холодно, без эмоций.

– Я подумала, – обратилась она к Майку, – вам лучше подождать меня в машине. Ваше присутствие может испугать Джеми. А обо мне не беспокойтесь. В такое время мне ничто не угрожает. К тому же на стоянке полно народу. Однако будьте бдительны, хорошо?

– Конечно. Я не спущу с вас глаз.

Дженна припарковалась около небольшого кафе и обвела взглядом автостоянку. Справа несколько водителей весело болтали, стоя у своих огромных грузовиков. Слева приглушенно гудели бензонасосы. Джеми нигде не было видно. Интересно, где лучше ждать, в кафе или в машине? Хорошо бы выпить чашечку кофе, но не хотелось появляться на людях с безобразной повязкой на лице.

На стоянку въехал джип Джеми. Дженна взяла сумочку и вышла из машины. Джеми последовала ее примеру. «Очень жаль, – подумала Дженна. – Лучше было поговорить в ее машине».

– Привет! Я смотрю, вы не одна?

– Это мой коллега. Не обращайте на него внимания. После разговора с вами мы поедем на важную деловую встречу.

Ее объяснение прозвучало не очень убедительно. Но ничего более правдоподобного она придумать не успела.

– Понятно. Какое сегодня замечательное утро. А не выпить ли нам кофе на террасе?

«О нет! Только не это! Пить кофе на террасе с этой ужасной повязкой! Я этого не вынесу!»

Однако не хотелось отказывать Джеми. Ведь она может обидеться, и тогда непринужденного разговора не получится.

– Прекрасная идея! – фальшиво-радостным тоном воскликнула Дженна и опять попыталась прикрыть повязку волосами.

Джеми подошла к Дженне и хотела обнять, но при виде повязки в ужасе отпрянула.

– О боже! Что с вами случилось?

– Я порезалась.

– Порезались? Но как это произошло?

– Я потом вам как-нибудь расскажу.

В кафе они заказали кофе. Джеми купила себе еще и пончик. Дженна успела заметить, что Брент и его родственники обожают сладкое.

– Так о чем вы хотели со мной поговорить?

– Я хотела бы задать несколько вопросов о вашем дяде Мэйсоне.

Некоторое время Джеми сидела опустив глаза, потом взглянула на Дженну.

– А Брент в курсе, что вы хотели поговорить со мной именно об этом?

Ее голос дрогнул. Должно быть, она по-настоящему беспокоилась о брате.

– Я решила пока ему об этом не рассказывать, – смутившись, призналась Дженна. – Быть может, мои подозрения относительно Мэйсона не подтвердятся. Зачем же я буду понапрасну нервировать Брента? Я понимаю, копаться в семейной жизни Шерил и Мэйсона нехорошо. Но без этого невозможно. К тому же, если Брент согласился принять мою помощь, он не мог не понимать, что я стану наводить справки об отношениях его родителей. Джеми поежилась:

– Честно говоря, мне ужасно не хочется обсуждать их за спиной Брента. На мой взгляд, это нечестно. А я очень его люблю. Мне бы не хотелось причинять ему душевной боли.

«И я прекрасно тебя понимаю. Мне так знакомо это чувство».

Дженна взяла Джеми за руку и слегка сжала.

– Я понимаю, что вы сейчас чувствуете. Конечно, это слабое утешение, но все же. Честно говоря, мне тоже очень тяжело было решиться на этот разговор. Ведь я люблю Брента не меньше вас.

– Я знаю, – просто, как само собой разумеющееся, сказала Джеми. – И Брент относится к вам точно так же. Я в этом совершенно уверена.

– Вот как, – смутившись, Дженна поспешила перевести разговор. – Не могли бы вы рассказать об отношениях между его родителями? Они часто ссорились? Был ли их брак счастливым?

– Все семейные пары ссорятся. Это нормально.

– Значит, ничего из ряда вон выходящего у них не происходило? Мэйсон никогда не поднимал руку на Шерил?

Некоторое время Джеми молча смотрела на Дженну. Во взгляде ее больших зеленых глаз плескалось беспокойство.

– Нет, я никогда не видела, чтобы Мэйсон бил Шерил.

– Мне кажется, вы чего-то недоговариваете. Отец Брента работал по вечерам, если не ошибаюсь? Они когда-нибудь ссорились из-за этого?

– Я не могу сказать точно, но Мэйсону не нравилось, если к Шерил кто-нибудь заходил, когда его не было дома.

В этот момент в сумочке Дженны зазвонил телефон. Господи, как не вовремя! Она только-только вывела Джеми на откровенность и не стала отвечать на звонок.

– Его раздражали любые гости, которые приходили к Шерил в его отсутствие, или какой-то определенный человек?

– Ну, Мэйсон никогда не сердился, если к Шерил приходили подруги. А вот к визитам мужчин относился настороженно. Не любил, даже когда в его отсутствие приходил сантехник или какой-нибудь рабочий. Старался сделать все, чтобы присутствовать в доме во время ремонтных работ.

– А почему он так себя вел? Он что, не доверял жене?

Похоже, Мэйсон был ревнивым мужем, следил за каждым шагом жены. По работе Дженне не раз приходилось сталкиваться с подобными индивидуумами.

– Не знаю. Может быть. Однажды я услышала разговор между мамой и кем-то из ее подруг. Она сказала, что Мэйсон злится, если мой отец приходит к Шерил в его отсутствие.

«Это уже интересно!» Дженна перестала записывать, отложила ручку, чтобы Джеми не смутилась и не замкнулась в себе.

– Шерил и Мэйсон когда-нибудь изменяли друг другу?

– Понятия не имею.

– У Шерил были друзья мужского пола?

– Вы все-таки считаете, что тетя Шерил могла изменять мужу?

– Я не могу об этом судить, просто хочу узнать как можно больше об их браке.

– Нет, до меня никогда не доходили слухи о том, что тетя изменяет мужу. Если бы они изменяли, думаю, я бы об этом знала. А почему вы об этом спрашиваете? Неужели это так важно?

– Иногда супружеские измены приводят к трагедии. Например, любовник сердится на возлюбленную за то, что она не хочет разводиться с мужем. Они начинают ссориться, обвинять друг друга, и происходит непоправимое.

– Нет, я бы знала, если бы тетя изменяла мужу. Но если хотите узнать имена ее друзей мужского пола, можете взять телефонный справочник Карлайла. Наш городок небольшой. Все друг друга знают. А тетя Шерил пользовалась всеобщей любовью.

Дженна кивнула. Продолжать разговор не имело смысла. В целом встреча оказалась не бесполезной. Информация о патологической ревности Мэйсона – это уже что-то. Брент никогда не говорил об этом. Но он вообще замкнутый человек и многое утаивает.

– Спасибо. У меня больше нет к вам вопросов. Если что-нибудь вспомните, обязательно позвоните мне.

– Ну, было кое-что еще, – неохотно, словно через силу, проговорила Джеми. – Мэйсон часто кричал на жену. Поводом для скандала могла послужить любая мелочь. Например, дядя мог рассердиться из-за грязной посуды в раковине или беспорядка в комнате. Но я никогда не видела синяков у нее на лице, ничего-то подобного. Так что не думаю, что он мог ударить ее.

– Как бы там ни было, по вашему рассказу выходит, что Мэйсон был домашним тираном. Даже несмотря на то что он не поднимал руку на жену.

Перед глазами предстала картина безрадостного брака. Мэйсон контролировал каждый шаг Шерил, не разрешал мужчинам приходить к ней в его отсутствие, часто кричал на нее из-за любой мелочи. Черт возьми! Должно быть, Брент все эти годы подозревал отца в убийстве матери, хотя боялся признаться в этом даже самому себе.

Разговаривая, они подошли к машине Джеми. Дженна посмотрела на нее с сочувствием и тепло улыбнулась:

– Спасибо за откровенность. Я понимаю, как вам тяжело об этом рассказывать.

– Мне просто не хотелось сплетничать о семейной жизни своих родных.

– Вы не сплетничали, а помогали следствию. Теперь мне многое стало ясно. Спасибо вам.

Подождав, пока Джеми уедет, она первым делом достала из сумочки телефон. На дисплее высветилось сообщение о пропущенном звонке. Номер Мэйсона.

Глава 12

– Иногда мне кажется, мы говорим с тобой на разных языках! – Брент сердито смотрел на Джену.

По тому, как он стремительно вошел в зал заседаний «Хеннингс и Соломон», Дженна поняла, что он с огромным трудом сдерживает гнев.

– И это вместо приветствия? – обиделась она. – А я-то думала, ты воспитанный человек. Закрой дверь. Не хочу, чтобы весь офис слышал, как ты тут разоряешься.

Брент закрыл дверь и скрестил руки на груди.

– Кажется, ты хочешь затеять со мной скандал?

– А ты не думала, что поступила не слишком красиво? Я поставил тебе всего два условия: никуда не ездить одной и не разговаривать с моими родственниками, не предупредив меня.

– Да, помню. Но я поехала на встречу с Джеми не одна. Согласна, второе условие я нарушила, но, во-первых, не хотела лишний раз беспокоить тебя. Ведь мой разговор с Джеми мог ни к чему не привести. Во-вторых, если бы я сказала тебе об этом, ты бы непременно поехал со мной. А твое присутствие могло смутить Джеми, она бы замкнулась в себе и не стала отвечать. Странно, что она рассказала тебе о нашем разговоре, хотя и не хотела тебя расстраивать.

– Джеми ничего не рассказывала. – Брент язвительно улыбнулся.

Подумать только! Какая же она наивная! Несколько раз встречалась с его родными и до сих пор не разобралась в их психологии! Думала, ей удастся утаить встречу. Ей даже в голову не могло прийти, что в их семье это практически невозможно. В итоге она поставила его в еще худшее положение. Известие о том, что она встречалась с кузиной, совершенно выбило его из колеи.

– Джеми рассказала тете, а она тут же мне позвонила. У тети случилась истерика. Она не выносит, когда кто-то копается в отношениях моих родителей. Должно быть, у них были свои скелеты в шкафах, о которых тетя прекрасно знает, а я понятия не имею.

– Но почему тогда ты рассердился на меня, а не на Джеми? Ведь это она довела твою тетю до истерики.

– Ты обманула меня.

– Я тебя не обманывала, просто утаила некоторые вещи.

– Какая разница? Факт остается фактом, я понятия не имел, что ты встречалась с моей кузиной, и в результате оказался в дурацком положении.

– Это разные вещи.

– Я думал, тебе можно доверять.

– Ты и теперь можешь мне доверять. Я не хотела причинять тебе душевную боль, не стала говорить о встрече с Джеми, чтобы защитить тебя от переживаний.

Ее слова растрогали Брента. Он наклонился к Дженне и нежно провел кончиком пальца по ее повязке. Это он виноват в том, что ей обезобразили лицо и чуть не убили. Не следовало подвергать опасности эту хрупкую прекрасную женщину.

– Прости, что не сдержался. Я не должен был срывать на тебе раздражение. Просто иметь дело с моими родственниками тяжело.

– Понимаю. Не стоит себя винить. Все мы временами проявляем слабость. И это нисколько не изменило моего отношения к тебе. Ведь ты человек, а не машина. И не можешь все время контролировать эмоции.

Она поцеловала его. Должно быть, забыла, что они находятся в зале заседаний и кто угодно может войти и увидеть их. Брент слегка наклонил голову, обнял Дженну за талию и почувствовал, что земля уходит из-под ног. Он по-настоящему влюблен в нее.

Ему хотелось продлить поцелуй, забыть обо всем на свете, но он с огромным трудом прервался и нехотя отодвинулся от нее.

– Где ты собираешься ночевать?

– Еще не знаю, но надеюсь, мы проведем эту ночь вместе.

– Я тоже очень на это надеюсь.

Брент отвез свидетеля в безопасное место и посмотрел на часы. Половина седьмого вечера. Дженна должна освободиться к восьми, ее пригласили на обед родители. В любой другой вечер он отправился бы в спортзал или на встречу с друзьями.

Обычно он до последнего оттягивал возвращение домой, его там никто не ждал. Но сегодня с нетерпением ждал встречи с Дженной. Всю жизнь он держал эмоции под контролем и боялся слишком к кому-нибудь привязаться. Но бывшая королева красоты полностью изменила его отношение к жизни. Брент не видел Дженну целый день и успел по ней соскучиться.

В двадцать пять минут девятого он позвонил в дверь ее квартиры. Спустя мгновение дверь отворилась.

– Нам нужно срочно ехать, – вместо приветствия проговорила она.

– Куда?

Она ничего не ответила, отступила на пару шагов, Брент заметил, что она все еще довольно сильно прихрамывает.

– Ты опять хромаешь? Где твои костыли? Ну, сколько раз можно повторять.

– Не обращай внимания, у меня разболелась нога, но это скоро пройдет. Нам пора ехать. – Ее глаза возбужденно блестели.

Судя по всему, о планах на вечер придется забыть.

– Так куда мы едем?

– В Карлайл.

– В Карлайл? Прямо сейчас? Зачем?

– Мне только что позвонила подруга из нашей лаборатории. Экспертиза уже готова. Днем она послала отчет шерифу Барнесу. Подожди, мне нужно закрыть дверь.

Удивительно! Еще никогда криминалисты не проводили экспертизу так быстро. Дело в связях Дженны или в чем-то другом?

– Когда они успели? Прошло всего два дня.

– У нас частная лаборатория.

Как ни странно, эта новость совершенно не обрадовала Брента. Напротив, при мысли о поездке в Карлайл он почувствовал раздражение и досаду.

Дженна закрыла дверь и спустилась к нему. Ее прекрасные голубые глаза блестели от радости.

– Брент? Что с тобой?

– Я и сам не знаю. «Может, я просто устал?»

– Ты боишься? «Пожалуй».

– Чего мне бояться?! – возмутился он и понял, что голос звучит фальшиво.

– Боишься, что эксперты нашли на кирпиче кровь твоей матери и ДНК отца. Прекрасно понимаю. На твоем месте я испытывала бы те же самые чувства. Но если мы не поедем и не прочитаем отчет, никогда не узнаем правды. Этот кирпич пролежал под крыльцом двадцать три года. И в любом случае того, что произошло, уже не исправишь. Но согласись, лучше узнать неприятную правду, чем всю оставшуюся жизнь строить догадки.

Дженна права. Но даже разумные доводы его не успокоили.

– Если я узнаю, что эксперты нашли на кирпиче ДНК отца, просто сойду с ума. Да, я до сих пор не могу простить ему, что он бросил нас с сестрой на произвол судьбы. Но при этом все еще люблю его. И хотя полицейские все эти годы подозревали его, я даже не хотел об этом думать.

– Понимаю. Как же нам поступить? Может быть, я поеду в Карлайл одна и поговорю с шерифом?

Брент нашел компромиссное решение:

– Ты не поедешь одна. Об этом не может быть и речи. Мы едем вместе. Я подожду тебя в машине. Ты прочитаешь отчет, а потом перескажешь мне его своими словами. Только, прошу тебя, ничего не утаивай, хорошо? Я хочу знать правду, какой бы горькой она ни была.

Они подъехали к офису шерифа. Брент открыл Дженне дверь, но она почему-то медлила. Замерла на пороге и не решалась войти. Он понял: она боится оставить его одного. В глубине ее прекрасных глаз застыло беспокойство. Она ободряюще похлопала его по плечу. Как ни странно, повязка на лице нисколько ее не портила. Она была по-прежнему прекрасна.

– Я понимаю, что должна как-то приободрить тебя, но не знаю как.

– Тебе не нужно ничего говорить. Я уже почти смирился с мыслью, что это отец убил мать.

Дженна поежилась:

– Зачем раньше времени готовить себя к самому худшему? Возможно, все и не так.

– А худшие опасения подтвердятся.

В этот момент из офиса вышел шериф и, заметив Дженну и Брента, приветливо помахал им рукой:

– Привет, ребята.

Дженна медленно шла по коридору. Брент смотрел на нее и думал, как она изменилась в последнее время. И не только внутренне. Она полностью сменила имидж. Теперь на ней были свободного покроя джинсы и такая же футболка. Для довершения образа не хватало мужской рубашки.

– Спасибо, что согласились встретиться с нами в такое время.

Брент старался говорить спокойно, но внутри все сжималось от страха. Он ждал этой минуты двадцать три года. Так почему же теперь так боится заглянуть в отчет?

– Отчет у меня в кабинете.

Брент невольно отступил на шаг. Дженна взяла его за руку.

– Ты ведь хотел подождать меня в машине или уже передумал, решил сам прочитать отчет?

– Нет, иди, я подожду тебя здесь. Ожидание показалось бесконечно долгим. Хуже всего, на этом его страдания не закончатся. Предстоит тяжелейший разговор с тетей. Какие бы известия ни принесла Дженна, он не имеет право скрывать их от Сильвии. Брент опустился на стул, тот громко скрипнул. Почему-то от этого звука стало еще тоскливее. В Карлайле он всегда сам не свой, любая мелочь выводит из себя.

Наконец дверь кабинета Барнеса открылась, и оттуда вышла Дженна. Он вскочил.

– Войди, Брент.

– Садитесь, – сказал шериф.

Брент привалился к дверному косяку, сложив руки на груди, силы оставили его, руки безвольно упали вниз.

– Я лучше постою, – слабым голосом проговорил он.

– Хорошо, как хотите. – Шериф откашлялся и заговорил официальным тоном: – Во-первых, эксперты обнаружили на кирпиче ДНК Шерил.

Все-таки они оказались правы. Кирпич действительно орудие убийства. У Брента перехватило дыхание, он стоял неестественно прямо.

– Что еще?

– Ничего. Другая ДНК, найденная на кирпиче, не принадлежит ни одному из фигурантов.

Значит, отец не убийца. Брент вздохнул с облегчением.

– Итак, – подытожила Дженна. – У нас есть орудие убийства, но мы пока не знаем, кто преступник.

Глава 13

Неудача ужасно расстроила Дженну. Черт возьми! В протоколе сказано, что ДНК на кирпиче сохранилась на удивление хорошо. Но от этого не легче. Таким образом, они с Брентом только потеряли время. Ведь, по сути, этот отчет ни на шаг не продвинул их к разгадке.

Выражение лица Брента было совершенно спокойным. Но Дженна понимала, его раздирают противоречивые чувства. С одной стороны, облегчение, оттого что убийцей оказался не его отец, с другой стороны, разочарование, оттого что дело по-прежнему не сдвинулось с места. Ей хотелось как-то его ободрить и поддержать.

– Прости меня.

– За что? – удивился Брент. – Ведь именно ты нашла орудие убийства, чего нам не удалось за все эти годы. К тому же убийца, судя по всему, по-настоящему испугался, а это значит, мы на верном пути.

– Кем бы ни был этот человек, надо скорее найти его, прежде чем он убьет кого-нибудь из нас.

– Что это за история с кирпичом? – Барнес откинулся на спинку стула.

– Позавчера вечером кто-то бросил Дженне в окно кирпич. Не думаю, что это случайность. Дженна чуть не погибла и сильно порезала лицо.

– Так вот почему на лице повязка.

– Да, даже пришлось накладывать швы.

– Мне очень жаль. – Шериф сочувственно посмотрел на нее.

Брент наконец-то отклеился от дверного косяка и подошел к Дженне.

– Что мы будем делать дальше?

– Я хочу обратиться за помощью к Рассу. Расс агент ФБР, лучший друг Брента, очень толковый детектив, – пояснила Дженна Барнесу. – Я попрошу узнать, не было ли похожих преступлений в тот период, когда убили Шерил Томпсон.

– Вы хотите сказать, что она могла стать жертвой серийного убийцы?

Дженне показалось, что шериф недоволен. Не хочет вмешивать агента ФБР?

– Не знаю. Я просто пытаюсь найти любую зацепку. А что думаете вы?

– Если вы считаете, что это может помочь, обратитесь к ФБР. Я не против.

– Нам пора ехать. Спасибо вам за все, шериф. Жаль, нам не удалось вычислить убийцу.

– Зато удалось найти орудие, а это уже само по себе огромная удача.

Слабое утешение для Дженны.

Когда они вышли на крыльцо, Дженна облокотилась на перила и с наслаждением вдохнула прохладный вечерний воздух. Кругом стояла почти непроглядная тьма, лишь изредка, тут и там, светились окна домов. Если бы не Брент рядом, ей было бы неуютно. В этот час Карлайл будто вымер. Совершить на нее покушение сейчас проще простого.

Брент стоял напротив нее, тоже привалившись к перилам.

– Честно говоря, я надеялся, что мы сможем узнать больше, – сказал он.

– Я тоже.

– Но с другой стороны, я очень рад, что на орудии убийства нет ДНК отца.

Дженна тоже радовалась. Для нее это стало единственным утешением в данной ситуации. Она понимала: сейчас самый подходящий момент рассказать о том, что она звонила его отцу.

– Послушай, Брент, мне нужно кое-что тебе рассказать. Только обещай, что не начнешь опять нервничать.

– Уф! – выдохнул он и невольно отшатнулся от нее. Похоже, почувствовал, что разговор предстоит непростой.

– Не волнуйся. Ты просил ничего от тебя не скрывать. Я обратилась за помощью к Рассу. Он узнал, что твой отец теперь живет на юге Иллинойса, нашел его новый номер телефона. Я позвонила, но, к сожалению, попала на автоответчик. А когда он мне перезвонил, не смогла ему ответить, так как в этот момент разговаривала с Джеми. Сначала я решила рассказать тебе об этом после того, как встречусь с ним. Но мне кажется, ты должен об этом узнать заранее.

– Ты решила встретиться с отцом после разговора с Джеми? Что она тебе о нем наговорила?

– Я хочу задать ему несколько вопросов, и мы сможем, не сомневаюсь, окончательно вычеркнуть его из списка подозреваемых.

– Ты так в этом уверена? А что, если после встречи твои подозрения на его счет только укрепятся?

– Я подробно перескажу тебе наш разговор.

Она неожиданно задрала на нем рубашку и зажала в кулаке. Другой рукой принялась ласкать его твердый мускулистый живот. «Должно быть, он качается на тренажерах, не жалея себя».

– Я хочу, чтобы мы никогда больше не ссорились, – ласково сказала она.

– Ты измяла рубашку. Не боишься, что именно теперь мы поссоримся и тебе негде будет ночевать?

– Ну, этого-то я как раз не боюсь. Могу спокойно переночевать в моей квартире.

– Ни в коем случае. К тому же моя кровать гораздо удобнее.

Брент разгладил на себе рубашку и нежно обнял ее за плечи.

– Поехали, хочу, чтобы мы как можно скорее оказались дома.

На следующий день после удивительной неповторимой ночи с Дженной Брент в прекрасном настроении вошел в здание чикагского окружного офиса федеральных маршалов. Он все время вспоминал, как они занимались любовью и как хороша была в постели Дженна. Утренняя суета шла на убыль, в вестибюле, чем-то напоминавшем пещеру, было всего около дюжины служащих и посетителей. Брент подошел к стойке администратора, и в этот момент у него зазвонил телефон. Проклятье! Тетя Сильвия. Ну что ей опять нужно?

– Он вернулся, – звенела она. – Представляешь, вернулся.

– Кто вернулся?

– Твой отец. Он опять в городе.

Целых десять секунд Брент молчал, переваривая это известие. В ушах зашумело, все тело напряглось.

– Подождите. Расскажите спокойно, что произошло.

– Он вернулся в ваш дом как ни в чем не бывало. Будто все эти годы там жил и никуда не уезжал. Зачем он приехал? Объясни, зачем?

– Не знаю. Вы говорили с ним?

– Конечно нет, – фыркнула тетя. – Сегодня утром я выглянула в окно и увидела чужой грузовик возле твоего дома. Послала твоего дядю узнать, кто это приехал. Когда он вернулся, на нем лица не было. Сказал, что это грузовик Мэйсона.

Брент взглянул на часы, лихорадочно соображая, сколько времени у него уйдет на то, чтобы отпроситься с работы и доехать до Карлайла.

– Он все еще там?

– Нет. Уехал сразу, как твой дядя поговорил с ним. Он объяснил, что приехал проверить, в каком состоянии дом. О господи, а если он решит там поселиться? Я этого не переживу, не вынесу, Брент. Ты должен что-нибудь сделать!

«Ох уж эта тетя Сильвия с ее вечными истериками!»

– Он не поселится там. Обещаю. Отец оставил вам свой номер телефона?

– Нет, но попросил твой. Херб сказал. Это даже к лучшему. Им нужно поговорить.

– Понятно. Я отпрошусь с работы и сразу же поеду в Карлайл.

Наверняка Дженна успела переговорить с отцом, именно поэтому он приехал в Карлайл. Черт бы ее побрал! В очередной раз обманула Брента. С женщинами всегда так. Их отношения, казалось бы, наладились, они обо всем договорились, и вот. Сколько еще это будет продолжаться? Она будет обманывать, а он ей все прощать?

Через час Брент вошел в вестибюль «Хеннингс и Соломон». Марси, администратор, согласилась позвонить Дженне. Спустя минуту в вестибюле появилась Королева Обмана, как теперь про себя окрестил ее Брент. Надо отдать должное, выглядела она просто потрясающе в короткой черной юбке и облегающем свитере. Она подошла к нему, ткнула его кулаком в грудь. Не самое лучшее время для шуток. Он был до такой степени зол на нее, что готов был ее убить.

Но она, казалось, не замечала его настроения.

– Привет. Не ожидала тебя здесь увидеть. Какой приятный сюрприз!

Для него сегодняшние события тоже стали сюрпризом. Дженна наконец поняла, что Брент не в духе, и улыбка мигом испарилась.

– Пойдем в зал заседаний, нужно поговорить.

– Хм, хорошо. А что случилось?

Дженна едва поспевала за ним в туфлях на высоких каблуках.

– Зачем ты опять меня обманула? Ведь мы договорились, что ты не станешь ничего от меня утаивать.

– Прости, не понимаю, что ты имеешь в виду. По ее голосу он понял, что она не раскаивается.

– Давай начистоту. Я просил всегда предупреждать, если решишь встретиться с кем-то из моих родственников. Неужели это условие так сложно выполнить?

– Я прекрасно помню о моем обещании.

– Так почему же ты ничего не сказала о разговоре с отцом? Или, по-твоему, его уже не надо учитывать? Или опять решила меня не травмировать? Подумать только! Он сегодня побывал в моем доме, а я узнаю об этом в самый последний момент.

– Что?! Он уже приехал? Он собирался завтра. В этом вся Дженна. Решила скрыть разговор с отцом и вдруг проговорилась, как школьница. Хитрость и изворотливость сочетались в ней с удивительной наивностью.

– Значит, ты все-таки разговаривала с ним? Но почему ты мне ничего не сказала?

– Я просто не успела. Я говорила с ним всего полчаса назад. А сразу же после этого меня вызвала Пенни. Когда Марси позвонила мне, я как раз была там. Думала, спешить некуда, ведь он сказал, что приедет завтра. Я собиралась позвонить тебе, как только закончу разговор с Пенни.

Временами Бренту казалось, что они говорят на разных языках.

– Отец приехал в мой дом. И даже успел поговорить с дядей Хербом. А у тети Сильвии опять истерика.

– И ты считаешь, что в этом виновата я?

– Ты должна была мне позвонить, как только закончила разговор с отцом.

Дженна подошла к Бренту, протянула к нему руку, но он снова от нее отстранился, не в состоянии простить за очередной обман. Она смотрела на него, оттопырив нижнюю губу, ее прекрасные глаза наполнились слезами. Во взгляде читались горечь и обида. Но Бренту нисколько не было ее жаль.

– Брент, пожалуйста, прости меня. Но это твой отец ввел меня в заблуждение.

– Знаешь, у тебя все не сходится. Хотя как он мог успеть приехать, если ты разговаривала с ним каких-нибудь полчаса назад?

– Не знаю. Но клянусь, я не разговаривала с ним до сегодняшнего дня.

Брент обхватил голову руками и так сжал, что заболел череп. Кровь стучала в висках, в глазах потемнело.

– Ты должна была позвонить мне сразу же. Теперь я не знаю, что делать. Я сам на грани истерики. Понятия не имею, где он сейчас и что делает. А что, если он приедет к Камилле? Мне нужно срочно ехать к ней. Иначе она сойдет с ума. Эти полчаса многого мне стоили. Если бы ты позвонила мне полчаса назад, я мог бы еще что-нибудь предпринять.

– Но я не виновата в том, что твои родные принимают все так близко к сердцу. – Брент не успел ответить, дверь распахнулась, вошла Пенни. Губы ее были плотно сжаты. Похоже, до нее долетел их оживленный спор.

– Что случилось? Вы что, ссоритесь? Что происходит?

– Ничего особенного, – проговорила Дженна.

– Но почему тогда вы ссоритесь? – не отставала Пенни.

– Мой отец сегодня приехал в Карлайл. Уж не знаю зачем.

– Ты что, ничего ему не сказала?

Значит, и Пенни знала. Брент сжал зубы, чтобы не сорваться на Дженну. Ему хотелось кричать и кататься по полу. С огромным трудом удалось взять себя в руки.

– Дженна тебе все рассказала? Подумать только, разболтала всем и каждому, а мне ни слова.

– Нет, нет, нет, все не так. Никто, кроме Пенни, не знает. Клянусь! Я сказала ей, потому что как раз в этот момент она вызвала меня. Я не из тех, кто выдает чужие тайны.

Демонстративно повернувшись к ней спиной, Брент обратился к Пенни:

– Я очень беспокоюсь за Дженну. Ей удалось значительно продвинуться в расследовании, чем разозлила убийцу. Я просто не имею права подвергать ее риску. И потому хочу отказаться от ее услуг.

Ну вот, он наконец это сделал. И почувствовал невероятное облегчение. Ничего больше не прибавив, он направился к выходу.

Брент решил отказаться от ее услуг? Это потрясло ее до глубины души. Она не ожидала, что все закончится так внезапно и катастрофично. Но вдруг ее настроение переменилось. Страшная обида сменилась злостью. В ярости Дженна выбежала из зала заседаний.

– Ты не можешь так просто отказаться от моих услуг, – изо всех сил сдерживая себя, по возможности спокойно сказала она. – Я понимаю, тебе неудобно говорить об этом при Пенни. Но мы не закончили разговор.

– По-моему, я уже все сказал. – Брент вошел в лифт. Дженна за ним.

– Даже если забыть о наших отношениях, которые уже давно вышли за рамки деловых, ты все равно поступаешь по отношению ко мне несправедливо, когда без видимых причин хочешь отстранить от расследования. Подумай хотя бы о моей карьере. Неужели ты просто так хладнокровно сможешь ее погубить?

– Как мой отказ может повлиять на твою карьеру? Я объяснил Пенни причины, по которым собираюсь отстранить тебя. Если у тебя возникнут проблемы из-за этого, не беспокойся, я все улажу. Но факт остается фактом. Мы с тобой больше не можем работать вместе.

Лифт с едва слышным гудением неумолимо двигался вниз. Дженна взглянула на табло. Пятый, четвертый, третий этаж. Сейчас дверцы откроются, они выйдут, и она потеряет его навсегда. Что делать? Ее захлестнуло отчаяние, и она нажала на «стоп». Раздался пронзительный звон, который совершенно ее оглушил.

– Прекрасно, – проворчал Брент. – Ничего лучше придумать не могла? – Он в раздражении потянулся к кнопке.

– Пожалуйста, не делай этого, – взмолилась Дженна. – Ты отказался от моих услуг. Но это лично для тебя ничего не решит. Я прекрасно понимаю, почему ты так поступаешь, но это ошибка. Тебе кажется, если убийство твоей матери будет раскрыто, ты потеряешь смысл жизни. До смерти боишься этого, поэтому и решил отстранить меня, как только наметился прогресс. Чувствуешь, что останешься один на один со своими эмоциями, которые могут вырваться наружу и погубить тебя. Ведь до этого математический анализ преступления отвлекал тебя от переживаний. Кроме того, ты убедил себя в том, что не способен на гармоничные отношения с женщиной. Вот почему всегда расставался со своими возлюбленными, а теперь собираешься вычеркнуть из своей жизни и меня. Как бы странно это ни звучало, ты чувствуешь себя гораздо уютнее, когда находишься один на один со своими страданиями, и тебя некому утешить и поддержать.

Брент возмущенно фыркнул:

– Опять донимаешь меня психологическими приемами? Не надоело?

Дженна в раздражении взмахнула рукой. Ну что с ним делать? Еще никогда она не встречала людей с таким несносным характером.

Брент отвернулся и некоторое время задумчиво смотрел на закрытые дверцы лифта. Нужно подождать, пока он успокоится. Дженна нажала на кнопку, лифт дернулся и поехал вниз. Второй этаж, первый. Как только двери открылись, Брент сразу же выскочил наружу.

– Пожалуйста, не отказывайся от моих услуг, не отстраняй меня от расследования, Брент, – опять попросила Дженна. – Все, что произошло сегодня между нами, всего лишь недоразумение.

Брент ничего не ответил и быстрым шагом направился к выходу. Ну вот и все. Он сейчас уйдет от нее. Уйдет навсегда.

Несмотря на отчаяние, она не сдвинулась с места. Возможно, он прав, и она сама во всем виновата. Нужно было позвонить ему, как только закончился разговор с его отцом. Но она думала, что у нее есть время. Откуда ей было знать, что Томпсон приедет сегодня? Почему все так обернулось?

А ведь именно благодаря ей Брент смог узнать, где сейчас его отец. Да, она поставила его в неловкое положение. Однако, если бы не она, он бы понятия не имел, где сейчас Мэйсон. Мог бы поблагодарить хотя бы за это. Ладно, раз он так, ей придется действовать по своему усмотрению. Отныне она станет вести расследование в одиночку. От этой мысли стало не по себе. Теперь придется скрывать от Брента каждый свой шаг. Но сам виноват.

Дженна решительно поднялась по лестнице и, ничего не сказав Пенни, взяла со стола ключи и сумочку и направилась к выходу. Она собиралась в Карлайл, встретиться с Мэйсоном Томпсоном.

Да, возможно, она поступает нехорошо по отношению к Бренту. Но, в конце концов, она потратила слишком много времени и сил, чтобы в последний момент отступить. «Нет, маршал Томпсон, я должна найти убийцу. И плевать, как ты к этому отнесешься».

Когда Дженна подъехала к дому Брента, на небе сгустились черные тучи. Дом Брента. Нет, теперь, скорее, дом семьи Томпсонов. Почему Мэйсон ввел ее в заблуждение? Зачем приехал на день раньше? Что за этим кроется? Дженна выглянула из машины. Небо совсем нахмурилось. Вот-вот должен пойти дождь. В воздухе чувствовалась угроза. Ей стало не по себе. Хорошо, что она догадалась взять пистолет. Припарковавшись, она направилась к дому родственников Брента, надеясь, что те пойдут с ней на контакт, не станут скрывать, о чем Херб разговаривал с Мэйсоном. Возможно, они знают, где он сейчас. А с ним встретиться просто необходимо.

Дженна надеялась, что Брент одумается и поймет, что она должна довести расследование до конца. С каждой минутой она чувствовала себя все неуютней. А впрочем, возможно, она зря себя накручивает, ничего страшного не произойдет. Она постучала в дверь.

Сильный порыв ветра чуть не сбил ее с ног. Ветки большого дуба, росшего у крыльца, зловеще заскрипели.

Она опять постучала, но никто ей не открыл, видимо, Сильвии и Херба не было. Она оглянулась. Около дома стояла только машина Джеми. Почему она не открывает? Дженна опять постучала и немного подождала. Дверь так никто и не открыл.

Возможно, Мэйсон вернулся, и вся семья мило беседует. А если Джеми, Сильвия и Херб уехали, в доме Томпсонов никого, кроме Мэйсона? Разговаривать с подозреваемым один на один довольно рискованно. Ничего. У Дженны пистолет. Эта мысль успокоила ее, и она направилась к дому Томпсонов.

Поднимаясь по ступенькам, она вдруг услышала странный скрежет. Осмотрелась и увидела решетку, лежащую на земле. Ту самую, которая закрывала тайник с кирпичами под крыльцом.

Она попыталась вспомнить, закрепил ли ее тогда Брент. Кажется, нет. Просто вернул ее на место, слегка подкрутил и сказал, что займется этим в следующие выходные.

Но как она оказалась на земле? Может быть, сдуло ветром?

По спине побежали мурашки, стало не по себе. Некоторое время Дженна постояла на крыльце, прислушиваясь к звукам вокруг.

Но все было тихо. Ничего подозрительного. Может быть, решетка – это приманка, с помощью которой преступник хочет заманить ее в ловушку? Дженна на цыпочках спустилась с крыльца, стараясь не шуметь. Достала из сумочки пистолет, крепко сжала в руке и пригнулась. На цыпочках обошла дом по периметру, стараясь не наступать на опавшие листья. Ничего подозрительного. Немного успокоившись, она подошла к решетке и присела на корточки.

И в этот момент увидела, как в нее летит какой-то предмет. Она вскочила, сердце бешено билось. Кровь стучала в висках. Может быть, стоит выстрелить в воздух и тем самым показать преступнику, что она вооружена? Или это ложная тревога, а выстрелом она соберет всю округу. Скорее всего, ничего страшного, просто кто-то убирает на своем участке и бросает за забор мусор.

И тут она увидела, что в нее летит кирпич. «О, нет!» – воскликнула Дженна, но не успела увернуться и почувствовала страшную боль в груди. Не удержав равновесия, упала на спину и обо что-то сильно ударилась ногами. Попыталась подняться, но не смогла, ноги пронзила жуткая боль, голова закружилась, каждый вдох давался с трудом и причинял невыносимые мучения. «Только бы не уронить пистолет!»

Наконец Дженне удалось подняться. И тут же пальцы пронзила жгучая боль. В руку врезался очередной кирпич. Дженна закричала. Глаза застилали слезы, все расплывалось. Чтобы восстановить зрение, она несколько раз моргнула и обернулась. Чуть поодаль стояла Джеми с кирпичом в руке. Дженна сначала не поверила своим глазам и опять заморгала. Наверное, обман зрения, ведь такого не может быть. Но нет, это действительно была кузина Брента. И она собиралась опять бросить в нее кирпич. Дженна ударила Джеми ногой по бедру и отбросила ее в сторону. К счастью, при этом удалось удержать пистолет. Но пальцы опять обожгло болью. Они сразу же онемели, но пистолет каким-то чудом остался в руке. Главное – не уронить его, удержать любой ценой. Если выронит – ей конец. В этот момент еще один кирпич попал ей прямо в затылок. Дженна опять потеряла равновесие и упала.

У нее так сильно закружилась голова, что казалось, будто дерево перед глазами закачалось из стороны в сторону. С огромным трудом удалось встать на колени. Ее тошнило. Обнаженные ветки деревьев черными штрихами прорисовывались на сером, свинцовом небе. Почему-то при взгляде на этот серый безрадостный пейзаж тошнота и головокружение усилились. Она барахталась на мокрой земле и никак не могла подняться. От боли и ужаса потемнело в глазах.

В конце концов Дженна поняла, на этот раз подняться ей не удастся. Глаза сами собой закрылись. «Только бы не потерять сознание!» Она попыталась открыть глаза. Но веки, казалось, налились свинцом.

– Глупая королева красоты, – цедила Джеми. – Не понимаю, как Бренту пришло в голову обратиться за помощью к тебе. Неужели он мог всерьез думать, что безмозглая модель может что-то там расследовать? Тебе не стоило этим заниматься. Видишь, к чему это привело. Господи, как глупо все получилось. Вставай!

Джеми ткнула Дженну в бок чем-то острым.

Встать? Нет, у нее не хватит сил. Дженна опять закрыла глаза. Сразу стало спокойно и хорошо, она облегченно вздохнула, почувствовав, как проваливается в темноту, и потеряла сознание.

– Он вернулся? – потрясенно глядя на Брента, спросила Камилла, не веря, что отец приехал в Карлайл, ведь о нем столько лет не было ни слуху ни духу. Брент ее прекрасно понимал. Он и сам был поражен, когда узнал.

– Да, сегодня он побывал в нашем доме. – Брент старался, чтобы голос звучал спокойно. – Дяде Хербу даже удалось с ним поговорить. У тети Сильвии истерика, и потому я должен как можно скорее ехать в Карлайл и успокоить ее. Сначала мне не хотелось об этом рассказывать. Но я решил, что лучше тебе узнать об этом от меня.

По крайней мере, это известие не застанет сестру врасплох. При мысли об этом Брент опять разозлился на Дженну. Хорошо, что они расстались. Рано или поздно это все равно бы произошло, они абсолютно разные люди и не подходят друг другу. Их отношения строились лишь на взаимном сексуальном влечении, это же ясно. Неожиданно зазвонил мобильный Брента. Он решил не отвечать. Камилла не отрываясь смотрела на кофейный столик, где лежал телефон.

– Интересно, это он звонит?

– Не знаю. Может быть, и он. Дядя Херб дал ему мой номер.

– Ты не против, если я посмотрю, кто это?

– Конечно.

Камилла взглянула на дисплей.

– Это Пенни Хеннингс.

Брент не смог подавить вздох облегчения. Он понимал, что разговор с отцом неизбежен, но хотелось по возможности отдалить этот момент.

Телефон наконец смолк.

– Пенни Хеннингс – начальница Дженны?

– Да.

– Почему ты не ответил? Может быть, она хотела сообщить что-то важное. Мне кажется, тебе стоит перезвонить.

– Я больше не нуждаюсь в услугах их фирмы.

Сестра скорчила забавную гримасу. Такое выражение у Камиллы появлялось всякий раз, когда она обижалась или досадовала.

– Почему ты решил отказаться от их услуг?

Брент задумался. Как это объяснить?

– Дженна договорилась о встрече с нашим отцом. И потому он сегодня приехал в Карлайл. Правда, он ввел ее в заблуждение и приехал на день раньше, а они будут завтра.

– Ну и что из этого?

Сейчас Брент не понимал, почему так разозлился на Дженну.

– Она должна была позвонить мне сразу же после своего разговора. – Голос его звучал не слишком уверенно.

– Но ведь ты сам сказал, Дженна не знала о том, что отец приедет сегодня. Даже если бы она позвонила тебе сразу же после разговора, все равно его приезд стал бы для тебя неожиданностью. Почему же ты так на нее рассердился?

Теперь, после такой реакции Камиллы, Бренту стало казаться, что он и вправду повел себя глупо.

– Все не так просто.

– Брент, ты знаешь, я всю жизнь тебя уважала, восхищалась тобой, всегда понимала, что ты старше и умнее меня. Но, прости, в данном случае ты повел себя как дурак.

Брент с удивлением уставился на нее. Ему и в голову не могло прийти, что она может принять сторону Дженны.

– Я не люблю, когда меня обманывают.

– Она тебя не обманывала. Это отец во всем виноват. Дженна совершенно ни при чем.

Брент ничего не ответил. Он понимал: Камилла, в сущности, права, и от этого становилось еще хуже. Не хотелось признавать, что он повел себя как последний болван, потому он пытался найти нестыковки в стройной теории Камиллы, но ему это не удалось. Он взял мобильный и взглянул на дисплей. Может быть, Камилла права, и ему следует перезвонить Пенни?

– Ты просто хочешь от нее сбежать.

Брент промолчал, зашел в почту и сделал вид, что читает письмо.

– Я знаю, как ты меня любишь, – продолжала Камилла. – Но даже мне ты стараешься не показывать своих чувств. Ты очень замкнутый и сдержанный. Должно быть, именно по этой причине ты так и не смог по-настоящему влюбиться. Вот и с Дженной та же история. Ты расстаешься со своими женщинами, как только ваши отношения становятся более-менее серьезными.

«Ну все, хватит!» – с досадой подумал Брент и смерил сестру тяжелым взглядом.

– Не лезь в мою жизнь.

– Как только у тебя налаживаются отношения с женщиной, ты разрываешь их. Такое ощущение, что ты нарочно хочешь испортить себе жизнь, – не отставала Камилла. – Я никогда не вмешивалась в твою личную жизнь, но расставание с Дженной станет для тебя настоящим ударом. Ты будешь жалеть об этом всю свою жизнь. Мне кажется, ты по-настоящему любишь ее.

– Не мешай мне, я звоню.

Ему не хотелось продолжать разговор. Тем более что Камилла абсолютно права.

К удивлению Брента, Пенни взяла трубку после первого гудка.

– Привет. Как дела?

– Дженна у тебя? – проигнорировав его вопрос, обеспокоенно спросила Пенни.

Странно, почему он так разволновался? Несколько раз сжал руку в кулак, чтобы избавиться от неприятной дрожи, и нервно прошелся по комнате.

– Нет, не у меня. Мы расстались в вестибюле вашей фирмы. А что случилось?

– Она куда-то пропала.

– Пропала? Куда? – Голос его дрогнул.

– Понятия не имею. Я звонила ей, но телефон не отвечает. Ты же сам говорил, что ей угрожает опасность, я и забеспокоилась, как только поняла, что она отправилась куда-то одна.

Брент замер, похолодел от ужаса. Сердце билось, словно отбойный молоток. Дженна исчезла. Что же делать? Где ее искать? Вдруг с ней случится что-нибудь ужасное? А впрочем, паниковать рано. Быть может, она в безопасности, а он напрасно себя накручивает? Дженна любит действовать всем наперекор. Должно быть, решила продолжить свое расследование, несмотря на то, что он отказался от ее услуг. Еще никогда Брент не встречал такой упрямой и амбициозной женщины. Судя по всему, она из тех людей, которые доводят начатое до конца, чего бы это ни стоило. И, несмотря на всю свою досаду, Брент искренне ее за это уважал.

– Не волнуйся, я постараюсь ее найти.

С этими словами Брент нажал на отбой и стал звонить Дженне.

– Что-то случилось? – спросила Камилла.

– Дженна куда-то пропала.

– Если бы ты не отказался от ее помощи, ничего бы не произошло.

Брент очень любил сестру, но сейчас она действовала ему на нервы.

– Отстань.

Камилла направилась в прихожую и сняла с вешалки пальто.

Брент услышал в трубке голос Дженны и чуть не закричал от радости, но спустя мгновение понял, что это всего лишь автоответчик.

– Это я, – убитым тоном проговорил он. – Перезвони мне, как только сможешь.

– Ну что? И ты не можешь до нее дозвониться? – Камилла надевала пальто.

– Не могу. А куда ты собралась?

– Я еду с тобой. Ты ведь собирался разыскать отца, верно? По-моему, пора с ним встретиться.

Глава 14

– Ну, очнись, очнись, королева красоты. Джена слышала настойчивый голос, но никак не могла открыть глаза. Хотелось опять погрузиться в глубокий спасительный обморок. С огромным трудом после нескольких неудачных попыток удалось разлепить веки. У самого лица были чьи-то старые, заляпанные грязью кроссовки. Дженна подняла глаза чуть выше и заметила ноги, одетые в джинсы, а еще выше куртку на молнии. Над ней стояла Джеми с пистолетом. Дженна совершила непоправимую ошибку, позволила противнику завладеть ее оружием, самое страшное, она не помнила, как и когда это произошло. Она огляделась и поняла, что находится в гостиной Томпсонов. Попыталась встать, но почувствовала страшную тошноту.

– Мне нужно в ванную, – слабым голосом проговорила она.

– Зачем? – Джеми присела на корточки и с подозрением посмотрела на нее.

– Меня ужасно тошнит.

– Вот черт! Я так и знала! Когда я тащила тебя сюда, чувствовала, произойдет что-нибудь в этом роде. – Джеми поставила перед Дженной небольшое ведерко. – Вот, это все, что я могу тебе предложить, королева красоты. Но отсюда ты никуда не уйдешь.

Дженна сглотнула горькую слюну, вцепилась руками в ведро. Но, сделав несколько глубоких вдохов, почувствовала, что приступ миновал. Она открыла глаза и осмотрелась. Джеми стояла у окна.

– И что ты собираешься делать?

– Боюсь, тебе это не понравится.

Нужно как-то подняться на ноги. Быть может, тогда удастся завладеть пистолетом. Нет, это глупая идея. Джеми успеет выстрелить, прежде чем она сделает по направлению к ней шаг. Правда, другого варианта нет. Конечно, она может подчиниться Джеми и ждать, что кто-нибудь придет на помощь. Но шансы на спасение ничтожно малы. Никто не знает, что она в опасности.

Дженна приподнялась. Джеми навела пистолет. От страха Дженну опять затошнило. «О нет, только не это», – подумала она, наклонилась над ведром, и ее начало безудержно рвать.

Когда приступ дурноты прошел, она с отвращением отставила ведро. В ту же секунду руку пронзила острая боль. Дженна вспомнила, что пальцы повреждены кирпичом, попробовала согнуть их, чтобы проверить, насколько серьезна травма. К счастью, пальцы сгибались. Значит, не сломаны.

– Джеми, расскажи мне, пожалуйста, что произошло.

– Мой дядя зачем-то решил вернуться в Карлайл. – Голос ее дрожал от еле сдерживаемой досады. – Надо же быть таким идиотом! Не понимаю, зачем он приехал? Ведь он не был здесь уже много лет. Думаю, это ты во всем виновата. Договорилась встретиться с ним в этом доме.

Чем дальше она говорила, тем больше распалялась. Дженна следила за ней, перевела взгляд на пистолет, ей снова стало дурно. А что, если та случайно в нее выстрелит?

– Я не знаю, что ты задумала, но, пожалуйста, положи оружие на пол. Ты можешь случайно выстрелить в кого-нибудь из нас.

– Заткнись, – отрезала Джеми.

– Я могу подняться? На полу ужасно неудобно. Не выпуская пистолета, Джеми кивнула на диван:

– Конечно. Садись туда, но не делай никаких резких движений. Думаю, ждать недолго.

– Чего мы ждем?

– Скоро сюда придет мой дядя, признается в убийстве тети Шерил, а потом я сделаю так, чтобы все подумали, будто он убил тебя, а я убила его, защищаясь. Я скажу, что, когда сюда вошла, увидела, как он склонился над твоим телом. Я поняла, что он тебя убил, и тогда бросилась на него, у меня не было другого выхода. Мне удалось завладеть пистолетом, я выстрелила. Меня, безусловно, оправдают, и наша семья сможет спокойно жить дальше.

По спине Дженны побежали мурашки. Нужно взять себя в руки и не паниковать раньше времени, иначе не спастись. Оставалось решить, как действовать дальше. Вдруг она заметила, что рука Джеми дрогнула. Интересно, что ее так взволновало? Дженна взглянула на дверь, прикидывая, за какое время сможет до нее добежать.

– Нужно положить этому конец, дом уничтожить, а всю эту историю забыть. Надеюсь, тогда мы сможем жить нормально. Все постоянно думают о смерти тети и об этом проклятом доме. Но я собираюсь с этим покончить. Покончить раз и навсегда.

Ужас Дженны, казалось, достиг предела. Ей вдруг представилось, как на полу лежат тела, ее и Мэйсона, все вокруг залито кровью. А если их первым обнаружит Брент? Он этого не выдержит, сойдет с ума. Правда, спустя мгновение ужас сменился злостью. Надо спастись во что бы то ни стало. Переиграть Джеми.

– Ничего у тебя не получится. Если считаешь, что это твой дядя убил Шерил, значит, его нужно сдать шерифу. Зачем тебе его убивать? Это не поможет ни тебе, ни твоим близким.

– Нет, мой план сработает. Ты просто ничего не знаешь.

Взгляды их встретились. В очередной раз Дженну поразили холодные, бесчеловечные глаза Джеми и остановившийся взгляд. Внезапно поразила догадка: а не она ли убила Шерил Томпсон?

Дженна поднялась, придерживаясь за валик дивана. Голова все еще сильно кружилась, сердце бешено билось в груди. Ее опять затошнило. Господи, какая же она дура! Зачем приехала сюда, никого не предупредив?

Она заметила свою сумочку на полу у двери. Все вещи разбросаны по полу. Но куда подевался мобильник?

– Ищешь телефон? Он у меня. Мой кузен звонил не переставая, и мне пришлось его отключить. Ты ведь знаешь, Брент терпеть не может, когда не отвечают на его звонки.

– Да, знаю. Я должна была ему позвонить. Он всегда за меня беспокоится. Я сказала ему, что собираюсь поехать в Карлайл. Я ему не перезвонила и думаю, он уже мчится сюда.

Джеми опять наставила на нее пистолет.

– Я прослушала сообщения на твоем автоответчике, королева красоты. Брент действительно сходит с ума от беспокойства, но он спрашивал, где ты сейчас. Так что твоего местонахождения он не знает.

«Вот черт!» – с досадой подумала Дженна.

– Он может догадаться.

– И что из этого? К тому времени, как он сюда приедет, все будет кончено. Он увидит лишь парочку трупов.

Джеми повернулась к окну, продолжая держать Дженну под прицелом. Что-то ее явно беспокоило. Дженна поежилась, боялась, что Джеми может случайно в нее выстрелить.

– Джеми, пожалуйста, послушай меня. Если Мэйсон действительно убил Шерил, лучше сдать его полиции. Зачем тебе совершать двойное убийство? Всю жизнь тебя будет мучить чувство вины, а в итоге ты ничего не добьешься.

Теперь Дженна сомневалась, что Джеми хочет наказать убийцу тети. Скорее всего, ею движут не столь благородные мотивы.

– Зато я смогу наказать виновного.

– Но какой ценой?

– Меня это не волнует.

Дженна поняла, что говорить бесполезно, как, впрочем, и не удастся спастись своими силами. Любой ее план обречен на провал. Она откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. Ужасно болела голова. Чтобы хоть как-то отвлечься, она принялась анализировать свои ошибки. Почему она никого не предупредила, ведь обстановка очень напряженная. Почему не успела увернуться от кирпича? Хотя в данной ситуации многие на ее месте растерялись бы, не успели вовремя среагировать.

Кирпич… Стоп!

– Это ты бросила мне в окно кирпич? Джеми молчала.

– Зачем, Джеми?

Та, казалось, не слышала вопросов.

– Ты хотела меня напугать? Но я не испугалась, продолжала вести расследование. А потом я связалась с твоим дядей, и…

– И он вернулся сюда. Вернулся после того, как бросил своих детей. Только мерзавец мог бросить детей, у которых погибла мать. Мой отец никогда бы так не поступил. Я в этом абсолютно уверена. А Мэйсон… Не знаю, как ему не стыдно смотреть после этого людям в глаза.

Дженна обратила внимание, как Джеми подчеркнула фразу: «Мой отец так бы никогда не поступил». Очень странно.

– Твой отец никогда бы так не поступил? Что ты имеешь в виду?

– В отличие от Мэйсона, мой отец хороший человек. Всегда заботился о семье. Да, он наделал много ошибок. Однако не бросил нас, несмотря ни на что. И я должна его за это отблагодарить. Ради этого я пойду на все.

В глазах у Дженны все поплыло. Ее опять затошнило. Она сглотнула горькую слюну, но тошнота не проходила. Пришлось схватить ведерко, ее опять начало рвать. Все это время Джеми не спускала с нее глаз. Вдруг за окном сверкнула молния, послышался удар грома. Начиналась гроза. «Отличное дополнение к ужасному дню».

Когда приступ тошноты прошел, Дженна поставила ведерко на пол и промокнула губы рукавом свитера.

За окном хлопнула дверца машины.

– Ну наконец-то, – облегченно вздохнула Джеми и выглянула в окно. – Вот и настало время встретиться тебе с отцом Брента.

Она открыла замок. «Ну вот и все», – подумала Дженна. За дверью послышались тяжелые шаги. Джеми отступила на шаг, продолжая держать Дженну под прицелом. «Нужно что-то делать», – билось в голове у Дженны.

– Бегите! Бегите отсюда скорее!

Джеми повернулась, пальцы ее потянулись к курку. «Только не стреляй, пожалуйста, только не стреляй!» – мысленно умоляла Дженна. Она перекатилась на другую сторону дивана. И очень вовремя, так как спустя секунду прогремел выстрел. Пуля попала в спинку дивана, где она только что сидела.

Джеми направила пистолет на дверь. Дженна посмотрела туда и увидела Мэйсона с искаженным от ужаса лицом. Вылитый портрет маршала Томпсона тридцать лет спустя, тот же цвет волос, фигура. Такой же высокий, крупный мужчина.

Дженна вдруг поймала себя на мысли, что ей хочется посмотреть, каким Брент станет через тридцать лет. Только ради одного этого стоило сделать все, чтобы не погибнуть. Стараясь не шуметь, она встала с дивана. Но в самый неподходящий момент под ногой скрипнула половица. Вдобавок опять заныла больная нога.

– Бегите! – изо всех сил закричала она.

– Не двигайтесь, – приказала Джеми. Как ни странно, голос ее звучал совершенно спокойно, без злости и угрозы. – Мне все равно, кто из вас погибнет первым. Я пристрелю любого из вас, кто попробует хоть шевельнуться. Входи, Мэйсон.

Но он продолжал неподвижно стоять на пороге комнаты с поднятыми руками. В отличие от отца, Брент в подобной ситуации не струсил и нашел способ разоружить Джеми за несколько секунд. На Мэйсона было противно смотреть. В одном Джеми права – он слабак.

– Заходи или я пристрелю тебя. Мне без разницы, минутой раньше или позже ты погибнешь. Для меня ты все равно уже покойник.

Дженна надеялась, что Мэйсон попытается сбежать. Но он безропотно выполнил приказ.

– Закрой дверь на ключ.

И опять он послушался. Дженна задохнулась от ужаса.

– Черт побери, Джеми, что происходит? – спросил он.

– А мы, дядя Мэйсон, сыграем в одну забавную игру. «Восстановить справедливость» называется. А теперь вы оба молчите и слушайте меня.

* * *

Как только Брент завернул к дому, он заметил машину Дженны. Рядом стоял голубой пикап, скорее всего, его отца, тот предпочитал пикапы. Брент выругался про себя.

Должно быть, отец и Дженна сейчас в доме. Она все-таки решила с ним встретиться, несмотря на то что Брент отказался от ее услуг.

– Похоже, Дженна тебя не послушала и решила не бросать расследование, – язвительно заметила Камилла.

Ее слова подлили масла в огонь. Повезло, нечего сказать! Его всегда окружали острые на язык женщины. Припарковавшись, Брент повернулся к сестре:

– Перестань выводить меня из себя!

– Не перестану, пока не возьмешься за ум. Раньше я всегда уважала твое мнение. Но в данной ситуации ты повел себя на удивление глупо. Ладно, сейчас не до этого. Нужно скорее войти в дом и узнать, что делает отец.

– Ты собираешься пойти со мной? Вообще-то я думал, ты подождешь в машине, я позову тебя после того, как переговорю с ним.

– Ну уж нет! Все эти годы я боялась встречи с отцом. Но теперь хочу покончить с детскими страхами.

– Хорошо, идем.

– Странно, что Джеми тоже здесь, – удивилась Камилла.

– Неужели придется разговаривать еще и с ней? Да уж, задача не из легких. Особенно сейчас. Но ничего не поделаешь. Нам нужно каким-то образом выпроводить кузину и Дженну и поговорить с отцом наедине.

– Ты прав.

Они направились к дому. Брент открыл дверь и вошел в прихожую.

– Пистолет! – раздался из гостиной крик Дженны.

Брент замер. Пистолет? О чем она? У кого пистолет? Получается, не у нее. Тогда у кого? Он отодвинул сестру в сторону и вытащил свой пистолет. Держа его наготове, прислушался. Из комнаты доносились женские голоса. Дженны и чей-то еще. «Не стреляй. Назад! Там Брент!» – прокричала Дженна. «Что за чертовщина там происходит?» – в ужасе думал Брент.

У него потемнело в глазах. Пистолет задрожал в руке. «Проклятье!» – выругался он про себя. За годы службы маршалом Брент практически никогда не расставался с оружием. Сейчас впервые в жизни у него дрожали руки, хотя приходилось бывать в самых разных ситуациях. Надо успокоиться.

– Заткнись! – раздался из комнаты чей-то окрик. И тут Брент понял. Это кузина Джеми.

– Брент! – вновь раздался крик Дженны. – У Джеми мой пистолет.

В ту же минуту прогремел выстрел. В кого выстрелила кузина? Окно разбилось, осколки обрушились на Камиллу, которая осталась на крыльце. «О господи, только бы она не пострадала!»

Обернувшись, он посмотрел на сестру. Та стояла, закрыв лицо руками.

– Ты не ранена?

Камилла отняла руки от лица и взглянула на брата. В глазах плескался ужас. Должно быть, по-настоящему испугалась.

– Камилла, ты в порядке?

– Да.

Сердце бешено забилось.

– Беги отсюда, – задыхаясь, приказал он.

– Я тебя одного не оставлю.

– Брент? – раздался из комнаты голос Джеми.

Он крепко сжал пистолет. Шум в ушах мешал сосредоточиться. Что там, черт возьми, происходит? Нужно разоружить Джеми. Получится ли у него это?

Брент боялся не справиться в одиночку. Необходимо подкрепление. Может быть, стоит позвонить шерифу и пока не предпринимать решительных действий? Нет, неизвестно, что за это время произойдет с Дженной. Наверняка Джеми держит ее под прицелом. А скорее всего, не только ее, но и отца. Как такое пришло ей в голову и почему?

– Джеми, скажи мне, что происходит!

– Прости, Брент. Прости меня за все, – срывающимся голосом ответила Джеми. – Я не знала, что все зайдет так далеко.

Если бы сегодня утром ему сказали, что она будет угрожать кому-то пистолетом, он бы ни за что не поверил. Его добрая, всегда уравновешенная кузина, которая не раз помогала ему в непростых ситуациях, вдруг превратилась в чудовище.

Отчаяние и горечь захлестнули Брента. Но он взял себя в руки и стал вспоминать инструктаж курсов подготовки федеральных маршалов. Им говорили, что в опасных ситуациях ни в коем случае нельзя поддаваться эмоциям, по возможности сохраняя хладнокровие и выдержку. Надо отнестись к данной ситуации как к работе. Он должен спасти людей от опасной преступницы.

Подошла Камилла.

– Сейчас же уйди с крыльца! Мне нужно подкрепление. Позвони в 911. Скорее! Иди к дяде Хербу и тете Сильвии!

Сестра с беспокойством переводила взгляд с него на входную дверь.

– Иди, – повторил он.

– Я позвоню в 911 и вернусь. – Она с беспокойством смотрела на дверь, где подстерегала смертельная опасность.

– Нет, оставайся там. Надеюсь, они дома. И сделай все, чтобы они сюда не пришли.

Он не отрываясь смотрел на Камиллу, бегущую к соседнему дому. Сердце его бешено билось. Нельзя, чтобы с младшей сестрой, которую он опекал и защищал с детства, случилось что-то ужасное. А если Джеми выстрелит в нее из окна? Камилла пересекла газон, который разделял участки, и поднялась на крыльцо дома, где жили дядя и тетя. Брент вздохнул с облегчением. Теперь сестра в безопасности.

– Джеми! – крикнул он.

– Иди сюда, Брент.

Он с трудом подавил порыв броситься на помощь Дженне. Он всегда готов был жертвовать собой ради спасения других. Джеми это знала. Должно быть, с ее стороны это какая-то хитрость.

Их учили никогда не пытаться разрешить подобную ситуацию в одиночку, чтобы избежать непоправимых последствий и еще большего числа жертв.

Шериф должен приехать через несколько минут. А пока надо держать ситуацию, попытаться успокоить Джеми, убедить ее бросить пистолет. Она никогда не имела дела с оружием и может случайно в кого-нибудь выстрелить. Нужно как-то выиграть время.

– Джеймс, пистолет на пол! – прокричал Брент, нарочно назвав кузину забавным прозвищем, чтобы усыпить ее бдительность. – Я не войду в дом, пока ты вооружена. Может быть, лучше ты выйдешь?

– Это невозможно.

Страшный порыв ветра чуть не сбил Брента с ног. Он вздрогнул.

– Брент! – крикнула Джеми.

– Отпусти Дженну и отца. Пусть они выйдут, я готов занять их место.

– Это невозможно.

– Тогда выйди сама.

– Нет.

– В доме есть кто-то, кроме вас троих?

– Нет, только я, королева красоты и твой никчемный папаша.

Как дело могло принять столь опасный оборот? Кузина держит в заложниках его любимую женщину и отца, которого он, несмотря ни на что, тоже любил. Брент привалился к стене. Во что бы то ни стало нужно убедить Джеми бросить оружие. Зачем она вообще все это затеяла?

– Ты ведь не хочешь, чтобы сюда пришли твои родители, правда?

– Конечно, ты сам все понимаешь. Ты не должен допустить, чтобы они пришли.

– Хорошо. Мне не хочется подвергать их риску. Ты можешь дать мне пять минут?

– Да, но не больше.

– Только пообещай, что не наделаешь глупостей. Можно подумать, она их не совершила.

– Не бойся. Я не сделаю ничего плохого, если они будут сидеть смирно. И еще, не звони шерифу, иначе я убью их.

Неужели она способна убить? Брент закрыл глаза. Голова просто раскалывалась. Нужно найти какой-то выход.

– Никто не войдет в дом, если ты этого не хочешь. Обещаю.

Брент направился к дому дяди и тети. Камилла как раз выходила, они встретились на полпути.

– Они дома?

– Нет, еще не пришли. Но я позвонила шерифу. Он сейчас на ферме у Джонсона. Обещал немедленно приехать с помощником. Но отсюда до фермы Джонсона почти час езды на машине. Что делать?

– Пойдем в подвал.

– В подвал, зачем?

– Есть идея.

Глава 15

Одно из главных неудобств дома состояло в том, что вход в подвал был с улицы. Но сейчас, впервые в жизни, оно сыграло на руку. Брент старался не шуметь, двигался очень медленно. Камилла не отставала. Опять раздался оглушительный раскат грома. Гроза тоже была на руку.

В подвале стоял верстак отца, рядом ящик с новыми инструментами. Они-то и нужны. В правом углу котел с вентилем, который недавно установил газовщик. За ним предохранительный клапан бойлера, ради чего, собственно, он и спустился.

– Принеси кусачки и молоток, они в ящике с инструментами.

Брент обернулся в поисках тряпки или холщового мешка, нужно чем-то заглушить шум, когда он будет стучать по клапану. Ничего подходящего не оказалось. Тогда он снял рубашку.

– О господи, что ты делаешь?

– Хочу выбить предохранительный клапан. Мне нужно каким-то образом приглушить стук.

– Зачем?

– Тсс!

Брент сложил рубашку вдвое и обмотал клапан. Камилла протянула ему молоток. Он ударил по клапану и почувствовал, что достиг цели. Удар вышел практически бесшумным. Пока все на удивление удачно. Он перекрыл предохранительный клапан холодной воды.

– Что ты делаешь?

– Секундочку, не мешай мне. Я один раз помогал отцу менять бойлер, он объяснил, чего делать категорически нельзя. А теперь я нарушаю правила.

Он покрутил кран, и на пол полилась вода.

Камилла держала кусачки, которые была готова подать в любой момент, и в эту минуту напоминала хирургическую медсестру возле операционного стола. Брент захватил кусачками красный проводок, соединяющий температурный контроль с датчиком, и перекусил. Ну вот, успех. Он выставил температурный контроль на максимальный уровень. Горелка зажглась.

Брент проверил уровень воды в резервуаре – недостаточно. Посмотрел на часы и понял, пора возвращаться наверх. Что делать? Придется оставить Камиллу.

– Мне нужна твоя помощь.

– Конечно, сделаю все, что ты скажешь.

– Подожди еще пять минут, а потом перекрой воду. Нужно, чтобы бак залился до краев. Понадобится примерно десять минут, чтобы до конца наполнить его. Потом беги как можно быстрее. Находиться здесь будет слишком опасно. Надеюсь, это до смерти перепугает Джеми, она отвлечется, и я смогу отобрать у нее пистолет. Засеки время. Ты должна сделать то, что я тебе сказал, не позднее, чем через пять минут. А мне нужно возвращаться.

– Хорошо, я все поняла. Иди.

Дженна сидела, откинув голову на спинку дивана, не спуская глаз с Джеми и пистолета. «Нужно что-то делать!» Мэйсон, судя по всему, смирился, толку от него ноль. Удивительно, как он отличается от сына. Ну и черт с ним. Наверняка у Брента уже есть план. В отличие от отца, он не сдается в сложных ситуациях.

– Джеймс! – послышался с крыльца его крик. Джеми бросила взгляд на дверь, но тут же с подозрением посмотрела на Дженну.

– Послушай меня спокойно, – обратилась к ней Дженна. – Положи пистолет, ты можешь случайно выстрелить в кого-нибудь из нас, тем самым твое положение только усугубится.

– Заткнись!

– Джеми! – крикнул Брент. – Не стреляй. Я захожу в дом.

Маршал Томпсон широко расставил ноги, сжимая пистолет и целясь в кузину.

По спине Дженны побежали мурашки, в груди началось характерное покалывание. Голова раскалывалась. Джеми направила пистолет на Брента. Если ему удастся отвлечь внимание кузины, Дженна сможет наброситься на нее сзади и выбить пистолет. Вдвоем-то им уж точно удастся ее разоружить. Конечно, если кто-нибудь не ошибется, иначе Джеми успеет выстрелить. Дженна понимала, что на этот раз не станет стрелять в воздух.

– Не двигайся, – приказала Джеми.

– Прости, это случайно.

– Сиди тихо, Дженна, – призвал Брент.

Мэйсон неподвижно сидел рядом с ней на диване, положив ногу на ногу и сложив руки на коленях. Брент украдкой взглянул на отца, но сразу отвел взгляд.

– Есть раненые?

– С нами все в порядке, – ответила Дженна. Брент вошел.

– Оставайся там, – приказала Джеми.

– Давай спокойно поговорим, – взывал он. – Если никто не ранен, значит, не все потеряно. Мы сможем разрешить эту ситуацию. Мы все исправим. Только, пожалуйста, Джеймс, не делай непоправимых ошибок.

– А я не хочу ничего исправлять.

– Я так и знал, что ты это скажешь. Мы не должны допустить, чтобы пролилась кровь. Пожалуйста, положи пистолет, и мы спокойно обо всем поговорим.

– Брент! – раздался со двора крик Камиллы. Судя по всему, она была чем-то сильно взволнована и напугана.

В следующую секунду в комнату буквально влетели дядя и тетя. Да, хуже некуда! Как и почему они здесь оказались?

– Уходите! – пронзительно закричала Джеми. Брент, все еще державший ее под прицелом, нервно тряхнул головой.

– Уходите как можно скорее! – приказным тоном крикнул он.

Но на них это не подействовало. Херб шагнул к Джеми:

– Что ты творишь? Какого черта ты устроила?

– Уходи, папа.

– Не уйду. Брось эту штуку на пол.

Вдруг со стороны кухни раздался звук, похожий на взрыв. Дженна украдкой взглянула на сводчатый проход, ведущий в кухню. Раздался еще один взрыв. На этот раз более громкий. Этот звук смешался с отчаянным женским криком. У Дженны заложило уши. Она увидела, как пол в кухне обрушился, куски линолеума полетели вниз, а к потолку поднялся какой-то странный предмет.

Джеми словно впала в ступор. Казалось, совершенно забыла о родителях, Бренте и заложниках. Это был наиболее удобный момент для того, чтобы выбить у нее из рук пистолет. Дженна вскочила с дивана. Но Брент оказался проворнее. Дженна отскочила в сторону, он броском повалил Джеми на пол. Пистолет выпал, Брент отпихнул его ногой по направлению к Дженне. Она мигом схватила оружие. «Ну вот и все. Самое страшное позади!»

Джеми между тем кричала, кусалась и билась в руках Брента.

– Сейчас же прекрати! – прикрикнула Дженна, наставив пистолет.

– Пожалуйста, пристрели меня, – слабым голосом попросила та.

Дженна с огромным удовольствием выполнила бы ее просьбу, поскольку по-настоящему разозлилась на нее. Самое страшное, ее тело первым мог обнаружить Брент. Он бы, скорее всего, не выдержал и сошел с ума, его психика и так расшатана. Джеми не могла этого не понимать. Странно, судя по всему, она по-настоящему любила кузена. И как она могла допустить, чтобы он пережил повторение кошмара? Это не укладывалось в голове. Но она действовала исключительно в собственных интересах. Этого-то Дженна и не могла простить.

– Я пристрелю тебя, если не успокоишься, – пригрозила Дженна. – И не думай, что я тебя пожалею. Ведь ты никого не пожалела. Ты настоящее чудовище.

– Да замолчите вы все, наконец! – прикрикнул Брент, продолжая сдерживать вырывающуюся кузину. – Джеми, я тебя не отпущу. Прекрати вырываться!

Джеми поняла, что силы неравны, и затихла.

– Папа, помоги мне.

– Помочь тебе? В чем? – спросил Херб, с ужасом глядя на дочь. – Не понимаю, о чем ты просишь.

– Дядя Херб, пожалуйста, уведите тетю Сильвию. Посмотрите, как там Камилла, и останьтесь с ними.

Херб взял Сильвию под руку и повел к выходу. Джеми с горечью смотрела им вслед. За эти минуты она осунулась и постарела на несколько лет. Щеки ввалились, глаза стали просто огромными.

– Ах вот как! Ты отказываешься мне помочь, плюешь на меня, тоже, наверное, считаешь чудовищем. А сам, сам. Вспомни, что ты сделал с этими несчастными женщинами? – Джеми разрыдалась.

Не обращая на нее внимания, Херб и Сильвия вышли из комнаты. Это добило Джеми.

– А ведь я сделала это ради него, – проговорила она. – Каким бы он ни был, я его все равно люблю.

Дженна подошла к ним. Маршал Томпсон посмотрел на нее совершенно безжизненным взглядом. Казалось, он не понимал, где находится. У Дженны мучительно сжалось сердце. Она положила руку ему на плечо и слегка сжала.

– Вставай, Брент.

Он выпустил руки кузины, но на всякий случай придавил ее к полу коленом.

– Все в порядке, я послежу за ней. Тебе нужно передохнуть.

Бренту пришлось пережить много разочарований и горестей. Но сегодняшний день стал одним из самых страшных в его жизни. Казалось, все кончено, и он больше никогда не испытает радости и счастья. Мысли его путались. Голова кружилась, но он понимал: нужно взять себя в руки. Еще столько надо сделать.

– Брент, – позвала Дженна.

Он искренне уважал Дженну. Немногие женщины на ее месте могли бы сохранять хладнокровие. Да, заставила его серьезно понервничать, подвергла себя смертельной опасности, но он больше на нее не сердился.

– Я в порядке, – проговорил он.

Джеми лежала на полу, закрыв лицо руками, и плакала. Перед его глазами опять пронеслись события, которые произошли в этом доме двадцать три года назад. Никто, кроме родственников, не знал, что мать не закрывает на ночь дверь черного хода. Джеми сказала, что сделала это для него. Должно быть, имела в виду дядю Херба. Нужно каким-то образом добиться признания.

– Джеми, перестань плакать, успокойся. Давай поговорим. Зачем ты все это затеяла?

– Одежда, – всхлипывала она. – Я нашла одежду в подвале. А твоя мама видела, как он ее сжигал.

Брент похолодел, но взял себя в руки. Нужно, чтобы она все рассказала.

– Я слышала, как она спрашивала его об этой одежде. Она могла сделать вид, что ничего не знает, но…

– О господи! – воскликнула Камилла. Камилла здесь? Брент повернулся к двери и увидел сестру.

– Уходи! Не надо здесь находиться!

– Что ты сделала, Джеми? – обратилась к кузине Камилла.

– Я хотела защитить его. Только и всего. Но я не думала…

Джеми замолчала. Но Бренту нужно было непременно получить ответы на вопросы, которые мучили его все эти годы. Он ободряюще похлопал Джеми по плечу. Все-таки она поддерживала его почти все время и фактически заменила ему мать. Несмотря на сегодняшнее происшествие, он очень ее любил.

– Успокойся и расскажи все с самого начала. Ты сказала, что нашла одежду в подвале. Что ты имела в виду? – Брент старался говорить как можно мягче.

Джеми отвернулась.

– Однажды я случайно увидела, как, вернувшись из поездки, отец прячет за трубами в подвале женскую одежду. Потом он ее сжег. Я очень удивилась, зачем он это делает, но ничего не спросила. Мне казалось, отец не хочет, чтобы кто-то об этом узнал. Так повторялось несколько раз. Я терялась в догадках, не зная, что происходит, но однажды все поняла. Он убивал женщин, а потом сжигал их одежду, когда возвращался из рейса. Я стала за ним следить. Всякий раз, возвращаясь, он первым делом спускался в подвал. Однажды утром я тоже спустилась и нашла одежду, но когда вернулась из школы, ее уже не было. Отец чистил яму для костра, где сжигал одежду, когда нас с мамой не было дома.

– Брент, нужно прекратить это, – вмешалась Дженна. – Джеми должна отвечать на вопросы в присутствии адвоката.

– Да, это действительно нужно прекратить, – проговорил шериф. Все с удивлением повернулись к нему. Никто не слышал, как он вошел в дом. Рядом с ним стоял помощник. – Я прошу всех выйти из комнаты.

– Я не хотела ее убивать, – продолжала Джеми, не обратив на шерифа внимания. – Но она увидела, чем занимается отец. Я испугалась, что она выдаст его полиции.

Брент почувствовал, что кто-то тянет его за рукав, и обернулся. Дженна.

– Брент, тебе лучше уйти.

Взять себя в руки оказалось непросто. Он не мог отделаться от страшной картины, все время мелькавшей перед глазами. Кузина, чуть ли не самый близкий человек, наносит смертельный удар кирпичом по голове его матери, чтобы спасти своего отца, на совести которого множество загубленных жизней.

Нужно бежать отсюда без оглядки. Проклятый, ненавистный дом сверху донизу пропитан ужасом и безысходностью. Брент украдкой взглянул на отца, и его захлестнула дикая ярость. Да, еще совсем недавно он искренне переживал за отца, но сейчас старые обиды вернулись. Как он мог бросить их с Камиллой! Брент окончательно убедился в том, что никогда не сможет простить отца. Страшные воспоминания, шокирующее признание кузины, обида на отца – все сводило его с ума. Он боялся, что ярость, сдерживаемая столько лет, вырвется наружу и сметет все на своем пути. Казалось, у него в руках оголенный провод. Невыносимые страдания.

Дженна довольно чувствительно ткнула его в бок, и он медленно, словно лунатик, направился к двери.

Стена ледяного дождя чуть не сбила его с ног. Дождь оглушительно барабанил по крыше, обрушившись на дом с такой яростью, будто хотел потопить его. Казалось, капли, падающие с неба, вот-вот пробьют шифер насквозь. О, если бы это было возможно! Брент был бы очень рад. Это проклятое место должно исчезнуть с лица земли. Он сбежал с крыльца и направился на задний двор. Кто-то схватил его за рукав.

– Брент! – Тетя Сильвия пыталась его удержать.

– Не удерживайте его, – мягко, но настойчиво вмешалась Дженна. – Бренту необходимо побыть одному, немного прийти в себя. Оставьте его.

Сильвия, не слушая, продолжала что-то сбивчиво говорить на грани истерики. Брент хотел успокоить ее, поддержать, но не знал как. Мысли путались. Дженна подтолкнула его вперед.

– Пойдем. С ней останутся помощник шерифа и Камилла. Ничего страшного. А тебе нужна небольшая передышка.

Она пыталась хоть как-то его поддержать. Он был ей за это очень признателен. Действительно нужно собраться с мыслями. Почти всю жизнь ему приходилось кого-то опекать, защищать, успокаивать. Настал момент, когда и ему требуется поддержка.

Оказавшись на заднем дворе, Брент свернул влево, моля Бога, чтобы никто из близких не пошел за ним, не хотелось, чтобы его видели в таком состоянии. Он заметил Дженну под старым деревом. Мокрые волосы облепили ее лицо, она шла ему навстречу, сбросив туфли. В этот момент Брент понял, что по-настоящему любит ее.

– До сих пор не могу поверить, что это Джеми. Помню, в детстве она всегда играла с нами, мы всей семьей сидели за столом. Не понимаю, как она могла смотреть нам в глаза после того, что сделала. Она все разрушила. И при этом улыбалась, делала вид, что смерть нашей мамы для нее такая же страшная трагедия, как и для нас.

Брент в очередной раз обошел двор по кругу. Дженна шла за ним по пятам.

– Забудь. Пожалуйста, перестань об этом думать. Когда ты отвлечешься, сразу станет легче.

Как забыть? Как отвлечься? Гнев, отчаяние и душевная боль вновь захлестнули его. В ближайшее время он не сможет не думать об этом, и легче не будет уже никогда. У него болело все тело, и казалось, сердце вот-вот разорвется. Он доверял Джеми, не раз обращаясь к ней за помощью. С детства любил ее. А она… Хладнокровно убила его мать. И ведь ей тогда было всего пятнадцать лет. Как такое возможно?! Брент тяжело вздохнул. Душевная боль не отпускала. От нее никуда не деться.

– Просто не думай об этом, Брент.

Он повернулся и отрешенно посмотрел на Дженну. Уж не сходит ли он с ума?

Не в силах больше сдерживаться, Брент закричал. Казалось, в душе зияла черная дыра, и вся злоба, гнев и отчаяние, копившиеся годами, наконец вырвались наружу. Ужасно болели глаза. Что-то жгло их изнутри.

– Послушай, успокойся! – что есть силы закричала Дженна.

Брент, наконец, остановился. Ей удалось до него докричаться. Она стала гладить его по спине.

– Все хорошо, – приговаривала Дженна успокаивающим ласковым тоном, каким говорят с плачущими детьми. – Не думай об этом.

Он успокоился и замолк так же неожиданно, как и закричал. Словно кто-то отключил звук.

Дженна продолжала ласково гладить Брента.

– Ну вот, ты и успокоился. Пойдем, немного посидим на крыльце.

Босые ноги шлепали по грязи, но Дженна словно не замечала. Брент рухнул на крыльцо, уронив голову на грудь, чувствуя полное изнеможение. Дженна устроилась рядом с ним и положила голову ему на плечо.

– У тебя все будет хорошо.

Брент взглянул на Дженну. Она промокла до нитки. Безупречный макияж размылся дождем и размазался по лицу. Повязка на щеке сбилась и промокла. Нужно как можно скорее сменить ее, ведь в рану могла попасть инфекция. Дженна права, у него все действительно наладится. Впервые за эти годы Бренту стало по-настоящему спокойно.

Глава 16

В семь часов вечера Дженна все еще сидела в своем кабинете, занимаясь отчетами о расходах. Два дня назад мир Брента окончательно рухнул. Под его обломками оказалась и она. Никогда еще в жизни она так плохо себя не чувствовала, одновременно ощущая физическую и душевную боль. Наверное, это запоздалая реакция на стресс, который она пережила, оказавшись в заложниках. А быть может, сказывались травмы, нанесенные Джеми.

На глаза навернулись слезы, но Дженна постаралась их унять. Сейчас ни в коем случае нельзя расслабляться. Нужно выходить из депрессии, она и так плачет чуть ли не целыми днями, впрочем, по объективным причинам. Их отношения с Брентом еще больше усложнились. Она его любит, но ничем не может помочь. Он не хочет признать, что долго сдерживаемые эмоции теперь дают о себе знать, и должен помочь себе сам. Или хотя бы позволить Дженне сделать это. Она готова ради него на любые жертвы.

Дверь приоткрылась, в крохотный кабинет впорхнула Пенни.

– Ой, ты все еще здесь! Рабочий день давно закончился. Что делаешь?

Дженна заморгала, смахивая слезы. Очень не хотелось, чтобы Пенни их видела.

– Пишу отчет.

По выражению ее лица Пенни поняла, что у нее что-то не так.

– Что случилось?

– Ничего.

– Ну, я же вижу. Может быть, стоит откровенно со мной поговорить?

Пенни нежно погладила подругу по спине. Дженна вытерла глаза ладонью и решилась излить свою горечь:

– Брент почему-то во всем винит меня. Не понимаю, когда он так переменился, да так быстро.

– В чем он тебя обвиняет? Надеюсь, не в том, что его кузина слетела с катушек.

– О господи, конечно нет. Понимаешь, у него серьезная депрессия. Он никак не может ее преодолеть. А все потому, что всякий раз, когда ему кажется, что вот-вот потеряет над собой контроль, он просто уходит. Боится причинить мне страдания, не хочет понять, что от его исчезновений я страдаю еще больше.

Порез на лице опять начал зудеть. Дженна понимала, что чесать его нельзя, и потому слегка прижала повязку к щеке, чтобы унять зуд.

– Да еще эти проклятые швы, – пожаловалась она. – Они просто сводят меня с ума. Хочу как можно скорее от них избавиться. Кроме того, не терпится узнать, что стало с моим лицом.

Больше всего на свете она боялась, что на щеке на всю жизнь останется безобразный шрам.

– Это не так и важно.

– Что ты имеешь в виду?

– Я о твоем лице. Ты считаешь, успех в расследованиях зависит от твоей внешности. Возможно, это действительно помогало расположить к себе окружающих, и оттого они охотнее шли на контакт. Но это преходяще, главное твой ум, интуиция и детективные способности. И даже если твоя внешность будет далека от идеала, на твою работу это никак не повлияет. Вот, например, последнее дело ты распутала благодаря внутренним качествам.

Дженна покачала головой.

– Это действительно так, – настаивала Пенни. – Заметь, ты стала одеваться повседневно, забыла о коротких юбках и блузках с глубоким вырезом.

Дженна издала странный полузадушенный смешок.

– Это ужасно! А я-то думала, что добилась успехов исключительно благодаря своему бюсту.

– Нет, поверь мне. А что касается Брента, считаю, вам нужно откровенно обо всем поговорить. Позвони ему сама. Я уверена, все не так плохо. Мне кажется, ты слишком драматизируешь ситуацию.

– Возможно. Мы с ним вечно все усложняем. Нужно ко всему относиться проще. Если и дальше будем сходить с ума по любому поводу, наш роман так и не сдвинется с мертвой точки.

Брент стоял посреди гостиной дома, где прошло его детство. Мебель из комнаты вынесли, и теперь здесь было пусто и непривычно. Все эти годы он постоянно прокручивал в голове события той страшной ночи. Пришло время отпустить эти воспоминания. Раньше у него хотя бы были дядя, тетя и кузина. Теперь у него никого не осталось. Кроме Камиллы. Брент был рад, что сестра смогла полюбить и стать счастливой в семейной жизни. В глубине души он даже ей немного завидовал. Он думал, если найдут убийцу, станет легче. Нашли, и что теперь?

За окном хлопнула дверца машины. «Интересно, кто это может быть?» Двигался он медленно, с большим трудом, как древний больной старик. Казалось, что при каждом шаге скрипят даже внутренности, будто ржавый несмазанный механизм. У самой двери он оглянулся и еще раз бросил взгляд на гостиную. Пора отпустить воспоминания, начать новую жизнь. А мать пусть покоится с миром. Незачем больше думать о ней.

Сегодня все иначе. Ведь он наконец получил ответы на все свои вопросы.

– Брент, – позвала Дженна, словно не решаясь войти.

Он сегодня несколько раз звонил ей, но она не брала трубку, писала эсэмэски о том, что перезвонит позже. Так и не позвонила. Конечно, он сам виноват, не нужно было отталкивать ее от себя.

– Привет.

– Привет!

– Я так рад, что ты приехала.

– Ну, у тебя ко мне есть важный разговор. Дженна хотела подняться на крыльцо, но Брент покачал головой:

– Я бы хотел поговорить здесь.

– Ты забыл закрыть дверь на ключ.

– В этом больше нет необходимости.

– Ты когда-нибудь сюда еще вернешься?

– Нет. Никогда.

Некоторое время Дженна молча смотрела на Брента, удивленная подобным решением. Опомнившись, в шутку толкнула его в грудь.

– Прости меня, – проговорил он.

– За что?

– За все. За то, что отталкивал тебя всякий раз, когда ты хотела помочь. За то, что отказался от твоей помощи из-за собственных капризов. У меня непростой характер, тебе придется с этим смириться.

– У большинства людей сложный характер. Идеальных нет. Нужно просто мириться с недостатками друг друга. Что касается меня, я с твоими недостатками давно смирилась. Но мы могли бы поговорить об этом в Чикаго. Зачем ты пригласил меня сюда?

– Я вывез мебель.

– Вот как?!

– Да. Теперь дом абсолютно пуст.

Дженна взяла Брента за руку и слегка сжала его запястье. От этого полного сочувствия и нежности прикосновения он почувствовал необыкновенное влечение к ней, забыв обо всем на свете. Даже самые невинные прикосновения вызывали страстное желание. Ему вдруг захотелось рассказать ей обо всем, что его тревожит.

– Зачем ты это сделал? Я имею в виду, зачем вывез мебель?

– Расследование закончилось. У меня больше нет вопросов. Ты разговаривала с Рассом?

Дженна кивнула.

– На счету моего дяди шестнадцать убитых женщин. Возможно, жертв гораздо больше. Кто знает, сколько он успел убить за двадцать три года во время своих командировок? Самое страшное, он даже не смог объяснить, почему все это совершил.

– Ужасно.

– Не знаю, сможем ли мы когда-нибудь оправиться.

– Как Сильвия?

– Она сейчас во Флориде у подруги. Мы с Камиллой настояли на том, чтобы она уехала из Карлайла. Ей нельзя здесь оставаться. Дочь и муж в тюрьме, у нее больше нет семьи, жизнь рухнула. Я ей очень сочувствую. Мы с Камиллой пока не в состоянии с ней общаться. Да, она ни в чем не виновата, и все же. Нам даже видеть ее тяжело.

На дороге показались трактор и экскаватор. Брент помахал им, машины с грохотом остановились.

– Что происходит? Зачем здесь техника?

– Ты спрашивала, зачем я пригласил тебя. Так вот. Я хочу, чтобы ты это увидела своими глазами.

– Ничего не понимаю.

Брент взял Дженну за руки и слегка их сжал.

– Я хочу снести дом, уничтожить, стереть с лица земли.

– О! – В возгласе Дженны сквозили удивление, радость и облегчение.

– Он должен исчезнуть. Камилла тоже так считает. Отцу эта идея не понравилась. Но когда я напомнил ему о том, что он бросил нас, мигом замолчал. Так что мы с сестрой можем распоряжаться им, как угодно. А нам угодно от него избавиться раз и навсегда.

– Я все-таки не понимаю, как Мэйсон мог на это согласиться.

– Я пообещал отдать ему все деньги, вырученные с продажи мебели и участка. Это его успокоило. Впрочем, не важно. Я хочу начать новую жизнь. И первый шаг к этому – уничтожить дом, с которым связаны тягостные воспоминания.

– Значит, твой отец больше сюда не вернется?

– Вчера он уехал. Не могу сказать, что я опечалился. Впрочем, он оставил номер телефона и обещал звонить. Посмотрим, сдержит ли он слово. Честно говоря, не особенно ему верю. Может быть, я сам когда-нибудь ему позвоню. Не знаю, правда, о чем с ним разговаривать. Мы никогда не были близки раньше, а уж теперь и подавно. А теперь я хочу сказать тебе одну вещь. Только, пожалуйста, не падай в обморок, моя королева красоты.

– О! – Ее прекрасные голубые глаза округлились от удивления.

– Я надеюсь, что это тебя обрадует. Или, по крайней мере, не очень расстроит. Снос дома – это только первый шаг на пути к новой жизни. И, признаюсь, не самый трудный. Все время, пока мы были в разлуке, я думал о наших отношениях и понял, что не могу без тебя жить. Не видеть тебя даже несколько часов для меня невыносимо. Когда ты рядом, со мной творится что-то странное. Сердце бьется так сильно, что трудно дышать. Сначала это пугало меня. А теперь я понял одну вещь. Только выслушай серьезно. Так вот, я совершенно убежден, это моя покойная мама свела нас с тобой. Мне кажется, она очень хочет, чтобы ее сын наконец нашел свою любовь и был по-настоящему счастлив. Мы с тобой просто созданы друг для друга. Сначала я не хотел этого признавать. Но теперь абсолютно уверен. Хочу начать все сначала. Надеюсь, ты согласишься разделить со мной новую жизнь. Быть может, теперь все пойдет по-другому.

– Я в этом совершенно уверена. И я люблю тебя. Дженна его любит? Впервые в его несчастливой безрадостной жизни забрезжил свет. Если она не обманывает, он самый счастливый человек на земле. Брент почувствовал, что напряжение, не отпускавшее весь сегодняшний день, исчезло. Он ощущал невероятную легкость и счастье.

– Я люблю тебя, Брент, и хочу, чтобы мы прожили вместе всю жизнь. Но ты должен разобраться в своих чувствах, не таить их в себе, стать более открытым. Только тогда ты будешь по-настоящему свободным и счастливым.

– Я смогу это. Однако ты должна понимать: за один день невозможно измениться. Долгие годы я был одиночкой и отталкивал от себя всех женщин, которые пытались проникнуть в мой внутренний мир. Но теперь я сделаю все, чтобы измениться. Я должен сделать это. Хочу раз и навсегда покончить с прежней жизнью. – Он махнул в сторону дома. – И хочу, чтобы рядом на этой новой дороге была ты.

Спустя мгновение их губы слились в поцелуе.

– А теперь ты увидишь, как рухнет этот ненавистный дом. Эй! – Он махнул рукой рабочим, наблюдавшим за всей этой сценой. – Начинайте! – Он повернулся к Дженне: – Добро пожаловать в новую, удивительную жизнь. Я очень тебя люблю, и буду любить вечно.

Content

Джордано Адриенна
Запретная тема

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16