Грамматика эсперанто

Алфавит. Произношение

Алфавит языка эсперанто создан на латинской основе. В нём двадцать восемь букв, из них пять с надстрочным знаком «» и одна с надстрочным знаком «˘»[1]. Так как некоторые буквы латинского алфавита в разных языках читаются по-разному, то необходимо дать суммарную таблицу букв эсперантского алфавита с указанием произношения соответствующих звуков.

Табл. 1. Алфавит

Буква

Название

Произношение

Примеры

A a

a

а

akvo вода, aero воздух, sana здоровый, blanka белый

B b

bo

б

bona хороший, birdo птица, laboro труд

C c

co

ц

centro центр, anonco объявление, peco кусок

Ĉ ĉ

ĉo

ч

ĉapo шапка, kaĉo каша, aĉeti покупать, riĉa богатый

D d

do

д

domo дом, diri сказать, sidi сидеть, sed но

E e

e

э

ekzameno экзамен, dek десять, bone хорошо

F f

fo

ф

forta сильный, konferenco конференция, afero дело

G g

go

г

gasto гость, legendo легенда, tago день

Ĝ ĝ

ĝo

дж (слитное)

ĝardeno сад, etaĝo этаж, manĝi есть, кушать

H h

ho

h[2]

homo человек, honoro честь, haro волос

Ĥ ĥ

ĥo

х[3]

ĥaoso хаос, ĥoro хор, eĥo эхо

I i

i

и

interesa интересный, sidi сидеть, vidi видеть

J j

jo

й

juristo юрист, jaĥto яхта, krajonoj карандаши, vejno вена

Ĵ ĵ

ĵo

ж

ĵurnalo газета, ĵeti бросать, ovaĵo яичница

K k

ko

к

koro сердце, kesto ящик, kongreso конгресс, ok восемь

L l

lo

ль (полумягкое)

laboro труд, litero буква, revolucio революция

M m

mo

м

mi я, morgaŭ завтра, domo дом, komunismo коммунизм

N n

no

н

nova новый, nacio нация, nia наш, bona хороший

O o

o

о

oro золото, ok восемь, homo человек, forto сила

P p

po

п

patro отец, plakato плакат, apud возле, por для

R r

ro

р

rozo роза, revolucio революция, koro сердце

S s

so

с

sana здоровый, sidi сидеть, kongreso конгресс

Ŝ ŝ

ŝo

ш

ŝtofo материя, poŝo карман, freŝa свежий

T t

to

т

tablo стол, teatro театр, stato государство

U u

u

у

universo вселенная, revolucio революция, unu один

Ŭ ŭ

ŭo

у краткое

laŭdi хвалить, baldaŭ скоро, naŭ девять

V v

vo

в

vagono вагон, vakso воск, trankvila спокойный

Z z

zo

з

zono зона, пояс, dezerto пустыня, trezoro сокровище

В эсперанто нет никаких особых правил произношения. Девятое правило «Полной грамматики эсперанто» Л. Заменгофа гласит: «Каждое слово читается так, как оно пишется». Это значит, что в эсперанто устная, звучащая речь записывается фонетически, т. е. каждая фонема (неделимая звуковая единица языка) записывается с помощью одной буквы, которая всегда, независимо от положения в слове и ударения, читается одинаково. Другими словами, в эсперанто между фонемами и буквами имеет место взаимно-однозначное соответствие: каждой фонеме соответствует только одна буква, каждой букве соответствует только одна фонема. Единственное требование — следование этому соответствию при чётком произношении всех звуков. Допустима, впрочем, свойственная русскому языку частичная ассимиляция, при которой глухие смычные [п], [т], [к] перед звонкими в ряде случаев могут озвончаться, а звонкие шумные [б], [в], [г], [д] перед глухими — оглушаться: ekzisti «существовать» — [экзи́сти] или [эгзи́сти], absoluta «абсолютный» — [абсолю́та] или [апсолю́та]. Однако ассимиляция крайне нежелательна на стыке морфем, особенно если она может привести к искажению смысла (как в паре subtaso «блюдце» — suptaso «суповая чашка»). Поэтому слова korbtenilo «ручка корзины», subkonscio «подсознание», ekzumi «зажужжать» рекомендуется произносить только как [корбтэни́льо], [субконсци́о], [экзу́ми][4]. На стыке корней для удобства произношения можно сохранить окончание: korbotenilo. Кроме вышеуказанного вида ассимиляции допустима также палатализация (смягчение) согласного перед j: panjo «мама» — [па́нйо] или [па́ньо].

В эсперанто ударение всегда падает на предпоследний слог, т. е. на предпоследний гласный звук: pátro «отец», scéno «сцена», sángo «кровь», lónga «длинный», véjno «вена», pájlo «солома», oficíro «офицер», ŝancelíĝi «колебаться», matematíko «математика», fizíko «физика», dinamíko «динамика», senceremoniéco «бесцеремонность», mi kántis «я пел», li subskríbus «он подписал бы». Из данного правила следует, что при суффиксальном словообразовании ударение перемещается: kánti «петь» — kantísto «певец» — kantistíno «певица». При этом необходимо помнить следующее. Во-первых, слова, представляющие собой сочетание приставки mal и односложного слова pli, plej или tro, не являются исключениями из правила и также имеют ударение на предпоследнем слоге: málpli, málplej, máltro. Во-вторых, полугласные звуки [j], [ŭ] в этом плане аналогичны согласным, поскольку не образуют слогов и не влияют на постановку ударения: lóngaj, dómoj, ántaŭ, adíaŭ, adiáŭi, láŭdi, mórgaŭ, morgáŭa. В-третьих, стоящие рядом гласные звуки произносятся раздельно и являются независимыми слогами: neníam, ruíno, konscíi, ekspluáti, menúo, balái, ponéo. Особенно это важно для образованных от интернациональных корней слов, в которых непосредственно перед окончанием стоит i (таким образом оказывающееся под ударением): Francío, geografío, historío, internacía, garantíi, melodíe. Как видно из примеров, ударение в эсперантских и соответствующих им созвучных русских словах часто не совпадает.

При произношении аббревиатур ударение ставится следующим образом[5]. Некоторые аббревиатуры читаются по буквам, поэтому в них каждый слог является ударным: USSR [у-со́-со́-ро́], UEA [у́-э́-а́], UK [у́-ко́]. Другие читаются как обычные слова; если они оканчиваются на гласный, то ударение стоит на предпоследнем слоге: TEJO [тэ́йо], EVA [э́ва], REU [рэ́у], если же на согласный, то на последнем слоге: OSER [осэ́р], OkSEJT [оксэ́йт], IFEF [ифэ́ф].

В поэзии допускается опущение окончания [o] (на письме это отмечается знаком апострофа): hom’ вместо homo, ĝarden’ вместо ĝardeno. Место ударения в таких усечённых словах остаётся неизменным.

Необходимо избегать не свойственных эсперанто особенностей русского произношения, тем более, что некоторые из них могут изменить значение эсперантских слов.

1. В безударном положении [o] не должно произноситься как [a], как это свойственно произношению в русском литературном языке: ср. okcidento «запад» — akcidento «происшествие», organo «орган» — argano «подъёмный кран», ofero «жертва» — afero «дело», poŝtisto «почтальон, почтовый служащий» — paŝtisto «пастух», nocio «понятие» — nacio «нация», oranĝo «апельсин» — aranĝo «устройство», koro «сердце» — kora «сердечный», homo «человек» — homa «человеческий», mi diros «я скажу, я буду говорить» — mi diras «я говорю», mi sidos «я буду сидеть» — mi sidas «я сижу».

Также не должны смешиваться в безударном положении [е] и [и]: letero «письмо» — litero «буква», Levio «Леви́, Леви́й» (др.-еврейское муж. имя) — Livio «Ли́вий» (др.-рим. муж. имя).

2. В русском языке не противопоставлены звуки [г] и [h]. В литературном русском языке и севернорусских говорах есть только [г] и нет звука, соответствующего эсперантскому [h]. Наоборот, у представителей южных говоров русского языка нет звука [г], а имеется только [h]. Поэтому у русскоязычных эсперантистов эти два звука нередко смешиваются. Но в эсперанто эти звуки надо строго различать, так как они меняют значение слов: galo «жёлчь» — halo «зал», gardi «стеречь» — hardi «закалять», gasti «гостить» — hasti «спешить».

Также необходимо различать русский звук [х] (обозначаемый в эсперанто буквой ĥ) и эсперантский звук [h], так как и в этом случае в зависимости от произношения может меняться смысл слова: ĥoro «хор» — horo «час».

О произношении звука [h] см. сноску [2].

3. Краткое (неслоговое) [у] не должно смешиваться ни с гласным [у], ни тем более с согласным [в]. Оно произносится как английское [w] или русское [у] в таких словах, как «аудитория», «аукцион», «каучук». Особо следует подчеркнуть неслоговой характер краткого [у], так как от этого зависит место ударения в слове (см. выше).

4. Гласный [е] в эсперанто не палатализует, т. е. не смягчает предшествующего согласного, как это происходит в русском языке (при этом перед звуком [e] не должен слышаться звук [й]): ne [нэ] — «нет», merito [мэри́то] — «заслуга», teatro [тэа́тро] — «театр». Не должно быть и чрезмерного смягчения зубных согласных [н], [т], [д] перед [и], например в словах nia «наш», tio «то», direkto «направление».

5. Звук [и] после шипящих согласных нельзя уподоблять звуку [ы], как это имеет место при произнесении русских слов «жизнь» [жызнь] и «шило» [шыло]: ŝi [ши] — «она», ĵipo [жи́по] — «джип».

6. Между звуком [и] и последующим гласным звуком никогда не должен слышаться звук [й]; поэтому слова revolucia «революционный», tie «там», kio «что» следует произносить как [рэволюци́а], [ти́э], [ки́о], а не как [рэволюци́я], [ти́е], [ки́ё].

7. Звонкие согласные на конце слов не оглушаются. Поэтому слова sed «но», sub «под» следует произносить как [сэд], [суб], а не как [сэт], [суп].

8. Аффриката [дж] не должна распадаться на два отдельных звука; она произносится слитно, как в английском или итальянском языках.

9. Некоторые трудности может вызывать и произношение звука [л]. Строго говоря, оно должно быть средним — ни твёрдым, ни мягким: твёрже русского [ль] в слове «львица», но мягче русского [л] в слове «лад» (так называемое среднеевропейское полумягкое [л], характерное для французского и итальянского языков).

Словарный состав

В первом учебнике, опубликованном в 1887 году (так называемой «Первой книге» — «La unua Libro») на отдельном листе был напечатан «интернационально-русский словарь», включавший 920 морфем: корней и аффиксов (приставок, суффиксов, окончаний). Пятиязычный словарь Universala Vortaro (UV), вышедший в свет в 1893 году и являющийся составной частью Fundamento de Esperanto[6], содержит 2639 заглавных единиц, 2629 из которых простые морфемы (корни и аффиксы), 10 — полиморфемные образования (основы). Кроме того, некоторое количество производных слов включено в словарные статьи в качестве примеров. Таким образом, UV содержит 2935 лексических единиц. UV построен по тому же принципу, как и словарь «Первой книги»: заглавные неслужебные единицы (корни и основы) даются без окончаний, но переводятся на национальные языки определённой частью речи.

На Всемирном конгрессе в 1905 году было решено, что Fundamento является единственной и обязательной для всех эсперантистов основой языка эсперанто, в которой никто не имеет права делать изменений. Таким образом содержащиеся в UV лексические единицы получили статус «фундаментальных». Принцип неприкосновенности Fundamento, или «фундаментализма», вовсе не ограничивает обогащение языка новыми словами и грамматическими правилами. Он подразумевает, что если то или иное слово вытесняется из активного употребления новым словом, оно всё равно должно включаться в словари в качестве архаизма. Этим гарантируется преемственность и эволюционность развития эсперанто. За пополнением лексики следит Академия эсперанто. До настоящего времени она сделала 9 официальных дополнений к UV, включающих около 2000 слов (точнее, корней, практически от каждого из которых только с помощью аффиксов можно образовать от 10 до 50 производных слов). Подавляющее же большинство слов функционируют в качестве неофициальных.

Словарный состав языка эсперанто образуют прежде всего так называемые интернациональные слова, или интернационализмы, то есть слова, вошедшие в очень многие языки мира: teatro, dramo, sceno, komedio, gazeto, telegrafo, telefono, radio, literaturo, prozo, poezio, ideo, idealo, legendo, kongreso, konferenco, revolucio, komunismo, ekonomio, maŝino, lokomotivo, vagono, atomo, molekulo, medicino, gripo, angino, vulkano, eĥo, ĥaoso, rozo, bukedo, tigro, krokodilo, ananaso, lampo, cigaredo, etaĝo, ekzameno, ĥoro, jaĥto, kanalo, afiŝo, aŭtoro, strukturo, ekskurso и др.

Большинство из этих интернациональных слов вошло не только почти во все европейские языки, но и во многие языки Востока. Так, например, большое число интернационализмов отмечается в японском языке, в языках Индии, турецком, несколько меньше в персидском и арабском.

Значительное место в словаре эсперанто занимают также и такие международные слова, которые распространены менее широко, однако являются общими по крайней мере для какой-либо одной языковой семьи или группы языков: familio «семья», papero «бумага», sako «мешок», ŝipo «корабль», ŝuo «ботинок», boto «сапог», rapida «быстрый», jaro «год», tago «день», pomo «яблоко», dento «зуб», osto «кость», elefanto «слон», kamelo «верблюд», mano «рука» и др.

Во множестве представлены в эсперанто латинские и древнегреческие слова, относящиеся преимущественно к научно-технической и медицинской терминологии, к названиям животных, растений и т. д. Некоторые из них могут рассматриваться как в полном смысле международные слова, известные огромному количеству людей, другие же, являясь элементами научной терминологии и номенклатуры, известны гораздо меньшему кругу специалистов: biologio «биология», geografio «география», filozofio «философия», dialektiko «диалектика», hipertrofio «гипертрофия», histerio «истерия», pneumonito «пневмония», dialekto «диалект», epidemio «эпидемия», febro «лихорадка», paralizo «паралич», operacio «операция», kverko «дуб», abio «пихта», brasiko «капуста», persiko «персик», meleagro «индюк», urogalo «глухарь», paruo «синица», mirmekofago «муравьед», pirolo «снегирь», rosmaro «морж», lekanto «маргаритка», lieno «селезёнка», koturno «перепел», kratago «боярышник», kolimbo «гагара», hirudo «пиявка», helianto «подсолнечник» и многие другие.

Из латинского языка заимствованы также многие предлоги и союзы: sub «под», sur «на», preter «мимо», tamen «однако», sed «но» и др.

В словарном составе эсперанто представлены слова, общие по происхождению для индоевропейских языков Европы и Азии (patro «отец», frato «брат», nazo «нос», nova «новый» и др.). Многие слова эсперанто являются общими для романских и германских языков (sako «мешок» и др.). Ещё больше в эсперанто слов романского происхождения (betulo «берёза», bieno «имение», burdo «шмель», butiko «лавка», cervo «олень», cikonio «аист», ĉielo «небо», degeli «таять» и др.). Несколько меньше слов, общих по происхождению для германских языков (jaro «год», monato «месяц», tago «день», melki «доить», knabo «мальчик» и др.). Имеется и некоторое количество слов, общих для всех или для нескольких славянских языков (vojevodo «воевода», starosto «староста», hetmano «атаман, гетман» и др.).

Законное место в эсперанто заняли некоторые слова из неиндоевропейских языков, ставшие интернационализмами или отражающие местные реалии. Среди таковых можно назвать cunamo «цунами», kungfuo «кун(г)фу», ĵudo «дзюдо», janiĉaro «янычар», ŝaŝliko «шашлык», bumerango «бумеранг», vigvamo «вигвам», efrito «ифрит» и многие другие.

Если ко всему сказанному добавить, что в эсперанто вошли и некоторые собственно русские слова, становится ясно, что лексика этого языка в значительной степени близка к русской[7]. Вот несколько примеров слов в эсперанто, которые узнаются носителем русского языка особенно легко: vidi «видеть», sidi «сидеть», ĉerpi «черпать», bani «купать», barakti «барахтаться», kartavi «картавить», klopodi «хлопотать», gladi «гладить», svati «сватать», paŝti «пасти», domo «дом», nazo «нос», muso «мышь», muŝo «муха», sevrugo «севрюга», sterledo «стерлядь», brovo «бровь», kreno «хрен», serpo «серп», toporo «топор», kolbaso «колбаса», burko «бурка», kaĉo «каша», stepo «степь», vosto «хвост», bulko «булка», ŝtupo «ступень», rimeno «ремень», soveto «совет (орган власти)», bolŝevisto «большевик», kolĥozo «колхоз», sputniko «спутник», celo «цель», nova «новый», prava «правый, правильный», kruta «крутой», sama «тот же самый», du «два», tri «три», krom «кроме», nepre «непременно», vodko «водка», balalajko «балалайка».

Международность эсперантской лексики не должна усыплять внимание, поскольку в этом языке, как в любом другом, есть «ложные друзья переводчика». Так, sledo означает не «след», а «сани, санки», kravato — не «кровать», а «галстук», dura — не «дура» или «дурной», а «твёрдый»; эсперантское mano не имеет ничего общего с английским man или немецким Mann, tasko — с итальянским tasca, а napo — с французским nappe.

Передача национальных имён

Имена собственные транскрибируют эсперантскими буквами, стараясь максимально приблизить их произношение к национальному. Однако фамилии, которые на родном языке их носителей пишутся латинскими буквами, традиционно сохраняют написание национального языка, но при первом их упоминании считается хорошим тоном приводить в скобках произношение эсперантскими буквами: Remarque (Remark), Wells (Ŭels), Marx (Marks), Heyerdahl (Hejerdal). (Данному принципу следуют и некоторые языки — например, китайский и японский — не пользующиеся латинским алфавитом, но имеющие собственные системы транскрипции национального письма латинскими буквами.) Эта традиция сложилась под влиянием ряда европейских языков, противоречит интернациональному характеру эсперанто и затрудняет чтение. В последнее время набирает силу обратная тенденция — использовать в качестве основной эсперантизированную форму, приводя национальное написание в скобках лишь при первом упоминании.

Отсутствующие в эсперантском алфавите латинские буквы, употребляемые в качестве символов в ряде дисциплин, в этом же значении применяются и в специальных эсперантских текстах. Их называют: q — kuo, x — ikso, y — ipsilono или i greka, w — duobla vo, ĝermana vo, vavo.

При передаче русских имён собственных русские буквы, не имеющие соответствий в эсперанто, обозначаются следующим образом[8].

щ

ŝĉ

Vereŝĉagin, Ŝĉusev, Ŝĉebetovka, Blagoveŝĉensk

ы

i[9]

Kujbiŝev, Ribakov, Siktivkar, Groznij, Beliĥ, Ĉernovci

е

e

после согласных: Fedorenko, Vasilevskij, Iĵevsk, Tuapse

je

в остальных случаях: Jesenin, Dmitrijev, Mendelejev, Kijev, Gribojedov, Gurjev, Vasiljev, Zaporoĵje, Objedkov

ё

о

после ‘л’ и шипящих: Mogilov, Gumilov, Liĥaĉov, Ŝĉolkovo

jo

в остальных случаях: Jolkin, Fjodorov, Okajomov, Solovjov

ю

u

после ‘л’: Ludmila, Lubimov, Iluŝin, Kluĉi, Mamlutka, Luba

ju

в остальных случаях: Jutkeviĉ, Neftejugansk, Aktjubinsk, Izjum, Cjurupinsk, Temrjuk, Vjugin

я

a

после ‘л’: Ĉelabinsk, Polana, Ŝalapin, Lapunov, Gala

ja

в остальных случаях: Jalta, Krasnojarsk, Feodosija, Ŝuja, Pjatigorsk, Slavjansk, Uljanovsk, Podjaĉev, Tatjana, Majja

ь

j

перед ‘и’, ‘о’: Iljiĉ, Zaĥarjin, Ruĵjin, Ardaljon

—

перед остальными гласными: Grigorjev, Prokofjev, Oĵerelje, Muravjov, Ruĉjov, Vjunov, Iljuŝin, Darja, Uljancev

в конце слова и перед согласными:

—

после ‘л’ и шипящих: Tiraspol, Babel, Uralsk, Kerĉ

j[10]

после других согласных: Kazanj, Ĥarjkov, Ustj-Kamenogorsk, Igorj

ъ

—

Podjablonskij, Objaĉevo, Izjurov

Ударение в именах собственных сохраняется на том же месте, где оно стоит в национальном языке; иногда оно обозначается знаком ударения.

Имена собственные обычно не принимают окончания -o: Piron, Varankin, Lorjak, Sekelj, Maŭra, Nemere, Tallinn, Vilnius, Tartu, Magadan, Tiĥvin, Soĉi, Gagri, Batumi, Samarkand, Vjaĉeslav, Nelli. Но широко известные имена собственные могут употребляться и с окончанием -o. В таких эсперантизированных формах ударение падает на предпоследний слог: Maksímo, Arhimédo, Móskvo, Simferopólo, Eŭpatorío, Kiŝinévo, Rígo, Azío, Ameríko, Vólgo, Bajkálo, Atlantíko, Altájo, Kriméo, Márso.

Женские имена обычно не принимают окончания -o и часто употребляются с окончанием -a: Svetlána, María, Izabéla. Подробнее об этом см. прим. к статье -a и прим. 1 к статье -o в данном словаре.

Морфология и словообразование[11]

Значимые (знаменательные) части речи, а также категории числа, падежа, наклонения и времени глагола (категории грамматического рода в эсперанто нет) характеризуются особыми грамматическими окончаниями[12]. Формы, образованные с помощью этих окончаний, имеют в русском языке следующие примерные соответствия:

-o — имя существительное;

-a — имя прилагательное, притяжательное местоимение, порядковое числительное, причастие;

-j — множественное число существительных, прилагательных, притяжательных местоимений, порядковых числительных, причастий;

-n — винительный падеж;

-e — производное наречие, деепричастие;

-i — неопределённая форма глагола (инфинитив);

-as — настоящее время глагола;

-is — прошедшее время глагола;

-os — будущее время глагола;

-u — повелительное наклонение глагола;

-us — условное наклонение глагола.

Таким образом, присоединяя к корню или основе соответствующие окончания, можно просто и логично образовывать нужные формы: telefono «телефон» — telefonoj «телефоны» — telefona «телефонный, телефонная, телефонное» — telefonaj «телефонные» — telefone «по телефону» — telefoni «телефонировать, (по)звонить по телефону» — mi telefonis «я (по)звонил(а) (по телефону)» — mi telefonas «я звоню (по телефону)» — mi telefonos «я позвоню (по телефону)» — mi telefonus «я позвонил(а) бы (по телефону)» — telefonu «позвони(те) (по телефону)»; ami «любить» — amo «любовь» — ama «любовный, любовная, любовное» — ame «любовно, с любовью»; unu «один» — unuo «единица» — unua «первый, первая, первое»[13] — unue «во-первых».

Помимо окончаний, в эсперанто для словообразования служит система суффиксов и приставок (см. табл. 5, 6), а также очень развитое словосложение.

Словосложение осуществляется соединением корней: tag/manĝ/o «обед», nud/pied/a «босоногий», fru/maten/e «рано утром, ранним утром», fin/leg/i «дочитать, прочитать до конца». Если при этом на стыке корней возникает труднопроизносимое звукосочетание, то необходимое окончание сохраняется: ĉambr/o/pord/o «дверь комнаты», venk/o/bat/i «побить, победить в бою», nigr/a/har/a «черноволосый», mult/e/kost/a «дорогостоящий, дорогой». Также его целесообразно сохранять во избежание возможного неправильного членения сложного слова, особенно в устной речи и при отсутствии контекста: varm/o/ond/o «тепловая волна» — var/mond/o «мир товаров». В некоторых же (довольно редких) случаях сохранение соответствующего окончания между корнями просто необходимо по смыслу: unu/a/tag/a «происходящий, произошедший в первый день» — unu/tag/a «однодневный». С учётом сказанного выше окончания между корнями желательно оставлять только в случае действительной необходимости. Поэтому формы sport/konkurs/o и long/temp/e предпочтительнее, чем sport/o/konkurs/o и long/a/temp/e. При словосложении корень главного слова всегда ставится в конце. Таким образом: pied/benk/o «скамейка для ног» (= pieda benko, benko por piedoj), но benk/pied/o «ножка скамейки» (= benka piedo, piedo de benko); suker/pec/o «кусок сахара» (= peco de sukero, peco da sukero), но pec/suker/o «кусковой сахар, сахар в кусках» (= peca sukero, sukero en pecoj); herb/o/kamp/o «травяное поле, луг» (= herba kampo, kampo kun herbo), но kamp/o/herb/o «полевая трава» (= kampa herbo, herbo de kampo(j)). Поэтому слова «полночь», «столетие», «тысячелетие» должны переводиться на эсперанто как noktomezo (= mezo de nokto, т. е. «середина ночи»), jarcento (= cento da jaroj, т. е. «сотня лет»), jarmilo (= milo da jaroj, т. е. «тысяча лет»). Встречающиеся в ранних текстах формы meznokto (дословно «средняя ночь»), centjaro (дословно «сотый год»), miljaro (дословно «тысячный год») являются крайне нежелательными архаизмами и, по сути дела, ошибками. Однако прилагательные centjara «столетний, вековой» (т. е. насчитывающий сто лет) и miljara «тысячелетний» (т. е. насчитывающий тысячу лет), имеющие главным элементом корень jar, абсолютно корректны, так как они характеризуют понятие, имеющее определённый возраст в годах как качество; данные прилагательные не произведены от слов centjaro и miljaro, а являются исходными. Прилагательные же jarcenta и jarmila, образованные от существительных jarcento и jarmilo, относятся к понятиям «столетие, век» и «тысячелетие». Ср.: la centjara jubileo «столетний юбилей», la jarcenta fino «конец века», jarcenta tradicio «многовековая традиция». Если получившееся сложное слово слишком длинно, рекомендуется использовать раздельное написание или написание через дефис: fervojkonduktoro = fervoja konduktoro, fervoj-konduktoro; redakcisekretario = redakcia sekretario, redakci-sekretario. Написание раздельно или через дефис безусловно предпочтительнее, если при слитном написании возникают омонимы, особенно если их значение не ясно из контекста: ce-vale «у долины, при долине» (= ĉe la valo), но ĉevale «по-лошадиному, как лошадь» (= kiel ĉevalo, ĉevalmaniere). Необходимо учитывать, что по сравнению со словосочетанием сложное слово выражает самостоятельное и более или менее устойчивое понятие. Поэтому будет неправильным превращать окказиональные сочетания типа longa vojo или interesa libro в сложные формы longvojo или intereslibro. Хотя часто сложное слово равнозначно по смыслу соответствующему словосочетанию, так бывает далеко не всегда. Например, если сочетание urba domo означает «городской дом», то слово urbodomo имеет значение «мэрия, муниципалитет, магистрат, ратуша, городская дума, городской совет, городская администрация»; если сочетание libera tempo означает «свободное время», то слово libertempo переводится как «досуг, нерабочее время» или «отпуск, каникулы»; сочетание parto de la mondo «часть мира, часть (белого) света» нельзя заменить словом mondparto «часть света». И хотя часто сложное слово равнозначно по смыслу и сочетанию с согласованным определением, и сочетанию с несогласованным определением (ĉambropordo = ĉambra pordo = pordo de ĉambro), так тоже бывает не всегда. Например, слово belreĝino означает «королева красоты» (reĝino de belo), а не «красивая королева» (bela reĝino); слово voluptamo означает «любовь к сладострастию» (amo de volupto), а не «сладострастная любовь» (volupta amo). Объяснение этого мы вынуждены опустить ради краткости изложения. Злоупотреблять словосложением не следует, так как оно утяжеляет стиль и делает его менее ясным.

При словообразовании с помощью суффиксов и окончаний большую роль играет грамматическая природа корня, каковая может быть субстантивной (корни со свойствами существительного), адъективной (прилагательного), вербальной (глагола) и адвербальной (наречия). Необходимость того или иного суффикса определяется исходя из принадлежности корня к какому-либо из этих грамматических классов согласно принципам необходимости и достаточности. Принцип необходимости требует включения в слово всех морфем, которые необходимы для получения нужного суммарного смысла; принцип достаточности требует изъятия из слова тех морфем, которые избыточны для получения суммарного смысла. Например, для образования названия профессии от корня labor- суффикс -ist- необходим, поскольку данный корень имеет вербальную природу, и с помощью прибавления к нему одного окончания -o мы можем образовать только существительное, обозначающее действие: laboro «работа». В слове же sufloro «суфлёр» суффикс -ist- не нужен, т. к. корень suflor- является субстантивным, более того, сам по себе несёт идею профессии. Поэтому для образования слова, обозначающего данную профессию, достаточно просто окончания -o. При этом, в отличие от глагола labori «работать», глагол suflori «суфлировать, подсказывать» является как бы вторичным. Хотя слова francino «француженка» и aktorino «актриса» обозначают лицо, суффикс с соответствующим значением в них не нужен, поскольку корни franc- и aktor- принадлежат к классу субстантивных и сами по себе указывают именно на лицо, персону; необходим только суффикс -in-, чтобы указать на принадлежность этого лица к женскому полу. В словах же belulino «красавица» и ĉarmulino «прелестница, милочка» необходим также и суффикс -ul-, поскольку корни bel- и ĉarm- относятся к адъективным (имеют характер прилагательного и указывают на качество), и сначала от них с помощью соответствующего суффикса надо образовать слова, обозначающие лицо с данным качеством; простое прибавление к этим корням окончания -o дало бы слова с абстрактным значением «красота» и «обаяние, очарование», и присваивать этим понятиям женский пол было бы странно. Можно добавить, что, хотя корень ĝib- в слове ĝibulino «горбунья» является субстантивным, суффикс -ul- в нём всё-таки необходим, поскольку данный корень выражает идею не лица, а предмета. В слове же timemeco «боязливость, трусость» суффикс -ec- является лишним, достаточно сказать timemo. Из вышесказанного легко понять, почему, например, в слове trancilo «нож» присутствует суффикс -il-, в то время как слово ponardo «кинжал» обходится без него. Об этом см. также статьи «О пользовании словарём», п. 1, и «От автора».

В редких случаях для получения нужного значения окончание или суффикс присоединяется не непосредственно к корню, а к словоформе с соответствующим данному значению окончанием. Ср.: unu/ec/o «единство» — unu/a/ec/o — «первенство»; viv/o «жизнь» — viv/u/o «здравица». Крайне редко это имеет место и во избежание появления омонима: radar/o «радар» — rad/o/ar/o «система колёс, колёса (все колёса в механизме)».

Поскольку объяснить здесь все механизмы словообразования не представляется возможным, за их подробным описанием мы рекомендуем обратиться к PAG (раздел La Vortfarado), а также к сборнику К. Калочая Dek Prelegoj (статья Pri la Vortsistemo de Esperanto).

То, что при словообразовании корень никогда не изменяется (единственный случай изменения корня, а именно его усечения, имеет место при присоединении суффиксов –ĉj-, -nj-), делает возможным резко сократить число подлежащих заучиванию корней: hundo «собака» — virhundo «кобель» — hundino «сука» — hundido «щенок» — hundejo «псарня» — hundujo «(собачья) будка»; amiko «друг» — amikoj «друзья» — amika «дружеский» и т. п. Наличие аффиксальных, т. е. словообразовательных и словоизменительных, морфем (приставок, суффиксов, окончаний) при неизменном корне делает эсперанто ярким представителем агглютинативных языков и роднит его с рядом национальных языков: тюркскими, финно-угорскими, монгольским, японским, грузинским и многими другими. Однако в отличие от вышеупомянутых языков эсперанто обладает одной интересной особенностью: подавляющее большинство аффиксальных (служебных) морфем может выступать в качестве самостоятельных корней: -et- (суффикс) → eta «маленький, крохотный» → etulo «малыш»; pra- (приставка) → praa «древний, давний, первобытный» → praulo «предок»; -ig- (суффикс) → igi «делать; заставлять»; -as (окончание) → as-tempo «настоящее время глагола» и т. д. Часто такие слова являются синонимами слов с оригинальным корнем: eta = malgranda; igi = devigi, fari; as-tempo = prezenco и т. д. Можно найти немало слов, состоящих из одних аффиксов: al/iĝ/il/o, sen/iĝ/i, et/ul/in/o, fi/ul/ar/o, sen/ind/ul/o, ar/op/e и т. д. Таким образом, деление морфем на корни, приставки, суффиксы и окончания (т. е. на неслужебные и служебные) в эсперанто довольно условно, и с некоторыми оговорками можно считать аффиксы самостоятельными корнями. Эта черта роднит данный язык с группой аморфных (корневых) языков, в частности с китайским. Исходя из этих соображений, некоторые лингвисты трактуют эсперанто как агглютинативно-аморфный язык. Как показала практика, именно такой принцип построения вспомогательного языка позволяет сделать его максимально прозрачным, логичным и лёгким в изучении. В то же время это делает возможным в области словообразования приблизить язык с международной европейской лексикой ко многим неевропейским языкам, что поднимает его интернациональность на качественно более высокий уровень.

Имя существительное

Имена существительные (substantivoj) в качестве характерного признака имеют окончание -о: homo «человек», strato «улица». В поэзии, а также в рифмованных пословицах и поговорках конечное о может отбрасываться, что на письме обозначается апострофом: hom’, strat’. Множественное число образуется прибавлением к форме единственного числа окончания -j: homoj «люди», stratoj «улицы».

Категории грамматического рода в эсперанто нет. Поэтому к словам tablo «стол», kulero «ложка», lago «озеро» относится одно и то же местоимение ĝi (см. раздел «Местоимение»). Для обозначения существ женского пола используется суффикс -in-: patro «отец» — patrino «мать», knabo «мальчик» — knabino «девочка», koko «петух, курица» — kokino «курица», ĉevalo «лошадь» — ĉevalino «кобыла». При необходимости подчеркнуть, что речь идёт именно о самце какого-либо животного, употребляется корень-префикс vir-: virkoko «петух», virĉevalo «жеребец».

В эсперантской системе падежей традиционно различают два падежа: именительный (nominativo) и винительный (akuzativo)[14]. Формой именительного падежа считается та, в которой имя стоит в словаре. От неё присоединением окончания -n образуется форма винительного падежа (homon «человека», homojn «людей», straton «улицу», stratojn «улицы»). Винительный падеж обозначает прямое дополнение при переходном глаголе, а также выполняет ряд других функций; в некоторых случаях он может употребляться вместо предлога (так называемый заместительный аккузатив — anstataŭa akuzativo). Подробнее о винительном падеже — см. статью -n в данном словаре. Значения других падежей русского языка передаются с помощью предлогов перед формой именительного падежа: родительного — с помощью предлогов de (libro de la patro «книга отца»[15]) и da (родительный количества: taso da kafo «чашка кофе»[16]), дательного — с помощью предлога al (al homo «человеку», «к человеку», al mi «мне», «ко мне»), творительного инструментального — с помощью предлога per (per krajono «карандашом»). Для передачи значений русского предложного падежа используется ряд предлогов: en, pri, sur, super и др.: en ĉambro «в комнате», pri libro «о книге», sur tablo «на столе». Русскому творительному падежу именной части сказуемого в эсперанто соответствует именительный падеж: kiam mi estis infano «когда я был ребёнком», ni elektis lin prezidanto «мы избрали его председателем», mi trovas la libron interesa «я нахожу книгу интересной».

Имя прилагательное

Все имена прилагательные (adjektivoj) в качестве характерного признака имеют окончание -a: nova «новый», longa «длинный», amika «дружеский». Для образования множественного числа и винительного падежа используются те же окончания, что и для существительных. Прилагательные (а также имеющие окончание прилагательных притяжательные местоимения, порядковые числительные и причастия) всегда согласуются в числе и падеже с определяемыми ими существительными или местоимениями: bela knabino «красивая девочка», belaj knabinoj «красивые девочки», belan knabinon «красивую девочку», belajn knabinojn «красивых девочек». Если одно и то же прилагательное относится к нескольким существительным единственного числа, то прилагательное употребляется во множественном числе: novaj ĵurnalo kaj revuo «новые газета и журнал». Степени сравнения прилагательных в эсперанто классифицируются несколько иначе, чем в русском языке; имеются различия и в их названиях. Ниже приводится система степеней сравнения (komparacio) согласно PAG.

Сравнительная степень (komparativo) может быть трёх видов.
1. Высшая сравнительная степень (supereca komparativo) образуется с помощью конструкции pli … ol «более … чем»: la unua libro estas pli interesa ol la dua «первая книга интереснее второй». 2. Низшая сравнительная степень (malsupereca komparativo) образуется с помощью конструкции malpli … ol «менее … чем»: la dua libro estas malpli interesa ol la unua «вторая книга менее интересна, чем первая». 3. Равная сравнительная степень (egaleca komparativo) обычно образуется с помощью конструкций tiel … kiel и same … kiel «так же … как»[17], а в особых случаях (см. ниже) — tiom … kiom «(на)столько же … (на)сколько», «столь … сколь»: La blanka rozo estas tiel (или same) bela, kiel la ruĝa «Белая роза так же красива, как красная»; Li estas tiom riĉa, kiom saĝa «Он столь же богат, сколь умён».
Превосходная степень (superlativo) образуется с помощью частиц plej «наиболее», «самый» и malplej «наименее»: Tiu arbo estas la plej alta el ĉiuj «Это дерево самое высокое из всех»; Nia domo estas la malplej alta en la kvartalo «Наш дом самый низкий (наименее высокий) в квартале».

В отличие от русского языка, в эсперанто сравнительная и превосходная степени сравнения образуются исключительно аналитическим способом. PAG трактует их как две разновидности так называемой относительной степени сравнения (relativa komparacio). Кроме относительной, PAG выделяет ещё и абсолютную степень сравнения (absoluta komparacio). При абсолютной степени сравнения что-либо сравнивается по качеству не с другими предметами или понятиями, а как бы с самим собой; эта степень сравнения образуется с помощью стоящих перед прилагательными наречий, присоединяемых к прилагательным аффиксов или с помощью различных оборотов: iomete laca «немного усталый»; tute preta «совершенно готовый»; tro longa «слишком длинный»; kiel eble plej granda «как можно больший»; duonvarma «полугорячий, тёплый»; varmeta «тёпленький, тепловатый»; varmega «горячий, раскалённый»; Kiel forta li estas! «Как он силён!»; Li estas tiel afabla! «Он так любезен!»; Ŝi estas bela kiel floro «Она прекрасна, как цветок»; Eĉ plej saĝa homo povas erari «Даже самый умный человек может ошибаться». (В последних двух случаях имеет место не реальное сравнение двух объектов по определённому качеству и не выделение одного из всех остальных по высшему проявлению определённого качества, а лишь образное указание на очень высокую степень красоты в одном случае и подчёркивание очень высокой степени ума — в другом.)

При выборе между парами tiel — kiel и tiom — kiom, употребляемыми перед прилагательными для указания на их степень, необходимо иметь в виду следующее. Традиционно в таких случаях употребляются коррелятивы tiel и kiel: Kiel saĝa li estas! «Как он умён!»; Mi estas tiel forta, kiel vi «Я так же силён, как (и) вы». Вполне уместные (и даже более подходящие с точки зрения чистой логики) коррелятивы tiom и kiom употребляются лишь при необходимости подчеркнуть очень высокую интенсивность выраженного прилагательным качества, а также эмоциональное отношение к этому качеству.

Наречие

Наречия делятся на непроизводные (primitivaj adverboj) и производные (derivitaj adverboj). К непроизводным наречиям относятся, например, almenaŭ «по крайней мере», ankoraŭ «ещё», nun «сейчас», ĵus «только что», jam «уже», hodiaŭ «сегодня», morgau «завтра» и др.[18], а также табличные наречия iam «когда-то», tie «там», kiom «сколько», kiel «как» и др. (см. табл. 4). Производные наречия образуются с помощью окончания -e от любых корней и основ: bona «хороший» — bone «хорошо», patro «отец» — patre «отечески, по-отцовски», kun «с» (предлог) — kune «вместе, совместно». Особенно важно учитывать это в случаях, когда в русском языке предлог и соответствующее наречие совпадают по форме, например: «он стоял возле, вблизи, около меня; он стоял рядом со мной» li staris apud mi, но «он стоял возле, вблизи, около, рядом» li staris apude; «библиотека расположена напротив нашего дома» la biblioteko situas kontraŭ nia domo, но «библиотека расположена напротив» la biblioteko situas kontraŭe.

Наречия направления образуются от наречий места путём прибавления окончания -n: hejme «дома» — hejmen «домой», supre «наверху, вверху, сверху» — supren «наверх, вверх, кверху», dekstre «справа» — dekstren «вправо, направо», sude «на юге» — suden «на юг, к югу», Moskve «в Москве» — Moskven «в Москву, на Москву, к Москве».

Степени сравнения качественных наречий аналогичны степеням сравнения прилагательных: pli bone «лучше» («более хорошо»), pli malbone «хуже» («более плохо»), malpli bone «хуже» («менее хорошо»), malpli malbone «лучше» («менее плохо»), plej bone «лучше всего» («наиболее хорошо»), plej malbone «хуже всего» («наиболее плохо»).

Местоимения

Личные местоимения (personaj pronomoj, personaloj) в именительном падеже

Ед. число

Мн. число

mi я

ni мы

vi ты, Вы; ci[19] ты

vi вы

li он

ŝi она

ili они

ĝi оно

Поскольку в эсперанто нет категории грамматического рода, местоимение ĝi «оно» относится ко всем неодушевлённым предметам и абстрактным понятиям, а также к одушевлённым предметам, т. е. живым существам, не обладающим сознанием (животным, маленьким детям), если нет необходимости специально указывать их пол. На русский язык ĝi переводится местоимениями «он», «она», «оно» в зависимости от грамматического рода русского слова: la tranĉilo tranĉas bone, ĉar ĝi estas akra «нож режет хорошо, потому что он острый»; Jen kuras hundo, ĝi estas granda «Вот бежит собака, она большая»; La infano ploras, ĉar ĝi volas manĝi «Ребёнок плачет, потому что он хочет есть», «Дитя плачет, потому что оно хочет есть». По отношению к животным ĝi обычно употребляется, даже если пол животного известен: Mi havas virkaton, mi tre amas ĝin «У меня есть кот, я очень люблю его».

Отступления от последнего принципа делаются, если указание пола животного важно для смысла: Melku bovon senfine, li lakton ne donos «Сколько ни дои быка, не даёт он молока»; Mi kondukis kapron kun kaprino al foiro; subite ŝi haltis, dum li trotis plu «Я вёл козла с козой на ярмарку; вдруг она остановилась, а он семенил дальше». В сказках и баснях по отношению к животным, чей пол известен, также употребляются местоимения li и ŝi; они же употребляются и по отношению к персонифицированным объектам сказочных произведений, которым присвоен определённый пол.

Ĝi может также заменять собой указательное местоимение «это» и, таким образом, переводиться как «это». Такое словоупотребление оправданно во избежание двойного употребления местоимения tio во фразах типа: Ĝi estas ĝuste tio, pri kio mi volis paroli kun vi «Это именно то, о чём я хотел поговорить с вами», а также если ĝi может быть равноценно употреблено и как личное местоимение: Jen estas kato. Ĝi estas ŝia kato «Вот кошка. Это её кошка»; Kio estas ĝi? — Ĝi estas pomo «Что это? — Это яблоко». В остальных случаях (например в характерных для раннего эсперанто фразах типа ĝi estas mi «это я» или mi venus, se mi trovus ĝin necesa «я пришёл бы, если бы я нашёл это необходимым») употребление ĝi в значении «это» воспринимается как архаизм. Основное значение ĝi всегда является приоритетным для недопущения возможной двусмысленности. Ср.: Maria skribis la leteron, mi vidis ĝin «Мария написала письмо, я видел его»; Maria skribis la leteron, mi vidis tion «Мария написала письмо, я видел это».

Если речь идёт об обладающем сознанием существе, чей пол не определён, в эсперанто традиционно употребляется местоимение мужского рода li: Se iu rapidas hejmen, li povas foriri «Если кто-то торопится домой, он может уйти»; Esperantisto estas nomata ĉiu persono, kiu scias kaj uzas la lingvon Esperanto tute egale por kiaj celoj li ĝin uzas «Эсперантистом называется любая личность, которая знает и использует язык эсперанто, всё равно для каких целей она его использует».

Многие эсперантисты считают употребление в таких случаях li нелогичным и предлагают различные варианты решения проблемы. Из всех предложенных для этой цели местоимений наибольшее распространение получило местоимение ŝli, представляющее собой стяжённую форму конструкции ŝi/li = ŝi aŭ li (иногда употребляемой в официальном стиле, чтобы подчеркнуть, что речь идёт как о мужчине, так и о женщине). Однако классический эсперанто подобного стяжения не допускает.

Множественное число для местоимений li, ŝi, ĝi общее, как и в русском языке: ili «они».

Некоторые новаторы предлагают ввести формы iŝi и iĝi для употребления в случаях, если речь идёт только о существах женского пола или о неодушевлённых предметах и абстрактных понятиях. Однако эти формы распространения не получили.

В эсперанто существует также неопределённо-личное местоимение (nedifina persona pronomo) oni, аналогичное французскому on или немецкому man[20]. На русский язык оно дословно не переводится. Обычно оно соответствует 3-му лицу множественного числа, иногда — безличному обороту: oni skribas «пишут», oni devas «до́лжно».

Склоняются личные местоимения так же, как существительные. Винительный падеж у них образуется прибавлением окончания -n к форме именительного падежа: vidi min «видеть меня», koni lin «знать его», viziti ilin «посетить их». Аналогично для неопределённо-личного местоимения oni: Oni parolu, mi onin ne aŭskultas! «Пусть говорят, я (их) не слушаю!»

Остальные падежи передаются с помощью предлогов: ricevi de mi «получить от меня», skribita de mi «написанный мной», iri al mi «идти ко мне», fieri pri mi «гордиться мной», sen mi «без меня» и т. п.

Притяжательные местоимения (posedaj pronomoj[21], posesivoj) образуются путём добавления окончания -a к личному местоимению: mia «мой», via «твой, ваш», lia «его», ŝia «её», ilia «их» и т. д. Подобно прилагательным, притяжательные местоимения могут принимать окончания множественного числа -j и винительного падежа -n. При этом, в отличие от русского языка, они всегда согласуются в числе с существительными и прилагательными, к которым относятся. А поскольку в русском языке личное местоимение третьего лица в винительном падеже и образованное от него притяжательное местоимение во всех падежах, в частности в именительном и винительном, к тому же имеют одну форму, правильное употребление окончаний в соответствующих эсперантских формах нередко представляет большие трудности. Ср.:

koni lin «знать его» (лич. мест. ед. ч. вин. пад.),

jen estas lia nova amiko «вот его новый друг» (прит. мест. ед. ч. им. пад.),

koni lian novan amikon «знать его нового друга» (прит. мест. ед. ч. вин. пад.),

jen estas liaj novaj amikoj «вот его новые друзья» (прит. мест. мн. ч. им. пад.),

koni liajn novajn amikojn «знать его новых друзей» (прит. мест. мн. ч. вин. пад.).

То же в следующей фразе: Mi trovis ŝin kaj ŝiajn gepatrojn «Я нашёл её и её родителей».

В эсперанто имеется возвратное местоимение 3-го лица (refleksiva pronomo, refleksivo) si. Именительный падеж данного слова на русский язык не переводится, а употребляется оно в этой форме практически только с предлогами: de si «от себя», al si «к себе», pri si «о себе» и др. Самостоятельно в роли существительного si употребляется лишь в исключительных случаях: Si estas la ŝlosilo de la homa koro «Самость — ключ к человеческому сердцу», «Собственное „я“ — ключ к человеческому сердцу». Как и от личных местоимений, от si можно образовать форму винительного падежа sin «себя» и возвратно-притяжательное местоимение sia «свой» (которое может употребляться во множественном числе и винительном падеже). Форма sin является элементом возвратных глаголов, выражающих сознательное действие объекта, направленное на себя: vesti sin «одеваться», razi sin «бриться». При этом, даже будучи поставлена перед глаголом, эта форма не должна превращаться в приставку и на письме не должна сливаться с глаголом: sin vesti, sin razi.

Возвратное местоимение si и возвратно-притяжательное местоимение sia употребляются исключительно для обозначения 3-го лица единственного и множественного числа. В остальных лицах, в отличие от русского языка, употребляются только соответствующие личные и притяжательные местоимения:

li donas al si «он даёт себе»,

li kombas sin «он причёсывается»,

li legas sian libron «он читает свою книгу».

Но:

mi donas al mi «я даю себе»,

vi donas al vi «вы даёте себе»,

mi kombas min «я причёсываюсь»,

vi kombas vin «вы причёсываетесь»,

mi legas mian libron «я читаю свою (мою) книгу»,

vi legas vian libron «вы читаете свою (вашу) книгу».

Фраза li donas al li переводилась бы как «он даёт ему» (т. е. другому человеку), фраза li kombas lin означала бы «он причёсывает его (т. е. другого человека), а фраза li legas lian libron звучала бы на русском языке как «он читает его книгу» (т. е. книгу другого человека).

Если обращение сопровождается упоминанием объекта обращения в третьем лице, то, в случае указания на его обладание чем-либо, могут употребляться sia или via в зависимости от степени самостоятельности того, чем он обладает: Ho civitano, kiu forgesis sian devon! «О гражданин, который забыл свой долг!»; Ho vi Diano, kiu vian fraton amegas…» «О ты, Диана, которая очень любит своего брата…»

Если не учитывать целый ряд уточнений и оговорок, не приводимых здесь из-за их объёма, правила употребления возвратного и возвратно-притяжательного местоимений в современном эсперанто можно сформулировать следующим образом: si и sia относятся к субъекту ближайшего выраженного действия. Действие может быть выражено глагольными формами или отглагольным существительным. Ср.:

Li ordonis al la servisto vesti lin «Он приказал слуге одеть его»;

Li ordonis al la servisto vesti sin «Он приказал слуге одеться»;

Instruisto petis lernanton alporti lian tekon «Учитель попросил ученика принести его портфель» (портфель учителя);

Instruisto petis lernanton alporti sian tekon «Учитель попросил ученика принести свой портфель» (портфель ученика);

La komponisto vidis knabon kantanta lian kanton «Композитор видел мальчика поющим его песню» (песню композитора);

La komponisto vidis knabon kantanta sian kanton «Композитор видел мальчика поющим свою песню» (песню мальчика);

Marta akceptis de Petro konfeson pri amo al ŝi «Марта приняла от Петра признание в любви к ней» (Петра к Марте);

Marta akceptis de Petro konfeson pri amo al si «Марта приняла от Петра признание в любви к себе» (Петра к самому себе).

(Это положение не действует для субстантивированных причастий, которые выражают уже не действие, а деятеля: Li petis la aŭskultantojn pri ilia atento «Он попросил слушателей о внимании» (их внимании).)

Но:

Instruisto petis alporti sian tekon «Учитель попросил принести свой портфель» (портфель учителя). (Когда субъект действия, выраженного инфинитивом, является объектом другого действия, но при этом сам не выражен, в современном языке он не принимается в расчёт. В ранних текстах это положение часто не соблюдалось.)

В сочетаниях en si, per si (mem), inter si, если они являются устойчивыми оборотами, si теряет свою связь с субъектом действия: Oni ne povas ekkoni la realon en si mem «Невозможно познать реальность в себе» (т. е. такой, какая она есть в действительности); Ni komprenis liajn gestojn per si mem «Мы понимали его жесты сами по себе» (т. е. непосредственно, без пояснений); Tiujn malsamajn objektojn miksi inter si oni neniel devas «Эти разные предметы смешивать друг с другом никак нельзя». Но: Ili dividis la monon inter si «Они поделили деньги между собой».

Sia, употреблённое в роли прилагательного в значении sia propra «(свой) собственный», также теряет связь с субъектом какого-либо действия: Li metis ĉion sur sian lokon «Он положил всё на своё место».

Как приставка, употребляемая при образовании отглагольных существительных, прилагательных и наречий, форма sin относится уже ко всем лицам: Mia sindefendo «Моя самооборона»; Vi devas esti singardaj «Вы должны быть осмотрительными»; Ni agis singarde «Мы действовали осмотрительно». Форма же sia в качестве приставки продолжает относиться только к третьему лицу: Siaflanke li diris, ke… «Со своей стороны он сказал, что…»; Miaflanke mi povas diri, ke… «Со своей стороны я могу сказать, что…» (В слове siatempe «в своё время», т. е. «в подходящее время» или «в прежнее время», приставка sia потеряла своё первоначальное значение и, следовательно, жёсткую связь с третьим лицом: Mi faros tion siatempe «Я сделаю это в своё время».)

О si и sia см. также статью в данном словаре; подробно — см. (N)PIV, PAG, PMEG.

Необходимо обратить внимание, что частица-местоимение mem «сам, сама, само, сами» по лицам и числам не изменяется.

Особую группу составляют так называемые коррелятивные слова (местоимения и местоименные наречия; см. табл. 4).

Числительные

Количественные числительные (bazaj numeraloj) бывают простые, сложные и составные.

Простые числительные состоят из одного корня. К ним относятся наименования чисел от одного до десяти, а также чисел 100 и 1000: 1 — unu, 2 — du, 3 — tri, 4 — kvar, 5 — kvin, 6 — ses, 7 — sep, 8 — ok, 9 — naŭ, 10 — dek, 100 — cent, 1000 — mil.

Сложные числительные имеют два корня. К ним относятся наименования чисел, обозначающих десятки от двадцати до девяноста и сотни от двухсот до девятисот:

20 dudek

200 ducent

30 tridek

300 tricent

40 kvardek

400 kvarcent

…

90 naŭdek

900 naŭcent

Составные числительные состоят из двух или нескольких слов. К ним относятся наименования чисел от одиннадцати до девятнадцати, от двадцати одного до двадцати девяти, от тридцати одного до тридцати девяти и т. д.:

11 dek unu

21 dudek unu

111 cent dek unu

12 dek du

22 dudek du

112 cent dek du

13 dek tri

23 dudek tri

113 cent dek tri

…

19 dek naŭ

29 dudek naŭ

119 cent dek naŭ

Количественные числительные не склоняются: Mi donis al li unu libron «Я дал ему одну книгу»; Mi vidis tri virojn «Я видел трёх мужчин». Числительное unu «один» часто употребляется в значении местоимения — в единственном и множественном числе: Tiun libron donacis al mi unu el miaj amikoj «Эту книгу подарил мне один из моих друзей»; Unuj sidas, aliaj staras «Одни сидят, другие стоят» (подробнее об unu — см. статью в данном словаре). Путём прибавления к количественному числительному окончания -o образуются соответствующие существительные, которые в эсперанто нередко трактуются как субстантивные числительные (substantivaj numeraloj): unuo «единица», duo «двойка», trio «тройка», kvaro «четвёрка», kvino «пятёрка», seso «шестёрка», sepo «семёрка», oko «восьмёрка», naŭo «девятка», deko «десятка, десяток», cento «сотня», milo «тысяча».

Форма на -o, как и все существительные, может принимать окончания множественного числа -j и винительного падежа -n. Как легко заметить, русское слово «тысяча» на эсперанто может переводиться двояко, в зависимости от смысла: mil okcent sesdek kvin «тысяча восемьсот шестьдесят пять»; stadiono por mil spektantoj «стадион на тысячу зрителей», но ankoraŭ unu milo da spektantoj «ещё одна тысяча зрителей».

Как видно из последнего примера, с последующим существительным такие слова соединяются при помощи предлога da, выражающего родительный падеж количества.

Наименования чисел miliono «миллион», miliardo «миллиард», biliono «биллион», triliono «триллион» и т. д. имеют форму только имени существительного.

Об обозначении понятия «ноль» следует сказать особо. «Фундаментальной» является форма существительного nulo; впоследствии Академия эсперанто официализировала форму количественного числительного nul. Ср.:

Dek gradoj sub la nulo «Десять градусов ниже нуля»;

Li estas absoluta nulo por mi «Он абсолютный ноль для меня»;

La telefonnumero de la informservo estas nul-nul-ok «Телефон справочной службы ноль-ноль-восемь».

Однако в силу специфики данного понятия, а также вследствие совпадения форм числительного и существительного для него в национальных языках многие эсперантисты во всех случаях употребляют форму nulo.

Порядковые числительные (ordaj, vicmontraj numeraloj) образуются путём прибавления окончания -a (а у количественных числительных, имеющих только форму существительного, — путём замены этим окончанием окончания -o) к простому или сложному количественному числительному или к последнему слову составного количественного числительного: nula «нулевой», unua «первый», dua «второй», tria «третий»… deka «десятый», dudeka «двадцатый», trideka «тридцатый»… centa «сотый», ducenta «двухсотый», tricenta «трёхсотый»… mila «тысячный», miliona «миллионный», miliarda «миллиардный».

Форма на -a, как и все прилагательные, может принимать окончания множественного числа -j и винительного падежа -n.

Путём прибавления к количественному числительному окончания -e образуются соответствующие наречия, которые в эсперанто нередко трактуются как наречные числительные (adverbaj numeraloj): unue «во-первых», due «во-вторых», trie «в третьих» и т. д.

Дробные числительные образуются при помощи суффикса -on-: duono «половина, одна вторая», triono «треть, одна третья», dekono «одна десятая», centono «одна сотая» и т. д.; du trionoj «две третьих», kvin seponoj «пять седьмых» и т. д.; duona «половинный», duone «наполовину, вполовину, пополам».

Кратные числительные образуются при помощи суффикса -obl-: duobla «двойной, двукратный», triobla «тройной, троекратный», centobla «стократный» и т. д.; duoble «вдвойне, вдвое», centoble «стократно, в сто раз» и т. д.; duoblo «двойное количество, двойное число».

Собирательные числительные образуются при помощи суффикса -op-: duopo «пара», triopo «трое», kvaropo «четверо» и т. д.; duopa «парный», triopa «в котором участвуют трое, состоящий из трёх единиц», kvaropa «состоящий из четырёх единиц» и т. д.; duope «вдвоём», triope «втроём», kvarope «вчетвером» и т. д.

Правописание числительных подчиняется следующим правилам.

1. Составные количественные числительные (имеющие два или более ненулевых разрядов, т. е. единиц, десятков, сотен и т. д.) пишутся раздельно:

dek unu (11 = 10+1),

dek du (12 = 10+2),

cent dek tri (113 = 100+10+3),

mil naŭcent sesdek sep (1967 = 1000+900+60+7).

2. Сложные количественные числительные — десятки и сотни (представляющие собой наименование произведения числа 10 или 100 и одноразрядного множителя) — пишутся слитно:

dudek (20 = 2 × 10),

tridek (30 = 3 × 10),

ducent (200 = 2 × 100),

okcent (800 = 8 × 100).

3. Кратные тысяче, миллиону, миллиарду и т. д. пишутся раздельно:

du mil «две тысячи»,

tri milionoj «три миллиона»,

kvar miliardoj «четыре миллиарда».

Такой способ написания принят для того, чтобы в числительных типа sep milionoj kvarcent kvindek du mil sescent tridek ok показать, что количество тысяч обозначается не только числительным du, но всем стоящим перед словом mil числительным kvarcent kvindek du.

4. Относительно написания порядковых числительных существуют разночтения. В PAG и ряде других источников рекомендуется следующая система: порядковые числительные, заканчивающиеся единицами, которым предшествует только одно слово-числительное, пишутся через дефис:

dek-unua «одиннадцатый»,

dudek-tria «двадцать третий»,

sescent-kvina «шестьсот пятый»,

mil-unua nokto «тысяча первая ночь»;

если же порядковое числительное состоит из нескольких слов, все составные части пишутся раздельно:

la tricent kvindek sesa tago «триста пятьдесят шестой день»,

la jaro mil okcent okdek sepa «тысяча восемьсот восемьдесят седьмой год».

Однако многие эсперантисты в целях унификации все порядковые числительные пишут либо раздельно (такой вариант рекомендует, например, PMEG): dek unua, mil naŭcent kvindek kvara, либо через дефис: dek-unua, mil-naŭcent-kvindek-kvara.

Встречается и слитное написание порядковых числительных, заканчивающихся единицами и предваряемых только одним словом — числительным: dekunua, kvardeksesa, milunua. Однако этот вариант представляется нам наименее удачным. У самого Л. Заменгофа встречаются все варианты написания порядковых числительных.

Чтение математических выражений

0,2 nul(o) komo du;

3,08 tri komo nul(o) ok;

3 + 4 = 7 tri plus kvas faras (или estas) sep;

10 – 6 = 4 dek minus ses faras (или estas) kvar;

2 × 6 = 12 duoble ses faras (или estas) dek du; du (multiplikite) per ses faras (или estas) dek du;

61 : 4 = 15 (1) sesdek unu dividite per kvar faras (или estas) dek kvin, restas unu;

4 : 2 = 2 duone kvar faras (или estas) du; kvar dividite per du faras (или estas) du;

3/7 tri sur (или super) sep; tri seponoj;

153 dek kvin en la tria potenco;

24 = 16 la kvara potenco de du estas dek ses; du levite al la kvara potenco faras (или estas) dek ses;

4√625 = 5 la kvarapotenca radiko de sescent dudek kvin estas kvin;

2 : 4 = 1 : 2 du rilatas al kvar kiel unu al du.

Глагол

Неправильных глаголов, столь характерных для национальных языков, в эсперанто нет. Все глаголы (verboj) в неопределённой форме (infinitivo) имеют окончание -i. Изменяются глаголы только по временам и наклонениям — с помощью окончаний (см. табл. 2). Поскольку, в отличие от русского языка, глаголы в эсперанто не имеют личных окончаний, лицо и число глагольной формы определяется именем существительным или личным местоимением, которые никогда не опускаются (кроме случаев безличных предложений)[22]. Таким образом, если по-русски достаточно сказать «пишу», то на эсперанто в этом случае с глаголом необходимо употребить личное местоимение: mi skribas.

В эсперанто различают простые и сложные времена. Простые времена образуются без помощи вспомогательного глагола; таких времён три: настоящее (prezenco, estanteco, as-tempo), прошедшее (preterito, estinteco, is-tempo), будущее (futuro, estonteco, os-tempo). О сложных временах см. далее. Глаголы употребляются в трёх наклонениях: изъявительном (indikativo, is-as-os-modo), условном (kondicionalo, us-modo), повелительном (volitivo, u-modo). Окончания изъявительного наклонения: для настоящего времени -as, для прошедшего -is, для будущего -os. Окончание условного наклонения — -us, повелительного — -u.

Модели образования будущего времени двумя глаголами (по типу русского «буду делать») в эсперанто являются ошибочными.

Volitivo имеет больший спектр применения, чем повелительное наклонение в русском языке, и правильнее было бы называть его побудительным наклонением, так как оно используется для выражения не только прямого приказа (собственно повелительное наклонение, императив = imperativo), но также побуждения, просьбы, пожелания, долженствования и цели. Это наклонение может употребляться во всех лицах ед. и мн. числа (при прямом приказе, т. е. при непосредственном обращении ко второму лицу ед. и мн. числа, местоимение vi перед глаголом не употребляется без особой надобности). Перевод осуществляется русским повелительным наклонением или иными способами:

Skribu! «Пиши(те)!»;

Iru al mi! «Иди(те) ко мне!»;

Ni iru hejmen! «Идём(те) домой!», «Пойдём(те) домой!», «Давай(те) пойдём домой!»;

Ni laboru! «Давай(те) работать!», «Давай(те) поработаем!»;

Ili laboru! «Пусть они работают!», «Пускай они работают!»;

Estu lumo! «Да будет свет!», «Пусть будет свет!»;

Ĉu mi legu? «Я должен читать?», «Мне (надо) читать?»;

Ni estu pretaj «Мы должны быть готовы(ми)», «Нам надо быть готовыми», «Будем готовы(ми)».

В частности, volitivo употребляется в придаточных предложениях, вводимых союзами ke «чтоб(ы), что» и por ke «(для того,) чтоб(ы)» и выражающих приказ, побуждение, просьбу, пожелание, долженствование или цель (см. раздел «Синтаксис»).

Обычно volitivo используется в эсперанто вместо употребляемой в русском языке неопределённой формы глагола с выражением приказания: Silentu! «Молчать!»; Ĉiuj laboru! «Всем работать!». Но если приказание носит общий, неиндивидуализированный характер, нередко употребляется и неопределённая форма, особенно в объявлениях: Ne brui! «Не шуметь!»; Ne elklini sin! «Не высовываться!» (некоторые последователи строгой грамматической логики выступают против такой расширенной трактовки инфинитива, но его употребление в подобных оборотах вошло в литературную норму).

При действительном залоге (aktivo, aktiva voco) основным предметом сообщения (подлежащим в предложении) является семантический субъект, то есть одушевлённый или неодушевлённый предмет, совершающий активное действие. Это действие может распространяться на другой предмет — семантический объект. Если связь глагола с обозначающим такой предмет словом выражается постановкой этого слова в винительный падеж без предлога, и таким образом это слово отвечает на вопросы kion? «что?» или kiun? «кого?», то оно называется прямым дополнением к глаголу; глаголы с таким управлением называются переходными (transitivaj verboj). Глаголы, распространяющие действие только на косвенный объект и, следовательно, не могущие иметь прямого дополнения (т. е. не управляющие обозначающим объект словом с помощью винительного падежа без предлога), называются непереходными (netransitivaj verboj). В действительном залоге могут стоять как переходные глаголы: Neĝo kovris la teron «Снег покрыл землю», так и непереходные: Mi ridas «Я смеюсь». Глаголы с суффиксами -ig- и -iz- всегда переходные, а глаголы с суффиксом -iĝ- всегда непереходные. Подробнее об этом см. статью -iĝ- в нашем словаре и примечание к данной статье. Переходность глаголов в разных языках может не совпадать (в эсперанто переходных глаголов больше, чем в русском). Подробнее об этом см. статью -n в нашем словаре и примечания к данной статье; о дополнении см. раздел «Синтаксис».

При страдательном залоге (pasivo, pasiva voco) основным предметом сообщения (подлежащим в предложении) является семантический объект, т. е. пассивный одушевлённый или неодушевлённый предмет, испытывающий действие со стороны кого-л. или чего-л. — семантического субъекта. Это действие выражается страдательными причастиями (о причастиях см. ниже). Вместе с ними в образовании страдательного залога принимает участие вспомогательный глагол esti. Если в предложении со страдательным залогом упоминается активный деятель, это делается с помощью косвенного дополнения; в эсперанто такое дополнение строится с помощью предлога de и формы именительного (общего) падежа. В страдательном залоге могут стоять только переходные глаголы: La tero estas kovrita de neĝo «Земля покрыта снегом».

От системы залогов в русском языке таковая в эсперанто отличается тем, что в ней выделяют также средний залог, медиалис (medialo, mediala voco). Он образуется только от переходных глаголов с помощью суффикса -iĝ- (глаголы при этом становятся непереходными) и являет собой промежуточную форму между действительным и страдательным залогом. В отличие от страдательного залога, при среднем залоге предмет, о котором идёт речь, чисто логически, формально является субъектом действия, т. е. действует как бы сам. В отличие же от возвратного действительного залога, образуемого сочетанием глагола с возвратным местоимением (личным местоимением в винительном падеже) и обозначающего активное действие, в среднем залоге предмет не является активным деятелем, даже будучи одушевлённым. Например, во фразе La tero kovriĝis per neĝo «Земля покрылась снегом» ясно, что земля, хоть и является формальным субъектом, сама себя ничем не покрывает. (Не является тут активным деятелем и снег; он представляет собой орудие действия, поэтому указывающее на это орудие косвенное дополнение строится с предлогом per.) Ср. фразы:

Li ĵetis sin sur la plankon «Он бросился на пол» (сознательно);

Li ĵetiĝis malantaŭen «Он отпрянул» (невольно);

La knabo rulas sin sur la tapiŝo «Мальчик катается по ковру»;

La stono ruliĝas sur la tero «Камень катится по земле»;

La karavano turnis sin al la sudo «Караван повернул (или развернулся) на юг»;

Tero turniĝas ĉirkaŭ sia akso «Земля вращается (или вертится) вокруг своей оси».

Однако в ряде случаев смысловая разница между глаголами с возвратным местоимением и глаголами с -iĝ- (т. е. между действительным и средним залогом) настолько мала, что последние могут употребляться вместо первых. Например: mi troviĝas en la ĉambro «я нахожусь в комнате» (= mi trovas min en la ĉambro), li volviĝis en sian mantelon «он закутался в свой плащ» (= li volvis sin en sian mantelon).

Иногда (довольно редко) встречается и обратное явление, когда вместо среднего залога употребляется действительный: Tero turnas sin ĉirkaŭ sia akso «Земля вращается вокруг своей оси». Такая замена представляется нам неудачной и допустимой разве что в поэзии или для персонификации неодушевлённого предмета, например в сказках. Но если предмет действует как бы разумно, проявляет признаки самостоятельности (например, если речь идёт об управляемом человеком транспортном средстве, работающем по алгоритму автомате, компьютерной программе и т. п.), употребление возвратного действительного залога вполне оправданно: la roboto malŝaltis sin «робот отключился, выключился», la aŭto turnis sin dekstren «автомобиль повернул направо»; тем более оно оправданно, если действие неодушевлённого объекта направлено на себя: sen nia helpo Esperanto ne povas defendi sin «без нашей помощи эсперанто не может защищаться», la merkato mem sin reguligas «рынок сам себя регулирует».

Различие между эсперантскими возвратными глаголами, всегда стоящими в действительном залоге, и глаголами в медиалисе очень важно учитывать при переводе русских возвратных глаголов. Например, фразу «я бреюсь каждое утро» можно перевести только с помощью действительного залога: mi razas min ĉiumatene, фразу «картина рисуется художником» — только с помощью страдательного: la bildo estas pentrata de pentristo, а фразу «мы встретились случайно» — только с помощью среднего: ni renkontiĝis hazarde.

Относительно суффикса -iĝ- в этом плане необходимо помнить, что все глаголы в среднем залоге имеют этот суффикс, но не все глаголы с этим суффиксом стоят в среднем залоге:

La infano troviĝis «Ребёнок нашёлся» (средний залог);

La infano sidiĝis «Ребёнок сел» (действительный залог).

Насчёт категории вида эсперантского глагола существуют разные мнения. PAG полностью уравнивает вид глагола и способ действия, выражаемый формальными средствами: приставками, суффиксами, словообразованием, сложными временами (см. ниже); некоторые источники под видом подразумевают принадлежность глагола к одной из четырёх групп (см. ниже). Некоторые же источники полагают категорию вида глагола вообще отсутствующей в эсперанто, и часто приходится читать, что по виду глаголы в этом языке не различаются. Каждое из этих утверждений верно в рамках своей теоретической школы. С практической точки зрения нам важно только то, что в эсперанто не существует характерного для русского языка противопоставления друг другу совершенного и несовершенного видов, поэтому для перевода эсперантских глаголов вид соответствующих русских глаголов обычно определяется по контексту. Таким образом skribi может переводиться и как «писать», и как «написать», legi — и как «читать», и как «прочитать, прочесть». Однако некоторые соответствия двум видам русского глагола есть и в эсперанто. Так, глаголам с суффиксом -ad- всегда соответствуют русские глаголы несовершенного вида: vizitadi «посещать», iradi «ходить», legadi «(долго) читать, почитывать». Приставочным глаголам без суффикса -ad- чаще всего соответствуют русские глаголы совершенного вида. Например, глагол elskribi обычно переводится как «выписать» (хотя может переводиться и как «выписывать»), глагол tralegi — обычно как «прочитать, прочесть» (хотя может и как «прочитывать»).

Согласно PAG в эсперанто можно выделить как минимум пять видов глагола:

1. Начинательный вид (inkoativo, komenca aspekto). Обозначает начало действия, состояния. Наиболее характерный способ его выражения — с помощью приставки ek-: eksoni «зазвучать», ekvidi «увидеть», ektimi «испугаться, напугаться». У непереходных глаголов данное видовое значение может передаваться также суффиксом -iĝ-. Но в отличие от префикса ek- этот суффикс акцентирует не начало действия, а переход в обусловленное этим действием состояние. Поэтому глагол eksidi обычно переводится как «(при)сесть» (начать сидеть = komenci sidi), а глагол sidiĝi — как «сесть, усесться, садиться, усаживаться» (стать, становиться сидящим; перейти, переходить в сидячее положение; = iĝi sidanta). Начинательное видовое значение выражается суффиксом -iĝ- только при его присоединении к непереходным глаголам. Если же -iĝ- присоединяется к переходным глаголам (которые, как уже было сказано, становятся при этом непереходными), оно выражает уже не вид глагола, а его залог (а именно, медиалис). Поэтому ruliĝi «катиться» не равнозначно ekruli «покатить». И если -iĝ- обозначает средний залог, то способность обозначать видовое значение он теряет полностью. Таким образом наряду с ruliĝi «катиться, кататься» можно сказать ekruliĝi «покатиться». В употреблении приставки ek- и суффикса -iĝ- с несколькими переходными глаголами (decidi, komuniki, koni, scii) существует ряд особенностей, обусловленных традицией словоупотребления. Например, у глагола scii «знать» суффикс -iĝ- придаёт всё же начинательную видовую окраску (sciiĝi — «(раз)узнать, (раз)узнавать»); у глагола koni «быть знакомым с, иметь знакомство с, знать» собственно медиалис выражается через -iĝ- (koniĝi — «узнаться, узнаваться»), собственно начинательный вид через ek- (ekkoni — «узнать, узнавать»), в смысле же «завязать знакомство, завязывать знакомство» употребляется форма konatiĝi, образованная от основы причастия. Подробнее см. PAG, § 104—105.

2. Моментный или моментальный вид (momentaneo, momenta aspekto). Выражается приставкой ek-, однако в настоящее время гораздо чаще обозначается контекстом, чем какими-то морфологическими средствами. Например, во фразе ekbrilis fulmoj «сверкнули, блеснули молнии» моментальность действия в большей степени поясняется смыслом слова fulmoj, чем приставкой ek-. А во фразе ekbrilis la suno приставка ek- обозначает не моментный вид, а только начинательный (солнце не «блеснуло», а «заблестело», т. е. «начало блестеть»).

3. Продолжительный или длительный вид (durativo, daŭra aspekto). Обозначает как непрерывное длительное действие, так и действие, состоящее из множества однократных элементов: iradi «ходить», vizitadi «посещать, захаживать», skribadi «(долго) писать, пописывать». Основной способ выражения — суффикс -ad-. Вспомогательным (не основным) способом выражения этого вида можно считать несовершенные сложные времена: estis finiĝanta la tago «заканчивался день». Чтобы подчеркнуть, что длительное действие состоит из отдельных элементов, длительный вид можно комбинировать с начальным (ofte ekmemoradi «часто вспоминать»), но только не с глаголами однократного действия, которые и так содержат в себе идею однократности (сочетание «часто терять» следует переводить как ofte perdadi, а не ofte ekperdadi). В начальный период под влиянием славянских языков длительный вид использовался гораздо чаще. Сейчас чаще полагаются на контекст (наречия ofte, plurfoje, ĉiam, multe и т. п. или сочетания de tago al tago, iom post iom, pli kaj pli и т. п. сами по себе задают длительный вид).

4. Повторительный вид (iterativo, ripeta aspekto). Показывает, что действие совершено ещё раз. Выражается приставкой re-: reskribi «переписать, переписывать», renaskiĝi «возродиться, возрождаться». Если нужно выразить многократное повторение, то употребляется наречие (ofte refari «часто переделывать», ĉiam refari «всегда переделывать», plurfoje refari «неоднократно переделывать» и т. п.) или повторяется префикс re- (re- kaj refari «снова и снова переделывать»).

5. Совершенный вид (perfektivo, fina aspekto). Передаёт идею доведения действия до конца и в этом смысле далеко не всегда совпадает с совершенным видом русских глаголов; для отличия от последнего будем называть его окончательным видом или перфективом. Отдельных средств выражения этого видового значения нет. Характерным способом образования перфектива является употребление приставки el-: elporti «вынести, выносить», ellerni «выучить, изучить, выучивать». Однако основное значение префикса el- часто делает этот способ невозможным. Например, глаголы elskribi «выписать, выписывать», elmeti «выставить, выставлять», eldoni «издать, издавать» вовсе не являются перфективом глаголов skribi, meti, doni. Для образования этого видового значения используется и приставка tra-: tralegi «прочитать, прочесть, прочитывать», tralabori «проработать, прорабатывать», trafrostiĝi «промёрзнуть насквозь, промерзать насквозь». Однако поскольку эта приставка имеет значение «от одного края до другого», она обозначает не любой окончательный вид, а лишь тот, при котором действие касается чего-либо на всём его протяжении; при этом то, что подвергается такому действию, должно существовать независимо от него. Таким образом, можно сказать traskribi folion «исписать лист», но нельзя сказать traskribi leteron в смысле «написать письмо». И вследствие того, что tra- привносит определённый сторонний смысл, эта приставка также не может считаться общим средством выражения перфектива. В определённых случаях он может выражаться словосложением, точнее, префиксальным употреблением корней fin-, sat-, а иногда (очень редко) tut-: finkanti «допеть (до конца), допевать (до конца)», finskribi «дописать (до конца), дописывать (до конца), написать», finvenki («окончательно победить, окончательно побеждать»; satmanĝi «наесться досыта, вдоволь, до отвала; наедаться досыта, вдоволь, до отвала», sattrinki «напиться вдоволь, напиваться вдоволь», satludi «наиграться вдоволь, всласть». Поскольку значение корня-префикса sat- довольно узкое (субъективная насыщенность/пресыщенность), его применение ограничено. Например, нельзя сказать satkonstrui domon в смысле «достроить дом (до конца)». Перфектив может выражаться с помощью сложных перфектных времён (mi estas leginta «я прочитал, я прочёл»), но только в исключительных случаях, поскольку эти формы выражают лишь завершённость действия по отношению к какой-либо временной точке, тогда как перфектив служит для выражения законченности действия самого по себе, без соотношения с другими действиями или моментами времени. Наконец, в некоторых случаях специальное выражение окончательного вида не является необходимым, поскольку существует группа глаголов результата без длительности, которые сами по себе выражают идею завершённости (см. ниже).

PAG также вскользь упоминает о прекратительном виде (ĉesa aspekto), близком к перфективу, но имеющем место, когда действие прекращается вне зависимости от того, выполнено оно до конца или нет. Это видовое значение выражается глаголом ĉesi: ĉesi soni «перестать звучать», ĉesi skribi «перестать писать».

С точки зрения русского языка вышеописанные видовые значения являются способами действия, имеющими лишь сходство с видами глагола. Другим отдалённым подобием видовых различий является деление всех эсперантских глаголов на следующие четыре группы: verboj de rezulto sen daŭro — результативные (например, krevigi «расколоть, заставить лопнуть», aresti «арестовать»), verboj de daŭro sen rezulto — продолжительные, длительные, нерезультативные (например, koni «знать, быть знакомым», havi «иметь»), verboj de daŭro kaj rezulto — продолжительно-результативные (например, konstrui «строить», skribi «писать»). Кроме этих групп, существуют также hibridaj verboj — смешанные глаголы, в зависимости от контекста могущие быть или результативными, или продолжительными. Так, глагол okupi может иметь как значение «занять, оккупировать», так и значение «занимать». Такого взгляда на глаголы придерживается большинство теоретиков эсперанто, в частности авторы PAG (см. § 110). Однако сторонники аналитической школы (Analiza Skolo) считают деление глаголов на вышеупомянутые группы надуманным и нелогичным; распространения эта точка зрения не получила. В зависимости от позиции по данному вопросу серьёзно меняется трактовка причастий, страдательного залога и сложных времён, но рассмотрение подобных деталей выходит за рамки данного материала.

Причастие (participo), подобно глаголу, имеет время, но, подобно прилагательному, отвечает на вопрос «какой?». Как и в русском языке, причастия в эсперанто могут быть действительными, т. е. активными (aktivaj participoj), и страдательными, т. е. пассивными (pasivaj participoj). Глагольную природу причастий выражают суффиксы -ant- (настоящее время), -int- (прошедшее время), -ont- (будущее время) для действительных причастий и суффиксы -at- (настоящее время), -it- (прошедшее время), -ot- (будущее время) для страдательных.

Легко заметить, что в суффиксах причастий присутствуют те же гласные a, i, o, что и в окончаниях соответствующих времён изъявительного наклонения глагола. Окончание у причастий, как и у прилагательных, -a:

vidanta

vidinta

vidonta

vidata

vidita

vidota

Как и русские, эсперантские причастия могут субстантивироваться, т. е. превращаться в существительные. В этом случае они принимают окончание существительных -o:

lernanto «учащийся, ученик», lerninto «бывший учащийся, бывший ученик», lernonto «будущий учащийся, будущий ученик», kredanto «верующий», loĝanto «житель», leganto «читатель», savinto «спаситель» (кто-либо спасший кого-либо), Savanto «Спаситель» (об Иисусе Христе), Savonto «Грядущий Спаситель, Мессия» (в некоторых религиях), Esperanto «эсперанто» (дословно «Надеющийся»).

Деепричастие (gerundio) тоже может стоять в настоящем, прошедшем и будущем времени и тоже может быть действительным и страдательным. Поэтому деепричастия образуются с помощью тех же суффиксов, что и причастия. Но, поскольку они отвечают на вопросы «как?», «каким образом?», они имеют окончание наречия -e:

vidante

vidinte

vidonte

vidate

vidite

vidote

Как и в русском языке, где только переходные глаголы имеют страдательный залог, в эсперанто формы с суффиксами -at, -it-, -ot- свойственны лишь переходным глаголам. Однако подобно тому, как некоторые непереходные глаголы в эсперанто могут при определённых условиях как бы иметь прямое дополнение (а именно когда глагол и это дополнение образованы от одного корня или тесно связаны по смыслу; см. прим. 6 к статье -n в данном словаре), они при тех же условиях могут иметь страдательные причастные и деепричастные формы: irata vojo «дорога, по которой идут». Формы с суффиксами действительного залога -ant-, -int-, -ont- можно образовывать от всех глаголов.

Для более точного определения моментов действия и их последовательности в эсперанто могут применяться сложные временные формы глаголов, состоящие из вспомогательного глагола esti «быть» и действительного или страдательного причастия смыслового глагола (см. табл. 3, а также статьи imperfekta, perfekta 2, predikta в данном словаре). При помощи вспомогательного глагола уточняется момент, по отношению к которому действие смыслового глагола является прошедшим, настоящим или будущим:

Mi venis kiam li estis skribanta sian artikolon «Я пришёл, когда он писал свою статью» (ещё писал);

Mi venis kiam li estis skribinta sian artikolon «Я пришёл, когда он написал свою статью» (уже написал);

Mi venis kiam li estis skribonta sian artikolon «Я пришёл, когда он собирался писать свою статью».

Сложные временные формы глаголов используются для уточнения момента действия чаще на письме, в разговорной же речи обычно употребляются простые времена, а в качестве уточнителей момента действия используются наречия, такие как ĵus «только что», ankoraŭ «ещё», jam «уже».

Табл. 2. Простые времена, причастие, деепричастие

Глагол

Действительное причастие и деепричастие

Страдательное причастие и деепричастие

Инфинитив

-i

Прошедшее время

-is

-int-

-it-

Настоящее время

-as

-ant-

-at-

Будущее время

-os

-ont-

-ot-

Условное наклонение

-us

Повелительное наклонение

-u

Теоретически возможные условные причастия типа legunta «который прочёл бы» и leguta «который был бы прочитан» в норму языка не вошли, но тем не менее иногда встречаются в качестве окказионализмов.

Табл. 3. Сложные времена

Время

Действительный залог

Страдательный залог

прошедшее

mi estis

leginta я прочитал

anta я читал

onta я собирался читать

la libro estis

legita книга была прочитана

ata книга читалась

ota книга была намечена к прочтению

настоящее

mi estas

leginta я прочитал

anta я читаю

onta я собираюсь читать

la libro estas

legita книга прочитана

ata книга читается

ota книга намечена к чтению

будущее

mi estos

leginta я прочту

anta я буду читать

onta я буду собираться читать

la libro estos

legita книга будет прочитана

ata книга будет читаться

ota книга будет намечена к прочтению

[[#1]] В пословицах, поговорках и устойчивых выражениях в исключительных случаях существительное или личное местоимение всё же может опускаться ради рифмы или особой экспрессивности: Fianĉiĝis, por ĉiam ligiĝis «Женился — навек воли лишился»; Atendis, atendis, ĝis lin ĉerko etendis «Ждал, ждал, пока в гроб не попал»; Venis, vidis, venkis «Пришёл, увидел, победил». Такое допускается и в разговорной речи при очень быстром её темпе или для придания ей экспрессивности, если при этом не возникает многозначности: Ĉu li jam venis? — Venis, venis «Он уже пришёл? — Пришёл, пришёл».

Артикль

Употребление артикля в эсперанто часто вызывает затруднения, так как в русском языке этой служебной части речи нет. Во многих языках есть два артикля: определённый и неопределённый (различают ещё и «нулевой» артикль). В эсперанто неопределённый артикль (nedifina artikolo) отсутствует, поэтому существительные сами по себе являются неопределёнными: studento «студент» (какой-то, некий), libro «книга» (какая-то, некая); mi estas studento «я студент», jen estas libro «вот книга». При необходимости неопределённость может быть усилена словом iu (если подчёркивается выбор объекта[22] из множества подобных) или словом ia (если подчёркивается принадлежность объекта к какому-то множеству): venis iu studento «пришёл какой-то студент» (кто-то из студентов); venis ia studento «пришёл какой-то студент» (некий человек, являющийся студентом или назвавшийся им); mi legis tion en iu libro «я прочёл это в какой-то книге» (в какой-то из книг); sur la tablo kuŝas ia libro «на столе лежит какая-то книга» (некий предмет, являющийся книгой или похожий на неё).

Под влиянием национальных языков некоторые эсперантисты употребляют в качестве неопределённого артикля числительное unu «один». По сути дела, тут unu выступает в роли полуопределённого артикля, показывающего, что предмет известен говорящему, но не известен слушателю: tion diris al mi unu homo «это сказал мне один человек». Подобные фразы можно найти даже у Л. Заменгофа. Однако некоторые теоретики эсперанто (в том числе авторы NPIV) считают такое словоупотребление нежелательным архаизмом, могущим привести к искажению смысла. Так, в вышеприведённой фразе употребление unu можно трактовать как желание подчеркнуть, что это сказал мне только один человек, а не несколько. Некоторые же эсперантисты, например автор PMEG, считают такое словоупотребление допустимым и иногда даже полезным. Употреблённое как полуопределённый артикль русское числительное «один» в зависимости от ситуации может переводиться неопределённым местоимением iu или прилагательным certa либо вообще не переводиться.

Единственный артикль в эсперанто — определённый артикль (difina artikolo) la. В отличие от артиклей во многих других языках, он не изменяется ни по родам, ни по числам, ни по падежам. Его постановка в целом означает, что речь идёт о знакомых для всех участвующих в данном общении вещи или понятии. Часто в учебниках эсперанто пишут, что употребление артикля в нём аналогично таковому в европейских языках. Это объясняется тем, что Л. Заменгоф не дал подробных рекомендаций на этот счёт и ограничился лишь ссылкой на основные европейские языки, даже не уточнив полный их список. Однако впоследствии в эсперанто выработались правила употребления артикля, не во всём совпадающие с подобными правилами в других имеющих артикли языках. Например, во французском языке определённый артикль может употребляться перед взятыми в общем смысле названиями веществ и материалов (le fer est un metal «железо — металл»), в итальянском он обычно ставится перед притяжательными местоимениями, в английском — перед названиями рек, а в немецком — перед названиями месяцев. И во всех этих языках определённый артикль может ставиться перед названиями стран, но определяющие такое употребление артикля правила сильно различаются. В эсперанто в перечисленных случаях la обычно не употребляется; имеются и другие отличия. А в некоторых языках определённый артикль может употребляться даже перед формой инфинитива (если она выступает в качестве отглагольного существительного), что в эсперанто невозможно в принципе. Поэтому целесообразно привести наиболее общие и характерные случаи употребления и неупотребления определённого артикля в этом языке.

I. Определённый артикль употребляется в следующих случаях.

1. Когда надо выделить какой-то объект из всех остальных объектов данного вида:

En la ĝardeno sub mia fenestro kreskas floroj «В саду (в определённом, моём или нашем саду) под моим окном растут цветы»;

La akvo jam bolas «Вода (определённая вода, в чайнике на плите) уже кипит».

2. Когда объект выделяется из ряда подобных прилагательным, т. е. при выраженном или подразумеваемом сравнении по качественному признаку:

Mi loĝas en la malnova parto de Peterburgo «Я живу в старой части Петербурга (а не в новой)»;

La ruĝa vino pli plaĉas al mi «Красное вино больше нравится мне (чем белое или вообще другие напитки)».

Причём если из контекста или ситуации ясно, о каком виде объектов идёт речь, обозначающее выделяемый объект существительное иногда может опускаться:

La ruĝa pli plaĉas al mi.

Заметьте, что во фразе malvarma kafo pli plaĉas al mi «холодный кофе больше нравится мне (чем горячий)» перед сочетанием malvarma kafo артикль не употребляется, поскольку тут прилагательное не выделяет из ряда других определённый сорт кофе или определённое количество этого напитка с таким качеством, а лишь характеризует его состояние, т. е. как бы только часть данного понятия.

Malvarma kafo pli plaĉas al mi ol la varma «Холодный кофе нравится мне больше, чем горячий». (Тут артикль перед прилагательным varma заменяет существительное kafo, опущенное во избежание его повторения; см. п. 12.)

3. Когда объект выделяется из ряда подобных порядковым числительным (этот случай близок к пункту 2):

Legu la trian frazon «Прочти(те) третью фразу»;

Mi estis tie la unuan fojon «Я был там в первый раз».

В частности, артикль обязателен при обозначении дат и часов (при этом существительное может только подразумеваться):

Hodiaŭ estas la unua (tago) de majo «Сегодня первое мая»;

Venu je la sepa (horo) «Приходи(те) в семь (часов)».

4. Когда разговор идёт об объекте, уже известном собеседникам из прошлого опыта или считающемся таковым:

La itala lingvo estas bela «Итальянский язык (тот язык, на котором говорят в Италии) красив».

В частности, артикль употребляется, если объект уже упоминался в тексте или разговоре:

Mi legas libron. La libro estas interesa «Я читаю книгу. Книга (та, которую я читаю) интересная».

При этом уже знакомый объект не обязательно должен называться тем же словом:

En mia ĝardeno kreskas rozoj kaj tulipoj. La florojn plantis mi mem «В моём саду растут розы и тюльпаны. (Эти) цветы посадил я сам». (Легко догадаться, что слово «цветы» во втором предложении относится к розам и тюльпанам.)

Аналогично артикль используется, если речь идёт об известном или уже упомянутом действии:

Mi aŭdas iun kanti. La kantado estas admirinda «Я слышу, как кто-то поёт. (Это) пение восхитительно».

Таким образом, мы видим, что в данном случае артикль может быть заменён определительными (указательными) словами «(э)тот», «(э)та», «(э)то», «эти», «те».

Если объект является таковым и в синтаксическом смысле (если обозначающее его слово как член предложения представляет собой прямое дополнение), на его известность и определённость иногда указывает сама структура предложения, а именно наличие относящейся к этому прямому дополнению именной части составного сказуемого, которая в этом случае считается в эсперанто особым видом предикативного члена — objekta predikativo. Ср.:

Mi trovis la libron interesa «Я нашёл (эту) книгу интересной»;

Li pentris la knabinon sidanta «Он нарисовал (эту) девочку сидящей»[23].

Но:

Mi trovis interesan libron «Я нашёл интересную книгу (какую-то)»;

Li pentris sidantan knabinon «Он нарисовал сидящую девочку (какую-то)».

(В последних двух предложениях слова interesa и sidanta являются не именной частью сказуемого, а согласованным определением к прямому дополнению, вследствие чего они и стоят в винительном падеже наряду со словами libro и knabino. Конечно, артикль может появиться и в этих фразах, если речь идёт об уже известных объектах. Например: Lia fratino sidis sur divano kaj legis. Li pentris la sidantan knabinon «Его сестра сидела на диване и читала. Он нарисовал (эту) сидящую девочку».)
Однако относящийся к прямому дополнению предикативный член не обязательно указывает на определённость выражаемого этим дополнением объекта. Например: Se mi opinias libron interesa, mi rekomendas ĝin al miaj amikoj «Если я считаю книгу (какую-либо) интересной, я рекомендую её своим друзьям».

5. Когда объект находится в поле зрения и на него можно указать:

Donu la glason «Дай(те) (вот этот, вон тот) стакан».

Аналогично артикль употребляется, если речь идёт о действии, совершаемом в данный момент или только что законченном:

Ĉu vi aŭdis la krion? «Вы слышали (этот, только что прозвучавший) крик?».

В этом случае артикль тоже можно заменить указательным словом.

6. Когда объект упоминается впервые, но определяется (полностью идентифицируется) непосредственно, например с помощью придаточного предложения:

Li rigardis la fotojn, kiujn mi donis al li «Он смотрел (те самые) фотографии, которые я дал ему».

В этом случае, как и в двух предыдущих, артикль можно заменить указательным словом. Не следует путать это со случаем, когда объект не определяется, а только дополнительно описывается:

Sur muro pendis fotoj, kiuj ŝajnis tre malnovaj «На стене висели фотографии, которые казались очень старыми».

Непосредственное определение может осуществляться и с помощью предложной конструкции; характерным случаем является указание с помощью предлога de (родительного падежа) на принадлежность данного объекта кому-либо или чему-либо:

Donu al mi la libron de Petro «Дай(те) мне книгу Петра». (В данной ситуации сочетание de Petro выделяет объект как единственный из ряда других в плане принадлежности; даже будучи упомянутым впервые, объект сразу становится известным по этому критерию и, следовательно, определённым.)

Аналогично артикль употребляется перед существительными, выражающими непосредственно определяемые действия: la kantado de nia gastino «пение нашей гостьи», la alveno de printempo «приход весны». Однако и с помощью предложной конструкции объект может не определяться, а лишь дополнительно описываться:

Donu al mi libron de Petro «Дай(те) мне книгу Петра (какую-нибудь, любую, всё равно какую)». (В данной ситуации сочетание de Petro указывает на одинаковую принадлежность ряда подобных объектов, среди которых упоминаемый объект является не единственным, не уникальным, неизвестным и, следовательно, неопределённым; при необходимости неопределённость может быть подчёркнута словом iu, а неважность выбора — словом ajna или сочетанием iu ajn.)

Объект может считаться определённым, даже если он не упоминается ранее и не определяется, но входит в состав понятия, упомянутого или определённого ранее:

Mi aĉetis aŭton, sed la motoro ne funkcias «Я купил машину, но мотор (той самой машины) не работает».

7. Когда мы говорим об объекте в абстрактном смысле, подразумевая все объекты данного вида:

La homo havas du piedojn «У человека (некоего абстрактного человека, т. е. у всех людей как вида) две ноги»;

La kamparo pli plaĉas al mi ol la urbo «Деревня (деревня в широком смысле, деревня вообще) нравится мне больше, чем город (город в широком смысле, город вообще)».

Также и во множественном числе:

La birdoj havas flugilojn «Птицы (все птицы как вид) имеют крылья».

Под этот пункт подпадает случай употребления артикля перед существительным, обозначающим видовое понятие, при сопоставлении его с более общим, родовым (при этом существительное, обозначающее родовое понятие, употребляется без артикля, см. II, п. 13):

La haringo estas fiŝo «Сельдь — рыба».

Однако существительное, обозначающее видовое понятие, часто употребляется и без артикля. Тут подразумевается некий отдельно взятый, но обобщённый объект как представитель своего вида: haringo estas fiŝo (названия веществ и материалов как общевидовых понятий употребляются без артикля всегда, см. II, п. 19).

Постановка артикля в подобных фразах характерна для франкоязычных эсперантистов, а его избегание — для англоязычных. Наиболее часто такое колебание наблюдается в специальных текстах:

(La) rombo estas kvarangulo kun egalaj lateroj «Ромб это четырёхугольник с равными сторонами»;

(La) substantivo havas la finajon -o «Существительное имеет окончание -о».

Мы полагаем, что в обыденной речи целесообразно придерживаться французской модели, а в специальной — английской. Во всяком случае, артикль тут можно употреблять, если его можно заменить обобщающими словами «все», «всякий», «каждый».

8. Когда речь идёт обо всём количестве чего-либо. Это относится как к неисчисляемым объектам:

Mi fortrinkis la lakton «Я выпил молоко (всё молоко, которое имел)»,

так и к исчисляемым, т. е. ко всем элементам какого-либо множества (этот случай близок к пункту 7 для множественного числа):

Mi formanĝis la bombonojn «Я съел конфеты (все конфеты)».

Тут артикль соответствует словам «весь», «вся», «всё», «все».

В частности, la ставится, когда имеется в виду всё количество или все элементы единого целого:

Lia konduto ofendas la kolektivon «Его поведение оскорбляет коллектив (весь коллектив, всех его членов)»;

Ili forhakis la arbaron «Они вырубили лес (весь лес, все деревья в нём)».

В этом случае с существительным часто употребляется прилагательное tuta «весь, целый»: la tuta kolektivo «весь коллектив, целый коллектив», la tuta arbaro «весь лес, целый лес».

Anstataŭ planti kelkajn arbojn ili plantis tutan arbaron «Вместо того чтобы посадить несколько деревьев, они посадили целый лес». (Тут артикль не нужен, так как слово arbaro «лес» употреблено в переносном смысле и означает некое очень большое количество деревьев.)

Ср. также:

Mi fortrinkis la tutan lakton «Я выпил всё молоко»;

Mi trinkis tutan maron da lakto «Я выпил целое море молока». (В последнем предложении артикля нет, поскольку имеется в виду не всё составляющее конкретное море количество жидкости, а просто некое очень большое её количество; однако обратите внимание, что в использованной Заменгофом при переводе «Гамлета» фразе la tuta maro da mizeroj артикль указывает на то, что речь идёт обо всём этом море нужды, т. е. обо всём огромном количестве нужды в этом мире.)

9. Когда объект в данной ситуации только один:

La direktoro de la lernejo vizitis nian lecionon «Директор (в школе только один директор) школы посетил наш урок»;

La luno prilumis nian vojon «Луна (луна только одна) освещала наш путь».

10. Чтобы указать на принадлежность объекта:

Li metis la manon en la poŝon «Он положил руку (свою руку) в карман (свой карман)»;

Donu al mi la manon «Дай(те) мне руку (твою, вашу руку)».

Аналогично артикль употребляется для указания на совершение действия субъектом этого действия:

Li daŭrigis la kantadon «Он продолжил пение (своё)».

В этом случае артикль заменяет притяжательное местоимение.

11. Перед частицами plej и malplej, когда они относятся к прилагательному и выражают относительную превосходную степень, т. е. когда утверждается, что степень выраженности признака у данного объекта наибольшая или наименьшая по сравнению со всеми подобными объектами и что данный объект является уникальным, единственным в проявлении данного качества (здесь превосходная степень выделяет один объект из всех; этот случай является показательным):

Moskvo estas la plej granda urbo de Rusio «Москва — самый большой город России»;

Li estas la malplej serioza el miaj amikoj «Он — самый несерьёзный из моих друзей».

Однако иногда имеет место так называемая абсолютная превосходная степень, т. е. утверждается, что данное качество у объекта выражено в высочайшей степени, но, возможно, он не является лидером по сравнению с другими подобными объектами и не обладает уникальностью в этом плане (здесь превосходная степень характеризует группу объектов с данным качеством). В таком случае артикль не ставится:

Eĉ vulpo plej ruza fine estas kaptata «Даже самая хитрая лиса (не единственная самая хитрая из всех лис, а любая лиса, отличающаяся большой хитростью) в конце концов будет поймана»;

En tiu klaso studas plej bonaj lernantoj «В том классе учатся лучшие ученики (не вообще самые лучшие, а просто очень хорошие, старательные)».

В ранних текстах встречается постановка la перед превосходной степенью наречия:

Maria kantas la plej bele el ĉiuj «Мария поёт красивее всех».

Но сейчас такое употребление не допускается.

12. Чтобы дважды не повторять одно и то же существительное (во второй раз его можно заменить определённым артиклем):

Saĝa amiko estas pli bona ol la malsaĝa «Умный друг лучше глупого (друга)».

В этом случае артикль может ставиться даже перед притяжательным местоимением:

Jen estas mia libro, jen la via «Вот моя книга, вот ваша (книга)».

Также обычно (но не обязательно!) артикль ставится перед прилагательным или порядковым числительным, если оно употреблено самостоятельно, а описываемое им существительное подразумевается (употребление артикля в этом случае больше свойственно обычной речи, а неупотребление — сентенциям, пословицам, поговоркам, архаичному стилю и т. п.):

La nova estas la bone forgesita malnova «Новое — хорошо забытое старое»;

La unua ĉiam riskas «Первый всегда рискует».

13. Перед прилагательным, определяющим имя собственное (т. е. перед согласованным определением имени собственного):

la bela Parizo «прекрасный Париж»,

la facila Esperanto «лёгкий эсперанто»,

la maljuna Panov «старый Панов».

В частности, артикль употребляется, если с помощью прилагательного осуществляется выбор (реальный или кажущийся) между двумя и более объектами с одинаковыми названиями. В этом случае прилагательное как бы уточняет, какое из нескольких понятий мы выбираем:

al mi venis la pli aĝa Panov «Ко мне пришёл старший Панов»;

la bildo de Venero, de la surtera Venero «картина Венеры, земной Венеры». (Во второй раз уточняется, что речь идёт именно о земной Венере, а не о небесной, например.)

Заметьте, что во фразе tio estas ekzemplo de bona Esperanto «это пример хорошего эсперанто» артикль перед сочетанием bona Esperanto не ставится, поскольку оно обозначает не отдельный определённый язык, а лишь его стиль, некую разновидность, т. е. как бы только часть данного понятия; не идёт тут речь и о выборе между различными эсперанто.

Артикль ставится также перед вводящим имя собственное существительным (возможно, в сочетании с относящимися к этому существительному прилагательным или другим существительным с предлогом, т. е. с согласованным или несогласованным определением):

la urbo Peterburgo «город Петербург»,

la rivero Volgo «река Волга»,

la monato Marto «месяц март»,

la klubo «Espero» «клуб „Эсперо“»,

la facila lingvo Esperanto «лёгкий язык эсперанто»,

la diino de beleco Venero «богиня красоты Венера».

К описанным в этом пункте случаям в значительной степени близок случай употребления артикля перед стоящим после имени детерминирующим словом (прозвищем, псевдонимом и т. п.):

Karolo la Kvina «Карл Пятый»,

Ivano la Terura «Иван Грозный»,

Johano la Baptisto «Иоанн Креститель».

Если в подобном имени собственном детерминирующее слово представляет собой существительное, некоторые эсперантисты артикль всё же не употребляют: Johano Baptisto. Мы полагаем целесообразным ставить артикль и в этом случае, во-первых, для единообразия, а во-вторых, чтобы наверняка отличить действительное прозвище от фамилии (Baptisto может быть вторым именем или фамилией). Если же в качестве детерминирующего слова используется прилагательное, порядковое числительное или причастие, артикль однозначно обязателен.

В названиях судов, гостиниц и т. п., хотя стоящее перед именем собственным общеупотребительное существительное опускается, артикль обычно сохраняется:

Li ekloĝis en la Tri Cervoj «Он поселился в „Трёх оленях“ (в гостинице „Три оленя“)»;

Li veturis per la Miĥail Lermontov «Он плыл на „Михаиле Лермонтове“ (на теплоходе „Михаил Лермонтов“)».

Но если предшествующее существительное или прилагательное представляет собой название профессии, чин, звание или титул, а также уважительное звание (составляющее с именем собственным как бы единое целое), например sinjor(in)o, kamarad(in)o, fraŭlino, doktoro, profesoro, kolonelo, Sankta, Beata, артикль не ставится: ŝoforo Ivanov «шофёр Иванов», advokato Petrov «адвокат Петров», grafo Nulin «граф Нулин», barono Brambeus «барон Брамбеус», doktoro Zamenhof «доктор Заменгоф», sinjoro Lapenna «господин Лапенна», generalo Sebert «генерал Себер», Sankta Petro «Святой Пётр», Beata Augusteno «Блаженный Августин» (следует обратить внимание, что имя святого может обозначать церковь или праздник и в этом случае употребляться с артиклем: la Sankta Bartolomeo = la preĝejo de Sankta Bartolomeo; la Sankta Johano = la tago de Sankta Johano). Иногда встречающееся в подобных сочетаниях употребление артикля перед названиями титулов и профессий обусловлено влиянием французского языка и, на наш взгляд, является нежелательным. Однако если название профессии, титул или звание сопровождается эпитетом, артикль употребляется: la varsovia kuracisto Zamenhof «варшавский врач Заменгоф», la fama akademiano Pavlov «знаменитый академик Павлов», la nelacigebla sinjoro Lapenna «неутомимый господин Лапенна». (Не забывайте, что при употреблении названия профессии, титула или звания без имени собственного действуют общие правила, и артикль ставится, если это необходимо по смыслу: Nin vizitis profesoro de universitato. La profesoro prelegis pri Esperanto «Нас посетил профессор университета. Профессор (этот профессор) прочитал лекцию об эсперанто».)

К данному пункту можно отнести и случай употребления определённого артикля перед составным именем собственным, одна часть которого является именем нарицательным (общеупотребительным существительным), а другая — его эпитетом (прилагательным):

la Nigra Maro «Чёрное море»,

la Granda Ursino «Большая Медведица»,

la Bonespera Kabo «Мыс Доброй Надежды»,

la Bordo Lazura «Лазурный Берег».

Если прилагательное в составном имени собственном не является общеупотребительным, а образовано от какого-либо имени собственного, артикль часто не ставится: Ĝeneva Lago «Женевское озеро»; для единообразия и простоты мы полагаем целесообразным ставить артикль и в этом случае.

Однако если входящее в это сочетание существительное само является именем собственным, артикль не ставится:

Suda Afriko «Южная Африка»,

Norda Ameriko «Северная Америка».

Не ставится он и в том случае, когда речь идёт об указании на часть более крупного образования, т. е. как бы только на часть данного понятия:

orienta Azio «восточная Азия»,

norda Eŭropo «северная Европа».

Но:

Mi vojaĝis tra norda Eŭropo, ne tra la centra «Я путешествовал по северной Европе, не по центральной». (Тут артикль заменяет слово Europo, опущенное во избежание его повторения; см. п. 12.)

Спорным случаем является (не)употребление артикля перед титулом без имени собственного, если перед всем этим сочетанием стоит уважительное звание-обращение, но при этом нет обращения к данному лицу (см. II, п. 4). Согласно PAG в таком случае артикль употребляется:

Sinjoro la prezidento sendis al ni gratulleteron «Господин президент послал нам поздравительное письмо»;

Sinjoro la grafo atendas vin «Господин граф ждёт вас».

Подобные фразы встречались у Л. Заменгофа и также обусловлены влиянием французского языка, однако абсолютное большинство эсперантистов считает употребление в них артикля излишним. Мы придерживаемся такого же мнения.

14. Обычно перед именем собственным во множественном числе, так как подобные имена собственные воспринимаются как имена нарицательные во множественном числе: la Andoj, la Filipinoj. Однако встречается и написание таких названий без la. Необходимо помнить, что слово alpo в эсперанто является именем нарицательным, так что в названии «Альпы» употребление артикля обязательно: la Alpoj.

15. Перед именем собственным, после которого стоит несогласованное определение (существительное с предлогом) или описание, позволяющее отличить данный объект от других с таким же названием (ср. II, п. 1):

Pasintjare mi vizitis Berlinon, sed ne la Berlinon de Germanio. Mi vizitis unu el la multaj Berlinoj en Usono «В прошлом году я посетил Берлин, но не Берлин в Германии. Я посетил один из многих Берлинов в США».

К этому случаю можно отнести сочетание la Peterburgo de Puŝkin «Петербург Пушкина» и фразу ŝi ne trovis la Parizon, pri kiu ŝi revis «она не нашла Парижа, о котором мечтала», в которых речь тоже идёт как бы о разных городах с названием Петербург или Париж, из которых выделяется один. (Обратите внимание, что это не относится к составным именам собственным, состоящим из простого имени собственного и его несогласованного определения; артикль перед ними не употребляется, так как тут не выделяется один объект из нескольких, а просто приводится название объекта: Bulonjo ĉe maro, Frankfurto ĉe Odro, Frankfurto ĉe Majno.)

Аналогично, когда имя собственное употребляется как имя нарицательное и имеет после себя несогласованное определение или описание, тоже предполагается как бы выделение одного объекта из нескольких:

Li estas la Herkulo de nia vilaĝo «Он Геркулес нашей деревни».

16. Перед превращённым в имя собственное именем нарицательным, например в сказках:

Kaj tiam la Nokto diris… «И тогда Ночь сказала…».

Аналогично использование артикля при употреблении имён нарицательных в качестве названий организаций, периодических изданий и т. п.: la Forumo (в последнем случае артикль может и не употребляться; это определяется влиянием того или иного национального языка).

17. Перед существительным, вводящим цитируемое слово:

la prepozicio «de» «предлог „de“»,

la nocio «popolo» «понятие „народ“,

а также непосредственно перед цитируемыми словом или группой слов для их субстантивизации, т. е. придания им свойств существительного, что бывает необходимо во фразах типа la «tuj» de sinjoroj estas multe da horoj «у господ „сейчас“ значит через час». Тут артикль, по сути дела, указывает на подразумеваемое существительное, вводящее цитату: la vorto «tuj», la nocio «tuj».

Примечания.

1. В поэзии, пословицах и поговорках (и очень редко в прозе) допускается усечение конечного гласного в артикле, на письме обозначаемое апострофом: l’. Теоретически усечённый артикль можно употреблять в любых случаях, если это не вызывает трудностей произношения: por reunuigi l’ homaron. Наиболее же характерна его постановка после предлогов и союзов, оканчивающихся на гласный звук: de l’, pri l’, se l’, ke l’ и т. д. В прозе классическая литературная норма допускает усечение артикля только после предлогов, только в художественных произведениях и только при особой необходимости. Однако под влиянием ряда романских языков усечённая форма артикля после предлога de проникает в другие жанры и в разговорный язык.

На письме сочетание de l’ иногда передаётся слитной формой del (уже без апострофа). Некоторые новаторы, по аналогии с этой формой, предлагают и остальные предлоги писать слитно с усечённым артиклем: pril, tral, ĉel и т. д. Эта тенденция представляется нам нежелательной, так как она, никак не обогащая язык, нарушает единообразие написания артикля.

Хотя не существует правила, запрещающего постановку l’ перед словами, начинающимися с гласного звука, на практике такое употребление усечённого артикля встречается очень редко. Частично это объясняется стремлением избежать возможной путаницы (l’ afero — la fero, l’ amoro — la moro, l’ avo — lavo и т. п.), частично — более лёгким восприятием полной формы артикля на слух.

2. Артикль ставится обычно перед всей группой слов, которую он определяет: la granda ĉambro, но не granda la ĉambro. Хотя в поэзии для обеспечения ритма допускается и такая постановка артикля, например tuta la mondo. Сочетания же типа ĉambro la granda, mondo la tuta, rivero la Volgo вообще недопустимы. С этим случаем нельзя путать случай, когда словосочетание состоит из имени и следующего за ним детерминирующего слова: Karolo la Kvina, Ivano la Terura, Johano la Baptisto (см. п. 13).

Предлог, относящийся к слову или группе слов, которые предваряются артиклем, никогда не вклинивается между артиклем и этими словом или группой слов; он должен стоять перед всей этой конструкцией: en la granda ĉambro. Во фразе с нехарактерным порядком слов la en Esperanto farita prelego предлог en относится не к определяемому артиклем слову prelego, а к слову Esperanto (= la prelego farita en Esperanto).

3. Когда несколько существительных следуют одно за другим, артикль можно употребить только один раз — перед первым:
La libro, plumo kaj kajero kuŝas sur la tablo «Книга, перо и тетрадь лежат на столе».

II. Определённый артикль не употребляется в следующих случаях.

1. Перед простым именем собственным (за исключением случаев, описанных в I, пп. 13—16):

Eŭropo, Rusio, Moskvo, Volgo, Pavlov, Aleksandro.

Артикль не употребляется и перед именем собственным с последующим несогласованным определением (существительным с предлогом): Jen estas Maria kun harplektaĵo «Вот Мария с косой». Однако если такое определение служит для выделения одного объекта из нескольких с таким же названием, артикль употребляется. Так, в данной фразе сочетание la Maria kun harplektaĵo указывало бы на конкретную женщину из нескольких по имени Мария, но с разными признаками (ср. I, п. 15).

Артикль также обычно не употребляется перед именем собственным (одиночным существительным или существительным с несогласованным определением), являющимся названием праздника: Epifanio «Богоявление», Pentekosto «Пятидесятница», Pasko «Пасха», Kristnasko «Рождество», Ramadano «Рамадан», Ĉieliro de Kristo «Вознесение Христа». Хотя иногда артикль может ставиться: la Pasko, la Pentekosto.

Когда же праздник назван не по событию, а по его характерному признаку (догмату, предмету, личности и т. п.), артикль употребляется: la Triunuo «Троица», la Sankta Johano «Иван Купала, день Ивана Купалы, праздник Ивана Купалы» (= la tago de Sankta Johano, la festo de Sankta Johano), la Tri Reĝoj «Три короля, день Трёх королей, праздник Трёх королей» (= la tago de la Tri Reĝoj, la festo de la Tri Reĝoj) (ср. I, п. 13).

В употреблении артикля перед существительными Suno «Солнце» и Luno «Луна» имеет место колебание. Если речь идёт о нашей Солнечной системе, некоторые источники (например PIV) употребляют артикль перед этими словами всегда, независимо от того, написаны они со строчной или прописной буквы. Это объясняется тем, что солнце и луна в данном случае единственны в своём роде (см. I, п. 9). Написанные же с прописной буквы, эти слова трактуются как превращённые в имена собственные имена нарицательные, что допускает постановку перед ними артикля (см. I, п. 16). Однако в некоторых источниках (например NPIV) перед написанными с прописной буквы словами Suno и Luno артикль не употребляется, поскольку эти слова трактуются как названия планет, т. е. как простые имена собственные (ср. Marso, Siriuso, Jupitero и др.).

Вышеизложенные соображения относятся и к паре Tero («Земля» как название планеты) — la tero («земля» в значении «земной шар, наша планета»).

2. Перед состоящими из одного существительного и трактуемыми как имена собственные названиями языков (обычно такие названия пишутся с прописной буквы): Esperanto, Volapuko, Sanskrito, Latino и др.; без артикля эти слова употребляются и будучи написаны со строчной буквы. Но если название языка выражается сочетанием прилагательного со словом lingvo «язык» (часто только подразумеваемым), артикль перед таким сочетанием ставится обязательно: la rusa (lingvo), поскольку тут речь идёт о конкретном языке, выделяемом из ряда других (опускаться артикль может лишь в устойчивых словосочетаниях, представляющих собой звания и воспринимаемых как единое целое: profesoro pri rusa lingvo; см. II, п. 25).

3. Перед трактуемыми как имена собственные названиями месяцев и дней (иногда, хотя и очень редко, такие названия пишутся с прописной буквы):

Venis januaro «Наступил январь»;

Hodiaŭ estas lundo «Сегодня понедельник».

Но: la monato januaro (см. I, п. 13).

В некоторых случаях la непосредственно перед названиями дней всё же может появляться: Li promesis viziti min dimanĉe. Kaj jen venis la dimanĉo «Он обещал навестить меня в воскресенье. И вот наступило воскресенье (именно то воскресенье, на которое была намечена встреча)». Видимо, такая постановка артикля обусловлена влиянием некоторых языков.

4. Перед обращением:

Saluton, kara amiko! «Привет, дорогой друг!»;

Estimata sinjoro direktoro! «Уважаемый господин директор!».

5. Перед словами paĉjo и panjo:

donaco de panjo «подарок мамы»;

Iru al paĉjo! «Иди к папе!».

6. Традиционно перед написанным с заглавной буквы словом Dio «Бог», если речь идёт о монотеистической религии. Однако употребление артикля в данном случае не является ошибкой.

7. Вместе со словом ambaŭ, поскольку это слово уже само по себе указывает на определённость объектов, к которым оно относится:

Ambaŭ amikoj venis «Оба друга пришли».

Артикль не ставится и тогда, когда слово ambaŭ употреблено самостоятельно (в этом случае Л. Заменгоф в ранних текстах употреблял артикль, но впоследствии признал такое его употребление ошибочным):

Kiu el la amikoj venis? — Ambaŭ venis «Кто из друзей пришёл? — Оба пришли».

8. Перед личными местоимениями: mi, li, ili и др.

9. Вместе с притяжательными местоимениями (за исключением случая, описанного в I, п. 12):

mia libro «моя книга»,

nia domo «наш дом».

В стихах Л. Заменгоф допускал употребление la при наличии в составе словосочетания притяжательного местоимения:

Ho la profeta mia antaŭsento! «О, пророческое моё предчувствие!».

Как правило это имело место при отклонении от обычного порядка слов для логического усиления прилагательного:

Kun sia karaktero la sincera li ne esploros la rapirojn «Он со своим характером открытым рапиры проверять навряд ли станет».

(Во всех этих случаях артикль никогда не ставится непосредственно рядом с притяжательным местоимением.)
PAG считает подобные обороты возможными в поэзии, хотя и не советует злоупотреблять ими; такого же мнения придерживаются некоторые современные поэты. Мы же полагаем эти примеры следствием отсутствия чётких правил употребления артикля в начальный период и не рекомендуем такую постановку la даже как поэтическую вольность.

10. Вместе с коррелятивными местоимениями, как относящимися к существительным (коррелятивы на -a, -u, -es), так и употребляемыми самостоятельно (коррелятивы на -o, -u):

Kia reganto, tia servanto «Каков правитель, таков и слуга»;

Mi konas ĉiajn homojn «Я знаю всяких людей»;

Ĉiuj lernantoj venis «Все ученики пришли»;

Ĉiuj venis «Все пришли»;

Tiu ĉambro estas granda «Эта комната большая»;

Neniu vidis lin «Никто не видел его»;

Jen estas tio, kion mi trovis «Вот то, что я нашёл»;

Kies panon oni manĝas, ties vortojn oni diras «Чей хлеб едят, того слова и говорят»;

nenies lingvo Esperanto «ничей язык эсперанто».

(В последней фразе чисто теоретически мы не исключаем постановки la перед nenies для придания словам особого смысла, однако мы с подобными случаями не сталкивались и такое употребление артикля не рекомендуем).
При этом не следует забывать, что прилагательное alia в таблицу коррелятивов не входит, а прилагательные типа ĉiama коррелятивами не являются, а только образованы от них. В редчайших же случаях, когда коррелятивное местоимение является частью стоящего перед существительным сложного определения (т. е. при нехарактерном порядке слов), артикль может употребляться перед всем этим определением и, следовательно, стоять перед коррелятивом:

la tion farinta homo (= la homo farinta tion) «сделавший это человек»,

la ties sekreton gardanta homo (= la homo gardanta ties sekreton) «хранящий его (их) секрет человек».

11. Перед словом, стоящим после предлога da:

litro da akvo «литр воды»,

glaso da malvarma lakto «стакан холодного молока».

Если по смыслу артикль всё-таки необходим, вместо da употребляется de (иногда также el):

Donu al mi glason de la vino, kiun mi aĉetis hodiaŭ «Дай(те) мне стакан вина, которое я купил сегодня».

12. Как правило, перед словом, стоящим после слова kiel в значении «в качестве, в функции»:

Kiel prezidanto estis elektita s-ro Pavlov «Председателем был избран г-н Павлов».

13. Перед существительным (или сочетанием существительного с определением), являющимся предикативом, т. е. именной частью сказуемого, и не обозначающим что-либо конкретное:

Li estas inĝeniero «Он инженер»;

Li estas aŭtoro de kelkaj romanoj «Он автор нескольких романов»;

Belgio estas malgranda lando «Бельгия — маленькая страна».

Но если это существительное обозначает что-либо конкретное, артикль употребляется:

Li estas la inĝeniero, kiu inventis tiun aparaton «Он (тот самый) инженер, который изобрёл этот аппарат»;

Kiu estas la aŭtoro? «Кто автор (этой книги, статьи и т. п.)?»;

Kiu rompis la vazon? — Petro estas la kulpulo «Кто разбил вазу? — Пётр виновник (этого происшествия)».

14. Перед аббревиатурами:

UEA, REU, PIV.

Исключение составляет аббревиатура регулярного мероприятия UK (Universala Kongreso «Всемирный конгресс»), перед которой la иногда ставится для обозначения одного конкретного конгресса. Но для простоты и единообразия целесообразно не употреблять артикль и в этом случае.

Перед полными названиями артикль также обычно не ставится:

Unuiĝintaj Nacioj, Centro pri Edukado, Eŭropa Unio, Universala Esperanto-Asocio, Plena Ilustrita Vortaro.

Однако иногда он может употребляться (это обусловлено влиянием некоторых национальных языков и ошибкой не считается):

la Ligo de Nacioj, la Plena Ilustrita Vortaro, la Universala Esperanto-Asocio.

15. Перед количественным числительным, употреблённым самостоятельно:

Tri plus unu estas kvar «Три плюс один будет четыре»;

El tiuj homoj nur du estas esperantistoj «Из этих людей только двое эсперантисты».

Но если количественное числительное стоит перед существительным, артикль может употребляться, если это нужно по смыслу:

Petro kaj Aleksandro estas amikoj; la du knaboj ĉiam ludas kune «Пётр и Александр друзья; два мальчика (т. е. Пётр и Александр) всегда играют вместе».

Перед числительным unu, употреблённым в качестве полуопределённого артикля, la не может стоять никогда.

16. Перед существительным, после которого стоит количественное числительное, артикль чаще не ставится; наиболее характерна непостановка артикля перед такими сочетаниями, если они употреблены самостоятельно, например, в качестве заголовка, обозначения, подписи:

ĉapitro 7, paĝo 41, numero 10, punkto 5, jaro 1985.

Хотя нередко встречается употребление артикля и перед такими сочетаниями, особенно если они входят в состав фразы: mi naskiĝis en la jaro 1960 (= en la jaro 1960-a, en la 1960-a jaro) «я родился в 1960-м году»; подобные примеры можно найти у Л. Заменгофа. Мы полагаем, что когда количественное числительное используется при названии года, лучше обойтись и без la, и без слова jaro: mi naskiĝis en 1960.

Но если с существительным соседствует порядковое числительное, артикль обязателен (см. I, п. 3):

la sepa ĉapitro, la kvardek-unua paĝo, la numero deka, la punkto tria, la mil-naŭcent-okdek-kvina jaro (= la jaro mil-naŭcent-okdek-kvina).

17. Если объект упомянут впервые, не известен из прошлого опыта и непосредственно не определён. При этом происходит как бы называние объекта, введение его в речь и причисление к целому классу подобных объектов:

Mi vidas maljunan homon kun granda hundo «Я вижу старого человека (какого-то) с большой собакой (какой-то)»;

Mi konas homon, kiu povus fari tion «Я знаю человека (кое-какого, некоего, одного), который мог бы сделать это»;

Sur la divano kuŝis robo de mia edzino «На диване лежало платье моей жены (какое-то, одно из её платьев)»;

Mi havas donacon por vi «У меня есть подарок (какой-то) для вас».

(Прилагательные maljuna и granda и фразы kiu povus fari tion и de mia edzino в данных примерах не определяют объект, а лишь дополнительно описывают его.)
Также и во множественном числе:

Sur la strato promenas homoj «По улице гуляют люди (какие-то)»;

En tiu skatolo estas bombonoj «В коробке конфеты (какие-то, неизвестного сорта)».

Таким образом, определённый артикль никогда не ставится, если объект или объекты можно охарактеризовать словами «один», «кое-какой», «какой-то», «некий», «какие-то», «некие».

Однако в литературе нередко встречается употребление определённого артикля перед упоминаемыми впервые реалиями, не известными читателю и не определяемыми непосредственно. Например, один из романов писателя-эсперантиста Юлио Баги начинается фразой La matena simfonio de la kazernoj vekadis la svene dormantan urbon «Утренняя симфония казарм будила спящий без сознания город». Хотя ещё не известно, о каком городе, каких казармах и какой утренней симфонии идёт речь, артикль употреблён для создания у читателя ощущения личного присутствия и наблюдения описываемой картины собственными глазами.

К этому пункту мы отнесём и случай, когда имеет место указание на какой-нибудь любой, всё равно какой объект из всего класса подобных объектов (т. е. когда можно употребить слова «какой-нибудь», «какие-нибудь», «какой угодно», «какие угодно»):

Aĉetu por mi ĉokoladajn bombonojn «Купи(те) для меня шоколадных конфет (каких-нибудь, каких угодно, любого сорта)»;

Aventura romano ofte helpas al mi plibonigi la humoron «Приключенческий роман (какой-нибудь, всё равно какой из романов этого жанра) часто помогает мне поднять настроение».

Указание на любой отдельно взятый, произвольно выбранный из своего класса объект иногда приближается по смыслу к обобщению данного объекта как представителя своего вида (см. I, п. 19). Но если во фразах, подобных приведённым там, постановка артикля не меняет смысла (haringo estas fiŝo = la haringo estas fiŝo), в рассматриваемом случае смысл с его постановкой меняется, поскольку артикль придаёт объекту абстрактные черты:

La aventura romano ofte helpas al mi plibonigi la humoron «Приключенческий роман (абсолютно любой такой роман, т. е. приключенческий роман вообще, как жанр) часто помогает мне поднять настроение».

18. Когда речь идёт о каком-то неопределённом количестве чего-либо. Это относится как к неисчисляемым объектам:

Ni havas kafon, panon kaj fromaĝon «У нас есть кофе, хлеб и сыр»;

En tiu botelo ankoraŭ estas vino «В этой бутылке ещё есть вино»,

так и к исчисляемым (этот случай очень близок к пункту 17 для множественного числа):

Donu al mi bombonojn «Дай(те) мне конфет (не все конфеты, а часть их, несколько штук)»;

Ĉe muro staras seĝoj kaj foteloj «У стены стоят стулья и кресла (несколько стульев и кресел)».

Таким образом, определённый артикль никогда не ставится, если по отношению к объекту или объектам можно употребить слова «сколько-то», «сколько-нибудь», «несколько».

19. Когда речь идёт вообще о субстанциях, материалах, веществах или о временах года:

Fero estas metalo «Железо — металл»;

Neĝo estas blanka «Снег белый»;

Tiu tablo estas farita el ligno «Этот стол сделан из дерева»;

Somero estas pli varma sezono ol printempo «Лето — более тёплое время года, чем весна».

Иногда под влиянием некоторых языков артикль всё-таки ставится перед названиями взятых вообще субстанций, материалов. Например, даже у Л. Заменгофа можно найти фразу la papero estas tre blanka, sed la neĝo estas pli blanka. Ошибкой это не считается, но воспринимается как излишество.

Но если речь идёт о каком-то конкретном материале, конкретном сорте вещества или конкретном времени года, артикль обязателен:

La ĵus falinta neĝo tuj degelis «Только что выпавший снег сразу растаял»;

La fero el Svedujo estas altkvalita «Железо из Швеции высокого качества»;

Ni pasigis la someron en Krimeo «Мы провели лето в Крыму».

Если же обозначающее материал, вещество или время года существительное употребляется с описывающим его прилагательным-эпитетом или с вводящим его существительным, артикль перед таким сочетанием ставится, даже когда не имеется в виду что-то конкретное:

la bela printempo «прекрасная весна»;

la jarsezono somero «время года лето»;

Ligno pli plaĉas al mi ol la malvarma fero «Дерево больше нравится мне, чем холодное железо».

(Заметьте, что во фразе Ĉar malvarma fero estas malfacile forĝebla, necesas varmigi ĝin «Поскольку холодное железо трудно куётся, необходимо нагреть его» артикль не нужен, так как тут прилагательное malvarma является не эпитетом, а логическим определением и характеризует не железо как материал, а лишь его состояние, т. е. как бы только часть данного понятия.)
20. Когда речь идёт вообще о направлениях науки, искусства, хозяйства или о политических, экономических, идеологических течениях:

Li studas ne literaturon, sed matematikon «Он изучает не литературу, а математику»;

Metalurgio estas grava branĉo de industrio «Металлургия важная отрасль промышленности»;

Impresionismo naskiĝis en Francio «Импрессионизм родился во Франции».

Но:

la rusa literaturo[24] «русская литература» (в отличие от немецкой, английской, испанской и т. п.),

la metalurgio de nia lando «металлургия нашей страны» (в отличие от других стран»,

la antaŭmilita impresionismo «довоенный импрессионизм» (в отличие от послевоенного).

(В этих трёх фразах речь идёт о конкретных литературе, металлургии и импрессионизме, выделяющихся из ряда подобных по качественному признаку, а именно по своей принадлежности определённому народу, стране или периоду времени.)
Если же обозначающее такое понятие существительное употребляется с описывающим его прилагательным-эпитетом или с вводящим его существительным, артикль перед таким сочетанием ставится, хотя и не имеется в виду конкретное проявление этого понятия:

la scienco matematiko «наука математика»;

Li preferis ne la emocian literaturon, sed la logikan kaj racian matematikon «Он предпочитал не эмоциональную литературу, а логичную и рациональную математику».

(Заметьте, что сочетание supera matematiko «высшая математика» употребляется без артикля, так как тут прилагательное supera является не эпитетом, а логическим определением; оно не характеризует математику как науку, а лишь выделяет её разновидность, т. е. указывает не на проявление данного понятия во всём его объёме, а только на часть этого понятия. Не идёт тут речь и о каком-то отдельном и отличающемся от ряда подобных варианте математики. Аналогично: scienca socialismo «научный социализм», но: la sovetia socialismo «советский социализм», т. к. в этом словосочетании логическое определение sovetia указывает на конкретный вариант социализма в определённой стране, нуждающийся в выделении по этому признаку с помощью артикля из ряда подобных, т. е. свойственных другим странам.)
21. Когда речь идёт вообще об отвлечённом понятии, взятом в полном его объёме:

Ni strebas al paco kaj amikeco «Мы стремимся к миру и дружбе»;

La arbo de sciado pri bono kaj malbono «Древо познания добра и зла»;

Laboro kreis la homon «Труд создал человека»;

Scienco ludas gravan rolon en nia vivo «Наука играет важную роль в нашей жизни».

Но:

La paco daŭris dek jarojn «Мир длился десять лет»;

La bono, kiun li faris al mi «Добро, которое он сделал мне»;

La laboro de niaj samideanoj ne estis vana «Труд наших единомышленников не был напрасен»;

La scienco pri la homo ĉiam interesis lin «Наука о человеке всегда интересовала его».

(В этих четырёх фразах речь идёт о конкретных мире, добре, труде и науке.)
Если же обозначающее такое понятие существительное употребляется с описывающим его прилагательным-эпитетом, артикль перед таким сочетанием ставится, хотя и не имеется в виду конкретное проявление этого понятия:

la ĉiopova scienco «всемогущая наука»[25].

Под влиянием романских языков слова, обозначающие взятые в полном объёме отвлечённые понятия, всё же часто употребляются с определённым артиклем, что отражает существующую в этих языках традицию олицетворения абстрактных понятий. Неупотребление же артикля перед такими словами обусловлено влиянием английского языка и проистекает от трактовки подобных абстрактных понятий как взятых вообще субстанций, материалов (см. II, п. 19). На наш взгляд оба варианта имеют право на существование: (la) vero ĉiam venkas "истина всегда побеждает". Необходимо заметить, что во фразе li kaŝis la veron "он скрыл истину" артикль необходим, так как речь идёт о конкретной истине.

22. Когда происходит отвлечение от материального содержания объекта (так называемое распредмечивание). При этом имеется в виду не столько называемый объект, сколько связанные с ним деятельность или состояние. Обозначающее же объект существительное употребляется для указания качественного признака субъекта действия или характера действия. Обычно такие существительные входят в состав предложных и глагольных сочетаний:

Ankaŭ mi havas koron «И у меня есть сердце (т. е. могу переживать)»;

Kiam la patro estas en uzino, lia filo estas en lernejo «Когда отец на заводе (т. е. работает), его сын в школе (т. е. учится)»;

La infano jam estas en lito «Ребёнок уже в кровати (т. е. лёг спать)»;

Li loĝas sur strato «Он живёт на улице (т. е. не имеет дома)».

При этом существительное с предлогом нередко можно заменить наречием:

en lito = enlite, sur strato = surstrate.

23. На вывесках:

MANĜEJO, RESTORACIO, PARKEJO POR TAKSIOJ, VARMAJ KOLBASETOJ

и в телеграммах:

LETERON RICEVIS. IVANOV.

24. В названиях книг:

Bulgara Antologio, Krimo kaj Puno, Streĉita Kordo, Kvaropo, Prozo Ridetanta.

Однако иногда артикль всё же появляется:

La Ora Ŝtuparo, La Viro el Francujo.

Особенно это касается ряда классических произведений, названия которых почти всегда употребляются с артиклем:

la Biblio, la Korano, la Eneado, la Odiseado и др.

25. Артикль может не употребляться:

— в пословицах, поговорках, максимах, если он затрудняет их произнесение:

Al ĉevalo donacita oni buŝon (= la buŝon) ne esploras «Дарёному коню в зубы не смотрят»;

Leĝo (= La leĝo) pasintaĵon (= la pasintaĵon) ne tuŝas «Закон прошедшего не касается»;

— в поэзии, если он не укладывается в строку, а его усечённый вариант приводит к труднопроизносимым звукосочетаниям:

Kaj rapide kreskas la afero — per laboro (= la laboro) de la esperantoj «И быстро растёт дело — трудом надеющихся»;

Haltis knabo en kantado (= la kantado) «Остановился мальчик в пении»;

— в устойчивых сочетаниях, словесных клише:

ministro pri eksteraj aferoj (= la eksteraj aferoj) «министр иностранных дел»,

profesoro pri angla lingvo (= la angla lingvo) «профессор английского языка»;

— перед стоящим после запятой существительным-приложением:

Moskvo, ĉefurbo (= la ĉefurbo) de Rusio «Москва, столица России».

Заканчивая этот раздел, хотелось бы сказать, что артикль не является ненужной нагрузкой, как полагают некоторые. С его помощью можно передавать очень тонкие смысловые оттенки. Ср.:

Nikolao estas direktoro «Николай — директор (по профессии, т. е. не секретарь, не бухгалтер и т. п.)»;

Nikolao estas la direktoro «Николай — директор (т. е. данной конкретной организацией руководит именно он)»;

Donu al mi panon «Дай(те) мне хлеба (кусочек, часть, какое-то количество хлеба)»;

Donu al mi la panon «Дай(те) мне хлеб (целую буханку или вообще весь хлеб)»;

Al mi plaĉas laboro «Мне нравится работа (работа вообще, т. е. нравится работать)»;

Al mi plaĉas la laboro «Мне нравится работа (эта, моя, конкретная выполняемая мной работа)»;

Jen estas kruĉo por lakto «Вот кувшин для молока (какой-то кувшин, пригодный для молока)»;

Jen estas la kruĉo por lakto «Вот кувшин для молока (кувшин, специально предназначенный для молока)»;

Mi aĉetis ruĝan vinon «Я купил красного вина (некоторое количество красного вина какой-то, всё равно какой марки)»;

Mi aĉetis la ruĝan vinon «Я купил красное вино (именно красное, а не белое или розовое, или же всё красное вино, имевшееся в магазине)»;

Esperanto estas lingvo, kiu povas plene kontentigi la bezonojn de la homaro «Эсперанто — язык, который может полностью удовлетворить нужды человечества (возможно, наряду с некоторыми другими языками, поскольку не уникален в этом плане)»;

Esperanto estas la lingvo, kiu povas plene kontentigi la bezonojn de la homaro «Эсперанто — язык, который может полностью удовлетворить нужды человечества (в отличие от всех остальных языков, не обладающих таким качеством)»;

palaco de reĝo «дворец короля (здание, похожее на дворец какого-нибудь короля, хотя могущее не быть дворцом)»;

la palaco de la rego «дворец короля (тот самый дворец, о котором уже шла речь или который является единственным в данном королевстве, городе и т. п. дворцом определённого, нашего или здешнего короля)»;

palaco de la rego «дворец короля (один из дворцов определённого, нашего или здешнего короля)».

В некоторых случаях выделение слова с помощью артикля может повлиять на порядок слов:

Petro venis kun malgaja vizaĝo «Пётр пришёл с грустным лицом». (Здесь речь идёт не столько о лице как части тела, сколько о выражении лица, настроении, и слово vizaĝo можно было бы заменить словами mieno или humoro; это существительное не несёт на себе логического акцента, поэтому стоит после определяющего его прилагательного malgaja.)

Petro venis kun la vizaĝo malgaja «Пётр пришёл с грустным лицом». (Здесь речь идёт о том, что настроение Петра было сразу видно именно по его лицу; это существительное несёт на себе логический акцент, поэтому стоит перед определяющим его прилагательным malgaja.)

Приведённые нами случаи употребления и неупотребления артикля являются наиболее частыми и показательными, но не исчерпывающими всё их многообразие. Да и само деление на эти пункты довольно условно: некоторые фразы можно отнести сразу к двум и даже более случаям. Например, в сочетании la alveno de printempo «приход весны, наступление весны» артикль может выражать как абстрактность (если речь идёт о любом из случаев этого ежегодно повторяющегося явления), так и конкретность (если имеется в виду определённое событие в каком-то году), но в обоих случаях он указывает на определённость этого действия как совершённого данным деятелем; в сочетании la vivo de Zamenhof «жизнь Заменгофа» артикль, во-первых, указывает на определённость понятия «жизнь» (показывая, что оно относится к данному лицу), во-вторых, выражает уникальность этого понятия (поскольку у данного лица только одна жизнь) и, в-третьих, выделяет это понятие из ряда подобных (подчёркивая, что речь идёт именно о жизни, а не о рождении или смерти данного лица)[26]. Кроме того, в каждом пункте можно было бы выделить ещё целый ряд подпунктов, нюансов и оговорок. Для того же, чтобы объяснить данную тему во всех подробностях, потребовалась бы целая книга. Желающим получить дополнительные сведения об артикле мы советуем обратиться к PMEG и PAG, а также к соответствующей главе в сборнике статей С. Б. Покровского «Lingvaj respondoj». Если же после всех объяснений остаются неясности, можно воспользоваться рекомендацией самого Л. Заменгофа: если вы колеблетесь в постановке артикля, лучше его не употребить, чем употребить неправильно (это не означает, что артикль можно вообще не употреблять; лучше его не поставить там, где он должен стоять, чем поставить там, где он стоять не должен).

Tio estas por mi ĉina scienco «Это для меня китайская наука» (сочетание ĉina scienco употреблено в переносном смысле и подразумевает не науку, а нечто очень сложное);

La ĉina scienco rapide evoluas «Китайская наука быстро развивается» (имеется в виду вся совокупность научных достижений конкретного народа в отличие от таковых других народов).

[[#5]] Однако в названии книги Э. Прива «Vivo de Zamenhof», подобно многим книжным заглавиям, артикль не употреблён (см. II, п. 24).

Служебные части речи

Предлоги (prepozicioj)

На русский язык могут переводиться предлогами или косвенными падежами без предлога. По своему значению и функции предлоги могут быть локативными: el «из», sub «под», en «в» и др. и субъектно-объектными: anstataŭ «вместо», dum «в течение, во время», krom «кроме» и др., а по составу простыми: el «из», sur «на», por «для» и др. (см. табл. 7) и сложными: el sub, de sub «из-под», de sur «с(о)» и др. (большинство сложных предлогов не имеет однозначных русских аналогов).

Если в русском языке употребление того или иного предлога часто определяется традицией и может не зависеть от его непосредственного значения, то в эсперанто непосредственное значение предлога всегда имеет приоритет. В результате дословный перевод русского предлога на эсперанто часто оказывается неправильным, и одному русскому предлогу могут соответствовать несколько эсперантских. Например: «лежать на полу» kuŝi sur planko; «ехать на поезде» veturi per (или en) trajno; «ехать на конгресс» veturi al kongreso; «окна на юг» fenestroj al sudo; «перейти на русский язык» transiri al la rusa lingvo; «говорить на русском языке» paroli en la rusa lingvo; «на первых порах» en la unua tempo; «город на Волге» urbo ĉe Volgo; «на рассвете» ĉe mateniĝo; «сердиться на кого-либо» koleri kontraŭ (или pri) iu; «купить на сто рублей» aĉeti kontraŭ (или por) cent rubloj; «обменять журнал на книгу» ŝanĝi revuon kontraŭ (или por) libro; «право на труд» rajto pri (или por) laboro; «работать на всеобщее благо» labori por ĉies bono; «приехать на одну неделю» veni por unu semajno; «билет на концерт» bileto por koncerto; «комната на двух человек» ĉambro por du personoj; «кричать на всю улицу» krii por la tuta strato; «это случилось на моих глазах» tio okazis antaŭ miaj okuloj; «бросить камень в воду» ĵeti ŝtonon en akvon; «бросить камень в собаку» ĵeti ŝtonon kontraŭ hundon (или al hundo); «свистеть в свисток» fajfi per fajfilo; «смотреть в бинокль» rigardi tra binoklo; «кричать во всё горло» krii el la tuta gorĝo; «поднести руки к лицу» proksimigi la manojn al la vizaĝo; «лицом к лицу» vizaĝo(n) kontraŭ vizaĝo; «конфеты к чаю» bombonoj por teo; «к чему вы это сказали?» por kio vi diris tion?; «к чему вы стремитесь?» al kio vi strebas?; «кофе с молоком» kafo kun lakto; «воевать с врагом» militi kontraŭ malamiko; «с ним что-то случилось» al li io okazis; «с ним всё ясно» pri li ĉio estas klara; «с места на место» de loko al loko; «ждать до конца» atendi ĝis la fino; «это случилось до войны» tio okazis antaŭ la milito; «действовать по приказу» agi laŭ ordono; «идти по улице» iri tra (или sur, или laŭ) strato; «идти по воду» iri por akvo; «отсутствовать по болезни» foresti pro malsano; «экзамен по математике» ekzameno pri matematiko; «сражаться за свою свободу» batali por sia libereco; «идти за водой» iri por akvo; «сидеть за столом» sidi ĉe tablo; «жить за рекой» loĝi trans rivero; «стоять за деревом» stari post (или malantaŭ) arbo; «купить за сто рублей» aĉeti kontraŭ (или por) cent rubloj; «ждать около своего дома» atendi apud sia domo; «ждать около одного часа» atendi ĉirkaŭ unu horon. См. также прим. к статье pro и прим. к статье sana.

Особое внимание следует обратить на предлог je, не имеющий конкретного значения, который употребляется в ряде случаев, когда другие предлоги не подходят по смыслу, и переводится на русский язык разными предлогами (см. соответствующую статью в данном словаре).

Почти все эсперантские предлоги употребляются и как самостоятельные корни и, сочетаясь с аффиксами, образуют новые слова: de/iĝ/i «отделяться», anstataŭ/i «замещать», apud/e «рядом», en/e/n «внутрь», super/a «высший» и т. п. Нам встречались формы, образованные даже от таких малопродуктивных в этом отношении предлогов, как da и je: da/ism/o, je/ism/o (в контексте использования данных предлогов в определённых речевых ситуациях). Ещё одно свойство эсперантских предлогов — выступать в качестве приставок: el/ir/i «выходить», trans/pren/i «перенять», dum/viv/a «пожизненный», sen/ord/e «беспорядочно» и т. п. Практически не встречаются в этой функции только вышеупомянутые предлоги da и je (единственный встретившийся нам случай употребления предлога je в качестве приставки — глагол je/ĵuri).

В отличие от русского языка, в эсперанто несколько предлогов (por, anstataŭ, krom, sen) могут употребляться перед инфинитивом, уподобляясь союзам:

Por skribi leteron li ne havis tempon «(Для того) чтобы написать письмо, у него не было времени; для написания письма у него не было времени»;

Anstataŭ labori li ripozis «Вместо того, чтобы работать, он отдыхал; вместо работы он отдыхал»;

Krom balai la plankon ŝi lavis la telerojn «Кроме того, что она подмела пол, она помыла тарелки; кроме подметания пола, она помыла тарелки»;

Li foriris sen adiaŭi «Он ушёл без того, чтобы попрощаться; он ушёл не простившись; он ушёл не прощаясь; он ушёл без прощания».

В последнее время в молодёжном сленге перед инфинитивом стали употребляться и другие предлоги:

Ni parolis pri eldoni grandan vortaron (= Ni parolis pri eldono de granda vortaro) «Мы говорили об издании большого словаря»;

Li dankis pro ricevi la donacon (= Li dankis pro ricevo de la donaco) «Он поблагодарил за получение подарка»;

Li laboris ĝis perdi la fortojn (= Li laboris ĝis perdo de la fortoj) «Он работал до потери сил»;

Post plenumi mian peton li telefonis al mi (= Post plenumo de mia peto li telefonis al mi; plenuminte mian peton li telefonis al mi) «После выполнения моей просьбы он позвонил мне; выполнив мою просьбу, он позвонил мне»;

Li adiaŭis antaŭ foriri (= Li adiaŭis antaŭ la foriro; li adiaŭis antaŭ ol foriri; forironte li adiaŭis) «Он попрощался перед уходом; он попрощался, перед тем как уйти».

В молодёжном сленге также стало встречаться употребление предлога непосредственно перед придаточным предложением, которое замещает местоимение tio и выполняет таким образом функцию косвенного дополнения:

Ni diskutis pri kiel evoluos Esperanto (= Ni diskutis pri tio, kiel evoluos Esperanto; ni diskutis pri la (estonta) evoluo de Esperanto) «Мы дискутировали о том, как будет развиваться эсперанто; мы дискутировали о (будущем) развитии эсперанто».

По-видимому, эта тенденция будет усиливаться, но лицам, стремящимся следовать классическому литературному стилю, мы такие обороты не рекомендуем.

Союзы (konjunkcioj)

Служат для соединения отдельных слов и предложений, не принимая участия в словообразовании, и по функциям делятся на сочинительные (konjunkcioj, kunordigaj konjunkcioj): kaj «и», sed «но» и др. и подчинительные (subjunkcioj, subordigitaj konjunkcioj): ĉar «ибо, потому что, так как», se «если» и др., а по составу — на простые: aŭ «или, либо», ke «что, чтоб, чтобы» и др. и сложные: por ke «(для того,) чтобы», tial ke, pro tio ke «потому что, потому как, так как» и др.

Частицы (partikuloj):

ne «не, нет», jes «да», eĉ «даже», ja «ведь», la (артикль, см. раздел «Артикль») и др.

Междометия (interjekcioj)

По своему содержанию могут быть побудительными (выражающими приказ или просьбу, призывающими к чему-л., обращающими внимание, подзывающими): ek! «начали!, давай!, пошёл!», for! «прочь!, вон!», bis! «бис!» и др. и эмоциональными (выражающими чувства, настроение): hura! «ура!», aĥ! «ах!», oj! «ой!» и др.

По происхождению междометия делятся на первообразные: aha! «ага!», aĥ! «ах!», hola! «эй!, алло!» и др. и производные: for! «прочь!, вон!», spit! «нетушки!, дудки!, фигушки!», eks! «долой!, в отставку!» и др.

Синтаксис[26]

Основной особенностью синтаксического строя эсперанто является свободный порядок слов в предложении, что в значительной степени роднит этот язык с русским. Это стало возможным благодаря специальным окончаниям, позволяющим определить все значимые части речи (а следовательно, обычно и члены предложения[27]) вне зависимости от их места в предложении, а также благодаря окончанию винительного падежа, позволяющему всегда отличить прямое дополнение от подлежащего. Хотя при изменении порядка слов в предложении общий смысл в большинстве случаев не меняется, могут возникать смысловые оттенки. Поэтому для обычной прозаической речи характерен прямой порядок слов, при котором согласованное определение предшествует подлежащему, подлежащее — сказуемому, а сказуемое — дополнению. При этом возможность менять порядок слов вовсе не означает абсолютно произвольной их постановки. Так, слова ankaŭ, almenaŭ, eĉ, ne, nur должны стоять в определённом месте в зависимости от смысла (см. соответствующие статьи в данном словаре). Особенно это касается слова ankaŭ, место для которого часто выбирается неверно. Например, фразу «я тоже видел Александра» русскоязычные эсперантисты нередко переводят как mi ankaŭ vidis Aleksandron. Однако на эсперанто такая фраза означала бы, что, кроме ещё каких-то действий по отношению к Александру (например, выслушивания его), я также его видел. Если же необходимо подчеркнуть, что Александра видел также я, а не только какие-то другие люди, необходимо сказать ankaŭ mi vidis Aleksandron. Рекомендации по месту в предложении имеются и для слова mem.

Неопределённо-личные предложения строятся при помощи местоимения oni в качестве подлежащего: Oni diras «Говорят»; Pri gustoj oni ne disputas «О вкусах не спорят».

В безличных предложениях подлежащее отсутствует: Vesperiĝas «Вечереет»; Hodiaŭ pluvas «Сегодня идёт дождь»; Pri kio temas? «О чём (идёт) речь?».

В назывных предложениях сказуемое отсутствует:

Vintro «Зима»; Profunda nokto «Глубокая ночь»; Mallume «Темно» (в эсперанто подобные предложения обычно трактуются как безличные предложения с опущенным глаголом-связкой esti, состоящие из одной именной части сказуемого; ср. английские обороты типа It is winter).

Вопросительные предложения обычно (но не всегда) начинаются с вопросительного слова. При составлении специальных вопросительных предложений используются вопросительные местоимения и наречия (см. табл. 4), перед которыми в случае необходимости может стоять предлог, например: Kiu venis? «Кто пришёл?»; Kiom kostas la libro? «Сколько стоит книга?»; Kie li loĝas? «Где он живёт?»; Ĝis kiam li ripozos? «До каких пор он будет отдыхать?». Общие вопросительные предложения, т. е. предложения без подобных слов, обычно начинаются с вопросительной частицы ĉu «разве, ли», например: Ĉu tiu robo estas nova? «Это платье новое?», «Новое ли это платье?». Частица ĉu в составе сочетаний ĉu ne, ĉu vere, ĉu ne vere может стоять и после запятой в конце фразы: Li jam venis, ĉu ne? «Он уже пришёл, не так ли?» В ряде случаев вопрос может передаваться только знаком вопроса на письме и интонацией в речи: Eble li jam venis? «Возможно, он уже пришёл?» Tamen se li jam venis? «Но если он уже пришёл?» Особенно это характерно для переспрашивания (повторения слова или фразы собеседника): Ni nenion scias pri la afero. — Vi nenion scias? «Мы ничего не знаем об этом деле. — Вы ничего не знаете?»; Verŝajne vi jam vidis Petron. — Petron? Certe mi vidis lin. «Наверное вы уже видели Петра. — Петра? Конечно я видел его». Всё это относится и к придаточным вопросительным предложениям. Русские вопросительно-отрицательные предложения, употребляемые для выражения вежливой просьбы, передаются на эсперанто чисто вопросительными предложениями со сказуемым в условном наклонении, например: Ĉu vi povus doni al mi tranĉilon? «Вы не могли бы дать мне нож?»; Ĉu mi povus ricevi la sendaĵon? «Я не мог бы получить посылку?».

Об ответах на вопросительно-отрицательные предложения — см. прим. 2 к статье ne в данном словаре.

Отрицательные предложения строятся при помощи частицы ne или отрицательных местоимений и наречий (см. табл. 4). В простом предложении может употребляться только одно отрицание:

Neniam iu vidis lin tie; Neniu iam vidis lin tie «Никто никогда не видел его там»;

Oni ne vidis lin iam tie «Его никогда не видели там» (дословно «не видели когда-либо»).

Отрицательные предложения, как и в русском языке, можно строить при помощи парных союзов nek… nek «ни… ни». Но, в отличие от русского языка, в эсперанто глагол при этом не отрицается: Mi vidis nek Petron nek lian fraton «Я не видел ни Петра, ни его брата». Если же имеет место отрицание глагола, то употребляется одиночный союз nek (что также нехарактерно для русского языка): Mi ne vidis Petron nek lian fraton.

В повелительных предложениях употребляются глаголы повелительного наклонения (см. статьи imperativo, volitivo и раздел «Глагол»). При прямом приказе (т. е. приказе, обращённом непосредственно ко второму лицу единственного или множественного числа) местоимение 2-го лица обычно опускается: Fermu la pordon! «Закрой(те) дверь!». Подлежащие-местоимения 1-го и 3-го лица никогда не опускаются: Ni fermu la pordon! «Давай(те) закроем дверь!»; Ili fermu la pordon! «Пусть они закроют дверь!».

Сложные предложения, как и в русском синтаксисе, делятся на сложносочинённые и сложноподчинённые и могут быть как союзными, так и бессоюзными. Сложные союзные предложения строятся с помощью союзов (см. раздел «Служебные части речи») и союзных слов (например, местоимений и местоименных наречий kiu, kiel, kiam и др. в сложноподчинённых предложениях).

Если в придаточном предложении сложносочинённого предложения субъект, выраженный подлежащим, тот же, что и в главном, то подлежащее придаточного предложения (как и в русском языке) может опускаться: Mi serĉis, sed ne trovis «Я искал, но не нашёл». (Но: Mi serĉis. Sed mi ne trovis «Я искал. Но (я) не нашёл».)

Если в придаточном предложении сложноподчинённого предложения субъект, выраженный подлежащим, тот же, что и в главном, то подлежащее придаточного предложения (в отличие от русского языка) не опускается; обычно оно выражается личным местоимением: Petro sciis, ke li vane atendas «Пётр знал, что (он) ждёт зря». Личное местоимение, являющееся подлежащим придаточного предложения, при совпадении субъектов в главном и придаточном предложениях сложноподчинённого предложения может опускаться только в определённых случаях вместе со связкой esti: Tiu varo, kvankam (ĝi estas) kara, ne estas bona «Этот товар, хотя (он) дорог, не хорош».

В придаточных предложениях, вводимых союзами ke «чтоб(ы), что» и por ke «(для того,) чтоб(ы)» и выражающих приказание, побуждение, просьбу, желание, долженствование или цель, сказуемое ставится в повелительном наклонении (u-modo, volitivo):

Mi petas, ke vi venu tien «Я прошу, чтоб(ы) вы пришли туда»;

Mi diras tion, por ke vi sciu «Я говорю это (для того), чтоб(ы) вы знали»;

Ni jam scias, ke ni venu «Мы уже знаем, что мы должны прийти»;

Mi diris, ke ankaŭ li venu «Я сказал, что он тоже должен прийти; Я сказал, что ему тоже надо прийти; Я сказал, чтоб(ы) он тоже пришёл».

О наклонении в придаточном предложении, вводимом союзом kvazaŭ, см. прим. к статье kvazaŭ 1 в данном словаре.

Союз ke «что» и выступающее в качестве союзного слова местоимение kio «что» ни в коем случае нельзя путать:

Mi scias, ke en tiu ĉambro estas biblioteko «Я знаю, что в той комнате (есть) библиотека»;

Mi scias, kio estas en tiu cambro. «Я знаю, что в той комнате».

Приглагольное дополнение в эсперанто, как и в русском языке, бывает прямым (rekta komplemento) и косвенным (nerekta komplemento). Переходные глаголы могут иметь как прямое, так и косвенное дополнение; непереходные — только косвенное. Прямое дополнение строится без предлога и всегда стоит в винительном падеже: vidi lin «видеть его», doni libron «дать книгу». Косвенное дополнение строится с предлогом и может стоять в винительном падеже лишь в определённых случаях: doni al li «дать ему», konversacii kun amiko «беседовать с другом», transformiĝi en oron «превратиться в золото». В предложении нельзя допускать сочетания прямых дополнений, могущего привести к путанице. По этому правилу с одним дополнением возможны фразы pardoni la infanon и pardoni al la infano «простить ребёнка», но с двумя дополнениями возможна только одна фраза pardoni al la infano lian kulpon «простить ребёнку его вину»; возможны фразы sciigi ion al iu «сообщить что-либо кому-либо» и sciigi iun pri io «известить кого-либо о чём-либо», но невозможна фраза sciigi ion iun. Иными словами, в подобных предложениях не должен употребляться двойной аккузатив.

От прямого дополнения надо отличать обстоятельственный оборот с употреблённым в нём винительным падежом (о случаях такого употребления см. статью -n п. 3): mi renkontis lin la sesan de julio "я встретил его шестого июля"; mi vidis lin dek minutojn post la dua "я видел его в десять минут третьего"; li ordonis pendigi la kanajlon la kapon malsupren "он приказал повесить мерзавца вниз головой".

Именная часть составного сказуемого (предикативный член — predikativo) не может стоять в винительном падеже; этим она отличается от всегда стоящих в аккузативе прямого дополнения и согласованного определения к нему:

Mi legas interesan libron «Я читаю интересную книгу», но Mi opinias la libron interesa «Я считаю книгу интересной»;

Ni elektis prezidanton «Мы выбрали председателя», но Ni elektis lin prezidanto «Мы выбрали его председателем».

Заметьте, что русскому творительному падежу именной части сказуемого в эсперанто соответствует именительный (общий падеж без предлога). В некоторых случаях употребление аккузатива меняет структуру предложения. Например, если во фразе Mi vidis la knabon kuranta «Я видел мальчика бегущим» слово kuranta является именной частью сказуемого, хотя и относится к прямому дополнению, характеризует его (так называемый objekta predikativo), то во фразе Mi vidis la knabon kurantan это слово, стоящее в винительном падеже, является уже согласованным определением к прямому дополнению (objekta epiteto), сама же фраза переводится как «Я видел бегущего мальчика»; при более привычном порядке слов она приобретает вид Mi vidis la kurantan knabon. Вместе со структурой предложения меняются оттенки смысла: если в первой фразе подчёркивается, что мальчик бежал, то во второй — что я видел мальчика.

Оборот kiel + существительное, если он в качестве предикативного члена относится к прямому дополнению, является особым случаем objekta predikativo. Тут существительное ставится в аккузативе: Mi proponis lin kiel prezidanton «Я выдвинул его в председатели» (= Mi proponis lin prezidanto «Я выдвинул его председателем»). Фраза Mi proponis lin kiel prezidanto означала бы «Я выдвинул его как председатель». Также см. статью kiel 3 и примечания к ней.

При постановке в винительный падеж существительного, вводящего или поясняющего имя собственное, само имя собственное с ним в падеже обычно не согласуется (не получает окончания аккузатива), если эти два слова не разделены запятой, т. е. в смысловом плане представляют собой как бы единое целое: Mi venis en la urbon Moskvo «Я прибыл в город Москву»; Mi studas la internacian lingvon Esperanto «Я учу международный язык эсперанто»; Mi prezentas al vi mian amikon Petro «Я представляю вам моего друга Петра»; Mi renkontis sinjoron Aleksandro «Я встретил господина Александра» (некоторые эсперантисты в этом случае всё же употребляют имя собственное с окончанием -n, у Л. Заменгофа встречаются оба варианта). Аналогично в винительный падеж не ставится неотделённое запятой от вводящего его слова цитированное имя нарицательное: Bonvolu klarigi la nocion „popolo“ «Пожалуйста, объясните понятие „народ“». Когда же между этими двумя словами стоит запятая (что в речи выражается небольшой паузой), т. е. имеет место обособление или смысловое выделение имени собственного, оно тоже ставится в аккузативе: Mi venis en la urbon, en Moskvon «Я прибыл в город, в Москву»; Mi studas la internacian lingvon, Esperanton «Я учу международный язык, эсперанто»; Mi prezentas al vi mian amikon, Petron «Я представляю вам моего друга, Петра». За объяснением всех тонкостей согласования в падеже имени собственного с вводящим его словом мы рекомендуем обратиться к PAG, § 132. При наличии в функции прямого дополнения двух имён нарицательных, из которых одно вводит или поясняет другое, они оба ставятся в винительный падеж: Mi renkontis sinjoron prezidanton «Я встретил господина председателя»; Mi prezentas al vi mian amikon, esperantiston «Я представляю вам моего друга, эсперантиста».

В отличие от русского языка, в эсперанто входящий в состав именного сказуемого глагол-связка esti «быть» обязательно должен употребляться и в настоящем времени, например: Mi estas esperantisto «Я эсперантист», Ŝi estas bela «Она красива». Опущение глагола-связки разрешается в предложениях, где роль подлежащего выполняет придаточное предложение, а роль именной части сказуемого — наречие: Bone, ke li venis «Хорошо, что он пришёл»; Terure, kiel mi volas manĝi «Ужасно, как я хочу есть», а также в поговорках: Pli bona io, ol nenio «Лучше что-то, чем ничего», Kio mia, tio bona «Что моё, то хорошее», в объявлениях-вывесках:

PARKADO MALPERMESITA «ПАРКОВКА ЗАПРЕЩЕНА»

и в телеграммах:

MONO RICEVITA. DANKON «ДЕНЬГИ ПОЛУЧЕНЫ. СПАСИБО».

Чтобы правильно выбрать окончания для предикативного члена (т. е. именной части составного сказуемого), важно определить, какой частью речи является это слово. Когда предикативный член — существительное или существительное с предлогом, трудностей не возникает: Li estas studento «Он студент»; Tiu poto estas el argilo «Этот горшок — из глины». Когда же в этой роли выступает прилагательное (в предложениях с подлежащим) или наречие (в безличных предложениях), важно помнить следующее. К существительному может относиться прилагательное (возможно в сочетании с глаголом, если оно входит в состав именного сказуемого), но никак не наречие; к глаголу же относится как раз наречие. Во фразе La ĉambro estas varma «Комната тёплая» подлежащее выражено существительным (la ĉambro), поэтому именная часть сказуемого — прилагательное (varma). Во фразе En la ĉambro estas varme «В комнате тепло» подлежащее отсутствует, есть только обстоятельство (en la ĉambro) и глагольная часть сказуемого, глагол-связка (esti), следовательно, именной частью сказуемого должно быть наречие (varme). Подобные безличные фразы могут быть сведены к одному сказуемому или к одному предикативному наречию: Estas varme. Varme. Аналогично: Tio estas interesa «Это интересно», но Al mi estas interese «Мне интересно», Estas interese «Интересно» или просто Interese «Интересно»; Tio estas bona «Это хорошо», но Ĉi tie estas bone «Здесь хорошо», Estas bone «Хорошо» или просто Bone «Хорошо». Отсутствие подлежащего не следует путать со случаем, когда оно подразумевается: Aperis multaj malfacilaĵoj, kaj la plej grava estis, ke al ni mankis mono «Возникло много трудностей, но самой значительной было то, что нам не хватило денег» (подразумевается слово malfacilaĵo).

Именная часть сказуемого выражается наречием не только когда подлежащее отсутствует, но и когда оно представляет собой инфинитив, например: Studi Esperanton estas laŭdinde «Учить эсперанто похвально»; Nun estus bone dormi «Сейчас было бы хорошо поспать», или целую фразу: Estas laŭdinde, ke vi studas Esperanton «Похвально, что вы учите эсперанто»; Nun estus bone, se mi dormus «Сейчас было бы хорошо, если бы я поспал».

Однако если инфинитив или фраза выступает в роли прямого дополнения (в предложении с другим подлежащим), во избежание спутывания предикативного наречия с обстоятельственным наречием в качестве именной части сказуемого употребляется прилагательное: Mi trovas laŭdinda, ke vi studas Esperanton «Я нахожу похвальным, что вы учите эсперанто»; Nun mi opinias bona dormi «Сейчас я полагаю хорошим поспать».

Различия между прилагательным и наречием по их отношению к существительному и глаголу распространяются и на причастие с деепричастием. Но важно помнить, что, в отличие от наречия, действительное деепричастие не может быть именной частью сказуемого даже в безличных предложениях.

Так, во фразе Mi vidis la knabon kuranta «Я видел мальчика бегущим» действительное причастие kuranta является именной частью сказуемого и относится к существительному knabo (т. е. бежит мальчик), а во фразе Mi vidis la knabon kurante «Я видел мальчика, когда бежал» деепричастие kurante является обстоятельством образа действия; оно характеризует действие, выраженное простым глагольным сказуемым — глаголом vidi и имеющее субъектом подлежащее mi (т. е. бегу я).

Попутно можно отметить, что в зависимости от того, является глагол esti связкой (глагольной частью сказуемого) или смысловым глаголом (простым сказуемым), относящееся к нему наречие является предикативным или обстоятельственным:

Al mi estis varme tie «Мне было тепло там» (esti — глагольная часть сказуемого, varme — именная часть сказуемого, предикативный член, tie — обстоятельство);

Mi estis longe tie «Я был долго там» (esti — простое сказуемое, longe и tie — обстоятельства).

В качестве глагольной части именного сказуемого может выступать не только отвлечённая связка[28] (глагол esti «быть»), но также полуотвлечённая связка (глаголы iĝi «становиться», ŝajni «казаться» и др.) и знаменательная связка (различные глаголы со значением действия, состояния, движения, деятельности и т. д.):

Li iĝis prezidanto «Он стал председателем»;

Li ŝajnas stranga «Он кажется странным»;

Ni elektis lin prezidanto «Мы выбрали его председателем»;

La almozulo sajnigis sin blinda «Нищий прикидывался слепым».

Глагол aspekti иногда в качестве глагольной части образует составное именное сказуемое с прилагательным в качестве именной части: aspekti bela «выглядеть красивым»; иногда же данный глагол употребляется как простое глагольное сказуемое в сочетании с наречием в качестве обстоятельства: aspekti bele «выглядеть красиво».

Глаголы labori и servi в качестве глагольной части теоретически могут непосредственно образовывать составное сказуемое с существительными — названиями профессий в качестве именной части: labori instruisto «работать учителем», servi ĉambristino «служить горничной». Но традиционно в подобных фразах перед названием профессии употребляется слово kiel, которое при этом трактуется просто как элемент именной части сказуемого: labori kiel instruisto, servi kiel ĉambristino. Хотя мы находим такой вариант гораздо менее удачным из-за двусмысленности (возможности принятия своеобразного предикативного комплекса за сравнительный оборот), мы рекомендуем его ради следования литературной норме. Также см. статью kiel 3 и примечания к ней в данном словаре.

Составное глагольное сказуемое состоит из вспомогательного глагола, выражающего грамматическое значение, и неопределённой формы, выражающей основное семантическое значение всей этой конструкции, например: Li restis dormi «Он остался спать»; Mi lasis lin dormi «Я оставил его спать». Но, в отличие от русского языка, в эсперанто в качестве вспомогательного глагола может выступать глагол «казаться» (ŝajni), например: Li ŝajnas dormi «Кажется, что он спит» (буквально «Он кажется спящим» = Li ŝajnas dormanta), а также глаголы физического восприятия «видеть» (vidi), «слышать» (aŭdi), «чувствовать» (senti), например: Mi vidas lin dormi «Я вижу, что он спит» (буквально «Я вижу его спящим» = Mi vidas lin dormanta); Mi aŭdas ŝin kanti «Я слышу, что она поёт» (буквально «Я слышу её поющей» = Mi aŭdas ŝin kantanta). Иногда (очень редко) в этом качестве употребляется также глагол «считать, полагать» (opinii), например: Mi opinias lin labori «Я считаю, что он работает» (буквально «Я считаю его работающим» = Mi opinias lin laboranta).

При наличии в подобных конструкциях прямого дополнения действие, выраженное смысловым глаголом (т. е. инфинитивом), может иметь в качестве субъекта как подлежащее, так и прямое дополнение. Если вспомогательный глагол составного сказуемого является непереходным, то выраженное инфинитивом действие имеет своим субъектом подлежащее: Li ŝajnas min kompreni «Кажется, что он меня понимает» (= Li ŝajnas kompreni min); Mi restis lin helpi «Я остался помогать ему» (= Mi restis helpi lin). Если вспомогательный глагол составного глагольного сказуемого является переходным, то выраженное инфинитивом действие имеет своим субъектом прямое дополнение: Li aŭdas min paroli «Он слышит, что я говорю»; Mi igis lin labori «Я заставил его работать».

Инфинитив в качестве части составного глагольного сказуемого необходимо отличать от инфинитива в качестве обстоятельства цели, поскольку от этого зависит (не)употребление перед ним предлога цели por. Обычно данный предлог употребляется перед инфинитивом в обстоятельственных оборотах цели, например: Mi restis por helpi lin «Я остался, чтобы помочь ему»; Mi skribas al vi por ricevi respondon «Я пишу вам, чтобы получить ответ». Но если сказуемое выражено глаголом движения, предлог por в этих оборотах часто опускается: Mi iras preni (= por preni) akvon «Я иду набрать воды»; Mi venis diri (= por diri) al vi ion interesan «Я пришёл, чтобы сказать вам кое-что интересное». Однако для указания на то, что инфинитив как часть обстоятельства цели имеет субъектом подлежащее, употребление предлога por обязательно. Ср.:

Mi venigis doktoron helpi al vi «Я привёл доктора помочь вам» (субъектом выраженного глаголом helpi действия является выступающее в роли прямого дополнения слово doktoro, т. е. помогает доктор).

Mi venigis doktoron por helpi al vi «Я привёл доктора, чтобы помочь вам» (субъектом выраженного глаголом helpi действия является выступающее в роли подлежащего слово mi, т. е. помогаю я).

Пунктуация

Л. Заменгоф считал, что в эсперанто каждый может пользоваться правилами пунктуации, свойственными его родному языку. Однако на основании трудов самого Заменгофа и других авторов были установлены правила пунктуации, несколько отличающиеся в сторону большей свободы от правил, принятых в русском языке. Так, в отличие от русского письма, в эсперантском письме запятой не разделяются однородные члены предложения, соединённые союзами nek «ни», sed «но», kaj «и», aŭ «или», например: nek vi nek mi «ни вы, ни я», homo malforta sed sana «человек слабый, но здоровый», en nia biblioteko estas kaj libroj kaj revuoj kaj ĵurnaloj «в нашей библиотеке есть и книги, и журналы, и газеты», donu al mi aŭ sukon aŭ lakton aŭ akvon «дай(те) мне или сока, или молока, или воды».

Иногда запятая не ставится и в сочетаниях типа ni esperantistoj «мы, эсперантисты».

Некоторые эсперантисты не ставят запятую перед союзом ke «чтоб(ы), что», но абсолютное большинство в этом случае её ставит.

В употреблении заглавных букв под влиянием различных национальных языков и различных лингвистических концепций наблюдается разнобой. Например, иногда (хотя и очень редко) с заглавной буквы пишутся названия дней, месяцев и представителей народов: Lundo «понедельник», Junio «июнь», Anglo «англичанин». Нередко встречается написание с заглавной буквы прилагательных, образованных от имён собственных: Berlina «берлинский», Napoleona «наполеоновский», Platona «платонов». Однако при употреблении заглавных букв вполне можно пользоваться и правилами русского языка. Надо только помнить, что названия языков, представляющие собой простые существительные, традиционно пишутся с заглавной буквы: Esperanto «эсперанто», Volapuko «волапюк», Latino «латынь». (Поскольку подобные названия языков фактически являются именами собственными, мы рекомендуем именно такое написание.) Хотя встречается написание таких слов и со строчной буквы. С заглавной буквы обычно пишутся также названия праздников: Pasko «Пасха», Kristnasko «Рождество», Ramadano «Рамадан». В именах собственных, состоящих из нескольких слов, с заглавной буквы пишутся все слова, кроме служебных: Fina Akto de la Konferenco pri Sekureco kaj Kunlaboro en Eŭropo «Заключительный акт конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе». В отличие от русского языка местоимение vi по отношению к второму лицу единственного числа пишется с заглавной буквы исключительно редко (только при обращении к очень высокопоставленным особам, Богу и т. п.).

Перенос слов можно осуществлять как по слогам, так и произвольно. Не рекомендуется только переносить на следующую строку одну букву (это не имеет смысла, так как одна буква и знак переноса занимают одинаковое место) и оставлять одну букву на предыдущей строке. При переносе необходимо следить, чтобы в результате разделения слов не получались затрудняющие понимание каламбуры. Например, слово katastrofo крайне нежелательно переносить как kata-strofo, слово kamparano — как kampa-rano, а слово pantalono — как pan-talono.

Стиль

Л. Заменгоф писал: «Истинный эсперантский стиль — стиль не славянский, не германский и не романский, а только стиль простой и логичный». Особенно важно следовать этому принципу для избегания бездумного дословного перевода и калек с родного языка, выходящих за рамки общепринятой нормы (именно такую норму отражают примеры и описывают комментарии в данном словаре). Что же касается деления самого языка на стили (высокий, низкий, газетный, просторечный и пр.), то различия такого рода в эсперанто выражены гораздо меньше, чем в национальных языках, в том числе в русском. Это объясняется, с одной стороны, молодостью языка, а с другой — большей однородностью эсперантистского сообщества по сравнению с сообществами национальными в плане образовательного уровня, а также отсутствием в эсперанто-движении некоторых социальных групп, свойственных этносам (криминальные элементы, маргиналы и пр.)[29]. Тем не менее, стили постепенно складываются и в этом языке. К «классическому» эсперанто безусловно можно отнести произведения самого Л. Заменгофа, а также некоторых авторов первого периода, например Казимежа Бейна и Генриха Лойкена. Однако сейчас ряд слов и оборотов того времени перешли в разряд архаизмов. Позже огромный вклад в развитие литературной нормы внесли Каломан Калочай, Юлио Баги, Мэрджори Бултон, Уильям Олд, Рето Россетти и многие другие классики. Недостаточность стилевых различий в эсперанто некоторые авторы преодолевают с помощью намеренного их усиления или даже изобретения собственных стилистически окрашенных вариантов языка, например, для передачи средневековой речи, речи иностранцев, блатного жаргона или богемной беседы. В этом отношении очень интересны языковые эксперименты Каломана Калочая, Раймона Шварца, Лорьяка, Кароля Пича, Тревора Стила. Излишне напоминать, что для такого творчества необходим очень высокий уровень владения языком. В последнее время активно развивается молодёжный сленг. Он отличается каламбурами, обилием неологизмов (многие из которых не заимствованы из других языков, а созданы на базе эсперантского лексического материала), а также некоторыми грамматическими нововведениями. Но начинающим эсперантистам, прежде чем пользоваться ими, мы рекомендуем хорошо освоить литературную норму.

Табл. 4. Коррелятивные местоимения и местоименные наречия («табличные слова»)[30]

Значение

Разряд

неопределённые (nedifinaj)

вопросительно-относительные (demandaj)

указательные (montraj)

собирательные (kolektivaj)

отрицательные (neaj)

лицо (persono)

iu кто-то, кто-нибудь, кто-либо, кое-кто, некто

kiu кто, который

tiu тот

ĉiu каждый, всякий, любой

neniu никто

предмет (objekto)

io что-то, что-нибудь, что-либо, кое-что, нечто

kio что

tio то

ĉio всё

nenio ничто

качество (kvalito)[31]

ia какой-то, какой-нибудь, какой-либо, кое-какой

kia какой

tia такой

ĉia всякий

nenia никакой

количество (kvanto)

iom сколько-то, сколько-нибудь, сколь-либо, некоторое количество

kiom сколько

tiom столько

ĉiom всякое количество, всё

neniom нисколько

принадлежность (posedo)

ies чей-то, чей-нибудь, чей-либо, кое-чей

kies чей

ties того

ĉies всякого, всех, (все)общий

nenies ничей

образ действия (maniero)

iel как-то, как-нибудь, как-либо

kiel как

tiel так

ĉiel всячески, по-всякому

neniel никак

причина (kaŭzo)

ial почему-то, почему-нибудь, почему-либо

kial почему

tial потому

ĉial по всякой причине

nenial безо всякой причины, беспричинно

время (tempo)

iam когда-то, когда-нибудь, когда-либо, кое-когда

kiam когда

tiam тогда

ĉiam всегда

neniam никогда

место (loko)

ie где-то, где-нибудь, где-либо, кое-где

kie где

tie там

ĉie везде

nenie нигде

направление (direkto)

ien куда-то, куда-нибудь, куда-либо

kien куда

tien туда

ĉien во все места

nenien никуда

Табл. 5. Официальные приставки[32]

Приставка

Значение

Примеры

bo-

родство в результате брака, свойства

patro отец — bopatro тесть, свёкор; patrino мать — bopatrino тёща, свекровь; filo сын — bofilo зять; frato брат — bofrato брат жены, брат мужа

dis-

разъединение, раздробление, рассеивание

doni дать — disdoni раздать; ĵeti бросить — disĵeti разбросать; iri идти — disiri разойтись; как корень: dise врозь, порознь; disigi разъединить, разобщить

ek-

начало или мгновенность действия

brili блестеть — ekbrili заблестеть; kanti петь — ekkanti запеть; krii кричать — ekkrii закричать, вскрикнуть; как корень: eki начаться; начать действовать, приступить к действиям

eks-

уход с занимаемой должности, оставление занятия, утрата прежнего статуса

ministro министр — eksministro экс-министр; oficiro офицер — eksoficiro бывший офицер, офицер в отставке, отставник; virkato кот — eksvirkato кастрированный кот; как корень: eksa бывший; eksigi отправить в отставку, снять с должности; eksiĝi уйти в отставку, оставить занимаемую должность

fi-

презрение, отвращение

ago поступок — fiago мерзкий, недостойный поступок; odoro запах — fiodoro мерзкий запах, вонь; vorto слово — fivorto непристойное, бранное слово; как корень: fia мерзкий, гадкий, отвратительный

ge-

объединение в названии лиц обоего пола

patro отец — gepatroj родители; edzo муж — geedzoj супруги, муж и жена; как корень: gea общий, совместный (предназначенный для обоих полов)

mal-

прямая противоположность

bona хороший — malbona плохой; ami любить — malami ненавидеть; varmo тепло — malvarmo холод; как корень: mala (прямо) противоположный; male наоборот, напротив

mis-

ошибочность, неверность действия

informi информировать — misinformi дезинформировать; kalkuli считать — miskalkuli обсчитаться; paŝi ступать — mispaŝi оступиться; как корень: misa ошибочный, неверный; mise ошибочно, неверно

pra-

далёкая степень родства, большая давность

avo дед — praavo прадед; nepo внук — pranepo правнук; lingvo язык — pralingvo праязык; как корень: praa первобытный, доисторический; praŭlo предок

re-

обратное или повторное действие

skribi писать — reskribi переписать; organizi организовать — reorganizi реорганизовать; veni прийти — reveni вернуться; как корень: ree опять, снова, заново; reen обратно

Табл. 6. Официальные суффиксы[33]

Суффикс

Значение

Примеры

-aĉ-

пренебрежительное отношение из-за внешнего вида

domo дом — domaĉo домишко, халупа; ĉevalo лошадь — ĉevalaĉo лошадёнка, кляча; fari (с)делать — faraĉi (с)делать кое-как, сляпать; как корень: aĉa скверный, паршивый; aĉaĵo дрянь, гадость, пакость, мерзость

-ad-

длительность действия, процесса; повторность

iri идти — iradi ходить; viziti посетить — vizitadi посещать; kanto песня — kantado пение; lerni учиться — lernado учёба; как корень: adi длиться, продолжаться

-aĵ-

предмет, объект; конкретное проявление какого-либо объекта, понятия, признака или действия

ovo яйцо — ovaĵo яичница; nova новый — novaĵo новость, новинка; konstrui строить — konstruaĵo строение, постройка; kreski расти — kreskaĵo растение; stulta глупый — stultaĵo глупость; как корень: aĵo вещь, предмет

-an-

член коллектива или организации; житель местности; последователь учения

partio партия — partiano член партии, партиец; akademio академия — akademiano академик; urbo город — urbano горожанин; Moskvo Москва — moskvano москвич; Kristo Христос — kristano христианин; как корень: ano член (коллектива); aniĝi стать членом, вступить (в коллектив)

-ar-

совокупность однородных предметов или существ

homo человек — homaro человечество; arbo дерево — arbaro лес; vorto слово — vortaro словарь; ŝtupo ступень — ŝtuparo лестница; как корень: aro совокупность; arigi собрать, сгруппировать

-ĉj-

уменьшительно-ласкательный для мужского пола

Petro Пётр — Peĉjo Петя; Aleksandro Александр — Aleksaĉjo, Aleĉjo Саша, Шура; patro отец — paĉjo папа

-ebl-

возможность, пригодность

manĝi есть — manĝebla съедобный; kompreni понимать — komprenebla понятный; legi читать — legebla читабельный; как корень: ebla возможный; eble возможно

-ec-

свойство, качество, абстрактное состояние

infano ребёнок — infaneco детство; bela красивый — beleco красота; amiko друг — amikeco дружба; blanka белый — blankeco белизна; как корень: eco свойство, качество

-eg-

увеличение, усиление

pluvo дождь — pluvego ливень; granda большой — grandega огромный; ridi смеяться — ridegi хохотать; как корень: ege очень

-ej-

место, помещение

lerni учиться — lernejo школа, училище; ĉevalo лошадь — ĉevalejo конюшня; trezoro сокровище — trezorejo сокровищница; metio ремесло — metiejo мастерская; bani купать — banejo баня, купальня; как корень: ejo помещение

-em-

склонность к чему-либо

timi бояться — timema боязливый; cedi уступить — cedema уступчивый; labori работать — laborema трудолюбивый; senti чувствовать — sentemo чувствительность; как корень: ema склонный; emo склонность

-end-

долженствование, обязательность

pagi платить — pagenda подлежащий оплате; который должен быть выплаченным; fari (с)делать — farenda подлежащий выполнению, который должен быть сделанным

-er-

частица чего-либо

fajro огонь — fajrero искра; sablo песок — sablero песчинка; polvo пыль — polvero пылинка; mono деньги — monero монета; как корень: ero частица

-estr-

начальник

ŝipo корабль — ŝipestro капитан (корабля); urbo город — urbestro градоначальник, мэр, бургомистр; как корень: estro начальник

-et-

уменьшение, ослабление

domo дом — dometo домик; bela красивый — beleta красивенький, хорошенький; pordo дверь — pordeto дверца; dormi спать — dormeti дремать; ridi смеяться — rideti улыбаться; как корень: eta маленький

-id-

дитя, потомок

kato кот — katido котёнок; koko петух — kokido цыплёнок; ĉevalo лошадь — ĉevalido жеребёнок; reĝo король — reĝido королевич; reĝidino королевна; как корень: ido дитя, потомок, детёныш

-ig-

(с)делать каким-либо, чем-либо, кем-либо; побуждать к какому-либо действию

blanka белый — blankigi (по)белить; pura чистый — purigi (о)чистить; edzo муж — edzigi женить; bruli гореть — bruligi жечь, сжигать; sidi сидеть — sidigi сажать, усадить, посадить; trinki пить — trinkigi (на)поить; как корень: igi заставить; сделать (каким-л., чем-л., кем-л.)

-iĝ-

(с)делаться каким-либо, кем-либо, чем-либо; перейти в какое-либо состояние

pala бледный — paliĝi (по)бледнеть; unu один — unuiĝi объединиться, объединяться; edzo муж — edziĝi жениться; blanka белый — blankiĝi (по)белеть; sidi сидеть — sidiĝi сесть, садиться; trovi находить, найти — troviĝi находиться, найтись; как корень: iĝi сделаться, стать

-il-

орудие, инструмент; средство

tranĉi резать — tranĉilo нож; haki рубить — hakilo топор; ŝlosi запирать — ŝlosilo ключ; kuraci лечить — kuracilo лечебное средство, лекарство; как корень: ilo орудие, инструмент, средство

-in-

лицо или животное женского пола, самка

patro отец — patrino мать; filo сын — filino дочь; reĝo король — reĝino королева; leono лев — leonino львица; kato кот — katino кошка; как корень: ino самка

-ind-

достойный, заслуживающий чего-либо

laŭdi (по)хвалить — laŭdinda похвальный; deziri желать — dezirinda желательный; ridi смеяться — ridinda смешной; kredi верить — kredinda достоверный; как корень: inda достойный

-ing-

предмет, в который что-либо вставляется

kandelo свеча — kandelingo подсвечник; fingro палец — fingringo напёрсток; ampolo (электрическая) лампочка — ampolingo (электрический) патрон; как корень: ingi вставить, вложить (в предназначенный для этого предмет)

-ism-

учение, направление, система

Darvino Дарвин — darvinismo дарвинизм; komuna общий — komunismo коммунизм; nacio нация — naciismo национализм; protekti покровительствовать — protektismo протекционизм; как корень: ismo «изм», учение, доктрина

-ist-

лицо определённой профессии или определённого рода занятий; последователь учения, направления

instrui учить — instruisto учитель, преподаватель; desegni чертить — desegnisto чертёжник; telegrafo телеграф — telegrafisto телеграфист; muziko музыка — muzikisto музыкант; Darvino Дарвин — darvinisto дарвинист

-nj-

уменьшительно-ласкательный для женского пола

Maria Мария — Manjo Маня; Sofia София — Sonjo Соня; patrino мать — panjo мама

-obl-

увеличение в определённое количество раз, умножение

du два — duobla двойной; tri три — triobla тройной; dek десять — dekoble в десять раз, вдесятеро, десятикратно; multaj многие — multobligi увеличить во много раз, (при)умножить; как корень: oblo кратное

-on-

дробь

du два — duono половина, одна вторая; kvar четыре — kvarono четверть, одна четвёртая; как корень: onigi превратить в дробь, (раз)дробить

-op-

собирательное числительное

du два — duope вдвоём; duopo пара; tri три — triope втроём; dek десять — dekope вдесятером; multe много — multope во множестве; как корень: opa коллективный, групповой

-uj-

вместилище; дерево, на котором растут определённые плоды; страна, в которой живут люди определённой национальности

mono деньги — monujo кошелёк; inko чернила — inkujo чернильница; sukero сахар — sukerujo сахарница; pomo яблоко — pomujo яблоня; mandarino мандарин — mandarinujo мандариновое дерево; franco француз — Francujo Франция; germano немец — Germanujo Германия; как корень: ujo вместилище, ёмкость

-ul-

лицо, обладающее определённым свойством, качеством

juna молодой, юный — junulo юноша, молодой человек; saĝa умный — saĝulo мудрец, умник; scienco наука — scienculo учёный; malsana больной (прилагательное) — malsanulo больной (существительное); как корень: ulo индивид, тип, лицо, создание

-um-

конкретного значения данный суффикс не имеет; образованные с его помощью слова семантически близки корневым словам

brako рука — brakumi обнимать, обхватывать, заключать в объятия; okulo глаз — okulumi глазеть, таращиться; kolombo голубь — kolombumi ворковать; mastro хозяин — mastrumi хозяйствовать; sapo мыло — sapumi намыливать; ŝtono камень — ŝtonumi забить камнями; pendi висеть — pendumi повесить на виселице; buŝo рот — buŝumo намордник; kalkano пятка — kalkanumo каблук; kolo шея — kolumo воротник; aero воздух — aerumi проветрить; paki (у)паковать — pakumo упаковка (материал); du два — duuma двоичный; malvarma холодный — malvarmumi простудиться; как корень: umo штука, штуковина

Табл. 7. Простые предлоги[34]

предлог

перевод

значение, примеры

al

«к» и др.; дательный падеж без предлога

выражает направление, приближение, стремление к цели: iri al kuracisto идти к врачу; iru al mi! иди(те) ко мне!; donu al mi! дай(те) мне!; helpi al sia amiko помочь своему другу; rigardi al la strato смотреть на улицу; apliki teorion al la praktiko применять теорию на практике; frapi al la pordo (по)стучать в дверь; как корень: aliĝi присоединиться, примкнуть, вступить (в организацию); как приставка: alporti принести; aldoni придать

anstataŭ

«вместо»

выражает замену, замещение: anstataŭ mi вместо меня; ripozi anstataŭ labori отдыхать вместо того, чтобы работать; как корень: anstataŭi заменить, заместить (собой); anstataŭigi заменить (чем-л.)

antaŭ

«перед», «до», «раньше», «прежде»

выражает соотношение предметов или событий по месту и времени, указывая, что одно предшествует другому: antaŭ la domo перед домом; li staras antaŭ mi он стоит передо мной; antaŭ la milito перед войной; antaŭ kelkaj jaroj несколько лет (тому) назад; antaŭ nelonge недавно; antaŭ ol foriri прежде чем уйти; как корень: antaŭa передний, предыдущий, прежний; antaŭe впереди, спереди, прежде, раньше; как приставка: antaŭdiri предсказывать; antaŭhieraŭ позавчера; antaŭmilita довоенный

apud

«около», «подле», «возле», «вблизи», «близ»

выражает близость, соседство: apud la domo около дома, возле дома; apud mi около меня, возле меня; apud Moskvo под Москвой; как корень: apude рядом, около, вблизи, поблизости; как приставка: apudurbo пригород; apudvoja придорожный; apudmonta подгорный

cis

«по эту сторону»

указывает на место, находящееся ближе местоположения данного лица или предмета: cis la limo по эту сторону границы; cis la rivero на этой стороне реки; как корень: cisa находящийся по эту сторону, посюсторонний; как приставка: cisalpa цизальпинский; Ciskaŭkazo Предкавказье, Северный Кавказ

ĉe

«у», «при»

выражает непосредственную близость по месту или по времени и одновременность: stari ĉe fenestro стоять у окна; sidi ĉe la tablo сидеть за столом; ĉe malbona vetero при плохой погоде; ĉe la lumo de la tago при свете дня; konduki iun ĉe la nazo водить кого-либо за нос; maldika ĉe la koksoj худой в бёдрах; как корень: ĉea находящийся под рукой, находящийся в непосредственной близости; как приставка: ĉeesti присутствовать; ĉeborda прибрежный, побережный

ĉirkaŭ

«вокруг»

выражает приблизительное время, меру, цену, количество, относительную одновременность: ili staris ĉirkaŭ mi они стояли вокруг меня; pasis ĉirkaŭ dek jaroj прошло около десяти лет; la libro kostas ĉirkaŭ cent rublojn книга стоит около ста рублей; aĉeti ĉirkaŭ tri kilogramojn da pomoj купить около трёх килограммов яблок; как корень: ĉirkaŭa окружающий, окрестный, окольный, (о)кружной; ĉirkaŭigi окружить (чем-л.); как приставка: ĉirkaŭfosi окопать, окружить рвом; ĉirkaŭmonda кругосветный

da

родительный падеж без предлога

выражает количество, меру, вес: multe da homoj много людей; glaso da akvo стакан воды; deko da ovoj десяток яиц; tri metroj da ŝtofo три метра материи; du kilogramoj da pomoj два килограмма яблок

de

«от», «с», «со», родительный падеж без предлога

указывает на:
пункт, в котором началось действие; момент, с которого началось действие; причину возникновения действия, его происхождение; принадлежность лицу или предмету другого лица или предмета; деятеля при страдательном залоге:
de Moskvo ĝis Peterburgo от Москвы до Петербурга; de mateno ĝis vespero с утра до вечера; la helpo venis de li помощь пришла от него; donu al mi pecon de tiu kuko дай(те) мне кусок (от) этого пирога; de nun с настоящего времени, с этого момента; la libro de la patro книга отца; la prezo de pano цена хлеба; hundo de nigra koloro собака чёрного цвета; atingi la aĝon de 80 jaroj достичь возраста 80 лет; letero skribita de mia amiko письмо, написанное моим другом; как корень: deigi отделить; deiĝi отделиться; как приставка: deiri отойти; denove снова; deĉevaliĝi соскочить с лошади, спешиться

dum

«во время», «в течение», «в продолжение», «на протяжении»

указывает на время, в течение которого что-либо происходит: dum la kunveno во время собрания; dum la tuta vivo в течение всей жизни, на протяжении всей жизни; как корень: dume между тем, тем временем, пока (что), покуда; как приставка: dumviva пожизненный

ekster

«вне», «за»

указывает на нахождение за пределами чего-либо, на исключение, изъятие: ekster dubo вне сомнения; ekster la domo вне дома; ekster la urbo за городом; как корень: ekstera внешний, наружный; ekstere снаружи; как приставка: eksteredzeca внебрачный; eksterlando заграница

el

«из»

указывает на:
движение за пределы какого-либо ограниченного места или предмета; изменение (выход из) предшествующего состояния; происхождение, причину, источник; выделенную из группы единицу, часть; материал, из которого что-либо сделано:
reveni el Moskvo вернуться из Москвы; eliri el la domo выйти из дома; fali el la ĉielo упасть с неба; domo el brikoj дом из кирпича; statuo el marmoro статуя из мрамора; desegni el la memoro рисовать по памяти; traduki el la rusa lingvo перевести с русского языка; unu el ili один из них; deziri el la tuta koro желать от всего сердца, желать всем сердцем; krii el la tuta gorĝo кричать во всё горло; как корень: eligi выделить, извлечь, испустить, заставить выйти наружу; eliĝi выделиться, извлечься, испуститься, выйти наружу; как приставка: elĉerpi вычерпать, исчерпать; elbabili выболтать, разболтать

en

«в»

указывает на:
место, внутри которого кто-либо или что-либо находится; время, в течение которого происходит действие; место, в которое направляется что-либо или кто-либо; состояние, в котором находится или в которое переходит что-либо или кто-либо:
teni en la mano держать в руке; loĝi en urbo жить в городе; veturi en urbon ехать в город; en la venonta jaro в будущем году; en malbona vetero в плохую погоду; labori en fabriko работать на фабрике; rompi vazon en pecetojn разбить вазу на кусочки; traduki libron en alian lingvon перевести книгу на другой язык; fari ĉion en unu tago сделать всё за один день; как корень: enigi ввести, вложить, внедрить, заставить войти внутрь; eniĝi углубиться, внедриться, проникнуть внутрь; как приставка: enskribi вписать; eniri войти

ĝis

«до»

указывает на предел в пространстве, времени или состоянии, которого достигло действие: de la kapo ĝis la piedoj с головы до ног; de mateno ĝis vespero с утра до вечера; ridi ĝis ploro смеяться до слёз; как корень: ĝisi сказать «пока!», попрощаться; как приставка: ĝisfine до (самого) конца; ĝisvivi дожить

inter

«между», «среди»

указывает на:
положение в пространстве, ограниченное двумя или более предметами; положение во времени, ограниченное двумя моментами; положение кого-либо или чего-либо среди лиц или предметов; взаимосвязь между двумя или более лицами:
inter vivo kaj morto между жизнью и смертью; inter martelo kaj amboso между молотом и наковальней; inter la kvina kaj la sesa между пятью и шестью (часами); inter esperantistoj среди эсперантистов; elekti inter pluraj выбирать из многих; как корень: intera промежуточный, средний, срединный; как приставка: interakto антракт; internacia интернациональный, международный

je

«в», «на», «за»

конкретного значения данный предлог не имеет и употребляется, когда другой предлог по смыслу не подходит; наиболее характерно его использование для обозначения часов и меры: je la sepa vespere в семь часов вечера; havi rajton je io иметь право на что-либо; kredi je Dio верить в Бога; lama je la dekstra piedo хромой на правую ногу; preni iun je la mano взять кого-либо за руку; muro alta je tri metroj стена высотой в три метра; riĉa je brutoj богатый скотом; mi estas je unu jaro pli juna ol li я на год младше его, je via sano за ваше здоровье

kontraŭ

«против», «о», «об», «к»

указывает на:
место, находящееся перед лицом или предметом, но отделённое от него свободным пространством; предмет, действие или чувство относительно лица или предмета; предмет, на который происходит обмен:
kontraŭ nia domo staras monumento (на)против нашего дома стоит памятник; unu kontraŭ la alia один против другого; kuracilo kontraŭ febro лекарство против лихорадки, лекарство от лихорадки; agi kontraŭ iu действовать против кого-либо; frapi sin kontraŭ muron биться о стену; senti antipation kontraŭ iu чувствовать неприязнь к кому-либо; ŝanĝi bovon kontraŭ cevalo сменять быка на лошадь; vendi libron kontraŭ cent rubloj продать книгу за сто рублей; как корень: kontraŭa противоположный; kontraŭulo противник; как приставка: kontraŭstari противостоять; kontraŭmilita антивоенный

krom

«кроме»

выражает:
исключение, невключение; наличие сверх чего-либо, добавление:
ĉiuj krom vi все, кроме вас; krom tio кроме того, кроме этого; как корень: kroma дополнительный, добавочный; krome кроме того, кроме этого; как приставка: kromĉaro мотоциклетная коляска; kromefiko побочный эффект

kun

«с», «со»

выражает: сопровождение; совместность; одновременность; образ действия: veni kun sia amiko прийти со своим другом; ludi kun infanoj играть с детьми; paroli kun kolero говорить с гневом; как корень: kuna совместный; kune вместе, вкупе, совместно, сообща, заодно; как приставка: kunaŭtoro соавтор; kunekzisti сосуществовать

laŭ

«по», «согласно», «в соответствии с» и др.

выражает зависимость от чего-либо, следование чему-либо: iri laŭ la rivero идти по реке, идти вдоль реки; laŭ mia opinio по моему мнению; laŭ la ordono по приказу, в соответствии с приказом; kopii laŭ la manuskripto копировать с рукописи; danci laŭ ies fajfilo танцевать под чью-либо дудку; fali laŭ sia tuta longo растянуться (упасть) во всю свою длину; laŭ la unua rigardo tio ŝajnas facila на первый взгляд это кажется лёгким; как корень: laŭa соответствующий, соответственный, сообразный; как приставка: laŭdezire по (своему) желанию; laŭlonga продольный

malgraŭ

«несмотря на», «вопреки»

выражает непринятие во внимание чьей-либо воли или обстоятельства: malgraŭ ĉio вопреки всему, несмотря ни на что; promeni malgraŭ pluvo гулять несмотря на дождь; malgraŭ malpermeso несмотря на запрет, вопреки запрету; как корень: malgraŭe несмотря на это, вопреки этому; как приставка: malgraŭvola принудительный, подневольный, вынужденный

per

«посредством», «с помощью», «при помощи»

указывает на:
орудие, инструмент, способ, при помощи которого осуществляется действие; посредника (но в страдательном залоге обозначает только предмет, а не лицо, осуществляющее действие):
ni vidas per la okuloj мы видим глазами; skribi per krajono писать карандашом; plenigi botelon per akvo наполнить бутылку водой; sendi leteron per knabo послать письмо с мальчиком; как корень: peranto посредник; как приставка: perforta насильственный, насильный

po

«по»

выражает распределение чего-либо равными частями, равным количеством (употребляется перед числительным): antaŭ ĉiu gasto staris po kvar glasoj перед каждым гостем стояло по четыре стакана; al ĉiu li donis po tri pomojn каждому он дал по три яблока; как приставка: poiomete понемногу, понемножку, помаленьку; pogranda оптовый

por

«для», «ради», «за»

выражает:
цель, назначение; цену:
por kio? для чего?, ради чего?; glaso por biero стакан для пива; batali por la liber(ec)o сражаться за свободу; voĉdoni por iu голосовать за кого-либо; pagi cent rublojn por libro заплатить сто рублей за книгу; forveturi por du semajnoj уехать на две недели; por ĉiam навсегда; kuŝi por ripozi лежать (для того), чтобы отдохнуть; как приставка: porinfana детский, предназначенный для детей

post

«после», «за»

указывает на:
отрезок времени, более поздний по сравнению с другим; место, более отдалённое по сравнению с другим, находящееся позади него; обладание меньшим значением, меньшей важностью:
post la milito после войны; post du jaroj через два года; eliri post iu выйти за кем-либо; kaŝita post la pordo спрятанный за дверью; как корень: posta задний; последовавший после; poste позади, сзади; потом, затем, позже, после

preter

«мимо»

указывает на лицо, предмет или место, мимо которых кто-либо или что-либо проходит: li pasis preter mi он прошёл мимо меня; как корень: pretere мимо; как приставка: preteriri идти мимо

pri

«о», «об», «про» и др.

выражает отношение, касательство к чему-либо: rakonti pri sia vivo рассказывать о своей жизни; traktato pri paco договор о мире; kurso pri literaturo курс по литературе; profesoro pri matematiko профессор математики; certa pri io уверенный в чём-либо; kontenta pri io довольный чем-либо; ĝoji pri io радоваться чему-либо; la problemo pri mediprotektado проблема охраны окружающей среды; как корень: prie об этом; как приставка: prifajfi освистать; priparoli обговорить; prilabori обработать

pro

«из-за», «за», «ради»

указывает на:
причину, мотив действия; предмет, на который осуществляется обмен:
pro manko de tempo из-за нехватки времени; morti pro la patrujo умереть за родину; okulon pro okulo, denton pro dento око за око, зуб за зуб; mono pro laboro деньги за работу; pro formo для проформы, ради проформы; как корень: proe из-за этого; как приставка: probatalanto поборник

sen

«без»

выражает отсутствие чего-либо или кого-либо: sen ripozo без отдыха; teo sen sukero чай без сахара; labori sen peti helpon работать не прося о помощи; как корень: senigi лишить, избавить; seniĝi лишиться, избавиться; как приставка: senakva безводный; sendepende независимо; senfeligi освежевать, снять шкуру

sub

«под»

выражает:
нахождение ниже чего-либо или кого-либо; подчинённость:
kuŝi sub la tablo лежать под столом; verki sub pseŭdonimo писать под псевдонимом; servi sub iu служить под чьим-либо началом; teni ion sub seruro держать что-либо под замком; sub la kondico, ke… при условии, что…; как корень: suba нижний, подчинённый; subigi подчинить; subiĝi подчиниться; как приставка: subskribo подпись; subteni поддерживать, поддержать; subleŭtenanto младший лейтенант

super

«над», «выше», «сверх»

выражает:
нахождение выше чего-либо или кого-либо; превосходство; сосредоточение внимания или действия на чём-либо:
flugi super la maro лететь над морем; super la homaj fortoj выше человеческих сил, сверх человеческих сил; dek gradoj super la nulo десять градусов выше нуля; la generalo estas super la kolonelo генерал выше полковника; labori super la projekto работать над проектом; как корень: supera высший, верховный; вышестоящий, старший (по положению, званию и т. п.); как приставка: supermezura чрезмерный; superhomo сверхчеловек; superforti пересилить, одолеть, превзойти в силе

sur

«на»

выражает расположение на чём-либо или ком-либо: sidi sur seĝo сидеть на стуле; stari sur la korto стоять на дворе; как приставка: surskribo надпись; surfundiĝi опуститься на дно, лечь на дно

tra

«сквозь», «через»

выражает:
прохождение чего-либо или кого-либо через, сквозь что-либо; продолжение действия в течение всего периода времени:
pasi tra la tuta urbo пройти через весь город; eniri tra la pordo войти через дверь, войти в дверь; rigardi tra fenestro смотреть в окно; kuri tra strato бежать по улице; как корень: trae насквозь; навылет; как приставка: trabati пробить; trafoliumi пролистать

trans

«через», «за»

указывает на место, находящееся дальше местоположения данного предмета или лица: aŭskulti trans muro слушать через стену; la birdo flugis trans la riveron птица летела через реку; la birdo flugis trans la rivero птица летела за рекой; как корень: transe по ту сторону, по другую сторону; как приставка: transiri перейти; transformi превратить, преобразовать, трансформировать

Табл. 8. Предлоги места и направления

О пользовании словарём

1. Словарь построен по алфавитно-гнездовому принципу. Заглавные слова, начинающие словарные статьи, расположены в алфавитном порядке. Заглавными словами являются корневые слова, приставочные производные и сложные слова. Суффиксальные производные и производные с помощью одних окончаний помещаются внутри словарной статьи в виде гнезда. По установившейся в эсперантской лексикографии традиции в алфавитном порядке следуют лишь неизменяемые части, основы заглавных слов, т. е. слова без грамматического окончания (o, a, i и т. п.). Таким образом, слово tabak/o «табак» в словнике предшествует слову tabak/fabrik/o «табачная фабрика», а слово hipokondr/o «предреберье» — слову hipokondri/o «ипохондрия». Внутри гнезда образованные с помощью одних окончаний производные располагаются следующим образом. На первом месте стоит форма с окончанием, указывающим на грамматическую природу корня (если основа слова представляет собой один корень), т. е. на его принадлежность к определённому грамматическому классу: существительных (субстантивные корни), прилагательных (адъективные корни), глаголов (вербальные корни). Таким образом, из нахождения на первом месте в словарной статье форм hom||o, libr||o, bel||a, grand||a, vid||i, kur||i следует, что корни hom- и libr- являются субстантивными, bel- и grand- — адъективными, а vid- и kur- — вербальными. В результате этого, например, форма patr||o «отец» предшествует форме ~a «отцовский», а форма labor||i «работать, трудиться» — форме ~o «работа, труд». Если основа слова состоит из нескольких корней, то первое окончание указывает на грамматический характер всей этой основы. Остальные чисто постфиксальные (образованные только с помощью окончаний) производные располагаются не по алфавиту, а в соответствии с их семантической значимостью и частотой употребления: danc||i «танцевать, плясать» — ~o «танец, пляска» — ~a «танцевальный, плясовой»; bon||a «хороший» — ~e «хорошо» — ~o «добро». Суффиксальные производные располагаются обычно в алфавитном порядке, однако в целях удобства изложения материала от этого принципа иногда делаются отступления (например, производная с суффиксом -ant- может быть приведена через запятую непосредственно перед производной с суффиксом -int- и следовать после производной с суффиксом -ec-). Заглавные слова и заглавные формы производных слов выделены полужирным шрифтом.

2. Морфологические элементы (приставки, корни, суффиксы, окончания) внутри заглавных слов разделяются косой наклонной чертой (/), например:

akv/o/muel/ej/o водяна́я ме́льница.

Неизменяемая часть заглавного слова, повторяющаяся во всех производных данного гнезда, отделяется от остальной части двумя вертикальными линиями (||) и внутри гнезда заменяется знаком тильды (~), например:

ne/normal||a ненорма́льный; ~e ненорма́льно; ~ec/o ненорма́льность.

Если заглавное слово не имеет изменяемой части, в иллюстрирующих примерах тильда заменяет всё слово, например:

palt/o пальто́; pelta ~ мехово́е пальто, шу́ба.

Если слово в иллюстрирующем примере пишется с заглавной буквы, то первая буква тильдой не заменяется, например:

akademi||o разн. акаде́мия; Scienca A~o Акаде́мия нау́к.

Также тильдой не заменяются:

•  одна буква;

•  части слов, приведённых в объяснениях и примечаниях;

•  части слов, приведённых в скобках;

•  словообразовательные элементы.

3. Факультативная часть слов (в том числе факультативные словообразовательные элементы) заключена в скобки, например:

abol(ici)||i vt отмени́ть, упраздни́ть.

4. Все слова, грамматическая природа основы которых не выражена с помощью соответствующего окончания (непроизводные наречия, частицы и пр.), снабжаются необходимыми грамматическими пометами (см. «Условные сокращения»).

5. Все глаголы, за исключением глаголов с суффиксом -iĝ- (всегда vn, т. е. непереходных) и глаголов с суффиксами -ig- и -iz- (всегда vt, т. е. переходных), снабжаются пометами vn или vt; если переходность глагола не ясна, это указывается в примечании.

6. Если эсперантское слово не может быть переведено одним русским словом и не может быть кратко пояснено описательными средствами, а также если оно встречается только в определённых словосочетаниях, то после него через двоеточие сразу даётся содержащее его словосочетание или фраза с переводом, позволяющим понять значение данного слова, например:

paĉini/a: ~j korpetoj анат. тельца́ Пачи́ни.

7. Если управление в эсперанто чем-либо отличается от управления в русском языке и отсутствие дополнительной информации может вызвать затруднения (например, если при помете vt эсперантский глагол имеет, кроме беспредложного, ещё и предложное управление, если глаголу с предложным управлением в одном языке соответствует глагол с беспредложным управлением в другом или если при предложном управлении в обоих языках оно осуществляется в них с помощью разных предлогов), после управляющего члена, например глагола, курсивом в скобках указывается необходимый предлог (при предложном управлении в обоих языках) или местоимения io, iu (что-л., кто-л.) в необходимом падеже и с необходимым предлогом, например:

pardon||i vt (ion al iu; iun pri io) прости́ть, извини́ть (что-л. кому-л.; кого-л. за что-л.).

Если управление эсперантского слова ясно из иллюстрирующего примера, подобные пояснения могут не даваться.

8. Омонимы даются в разных словарных статьях и обозначаются полужирными римскими цифрами, например:

radikal/o I грам. осно́ва (слова).

radikal/o II хим. радика́л.

radikal/o III см. radikilo.

Омонимами считаются слова, а не корни. При этом обозначаются только полные омонимы, т. е. слова, которые не только одинаково звучат, но и не разли-чаются на письме. Так, например, слова kubo и Kubo не трактуются как омонимы.

9. Отдельные значения многозначного слова обозначаются полужирными арабскими цифрами, например:

citr/o 1. кита́ра, кифа́ра (древний муз. инструмент); 2. ци́тра (современный муз. инструмент).

10. Если заглавное слово употребляется в какой-либо специальной области, то после него или после цифры, указывающей на отдельное значение, приводится терминологическая помета (курсивом) или стилистическая характеристика слова, например:

centaŭri/o бот. золототы́сячник.

Соответствующая помета или характеристика может опускаться, если данное курсивом в скобках пояснение слова делает ясной сферу его употребления, например:

lir||o I лира (муз. инструмент).

Пометы уст. и редк. относятся к эсперантским словам; устаревшие и редкие русские слова приводятся без таких помет. Слова с пометой оч. сомнит. ни в коем случае не рекомендуются к употреблению; они приведены только потому, что могут встретиться в некоторых источниках.

11. Близкие по значению переводы (синонимы) разделены запятой, более далёкие оттенки значений — точкой с запятой, например:

dis/babil/i vt разболта́ть, разгласи́ть, преда́ть огла́ске;

plej/mal/mult/o са́мое ма́лое; ма́лая толи́ка; наиме́ньшая часть; меньшинство́.

12. При необходимости переводы сопровождаются пояснениями (курсивом в скобках), например:

no/o но́о, но (жанр традиционного японского театра).

В ряде случаев перевод сопровождается синонимичным заглавному эсперантским словом или выражением (набранным прямым шрифтом со знаком равенства в скобках), например:

adjekt||o грам. обстоя́тельство (= cirkonstanca komplemento).

13. Ссылки даются от менее распространённых форм к более распространённым, например:

naĝ/vetur/il/o см. boato,

и от разговорных форм к научным, например:

akv/o/roz/o см. nimfeo.

14. Для результативных эсперантских глаголов (verboj de rezulto) русские переводы приводятся предпочтительно в совершенном виде; для продолжительных эсперантских глаголов (verboj de daŭro) предпочитаются русские глаголы несовершенного вида. Переводы эсперантских продолжительно-результативных глаголов могут осуществляться глаголами как совершенного, так и несовершенного вида или теми и другими одновременно.

15. В приводимых эсперантских возвратных глаголах может встречаться постановка местоимения sin как после глагола, так и перед ним; оба варианта являются равноценными.

16. Если имя собственное представляет собой употреблённое в этом значении имя нарицательное, то оно приводится просто как ещё одно значение этого слова с пометой maj, например:

amfor/o 1. а́мфора; 2. maj; астр. Водоле́й (созвездие, знак зодиака = Akvisto).

Если же имя собственное лишь совпадает по звучанию с каким-либо именем нарицательным, то эти слова приводятся в разных статьях (как омонимы они при этом не помечаются, так как различаются на письме), например:

mars/o оч. сомнит., см. topo.

Mars/o миф., астр. Марс (др.-рим. бог войны; планета Солнечной системы).

Не являющиеся именами собственными образования от имён собственных приводятся со строчной буквы в отдельной статье, например:

Kanti/o Кант (немецкий философ);

kanti||a ка́нтовский; ~an/o кантиа́нец; ~(an)/ism/o кантиа́нство.

17. В старых текстах, наряду со словами agronomo, geografo, biologo и т. п., можно встретить слова agronomiisto, geografiisto, biologiisto и т. п., образованные соответственно от слов agronomio, geografio, biologio и т. п. По мере всё большего приобретения элементом i свойств суффикса названия вышеупомянутых и многих других областей знания и деятельности стали восприниматься как формы, регулярно образованные с его помощью от названий представителя соответствующей области знания или деятельности, и, таким образом, формы с суффиксом -ist- стали излишними. Эти многочисленные и в то же время вполне регулярные и понятные архаизмы в данном словаре в целях экономии места не приводятся. При этом необходимо помнить, что в некоторых названиях областей знания и деятельности i является не суффиксом, а частью корня: geodezio «геодезия» — geodeziisto «геодезист».

18. Эсперантским пословицам и поговоркам в качестве перевода даётся соответствующий русский аналог; в случае отсутствия такового даётся дословный перевод.

19. Знак ударения ставится на всех русских словах, за исключением односложных слов, слов, пишущихся через букву ё, а также немногочисленных специальных терминов, место ударения в которых нам установить не удалось.

20. Географические названия приводятся в общем словнике; список наиболее распространённых сокращений, принятых в эсперанто, прилагается в конце словаря.

Использованные источники

• Бокарёв Е. А. Эсперанто-русский словарь. Москва, 1982.

• Бокарёв Е. А. Эсперанто-русский словарь (исправления и дополнения — Ю. Финкель, И. Галичский). Москва, 2002.

• Бокарёв Е. А. Русско-эсперантский словарь. Москва, 1966.

• Сутковой В. Г. Эсперанто-русский словарь. Москва, 1933.

• Шевченко А. Б., Шевченко Е. Г. Эсперанто-русский словарь. Москва, 2006.

• Шевченко А. Б. Русско-эсперантский словарь. Москва, 2006.

• Шило Г. М. Русско-эсперанто-украинско-английский юридический словарь. Славянск, 1994.

• Стародубцев Н. Н. Иллюстрированный словарь по геральдике (на русском, украинском, английском, эсперанто, французском, немецком, латинском языках). Донецк, 1996.

• Казаченок Т. Г. Анатомический словарь (латинско-русский, русско-латинский). Минск, 1990.

• Семёнова З. В., Исаев М. И. Учебник языка эсперанто. Москва, 1984.

• Королевич А. И. Книга об эсперанто. Киев, 1989.

• Словарь иностранных слов. Москва, 1964.

• Орфографический словарь русского языка. Москва, 1969.

• Толковый словарь русского языка. Москва, 1993.

• Словарь русского языка (в 4 томах). Москва, 1981.

• Политехнический словарь. Москва, 1989.

• Советский энциклопедический словарь. Москва, 1981.

• Большая советская энциклопедия. Москва, 1975.

• Большая медицинская энциклопедия. Москва, 1989.

• Химическая энциклопедия. Москва, 1977.

• Физическая энциклопедия. Москва, 1998.

• Математическая энциклопедия. Москва, 1977.

• Музыкальная энциклопедия. Москва, 1973.

• Жизнь животных. Москва, 1987.

• Жизнь растений. Москва, 1974.

• Plena Ilustrita Vortaro de Esperanto kun Suplemento. Paris, 1987.

• Plena Ilustrita Vortaro de Esperanto (La nova). Paris, 2002.

• Plena Vortaro de Esperanto kun Suplemento. Paris, 1988.

• Esperanta Bildvortaro. Ontario, Kanado, 1987.

• Scienca kaj Teknika Terminaro. Tokio, 1956.

• Esperanta Medicina Terminaro. Praha, 1982.

• Hejma Vortaro. Rotterdam, 2000.

• Mészáros Béla. Oklingva nomaro de eŭropaj birdoj. Debrecen, 1980.

• André Cherpillod. Mil ekzotaj vortoj. Courgenard, 1992.

• André Cherpillod. Nepivaj vortoj. Courgenard, 1992.

• Hektor Alos, Kiril Velkov. Tabuaj vortoj en Esperanto. Vraca, 1991.

• Renato Corsetti k.a. Knedu min, sinjorino! (tabuaj kaj insultaj esprimoj en Esperanto). La Kancerkliniko.

• L. L. Zamenhof. Fundamento de Esperanto. Pisa, 1991.

• L. L. Zamenhof. Lingvaj respondoj. Paris, 1921.

• Sergio Pokrovskij. Lingvaj respondoj. Jekaterinburg, 1999.

• Stefan Maul. Deklingva Manlibro pri Politiko. Antwerpen, 1994.

• Violin Oljanov. Kurso de Esperanto. Dua Grado. Sofio, 1976.

• Henrik Seppik. La Tuta Esperanto. Budapest, 1984.

• K. Kalocsay, G. Waringhien. Plena Analiza Gramatiko de Esperanto (kvina korektita eldono). Rotterdam, 1985.

• Miroslav Malovec. Gramatiko de Esperanto. Prago, 2000.

• Sergio Pokrovskij. Komputada Leksikono (электронная версия 2003).

• B. Wennergren. Plena Manlibro de Esperanta Gramatiko (электронная версия 2005).

• Reta Vortaro (электронный словарь эсперанто).

• ABBYY Lingvo 11 (электронный словарь английского, французского, немецкого, испанского, итальянского и русского языков).

Примечания

1

Л. Заменгоф предложил при отсутствии в типографском наборе необходимых литер знак «» заменять последующей буквой h, а знак «˘» не ставить: cx = ch, gx = gh, hx = hh, jx = jh, sx = sh, ux = u. Встречаются также другие формы суррогатной передачи надстрочных знаков.

2

Этот знак обозначает фрикативный звук, подобный тому, который мы произносим в междометиях «ага», «ого» на месте буквы г. Звук [h] произносится как густое придыхание, причём неважно — звонко или глухо, но в отличие от [hx] совсем без хрипоты, так как спинка языка не касается нёба. Очень многие эсперантисты произносят этот звук как обозначаемый буквой h звук-выдох в английском или немецком языках.

3

Звук (и буква) hx нередко заменяется на k: hxemio = kemio, mehxaniko = mekaniko. Однако если это может привести к образованию омонима, такая замена недопустима: hxolero≠kolero, hxoro≠koro.

4

А поскольку иногда бывает нелегко сразу определить, находятся ли подверженные ассимиляции звуки внутри корня или на стыке морфем (как, например, в слове substrato), мы ещё раз советуем произносить все звуки максимально близко к написанию.

5

Колкер Б. Г. Международный язык эсперанто: полный учебник / Б. Г. Колкер. — М., 2007. С. 9.

6

Кроме Universala Vortaro в Fundamento входят книги: Gramatiko (опубликованная в 1998 году как часть «Первой книги») и Ekzercaro (появившаяся в 1894 году), а также предисловие, написанное Л. Заменгофом в 1905 году.

7

Общность эсперанто с русским языком в пласте наиболее употребительной лексики, по нашим наблюдениям, составляет 58,8 %. Влияние русского языка на семантику и фразеологию эсперанто также очевидно, хотя и трудноизмеримо. (Колкер Б. Г. Международный язык эсперанто: полный учебник / Б. Г. Колкер. — М., 2007. С. 85.)

8

Колкер Б. Г. Международный язык эсперанто: полный учебник / Б. Г. Колкер. — М., 2007. С. 11, 12.

9

Некоторые эсперантисты считают этот звук необходимым для точного выражения национального звучания и на письме обозначают его буквой y (отсутствующей в алфавите эсперанто); иногда для этой цели используют также не входящие в алфавит эсперанто буквы â или î. Мы полагаем это неоправданным.

10

Встречается также использование для этой цели апострофа: Rit’kov «Рытьков». Однако этот вариант менее удачен, поскольку апостроф в эсперанто имеет другую функцию.

11

Трактовка некоторых моментов, касающихся грамматики, в эсперанто и в русском языке может не совпадать, она также может различаться у представителей разных школ. Мы придерживаемся концепций и терминологии, наиболее распространённых в описаниях грамматики эсперанто.

12

Применительно к этим аффиксам термин «окончание» (finajxo) не совсем удачен, но его употребление вошло в традицию благодаря его удобству и наглядности; по отношению к аффиксам -j и -n в специальных текстах нередко применяется тж. термин postfinajxo, который мы предлагаем переводить как «постпозитивное окончание».

13

В дальнейшем в подобных примерах в качестве перевода будет даваться форма мужского рода, как и в корпусе словаря.

14

Относительно количества эсперантских падежей и их названий встречаются и другие точки зрения. Например, некоторые авторы говорят не об именительном, а о общем падеже; сочетание формы именительного падежа с любым предлогом иногда трактуется как один общепредложный падеж и т. д.

15

Предлог de употребляется также для передачи русского творительного падежа, выражающего деятеля при страдательном залоге (skribita de la patro «написанный отцом»).

16

Наиболее глубокий и полный анализ тонкостей употребления предлогов da и de содержится в сборнике С. П. Покровского «Lingvaj Respondoj»; см. также сборник Л. Заменгофа «Lingvaj Respondoj», PMEG, PAG (§ 133) и соответствующие статьи в данном словаре.

17

Гораздо реже встречаются конструкции samgrade ... kiel и egale ... kiel «в такой же степени ... как».

18

Некоторые источники, например NPIV, относят этот класс слов к частицам или «обстоятельственным морфемам» (cirkonstancaj morfemoj).

19

Местоимение ci употребляется крайне редко, в основном в художественной литературе, и имеет оттенок фамильярности, грубости или близости; обычно же при обращении даже к маленькому ребёнку, животному или персонифицированному предмету используется местоимение vi.

20

В английском языке в этом качестве употребляется личное местоимение they.

21

Нередко притяжательные местоимения в эсперанто трактуются как «притяжательные прилагательные» (posedaj adjektivoj) или «адъективные местоимения» (adjektivaj pronomoj).

22

Здесь и далее в разделе «Артикль» слово «объект» употребляется в логическом, а не в синтаксическом смысле.

23

В русском языке слово «сидящей» в данной фразе обычно трактуется как несогласованное определение к прямому дополнению. В дальнейшем подобные расхождения между грамматиками эсперанто и русского языка особо не отмечаются.

24

В названиях книг артикль обычно опускается: Rusa literaturo (см. II, п. 24); также артикль может опускаться в устойчивых словосочетаниях, представляющих собой звание и воспринимаемых как единое целое: profesoro pri rusa literaturo (см. II, п. 25).

25

Сравните также две фразы:

26

Замечание к главе «Морфология и словообразование» о различии взглядов на ряд грамматических моментов в эсперанто и в русском языке для синтаксиса актуально особенно.

27

Если разные члены предложения выражены одной частью речи, иногда порядок слов всё же является единственным способом передачи их синтаксических отношений. Ср.: Labori signifas vivi «Работать означает жить» — Vivi signifas labori «Жить означает работать»; Instruisto igxis oficiro «Учитель стал офицером» — Oficiro igxis instruisto «Офицер стал учителем». Порядок слов влияет на общий смысл фразы и в некоторых других случаях: Oni igis la soldatojn mortigi ilin «Солдат заставили убивать их» — Oni igis ilin mortigi la soldatojn «Их заставили убивать солдат»; La unua Petro «Первый Пётр» — Petro la Unua «Пётр Первый».

28

Типы связок взяты нами из классификации глагольных частей именного сказуемого в русском языке и, по нашему мнению, вполне применимы к эсперанто.

29

Представители этих групп начали появляться и среди эсперантистов, однако пока они немногочисленны и не оказывают влияния на язык.

30

Также см. статьи [[http://eoru.ru/sercxo/demonstrativo demonstrativo]], [[http://eoru.ru/sercxo/indefinitivo indefinitivo]], [[http://eoru.ru/sercxo/interogativo interogativo]], [[http://eoru.ru/sercxo/kolektivo kolektivo 2]], [[http://eoru.ru/sercxo/negativo negativo 2]] в данном словаре.

31

Коррелятивы этой группы в эсперанто обычно трактуются как прилагательные.

32

Прочие официальные приставки имеют то же значение, что и соответствующие предлоги; см. табл. 7.

33

Суффиксы причастий и деепричастий — см. табл. 2.

34

Почти все предлоги употребляются и как приставки с тем же значением.

Content

Грамматика эсперанто

Алфавит. Произношение

Табл. 1. Алфавит

Словарный состав

Передача национальных имён

Морфология и словообразование

Имя существительное

Имя прилагательное

Наречие

Местоимения

Числительные

Глагол

Табл. 2. Простые времена, причастие, деепричастие

Табл. 3. Сложные времена

Артикль

I. Определённый артикль употребляется в следующих случаях.

Примечания.

II. Определённый артикль не употребляется в следующих случаях.

Служебные части речи

Предлоги (prepozicioj)

Союзы (konjunkcioj)

Частицы (partikuloj):

Междометия (interjekcioj)

Синтаксис

Пунктуация

Стиль

Табл. 4. Коррелятивные местоимения и местоименные наречия («табличные слова»)

Табл. 5. Официальные приставки

Табл. 6. Официальные суффиксы

Табл. 7. Простые предлоги

Табл. 8. Предлоги места и направления

О пользовании словарём

Использованные источники

Примечания