ЛЕД И ПЛАМЯ

Fire and Ice by Friction

ЧАСТЬ I

Фигура легко скользила вдоль стены, сливаясь с ней. Маленькое переносное электронное устройство мигнуло, и код на двери изменился: за минуту система безопасности оказалась испорчена, и злоумышленник залез внутрь особняка под прикрытием теней.

Сейф - не проблема. Чистая работа. Все шло по плану. Темный силуэт скользнул к выходу. Узкий луч прожектора мелькнул по открытой двери и осветил щель. Ничего интересного – кладовка, и чужак уже почти отвернулся, как вдруг в темноте что-то блеснуло.

Вор нагнулся. Рука нащупала предмет – старомодная перьевая ручка. Чужак замешкался и положил находку на стол. Взгляд упал на книгу в кожаном переплете. Она была старой, потертой, покрытой непонятными рунами. Поколебавшись, вор сунул старинный фолиант в сумку и мягко вышел из комнаты в зал. Чужак остановился на мгновение и услышал чьи-то тихие шаги.

Вор метнулся в ближайшую дверь. Там оказалась спальня, и чужак прильнул к двери, прислушиваясь. Кто-то приближался. Вор притаился у стены за дверью и вытащил острый нож. В комнату вошла женщина. Она поставила поднос с закусками на прикроватной тумбочке. Чужак подался вперед, крепче зажав в руке лезвие, но женщина ушла в ванную. Вор притих и отошел в темный угол, наблюдая, как за женщиной закрылась дверь.

Дождавшись подходящего момента, темная фигура выскользнула из потаенного уголка и направилась к двери. Внезапно щелкнула дверь в ванную, и в дверном проеме, освещенная светом, показалась женщина. Ее золотистые волосы словно манили к себе, и чужак не устоял. Он замер, наслаждаясь красотой. И, хотя ее появление и она сама несла угрозу, вор не сдвинулся с места. Блондинка была похожа на ангела, окутанного ореолом света, волосы каскадом рассыпались по плечам, точеная фигурка притягивала взгляд.

Транс спал, когда женщина закрыла дверь и ореол света исчез. Чужак прислонился к стене, боясь шелохнуться. Казалось, женщина вот-вот пройдет мимо… но она остановилась, словно ощутив чье-то присутствие. Когда женщина подошла ближе, чужак молниеносным движением зажал ей рот рукой и прижал к горлу холодное лезвие.

Даниэль судорожно вздохнула. Сердце сделало испуганный скачок, в кровь хлынул адреналин. Она рванулась, но у чужака оказались стальные объятия. Она бессильна. Даниэль отчаянно пыталась не паниковать, пока они вдвоем медленно шли к туалетному столику. Лезвие у горла отодвинулось на миллиметр, а чужак ослабил хватку. Она глотнула побольше воздуха и хотела было закричать, как вдруг снова почувствовала, как ей затыкают рот. Собственным шелковым шарфом. Пальцы методично и ловко заталкивали в нее шарфик, и Даниэль окончательно перепугалась. Лезвие снова прикоснулось к шее, и женщина почувствовала, как подкашиваются ноги. Она отчаянно пыталась выплюнуть кляп, но не получалось.

Женщина не успела ухватить какую-то мысль за хвост, как ее рывком швырнули на стул. Она подняла глаза и увидела лишь маску. Чужак сливался с темнотой, словно расплываясь и рассеиваясь в ней. Холодное лезвие вновь напомнило о себе, и Даниэль судорожно сглотнула.  А потом Даниэль обуял первобытный ужас: чужак надавил на лезвие. Руки вмиг замерзли, пальцы окоченели.

Темный силуэт скользнул вбок и стянул пояс. Даниэль забыла, что надо дышать, а руки чужака скользнули по бедрам, обнажая их. Она задрожала. Легкий шелковый халатик съехал, оголяя грудь. Даниэль бросило в жар, и тело покрылось капельками пота. Ночной воздух не замедлил прикоснуться к разгоряченной коже, и в следующее мгновение Даниэль дрожала от холода и страха. Боже, она совсем, совсем беззащитна!

Она все еще дрожала, а руки чужака исследовали ее. Даниэль затаила дыхание. Сердце словно пыталось выскочить из груди, зрачки расширились от ужаса, а черные пальцы чужака сдвинули край материи, ласково прикасаясь к животу. Даниэль закрыла глаза. Она хотела попросить чужака остановиться, но кляп мешал, и из горла вырвался лишь стон.

Прежде, чем Даниэль поняла, что происходит, чужак быстро запахнул полы халата. Даниэль изумилась: она не ожидала такого поворота событий. Повернув голову, она увидела… ласковые и нежные карие глаза. Даниэль окончательно запуталась и смутилась.

Чужак вытащил пояс из ее халатика и молниеносными движениями одним концом связал руки, другим – ноги.  В горле у Даниэль пересохло. Она попробовала сглотнуть, но шарф помешал, и женщина глухо закашляла. Вернув контроль над собой, она глубоко вдохнула через нос, но шелковый шарфик расползся и один конец его попал в трахею. Глаза распахнулись, появились слезы и в них заплескалась паника. Даниэль начала сражаться за каждый вздох. Чужак, похоже, понял все и вытащил кляп. А потом поймал ее взгляд.

- Тс-с… Тс-с… - Успокаивающе зашептал он.

Даниэль вздохнула и немного расслабилась. Черный палец легонько коснулся ее губ, призывая к тишине. Даниэль замерла: она была очарована им, потерялась в самой себе, а голове все звенел этот такой мелодичный и нежный шепот чужака.

Она молча смотрела, как черный силуэт скользнул к углу в комнате и выудил из темноты скотч. Оторвав немного, чужак посмотрел на нее, смахнул кончиками пальцев выступившие слезинки, откинул упавшую на лицо прядь светлых волос. Даниэль показалось, что она увидела печаль и боль, когда чужак заклеивал ей рот. Она успела поймать его взгляд прежде, чем он растворился в ночи.

* * *

Алекс Лорд стояла в ванной. Ночная работа чуть не пошла прахом. Чуть-чуть… В доме жил только один старик! Значит, информация была неверной! Из-за этой ошибки она могла попасться. Женщина провела рукой по запотевшему зеркалу и уставилась в свое отражение. В синих глазах плескалось беспокойство.  Алекс сняла с себя черное трико.

Она уже сама себе не верила – она и позволила эмоциям одержать над собой верх. Пресловутый железный контроль дал сбой. Но она не может позволить себе такую роскошь!  Она налила себе шотландского виски и подошла к камину.

Этот камин перекочевал сюда из дома детства. Камин был единственным, что она переносила из дома в дом, в которых жила урывками, временами, непостоянно. Живой огонь успокаивал ее и напоминал о прошлом. О светлом прошлом, о котором могут помнить только старые вещи.

Сегодня вечером яркий огонь напомнил ей о золотистом каскаде волос женщины, об ореоле, в который она была укутана, словно в шаль… Алекс пригубила виски и попыталась понять, что именно произошло в том доме. Да чего думать?

Она поддалась, нарушила правило номер один: «Не оставляй свидетелей». Блондинка очаровала ее, но она знала, что могла бы убить ее, не моргнув глазом.  Алекс снова и снова делала попытки объяснить свое поведение, но не получалось…

Что же все таки произошло в той комнате? Алекс почему-то чувствовала, что не сможет забыть блондиночку – в голове так и стоял образ женщины, только что принявшей душ… Алекс сделала большой глоток из бокала, словно пытаясь запить образ и прогнать его прочь. Виски обожгло горло, и женщина скривилась.

- Первая и последняя ошибка, - пообещала сама себе Алекс.

Но кое-что все-таки тревожило женщину. Они раньше никогда не видели друг друга, но, прикоснувшись к ней, Алекс словно почувствовала связь. А когда она взглянула в изумрудные глаза блондинки, она почти поверила, что знает ее давным-давно… Это оказалось выше понимания Алекс, и теперь беспокоило ее. Блондинка показалась воплощением невинности и наивности, когда Алекс затолкала кляп ей в рот…  Алекс окончательно разволновалась. Она вспомнила, как блондинка запаниковала, когда кляп стал мешать дышать.

Глупо, глупо, глупо! Надо было просто тюкнуть по темечку и все… Просто и эффективно. Но одна мысль об этом почему-то бросало Алекс в холод. Осушив бокал, она налила себе еще виски. Не попадаться десять лет – слишком долго для любого вора.

* * *

Когда чужак ушел, Даниэль сидела, не шелохнувшись. Сердце неистово билось, как загнанное животное… Она висела на волоске от смерти. Теперь женщина не была уверена в себе. Адреналин все еще пульсировал в венах, обостряя чувства. Даниэль прислушивалась к малейшему шороху в ожидании дядюшки, и молилась про себя, чтобы с ним все было в порядке. Она пыталась ослабить узлы, но чужак туго их завязал. Даниэль уже подумывала опрокинуть стул, как вдруг со стороны лестницы послышались чьи–то шаги. Сердце билось все чаще и чаще по мере приближения звука.

Расширив глаза от ужаса, она смотрела, как в комнату вошли два полицейских. С плеч словно свалился камень. Стражи порядка довольно быстро отреагировали, и Даниэль теперь задавала себе вопрос: пойман ли чужак?

Полицейский помоложе нагнулся и отодрал ленту, заклеивавшую ее рот.

– Мой дядя! С ним все в порядке?  – Мы еще не видели его, мэм, – мужчина начал развязывать узлы.

– Его спальня – последняя дверь налево по коридору.

Полицейский посмотрела на напарника, а потом продолжил возиться с узлами.

– С Вами все в порядке?  – Да.  – Вам повезло, что сосед заподозрил что–то и вызвал нас.

Даниэль потерла запястья и кинулась к двери, чтобы найти дядю. Из груди вырвался облегченный вздох, когда увидела дядюшку.

– Сладкая моя, с тобой все хорошо? – Порывисто и сильно обнял ее мужчина.

– Все отлично! Ты в порядке?

– Как я мог не проснуться? Прости…  Но полицейский вмешался в разговор:

– Сэр, простите, но покажите, где вы держите ценности?

– Сейф в зале внизу, – дядюшка повел мужчину, а Даниэль вернулась в комнату, села на кровать и только сейчас поняла, как устала.  – Может быть, принести воды? – Участливо спросил полицейский.  – Большое спасибо. Не надо. Я высплюсь и все будет хорошо.

– Мэм, с Вами точно все в порядке? Он не ранил Вас? – Как–то неуклюже уточнил полицейский.

– Нет, нет… – Даниэль вспомнила, насколько нежным был чужак.

– Вам повезло. Часто такие "приключения" окачиваются печально.

Вдруг в комнату вошел человек с короткой стрижкой и светлыми волосами. Он шагнул вперед и легонько наклонил голову, приветствуя Даниэль.

– Мисс Стаффорд, полагаю? – Спросил он, и, дождавшись согласного кивка, продолжил: – Меня зовут детектив Боуин. Я знаю, что Вы подверглись нападению, но обязан задать Вам несколько вопросов. Вы сможете?

– Да. – Даниэль отвечала на вопросы детектива, чувствуя, как ноги и руки словно наливаются свинцом.

– Похоже, это мой случай. Почерк вора точно такой же, – просиял детектив.  Вор, которого он выслеживал уже долгое время, никогда не оставлял свидетелей. Эта женщина – первая. Детектив уже предвкушал увлекательную погоню – вор был слишком умен, его вылазки были дерзкими и совершенными по стилю и воплощению. Боуин надеялся, что скоро поймает этого неуловимого черного человека.

– Все, что Вы вспомните, поможет нам поймать его.

Даниэль рассказывала о нападении, а детектив старательно записывал ее слова в блокнотике. Про удушье и нежность чужака Даниэль рассказывать не стала.

Детектив Боуин задавал ей множество вопросов, пытаясь нащупать как можно больше деталей. Его допрос продолжался уже почти сорок минут, и он заметил, что Даниэль буквально засыпает на ходу. Свернув допрос, он попросил женщину приехать к нему в участок и завершить показания.

* * *

Дядя кружился над ней, как наседка над цыплятами. Он все никак не мог поверить, что на его девочку напали и всю ночь шастал к ней в комнату, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке. В конце концов дядюшка понял, что все, чем он может помочь любимой племяшке – дать ей выспаться, и сдерживал себя, чтобы снова не навестить ее.

Хотя Даниэль и устала, она была слишком возбуждена событиями. В голове метались мысли, чувства были в смятении. Полиция обращалась с ней так, как будто она была в шоке… может быть и так… Иначе почему она все время думала о высокой, статной фигуре и теплых глазах чужака? Это было глупо, но Даниэль жаждала, чтобы он снова вернулся и связал ее. Она все еще чувствовала, как покалывает кожа от приятных нежных поглаживаний. Даниэль прикоснулась пальцами к губам: они все еще горели от его прикосновений.  Даниэль ругала себя за такие мысли. Она могла бы быть изнасилована или убита. Но что–то в глубине души верило, что ей ничто не угрожала. Она была так уверена, что чужак не причинит ей боли и страданий, что это казалось полным абсурдом. Даниэль задрожала, когда вспомнила его руки, его глаза, его голос… Чувства все еще были обострены, а память живо рисовала образы недалекого прошлого. Она помнила кожаный жакет чужака, аромат, витавший вокруг, когда он прижимал ее к себе. Даниэль огляделась, ища хоть что–нибудь, что напомнило бы о нем. Ничего. Даже шарфа теперь нет…  Женщина отругала сама себя. Он вор! Домушник! Брал то, что не принадлежит ему! Вычистил сейф – два миллиона долларов в драгоценностях и еще куча наличных испарились, словно их и не было никогда.  Но это было неважно. Дядя богат, и сумма, пусть даже крупная, не разорит ее. Огорчало только одно – пропал медальон матери. Он переходил из поколения в поколение: его дарили старшим дочерям на двадцатитрехлетие. Через несколько недель медальон должен был достаться ей. Теперь традиция нарушена – чужак забрал фамильную ценность.  Мысли путались и не оставляли ее. Решив, что заснуть она все равно не сможет, Даниэль решила записать все в дневник. Не найдя его, она перепугалась. Неужели чужак стащил и его? Смешно, но другого объяснения она не находила.  Пульс пустился в бешеную скачку, когда она подумала, что он прочитает ее мысли… Что он сделает с дневником? Будет искать тайны? Разум на пару с фантазией рисовал красочные картины. Но потом Даниэль немного успокоилась. Она недавно убрала из дневника старые записи, а в книгу вставила чистые листы.  Она попыталась вспомнить, что записывала в последние несколько недель и вспомнила… парк. Даниэль застонала. Неужели он прочитает ее фантазии?! Но ведь еще есть вероятность, что чужак выбросит дневник, даже не открыв его.

* * *

Алекс налила себе еще виски. Весь вечер она не находила себе места. Ей действительно было отчего-то неловко… Ну как она могла самолично вызвать полицию в дом, который обокрала?! Алекс зажмурилась. Боже мой, о чем она только думает?!Схватив кожаный жакет, она вытащила из кармана шелковый шарфик. Перед глазами вспыхнул образ блондинки, и Алекс вздрогнула. То, как задыхалась женщина, почему-то до сих пор беспокоило Алекс. Она рывком запихнула кусок шелка в карман, надеясь, что видение исчезнет.  Алекс все еще пыталась оправдать свои собственные действия. Мысль о связанной женщине в доме казалась кощунственной. Она должна была позвонить в полицию!  Но ее действия перечеркивали одним движением все, чего она достигла. Алекс никогда не была сентиментальной – это грозило бы крупными неприятностями. Тем более в ее работе. Но Алекс все никак не могла избавиться от ощущения, что знает блондинку. Когда она посмотрела в изумрудные глаза, она почувствовала себя как дома… Ей захотелось обнимать, целовать и защищать такую невинную душу… Смешно.  Алекс никак не могла объяснить свои чувства, но знала, что работа давно уже не приносит ей удовлетворения. Она бы ушла из воровского мира и раньше, но… тогда решения принимала не она. Он и сейчас может заставить ее. Да он имел ее всю ее сознательную жизнь…  Она подошла к столу и вывалила содержимое сумки. Отличная добыча. Наличные на пятьсот тысяч долларов и два миллиона драгоценностей… Среди них она нашла даже антикварные вещицы. Необычный медальон привлек ее внимание, и Алекс взяла его в руки. Овальный, золотистый, с гравировкой – от него так и тянуло древностью. Алекс повертела медальон в руках, и вдруг почувствовала легкое покалывание. Плюнув на ощущения, она глотнула еще виски.  Взгляд упал на древний фолиант. Взяв его, она села у камина и нежно провела по кожаной обложке. Такая старая книга! И на обложке овал, похожий на кулон. И символы, которые прочесть она не смогла. За книгой явно ухаживали, и обтертые края были аккуратно смазаны и поблескивали. Алекс открыла книгу и улыбнулась – ей всегда нравился запах чернил. Этот аромат всегда будет связан с самыми счастливыми мгновениями ее детства.  Алекс посмотрела на страницу. Ровный почерк… слова, написанные старой перьевой ручкой… Алекс поняла, что она держит в руках. Дневник. Женщина допила виски и принялась читать строчку за строчку невероятно красивый рассказа и погрузилась в его жизнь.

7/1   Это была очередная бессонная ночь. Ночь звала меня. Я желала окунуться в нее, испить ощущение опасности и тайны. Я жаждала приключений, и кровь бурлила в предвкушении.  Я пошла через парк, хотя дядюшка не уставал твердить, что ночью там ходить очень и очень опасно. Воздух нагрелся солнечным днем и не остыл до сих пор. Я быстро шла по темной аллее, погрузившись в размышления, как обычно.  Слева послышался шорох. Я остановилась и прислушалась. Кто-то тихо постанывал. Я с любопытством двинулась на звук. Свет фонаря сюда не достигал, и я едва разглядела в темноте два силуэта. Я сделала еще пару шагов. В двадцати шагах от меня женщину припер к дереву любовник. Вдавив ее в ствол, он впивался в ее губы страстным поцелуем. Женщина плыла по морю удовольствия и стонала от наслаждения.  Я чувствовала себя неловко, но не могла сдвинуться с места. Ноги словно приросли к земле. Глаза пожирали слившиеся силуэты. Я замерла, когда его руки задрали юбку, губы спустились на шею…. А в ее глазах плескалось желание…  Я смотрела и понимала, что мне нравится смотреть на их любовь. Но стало неудобно, я отвела глаза и решила уйти. Сделала шаг назад и услышала треск ветки… Я быстро подняла глаза, моля, чтобы они не услышали меня.  Но они оба смотрели на меня. Я была готова провалиться сквозь землю. Я уже хотела убежать, как вдруг поняла, кто стоит передо мной. Две женщины.  Я убежала. Я чувствовала себя грязно и неуютно.  И меня смутило то, как я реагировала на них. Они показали мне то, о чем я раньше никогда не задумывалась. У меня давно уже никого не было. Я вообще плохо иду на контакт и не могу долго встречаться. Просто пропадает желание.  Я даже начала думать, что фригидна, но в эту ночь я почувствовала… возбуждение. Значит, желания ждут, когда их разбудят?.. Впервые в жизни я почувствовала надежду, осознала, что еще не все потеряно, поверила, что еще влюблюсь.  Что ж… Пришло время проверить себя. Джон – спортивный репортер – уже давно пытается пригласить меня куда-нибудь. Решено! Завтра спрошу о его планах.

Алекс была очарована. Она тоже чувствовала как и блондинка. Нельзя было смотреть, но слова увлекали за собой, и Алекс не стала сопротивляться. Она улыбнулась глотнула из бокала. Закрыв глаза, она представила светловолосую женщину, но не ту, что наткнулась на любовников. Нет, она представляла, как прижимает ее к дереву, как страстно целует… Образ оказался неожиданно ярким, словно Алекс вспоминала.  Она нахмурилась, когда вспомнила о репортере. Что–то подсказывало, что Джон принесет только головную боль. Алекс неохотно отложила дневник. Ей нужно связаться с , что ее этой идее даты написали бедствие на всем протяжении этого. Неохотно она подавляла журнал. Она должна была связаться с ее боссом. Матери и брату будет плохо, если она не свяжется с ним и не отдаст деньги.

Алекс прошла через плохо освещенную улицу к ломбарду. Она легонько постучала по двери, и спустя минуту Сэл распахнул дверь. Он нажал на кнопку под прилавком, и одна из стен отъехала в сторону. За ней показалась тяжелая металлическая дверь. Алекс решительно открыла ее и вошла. Сэл – следом. Он нажал на другую кнопку, и дверь скрылась. Он усмехнулся.

– Чудеса современной технологии. – Сэл обожал всяческие штучки, все электронное буквально очаровывало его.  Алекс нахмурилась.

– Ты всегда любил устраивать шоу из ничего.  Она знала Сэла уже очень, очень давно. Он всегда был таким напыщенным, его самомнение было таким огромным, что Алекс дивилась, как еще не лопнул этот мыльный пузырь, но он покорил ее. Нет, она не доверяла ему. Алекс не доверяла никому. Скорее она смотрела на их отношения как на выгодное партнерство. В ее интересах – продать чужое, не объясняя, чье это, в его – чтобы она не попалась и товар спокойно уплыл. Все очень просто и выгодно для обоих.  Хотя работа заставляла ее часто переезжать, она умудрялась встретится с Сэлом в любое время. В его обществе она чувствовала себя спокойно. Каким–то непостижимым образом Сэл стал в ее жизни единственным постоянным человеком.  Он осторожно поставил сумку на стол и расстегнул ее.

– Ограбила Паланоса?

– Да.

– Не думал, что это ты. – Любопытно произнес он.

– Ты же не оставляешь свидетелей. Что–то пошло не так? – Алекс лишь пожала плечами в ответ, и Сэл принялся разбирать награбленное добро.

– Ты попала на первую полосу утреннего выпуска.  Алекс встрепенулась.

– И что там?  – Кажется… свидетель… свидетельница – любовница… Э–э–э… Племянница Паланоса. Дочка сестры. Кажется, ее зовут Даниэль, – сердце Алекс чуть не выскочило из груди, когда она услышала имя.  Сэл взял газету и развернул ее.

– Да, точно, Даниэль Стаффорд. – Он отшвырнул газету. – Она навещала дядю на выходных. – Сэл улыбнулся. – Девочка выбрала неудачное время. – Не увидев реакции Алекс, он продолжил: – Она в полном порядке, и, даже если она что–то видела, полицейские отказываются говорить об этом. Но она работает в газете, в которой напечатали статью. Наверное поэтому все так быстро просочилось в прессу. Я угорал! В статье указана сумма в два с половиной миллиона долларов. – Он заметил беспокойство Алекс и попытался подколоть ее. – Эй, она наверное подумала, что ты женщина. Ты сделала крупную ошибку, – усмехнулся он.

– Откуда столько уверенности? На мне была мужская одежда, – Алекс сцапала газету и быстро пробежала ее глазами, пока Сэл копошился в драгоценностях.

– Вот это хорошее… Пойдет… Хм… Интересно, – удивился он, увидев медальон.  Алекс оторвалась от чтения и взглянула на него.

– Я оставлю его себе. – Она опустила медальон в карман. – Что дашь за остальное?

– Полтора.  Она покачала головой.  – И они еще называю меня вором. Это ты у нас вор!

– Алекс, ты же знаешь, я здесь не из–за денег. – Он подмигнул ей. – Я здесь только из–за интереснейших людей мира.  Она ничего не ответила, лишь сунула в руки бумаги.

– Переведешь деньги сюда до пятницы.

Даниэль пришла в офис полиции довольно рано, и теперь ждала детектива Боуина. Отчего–то все вокруг ее раздражало.  Мариса Сэндс прошла мимо Даниэль и скрылась за дверью офиса.

– Вы хотели меня видеть?

– Да. На сей раз вор оставил свидетельства. У нас появился шанс.

– Отличные новости!  – Знаешь, Мари, что–то все подозрительно выглядит...

– Ты всегда смотришь дареному коню в зубы? – Рассмеялась женщина и покачала головой.

– Нет, ну подумай сама! Бред ведь выходит… Столько грабежей, столько лет и ни одного свидетеля… А тут вдруг… – Озадаченно произнес Боуин.

– Все рано или поздно делают ошибки. Может, просто пришло его время?

– Могу держать пари на кругленькую сумму, что здесь много странного. Я это нутром чую! И, если я прав, у нас не так уж много времени. Если он заляжет на дно, все опять вернется на круги своя.

– Хорошо, и что будем делать дальше?

– Останься здесь. Будешь следить за свидетельницей. – Женщина кивнула и посмотрела на дверь.

– Думаешь, она соучастница?

– Не знаю. Но она что–то скрывает… Я не знаю почему – то ли из–за страха, то ли она действительно покрывает его.  Мариса пожала плечами.

– Позвать ее?

– Да. Может, она нам все–таки хоть что–то расскажет.  Мариса открыла дверь и поманила Даниэль в офис. Детектив Боуин встал, приветствуя ее.

– Мисс Стаффорд, спасибо что так скоро посетили нас. Я надеюсь, Вы чувствуете себя лучше.

– Да. Спасибо.  Он мягко пожал ее за руку.

– Это мой помощник, детектив Сэндс.  Даниэль кивнула.

– Мы не задержим Вас надолго. У меня всего лишь пара вопросов. – Тон полицейского был спокойным, но цепкие глаза отслеживали малейшие движения Даниэль.

– Вы говорите, что вор схватил вас сзади и зажал рот, а потом и вовсе приставил нож к горлу?

– Да.

– Помните, в какой руке он держал нож?  Даниэль задумалась на мгновение.

– Справа.

– Я хотел бы провести маленький эксперимент. Учтите, он может вызвать неприятные воспоминания. Вы согласны?

– Да.  Детектив Боуин встал сзади и зажал рот женщины. Даниэль передернуло – маленький, толстый, он ее словно укутал в свою стальную хватку.

– Теперь попробует Мариса, – он отступил. – Она повыше, чем я. Вам будет, что сравнить, – пояснил Боуин.  Мариса притянула Даниэль к себе, зажав рот рукой. Даниэль задрожала – женщина была сильной – она не ожидала этого. Как же эти объятия и руки были похожи на чужака!  Даниэль закрыла глаза, а потом судорожно вздохнула.

– Вы в порядке?

– Да, просто воспоминания…

– Расскажите! Он моего роста, или Мариса больше тянет на его роль?  Даниэль колебалась несколько минут, а потом нагло соврала:

– Ваш, полагаю. – От детективов не укрылось то, как взволнованно она это сказала.

– Когда вор Вас связал, вы его рассмотрели? Вы говорили, что у него зеленые глаза.

– Да… – Даниэль задумалась. – Наверное. Я плохо помню, я была слишком испугана, чтобы запоминать, какого цвета у него глаза, – напористо ответила она.

– Да, конечно, я Вас понимаю. Он был белый?  – Мне так показалось. На нем были перчатки и маска, и я не видела его кожу.

– Хм. Но цвет глаз указывает на светлую кожу.

– Да. – Даниэль чувствовала себя не в своей тарелке – ну почему она выгораживает чужака?

– Он с Вами разговаривал?

Даниэль ответила не сразу.

– Нет.

Боуин бросил мимолетный взгляд на партнершу, словно задавая вопрос, увидела ли та, что Даниэль опустила глаза.

– Что–нибудь необычное в его поведении? Походка?

– Я не помню.

Странно. Боуин себе места не находил от этой "странности", но решил не давить на женщину. Он всегда может вызвать ее на повторный допрос.

– Хорошо. На сегодня у меня вопросов больше нет. Я могу попросить Вас прийти, если понадобится задать еще вопросы? – Улыбнулся он и встал.

Даниель кивнула, так и не поняв, спрашивал ее детектив или просто утверждал.  Ее освободили, и она ушла. Голова гудела. Она никак не могла понять, что заставляло ее лгать, но она делала это несмотря ни на что. Почти бессознательно. Даже при первом допросе соврала про глаза… А теперь Даниэль гадала, заметили ли детективы ее сомнения и ложь?. Она глубоко вздохнула, когда за ней захлопнулась дверь полицейского участка. Все закончилось. Теперь остается только ждать.

* * *

Алекс вернулась домой под утро. Она налила себе кофе и плюхнулась на кушетку. Дневник лежал там, где она его оставила – на столике. Женщина пробежала рукой по бархатистой коже.

– Ну что, Даниэль? Пришло время? – Алекс открыла дневник и углубилась в чтение.

7/2   Это был ужасный день! Мы посидели в кафе, потом пошли к нему домой, и он показывал мне свою спорт–коллекцию и кучу автографов… Боже, зачем я на это согласилась?! Я не хотела признаваться себе, но уже через пять минут экскурсии жаждала запустить ему пулю в лоб! Ну, правда, после второго бокала я поняла, что пришло время целоваться.  О! Он делал все, как в крутых фильмах про любовь! Но… я ничего не почувствовала. К счастью, он ничего не заметил и сначала не поверил, когда я собралась уходить. Ну, по крайней мере, я не задела его самолюбие. Он даже попросил о новой встрече. Хоть кто–то из нас хорошо провел время. А мне было плохо… Он не заслуживает такого отношения. Итак, я безнадежна…  И я снова была в парке – мне было наплевать на чувство неловкости за подглядывание. Может быть, я вуайеристка? Обожаю подглядывать? Или все проще, и меня завело именно то, что они обе были женщинами? Неужели я – лесбиянка?

– Держу пари, что да. – Улыбнулась Алекс. Что–то подсказывало ей, что Даниэль в восторге именно от женщин. Она видела огонь страсти, видела неприкрытое желание в изумрудах глаз даже тогда, когда связывала ее.  Алекс встала, налила себе еще кофе и снова села читать.

7/3   Я планировала провести выходные с дядей. Он – такой добрый и такой одинокий! Зря я не навещаю его, когда могу! Он так обрадовался, когда я приехала сюда! Без его помощи я бы никогда не приехала в город. Они категорически отказывались отпускать меня.  Если бы не бабушка, мне кажется, меня бы поняли. У меня нет ничего общего с моей собственной семьей. Они не могут принять моего стремления к приключениям, они никогда не поймут, почему я разорвала помолвку с Полом. Но это было правильным решением. Я знала, что нам не по пути. Я люблю его, но не так, как мужа.  Мой отец никогда не простит меня за те огорчения, что я принесла в семью, разорвав помолвку и сбежав в город. Больше всего расстроилась мама. Она сразу вспомнила о бабушке… Когда я уезжала, на ее лице застыла маска боли. Она все еще помнила скандальное прошлое бабушки.  Мне потребовалась вся моя храбрость, чтобы оставить дом и уехать в незнакомый и, вероятно, опасный город. Может быть, это ошибка. Я не знаю. Знаю лишь одно – я должна попробовать.

7/4   Я решила пойти посмотреть фейерверк с подругами. Очаровательный вечер. Я люблю смотреть на ночное небо. Меня всегда манили звезды. Друзья не понимают этого… А вот мужчин это отчего-то притягивает.  Я пыталась флиртовать и играть. Но я не понимаю, что во мне привлекает их? Мне ни один не понравился.  После той ночи в парке я постоянно думаю о женщинах и задаю себе вопрос: неужели только это может интересовать меня? Я уже знаю больше, чем раньше… Мне нравится женское тело – мягкое, гибкое… Но меня смогла завести лишь та пара в парке ночью…  Скоро мне будет двадцать три. В нашей семье этот возраст считается переломным. Моя бабушка говорила, что в двадцать три года ее жизнь круто изменилась. Может быть и моя жизнь изменится?

7/5   Шесть лет я пишу эти проклятые некрологи! Ах, если бы только я могла описать настояюую историю! Я работала над статьей пять месяцев, и считаю, что она великолепна! Я отослала рассказ о насилии в семье Лиз – редактору женской колонки. Интересно, она возьмет на себя труд прочитать мою статью? Я так мечтаю увидеть статью! Я хочу помогать людям письмами.  Элен поддержала мое решение отдать статью, и даже дала разрешение придти на встречу с женщинами, подвергшимся домашнему насилию. Элен директор Центра Помощи уже много лет. Ей доверяют и уважают. На очередной встрече мы надеемся показать женщинам, что есть другая жизнь – легче и проще – без насилия.  Я должна позвонить Элен. Мы не виделись несколько недель. Она хороший друг, но ее постоянные попытки познакомить меня с мужчиной уже напрягают. Я понимаю, что она хочет только добра… Но нужно все-таки сказать ей, что я уже достаточно взрослая, чтобы сделать свой выбор.

7/6   Я всю неделю бегала от Джона. Но сегодня он застал меня за полдником. Я не знаю, как отвязаться от него, не обидев… Он отличный парень и… хороший друг. Но между нами ничего быть не может. Я не должна была целовать его, надо было оставить все как есть. Может, поговорить с Элен? Она знает, как вести себя в таких ситуациях. О, а может она сведет его с одной из своих знакомых и он отвяжется?  И надо попросить познакомить меня с какой-нибудь женщиной…  С той ночи в парке я не сплю. Ворочаюсь во сне. Я раньше мало думала о сексе. Теперь тело постоянно ноет. И ночами я бегу за чужаком, но его лица не вижу.

7/7   Ночью я отправилась в парк, надеясь увидеть ту парочку. Она у меня из головы не вылезает! И они снятся мне. Не могу отказаться от мысли, что они – ключ к моему сердцу, что именно они помогут одолеть одиночество.  Я уверена, что все это из-за того, что я увидела… Я не знаю, чего ищу, но не могу оставить свои попытки… Я чувствую, что я совсем близко к чему-то или кому-то, что знала давным-давно, а сейчас забыла… Словно сердце ждет второго, чтобы биться в унисон, словно душа стремится найти свою половинку.  И почему-то в воздухе витает ощущение, что то, чего я ждала всю жизнь вот-вот появится. Глазами я в толпе ищу женщин и пытаюсь понять – их ли я видела ночью в парке?

7/8   Сегодня я была в парикмахерской – решила подправить прическу. И увидела перед собой женщину. Вернее, она была не похожа на женщину, но когда она сняла полотенце с головы и черные влажные волосы рассыпались по плечам… Я задрожала, а по спине пробежала россыпь мурашек.  Я зачарованно смотрела на нее, пока она встряхивала голову и перебирала влажные локоны… Как же я хотела запустить пальцы и оттянуть волосы назад… Я не знаю, как долго смотрела на нее, – время словно остановилось. Сердце билось гулко и часто. Она повернулась, чтобы взять журнал со столика и я внезапно ощутила разочарование… Ну чего я хотела? Чего ждала? Неужели одна из женщин в парке была обладательницей черных длинных волос? Я не видела. Я не уверена, что я видела. Знаю теперь только одно – та ночь изменила меня.

Алекс отложила дневник и потянулась. Она пыталась представить, как Даниэль отреагирует на ее длинные темные волосы. Запустив пятерню в волосы, она рассмеялась. Они будут невероятной парочкой – Ночь и День.  Хотя они из разных миров, Алекс часто сталкивалась с девушками, похожими на Даниэль. Но в них чего–то не хватало. И одиночество стало ее постоянным спутником. Но она привыкла и уже не обращала на боль никакого внимания. Эмоции ей вообще противопоказаны. Это был первый урок Джулиана. Но он никогда не делал ей замечаний, когда она ложилась в постель – неважно с кем, – мужчиной или женщиной. Секс был лишь средством для достижения цели, и Алекс беззастенчиво пользовалась им, засунув свои чувства подальше от самой себя. Она никогда никого не любила, никому не открывала свое сердце.  Алекс неохотно захлопнула дневник. У нее полно дел, и нужно как следует отдохнуть. Она легонько провела по кожаной обложке дневника. Ей нравились и узоры, и сам дневник. Но она заставила себя встать и уйти в спальню.

ЧАСТЬ II

Когда Даниэль добралась до работы, сообщение от Лиз уже поджидало ее. Редактор женской колонки просила ее зайти к ней. Подойдя к двери офиса редактора, женщина разволновалась, но Лиз пригласила ее, махнув рукой.  – Дорогая, мне жаль, что тебя ограбили. Хорошо, что ты в порядке!  – Спасибо. Немного переволновалась, но ничего.  – Полицейские обещали поймать вора?  – Нет. Я была у них на допросе, но они ничего существенного мне не сказали.  – Я уверена – ты уже устала, – Лиз улыбнулась. – У меня есть новость, которая должна тебя взбодрить. Мне понравилась твоя история.  – Правда? – Просияла Даниэль.  – Да. Ты рассказала о старом по–новому. Ты отследила пять лет развития Центра Помощи, описала истории, и мне понравилось! Отличная идея – привлечь внимание общественности к проблеме насилия! Я даю тебе добро на три статьи. Пока что.  – Огромное спасибо!  – Это твой шанс. Не упусти его. Жду отчет к следующему вторнику.  Мысли Даниэль помчалась вскачь. Наконец–то дверь к лестнице в небо открылась! Если она постарается, то у нее будет своя рубрика!  Она вернулась к своему рабочему месту и решила позвонить Элен.  Даниэль помнила, как впервые встретилась с этой потрясающей женщиной. Они быстро стали подругам. Элен – миниатюрная женщина с длинными курчавыми волосами. Впрочем, Элен никогда не комплексовала по поводу роста и не видела ничего зазорного в том, чтобы все называть своими словами. Она стала образцом подражания для женщин.  Даниэль трясущимися от волнения руками набрала номер подруги.  – Привет, Элен.  – Привет. Я тебя все утро выловить пытаюсь! С тобой все хорошо?  – Лучше не бывает! Давай я расскажу тебе обо всем позже? – Даниэль замолчала, стараясь унять дрожь в голосе, а потом все же выпалила: – Статья будет печататься!  – Вау! Здорово! Я верила в тебя!  – У нас будет встреча?  – Да. Из тридцати пяти женщин девять согласились ответить на твои вопросы сегодня вечером.  – Ты просто чудо!  – Даниэль, я им сказала, что никто не узнает их. Это важно.  – Я знаю, Элен. Не беспокойся! И спасибо тебе.  – Держу пари, что интервью поможет Центру.  Элен, впервые встретив Даниэль, была поражена неуемной энергией женщины и ее стремлением помогать другим. Даниэль искренне интересовалась проблемами Центра, вникала в проводимые программы и постоянно помогала женщинам найти новые смыслы. Элен чувствовала, что статья о насилии и о помощи поможет предотвратить сотни других случаев.  – Отлично. Увидимся сегодня вечером.  – Даниэль? Я бы хотела чтобы ты рассказала им о твоем чужаке.  Даниэль улыбнулась и повесила трубку.

Элен провела Даниэль в маленькую уютную комнату, а сама прошла к кафедре, чтобы представить свою гостью. Женщина с интересом посмотрела на взволнованных женщин и коснулась руки Элен, останавливая ее.  – Элен, я не хочу тебя прерывать, но я не так себе все это представляла. – Она повернулась к женщинам. – Здесь есть место, где можно спокойно выпить чай или кофе? Зал? Кухня?  Элен отвела всех на кухню и рассадила за круглым столом. Даниэль тоже присела.  – Меня зовут Даниэль Стаффорд, Элен, наверное, уже рассказывала обо мне. Я надеюсь, вы сможете поделиться своим опытом с читателями.  – Вы не будете записывать разговор на магнитофон или еще как–то?..  Даниэль улыбнулась.  – Ни за что. Не хочу смущений. Я запомню все, что нужно и просто так. Я выслушала много историй, и все помню. Если вы не против, я ничего записывать не буду. – По комнате словно прошлась волна облегчения – женщины расслабились.  Одна женщина с рыжими волосами и короткой стрижкой поинтересовалась:  – Почему Вы хотите услышать наши истории? Это же всего лишь одни из сотен рассказов…  – У каждого есть прошлое. И есть что рассказать. У всех своя жизнь, и у каждого она уникальна! У вас тоже. Вы столкнулись с трудностями и справились с ними. Ваш опыт поможет другим сделать шаг навстречу своему счастью. Я хочу лишь рассказать им, что не все потеряно.  – Как насчет анонимности? – Спросила высокая стройная женщина. – Некоторых ищут мужья…  Тут вмешалась женщина с коротко подрезанными темными волосами.  – Я давно знаю Даниэль. Ей можно доверять.  Спасибо, Шип. Я не напишу ни одного имени и не расскажу таких деталей, которые могут навредить вам. Я дам каждой из вас текст, чтобы вы его проверили перед печатью. Вы сможете изменить его или вообще отказаться от участия.  – Справедливо, – улыбнулась блондинка, и другие женщины согласились с подругой по несчастью.  – Спасибо. Я хочу послушать вас. Кто готов поделиться своим опытом?  Темноволосая женщина откликнулась:  – Думаю, что Энн будет первой, – она повернулась к стройной женщине с каштановыми волосами. – Если ты не против?  Энн застенчиво опустила глаза и прокашлялась. Руки задрожали, и она положила их на колени. Кивнув, она начала рассказ.– Меня зовут Энн. Я вышла замуж в шестнадцать. Мой уход из семьи означал – одним из девяти ртов меньше. Мой муж учился в полицейской академии, и я была горда за него. Коллеги обожали его, друзья называли его "Айсберг" – настолько трудно было вывести его из себя. Они не знали, что весь гнев он вымещал на мне.  Так что счастье не продлилось долго. За пятнадцать лет я потеряла счет синякам, ушибам и переломам. Он бил меня каждый день. Малейшей проблемы на работе было достаточно, чтобы начать бить меня. Я не знаю, сколько раз он ломал мне нос… – Женщина расстроено покачала головой. – Но я оставалась с ним.  Четыре выкидыша. Организм сдался. Но муж опомнился и перестал бить меня, когда я забеременела в пятый раз. Я родила ему сына, которого он так просил у меня.  Я купалась в счастье все девять месяцев! В жизни воцарился мир и любовь. Я уже подумала, что ребенок – мой спасительный круг. Я родила, и муж снова начал бить меня. Я не протестовала – у меня теперь был Джош. Маленький, сладкий, любимый Джош… – Она осеклась и посмотрела на свои руки. Женщина справа легонько коснулась ее плеча, и Энн очнулась.  – Однажды Джош вернулся в семь. Он должен был отвезти меня в больницу. Он так сильно избил меня, что я уже не могла самостоятельно справиться. Да и докторам нужно было объяснить, откуда все эти синяки и ушибы.  В этот раз он отвел меня в больницу потому, что у меня с мочой пошла кровь. Мне предстояла операция, а муж объяснил врачам, что я неудачно упала… Он полицейский, ему поверили.  Я поняла, что танцую на краю пропасти, и задумалась – что будет с моим сыном, если я умру. Я уже готова была просить помощи у родителей… Но отец не поверил мне. Приказал прекращать жаловаться и молиться богу, что у меня такой муж! Мать промолчала – она никогда не перечила отцу.  Спустя пять месяцев муж так избил меня, что я почти потеряла сознание. Джош встал между мной и мужем, и он… Он был пьян и зол, и Джош погиб. Врачи сказали, что он умер мгновенно. Теперь я каждую ночь вижу, как его маленькое тельце взлетает в воздух и потом как в замедленной съемке сползает по спине. Я вижу это шесть лет.  Комната словно погрузилась в траур. Хотя Даниэль не шелохнулась, в ее зеленых глазах отразилась боль и сострадание.  – Муж отрицал все, но не смог отвертеться и попал в тюрьму. Надеюсь, надолго… – Энн вздохнула. – Я нашла здесь поддержку. И первое время никак не могла привыкнуть и поверить, что меня никто не бьет и я не испытываю боли.  Пятнадцать лет боли, а потом – ничего. Вам это может показаться забавным, странным, нелепым… – Снова вздохнула она. – Здесь мне помогли обрести веру, меня поддержали, мне помогли! Теперь я работаю, и мне нравится ощущать мир и спокойствие.  Воцарилась тишина. А потом заговорила женщина с хвостиком. Рядом с ней сидела рыжеволосая и ласково держала ее за руку.  – Боже, да мы все сделали жуткий выбор! – И по комнате разнесся смех. – Меня зовут Ники, – она посмотрела на Даниэль. – У нас у всех похожие истории… Отличаются лишь мелкие детали… Но всем нам, – она обвела группу рукой, – улыбнулась удача, и мы живем. Но многие женщины нуждаются в помощи. – Она с любовью посмотрела на рыжеволосую девушку. – Кейт и я встретились здесь. Нас всегда тянуло к женщинам, но только здесь мы осознали это. – Она прикрыла глаза. – Сначала были лишь подругами, но потом поняли, что любим друг друга. Я никогда не была такой счастливой, как сейчас.  Ее любимая кивком подтвердила слова и сжала руку.  – Мы поступили в Медицинский Институт. Выучились, и теперь дежурим в одну смену. Нам нравится наша работа и наша жизнь. Это так здорово – чувствовать, что можешь помочь кому–то.  – Я думаю, каждая согласится, что Элен дала нам путевку в жизнь. Она давно помогает женщинам. Расскажите мне об этом. – Женщины кивнули, а Даниэль вдруг поняла, что буквально ощущает ауру доверия, счастья, понимания. И она откровенно начала кайфовать.  Следующей заговорила молодая девушка с азартно блестящими глазами и торчащими во все стороны короткими волосами.  – Если кто не знает, меня зовут Тара, но друзья зовут меня Шип. – Она взъерошила волосы рукой и улыбнулась. – Я была на панели. Три года. Наверное, мне повезло больше, чем некоторым из нас, но я тоже не думала, что жизнь может быть другой. Всю вину я валила на себя, никогда не думала, что он не имеет права понукать мною. А однажды я поцапалась с сутенером. Он избил меня. И пошло–поехало… Избил–приласкал–избил… Порочный круг.  Некоторые женщины понимающе кивнули.  – Знаете, такие как Они гнут Вас, ломают изо дня в день, и не только физически… Но я выжила, и встретила Элен. Она помогла мне. Верите или нет – теперь я работаю на телевидении. Жизнь наладилась. – Группа дружно улыбнулась.  – Да, жизнь избила меня… – Криво усмехнулась она двусмысленности сказанного. – Но теперь я зарабатываю и я счастлива!  Длинноволосая блондинка, представившаяся как Рэйчел, поддержала Шип:  – Иногда жизнь катится под откос. Я зависела от мужа. Вся моя жизнь была посвящена лишь ему одному! Но я даже не думала уходить от него…  Соседи часто вызывали полицию, когда слышали шум драки и ругань из нашего дома. Но они ничего не делали – он отличный актер. Теперь моя жизнь наладилась. Я полицейская.  Я решила, что только так смогу помочь нуждающимся. Я сама просила о помощи… теперь я сама могу помогать. Но все это не случилось бы, если бы не было Элен. Я горжусь, что помогаю людям, как и она. Пусть у меня не все получается, но я стараюсь.  Я работаю в полиции совсем недавно, но уже поняла, что полицейские знают о домашнем насилии довольно много, и прекрасно понимают, почему избитые женщины отказываются говорить… Но это усложняет нашу работу. И я всегда стараюсь поддержать таких женщин, вызвать их на откровенный разговор. Часто я говорю им о Центре Помощи.  И я тоже знаю Даниэль. Она отличная подруга. И я рада, что о нашем Центре могут узнать из ее статьи. Женщины должны увидеть, что у них есть выбор и поверить, что надежда не умерла.  Даниэль улыбнулась.  – Нам всем надо напоминать об этом.  Женщины разговаривали допоздна. Каждая из пострадавших рассказала свою историю. Даниэль внимательно выслушала всех. Рассказы оказались яркими, неповторимым, захватывающими и ужасающими одновременно. Даниэль поражалась отваге женщин, согласившихся на интервью. Они побороли страх, они добились счастья, они нашли свое место в мире, они нашли своих любимых. Ах, если бы и она могла найти свою половинку!

Даниэль уплыла в мир фантазий. Она в парке. Ищет любовниц как в тот раз… Но их не было. Она подошла к дереву и провела рукой по шершавой коре. Сзади раздался шум. Даниэль резко обернулась. Чужак. На лице маска. Он подошел к ней, прикоснулся кончиками пальцев к губам… Сердце умчалось куда–то вскачь, когда он придвинулся ближе.  Сильные руки уверенно легли на ее талию, тело прижало ее к стволу дерева. Их глаза встретились, и Даниэль увидела в его взгляде вопрос. Она положила свои руки на его и повела ими вниз, по бедрам. Даниэль простонала – прохладная ткань юбки скользила по коже – ниже и ниже… Он снял юбку. Сердце гулко стучало. Даниэль молила, чтобы он не останавливался. Руки словно сами по себе скользнули под его кожаный жакет и Даниэль вдруг замерла, когда поняла, что ласкает женскую грудь… Глаза распахнулись, и…  Даниэль очнулась.  Внезапно раздался грохот, где–то что–то с треском сломалось. Потом послышался разгневанный мужской голос. Кажется, соседи драку устроили. Радости проживания в многоэтажном доме… Даниэль накрыла голову подушкой, пытаясь отгородиться от мира, но услышала пронзительный женский визг, а потом – глухой шлепок. Что–то не так. Даниэль подскочила и схватила трубку, набирая номер полиции.  Шум не утихал. Она оделась и подошла к двери квартиры. Оттуда доносились приглушенные голоса.  – Не скули! Ты делала, что я тебе говорил?!  Послышался умоляющий голос женщины:  – Только не в живот… пожалуйста! – Даниэль передернуло.  Даниэль громко постучала в дверь. В квартире все стихло, а потом раздались чьи–то шаги. Дверь открыл очень красивый мужчина. Даниэль буквально утонула в его очаровании. Она настолько безмятежно и спокойно выглядел, что она подумала, что ошиблась.  – Да? – Спокойно произнес он.  – Я слышала крики… Мне стало интересно… Все в порядке?  – О! Мне так жаль! Наверное, мы переборщили со звуком телевизора. Я прошу прощения!  – Конечно, конечно. Извините, что побеспокоила, – смутилась Даниэль и начала корить себя: "Наслушалась историй и теперь всюду мерещится насилие!".  Она уже хотела уйти, как вдруг увидела на отвороте рубашки мужчины капельки крови. Приняв невинное выражение лица, она лихорадочно соображала, как задержать его до приезда полиции.  – Даниэль Стаффорд, – неловко представилась она.  – Дак Моррисон, – он пожал ей руку – холодная липкая и скользкая длань. – Очень приятно познакомиться, – тепло улыбнулся он. Голос, внешность, поведение – ничто не указывало на гнев, который она слышала раньше, и по спине побежали холодные противные мурашки. – Я обещаю, что больше не будем так громко включать телевизор, – пообещал он и начал закрывать дверь, как вдруг Даниэль услышала хриплый стон и влажный кашель. Она придержала дверь рукой и вопрошающе глянула на мужчину.  – Моя жена простыла. Погода, понимаете?  – Я проходила курс скорой помощи. Может быть мне стоит осмотреть ее?  – Спасибо, но у нас есть лечащий врач. – Из глубины квартиры раздался крик о помощи.  Мужчина нахмурился и оглянулся. Даниэль решительно отпихнула его в сторону и вошла в квартиру. В нескольких шагах от нее на полу лежала женщина. Даниэль бросилась к ней и тут же вляпалась в лужу крови. Она никогда раньше не видела столько боли в глазах человека. Опустившись на колени рядом с женщиной, Даниэль осторожно обняла ее, краем глаза отслеживая каждое движение мужчины. Он был поражен.  – Она упала…  Вконец перепуганная женщина заплакала и застонала как раненое животное. Даниэль прижала ее ближе к себе, пытаясь успокоить. Ей уже не нужно объяснений. К горлу тошнотворной волной подкатилось презрение к мужчине.  – Рассказывай сказки полиции. Они будут здесь с минуты на минуту!  Он изумленно вытаращился на нее, открыв рот. Потом провел рукой по волосам и быстро вышел из кухни.  Женщина схватила Даниэль за руку.  – У него есть оружие… Он убьет нас… – Она закашлялась, и струйка крови поползла по подбородку.  Даниэль уже не сомневалась ни в чем. Она рывком подняла женщину на ноги и потащила ее к двери. Они не успели – он их догнал.  Даниэль прислонила женщину к двери и встала перед ним.  – Не надо. Ты сделаешь себе только хуже. Опусти оружие.  – Ты не должна совать свой нос в чужие дела, сука! – Он жутко изменился, напомнив Даниэль мистера Джекила и миссис Хайд. Но блондинка решила стоять насмерть. Им всего лишь нужно выиграть несколько минут.  – Может, ты и прав. – Резко выпалила она и оценивающе посмотрела на него. – Когда приедет полиция, – вдруг начала она, – мы можем сказать, что она оступилась и упала. Я бы подтвердила… Да и она тоже. Я знаю, что ты не хотел ее обижать… – Даниэль поняла, что мужчина начал прислушиваться к ней. Еще пара минут, всего пара минут.  Снаружи раздался визг тормозов. Мужчина посмотрел в окно, а потом снова повернулся к блондинке. И наткнулся на резко выброшенный кулак Даниэль. От неожиданности он выронил пистолет, и оружие звонко стукнуло об пол, отскочил в сторону и загрохотал по лестнице. Мужчина зажал руками нос, застонав от боли. Даниэль не растерялась и буквально вытолкала женщину, запихнула ее в свою квартиру и захлопнула дверь.  Мужчина так яростно ревел и ломился в дверь, что Даниэль испугалась – что если дверь не выдержит. Схватив телефон, она набрала телефон службы спасения. На том конце провода невозмутимо ответили, что помощь уже выехала. Даниэль убрала телефон и пинком подтащила стул. Подперев дверь, она подхватила женщину и помогла ей добраться до кушетки. Даниэль уже поняла, что женщина беременна, и скоро должна была рожать. Но по внутренней стороне бедра струилась кровь. Даниэль из последних сил пыталась не потерять надежду, что полиция приедет вовремя и удастся спасти и женщину, и ребенка.  Раздался вой сирен, и Даниэль сжала руку женщины.  – Держитесь. Помощь уже рядом.

* * *

Алекс прикончила обед и растянулась у огня, завернув ноги в плед.  Она открыла дневник и пролистала его, отыскивая место, где остановилась.

7/9   Безликие женщины с черными, как вороново крыло, волосами часто посещают меня в моих мечтах. Навязчивая идея побудила меня сделать то, на что я раньше ни за что бы не согласилась: я отправилась в лесбийский бар.  Я битый час не могла решить, что надеть, пока не остановилась на черных джинсах и футболке.  Клуб оказался маленьким, дымным, шумным. Я нашла себе укромное местечко, откуда могла наблюдать, не привлекая к себе внимания.  Бар ничем не отличался от других, в которых я была раньше, за исключением одного – здесь были одни женщины. Я смотрела, как они танцевали, разговаривали, держались за руки, танцевали… Многие оказались красивыми и привлекательными, но меня к ним не тянуло. Я допила коктейль и хотела уходить, как вдруг заметила высокую темноволосую женщину, направлявшуюся к бару.  Я вздохнула и ощутила запах кожи. Один кожаный жакет – и я вся дрожу от нетерпения. Я впилась глазами ей в спину. Она встряхнула головой, и черные волосы рассыпались по плечам. Сердце пропустило удар. Я не могла оторвать от нее глаз, тело кололо и жгло. А она стояла и ничего не подозревала – достала деньги из кармана джинс, чтобы расплатиться за выпивку.  В животе приятно порхали бабочки, дыхание сбилось, по руке побежали мурашки. Я провела пальцами по руке, успокаивая себя. Когда я снова подняла глаза, она уже ушла. Я почувствовала панику и начала лихорадочно осматривать зал. Я увидела ее у двери. Она уходила.  Недолго думая и выскочила из–за столика и бросилась вдогонку. Она уже почти вышла, когда я коснулась ее плеча. Она повернулась, и сердце ухнуло вниз. Женщина удивленно смотрела на меня. Я извинилась, сказала, что приняла ее за другую… Очень неубедительно объяснила, но чувствовала, что говорю правду.  Она была хороша… Я ушла из бара – все равно не удалось разбудить желание. Я не хотела заниматься с ней сексом.  Я одинока. Я уже была готова поверить, что я лесбиянка… Но меня угнетает, что я не чувствую сексуального возбуждения. Более того, я смущена… Но то, что я возбудилась тогда в парке обнадеживает. И еще появилось чувство, что скоро что–то должно случится. Это и волнует, и пугает.

* * *

7/10   Сегодня звонила мама, чтобы напомнить о медальоне. Она хочет быть уверенной, что дядя не забудет отдать его мне на следующей неделе на день рождения. Меня удивляет ее отношение к традиции – казалось бы, она не любит бабушку, но медальон для нее – святое… Мама никогда не понимала бабушку, она никак не могла поверить, что бабушка ставит таинственную темноволосую женщину выше собственного ребенка.  Я никогда не знала бабушку. Она умерла до моего рождения, а мама никогда о ней не рассказывала. Еще в детстве я поняла, что разговоры о бабушке под жестким табу. Мама лишь один раз заговорила о бабушке. В день смерти дедушки я нашла маму на заднем дворе у сгоревшей стопки писем. Она плакала. В гневе она сожгла все письма, что писала ей долгие годы бабушка.  Я не понимала, почему мама плачет над сгоревшими письмами, пока не повзрослела. Теперь я бы все отдала, чтобы прикоснуться к тем письмам. Я всегда чувствовала, что наследие поколений – самое важное, что есть в моей жизни. И письма тоже были таким наследием. И я писала дневники. Я нахожу в записях утешение и обретаю надежду. Как странно! Мы никогда не видели и не знали друг друга, но я чувствую связь с бабушкой. Наверное, жажда приключений мне досталась от нее.  Из наследия бабушки мама сохранила лишь древний фолиант и медальон. В дневнике я писала с детства, а медальон перейдет ко мне как к старшей дочери в двадцать три года. Мама в свое время тоже получила медальон, и, хотя никогда не носила его, я знаю – она дорожила им. Медальон – это связь с матерью. Мне он уже дорог.

Алекс закрыла дневник. Чудовищность поступка окатила ее ледяной волной. Она поняла, что должна вернуть то, что по праву принадлежит блондиночке.  Трель телефона оборвала ее размышления, и Алекс нехотя подошла к нему. Звонил Сэл.  – Может, поинтересуешься последними новостями на седьмом канале?  Она нашарила пульт. На экране возникла Даниэль, и Алекс напряглась, когда камера проводила в машину носилки с женщиной, а потом опять вернулась к Даниэль Стаффорд. В углу экрана полицейские усаживали в патрульную машину какого–то человека в наручниках. У Алекс сжалось сердце – Даниэль в беде.  – Сэл, ты мне нужен.  Он удивился. Алекс никогда не просила помощи.  – Всегда к услугам. Что сделать?  – Нужно отдать Даниэль Стаффорд посылку. Я должна остаться в тени. Ты найдешь кого–нибудь?  – Без проблем.  – Он надежен?  – Да. – Он поколебался, а потом спросил: – Алекс, умоляю, скажи, что там не бомба…  – Это не мой стиль, – улыбнулась она и покачала головой, – и почему ты подумал, что я доверю тебе бомбу?  Он рассмеялся.  – Я должен был спросить.  – Спасибо, Сэл, за мной должок.  Алекс повесила трубку, но чувство тревоги не исчезло. Кожа покрылась мурашками, предупреждая об опасности, и Алекс доверяла своим чувствам – они никогда не подводили ее. Она уже привела сто доводов, чтобы не беспокоиться о блондинке, но все они показались ей ничтожными. Алекс разволновалась. Через несколько дней она уедет из города. Надо удостовериться, что с Даниэль все будет в порядке.

* * *

Следующим вечером после посещения больницы Даниэль решила прогуляться. Она погрузилась в раздумья. За последние дни Даниэль пережила больше потрясений, чем за всю жизнь, но… все равно жаждала большего.  Даниэль опять шла по парку, где встретила любовниц. Она подошла к дереву и провела рукой по шероховатому стволу. Прислонившись спиной к дереву, Даниэль закрыла глаза и улетела в мир фантазий. Она снова ощутила, как сильные руки скользнули по бедрам, шею защекотало теплое дыхание. Даниэль открыла глаза и все исчезло. На нее сразу тяжелым грузом навалилось одиночество.  Даниэль направилась к дому через пустырь и темные переулки, надеясь срезать угол. Сзади раздались шаги, и она инстинктивно прибавила шагу. Преследователь не отставал от нее. Даниэль изо всех сил старалась успокоиться, говоря себе, что ей все чудится.  Завернув за угол, она остановилась и прислушалась. Тишина. Даниэль перевела дух и собралась было продолжить путь, как вдруг чья–то рука схватила ее за запястье и утащила в темный переулок.  Перед ней стоял Дак, чуть подальше – два амбала. Даниэль оглянулась, ища пути отступления, но их не было. Ловушка.  – Ты не должна вмешиваться в мою жизнь, сука! – Мужчина явно не собирался любезничать с нею, и живот свело судорогой. Он широко улыбнулся, словно почуяв ее страх.  – Разрешаю орать, – усмехнулся он, а потом прошипел: – Никто тебя не услышит. – Даниэль рванулась вперед, но один из дружков Дакка рывком впечатал ее в стену.  – Сейчас я преподам тебе урок «Никогда не лезь не в свое дело»! – Он обернулся к друзьям.  – Джо, на шухер! – Амбал развернулся и ушел. Остались двое. Даниэль поняла, что это ее шанс. Нужно действовать очень быстро.  Дак попытался схватить Даниэль, но она увернулась, попутно двинув ему по уже сломанному носу. Он отшатнулся от нее, зарычав от боли. Даниэль побежала, но второй бандит не стал церемониться, и ей пришлось поцеловаться с его кулаком. От удара Даниэль отлетела к стене и больно ударилась затылком. В глазах вмиг потемнело.  Дак вытер струйку крови, вытекавшую из носа. В глазах заплескался гнев. Он сжал кулак, но Даниэль сумела увернуться от удара. Она попыталась еще раз задеть ему по носу, но он пнул коленом ей в живот. Блондинка согнулась пополам от боли. Мужчина самодовольно схватил ее за волосы и рывком поднял. Ударив ее еще несколько раз, он добился того, что глаз заплыл, а из разбитой губы засочилась кровь. Она пыталась удержаться на ногах, но они стали ватными, и Даниэль рухнула на землю.  – Держи ее за руки. – Амбал прижал руки Даниэль к земле над головой, а Дак опустился на колени между ее ног. – Ты заплатишь за все.  Даниэль отчаянно вырывалась, но мужчины были сильнее. Она почувствовала грубые руки на бедрах и поняла, что ее собираются насиловать. Дак разорвал трусики, и Даниэль пнула его. Мужчина окончательно озверел и несколько раз ударил ее кулаком по телу.  Боль захлестнула сознание, мышцы обмякли. Даниэль молилась, чтобы потерять сознание.  Ее беззащитность мгновенно возбудила его. Он вытащил пояс и расстегнул ширинку. Обхватив бедра руками, развел ее ноги в стороны.  – Ты заплатишь, сука!  Он наклонился вперед, уже приготовившись войти в нее, когда неподалеку раздался глухой стук. Дак обернулся.  – Джо?  К мужчинам приближалась высокая фигура, освещенная лунным светом. Мужчина прищурился, стараясь узнать чужака. Женщина.  – Джо не может тебе ответить. У него челюсть сломана. – От слов, голоса и походки веяло холодом и опасностью. Дак поспешно встал на ноги, застегивая ширинку.  Алекс мельком глянула на амбала, державшего Даниэль.  – Отпусти ее… Быстро!!!  Он выпустил Даниэль и кинулся на Алекс. Она развернулась и пинком отправила его в свободный полет к ближайшей стене. Быстро очухавшись он снова побежал к ней, но Алекс отступила на шаг, схватила его за руку, вывернула и дернула вверх. Послышался смачный хруст. Амбал скрючился на земле, скуля от боли. Следующий удар отправил его в нокаут.  Дак смотрел на нее со страхом, не зная, что делать. Теперь он один на один. И шансов почти нет. Алекс развернулась к нему лицом. Он впервые увидел ее лицо, и кровь застыла в жилах: она улыбалась.  – Твое шоу окончено. Моя очередь развлекаться, – медленно двинулась она на него, словно давая время все обдумать. Его передернуло, но он не сдвинулся с места.  – Похоже, сегодня удача отвернулась от тебя, – злобно прошипела она и схватила его за горло. Он с ужасом смотрел на нее, чувствуя, что ноги оторвались от земли. Она подняла его как тряпичную куклу… Дак почувствовал, как она напряглась и захрипел от недостатка кислорода.  Не понимая, где она, чувствуя лишь боль, Даниэль сделала последний рывок навстречу свободе – начала отползать к улице. Подняв глаза, она вдруг поняла, что видит высокую темноволосую женщину, душившую насильника. Булькающие звуки, которые он издавал, вызвали у нее отвращение.  – Ты покойник, – глухо прорычала Алекс, не обращая внимания на его попытки вырваться и дрыгание ногами. Лицо Дака посинело.  – Не надо, – прохрипела Даниэль, пытаясь встать на ноги. – Мы должны вызвать полицию, – умоляла она, снова рухнув не землю.  Высокая женщина ослабила хватку и опустила мужчину на землю. Легкие горели, и он судорожно хватал воздух. Посмотрев в глаза, он задрожал от холода, дыхнувшего на него. Он пообещал, что отведет блондинку в участок, но Алекс схватила его за промежность и выкрутила. Он закричал от боли и страха.  – Никакой полиции, – прорычала она.  От нее просто веяло холодом. Подняв глаза, он наткнулся на два синих айсберга. Дак попытался отодвинуться, но она вцепилась в него мертвой хваткой, не отпуская ни на дюйм. Он тяжело сглотнул, заглянув ей в глаза. Добыча и хищник. Однозначно, сегодня не его день.  – Я сама позабочусь обо всем. Никаких уловок, никакой полиции.  Что–то в голосе высокой и опасной подсказывало Даниэль, что она намеревалась убить его. Даниэль напряглась, но просьба прозвучала тихо и слабо:  – Пожалуйста, не надо. Ради меня.  Алекс словно очнулась и вздохнула. Она наклонилась к его уху, и бесконечное мгновение он думал, что она сейчас откусит ему ухо… Вместо этого она сдавила ему горло и прошептала:  – Если я когда–нибудь увижу или услышу тебя… Если ты подойдешь к ней ближе, чем на сто миль, я убью тебя… Медленно… – Она впилась в него взглядом. Он кивнул и заплакал. – Если с ней что–нибудь случится, я тебя из–под земли достану, – она пнула его коленом в пах, и он скрючился от боли. Алекс разжала пальцы, и Дак рухнул на землю, обливаясь собственными кровью и мочой.  Даниэль сжалась. Алекс подошла к ней и подхватила на руки. Даниэль зажмурилась и тяжело сглотнула, чувствуя тошнотворную волну.  – Меня сейчас вырвет…  Алекс опустила ее на землю и придержала волосы, чтобы не запачкать их рвотой. А потом темноволосая вытерла рот Даниэль рукавом своей рубашки и мягко прошептала:  – Все хорошо, – она обнимала ее, и успокаивающий голос возымел действие. Даниэль расслабилась. Она открыла глаза и посмотрела на спасительницу. С губ сорвался легкий стон.  Алекс неправильно поняла ее и прижала к себе, укачивая в объятиях.  – Я никому не позволю обижать тебя.  Даниэль поняла, что нашла половинку души. Судьбою им было предначертано встретится. Она смотрела в синие глаза Алекс и задавала себе вопрос – не мираж ли это?  – Ты правда ты? Или ты моя мечта?  Алекс легонько улыбнулась.  – Я здесь. – Даниэль успокоилась и закрыла глаза. По телу прокатилась волна боли. Алекс нежно откинула упавшую на лицо прядь волос и быстро ощупала блондинку, проверяя степень повреждений. Даниэль скривилась от боли, когда Алекс провела по ушибленному боку.  – Я отвезу тебя в больницу.  – Не надо. – Даниэль знала, что если все станет известно родителям, они заставят ее вернуться. Она попыталась встать, но головокружение моментально отправило ее в сильные объятия Алекс.  – Ты живешь неподалеку?  Даниэль не понимала, что ей говорит темноволосая, но ее голос звучал так мягко, так спокойно. Она нашла Ее, нашла Голос, по которому тосковала, нашла Волосы, которые можно перебирать пальцами, нашла Глаза, в которых можно утонуть. Последней мыслью перед тем как Даниэль отключилась, была: «Я в безопасности». Усталость навалилась на Даниэль, и она сдалась без борьбы, упав в объятья сна.  Алекс решила выполнить просьбу молодой женщины. Она отнесла Даниэль к автомобилю и опустила ее в пассажирское кресло. Защелкнув ремни безопасности, Алекс повезла ее к себе домой. Теперь Даниэль не угрожала опасность, но она по–прежнему вздрагивала от малейшей вибрации и ударов. Алекс вела машину крайне осторожно, и путь домой занял долгие двадцать минут.  Алекс отнесла женщину в комнату и положила на кровать с водяным матрасом. Смочив ткань, она тщательно вытерла подсохшую кровь с лица Даниэль. Алекс не решилась будить девушку и позволила себе лишь провести рукой по шелковистым светлым волосам.  Даниэль открыла глаза. Тело нещадно болело и ныло. Память услужливо представила картинки недавнего прошлого, и она почувствовала приступ тошноты. Она только успела поднести руку ко рту, а Алекс уже отнесла блондинку в ванную и держала ее, пока приступы не прекратились. Темноволосая опустилась на колени перед Даниэль и нежно вытерла ей лицо прохладной тканью.  Даниэль бросилась в объятия Алекс и зарыдала.  – Боже, если бы ты не приехала, – она плакала и едва осознавала, что попала в такую же ситуацию, как женщины из Центра Помощи. – Я… Мне нужно в душ…  Беззащитная, избитая, потерянная… Сердце Алекс пропустило удар.  – Сможешь постоять? – Даниэль кивнула, и Алекс отправилась за полотенцами.  Когда она вернулась, Даниэль уже стояла под душем. Алекс повесила рубашку, полотенца, положила зубную щетку и вышла, закрыв за собой дверь. Несколько минут спустя из душа вывалилась Даниэль. Алекс едва успела подхватить ее и отнести на кровать. Когда темноволосая задела синяк на боку, Даниэль поморщилась. Да что там прикосновение – дышать и двигаться было жутко больно. Даниэль закрыла глаза и закусила губу, чтобы не закричать.  – Сейчас дам обезболивающее.  Алекс достала аптечку. Она выудила из нее какую–то ампулу и разорвала упаковку. Воткнув иглу в пузырек, она вытянула дозу демидрола и вколола его в бедро Даниэль.  – Это поможет тебе уснуть, – сказала она, накрывая блондинку одеялом. – Я буду в соседней комнате. Если что–то нужно – буди. – Алекс выпрямилась и пошла к двери.  – Пожалуйста… – Даниэль умоляюще протянула руку. – Посиди со мной еще чуть–чуть. – Алекс придвинула стул к кровати и взяла блондинку за руку. Та благодарно сжала ладонь и закрыла глаза. А через несколько минут боль ушла. Даниэль чувствовала, что парит, мир вокруг завихрился клубами, а неподалеку мерцали огоньками синие глаза Алекс. Даниэль прильнула щекой к руке и блаженно вздохнула.  И в тишине Алекс услышала слова Даниэль:  – Я знала, что ты найдешь меня.  Она казалась такой слабой. Алекс с тревогой всматривалась в распухшее и посиневшее от побоев лицо блондинки. Если бы она пришла минутой раньше! Она потеряла Даниэль в парке, когда отлучилась в кусты. Алекс вдруг пожалела, что не убила трех подонков. Монстры, настоящие монстры… Гнев грозился выплеснуться наружу, как вдруг прикосновение теплой щеки женщины к ее ладони остудило ее.  Алекс бы не остановилась, она бы убила их… Но не смогла отказать Даниэль в просьбе не убивать их. Внезапно Алекс поняла, что чувствует необычное, о чем она уже давно забыла и о чем перестала мечтать: Даниэль простила ее. И Алекс укуталась в шаль спокойствия. Она глубоко вздохнула и расслабилась. Отчего все вдруг встало на свои места? Стремление защищать Даниэль жило где–то в глубине души Алекс, и она уже давно следила за блондинкой… Спасла ее… Алекс провалилась в сон.

ЧАСТЬ III

Даниэль проснулась утром и не поняла, где находится. А потом вспомнила ночь, прокатившуюся по ней катком. Тело болело и ныло, не позволяя забыться. Даниэль повернула голову и увидела темноволосую женщину, спящую на стуле у изголовья кровати. Красавица, высокая, сильная… Даниэль никогда раньше не встречала настолько привлекательных женщин. Сердце екнуло от созерцания этой темной необузданной красоты. Прямо как будто воительница защитила ее от бандитов. Тут Даниэль осознала, что женщина проспала ночь на стуле, охраняя ее сон. И ей удалось подарить ночь спокойствия.  Тело затекло и двигалось со скрипом и неохотой. Нужно сдвинуться хоть на миллиметр, но Даниэль не шевелилась, боясь потревожить красавицу. Словно прочитав мысли блондинки Алекс открыла глаза, и Даниэль утонула в их синеве.

– Как самочувствие? – Спросила Алекс.  Даниэль наслаждалась голосом, словно целительным бальзамом и улетела в мир сечты. Обеспокоенное выражение лица красавицы вырвало Даниэль из полубесчувственного состоянии.

– Я… Мне лучше. Не знаю, как отблагодарить тебя.

– Просто я оказалась в нужном месте в нужный час.

– Я даже не знаю, как тебя зовут…  – Не было времени для формальностей прошлым вечером? – Тепло улыбнулась темноволосая красавица.

– Алекс. Алекс Лорд.

– Даниэль Стаффорд.

Алекс вытянула руку из–под щеки молодой женщины. Даниэль вспыхнула. Было так естественно – ощущать тепло ладони на щеке, что она даже забыла про неудобство, которое, возможно, испытывала темноволосая красавица.  Алекс улыбнулась и с треском размяла пальцы.

– Они мне понадобятся, чтобы приготовить завтрак.

В животе у Даниэль мгновенно заурчало, и она поняла, что желудок пуст. Пока Алекс колдовала на кухне, Даниэль отправилась в ванную. Ошеломление. Ужас. Нос раздут, глаза распухли и посинели. Распахнув ворот рубашки, блондинка осмотрела себя – на боках и животе живописными черно–синими пятнами раскинулись синяки и ушибы. Но все могло быть хуже. Ей повезло.  С кухни донесся соблазнительный запах куриного супа и Даниэль вошла на кухню.

– М–м–м, пахнет замечательно!

– Суп из цыпленка. Прости, но я не повар, – извинилась Алекс, ставя тарелку с супом перед Даниэль.

– Здорово! Спасибо. – Даниэль принялась жадно поглощать еду, вызвав улыбку у Алекс. Блондинка смаковала каждую ложку. Алекс дала ей хлеб и с неугасающей улыбкой смотрела, как миниатюрная женщина в мгновение ока умяла полную тарелку супа и полбуханки хлеба.

– Офигенный аппетит, – зачарованно произнесла она, и зеленые изумруды глаз блондинки заискрились смехом.

– Я всегда готова есть! – Гордо заявила она и одарила Алекс широченной улыбкой.

– Уже вижу, – игриво подняла бровь темноволосая. Что–то в поведении блондиночки располагало к себе. И чем дольше Алекс смотрела на нее, тем больше чувствовала, что все встает на свои места. Наконец она оторвалась от созерцания и принялась мыть посуду.  Даниэль осторожно потянулась и удивилась, когда не почувствовала раздирающей боли.

– Чего ты мне такого дала, что мне так хорошо? Ты врач?  Алекс колебалась.

– Нет. Только не уговаривай меня практиковать без лицензии.

– Шутишь? Да без тебя бы ночь стала самой темной в моей жизни, – задрожала Даниэль, внезапно поняв, что могло произойти. – Где ты училась так драться?

– У меня много талантов, – загадочно ответила Алекс и попыталась сменить тему: – Почему ты была в темном переулке одна?

Даниэль покраснела. Невозможно объяснить этой красавице–незнакомке, почему ее так тянет в парк.

– Долгая история. Но это не случайное нападение. Он знал меня. Я вызвала полицию, когда он бил свою жену. – Она нахмурилась. – Я не думала, что он нападет…

– Если тебя это утешит, то с этого утра он не прикоснется к тебе. – Улыбнулась Алекс.  – Знаешь, полиция не помогает в таких случаях. – Даниэль поняла нежелание Алекс вмешивать в разборку полицию.

– Не понимаю, зачем человеку столько боли и насилия? Я навещала его жену в больнице вчера вечером. Ей плохо. И неизвестно, что будет с ребенком. Он родился, но слишком рано… Как грустно, что он так вошел в этот мир.  Алекс поймала взгляд Даниэль.

– Некоторые не понимают, что насилие – не путь и не способ достичь желаемого. Но ребенку будет лучше без такого отца, поверь мне.

– Нет. В каждом из нас есть хорошее. Может быть глубоко–глубоко, но есть. Даже Дак заслуживает второго шанса и нуждается в помощи.  Алекс не стала спорить и задала себе вопрос – должна ли она верить блондинке?

– Солнце уже высоко. Хочешь выпить чашку кофе на веранде?  Они просидели на портике – пристройке сзади дома, одним концом представлявшей пирс, вдававшийся в озеро на сто ярдов.  Даниэль качалась в плетеном стуле, позволяя солнышку лечить ее ушибы и ссадины.

– Замечательное местечко.

– Спасибо. Я просто сняла этот домик. Скоро уезжаю.  Даниэль сникла.

– Переезжаешь?  – Да. Я никогда не остаюсь на одном месте надолго. Чувствую себя неуютно.  Даниэль старалась не показать своего разочарования и сменила тему разговора.

– Чем зарабатываешь на жизнь.  Алекс не готовилась к такому обстоятельному разговору и использовала свою старую легенду.

– Я только что уволилась. Ищу работу.

– Отличная у тебя была работа, раз сейчас не работаешь? – Улыбнулась Даниэль.  Алекс кивнула. Ей почему–то стало неудобно ото лжи. Она встала и улыбнулась.

– Есть идея. Составишь компанию? – Ушла от дальнейших расспросов Алекс.

* * *

Детектив Сэндс вихрем ворвалась в офис Боуина и шваркнула ему на стол папку с файлами. Боуин улыбнулся от уха до уха.– У нас есть зацепка именно на грабеже Паланоса, – его глаза заискрились.  – Нам действительно везет. Парни нашли богатенького мальчика – вляпался он в историю… Его отец ювелир. Чтобы отмазать родного сынка, он предложил информацию по нашему делу! Он согласился дать имя скупщика краденого, если мы не будем заводить дело на сына.  – И кто же это?  – Наш старый друг Сэл.  – Найди судью Бреннена, получи у него ордер на обыск.  Мариса подмигнула и вручила Боуину ордер.  – Я подумала, что ты точно о нем попросишь.  Он улыбнулся.  – Что бы я делал без тебя?  – Умер бы наверное!  – Пойдем. Это наш шанс.

Алекс рылась в шкафу, пытаясь найти хоть что–нибудь, что не будет висеть на Даниэль мешком. Единственное, что она нашла – футболка и штаны. Прихватив нижнее белье, она подошла к блондинке, зачарованно смотревшей на огонь. Когда Алекс приблизилась, Даниэль подняла зеленые глаза.  – Я кое–что нашла. Не модно, конечно, но до дома ты в этом сможешь добраться.  Даниэль молчала. Мысль о возвращении в пустую холодную квартиру рядом с насильником была невыносима. Алекс заметила страх и присела рядом с Даниэль.  – Эй, все хорошо?  – Да… я… Просто подумала о доме. Он ведь мой сосед.  Алекс чертыхнулась про себя, ругая за свою близорукость. Боль в глазах женщины будила желание Алекс обнять Даниэль, но она сдержалась.  – Мне жаль. Я должна была об этом подумать… Я… Можешь оставаться здесь столько, сколько нужно.  – Я не хочу быть обузой. И так уже доставила кучу неприятностей. Я только…  – Ты не обуза, – оборвала ее Алекс, лихорадочно пытаясь придумать, как поднять настроение Даниэль. – Мне нравится твоя компания. Это здорово, когда рядом есть кто–то, с кем можно поговорить.  Даниэль с надеждой посмотрела на нее:  – Правда?  – Да. И я хочу, чтобы ты осталась… – Алекс вдруг с удивлением поняла, что сказала правду.  – Спасибо… Можно остаться на все выходные?  – Если хочешь. – Алекс заметила, что Даниэль расслабилась. – Только с одним условием. Я должна осмотреть твои раны. Хочу удостовериться, что все в порядке.  Сердечко Даниэль забилось от этих слов, и блондинка просияла.  – Буду рада!  Пока Даниэль переодевалась в ванной, Алекс ушла в спальню и достала самодельный бальзам из аптечки.  – Доктор, я готова!  Алекс улыбнулась игривому настроению новой подруги.  – Марш ложиться на кровать!  Даниэль присела на краешек и вдруг застеснялась. Алекс села рядом и начала тщательно осматривать ушибы на лице. Опухоль спала, но все еще выглядела так, как будто Даниэль участвовала в турнире по боксу и проиграла.  – Я намажу тебя бальзамом. Он безболезненный, неприятные ощущения могут быть только от прикосновений. – Алекс принялась намазывать ушибы и синяки мазью.  Даниэль прикрыла глаза, готовясь к боли. И если поначалу было неприятно, потом она забыла обо всем, кроме этих нежных, ласковых рук, порхавших по лицу.  Даниэль открыла глаза. Алекс склонилась над ней, синие глаза напряженно исследовали каждую клеточку лица, а руки осторожно и ласково намазывали бальзамом раны… Даниэль бросило в жар. Взгляд упал на рот Алекс: полные губы немного приоткрылись, и Даниэль непроизвольно подумала о том, насколько они мягкие на ощупь… Даниэль хотела знать, насколько… Она из последних сил боролась с искушением впиться в манящие губы. А мысли уже поплыли дальше – какова на вкус темноволосая красавица? Тело таяло под нежными пальцами Алекс, позвоночник покалывало от возбуждения. Даниэль напряглась, сдерживая желание.  Алекс отклонилась.  – Мне так жаль… Я сделала больно?  – Совсем чуть–чуть, – солгала Даниэль. – Все в порядке.  – Я уже обработала лицо, мне нужно осмотреть ребра и живот. – Даниэль кивнула.  Алекс колебалась мгновение, прежде чем коснуться края рубашки. Мысли сделали скачок в прошлое, напомнив, как она прижимала Даниэль к себе у нее дома. Пальцы задрожали, когда Алекс принялась расстегивать рубашку. Взору открылось великолепное тело, глаза восхищенно скользили по упругим мышцам, высокой груди. Алекс нежно прикоснулась к ребрам. Даниэль сильно избита, но кожа и ребра целы. Алекс принялась медленно намазывать каждую ранку мазью.  Даниэль сжала зубы, чтобы не застонать. Тело трясло от возбуждения. Она чувствовала, как напряглись и набухли соски, какой грубой стала ткань лифчика. Мускулы внизу живота напряглись, между ног засочилась теплая влага. Неужели это чувствуют другие? Даниэль посмотрела на Алекс, моля, чтобы та ничего не заметила. Но красавица погрузилась во врачевание.  Даниэль никогда не чувствовала такого раньше. Кожа горела от прикосновений Алекс, ласковые пальцы бросали тело в дрожь. Даниэль шла по краю. Почувствовав судорогу меж ног, она затаила дыхание, боясь, что тело выдаст ее.  Алекс почувствовала, что Даниэль вздрогнула, и подумала, что причинила ей боль. Она ускорила процедуру и завершила быстрее, чем рассчитывала. Убрав руки, Алекс заметила, что Даниэль дрожит. Алекс поспешно запахнула полы рубашки.  – Ты в порядке. Кости целы, и заживаешь ты быстро. Намазывай этот бальзам два раза в день, пока синяки не исчезнут. – Она сунула баночку с мазью Даниэль.  Алекс увидела мутный взгляд блондинки. Та молчала. Алекс решила, что Даниэль через многое прошла, ей нужно отдохнуть и отойти и неохотно сделала шаг назад.  – Попробуй уснуть. У меня дома нечего есть, мне надо сходить в магазин. Как ты относишься к китайской кухне?  – Звучит великолепно!  – Хорошо. Я скоро вернусь. – Алекс закрыла за собой дверь.  Как только замок щелкнул, Даниэль тихонько застонала. Тело дрожало от возбуждения и гудело от желания. Кровь пульсировала, мышцы сводило пьянящей судорогой. Даниэль прикрыла глаза и провела рукой по животу. Скользнула ниже и провела пальцами по влажной промежности. Даниэль убрала руку и свернулась калачиком на постели. На подушку упала слеза. Алекс разбудила ее.

Когда Алекс вернулась, учуяла запах ладана. Даниэль уже сервировала стол и разожгла огонь. Комнатка преобразилась, стала похожа на… родной Дом. Как в детстве, когда ее кто–нибудь обязательно ждал. Атмосфера уюта напомнила Алекс, как она одинока и что ей скоро снова придется быть одной. А Даниэль будет жить дальше. Без нее. Алекс распрямила плечи и вошла на кухню. Даниэль варила кофе.  – Я думала, ты хоть чуть–чуть поспишь? – Спросила Алекс.  – Я спала. А потом мне приснился кошмар и…  Алекс опустила сумки на пол и повернула Даниэль к себе лицом.  – Не думай об этом. Он трус. Ты его никогда не увидишь. Думаю, он даже в квартиру не вернется…  Даниэль обхватила себя руками, словно стараясь согреться.  – Надеюсь, ты права. Просто я еще боюсь идти домой.  – Я никогда не отправлю тебя туда, где опасно! – Выпалила Алекс. Осознав, насколько чувственно она это произнесла, она вспыхнула и отошла на шаг от Даниэль. – Надеюсь, ты проголодалась. Я купила тут кое–чего…  Даниэль улыбнулась.  – Я всегда готова есть.  Быстро разложив еду, женщины сели обедать. Алекс дала блондинке деревянные палочки. Та недоуменно уставилась на них, а потом пристально посмотрела, как темноволосая ловко с ними управляется. После нескольких безуспешных попыток Даниэль удалось захватить стручок какого–то овоща и даже почти донести до рта. Она безмерно удивилась, когда Алекс поймала стручок в воздухе.  – Ничего себе, здорово!  Алекс подмигнула.  – У меня много талантов.  Даниэль печально посмотрела на палочки. Алекс улыбнулась и, подхватив кусочек пищи, поднесла ко рту Даниэль. Открыв рот, блондинка благодарно взяла предложенное. Глаза встретились, и по позвоночнику обеих женщин пробежали мурашки.  – Наверное, тебе будет легче есть вилкой, – наконец оторвала взгляд Алекс.  – Нет. Я хочу попробовать еще раз.  Алекс встала, подошла к Даниэль и наклонилась над ней. Прикоснувшись к руке, она показала, как надо держать палочки.  – Просто надо приноровиться.  Темные волосы рассыпались, щекоча шею Даниэль, и она поняла – если повернуть голову, она может поцеловать ее. В комнате тотчас стало невыносимо жарко, и Даниэль старалась не повернуться. Сконцентрировавшись на палочках, она сумела донести еду до рта.  – Видишь? Ничего сложного. – Алекс выпрямилась, отошла и села на свое место. – Попробуй сама.  Даниэль посмотрела на Алекс.  – Что–то подсказывает мне, что это будет самый долгий обед в истории!  Алекс улыбнулась. Даниэль опустила глаза и начала перебирать содержимое тарелки.  – Ты сказала, что уезжаешь. Куда?  Алекс ответила не сразу.  – Я выбираю место работы. – Алекс покашляла и добавила: – Все зависит от карьерного роста… А ты? Чем занимаешься?  Даниэль уже привыкла к палочкам и теперь, чтобы ответить на вопрос, поспешно прожевывала обед.  – Работаю в "Сэнтинэль".  – Журналистка?  – Угу. Я застряла на одном месте. Пишу некрологи черт знает сколько времени, но теперь у меня появился шанс опубликовать первую статью. – Даниэль замолчала. – Я не думаю, что я писатель. Скорее я рассказчик… бард. Жизнь, приключения очаровывают меня. Я всегда любила слушать опасные истории.  Алекс с интересом смотрела на Даниэль. Она наслаждалась ее голосом, мимикой, жестами.  – Хорошо, что тебе дали шанс.  – Да, это большой шаг вперед.  – А о чем статья?  – О женщинах, подвергшихся насилию. Об их жизни и о том, как они сумели с честью выйти из сложившегося порочного круга жестокости. Может быть кому–то это поможет.  – Тебе нравится помогать людям, – то ли спросила, то ли подытожила Алекс.  – Да. Эти женщины действительно поступили отважно и одержали победу. Мне понравились их истории.  Алекс принялась разливать кофе.  – Я могу почитать твою статью до печати?  Даниэль польщенно вспыхнула.  – Конечно.  Подруги сели у огня, и Даниэль начала рассказывать. Алекс наслаждалась. Наслаждалась вязью историй, наслаждалась голосом и его переливами, наслаждалась теплом сказительницы. Алекс видела все, что рассказывала Даниэль словно наяву – храбрость, сила, устремленность, боль, счастье…  Даниэль говорила очень долго, а потом вдруг осеклась, разволновалась.  – Я заболталась. Извини.  – Не надо. Это было прекрасно. У тебя дар.  Даниэль покраснела.  – Ага. Дар болтливости, – улыбнулась она.  – Тем женщинам повезло, что ты будешь рассказывать о них. Ты нашла свое место в мире.  Даниэль всегда умела расположить к себе, и люди доверяли ей самое сокровенное. До сих пор. Алекс оказалась крепким орешком – все вопросы она умело переводила в другое русло.  – А ты? – Спросила Даниэль.  Алекс грустно улыбнулась.  – У меня тоже есть таланты. Только мне не нравится моя работа. – Жестко ответила она, и Даниэль кожей ощутила, как между ними начала расти стена. – Мы засиделись. Тебе нужно отдохнуть. Я возьму одеяло и посплю на кушетке.  – Я не хочу, чтобы ты спала на кушетке. Кровать твоя. Я буду спать на кушетке.  – Нет. Я обычно сплю именно на диванчике. Никак не могу доползти до кровати.  – Ладно. Приятных снов, Алекс, – Даниэль встала к Алекс вполоборота, словно стараясь до последнего оттянуть миг прощания и удержать мечту рядом.  – Даниэль, если тебе приснится кошмар… Разбуди меня.

Алекс проснулась среди ночи. Ее разбудил какой–то шум. Кто–то в комнате. Открыв глаза, она подождала, пока они привыкнут к темноте и осторожно осмотрела комнату.  На полу у дивана, завернувшись в одеяло, лежала Даниэль. Алекс шепнула:  – Эй… Ты в порядке?  Даниэль повернулась.  – Извини. Я тебя разбудила?  – Все хорошо? – Переспросила Алекс.  – Кошмар. Я не стала будить тебя… просто так хотелось быть с кем–то рядом. Я трусиха.  – Совсем не трусиха. – Алекс протянула руку. – Давай, лучше спать на мягком.  Даниэль благодарно ухватилась за руку, почувствовав прилив возбуждения. Глаза Алекс, смотревшие на нее с такой нежностью, словно проникали в глубь души. В животе снова запорхали бабочки, и Даниэль нервно сглотнула. Алекс заметила ее беспокойство.  – Ты что, храпишь? – Поддразнила она ее.  – Помилуй боже! Нет! Наверное… – Расслабилась Даниэль и вскарабкалась на двика. – Я надеюсь, ты не одна из тех людей, что отбирает одеяла?  Алекс сдвинулась к краю дивана.  – Мне на это не жаловались.  Даниэль перестала сомневаться и растянулась на мягком диване. Сердце и душа тут же успокоились, воспоминания о насильниках испарились, и разум был занят лишь одной мыслью – она лежит в объятиях темноволосой красавицы. Теперь можно не беспокоиться.  – Спасибо.  Алекс склонилась над Даниэль и заправила прядь ее волос за ухо.  – Спи. Все хорошо.  Даниэль поверила Алекс. Она вздохнула и закрыла глаза. А в следующее мгновение провалилась в сон.

Солнечный день. Озеро. Алекс и Даниэль плыли по зеркальной глади к облюбованному темноволосой красавицей островку. Они вытянули лодку на мель и пошли на прогулку. Когда они добрались до прогалины в лесу, Даниэль затаила дыхание: солнце каскадом падало сквозь листья, освещая маленькую полянку, и казалось – это свой фантастический мирок, затерявшийся в глубинах чащобы.  Даниэль без устали трещала, а Алекс слушала ее. Блондинка пыталась завязать диалог, но темноволосая сводила все попытки на нет и довольствовалась монологом Даниэль. Особенно ей нравились рассказы о детстве и юности Даниэль. Насколько же они разные…  Алекс уже начала собирать остатки пикника, пока Даниэль беззастенчиво бездельничала, подставив лицо свежему бризу и наслаждаясь насыщенностью утренних часов солнышком и спокойствием. Она с Алекс уже два дня, и все было просто замечательно.  Даниэль встала и потянулась, купаясь в солнечных лучах. Краем глаза она заметила яркие пятна на зеленом ковре и подошла ближе.  – Дикие цветы!  Алекс со странной умиротворенностью смотрела, как Даниэль присела рядом с цветами и принялась их нюхать, зажмурившись от удовольствия. Удивительно – она умеет видеть только хорошее, открываясь навстречу миру с безграничным доверием. Хрупкая, беззащитная… Алекс снова захотелось всегда защищать Даниэль от боли и страданий, чтобы эти светлые чувства, которые она видела сейчас, никогда не угасли в ней.  Даниэль села на землю, впитывая в себя окружающий мир. Она даже не заметила, как к ней подкатились четыре пушистых комочка – игривым лисятам надоело сидеть в норе. Даниэль затаила дыхание.  – Алекс, глянь…  Алекс поднялась на ноги и посмотрела на нору. Рядом должна быть мать.  – Даниэль, встань и уйди оттуда! Медленно!  Даниэль посмотрела на нее и улыбнулась. А тем временем один лисенок игриво схватил шнурок от ботинок и потянул его. Даниэль засмеялась и погладила лисенка.  – Он такой мягкий!  Алекс повторила, что надо уйти, но было поздно… На поляну выбежала лисица и сделала пару прыжков в сторону Даниэль. Времени не хватит, чтобы добежать до Даниэль и защитить ее. Алекс озиралась в поисках подходящего оружие, одновременно следя за лисой. Подобрав увесистый камень, она выпрямилась.  Даниэль увидела лисицу и посмотрела на Алекс. Когда она увидела в ее руках камень, в животе неприятно забурчало. Она поняла, что собиралась сделать Алекс.  Темноволосая уже примеривалась, взвешивая камень в руке. Если лиса нападет на Даниэль, она сможет метнуть камень. И попасть. Алекс была уверена в своей силе и ловкости.  – Подожди!  Даниэль медленно встала. Она сделала маленький шажок назад, а щенки не отставали от нее, теребя шнурки. Лисица была в двадцати шагах от Даниэль, пристально наблюдая за ней.  Даниэль снова села, уставившись на взволнованную лисицу. Стащив ботинки, она принялась играть с лисятами, словно забыв о лисице. Рыжая подошла ближе и остановилась, настороженно смотря на женщину.  Даниэль рассмеялась, когда один лисенок схватил ботинок и потащил его прочь, гордо задрав мордочку – он тащил трофей матери. Лисица фыркнула в ботинок и улеглась на траве, наблюдая за игрой.  Алекс не верила своим глазам. Три лисенка прыгали и резвились вокруг Даниэль, четвертый терся о ногу.  – Алекс! – Даниэль помахала рукой, подзывая подругу.  Алекс медленно подошла, не сводя глаз с лисицы. Рыжая настороженно села. Высокое стройное тело темноволосой инстинктивно напряглось, готовясь отреагировать. Даниэль улыбнулась и ухватила Алекс за руку, в которой она держала камень. Прикосновение согрело Алекс, и она выпустила камень. В руку скользнула теплая ладошка, и Алекс растаяла. Она опустилась на траву рядом с Даниэль.  Когда Алекс опустилась, щенки смешно зафыркали и прыгнули на высокую, прося поиграть с ними. Даниэль не выпускала руку Алекс.  – Почувствуй, – шепнула она, – они такие мягкие. – Лисята рыжие с черными носочками и мордочками, а глаза – зелеными…  Алекс осторожно погладила одного из них свободной рукой. И в унисон этому движению она неосознанно начала гладить Даниэль по руке – вверх до локтя, вниз к запястью, снова вверх. Алекс запустила пятерню в рыжий мех, но наслаждалась прикосновением к шелковистой коже Даниэль.  А та, казалось, не замечала этого. Все ее внимание обращено на лисят, и Алекс позволила себе посмотреть на блондинку. Улыбка ее очаровывала, носик при смехе смешно морщился. Алекс поняла, что между ними считанные сантиметры, да и желание прикоснуться к губам непреодолимо… Темноволосая закрыла глаза, пытаясь стряхнуть наваждение.  Наконец лисята устали от Даниэль и принялись атаковать Алекс. Даниэль услышала смех и удивленно обернулась. Она впервые услышала, как смеется Алекс. Волшебный мелодичный смех.  Даниэль посмотрела на счастливую темноволосую красавицу, и сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Щенки рассмешили неприступную скалу, принявшись дергать ее за шнурки и вылизывать с ног до головы, повалив на землю.  И солнце, и Даниэль утонули в синих озерах. Не осознавая, она протянула руку и ласково провела по губам Алекс, убирая прилипшую прядь волос. Глаза встретились, и Даниэль начала медленно склоняться, желая узнать вкус Алекс.  Наткнувшись рукой на острый камушек, Даниэль едва слышно ойкнула и отклонилась. Алекс резко села. На поляне появился лис, и все семейство кубарем побежало к нему, оставляя женщин наедине. Сердце Даниэль рвалось из грудной клетки. Она хотела поцеловать Алекс и почти сделала это.  Алекс улыбнулась и посмотрела на Даниэль.  – Удивительно.  Сердце Даниэль пропустило удар, а потом она поняла, что они думали о разных вещах. Алекс даже не заметила ее желания поцеловать…  Даниэль пожала плечами и улыбнулась.  – Ничего удивительного. Животные похожи на меня. – Она подмигнула Алекс. – У меня тоже много талантов! – Даниэль удалось замаскировать разочарование юмором.  – Уже поняла, – рассмеялась Алекс.  Даниэль увидела на макушке Алекс рыжий мех. Даниэль принялась отряхивать Алекс и случайно задела ее грудь. Осознав, что сделала, она отклонилась.  – Извини. Ты вся в меху…  Соски Алекс напряглись от мимолетного прикосновения, и она неловко встала, отряхиваясь. На Алекс обрушился шквал незнакомых эмоций, грозя утопить ее с головой.  – Да… Э–э–э… Уже поздно. Пора возвращаться.  – Если хочешь, – грустно ответила Даниэль.  Женщины быстро убрали объедки и собрали вещи. Даниэль ругала себя за то, что все пошло прахом. Поняла ли Алекс ее? Она не специально задела ее грудь, но пальцы все еще приятно покалывало от мимолетного прикосновения. Даниэль знала, что боится сделать шаг навстречу. Она корила себя и избегала взгляда Алекс. Блондинка отправилась искать свои ботинки, которые лисята растащили по всей поляне.  Алекс заметила, что Даниэль отошла и на лице отразилось тщательно скрываемое возбуждение. Она не знала, заметила ли Даниэль ее реакцию на прикосновение к груди, и была смущена силой возбуждения от едва заметного касания. Казалось – они всего лишь подруги… Но на доли секунд Алекс засомневалась в этом – когда Даниэль медленно наклонялась над ней чтобы…  Боже, да что с ней? Она давно играла на чужих чувствах. Но не хотела обманывать Даниэль. Да ведь у них ничего не получится… Мысль отчего–то опечалила Алекс. Она увидела, что Даниэль возвращается с поисков и постаралась успокоиться.  – Все? Сильно потрепали? Нечего носить? – Рассмеялась Алекс.  – Нормально. – Пожала плечами Даниэль. – Ботинки старые, так что… – Она нерешительно посмотрела в сторону озера. Желание топать до озера босиком почему–то отпало – коряги и камни. Алекс помолчала, а потом вкрадчиво предложила:  – Тебя подвезти?  Даниэль с любопытством посмотрела на нее. Алекс улыбнулась.  – Ну, давай. Я отнесу тебя.  – Ты… Ты что, собираешься тащить меня на закорках?  – Да. Как ребенка. Или ты этого не делала в детстве?  – Делала… Только… Хм. Я тяжелая. Еще надорвешься.  Алекс улыбнулась от уха до уха.  – Тебя я куда хочешь сумею дотащить.  Даниэль рассмеялась, отпуская напряжение.  – Ты сама напросилась!  Алекс встала рядом с валуном.  – Возьми корзину. Я буду держать тебя за ноги.  Даниэль вскарабкалась на камень, обхватила рукой шею Алекс, ногами обняла за талию, тесно прижавшись к ней. Великолепно – села как влитая.  Алекс словно не заметила веса Даниэль и добежала до лодки быстрее, чем Даниэль снова решилась поцеловать Алекс в шею. "Поездка" к озеру выдалась тихой: обе женщины думали о своем.  Выходные закончились. Для Даниэль пришло время вернуться домой.

ЧАСТЬ IV

Даниэль поежилась, когда они подъехали к дому. Страх холодными путами сковал конечности, ворвавшись с леденящим ветром через открытую дверь авто. Алекс почувствовала напряжение и испуг и положила руку на плечо блондинки.  – Подожди здесь. Я поднимусь и проверю. – Даниэль благодарно посмотрела на нее, сгорая от стыда. Она со страхом смотрела, как Алекс поднялась по лестнице и скрылась на площадке, ведущей к квартирам.  Когда Алекс подошла к дверям, вытащила фомку из внутреннего кармана жакета и ловко открыла дверь соседа. Квартира пуста. Осталась только мебель. Алекс медленно обошла все комнаты, прежде чем вернуться к Даниэль.  – Я так и думала. Он уехал.  Даниэль расслабилась.  – Ты уверена.  – Да. Я всю его квартиру обшарила.  Даниэль облегченно вздохнула и буквально взлетела по лестнице вверх. Она изумленно уставилась на квартиру.  – Пустая.  – Да. Похоже, он не вернется.  – Ничего себе… Что ты ему сказала?  Алекс пожала плечами.  – Он просто решил, что в его интересах держаться от тебя подальше.  – Отлично! Я рада что его нет. – Даниэль закрыла дверь. – Замок–то взломан…  Алекс опять пожала плечами.  – Даже новичок вскроет его за две секунды. – Даниэль явно разволновалась от этиъ слов, и даже пожалела, что ляпнула, не подумав…  – Зайдешь? Я угощаю.  – Спасибо.  Алекс окинула взглядом квартиру. Квартира была бежевой и очень, очень теплой. Теплой по–домашнему. Алекс расслабилась. Заметив фотографию, она взяла ее в руки.  Даниэль принесла шотландское виски.  – Моя семья.  – Ты – вылитая мать.  – Да. А сестра больше похожа на отца. У тебя есть братья или сестры?  Алекс глотнула виски.  – Старший брат. – Алекс снова окинула взглядом квартиру и поставила фотографию на место. – Хорошая квартира.  – Спасибо. Маленькая и уютная.  – Она тебе нравится. – Алекс сделала еще глоток. – Мне тоже. Но я должна ехать.  Даниэль попыталась скрыть разочарование. Она подошла к Алекс и нежно обняла ее.  – Спасибо… За все.  Алекс почувствовала, как кровь прилила к щекам. Она снова пожала плечами и пошла к двери. Даниэль хвостиком пошла за ней, отчаянно желая не отпускать Алекс.  Алекс замерла у кнопки лифта. Вот и все. Один шаг, закрытая дверь и Даниэль исчезнет из ее жизни навсегда. Алекс долго молчала, а потом принялась шарить по карманам. Наконец нашла и протянула Даниэль визитку с номером сотового.  – Если что–то понадобится, звони.  Даниэль взяла визитку в руки так, как будто это была величайшая ценность. Когда Алекс отвернулась, Даниэль собрала в кулак всю волю и задала вопрос:  – Я… Хотела спросить… Может, пообедаем на неделе?  Алекс впала в ступор. В глазах Даниэль было столько надежды и ожидания, что Алекс не смогла отказать ей.  – Как насчет вторника?  Даниэль просияла, а потом вдруг сникла, вспомнив о встрече с Элен.  Алекс заподозрила неладное.  – Ну или позже.  – Нет–нет. Я могу отменить встречу. Без проблем.  – Я не хочу мешать твоим планам.  – Нет, все в порядке. Я… – Лицо Даниэль озарила улыбка. – Ты можешь пойти со мной. Может, даже покажешь пару приемов самообороны…  – Ну, я… Я не знаю…  – Ты познакомишься с моими друзьями, и мы пообедаем позже.  Даниэль снова посмотрела на нее молящими глазами, и Алекс, на дух не перенося разнообразные "соцсборища", уже почти согласилась.  – Ну так что? – Даниэль улыбнулась, не представляя, насколько соблазнительно.  – Хорошо. Я приеду за тобой во вторник в шесть.

Утро выдалось сумасшедшим, но Даниэль удалось добиться одобрения Лиз. Ура! Первая история получила зеленый свет. Теперь неплохо бы позавтракать… Но тут к ней подошла Дженни и протянула пакет.  – Кто–то передал Вам.  Даниэль озадаченно взглянула на нее и разорвала обертку. Дженни удивленно посмотрела на нее.  – Все хорошо?  А у Даниэль слезы наворачивались на глаза: она держала в руках семейную ценность – древний фолиант–дневник. Она открыла его дрожащими руками и увидела завернутый в салфетку медальон.  – Кто передал? – Выпалила Даниэль.  – Ребенок… Двенадцати лет… А что?  – Когда? – Даниэль вскочила, осматривая офис.  – Минут двадцать назад. Что–то не так?  Даниэль шлепнулась обратно на стул.  – Нет… Это… Джен, слушай, запиши меня на вахте… Я пошла завтракать…  Даниэль сорвалась с места и побежала к Элен.

Оставшаяся часть дня прошла более–менее спокойно. Даниэль думала, что этот день не закончится никогда. Элен посоветовала Даниэль связаться с полицией. Но она не хотела этого, хотя теперь удостоверилась, что дневник и медальон забрал чужак. Теперь медальон в сейфе, дневник у нее в руках. Почему он вернул их? Он прочитал ее дневник?  Даниэль хотела обсудить все с Алекс так же сильно, как и не хотела спугнуть еще хрупкую дружбу между ними. Ну как Алекс отреагирует на то, что она возбудилась от какого–то маньяка? Нет. Стоп. Чужак не был сумасшедшим или насильником. Даниэль закрыла глаза и погрузилась в воспоминания.  Нежные прикосновения. Тихий ласковый голос. Теплые карие глаза. Ни угрозы, ни опасности… Только тянуло к чужаку все сильнее и сильнее. Это странное обаяние возбуждало…

Алекс приехала вовремя. Даниэль была рада ее видеть, как никого другого. Она тосковала без Алекс и так тосковала по ней, что с горя описала события прошедших дней в дневнике, в подробностях расписав грабеж и пикник. Даниэль уже было все равно, читал ее дневник кто–то или нет… Лишь бы встретиться с Алекс! И Даниэль все же решила поговорить об этом с темноволосой. Она надеялась, что та поймет ее. Даниэль чувствовала это.  Алекс чувствовала себя очень неловко. Она лгала блондиночке, хотя не хотела.  – Как думаешь, он прочитал дневник?  – Не знаю, Даниэль. Вполне вероятно.  – А почему вернул?  – Трудно сказать.  – Элен считает, что надо обратиться в полицию. Как ты думаешь?  Алекс помолчала.  – Твоя подруга права. Тот человек может быть опасен. Ты не должна рисковать собой.  Алекс напряглась, увязая во лжи, а Даниэль внимательно посмотрела на нее.  – Алекс, сердце говорит мне, что он никогда бы не причинил мне вреда. Знаю, я кажусь сумасшедшей, но чувствую, что он вернул их мне потому, что они важны для меня.  Даниэль опустила глаза.  – Я не позову полицию, потому что не хочу, чтобы его поймали. Боже! Да я полиции солгала! Они ищут не его, а кого–то другого!  Алекс выпала в осадок и не смогла скрыть удивление.  – Почему?  – Потому что сердце просит защитить его, дать шанс… – Даниэль посмотрела на Алекс потемневшими от волнения глазами, ища неодобрение в ее глазах, но нашла там что–то другое… Волнение и благодарность…  Алекс отвернулась.  – Думаешь, я чокнутая?  Алекс закашлялась.  – Нет. Просто ты особенная. Прошу, будь осторожнее. Не все, кого ты прощаешь, заслуживают второго шанса. – Алекс вышла из машины, показывая этим, что разговор на тему окончен.

Даниэль улыбалась, пока Алекс терпеливо показывала приемы самообороны группе женщин. Она наслаждалась грацией темноволосой красавицы. Мощь, сила, опасность словно источали флюиды, и тело Даниэль ответило. То, как двигалась Алекс, казалось смутно знакомым, просто позабытым… Даниэль поняла,, что если не отойдет подальше, то просто потеряет голову. Элен и Шип заметили «бегство» Даниэль и подошли к ней.  Элен внимательно посмотрела на Даниэль. Синяки почти прошли, но все еще темнели на лице блондинки.  – Тебя здорово измочалили. Как ты себя чувствуешь?  – Физически – отлично… А эмоционально…  Даниэль тяжело опустилась на стул, не зная, как объяснить свои чувства.  – Насилие оставляет шрамы. Поговори с нами. – Сочувственно произнесла Элен.  – Сначала было трудно. Снились кошмары, я не чувствовала себя в безопасности. Но теперь мне лучше. Алекс помогла мне и я… – Даниэль покраснела.  – У тебя появилась самая необычная подруга, которую я когда–либо видела. – Осторожно кивнула Элен.  Шип удивленно вскинула брови.  – Необычная – плоское слово для такой женщины. Боже мой, да она настоящая Амазонка.  Даниэль расплылась в улыбке.  – Невероятная, да?  Элен неопределенно хмыкнула.  – Обращается с тобой хорошо, – сказала она, внимательно наблюдая за реакцией Даниэль.  Шип засмеялась.  – Элен, ну ты как всегда. Чем больше видишь, тем меньше говоришь! – Женщина повернулась к Даниэль: – Какие у тебя на нее планы?  – М–м–м… Не знаю. – Даниэль покраснела и отвела взгляд.  – Даниэль, что ты о ней знаешь? – Гнула свою линию Элен.  – Что ты имеешь в виду?  – Она не внушает мне доверия.  Даниэль чуть ли не оскорбилась.  – Элен, она меня спасла. Без нее я бы не справилась. Она отличная подруга.  Шип закатила глаза, показывая всем видом, что Даниэль больше, чем недоговаривает про ее отношения с красивой и опасной.  – Успокойся. Ты моя подруга, и я беспокоюсь за тебя.  Даниэль смягчилась. Элен всегда желала ей лучшего.  – Она… Э–э–э… Кажется немного другой…  Шип аж подскочила от этих слов Элен.  – Эй, давай, прекращай! – Повернулась к Даниэль: – Вы здорово дополняете друг друга!  В зеленых глазах мелькнула искра надежды.  – Я действительно беспокоюсь за нее… – Даниэль замолчала, ожидая реакции собеседниц, но те ничего не сказали, и она продолжила. – Я никогда не чувствовала такого раньше. Когда я просыпаюсь, первая мысль – о ней. Когда я пишу – я думаю о ней. А если стараюсь не вспоминать ее, не могу написать ни строчки… Когда мы далеко друг от друга, все мое естество стремится найти ее. – Даниэль облегченно вздохнула: она призналась в чувствах, и стало легче.  – Кажется, ты втрескалась по уши. – Улыбнулась Шип, а Элен закатила глаза.  – Когда я с ней – сердце бьется чаще. Когда она рядом, я чувствую, что живу! Верите или нет, но она возбуждает меня так, что я не могу дышать.  – Она знает о твоих чувствах? – Серьезно спросила Элен.  – Нет. Я…  – Мать моя женщина! Так скажи ей! – Вмешалась Шип.  – А ты права… – Опустила голову Даниэль. – А что сказать? Сказать, что мечтаю о ней ночами без сна? Вспоминаю каждую минуту? Не могу представить жизнь без нее?  – Ну… Я бы не начинала так… – Мягко рассмеялась Шип.  Даниэль покачала головой.  – Все так быстро произошло… Я знаю, что вы думаете, что я сошла с ума, но… Я люблю ее!  – Эй, любовь – это одно сплошное сумасшествие! – Подмигнула Шип.  Даниэль повернулась к Элен. Подруга молчала, обеспокоенно смотря на Даниэль.  – Может быть она тоже мучается? – Предположила Шип. – Надеюсь, – добавила она со смешком.  – Иногда бывают мгновения, когда чувства захлестывают меня с головой и мне начинает казаться, что она тоже хочет меня. А потом я понимаю, что приняла желаемое за действительное. – Даниэль беспокойно вздохнула и сказала то, чего боялась: – Может быть, ее вообще не привлекают женщины…  Шип встала.  – Предоставь это мне. Я все узнаю. – Она подмигнула Даниэль, развернулась и выбежала из комнаты.  Даниэль встала, чтобы пойти вслед за ней, но на выходе наткнулась на Шип. Она с тревогой посмотрела на Элен.  – Она ничего не задумала?  – Когда дело касается Шип, я не знаю, что думать, – отказалась от прояснения ситуации Элен. Даниель с грустным ожиданием посмотрела на Шип.  – Алекс собирается уезжать.  – Даниэль, я не хочу видеть твоих мучений. Может, откажешься?  – Не могу. Еще живет надежда, что она что–то чувствует ко мне.  – А если нет?  Даниэль тяжело вздохнула.  – Она нужна мне как воздух.

Алекс закончила показывать последние приемы, как вдруг к ней подскочила Шип. Двадцать возбужденных тренировкой женщин обступили высокую «тренершу», но Шип ловко пробралась через толпу, орудуя локтями.  – Давай выйдем на улицу. Передохнем чуть–чуть. – Предложила Шип Алекс, которая уже жаждала остаться одна и успокоиться.  Шип зажгла сигарету и предложила Алекс.  – Отвратительная привычка. Но мне нравится. – Шип провела глазами по стану Алекс. Та словно ничего не заметила. – Покоряешь всех на своем пути?  Алекс улыбнулась такому откровенному вопросу.  – Шип, если бы я тебя не знала, я бы удивилась.  – Проницательная я, а? Ну так что?  – Не всех. Некоторых… Особенных… – Вкрадчиво пояснила Алекс.  – Не женщин случайно?  Беседа оказалась более интимной, чем того ожидала Алекс, и она уже хотела закончить разговор.  – Случайно – да. Просто тяжело иду на контакт, и все.  – Сегодня мне улыбается удача, – подмигнула ей Шип. Алекс засмеялась.  – Все ради Даниэль?  Шип тихонько засмеялась и открыла дверь в дом.  – Я узнала, все, что хотела. Осталось донести ее до нуждающихся.

Алекс проводила взглядом Шип, пробирающуюся через толпу. Она нервно осматривала помещение, пока не заметила Даниэль. Напряженность ушла, и Алекс расслабилась. Группа женщин окружила блондинку. Даниэль выглядела счастливой и спокойной. Было видно, она в кругу старых знакомых.  Алекс отступила в тень и оттуда принялась наблюдать за Даниэль. Очаровательная. Милая. Нежная. Каждое движение манило и притягивало. Шум растворился в наслаждении: для Алекс существовала лишь Даниэль.

Шип пробралась через толпу к Даниэль. Она наклонялась к ее уху и горячо прошептала:  – Наша Воительница дает шанс.  Сердце Даниэль пропустило удар.  – Что?  – Амазонка тебя хочет, – рассмеялась Шип.  – О… Я… – Даниэль мгновенно вспыхнула и смутилась.  – Эй, ты в порядке?  – Да. Просто ты сейчас сказала… Это здорово! Мне нравится – в–о–и–т–е–л–ь–н–и–ц–а! Она ведь может быть ею?  – Ну и слепой дурак увидит, что она хороша.  – Да… – Даниэль выловила высокую фигуру Алекс в толпе. Шип оказалась права.  – Ты даже не хочешь знать подробностей?  – Каких? – Рассеянно спросила Даниэль, запутавшись в собственных мыслях.  Шип помахала рукой перед остекленевшими глазами Даниэль.  – Она интересуется женщинами. – Шип схватила Даниэль за руки. – Ты же хотела знать ее предпочтения, помнишь?  Даниэль вынырнула из тумана. Ее внимание теперь полностью сосредоточилось на женщине, говорившей такие долгожданные слова.  – Ты спрашивала?  – Конечно. – Гордо задрала голову Шип. – Ты будешь счастлива услышать, что она…  – Она что, тебе прям все так и рассказала? – Удивленно оборвала ее Даниэль.  – Ну… Нет. Я ее спросила, – криво ухмыльнулась Шип.  – Чего?!  – Успокойся, ты! Все в порядке! Она сказала, что места себе не находит рядом с тобой…  – У тебя стальные нервы, – позавидовала Даниэль подруге.  – Ну–с, я все узнала. – Шип подмигнула. – Не хочешь меня отблагодарить?  – Ну что бы я делала без тебя?  – Окунулась бы в унылую и скучную жизнь!  – О да… – Игриво сыграла злость Даниэль, а потом звонко рассмеялась.  Шип улыбнулась.  – Теперь все в твоих руках. Удачи.  Впервые Даниэль позволила себе думать, что у них с Алекс может что–то получиться.

Голос, раздавшийся за спиной, поймал Алекс врасплох.  – Спасибо что приехали сегодня и показали женщинам приемы самообороны. Спасибо огромное. – Элен тепло улыбнулась, но Алекс кожей чувствовала недоверие. Интуиция никогда не подводила ее.  – Мне было приятно помочь, – вежливо ответила она.  – Даниэль думает, что Вы спасли ей жизнь. – Завела разговор Элен.  Алекс заметила нотки сомнения в голосе женщины.  – Я была рада помочь.  – Даниэль улыбнулась удача, когда Вы там оказались.  Алекс почувствовала, что ее обвиняют, но промолчала.  – Ты не здешняя? – Продолжила Элен.  – Да. Я много путешествую, – Ответила Алекс и сменила тему: – У Вас отличный Центр.  – Да. Удивительно, чего можно добиться вместе. Теперь мы – семья. И мы поддерживаем друг друга.  – Это заметно. – Искренне произнесла Алекс. – Даниэль явно чувствует себя здесь как дома.  – Она – член нашей семьи, – пристально посмотрела на Алекс Элен. – Я надеюсь, что мы познакомимся ближе, тем более что Вы теперь с ней. – Алекс удивилась словам женщины. Она уже поняла, что Элен что–то просекла и не доверяет ей. Что ж, Элен заслуживает уважения – у нее тоже отличная интуиция.  – Я хотела бы, но скоро уезжаю. – Тихо ответила Алекс. Глаза женщин встретились, и Алекс поняла, что Элен смягчилась.  Они, не сговариваясь, развернулись и пошли к остальным женщинам.

Даниэль кожей чувствовала ее присутствие и поминутно высматривала – где Алекс. Она не могла удержаться от поисков темноволосой. Шип рассказала ей то, что теперь занозой засело в голове…  – Не проголодалась? – Вкрадчиво спросила подошедшая Алекс у Даниэль.  – Да. Ты отлично знаешь меня. – Даниэль обратилась к Элен и Шип. – Нам нужно идти.  Шип крепко и порывисто обняла блондинку, успев шепнуть на ушко:  – Сделай это!  Теплые волны мелкой дрожью прокатились по телу. Даниэль резко повернулась к Элен, пытаясь скрыть возбуждение.  Элен отметила напряженность Даниэль. Что–то не так. Отпустить ее с опасной темноволосой? Элен неохотно выпустила Даниэль из объятий.  – Позвони мне, когда вернешься домой.  Они ушли, а Элен печально и с тревогой посмотрела на высокую темную фигуру рядом с хрупкой маленькой Даниэль.

По пути домой к Даниэль Алекс упорно молчала, замкнувшись в себе, и Даниэль не на шутку встревожилась. Из головы не выходила мысль о том, что Алекс скоро уедет.  – Не хочешь завтра сходить в кино?  Алекс ответила не сразу. Чем больше времени она проведет с этой симпатичной блондиночкой, тем тяжелее будет уехать из города.  – Я не могу завтра… Я…  – О… Без проблем. А в четверг? – Даниэль заметила колебания Алекс и с отчаянием попросила: – Мне нужен совет по поводу нового замка. Может быть ты предложишь что–то хорошее?  Алекс все еще колебалась. Она была рада любому оправданию, чтобы еще разок встретится с Даниэль… Важно убедиться, что с Даниэль все будет в порядке. Алекс наплевала на вопящее внутри нее шестое чувство.  – Договорились.  Даниэль просияла.  – В это же время?  Она кивнула.  – Я принесу новый замок. Его недолго установить.  – Здорово! Я снова увижу тебя!  Алекс не смогла сдержать улыбку. Она знала, что должна оставить город как можно быстрее, но пока позволила себе немного удовольствия – жаркого и мучительного ожидания новой встречи.  Даниэль проснулась в четверг рано утром. Двадцать три! Но голова была забита совершенно другим, и блондинка забыла о знаменательной дате. Она работала без передышки, чтобы побыстрее закончить статью. Испугавшись, что встречи с Алекс продлятся совсем недолго, она попросила отпуск. Алекс уже была для нее всем, и она хотела провести с ней как можно больше времени.  Даниэль вернулась домой поздно – задержалась на работе. Распахнув дверь, она на ходу стащила одежду и быстро приняла душ, смывая напряжение рабочего дня. Отключив воду, она услышала звонок в дверь. Даниэль выскочила из душа и поспешно натянула халат на влажное тело. За дверью никого не было. Сбежав по лестнице вниз, она увидела, как Алекс подошла и открыла дверь авто.  – Подожди! Не уезжай!  Алекс повернулась. На пороге стояла Даниэль – волосы мокрые и спутанные, маленький халатик, соблазнительно облепивший еще влажное тело… Красивая и соблазнительная.  – Я забыла инструменты, – улыбнулась Алекс.  – О… Я… Я принимала душ…  – М–м–м… Вижу, – игриво подмигнула ей Алекс. – Пошли в дом?  Даниэль была слишком возбуждена, чтобы смутиться.  – Пошли, – рассмеялась она.  Алекс молча тащила тяжелый ящик наверх.  – Мне жаль, что я опоздала. Задержалась на работе, – начала извиняться Даниэль.  Алекс пожала плечами и попыталась отвлечь внимание от соблазнительного прекрасного тела, что сейчас маячило перед ней.  – Я читала твою статью. Мне понравилось.  Даниэль вспыхнула.  – Спасибо, я не думала, что ты прочитаешь.  – Я не могла не прочитать, – призналась Алекс. – Почему бы тебе не приготовиться, пока я вставлю замок? – Даниэль пошла в другую комнату, и Алекс не удержалась – раздела блондиночку взглядом догола.  Она быстро поставила новый замок и отнесла инструменты в машину. Прихватив сумку, она вернулась. Даниэль сидела на диванчике. Алекс с улыбкой протянула бутылку шампанского и села напротив.  – Отметим твою статью?  В глазах Даниэль замерцали игривые искорки.  – Спасибо. Люблю шампанское.  Она принялась отвинчивать пробку. Та громко хлопнула, и шампанское зашипело. Даниэль подняла глаза и увидела, что Алекс держит в руке пробку… облитая шампанским с ног до головы. Даниэль смутилась.  – Боже! Мне так жаль! Я такая неуклюжая! – Она убежала на кухню, схватила полотенце, шлепнулась на пол рядом с Алекс и принялась вытирать блузку.  – Все хорошо. Отнесу в химчистку, – пыталась успокоить ее Алекс. Та не обращала внимания. Алекс схватила Даниэль за запястья. Глаза встретились, и Алекс поняла, что Даниэль хочет ее. В изумрудных глазах плескался голод.  Даниэль закрыла глаза и подалась вперед, желая поцелуя. Алекс нежно прикоснулась ладонью к щеке блондиночки и наклонилась. Даниэль застонала, распухшие от желания губы приоткрылись, приглашая. И невинная, и страстная…  Нежная податливость Даниэль мгновенно возбудила Алекс. Кровь помчалась по венам, обжигая, голова зашумела, виски запульсировали, но она сдерживалась. Нельзя терять голову. Тем временем Даниэль открыла глаза, так и не дождавшись поцелуя. Глаза снова встретились. Алекс наклонилась еще ниже и прикоснулась горячими губами лба Даниэль.  Пульс помчался вскачь. Даниэль чуть не задохнулась даже от такого простого поцелуя, и теперь молила ее не останавливаться:  – Алекс…  – Мне надо поменять одежду. У тебя найдется футболка?  Даниэль поднялась на ватных глазах и скрылась в спальне. Передав рубашку Алекс, она с грустью проводила ее глазами до душа. Мысли в голове завихрились роем. Она чувствовала возбуждение Алекс, она уверена… Что же она сделала не так?  Алекс стояла в душе, не отрывая глаз от льющейся воды. Глянув в отражение, она с отвращением отвернулась. Надо было уехать раньше, чем это случилось… Алекс подобралась и сжала кулаки.  Даниэль налила шампанское в бокалы и села на диванчик. Ее все еще захлестывали волны неизведанного возбуждения, и Даниэль не знала, что делать. Когда Алекс вернулась, она подвинулась, оставляя больше пространства. Даниэль подняла бокал.  За первую историю из множества. – Чокнувшись бокалами, женщины пригубили напиток.  Алекс сразу подняла бокал и произнесла другой тост:  – Чтобы запомнить этот день навсегда!  – Поддерживаю! – Согласилась Даниэль, а потом добавила: – Сегодня у меня день рождения.  – С днем рождения. – Улыбнулась Алекс. – Теперь больше причин отпраздновать. – Она подняла стакан и закусила губу. – Надеюсь, твои мечты сбудутся сегодня.  Даниэль уставилась на Алекс, возбуждаясь все больше. Она не могла заставить себя не думать о мягких губах, прикасающихся к ней… И ляпнула первое, что пришло в голову:  – Ты можешь осуществить мои мечты.  Алекс замерла, и Даниэль поняла, что слишком напирает. И попытка скрыть промах оказалась более, чем удачной:  – Я видела у тебя мотоцикл. Всегда хотела покататься на нем. Осуществишь?  Алекс явно расслабилась.  – В любое время.  – Завтра?  Алекс удивилась. Даниэль интересны мотоциклы?  – Хорошо, идет! – Она с интересом смотрела, как замерцали изумруды блондинки.  – Здорово! – Не удержалась Даниэль.  – Ты что, никогда не ездила на мотоциклах?!  – Ну… Э–э–э… В фантазиях, – Даниэль смутилась и покраснела.  – Почему? – Полюбопытствовала Алекс.  Даниэль застенчиво посмотрела на Алекс.  – Они… такие… мощные… Меня возбуждает эта сила. Я знаю, это глупо, я…  – Нет. Не глупо. Поверь мне.  – Ну… Наверное, меня притягивают опасности. Вернее, ощущение власти над мощью. Это так здорово! – Выпалила Даниэль и улыбнулась.  – Обалдеть можно, – наконец озвучила свои мысли Алекс.  – Что?  – У меня не жизнь, а сплошные приключения, но я… никогда не думала так, как ты, – Алекс улыбнулась Даниэль. Теперь Алекс распробовала весь богатый вкус ее жизни и, что казалось не менее странным, ей начало нравится то, что она, играя в опасные игры, все еще жива.  Даниэль внимательно смотрела на Алекс. Темноволосая красавица начала открываться ей. Осталось совсем чуть–чуть…  Алекс вынырнула из задумчивого состояния и улыбнулась Даниэль.  – Я тебя понимаю. Опасность тоже привлекает меня.  Даниэль понравилось, что Алекс не закрывалась от нее. И она хитро подмигнула ей:  – Что мне одеть? Черное кожаное облегающее?  – Без разницы, – усмехнулась Алекс.  – Да ты что? – Сымитировала Даниэль разочарование, а потом рассмеялась. – Ты права. Я использовала стереотип. А ты?  – Никогда не любила стереотипы, – хитро улыбнулась Алекс, и Даниэль снова рассмеялась. – Просто оденься потеплее. Не обязательно кожаное.  Вечер пролетел быстро, неловкость испарилась, словно ее и не было. Шампанское веселило и будоражило. Алекс никогда не расслаблялась настолько, не чувствовала себя в гостях так спокойно и уютно. Когда она была рядом с Даниэль, весь мир с его проблемами уходил в туманную даль, и Алекс могла наслаждаться ключом энергии, бившей из Даниэль. Алекс училась у Даниэль Жить.  И ей было жаль расставаться в этот вечер.

Даниэль смотрела на Алекс из окна. Заметив, что темноволосая напряженно ждет ее, она поторопилась выбежать на лестницу. Даниэль была не в силах оторвать взгляда от мощного зверя, что приручила Алекс. Черный, блестящий – рыкнул напоследок, прежде чем темноволосая заглушила мотор и приветственно кивнула головой.  – Готова?  – Я ждала этого с нетерпением! – Взволнованно шепнула Даниэль.  – Куда хочешь поехать?  – Почему ты всегда удивляешь меня? – Подмигнула Даниэль Алекс. Блондинке уже давно казалось само собой разумеющимся идти туда, куда позовет темноволосая, наплевав на все и на всех.  Алекс вручила шлем и похлопала по сиденью сзади. Даниэль вдруг испугалась.  – Держись крепче, – попросила Алекс и дернула стартер. Двигатель заурчал, взревел, и Даниэль, ощутила, как задрожало от предвкушения поездки стальное тело коня. Руки словно сами по себе обвили Алекс за талию. Блондинка почувствовала, как темноволосая прикоснулась к ее рукам и заставила прижаться крепче. Даниэль задрожала от мощи и опасности, что источали Алекс и ее ручной зверь. Даниэль начали нравиться опасности.  Они провели весь день вместе. Невероятный день. Лучший день в жизни Даниэль. Они катались по городу полдня, потом пообедали и решили возвращаться домой. Солнце клонилось к закату, и Даниэль улыбнулась ему. Мысли об объятиях не оставляли ее и волновали, посылая сотни теплых мурашек по всему телу. Алекс заметила, что Даниэль дрожит и предложила свой кожаный жакет.  – Нет, все хорошо.  – Похолодало. Тебе будет зябко, когда мы поедем. – Алекс набросила жакет на плечи Даниэль. Нагретый телом, он окутал блондинку теплом. Даниэль прикрыла глаза, представляя, будто это Алекс обнимает ее.  – Теперь ты в полном снаряжении. Хочешь попробовать сесть за руль?  Даниэль озадаченно посмотрела на Алекс.  – Я?  – Да. Не бойся, я помогу.  Сердце пустилось вскачь, на лице расплылась широченная улыбка.  – Не откажусь. – Даниэль уселась спереди, Алекс – сзади. Ощущение теплого сильного тела за спиной разволновало Даниэль так, что она чуть не забыла, зачем села вперед.  Алекс ногой подняла ножку мотоцикла и уравновесила его.  – Смотри, левой рукой жмешь рычаг и вытягиваешь сцепление. Попробуй.  – Так?  – Отлично. Поверни ключ. Теперь надо открыть заслонку. Правой рукой поверни ручку. Правильно. – Алекс накрыла руки Даниэль своими. – Теперь нужно толкнуть стартер. Тебе придется использовать свой вес. Готова?  Даниэль глубоко вздохнула и приподнялась. Подскочив, она опустила весь свой вес на педаль. Двигатель взревел. Сердце неистово забилось:  – Я сделала это!  – Теперь нужно повернуть передачу. Я поведу. – Алекс сдвинула рукоятки, а Даниэль восхищенно наблюдала за руками, ловко управлявшимися с такой мощью. Возбуждение накрыло ее с головой. Глаза устремились вдаль, но не видели ничего. Даниэль отправилась в полет на крыльях любви. И была готова лететь вечно.  Когда Алекс затормозила около дома, Даниэль предложила ей выпить, надеясь оттянуть мгновение расставания. Алекс улыбнулась и согласилась. Она тоже не хотела, чтобы кончался этот фантастический день.  Даниэль сбросила жакет с плеч на стул и прошла на кухню. Вернулась она с двумя стаканами бренди. Вручив один из них Алекс, она ощутила, как закололо пальцы от мимолетного прикосновения. Алекс задрожала.  – Ты замерзла? – Нахмурилась Даниэль. – Одень жакет, согреешься.  Она подошла к стулу, на котором оставила жакет. И тут увидела, что в кармане торчит кусок яркой материи. Даниэль вытянула находку из кармана и тотчас узнала ее – это тот самый шарф, которым чужак заткнул ей рот…  – Все хорошо? – Спросила Алекс, не видя за спиной Даниэль, что ввело ее в ступор. Темноволосая сделала глоток, и по телу разлились теплые волны. Даниэль все еще не сдвинулась с места. Алекс не на шутку встревожилась. Что–то было не так…  – Даниэль, что…  Блондинка повернулась к ней лицом, держа в дрожащих руках яркий шелковый шарф.  У Алекс сбилось дыхание. И она упустила момент, когда можно было соврать. Даниэль все поняла.  – Даниэль, я…  – Это… Это была ты? – Смущенно спросила Даниэль.  Алекс молчала. Она была готова сквозь землю провалиться от стыда. Мечты разбились на мелкие осколки. Даниэль узнала правду и теперь возненавидит ее. И Алекс просто кивнула головой.  – Но… Твои глаза… Не понимаю, – дрожащим голосом протянула Даниэль.  – Контактные линзы. – Треснувшим голосом ответила Алекс и замолчала, не в силах продолжать.  Даниэль почувствовала, как подкашиваются ноги, и медленно осела на стул. В голове метались мысли.  – И мой дневник… Ты! Взяла! Мой! Дневник! О… Ты его прочитала…  Алекс молча смотрела, как рушится фантастический мир.  – Все это время ты… лгала мне! – С болью в голосе выпалила Даниэль, а в голове мелькали картинки мгновений, проведенных с Алекс.  – Я… – Попыталась оправдаться Алекс, но не смогла. Ей нет оправдания.  – И медальон…  Алекс нервно запустила пятерню в густые локоны. Жутко хотелось бежать от всего этого…  На лице Даниэль мерцала целая гамма чувств, сменявшаяся очень и очень быстро – гнев, ярость, недоверие… Было очень трудно все понять и принять. Даниэль разочарованно покачала головой.  – Почему? Я… Я верила тебе… Я думала, что ты моя подруга… – Мысли совсем спутались, и Даниэль замолчала, ожидая ответа от темноволосой.  Алекс упорно молчала. Ну как она объяснит то, что сама не понимает? Как скажет ей, что чувствует? Нет оправдания ее поступкам.  Даниэль сердито посмотрела на нее.  – Ну?  – Даниэль, я… Мне жаль…  – Жаль?! Тебе жаль?! Ты грабишь дом моего дяди, связываешь меня, забираешь дневник и… – Боль сочилась из каждого слова. – Притворялась моей подругой!  – Я не притворялась, я…  – О! Чего тебе надо? Что ты не получила? – Слезы брызнули из зеленых глаз.  – Ты… Ты могла спросить… Я бы ответила… – Алекс вдруг осеклась, поняв, что не может городить чушь и лгать дальше и не может рассказать правду. Сердцу будет больно. Она зажмурилась. Даниэль имела право знать, но Алекс не могла рассказать.  – Ты читала? – Обреченно спросила Даниэль.  Алекс молчала. Она не могла решиться. Слова Даниэль резали сердце ядовитым лезвием. Даниэль подарила ей незабываемые дни. Показала, что такое счастье, тепло, уют. Алекс страстно желала видеть блондиночку рядом с собой. Всю жизнь. Но этому не бывать. Даниэль нельзя подвергать опасности. Это слишком жестоко. Все кончено, да?  Даниэль решила, что Алекс молчит потому, что не хочет говорить. Даниэль вдруг остыла. Все равно все уже случилось. Взгляд упал на дневник, в котором она сегодня черкнула пару строчек. Подхватив дневник, она сунула его в руки Алекс.  – Вот, бери. Я записала здесь кое–чего еще.  Алекс взяла древний фолиант дрожащими руками. А потом протянула обратно:  – Я…  – Знаешь, в свете того, что случилось… О! Тебя позабавят новые записи! Забирай! Он мне больше не нужен. – Сердце сжалось от боли, слезы рвались на свободу, легкие сдавило. Даниэль попыталась вздохнуть. – Я думаю, тебе стоит уехать. – Произнесла она бесцветным голосом. – Я должна побыть одна… Я… Мне нужно время.  Алекс ушла, прижимая дневник к груди.  Дверь щелкнула, хлопнула… закрывая собой вход в мир счастья, который нашла Даниэль. Фантастический мир рухнул.

Даниэль сидела на кровати, уставившись в одну точку. Слез не было. Самый лучший день превратился в самый темный. Она всегда думала, что в двадцать три года жизнь круто изменится, и случится чудо… Но вместо чуда Даниэль обрела разбитое сердце.  Она прикоснулась к медальону, лежавшему на тумбочке у кровати. Сжав его в руке, она окунулась в воспоминания об Алекс и о ее лжи. Медальон нагрелся. Даниэль не замечала его, пока он не раскалился. Разжав кулак, она с удивлением посмотрела на мерцающие узоры, украшающие медальон. Мысли снова метнулись к Алекс.  Даниэль вновь и вновь вспоминала, как Алекс спасла ее, как заботилась и переживала на нее. Она не лгала. Не могла. Даниэль чувствовала сердцем – Алекс добра к ней. И мгновения, что она была рядом – согревали душу. Даниэль наконец призналась сама себе – она любит Алекс. Медальон на ладони вдруг открылся сам по себе, и блондинка удивленно посмотрела на него.  Даниэль не верила своим глазам. Внутри медальона лежали две фотографии – старые, пожелтевшие от времени. На правой стороне – близнец Алекс, на левой – копия Даниэль. Блондинка поняла, что с фотографии на нее смотрела… бабушка! Бабушка умерла раньше, чем родилась Даниэль, но теперь смотрела на нее такими живыми глазами… Даниэль осторожно достала фото бабушки и посмотрела на обратную сторону. Бриана. Потомок Габриэль из Потейдии. Даниэль убрала фото и достала другую. Потомок Зены из Амфиполиса.  Даниэль вспомнила о скандале: бабушка отказалась от всего ради женщины. И фото в медальоне – их фото. Даниэль закрыла медальон и прижала его к груди. Она должна найти Алекс. Им нужно поговорить. Схватив ключи с полки, Даниэль выскочила из дома.

ЧАСТЬ V

Алекс ругала себя за небрежность. Она никак не могла понять, почему не избавилась от "улики", и вот уже в который раз задавала себе вопрос – может, она подсознательно хотела признаться Даниэль? Да только теперь дружба разбита на мелкие кусочки и ее не склеить… Желание жить пропало, сердце болело за Даниэль… Но Алекс уже ничего не могла поделать. Что ж, главное Даниэль теперь в безопасности. А Алекс надо идти дальше.  Всегда одна, всегда жалела лишь себя, всегда могла убедить… А теперь все попытки терпели крах, мысли путались, виски пульсировали, горе захлестывало девятым валом. Боль уже почти парализовало ее. Но нужно спланировать дальнейшую жизнь, наметить планы. Нельзя раскисать. Мать и брат в опасности. Ей нельзя попасться на удочку правосудия.  Пришло время оставить город. На сердце лег камень, когда она думала о прошлом, о разочарованиях и боли, о том, как, втоптанная в грязь, в упрямым лицом, гордою душой вставала и шла дальше. И никогда не жалела о прошлом. А теперь – чувство, будто оставляет Дом, что был Ее вот уже целую вечность… Сердце разрывалось от боли, когда Алекс призналась самой себе, что Даниэль для нее – тот самый Дом, который она теперь оставляет…  Алекс металась по комнате, собирая пожитки. А перед глазами стоял образ Даниэль. Его невозможно прогнать, ее невозможно забыть… Алекс внезапно наткнулась на пробку от шампанского на тумбочке у кровати. Нахлынули воспоминания, когда Даниэль обрызгала ее с ног до головы шампанским. Воспоминание лишь еще больше растравило рану, и Алекс, швырнув пробку обратно на тумбочку, буквально выбежала из комнаты.  Она уже почти покинула дом, когда зазвонил сотовый, вырывая из мутной пелены боли. Алекс не хотела отвечать, но потом решилась.  – Алекс?  – Джулиан. – Обреченно вздохнула она. Этот придурочный был последним человеком, которого хотела слышать Алекс.  – Мне сказали что ты в Нью–Йорке. У меня для тебя работенка.  – Я уезжаю сегодня. Здесь начинается заварушка, – злобно рыкнула Алекс в трубку.  – Я уверен, что ты справишься. Что тебе стоит остаться на пару дней? – Алекс скривилась. Идея остаться в домике на берегу озера, в комнатах, в которых витал запах фантастического мира, не прельщал ее – будет больно.  – Что ты хочешь?  – Ван Гога.  Алекс рассмеялась.  – И все?!  – Считай это капризом, – произнес Джулиан, и Алекс поняла, что доставать заказ надо быстро. Алекс слушала воркование на том конце провода, прикидывая шансы слинять от задания. – Это не сложно. Возьмешь Форт Нокс.  – Легче сказать, чем сделать!  В трубке рассмеялись.  – Алекс, ты такая находчивая! Уверен, ты не подведешь меня. Я свяжусь с тобой через несколько дней.  Упустив шанс сбежать, не желая возвращаться в комнату, где поселились воспоминания о фантастическом мире, Алекс разбила лагерь в лесу неподалеку от дома. В детстве Алекс всегда находила утешение у леса, ночи и звезд. Но сегодня даже они не приносили мира и уюта. Алекс погрузилась в холодный мрак несчастья. Она сидела у костра, держа в руках дневник Даниэль и борясь с непреодолимым желанием прочитать его. Открыв его, она вдруг улыбнулась и закрыла его.  Если бы она не вмешалась, ее бы не было в жизни Даниэль. Теперь блондиночка страдает. Из–за нее. Она доверяла тайны дневнику. Неужели Алекс так обидела ее, что Даниэль больше не возьмет в руки карандаш? Алекс отпихнула от себя мысли – слишком больно. Наконец Алекс потерла виски руками и нервно раскрыла дневник на последней странице.

Я уверена лишь в одном. Я хочу Алекс: в сердце, в жизни и в постели. Меня тянет к ней, словно магнитом. Желание бьется через край. Я хочу ее прикосновений! Я хочу чувствовать, как она горит под моими ласками. Я не могу перестать думать, каково это будет – чувствовать ее объятия? Я сама хочу прижать ее к себе… и не отпускать. Ее аромат преследует меня всегда и везде. Я со страхом жду, что мы расстанемся и больше не увидимся. Я желаю ее, желаю видеть ее в моем мире!  Когда она не со мной, ночь утешает меня. Сон дарит мне объятия Алекс. Во сне я живу, я пою, я люблю ее. И такое чувство, будто я не сплю, а вспоминаю. Она никогда не обнимала меня, она никогда не целовала меня, но я все равно "вспоминаю" ее объятия и поцелуи.  Когда она рядом со мной, я не могу отвести от нее глаз. И когда наши глаза встречаются, по позвоночнику бегут мурашки, и я млею… Я знаю ее глаза. Я отчего–то их помню… Но только в мечтах я вижу в них голод, вижу, что она тоже хочет меня.

Путь к дому Алекс казался бесконечным. Сердце сжималось, зная, что может случится так, что не судьба будет найти Алекс. Но Даниэль упорно отказывалась признавать поражение. Она не даст боли поглотить ее.  Невероятно – час назад ее окутывало тепло, а теперь – пронзал адский холод. Даниэль боялась, что не застанет Алекс дома. Мысль, что она никогда больше не увидит ее, казалась шипящей ядовитой змеей. Даниэль молила о втором шансе, о возможности еще раз поговорить с Алекс…  Сердце ухнуло вниз, когда Даниэль не увидела автомобиль Алекс. В доме потушены огни. Все еще надеясь, Даниэль дернула ручку. Дверь заперта. Пошарив по карманам жакета Алекс, она нашла ключи и открыла дверь. Из знакомого помещения повеяло запахом разбитого мира. Даниэль прошла в спальню. Все двери нараспашку. Алекс ушла.  Внезапно ослабев, Даниэль опустилась на край кровати. Она никогда не чувствовала себя так одиноко. Она уже собиралась уйти, как вдруг увидела пробку от шампанского. Даниэль присела обратно на кровать, коснулась пробки кончиками пальцев и шепнула темноте:  – Где ты, Алекс?

Даниэль вышла на веранду и посмотрела на озеро. Если Алекс не хочет, чтобы ее нашли, она никогда не увидит ее. Блондинка пошла к озеру, не зная, что делать. Лунный свет танцевал в озере, но Даниэль не обращала внимание на красоту ночи. Она шла по берегу, запутавшись в мыслях.  Медальон на груди пульсировал и горел. Даниэль провела по нему пальцами, и из глаз хлынули слезы. Она откинула голову назад, глотая слезы, и краем глаза увидела огонек в лесу. Странно. Даниэль пошла на свет, и вскоре поняла, что в лесу горит костер. Сердце пустилось вскачь, обретя новую надежду, но Даниэль сдержала свое неуемное желание побежать к огоньку. Она подошла к костру и увидела Ее. Даниэль сделала несколько шагов вперед.  Даниэль ступала бесшумно, но Алекс почувствовала ее присутствие раньше, чем услышала. Она повернулась и встала перед блондинкой. На лице застыла маска боли.  Даже в неверном свете огня Даниэль увидела страдания Алекс. Даниэль замерла, боясь причинить ей еще больше боли. Алекс отвернулась и села у костра, изо всех сил стараясь казаться сильной.  – Алекс, надо поговорить…  Темноволосая продолжала смотреть на огонь, зная, что если посмотрит на Даниэль, потеряет контроль.  – Пожалуйста. Прошу тебя. – Даниэль увидела, как напряглась, но промолчала Алекс.  Для Алекс молчание было единственным способом сдержать рыдания.  – Ты читала мой дневник?  Алекс пристально смотрела на огонь, словно впитывая его силу. Наконец она кивнула:  – Мне так жаль. Я не хотела обижать тебя.  – Ты собралась уехать и не попрощаться?  – Думаю, ты бы позвала полицию, – проглотила комок в горле Алекс. – Ты должна была…  Даниэль поперхнулась.  – Я никогда не… Я что, дала тебе повод не верить мне?! Я… Я солгала, чтобы защитить тебя! Ты… прочитала мой дневник… Ты знаешь все. Я не знаю ничего. – Слезы проложили мокрые соленые дорожки по щекам.  Алекс понурила голову.  – Я не заслуживаю твоего доверия.  – Ты спасла меня! Ты… коснулась моего сердца… Ты заботилась обо мне… Если ты останешься, у нас будет время понять друг друга.  – Я… Даниэль… Ты должна оставить меня.  – Нет! Проклятье! Скажи мне, что ты не хочешь, чтобы я оставила тебя! Нет! Не прогоняй меня! – Отчаянно закричала Даниэль.  – Я не могу… Мне жаль… Пожалуйста, поверь, жаль… Но тебе будет лучше без меня… – Голос треснул, и Алекс почти прохрипела последние слова.  Даниэль шагнула к Алекс и схватила ее за запястье, разворачивая к себе лицом.  – Я не уйду, пока мы не поговорим!  – Пожалуйста… Оставь все как есть. – Запястья покалывало от теплого прикосновения блондинки. Алекс старательно избегала горячего взгляда зеленых глаз. Она знала – один их мимолетный взгляд, и она пропала…  – Нет! Ты слишком много значишь для меня! Я должна знать правду! Что ты чувствуешь ко мне?  Алекс впервые за вечер посмотрела в изумруды, отчаянно ища силы сказать то, что надо.  – Неважно, что я чувствую… Я делаю то, что ты осудишь. И еще я магнитом притягиваю опасности. Мы не можем быть вместе. Я заблуждалась. Я не должна подвергать тебя мучениям. – Твердо произнесла Алекс.  Даниэль выпустила ее запястье и опустила глаза.  – Я никогда не увижу тебя?  Алекс почувствовала, как по поляне разлилось отчаяние. Все, что она скажет, причинит лишь еще больше боли. Им обоим. Алекс протянула руку, чтобы успокоить Даниэль.  – Мне действительно жаль. Но так будет лучше. – Кончики пальцев легонько пробежали по руке блондинки.  Прикосновение зажгло огонь. Тело ответило мгновенно, и Даниэль поняла, что не может сдаться без борьбы. Должен быть способ уговорить ее.  – Так не лучше! – Сжала кулаки Даниэль. – Ты просто бросаешь меня! Бросаешь нас! Я не могу допустить такого…  Слова оказались настолько пронзительно правдивыми, что Алекс отшатнулась.  – Ты не понимаешь. Я живу в темноте. – Алекс помолчала, пытаясь найти слова, чтобы объяснить Даниэль, что ее грехи утянут их обоих на дно бездны. – Я не лучше того монстра, который изнасиловал тебя. – Помолчав, Алекс хрипло прошептала: – Забудь меня! – И беспомощно посмотрела на Даниэль.  В глазах Алекс Даниэль увидела безграничную боль.  – Ты хорошая. Я вижу. Я чувствую. – Нежно прошептала она в ответ. – Нам судьбою назначено быть вместе. Я не знаю, почему, но просто чувствую. Ты тоже можешь почувствовать… – Даниэль сняла медальон. – Алекс, это не обычный медальон. – Даниэль положила медальон на ладошку Алекс и улыбнулась, когда та легонько погладила его.  – Думаешь, делаешь лучше, оставляя меня? Подумай, сможешь жить без меня? – Алекс заплакала, сжав медальон в кулаке, а в следующее мгновение почувствовала, что маленький кулончик нагрелся, раскалился. Разжав руку, она удивленно посмотрела на медальон, а потом перевела взгляд на Даниэль.  Даниэль улыбнулась, взяла руки Алекс в свои теплые ладошки.  – Помнишь пикник на острове?  Алекс вздохнула, вспомнив солнечный день. Тепло из груди растеклось по всему телу. Кулончик в руках продолжал пульсировать и гореть. Даниэль отпустила руки Алекс.  – Смотри, – шепнула Даниэль. Медальон со щелчком открылся. – Это – моя бабушка. Держу пари, что та женщина – твоя бабушка.  Алекс дрожащими руками протянула медальон Даниэль. Медальон раскрывался силой любви. Но это не меняло сложившейся ситуации.  – Даниэль, я не могу подвергать твою жизнь опасности. Не хочу.  – Скажи мне, что не любишь, и я уйду.  Алекс отвела взгляд, собираясь с духом, чтобы солгать. Даниэль словно почувствовала, что будет и тихо попросила:  – Алекс, не надо…  – Мне жаль. Я не могу. Прошлое раздавит нашу любовь. Нам не суждено…  – Это – твоя самая большая ошибка в жизни! Пожалуйста, Алекс, дай шанс нашим чувствам! – Выпалила Даниэль, но Алекс отвела взгляд и отошла от блондинки. В зеленых глазах заплескалась печаль. – Я не смогу тебя переубедить?  Алекс покачала головой. Даниэль разочарованно вздохнула. Никогда раньше она не чувствовала такого отчаяния…  – Совсем–совсем?.  – Совсем, – еле слышно шепнула Алекс.  Слезы брызнули из зеленых глаз, и Даниэль развернулась, чтобы уйти. Медальон на груди отчаянно пульсировал и горел. Даниэль замерла: или сейчас, или никогда. Нельзя уйти не раскрыв сердце до конца. Даниэль вздохнула, решаясь на последний шаг.  – Алекс, я… Я люблю тебя. Ты коснулась моей души. С того момента, когда я увидела тебя, я знала, что ты навеки останешься в моем сердце. – Алекс молчала. – Боже, я так хочу знать, что и ты любишь меня… Я видела любовь в твоих глазах…  – Даниэль… Я не люблю. – Алекс опустила глаза и сглотнула, пытаясь успокоить совесть.  – Не любишь? Не чувствуешь? Не верю! Почему ты была со мной в ту ночь насилия? Зачем вернула дневник и медальон? Почему согласилась на свидание? – Даниэль выдохлась и посмотрела на темноволосую. – Алекс, почему ты сохранила пробку от шампанского? – Даниэль внутренне сжалась, ожидая отказа от Алекс, но та молчала, и блондинка продолжила: – Ты сможешь жить, постоянно думая, от чего отказалась? Я не смогу так. – Она возбужденно вздохнула: – Я… Меня тянет к тебе! Я схожу с ума, когда представляю тебя в своих объятиях, хочу ощутить тебя в себе… – Даниэль вдруг смутилась, но продолжила. – Я никого никогда не хотела, пока не встретила тебя… Я не смогу жить, пока не узнаю, какова ты на вкус… Я хочу тебя! – Она медленно подняла глаза на Алекс. – Я хочу поцеловать тебя сейчас! – Сердце отчаянно билось, боясь и отказа, и согласия. – Пожалуйста, один поцелуй… И я уйду.  Алекс подошла к Даниэль. Сердце болело и мучилось, чувствуя, сколько желания источала молодая женщина перед Алекс. Ей так хотелось обнять Даниэль… Желание настолько сильное, что граничило с физической болью. Дрожащей рукой Алекс прикоснулась к губам Даниэль. В животе сплелись в тугие узлы мышцы. Алекс призналась себе – она хочет Даниэль. Отчаянно и безнадежно.  Даниэль запустила руку в густую темную шевелюру и потянула к себе. Тело Алекс откликнулось мгновенно. Алекс начала склоняться к Даниэль, тянувшей ее к себе – ближе, ближе, ближе к горячему дыханию. Губы коснулись друг друга… Даниэль простонала и задрожала. Мир куда–то уплыл – остались только они двое.  Язык Алекс скользнул между губ, и Даниэль растаяла. Алекс дрожала от возбуждения и от совершенно сумасшедшего ощущения того, как тает в ее руках Даниэль.  Алекс не выдержала и резко притянула Даниэль к себе. Тела слились в одно жаркое целое, тела горели, обжигая страстью. И поцелуй длился вечность.  Даниэль прижалась бедрами к бедрам Алекс, томно качнув ими. Темноволосая женщина простонала и разорвала поцелуй, ловя взгляд Даниэль. Любовь и желание, который она увидела в глубине изумрудных глаз, выбили почву из–под ног, и мир поплыл. Она закрыла глаза, изо всех сил стараясь остыть. Тело горело, мысли спутались, в висках пульсировала кровь, в паху горело желание. Никогда в жизни она не чувствовала себя так…  Даниэль прошептала:  – Не останавливайся… пожалуйста… я так хочу тебя… – Глаза умоляли, и Алекс чуть не утонула в зеленой обжигающей страсти. Взгляд упал на распухшие от поцелуев губы Даниэль. Она уже попробовала их на вкус и была очарована. Алекс подхватила Даниэль на руки, отнесла ближе к огню, опустила на расстеленное одеяло и встала на колени рядом.  Алекс жадно пожирала глазами лежащую перед ней женщину. По телу бегали мурашки, мышцы напряглись, голос охрип от страсти:  – Прости... Я так хочу тебя…  Даниэль тут же резко вскочила и опрокинула Алекс, подминая под себя. Она наклонилась и жадно припала к сладким губам. Желание разрасталось и пульсировало жаркой влагой между ног. Каждую клеточку тела покалывало, мысль, что Алекс откажется, лишь заводило еще больше, и Даниэль осыпала темноволосую пылкими многочисленными поцелуями, не оставляя шансов на освобождения.  – Алекс… – Поцелуй. – Я. – Поцелуй. – Хочу. – Поцелуй. – Тебя.  – Да… О, да…  Страстные поцелуи Даниэль лишали дыхания, губы снова встретились. Сердца рвались из груди. Мысли куда–то испарились. Даниэль прижалась всем телом к Алекс. Она стонала и упивалась жаром страсти.  Медленно откинувшись, Даниэль посмотрела на Алекс. Потом на себя. Щеки горели, сердце бешено билось, юбка смята и задрана до пояса, дыхание тяжелое, лихорадочное. На коже – капельки пота. Даниэль опять посмотрела на Алекс – только она одна может освободить ее из плена напряжения.  Когда их взгляды встретились, Алекс подумала, что умрет, если Даниэль не прикоснется к ней. Она протянула руки и медленно расстегнула рубашку Даниэль. Стянув ее с плеч, Алекс затаила дыхание. Набухшие потемневшие соски манили, просили и жаждали прикосновений.  Алекс провела по окружностям руками. Как же она хотела захватить соски губами, ласкать их языком. Невозможно удержаться. Пальцы провели по напряженным соскам.  – О–ох… – Простонала Даниэль, запрокинув голову.  Алекс резко поднялась, впиваясь губами в губы Даниэль. Бесподобные, сладкие… Алекс разорвала поцелуй, села напротив Даниэль, расстегнула ее юбку и отбросила в сторону.  Даниэль принялась расстегивать блузку Алекс. Пальцы дрожали, и пуговицы не поддавались. Не выдержав, она отчаянно рванула, материя разошлась по шву, в стороны полетели пуговицы.  Алекс задохнулась от удивления. Даниэль развратно улыбнулась: ей понравилась реакция любимой. Страсть, которую Алекс увидела в глазах Даниэль, бросила ее в жар. Она притянула блондинку к себе, впившись губами в ее сладкие губы и глухо простонала, когда возбужденные соски прикоснулись к соскам любимой. Алекс не выдержала и сжала грудь Даниэль, скручивая соски. Они рухнули на землю.  Даниэль обхватила Алекс за талию ногами, заставив ту испустить низкий страстный стон. Алекс никогда не чувствовала столько страсти и нежности одновременно. Тела слились в одно целое.  Даниэль жадно захватила ее рот. Алекс, затаив дыхание, сдалась, пуская Даниэль глубже и глубже. Острый язычок страстно исследовал, лаская и заводя ее.  Даниэль, не разрывая поцелуя, качнула бедрами, прижимаясь пахом к животу Алекс. Пульсирующая влажная плоть, прикрытая лишь тонкими трусиками, бросила Алекс в жар. Запустив пальцы, Алекс потянула резинку вниз, отчаянно желая освободить Даниэль от ненужной одежды. С трудом оторвавшись от сладких губ, Алекс потянула трусики.  – Пожалуйста… Быстрее! – Хрипло простонала Даниэль, не сводя мутных глаз с Алекс.  Алекс вняла мольбе и разорвала трусики. Последняя преграда уничтожена. Даниэль снова прильнула к Алекс, и та аж задохнулась, почувствовав разгоряченную плоть. Даниэль, распахнув развратные зеленые глаза, развела ноги еще шире и теснее прижалась пахом к животу Алекс. Темноволосая простонала, когда почувствовала, насколько возбудилась Даниэль. Она притянула ее к себе, потерявшись в экстазе – жаждала познать, довести до края…  Даниэль принялась ритмично покачивать бедрами. Алекс утонула в ощущениях. Горячая, влажная, пульсирующая, скользящая по животу плоть уносила в небо. Алекс втянула губами мочку Алекс и начала посасывать. Потом спустилась ниже и обдала горячим дыханием шею.  Даниэль таяла от удовольствия. Горячие волны поднимались снизу вверх, унося ввысь, стоны Алекс еще больше распаляли… Прикосновения были невыносимо горячими, страстными… Даниэль чувствовала, что напряжение, накопившееся в ней сейчас выльется наружу. Экстаз, о котором она так мечтала, перестал быть мечтой. В паху пульсировало, сердце отчаянно билось, мышцы горели от напряжения – Даниэль шла по краю. Она жаждала оргазма.  Откинув голову, она вцепилась в плечи темноволосой.  – Оу–у–у, Алекс…  – Давай. Ты моя. – Шепнула Алекс.  И Даниэль кончила. Она вскрикнула, впиваясь ногтями в кожу Алекс, тело сводило сладкой судорогой, мышцы пылали, а волны спазмов накрывали тело одно за другим. Казалось, оргазм будет длиться вечно – Алекс поддерживала ритм, заданный Даниэль, продлевая удовольствие.  Даниэль выдохнула и рухнула в объятия Алекс, зарывшись в темные локоны. Даниэль не была готова к такому мощному ощущению. Отдышавшись, она вдруг расплакалась, отчаянно цепляясь за Алекс. Темноволосая укутала их в одеяло и укачивала Даниэль.  Блондинка быстро успокоилась и посмотрела на темноволосую.  – Алекс, я помню тебя. Мое тело помнит тебя.  Она начал покрывать лицо Алекс поцелуями. Нежно провела рукой по темным локонам, словно все еще не веря, что перед ней не сон, не мечта, и что она не проснется. Даниэль изучала лицо Алекс, поглаживая его кончиками пальцев, пытаясь поверить, что все это – на самом деле…  Даниэль поймала взгляд Алекс, боясь найти в них отказ. Но в голубых озерах было лишь обожание. Душа облегченно вздохнула.  – Я никогда, никогда не была так счастлива! Дай нам шанс…  Слезы полились из глаз Алекс, и она притянула Даниэль к себе. В голове не укладывалось, как можно жить без Нее… Бастион, тщательно выстроенный темноволосой красавицей вокруг своего сердца, рухнул. Алекс поняла, что должна признаться Даниэль.  Она прижала ее крепче и шепнула:  – Неважно, что случится, неважно что произойдет… Знай – я люблю тебя… Больше жизни!  Слова Алекс бросили Даниэль в жар. Она сумела уговорить Алекс, что вместе они справятся с любыми перипетиями и трудностями. И теперь зеленые глаза говорили синим о любви.  Небо разверзлось, и закапал прохладный дождь. Алекс откинула голову, ловя капельки дождя ресницами. Даниэль зачарованно смотрела, как бриллианты раскалывались на осколки и стекали по щекам. Женщина перед ней великолепна, невероятна, красива… Даниэль жадно припала к сладким губам, слизывая капельки влаги и будя страсть, которой нипочем непогода.

Они сидели обнаженные перед камином, держались за руки и смотрели на пылающий огонь. Им так нужно было прикасаться друг к другу, не терять связи… Незнакомые эмоции захлестнули Алекс, и она поняла, что впервые в жизни запуталась и боится.  Даниэль мечтательно смотрела на огонь. Она испытала неземное блаженство, и теперь не хотела расставаться с Алекс ни на мгновение. Тело все еще таяло в истоме от испытанного оргазма. Алекс любит ее. Даниэль знала, что теперь ей не помешают никто и ничто. Алекс будет ее любой ценой.  Наконец она собиралась с духом, чтобы поговорить с Алекс о судьбе и чуде, о том, что им предназначено быть вместе.  – Я хочу рассказать тебе, что ты значишь для меня, но у меня нет слов. Я люблю тебя. Это все, что я чувствую. Я должна быть рядом с тобой всю жизнь. – Она принялась покрывать поцелуями широкую ладонь Алекс. – Всю мою жизнь меня преследовала пустота и ощущение, что кого–то не хватает. Я нашла тебя. Теперь моя душа успокоилась. Ты моя вторая половинка. – Даниэль помолчала и с опаской заглянула в синие глаза. Найдя там только любовь, она продолжила: – Ты тоже чувствуешь?  Алекс хотела, но не могла ответить. В горле застрял комок. Чувства захлестнули с головой. Слишком много и слишком интенсивно. Алекс сжала ладошку Даниэль.  Даниэль принялась утешать:  – Алекс, я наверное надавила на тебя… А когда я сказала, что уйду, если ты скажешь «нет», я солгала… Я не думаю, что смогу уйти от тебя. Мне нет пути назад – я влюбилась безнадежно. И я верю в нас, и не хочу рисковать… Пожалуйста, не прогоняй меня! Поверь в нашу любовь! – Она погладила Алекс по лицу, отчаянно стараясь донести до нее, что чувствует.  Единственная слеза скатилась по щеке Алекс. Она встала, не отрывая глаз от камина. Мысль о том, что с Даниэль может что–то произойти, ужасала. Безопасность блондинки как–то незаметно стала для Алекс самым важным, что может быть в жизни. И одновременно Алекс не могла отказаться от любви, подарившей ей фантастический мир. Она сомневалась, что им предназначено быть вместе, но не отрицала того, что их чувства друг к другу сравнимы лишь с неукротимой бурей – мощные, неподвластные времени и месту… Алекс нуждалась в Даниэль и всем сердцем надеялась, что она нужна блондинке. Принять решение оказалось весьма непросто.  В руку скользнула теплая ладошка Даниэль, и Алекс словно укутала шаль умиротворения. Напряженность исчезла. Алекс села, усадив перед собой Даниэль, прижав ее к обнаженной груди – Алекс так хотелось тепла, нежного шелка кожи, мягкости сладких губ… Даниэль молча наслаждалась объятиями и тишиной. И не торопила любимую с ответом.  Наконец Алекс приняла решение. Закрыв глаза, она вдруг ощутила спокойствие от того, что Даниэль так доверчиво прильнула к ней. Ее шелковистые волосы рассыпались по плечам, щекоча и возбуждая грудь, мягкие бедра дарили тепло. Сердце ухнуло, пропустило удар, тело напряглось… Как могла эта маленькая блондиночка стать для нее всем за несколько дней?  Алекс глубоко вздохнула и шепнула Даниэль в ухо:  – Вместе… Что бы ни случилось, мы будем вместе.  Даниэль расслабилась, прижалась спиной к груди Алекс, запрокинула голову и улыбнулась.  – Алекс…  Темноволосая наклонилась и прикоснулась к нетерпеливым сладким губам. Поцелуй разлился по всему телу нежной истомой, зажигая желанием каждую клеточку тела. Горячая волна пробежала от груди к животу. Даниэль почувствовала, как напряглись соски Алекс. Она хотела развернуться к ней, но не могла разорвать объятий.  Даниэль отчаянно выдохнула:  – Алекс, я хочу тебя! Хочу заняться с тобой любовью. Покажи мне, как любить тебя…  Алекс улыбнулась и жарко прошептала на ухо:  – М–м–м… да, я покажу тебе. Попрактикуемся… на тебе, – хрипло закончила она, и пульс Даниэль участился, откликаясь на заманчивое предложение.  – Я буду целовать тебя медленно, очень медленно… Ты запомнишь каждый поцелуй, каждое прикосновение… – Алекс почувствовала, как Даниэль задрожала. Блондинка простонала, возбуждаясь все сильнее и сильнее. Она откинула голову и прижалась спиной к груди Алекс. Темноволосая положила ладонь на живот Даниэль. Легкое покалывающее прикосновение… Руки Алекс скользнули выше, коснулись груди. Большими пальцами она резко провела по возбужденным соскам Даниэль.  – Мне нравится, как ты отвечаешь мне, – прошептала Алекс, и горячее дыхание защекотало шею, бросило Даниэль в жар. Мысли вскачь умчались прочь. Забыв обо всем, Даниэль выгнула спину, усиливая нажим на потемневшие от напряжения соски.  Алекс откликнулась на безмолвную просьбу и легонько ущипнула соски. Даниэль простонала, по бедрам засочилась горячая влага. Наслаждаясь криками блондинки, Алекс захватила соски большими и указательными пальцами и оттянула их. Даниэль извивалась от желания, вцепившись пальцами в бедра Алекс. Левой рукой темноволосая продолжала ласкать грудь, а правой провела по животу, запустив ладонь между бедер. Пальцы окунулись во влажное лоно. Даниэль не выдержала и вскрикнула.  – Хочешь, чтобы я остановилась?  – Боже, нет… Не надо…  Алекс коварно улыбнулась. Раздвинув пальцами влажные складки, она провела по набухшему клитору. Даниэль едва ли осознала, что бедра взметнулись вверх. Зато поняла, что скоро кончит.  – М–м–м… Такая возбужденная… – Улыбнулась Алекс. Знаешь ли, какая ты желанная? – Дыхание Даниэль участилось. – Да, ты хочешь меня… Твое тело возбуждается от моих прикосновений, – мурлыкала Алекс.  – Да… О, боже! Я… – Вскрикнула Даниэль. Сердце неистово билось, тело содрогалось от конвульсий.  – Ты уже почти, да? – Убрала руку Алекс и почувствовала, как Даниэль качнула бедрами, стремясь возобновить ласку.  – О–у–у–у… Алекс… Пожалуйста!  – Не–е–ет, не так быстро! Я тебя помучаю… медленно, долго, нежно… – Даниэль задрожала от этой изящной пытки, она извивалась, прося прикосновений, прося большего, чем ей сейчас давала Алекс.  Алекс одной рукой легонько ущипнула Даниэль за соски, другой провела между ног.  – Я возьму тебя, медленно… нежно… хочешь?  Даниэль молча судорожно кивнула.  Одним пальцем Алекс скользнула во влажное лоно – медленно, томно, осторожно. Влагалищные мышцы вздрогнули и напряглись, втягивая Алекс глубже. Темноволосая замерла, упиваясь жаром, влагой и мягкостью прикосновения. Ощущения были просто невероятными.  – Алекс… Ты так глубоко… так… – Задыхалась Даниэль. Влага сочилась по бедрам. Алекс начала вынимать палец, но Даниэль схватила ее за запястье, останавливая:  – Пожалуйста… Я… Я чувствую тебя… твою энергию… Боже, как ты нужна мне!  Алекс нежно поцеловала Даниэль и начала глубокие ритмичные движения, почти вынимая палец из влажного горячего лона. Она не торопилась, стараясь завести Даниэль посильнее. Волна удовольствия поднималась от бедер к груди, завиваясь в тугие мышцы в животе. Даниэль почти кончила, ритм и глубина движений довели ее до края. Она затаила дыхание – божественные ощущения…  Вдруг Алекс убрала руку. Даниэль простонала, но мышцы влагалища сомкнулись вокруг пустоты. Потеря показалась почти болезненной. Алекс тем временем уложила Даниэль на пол, не разрывая объятий, и посмотрела в полные желания глаза. Даниэль нуждалась в разрядке и жадно впилась в губы Алекс страстным поцелуем.  Ее язык скользнул по губам, прося пустить, и Алекс приоткрыла рот, ошеломленная жарким поцелуем. Поцелуй оказался требовательным, агрессивным. И женщины уплыли на волнах страсти.  Постепенно Даниэль успокоилась, и Алекс почувствовала, как она расслабилась. Улыбнувшись, она начала новый виток ласк – провела рукой по груди, сминая все еще твердые темные соски. Даниэль запрокинула голову, выгнув спину, подставляя грудь под ласкающие руки Алекс. Темноволосая повела бедром и нажала им на пах Даниэль, напоминая о желании.  Даниэль простонала в ответ и подняла бедра, прижимаясь к Алекс. Алекс дразняще отодвинулась. А потом снова качнула бедрами, и ощутила пульсирующую разгоряченную плоть, и снова отодвинулась, вынуждая Даниэль вскинуть бедра выше ради мимолетного прикосновения. Даниэль, закрыв глаза, ритмично поднимала и опускала бедра, стремясь к оргазму.  Алекс посмотрела вниз, стремясь увидеть желание, скрытое шелковистыми складками. Медленно опустив ногу, она надавила бедром на клитор. Даниэль распахнула глаза, и Алекс увидела там то, о чем говорила блондинка – вторую половинку души.  Темноволосая затаила дыхание, и игривое настроение мелькнуло в глубине синих глаз. Сердце Даниэль гулко отозвалось на искорку, и она уже хотела молить продолжить, как вдруг Алекс сомкнула влажные губы на соске. По груди разлились теплые волны, а Алекс провела кончиком языка по напряженному соску, перекатывая его. Даниэль простонала. Темноволосая втянула сосок еще глубже, нежно посасывая. Даниэль выгнула спину, плывя по морю наслаждений.  Алекс резко вошла в Даниэль двумя пальцами без предупреждения. Даниэль задохнулась и раскинула ноги шире, пуская любимую глубже. Алекс ласкала пульсирующую плоть, пробуждая древние чувства. Губы и язык настойчиво прикусили сосок, и Даниэль вздрогнула. Ритмичные движения заводили, уводя напряжение на новые высоты. Было так хорошо и так мало.  Даниэль приподняла бедра, словно прося больше прикосновений. Пальцы запутались в темных локонах, сильнее притягивая к груди. Искушение самой коснуться набухшей плоти было почти невыносимым, но Даниэль сдерживалась из последних сил. В пылу страсти она жаждала ласк Алекс, только одно прикосновение, и Даниэль кончит в объятиях этой невероятной женщины.  Как будто читая мысли, Алекс надавила большим пальцем на клитор. Божественная пытка… Даниэль почти вскинула бедра выше, чтобы усилить давление, но, стиснув зубы, опустилась обратно. Зажмурив глаза, она старалась не закричать, но ритмичные движения вырвали из ее груди стон.  Алекс почувствовала, как Даниэль вскинула бедра и легонько провела пальцем по набухшей плоти. Одно прикосновение, и по телу Даниэль прошла волна дрожи. Она вскрикнула, закрыв глаза.  Перед глазами взорвался фейерверк. Открыв глаза, Даниэль увидела Ангела в ореоле божественного света. Она поняла, что ее Ангел – Алекс, и улыбнулась.  Даниэль свернулась в объятиях Алекс и быстро заснула, а темноволосая смотрела на спящую любимую. Интересно, за что ей столько такой любви? Да она сдвинет горы и пересечет леса и степи, чтобы защитить Даниэль. Надо постараться заслужить ее любовь.  Но чтобы освободиться, надо убрать с дороги одного мерзавца… Убить его? Главное, чтобы не пострадала Даниэль…  Алекс счастливо улыбнулась и провалилась в сон, не выпуская из объятий красавицу с ореолом светлых волос.

ЧАСТЬ VI

Алекс проснулась от сильного желания. Приоткрыв глаза, она увидела, как блондинка ласкает ее грудь своей. Распахнув глаза, она тихо выдохнула, когда потемневшие соски Даниэль скользнули по ее болезненно возбужденным соскам. А в следующее мгновение Алекс задрожала – Даниэль легонько прикусила затвердевший бугорок, обводя его язычком.  Блондинка подняла голову и посмотрела на темноволосую невинным взглядом.  – Прости, не хотела будить тебя. Я думала, ты спишь крепче. И не смогла устоять… Ты такая сладкая… – Даниэль удивилась сама себе и легонько покраснела.  Алекс улыбнулась и погладила ее по щеке.  – Ты тоже.  Глаза Даниэль сверкнули желанием, когда она окинула взглядом лежащую перед ней любимую. Остановив взор на груди Алекс, она облизнула губы:  – Ты отвечаешь мне даже тогда, когда спишь, – прохрипела она, сдерживая себя от желания накинуться на Алекс и утолить свой голод, и легонько поглаживая грудь любимой.  Настала очередь Алекс покраснеть. Обычно она не спала так крепко. А теперь Алекс поверить не могла, что ее разбудили! Она не помнила, чтобы когда–нибудь спала так безмятежно, так сладко… Напряженность многих лет растворилась в фантастическом мире, что подарила ей Даниэль.  – Какой замечательный способ просыпаться… – Алекс осеклась, когда маленькая ладошка Даниэль скользнула между ее ног, пальчики провели по клитору. Блондинка улыбнулась, подняла руку и принялась слизывать блестящие капли – медленно, одну за другой, смакуя вкус любимой… Алекс задрожала от возбуждения, а Даниэль поймала ее пристальный взгляд и игриво шепнула:  – Я хочу больше…  Алекс судорожно вздохнула – слова отправили ее куда–то намного выше, чем седьмое небо. И прежде, чем она спустилась обратно на землю, длинные волосы Даниэль защекотали кожу, губы проложили влажную горячую дорожку от груди к животу.  – Я хочу видеть, как ты кончаешь… хочу чувствовать твое удовольствие губами…  Легкое дыхание Даниэль коснулось клитора. Алекс нетерпеливо качнула бедрами. Первое прикосновение оказалось немного грубым – язычок блондинки скользнул по всей длине клитора, сминая его. Тело Алекс ответило судорожной волной желания.  Даниэль неутомимо исследовала – ее губы мягко захватили набухшую плоть, вырывая стон из груди темноволосой. Прикусив кончик набухшей плоти, она принялась задавать ритм – устойчивый, быстрый – такой же, как ее собственное биение сердца. Каждое прикосновение было настолько чувственным, что Алекс думала, что кончит раньше, чем Даниэль войдет в нее. Мышцы сжимались, отчаянно требуя больше ласки. Но Даниэль не торопилась, и Алекс вскинула бедра, чтобы увеличить силу нажима. И наткнулась на твердые ладошки Даниэль, придавившие ее к полу.  Алекс простонала от бессилия. Искушение усилить давление было непреодолимым.  – Хочу больше… – Выдавила она, тяжело дыша.  Даниэль подняла голову:  – Знаю, – лукаво улыбнулась и продолжила медленно дразнить маленький комочек нервов.  Алекс мучительно простонала. Мир уплыл куда–то вдаль, здесь, рядом, были лишь руки, губы и язык Даниэль, ласкающий клитор. Пульсирующее желание между ног сводило с ума. Алекс задрожала.  А тем временем руки Даниэль пробежались по бедрам, вызывая новые волны удовольствия. Ловкие пальчики уверенно скользнули, стремясь достигнуть лона. Алекс напряглась, почувствовав, как пальцы замедлили свой бег, замерли у самого входа.  – Д–а–а…  Даниэль резко ввела пальцы, и пресловутая сдержанность Алекс рухнула под натиском вожделения. Даниэль буквально чувствовала волны удовольствия, на которых качалась темноволосая. Вцепившись пальцами в светлые волосы, Алекс стонала, пока Даниэль дразнила кончиком языка пульсирующую горячую плоть, а пальцами задавала отчетливый резкий ритм.  Внутренние мышцы Алекс сжимали пальчики Даниэль, втягивая их глубже. Тяжелое дыхание оборвалось перед оргазмом, бедра взметнулись вверх, когда язычок провел по разбухшему комочку плоти. Оргазм накрыл ее пульсирующей волной.  Даниэль держала Алекс, поглаживая по волосам.  – Я тебя люблю.  Алекс посмотрела в зеленые глаза с обожанием.  – Я тоже тебя люблю. Ты восхитительно умеешь любить.  Даниэль счастливо выдохнула:  – У меня отличная учительница.  – Точно! – Расплылась в улыбке Алекс. – Только я не помню, чтобы давала тебе такой урок…  Алекс легонько чмокнула Даниэль, и та зарделась, хотя и почувствовала, что Алекс сдержалась и не получила всего, что могла… Даниэль ощущала неудовлетворенность Алекс так остро, что почти чувствовала запах наэлектризованного воздуха. Она пробежала пальцами по животу Алекс, коснулась темных завитков.  Даниэль верила, что любовь поможет Алекс справиться с трудностями. Алекс еще боится чего–то, боится довериться ей целиком. Но все скоро встанет на свои места – Даниэль сумеет завоевать безграничное доверие и фантастическую любовь темноволосой.  Она глубоко вздохнула и прилегла на мягкую грудь Алекс.  – Такое чувство, будто я сплю и вижу сон. Сон наяву. Я так счастлива…  Алекс обняла Даниэль и пообещала себе, что никогда не забудет этот день и этот час.

Восхитительный аромат возбуждения разлился вокруг. Даниэль оказалась страстной, жадной, неутомимой. Они занимались любовью все утро. И теперь спали – переплетенные тела.  Когда Алекс проснулась, Даниэль спала у нее на груди. Нахлынули странные сильные чувства… Счастье – узнала их Алекс и обняла Даниэль, прижимая к себе.  – Давно не спишь? – Зевнула блондинка.  – Нет, – Алекс легонько чмокнула Даниэль, а та задумчиво смотрела куда–то вдаль.  – О чем задумалась? – Поинтересовалась Алекс.  – Я никогда не забуду этот лес, это озеро и этот дом. – Даниэль посмотрела на Алекс. – Ведь мы не сможем быть здесь долго?  – Нет. Мне жаль. Ты против…  Даниэль покачала головой:  – Пока я рядом с тобой, я буду счастлива. – Алекс прижала Даниэль к себе.  – Куда поедем?  – А куда бы ты хотела?  – Я всегда хотела увидеть Грецию!  Алекс улыбнулась. У дураков и влюбленных мысли сходятся…  – Без проблем.  – Мы можем это позволить?!  – Деньги не проблема. Я… – Алекс осеклась: нахлынули воспоминания о грехах. Она с болью посмотрела на Даниэль. – Мне действительно жаль, что все так получилось в ту ночь… Если бы я могла вернуть драгоценности и деньги твоего дяди… я бы… Но… – Она вздохнула, ожидая вспышки гнева от Даниэль и отодвинулась.  – Это – всего лишь деньги, Алекс. У дяди их много. Забудь обо всем, – уверенно произнесла Даниэль, но чувствовала, как между ними растет пропасть.  А потом вдруг Алекс снова обняла Даниэль и посмотрела ей в глаза.  – Что?  – Ты так быстро прощаешь. – Даниэль озадаченно воззрилась на Алекс. – Ну… Грабеж… Дневник… Обман. – Алекс вздрогнула от собственных слов и отвела глаза прежде, чем Даниэль могла бы увидеть в них печаль.  Даниэль наклонила голову и поймала взгляд Алекс.  – Ты же не знала меня, когда грабила. И все равно связала очень… осторожно. Поэтому я даже благодарна тебе. – Она улыбнулась и пожала плечами. – Дневник… Ну, сначала было неприятно… – Даниэль помолчала, а потом продолжила: – А почему ты взяла мой дневник?  – Представления не имею… Меня к нему тянуло… Не знаю, как объяснить…  – Тогда все просто отлично.  – Неужели это так легко – прощать?  – Ну, скажем так: просто в последнее время ты вела себя хорошо и заслужила прощение, – подмигнула Даниэль.  Алекс внимательно посмотрела на блондинку.  – А если я продолжу ремесло?  Даниэль улыбнулась.  – И что? Я люблю тебя, люблю такой, какая есть. К тому же будущее обещает быть настолько заманчивым, что я смогу забыть обо всем. – Алекс уставилась в никуда. Даниэль помахала рукой у нее перед носом: – Эй! Тебя это не радует?  Алекс выдавила вымученную улыбку, ведь в глазах Даниэль была лишь безграничная любовь.  Блондинка погладила Алекс по щеке и рассмеялась.  – У тебя шестеренки с таким скрипом крутятся, что я их слышу! О чем думаешь?  Алекс смотрела куда–то вдаль, не в силах скрыть чувства от этой невероятной женщины. А Даниэль продолжала ласково всматриваться в каждую клеточку лица Алекс.  – Я тебя люблю, и буду любить вопреки всему и всем.  – Как мне хочется, чтобы это было правдой… – Неуверенно шепнула Алекс. Даниэль хотела было возразить, но Алекс продолжила: – Ты ведь действительно не знаешь меня. Не знаешь, какой я была… – Даниэль промолчала. – Если ты узнаешь меня, то разлюбишь.  Даниэль прижала ладошку Алекс к губам, покрывая ее легкими поцелуями.  – Никакое прошлое не изменит моей любви. Я не могу тебе этого доказать, но прошу поверить мне и все рассказать… Я знаю, это может оказаться трудно для тебя и страшно для меня, но нам обеим нужно доверие.  Алекс соскользнула с кровати и принялась одеваться.  – Давай я тебе все расскажу, но только не здесь… – Алекс просто не могла говорить о грязном прошлом на ложе любви.  Даниэль молча прошла за ней и села рядом на веранде. Она так же тихо смотрела, как Алекс наливает себе шотландского виски, потом не выдержала и легонько сжала дрожащую руку темноволосой, пытаясь успокоить.  Алекс сделала глоток.  – Я начну с самого начала. Мне нет оправдания. Но ты имеешь право знать все. Если захочешь уйти, я пойму. – Даниэль кивнула, и Алекс начала рассказ.

– Власть всегда манила меня. Я жаждала ее, я нуждалась в ней. Всю свою сознательную жизнь я мечтала о ней, представляла и грезила. Я с замиранием сердца смотрела, как другие властвуют. Очень быстро я поняла, что секс – это тоже власть, вернее, инструмент повелевания, способ контроля… Я использовала свое тело для того, чтобы получить то, чего хотела. Мне было легко водить за нос подсевших на наркотическую иглу под названием «секс»  Алекс напряглась и посмотрела на Даниэль.  – Секс для меня был лишь средством, и ничем больше. А теперь… ты… – Даниэль легонько сжала руку Алекс, стараясь успокоить. Нежный жест теплой волной разлился по телу, и Алекс поняла, что хочет обнять любимую, но сдержалась.  – Я росла в трущобах. Отец бросил нас, и маме пришлось растить нас троих. Но что может слабая женщина? Другие понукали ею. А я была молодой и глупой, и понятия не имела, насколько сильна духом была мама… В те годы я решила, что ее жизнь – не для меня. Я считала, что выживает сильнейший и намеревалась остаться в живых любой ценой.  Я уговаривала младшего брата присоединиться к банде. Было бы легче защитить его, если бы он был со мной. Оказалось, что добиться власти легко, и я быстро встала во главе нашей маленькой группировки. Мы были молодыми, бесшабашными и бесстрашными. И мы вместе заработали себе отличную репутацию. Но мне было мало… Я хотела больше, намного больше!  И я добилась своего. Заплатив за это жизнью моего брата. Его убили в перестрелке с другими отморозками. Он умер сразу. А ведь только он был для меня островком спокойствия и постоянства… После его смерти я словно с цепи сорвалась.  Не понадобилось много времени, чтобы найти пацана, подстрелившего брата. Я ворвалась в его дом и загнала в угол его собственной спальни. Он был младше меня и слабее. Мне не составило труда схватить его. Без размышлений я разрезала ему горло. По рукам потекла теплая кровь… – Алекс сжала дрожащими руками коленки. – Когда я отпустила его, он медленно осел на пол… Я никогда не забуду, как он лежал там, мертвый… Я так легко оборвала его жизнь… Я… – Голос Алекс треснул.  – Я услышала шум и подняла голову. В дверях стоял его пятилетний братишка. Боже, он все видел… Он весь сжался и беспомощно плакал… Я никогда не забуду и его лица тоже. Я поняла, что стала монстром. Он словно поставил передо мной зеркало, что показывало одну лишь правду. Впервые я поняла, что свернула с дороги. И пути назад не было. Я продала душу дьяволу за власть.  Даниэль увидела мученическое выражение на лице Алекс. Даниэль не выпускала рук Алекс весь рассказ, а темноволосая смотрела куда–то вдаль.  – Есть в моей жизни то, что невозможно искупить.  Алекс выдернула руки и сделала большой глоток виски. Не помогло. Да и всей бутылки виски не хватило бы, чтобы забыть прошлое.  После этого случая мама словно сломалась. В ее глазах я увидела отвращение. Казалось, и она, и мой брат осуждают меня. Они увидели мою темную сторону и не захотели иметь со мной ничего общего.  Алекс глубоко вздохнула.  – Я не виню их. Я виновата в его смерти, пусть не я убила брата.  Я уже думала, что не переживу горе. Но за моей спиной стояла группа ребят, которые молились на меня. И я позволила гневу вылиться наружу – ведь они уважали силу и не терпели слабаков. Жизнь начала налаживаться. Меня вели ярость и гордость.  Все, кто знали меня, боялись… Страх – самое сильное оружие. Репутация нашей группировки росла как на дрожжах. Вскоре вокруг меня была сплоченная криминальная среда. И я властвовала над ними. И я упивалась этой мощью.  А потом я привлекла к себе внимание Джуллиана Сезари – главаря криминалитета более высшего уровня. Он был хорош – острый ум, харизма, жажда власти больше, чем у меня… Он видел юную меня и начал учить, указывая на промахи и ошибки. Он легко завлек меня в свои сети обещаниями богатства и власти. – Алекс покачала головой и сделала еще один глоток. – Он стал для меня всем.  Я рвалась узнать все, что знал он. И училась быстро и легко. Но я не была наивной девочкой и не доверяла ему все и вся. И все же я жестоко ошибалась, когда считала, что везде на шаг впереди меня. Какая же я была глупая!  – Я никогда не работала непосредственно на Джулиана. Была недостаточно хороша. И поначалу выполняла грязную работу, в которой гибли мои люди. Я старалась, но Джулиан был недоволен и сводил меня с самыми разнообразными наставниками, которые подсказывали мне, что делать. И я училась у них, училась жадно и быстро.  Вскоре я добилась такого мастерства, что совершала грабежи чисто и быстро – без свидетелей, без крови, без насилия, без следов. Я придирчиво планировала каждый грабеж. Вскоре Джулиан решил, что я выросла для более серьезной работы. Все шло как по маслу, пока я не сделала ошибку. Я доверяла Джулиану.  – Мы должны были украсть ценную картину из дома сенатора. Джулиан прислал ко мне своего работника для планирования задания. Но работа была плохо проработана, и сенатор с женой вернулись раньше намеченного времени. Я опрометчиво убила сенатора.  Его жена в ступор впала от ужаса, глядя, как пузырится кровь из глубокой раны на горле. И я двинулась на нее. А она не шевелилась. И смотрела мне в глаза. Ее глаза…  Алекс замолчала, собираясь с духом, чтобы продолжить.  – В ее глазах было что–то, что напомнило мне о маленьком мальчике. Я не знаю, чем я думала, но руки сами опустились, а потом я сняла маску. Это все, что я помню. Мой напарник потом рассказывал, что я замерла, и ему пришлось убить женщину. А еще он сказал, что не мог достучаться до меня минут пятнадцать… Все бы закончилось, оставь он меня там… Но он не бросил меня. Только потом я узнала, почему.  Я поняла, что не могу больше вытворять такое, и пошла к Джулиану. Но он лишь рассмеялся и сказал, что слишком поздно выходить из игры. Он сказал, что это все эмоции, их надо душить… И что они мешают зарабатывать деньги. Ну и конечно он не отпустил меня.  Я попыталась настоять на своем, но он показал мне запись, где я убивала сенатора. Этого было недостаточно, чтобы удержать меня, и он знал это. Он намекнул, что худо будет вовсе не мне. Моей семье. Авария. Несчастный случай. Боже мой, он имел меня, и знал об этом.  Это было четыре года назад. Он получает приблизительно 5 миллионов в год от меня и оставляет мою семью в покое. – Алекс помолчала. – Я делала столько ужасного… И не могу ничего изменить. Поверь мне, я так хочу все исправить! Я так больше не могу…  – Ты можешь остановиться.  – Не уверена. Я хочу, но Джулиан отрезал мне все пути отступления.  – Ты была одна. Теперь нет, – мягко прошептала Даниэль.  Алекс посмотрела на блондинку, стараясь отыскать сомнение, но не нашла… Даниэль хотела остаться с ней после всего, что услышала.  – Ты… Ты все еще хочешь быть со мной?!  – Да. И ничто и никто мне не помешает. – Даниэль взяла дрожащие руки Алекс в свои. – Я всегда буду рядом. Ради тебя. – Даниэль уверенно улыбнулась, и Алекс поверила в любовь.  – Но почему? После всего этого…  – Алекс, это прошлое. Мы не можем его изменить. Я люблю тебя и всегда буду любить. И ты это прекрасно знаешь. Ты заслуживаешь любви. – Даниэль ласково провела тыльной стороной руки по щеке Алекс. любовно – Я никуда не уйду. Вместе мы справимся со всем. Начнем новую страницу!  У Алекс не осталось тайн и лжи. Она улыбнулась и сжала ладошки Даниэль.  – Есть только один способ избавиться от Джулиана. Пока он жив, я не буду свободной. Он не отпустит меня. Мы сможем быть вместе только тогда, когда он умрет. Он сделал новый заказ. Я использую это в своих целях. Я должна была сделать это давным–давно. Я хочу убить его. – Тут Алекс увидела в глазах Даниэль явное неодобрение, и опустила глаза.  – Сначала ты должна уехать из города. Забери все ценное…  – Алекс, я не уеду!  – Даниэль, пожалуйста! Сделай это ради меня!  Даниэль не смогла скрыть недовольство.  – Алекс, знаешь, если бы я встала лицом к лицу с прошлым, а ты ушла, я бы не выдержала… Если бы ты знала, что мне предстоит бой, ты бы ушла? Оставила меня? – Ответ ошарашил Алекс. – И почему ты думаешь, что у тебя все должно быть через пень–колоду? – Даниэль нежно чмокнула Алекс, стирая последние сомнения. – Ничто не заставит меня уйти от тебя. Даже ты. Плевать на все последствия, я готова платить, потому что меня ждет сладкая награда. – Алекс поняла, что это – ложь во спасение. – Ты больше не одна. Вместе мы – сила. Если есть выход, мы его найдем. Вместе! – Победоносно заключила блондинка.  Алекс обняла Даниэль.

Алекс отвела Даниэль в спальню, отодвинула прикроватную тумбочку, вытащила несколько досок из пола. Сейф.  – Джулиан даже не подозревает об этом. У меня на него много компромата, можно засадить его на всю жизнь.  – Может быть, есть возможность посадить его так, чтобы все это не зацепило тебя? – Поинтересовалась Даниэль.  – Мне не светит свобода. Просто потому, что я делала такое, чему нет прощения. А потом, неужели ты думаешь, что преступник заслуживает свободы? Нет. Никто не согласится с этим. Даже если цена моей свободы – поимка Джулиана. Да даже если вдруг такое случится, головорезы Джулиана рано или поздно доберутся до меня. Неделей раньше, неделей позже… Это не займет у них много времени.  – Должен же быть выход!  – Он есть. – Алекс помолчала, понимая, что любимая не одобрит план действий. – Он сделал заказ на картину Ван Гога…  – Ты же не собираешься…  – Собираюсь. В последний раз.  – Когда?  – Завтра ночью. Ему почему–то важна эта картина. Он заказал ее не из–за денег… Думаю, что смогу заставить его встретиться со мной лично, чтобы забрать заказ. – Алекс снова помолчала. – И я его убью.  Даниэль опустила глаза.  Алекс быстро поставила половицы на место.  – Если у меня не получится, отдашь все полиции. Это спасет моего брата и мать. – Алекс сняла браслет с маленьким ключом с запястья и защелкнула замочек на руке Даниэль.  Поймав взгляд зеленых глаз, Алекс убедилась, что Даниэль смирилась.  – Не свидетельствуй до тех пор, пока я жива.  Даниэль кивнула и напряглась. Алекс доверяла ей. Значит, нельзя подвести. Но ведь должен же быть другой путь! Надо найти его! Найти во что бы то ни стало…  Алекс снова начала объяснять:  – У меня много дел, нужно все подготовить к завтрашней ночи.  – Я могу помочь?  Алекс тронула заботливость любимой.  – Ты уже помогаешь. Мне будет легче все сделать одной. – Алекс поймала обеспокоенный взгляд Даниэль и попыталась утешить ее. – Все пройдет как по маслу. – Она заправила прядь светлых волос за ухо Даниэль. – Помни о сейфе, и жди меня.  – Я буду ждать тебя. – Тихим эхом откликнулась Даниэль. – Когда я увижу тебя?  – Через несколько дней. Я приеду к тебе сразу же, как только смогу. – Даниэль все еще чего–то боялась, и Алекс чувствовала это.  – Я постараюсь разобраться как можно быстрее. Ты не успеешь соскучиться.  Блондинка тяжело вздохнула.  – Очень сомневаюсь.  Алекс улыбнулась.  – Ты можешь кое–что сделать для меня.  Даниэль удивленно посмотрела на Алекс, а та ласково притянула ее и повалила на кровать.

Алекс остановилась и посмотрела на окна квартиры Даниэль. Блондинка говорила по телефону, улыбалась и отчаянно жестикулировала. На ней было зеленое атласное платье, которого Алекс раньше не видела. Тем временем Даниэль положила трубку и с наслаждением воткнула ложку в ведерко с мороженым. Алекс как зачарованная смотрела, как Даниэль облизывает ложку…  Судорожный вздох. Как же она волнует! Алекс достала сотовый и быстро отщелкала номер Даниэль. С замиранием сердца она смотрела, как блондинка в окне облизала остатки мороженого с ложки, убрала ее и взяла трубку.  – Привет.  – М–м–м… Привет…  Даниэль облегченно вздохнула – наконец–то она дождалась момента, когда слышит голос Алекс. Она нервничала весь вечер.  – У тебя все хорошо? Как прошло?  – Прекрасно. Я покончила со своим прошлым. И подумала, что мы можем собираться. – Алекс увидела, как Даниэль расплывается в улыбке.  – С удовольствием.  – У тебя такая красивая улыбка! И тебе определенно идет зеленый цвет.  – Как ты…  – У меня много талантов!  Даниэль подошла к окну и выглянула. Алекс стояла на улице, облокотившись о капот автомобиля и не сводила глаз с Даниэль.  – И как долго ты здесь?  – Не так уж и долго, – подмигнула Алекс. – Я могу подняться?  Даниэль задумчиво помолчала:  – Хм… Не знаю. – Она окинула Алекс вызывающе–игривым взглядом.  – Ну пожалу–у–уйста–а–а! – Промурлыкала Алекс, принимая правила игры.  – С каких это пор закрытая дверь тебя останавливает?  – Ах… Так то была прежняя Алекс. Теперешняя Алекс нашла свою любовь и отказалась от зла…  – А я хочу увидеть темную сторону твоей души!  – Ни за что! – Коварно улыбнулась Алекс. – Ее уже нет.  – Ну тогда… Я хочу… властвовать над тобой! – Обольстительно улыбнулась Даниэль, и Алекс почувствовала, как по позвоночнику побежали мурашки. – Согласна?  Алекс замерла, а потом еле заметно кивнула. Ноги словно налились свинцом, и подъем по лестнице выдался тяжелым.  Когда она наконец добралась до квартиры Даниэль, то увидела блондинку в дверях. Она рывком втянула Алекс в квартиру, захлопнула дверь и жадно припала к губам. Поцелуй оказался медленным и чувственным, и Алекс совсем забыла, что иногда надо бы дышать…  – Кажется, ты действительно скучала по мне, – улыбнулась Алекс.  Даниэль принялась покрывать поцелуями шею Алекс.  – Ужасно скучала! – Она коснулась язычком жилки на шее. – Я хотела тебя весь день.  – Ну и что будешь делать теперь, когда заполучила меня?  – Скоро узнаешь, – пообещала Даниэль.  Даниэль видела темные окружности сосков, просвечивающих через блузку. Она медленно расстегивала пуговицу за пуговицей, пока не оголила грудь. Возбужденные соски напряглись и набухли, прося ласки. Даниэль стянула рубашку и бросила ее на пол.  Опустившись на колени, она расстегнула брюки Алекс. Темноволосая дышала жаром – Даниэль чувствовала волны горячего воздуха, расплывающийся аромат возбуждения. Даниэль улыбнулась – Алекс не носила нижнее белье. Не удержавшись, она поцеловала темный треугольник волос, с восхищением чувствуя, как напрягается любимая. Чувства захлестнули с головой, и Даниэль скользнула язычком ниже, исследуя нежную плоть, пробуя ее на вкус. Алекс запустила пальцы в светлые волосы Даниэль и потянула вверх.  – Теперь ты! – Она с жадностью набросилась на Даниэль, срывая с той одежду. Схватив края кофты, Алекс улыбнулась – дерзко и маняще:  – Однажды вор – вор навсегда, – стащила одежду и заломила руки за спину, прижимая к себе.  Сердце забилось в груди, Даниэль уже почти готова была подчиниться Алекс, но сегодня она хотела… Сегодняшняя ночь – ее.  Даниэль вырвалась и помотала головой.  – Не сегодня. – Она подмигнула. – Ты обещала власть мне. – У Алекс от этих слов пересохло во рту.  Даниэль уперла руки в боки и пристально посмотрела на Алекс. В глазах темноволосой всколыхнулся страх – она почувствовала себя львицей в клетке. И опустила глаза. Даниэль все поняла.  Она ласково провела по обнаженным бедрам Алекс. Темноволосая расслабилась и одним движением сорвала остатки одежды с Даниэль.  – Пошли, – прошептала Даниэль и потянула Алекс за руку.  Блондинка казалась властной и заставила Алекс улечься на кровать. Раздвинув ноги темноволосой, Даниэль опустилась на колени между ними.  – Ты поверишь мне? – Спросила Даниэль. Алекс поймала встревоженный взгляд и молча кивнула. Даниэль наклонилась и жарко прошептала:  – Без секретов и без стен между нами…  Грудь налилась приятной тяжестью – Алекс хотела подарить Даниэль душу и сердце, но не знала, сможет ли… За спиной, в прошлом, был Джулиан, убийства и путь с россыпью острых камней ошибок. Алекс не верила, что сможет раскрыться полностью.  – Отдайся мне, – жарко выдохнула Даниэль.  Она просила, чтобы Алекс отказалась от контроля, просила довериться полностью. Темноволосая промолчала – все слова застряли в горле из–за возбуждения.  Блондинка прочитала в синих глазах страх и неуверенность. Взяв лицо в руки, она снова шепнула:  – Ты думаешь, что он мешает тебе жить дальше. Но это не так. Просто поверь мне. Поверь своему сердцу, Алекс… У него нет власти над тобой, и я докажу тебе это. Ты запомнишь этот урок навсегда. Обещаю. – Даниэль пристально посмотрела в синие глаза.  Алекс боялась, что сердце разорвется в груди. Тело бесконтрольно трясло. Даниэль наклонилась и легко коснулась губ. Тело задрожало от возбуждения. Губы приоткрылись, впуская Даниэль. Влажный язык скользнул по разгоряченной нежной коже. Лихорадочный поцелуй унес в пучину наслаждения.  Блондинка замерла, и Алекс остановилась, распахнув глаза. Зеленые глаза ласкали Алекс.  – Хочу очень медленно… – Раздался голос, и сердце Алекс чуть не выпрыгнуло из груди. – Неважно, что я делаю, неважно как ласкаю, я хочу, чтобы ты держалась, – выдохнула Даниэль, касаясь губами мочки уха, а бедром ритмично надавливая на пах. – Сдерживайся, пока я не разрешу тебе, – соблазнительно улыбнулась Даниэль. – Поняла?  Алекс тяжело сглотнула и кивнула. В награду за покорность она получила легкие прикосновения кончиками пальцев к животу.  Даниэль медленно целовала каждую клеточку тела, спускаясь от шеи к плечу, потом ниже и ниже, пока не добралась до груди. Пробежала язычком по окружности соска, с жадностью припала к нему, втягивая в себя.  Возбуждение захлестнуло Алекс, тело словно горело в огне. Она выгнула спину в стремлении освободиться, дыхание сбилось и участилось.  Даниэль приподнялась. Алекс с мольбой посмотрела на блондинку, но та соскользнула с кровати и подошла к тумбочке. Алекс заворожено смотрела, как Даниэль берет из ведерка кусочек льда. По телу побежали мурашки.  Гладкий холодный кубик скользнул по шее, заставив задрожать еще сильнее.  А вслед за льдом по шее прошел огненный язычок Даниэль. Контраст завел Алекс, удовольствие жаркими волнами растекалось по телу. Алекс хрипло простонала, требуя продолжения, но Даниэль не торопилась, путешествуя по округлости груди, то и дело замедляя мучительно возбуждающий танец льда.  К тому времени, как Даниэль подобралась к животу и бедрам Алекс, между ног уже сочилась влага. С благоговением Даниэль поцеловала Алекс в живот, и она попыталась раскинуть ноги шире, но была остановлена Даниэль, сжавшей колени. С губ Алекс сорвался стон.  – Тс–с–с, – успокаивающе промурлыкала Даниэль, поглаживая завитки волос. Алекс простонала и постаралась расслабиться. – У нас впереди ночь. Вся ночь… Долгая ночь, – медленно произнесла Даниэль, и Алекс резко судорожно вздохнула, не уверенная, что сдержится.  Даниэль протянула руку и взяла следующий кубик льда. Алекс, словно зачарованная, смотрела, как вслед за льдом к коже прикасается горячий язык и пальцы Даниэль.  Голова закружилась, когда Алекс поняла, что тает, как этот лед, в объятиях Даниэль. А блондинка взяла со стола длинную тонкую иглу. Она поймала взгляд Алекс, пытаясь найти в них согласие. Алекс снова судорожно сглотнула и кивнула.  Даниэль медленно провела льдом вокруг соска. Алекс выгнула спину и застонала, соски напряглись и набухли. Даниэль улыбнулась и еще несколько раз провела по окружностям. Алекс дрожала больше от желания, чем от холода. Поняв, что собирается делать Даниэль, Алекс возбудилась еще сильнее.  – Держись за спинку кровати. – Алекс беспрекословно повиновалась. Даниэль отложила лед, легонько сдавила грудь в ладони. – Я быстро.  Ловко, точно, осторожно Даниэль проткнула сосок. Алекс не закрыла глаза, и вид иглы, прокалывающей нежную плоть, унес в вихрь волнения.  А Даниэль достала маленькое золотое колечко и продела его в сосок. Мягкой тканью она смахнула несколько капель крови, но потом припала губами к соску. По телу Алекс прошла волна дрожи.  Даниэль закрыла колечко и полюбовалась своей работой. В глазах светилось удовлетворение от созерцания колечка в соске.  – Красиво, – улыбнулась Даниэль. – Она легко сдавила грудь Алекс, колечко сместилось, и темноволосая из последних сил сдержала стон. – Да… когда заденешь его… когда одежда тронет колечко… ты вспомнишь обо мне. – Даниэль сдавила грудь сильнее. – Ты – моя.  – Твоя, – шепнула Алекс, а в следующее мгновение простонала прямо в рот Даниэль, жадно припавшей к ее губам. Ее руки заскользили по волосам Даниэль, притягивая ближе. Жадный поцелуй рассказал о голоде, и Даниэль отстранилась. Алекс простонала.  – На колени! – Алекс вздрогнула от властных ноток. Поколебавшись немного, она подчинилась, дрожа от ожидания. Алекс пристально посмотрела на стену прямо перед носом. – Держись за спинку кровати.  Алекс дрожащими пальцами вцепилась в изголовье. Холодный металл обжег разгоряченную кожу.  – Да… Вот так… Держись.  Кровь с новой силой хлынула, разнося адреналин и огонь. Грудь набухла. Холодные мокрые капли растопленного разгоряченной кожей льда испарялись, и соски запульсировали в унисон с пульсацией между ног.  На коленях, держится за спинку, соски в миллиметрах от подушек, разбросанных по кровати… Каждый вздох заставлял дрожать от нетерпения, и Алекс каждую секунду напоминала себе, что обещала эту ночь Даниэль. Алекс качнула бедрами, прося утолить нарастающую жажду.  Даниэль легонько провела по спине Алекс, чувствуя, как та напрягается. Рука скользнула по бедру, минуя нежную плоть. Алекс ответила на едва заметное прикосновение и раздвинула ноги шире. Кольцо на соске задело за складку простыни, и темноволосая простонала. Даниэль улыбнулась, обняла Алекс за талию правой рукой, а левой легонько сдавила оставленный без внимания сосок.  Медленно–медленно Даниэль принялась исследовать тело Алекс, ища самые чувствительные точки. Руки скользили все ниже, пока не раздвинули складки нежной плоти, скользнули по влажному входу. Алекс вскрикнула. Она уже давно была влажной, открытой, жаждущей. Темноволосая отчаянно желала продолжения, но была во власти чар Даниэль.  И, словно отвечая на немую мольбу, Даниэль провела кончиками пальцев около пышущего жаром лона и замерла, отметив, как задрожала Алекс. Она улыбнулась и приблизилась еще ближе. Алекс задрожала еще сильнее. Даниэль улыбнулась и легонько скользнула во влажное лоно, и снова остановилась.  – Я хочу узнать каждую клеточку твоего тела, – горячо выдохнула она.  Алекс простонала и запрокинула голову, сжав зубы. Она не сумела сдержаться и зашипела. Глубокий вздох – и соски снова задели складки простыни. Алекс задохнулась от возбуждения, что приносило маленькое колечко в груди. В паху стало еще жарче.  А Даниэль продолжала сладкую пытку. Миллиметр за миллиметром, пока не погрузила пальцы полностью. Алекс снова застонала.  О! Самый замечательный звук – выражение экстаза. Левая рука Даниэль скользнула по животу, выводя незримый узор.  А Даниэль снова замерла. Глаза Алекс подернулись поволокой, и она смогла выдавить из себя одно–единственное слово:  – Пожалуйста…  Даниэль не услышала слов и не увидела взгляд, но почувствовала, насколько влажной и горячей стала Алекс. Левая рука скользнула еще ниже и коснулась клитора. И завела самый прекрасный ритм, который ощущала Алекс.  – О–о–о… Даниэль… Я… не могу… – Алекс была почти на краю.  – Тс–с–с, потерпи чуть–чуть… ради меня. – Алекс судорожно вздохнула. – Да… держись, – нежно прошептала Даниэль, не останавливая ни на мгновение частый ритм. Алекс пыталась увернуться от ласк, чтобы сдержаться, но Даниэль лишь крепче прижалась к ней, не отпуская. Дыхание давно сбилось, в паху нещадно пульсировало, сумасшедший ритм мешал сосредоточиться… Алекс была готова кончить.  Даниэль почувствовала и убрала руку, не прекращая ласкать горячее лоно. Ритмичные толчки повели Алекс дальше к оргазму.  Даниэль наклонилась к уху любимой, соски скользнули по спине Алекс.  – Ты можешь удержаться, – дразнила она, не переставая задавать четкий ритм. Алекс отлипла от спинки кровати, вцепившись руками в простыни, силясь сдержаться на месте, не замечать ласкающих пальцев… Невозможно… Клитор пульсировал и жарко отвечал на каждое нежное прикосновение Даниэль.  Когда Алекс снова подумала, что долго не выдержит, Даниэль изменила тактику, приведя темноволосую в замешательство. Ловкие пальцы начали в унисон ритмичным толчкам внутри лона сдавливать набухшие соски.  Алекс попыталась не замечать расходящиеся по всему телу волны наслаждения, но получалось откровенно плохо – если прикосновения к груди еще можно было не замечать, пальцы внутри – никак.  Алекс застонала, когда рука Даниэль шаловливо смяла сосок на груди, а губы жадно припали к пульсирующей жилке на шее. Алекс задрожала, сдерживаясь из последних сил. Она больше не может…  В это мгновение Даниэль поняла, что Алекс ждет только ее. Она поверила и доверилась ей. Она немного сдвинулась и завела новый ритм, позволив Алекс участвовать в нем. Темноволосая благодарно простонала и подхватила темп, отвечая на прикосновения.  Даниэль снова надавила на клитор и шепнула на ушко Алекс, пытавшейся сдержаться:  – Давай, держись… ради меня, – мурлыкнула блондинка, но дала немного свободы.  Алекс чуть не зарыдала. Простонав, она качнула бедрами, насаживая себя на пальцы Даниэль. Блондинка ответила ей встречным движением, одновременно лаская клитор.  – Разрешаю, – снова мурлыкнула Даниэль, и Алекс расслабилась.  Качнув бедрами, Алекс замерла, а потом взорвалась. Выгнув спину, она глухо простонала, дрожа. А Даниэль не останавливалась, она добивалась все новых и новых волн удовольствия, пока Алекс не вскрикнула в последний раз и не рухнула на постель.  Но тело не успокаивалось и вздрагивало.  Это все любовь. Любовь Даниэль. Блондинка забрала сердце и душу, но Алекс не возражала. Тяжело дыша, она зажмурилась. По щеке скатилась слеза.  – Ты… только ты… – Прошептала Алекс. Даниэль обняла Алекс, и та уснула, укутанная теплым покрывалом любви.  Даниэль не заснула. Она придумывала головокружительный план. Никто их не разлучит.

Часть VII

Утром у Алекс аппетит был отменным. Да и пища показалась превосходной. Даниэль прихлебывала кофе и загадочно улыбалась. Темноволосая усмехнулась в ответ и взъерошила светлые волосы подруги.  Алекс чувствовала себя отлично. Впервые она была не одна. Даниэль стала частью ее жизни. В сердце трепетала радость, а мир вокруг расцвел.  Даниэль поерзала на стуле, словно пытаясь уйти. Ее зеленые глаза пристально и серьезно всматривались в голубые на другом конце стола.  – Что? – Спросила Алекс.  Даниэль не хотела рушить идиллию, но понимала, что нужно помочь Алекс выбраться из ямы, в которую она угодила. Поколебавшись, она накрыла руки Алекс своими.  – Я хочу пойти с тобой на встречу с Джулианом.  Даниэль не понимает, на какие неприятности она напрашивается. Алекс жизнь отдаст, чтобы защитить любимую от зла.  – Нет.  Даниэль замерла.  – Нет? И все? Без обсуждения?  – Это опасно.  – Алекс, мы у;е говорили об этом… Да и сделали. Я сидела дома, пока ты грабила, но… я больше не могу отпускать тебя одну.  – Есть шанс, что Джулиан ничего о тебе не знает! – Чуть ли не взмолилась Алекс. – Тебе будет лучше всего остаться дома…  – Ты считаешь что он не знает?! – Усмехнулась Даниэль.  И Алекс поняла, что больше всего на свете боится, что Даниэль права.  – Ему нравится причинять людям боль. Я готова защищать тебя до последнего… но не уверена, что смогу противостоять ему… Он читает людей как книги, и быстро догадается, что ты значишь для меня. И он использует это знание в своих целях. Ты даже не представляешь, на что он способен.  – Алекс, как мне тебе показать, что наша любовь не слабость, а сила?  Алекс взяла Даниэль за руки. В голосе прозвучали стальные нотки.  – Твоя любовь для меня – все… Я… Я не знаю, как тебе объяснить… Я просто не прощу себе, если с тобой что–то случится.  Даниэль разочарованно вздохнула:  – Тогда тебе не составит труда представить, что я чувствую.  – Ты же не собираешься идти?! – С затаенной надеждой уточнила Алекс.  – Собираюсь. – Твердо произнесла Даниэль. – Просто если ты уступишь сейчас, я поддамся потом. – И игриво подняла бровь.  Алекс молчала, вспоминая жестокость и бессердечие Джулиана.  – Алекс, поверь мне. Поверь в нас. Вместе мы одолеем его. И у меня есть план.  Даниэль посмотрела в голубые глаза с налетом стали. Алекс уже сдала свои позиции, и блондинка все поняла. Наконец темноволосая глубоко вздохнула и прикоснулась кончиками пальцев к губам Даниэль:  – Хорошо. Это будет наш путь.  Даниэль одним прыжком оказалась на другой стороне стола и бросилась обнимать Алекс. темноволосая не разделяла этих щенячьих восторгов. Алекс впервые в жизни молилась.

Звонок в дверь отвлек Даниэль от уборки посуды со стола. Открыв дверь, она не ожидала увидеть там полицейского, нерешительно переминавшегося с ноги на ногу.  – Даниэль Стаффорд?  – Да.  – Мне нужно проводить Вас в участок. Детектив Боуин хочет поговорить с Вами.  Даниэль опешила. Алекс не было дома – она ушла на встречу с Сэлом. И Даниэль хотела сперва поговорить с ней, а потом уже с полицией.  – Ко мне должны придти гости. Я могу прийти позже?  – Боюсь, что нет, мисс.  Даниэль прихватила пальто и закрыла дверь. Желудок свело от страха.

Сэл метался из угла в угол, с тревогой ожидая, когда же появится Алекс.  – О! Алекс! Наконец–то!  Темноволосая смекнула, что Сэл не просто так нервничает.  – Что? Все насмарку?  – Проблемы. Ювелир, который скупил краденое, дал мои координаты. Они отреагировали мгновенно. Ввалились пять варваров и все обыскали… Но, конечно, они ничего не нашли. Им бы и в голову не пришло…  – Точно ничего не нашли? Ты уверен?  – Уверен! И у них нет доказательств. Но, Алекс, они теперь наверное за тобой следят… Они будут давить на меня, чтобы я рассказал о тебе… Они уже что–то знают. Клянусь, это не я! Но они знают о тебе.  Алекс пожала плечами.  – Им придется попотеть.  – Алекс, будь чуть серьезнее! Я волнуюсь за тебя потому, что повязан с тобой! Но они никогда не заставят меня рассказать о тебе. Надеюсь, ты мне веришь…  Алекс кивнула. Она верила ему.  – Я хотел предупредить тебя. Я не знаю, что у вас там со Стаффорд, меня это вообще не касается… но полиция теперь подозревает и ее. – Сэл увидел, как безразличие Алекс дало трещину. – Они, скорее всего, уже вызвали ее… чтобы выяснить, что она от них скрывает.  Алекс попыталась сохранить спокойствие, но живот свело ледяной судорогой плохого предчувствия.  – Спасибо, что сказал. Я могу тебе как–то помочь? У меня есть связи, я могу их задействовать…  – Не волнуйся обо мне, Алекс. деньги в нашем мире могут все. И ты прекрасно знаешь, что у меня достаточно денег, чтобы нанять самого бога в адвокаты. – Он легонько улыбнулся. – Лучше займись заметанием своих следов. Этот чувак, Боуин, похоже, настроен серьезно. Он, кажется, хочет подняться по карьерной лестнице за счет тебя.  Алекс согласно кивнула.  – Мне пора. – Она пожала Сэлу руку. – Спасибо. Я не забуду. И за мной должок.  Соль покачал головой.  – Держу пари, что теперь ты жалеешь, что не положила бомбу в тот пакет, что передавала блондиночке.  Он успел заметить, как по лицу скользнула маска боли прежде, чем она скользнула в автомобиль и машина, взвизгнув, унеслась прочь.

Даниэль ждала приглашения в офис детектива Боуина почти полчаса. Детектив Сандс тоже была там.  – Присаживайтесь, мисс Стаффорд.  – Чем могу быть полезна? – Постаралась хладнокровно произнести Даниэль.  – По–моему, вы нам соврали.  Щеки вспыхнули, и Даниэль чуть ли не почувствовала, как краснеют уши.  – Я… Я не понимаю, о чем Вы?  – Мы провели небольшое расследование, опросив соседей Вашего дяди. Всех, кто мог бы вызвать полицию. Никто не звонил нам.  – Точно? – Подвергла Даниэль сомнению слова детектива.  – И мы думаем, что полицию вызвал грабитель.  Даниэль была поражена.  – Не понимаю? Зачем ему?  – Может быть она не хотела, чтобы «ее» партнерша была связана слишком долго.  Кровь застыла в жилах Даниэль, когда она услышала «ее». Он знает об Алекс? Даниэль запретила себе думать об этом и вскинула брови:  – Партнерша? Вы меня подозреваете?  – Да.  – Ха! Зачем мне воровать у собственного дяди?  – Два с половиной миллиона – весьма ощутимый стимул.  – Вы ошибаетесь.  Детектив Боуин отчаянно блефовал. У него не было доказательств – только догадка, основанная на интуиции, которая никогда не подводила его. Сейчас блеф был единственным шансом вырвать признание у мисс Стаффорд.  – Нет, это Вы ошибаетесь, мисс Стаффорд. Мы уже почти довели дело до конца. У нас есть свидетель. Он заложил ее ради собственной шкуры.  Мысли Даниэль помчались вскачь. Несколько часов назад Алекс рассказала ей о Сэле и о необходимости встретится с ним… Западня? Или нет? Сердце часто–часто забилось от волнения.  Детектив заметил сомнения и наклонился:  – Просто я наблюдал за вами последние несколько дней. Мы все знаем о твоей подружке. И можем повесить на нее грабеж и убийства. – Детектив посмотрел на Даниэль и тотчас понял, что она проглотила наживку.  Даниэль замерла – казалось, она вот–вот упадет в обморок… Детектив решил надавить сильнее:  – Все уже решено. Она сделала большую ошибку, украв картину. Теперь у нас есть доказательства.  Даниэль закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Бесполезно. Признается – не признается – без разницы…  – У нее не было выбора. Ее шантажировали.  Боуин улыбнулся и посмотрел на Марису.  – И кто же?  Даниэль помолчала и выдавила:  – Джулиан Сезари.  Мариса опешила и недоверчиво посмотрела на Боуина. Тот покашлял и продолжил допрос.  – Может быть, мы сможем помочь Вашей подруге… Если у нас будут доказательства виновности Сезари, я уверен, мы договоримся.  Даниэль от волнения едва слышно прошептала:  – Он ее убьет…  – Если у нас будет достаточно доказательств, мы сможем спрятать Вашу подругу с помощью программы защиты свидетелей.Даниэль молчала.  – Мне кажется, у Вас нет выбора. Я сделаю так, чтобы она сначала попалась… А потом освободим ее. Нужно заставить Джулиана поверить, что она попалась. Как считаете?  Даниэль никак не могла унять дрожь. Мариса сочувственно положила руку на плечо блондинке.  – Мы поможем ей. У нее есть шанс. – А Даниэль все молчала.  Боуин подошел к Марисе и шепнул:  – Возьми автомобиль и подвези ее.  Даниэль услышала его и скороговоркой выпалила:  – Нет! Подождите! У меня есть доказательства! Я их отдам, если Вы защитите ее!  – Я смогу добиться этого. – Боуин улыбнулся и посмотрел на коллегу. Отличная работа. Скоро у них в руках будет и Вор века, и Джулиан Сезари.

После ужасной встречи с Боуином, Даниэль отправилась в Центр. Она несколько часов просидела там, а потом вернулась в дом Алекс.  Даниэль не стала тратить впустую время – отправилась в спальню, сняла половицы… Ключом открыла сейф и достала документы. Чувствуя себя предательницей, она закрыла сейф, убрала на место половицы и с тяжелым сердцем пошла в участок.  Когда она вернулась, Алекс уже ждала ее. Даниэль рухнула к ней в объятия. Сказалось напряжение дня.  – Даниэль, что случилось? Что с тобой?  Даниэль отпрянула от Алекс.  – Все хорошо. Я волновался за тебя. Я так рада видеть тебя!  Алекс погладил ее по щеке.  – Тебе не о чем волноваться. – И ласково улыбнулась.  – Все в порядке? Сэл?  – Все было так, как я и предполагала. Полиция пыталась его расколоть. Но он ничего не сказал и назначил мне встречу для того, чтобы предупредить меня.  Алекс изо всех сил пыталась успокоить любимую.  – У них ничего нет на меня. Сэл не предал меня. Но нам стоит быть осторожнее. После встречи с Джулианом нам следует как можно быстрее смыться отсюда.  – Ты уверена, что он ничего не сказал полиции? – Не смогла скрыть возбуждения Даниэль.  Алекс помолчала. Честно говоря, она никому не верила… кроме Даниэль…  – Уверена. Я знаю его очень давно, и думаю, что он был честен со мной.  Тут Алекс увидела, как стремительно бледнеет Даниэль.  – Что? – Алекс пыталась поймать взгляд любимой. – Я пойму, если ты захочешь уйти… Я давно говорила, что тебе не стоит ввязываться в это грязное дело… – Алекс ласково погладила Даниэль по щекам. – Все хорошо. Я хочу, чтобы ты была счастлива.  – Нет. Я не оставлю тебя. – Твердо ответила Даниэль. – Просто… Я боюсь за тебя. Я… Я не перенесу, если с тобой что–то случится. – Алекс, затаив дыхание, нежно поцеловала Даниэль и заплакала.  – Как же ты нужна мне, Даниэль… – Сердце радостно забилось от этих слов, и последний барьер со стороны Алекс рухнул. А Даниэль была слишком истощена, чтобы признаться. Так они и стояли, укутывая друг друга в целебные теплые объятия.

Боуин был похож на кота, объевшегося сливок. Доказательства, которые ему принесла мисс Стаффорд, позволят арестовать Вора века и Сезари.  Он повернулся к коллеге.  – Хуже некуда ждать! У меня скоро четвертая язва появится!  – Но это стоит того. Через пару часов ты сделаешь головокружительную карьеру. Интересно, кто тебе наколдовал удачу?  Детектив рассмеялся.  – Не соглашусь с колдовством…  Они оба подскочили, когда раздалась треть телефона. Мариса нервно улыбнулась, глядя, как Боуин хватает трубку. После пары коротких фраз он повесил трубку.  – Это Стаффорд. Пора. Поехали.

Они быстро повторили ключевые моменты плана.  Но руки Алекс все равно дрожали, когда она проверяла оружие и патроны к нему – вот уже в третий раз. Она волновалась и боялась, что план рухнет. Мысли метались, словно дикие звери в клетке. Она не переживет, если Даниэль пострадает… Алекс никогда не была так возбуждена и никогда так не нервничала. Впервые ей хотелось Жить. У нее было для кого.  Даниэль кидала на Алекс встревоженные взгляды.  – Ты ничего не хочешь мне рассказать? – Неожиданно выпалила Алекс.  – Нет… Просто я нервничаю. – Даниэль чувствовала себя виноватой, но не хотела выяснять отношения сию минуту.  – Еще не поздно передумать. Ты уверена, что хочешь идти до конца? – Алекс буквально сверлила Даниэль взглядом, пытаясь докопаться до сомнений и колебаний.  Даниэль глубоко вздохнула и попыталась скрыть страх. Со всей страстью, на которую была способна, она ответила:  – Давай побыстрее закончим с этим!  Они сели на мотоцикл и помчались прочь. Зарывшись в мягкие густые волосы Алекс, Даниэль молила, чтобы у них все получилось и что она не сделает больше ошибок.

Они приехали на встречу вовремя, но Джулиан уже ждал их – окруженный телохранителями.  – Давно не виделись, Алекс.  – Не так уж и давно.  – Да ладно – приятно повидать старого друга.  – Мы никогда не были друзьями.  – Не зли меня, Алекс. Козыри все еще у меня. Такое впечатление, что любовь ослепила тебя и ты поглупела. Тебе не следовало влюбляться в нее. Она – еще один козырь, который я могу использовать против тебя. – Он подмигнул Даниэль. – М–м–м… Алекс, у тебя недурной вкус. Я могу позабавиться с ней.  Он протянул руку, намереваясь потрепать Даниэль по щеке, но Алекс молниеносным движением достала пистолет и приставила его ко лбу Джулиана. Телохранители в ответ тоже достали оружие.  – Оставь, Алекс. Ты знаешь, что проиграла. Если ты выстрелишь, мои друзья прикончат твою ненаглядную прежде, чем ты успеешь пикнуть.  – Я все же рискну, – прорычала Алекс. – Хочу поставить точку. Я не я, если не прикончу тебя.  Внезапно вспыхнул свет. Полиция. А в следующее мгновение воздух сотряс рев:  – Опустите оружие и поднимите руки!  Джулиан нахмурился и едва заметно кивнул своим людям. Они бросили пистолеты. Алекс последовала их примеру с явной неохотой. Один из офицеров быстро подобрал оружие.  В круг света вышел детектив Боуин. Сегодня был его триумфальный день.  – Мисс Стаффорд, вы можете идти. Доказательств, что Вы нам дали, более, чем достаточно.  Алекс чувствовала, что ее предали. Она явно не верила происходящему.  Джулиан повернулся к детективу и указал на Алекс.  – У меня на нее столько компромата, что Вы ее казнить сможете.  Боуин улыбнулся:  – Ого! Похоже, у нас сегодня двойной улов!  Алекс недоверчиво потрясла головой и с мукой в глазах посмотрела на Даниэль.  Джулиан впился взглядом в Алекс.  – Ты и твоя сучка! Я увижу, как вы обе гниете в аду! – Он с отвращением посмотрел на темноволосую. – Алекс, какая ирония судьбы! Ты раньше никогда не спала с предательницами?  Алекс дрожала как в лихорадке и пыталась заставить себя успокоиться. Вытащив из–за пазухи второй пистолет, она наставила его на Даниэль. На глаза навернулись слезы. А Даниэль молча смотрела в синие глаза, понимая, что для Алекс означает предательство.  – Я… Я верила тебе. – Выдавила из себя Алекс. Она направила пистолет на грудь Даниэль. Руки предательски тряслись, палец почти нажал на спусковой крючок.  – Алекс… Пожалуйста… Я…  Казалось, время замедлило бег. Тишина. Ни звука… И в этой звенящей тишине гулким эхом раздался выстрел. Алекс неестественно дернулась и упала навзничь. Пистолет звякнул рядом… Один из молоденьких полицейских побледнел, увидев, как на груди темноволосой растекается алое пятно.  – Не–е–е–ет! – Что есть сил закричала Даниэль и бросилась к Алекс, но Джулиан подхватил пистолет, который уронила Алекс, и выстрелил. Полиция скрутила его, но было поздно – Даниэль тяжело рухнула у ног Алекс.  Молоденький полицейский еще больше побледнев, кинулся нащупывать пульс.  – Обе живы!  Тем временем полицейские нацепили наручники на Джулиана и зачитали ему права. Спустя несколько минут приехала скорая.  Санитары оперативно погрузили женщин на носилки и умчались прочь.

В скорой царила зловещая тишина. Пронзительный вой был единственным звуком в этом жутком мирке. Темноволосая фигура склонилась над ранеными женщинами. Блондинка все еще бледная, как смерть… Человек осторожно вынул иглу из руки светловолосой и пожал ее.  – Мисс, просыпайтесь. Обе.  Алекс и Даниэль открыли глаза и приподнялись на локтях. Алекс расслабилась сразу же, как увидела улыбающуюся любимую, но не удержалась от осмотра ран.  Даниэль легонько чмокнула Алекс и сжала плечо.  – Проклятье, ты была права! Жутко больно!  – С тобой точно все в порядке? – Снова забеспокоилась Алекс, пытаясь унять дрожь.  Даниэль не смогла не рассмеяться:  – Жить буду.  Алекс вернула улыбку.  – Будем вместе. – Она прижала Даниэль к себе.  Никки приподняла брезент в углу, чтобы показать четыре трупа.  – Эй, вы двое! Мне помощь нужна!  Алекс подскочила как ужаленная.  – Давайте все вместе! У нас мало времени!  Женщины работали быстро и слаженно, пока Кейт вела машину. Нацепив на себя униформу с трупов, они уложили двух на носилки и приделали капельницу. Третьего усадили в угол.  Даниэль брезгливо прикасалась к трупам, которых Энн достала из морга для их целей – она никак не могла избавиться от чувства, что виновата перед ними.  – Они на нас не похожи, – съязвила Даниэль.  – Не, сойдут… Нам и нужно всего лишь сбить с толку преследование… – Уверяла Алекс скорее себя, чем Даниэль. – Если мы хорошо сыграем, никто ничего не заподозрит.  Кейт связалась с ними по внутренней рации.  – Приготовьтесь. Мы на месте.  Она остановила машину в двухстах метрах от утеса. Алекс быстро затолкала четвертый труп на водительское сиденье.  Неподалеку стоял фургон. Энн вышла из машины, следом за ней выскочила Шип. Алекс пожала последней руку.  – Будь осторожна.  – Не боись.  Шип уселась на колени трупу, не обращая внимания на три пары встревоженных глаз. Она ловко завела мотор, включила передачу, направила машину к пропасти. Когда автомобиль покатился по наклонной, она выскочила из окна. Алекс облегченно вздохнула и поспешила помочь Шип. Женщины не медля сели в фургон и уехали прочь.

Автомобиль Боуина прибыл к обрыву спустя несколько минут. Раздался оглушительный взрыв. Детектив печально смотрел, как огонь лижет останки скорой. Покачав головой, он отвернулся – вряд ли кто–то выжил в эпицентре взрыва.  И, кажется, ему понравилась мисс Стаффорд. Как жаль что все так быстро закончилось – даже толком не успев завязаться…  – Сучки получили по заслугам, – зашипел Джулиан, сидя на заднем сиденье полицейской машины.  Детектив Боуин окинул его презрительным взглядом.  – Думаю, тебе самое место в тюрьме. Будешь гнить там до скончания века.

В фургоне воцарилась тишина.  Алекс притянула к себе Даниэль.  – Блестящий план.  Даниэль счастливо улыбнулась, и Энн с Шип явно расслабились.  Даниэль повернулась к Алекс и посмотрела ей в глаза.  – Я же сказала тебе, что из нас получится отличная команда!  Сердце Алекс учащенно забилось.  – Ты права.  Даниэль стянула рубашку, испачканную кровью. Алекс вздрогнула, когда увидела большой черный синяк на груди блондинки.  Даниэль улыбнулась и мягко погладила Алекс по руке.  – Все хорошо. Правда. – Шепнула она ей.  – Нет, не все.  Даниэль взяла ее за руку.  – Что случилось? Почему ты не выстрелила в меня, как мы планировали?  – Я… Я не могла… Не могла заставить себя нажать на курок. – Алекс нервно запустила пятерню в волосы. – Рэйчел спасла нас, выстрелив в меня. – Алекс опустила глаза, понимая, что чуть не подвела Даниэль.  А блондинка лишь легонько сжала ей руку.  – Я все понимаю. Я не знала что и думать, когда ты упала… Все было как по–настоящему… – По спине пробежала волна противных мурашек. Даниэль отмахнулась от них продолжила: – Но судьба благоволила нам. Интересно, Джулиан когда–нибудь узнает, что помог нам?  – Им всегда управлял гнев. Он не любил проигрывать и хотел видеть нас мертвыми.  – Надеюсь, с Рэйчел все будет хорошо.  – Будет. И у полиции теперь есть доказательства.  – Ты все предусмотрела. Я бы поймалась на уловку полиции, если бы ты не предупредила меня.  Алекс погладила Даниэль по щеке.  – Нет. Ты бы все сделала еще лучше!  Даниэль обрадовалась, что Алекс верит в нее.  – Это был единственный путь, когда он сказал, что ты оставила следы. Я хорошо поработала. Видела бы ты этот спектакль!  Алекс хитро ухмыльнулась.  – Не сомневаюсь. Мне нравится все, что ты делаешь.  Даниэль покраснела. Даниэль согревала ей сердце. Любовь захлестнула ее, и Алекс вдруг поняла, что устала. Столько дней в напряжении, и теперь у них есть шанс…  – Эй? Все хорошо? – Спросила Даниэль.  Алекс пожала плечами и улыбнулась.  – Все отлично. Просто в последнее время меня всю искололи в постели, – подмигнула она Даниэль, и блондинка покраснела во второй раз.  Шип обо всем догадалась и усмехнулась. А Алекс повернулась к ней.  – Отличная работа со спецэффектами.  – Без проблем. Уже есть практика. Легче обвести вокруг пальца идиотов из полиции, чем телезрителей.  Алекс засмеялась и тоже стянула с себя окровавленную рубашку, убирая из кармашка пакетик с кровью.  Когда они подъехали к аэропорту, Алекс вдруг притихла. Даниэль почувствовала борьбу любимой и сжала руку. Алекс вздохнула.  – Я не знаю, что сказать… Как отблагодарить вас… Вы подарили мне второй шанс.  – Ну самое малое, что ты можешь сделать – обнять! – Шип заграбастала темноволосую в медвежьи объятия. – Позаботься о ней, – попросила Шип, и Алекс улыбнулась.  – Обязательно.  Энн застенчиво пожала протянутую Алекс руку.  – Спасибо за помощь, Энн.  Даниэль поцеловала Энн в щеку, заставив ее покраснеть.  – Не надо нас благодарить. Это все Рэйчел.  – Позаботься о ней, и постарайтесь не влипать в неприятности, – шепнула на ушко Даниэль Шип, когда обнимала ее.  Энн направилась к выходу. Кейт и Никки летели вместе с Алекс и Даниэль – ведь они все мертвы для закона. И теперь четверка, в предвкушении новых приключений, отправлялась в будущее, стремясь поддержать друг друга.  Алекс взяла пакет и вручила каждой женщине по паспорту. Даниэль нетерпеливо открыла его. Когда она увидела имя, то улыбнулась. Теперь ее зовут Габриель. Даниэль счастливо улыбнулась.  – Это просто здорово, Алекс! Замыкаем круг?  Алекс улыбнулся в ответ.  – Так естественно, да?  Шип и Энн сидели в фургоне. Энн вытерла сбежавшую слезу, а Спайк боролась с самой собой, чтобы не кинуться вслед за подругами, уходящими через стеклянные двери аэропорта в новую жизнь.  Наконец Шип повернулась к Энн.  – Проклятье, ты была сногсшибательна! Я даже подумала, что это не ты, а Кейт, – улыбнулась она и погладила Энн по плечу.  – Я столько трупов уже повидала… Хорошо, что этим четырем дана дорога в жизнь. – Легкая улыбка озарила ее лицо.  – Ты сильная. И, знаешь, мне показалось, что тебе понравилось наше маленькое приключение!  Энн в ответ широко улыбнулась. Шип смотрела на нее обожающими глазами, и Энн это нравилось.  – Ты права.  Спайк притянула Энн к себе.  – Как насчет заскочить куда–нибудь перекусить?  Женщины улыбнулись друг другу и поехали, чувствуя, что теперь все будет хорошо.

ЭПИЛОГ

Даниэль стояла на балконе их нового дома, задумчиво всматриваясь в раскинувшееся под ногами Эгейское море. Захватывающее зрелище. Алекс смотрела на Даниэль, восхищаясь и созерцая. Она медленно подошла к ней и положила руку на плечо.  – Ты жалеешь, что бросила семью и родину только ради того, чтобы остаться со мной?  – Ни секунды. – Повернулась Даниэль. – Ты моя семья, ты мой дом.  – Спасибо. Я никогда не была так счастлива.  – Если кто–то и заслуживает счастья, так это ты.  Алекс задумалась о чем–то.  – Было трудно… Когда дуло пистолета было направлено на тебя…  Даниэль с любовью посмотрела на Алекс. рукой она легонько провела по ушибу на груди.  – Еще побаливает… – Алекс вскинула брови, а глаза Даниэль замерцали. – Ты должна посмотреть, почему… Уверена, ты сможешь облегчить боль…  Алекс улыбнулась и подмигнула любимой.  – Я посмотрю, что можно сделать.  Она осторожно расстегнула блузку любимой и отбросила ее. Синяк на груди уменьшился, но совсем чуть–чуть. Глаза скользнули ниже и провели по возбужденным соскам. Алекс не удержалась и припала губами к груди.  Даниэль судорожно вздохнула.  – Ах… По–моему, ты промахнулась мимо ушиба…  – М–м–м… Не может быть…  Даниэль улыбнулась и закрыла глаза.  – Убедила. Еще болит чуть ниже…  Алекс послушалась Даниэль и опустилась на колени перед ней, покрывая поцелуями каждую клеточку тела, обдавая горячим дыханием, прокладывая влажную дорожку. Стоны Даниэль говорили, что Алекс не прогадала и им предстоит новое путешествие в фантастический мир.

Content

ЛЕД И ПЛАМЯ
Fire and Ice by Friction

ЧАСТЬ I

ЧАСТЬ II

ЧАСТЬ III

ЧАСТЬ IV

ЧАСТЬ V

ЧАСТЬ VI

Часть VII

ЭПИЛОГ