Владимир Мясоедов

Земли меча и магии. Друид

СамИздат 2015

Пролог

— Пойми, лично против тебя я ничего не имею. Ну, подружили, переспали, не сошлись характерами, продолжили общаться чисто как друзья…Даже двадцать лет назад это считалось вполне нормальным, а уж с нынешней легкостью нравов и говорить то не о чем. — Мужчина сорока с чем то лет запнулся, видимо подбирая слова. Похоже, он интуитивно чувствовал неправильность совершенных и только планируемых к осуществлению в ближайшем будущем поступков и пытался оправдаться не то перед подчиненными, не то перед самим собой. — Но пойми, речь ведь идет о моей единственной дочери! И именно ты подсадил её на эту дрянь! Так, аккуратнее его в гроб кладите, живой человек все‑таки, не мешок с картошкой.

— Ммм! — Только и мог ответить ему я, свирепо вращая глазами…Ну, хотелось бы думать, что свирепо, а не жалобно, испуганно и умоляюще.

— Моя дочь ушла. Ушла безвозвратно. И это твоя вина. А значит, ты отправишься следом. — Устало констатировал мужчина, взирая на меня с какой‑то бессильной болью. Смотрелось достаточно жутко. Больно уж внешность у этого громилы, имеющего кучу заживших переломов, несколько ужасных ожогов, пару отравлений и вызвавшую его списание контузию, была устрашающей. Рост отставного пожарного составлял целых два метра, да каких! Если бы его угораздило попасть в натуральное Средиземье, то орки скорее всего приняли бы данного персонажа за своего нового вождя. Или короля. Узкие глаза — щелочки, которые на лице найти не так уж и просто. Руки, свисающие почти до колен и толстые, как ноги у нормальных людей. Лопатообразные ладони, которыми легко дробить кирпичи и кости. Уродливая плешь лысины аж с двадцати лет оставившей на его черепе лишь жалкое обрамление из волосков по краям. — Ничего больше я для неё сделать не могу. Ну, разве только самому уйти той же дорогой. Вот только куда прикажешь тогда девать моих престарелых родителей, супругу и сына? Закрывайте!

Крышка гроба захлопнулась оставив своего пленника в относительной темноте, разгоняемой лишь мерцанием нескольких встроенных в мое последнее пристанище приборов. Мне осталось еще секунд двадцать бодрствования, прежде чем они отключат помещенного в высокотехнологичный саркофаг человека. Феномен срыва, проклятый и благословленный…Скоро мне предстоит испытать его на себе. Ведь эта вирт — капсула имеет отключенные настройки безопасности и накрепко блокирует своему обитателю возможность связаться с администрацией или даже полазить на форумах. Все предусмотрел этот…Заботливый родитель! Одна осталась надежда. На дракона, который является одной из визитных карточек игры, куда меня собираются засунуть. Ходят среди её завсегдатаев упорные слухи, что временами управление этим достаточно интеллектуальным ботом перехватывают админы, чтобы поразвлечься.

— За тобой будут ухаживать не хуже чем за Олесей, я обещаю! И когда сорвавшихсянаучатся возвращать, ты сможешь дать мне в морду, стать таки зятем или даже подать в суд. — Продолжал вещать старшина пожарной дружины, с чьей дочерью я какое‑то время встречался. — И семью вашу мне поддержать совсем не трудно будет! Только ты помоги ей там, слышишь?! Она же где‑то там скитается совсем одна…

Окружающее меня пространство потемнело, меняя реальную жизнь на виртуальную. Ну, здравствуйте, Земли Меча и Магии и да будьте вы прокляты вместе с этим идиотом, мной и дурындой, из‑за которой все это началось!

Глава 1

— Аааа! — Не смог удержаться от вопля, когда начал падение вниз через облака. Проклятье, ну нафига они сделали этот момент таким реалистичным?! Я же до чертиков высоты боюсь, у меня голова даже при взгляде вниз с пятого этажа кружиться начинает!

— Приветствую тебя, неумирающий! — Расправил крылья громадный ящер, чья чешуя будто светилась изнутри от бушующего в недрах чудовища пламени. В реальном мире такому гиганту сломала бы все кости собственная масса. Даже плавающие в океане синие киты, по — моему, меньше этой громады раз в пять — шесть будут. Приветствие подобных масштабов…Подавляло. И вызывало желание как можно скорее покинуть такое оригинальное меню начала новой игры. — Перед тобой открыт долгий и славный путь! Совсем скоро ты станешь владыкой бескрайних земель, полководцем бесчисленных армий, тем чье имя ужасает и повергает в священный трепет! И пусть сгорит в огне все то, что посмеет перечить! Скажи, как будут звать тебя в этом мире, бессмертный!

— Дай мне связь с администрацией. Ну, можно для начала с техподдержкой.

— Ты уверен, что хочешь взять это имя? — Сморгнув, уставился на меня в недоумении дракон.

— Нет, это не имя. — Устало вздохнул я, понимая, что последний лучик надежды начал стремительно угасать. — Я хочу поговорить с администрацией. А лучше сразу с полицией. И сообщить о похищении человека.

— Это слишком длинное имя. — Нахмурился чудовищный ящер, в башке которого должно было находиться несколько десятков тонн мозгов. — Я бы посоветовал выбрать другое, но если ты настаиваешь…

— Ох, как тяжко в нашем королевстве… — Помимо воли вырвалось из моего рта при окончательном осознании одной простой истины. Передо мной бот. Пусть даже очень продвинутый, имеющий множество схем поведения и даже какие‑то зачатки логического анализа. Оставалась надежда на то, что методом перебора мне рано или поздно удастся найти кодовое слово, выводящее на техподдержку. Или банально дождаться одного из администраторов, которому станет интересно, о чем это тут мы так долго беседуем. Эх, и угораздило же меня в свое время с этой Олесей познакомиться! — Аварийная связь? Диспетчерская? Я хочу сообщить о критической ошибке?

— Ты говоришь странные слова, неумирающий. — Злобно рыкнул чудовищный ящер, способный с ходу проглотить некоторые из виденных мной самолетов. — И они мне не нравятся!

…

Существует пять стадий принятия неизбежного. Отрицание. Гнев. Торг. Депрессия. Принятие. Дракон, который похоже представлял из себя не просто бота, а являлся почти полноценным искусственным интеллектом, прошел их все. Я тоже, но чуть раньше. А потому сейчас с некоторым извращенным садистским наслаждением наблюдал за мучениями рептилии, которой просто сожрать источник головной боли в моем лице мешали жесткие программные запреты.

— Позвонить в девять один — один? — Уже чисто из принципа пытался я подобрать правильный подход к неустойчивой программе. Наиболее простые, понятные и логичные ключевые слова кончились в течении часа, а потом в ход пошли самые дикие варианты. И, кажется, не по одному разу. Нам вроде бы некуда было торопиться, а потому мне никто не мешал изводить собеседника самыми дикими словосочетаниями и предположениями. — Я хочу убить президента. Премьера. Папу Римского!

— Убей, неумирающий! Убей их всех! — Преданно посмотрела мне в глаза гигантская рептилия, которую раньше явно никто не пытал подобным образом. — Сделай уже свой выбор и иди убивать! Ну, пожалуйста!

— Христос воскрес. Алах акбар. Хали Гали Кришна. — Я уже и сам не до конца понимал, что за чушь несу. Время, конечно, штука субъективная а в виртуале можно не ощущать голода и жажды…Но до тридцати шести тысяч, а именно столько секунд имеется в десяти часах, мне уже один раз досчитать по одному получилось. И пусть в процессе пару раз сбивался и начинал чуть ли не с начала, в меньшую сторону уменьшить временной интервал это никак не могло. — Цветная революция, госдеп меня завербовал, ЦРУ отстой и поддерживает террористов, секс, насилие, оружие, дети и розовый пони. А все это на видео и раздается с торрентов!

Дракон обессилено и жалобно застонал, прикрывая глаза веками, морду лапами, а их в свою очередь крыльями. Да, беседовать с идиотами тяжелое дело, по себе знаю. Однако, похоже, настала пора мне определяться с персонажем и двигаться дальше. Иначе я рискую оказаться первым в мире идиотом, который ушел в срыв прямо не выходя из главного меню! Итак…Что мы имеем или хотим поиметь? Олесю. В особо извращенной форме, с циничной жестокостью и не один раз подряд. Эх, надо было все‑таки это еще в реале сделать! Глядишь, девка бы подуспокоилась чуток и папаша её меня бы сюда не запихнул…

С дочерью контуженного пожарного я общался уже лет пять. В основном как приятель, с которым можно обсудить хорошую книгу, фильм или провести захватывающую партию в виртуальном сражении часов на шесть. Но пару раз доходило таки до дружбы организмами. Возможно, доходило бы куда чаще, вот только Олеся пошла в папу во всем кроме роста. Нас и познакомили то на вечеринке, где обычные девушки всячески старались играть на контрастах, используя далекую от модельных стандартов сверстницу как фон. Жестокая правда жизни такова, что мужчинам не слишком интересен внутренний мир женщины, когда его внешняя оболочка подкачала. И если в темноте, во время буйства подростковых гормонов и с помощью алкоголя я еще как‑то мог убедить себя, что рядом находится замечательная во всех отношениях подруга, то на свету…В общем, мое предложение не переводить контакты в горизонтальную плоскость сильно ударило по её самолюбию. Однако никаких других не связанных родственными узами лиц противоположенного пола, хоть изредка оказывавших ей какие‑то знаки внимания, Олеся вокруг себя просто не находила. А потому общения со мной, вернувшегося обратно в дружеские рамки, не прекращала. И вот, около месяца назад, моя новая пассия в лицо обозвала не достигшую отметки и в полтора метра двадцатилетнюю девушку весом в девяносто с лишним килограмм 'колобком'. А также заявила, что у нормального человека на такую обезьяну никогда ничего не поднимется. В качестве доказательства своих слов, она предложила посмотреться той в зеркало. Олеся послушалась, критически оценила увиденное и психанула. Ну, будем честны, ей было с чего,

— Эй, башка крокодилья, ты там живой? — Позвал я дракона. — Отомри, я похоже дозрел до готовности делать свой выбор!

— Правда? — Робко осведомилась ящерица, похоже не поверившая своему счастью. — Честно — честно? Тогда скажи уже, как звать то тебя будут в этом мире, неумирающий?!

— Эльдар. — Выдал я свой обычный ник в разного рода сетевых баталиях. Благо особо напрягать фантазию с ним не приходилось.

— Ты не можешь использовать это имя… — Со страхом произнес дракон, понизив голос в конце до едва слышного шепота.

— Что значит не могу?! — Возмутился я подобным произволом, не сразу сообразив, что стоило просто добавить к игривому нику пару цифр или какое‑нибудь прозвище. Хотя, раз уж сумел собеседника до нервного срыва довести, так может его и дожать получится? — Меня мама с папой так назвали! Саблин Эльдар Русланович! Имя 'Эльдар' в переводе с тюркского означает повелитель страны! Запомни его и плюй в морду всякому кто скажет, будто эльдаром называют какого‑то космического эльфа! Или…Может, тебе скучно? Может, ты хочешь поговорить об этом?

Не надо, Эльдар! Я запомню, Эльдар! — Зачастил дракон, перепуганный угрозой. — Я тебя, Эльдар, уже никогда не забуду! Помирать буду, вспомню…Назови свой цвет!

— Зеленый. — Ответ на этот и следующий вопрос были не сложными. А вот дальше…Дальше надо было думать. Олеся, когда готовилась уйти в виртуал, где она навсегда станет писаной красавицей, проявила незаурядную смекалу. В первую очередь она выбрала для себя очень интересную вселенную. Такую, где ей изначально будут подчиняться многие, холя и лелея свою госпожу. В землях меча и магии моя подруга избрала для себя ипостась волшебницы — светлой эльфийки. Ей принадлежал целый замок, в котором уживались представители трех рас. Сами эльфы, гномы и хоббиты.

— Герб! — Продолжал ковать железо дракон, которому явно не терпелось избавиться от меня поскорее.

— Дубовый лист. — Ответил я, почти не думая. Олеся какое‑то время была счастливой обладательницей собственного маленького волшебного королевства, груди пятого размера, осиной талии, едва ли не баскетбольного роста и умопомрачительной подтянутой попки. Успешно сорвавшись, она вышла на связь с метавшимися в панике из‑за пропажи родителями и все им рассказала. Понятное дело, те не обрадовались…Но тогда делать меня крайним еще никто не собирался. В конце‑то концов, ведь девушка находилась в тепле и уюте, а также нисколечко не тяготилась собственным положением. Проблемы начались после. Через двадцать один день.

— Расу! — Продолжал выплевывать слова в пулеметном темпе дракон.

— А вот тут надо подумать. — Мой ответ заставил его ощутимо напрячься. По истечении третьей недели область, в которую попадает новый игрок, лишается барьеров защищающих её от старожилов этого мира. И после непродолжительного сопротивления рати остроухой волшебницы разбили соседи. Саму её вытряхнули из удобных апартаментов и едва не засунули в темницу. Спасли преданные до последней капли крови телохранители и умение телепортироваться. Счастливо унесшая ноги из захваченного замка девушка какое‑то время скиталась по дорогам этого мира, но постоянно нарывалась то на одних, то на других…Её пытались взять в рабство, чтобы продать в чей‑нибудь гарем, хотели просто изнасиловать, тащили на костер как ведьму и нелюдь, приносили в жертву или незатейливо жрали живьем. Спасали лишь возможность возрождаться и заклинание самоиспепеления. — Хорошенько подумать.

Когда до Олеси дошло, что окружающая её сказка не такая уж и добрая, она поступила как всяческая девушка её возраста. Разрыдалась и помчалась плакаться родителям. Обратной дороги для сорвавшихся пока не нашли, а потому им оставалось только утешать по редкой и дорогой связи своего ребенка морально…Вот только у папаши её чего‑то в голове перемкнуло, и он нашел того, кто должен все исправить. Меня. Надо сказать, похищение этот мужик со своими друзьями провернул достаточно профессионально, я даже и вякнуть ничего не успел. Прямо будто служили они не в государственной организации по борьбе с огнем, а в мафии какой‑то!

— Решай, неумирающий. — Робко поторопил меня дракон, явно опасающийся снова застрять на одном месте на несколько часов из‑за не слишком адекватного игрока. — Решай поскорее.

Возьмем за аксиому тот факт, что своего замка я тоже лишусь. Не хотелось бы, конечно но…Ну, мало шансов у одиночки против сработавшегося альянса. А если рядом с тем местом, куда меня закинет игровой рандом, такого не окажется, тем лучше. Но изначально стоит создавать максимально самостоятельного персонажа, который бы имел шансы неплохо жить и без личных владений. Мог бы приткнуться к большинству компьютерных лордов и не выглядеть белой вороной в большинстве игровых замков, а также достаточно сносно чувствовал себя в отрыве от цивилизации. И, пожалуй, стоит действительно скорректировать своего персонажа так, чтобы он мог легко сработаться с Олесей. Во — первых, человек она мне не чужой. И то, что её отец слетел с катушек вовсе не повод рвать с девушкой все контакты. Во — вторых, два героя или даже союзных владетеля куда лучше, чем один. А уж если их способности и войска друг друга в связке усиливать будут…

— Полуэльф. — Определился я с выбором. Плоды межрасовых союзов в землях числились существами второго сорта, поскольку считалось, будто берут они лишь самое худшее от родителей. Подданные будут не слишком охотно слушаться подобного владыку, однако авантюрист, вор или бродяга — полуэльф не вызовут никакого удивления. Их могут нанять на работу или терпеть рядом с собой как светлые, так и темные существа и герои. Подобного персонажа пустят в человеческий замок, скажем как инструктора или знахаря. Не выгонят при соблюдении определенных правил хорошего тона из зачарованной пущи и подгорного замка. И даже какой‑нибудь вампир или некромант может рассмотреть подобный отброс общества не только как заготовку для нежити, но и как ценного шпиона и обладателя редких среди его подданных способностей к коммуникации, внешней торговле, наиболее типовым и оттого дешевым благословлениям. — Мое текущее тело под расовые показатели скорректировать, мускулов чуть побольше и покажи результат…Да, так вполне пойдет.

— Класс? — Согласно кивнул головой дракон, в голове которого прямо‑таки читалось огромное облегчение. Видимо боялся, что я буду еще пару часов играться с телосложением, крутизной надбровных дуг, да длинной главного мужского органа. А вот хрен ему тертый вместе с редькой! Меня все устраивает, да и не одного меня, в общем‑то…

— Пожалуй, мне больше по душе фракция природы. — Определился я с выбором после недолгих раздумий. Как истинные нейтралы друиды встречались в штыки только наиболее оголтелыми мерзавцами и фанатиками. И в отличии от тех же некромантов и чернокнижников вполне могли рассчитывать на ровное к себе отношение со стороны окружающих. А еще они прекрасно играли от обороны даже против сильно превосходящего врага, превращая дорогу по их лесу для любого завоевателя в настоящую полосу препятствий. Да и…Ходили слухи, что не все так просто с цифровыми мирами. В Друмире, говорят, вообще боги ожили и теперь друг с другом вовсю за власть дерутся. А Мать — Природа всяко будет поспокойнее, чем какой‑нибудь Темный Властелин или Светлый Повелитель. Все живущие её дети, кружащие в бесконечном цикле жизни и смерти. И вникать в их мелкие разборки за власть, территорию и самок ей нет никакого резона. Конкуренция — тоже часть этого круговорота, хищники травкой не питаются, да и могильным червям кого‑то жрать надо. — Ну, знаешь элементали, волки, тигры, медведи, энты и всякое такое…

— Фракции природы как самостоятельной силы больше нет в этом мире. — Дракон, кажется, смутился. — Вернее есть, но с ней что‑то случилось….Не знаю, что. Теперь силами и созданиями природы повелевают в основном волшебницы, а темные друиды живут среди людей…Но несколько старых замков осталось и я отправлю тебя в окрестности одного из них, если пообещаешь никогда больше не возвращаться!

— Заметано. — Согласился я, осмысливая услышанное. На форумах такого не было…Кажется. Или было? Все‑таки давно мне доводилось их читать.

— Тебе будет доступно одно из умений, изначально присущих только друидам. — Ощутимо расслабился дракон. — Верный друг, позволяющий завести себе спутника — фамильяра, равного по уровню и почти равного по силе. Лесная стража, твои войны изначально будут знать, как вести войну среди деревьев. Хранитель леса, дикие животные постараются не атаковать тебя и позволят приручить себя с меньшими усилиями.

— Хранитель леса. — Легко определился я. Завести врагов к нейтралам, которые тебя не тронут, что может быть милее? А еще их же можно будет и вербовать…Особенно, когда прокачаешь нужные навыки. Если лишусь замка, то возможность пополнения армии будет дорогого стоить.

— Желаешь перераспределить доступные единицы характеристик или оставишь все так, как есть? — По глазам было видно, что дракон надеется на второй вариант. Однако тут придется его обломать!

— Перераспределю! — Уверенно заявил я, сразу же вчитавшись в появившееся передо мной короткое меню из шести пунктов. Сила, выносливость, ловкость, сила магии, устойчивость к откату, ментальная выносливость. Всего по десять пунктов.

Хм…У разного рода колдунов в землях две основные проблемы. Стартовой рандом может дать в книгу заклинаний почти бесполезные спелы, малоприменимые без личной армии. И то, что магия восстанавливается по чайной ложке в час. Особенно без замка. На форумах я несколько раз читал возмущенные вопли усиливавших последние три показателя игроков, снизивших физические кондиции героя до единицы. Их лишившийся своих владений архимаг мог бросить свой любимый, красивый, мощный огненный шар лишь раз в сутки. А остальное время он являлся жалким старикашкой, которого соплей перешибет пьяный гоблин. Совсем ударяться в дикость и варварство мы, конечно, не будем…Но по шесть пунктов из характеристик магических уберем и в характеристики физические добавим! Возможность накостылять без магии противникам дорогого стоит и неплохо увеличивает репутацию среди собственных войск. Плюс попадалась как‑то на глаза статья про поединки и дуэли, в которых 'жульничать' при помощи чар среди многих групп существ не полагается…

— Выбери же те знания, которые будут доступны тебе. — Предложил дракон переходить к предпоследнему пункту нашего итак слишком уж затянувшегося общения. — Не все они раскроются сразу, а с течением времени можно их дополнять и улучшать. Однако же поначалу лишь они и будут тебе доступны, а потому выбирай мудро.

Книжный шкаф с огромным количеством книг так и манил к себе…Жаль, но выбрать оттуда можно лишь одиннадцать томов, хранящих в себе начальные знания по магии, редкие умения или навыки управления какой‑либо расой. Так, сначала решим с последними…У Олеси были эльфы, гномы, хоббиты. Значит, я возьму людей. Как родственная полуэльфу раса она будет стоить один пункт. И зверолюдей по два приплюсуем. Минус три с общего счета, восемь осталось. Первые нужны для экономики, вторые хороши в бою. Ну а обычных зверюшек и их логова можно будет подчинить классовым навыком и дипломатией. Вместе с ратями моей подруги, если завоевать ей замок, они перекроют чуть ли не пятую часть всей доступной для массового найма линейки юнитов. При действиях в союзе можно будет подобрать оптимальный состав отряда для любой ситуации. Хотелось бы еще и чудовищ заиметь, благо специализация друида позволяет, да только передерутся они с теми же крестьянами, которых рассматривают в первую очередь как жратву. Хуже друг с другом ладят разве только эльфы и дроу…Хотя ходили на форумах невнятные слухи об одном извращенце, который как‑то сумел запрячь их в одну упряжку и даже не сразу после этого куда‑то пропал.

Так, осталось восемь пунктов, переходим к умениям. Магия материи она же стихийная, магия жизни, белая магия, магия разума. Все по одному томику. Поначалу колдовать сильно и мощно я все равно не сумею, а перспективы для развития и начальный набор подобная выборка дает неплохие. А некромантией, демонологией и иже с ними друиду заниматься все равно как‑то не с руки. Толерантность надо первым делом приобрести. Эх, дорогая зараза, по двойной цене идет! Но без неё люди со зверолюдьми будут непрестанно собачиться, а о полноценном сотрудничестве с представителями других замков и вовсе можно забыть. Чего же взять на последние два пункта то? Точно, мастера дипломатии! Не всех можно умаслить банальным золотом, но даже дикие звери доступны для подкупа, если подойти с умом. Стоп, а это чего за потрепанный тонкий томик в алой обложке сливается по цвету с мореходством?! Я его заметил лишь потому, что провел пальцами по переплетам и наткнулся на крохотную неровность! Ближний бой?! Пассивное умение, увеличивающее в несколько раз силу ударов героя, наделять их особыми свойствами и позволяющее становиться крепче без использования дополнительных заклинаний?! Да всего по одному баллу?! И такую нужную книгу в самый угол засунули к никому не нужному мореходству, где её черта с два найдешь, если не знать, чего искать?! Однозначно произвол админов, я читал, что они некоторые как бы доступные всем бонусы делают так хитро запрятанными, что без подручных инструкций черта с два их найдешь. Решено, беру этот том. Для желающего завоевать авторитет в стае, людской или звериной, а также выжить в суровых боях это крайне полезное умение.

— Какой уровень сложности ты выберешь для себя, неумирающий? — Задал, наконец, последний вопрос дракон, почему‑то пропустив упоминание про платные бонусы. Да ну и ладно, все равно у меня нет возможности связаться с собственным электронным кошельком. Хотя деньги там кое — какие и валяются.

— Высокий. — Выдал я после некоторых сомнений. На среднем я бы точно справился без особых проблем, но….Тогда бы монстры, герои, квесты и артефакты, доступные мне в первые безопасные три недели игры, стали бы классом куда ниже. С невозможным потенциальные плюсы были бы куда больше, но сейчас так рисковать не стоит. Не тогда, когда по техническим причинам исключено новое создание персонажа.

— Что ж, да падут все, кто посмеет пойти против тебя! — Провозгласил дракон, расправляя крылья и становясь на задние лапы. Молния, ударившая откуда‑то сверху и прошедшая прямо за его спиной, казалось оставила на моей сетчатке свой отпечаток. — Да сокрушишь ты…Что еще тут такое?! Почему столько серверных мощностей утекает в никуда?!

Голос дракона странно переменился. И поза. И выражение. И…Короче, это было уже совсем не то существо, которое я довел до истерики.

— Админ! — Заорал я так, как раньше потерпевшие кораблекрушение кричали 'Земля!'. Неужели….Удалось?!

Мгновение и фигуру дракона как‑то странно перекосило, а окружавшее пространство потемнело так, словно резко превратилось в негатив старой пленочной фотографии.

— N001#L10011@2! — Сказал ящер неживым механическим голосом, срывавшимся в ультразвук, а потом по глазам ударило яркой желтой вспышкой. Глаза, моргнув, уставились в яркое синее небо, которое местами заслоняла зелень молодой листвы. Руки и ноги ныли в тех местах, где в реальности их связывали путы. Во рту стоял мерзкий привкус почти разгрызенного кляпа, меню присутствовало, но не нажималось в нем ни единой кнопки, а губы непрестанно изрыгали одно ругательство за другим. Правда, по причине обуревавшего меня бешенства, по большей части они являлись не слишком членораздельными. И практически ни одно из них не успевало дойти до логического финала, обрываясь на середине и сменяясь новым криком души.

— Чтоб вас всех в зайчиков переродило, у выхода с нубятника постоянно респанило и каждый игрок на вас первые левелы старательно набивал! — Закончил я свою речь воистину жутким по нынешним временам проклятием, после чего сплюнул, перехватил поудобнее обнаружившийся в руках посох и уверенной походкой зашагал…Куда‑то. Ориентиров вокруг не было, если не считать густо понатыканных тут и там деревьев. Но для леса это было нормально. А для игрока, выбравшего высокую степень сложности, нормально было появиться в лесу. На легком уровне мне бы, конечно, сразу дали собственный замок…Зато на тяжелом к концу безопасного срока есть некоторые шансы накопить достаточно сил, чтобы не оказаться сметенным другими игроками сразу. А я вовсе не собирался уступать кому‑то другому стартовую территорию, которую еще только предстояло захватить, подчинить и обустроить. Ведь именно в этом и заключался главный смысл несколько забагованной и скандальной, но все равно достаточно популярной в узких кругах стратегии 'Земли меча и магии'. Выхода то иного мне Олесин папа его подчиненные все равно не оставили.

На ходу я провел ревизию сгенерированного персонажа и остался не слишком доволен обнаруженным. Проклятая ящерица таки отомстила…Или может я сам перегнул палку, когда использовал на ней психологическое давление. Вот её и перемкнуло.

— Ну, Эльдар Полуэльф…Это еще прилично. — Решил я, разглядывая собственный ник, к которому невесть с чего добавилось помимо имени еще и название расы. — По крайней мере, не 'Слава КПСС', 'Кто‑нибудь вызовите полицию' и 'Тупая забагованная железяка'. А ведь были же варианты и похлеще, ой были!

Из одежды на мне обнаружились потертого вида зеленые кожаные штаны, того же материала куртка и расшитый останками невинно убиенных зверушек и птиц плащик. А также высокие, до колен, сапоги. Последним обрадовался больше всего, хоть не придется бояться наступить в лужу или пнуть кого‑нибудь. Защитных характеристик экипировка не имела и служила чисто декоративным целям. В качестве оружия система любезно выдала мне довольно тяжелый посох, хранивший в себе аж целых десять единиц манны. Правда, использовать её все равно было особо некуда. В книге магии обнаружилось целых три заклинания, из которых полезным поначалу можно было признать лишь одно. Каменную кожу. Кроме неё я мог увеличить плодородность чьих‑нибудь посевов и попытаться развеять наложенные на кого‑нибудь несложные чары. На указательном пальце правой руки блестело кольцо — перчатка с гербом. Тот самый незаменимый инструмент, с помощью которого и будет в этом мире переходить под мое владение всякое разное…

— Слышь, Михась? А этчё? — Довольно таки громко сказал какой‑то голос в кустах. — Идет, палкой своей по стволам долбает и матерится…

— Лесной колдун. Друидом кличут. — Ответил ему второй голос, куда более обстоятельно. Чувствовалась в нем некоторая уверенность в своих словах и опыт прожитых лет. Во всяком случае, мой класс по характерному одеянию в виде украшенной перьями и хвостами разных животных никидке, он опознал влет. — Только злой вот он чего‑то…А они обычно не злые. Но и не добрые. Нейтральные, стал быть…

— А чего у него уши острые? — Не унимался первый голос, похоже принадлежавший достаточно юному человеку. Почему‑то я был полностью уверен, что это именно челвоек. Может, подспудно полагал, будто только представители нашей расы спсобны задавать такие идиотские вопросы? — На эльфа вроде не похож, вон у него плечи какие широкие. А харя кирпича то так и просит!

— Полукровка. Уж я таких‑то на своем веку повидал! — Уверенно определил мою расу бывалый сиделец в кустах. — Видать мамашу его какой дружинник обрюхатил. Ну или может ходок лесной девицей юной не побрезговал.

— Заткнитесь вы, идиоты! Вы же в засаде сидите! — Буквально прорычал третий голос, в котором в равных долях мешалась злость и командные интонации. — Слышь, мудило в перьях, палку бросай! А не то мои молодцы тебя так продырявят, что даже родная мамаша — шлюха не узнает!

Из кустов, которые меня окружали, плавно появлялись один за другим человеческие силуэеты. Три, четыре…Восемь. Восемь людей довольно потасканного вида, сжимавших в руках простенькие самодельные луки и несших на поясе кто деревянную дубину, а кто и ржавый топор. Один экземпляр, самый здоровый из всех и густо заросший клочковатой рыжей бородой, даже натуральный двуручный меч за плечами носил. Разбойники. Можно сказать, классика жанра. Одно непонятно, кого они тут поджидают в лесной то чащобе…А, нет, беру свои слова назад. Вон, метрах в десяти краешек наезженной грунтовой дороги виднеется. Ну а уж если я местную транспортную артерию не заметил, то где уж мне засаду было обнаружить.

— Ребята… — Я оглядел первых неписей, встретившихся мне на игре с высоким уровнем сложности такой доброй улыбкой, что парочка самых нестойких из них даже немного попятилась. — Ох, если б вы только знали, как мне вас всех не хватало!

Восемь стрел ткнулись в мой плащ, посох и закрывшие лицо руки…Чтобы отскочить от кожи, приобретшей на время плотность камня или углубиться на пару миллиметров и выпасть из крохотной ранки наружу только потом. Моя куцая книга заклинаний несла в себе лишь одни способные пригодиться в бою чары. Но, черт побери, как раз сейчас они были просто незаменимы!

— Порублю! — Заорал во всю глотку я и, за не имением колюще — режущих предметов в инвентаре, с размаху двинул своим посохом по башке ближайшему противнику. Тот где стоял, там и лег. Ну а фигли? Я же при генерации персонажа столько баллов в физические кондиции вложил. Колдовать в результате могу теперь только медленно, долго восстанавливаюсь и творю лишь относительно слабые чары…Зато они у меня могут вообще не потребоваться, поскольку большинство низкоуровневых противников имею шансы в прямом смысле слова голыми руками задушить. А также запинать, загрызть, зарезать, ну и забить кулаками или каким‑нибудь подручным дубьем.

— Размахнись рука! — Орал во всю глотку я, вращая посохом как пропеллером. Уже трое опрометчиво сунувшихся в ближний бой разбойников познакомились с ним очень — очень близко и отлетели обратно как минимум с переломами. Правда, одежда украсилась парочкой новых прорех, а счетчик очков здоровья просел на треть. Да и уронивший свою заплечную ношу прямо наземь главарь уже вытаскивал из ножен сплющенную шпалу, ошибочно зовущуюся мечом. Вот её удар мою наколдованную броню точно пробьет. И, может, даже не заметит. Какие‑то руны на металле лезвие чернеют уж больно подозрительно. — Раззудись плечо! Разлетятся враги по закоулочкам!

С громким треском посох треснул по башке очередного противника и…Вылетел у меня из рук?! Как же так?!

— Мама. — Тихонько сказал молодым голосом еще не начавшийся бриться разбойник с юношескими прыщами, габаритами однако лишь немного уступающий главарю. А после уселся на задницу и обескураженно уставился съехавшимися к переносице глазами в никуда. Не оглушен, только контужен. А, я похоже, все же недостаточно прокачал себе ловкость, чтобы совсем не бояться шансов критической неудачи, вследствие которой можно оказаться безоружным. Но хорошо хоть не запыхавшимся.

— Ой, вы ноги мои ноги, уносите быстро жопу! — Выдал я вербальную формулу воззвания к скрытым резервам организма, так популярную среди всех любителей ходить по чужим женам, бегать от гопоты или придаваться иным видам активного отдыха. А после стартанул в сторону ближайших кустов, надеясь удержать погоню на хвосте, сделать круг и схватить обратно посох.

— Стой, чучундр! — Обладатель двуручника не обманул моих ожиданий и действительно рванул вдогонку за убегающей добычей, цепляясь клинком за все ветки по пути. А вот остальные три разбойника снова взялись за луки…Черт, каменная кожа должна же уже вот — вот сойти! Может, попробовать сымпровизировать?

Вековая ель с ну очень толстым стволом и низко опущенными лапами, почти касающимися поверхности почвы, подвернулась мне как нельзя кстати. Метнуться в сторону, спрятаться за её стволом, присесть и набрать полную горсть земли было секундным делом. Увы, этот маневр не остался разбойником не замеченным. Грабитель с большой дороги подскочил ко мне и попытался размахнуться своим двуручником…Ключевое слово 'попытался'. Не заносить клинок над головой у главаря все же ума хватило. Вот только и широкий боковой замах у него тоже не вышел, поскольку отведенное назад лезвие банально спружинило об ветки. Ну а провести такой сплющенной шпалой колющий выпад, это еще уметь надо. Очень сильно уметь, думаю, не каждый тренированный рыцарь так сможет. Где уж обычному разбойнику, пользующемуся своим оружием словно дубиной.

— Сюрприз! — Обрадовал я его, сначала бросив набранную грязь в глаза, затем вцепившись в держащие массивное оружие руки и под конец со всего размаху ударив его лбом по носу. Одного раза для эффективной дезориентации противника оказалось мало и потому процедуру пришлось дважды повторить. Правда, под конец разбойник сообразил, что надо уклоняться, и мы встретились непосредственно черепушками, но атаману все равно пришлось хуже. Моя кожа все еще была крепка как камень, а он то подобным бонусом не обладал. Застонав, разбойник выпустил уже наконец двуручник, попытавшись сорвать со своего пояса висевший там кинжал, однако данный маневр у него тоже не получился. Я то, несмотря на жесткий клинч, помнил про наличие у нас ног и от всей души пнул ублюдка пониже пояса, выбрасывая за пределы шатра из еловых лап.

— Ууу! — Стонал атаман, укатившийся к ногам своих подчиненных, не решавшихся спустить тетиву. Даже не знаю уж почему, то ли человеколюбие в них взыграло, то ли зрелище меня с двуручным мечом наперевес смутило…Кстати, рукоять клинка как‑то неприятно жгла ладони и навешивала штраф к ловкости аж на восемь пунктов!

— Значит так, господа алкоголики, хулиганы, тунеядцы! — Попытался я прибегнуть к своим дипломатическим навыкам. — Либо вы сейчас бросаете оружие и сдаетесь, либо я начинаю злобствовать! И напоминаю, меч это вам не посох! От ударов клинком вы не останетесь лежать целой и слегка побитой тушкой, а разлетитесь по всему лесу кусками окровавленного мяса!

Две стрелы вонзились мне в глазнице, а одна полетела прямо в раскрытый на выдохе рот. Со вспышкой ужасной боли я обнаружил себя катающимся по траве, но уже где‑то в другом месте. Причем голым, если не считать оставшейся на пальце кольца — печатки. Догадаться, что произошло, было не трудно. Эти работнички ножа и топора меня прибили, благодаря длительной подготовке к выстрелу и выцеливанию уязвимых точек сделав по криту каждый. Мда, над навыками дипломатии определенно надо еще поработать. Потом. Когда я объясню этим дебилам, почему не надо злить бессмертных игроков и просто встреченных в лесу друидов! Благо дорога до места смерти прекрасно отражена на карте, да и невооруженным глазом видна…Шагая куда глаза глядят в порыве гнева, я проламывался через подлесок как лось. Да еще и прикладывался посохом по всем объектам в зоне досягаемости, оставляя после себя ссадины на коре, раздавленные грибы и поломанный кустарник.

Большая ель встретила меня двумя трупами, раздетыми до исподнего. Моим и атамана, которому его же подчиненные пользуясь беспомощностью последнего нарисовали вторую улыбку на горле. Что ж…Осталось семеро. Или трое, если побитые посохом еще в себе не успели прийти. Хорошо хоть искать их долго не придется, драпая с места засады я не успел далеко удалиться, да и сами разбойнички вовсе не собирались соблюдать режим тишины. Более того, они активно скандалили друг с другом, пытаясь выстроить новую иерархическую цепочку. Я не великий мастер умения подкрадываться, но приблизиться к ним удалось без особых проблем. Держащиеся за ржавые ножи работники большой дороги стояли кругом вокруг вороха добычи, завернутого в украшенный птичьими перьями плащ. Остальные им не мешали, поскольку лежали на земле и изредка дергались. Да и то не все. Похоже, посох оказался вовсе не таким гуманным оружием, каким выглядел.

— Теперь я буду главным! — Надрывался один из стоящих на ногах мужчин, выпячивая грудь и стараясь казаться больше. Луки свой он забросил обратно за плечи, впрочем остальные его подельники поступили также. Видимо из чистого прагматизма, ведь стрелковое оружие не очень удобно в собачьей свалке на расстоянии вытянутой руки.

— Ты кусок засохшей коровьей лепешки! — Рычал на него другой, поигрывая двуручником атамана. Вернее, пытаясь поигрывать. Клинок так и норовил вывернуться у того из пальцев и шлепнуть наземь. Похоже, характеристики нового владельца совсем не перекрывали накладываемые им штрафы.

— Сзади! — Отчаянно заорал третий, держащий в каждой руке по ножу, указывая своим подельникам на опасность. Те, впрочем, на такой дешевый трюк не купились и спиной к нему не повернулись. А зря. Голову ближайшего ко мне разбойника, того самого который старательно пыжился, я сзади нежно обхватил и резко вывернул на девяносто градусов влево.

Сила +1.

— Ну что, смертнички, не ждали меня? — Спросил я разбойников, порадовавшись данной за убийство в рукопашной единичке характеристик. А после кинулся на них с тем оружием, которое всегда есть при себе у каждого мужчины. Кулаками. Снимать трофеи с пояса убитого было некуда, а обладатель двуручника больно уж близко стоял, и не следовало давать ему времени для нанесения сокрушительного удара.

Впечатавшись плечом в только начавшего размахиваться бандита, я уронил его навзничь, вновь завладел громадным мечом и скорчился от боли в спине, куда вошли два ножа едва ли не по рукоятки. Жизнь скачком уменьшилась чуть ли не на три четверти. Да ерш твою медь, опять крит! Хорошо все же, что болевые ощущения в играх намного ослаблены по сравнению с реальностью. На оцифрованных подобные установки действуют слабее, но я слишком мало провел времени в виртуале, чтобы считаться полноценной его частью.

— Как же ты меня достал! — В гневе заорал я, разворачиваясь и опуская лезвие прямо на голову атаковавшего меня разбойника. Лезвие прошло через череп, ребра и напрочь застряло у того где‑то в животе. — Ну, кто на новенького, а?

Но больше никого не было. Сбитый наземь противник решил не искушать судьбу, а потому прямо на карачках рванул в кусты и, судя по шуму, стремительно удалялся. Четверо оглушенных посохом тел молчали. Пятое, тот самый бугай после удара о голову которого мое оружие вывернулось из рук, пытался повторить маневр товарища и куда‑то уползти. Однако ему несколько мешали нескоординированная работа рук и ног, а также прочие милые последствия сотрясения мозга, которые разработчики любезно перенесли в эту вселенную прямиком из реальной жизни.

— Стоять! — Трофейный двуручник вошел в землю рядом с лицом разбойника и тот послушно замер, не осмеливаясь ползти дальше. Хм, кажется я нашел способ, которым можно убедить меня выслушать. Да уж, для правильной работы дипломатических навыков в обязательном порядке должен иметься обнаженный меч. И побольше, побольше… — Как зовут?

— Мыкола! — Представился бугай.

— Жить хочешь? — В ответ на это простой и понятный вопрос разбойничек только и смог, что кивнуть. — А служить мне будешь?

Тут разбойничек думал дольше. Но лезвие меча перед глазами помогло ему определиться и сделать правильный выбор, выразившийся в еще одном кивке. Верность и боевые качества такого кадра были мягко говоря…Сомнительными. Да ну и ладно, для начала сойдет, а дальше он героически сложит голову в какой‑нибудь стычке во имя меня. Возможно, придется ему чуть — чуть помочь. Хм, может зря я себе не выбрал какого‑нибудь темноэльфийского чернокнижника? Мне бы могло понравиться. Ну а родителям Олеси, которую я рано или поздно ну вот из принципа найду, каждую неделю приходило бы несколько фотографий воистину потрясающейся сессии в БДСМ — стиле. В конце‑то концов, имею же право на компенсацию за то, что мою жизнь перетащили в этот чертов мир?!

— Тогда приходи в себя и другим помоги. Если твои товарищи не идиоты, то тоже станут служить мне. В конце — концов, кого вы можете ограбить сидя здесь? Парочку крестьян или заблудившегося гоблина. — Принялся я одеваться обратно в свои вещи и заодно агитировать Мыколу, хорошо помня о том, что добрым словом и пистолетом можно добиться куда большего, чем просто добрыми словом. Однако если пистолетов много, то без доброго слова можно вообще обойтись. — Кстати, окрестности вы хорошо знаете?

— Ну, есть маленько. — Вместо Мыколы вдруг ответило одно из тел, которое до того смирно лежало и прикидывалось образцовым трупиком. А после оно со стоном приняло сидячее положение и схватилось за руку, вывернутую под абсолютно неестественным углом. Этот разбойник был пожилым…Может быть, даже почти старым. Во всяком случае седых волос в его шевелюре было больше, чем еще хранивших первозданный темный цвет. — Ваша милость, подлечили бы вы меня, а? Я Фрол и, кстати, служить готов с охотой! Дело то насквозь знакомое, я ж когда‑то аж десятником стражи был! Но вот остальные…Эх…Нет больше остальных. Раскроили вы им черепушки, когда по головам лупили. Были б лекари, может, и выкарабкались бы, а так они и отошли уже

Вы завершили задание 'На большой тропинке'. Небольшая банда разбойников, карауливших не слишком‑то популярный лесной тракт, больше никого не побеспокоит. Получено 300 единиц опыта и 2 разбойника.

— Лечением пока не владею. — Откликнулся я, набрасывая на плечи свой плащ. Драка украсила его несколькими новыми прорехами и порядочно запылила, но это все равно оставалась довольно симпатичного вида статусная одежда. — Куда ведет эта дорога?

— Там — деревня Рыбцы. Не сказать, чтобы богатая, но есть у крестьян кой — чего в закромах. Они сети закидывают в большую реку, а улов коптят и продают. — Палец старого разбойника ткнул влево. — В другой стороне гномья застава, которой они и платят дань продуктами. Недомерки плавят там металл, а с селян дерут жратву и пиво. Вот его то мы и хотели забрать со следующей повозки, которая им выпивку повезет.

— Транспортная артерия, это хорошо. — Задумался я, осмысливая услышанное. Гномы это качественное оружие и броня, специалисты по строительству, осадам и добыче полезных ископаемых. Завоевать их может и не получиться, если главенствующий на заставе тан упрется рогом, но вот наладить взаимовыгодные отношения — вполне. Правда стоить это будет много…Очень. Однако же и оставлять под властью бородатых человеческую деревню не очень охота. Мне она и самому пригодится! — А место силы ты рядом какое‑нибудь знаешь?

— Нет. — Отрицательно покачал головой разбойник.

— Волшебную поляну? Магический источник? Место с дурной репутацией? — Мое настроение ухудшалось вместе с каждым отрицательным ответом. Замок следовало приобрести чем раньше, тем лучше. Учитывая уровень сложности, место пригодное для его основания будет защищено. Однако оно просто обязано отыскаться где‑то неподалеку в пределах одного дневного перехода. — Логово какой‑нибудь сильной твари? Храм или священная роща, где регулярно случаются чудеса?

— А руины крепости вам не подойдут? — Подал голос Мыкола, видимо слегка оклемавшийся. — Они хорошие еще, мы там прошлой зимой зазимовать хотели…Правда, в итоге еле ноги унесли…

Какая еще крепость? — Подозрительно уставился я на разбойника, а сам наконец‑то принялся изучать характеристики двуручного меча. Может он и был не слишком удобным, громоздким и медленным…Но для боя однозначно подходил куда лучше посоха. Будь у меня такое оружие с самого начала схватки, и вся банда легла бы тут как коса под травой. А запасную батарейку с магической энергией, подходящую также для взятия пленных, вполне можно и среди поклажи таскать.

Бастард еретика

Массивное и грубое оружие, зачарованное темными колдунами.

Параметры:

Урон: 35–48. Против представителей светлой фракции людей*1,25.

Ловкость: — 10. Для всех, кроме еретиков.

— Ну, старая, эльфийская, с фонтанами… — Не слишком понятно объяснил Мыкола, для выразительности очертив руками несколько только ему виденных фигур. — Старики бают, в ней когда‑то ажно целый эльфийский прынц жыл, покуда его не сожрали!

— Да не сожрали, а раздавили, брешешь ты все. Его ж могилу еще какие‑то крестьяне разрыли, а потом ушастые рейнджеры увидели фамильные цацки ихних правителей на старосте и кожу со всех причастных содрали. — Поморщился Фрол, а после развернулся ко мне и пояснил. — Действительно есть такое место, остатки крепости, которую древний и могучий титан развалил. Развалил и свалил куда‑то, не иначе как новых принцев давить или принцесс пялить пока не лопнут. Выжившие эльфы восстанавливать её не стали и просто ушли. А в развалинах через какое‑то время жуткая пакость завелась.

— Что за пакость? — Деловито уточнил я, раздумывая о том, не это ли тот друидский замок, который мне обещали. Пока выходило весьма похоже. Но, учитывая заявленный уровень сложности, в одиночку туда соваться явно не стоило. И с недостаточно большой армией тоже. Может захватить и получится, но солдат положу. А за одного ветерана, бывает, трех зеленых новобранцев дают. Хотя платить едва вышедшему из казармы бойцу и опытному рубаке можно почти одинаково. — И она одна или их несколько?

— Вот чё не знаю, то не знаю. Наружу пакость не выходит, а из тех кто внутрь сунулся мало кто сумел вернуться. — Развел руками разбойник. — Перед прошлой зимой банда, где наш атаман тогда был еще помощником главаря, пыталась там обосноваться. И вроде все поначалу шло нормально…Но как только разбрелись по территории кто‑то вдруг отчаянно заорал и сразу смолк. Затем еще парочка крикунов объявилась и затихла. Ну а остальные наружу ломанулись. Из двадцати пяти человек только двенадцать и добежали.

— Ну а зимой еще четверто подохло. Холодно было. И голодно. — Вздохнул Мыкола, ежась от неприятных воспоминаний. — Я это…Одним из последних бежал. И когда позади меня закричали, обернулся. И видел, как людей по опавшей листве что‑то тащит…

— Что тащит то? — Подбодрил я разбойничка после почти минуты молчания.

— А вот этого не понял. — Повинился Мыкола. — Длинное чей‑то и тонкое, на канат похожее. Я поначалу думал гидра из подвала шеи вытянула…Но где тогда пасти у ней были? Не было, оно того, пастей. Да и толще у гидры шеи намного. Одну видел, так по глотке у той аккурат человек пройдет.

— Это где ж ты сподобился гадину узреть? — Удивился старший разбойник. — Чё то я такого не припомню.

— Так в трактире у Хромого Хью! — Охотно пояснил Мыкола. — У него ж над барной стойкой башка с куском шеи висит. Проезжий безземельный рыцарь сменял на клячу взамен сожранной.

Получено задание: Эльфийский страж. Разберитесь с существом, охраняющим остатки разрушенного замка.

Награда: замок, опыт, вариативно.

— Угу. Понятно. — Я в задумчивости покосился на тела остальных разбойников, которые так и лежали на земле, пятная её кровью. Кажется, в соответствии с механикой игры через пару часов они должны разрушиться, но до того можно забрать с них все самое ценное. Или использовать иным образом. — Кстати, среди покойных есть кто‑нибудь, кто вам особенно дорог и чье тело лучше бы по всем правилам похоронить, а не осквернять ради нашей общей выгоды?

— Жулмень. — Ткнул Фрол в одно из тел. — Хороший человек был, мир его праху. А уж повар какой! Из одного зайца и трех шишек мог похлебку на всю банду собрать. Господин, но вы же…Не некромант?

— Я друид. — Заверил его я, поудобнее перехватывая в руке посох. — А в лесу должны быть волки. И, честно говоря, не понимаю почему они еще не пришли на запах крови ради уже готового к употреблению мяса.

Глава 2

— Ааа! — Отчаянно скулил Мыкола, пытаясь убраться подальше от опасности. Но более опытный Фрол его не пускал и даже мог удержаться от криков ужаса. Только громко стучал зубами.

— Не навернитесь оттуда! — Посоветовал я двум своим единственным подчиненным, предусмотрительно засевшим на ближайшей елке еще час назад. Вот только сейчас защита предоставленная высотой явно казалась им совершенно недостаточной. Ведь причина их паники должна была уметь карабкаться по деревьям не хуже грабителей. А возможно могла просто вывернуть нужную ему лесину с корнем. — Мда, видимо волков в этом лесу нет. И я, кажется, знаю почему. Как там говорилось то? Стой смирно и мишка тебя не обидит?

— Пф! — Презрительно фыркнула гора блестящего черного меха, пришедшая на запах крови, которой я старательно окропил все окрестности. В холке данный представитель животного мира достигал двух метров, весил килограмм четыреста и больше всего напоминал большого белого медведя в самом расцвете сил, которого угораздило навернуться в бочку с гудроном. Однако саблезубых клыков у него не было. Прикус хозяина местного леса я успел достаточно хорошо рассмотреть в те полминуты, которые потребовались ему для уничтожения первого трупа в предложенном меню. Именно уничтожения. Тело покойного атамана, видимо сочтенного самым вкусным, исчезло в медвежьей пасти целиком и полностью. Мохнатый любитель меда, не брезгующий однако и мертвечиной, даже крошек от разгрызенных костей не оставил.

— Мы с тобой одной крови, ты и я! — Попытался я осторожно подступиться к зверю, уповая на свои классовые полномочия и его сытый живот. — Понимаешь, нет?

— Пф! — Насмешливо фыркнул на такого родственника зверь, обнюхав протянутые к нему ладони. А после не слишком то нежно оттер меня в сторону плечом и косолапо переваливаясь потрусил к следующему телу.

— Ну, по крайней мере, первый контакт прошел без объявления войны. — Поморщился я, отворачиваясь от неприглядной картины раздираемого клыками и когтями трупа. — Блин, чё же дальше то делать? Может, зря я в списке навыков какой‑нибудь 'Язык зверей' не поискал? Сменял бы его на ту же белую магию.

Вторую порцию мясной закуски медведь поглощал уже не так быстро. И на меня, вьющего вокруг него как пчела, внимания почти не обращал. Только предупреждающе рыкнул пару раз, чтобы наглый двуногий не смел тянуть руки к его мясу. А вот от попытки погладить спину и бок подобной реакции не вызвали. Более того, закончив со вторым трупом, медведь попытался подставить мне для почесывания свою перепачканную лобастую голову. Причем норовил конкретно подсунуть мне под пальцы её левую половину.

— Фу! — Сморщился я, отводя от своей одежды пахнущую отнюдь не фиалками пасть. — Умыть бы тебя…Кстати, а это идея!

В имуществе погибших разбойников нашлось и несколько фляг с пусть и немного затхлой, но вполне пригодной для употребления водой. Мишка стоически перенес гигиенические процедуры и даже полакал чуть — чуть шершавым лопатообразным языком влагу из моих ладоней, попутно почти стесав кожу до кости. А после все равно постарался ткнуться левой стороной головы в мои пальцы. И довольно быстро стало понятно, почему.

— Да у вас, батенька, чирей! — Сообщил я своему новому мохнатому знакомому, нащупав чуть выше глаза здоровенную шишку, из которой сочился гной. — Или не чирей? Что‑то там внутри шевелится или мне это только кажется?

— Ур — ры. — Печально согласился медведь, а после попытался расковырять когтями больное место, но лишь содрал грязную корку и успеха не добился. Его лапы оказались почти не приспособлены для столь тонкой работы и банально не могли зацепиться за нужный участок шкуры. — Ры?

— Вылечим. — Согласился я, не очень понимая, правда, как это сделать. Целительных заклинаний в арсенале то как не было, так и нет. Или, раз пациент пытался заниматься хирургическим самолечением, мне тоже можно быть не слишком аккуратным? Ладно, в случае чего все равно воскресну. Да и запас одежды, пусть и разбойничьей, теперь есть. — Так, приготовься, сейчас станет немного больно…Ох, мать твою! Черт побери! Это чего за дрянь то такая, а?!

Резко надавив на основание выпуклости, я выдавил из мерзкого вида нарыва целый фонтан гноя, а вместе с ним голову чего‑то сине — стального, с большими челюстями, растопыренными тонкими лапами, глазастого, извивающегося….Паразит, а в этом уже не было никаких сомнений, попытался глубже зарыться в плоть рычащего от боли медведя, пользуясь моим ошеломлением и испугом, но я успел цапнуть его пальцами за самый кончик составленного из отдельных сегментов тельца. Видимо сказались взятые при создании персонажа навыки ближнего боя, помимо прочего обязанные ускорять мне скорость реакции. И прививать немалую выдержку. Уверен, происходи дело в реальном мире, я бы от такого сблевал. Или сбежал в ужасе. А может, даже сделал и то и другое одновременно.

Из нарыва на теле лесного хозяина сегмент за сегментом я вытаскивал длинную толстую гусеницу. Причем она сопротивлялась! Челюсти отвратительного существа больно грызли мои пальцы, а тело его извивалось под немыслимыми углами и старалось обвить ладонь и расцарапать её острыми как иголка лапками, заставляя отпустить тварь. Ну а медведь, из которого буквально с мясом выдирали упирающееся существо, умудрялся сразу и плакать почти по — человечьи и скулить, словно побитая собака. Сложно сказать, сколько это продолжалось, но рано или поздно кажущееся бесконечным насекомое все же подошло к концу. И я немедленно хрястнул его об ближайшее дерево. А после швырнул на землю и от души припечатал сверху сапогом!

— Ры — ры! — Сказал медведь, левый глаз которого заливала сочащаяся из раны кровь, а после мягко отодвинул мою ногу в сторону одной передней лапой, а второй принялся исступленно колошматить по еще дергающемуся хитиновому тельцу жуткой твари. — Ры! Ры! Ры!

— Кажется, я теперь знаю, как на твоем языке сказать 'сдохни!'. — Поделился я своим наблюдением с мохнатым хищником, устало облокачиваясь на ту же елку, где засели мои подручные. — Блин, никогда не курил, но теперь хочется…И какую дурь, интересно, принимали разработчики раз ввели в игру такую мерзость?!

— Пфух. — Тяжело согласился медведь, прекращая колошматить по земле и осторожно рассматривая остатки мерзкого паразита, устилавшие дно небольшой ямки в прочном лесном грунте. А после взял и облизал мое лицо, несмотря на протестующие вопли. — Хрух.

— Чего? — Не понял я, судорожно ища еще одну флягу с водой, чтобы оттереть себя от слюны благодарного, но больно уж дурнопахнущего существа.

Вместо ответа медведь подошел к еще одному телу, схватил его зубами, как‑то по — особому взмахнул головой и…Закинул его себе на широкую спину, благо там уместиться мог бы даже и небольшой автомобиль! Мда, я таких трюков в цирке точно не видел. Еще одно он подтащил лапами к дереву, где сидели боявшиеся даже лишний раз вздохнуть разбойнички. Ну а последнее подкатил к моим ногами. И почесал куда‑то в кусты, оглядываясь через каждый шаг.

— Идти за тобой? Да еще и с поклажей? — Догадался я, осторожно подхватывая мной же и убиенного человека. — Парни, спускайтесь! Есть вас не будут…По крайней мере, пока запас провизии до нужного места не дотащите.

— Лучше бы он был некромантом! — Простонал откуда‑то сверху Мыкола. — Зомби страшные, но я ж тогда был бы с лопатой!

К счастью, идти оказалось не очень далеко, где‑то с километр. Если бы во время драки с разбойниками бежал в другую сторону, мог бы прямо в берлогу к своему новому знакомому и угодить. Логовом медведю служил небольшой овражек, сверху прикрытый парочкой упавших деревьев…И что‑то я не видел рядом пеньков, на которых такие великаны могли бы расти. Думаю, если бы не отсутствие рук, здесь бы и нормальная крыша появилась. Скрывшийся внутри темного провала входа вместе с первым телом гигант чего‑то рыкнул, раздался звук смачного шлепка и под ясно солнышко вперед собственного обиженного рева вылетели медвежата…Ростом мне по пояс, но еще не утратившие той забавной неуклюжей грации, которая свойственна детям, котятам и щенкам. На людей эти малыши, сами весящие не меньше взрослого мужчины, уставились нереально круглыми глазами и попытались спрятаться от нас обратно в берлогу…Но были безжалостно выпихнуты наружу мордой своей мамаши.

— Так ты не мальчик, а девочка! Вернее, женщина, ясен пень. — Сообразил я, передавая выглянувшей наружу медведице второе тело. Действительно, при таких‑то размерах первичные половые признаки самца должны были бы сильно выделяться. — А папа их где?

— Пф! — Фыркнула одинокая родительница таким тоном, что я практически услышал недовольную фразу с отчетливыми презрительными интонациями 'Да пааааашел он, кааааазёл!'. А после забрала второе тело и взамен него вытолкала из своего дома…Нечто.

— Фу, ну и уродец. — Скривился Фрол, разглядывая медвежью добычу. — Видал я демонов, так даже они как‑то покрасивше смотрелись.

— А оно не оживет? — Опасливо уточнил Мыкола. — А то вон какое страшное!

— Ксеноморф? Нет. Кентавр — мутант? Тоже нет. Свалившийся с луны марсианин? Навряд ли. Но что‑то общее между всеми ними определенно просматривается. — Решил я, разглядывая наполовину сожранный труп существа, в котором явно имелись общие черты с раздавленным паразитом. Длинное сегментирование тело сине — стального цвета, тонкие лапы в количестве нескольких десятков штук, несколько наборов крючков — жвал на лице и высовывающийся из них длинный двухметровый язык, оканчивающийся толстой иглой. Именно лице. Торс монстра плавно изгибался и переходил в подобие почти человеческого тела, снабженного парой рук и имеющего привычных очертаний череп, с короткими жесткими волосами, жуткой пастью и глазами — фасетками. Существо явно было разумным, ведь его грудь прикрывал толстый панцирь из похожего на кость материала, крепящийся при помощи сложной системы ремешков и застежек. — Это он тебя заразил, верно?

— Ухмф! — Согласилась медведица, а после ударила лапой по языку с жалом…Или все же яйцекладом?! Проделав этот акт вандализма, хозяйка берлоги вновь скрылась в своем доме, чтобы появиться наружу с новым трофеем. Вероятно, он принадлежал все тому же инсектовидному кентавру, поскольку здоровенная шипастая булава весила слишком много для человека. Выпустив из пасти оружие, мамаша по очереди облизала каждого из своих детей, а после улеглась у входа в логово, перекрыв его своим обширным тылом.

Вы получили новый уровень!

Ваш текущий уровень: 2

Устойчивость к откату +1

Выберите навык, который хотите изучить: Улучшенная Белая Магия или Управление растениями.

Ну, ё — маё! Оба навыка ни к селу, ни к городу. Ни одного заклятия белой магии в книге заклинаний, да и насаждений пока тоже не имеется. Но все же выберу второе. Чего‑то там для увеличения плодородности полей уже было, а растущие на них растения это еда. А еда дает возможность набрать больше крестьян или солдат, а при наличии рынка её можно даже обменивать на золото и иные ресурсы.

— Броньку с чувырла дохлого снять? — Опасливо осведомился у меня Фрол. — Я ведь, так полагаю, для того она его и выволокла.

— Угу. — Отмахнулся от него я, вчитываясь в открывшееся передо мной меню найма существ. Медвежье логово могло предоставить мне в неделю по три молодых косолапых, отличающихся достаточной толстокожестью и при ранениях способных впасть в состояние берсеркера. Еще одним немаловажным преимуществом подобных юнитов являлось отсутствие им денежных выплат. Логично, в общем‑то, ведь звери в кабаках горькую не пьют, по борделям не шляются и по магазинам не ходят. Зато они много едят…Да какой едят, жрут! И если пищи под носом вдруг не обнаружится, найдут её сами и горе тем, кто окажется рядом. Меня самого еще может и не тронут, а те же разбойники однозначно перейдут в разряд самоходных котлет. Хорошо еще, сегодня отданных мамашей медвежат кормить уже не надо. Видимо игровые условности засчитали занесенные внутрь логова тела за полноценную пайку. — Ну чего тебе еще?

— Так это… — Фрол опасливо оглянулся на медведицу, косящую на нас залитым кровью глазом. — Я смотрю, зверюга матерая будет….У неё логово однозначно не пустое. Камешки там какие‑нибудь могут найтись блестящие, кошельки сожранных путников, может амуниция от охотников осталась.

— Если не отбросишь такие мысли в сторону, то к ним и воровские отмычки добавятся. — Предостерег его я, серьезно сомневаясь в собственных способностях одолеть лесную хозяйку. — Или у тебя их нет?

— Нету! Я же не какой‑нибудь там домушник, а благородный грабитель! — С гордостью произнес Фрол, присоединяясь к своему товарищу и пытаясь стащить с инстектоида броню. — Шкатулки и топором открыть можно…Как и сундуки…Ух, готово!

Хитиновая кираса.

Легкая и прочная, эта кираса не сделана руками ремесленников, а выращена целиком и потому невероятно тверда для своих размеров.

Параметры: Защита +8

— Пригодится. — Решил я, прикладывая подарок к своей груди. — Помогите застегнуть ремешки. — А с булавой там чего?

— Неподъемная. — Покачал головой Мыкола, с кряхтением волочащий оружие по земле со скоростью сантиметр в минуту и оставляя в лесной подстилке глубокую борозду. Размерами оружие, похоже, отлитое целиком из слитка какого‑то темного металла, уступало разбойнику совсем чуть — чуть. Думаю, у него одна рукоятка весит больше, чем мой стартовый посох и трофейный двуручник вместе взятые. — Уж на что атаман наш старый силен был, но и он бы с ней надорвался.

Потрясатель

Неизвестно кем и для кого сделанная, эта булава своим ударом способна ошеломить и ранить практически любое существо…В том маловероятном случае, если не убьет его на месте.

Урон: 450–900

Шанс вызвать оглушение: 35%

Шанс вызвать кровотечение: 5%

Требования: Сила 45

— Скоко — скоко?! — Перечитал я последнюю строчку из характеристик оружия, а после с возмущением уставился на медведицу. — И не стыдно тебе? Мы же его даже втроем еле утащим!

Вылеченное мной животное прикрыло морду лапами, а потом из под них хитро посмотрело на возмущенного друида. Все с тобой понятно, женщина. Тебе, конечно, стыдно, но должен же кто‑то и мусор из берлоги выносить! А бросить такой трофей нам не позволит банальная жадность. Ведь когда‑нибудь…Очень нескоро…Это будет просто замечательное оружие для того, чтобы брать в плен грифонов, драконов, паладинов и прочую крупную живность. А если я сам так и не накачаю достаточно мускулов, чтобы использовать булаву, то имею право всучить её какому‑нибудь троллю. Или огру? Нет, мелковаты будут. Под такую махину настоящий великан нужен.

— А давайте я упряжь сделаю? Ну, для медведей. — Предложил Мыкола, осторожно рассматривая тройку смотрящих на нас косолапых. Те, впрочем, отвечали ему такими же настороженными взглядами. Однако агрессии или откровенного неприятия ни одна из сторон пока не проявляла. — И волокушу из пары веревок и веток смастерить можно будет. У меня получится, мне ж бате с шести лет на конюшне помогать пришлось, когда он на богатого торговца работал.

— А чего же в разбой подался с такими‑то талантами? — Удивился я, наблюдая за тем как сноровисто разбойник принимается за изготовление.

— Чума. — Ответил вместо него одним коротким емким словом Фрол. — Кто не успел унести ноги из нашего города, бросая все нажитое, тот сейчас волочит их…В качестве живого мертвеца. Куда дальше то пойдем, ваша милость? Вечер не то, чтобы уже наступил, но и не за горами. А за ним и ночь.

— Есть где утром покормить этих малышей, кроме как в принадлежащей гномам деревне? — Я присел на корточки рядом с одним из медведей и принялся его тормошить, словно большую собаку. Тот с готовностью опрокинулся на спину, доверчиво подставляя пузо для почесывания. А его братья, ну или может сестры, немедленно начали бодать меня своими головами с разных сторон, с детской наивностью напрашиваясь на ласку. — Им надо много кушать, чтобы вырасти большими и сильными как мама. И всех порвать! Да, мой хороший?

— Так трактир Хромого Хью. Но нужно золото. Не уверен, хватит ли тех монет, которые имелись в кошеле атамана. — Осторожно заметил Мыкола. — И это…Люди там собираются…Ну, как мы. Эти могут и просто так монеты отобрать, а зверей зажарить, если силу почуют.

— Пусть попробуют. — Я закинул ножны с бастардом себе на плечо. — Монстры, убийцы, чудовища…Для неумирающих все это просто мясо. Ну, то есть опыт, я хотел сказать. Ведь не варвара — орка — людоеда же выбрал…

Вопреки ожиданиям, запрячь медведей оказалось не таким уж и сложным делом. Звери, только — только вышедшие из детского возраста, похоже восприняли все это как какую‑то игру. И потом, три веревки тащили они, а три оставшиеся люди. Все по честному! Сложнее было направлять эти пышущие энтузиазмом меховые комки так, чтобы волокуша не застревала между деревьев и не шла по кустам. Хорошо хоть животные в этом мире при необходимости могут понимать если и не слова друидов, так их интонацию.

Трактир, до которого мы дошли практически перед самыми сумерками, особого впечатления не производил. Покосившиеся и потемневшие от времени стены обычного дома. Правда, весьма длинного, метров сорок. Узенькие оконца, из которых пробивался тусклый свет свечей. Низкая закопченная труба. Зато забор вокруг него стоял хороший. Вздымающийся на высоту человеческого роста частокол надежно защищал находящихся внутри от тварей неразумных. А вылупивший на медвежью упряжь глаза из‑за ограды привратник с арбалетом явно стоял на специальных подмостках. Заберись туда побольше народа и место культурного досуга сразу стало бы пусть и плохоньким, но укреплением.

— Открывай давай! — Фрол с силой саданул по массивным деревянным створкам. — Не видишь разве…Путники пришли.

— Ну да… — Взгляд крепкого мужчины лет тридцати, кого так и хотелось назвать часовым, скользнул по мечу на моем плече и переместился к волокуше, где лежало все имущество уничтоженной шайки, поверх которого гордо возлежала булава. — Путники.

Однако нам он все‑таки открыл, явив доказательство привычности местного питейного заведения и не к таким персонам.

— Зверей оставьте у коновязи, там с ними разберутся. — Сказал он напоследок, затворяя массивные створки. — И предупреждаю сразу, у нас сегодня людно, а Хью нервный!

— Чем опасен местный хозяин? — Тихонько шепнул я Фролу, который при последних словах судорожно сглотнул.

— Он бывший пират. — Также тихо ответил опытный разбойник. — И ушел на покой с командой…Всеми, кто выжил когда утонул их корабль. На воротах стоял юнга, а остальные будут старше. Но от того не дряхлее, а опаснее. А капитан, пусть и бывший, опаснее всех. В его трактире не рискуют сильно бузить даже самые завзятые забияки. А гномы с заставы и вовсе обходят его стороной.

Внутренности трактира встретила нас ароматами гари, кислой капусты, жареного мяса, женским смехом и мужским гоготом. В большой зале, занимающей не меньше половины длинного дома, приятно проводило время полтора десятка мужчин. Четверо в разного рода немаркой и потасканной одежде вроде той, которую носили разбойники. Трое, в чьих волосах пробивалась седина, ходили в куда более нарядных и опрятных кафтанах. Как раз сейчас один из них выставлял труженикам ножа и топора пиво. Видимо те самые пираты, ушедшие на покой вместе с капитаном. Оный носил замызганный фартук, идущий ему как корове седло и был не только хромым, но и одноглазым с черной повязкой, закрывающей левую сторону лица. А еще над барной стойкой хранил гордое презрительное молчание сидящий на специальной жердочке красно — белый попугай, размером с хорошую кошку. Основную же массу шума производили семеро мужиков в кольчугах, закинутых за спину щитах и шлемах с рогами почти по полметра. Викинги. И то, что их реальные прототипы такие нелепые головные уборы на самом деле вряд ли использовали, компьютерных персонажей не волновало нисколько. Компанию им составляло пятеро женщин весьма потасканного вида, явно подвизающихся в данном заведении на ниве культурного досуга, сиречь проституток.

— О, а это чего захмырь?! — Ткнул в мою сторону пальцем один из викингов, стоило лишь мне перешагнуть порог. — Слушай ты, уродец, здесь, ик, порядочное заведение! Ик! И таким ублюдкам тут не место!

Остальные обладатели рогатых шлемов поддержали его одобрительным выкриками, свистом и улюлюканьем. Слышались предложение отрезать бастарду его уши и проверить, а не девочка ли он. Кто‑то бросил в меня отлетевшую от кирасы куриную кость.

— А слабо выйти наружу и повторить свои слова, чтобы ответить за них как мужчина? — Я попытался спровоцировать обидчика драку, демонстративно разминая кулаки. Вернее, статусный поединок. Вроде бы викинги такие ценили. Может, если я побью как следует одного, то остальные согласятся поработать на меня как наемники?

— Ха! — Только то, что этот мужик был пьян, позволило уйти от его атаки. Иначе небольшой метательный топор, за секунду выхваченный им из ножен на поясе и запущенный в короткий полет, проломил бы мне череп. Но так я увернулся…А вот стоящий за мной Мыкола не успел. Оружие угодило ему прямо в шею и сразу всем стало ясно, целители его уже на ноги не поставят. Только некроманты.

— Умри! — Ножны с по — прежнему лежащего на плече клинка я стряхнул в мгновение ока, одновременно накладывая на себя каменную кожу…И принялся демонстративно медленно и неспешно одевать их обратно, наблюдая за тем, как вибрирует арбалетная стрела в затылке упавшего лицом в салат викинга. Его товарищи вскочили было на ноги доставая оружие, но к более активным действиям переходить не спешили.

— Ты что творишь… — Начал было один из них качать права, одним глазом косясь на меня, а вторым на трактирщика. Тот как раз с безмятежным видом перезаряжал нижнее ложе небольшого двухзарядного арбалета, молниеносно извлеченного из под стойки. У моментально рассредоточившихся по углам 'официантов' тоже обнаружилось по такой же игрушке. Семь стрел в упор оставляли очень небольшие шансы морским разбойникам на выживание. Правда оставался вопрос с их пробивной силой…Но обычно арбалеты делали как раз достаточно сильными, чтобы из них можно было отстреливать всяких латников и прочую тяжелобронированную дичь.

— Утихни, Стендри. Вы знаете мое правило. Никаких драк в границах частокола. А твой молодец не только его нарушил, но и пролил кровь. — Бывший пират закончил перезаряжать оружие, а после перевел взгляд на меня. — А ты выметайся. Я тебя не знаю, и знать не желаю. А еще раз увижу — убью.

— А придется. Кольцо неумирающего видишь? — Мне ничего не оставалось делать, кроме как наглеть. Этот трактир явно являлся одной из ключевых построек региона. Его теневого мира, скорее всего. Отсюда, скорее всего можно нанимать воров, лазутчиков и прочую братию, которой в большинстве нормальных поселений места нет. А также собирать сведения и выходить на черный рынок. Но сначала надо наладить отношения с местным преступным авторитетом и лучше всего делать это с позиций силы. Такие как он просто её лучше всего понимают. — Если мы не договоримся, ты можешь убить меня один раз, второй, третий и сотый….Но ты то должен будешь добиваться успеха каждый раз, а мне достаточно всего одной удачной попытки для мести. Я буду возвращаться снова и снова, и в конце — концов рано или поздно подожгу твою халабуду с четырех концов, предварительно подперев дверь поленом.

В трактир вломился Фрол вместе с три злобно рычащими медведями, глаза которых налились кровью. Сейчас звери уже не казались забавными и смешными, как в тот момент, когда мама носом выпихивала их из берлоги. Сложно умиляться и сюсюкать с более чем сотней килограмм меха, мышц, костей и зубов. Черт, а я и не заметил, когда второй разбойник успел отступить, чтобы вернуться с подкреплением.

— Меня нельзя запугать какому‑то полукровке. — Прищурил глаза бывший капитан пиратов. Испугавшимся он действительно не выглядел. Равно как и остальные пираты. А вот сидевшая в уголке компания мутных личностей старательно пыталась казаться тише воды, ниже травы. И, кажется, даже начала мимикрировать под цвет окружающей грязи. — Будь он хоть неумирающим, хоть демоном, хоть богом.

— А кто говорит о запугивании? Просто предостерегал тебя от необдуманных действий. В конце‑то концов, моего человека убили они, нарушив твои правила. И сейчас за это ответят. — Пожал я плечами, старательно выделив голосом местоимения, а после демонстративно развернулся к викингам. — Эй, рогатые, сейчас мы таки выйдем за ворота. И там каждый из вас по очереди получит возможность начистить мне морду. Это ведь то, чего вы все так хотели, верно? Если хоть одному это удастся…Что ж, считайте, вам повезло и выжившие могут уйти невозбранно. Но теперь, когда вы оскорбили меня и хозяина этого чудного заведения, уже никаких глупостей вроде борьбы на кулаках и с голым торсом. Только оружие, только хардкор!

— Хе, одет как друид, а в душе пират! — Расплылся вдруг в свирепой улыбке трактирщик, демонстрируя тройной частокол треугольных акульих зубов. М — мать честная, это еще что за мутант?! — А мне это нравится. С удовольствием полюбуюсь на такой поединок, верно парни?

— Крроовища! — Каркнул попугай, воинственно встопорщив алый хохолок и злобно щелкнув клювом.

Остальные пираты поддержали его согласным гулом. Разбойники в углу одобрительно закивали. А дамы легкого поведения, с началом заварушки покинувшие викингов, стали старательно стрелять в мою сторону глазками. Учитывая, что самой молодой и стройной из них я дал бы тридцать пять лет и восемьдесят килограмм, смотрелось это страшнее всего. Впрочем, интерес путан не первой свежести для меня опасности не представляет. В отличии от шести поединков подряд с явно опытными воинами.

— Мы выпотрошим тебя как снулую рыбу, гибрид! — Мрачно ощерился один из викингов, неожиданно к месту применив наукоемкое слово. — С нами великие боги севера!

— Отлично. — Не дал я ему перехватить инициативу и подбодрить остальных соратников. — Вот ты первым к ним и отправишься.

Первая схватка вышла короткой, но до чертиков опасной. Вооружением моего противника оказалась здоровенная обоюдоострая секира, которой он бы вполне мог развалить человека пополам, несмотря на все еще действующую каменную кожу. Однако я успел подсунуть лезвие к рукам делающего богатырский замах викинга, в результате чего он практически сам себе и отрубил верхние конечности. Снести калеке голову стало практически актом милосердия.

Второй дуэлянт сделал свою ставку на осторожность и терпение. Он прятался за щитом и делал оттуда короткие выпады копьем, которым владел просто мастерски. Несколько раз ему улыбалась удача, и я получал поверхностные раны, снявшие в итоге почти треть здоровья. Но потом измочаленный в клочья двуручником щит приказал долго жить, а следом его примеру последовали древко оружия и грудная клетка противника.

Третий викинг практически в самом начале схватки банально споткнулся, после чего у меня вышел образцовый критический удар, начавшийся у правого плеча цели и закончившийся чуть ниже её же левой подмышки. Пережить распластывание на две части даже в этом мире вряд ли бы кто сумел, а потому мне досталась чистая победа…Правда, весьма кровавая.

— Хватит, мы признаем, что выпивка застила нам разум и заставила говорить хулительные слова. — Внезапно вышел вперед один из оставшихся викингов. — Мы видим твою силу и просим о снисхождении, жрец природы. Назови свою виру, друид.

— Кажется мне, что принудить вас к драке против слабейшего могла бы и ключевая вода. И это не столько упрек, сколько повод вам задуматься о том, нужной ли дорогой идете. — Пробурчал я, понемногу начиная отходить от горячки боя. Предложение поступило вовремя. Еще минутка — и каменная кожа прикажет долго жить. — Мое предложение таково. Неделя верной службы без оплаты, а после вольны идти куда вздумается либо оставаться служить на иных условиях. Но если побежите или ударите в спину — не поленюсь отыскать вашу родину и всем рассказать, какие вы трусы. Насколько я знаю северных богов, они никогда не пустят к себе в чертоги воина с сердцем зайца. Да и люди поколениями будут говорить друг другу, на кого не надо быть похожим.

А действительно на кого? Я ж их имен не знаю? А, плевать! Поверят благодаря навыкам дипломатии — и хорошо. Не поверят — и так обойдемся. А даже если и правда зарежут в темном уголке — переживем.

— Да будет так. — Синхронно склонили голову оставшиеся обладатели рогатых шлемов, похоже старательно репетировавших данный маневр. — Веди нас, вождь!

— Хе, идем за мной, друид. Думается мне, поговорить надо. — Проскрипел стоящий недалеко от места побоища старый пиратский капитан. — А тела прямо тут оставьте, твои животные тоже кушать хотят.

Мишки действительно как‑то заинтересованно крутили носами в сторону свежих тел и пытались преданно заглянуть мне в глаза. Не приучить бы их к человечине…Вдруг потом откажутся переходить на гоблинятину, демонятину и иные быстроразмножающиеся и часто встречающиеся в дикой природе корма?

— Не должно это. — Нахмурился тот самый викинг. Который договорился со мной о прекращении поединков. — Воинов погибших в поединке чести надо предать огненному погребению! Как подобает!

— Вот ты этим и займись, все равно никто лучше ритуал тут не проведет. — Похлопал его по плечу я. — И медведей мне нечего перекармливать. Завтра с утра им каши из общего котла насыплем и баста. Ну, может грибами еще сушеными приправим или какие тут есть еще дешевые продукты?

Морды зверей синхронно скривились в гримасах отвращения. Вот и верь после этого, что они человеческую речь не понимают. Все они понимают, засранцы пушистые, только говорить не хотят.

Старый пират провел меня мимо барной стойки в какую‑то каморку, где половину свободного места занимал заваленный разным хламом стол, а треть оставшегося места отводилась под гамак. Никак по тесным недрам своего корабля ностальгирует, пень трухлявый.

— Пей! — На стол оказалась водружена массивного вида бутылка, плотно закупоренная пробкой с восковой печатью. И две рюмки.

— Наливай! — Отказываться я не собирался. После сегодняшнего дня…Да какого дня?! У меня уже намного больше двадцати четырех часов одна сплошная нервотрёпка! Короче, идея нажраться поступила очень вовремя.

Первые две рюмки мы приговорили в тишине и покое. Вторые тоже. Третьи постигла та же печальная участь…Я пил и пил обдирающий горло огнем напиток, имеющий запах моря, рыбы и почему‑то цветов, словно воду. Только список дебафов, заботливо маячащий где‑то на периферии сознания, все удлинялся и удлинялся. Когда первая бутылка подошла к концу ей быстро отыскалась замена в виде сестры — двойняшки. И вот на середине последней меня прорвало.

— Да пошло оно все! — Я со злостью долбанул стол так, что в кровь расшиб оба кулака. Вот только злополучный предмет мебели даже не шелохнулся. Почему? А! Привинчен. — Я не просил себя в эту дыру засовывать! У меня и дела есть! Ну, то есть были уже походу… Надежды! Идеи! Планы! Я не хочу скакать расфуфыренной макакой по каким‑то дебрям, меряясь длиной посохов со всеми встречными героями! Домой хочу в конце‑то концов! К маме! К её пирожкам!

— Я хотел спокойно встретить старость! Тихо! Мирно! Мне надоело хоронить друзей, детей и подруг! — С другой стороны по столу ударили кулачища пиратского капитана, которые как служащие спецслужб бывшими, похоже, не бывают. — А тут ты! Ну почему тебя именно сюда занесло?! Неумирающие же не могут сидеть на жопе ровно! Все замки, города, села, крепости и веси вам надо завоевать, все артефакты собрать, всех кроме собственных подданных убить! Только ведь к спокойной жизни привыкать начал и засыпать без арбалета под подушкой! И вот оно! Фу ты ну ты! Чудо лесное в перьях заявилось и грозится трактир спалить! Скажи честно, ты бы спалил!

— Нафиг надо, он мне еще целым пригодится. — Фыркнул я, пытаясь вчитаться в список дебафов. Но был он длиииныый….И какой‑то расплывчатый. — Весь преступный элемент бы повыгнал или перебил за три — четыре ходки, все ценное забрал, своего человека сюда поставил. Эй, волк морской облезлый, ты чего такое забористое в вино подмешал?! Сыворотку правды?

— Это ром, бурундук сухопутный! Ром морских дев! И он изначально такой. — Возмутился пират. — Короче так, неумирающий…Скажу тебе честно, поскольку лгать щас и не смогу. Долго вы в нашем мире не задерживаетесь…

— Мне уходить некуда. — Перебил его я. — Слушай, а хороший ром…Значит, на неписей, ну в смысле простых людей…И не людей…Действует? И даже нам развязывает язык, да?

— На вашем племени первый раз проверяю. Но личей, вампиров, элементалей и даже одного ангела он только так петь заставлял. — Буркнул трактирщик с крайне бурным прошлым. — И мне все равно, есть тебе куда уходить или нет. Не уйдешь сам, уйдут тебя. А мне потом трактир отстраивать после войны или вообще в чужие края переселяться. Поэтому если хочешь, чтобы я тебе помогал — плати!

— Ну, это само собой. — Даже удивился я такой постановке вопроса. — А чего, могло быть иначе, да?

— Если б ты был у наших в авторитете, то могло. — Кивнул головой пират и я сразу как‑то вспомнил о попадавшейся среди начальных навыков книжке с названием 'Принц воров'. Вроде бы именно она существенно расширяла потенциал разного рода преступников и даже самого героя учила карманным кражам. — Но ты никто и мы тебя не знаем. А потому сто золотых в день лично мне, и каждое дельце оплачивается отдельно!

— У тебя рожа треснет. — Подумав, заявил я. А после добавил. — Потому как я её тебе тресну!

— Хорошо. — Не стал спорить со мной Хью. — Тогда ребята, которых я соберу под твои знамена, сами будут искать развлечений и приключений. Думаешь, дешевле выйдет? За девок порченых плати, за ворованный товар торговцам плати, за порезанных по пьяни мужиков плати…

— Да что б ты подавился. Согласен. — Был вынужден принять его требования я, напомнив себе о том, что с гильдиями воров у друидов туго. Самое близкое к ним — рейнджеры. Но они скорее лучники, умеющие скрытно подбираться на дистанцию выстрела и способные следить за перемещениями войск противника. Сбор информации, кража артефактов, устранение неугодных, поиск ловушек и взлом замков — это как‑то не для них. — Только у меня нет ста золотых в день. Чтобы были, нужен замок. Да не простая каменная коробка, а с магическим источником.

— Хреново. — Налил себе еще трактирщик. — У нас таких нет. Есть только усадьба барона и логово насекомых. И ни один из них я бы на саблю взять не решился, даже будь у меня прежняя команда и пара — тройка союзных капитанов.

— Эльфийские руины. — Напомнил ему я и накапал себе рому. Интересно, получится наклюкаться им до отключки или нет? Надо проверить! Поставить, так сказать, эксперимент научный!

— А, тогда таки есть. Но их отстраивать надо. — Согласно кивнул бывший пират. — Впрочем, неумирающие это быстро умеют. Ладно, я согласен подождать. Только недолго.

— Чтобы их отвоевать силы нужны. — Налил я ему остаток напитка из бутылки, в рюмку. Ну и себя последними каплями не обделил — Люди. Или звери. Или вообще кто угодно, главное чтобы драться умели. И хотели за кормежку и долю в добыче.

— Живности в лесу много. Медведей ты вижу нашел, значит остались рыси, змеи, орлы, гиены и львы. — Подсчитал на пальцах Хью. — Примерно где они есть я скажу, там они тебя сами найдут. С людьми сложнее. Кликнуть то я могу, но пока они сюда дойдут…И плату вперед потребуют. Авансом.

— А есть места, которые можно потрясти без особого напряга? — Пошевелил я пальцами, намекая на монеты. Думаю, еще один день без замка вполне можно провести. Как раз армию зверюшек наберу, да уровень еще чуть — чуть повышу. Лишним не будет, раз в руинах банды по двадцать пять разбойничьих рыл чуть ли не бесследно пропадают.

— Найдем. — Прикрыл глаза Хью, а после потянулся за новой бутылкой. — Ром морских дев кончился, ром обычный начался. Наливай!

Вы выполнили задание: Неморской волк

Трактир Хромого Хью это не только место культурного досуга, но и сборище подозрительных личностей, которых можно нанять. И вас они уважают, боятся, ну или хотя бы терпят взамен на множество маленьких желтеньких монеток.

Награда: 1000 опыта. Возможность построить в вашем замке логово бандитов.

Вы получили новый уровень!

Ваш текущий уровень: 3

Сила магии +1

Лимит повышения уровней в этот день достигнут!

Выберите навык, который хотите изучить: Улучшенная Белая Магия или Управление насекомыми.

Второе! Я где‑то видел на скриншоте весьма впечатляющих гигантских пауков…Или создатели игры помнили, что они вообще‑то представители совсем отдельного семейства? А, пофиг, выбрал уже. И вообще, почему никто не наливает?!

Глава 3

— Курлы! — Пронзительно заверещало пернатое отродие, отчаянно стараясь выклевать мне глаза.

— Пошла вон, курица! — Я попытался отвесить тумака этому воробью — мутанту, но едва не сверзился вниз и вынужден был схватиться за едва — едва выступающий козырек обрыва обоими руками. Злобный птах немедленно попытался устроиться у меня на плечах и принялся долбить затылок. Количество пунктов жизни медленно, но верно стало ползти вниз. — Ох, почему я вместо ближнего боя стрельбу из лука не взял? Пристрелил бы тебя и в суп.

Скальный орел пятого уровня, из‑за раскраски упорно напоминающий обычного воробья, снова начал возмущенно клекотать и пытаться меня сбросить ударами по глазам. Знает, сволочь, где у людей уязвимая точка и вкусненькая часть одновременно. Нет уж, шалишь! Не хочешь по — хорошему слушать друида, будешь делать это по — плохому или вообще не будешь! Вот кто тебя просил выхватывать у меня прямо из рук с таким трудом пойманного зайца, когда я почти уже договорился со змеями?! Хорошо, что они обиделись именно на ворюгу, к которому как оказалось имели давние счеты. И даже выдали пусть хиленький, но квест.

Подтянувшись и в очередной раз двинув орла кулаком по клюву, я поразился упорству и толстокожести птички, после чего принялся за обыск её гнезда. Блестящий кристалл в центре оного меня серьезно озадачил. Вроде же не сорока, чтобы домой побрякушки таскать? И как орел его сюда вообще допер, они же примерно одинаковыми по размеру будут? Стервятников — джамшутов нанимал? А, ладно, главное, что эта единица ценного ресурса теперь моя, а у самого её подножия лежит изначальная цель. Пара крупных белых яиц.

— Кья! — Выдал японский боевой клич пернатый, принявшись мстить за киднепинг своих детей. На бреющем полете он попытался вскрыть ударом когтистой лапы мое горло, но был притиснут кирасой к скале и попросту раздавлен. На счет капнуло несколько единиц опыта. Фух, наконец‑то! Его подруга, отличавшаяся чуть меньшими размерами, горестно заклекотала. Вторая представительница данного семейства кружила над моей головой, но спускаться не спешила, видимо опасаясь за свои перышки. Ну и правильно, мне как раз плащ обновить бы не помешало. Спуск вниз прошел намного легче и быстрее. А там меня уже ждали, причем с нетерпением.

Вы выполнили задание: скальная яичница

Яйца скального орла являются редким деликатесом, который трудно добыть и еще сложнее не разбить, навернувшись вниз головой с утеса.

Награда: 100 опыта.

— Наконец‑то! — Торжествующе прошелестела на вполне понятном человеческом языке левая пасть двухголовой гадюки метрового размера, пока правая натягивалась как чулок на первое яйцо. — Больше пернатый убийца не будет поднимать молодежь в воздух, чтобы уронить их на скалы! Те6перь он мертв, а его потомство не родится точно так же, как не рождались дети моих сестер, чьи гнезда он разорял!

— А разве вы не живете в подземных норах? — Не смог удержаться от глупого вопроса я.

— Климат неподходящий. — Свободная голова змеи с грустью обернулась назад и осмотрела свой дом. И думаю легко догадаться, каким он был, если мой собеседник определялся как царь болотных гадюк пятнадцатого уровня. — Затапливает.

— Ты выполнил нашу просьбу, друид. Кстати, приятного аппетита, брат. — Прошипела вторая голова, закончив свою трапезу. — Мы тоже не откажемся от своих слов. Ведь молодым змеям, в общем‑то, нет особой разницы, куда уползать. В кишащий неизвестностями и опасностями лес или к людям, которые не будут бить их палками, а поселят в амбарах, полных вкусных мышей.

— Повоевать ради обретения этих амбаров тоже придется. — Счел нужным заметить я. — Погибшие будут. И, скорее всего, много. Кстати, а может кто‑то из ваших научиться говорить так, как ты? Ну, чтобы он мог без проблем понимать обычных людей и передавать змеям их приказы.

— Мы понимаем. Охотничьи угодья почти никогда не достаются без борьбы. Пусть дети и не имеют особой силы, но они смогут проползти куда нужно и неожиданно укусить врагов. — Заверил меня повелитель местной популяции змей, являющийся сам уже не столько рептилией, сколько мелким лесным духом. — Взрасти из преданных тебе гадюк особь, равную нам по силам и пришли сюда с вкусным самоцветом в зубах. Мы научим его нашей магии и покажем лягушек, от правильного поедания которых отрастает вторая голова.

— Договорились. — Кивнул я, нанимая в появившемся окошке найма весь гадючий приплод в количестве десятка особей. Вроде бы много…Но змеи — твари первого уровня и с совсем не большим количеством жизненных пунктов. Даже у крестьян их больше раза в три — четыре. Удара они не держат совсем, хоть и могут достаточно серьезно укусить, если доберутся до не закованной в доспехи цели на дистанцию броска. Пятнадцатипроцентный шанс навесить дебаф 'отравление' с каждой атаки тоже радует. — До новых встреч, ваше царское величество.

— Ага. Ползи себе. — Скользнул к воде небольшого лесного болотца магический змей.

Так, подведем итоги. За два дня удалось добыть трех медведей, десяток гадюк, пятерых гиен и одного горного льва. Плюс три викинга и Фрол. Семейная парочка рысей охотно приняла поглаживание, свежие сливки и молочного поросенка без молока, однако никаких котят не дали, вместо этого выведя меня к заброшенной лесопилке и свалив раньше, чем её охрана в виде двух стальных големов обнаружила нарушителя. Хорошо еще, эти истуканы медленно бегают, и удалось уйти… Хью же, надавивший авторитетом и будущей выгодой на местную популяцию криминала, обещал пригнать к руинам эльфийской крепости не меньше трех разбойничьих шаек по пять — десять человек каждая. Однако сам туда идти отказался наотрез даже за долговую расписку на дополнительную тысячу золотых, послав в качестве своего представителя юнгу. Хм, не бог весть какие силы собираются в итоге. Однако все одно не крестьянское ополчение, которое профессиональные солдаты темных фракций считают даже не смазкой для клинков, а приманкой для чудовищ. Обожравшиеся и упившиеся кровью монстры прибавляют в своих характеристиках…Но лишь до определенного предела. А потом им и двигаться туго набитый живот мешает, и стошнить недопереваренным человеком может… А в такие моменты убивать их проще всего.

— Что ж, посмотрим, чего там за страж такой эльфийский поселился. — Вздохнул я и зашагал к руинам, отмеченным на моей карте. — Интересно, частичная сохранность крепости мне чем‑нибудь поможет в плане её повторного обустройства? Ну, хотя бы снижением расходов на постройку стен, которые и так стоят по большей части?

Намеченная в качестве точки встречи большая поляна встретила меня тишиной и полной идиллией сил природы. Горный лев, бывший крупнее своих равнинных собратьев раза в три, сидел прямо по центру в позе египетского сфинкса и внимательно наблюдал своими кошачьими глазами за жавшимися к деревьям людьми. Медведи, за вчерашний день еще чуть — чуть подросшие, старательно пытались ему подражать и окружали могучего зверя со всех сторон почетным караулом. Под взглядами работающих в тандеме хищников разбойники чувствовали себя крайне неуютно. Сразу виден их главный недостаток — почти отсутствующий боевой дух. Напугать, перевербовать или обратить в бегство подобный контингент до безобразия легко и просто. Тройка викингов старательно пыталась переглядеть пялящихся на них животных, напустив на лица хмурые гримасы. Ну а пятерка пятнистых гиен, наблюдая за этим бесплатным представлением, просто угорала и втихомолку грызла чьи‑то кости. Судя по размеру — заячьи. Или предусмотрительный юнга для задабривания животных еще нескольких поросят с собой притащил.

— Всем привет! — Жизнерадостно поздоровался я, двигаясь прямо к горному льву. Этот большой кошак вызывал у меня больше вопросов, чем все остальные животнные вместе взятые. Во — первых, он если и уступал караулившей логово медведице, то лишь размерами. А уровень имел двадцатый, что на фоне большинства местных обитателей смотрелось более чем солидно. Во — вторых, стоило лишь подойти к его логову, как он сам вышел наружу, лизнул мне руку и стал из нейтрала союзником. Ну и в третьих, зверюга носила крайне любопытного вида ошейник. Плетение косичек из обычных одуванчиков является любимым делом многих маленьких девочек…Но вряд ли бы они отважились одеть его на крупного хищника. И еще их творение неминуемо должно было рано или поздно засохнуть. А болтающийся на шее животного предмет отличался первозданной свежестью и пах тем, чем одуванчики обычно не пахнут. Арбузами. Я специально его обнюхивал и хотел даже снять, чтобы рассмотреть поближе, но столкнулся с резким неприятием данной идеи у горного льва и под давлением имеющихся в его пасти аргументов убрал свою руку обратно. — А я с пополнением. Вы им на хвостик не наступите, а не то они вам яда в ногу впрыснут.

— Мы готовы. — Кивнул пират, отделившись от кучки разбойников вместе с еще каким‑то типом. Последний был высок, худ и, неожиданно, гладко выбрит. На его голове не только бороды, но и волос не было. А еще, кажется, ему старательно выщипали брови. Облачением этой жердины служили какие‑то рваные шкуры, в которых куски черного и серого меха перемежались нитками бус и какими‑то костяными амулетами. Ну а в руках классический колдун таскал гнутую палку, очевидно являющуюся разновидностью магического посоха. Не знаю как по характеристикам, но моя маленькая батарейка выглядит однозначно лучше и в бою применима в отличии от этой сухой веточки. — Но тут кое‑кто хотел с тобой поговорить. И, кстати, его слушают одиннадцать человек из двадцати, возжелавших пойти на дело.

— Приветствую тебя, брат. И вас, шипящие сестры. — Кивнул сначала мне, а потом гадюкам колдун. А после продемонстрировал серебряный медальон в виде змеиного черепа на толстой цепочке. — Как видишь, я из темного ковена. Какой у него тотем, думаю, объяснять после демонстрации знака не стоит. А ты к какому кругу принадлежишь? Или из тех, кто решил отринуть служение древним силам и перешел на службу церкви, отказавшись от большей части собственной гордости и знаний?

— Я сам по себе. — Пришлось мне откреститься от принадлежности к какой‑либо из существующих среди магов природы фракций. Надо же, коллегу встретил…Интересно, это добрый знак? Или же он в связи с высокой сложностью местных условий наоборот начнет вставлять палки в колеса? — Я не темный, но и не белый. Такой, каким и должен быть настоящий друид.

— Без покровителя в наши дни сложно. — Тяжело вздохнул лесной колдун, недовольно поджав губы. — Ты поймешь это рано или поздно. И, хочется надеяться, сделаешь правильный выбор. А я постараюсь помочь.

— Поговорим об этом, после. Скажем после создания мной замка, где на почетном месте будет стоять круг камней. — Хмыкнул я в ответ на такое предложение переходить на темную сторону. — С бочонком медовухи и несколькими коллегами, которые способны поддержать беседу, диспуты как‑то лучше идут. Ты знаешь чего‑нибудь про ту тварь, которая поселилась в руинах?

— Моя паства — это лучшие из истинных детей лесов. — Горделиво подбоченился друид, кивая себе за спину. Там действительно стояли люди, которые явно не бедствовали, несмотря на разбойный промысел. Черные кожаные куртки, лица замотаны шелковыми платками как у бандитов с Дикого Запада, червленое оружие блестит на солнце масляными разводами. Думаю, ядовитыми. — Но даже они никогда не видели следов монстра. Значит, он никогда не выходит наружу за пределы стен и довольствуется лишь случайными авантюристами. Живые существа так долго голодать не могут. Но кости, которые остались от зашедших внутрь, тщательно очищаются от мяса. Получается, не призрак и не дух.

— Главное, он материален. — Спокойно кивнул перебравшийся на сушу пират. — А значит, не придется возиться с поисками волшебных клинков, боевых магов или подходящих зелий. Идем?

— Идем! — Решительно кивнул я и, подав пример, первым двинулся к виднеющейся за деревьями темной громаде руин. — Не разбредаемся и держимся плотной группой. Одиночку сожрать легко, а из плотного строя его еще попробуй, вырви. Впереди на острие клина иду я, гиены и лев. Лучники с колдунами в центр. Змеи и медведи прикрывают тыл. Ну а остальные по бокам!

Разбойники меня послушались, хоть и ворчали дружно чего‑то там себе под нос. Животные тоже, причем команды отданные нормальным человеческим языком внешне обычные звери понимали как бы не лучше двуногих любителей легкой наживы. Лев и я будем держать удары как самые толстые. Гиены при лобовой атаке, скорее всего, все полягут. Однако они изначально обречены, поскольку данная стая не имела логова где могли быть наняты новые звери. Гадюки удержат слабых духом союзников от бегства, а медведи послужат резервом. Им все равно время надо, чтобы как следует разъяриться и увеличить впадением в боевое безумие и без того немаленькие показатели атаки и защиты.

Крепость выглядела не очень большой, скорее уж наоборот, она создавала впечатление какой‑то миниатюрной игрушечности. Стены всего в два с половиной метра высотой прикрывали собой не несокрушимый бастион, а дворец, в котором еще виднелись следы былого великолепия вроде лепнины, балкончиков и вытянутых вверх на несколько метров оконных проемов с цветными витражами. А еще на подходе к самому замку, если это строение заслуживало подобного слова, располагался парк. Высаженные стройными рядами деревья складывались в широкие тенистые аллеи, среди которых стояли мраморные скамеечки, скульптуры и беседки. Прямо перед главным входом в укрепление действительно располагался большой неработающий фонтан. Первый ярус его представляли из себя вытянутый метров на пять овал, из которого вздымался постамент в виде двух обнаженных эльфиек весьма приятных пропорций, совместными усилиями удерживающими над головами большой цветок лотоса. Сейчас их очертания, правда, серьезно скрадывал обвившее все и вся плющ с шикарными зелеными листьями, сильно напоминающими растопыренную ладонь. И он же в значительной мере маскировал выжженные на камне отметины и проломы, украшавшие собою стены и сам дворец как дырки в сыре. Хорошо хоть фонтану от порушившего тут все агрессора ни одного удара не досталось, иначе проще бы было новый построить, чем отреставрировать столь тонкую работу.

— Красивое тут раньше было местечко. — Хмыкнул я, оглядывая проржавшую решетку ворот, валяющуюся на земле. Судя по тому, как были искривлены железные прутья в мою руку толщиной, через них прошел кто‑то очень большой и сильный. Причем, не сильно сбавляя ход. А после он принялся тут все крушить. Вон, виднеются поросшие мхом обломки каких‑то строений, о изначальном предназначении которых остается только догадываться. А вот пара едва выделяющихся из общей архитектуры дворца башенок по углам оплавлена. Бугристые потеки расплавленного камня значительно выделяются на фоне гладких белых стен. Думаю, там располагались орудия, которые атакующий вынес в первую очередь и уже после стал развлекаться. — Значит, титан его порушил?

— Говорят, титан. — Пожал плечами вставший рядом со мной пиратский юнга. — А как оно на самом деле было, кто ж его уже знает…

— А это, похоже, из нашей банды кто‑то. — Фрол присел перед скелетом, не добравшимся до ворот каких‑то десять метров. Учитывая, что тела вообще‑то должны в этом мире разрушаться, данные останки точно оставлены как элемент декора. Ну, или предостережение. — Был человек и нет его. Только и осталось, что нож, подметки металлические и пара монет меж ребер валяющихся.

— Странно, я не вижу на костях ни одной отметины от зубов или когтей. — Нахмурился друид. — Не в муравейник же их пихали, чтобы очистить?

— А не исключено. — Вспомнил я труп убитого медведицей инсектоида. — Всем смотреть по сторонам, эта тварь просто обязана быть где‑то рядом и следить за нами.

Продвинувшись вперед еще на пару шагов, я был вынужден резко отскочить в сторону, поскольку из выбитого окна дворца прямо в меня кто‑то швырнул здоровенным булыжником. Камень размером с человеческую голову гулко стукнул об землю, подпрыгнул и приземлился прямо на ногу недовольно выругавшемуся бандиту. И сразу же вслед за этим сзади раздался протестующий рев и гневное шипение.

— Их тут много! — Сообразил я, разворачиваясь, что увидеть, как одного из медведей стремительно тащит куда‑то вдоль стены замка. Задние лапы подпрыгивающего на каждой кочке топтыгина захлестнула какая‑то длинная веревка, и он никак не мог извернуться, чтобы подцепить её когтями и порвать. А змеи выполняли сложные акробатические трюки, свиваясь в клубки и отпрыгивая от пытающихся захлестнуть их гибких и длинных канатов. — Берегитесь щупалец! Они стелются по самой земле!

Десятки арканов взметнулись, чтобы опутать меня петлями, стянуть в кокон, обездвижить и задушить, несмотря на уже наложенные чары каменной кожи. Какой‑то из них я встретил двуручником и отбросив, обагрив лезвие странной зеленой кровью, но остальные достигли своей цели. И их тут же принялся с рычанием обдирать своими когтями лев, временами действующий не слишком аккуратно и снимающий с меня по два — три хита. Гиены визжали, постепенно удаляясь и затихая одна за другой. Относительно небольших по своей массе хищников, к тому же вооруженных лишь клыкастой пастью, напавшим на нас существам оказалось достаточно просто спеленать и утащить прочь. Кого‑то из них, кажется, даже принялись бить о землю, чтобы четвероногая добыча поскорей затихла и перестала сопротивляться. В то же время на плоской крыше дворца началось какое‑то шевеление и град снарядов ударил по двору, поражая только одному ему видимые цели. В отличии от первого выстрела, сейчас неведомым стрелкам даже близко никого поразить не удалось. Хотя камни они в полет запускали солидные, каждый не меньше пары килограмм весом.

Поднапрягшись, я сумел пальцами схватиться за один из связывающих меня канатов и принялся крутить его в разные стороны, стремясь разорвать плотные волокна. Веревка билась в руках как живая, а давящие объятия несмотря на все усилия льва стягивались все туже и туже. Глаза в прямом смысле лезли на лоб под монотонное бубнение читающего заклятия колдуна и азартные выкрики разбойников, рубящие насевшие на них щупальца. Те из них, кто изначально взялся за луки, с руганью бросали оружие на землю и доставали из‑за поясов кинжалы или топоры. Поразить стрелами напавших на нас существ было абсолютно нереально. Нет, может какие‑нибудь эльфы с молниеносной реакцией и справились бы, но люди таких стрелковых подвигов осилить не могли. Да и как повредит длинной гибкой хватательной конечности засевший в ней кусочек дерева с металлическим наконечником? Гораздо надежнее просто обрубить такую хваталку, пока она тебя не задушила.

— Эх! — Поднатужившись, мне все же получилось порвать попавшийся в руки канат, обдавший пальцы зеленой кровью. Очень едкой, кстати, кожу так и защипало. И количество пунктов жизни стало быстрее уменьшаться. Черт, а не пищеварительный ли это сок? Вот и отгадка гладких костей. — Поднажали! Эти твари не умеют быстро регенерировать!

Со стоном осел один из разбойников, которому проломило череп. Твари бросали свои камни не так уж быстро и совсем не метко, но их было слишком уж много, чтобы рано или поздно теория вероятности не взяла свое. С гортанным возгласом темный друид закончил свое заклинание и каждое из щупалец, которое я видел, вдруг содрогнулось и принялось стремительно покрываться темными пятнами язв.

— Это одно существо! — Выпалил лесной колдун. — Громадное, но одно!

— Угу, то есть часть его с крыши дворца по нам пуляет, а часть тут душит зашедших на его территорию букашек…А почему оно тогда в один комок не соберется и всех нас просто не раздавит? Неужели не может? Размышления прервал кривой нож пиратского юнги, пришедший на помощь по — прежнему защищающему меня горному льву. Вдвоем они быстро срезали и сорвали с моих рук все стягивающие их канаты, а после я уже и сам принялся споро их перетирать об лезвие двуручника.

— Оно выдыхается! — Крикнул Фрол, который в паре метров от нас играл в перетягивание каната с обвившим его ногу щупальцем. И, черт побери, побеждал. А парочка оставшихся медведей, впавших в бешенство из‑за потери собрата и вовсе рвали все приблизившиеся к ним хватательные конечности как вареные макароны. — У него уже почти не осталось конечностей! Уй — ё….

Булыжник, ударивший в грудь разбойника, выбил из него весь победный энтузиазм, дух и стон боли. Но не убил на месте, уже хорошо.

— Пробиваемся внутрь дворца! — Решил я, наступая на очередное щупальце и отсекая прижатый к земле и дергающийся отросток. — Обстрел на открытом месте рано или поздно нас доконает!

Отряд, чуть поредевший но сохранивший боеспособность, принялся продвигаться вперед. Медленно. Ослабший было натиск вновь усилился, когда люди и звери принялись двигаться в сторону строения. К счастью, крайне неточный обстрел выбил из наших рядов всего двоих разбойников, да еще несколько человек и одного медведя помял, а душащие побеги после поражения их насланной колдуном гнилью изрядно ослабли.

— Сколько еще продержится заклинание? — Крикнул я темному друиду, просовывая кончик лезвия под наброшенную мне на шею петлю. Удавка лопнула, обдавая все вокруг ядовитой зеленой кровью и мне тут же пришлось спешить на помощь попавшему в переплет горному льву. Увлекшийся уничтожением противника зверь оказался окружен и теперь три его лапы тянуло в разные стороны, а разрываемый на части хищник совсем по кошачьи жалобно мяукал.

— А бес его знает! — Откликнулся лесной колдун, поливая наши тылы дождичком какой‑то сизой хмари. Ползущие к нам в тыл щупальца неведомой твари, попавшие под такие осадки, стремительно отдергивались назад корчась от боли. — Я вообще удивлен, что оно еще действует! С любого нормального монстра, да даже человека, слетело бы уже давно!

— Тогда прибавим ходу! — Решил я, обрезая хищные канаты, стягивающие передние конечности льва. Последнюю лапу он освободил самостоятельно, извернувшись на девяносто градусов и перекусив пастью пытающийся завязаться в морскую петлю узел. — Уй, ё!

Булыжник, весящий килограмм пятнадцать, саданул меня по спине так, что ноги подогнулись, а в глазах заплясали звездочки. Единственное, что удавалось рассмотреть четко, так это иконку дебафа 'Ошеломление'. Странно, а разве для него не по голове надо бить? Впрочем, сотрясение одного только мозга и сотрясение всего организма целиком действительно весьма похожи друг на друга.

— Держись, вождь! — Судя по тому, какой жесткой оказалась подхватившая меня рука, на помощь пришел один из викингов. — Конунгом будешь!

Перебирая ногами из последних сил, отгоняя крутившуюся перед глазами муть и отчаянно пытаясь не упасть, я и не заметил, как наш отряд дошел до выбитых дверей парадного входа во дворец и втянулся внутрь. И тут атаки хищных щупалец неожиданно прекратились. Ну, почти…

— Это…Лозы? — Друид в удивлении уставился на бледно — белую кишку тянущегося откуда‑то из глубин здания отростка, покрытую чуть светящимися листьями. Таких тут было много и все они шли наружу, лишь достигнув дверного проема начиная зеленеть. Здешние живые канаты тоже попытались напасть на людей, но из‑за недостатка света они выросли куда более хрупкими и ломкими, чем оставшиеся снаружи собратья. Видимо для того им и требовались листья. Улавливать те немногие крохи света, которые проникали внутрь стен дворца. — Мы дрались с каким‑то кустом?! Но я знаю все растения! И таких не бывает ни в замерших тундрах Севера, ни в знойных пустынях Юга!

— Ну не только же нам позволено играть с силами матушки — природы. Эльфы подобным тоже издревле занимаются. Вон какой цветник посадили, чтобы их оставшуюся без хозяев хатку кто попало к рукам прибрать не мог. — Пожал плечами я, вытирая льющий со лба пот. Пересчет оставшихся в отряде сил, мягко говоря, не радовал. Погибли все до единой гиены и змеи. Медведь был только один и весь изранен, просто чудо, что измочаленный как губка зверь все еще стоял на ногах. Лев выглядел чуть лучше, но именно чуть. Разбойников остался только десяток и почти все они принадлежали к тем, кто подчинялся друиду. А вот викинги и пиратский юнга выглядели до отвращения свежими, будто и не участвовали в жестокой драке не на жизнь, а на смерть. — Идем дальше. Если есть побеги, то должен быть и корень. И лучше бы его выкорчевать, а то еще выкопается и сбежит куда‑нибудь, лови его по лесу потом.

— Могут понадобиться факелы. — Задумчиво пробормотал себе под нос пират, крутя головой в разные стороны. — Эта пакость, обвившая собою стены, света почти не пропускает. А нам, скорее всего и в подвал понадобится спускаться, ибо все самое ценное и нужное прячут либо там, либо в башнях.

— У меня есть. — Откликнулся Фрол, действительно доставая из заплечного мешка пару обмотанных промасленной палей деревяшек. — И огниво тоже захватил!

— Шагайте осторожней, не устроить бы тут обвал. — Я поморщился, разглядывая громадные дыры в стене. Складывалось ощущение, что кто‑то огромный в ярости колошматил их изнутри молотом. Или пытался им же пришибить кого‑то очень верткого, раз за разом уходящего от сокрушительных ударов. Впрочем, трупов и возможных трофеев после драки не осталось, да и видно было, что к тут основательно похозяйничали, дабы забрать все ценное. Мебель вывезена, книжные шкафы стоят пустые, взамен сломанной беломраморной лестницы на второй этаж громоздятся полусгнившие мостки деревянных подпорок. — Идем вдоль корней…Интересно, почему они не могут сползтись к нам со всей территории двора и ударить в спину? На той же крыше швыряющихся камнями плетей осталось предостаточно.

— Кажется, у них есть какой‑то предел гибкости. Смотрите, те корни которые растут здесь вдоль стен нас не атакуют. И даже не пошевелились, когда в них от избытка чувств кто‑то из моих ребят стрелу всадил. — Задумался темный друид. — Большая часть жесткая и неподвижная, а специализированные органы могут ловить добычу. Нормальное положение дел для всех немагических плотоядных растений, какие я знаю. Вмешательство волшебства может изменить в живом организме многое…Но почему бы и не сохраниться данному недостатку?

— Похоже на правду. — Согласился с ним я, мысленно вспоминая имеющиеся в реальном мире прототипы виртуальных чудовищ. Вспомнилось собственно только две штуки. Венерниа мухоловка, умеющая лишь захлопывать листья, когда на них сядет насекомое и какой‑то желтый тропический кувшин, способный в любой момент перекрыть себя плотной крышкой и переварить все чего не успело из него выскочить. — Мне кажется, или эти штуки начинают утолащаться?

— Определенно. — Согласился со мной темный друид, слегка пиная стебель лежащего на земле растения. Оный уже обладал толщиной с человеческое бедро и чем‑то вроде потрескавшейся коры. — Думаю, мы почти уже у цели.

Немного попетляв по руинам, мы вышли к какой‑то дыре в стене, откуда выпирал наружу целый древесный ствол омерзительно — белеслого цвета. Лишь после выхода в коридор он разделялся на идущие в разные стороны отростки.

— Рубить придется долго. — Прикинул один из викингов объем работ. — Да еще пакостью этой едкой зальет.

— Тут можно протиснуться. — Не согласился с ним пиратский юнга, первым просачиваясь вдоль стены. — Ну, если пузо втянуть. Но если эта дрянь хоть дернется, то всех нас вдоль камней размажет.

— А зачем идти туда всем сразу? — Даже удивился такой постановке вопроса я. — Давайте уж по одному! Первый как раз и разведает, чего на той стороне творится. И, кстати, похоже ты уже вызвался добровольцем.

Ушедший на разведку пират практически сразу же исчез из виду. Но поскольку он без остановки бурчал себе под нос ругательства, которые отражались от стен и потолка причудливым эхом, за судьбу его тревожиться опасений не было. Правда, звук постепенно слабел и слабел…Интересно, как далеко тянется это странное растение?

— Идите сюда! — Раздался, наконец, едва заметный крик. — Тут безопасно! И даже свет есть!

— Ну, рискнем. — Решил я и, напомнив себе о возможности возрождаться, принялся ползти вдоль громадного растения. — Ух, кажется мне надо было в редакторе персонажа чуть убавить мышечную массу…Она, конечно, полезная и красивая, но вот в данный момент времени явно лишняя!

Минут пять я обдирал себе итак потрепанную одежду об камни за спиной и кору перед мордой, прежде чем с громким вздохом облегчения вывалился в относительно просторный и светлый зал. После тьмы коридора, оказавшегося самым настоящим подземным ходом, первым бросилось в глаза огромное окно. И ножки беломраморных эльфиек за ним. Фонтан, как оказалось, служил далеко не только декоративным целям. Вместо дна он имел натуральное зеркало с односторонней прозрачностью. А проникавший внутрь помещения свет и питал собой основание чудовищного растения, вместе с тем открывая неприглядную правду о предыдущем хозяине этого милого снаружи и жуткого внутри места.

— Титанида. — Выдохнул темный друид, пробиравшийся следом за мной, разглядывая огромный полуразложившийся труп в центре тайной лаборатории. Женский. Обнаженный Лишенный рук и ног, на месте которых красовались неаккуратные отметины рубцов, зашитых хирургической нитью. Для пущей надежности искалеченную пленницу к тому же крепко перетянули цепями, до сих пор удерживающими её тело в абсолютной неподвижности. Из живота погибшей и выдиралось атаковавшее нас растение, сначала тянувшееся было к прозрачному участку потолка, а потом вдруг резко изгибающееся и ныряющее в коридор. Соприкасавшееся с трупом основание, имевшее мясистый красный цвет, непрерывно дергалось, пульсировало и больше всего напоминало шею жирафа, с которой какой‑то сумасшедший заживо срезал шкуру. — Кажется, жившего здесь ушастика раздавили таки за дело. Сомневаюсь, что титанида была первой обитательницей этого места. Скорее уж вершиной целой линейки неких экспериментов, за которую экспериментатора смяли в кровавый блин. Для столь большой и почти полубожественной особы тут все же…Тесновато. Тазом она почти упирается в дверь, а своей головой едва не закрывает источник магии.

— Источник? — Отвлекся я от созерцания крайне необычного тела и сделал несколько шагов в бок, чтобы лучше разглядеть свою изначальную цель. За туго обтянутым кожей черепом действительно обнаружился бьющий из земли столб разноцветных и вращающихся вокруг невидимой оси искорок, поддерживающий в воздухе странный объект, похожий на поросшее корешками женское лицо. Сейчас оно кривилось в гримасах ненависти, а тонкие и чуть подрагивающие при полном отсутствии ветра воздушные корешки соединяли его с головой титаниды…У которой оказалась спилена верхушка черепа. И в открывшейся дыре помимо черных и разложившихся участков мозга были еще и те, которые оставались красными, пульсирующими и кровоточащими. Совсем как основание растения, проросшего через все тело гигантши и начинавшегося, похоже, именно здесь. Сунутый к лицу палец немедленно оказался прокушен длинными игольчатыми зубами, а жизнь начала уменьшаться из‑за мощного яда, проникшего в кровь. Разума в этом существе не чувствовалось. Только злоба, голод и какие‑то животные инстинкты.

Оскверненная жена энта. Уровень 20.

Выполнено задание: Эльфийский страж.

Награда: 5000 опыта, замок 'Тенистые аллеи', оскверненная жена энта.

Вы получили новый уровень!

Ваш текущий уровень: 4

Ментальная выносливость +1

Выберите навык, который хотите изучить: Улучшенная Белая Магия или Улучшенный Ближний Бой.

— Выберусь отсюда, найду геймдезайниров и выкину их всех из окон собственных офисов. А после проведу контроль из дробовика. — Неожиданно решил для себя я, сворачивая на время окно повышения уровня и принимаясь заново рассматривать обнаруженную тут мерзость. — Или засуну их сюда, упихаю в личную темницу и буду по очереди приглашать на выездные семинары инквизиторов и слуг темных богов, желающих попрактиковаться в пытках.

— Невероятно, тут остались лабораторные журналы! — Лесной колдун уже шебуршался у небольшого письменного стола, где действительно лежала какая‑то тетрадка и стояла чернильница из зеленого камня. — Так, записи на светлом эльфийском…Ага, вот последняя. Сегодня я посадил семя и провел последнюю операцию. Альфида уже не грозится своим отцом, великим Ал — Шерезом, а только молит о быстрой смерти. Мне жаль некогда столь гордое и прекрасное существо, но только организм дочери одного из величайших титанов несет в себе достаточно магической силы, чтобы семя проклюнулось и достаточно вынослив, чтобы дожить до конца прорастания. Когда ростки покажутся наружу, можно будет оборвать её страдания. Или подождать еще? Муки, которые она будет испытывать перед неизбежной смертью, окажутся воистину ужасны. Но, возможно, при помощи источника и моих умений удастся слить суть титаниды с семенем, даровав будущей жене энта дополнительную мощь и, как следствие, большую скорость рождения новых пастухов деревьев. Что ж, хоть и с тяжелым сердцем, но я буду вынужден принести на алтарь нашей будущей победы эту жертву ради Высшего Блага!

— Фух, я уж думал, не пролезу! — Вывалился из ведущего наружу коридора Фрол, по — прежнему сжимающий горящий факел. — Ой, а это еще что за мерзость?

— Тут дальше приписка идет. 'Она опять зовет отца. Раздражает. Наверное, стоит вырезать ей язык и зашить рот. Без воды и пищи титаны могут жить годами, а прорастание семени займет не больше нескольких месяцев'. — Темный друид оторвал взгляд от тетради и уставился на меня блестящими глазами. — Ты понимаешь, что мы нашли? Это же…Это же…Это же рабочие записи самого настоящего химеролога! Легендарные знания о создании новой жизни и изменении жизни уже существующей! Если повторить последовательно все описанные тут эксперименты, то можно овладеть азами данного мастерства!

Получено задание: Неестественная жизнь.

Проведите все опыты, описанные в лабораторном журнале.

Награда: Навык 'Химерология'.

— Боюсь, новую титаниду сюда будет запихнуть проблематично. — Я покосился на труп, которому перед смертью пришлось вытерпеть много…Невероятно много. А ведь когда сюда пришел титан, она точно была жива. И наверняка кричала бы от восторга и мстительной радости, если бы не зашитый рот. Но потом, когда её отец ушел, так и не найдя своей дочери, надежда на спасение должна была смениться настоящей бездной отчаяния, кошмара и ужаса. — Старую бы вынести.

— Повторим опыт на человеческих женщинах. Ведьмах или травницах, если уж обязательно наличие магической силы нужно. — Отмахнулся от меня темный друид. — Мы же друиды, маги природы и жизни, должны разобраться в самих принципах работы. Правда, может понадобиться много попыток… Ну, крестьяне все равно плодятся как кролики. В крайнем случае, можно будет рабов купить у кочевников или тех же орков, если не ты не захочешь портить репутацию с местными.

— Думаю, в этом не будет необходимости. — Я резким и внезапным движением вырвал тетрадь из рук лесного колдуна, а после поднес её к факелу Фрола. Бумага неохотно принялась сворачиваться и чернеть, постепенно поглощаясь пламенем.

— Что ты делаешь?! Остановись! — Закричал не своим голосом темный друид и попытался отобрать у меня записи эльфийского химеролога. Да только где ему было тягаться грубой силой со мной, по своим характеристикам являющимся не столько магом, сколько воином? — Это же ключ к тому, чтобы вернуть нашему братству утерянные позиции! Вернуть старые порядки! Снова сделать магов природы силой, с которой нельзя не считаться!

— Содержащиеся здесь знания настоящее извращение природы. — Покачал головой я, чувствуя, как полыхающего бумага начинает жечь пальцы. — И оно должно быть уничтожено!

Горящей тетрадью я ударил со всей силы по плавающему в магическом источнике женскому лицу, вышибая эту мерзость из столба концентрированной магии. И, как ни странно, этого хватило чтобы убить истинную хозяйку раскинувшегося по всему дворцу смертельно — опасного и наверняка уже стремительно оправляющегося от ран растительного тела. Более того, капнувших за эту тварь очков опыта хватило, чтобы получить пятый уровень! И лишь этим моя награда не ограничилась.

Вы уничтожили 'Рабочую тетрадь химеролога'! Деяние, достойное поощрения в глазах истинных друидов.

На вас наложено благословление: 'Улыбка матери — природы'.

Количество получаемого опыта всех ваших существ — животных увеличена на 25 %. Количество доступных для найма существ — животных увеличено на 25 %. Длительность: 7 суток.

Разблокировано скрытое классовое умение: Гармония

Существа, получившие под вашим командованием не меньше 5 уровней или сменившие класс, больше не имеют штрафов к морали от совместных действий с представителями иных фракций (не распространяется на нежить и демонов).

Получено задание: Почтальон с дурными вестями.

Великий титан Ал — Шерез догадывается о смерти своей единственной дочери и полагает, что та не была быстрой и легкой. Однако подробностей он не знает, а потому в его сердце еще теплится робкий лучик надежды. Сообщите ему печальные вести.

Награда: Вариативно.

— Ты мерзкий ханжа! Вандал! Варвар! — Прошипел мне прямо в лице темный друид, неожиданно блеснув выскочившими откуда‑то из верхней челюсти загнутыми змеиными клыками. — Предатель! Братья узнают об этом! И поверь, ты дорого пожалеешь о своем поступке!

Ваши отношения с ковеном змеи ухудшились на 25 пунктов.

— Переживу! — Хмыкнул я, смотря вслед лесному колдуну, продирающемуся прочь из тайной лаболатории сквозь встречный поток любопытных, а после развернулся обратно к источнику магии. — Ну — с, и что у нас тут такое с замком?

Глава 4

Утро нового дня я встретил практически как король в изгнании…При наличии собственного дворца ночевать пришлось на голой земле, закутавшись в плащ. Пробуждение порадовало дебафом 'ломота в суставах' и будь проклята моя интуиция, если при определенных условиях он не мог перейти в пожизненный ревматизм! Правда, имелись у наступившего дня и положительные стороны. Например, тысячу золотых…Ну, девятьсот, учитывая выплаты Хромому Хью. Теперь уже можно через него нанимать разного рода наемников, суля им не только щедрые посулы, но и полновесные монеты. Жаль только, вызвать сюда сразу две — три бригады по пятьдесят — шестьдесят солдат удачи он в принципе не сможет никогда. Условность игровой мехнаки, чтоб её…

Захват магического источника принес мне довольно приятные новости. Три главные постройки заброшенной эльфийской крепости, а именно Сердце Замка, Склад Ресурсов и Заклинательный Покой в нем уже имелись и даже оказались готовы к использованию. Это было очень кстати, учитывая, что для возведения данных строений 'из ничего' игроку требовалось не только оказаться в подходящем месте, но и иметь с собой достаточно золото, дерева и камня. Вот только имелась в этой бочке меда не просто ложка дегтя, а целый ушат данной субстанции. Заботливо перемешанный с пахучим содержимым.

Сердцем замка оказалась та самая лаборатория химеролога, что очень сильно меня напрягло. Труп титаниды — это ладно. Достанем. Скорее всего, дно фонтана может как‑то открываться. Ведь по имеющемуся подземному проходу столь крупногабаритный груз пронести бы не получилось. У погибшей дамы ширина ребер несколько превышала расстояние между его стенами. Но то, что самая главная и уязвимая часть крепости находилось за пределами её стен, малость нервировало. Если случится осада, хотя учитывая реалии игры лучше будет использовать слово 'когда'…Короче, один маг с умением обнаруживать подземные пустоты, подрывник собравшийся потренироваться на фонтане, недолет камня из катапульты или решивший попить водицы, но запутавшийся в ногах пьяный тролль…И все. Сердце Замка окажется обнаружено. А дальше вражеский герой либо сразу же его захватит, либо сначала будет долго подозревать особо изощренную ловушку, но потом все равно его захватит. И мне придется снова начинать жизнь бомжа.

Заклинательный покой располагался где‑то на втором этаже дворцовых руин. Где именно — выяснить вчера так и не удалось. Попытавшийся воспользоваться шаткой конструкцией из полусгнивших мостков пиратский юнга рухнул вниз и оказался погребен под слоем строительного мусора. Мат, который он оттуда издавал, доказывал полное отсутствие в данной игре каких‑либо фильтров и подтверждал её крайне высокую возрастную маркировку. Другой нормальный путь наверх мы найти так и не сумели, а испытывать свои способности в лазании по стенам из‑за наступающей темноты никто не рискнул.

Склад ресурсов же находился на заднем дворе разрушенного жилища эльфийского принца. И оказался полностью забит древесиной, которая к сожалению не воспринималась как ресурс. Сложно сказать, почему именно в этом месте оскверненной жене энта приспичило прорасти свой самый массивный и высокий ствол, но она это сделала. И попутно унесла вверх три из четырех стен склада. Его же обломками по нам, собственно, и пулялись.

— Фрол, а Фрол? — Мне на глаза попался один из первых встреченных в этом мире персонажей, сейчас страдальчески держащийся за грудь. Видимо у него болели ребра после вчерашнего знакомства с булыжником. Увы, в этой игре еда и сон не излечивали автоматически все полученные повреждения. Серьезно покалечившись или вообще встав на грань жизни и смерти можно было заполучить травмы, которые не проходили неделями и месяцами. А то и вовсе заработать пожизненный дебаф, снять который мог далеко не каждый целитель. Игроки всегда могли умереть, дабы воскреснуть здоровыми и полными сил, а вот рядовым обитателям земель такое счастье почти никогда не было доступно. — Ты говорил, что десятником стражи числился когда‑то…А хочешь снова им стать? Место дам самое хлебное, на воротах. И пусть никто не говорит, что я не умею вознаграждать за верную службу! Да и в конце‑то концов, кому лучше знать повадки преступников, как не бывшему разбойнику?

— Снова стоять истуканом по двенадцать часов в день, получать в спину проклятия, воевать за каждую монету положенных сборов и инспектировать кабаки на предмет того, не разбавляют ли там пиво? — Пожилой и много повидавший на своем веку человек расплылся в улыбке. — Да…Я об этом давно уже мечтаю. Вот только дом бы мне. И бабу.

— Ну, жильем обеспечим. В ближайшем будущем. — Пообещал ему я. — А вот с женщиной как‑нибудь сам определяйся. Я, конечно, буду иметь твои пожелания в виду, но вряд ли у меня найдется время для сводничества. Значит так, как страж ворот сегодня остаешься на хозяйстве и смотришь, чтобы во дворец никто не заходил. Викинги тоже остаются здесь и рубят едва не придушивший нас сорняк на части. Все равно топоры нормальные только у них…Так, а кто у нас еще остался?

К сожалению, войска как такового у меня практически не обнаружилось. Лев и медведь, чьи шкуры украшали свежие чуть затянувшиеся шрамы. Темный друид еще вчера утащил восвояси свою банду, а пиратский юнга проснулся раньше всех, растолкал разбойников и увел их обратно к трактиру Хью.

— Ладно, поброжу денек по окрестностям один. — Я мысленно представил схему своего движения, отправной точкой которого являлись рухнувшие ворота эльфийской крепости. К ним вела плохо сохранившаяся, но все‑таки дорога. Стоило пройти по ней до соединения с нормальными, по местным меркам, транспортными артериями. Наверняка на кого‑нибудь, да нарвусь. Если повезет, даже смогу с ними справиться. — Разведаю, что к чему.

— Ррр. — Несогласно мотнул головой горный лев, а после осторожно взял меня зубами за руку и пар раз потянул куда‑то на юго — восток.

— Ты хочешь мне чего‑то показать? — Однозначно интерпретировал я его поведение. — Ну, идем. А пока шагаем, можешь объяснить, что именно?

В коротком рыке хищника застыл один единственный вопрос 'Как?'.

— Подай голос, если одно из моих предположений окажется правильным. — Пожал я плечами. — Логово? Пещеру? Врага? Друга? Сокровище? Какую‑нибудь шахту? Стаю других зверей? Того кто сплел тебя этот замечательный ошейник?

— Рра. — Подтвердил последнее предположение четвероногий гид, а после значительно ускорил свое движение. Мда, кажется, он не любит долгие разговоры. Зверь — социопат, ну кто бы мог подумать…

Прогулку по лесу в быстром темпе через полчаса испортил десяток зомби, довольно грамотно для пахучих трупов устроивших засаду. Они попросту выкопались из под тонкого камуфлирующего слоя земли, стоило нам оказаться рядом с ними и напали со всех сторон одновременно.

— Мерзость. — Оценил я внешний вид и запах противника, снося первому из ходячих трупов башку. — Хорошо хоть, что медленная мерзость!

— Пфе! — Согласился со мной горный лев, на морде которого буквально читалась отвращение. Сразу два покойника набросилось на него с разных сторон, и если одного тот просто лягнул могучими задними лапами, отбросив метров на десять, то второго пришлось встречать пастью. Зомби подобного не выдержал, поскольку ему напрочь откусили половину грудной клетки…Но судя по принявшемуся отплевываться хищнику, вкус у немертвого монстра оказался просто убийственный.

Вдвоем мы уничтожили всех противников минут за пять, отделавшись скорее легким испугом да парочкой царапин. А после как можно скорее двинулись дальше, уничтожая растительность на своем пути. Я старался обтереть изгвазданный двуручник большими пучками травы, а стремящийся избавиться от неприятного привкуса во рту лев в качестве замены зубному порошку обгрызал кору с деревьев. Да действовал в таких масштабах, словно вознамерился получить титул почетного зайца. Возможно, в лохмотьях зомби можно было найти пару — тройку монет, но обыскивать оставшиеся после расправы над ними смердящие останки ради золота совершенно не хотелось. В конце‑то концов, смена одежды у меня пока одна! И в этом мире проще обнаружить россыпи алмазов и рубинов, чем хозяйственный магазин, где продается самый обычный стиральный порошок!

— Далеко еще? — Уточнил я льва, взирая на заметно приблизившиеся горы. Где‑то рядом мы с ним и встретились первый раз…А если взять чуть — чуть правее, то можно часа через два выйти к болоту гадюк. Вот только там сейчас уж точно ловить нечего и некого. Всех, кого только можно, уже завербовал.

Вместо ответа лев почти по — человечески ткнул куда‑то лапой. Проследив за направлением его жеста, мне удалось заметить на миг блеснувшую среди деревьев яркую искру. Осознание, что цель уже близко придало мне сил, и уже через несколько минут я со своим провожатым выскочил на поляну. Очень странную поляну, полную золотого тумана, мерцающих в воздухе искр так похожих на те, из которых состоял источник магии и веселого женского смеха.

— Феи? — Пробормотал я в изумлении, наблюдая за тем, как вокруг меня и моего спутника немедленно начал виться хоровод из десятка крылатых фигурок. Одетых в такие просвечивающие или провокационные платьица, что право слово, лучше бы они были обнаженными. Причем дамы вовсе не молчали, о нет! Многоголосый щебет, в котором хозяйки поляны обсуждали внешний вид своих гостей, немедленно ввинтился в уши. Главной темой их обсуждения являлось установление истинны по одному простому вопросу. Кто красивее: я или лев? Мнения разделились примерно поровну, а потому для доказательства собственной правоты спорщицы находили у нас все новые и новые достоинства…А потом хватались за них и пытались продемонстрировать найденное всем присутствующим. Единственным, что мешало этому зрелищу перейти из эротики в откровенную порнографию, был их размер. Каждая из порхающих девиц легкого поведения едва — едва превышала отметку в двадцать сантиметров роста. — Ай! Дамы, это уже становится немного больно!

— Рф! — Насмешливо хмыкнул, очевидно, привыкший к такому лев, наблюдая за моими попытками отстоять собственные волосы. Впрочем, уши к голове он уже плотно прижал, а усы на морде прикрыл лапой. Украшений плаща мне было совсем не жалко, а кольцо — печатку с пальца игрока просто нельзя снять, но вот потеря кусочка скальпа ощутилась бы довольно чувствительной.

— Кыш, кыш, мелкотня! — Вмешался громкий женский голос, мгновенно перекрывший щебетание фей. — Отстаньте от гостей, пока они на нас не обиделись!

Галдящая мелочь мигом брызнула во все стороны, оставив на поляне лишь трех существ, только одно из которых было его коренным обитателем. Невысокая девушка эльфийской внешности и примерно полутораметрового роста, в одежде, сплетенной из живых цветов, казалась настолько воздушной, что дунь на неё и улетит. Но впечатление явно было обманчивым. Доказательством этому служило несколько черепов, которые сия особа переплела шипастыми побегами дикой розы и повесила на шею в качестве ожерелья. Смотрелось он на ней несколько неуместно из‑за размеров лишенных плоти человеческих и, кажется, орочьих голов. Да к тому же полностью закрывало грудь. А жаль. Судя по остальному экстерьеру, на эту красу и гордость каждой женщины определенно стоило полюбоваться.

— Ты нимфа, верно? — Предположил я, разглядывая экстравагантную незнакомку. Которую, кстати, игровая система так и обозвала. И присвоила сей даме щедрый двадцатый уровень, заставляя в её присутствии как минимум насторожиться.

— Все верно, полуэльф. — Хмыкнул младший дух природы, наделенный разумом, волей и желаниями, практически во всем соответствующими человеческим. — Но, может, перейдём к общению по именам? Я — Лала.

— Эльдар. — Отрекомендовался я, осторожно целуя протянутую руку. Та приятно пахла свежей лесной земляникой и имела точно такой же вкус…Даже укусить захотелось. — Друид и новый владыка этих земель. Правда, пока еще мало кем признанный.

— Знаю. — Пожала плечами нимфа. — Потому‑то я и отправила к тебе на помощь своего чемпиона и главного защитника этого чудного места. Меня сложно назвать невинной овечкой, да и девочки несмотря на безалаберность умеют за себя постоять, но…Без нашего большого и храброго льва ограбить или уничтожить поляну стало значительно проще. И я прошу у тебя разрешения забрать его назад.

— Как можно мне решать, куда пойдет или не пойдет свободный зверь? Ему стоит определиться самому. Но должен признать, защищать и оберегать столь милую даму занятие куда более интересное и почетное, чем вместе с молодым нахальным друидом соваться в одну дыру за другой. — Попытка поиграть в благородство вызвала синхронный насмешливый фырк у нимфы и зверя. Интересно, кто из них кого этому научил? И не проходила ли во время семинара мимо одна моя знакомая медведица? — В общем, хоть и жаль расставаться с таким сильным союзником, но очевидно, что он тут нужнее. Да и потом, один в поле не воин. Пускай он даже лев. Но если он создаст прайд, оставляю за собой право прийти и сманивать его котят на вольные хлеба.

— Не если, а когда. — Поправила меня Лала, чему‑то загадочно улыбаясь. — Но рада, что ты так легко согласился. Не буду ходить вокруг да около. Эльдар, я хочу предложить тебе сделку.

— Внимательно слушаю. — Кивнул я, даже не собираясь отказываться от возможного квеста.

— Убей для меня одного человека. — С очаровательной улыбкой на губах попросило прелестное создание, проводя пальцем по ожерелью из черепов. — А лучше всего убей не только его, но и вырежи всю семью. И взамен получишь одеяние, достойное настоящего друида. Живой плащ, что будет сам по себе восстанавливать твою магическую энергию и лечить от ран!

Получено задание: Резня по портному

Убейте указанную вам лесной нимфой цель. Или цели.

Награда: Живой плащ. Вариативно.

— Очень…Неожиданная просьба. — Был вынужден признать я, слегка опешив от услышанного. Впрочем, нимфы как и все создания природы не являлись по определению добрыми существами. И могли проявлять как сострадание и милосердие, так и жестокость с изощренным коварством. — О ком ты говоришь и чем он заслужил такое к себе отношение?

— Некто Лоулдан, проживающий в деревне Рыбцы. Полуэльф, как и ты. — Мило улыбнулась особа, намеревающаяся использовать меня в качестве киллера. — Любящий отец, хороший портной, слегка модельер, чуть — чуть алхимик и самую малость чародей…А также безжалостный садист, ради прибыли готовый на любую низость. Он торгует одеждой, среди которой имеется и зачарованная. Для придания его тканям особых свойств, они вывариваются в отварах, одним из компонентов которых являются крылья фей. Моих фей!

Глаза нимфы блеснули грозовыми раскатами, а руки сжались в кулачки. Несмотря на малые размеры, разъярившееся создание смотрелось весьма грозно.

— Он регулярно посылает охотников к единственному месту во всей округе, где можно раздобыть столь ценный ингредиент. Сюда. — Лала нахмурилась и принялась шагать из стороны в сторону, колыхая высокую траву и вздымая вокруг себя целые водопады искр. — Несколько из них не вернулось домой, но за каждое крыло Лоулдан платит золотом по весу! И потому желающие легкой наживы не переводятся. А феи слишком непоседливы, чтобы усидеть на одном месте и никуда не отлучаться…Мне же покидать поляну нельзя еще лет пятьдесят! Или весь трехвековой труд будет пущен насмарку!

— Это какая же работа требует столько времени… — Мой взгляд зацепился за искорки магической энергии, танцующие в воздухе. — Стоп! Ты пробуждаешь магический источник?!

— Да. — С легким оттенком недовольства была вынуждена признать нимфа. — Задача трудная и мне как бы совсем не по рангу. Но если получится, я стану берегиней. А божество, пусть даже младшее, это все‑таки статус. Вот только без фей сконцентрировать разлитую в воздухе и земле магическую энергию, чтобы потом выложить получившимися кристаллами энергетическую линию, попросту невозможно. А порождающие их деревья неминуемо будут тянуть силу на себя, и затягивать процесс на порядки. Ты хоть представляешь, как сложно восстанавливать популяцию помошников в таких условиях?! Так как, согласен выполнить мою просьбу или нет?

— Я…Посмотрю, что можно сделать. — Вздохнул я, отводя глаза. Заниматься подобным грязным делом не хотелось. Однако резоны Лалы были понятны. К тому же убиваемые чуть ли не в промышленных масштабах феи являлись разумными существами, пусть их психика и существенно отличалась от человеческой. — А ты можешь помочь мне с тем, чтобы установить в моем замке древо фей? Там же они уже не будет тебе мешать, верно? А я бы присылал к тебе новых помощниц по мере необходимости, если со старыми вдруг приключится беда.

— Я бы могла. — Кивнула Лала. — Но только лично, а отлучаться даже на минуту мне нельзя. И других древних нимф в округе нет. Только разные молодые дурочки, у которых в голове слишком много ветра, плясок и валяния по кустам пригожих юношей. А потому извини. От меня фей сможешь получить себе не раньше, чем через пятьдесят лет. Но сейчас я могу выдать тебе задаток и отдавать регулярно появляющиеся бракованные кристаллы, которые не годятся для создания источника, но в остальном находятся вполне на уровне. Только убей этого проклятого портного и всех его детей, которых он прилежно обучил своему мастерству!

— Он умрет. — Пришлось согласиться мне. Кристаллы в этом мире являлись чуть ли не самым дорогим и редким из ресурсов. Да к тому же шахты, в которых добывали полезные ископаемые, со временем истощались и начинали приносить все меньшее количество полезных ископаемых. А замедлятся ли после продолжительной эксплуатации темпы работы нимфы? Может быть и нет. — Могу я сейчас получить задаток?

— У меня скопилось семь кристаллов. Остальные раздарила подругам. — Лала точеной ножкой раздвинула в стороны переплетение травы, открывая взгляду горку сияющих на солнце ресурсов. — И феи будут приносить тебе новые примерно по одному в неделю. Но я жду, что моя просьба окажется выполнена. Причем не когда Лоулдан умрет от старости.

— Месяц? — Выставил я срок, за который уж точно должен разобраться со всеми окружающими землями, чтобы двигаться дальше. А будучи правителем данной территории, решить проблему портного можно многими способами. Например, его казнить, а детей — учеников отправить на каторжные работы за браконьерство или неуплату налогов. А чего, я феодал, право имею…Возможно, нимфа примет такое промежуточное решение.

— Две недели. — Поджала губки Лала. — В конце — концов, ты уже получил задаток.

Обратный путь к захваченной крепости я заложил по дуге так, чтобы пройти по неразведанному пока пространству и самым краешком зацепить лесопилку. Взятые накануне уровни принесли мне навыки улучшенной магии жизни и улучшенного же ближнего боя. И вот последний я как раз очень хотел проверить на големах, от которых вчера попросту убежал. Судя по описанию, теперь моя удачно проведенная контратака всегда засчитывалась противником как критический удар, плюс заставляла его отшатываться назад и сбивала с ритма боя. С такими возможностями одиночного врага можно было попробовать переиграть даже при достаточно большой разнице в уровнях, а также показателях атаки и защиты. Ну а второй стальной болванчик…Что ж, воскресну при необходимости. Заодно и время обратного пути до своей резиденции сэкономлю. Однако применить полученные навыки мне пришлось намного раньше запланированного. Истошный вопль 'Помогите!' так и намекал о грядущих приключениях и возможном опыте. И игнорировать такой знак судьбы было бы просто смешно.

— Держись! — Крикнул я, а потом понесся на звук как лось, не разбирая дороги и чуть ли не специально пытаясь создать максимальное количество шума. И мне это даже удалось. Во всяком случае, нечто, чуть ли не деревья сшибающее на своем пути, с большим интересом встретили оба участника маленького конфликта. И забравшийся под перевернутую телегу парень в странном одеянии с оглоблей в руках и самый натуральный дракон…Нет, все‑таки виверн. Лап у него было всего две и те спереди, да и размеры подкачали. Метров пять в длину, два в холке. Крылья, правда, зрительно увеличивали размеры монстра раза в два, но когтей на них не имелось, а значит большой угроз натянутые на тонкие кости перепонки не представляли.

— Кыш! Кыш! — Заорал я, махая двуручником в воздухе и надеясь на свои особые друидические таланты. — Пошел отсюда!

И виверн пошел, вернее пополз. Ко мне. И, судя по его побитой оглоблей морде, он был совсем не расположен к диалогам или чесанию пузика. Сейчас у этой горы мускулов весом в пару тонн было только одно и достаточно простое желание. Пожрать. Возможно, потом она и придет в более благодушный и подходящий для укрощения настрой, но до этого момента требовалось сначала дожить.

— Ну, хоть не огнедышащий. — Я едва успел наложить на себя каменную кожу, прежде чем монстр подобрался на дистанцию укуса. Летающая рептилия отвела голову назад, а затем резко выбросила её вперед, разевая пасть…И нарвалась на встречный укол кончиком меча прямо в чувствительное небо. Вопль едва не откинул назад, а виверн отскочил рефлекторно назад и нехорошо прищурился, сглатывая кровавую слюну. Фух! Еле успел выставить клинок на пути этой дряни! Бонусы к ближнему бою может и увеличивают причиняемый мною урон, но не промазать острием мимо рванувших ко мне челюстей было сложно.

Внезапный удар хвостом я отразить не успел, поскольку слишком сосредоточился на опаснейшей пасти чудовища. Катясь кубарем по камням, я еще успел порадоваться тому, что не выпустил оружие, а после меня придавила к земле громадная туша. Виверн с толком воспользовался временной беспомощностью оппонента. И даже свой наезд совершил так, чтобы его цель оказалась одновременно и в досягаемости когтистых лап, и не могла пырнуть его мечом, который зажало под брюхом монстра.

— Ааа! — Заорал я не то от страха, не то от боли, когда тварь принялась меня терзать. Изогнувшаяся по змеиному шея приблизила зловонную пасть к моей голове, чтобы добить нахальную букашку. Эхом пронзительный вопль почти уже сожранного друида отразился от чего‑то еще…И виверн вдруг обмяк, вытянулся как сосиска и окончательно погреб меня под собой.

— Ты там живой?! — Раздался откуда‑то снаружи встревоженный голос.

— Пока да! — Откликнулся я, пытаясь выбраться из под тяжеленной туши. — Вытащи меня!

Что‑то твердое проникло под тело летающего ящера, а после один из его боков чуть приподнялся, дам мне возможность вылезти. Своей свободой я оказался обязан аж сразу трем факторам. Давешнему сидельцу под телегой, его оглобле и невесть откуда взявшемуся коню, опасливо косившемуся на хищника большим глазом. Конец здоровой деревяшки, фактически маленького бревна, был обагрен кровью. И точно такого же цвета жидкость капала из разбитого затылка рептилии.

— Ты… — Я ткнул в это деревянное оружие, а потом перевел взгляд на виверна. — Его? Этим?!

— Ага! — Сам не веря своим словам согласился со мной молодой мускулистый парень, одетый в какую‑то темную хламиду. — Забрался на вернувшегося Окуня, дал ему пятками по бокам и с разгона каааак вдарю!

— Талант. — Пришлось признать мне очевидное. Завалить дракона зачарованным копьем, сидя на породистом жеребце…Ну, наверное тяжело. Но всяко проще, чем на деревенской кляче ухайдакать виверна простой оглоблей! Хотя силы у снова слезшего с экологически чистого транспорта спасателя все равно не меренно. Перевернуть такую тушу, пусть даже используя рычаг…Нет, я бы смог! Наверное…Но по меркам этого мира все игроки немного жульничают. — Да тебе в рыцари надо!

— Нельзя. — Быстро — быстро замотал головой из стороны в сторону парень. — Никак нельзя! Ты это…Уверуй!

— Чё? — Вылупился я на него, как баран на новые ворота.

— Ты язычник. — Обвиняюще ткнул пальцем в мою накидку парень, чья одежда при ближайшем рассмотрении оказалась монашеской сутаной. Да и на шее у него висела какая‑то золотая цепочка, явно выбивающая из общего ряда простого крестьянина…Правда, священный символ в процессе драки уполз куда‑то за шиворот, но в нем для дальнейшей идентификации уже и не было нужды. — Был чудесным образом спасен от зверя лютого! Так узнай же знак свыше, покайся в грехах и прими свет истинной веры!

— О! — Показал я ему кукиш и сворачивая системное сообщение с предложением об изменении персонажа. Из плюсов — повышение репутации со светлой фракции людей, а из минусов — утеря возможности совершать чары любых школ, кроме белой магии. А не простой, по ходу монашек‑то…Простой сельский жрец таким полномочиями обладать не должен! — Тогда ты сам раскайся в заблуждениях и уверуй в природу, раз она позволила мне услышать твои истошные вопли о помощи.

— Шиш! — Отзеркалил мой жест одной рукой парень, второй поухватистее берясь за свою оглоблю. — Я смотрю, так ты у нас еретик…

— Иго — го — го! — Заорал не своим голосом коняга, бросаясь наутек. Там, где он стоял секунду назад, лязгнули челюсти оклемавшейся твари. Не сговариваясь, мы с монашком обрушили на неё свое оружие. И вроде даже удачно, во всяком случае, наполовину развернувшийся к нам виверн снова обмяк. — Иго — го!

— Да, мы те еще дебилы. — Был вынужден согласиться со злобно ржущим конем я, проводя рептилии контроль методом отрубания головы. Или, учитвая её габариты и прочность чешуи, скорее перепиливания шеи. Опыт капнул еще на третьем ударе, но на всякий случай добавил еще парочку, до полного отделения трофея. — Кхм…Так на чем мы остановились?

— На том, что друг другу ничего обидного не говорили? — Предположил монашек. — Драться после такого как‑то уже и не удобно. Да и ты, похоже, не самый плохой человек, хоть и еретик. Иначе бы на помощь мне не кинулся.

— Согласен. — Кивнул головой я, в принципе довольный таким решением. — Ты тоже вроде бы получше большинства вашей братии, раз не кинулся наутек при первой возможности. Как трофей делить будем?

— Ну, раз телега у меня, то шесть долей мне, четыре тебе. — Прикинул мой новый знакомый. — За деньгами зайди через пару дней в часовню, которая Рыбцах, да спроси Лугеля.

— Договорились. — Кивнул я, раздумывая о том, не будет ли в том месте засады…Ну, проверим. В любом случае, появился достойный повод показаться в этом населенном пункте, который пока не видел, но много о нем слышал. — Помочь тебе загрузить тушу на телегу?

— Да уж будь любезен. — Кивнул новоявленный деловой партнер. — Только её сначала саму надо обратно на колеса поставить. Ох, расплодилось же по лесам тварей с тех пор как от…Барон патрулирование своих земель забросил.

— Действительно. — Согласился с ним я, мысленно отмечая как и какого‑то барона, у которого скорее всего придется оспаривать данную территорию, так и заминку перед его упоминанием. — Шагу ступить некуда.

На телеге, которую с трудом тащила вновь запряженная коняга, проехаться к сожалению так и не удалось. В итоге к лесопилке я подошел уже слегка уставшим от пешеходных прогулок, о чем и сообщил охраняющим её големам как можно громче. Оживленные колдовством куски металла мгновенно среагировали на нарушителя и бросились ко мне…Чтобы изрядно замешкаться, не имея возможности достать цель.

— На дистанцию удара не подходят. — Констатировал я, глядя сверху вниз. — Плохо.

Охранники прилежно стояли у входа в постройку…Но они не отличались достаточной бдительностью, чтобы заметить забравшегося на её крышу друида до того как он подаст голос. К сожалению, какие‑то мозги у данных стальных болванов все же имелись. Достать злоумышленника они не могли, карабкаться явно не умели, а потому и на дистанцию удара не подходили. Был бы лук и получилась отличная тренировка в стрельбе…Но его я с собой как‑то не прихватил, а потому пришлось спрыгивать со своего насеста и идти на противников в рукопашную.

— Попробуем вас обездвижить… — Я пропустил мимо себя громадный и не слишком то остро заточенный меч, которым махнул ближайший голем, а после обогнул его и со всей дури рубанул мечом под коленку. Сустав заскрипел и подломился, заставляя противника охрометь на одну конечность. Правда, второй магический робот чуть не вколотил мне кирасу в ребра, но главное уже был сделано. С разницей в скорости движения я мог поиграть со своими врагами в погоню…И на равных драться с резвым, в то время как медленный инвалид к нам еще только ковыляет. — Ух…Надо же, получилось!

Минут пять мы танцевали вокруг лесопилки, обмениваясь ударами. Големы оказались ожидаемо не слишком ловкими и проворными, но очень толстокожими. Встреченный чуть раньше виверн по сравнению с ними казался прямо‑таки каким‑то нежным и ранимым воздушным созданием. Однако сначала упал первый стальной гигант, чей корпус оказался измочален многочисленными ударами бастарда, а потом и второй потерял голову, когда в ту пришелся критический удар. Нового уровня так и нет, хотя до него осталось буквально чуть — чуть…Что ж, до окончания сегодняшнего дня надо кровь из носу найти хоть кого‑нибудь, желающего меня убить. В крайнем случае, спровоцировать его. Лимит на два повышения в день жестко мотивирует к тому, чтобы не откладывать прокачку на потом. Хотя второе сегодня заполучить уж точно не успею…

Обратная дорога к замку прошла так, словно я гулял по городскому парку. Самым страшным из встреченных существ была ворона, мирно сидевшая на ветке. И оттого меня одолевали совсем не радостные мысли. Лесопилку то я освободил…А работать на ней кто будет? Медведь? А ведь дерево необходимо. Практически все постройки любого замка требуют этого ресурса. Плюс на ремонт уже существующих сооружений оно тоже тратится, а до приведения в порядок склада дальнейшее меню строительства открываться просто отказывалось. Однако помимо лесопилки требовался также каменный карьер и рудная шахта. И, самое главное, те кто будет там работать! Не разбойников же запрягать…Лучше уж медведя с горным львом поставить! Эти двое хоть ничего и не наработают, но, по крайней мере, строение по пьяни уж точно не подожгут!

— О чем задумался, пират лесной?! — Раздавшийся за спиной голос чуть не заставил меня освоить заклинание левитации без занесения его в книгу магии и изучения соответствующей школы. Во всяком случае, подскочил вверх я не меньше чем на метр и уже в полете развернулся, пытаясь нащупать двуручник…Который в процессе взлета соскользнул с плеча и остался себе смирно лежать на травке. Ноги вынесли меня на ведущую к эльфийской крепости старую дорогу…И по ней же двигалось несколько телег, на одной из которых и сидел трактирщик. — Кончай грустить, давай лучше пить!

— Заканчивать каждый день попойкой — первый признак алкоголизма. — Машинально вырвалось изо рта и только потом до мозга дошло, что вокруг вообще‑то довольно прохладно, а тело за время блужданий по лесам серьезно озябло. Да и не хватило бы маленького кувшинчика в руках старого пирата на серьезное застолье. — А впрочем, наливай! Эй, возница, тпру! Запрыгнуть то дайте…

— Это по — нашему. — Довольно кивнул одноглазый, наполняя извлеченную из кармана кружку янтарного цвета напитком, а после протягивая её мне и прикладываясь прямо к горлышку кувшина. — Эх, хорошо пошла! Так я чего пришел, то…Где мне свой новый трактир ставить?

— У тебя же есть трактир. — Не понял я. — Ну, который на дороге стоит.

— Этот юнге оставлю. Хотя какой он, к морскому дьяволу, юнга? Давно уже заматерел мужик. — Отмахнулся старый пират. — А себе другой поставлю. Побольше, повместительней, с новыми девками…Хм — хм…Так о чем это я? Ах да! Куда мне его запихнуть так, чтобы остальным особо не мешать. И учти сразу, обычных выпивох и постояльцев туда никто пускать не будет. Для их же блага.

— В дальнем конце парка тогда пристраивайтесь, у самого леса. С задней стороны дворца. — Принял я решение о дислокации бандитского логова. — Случайные люди и нелюди в такую даль еще и не вдруг зайдут. Кстати, я так понимаю, налогов с твоего нового трактира тоже не ждать?

— Не знаю я никаких налогов. — Нахально ухмыльнулся старый пират. — Академиев не кончал, науки плохо даются. Мне напротив, дотации по нашему уговору полагаются. Ежедневные.

— От своих слов не отказываюсь. — Я пожал плечами, не желая портить отношения с несколько сомнительным, но все же дьявольски полезным персонажем. — Но стройтесь тогда сами, раз уж такие самостоятельные. Вижу, у вас в телегах одни пожитки, так надо было еще и материалов с собой взять. И, кстати, будете общественный порядок нарушать, спрошу без всякой жалости. Мне на подчиненной территории безобразия не нужны.

— Беспредельщиков, которые у себя же дома гадят, мы первые и прирежем, чтобы остальным спокойнее жилось. — Ничуть не впечатлился Хью. — Построюсь я сам, это ладно. Корабль мне чинить приходилось, а на суши протекшая между досками вода к тому же далеко не так критична. Но уж доски с тебя. Десять обычных телег. И монет пятьсот парням на обмытие здания, чтобы крепче стояло.

— Нету досок. — Пришлось сознаться мне. — У меня сейчас вообще из всех ресурсов только золото. Остальное у прежних хозяев еще предстоит отобрать. Ты, кстати, как местный житель можешь мне составить примерную карту, где чего лежит?

— Ууу… — Расстроенно протянул Хью, доставая со дна телеги новый кувшин. — Художники из пиратов….Ну скажем так, успешные гоблины — флористы встречаются все ж таки чаще. Про одного, во всяком случае, я слышал. Он за какой‑то эльфийкой ухлестывать пытался и вполне успешно составлял ей в подарок букеты и разбивал лужайки…Это был один из немногих случаев, когда остроухие первыми решились на в общем‑то ничем не мотивированную агрессию и устроили кровавые беспорядки с множественными жертвами среди мирного населения.

— Ладно, а на словах объяснить? — Не желал сдаваться я. — Или уж провести, если на то пошло.

— Были бы мы в море — нет вопросов. — Развел руками старый пират. — Но на суше я и мои ребята ориентируемся ну препоганейше! На дорожных развилках с указателями, бывает, путаемся. Но можно потрясти завсегдатаев из тех, кто любит бродить там и сям, чтобы они начали разведывать для тебя территорию. За две тысячи золотых.

Скрип моих зубов был слышен, наверное, даже в реальности.

— Ладно, тысяча девятьсот. — Сдал назад пират, давно пропивший последние остатки совести. — Но не меньше. Ты мне и так кругом должен.

— И далеко они разведают земли? — Вздохнув, уточнил я, уже морально готовый согласиться.

— Пять дневных переходов в любую сторону. — Последовал лаконичный ответ. А, понятно! Да границы отведенного мне стартового участка. — Дальше идут уже другие земли. У них свои…Гм…Центры культурного досуга.

— К вечеру накоплю нужную сумму. В крайнем случае, к завтрашнему утру. — Решил я, проверив свой баланс. Трофеи с разбойничьей шайки, плюс найденные за время скитаний в звериных логовах кошельки их добычи и добавившиеся за ночь девятьсот монет. Итого тысяча двести двадцать три. Ну, округлим в меньшую сторону. Остается семь сотен единиц игровой валюты. — Но хоть обстановку по региону в целом ты можешь мне так поведать? Забесплатно. Помнится, ты говорил, что здесь две крепости с магическими источниками есть.

— Обычно за такое я требую у меня выпивки купить, но учитывая, сколько мы на двоих уже выглотали…Так и быть, поделюсь общеизвестными сплетнями. — Хмыкнул трактирщик, начиная с хрустом разминать свою шею. — Земли эти называют лесами Армолгона. Чё он за фрукт такой уже никто не скажет, но вот прижилось. Практически в центре их находится Серый Кряж. Вон он торчит, верхушки этих довольно низких гор и отсюда видно. С него стекает пусть и не слишком широкая, но все же судоходная река Рымза. Практически по прямой она катит свои холодные воды аж демон знает куда, а вдоль нее идет дорога, на которой и стоит мой старый трактир.

— С обычной географией определились. — Кивнул я, вспоминая виденную издалека деревню Рыбцы. А также все еще не посещенную гномью заставу. Жители первой оседлали естественную торговую артерию и источник пищи, а вторые видимо потихоньку копают полезные ископаемые и передают их куда‑то дальше. — Переходим к экономической и политической.

— В лесах, как и в любой малонаселенной местности, полно всякого — разного — полезного — опасного. — Неопределенно покрутил рукой Хью. — Но в восточной его части есть одно особое место. Спуск в Подземье. О нем известно было давно, но большого внимания этой дыре в земные глубины не придавали. От населенных земель она расположено далеко, а жители царства вечной темноты в дальние походы под дневным светом идут ой как редко. Ну, только если какое‑нибудь племя гоблинов оттуда вылезет, но этой грязи везде полно…К сожалению, год назад на поверхность вырвалась куда более страшная угроза, чем ищущие жертв для темных ритуалов дроу, стая монстров, отряд демонов или даже молодой и жаждущий обустроить себе логово черный дракон. К нам пришел Рой!

— Видел одного его представителя. — Я постучал рукой по кирасе на своей груди. — И как же с ним удалось справиться? Мне казалось, насекомые распространяются лавинообразно, пожирая все на своем пути. До тех пор, пока их не остановят и не погонят обратно.

— Правильно казалось. — Спокойно кивнул Хью. — Твари роя шли вперед лавиной, убивая всех на своем пути. Им не нужны были рабы или данники. Только пища. Изредка и они берут пленных, но только в силу того, что живое мясо лучше хранится. И в нем вырастают их элитные личинки. На наше счастье, в западной части лесов уже не первый век стоит усадьба баронов Ретемских. Не самая богатая и знатная фамилия, но представителей её уважали даже правители империи Грифона за воинскую доблесть. И нынешний её хозяин, Альфред если не ошибаюсь Седьмой, как раз за недельку перед атакой насекомых привел свою дружину из дальних земель в родовое владение.

— Удачно совпало. — Заметил я, сразу понимая, что без воли геймдизайнеров этот элемент мировой истории никак не мог обойтись.

— И не говори. — Кивнул трактирщик. — Закаленные в боях ветераны смогли разбить орду монстров, пусть и ценой больших потерь. А после остатки армии Альфреда Седьмого двинулись в Подземье. Ну, чтобы добить тварей, пока те не оправились. Благо вход в глубины и замок баронов соединяет не самая плохая каменная дорога. Её еще давно проложили, как раз на случай неожиданных набегов. К сожалению, на поверхности земли люди сражаются куда лучше, чем под ней.

— Спасся только сам барон? — Предположил я.

— Еще человек двадцать с ним было. Но по сравнению с тем войском, которое отправилось в поход изначально, это просто слезы. — Махнул рукой бывший пират. — Теперь у борющихся сторон наступило что‑то вроде равновесия. Насекомые, очевидно, подъели у себя под землей практически все. Их остатков еле — еле хватает, чтобы не допустить разрушения своего улья и делать более — менее регулярные вылазки на поверхность за добычей. Барон зажал три из четырех своих деревень в крепкий кулак и выжимает оттуда все соки, чтобы снаряжать солдат. А четвертую сдал в аренду гномам! Не за просто так, само собой…Взамен еды и пива бородатые куют его войскам качественное оружие, а также позволяют нанимать кое — какие свои войска. Для битв в подземельях то они куда лучше приспособлены. Но даже так у него не получается одержать победу ибо новые монстры рождаются быстрее, чем он тренирует новобранцев.

— Угууу. — Задумчиво протянул я, осмысливая услышанное. Оказывается, местные земли не только новоявленного лорда не ждут, на них и свои претенденты имеются. Барон, больше чем уверен, числит все леса Армолонга своими и не потерпит появления чужака. Ну а насекомым практически фиолетово, жрать ли рыцарей или друидов. Может одна — две особи на весь рой осознают между людьми разницу, кроме гастрономической. Вот она, высокая сложность! Ударишь в одного из занятых друг другом местных владык — и тут же отхватишь от второго. — Как думаешь, Хью, а они…Ну в смысле барон и рой, обо мне уже знают? Ни одного из их зданий я не захватывал и даже солдат не убивал. Труп воина насекомых уже долхлым попался.

— Тогда навряд ли. — Задумался старый пират. — Окрестности Серого Кряжа никому из них особо не интересны. Барону тут почти некого обкладывать данью, исключая гномов. Но с теми он давно договорился. А насекомые плохо умеют охотиться на лесных оленей. Или просто люди с их точки зрения намного вкуснее.

— Ну, вот и не будем их информировать о моем присутствии раньше времени. — Решил я. — Сначала отстроимся, подкопим резервы, проведем разведку…И только потом заявим о себе. Желательно, приобретением второго замка после очередного крупного сражения медведя с медом…То есть тьфу ты! Барона с роем.

Глава 5

С гортанным воплем размалеванный синей краской негр перепрыгнул через поваленный ствол дерева…И, поскользнувшись голой пяткой на брызнувшем во все стороны подосиновике, покатился прямиком в ласковые и гостеприимные медвежьи объятия. Здоровенное двухметровое копье с каменным наконечником и какими‑то перьями, которое он по — прежнему сжимал в руках, для сверхближнего боя на дистанции удара лапой явно не годилось.

— Приятного аппетита. — Пожелал я своему верному зверю, переводя взгляд на следующую цель. — Фрол, а ты там не уснул?

Второй негр, попытавшийся с разбега нанизать меня на свою примитивную пику, словно жука на булавку, получил стрелу в живот и волей — неволей сбавил скорость…Чтобы лишиться головы, которую чисто и почти с хирургической точностью смахнуло двуручником. К сожалению, еще примерно десяток дикарей с дубинами, каменными топорами и прочим примитивным холодным оружием смерти своих товарищей не испугались нисколько. Плотной группой, завывая и улюлюкая, они неслись на нас, роняя пену с губ и те немногие клочки ткани, которые считали одеждой. И тогда я применил свой секретный козырь. Рой ос. И это было вовсе не одноименное заклинание, которое в моем исполнении вышло бы не особо и сильным. За моей спиной на веревке висел объемистый бочонок литров на сорок. И туда я, не далее как час назад, самолично загрузил значительную часть улья жужжащих полосатых разбойников.

На здоровенное гнездо опасных насекомых, ведущих коллективный образ жизни и изредка зажиливающих и людей, и зверей до полусмерти, мне указали жители одного удаленного хутора. Одиночные отшельники и маленькие группки людей, старающихся держаться подальше от больших поселений, были хорошо известны местным бандитам. Отрабатывая свое золото, они добавили к моей карте десяток новых интересных мест в первый же день. И как минимум одно из них могло дать то, что так срочно требовалось в данный момент времени. Работников.

Небольшая группка лесорубов и охотников, уклоняющихся от чрезмерно высоких налогов барона и его же призыва в армию, согласилась сотрудничать с вышедшим к ним из лесу друидом. Но с несколькими условиями. Фиксированной ставкой поборов и сборов для всех из них, кто перейдет под мою руку. Спасение парочки их товарищей, захваченных недавно в плен невесть как забредшими в эти края дикарями. И очистка ближайших окрестностей хутора от осиной колонии, злостно портившей жизнь остающимся на прежнем месте уклонистам.

Когда я подошел к улью, его жужжащие обитатели были обеспокоены. Когда начал обкладывать его хворостом — злы. Когда дым начал выгонять их из сот, а также валить их с лап и крыльев — в бешенстве. Но после того, как разрушивший осиную цитадель двуногий напихал гордых и временно неспособных сопротивляться насекомых в бочонок как каких‑то селедок и долго тряс при ходьбе…Короче, психическое состояние успевших продышаться насекомых для разума, близкого к человеческому, проще всего было описать фразой 'Всех убью, один останусь!'.

Не знаю, сколько ос мне получилось донести до стоянки дикарей в удовлетворительном состоянии. Значительная их часть, скорее всего, оказалась передавлена моими не слишком‑то аккуратными пальцами, задохнулась в дыму или отбросила лапки под тяжестью соплеменников. Но даже выживших ос было достаточно, чтобы на одного голозадого негра пришлось по целой стае проворных, бесстрашных и очень — очень злых агрессора. Проигнорировать одно вонзившееся в тебя жало можно. Два или три, особенно если они оказались рядом, значительно сложнее. Но несколько десятков злобных садистов, бьющих в одно место, переползающих на пока еще не пораженный участок и атакующих снова, впечатлили бы любого, кто способен испытывать боль. И не имеет каменной кожи.

— Чувствую себя мясником. — Пожаловался я то ли третьему, то ли четвертому дикарю, вытаскивая меч из его груди. Повезло, что ни у кого из моих противников не оказалось шаманских способностей. Учитывая то, как они плясали, даже минимального дара хватило бы как минимум на огненный шар. А может даже и на полноценное заклятие Армагеддона. — Нет, надо все‑таки осваивать стрельбу, надо! Или боевую магию. Это куда как более чистоплотные способы устраивать массовые убийства!

Об меня попытались сломать утыканную острыми обломками каких‑то черных камней деревяшку, но выполняющий удар негр оказался очень вовремя ужален в ухо. А потому дернулся, замедлился и нарвался на встречный критический удар и осел с распоротым животом. Ударившее в спину копье сняло некоторое количество хитов и оставило после себя крайне болезненное нытье под лопаткой, но свистнувшая стрела оборвала ликующий вопль удачливого врага. Находящийся на безопасной дистанции Фрол вовсе не являлся снайпером…Но мимо ростовой мишени, как правило, не промазывал. А мне на то, чтобы добить подранка, редко требовалось больше одного удара. Или ими вообще занимался медведь, которого осы почти не беспокоили из‑за толстой шкуры и наличия других, вызывающих у них куда больше ненависти, целей. Викинги, обошедшие лагерь врага по широкой дуге, вывались из‑за деревьев, и атаковали врагов с тыла. Осы на них реагировали как и на любую другую добычу, но к счастью наескомым не хватало ума жалить не куда придется, то есть стальные или кожаные элементы доспехов, а исключительно в лицо. Случайные же укусы обладатели рогатых шлемов, вошедшие в боевой раж, стоически терпели.

— Грязна колдуна! — Попытался меня не то оскорбить, не то обличить какой‑то негр, выглядящий чуть побогаче и пообъемнее прочих. У него даже висели на шеи бусы, сделанные из разного хлама, в числе которого преобладали кости. Кажется, человеческие. Правда, оружие от имеющегося у остальных дикарей отличалось не сильно. Обычная дубина…Ну, может чуть побольше прочих — Твая колдвоства не действует на меняма!

Осы ему действительно проблем почти не доставляли. Похоже обладатель маленького животика и пары жировых складок имел какое‑то активное или пассивное умение, значительно повышающее его броню без всяких доспехов. Или одно из его украшений являлось достаточно мощным артефактом. В любом случае, воздев над головой дубину, вождь маленькой шайки дикарей кинулся на меня, намереваясь расплющить голову главного источника своих проблем простых и бесхитростным ударом. Я, понятное дело, вскинул меч вверх, чтобы блокировать…Вот только оружие врага со свистом рассекая воздух опустилось куда раньше запланированного, так и не задев клинок. А потом, примерно с середины пути, двинулось обратно вверх пока траектория его полета не пересеклось с моим подбородком.

— Сильная ты! — Обрадовался он, отбив в сторону метнувшийся к его жирному горлу меч. — И вкусная наверна…Воина! Окуружайтена! Воина…

Закусываемые осами, расстреливаемые стрелами, покусываемые медведем и получающие по жизненно важным органам удары стальным оружием дикари решили броситься в паническое бегство. То ли потери в пятьдесят процентов списочного состава их так устрашили, то ли вождь давно уже утратил в племени авторитет…А только его бросили одного. На растерзание нам. Викинги пустились за ними вдогонку и, кажется, не имели особых предубеждений по поводу втыкания остро заточенного железа под лопатку улепетывающему противнику.

— Сдаюся! — Поспешил заявить дикарь, осторожно отходя назад и стремясь держать в полнее зрения одновременно и меня, и Фрола. Четвероногий мохнатый боец на поле боя хоть и присутствовал, но сейчас особой опасности уже не представлял. Кто‑то негров воткнул ему в бок копье и теперь мишка старательно крутился волчком и пытался ухватиться за обломок рукояти, чтобы вырвать оружие из раны. — Капутулирую!

— Охотники где, которых вы поймали недавно? — Вздохнул я облегченно, втыкая лезвие двуручника в землю и присаживаясь прямо там, где стоял. — Двое их должно быть. Один рыжий в черной куртке, второй старый и с рогатиной.

— Старый тама! Свазанная сидит! — Негр облегченно выдохнул, а после также опустил свое массивное оружие вниз, чтобы ткнуть освободившейся правой рукой в направлении опустевшего лагеря дикарей. — А рыжая кончилася совсем. Осталася только куртка, голяшка и бульона двое мисок…

— Угу. В общем‑то, ожидаемая потеря. — Я, не поднимаясь на ноги, метнул в вождя короткое копье, практически дротик, оброненное кем‑то из его соплеменников. Думаю, он мог бы блокировать его дубиной…Но ту требовалось для этого сначала поднять обратно в боевое положение. И одной рукой проделать данный трюк со столь массивным оружием негр попросту не успел. Каменный наконечник вошел ему в живот, разом ставя крест на попытке дальнейшей драки или сопротивления. С такой травмой нет скорости движений. А без неё — ему не уйти от стрел Флора и моего меча. — Меня сразу предупредили, что вы людоеды. А с ними я переговоров не веду.

— Будь проклята ты, вероломная гад! — Успел с болью и обидной в голосе прокричать дикарь, прежде чем острие блеснувшей на солнце стрелы вошло ему между глаз и оборвало его жизнь.

— Я уж думал, не справимся. — Подошел ко мне Фрол, разминая гудящие от многократного натягивания тетивы пальцы. — Еще чуть — чуть и они бы вас опрокинули.

— Война фигня, а главное маневры. У меня здоровья едва на четверть убавилось. До тебя бы эти макаки разукрашенные в любом случае добежать не сумели. — Не согласился с ним я, а после вздрогнул, когда система неожиданно выдала автоматическое оповещение о важном событии. — Черт! Черт! Черт! Знал же, что надо было кого‑нибудь на охране замка оставить, но понаделяся, что обойдется! Знал!

— На нас напали?! — Мгновенно сообразил бывший разбойник, ныне снова ставший стражником. Пусть и несколько специфическим. — Но в крепости же остался Хью и его помощники…Может, они удержат руины, пока мы не подойдем?

— Возможно…Тем более, приблизившиеся к стенам существа пока не спешат двигаться дальше. Но их там не меньше полутора десятков. — Я следил за точками на видимой только мне карте, закусив от волнения губу. Может, это какая‑нибудь волчья стая или шайка трусливых гоблинов? Кто еще из нейтралов мог бы остановиться перед разрушенными укреплениями вместо того, чтобы атаковать?! — Ладно, вернуться обратно быстрее чем за час мы все равно не успеем…В темпе обыскиваем лагерь этих папуасов, тащим выжившего охотника на хутор и только после этого двигаемся обратным курсом. Хм, точки расположились прямо перед воротами полукругом и из нейтралов не спешат становиться откровенными врагами. Может, беженцы какие искать убежища пришли? Или к Хью на новое место свежая банда притянулась?

Обратно к замку я летел словно птица, за которой гнался повар с тесаком наперевес. Меня буквально терзало душевное беспокойство, из‑за которого думать о чем‑то кроме вываливших к замку существ решительно не получалось. Даже пара попыток ушедших с нами лесорубов завязать разговор прошла как‑то мимо ушей, хотя к мужикам бесспорно стоило приглядеться поподробнее. В отличии от нанятых через постройки созданий, 'коренные' жители этого мира могли оказаться обладателями неожиданных умений или ценными источниками информации. А такие вот хоронящиеся в глуши отшельники представляли собой как поданные в том числе и некоторую опасность. Вдруг они сектанты кого‑нибудь из темных богов, пораженные медленно развивающейся болезнью типа проказы или среди них таится скрывающий свою натуру оборотень? Но вот прямо сейчас приглядываться к новым подданным было некогда. Просто некогда!

Выбежав из леса к фонтану и воротам в крепость, я облегченно выдохнул. Никого! Но точки нейтралов с карты никуда не пропали…И…Что‑то я помню вот этой группки шестиметровых деревьев, разительно отличающейся от большинства растительных обитателей парка. Выпирающие наружу корни, мощные стволы в пару обхватов толщиной, разветвляющиеся вверху ровно на две лишь чуть более тонкие ветви, практически отсутствующая листва…

— Хум…Друид… — Развернулось ко мне с легким скрипом существо, опознавшееся как энт — пастырь десятого уровня. Расходящиеся в стороны побеги, как оказалось, являлись его плечами, межу которыми пряталось составленное из переплетения листвы и палок лицо. К корням, свитым в подобие двух конечностей, но все же имеющим парочку лишних 'подпорок', опускались почти человеческого вида руки с четырьмя пальцами. Остальные монстры поворачивались куда медленнее и со значительно большим шумом, да и выглядели куда страшнее. Рожи перекошенные и частенько торчат прямо из коры, пропорции тел нарушены, рты у некоторых открыты как у дебилов…И система определяет их как гворнов. — Это ты убил женщину, что обитала здесь?

— Да. — Я не видел возможности соврать, поскольку являлся единственным героем в округе. И потом, если меня сейчас раздавят, то может дальше крушить замок эта лесная братва не попрет?

— Хорошо. — Внезапно прогудел древесный гигант, заставив меня преизрядно удивиться. — А нужны ли тебе энты?

— Да. — Повторил я свой лаконичный ответ.

— Хорошо. — Не стал менять стиля своей речи неожиданный гость. — Укажи место, где я могу дать приют своей роще, чтобы не мешать другим.

— Да укореняйтесь, где хотите. — Только и смог сказать я, с удивлением осознавая случившееся. — Только отойдите с прохода. И…Ты не мог бы дать мне кое — какие разъяснения своего поступка?

— Хум…Думаю ты знаешь, что у энтов нет женщин. Когда‑то были, но давно уже их нет. — Проскрипел древесный гигант, вместе со своим стадом начиная медленно сдвигаться в сторону вместе со своими подчиненными. — Теперь, чтобы увеличить свое число, мы находим проснувшиеся деревья. Гворнов. Некоторые из них, тех которые сильнее склонны ко злу, мы убаюкиваем обратно. А других делаем энтами.

— Ну, чего‑то такое слышал. — Кивнул я, отправляясь следом за мигрирующими гигантами. Передвигались они…Медленно. Несмотря на огромные размеры и соответствующие шаги ныряющих в почву и снова показывающихся на поверхность ног. Ускорять обычный прогулочный темп не пришлось. Более того, чтобы не вырваться вперед, мне стоило прикладывать определенные усилия. — Но как это связано с той оскверненной женой энта, что обитала здесь?

— Все энты — мужчины. И пробуждать умеют из гворнов лишь таких же мужчин. А гворны бесплодны, подобно куколкам бабочки. — Тяжело вздохнул гигант, в чьих едва заметных под наплывами коры глазах внезапно отразилась печаль веков, если не тысячелетий. — Но иногда оживают и женские деревья. И если они делают это весной, то их цветы могут остаться с ними. А много проживший дикий гворн сам уподобляется энту. Достаточно, чтобы сформировать из созревавших годами цветов семена. Мужские и женские. Но все одно бесплодные, ибо уподобиться энту и стать энтом это две большие разницы.

— Кажется, я начинаю понимать. — Вздохнул я, потирая переносицу. — Живший здесь эльф — химеролог пытался создать энта — женщину, чтобы добиться вашего расположения. С таким козырем он мог бы стать не просто принцем, а королем своего народа…Да чего уж там! Императором!

— Из семян гворнов не родится ничего хорошего. Никогда. Хуум! Многие пробовали в течении эпох, ни у кого не получилось. А плоды их опытов оказывались столь отвратительны, безумны и ужасны, что огненная смерть по отношению к ним являлась милосердием. Ты видел её…Скажи, сильно она напоминала меня? А ведь наши жены отличались от нас не сильнее, чем людские от мужчин — людей. — Уверенным тоном пророкотал энт, останавливаясь метрах в сорока от по — прежнему лежащих на старом месте ворот. Окружающие его пробужденные деревья тоже встали как вкопанные и начали закапываться в землю корнями. — Но как бы то ни было, родившееся здесь существо являлось женщиной моего народа. Неразумной, неправильной и бесплодной, как и породивший её гворн. Испорченной из‑за черной магии творившего свои мерзкие ритуалы колдуна. Но женщиной. Первой, которую видели мои глаза за всю свою жизнь. И я не мог её убить и подарить покой. А ты смог. Ты чувствуешься лесом, как его хранитель. И потому заслуживаешь и помощи, и благодарности. К тому же…Хуум…Солнечный металл помогает пробуждать энтов.

— Полторы тысячи? — Поразился я, вчитываясь в открывшееся мне меню найма созданий. — И всего один в неделю?

— Пробуждение деревьев, дело медленное. Хууум. — Пророкотал энт, ставший главной частью нового 'строения' моего замка. Вернее, так его и его рощу опознавала система. Впрочем, подобный же статус она присвоила бы и шатрам каких‑нибудь кентавров, которые разбили свой лагерь у стен разрушенного дворца. — А ведь мне их еще и надо найти. Но зато мой народ силен. И крепок. Нашу кору трудно пробить обычным оружием, а руки ломают скалы как мягкую глину. Гворны еще сильнее и опаснее, но гворны глупы…И дабы окончательно проснуться, им надо расстаться с частью силы.

Я вчитывался в открывшееся описание доступных к найму существ и озадаченно чесал затылок. Показатели жизни энтов действительно радовали, ибо каждый из них был толстокож, как пять медведей. Да к тому же они имели несколько довольно вкусных умений. Пассивное 'древесная кора' уменьшало получаемый от обычного оружия урон на четверть. Активное 'Земные соки' позволяло им даже среди боя укорениться и начать стремительное восстановление, отлечивающее раненных из полутрупов до полностью здоровых за каких‑то десять минут. Уязвимость к огню могла считаться неизбежным злом…Но скорость! Жалкая двойка в данном показателе делала их, возможно, одними из самых медленных созданий этого мира. На маневренной войне с их участием однозначно можно поставить крест, ведь армия всегда передвигается, ориентируясь на самые медленные отряды. Впрочем, жаловаться на вышедший из лесу подарок тоже грех. Как‑никак я бесплатно обзавелся строением, производящим существ. Пусть даже чрезмерно дорогих и годящихся лишь для осад или оборонительных боев на своей территории.

— Ты вроде говорил, на лесопилке работать надо? — Подошел ко мне один из хуторян, терпеливо дожидавшийся окончания нашей с энтом беседы. — Напоминаю, служить в егерях али еще где мы не договаривались.

— Угу. Сейчас передохнем немного и Фрол вас проводит, он знает, где это. — Кивнул я, думая над дальнейшими своими шагами. Для окончания ремонта и начала строительства требовались также камень и дерево. И они, в принципе, даже имелись поблизости. Да только вот беда, данные месторождения ресурсов охраняла гномья застава. — Дневные нормы мы уже обговорили. Выполните положенное — и вся остальная продукция ваша. И еще подъемные сейчас получите, по десять золотых на брата.

— Щедро. — Нахмурился хуторянин. — В чем подвох?

— А мне работники нужны и я надеюсь, что ваши о хороших условиях труда всем своим знакомым разболтают. — Честно сознался ему я, надеясь, что умение дипломатии поможет мне в наборе подданных. В конце‑то концов, подкупать можно не только врагов. Народные массы тоже вполне так поддаются убеждению через кошелек, главное чтобы валюты хватило. — Кстати, за каждую дополнительную пару рабочих рук заплачу еще по золотому тому, кто их приведет. Но речь идет только о добровольцах, никаких рабов!

Потом, когда дефицит трудоспособного населения станет не таким острым, снижу размеры выплат. А то и вовсе их уберу. Но народная молва то должна будет разнести слухи уже далеко…И, будем надеяться, преувеличит их изрядно. Ну а мне пока стоит подготовиться для визита к гномам. Торгового. В закромах родины пылится уникальное и явно дорогое оружие, которым неизвестно получится ли воспользоваться вообще, а для скорейшего развития нужны сокровища недр. Которыми подгорные жители, насколько мне известно, охотно торгуют со всеми желающими. Интересно, Хью задерет большую арендную плату за использование одной из своих телег вместе с возницей? Сам то я править этим четырехколесным транспортом мощью в одну лошадиную силу не умею.

Часа через два я уже не был уверен в гениальности пришедшей мне на ум идеи. И в том, что гномы открыты для торговых отношений. И даже в том, черт побери, что они вообще где‑то тут есть!

— Да открывайте вы уже, засони! — В полный голос орал я, без передыха колошматя ногой по воротам. Наезженная телегами лесная дорога вела к перегороженному рукотворной каменной стеной ущелью. Стены вздымались вверх метров на десять, прежде чем перейти в аккуратные ровненькие зубцы и пару башенок, а две здоровенные створки из красного металла были плотно прикрыты. Сначала я стучал по ним вежливо и аккуратно. Первые минут пять. Потом настойчиво, часто и сильно, пытаясь докричаться до местных обитателей. Четверть часа. Зачем колошматил уже со всей дури. Долго. И сейчас, отбросив в сторону всякую вежливость, начал натуральным образом пытаться выломать неуступчивую преграду. — Передохли вы там, что ли?! Или последнюю неделю отмечали день горняка и теперь встать не можете?!

— Он же только через месяц. — Хрипло заметил прокуренный бас где‑то за моей спиной. Медленно обернувшись, я обнаружил двух гномов. Одного в блестящих пластинчатых латах, с выбивающейся из под шлема метровой бородой и с закинутым на плечом молотом. Ну а второго неожиданно с короткой опаленной растительностью на подбородке и в обычной кольчуге, но зато с крайне интересным устройством. За спиной бочонок, в руках вытянутый раструб стилизованный под драконью пасть, а соединяется все это гибким шлангом. Неужто огнемет?! Парока уютно устроила свои зады на двух больших плоских камнях, которые видимо специально для этой цели когда‑то и обтесали. — И неделю мы его не отмечаем….Только пять дней. Ну, не делай такое лицо, полукровка. Да, ты прав, мы тебя давно уже заметили. Просто нам было скучно и мы решили проверить, что же случится раньше. Ты выдохнешься или все же ворота поцарапаются. Кстати, долго продержался. Хвалю.

— И как это вы тут очутились, если ворота закрыты? — Подозрительно осведомился у них я, борясь с обуревающим меня гневом. Пошутили, значит. Ну — ну! Вот найду однажды тот задний проход, через который они выскользнули из своей заставы, и завалюсь туда вместе со всем войском! Вот тогда и похохочем.

— У нас свои пути. — Косвенно подтвердил мои предположения второй гном. Магией подгорное племя особо не владело, исключая рунную. А значит либо со скалы спускались по веревочной лестнице, либо прошли под землей. Учитывая их любовь к подземельям и нелюбовь к высоте, вероятность второго варианта процентов девяносто девять. — Так с чем пожаловал то?

— Торговать хочу. — Я усилием воли загнал свою ярость куда подальше. — Вон, на телеге товар лежит. А кто может дать за него лучшую цену, кроме как известные на весь мир мастера — оружейники?

— Ну, хорошую сделку совершить, это мы завсегда с удовольствием. — Кинул взгляд на достаточно приметную булаву владелец огнемета. — Только в такую даль ты, наверное, зря тащился. Игрушка конечно интересная, но уж больно громоздкая. Ковал какой‑то кузнец — самоучка, видимо надеющийся размерами недостаток мастерства компенсировать, железо дешевое сыродутное….

— Почтенный гном, вот уж не знаю вашего имени, скажите честно, я похож на идиота?! — Пришлось грубо перебить его мне. — Да, оружие массивное. Я бы даже сказал чрезмерно. Но там один металл стоит раз в десять больше чем та смешная сумма, которую вы сейчас почти уже успели мне предложить. И потом, элитные твари роя если и пользуются оружием, то уж с чем попало не ходят.

— То‑то я смотрю, сплав знакомый. Ну, ты молодец, паря, что одного из жуков завалил. — Крякнул второй гном, тот который с молотом. — Кираса как погляжу из того же источника, да? Сколько хочешь за неё и за булаву?

— Доспех мне и самому пригодится. — Постучал я по прикрывающей грудь пластине. — Уж больно к месту пришелся. А равной ценой для потрясателя будет по двадцать пять мер камня и руды. Мне как раз материалы для строительства нужны, а чего деньги терять по рынкам из‑за разницы в курсах? У производителя же всяко дешевле. Тем более, я товар сам и увезу.

— Ну, это ты правильно сказал, закупаться у нас лучше. — Важно покачал паленой бородой огнеметчик. — Но двадцать пять мер…Скажи, уважаемый друид, неужели теперь на идиота так сильно похож я?

Торги продолжались еще долго, но в итоге я получил всего по десять единиц и того, и другого. А еще довольно любопытный рыцарский шлем — бацинет сверху, сделанный из светлого металла и обладающий сильно вытянутым вперед забралом — клювом. Данный предмет экипировки прибавлял к защите три пункта и, в общем‑то, являлся полезным приобретением. Хотя все время я его носить вряд ли буду, но напялить перед боем — почему нет?

— Ну, нету у нас больше лишнего железа и камня сейчас, нету. — Печально развел руками обладатель молота, когда почувствовал, что сделка может сорваться. — Мы тут вообще серу добываем, а нужное для продажи и работ на заставу из других поселений привозят.

— Молчи! — Пихнул его в бок огнеметчик. — Это ж секрет!

— От кого? От пьяных гоблинов? — Постучал себя по лбу его товарищ. — Мы же эту шахту от людей получили! Хумансы, конечно, те еще рукожопы, но не найти в уже разрабатываем месторождении залежи серебра, золота или драгоценных камней даже они не способны!

— А чего бацинет так задешево отдаете? — Уточнил я, примеряя к себе выставленный на обмен элемент рыцарского доспеха. — Вроде же неплохая вещица.

— Человеческая. Я её в карты у одного из телохранителей барона еще месяц назад выиграл. — Скептически взглянул на стальную шапку огнеметчик. — Помолчим про качество, но в нем же места для бороды не предусмотрено! Даже такая, как моя, ни в какую не влезает! И да, это не бацинет, а хундсгугель! Понимать надо!

— Шапка она и есть шапка. Пусть и железная. — Пожал плечами я, решив все‑таки согласиться на предложенные условия. Все равно доставшееся от медведицы оружие при захвате заставы, скорее всего, назад отберу. Если не успеют куда подальше услать или переплавить. — Ладо, грузите ресурсы! Насчет цены на булавы мы с вами договорились. А за золото чего‑нибудь продать еще можете?

— Если только ширпотреб или мелочь какую вроде ножа. — Печально покачал головой обладатель молода, легким толчком распахивая казавшиеся вросшими в камень ушелья створки. Показалось или его доспехи чуть блеснули, одновременно с едва заметно проявившимися на гладком металле контурами рунного заклинания? — У нас с бароном договор и почти все оружие или броня к нему напрямую уходит. Остается только неликвид и то, что мастерим в свободное от обязательной работы время. Но, предупреждаю сразу, мастера очень дорого ценят свою индивидуальную работу.

Примерно так все и оказалось. Хоть меня и не пустили дальше внутреннего двора заставы, но сползшиеся посмотреть на внеурочного гостя гномы сами принесли свои изделия. И три четверти всего ассортимента занимали секиры. Маленькие, большие и громоздкие. Дорогие, безумно дорогие и устремляющиеся своей стоимостью в астрономические выси.

— Неужто сделано из чистого мифрила? — Уточнил я у одного из бородатых коротышек, взирая на сжимаемый его руками обоюдоострый боевой топор размером в мой рост. Цену за сей артефакт мастер выставил аж сто тысяч золотых. Сто. Тысяч. Золотых. Причем по чисто боевым характеристкам данное оружие хоть и обгоняло мой выкованный черт знает кем двуручник, но вовсе не на порядок. — Или им убили бога? За что ж такие деньги?!

— Над резьбой моя бабушка работала почти пять лет! — Гордо ткнул пальцем сын гор в едва заметные черточки на поверхности лезвий. — Здесь на тайном диалекте глубинных мудрецов записаны все главные события в истории гномов и их известнейшие герои за последние четыре века! И это была последняя работа моей любимой бабушки…Или ты не веришь моим словам и думаешь, будто я хочу тебя обмануть?!

— Верю! — Поспешил заявить я, пряча подальше выскользнувшую наружу усмешку. — Но я не умею читать на диалекте глубинных мудрецов. И вряд ли смогу найти того, кто меня научит.

— Это да… — Смерил меня презрительным взглядом карлик. — Тайное знания оно потому и тайное, что его всякой шелупони подзаборной не передают. Но ты же можешь любоваться на красоту наших священных текстов! Или использовать секиру в бою. Хоть это в первую очередь и произведение искусства, но драться ей тоже очень даже можно!

Из всех предложенных товаров единственное, что я захотел и смог себе позволить — так это набор инструментов для кузни. Конечно, когда такое здание появится в моем замке, там будет базовый, но вышедший из под рук гномов и зачарованными ими же должен оказаться пусть чуть — чуть лучше. А это — дополнительные единицы урона для каждой стрелы, которую получат мои лучники. Уже сейчас я могу нанимать разбойников, которые пусть и не очень‑то хороши в прицельной стрельбе, но количеством искупят качество и к тому же не имеют штрафов при рукопашной атаке. А скоро к ним добавятся изначально специализирующиеся на дальнем бое бойцы из числа людей и настоящие снайперы из гильдии рейнджеров.

Обратный путь, в который я пустился вместе с груженой ресурсами телегой, против ожиданий оказался вовсе не безоблачным. Упавшее поперек дороги дерево заставило меня изрядно удивиться тому факту, что на нас устроили банальную засаду. Вроде же весь местный криминальный контингент должен был уже выбыть из строя или прилежно слушаться проживающего в моем замке Хромого Хью…А вот поди ж ты! Но высунувшаяся из‑за елки знакомая физиономия темного друида расставила все на свои места.

— Покарайте предателя! — Крикнул лесной колдун, а потом резво спрятался обратно в чащу, спасаясь от стрел. Возница, который являлся одним из бывших пиратов, разрядил в него свой двухзарядный арбалет скрытого ношения. И почти попал.

— Разворачивай! — Крикнул я вознице, а сам скинул в повозку кирасу к свежекупленному шлему, схватил двуручник и спрыгнул вниз. — И уматывай отсюда!

Ко мне, проламывая лесную чашу своими телами, уже позли змеи. Да не какие‑нибудь там худосочные гадюки, вовсе нет! Мой коллега — друид умудрился отрыть где‑то настоящих анаконд! Да не одну — две, а целых восемь! К тому же над их головой свистнули первые отравленные стрелы, которые начали пускать вылезшие из кустов его подручные — люди. Одна из оперенных палок вонзилась в плечом раньше, чем я успел использовать заклятие каменной кожи. По телу немедленно начало расползаться какое‑то болезненное онемение, чем‑то похожее на зубоврачебный наркоз.

Мягко говоря, не свойственные средним широтам змеи действовали с прямолинейностью и грацией живых таранов. Выпад клиновидной головой, который нанесла самая первая из них, оказался слишком быстрым, чтобы я мог его отразить. Но успешно уронившая меня задницей прямо в дорожную пыль гадина явно не имела опыта против людей, иначе не стала бы пытаться обвивать меня своими кольцами раньше, чем руки жертвы выпустят клинок. Мягко ткнувшееся снизу вверх и немного под углом лезвие повстречалось с идущим встречным курсом подбрюшьем животного и мгновенно его распороло. К сожалению, первый успех стал и последним. Пока одна гадина исполняла танец червячка, пораженного электрическим током и орашала вокруг себя все своими же кишками, остальные опутали свою жертву живыми клубками и вцепились кто куда дотянулся. И мало того, что у них оказались зубы размером с человеческий палец, так вопреки законом Земной природы эти удушающие добычу грубой силой твари оказались еще и ядовиты! Разбойники, правда, стрелять давно уже перестали, чтобы не задеть зверушек своего предводителя…Ну да на общем фоне отсутствие их вклада в общее дело уже практически ничего не решало.

— Что ж, глупец, надеюсь, теперь ты сумел осознать свою ошибку! — Прошипел мне в лицо друид, приблизившийся к поверженному, не способному пошевелиться и задыхающемуся из‑за змеиных объятий и яда противнику. — Мучительная смерть — вот награда за предательство!

Выносливость + 1

— Ты — дебил, которому стухший змеиный яд заменил собою мозги! — Только и смог едва слышно прошептать я, наблюдая за тем, как очки жизни медленно, но неуклонно стремятся к нулю. — Раньше все наши разногласия выразились бы в том, что мы друг друга злобно обшипим при встрече. В конце‑то концов, друид друида без особого повода трогать не должен. Но теперь за мной остается право на ответный ход. И пусть лучше твои люди и звери бегут куда подальше, прежде чем окажутся сметены моей армией!

И, оставив за собой это последнее слово, хотелось бы верить внесшее разлад в ряды вражеской армии, я подох. Но вполне довольным. Ибо за то время, которое меня ловили, телега с такими дефицитными ресурсами должна была укатить уже ой как далеко.

Глава 6

Мелодичный звон оповестил об окончании строительства пещеры сатиров. Впрочем, особой нужды в данном сигнале не имелось, поскольку я и так был рядом со строящимся объектом. Или, учитывая способ его появления, правильнее сказать выращиваемым? Просторный каменный грот, густо увитый растущими внутри и снаружи виноградными лозами, медленно проступал из земли вот уже двенадцать часов. И сейчас из него выходили один за другим его обитатели, имевшие по сравнению с другими зверолюдьми не такие уж и высокие характеристики. И развиваться им особо было то и некуда. Доспехов сатиры не признавали категорически, а на высокотехнологичные устройства вроде арбалета смотрели как бараны на новые ворота. Холодным оружием не пользовались, однозначно предпочитая ему удары собственных тяжелых копыт и попытки забодать противника острыми рогами. Притом к мастерам боевых искусств они также не относились ну никак, не уходя в своем развитии рукопашника выше уровня банальной кабацкой драки. Хотя странно, что им никто так и не показал стиль пьяного мастера…Впрочем, достаточно бывалый козлоногий имел некоторые шансы стать шаманом. Однако про могучих повелителей духов этой расы тоже никто никогда не слышал. Крепкие середнячки — вот их потолок и достигали его ой как немногие. В общем, как воины сатиры котировались лишь чуть выше гоблинов, и то в основном за куда более спокойный характер и высокий интеллект. Хотя и они могли устроить драку между собой или сцепиться с кем‑нибудь еще из жителей и гостей замка, если за ними не станет присматривать надсмотрщик, пользующийся непререкаемым авторитетом. Или большой дубиной.

— Мнэээ, приказывай, полуэльф. — Несколько расстроено проблеял первый из пяти зверолюдей, озираясь по сторонам. — Чего ты хочэээшь?

— Разбивайте плантацию под виноград, сажайте фруктовые деревья, собирайте лесные ягоды. Завтра таверна построится и можно будет веселиться сразу же, как появится выпивка. — Отдал я приказ свои новым подданным. Тут же понурые плечи распрямились, в ранее тупых и невыразительных глазах зажглась жажда действий, а почти человеческие лица с длинными козлиными бородками расплылись в радостных улыбках. В отличии от тех же крестьян данные зверолюди не могли становиться ремесленниками. Но вот сельским хозяйством занимались не так уж и плохо, поскольку любили вкусно пожрать. Причем намного больше, чем бить кому‑нибудь морду и, главное, получать в ответ по своей. А уж в приготовлении простейших спиртосодержащих жидкостей в кратчайшие сроки им и вовсе не было равных. Правда потребляли они их тоже в большом количестве, но чего хватит сатиру или гному на опохмелку, тем десяток простых мужиков упоить можно до беспамятства. — Только не слишком размахивайтесь. Замок будет расширяться и даже такую ценную и полезную культуру как виноград скоро придется переносить подальше.

— Мнээ! — Радостно проблеял сатир, уносясь выполнять приказание во главе стаи своих сородичей. — Рады служить, повэээлитэээль!

— Лапы, крылья, главное — хвост! — Хмыкнул я, переводя взгляд с едва — едва отстроившейся пещеры на возведенные вчера лачуги крестьян. Их у меня появилось только десять штук…Те же рыцари в неделю получают раза в три побольше самых слабых и забитых из своих подданных. А если отстроят некоторые дополнительные сооружения в своих замках, то и вовсе во все четыре. Ну да ладно, главное фиксированный прирост вообще есть. Выставлять ополчение людей на поле боя я все равно не собираюсь, а тренировать из них бойцов игровыми методами и не смогу. Только если сам кто‑нибудь обучится владеть оружием и возжелает присоединиться к армии. — Вернее, производство сил производства. Благословление на поля наложил с утра, виноградниками займусь завтра. Как раз сатиры с ними возиться закончат.

Пробраться в собственный заклинательный покой оказалось лишь немногим проще, чем во вражескую крепость. Серьезно, если бы не уговорил энта — пастыря меня подсадить, черта бы лысого я туда вообще забрался до начала ремонта…На который материалов после трех запланированных строек теперь просто нету. Ну да ничего, трактир Хью и обычная таверна как магнит будут притягивать к себе наемников, а среди них регулярно станут и герои попадаться. Подобный способ пополнения войск выйдет хоть и дороже, но у меня лишние расходы уравновешивают звери, работающие только за еду. К тому же одно за другим теперь должны начать открываться новые заклинания, поскольку девяносто процентов выделяемой источником магической энергии я отправил именно на это. И границы разведанной территории все увеличиваются.

Уже сейчас я на карте вижу три с лишним десятка мест, которые стоило бы посетить и даже знаю, кем они охраняются. Грифоны, гаргульи, призраки, наги, хоббиты, гремлины…Весь этот сброд до появления достойной армии, которая при зачистке почти не понесет потерь, мог спать спокойно. Но встречались отметки и значительно более интересные. Водяная мельница, хозяев которой сожрали крокодилы. Гнездовье гигантских пауков. Руины с плотоядными слизнями. Роща, в которой поселилась стая ящеров — василисков. Ферма метровых огненных муравьев. Лесная дубрава, где желуди из земли вырывают пяточки двухсоткилограммовых диких вепрей, что умеют бегать со скоростью около сорока километров в час и славятся своими таранными атаками.

Вот закончится открываться карта дня через два — три, и пойду я в обход своих земель по сложной траектории, подчиняя по пути логова и собирая нейтральные отряды, покуда своих новых зверей — рекрутов прокормить смогу. Впрочем, с последним помогут прихватизируемые ресурсы, подходы к которым перекрывают практически всегда нейтральные или даже дружелюбные для меня животные. А с настоящей армией, насчитывающей десятки или даже целую сотню бойцов, легко будет разгонять шляющиеся тут и там шайки нейтралов. Или даже присоединять их к себе. Думаю, навыки дипломатии будут работать просто прекрасно в том случае, если агитируемые народные массы окажутся окружены со всех сторон противником. Имеющим подавляющее численное преимущество. Главное за моралью своих поданных следить, чтобы она не слишком низко падала из‑за большой разнородности в войсках. А то начнется невыполнение приказов, дезертирство или даже бунты…

— Фрол, сегодня к нам никто из жителей окрестностей присоединиться не пожелал? — Крикнул я единственному на весь замок стражнику, прилежно стоящему у ворот. По — прежнему выломанных. Чинить их без кузницы оказалось некому.

— Да так, парочка каких‑то охотников явилась. — Неопределенно покрутил руками бывший разбойников. — Не сказать, чтобы оборванцы, но обувь у одного из них бевечевкой то перевязана. Велел им вас у рощи энтов ждать, пусть зница, проникаются величием матери — природы!

— Ну, если бечевкой перевязана, значит, разувать мы их не будем. — Решил я, направляясь к высившимся посреди парка гворнам и одному энту. Кстати вот интересно, а в случае нападения или там пожара они будут хранить свою обычную неподвижность или все‑таки соизволят очнуться и помогут справиться с напастью? — Только разденем…

— Солидно. — Оценил я Рыбцы, шагая несколькими часами позже по главной, но далеко не единственной улице в направлении шумного рынка. Солнце давно перевалило за полдень и скоро уже должен был начаться вечер. Того, что во мне опознают неумирающего героя и поднимут тревогу опасаться пока не стоило. Кольцо я перевернул печаткой вниз, сделав неотличимым от обычного ювелирного украшения, уровень пока в заоблачные дали скакнуть не успел, а одежду в виде простой куртки из зеленого сукна и штанов того же материала использовал каждый второй охотник. Собственно у одного из них я запасной комплект одежды и купил, чтобы за местного сойти. А в качестве оружия захватил с собой пару кинжалов, оставшихся еще от первых встреченных мною в этом мире разбойников. Приметный же плащ друида, с перьями и хвостами разных зверюшек, все равно остался вместе с трупом на растерзание анакондам. — Честно сказать, думал, будто такие населенные пункты в этом мире уже и городком назвать не постесняются.

Деревня выглядела крепким орешком, который с налета вот так просто не взять. Она имела довольно внушительную деревянную стену трех метров высотой и несколько наблюдательно — оборонительных башенок по периметру, где дежурили часовые с длинными ростовыми луками. Ворот в ней было двое и те, через которые я прошел, выглядели достаточно толстыми, чтобы даже энт не смог сходу их разломать. Караульные, контрольно — пропускные и налоговые функции при них выполняла стража. Причем даже одетая в какое‑то подобие униформы. У каждого была кольчуга, пусть частенько и явно сплетенная из обрывков отживших свое изделий более профессиональных воинов, а также алебарда. И это оружие, которым можно было как колоть цель с безопасной дистанции, так и проламывать лезвием прочные доспехи и панцири, вовсе не выглядело бутафорским или парадным. Передо мной были, может и слегка подержанные, но тщательно начищенные и заточенные инструменты для убийства. Количество ополченцев оставалось под вопросом, но если оно примерно соответствовало количеству взрослых дееспособных отцов семейств и их подросших детей, то наверное равнялось паре сотен. Один защитник от одного дома достаточно большой деревни….По — моему, я еще достаточно серьезно преуменьшил их численность.

Магическую поддержку поселения обеспечивал храм, чей посеребренный шпиль сиял на солнце так, что больно было смотреть. Где‑то там находился мой знакомый монашек с деньгами за виверна, а также штуки три или четыре других священнослужителей и один прелат. Собравшись всей компанией они могли достаточно эффективно проводить разные ритуалы, вроде изгнания болезней или повышения плодородия. А в случае нападения или иной острой необходимости могли даже призвать ангела или двух. Солидная сила, особенно учитывая небольшое гномское подворье, охраняемое двумя десятками тяжеловооруженных бородачей. Также в инфраструктуру данного населенного пункта входила собственная кузница, трактир для проезжих гостей, три постоянно действующих торговых лавки, рынок и пристань.

Деревня, как было понятно из названия, жила рыбным промыслом. Но не только. То ли сам барон, то ли кто‑то из его окружения имел высшее экономическое образование или навык, являющийся его здешним аналогом. Иначе, почему и как они смогли создать то, что на привычном мне языке звалось свободной экономической зоной? Прибывающие по реке или на телегах торговцы в этом месте практически не облагались налогами, равно как идущие из лесов в цивилизацию за деньгами охотники, травники и прочего рода добытчики, а потому кроме постоянных жителей в Рыбцах почти постоянно имелся один — два купца. Одни приезжали к местным крестьянам, с разной дребеденью вроде тканей и приправ. А другие к снявшим эти земли в аренду гномам, за их товарами или с предложением редких компонентов, нужных для создания знаменитых артефактов подгорного племени. Разумеется, торговцы путешествовали по опасным краям не в гордом одиночестве, а с подобающим количеством слуга и охраны. Ну а барон, не взимавший с этого места прямых поборов, получал в свои карманы тонкий, но уверенный ручеек прибыли от выплачивающих ему определенный процент доходов коротышек и пропуска купцов через те земли, которые лежали на пути к Рыбцам.

Ноги сами привели меня по главной улице деревни к шумному, по сравнению с остальной частью этой мирной сельской пасторали, рынку. В дальнем конце свободной от домов, плетней и городов территории находился вход в храм. В центре располагалось несколько сбитых из досок навесов, вокруг которых ходили приценивающиеся к товарам люди и даже несколько явившихся на торг нелюдей. Отдельный небольшой переулок, мощенный деревянным тротуаром, вел прямо к пристани. Рядом с дорожкой, предохраняющей ноги важных торговых гостей от неизбежной при половодье и дождях грязи, высилась добротная высокая виселица. В данный момент пустая. Но рядом с ней парочка мрачного вида мужиков стучали молотками, сколачивая какой‑то иной помост, к которому уже успели прикрепить толстые цепи. Видимо в ближайшем будущем должна была состояться чья‑то казнь, причем достаточно редкая и необычная, раз ради неё пошли на подобные приготовления и неизбежно связанные с ними расходы. Кроме того помимо обычных домов по окраинам располагались и все три местные лавки. Скобяная, она же оружейная, продуктовая и готового платья.

— Чудесные одежды Лоулдана. — Прочитал я название магазина, которым заведовала моя будущая жертва. Двухэтажное строение имело достаточно серьезные габариты и даже витрину, сделанную из нескольких пластин цветного стекла. Прямо сейчас за прозрачной преградой был выставлен плащ, нарядная рубашка с богатой вышивкой золотом, островерхая синяя шляпа будто снятая с самого архетипичного мага в мире и явно входящие в тот же комплект перчатки. Поскольку шлем у меня уже имелся, последние заинтересовали особенно сильно. Ценник в двести пятьдесят золотых, правда, несколько огорчал…Но если это действительно артефакт, один из тех ради изготовления которого погибли несчастные феи, то разориться можно. Определенно владелец данного места не бедствует. — Ну, оценим ассортимент…Пока он еще есть в наличии.

В просторном, но неожиданно темном помещении с высоким потолком в хаотическом порядке были расставлены грубые манекены, на которых старательно натягивали тот или иной предмет одежды. Что‑то типа многоярусных вешалок свешивалось с потолка и закрывало собою стены. В дальнем конце помещения находились полки, на которых были сложены аккуратные вязанки носок, нижнего белья, пирамиды шляп и прочие малогабаритные шмотки.

— О, чудо! Я вижу новое лицо! — Подкатился ко мне от него пожилой полуэльф с хитрыми бегающими глазами, сединой в волосах и небольшой лысиной. — И оно мне даже чем‑то напоминает мое собственное! Чем старыйЛоулдан может вам помочь, милейший?

— Как насчет подстежки под кирасу? — Я щелкнул пальцем по висевшему у меня на груди элементу брони. — Также не отказался бы от утепленных сапог. Зима может и не близко, но рано или поздно обязательно нагрянет.

— Обувью не торгую. — Печально развел руками владелец магазина. — Но я думаю, что под кирасу вам отлично подойдет вот этот кафтан. Вы только посмотрите, какие тут кружева! А бархат! Между прочим, все производства наших чистокровных лесных родичей!

— Слишком помпезно. — Отказался я от предложенной одежды ярко — алого цвета. Втакой меня посреди леса будет видно чуть ли не за километр. — А более практичное что‑нибудь? Желательно зеленых тонов, чтобы среди листвы не сильно выделялось. Одна знакомая как‑то говорила, будто есть у вас такой товар, который бы и эльфийские рейнджеры одеть не постеснялись.

— Ах, увы, все мои особые изделия быстро разбирают. — Повинился портной, порхая вокруг меня как бабочка. — Остались только разные…Ммм….Мелочи. Вот, перчатки например. Крепкие, теплые, в них не скользит рукоять меча! И еще они содержат в себе немного магической энергии, что очень ценно для тех, кто не чурается великого искусства.

Перчатки ученика чародея

Сопротивление маги +1. Запас магической энергии +5

— Неплохо, неплохо. — Я примерил протянутую мне вещь на правую руку и остался в целом доволен её внешним видом. Плотная синяя материя смотрелась достаточно нарядно, а в глубине её поблескивали искорки….Точно такие же, как те, которые рассыпали вокруг себя беззаботно порхающие феи. — Почем?

— Специально для вас, как глубоко симпатичного мне клиента, я могу предложить особые условия. — Хитро подмигнул мне пожилой полуэльф, а потом тихонько прошептал. — Пятьсот двадцать семь золотых! Только никому не говорите, за сколько их купили! Ниже я сбросить уж никак не могу, иначе совсем войду в убыток!

— Особые условия? Пятьсот двадцать семь монет, когда всем остальным каких‑то двести пятьдесят? — Повторил за ним я и кинул взгляд на выставленную в окно витрину, где находился точно такой же товар, но по цене более чем в два раза меньшей. Владелец перехватил этот взгляд и сразу же как‑то сдулся и помрачнел. — Может, вы хотели сказать особо поганые условия? А почему именно для меня? Чем я лично вам так не понравился?

— Тирол! Фирол! — Гнусаво заорал Лоулдан с такой мерзкой интонацией, что я инстинктивно за двуручником не потянулся, решив, будто он призывает демонов или кастует файребол. Спасло торговца одеждой от немедленной смерти лишь то, что меч остался в качестве трофея у завалившего меня накануне темного друида. — Проводите гостя, он уже уходит!

Два массивных качка кубарем выкатились по лестнице со второго этажа дома на первый. У одного в руках была массивная дубина, второй демонстративно разминал кулаки с надетыми на них шипастыми кастетами. Заостренные уши и некоторое сходство в лицах выдавало в них детей хозяина магазина. И, честное слово, мой медведь на фоне этих деревенских бычков — квартеронов выглядел практически балериной! Задача изничтожения семьи портного переехала из разряда жутких злодейств в обычные заказные убийства. Назвать сию парочку невинными малютками мог бы только полностью слепой идиот. Или получивший хорошие деньги адвокат. Большинство обитателей логова бандитов куда как менее зверские физиономии имеют. И не имеют клыков…Так, а кто у них мама, хотел бы я знать?

— Ну, ты это… — Не очень внятно пробасил один из бугаев, делая жест рукой, будто отгоняя муху. — Топай!

— Момент! — Я посмотрел на перчатку, одетую на руку, а после достал кошелек. — Дополните комплект по его рыночной стоимости, пожалуйста. А то прямо так уйду, и фиг вы меня догоните!

— Подавись. — Не слишком‑то любезно буркнул Лоулдан, впихивая мне в руки оплаченный товар, а после оборачиваясь к своим детям. — Кто из вас, паразитов, опять особый товар с ценниками на витрину выставил?! Уши оборву!

— Теперь заглянуть к оружейнику? — Задумался я, выходя из лавки и втягивая носом деревенский воздух, в котором причудливо переплелись ароматы дыма, сена и навоза. — Или прошвырнуться сначала по рынку, посмотреть чем тут в рядах торгуют?

— О! Дружище! — Меня огрели по спине так, что я второй раз попытался достать из ножен отсутствующий двуручник. — Какая встреча!

— Лугель! — Опознал я агрессора в монашеской сутане, довольного как нюхнувший валерьянки кот. — Ну и рука у тебя! Такой только поленья колоть, причем без топора!

— Хм, извини. — Чуть смутился парень. — Вечно я силы не рассчитываю. Виверна я, кстати, продал. За три с половиной сотни. Можно было бы взять и больше, но у нас тут все‑таки не столица империи и даже не крупный торговый порт…Твои сто сорок монет могу хоть сейчас отдать. Только у меня все деньги в келья лежат.

— Пошли. — Не стал отказываться от приглашения посетить храм я. Когда еще такое удастся…Да не во главе штурмующей его армии. — И на счет цены не беспокойся. На выпивку нам однозначно хватит.

— Сие грешно. — Возвел глаза к небу монашек и против воли насупился, как мышь на крупу. — Во всяком случае, так мне отец Альбер каждый раз говорит, когда я вторую рюмку церковного кагора себе налить пытаюсь. А сам он меньше трех не выпивает!

Храм, выглядящий снаружи более чем внушительно, внутри оказался каким‑то тесным…Но неожиданно уютным. Каменная глыба алтаря в центре излучала мягкий белый свет, отражающийся от покрытых росписями стен, серебряных кубков с родниковой водой и тарелок того же материала, в которые оказалась налита обычная немудреная куриная лапша. Обитатели данного места изволили обедать, скромно примостившись за небольшой круглый стол у самых дверей. И к моему полному удивлению настойчиво приглашали присоединиться к ним и гостя, придерживающегося мягко говоря, совсем иных догматов. Впрочем, кроме посуды иных предметов роскоши у них вроде бы не было. Во всяком случае, трапеза была простой деревенской пищей, лавки перед алтарем стояли деревянные и даже не украшенные резьбой, а довольно большой ковер для более удобного коленопреклонения перед алтарем, давно выцвел и вытерся.

— Спасибо тебе за Лугеля. — Пояснил свое гостеприимство прелат Антоний. — Он парень туповатый, но хороший. И если бы его съел виверн, мне пришлось бы самому мыть полы в кельях и бегать по поручениям. А это в пожилом возрасте уже совсем не так‑то просто.

— Эй! — Возмутился монашек, являющийся самым молодым из священнослужителей и очевидно потому выполняющий большую часть физических работ.

— Ну, мне тот ящер сразу не понравился. — Пожал я плечами. — А вас разве не смущает, что я друид?

— Почитатели природы не обязательно злые или плохие люди. Часть из них просто заблуждается и упорно цепляется за старые обычаи, не желая принимать перемен. — Пожал плечами один из жрецов, чьего имени я не запомнил. — И еще у них свои представления о разрешенном и недопустимом…И вот обряды вроде гадания по внутренностям, ритуальные проклятия, поклонения и напитка силой голодных духов, а также прочая мерзость то как раз и вызывают резкое неприятие верных сынов церкви. Но пока тебя не смущает священный свет этого места, а благословленный кагор легко льется в рот для поднятия аппетита и не становится поперек глотки, значит все в порядке. Ты не упал во тьму. Ну а вытянуть тебя к свету это как раз наша обязанность.

— Мы закончили! — Заглянул в храм заросший бородой по самые брови мужик, все еже сжимающий в одной руке молоток, а в другой топор. — Можно аутодафе хоть сейчас начинать. Нам тут оно так…За работу рассчитаться бы.

— Это не ко мне, это вам к гномам. — Нахмурился Антоний. — Они всю кашу с проведением казни во время завтрашней ярмарки заварили, пусть теперь и оплачивают.

— Кого жечь будем? — Чуть напрягшись, уточнил я и отложил в сторону тарелку с недоеденной лапшой. Аппетит как‑то пропал…

— Ведьму темную. — Вздохнул прелат, подперев голову ладонью. — Хотя я всячески возражал против проведения именно аутодафе. Нет, в виновности и греховности сей особы никаких сомнений нет. У неё же все прямо на лице большими буквами написано. Но доказательств совершенных преступлений именно против веры или творимых над людьми кровавых измывательств мы же не имеем. А то, на чем её схватили, есть лишь обычное уголовное деяние.

— Угу. — Поддакнул ему Лугель. — Ну, пробралась в коробке с припасами на борт купеческого корабля гномов, ну начала ковырять дырку наружу не в том направлении, ну подмочила ему трюм и товары….А после оказала сопротивление при попытке задержания и зарезала двоих бородатых. Повесили бы ее, да и вся недолга.

— Наденем на шею мешочек огненного порошка. — Предложил тучный монах, дожевывая куриную ножку. — Конечно, такое обычно применяют только к раскаявшимся грешникам…Но можно же нам немного побыть милосердными, верно?

— Хорошая идея. А то она хоть и темная, но молодая, живучая и по — своему красивая. Если будет страдать и мучиться слишком сильно опять шепотки пойдут, что мы из‑за обета целибата зверствуем…Хотя вот к вынесению этого приговора никто из нас ни малейшего отношения не имел! — Кивнул Антоний, катая между пальцами небольшой хлебный шарик. — Я еще попробую уязвимость к огню наложить, вроде осталась в голове пара формул из изучавшейся в юности стихийной магии. Тогда даже охрипнуть от криков как следует не успеет, прежде чем пламя до мешочка со взрывчаткой дойдет.

— Кстати, если уж речь зашла о казнях и темных… — У меня в голове мелькнула забавная идея. — Святые отцы, уж простите, если глупость скажу, но мучает тут меня один вопрос касательно ваших порядков…

— Да — да! Задавай же его скорее! — Подался вперед прелат, глаза которого вспыхнули азартом фанатика, дорвавшегося до любимого дела. Просвещения заблудших душ касательно тонкостей веры. — Мы для того и нужны, чтобы такие беседы вести! Ну, не только для этого, конечно….Но и для этого тоже.

— Так вот, вы же не одобряете артефактов, ради изготовления которых приносились жертвы? — Уточнил у них я, стягивая с рук недавно купленные перчатки. — А если для создания использовались части тела разумных существ, это тоже считается, верно?

— Безусловно. — Закивали монахи, чуть ли не синхронно, благо разногласий по этому вопросу среди них не нашлось.

— А лицензии на их производство бывают? — Продолжал 'глупые' расспросы я. — Или индульгенциями какими‑нибудь после их производства закупаться надо?

— Мне не нравится то направление, куда ты ведешь разговор, друид. — Нахмурился Анотоний. — И если ты вознамерился создавать подобные предметы у нас, то я сейчас дам тебе в ухо, а после пинками погоню прочь из города. И это только потому, что мы уже пустили тебя сюда как гостя, иначе дело бы приняло куда как более крутой оборот.

— Да я вообще ни разу не артефактор! Только вот в упор понять не могу, почему у вас в деревне при таких порядках подобные штуки штампуют чуть ли не как горячие пирожки. — Примиряюще поднял руки я, помахивая перчатками. — Мне еще не верилось, что такое правда может быть, когда об этом услышал. Однако сегодня пришел в Рыбцы и купил вот эту обновку…Вы её, кстати, на алтаре своем проверьте. А то мало ли, вдруг я чего напутал и напраслину на честного торговца возвожу.

Взгляды всех монахов сосредоточились на предъявленном им предмете так, что удивлен, как это он не вспыхнул.

— А откуда у тебя эта вещь сыне…В смысле друиде…Короче давай её сюда! — Антоний выхватил у меня артефакт и, как был из‑за стола, вприпрыжку помчался к алтарю. Чего он там делал, мне было не видно, но на тщательную идентификацию предмета времени служитель культа потратил секунды двадцать. После чего вернулся обратно, на ходу комкая рассыпающуюся пеплом ткань разрушенного артефакта и трансформируясь из нормального собеседника в сурового инквизитора. Лицо чернело от прилившей к нему дурной крови, из взгляда уходил здравый смысл, сменяясь огнем фанатизма, а тискающие перчатки руки конвульсивно сжимались и разжимались, будто выдавливая из чьей‑то шеи признание, кислород и жизнь одновременно. — Лугель, за стражей! Питер, за гномами! Винтекс, дуй к главе ополчения. Юртис, поддерживай порядок в часовне! Друид…Показывай!

Прелат развернул такую лихорадочную деятельность, что меня даже как‑то оторопь взяла. Фактически из ничего за полчаса развернуть целую войсковую операцию…Я всего лишь надеялся, что смогу спровоцировать изготовителя не совсем обычных артефактов при задержании и ухлопать его как бы в целях самообороны. Ну а братцы — квартероны отправились бы в тюрьму, как пособники в деле изготовления волшебных предметов из неположенных материалов. И потом, у столь прожжённого дельца, которым выглядел торговец готовым платьем, наверняка бы отыскался в логове и какой‑нибудь дополнительный компромат. Однако Антоний, командующий всеми встречными и поперечными с целеустремленностью и непреклонностью настоящего фельдмаршала, готовился крешительному штурму как минимум хорошо укрепленного логова еретиков и отчаянному сопротивлению.

— Чем колдуны сильнее, тем они наглее. Им ощущение собственного всемогущества просто инстинкты самосохранения перекрывает. — Пояснил свои действия святоша, к которому постепенно вернулась часть его обычных манер и здравого смысла…Небольшая. — Лаулдан всегда был тем еще подонком, однако подонком трусливым. И если он вдруг осмелел настолько, что при живом то мне имеет наглость выставлять в витрину своего магазина подобные артефакты, жди беды.

Как бы невзначай собравшиеся на рыночной площади люди внезапно взяли дом в кольцо, а церковники призвали ангела. Честно говоря, я посчитал, что на этом боевые действия и кончатся. Блондинистые крылатые качки с огненными мечами по меркам этой игры являлись воистину ультимативным доводом, ибо умели полноценно воскрешать убитых, а также один на один уделывали любого противника из лиги тяжеловесов. И в драке один против двух имели шансы. А против трех не проигрывали всухую. От тотального доминирования светлых фракций людей над всеми остальными силами мира спасало только то, что заполучить себе подобный юнит на постоянной основе было лишь чуть — чуть проще, чем укусить собственный локоть. А призыв их, который могли проводить разного рода священники, давал этому посланцу Света лишь несколько минут времени и не мог быть повторен одним и тем же человеком в любые приемлемые для боя сроки. Ну а черные драконы, дьяволы, титаны и прочие существа высших рангов находились в нашей реальности двадцать четыре часа в сутки, и драться могли примерно столько же. Люди при виде явившегося вестника небес замерли как мыши под веником, ибо ради развлечения подобные персонажи практически никогда не являлись. Обычно их визит предвещал крупные проблемы. Вопрос лишь кому. Ангел обвел площадь взглядом, задержавшись на мне, чего‑то хмыкнул себе под нос и, сложившись чуть ли не втрое, с трудом протиснулся в магазин готовой одежды. А через пять секунд его вынесло наружу вместе с куском стены громадной струей мутной жидкости, которая выплеснулась из недр магазина на рыночную площадь и развернулась в десяток собранных из водных струй гуманоидных фигур. Одновременно с этим земля под ногами дрогнула, и фундамент лавки принялся выползать из под строения, также разделяясь на составные части и принимая относительно человекоподобный облик.

— Духи элементов! — Констатировал очевидное Антоний. А потом добавил несколько таких слов, которые святому отцу произносить вроде как и не полагается. Впрочем, сейчас огромное искушение сказать нечто подобное испытывал, наверное, даже ангел. Вооруженные водяными сетями и трезубцами порождения мокрой стихии достаточно убедительно доказывали ему, что порядок бьет класс. В смысле, с десятикратным преимуществом по численности можно запинать и куда более сильного противника. Воин небес успел убить троих или четверых, но после оказался затянут в ловушку покрывших его в три слоя пут так туго, что не мог и сдвинуться с места. Но сунувшемуся было к нему элементалю все равно отчекрыжил голову молниеносным выпадом. — Убейте призывателя! Со смертью шамана они вернутся обратно в свой план!

— Исполняю! — Хмыкнул я и кинулся к изрядно перекосившейся, но все еще стоящей на прежнем месте лавке. Благо собранные из щебня, песка и валунов стихийные духи отвлеклись на деревенскую стражу. Но протаранить частокол из выставленных навстречу алебард сходу не смогли даже они, а засыпающие массивные мишени стрелами лучники оказались вовсе не так уж бесполезны, как могло показаться. Во всяком случае, один из элементалей уже рассыпался на строительный мусор после того, как в его глазницах застряло штук семь или восемь деревянных палочек с железным наконечником.

Портной обнаружился на первом этаже своей лавки, причем вместе с детьми. Один бугай обтекал водой, сочившейся с него не переставая, второй покрылся каменной коркой и неловко ворочался в ней, словно валун. И оба они положили свои руки на плечи родителю, буквально светившемуся о переполнявшей его энергии.

— Всех Заховаю! — Каким‑то утробным потусторонним голосом вымолвил полуэльф и сорвавшаяся с его губ волна ветра вынесла меня наружу прямо как ангела…С куском стены. И в отличии от посланника небес подняться с я уже не сумел. Не знаю даже, привиделось мне или нет зрелище свитых из ураганных потоков воздуха фигур с бичами молний? Вроде элементали третьей стихии тоже в бой вступили…Но потом куда‑то все резко делись, вместе с земляными и водными. Только я не понял, куда.

— Живой? — Наклонился ко мне Лугель, участливо заглядывая в глаза.

— Ага. — Слабо ответил ему я, пытаясь встать…Удалось лишь чуть пошевелиться. Дебафы 'шок' и 'контузия' надежно лишили меня подвижности как минимум минут на пять. — А эти где…Вы провели ритуал изгнания?

— Да не, просто у Лаулдана силы кончились. Он же не своей пользовался, а заемной. — Небрежно отмахнулся священнослужитель. — И забыл, что темные боги, ярким представителем которых является Всех Заховаю, легко бросают в беде своих слуг, если тем требуется по — настоящему существенная помощь. Эй, кто там? Носилки сюда! Взяли раненного и в храм понесли!

— Я в порядке! Положите обратно! У меня голова от тряски кружится! — Мои попытки протестовать ни к чему не привели, если не считать положительным результатом пару глотков самогона, которым поделился какой‑то сердобольный ополченец. Всех получивших хоть какие‑то повреждения в скоротечной, но жесткой сшибке вышколенные на ура защитники деревни доставили к алтарю, где на нас чохом наложили групповое исцеление.

Когда удалось вернуться обратно к разгромленной лавке, благо хоть идти было не далеко, внутрь неё добилось уже множество народа. И о мыслях под шумок тихонько пограбить балующегося колдовством портного пришлось позабыть. Содержимое полок, сундуков, тайников и ларей сначала инспектировали монахи, потом гномы, а под конец не заинтересовавшее первые две инстанции конфискованное добро уплывало в ручки пришедшего на место происшествия старосты. А жаааль! Я готов поставить в заклад собственный посох, что в личном имуществе у такого интересного фрукта обязательно отыщутся интересные артефакты. Возможно, даже и величайшее сокровище этого мира, книги навыков. Но увы, на ценности отыскались и другие желающие. Хорошо хоть не имеющего за спиной явной поддержки друида не вытолкали взашей и дали полюбоваться на извлекаемые из самых неожиданных мест улики и послушать, как соловьем распеваются детки портного. Самого полуэльфа отец Антоний утащил куда‑то в подвал, вместе с небольшой жаровней, кузнецом и клещами. И теперь оттуда почти непрестанно доносились жуткие нечеловеческие вопли, стимулирующие квартеронов на новые порции откровенности.

Имеющий не слишком сильный дар Лаулдан, к старости окончательно дозревший до мысли, что вершины магии ему за счет одного лишь таланта не покорятся, нашел испытанный способ стать сильнее и богаче. Вступил на темную дорожку сектантства, начав служить одному из самых отзывчивых на жертвы злых божеств. Благо Всех Заховаю изначально был достаточно толерантен к жрецам, охотно отзываясь на примитивные камлания и гоблинов, и троллей, и орков….И вообще всех, кто лил для него кровь разумных и терзал их плоть. Животные для дела тоже годились, но обладающих душой созданий данная тварь любила все‑таки больше.

Список 'подношений' открыл пяток беженцев, которые пропали без вести во время нашествия роя. Тогда Рыбцы оказались переполнены появлявшимся и исчезавшим народом, а потому пропажа каких‑то пришлых осталось незамеченным. После, когда схлынул вал вынужденных переселенцев, питавший некоторые сомнения в своих сила портной принялся осторожно охотиться на местных. Пьянчужка, которого сочли утонувшим в реке. Охотник, якобы не вернувшийся с опасного промысла. Пожилая швея, что вроде как переехала к родственникам и по чистому совпадению являлась главной конкуренткой Лаулдана…Трупе на пятом народ чего‑то почувствовал и заволновался, хотя грешили на залетных вампиров, чудовищ роя и прочую нечисть. Ночные патрули усилили, но это ни к чему хорошему не привело. Когда уже получивший от покровителя кое — какой гешефт колдун стыбрил с улицы редкую добычу в виде двух единственных на всю деревню близнецов, местные жители закусили удила. И, тряхнув мошной, наняли ведьмака. Специалист по чудовищам полаялся с идеологическими противниками в виде церковников, провел расследование и даже покрошил каких‑то тварей в окрестностях, но честно сознался, что детских останков не нашел. Однако поскольку пропажи населения прекратились, его контракт староста счел выполненным и расплатился честь по чести.

За счет редкой жертвы, сделав себя и своих детей и посвященными одной из стихий, Лоулдан приуныл. Прекращать получать порции халявой силы не хотелось, палиться перед соседями тоже, ибо зарвавшегося колдуна бы сожгли, несмотря на всю его новообретеную мощь. И тогда он придумал ход конем и занялся массовым творением артефактов, которые до того делал едва ли по одному в год. Чародеям для их колдовских обрядов почти всегда требовались разные необычные компоненты. И охотники ничего не заподозрили, когда он стал заказывать у них вместе с шелком гигантских пауков и совиными перьями компоненты более экзотической дичи. Той, которую малообразованные люди просто не воспринимали как разумных и в чем‑то равных себе существ. Фей. Мелких лесных духов вроде встреченного мной на болоте гадючьего царя. Троглодитов, которые и речь то толком не освоили. Парочка особо неболтливых и жестоких стрелков приносила ему сердца гоблинов, орков и кентавров. А какой‑то лесной колдун с зубами как у змеи поставлял от случая к случаю человеческие органы…

— Ну, сразу понятно, что про другого речь. — Задумчиво пробормотал вылезший из подвала Антоний, когда на мне скрестились взгляды всех присутствующих. Руки у него были окровавлены чуть ли не по локоть, а за плечами болтался небольшой мешок, в котором хранились черепа жертв полуэльфа и прочие вещи, ранее составляющие обстановку тайного капища. — Нет в нем тьмы, да и прикус нормальный.

У меня прямо от души отлегло, когда фокус всеобщего внимания сместился обратно на квартеронов. Учитывая, как жестко тут обращаются с подозреваемыми…Ну его к черту, такое расследование если ты в нем участвуешь как главный подозреваемый! Раздавшийся через пару секунд сигнал системного оповещения я воспринял как удар током. Дернулся и свалил какого‑то манекена, снова вызваз подозрительные взгляды у большей части присутствующих. Так, чего там у нас стряслось…Доступно новое заклинание. Заживление ран. Убогая версия полноценного исцеления, не избавляющая от болезней или ядов, но позволяющая остановить кровотечение и вернуть часть потерянных в течении последней минуты очков жизни. Не самый лучший бонус подкинул слепой рандом…Впрочем, это все равно лучше, чем ничего.

— Я так думаю, за плотниками послать надо. — Прогудел бочкообразный гномий тан, закладывая пальцы рук за украшенный полудрагоценными камнями широкий пояс. — Пусть еще три костра подготовят. Верно?

— Угу. Вот в этом случае воспитательный момент для населения просто необходим. А с охотниками насчет того, по какой дичи уместно читать заупокойную молитву, мы еще всем приходом поговорим. — Спокойно кивнул прелат, не обращая внимания на униженные мольбы двух молодых сектантов и разлившуюся по их лицам нездоровую бледность. Парни явно не ждали, что их спокойная и счастливая жизнь однажды закончится вот так. — И для этих я у тебя огненный порошок покупать не буду. До утра успеют помосты сколотить, как думаешь?

— Да как бы ночь уже… — Выглянул в ближайшее окно гном. — Впрочем, нам торопиться некуда. А этим поганцам и той ведьме уже тем более.

— Действительно, у них есть время раскаяться и помолиться. — Согласно кивнул прелат, а после перевел взгляд на меня. — Благодарю за то, что ты помог нам раскрыть это чудовищное преступление. Думаю, меньшее, чем я могу отблагодарить тебя, это возможность переночевать в обители. У нас, конечно, не так весело как в трактире, но зато тише. И бесплатно. А еще хотелось бы обсудить с тобой поутру пару вопросов насчет того змееподобного друида…

— Знаю я такого типа. — Буркнул я, немного подумав и решив принять предложение. Может у меня получится еще одну проблему чужими руками решить? — Та еще сволочь, которая вместе с разбойниками по лесам разбоем занимается.

— Утром. — Покачал головой прелат, и сразу как‑то стало видно, что он уже стар. — Боюсь, сейчас я просто не смогу нормально вести беседу. Слишком устал…

Жилые и технические помещения в храме, как оказалось, были расположены в два этажа непосредственно сразу за алтарной залой. Маленькая комнатка на втором ярусе, которую мне выделили, могла похвастаться кроватью и прикрытым деревянными ставнями узким окном, куда бы не пролезла даже кошка. Иных предметов мебели и прочей роскоши кельям не полагалось. Оценив мягкость предложенной постели я начал серьезно подумывать о попытке переночевать на одной из скамеек для посетителей…В конце‑то концов там только дерево, а не камень. Однако усталость взяла свое и я, слегка покрутившись, провалился в сон…Который прервали звуки переполоха, паники и тревожного колокола.

— Вперед, братья, вперед! — Орал трубным гласом отец Антоний, выскочивший во коридор в одной надето задом наперед сутане. — В атаку!

— На кого в атаку то? — Уточнил я, пристраиваясь в хвост бодрой рысью марширующей к выходу колонне святых отцов. На ходу служители культа отпускали не свойственные их саны замечания, а также пытались разобраться, уместно или нет аколитам показываться на людях в одной ночной рубашке на двоих.

— Да какая разница? — Пожал плечами прелат, дыхнув на меня ароматом кагора. Видимо на ночь глядя Антоний решил слегка успокоить свои расшатанные эксперсс — дознанием нервы. — Вобьем во прах того, из‑за кого нас подняли на ноги в два часа ночи, тогда и узнаем!

Однако исполнить свой замысел прелат так и не сумел. Главным образом потому, что злоумышленник прилагал все усилия к тому, чтобы не быть обнаруженным. Вернее, злоумышленница. Ведьма, в камеру к которой сегодня вечером закинули трех новых постояльцев, сбежала. Судя по сбивчивым разъяснениям гномов, в подвалах которых и находилась местная тюрьма, сначала она изметелила пытавшихся наехать на неё новичков, а после…После куда‑то делась. Во всяком случае, полуночный обход обнаружил лишь окончательно избитого до полусмерти полуэльфа, валяющихся в глубоком обмороке квартеронов и сломанный замок камеры. Судя по всему, хитрый портной умудрился протащить с собой в заключение отмычку. Правда, воспользовался ею уже не он.

— Интересно, почему она предпочла делать ноги в одиночку, вместо того чтобы устроить групповой побег? — Задумался я, покачиваясь с носка на пятку перед домом старосты. Люди бегали туда — сюда с факелами и заглядывали чуть ли не под каждый камень, старательно пытаясь обнаружить беглянку…Безуспешно, та как будто в воду канула. А хотя может и канула, до реки то тут недалеко. И след по текучей воде ни один охотник с собаками не возьмет. А ведь несколько отлично натасканных свор вместе со своими хозяевами уже кружат по округе, пытаясь обнаружить добычу. Правда, обитающие в ночи монстры запросто могут восхотеть сожрать неожиданно пришедший к ним в гости. Однако в сравнении с целой деревней жаждущих тебя сжечь крестьян и каким‑то хищником я бы тоже выбрал второго. — Опустим, что три колдуна могли бы доставить проблем поимщикам…Но при поимке четверых нам бы волей неволей пришлось разделить свои силы.

— Не сработалась с Лаулданом и его семейством, очевидно же. — Пожал плечами Лугель. — Сыновей торговца то уж точно никто до состояния полусмерти не избивал. Впрочем, это было ожидаемо от темной.

— Ну да… — Хмыкнул я скептически, подумав о том, что однажды такие стереотипы дорого могут обойтись моему знакомому монашку. А после развернулся и отправился обратно к храму. — Я досыпать! Все равно деревни не знаю и в поисках ничем помочь не могу!

Путь обратно выдался не таким уж и легким, поскольку охотники с собаками и присоединившейся к ним толпой добровольцев курсировали по рыночной площади туда — сюда. И на одинокого пешехода некоторые из них умудрились наткнуться аж по два раза. Одну слишком наглую псину из породы волкодовов, пытавшуюся продегустировать на вкус мою филейную часть, даже пришлось от души пнуть сапогом. А после минуты три лаяться с её хозяином, выпускавшим морально неуравновешенное зверье в погоню за беглянкой без поводка и намордника. Ладно я то, благодаря высоким физическим кондициям и не от такого отбиться смогу, а если эта впавшая в раж бестия на кого другого накинется? И пусть она даже знает всех местных жителей и в лицо, и в ягодицы. Купцов, путешественников, а также их слуг и наемников, в этом поселении более чем достаточно. И я больше чем уверен, их желание поучаствовать в столь значимом общественном событии, как травля одинокой жертвы, никто не отменял.

То, что что‑то не так, я понял, едва переступив порог храма. Лишенная замка дверь, в случае надобности изнутри запираемая на тяжеленный засов, которую крепко прикрывали мои же руки, оказалась чуть приоткрыта. Конечно, можно бы было списать это на сквозняк…Однако если легкий ветерок небрежно передвигает окованные медью доски в руки толщиной, то его следует называть ураганом немалой силы. И следов непогоды в ночном небе уж точно не имелось. Кроме того, у самого входа на регулярно отскабливаемым до блеска полу обнаружилось немного уличной грязи, складывающейся в нечеткий отпечаток ног. Маленьких. Женских. Учитывая творящийся снаружи бедлам о личности, босиком бегающей во время тревожного набата, лишний раз гадать не приходилось.

— Прятаться здесь? — Задумался я, а потом перевел взгляд на сияющий в ночи мягким белым светом алтарь. — А почему бы и нет? Ведьма это не нежить или демон, ей его присутствие может быть неприятно и налагать штрафы на творимую магию, но не более. И искать внутри храма станут в последнюю очередь. Если вообще додумаются до подобного.

Слегка поразмыслив, я аккуратно притворил за собой дверь, обнажил оружие и принялся обходить залу по кругу. Внутренние помещения могли укрыть беглянку от случайного обнаружения надежнее, но выход оттуда был только один. А тут прыгни в любое окно сквозь цветные витражи — и ты уже на улице. Правда вот шум подобного действия неизбежно привлечет внимание всех носящихся по улице людей. За самостоятельную поимку ведьмы наверняка полагалась награда, в крайнем случае опыт…И у меня еще не был выбран дневной лимит поднятий уровней. А повышение отношений с Рыбцами в будущем, возможно, поможет заполучить этот весьма любопытный населенный пункт бескровным способом. Вряд ли уговорить гарнизон сдаться получится до взятия гномьей заставы и победы над бароном. Но ради сохранения общей прибыльности данного живущего торговлей поселения вполне можно немного и потерпеть.

От размышлений меня отвлекло какое‑то несоответствие в окружающем мире. Только я не сразу сумел сообразить какое. Вроде шел вдоль второй по счету стены, внимательно всматриваясь в пустее пространство между предназначенными для верующих скамейками…И вдруг стою чуть ли не в середине алтарной залы, рассеянно пялясь на мягкие переливы белого света, испускаемого главной местной достопримечательностью. Оная исправно разгоняла ночную тьму вокруг себя, однако на роль лампы все же не годилась, поскольку глубокие тени лежали повсюду, окутывая предметы мебели мягким полумраком. Дверь наружу была все еще закрыта. И, кажется, не открывалась. Понять почему, было не сложно. Источники собачьего лая, находящиеся снаружи, кружили у самой двери в храм. Однако преследователи видимо никак не могли сообразить, куда им указывают псы, а потому обшаривали навесы и закоулки рыночной площади в поисках беглянки. Однако они найдут её, причем скорее рано, чем поздно.

— Свертка пространства? — Вслух предположил я, но сразу же опроверг данное утверждение. — Нет, слишком сложно. Телепорт за пределы стен деревни относится к той же школе и раз в десять проще и менее энергозатратен. Значит, иллюзия или отвод глаз… Вот от этого угла!

Сосредоточившись, я твердым шагом направился к тому месту, которое вызвало подозрения. И уже шаге на третьем понял, что не ошибся, поскольку мне приходилось прилагать все силы, чтобы не свернуть и не забыть, а зачем вообще туда поперся. Мастерство ведьмы заслуживало огромного уважения, однако из‑за близости алтаря чарам её банально не хватило мощи, чтобы переселить сосредоточившийся на одной цели разум. А еще её подвели нервы.

Незримое давление исчезло так быстро, что заставило меня пошатнуться из‑за мгновения резкого контраста между действием чар и обычным состоянием. И одновременно я едва успел выставить руку с обнаженным кинжалом влево, чтобы блокировать попытавшуюся прошмыгнуть мимо миниатюрную фигурку, упорно пытающуюся слиться с тенями из‑за наложенных на себе камуфляжных чар… А, нет, не в магии дело. Просто вмешался естественный окрас ведьмы, у которой её темнота в прямом смысле слова на лице написана. Да и вообще не только на нем, а на каждом кусочке едва — едва прикрытой лохмотьями кожи.

— Светлое отродье! — С отчаянием и ненавистью прошипела едва достигающая моего плеча дроу, пятясь обратно в угол. Белые волосы представительницы той ветви эльфов, которые выбрали сторону зла, висели грязной паклей. Аккуратный носик покрывала корка запекшейся крови, а глаза едва виднелись из под закрывавших их наплывов синяков. К тому же ведьма так припадала на одну ногу, что сразу возникла мысль о закрытом переломе. Не то задержание, не то борьба с Лаулданом и его семейством, дорого ей обошлись. Становилось понятно, почему темная выбрала игру в прятки вместо того, чтобы просто бежать из человеческого поселения изо всех сил. Однако её руки, пусть и покрытые ссадинами, крепко сжимали обоими ладонями…Отмычку. Другого оружия, кроме куска закаленной проволоки, дроу очевидно не имела. — Да будь ты проклят, мерзкий полукровка! И весь твой род! Нет! Оба твоих рода!

— Возможно, что уже. — Хмыкнул я, припомнив обстоятельства своего переселения в виртуал. Вмешательство сверхъестественных сил вполне могло бы объяснить резкую смену поведения Олесиного папы. Но мне кажется все же более вероятным вариант с резким обострением какого‑то психического заболевания на фоне последствий контузии. — Сдавайся и обещаю, я не причиню тебя вреда.

— Конечно. Ты же хочешь, чтобы утром я подольше оставалось живой на огне, в котором вы приносите жертвы во славу своего светлого бога. — Сплюнула дроу из разбитых и серьезно опухших губ. — Ну уж нет, на костер я не пойду! И какой‑то вшивый полукровка меня не остановит!

— Мы все тут осмотрели! — Громко заорал кто‑то наружи так, что даже я внутри вздрогнул. — Её нет!

— Не все! — Ответили ему с другого конца площади тем же тоном, больше подходящим для маяка — ревуна. — Остался храм! Да и собаки к нему жмутся!

Гримасы ненависти, испуга, страха, обреченности и какой‑то мрачной решимости принялись одна за другой сменяться на лице темной эльфийки с умопомрачительной скоростью. Из её глаз потекли слезы, а грудь зашлась в едва сдерживаемых всхлипах рыдания, но руки дроу лишь сильнее стиснули отмычку, заставив чуть побелеть длинные изящные тонкие пальцы. А после с размаху вонзили импровизированное оружие в горло ведьмы. И попытались было даже рвануть его обратно, нанося уж точно смертельную рану, но с этим впавшая в болевой шок темная эльфийка уже не справились. Она просто отшатнулась назад, наткнулась на стену и принялась оседать по ней вниз на подкашивающихся ногах, конвульсивно зажимая сочащиеся из под рук алые капли. Дальнейшие свои действия я могу объяснить лишь мистическим озарением. Или крайней степенью дебелизма. А возможно и тем и другим одновременно.

— Не рыпайся! — Я схватил дроу, весящую едва ли килограмм пятьдесят, закинул на плечо и галопом помчался в выделенную мне келью, на ходу пытаясь выдернуть из горла темной импровизированную заточку и стараясь использовать на ней же недавно открывшееся заклинание заживления ран. И надо сказать, эта находящаяся на последнем издыхании дикая кошка отчаянно сопротивлялась, пытаясь пинаться и колошматя мелкими, однако удивительно крепкими кулачками, куда придется. А ведь мы и так едва успели. Уже заскочив в отделенные от алтарной залы внутренние помещения, я услышал, как скрипит медленно отворяющаяся входная дверь храма, а истошно лающие псы рвутся внутрь.

— Не звука, если хочешь жить! — Запихнуть едва живую, но все равно отчаянно упирающуюся дроу под кровать было не многим проще, чем затолкать кота в полную стиральной воды машинку. Да и царапались они примерно одинаково. — Ну а нет, так вот заточка! Можешь втыкать её в любую имеющуюся на твоем теле дырку или вертеть ей новые. Только тихо, черт тебя дери!

У меня едва получилось свесить одеяло так, чтобы прикрыть им крайне неожиданную в храмовой келье гостью, прежде чем в коридоре послушался шум и ко мне заглянул Антоний, мимо которого пытался протиснуться отчаянно хрипящий лохматый волкодав знакомого вида, едва удерживаемый за ошейник хозяином.

— Друид. — Констатировал он, без особого удивления в голосе. Видимо Лугель успел проинформировать патрона насчет того, куда делся вышедший из храма вместе с ними маг природы. — Смотрю, ты твердо решил лечь спать, вместо того, чтобы помочь нам с поисками ведьмы.

— Побойтесь бога, прелат. — Фыркнул я, стараясь напустить на себя максимально беззаботный вид. — Мной сегодня, между прочим, стену проломили. И вообще, я вашей деревни не знаю, а её жители не знают меня. Хотя если эта псина не прекратит так скалиться и гавкать, то вторично познакомится с сапогом. И её хозяина на сей раз тоже участь сия не минует.

— Надо тут все обыскать! А друида допросить! Вдруг он её видел! — Сверкнул глазами охотник, с которым мы минут десять назад знатно поругались. От перевозбуждения нормально говорить он не мог. Только кричать. Причем прямо в ухо пожилому священнослужителю, недовольно морщащемуся при каждом возгласе. — Неспроста мой пес его выследил! И вообще, язычники есть пособники темных! Он с той поимкой колдунов пытался втереться в доверие, а потом помог бежать ведьме! А сейчас просто запутывает нас!

— Три часа ночи. И вместо того, чтобы спать, приходится выслушивать таких вот имбецилов. — Устало вздохнул я, прикладывая к лицу руку во всемирноизвестном жесте, посвященном вынужденной необходимости сосуществовать с идиотоами. А после встал с кровати и двинулся к выходу. — Ну ладно, пройдемте. Но, многоуважаемый Антоний, надеюсь, наша беседа получится краткой. И если какой‑нибудь идиот рискнет на меня тявкнуть или еще раз разбудит до наступления полудня, то я сам из него ведьму сделаю!

— Можешь рассчитывать на всемерную помощь в столь благом деле. Эээх! — Остановил меня прелат, а после широко зевнул. — Чтобы нормальный человек, ну пусть полуэльф, помог бежать дроу…Да еще когда он все время находился на виду у братии…Нет, это ж надо такое придумать! Кто‑нибудь, уберите уже животных из храма, пока они нигде не нагадили! Я же говорил, что вы не тот след встали! Да и вообще, какая ушибленная на голову ведьма полезет прятаться сюда?!

— Та, которую обстоятельства загнали. — Пробормотал я минутой позже, прислушиваясь к доносившемуся с улицы шуму. Кажется, в здании больше никого не было. — Эй, темная, ты там живая еще? Тогда вылазь.

— Если ждешь слов благодарности, то обойдешься. — Дроу старалась говорить властно и уверенно, но бьющая тело дрожь, срывающийся голос и отчаянно косившие в сторону двери глаза выдавали её с головой. — Ты чего‑то хочешь от меня, раз не дал сдохнуть и всячески помогаешь открутиться от костра. Так чего, паук тебя раздери?!

— Сложно сказать вот так сразу. — Я неуверенно пожал плечами, пытаясь проанализировать причины своего поступка. Жалость к той, кого должны казнить мучительным образом за не такой уж и большой проступок по имеющейся шкале ценностей? Ну, если чуть — чуть. Зависть из‑за совершенного и почти удачного побега? Определенно, причем вместе с желанием сделать почти удачный побег полностью удачным. Туманные наметки будущей выгоды? О, да! Передо мной явно находится достаточно сильный маг, способный устранить или хотя бы уменьшить мое отставание от других игроков из‑за переброшенных на физическое развитие очков характеристик. — Просто шевельнулось кое — чего в душе. Можешь идти куда хочешь.

— С — светлые! — В устах темной эльфийки этот эпитет прозвучал ругательством. Заслуженным. — И далеко, по — твоему, мне получится сейчас уйти?! Когда по всей деревне снуют эти отвратительные зубастые комки меха?

— Может метров на десять от дверей храма. — Улыбнулся ей я циничным и расчетливым оскалом акулы. — Без моей помощи. Но ты можешь её получить, если будешь хорошей девочкой. И, думаю, не надо уточнять, кому из нас большей степени нужен этот союз. Одна, без денег, одежды и оружия…Даже если спасаешься от усердно ищущих тебя крестьян с вилами и факелами, то далеко не уйдешь.

— А через пару часов к тому же наступит рассвет. И мои глаза почти ослепнут. — С дроу буквально соскользнули её лохмотья, ну а я….Наложил на темную еще одно заклинание заживления ран. Судя по гематомам на ребрах и сочащейся сукровицей рубленой ране поперек живота, она в нем сильно нуждалась. — Ты можешь взять все, что у меня есть. Вот только сейчас у меня есть лишь я сама.

— Может в другой раз. Полутрупы меня не привлекают. — Беглый осмотр её фигуры принес совершенно неудовлетворительные результаты! Опустим синяки и грязь, все это исправляется мытьем и лечащим раны временем. Но пропорции! Грудь первого размера, стремящегося вообще‑то к нулю. Лицо вытянутое. Ноги какие‑то слишком длинные. Кто из геймдизайнеров додумался вообще сотворить эту ушастую манекенщицу, на которую без слез не взглянешь?! Общая побитость, затравленность и туго натянутая на острых скулах кожа, только дополняли общую картину. Если бы в этой игре существовал показатель харизма, у неё бы он красовался на отметке максимум в тройку! И ведь не спишешь все это на плен, в тюрьме ведьма провела максимум сутки. И почему мне не могла попасться шикарная красотка, которая одним только внешним видом способна повергнуть к своим ногам любую состоящую из мужчин армию, а потому вынуждена таскать с собою хлыст, чтобы им отбиваться от ухажеров? — Все же я не некромант, а друид. И к тому же какой‑никакой, но лорд. А нам положено проявлять некоторую брезгливость.

— Что?! — Поразилась дроу, а после сама зажала себе рот, чтобы производить как можно меньше шума. — Ты неумирающий?! Но…Это же не твои владения. Ты шпионишь или подготавливаешь атаку. Верно?

— Угу. И что? — Скептически поднял я одну бровь, поворачивая продемонстрированный ей перстень обратно печаткой вниз. — Выбежишь на улицу и закричишь во все горло, что коварный друид собрался захватить Рыбцы? Думаю, за такое предупреждение о грядущей угрозе тебе скажут спасибо. И, может быть, даже удушат в качестве благодарности, прежде чем привяжут к столбу посреди вязанки хвороста и разожгут огонь.

— Неумирающие приносят хаос перемен во все земли, которых коснется их длань. Они могут выглядеть как обычные смертные, а действовать словно объевшиеся пьяных грибов гоблины, но могущество их велико. — Прикрыла глаза темная эльфийка, чуть закусив губу. Складывалось ощущение, будто она цитирует какой‑то зазубренный наизусть трактат…Хм, интересно, может у неписей действительно есть своего рода мануалы для облегчения взаимодействия с игроками? Придать им форму каких‑нибудь священных текстов с точки зрения создателей игры было бы очень даже уместным ходом. — У каждого свой кодекс, стиль и честь, в которых и добру, и злу отведено полстрочки. И нет особой разницы для них, использовать ли силы Света или Тьмы, коли дарует ход такой победу. Значит, вот оно как…Ты хочешь, чтобы я служила тебе?

— И как только догадалась? — Хмыкнул я, опираясь спиною на стену — Да, все верно. Если будешь хорошо себя вести, то есть слушаться меня и не раздражать, возможно, возьму тебя на службу. Но только возможно! Любому из нас и даром не сдались те, кто будет перечить, оспаривать приказы или тупить, не проявляя разумную инициативу. С другой стороны, место моего советника по магии пока еще вакантно. И кто знает, кто его займет…

— Я буду верно служить вам, мой лорд! — Поспешила заверить ведьма, легко сделавшая выбор между скорой и страшной смертью на костре и туманными перспективами длительной выскооплаичиваемой работы. — Любым способом, каким прикажете!

— Оставь эти попытки соблазнения. В твоем исполнении они выглядят…Жалко. — Поморщился я, заставив дроу вздрогнуть, словно от удара. — И я не питаю лишних иллюзий насчет верности темных эльфов. Но клянусь, что если проявишь себя хорошо, то дам уйти в тот момент, когда станешь бесполезной со всем честно заработанным имуществом. И раз мы договорились, то для начала расскажи мне, кто ты такая.

— Инкония Де Кир. Младшая дочь архимага дома де Кир. Хотя вряд ли я теперь имею право на это имя, ведь нашего дома больше нет. — Представилась ведьма. — Мой род проиграл несколько междоусобных стычек и, чтобы выжить, его последние представители откочевали по подземным переходам в эти края, обосновавшись неподалеку от выхода на поверхность. Мы мало — помалу восстанавливали свою численность и почти уже решились вернуться обратно на родину…Но внезапно из тьмы подземелий появились твари роя, осыпавшие за собой все проходы. Основное поселение было взято в течении суток и послужило основой для их нового улья, а я и несколько уцелевших счастливчиков успели бежать.

— Хорошо. — Её история, в свете остальной полученной информации об этих землях, выглядела достаточно достоверно. — И как тебя угораздило оказаться в человеческих землях? Да еще пробраться на корабль гномов?

— Дроу плохо приспособлены для жизни под солнцем. Специальными упражнениями можно приучить глаза к дневному свету, но я редко выбиралась из заклинательных покоев, а потому так и не прошла той тренировки. Сейчас еще как‑то могу ориентироваться, а первые несколько суток оставалась почти полностью слепой. — Поморщилась ведьма. — Меня попытались убить в первые же сутки, но даже полуслепая я оказалась сильнее отбросов из низшей касты. Ну а потом…Я никогда не училась выживать в диких условиях. Хорошо, что большинство поверхностных животных съедобны. И жаль, что вне замкнутого пространства подземелий так плохо получается целиться на слух.

Угу. Значит вот объяснение её потрепанного вида. Скиталась энное количество времени и, походу, голодала. Неудивительно, что она такая тощая и страшная. Может, если приодеть и откормить эти мослы еще сгодятся на должность в гареме? А что, дворец у меня есть, даже с фонтаном…Ну чем я не падишах!

— Постоянно везти мне не могло, а поселений дроу в этих краях нет. И я решила попробовать вместе с попутным кораблем убраться подальше. — Продолжила печальную повесть о своих злоключениях дроу. — Под невидимостью проникла в деревню, спряталась в один из ящиков…Но проклятый коротышка — купец от великой жадности так перегрузил свою лоханку, что она дала течь! Чтобы не утонуть пришлось выбираться, а там как раз гномы спустились, воду откачивать. Остальное ты уже знаешь.

— Самое главное ты мне еще не сказала. — Заметил я. — Какими навыками ты владеешь?

— Я мастер магии иллюзий. — С гордостью заявила девушка. — Официального признания этой степени не было, но раз смогла уйти от ищеек роя и почти успешно спряталась в храме человеческого бога, то я мастер. Также давно уже не новичок в магии разума. Немного знаю магию тьмы, но это скорее так, баловство. Считается, что любая знатная дроу должна владеть боевым хлыстом…Но мне он никогда не давался. А еще я архитектор, который спланировала большую часть существовавших в нашем поселении построек.

— Последний навык как‑то выбивается из череды других. Впрочем, он тоже полезен, а потому не будем сбрасывать его со счетов. — Задумался я, осмысливая услышанное. Выходило, что передо мной стоит чистый маг. Хм, не складывается как‑то. — И как ты тогда выбралась из тюрьмы, если не владеешь оружием или боевыми искусствами? Насколько я знаю, те кого подселили в твою камеру оказались жестоко избиты до полусмерти.

— Они сделали это с самой сами. — Злорадно улыбнулась дроу, на миг показав жемчужно — белые зубы. — Особым даром семьи Де Кир считается то, что последнюю четверть нашей магической энергии практически невозможно вытянуть или заблокировать. Мы можем потратить её лишь сами. Так…Ты уже придумал, как вытащишь меня из этой дыры?

— Есть одна идея. — Ухмыльнулся я, бросая за окно взгляд и отмечая, что до рассвета осталось не так уж и много времени.

Безуспешные поиски беглянки продолжались почти полтора часа, после которых обитатели храма вернулись обратно, разошлись по кельям и доблестно захрапели. Спустя час от этого времени зевающий часовой отпер ворота деревни и в них практически сразу вышел полуэльф в неброской зеленой одежде, тащащий на плече длинный рулон ковра. Стражник проводил его озадаченным взглядом и долго вспоминал, кто из купцов торговал подобным товаром…Так и не сумел вспомнить, но не встревожился. Не встревожился ближе к полудню и прелат Антоний, когда у него вдруг разболелись колени от ежеутреннего стояния перед алтарем. Списал все на возраст и ревматизм, к тому же он был очень озабочен исчезновением друида, которого мысленно считал почти уже склоненным на сторону света. А также пожилой человек очень волновался из‑за проведения предстоящей торжественной казни, события в его жизни важного и далеко не регулярного. Остальные обитатели храма также не встревожились, дружно посчитав, что протертый до дыр и линялый половик отправился туда, куда ему уже давно следовало попасть. На помойку. Дерзкая кража церковного имущества, в которое завернули впавшую в ступор от изумления дроу, так и осталась не раскрытой и даже не обнаруженной.

Глава 7

— Что такое? Почему ты остановился? Мы уже достаточно далеко отошли от деревни? — Задергался ковер, который по — прежнему лежал на моем плече. Видимо дроу каким‑то образом сумела почувствовать неладное. Или ей просто окончательно надоело изображать из себя недовылупившуюся из кокона бабочку. — Я тут почти задохнулась! Поставь меня уже на землю!

Десяток окруживших одинокого путника с тяжелой нашей кентавров довольно переглянулись. По их грубым лицам начали расплываться веселые усмешки, перемежающие коротким ржанием с явными предвкушающими нотками. Догадаться, что это не просто случайна встреча, а самый настоящий гоп — стоп было совсем не трудно. Во — первых, конелюди поджидали случайных путешественников за первым же поворотом ведущей к деревне дороги. Во — вторых, вряд ли близком родственникам лошадей могли просто так дружно лечь на землю, да к тому же прикрыться аккуратно вырезанными участками дерна с еще живой травой. Ну и в — третьих, для дружеской беседы обычно кольцом не окружают и острыми копьями в спину не тычут.

— Ну, говорил же, что там баба! — Довольно оскаблился самый крупный из кентавров, щуря узкие глаза. Он один из всей шайки зверолюдей носил не просто кое‑как наброшенные на себя шкуры и кожаные ремни, а настоящие доспехи. Пусть и деревянные, состоящие из лакированных дощечек и множества шнурков. Помнится, чего‑то подобное использовали самураи…На которых, кстати, представители данного племени чем‑то и походили. Кожа желтоватая, волосы на голове заплетены в пучок, веки имеют характерную для азиатов складку. Только вот только пальцы сжимают не катаны, а полутораметровые копья с вытянутым вперед и немного загнутым вверх наконечником. Впрочем, оно и логично. Для лихих кавалерийских наскоков, которым сильно способствует анатомия подобных созданий, древковое оружие подходит лучше мечей. — Мой нюх никогда еще меня не подводил. Учитесь, сосунки! А теперь взять его!

— Стой, давай поговорим! — Прокричал я, с трудом уклоняясь от самого нетерпеливого из кентавров, рванувшегося в атаку. Однако призыв к дипломатии остался не услышанным, хоть конелюди и относились к тем созданиям, которых мне можно нанимать в своем замке. Возможно, имей они дело с чернокнижником или будь за спиной поддержка в виде маленькой армии, эти зверолюди и прибегли бы к диалогу…Но одинокий друид однозначно воспринимался ими исключительно как добыча. — Да отцепись ты!

Свернутый в рулон ковер не слишком похож на посох. Слишком толстый, слишком неудобный…С другой стороны форма та же, а сердечник в виде чего‑то возмущенно закричавшей дроу придал ему дополнительную массу. В общем, первый из кентавров, попытавшийся на всем скаку сшибить меня грудью, огреб встречный удар по голове уворованным церковным имуществом и с болезненным ржанием покатился по земле. Однако поскольку следующие за ним конелюди не собирались миндальничать и сразу выставили вперед копья для сокрушающего таранного удара, фехтовать с ними столь неудобным предметом явно было плохой идеей. И вместо этого я швырнул тяжелый брыкающийся сверток в голову одному из них. А после выхватил два книжала, являющихся на настоящий момент единственным доступным оружием. Однако…Они не потребовались.

Ковер оглушил ставшего целью броска зверочеловека, заставив его замедлить бег и уйти куда‑то в сторону…Однако сознания или оружия он не потерял. Более того, у полулошади — полумужика сработал хватательный рефлекс и он крепко прижал обретенную добычу к груди. Чтобы через полторы секунды завыть белугой, когда из ковра 'проклюнулась' дроу. Не полностью, Инкония явно не обладала достаточной ловкостью, чтобы освободиться из тканевой ловушки мгновенно. Но для выражения своей ненависти к окружающему миру ей хватило одной только головы. И зубов. Рыча, словно бешенная волчица, она впилась в бицепс кентавра и начала терзать его, мотая головой из стороны в сторону. Испуганное ржание, вырвавшееся из глотки 'удачливого' добытчика, должны были слышать даже в Рыбцах. Идущие на меня в атаку зверолюди вдруг резко вильнули в сторону, подхватили своего лежащего на земле собрата за руки и за ноги, а после стремительно помчались куда подальше. Как и вся остальная часть их шайки, вместе с одоспешенным вожаком, вырвавшим дроу из рук подчиненного вместе с ковром и застрявшем у той в зубах шматком мяса.

— Вы чего? — Не сразу понял я, что происходит, когда кентавры принялись стремительно удаляться. С темной эльфийкой, которую у меня с таким трудом получилось вытащить из рук человеческо — гномского правосудия. Попытка догнать их была предпринята, но с каждой секундой расстояние между нами лишь увеличивалось. Все‑таки две ноги куда медленнее, чем четыре. — А ну вернитесь, трусы!

— Аха — ха! Только идиоты будут гибнуть в бою, когда можно просто взять добычу и скрыться! — Зашелся в злом смехе одоспешенный зверолюд, успешно вытряхнувший Инконию из ковра прямо себе в руки и теперь старательно ощупывающий извивающуюся дроу во всех местах. — Баба, конечно, страшновата и худовата, но это все же баб…Аааа! Зубы!

Темную эльфийку на всем скаку отшвырнули от себя, словно ядовитую змею. Пролетев метров пять по параболе, она плюхнулась на землю, перекатилась и вскочила на ноги, шипя как разъяренная кошка и выставив вперед руки с загнутыми на манер когтей пальцами. Однако вовсе не её ногтей испугался вождь кентавров, сейчас с ошарашенным видом взирающий на свои пальцы, по которым стекала кровь. Внезапно его желтая физиономия сделалась пергментно — бледной, а горло само по себе конвульсивно сглотнуло.

— Ты где такого мутанта взял? — Вдруг спросил он у меня, выставляя вперед в сторону Инконии свое копье и опасливо пятясь. — В Рыбцах? Впрочем, что я, одна же тут дорога…Братья, уходим из этой проклятой земли! Немедленно! Кто его знает, вдруг это заразное! А я мерином становиться не хочу!

Содрогнувшись еще раз на своей последней фразе, могучий кентавр развернулся и во всю прыть поскакал куда‑то прочь. Остальные зверолюди, пусть временами и оглядывались на нас через плечо, но бесприклосвно последовали за своим вожаком.

— Благодарю вас за заботу о своей верной подданной, о лорд. — Ядовито прошипела дроу, переставая изображать из себя бешенную кошку. Одежды на ней теперь вообще не осталось. Даже те немногие лохмотья, которые полагались узникам, проводящий органолептический осмотр добычи кентавр просто сорвал. — Поверьте, слуги всегда будут защищать вас всегда также верно, как и вы их!

— Зубы? — Только и мог повторить я слова вождя зверолюдей, стараясь не косить глазами в сторону некоторых анатомических деталей темной эльфийки. В немалой степени из‑за того, что боялся обнаружить там нечто воистину страшное. — Нет, правда?! Там?! Но такого даже у демониц нет, ибо это слишком ужасно, чтобы существовать!

— Иллюзия, равно как и стекавшая по его пальцам кровь. И чуть — чуть магии разума, внушившей цели страх и отвращение в равных долях. Я давно выучила несколько эффектных трюков, превращающих любого озабоченного самца в испуганную тряпку. — Вздохнула дроу, даже и не думая прикрываться. — И если бы не была так истощена, то это животное внезапно бы обнаружило, что стало девочкой. Маленькой. А его подчиненные открыли бы в себе потрясающую тягу именно к таким чистым и невинным созданиям.

Взять на заметку. Дроу злые. Дроу действительно злые. И я не хочу знать, что именно темные эльфы считают по — настоящему изуверской пыткой и чем их можно ужаснуть. Просто. Не хочу.

— Что ж…Ты сможешь набросить на себя какую‑нибудь невидимость и спрятаться? — Усталый вздох сорвался с моих губ, когда голова развернулась в сторону покинутой деревни. — Придется подождать, пока мне удастся купить тебе какую‑нибудь одежду. Тем более, что основного её производителя и распространителя в данной местности сегодня должны казнить. И по моей вине.

— Я не хочу снова остаться на поверхности одна, а потому лучше сделаю так… — Воздух вокруг дроу замерцал, потемнел и обернулся серым плащом, окутывающим её с головы до пяток. — От холода, дождя и ветра иллюзорная одежда не защитит, но до твоего замка в ней дойти можно. Случайные путники не поймут, что видят дроу. И…Возможно нам стоит подумать о том, чтобы и в нем я хранила свой облик и расу в тайне? Низшие расы не любят мой народ.

— Вот уж действительно странность, верно? — Хмыкнул я, обдумывая поступившее предложение. Избавиться от штрафа к морали, закамуфлировав дроу в принципе было неплохой идеей. Вот только если все раскроется, поданные расстроятся куда сильнее. Да ну и ладно, игра вроде бы стоит свеч. — Думаю, при соблюдении некоторых условий это может сработать. Для начала тогда тебе придется постоянно носить одежду вроде этой, только не иллюзорную.

— Легко. — Откликнулась Инкония. — Вообще‑то ты видишь перед собой обычную повседневную одежду Подземелья. Там, знаешь ли, холодно.

— Во — вторых, раз женщина что‑то прячет под одеждой, то это будет вызывать интерес. Гримм и иллюзии могут быть хороши, но для гарантии и их стоит прятать под тканью. — Продолжил свои рассуждения я. — Ожоги или какие‑нибудь шрамы? Нет, с появлением достаточно сильных целителей в замке возникнет вопрос, почему ты их не сводишь. Хм, а как тебе идея притвориться полукровкой, только весьма экзотической? Это объяснит нежелание общаться с народом, а также сложный характер.

— Полудроу? Выдать себя за отродье, родившееся вследствие противоестественного союза с кем‑то из низших рас? — Задумалась ведьма. — Что ж, это отвратительно и низко, но не в моем положении привередничать.

— Вообще‑то я думал о гномо — гоблинском гибриде. — Эти слова заставили темную эльфийку споткнуться. — Мне сложно представить, как такое должно выглядеть…Но думаю получится достаточно убедительно, чтобы никто не заглядывал под капюшон. И да, подогорным жителем должен быть отец, а от мамы — шаманки было бы логичным получить знания темной магии. При таком раскладе случайно встреченные карлики не станут приставать с вопросами о том, как найти племя где томится в неволе их соотечественница, а станут перебирать в уме всех своих знакомых извращенцев.

— Тебе стоило бы родиться дроу. — Помолчав секунд десять, сказала ведьма. — Так сочетать пользу дела и изощренное оскорбление, которое будет длиться непрерывно, это надо уметь!

Однако, несмотря на показное возмущение, ведьма оспаривать план не стала. А при проходе через выбитые ворота как бы невзначай позволила иллюзорному капюшону соскочить и явила такую рожу, что первый и последний стражник моих владений чуть в обморок не рухнул. Не знаю, откуда она взяла этот образ горбоносой прыщавой страхолюдины, у которой большая часть волос росла из покрывавших лицо бородавок, но получилось просто убойно. Хм, а не пустить ли слух, что она иногда придает себе магией более симпатичный облик и идет кадрить мужиков, пока иллюзия не слетела? Думаю известие, что по парку гуляет под иллюзией такая 'красотка', надежно приучит всех потенциальных сексуальных маньяков к тому, чтобы держать себя в руках. Точно, так и сделаю! И сатирам надо дроу в обязательном порядке продемонстрировать. Они и кентавры надежно закрепили за всеми зверолюдьми славу похитителей чужих женщин еще со времен Древней Греции. Но если эти полузвери увидят новый облик Инконии, то даже с пьяных глаз будут приставать к мраморным эльфийкам или даже мирно растущим энтам, но только не к одиноким фигуркам более — менее женских очертаний.

Таверна, чья очередь строительства подошла сегодня, пока еще не была готова. Но даже если бы она была закончена и там появился достойный найма герой или несколько наемников — моя казна в настоящий момент почти показывала дно. Ежедневная прибыль замка целиком ухнула в дыру возведения зданий, да еще и прибыль с прошлым трофеев за собой потянула. А новых побед, после которых появилась бы возможность как следует помародерствовать, последнее время я как‑то не одерживал. Получается, придется ждать завтрашнего дня, чтобы получить девятьсот монет, собрать оставшиеся силы и получившимся отрядом идти шататься по уже разведанным бандитами окрестностям, собирая ресурсы и нейтральных зверей. Ну а сегодня…Хм…Можно сходить сдать квест. Все равно сделать это можно только лично, а рано или поздно тащиться к нимфе придется.

— Ииии! Чудесно! Чудесно! Это было просто чудесно! — Запрыгала в детском восторге Лала, от избытка эмоций хлопая в ладоши, стоило лишь меня появиться на её поляне. — Как они горели! А как кричали! И лавку их снесли, а фундамент выкопали и выбросили в реку! Эльдар — ты лучший! Дай я тебя расцелую!

— Ррр! — Недовольно пророкотал лежащий тут же на поляне фей, в паре шагов от нас, горный лев. А после поднялся на ноги и принялся настойчиво отпихивать разошедшуюся нимфу в сторону.

— Не не ревнуй, не ревнуй… — Существо, выглядящее почти как человеческая девушка, бестрепетно щелкнула по носу хищника раз в три — четыре тяжелее себя, а после взлохматила его гриву. — С тобой все равно никому не сравниться. Ладно — ладно, не рычи и не сверкай мне тут глазами! Друид сейчас уйдет, как только я выдам ему награду. И…Ты думаешь, стоит? Точно? А если мы больше её не увидим? Да, время пришло, с этим уже не поспоришь.

— Вы о чем? — Подозрительно осведомился я у парочки, которая о чем‑то тихо шушукалась между собой. Причем тот факт, что лев не владел членораздельной речью, нисколько им не мешал.

— Скоро узнаешь. Примерь обновку пока! — Лала одним легким изящным движением сорвала с себя сшитую из листьев, травы и веточек одежду. Лукаво ухмыльнулась, потянулась, демонстрируя пленительные изгибы ныне прикрытого лишь ожерельем из черепов идеального тела, а после швырнула оригинальным предметом снаряжения в меня. Лишь в последнюю секунду я смог перестать капать слюнями, захлопнуть пасть и схватиться за артефакт, отныне переходящий ко мне во владения. Но после все равно его уронил и отвесил челюсть, когда нимфы крайне провокационно встала спиной ко мне на четвереньки, а после….Трансформировались. Секунду и вместо умопомрачительно красивой девушки в высокой траве сидит черная как ночь пантера, лукаво оглядывающаяся через плечо.

— Ррр! — Предупредил меня лев, как бы невзначай демонстрируя свой оскал. Сменившая обличье дух природы совсем по — человечески хихикнула и прошлась взад — вперед, демонстрируя себя с самых выгодных ракурсов и приходясь кончиком длинного хвоста прямо по носу своего главного защитника. А после скрылась в разверзшейся прямо у неё под ногами норе, сильно напомнившей мне вход в логово медведей.

— Да, я понял, что уже занято. — Не стал спорить с ним я, нервно поднимая с земли уроненный туда артефакт. — Однако, хорошо ты устроился. Можно даже сказать, шикарно!

Лев согласно кивнул и расплылся в дольной ухмылке альфа — самца, похваставшегося своей подружкой перед окружающими. А я вчитался в параметры полученного в награду предмета и чуть не затмил его светом собственной улыбки.

Живой плащ истинного друида.

Скорее симбиотическое волшебное создание, чем обычный магический предмет, этот плащ улавливает мельчайшие частички разлитой в пространстве энергии и подпитывает ими своего владельца. А еще он повторяет узор лесной подстилки правдоподобнее, чем сама лесная подстилка.

Параметры: восстановление здоровья 2 единицы в секунду, восстановление магии 2 единицы в минуту, камуфляж (при попытках спрятаться на фоне зеленой растительности).

Ограничения: только для друидов.

— Очень хороший подарок. — Присвистнул я, накинув обновку на свои плечи, а после заглянув в меню персонажа. Артефакт занимал всего один слот, для плаща, мантии или накидки, а значит, персонального карманного доктора и личный генератор маны можно отлично сочетать с любыми доспехами! Проблему истощения резерва при потере замка можно считать решенной. Да и в по — настоящему длительных сражениях я теперь получил возможность колдовать куда чаще. Черт, да мне теперь кошмары будут сниться, в которых я теряю эту прелесть! — Если честно, такого даже не ожидал. И не жаль вам расставаться с такой вещью?

— Живая одежда недавно вышла из моды. Теперь чтобы выглядеть стильно, нужно носить полупрозрачные эльфийские газовые ткани. — С апломбом бывалой светской львицы заявила черная пантера, выбираясь из нормы с каким‑то красным комочком в зубах. Кстати, судя по невероятно четкой дикции, общалась она все‑таки не звуковыми колебаниями, а колдовством. Её кавалер на заявление своей подруги только тяжело вздохнул, устало прикрыв желтые глаза. Сразу стало понятно, что обновлять гардероб придется ему. И Лалу нисколько не волнует то, что он дикий зверь, а потому в принципе не можем иметь постоянных источников дохода или ходить по магазинам! — Но поверь, плащ можно считать ничего не значащей безделушкой по сравнению с моим вторым даром.

— Р! — Коротко возмутился горный лев, пристукнув по траве лапой.

— Хорошо, ты тоже принимал участие в его создании. — Не стала спорить Лала, вкладывая мне в руки недовольно пищащего…Тигренка?! Но где тогда окно найма существ? — Знакомься, друид. Это Немесис. Наша дочь.

— Э… — Впал в недоумение я, перечитывая выползшее системное сообщение. — Ездовой пет…Но она же слишком маленькая!

— Это временно. Все же она кровь от крови моей, а значит больше бессмертный дух, чем существо из смертной плоти. — Нимфа присела на задние лапы и принялась умываться. — Чтобы вырасти, ей достаточно лишь съесть сердце одного из твоих врагов. И чем больше в нем окажется силы, тем могущественнее окажется Немесис сразу после своего вступления во взрослую жизнь. Заботься о нашей дочери хорошо, друид. По крайней мере, до тех пор, пока она не станет достаточно сильной, чтобы отвечать за свои действия самостоятельно. Помни, мы знаем, где ты живешь. А феи летают достаточно быстро, чтобы в течении суток вести разошлись по всем окрестным лесам.

Получено задание: Первое мясо и дальнейшая жизнь.

Накормите Немесис трапезой, достойной могущественного лесного духа, а после обеспечьте её развитие как минимум до пятнадцатого уровня.

Награда: Возможность использовать питомца в качестве ездового существа. Ранг ездового существа будет не большие чем на один уровень ниже ранга использованной жертвы.

Штраф за провал: Ухудшение отношений с лесными духами. Карательный визит родни.

— Благодарю за доверие. Постараюсь приложить все силы, чтобы его оправдать. — Наклонил я голову, мысленно уже прокручивая в голове, кем же я этот пищащий меховой комочек откармливать то буду. Лучше всего, конечно бы, титаном…Или каким‑нибудь арханеглом. Тогда резко увеличившаяся в размерах киса будет не только таскать меня на спине, что могла бы сделать и лошадь ценой в несколько золотых, но и обладать какими‑нибудь уникальными умениями и запасом здоровья, позволяющим использовать её в бою. — Но если твои феи могут передавать вести, то может, они и почтальонами согласятся поработать? Мне нужно доставить сообщение одному из титанов, но где искать его облачный замок я просто не представляю. Да и ножками туда в принципе не дойти, ведь чтобы добраться до их летающих твердынь, нужны крылья. Взамен я обещаю доставить тебе лучшую газовую ткань, которую только смогу заказать у торговцев. Да не один отрез, а два или три.

— Уложись в две — три фразы, которые можно видеть посторонним. Феи не могут таскать тяжести, даже лист бумаги для них уже нагрузка. И тебе придется продублировать свое послание раз двадцать. — Согласно качнула мохнатой головой пантера. — Сложных приказов выполнить они все равно не сумеют, но отлетев подальше найдут моих сестер. А те возьмут у них письма и, если не будут знать, где найти нужного тебе титана, просто отправят их со своими слугами дальше. Часть посланий неминуемо потеряется, но рано или поздно хоть одно, да достигнет адресата.

— Договорились. — Улыбнулся я, сочтя данные ограничения вполне выполнимыми. Что может быть секретного в фразе: 'Вскрылись новые обстоятельства исчезновения Альфиды. Узнать их можно у текущего хозяина замка Тенистые аллеи.'? Получив такое письмо, титан должен сюда прибежать, задрав хвост. Главное, чтобы успевшие появиться постройки по старой памяти не порушил. Посторонним то до пропавшей титандиы дела нет. Наверное. — Только я с собой бумаги как‑то не захватил. Да и письменных принадлежностей тоже. Аууу!

Тигренку надоело просто так сидеть у меня в руках и он, вернее она, нашла себе игрушку в виде моих пальцев. Которые прикусила так, что аж очки здоровья чуть — чуть уменьшились.

— Шлепни её, чтобы не баловалась. Мне в детстве это, во всяком случае, помогало. — Посоветовала Лала, исчезая в норе. Интересно, чего у нее еще там может отыскаться кроме письменных принадлежностей? Вот больше чем уверен, настоящая женщина, пускай даже нимфа, прежде чем осесть в одной точке на длительный срок затарится так, что любой хомяк от черной зависти удавится. — Да и не только в детстве…

— Ай! Пусти! Пусти, кому говорю! — Принялся воевать я с комоком красного меха, который лишь кое — где разбавлялся едва заметными черными полосками. Однако Немесис выпускать из пасти новую игрушку так просто не собиралась. Горный лев наблюдал за нашей возней с гордой улыбкой передовика производства, который гордится качеством полученной при его участии продукций. — Слушай, дружище, не хочу ничего такого говорить про Лалу…Она черная пантера, ты горный лев, ребенок получился рыжим тигром…Ну цветовой и видовой разброс я еще согласен как‑то списать на магию…Но этот прикус! У млекопитающих такого размера не может быть настолько зубастых и мощных челюстей! Слушай, дружище, на твоем месте я бы не лежал на пузе ровно, а время от времени тщательно проверял подотчетную территорию. Не изменял ли там благоверная с каким‑нибудь крокодилом? Нимфы, они такие…Ветреные и непостоянные, как сама природа.

Лев помрачнел и задумался, явно перебирая в голове все возможности своей подруги для похода налево. Ну а я вчитался в открывшееся мне системное сообщение об обнаружении секретной пасхалки. Привет от разработчиков давал мне на три дня повышенный шанс обнаружить измену в рядах своих подчиненных и жуткую ненависть всех крокодилячьих, к которым с какого‑то перепуга приплюсовали драконов, на такой же срок. И чем мои слова рептилиям так не угодили? Вроде же наоборот польстил…

Путь до замка ничем новым меня не порадовал, все‑таки территория знакомая и все имеющиеся на ней монстры давно уже убиты…Но вот в самой стремительно возрождающейся крепости оказались сюрпризы.

— Нет, не так! Вдоль кирпичи ложи. — Небольшая женская фигурка, закутанная в плащ с головы до пяток, командовала десятком мужиков, устраняющим многочисленные проломы в каменной кладке. — Не поперек! Вдоль! Или получится не только некрасиво, но и непрочно!

— Откуда у тебя взялись материалы для ремонта стен? — Поразился я, рассматривая результаты усилий дроу. Выходило, что про свои навыки архитектора она нисколько не врала. Во всяком случае, участок кладки протяженностью метров в двадцать левее выбитых ворот уже избавился от следов повреждения временем и титаном. — Вроде мы все уже потратили…

— Если хорошенько покопаться в том, что твои косорукие крестьяне сочли строительным мусором, то и не такое можно найти. — Фыркнула ведьма, легко и непринужденное взявшая командование над работниками. Хотя я им вроде бы подчиняться ей не приказывал…Интересно, она магией пользовалась или нет? — И это не стена. Оградка от коз, элемент ландшафтного дизайна, выкидыш авангардного искусства, но не стена! Даже я, наверное, могу обвалить солидный кусочек этого, с позволения сказать, укрепления. А про разного рода гигантов или осадные механизмы просто молчу. В общем, ищи камень, железо и золото, если хочешь сделать из этой загородной виллы нормальную крепость. Если есть хороший архитектор, вроде меня, то нет смысла возиться сначала с частоколом, потом обкладывать его камнем, а после героически превозмогать, превращая подобный кошмар в настоящий бастион. Можно сразу построить вполне пристойное сооружение, выдерживающее ярость драконов или удары осадных заклинаний. Только еще работники потребуются, у которых руки воткнуты в плечевой сустав, а не в тазовый! В общем, не эти!

Крестьяне от командного окрика вжали головы в плечи и забормотали себе под нос чего‑то неразборчиво — недовольное…Однако возражать не стали. И, кажется, даже стали быстрее шевелить руками, укладывая на место выбоин новые кирпичи и густо намазывая их раствором.

— А какую стену ты можешь возвести? — Уточнил я, не видя причин воздерживаться от укрепления своей резиденции. — И сколько это будет стоить?

— Высотой от пяти до семи человеческих ростов, толщиной в четыре шага. Ниже делать смысла нет, иначе какой‑нибудь великан её перепрыгнет или подтянется на руках. Выше тоже, от летающих противников все равно не спасет. Вот в объеме увеличить можно будет, если хватит ресурсов. Чем толще укрепление, тем оно прочнее. — Призадумалась темная эльфийка, оглядывая окрестности оценивающим взором. Явно уже размечала, где чего можно разместить. — Насчет цены тут сложнее…Сто золотых и по две меры качественного камня, дерева и железа на каждые десять метров. Думаю, в такую смету мы уложимся. Естественно, сторожевые башни выйдут подороже раза в два и это даже без учета устанавливаемого в них вооружения. Да, где‑то так. А дальше ты уж сам решай, хочешь ли чтобы внутри защищаемого периметра находились только основные сооружения или имелись заодно место для жилых кварталов или даже полей, с помощью которых можно выдержать длительную осаду.

— Что ж, как только появится у меня лишний камень, дерево и железо, обязательно засядем с тобой за макет местности. — Покивал я, думая о том, что в данную виртуальную вселенную не поленились еще и запихнуть элементы замкостроительного симулятора. Вот только воспользоваться ими было не так легко, как казалось на первый взгляд. — Что‑нибудь еще актуального на настоящий момент можешь посоветовать? Желательно к тому же более — менее дешевого. Сами видишь, пока не шикуем.

— Хм, даже и не знаю…Алтарь жертвоприношений тебе можно и не предлагать. Ямы для рабов светлым тоже обычно без надобности. Палаты похоти хотелось бы, но где здесь найти женщин, знающих как надо обращаться с мужчинами и кнуты для них? — Задумалась темная эльфийка в гриме. — А! Стелу могу. Зримое доказательство власти и могущества повелителя будет воздействовать на всех твоих раб…Подданных. Только надо заранее определиться с тем, какую именно ты хочешь, а то если их будет в поселении две или больше, весь эффект пропадет.

— Угу. — Я принялся рассматривать варианты, которые появились в небольшом меню. — Это надо обдумать, подожди пару минут.

Стела магии…Смотри ка, она мне даже по карману. Требует всего‑то пятьсот золотых и восемь кристаллов. Которые как раз имеются на складе. Ускорят восстановление магической энергии всем умеющим колдовать существам на двадцать пять процентов и увеличивает их резерв на пять единиц. Стела мощи требует железа. Атака и защита на два пункта. Стела знаний состоит почему‑то из камня, это такой тонкий намек на гранит науки, который надо грызть? В любом случае, пятипроцентное ускорение повышения уровней бойцов на начальном этапе особой роли не играет. Стела страха, каким‑то чудом слепленная из серы…Увеличивает доход от каждого жителя без пропорционального увеличения недовольства? Да уж, заплати налоги и спи спокойно дорогой товарищ, пусть земля тебе будет пухом! Какой дебил придумал делать стелу жизни из ртути?! Как вообще это ядовитое вещество может повысить рождаемость?! Деревянная стела мира…Хм, а вот повышение морали игроку — полуэльфу с двумя разными расами ой как пригодится. Все равно она у меня будет ниже среднего, но теперь хоть меньше придется напрягаться, чтобы вывести отношение подданных к нейтральному. Плюс благодаря работающей лесопилке запасы досок не тольк есть, но и будут пополняться. А вот кристальной шахты даже на разведанной разбойниками карте пока нет.

— Стела мира. — Решил я, наконец определившись с выбором. — Где будешь ставить?

— С — с–светлые. — Уныло процедила дроу, печально качая головой. — Нет, чтобы выбрать чего‑нибудь полезное…Да рядом с этими воротами и поставлю, в пару к пеньку — часовому. Отличное будет сочетание, главное, чтобы эти тупые крестьяне не перепутали, кому из них надо взятки давать!

Оставив темную эльфийку заниматься делом, я покрутился — покрутился, да как‑то сам собой и зашел в новый трактир Хью. По идее после окончания строительства у него уже должен иметься хоть кто‑то доступный для найма. Денег, правда, сегодня для приема на службу данного кадра вряд ли хватит, но хоть посмотрю на будущих рекрутов. А еще со старым пиратом при удаче и выпить можно будет. При удаче, даже за его счет…

Заведение культурного досуга встретило меня практически знакомой картиной. Визжали девицы облегченных моральных устоев, которых щипали за мягкие места викинги, таскали туда — сюда блюда пожилые официанты с холодными глазами бывалых убийц, хромой трактирщик возился за барной стойкой со стаканами и кружками…Ах, нет, все‑таки с арбалетом. Единственными существенными отличиями данного места от его предшественника являлись намного более чистые доски пола, потолка и стен, которые еще не успели толком запачкать, да возраст путан. Этих хотелось уже назвать не бабами, а женщинами, причем в самом соку. Лет двадцать пять, ну максимум тридцать. И на личика вроде совсем ничего. Хоть иди и отбивай у морских разбойников, благо те вроде как мне должны повиноваться до истечения недели, да и вообще их всего‑то трое осталось.

— Ну, как идет бизнес? — Осведомился я, плюхаясь на один из стульев и вытягивая из кармана двумя пальцами золотую монетку. — Дай ка мне попробовать, что там у сатиров получилось.

— Пока плоховато. Народ еще не запомнил, куда ему идти надо. — Старый пират с готовностью наполнил глиняную посуду молодым виноградным вином. — Касательно козлоногих, все в рамках ожидаемого. Не разбавленная водой моча, однако же и изысканным напитком сей полусамогон назвать трудно.

— Мда, могло быть и помягче. — Выдохнул я, жадно хватая воздух горлом, которое до сих пор терзал обжигающий вкус пахнущего свежими ягодами напитка. — А по жаждущим легких денег чего?

— Это работа на тебя‑то легкие деньги? Ну — ну. А я тогда чистый и непорочный ангел женского пола, просто слегка больной и небритый. — Хмыкнул Хью, подкладывая мне в качестве закуси какую‑то сушеную рыбку. — С бойцами все не так однозначно. Из тех, кто действительно готов позвенеть клинком а не просто срезает кошельки у выпивох, здесь и сейчас есть лишь небольшой десяток пиратов. Ребята пришли утром измотанные, уставшие, голодные и с трудом набрали мелочи на хлеб и пиво. Теперь в комнатах отсыпаются, а завтра или даже уже к вечеру, скорее всего, сами будут активно искать работы.

— Откуда посреди леса пираты? — Тут же задал я крайне интересующий меня вопрос.

— Речные. Впрочем, от морских они особо не отличаются. — Сделал уточнение Хью. — Охотились на толстопузых купцов, плывущих в Рыбцы, но недооценили мощь их охраны. Все с оружием, наш брат его не выпускает даже когда тонет. Фехтовать должны получше обычного солдата, но в отличии от профессиональных бойцов или опытных наемников брони почти не носят. При абордаже она слишком уж легко утягивает сорвавшихся прямиком на дно.

— А трофеи себе лишние не берут? — Насторожился я. — А то найду сундук с золотом и положу себе в карман три медяка.

— Нет, у нас с этим строго. — Покачал головой бывший пират. — Кто попался на крысятничестве, того на рею. Это тебе за обычными лесными разбойниками, грабителями, ворами и прочей сухопутной братией в оба глаза следить надо. А то утащат какую‑нибудь ценную побрякушку стоимостью в пару тысяч и пропьют за десяток желтеньких. Впрочем, если пропьют у меня, дам выкупить её по льготной цене.

— Договорились. — Кивнул я. — Наливай! Только на этот раз чего‑нибудь достойного…

Глава 8

— Кит слева по борту!

— Идет на таран!

— Ааа!

Не обращая внимания на крики пиратов, еще не привыкших к сухопутной жизни а потому пользующихся немного не теми терминами, здоровенный кабан, прорвал наш строй словно омовонец ряды демонстрантов — пацифистов. Владыка дубравы был грозен. Ростом с человека, а весом с быка, только его вытянутая вперед мохнатая морда была больше, чем привычных размером домашняя свинка. Да и вообще не верилось как‑то, что это живое воплощение дикой ярости и главный поставщик сала и шашылка — один и тот же биологический вид. Расшвыряв джентльменов удачи как детей, зверюга пробежала буквально десять метров, а после провернула головоломный пируэт, встав на задние ноги и развернувшись юзом. Вот честное слово, то ли изначальная модель данного обитателя виртуальной вселенной в прошлой жизни была байкером, а потом программисты просто слегка поменяли ему настройки внешности, то ли свинтус весом в три — четыре центнера долго брал уроки танцев. Нет, ну я его после такой демонстрации готов вообразить даже в балетной пачке!

— Хры хрю вхры! — Сказала туша, снова оказавшаяся мордой к нам. И надо сказать, получилось у неё достаточно доходчиво и угрожающе. Не уверен, значило ли это в переводе 'Раздавлю нафиг двуногих!' или 'Свалили прочь, уроды!', но выполнить данное приказ отчаянно захотелось и мне, и пиратам. Вот только времени для исполнения маневра под названием стратегическое отступление вепрь незваным гостям решил не давать, поскольку снова рванулся в атаку. Прямую, бесхитростную, стремительную….Обреченную.

С громким звуком 'Чавк' кабан насадился на выныривающую прямо из земли перед ним каменную пику. Мое первое боевое заклинание, открывшееся вчера не то вечером, не то ночью, оказалось достаточно медленным. Думаю кто‑нибудь ловкий смог бы не только в сторону от гранитного острия отпыргнуть, но и просто удержаться на нем, не дам войти в тело. Однако прущий в лобовую атаку живой танк подобными талантами не обладал. Более того, всей своей скоростью и массой он насадился на материализованный компонент заклинания, фактически сам себе нанося критическую травму. И резко остановился, когда распоровший нежное брюхо шип уперся в скелет. На землю хлынул целый водопад крови, в котором плавали клочки мяса и, кажется, даже небольшие булыжники. Видимо часть выполнившего свою задачу острия в процессе скололась. Однако и остатков хватило, чтобы задергавшийся вепрь так и не смог снять себя с орудия смерти, а после десятка секунд напряженной борьбы и ушераздирающих криков просто лег там, где стоял.

— Да, магия это сила… — Задумчиво пробормотал один из викингов, пытаясь встать с земли, куда его отправила прорвавшая наши ряды туша. — Кто‑нибудь, помогите у него из спины мой топор вырвать.

— Вф! — Согласно подтвердил мой медведь, пытаясь встать обратно на ноги, но оседая обратно на подкашивающихся лапах. Праву переднюю он, кстати, поднес к своей морде и теперь изумленно пялился сначала на обломки когтей, потом на меня…Нет, он думает, я сейчас его царапалки найду и обратно на место прицеплю, что ли? Как, интересно? Клеем?

В боках ужасного зверя застряло изрядное количество холодного оружия. Причем не все оно было нашим, во всяком случае, торчащее из холки небольшое украшенное перьями копье явно принадлежало какому‑то гоблину. Евда — едва пробиваемая шкура монстра практически поседела от покрывающих её светлых отметок былых сражений с теми, кого он поверг или обратил в бегство. Но сейчас зверь натолкнулся на того, кого не сумел втоптать в землю или распороть клыками. И проиграл. Дикий визг заполнил лесную поляну, но принадлежал он отнюдь не вепрю, который после первых секунд боли и непроизвольных воплей принялся хранить гордое молчание. Это орали несколько кабаних, да прикрываемое ими стадо маленьких полосатеньких подсвинков, сбившись в кучу. Раздраженные пережитым страхом пираты окружили зверей и уже готовились начать масштабные мясозаготовки, когда я остановил их. А после подошел к вепрю и присел так, чтобы видеть его глаза.

— Ну и зачем ты нас атаковал? — Осведомился у зверя я, ничуть не сомневаясь, что он отлично меня понимает. — Мы же хотели решить дело миром. Вон, даже целую телегу разной вкуснятины для налаживания диалога привезли. А ты затрубил как пьяный мамонт, повозку опрокинул, нас чуть не передавил…Вот нафига, а? Но еще не поздно все исправить. Можно снять тебя с этой скалы, а после затянуть колдовством рану. Да, придется немного поболеть, но зато потом и дальше сможешь хрюкать. Где‑нибудь в первых рядах войска. Да и стаду твоему найдется место в окрестностях моего замка, где их не потревожат охотники и регулярно будут подкармливать теми излишками сельского хозяйства, которое люди не жрут.

Вместо ответа кабан поднапрягся, задергал кадыком И…Плюнул мне в лицо настоящим фонтаном слюны вперемешку с кровью!

— Акха! Думаешь, это значит, что ты гордый? — Откашлялся я, счищая с себя мерзкую жижу. — А по — моему, просто дурак! Добить его, разделать, а мясо на кухню. Прожевать такую подметку будет сложновато, но больше чем уверен, оно может дать какие‑нибудь бонусы. А самок не трогать! Сейчас попробую найти среди них старшую, может она окажется сговорчивей…

— Ррр! — Цапнул меня за ногу медведь, а после отрицательно замотал головой. Судя по всему, животному крайне не понравилась идея договариваться с гаремом свинтуса, к чьему затылку уже устремилась в короткий полет секира одного из викингов. — Пфуй! Ры! Рааара…

Получено задание: Выбор пищевой цепочки.

Медведи и кабаны являются одними из самых грозных обитателей леса. А кроме того и те и те всеядны, питаясь и плодами, и мясом. Дикие свиньи берут скоростью размножения и неприхотливостью, но один взрослый любитель меда стоит двух — трех кабанов — погодков. Отдайте стадо на прокорм древней медведице или постарайтесь приручить, чтобы навсегда определить, кто из зверей станет главным в ваших землях.

Награда: Возможность построить в замке логово медведей/кабанью пущу.

— А твоя мама не лопнет, если столько съест? — Поинтересовался я у своего спутника с первого дня этой жизни. Косолапый и немного неуклюжий медвежонок за прошедшее время как‑то раздался в плечах, наел брюшко и умильности больше не вызывал…В отличии от здорового опасения. — В нее же все стадо физически не влезет!

Вместо ответа зверь сделал вид, что загоняет добычу куда‑то под землю…Хм, интересно, это намек на живые консервы или предприимчивая косолапая может организовать в своем логове натуральную свиноферму? Если второе, то ей можно сразу пост министра по экономике моего маленького государства давать. Главное, чтобы согласилась. В том, что стоит выбрать именно вариант с медведями в любом случае сомнений нет. Они — тяжелая пехота, то что составляет становой хребет любого войска. Да, еще дергающийся и никак не желающий подыхать окончательно вепрь тоже показал неплохие бронебойные свойства, но все же он скорее мини — босс данной локации, чем обычное существо. И развить до его ранга обычного дикого порося получится уровню так к пятидесятому.

Дубовая роща, где обитал клан кабанов, мог порадовать случайного путника отнюдь не одними только желудями. В самом центре её росло раскидистое дерево, которое заставляло заподозрить его в близком родстве не то с эльфийскими меллорнами, не то с энтами. Листья, несмотря на вроде бы летнюю пору тронутые золотом, едва — едва прикрывали дупла — глаза. Надо бы пастырю деревьев намекнуть на сей образчик флоры, вдруг какого особого юнита получу. А у бугрящихся и выпирающих наружу корней лесного исполина обнаружился чей‑то скелет, до последнего обнимавший маленький сундучок, доверху набитый искрящимися на солнце самоцветами. И хотя емкость у тары была совсем и небольшой, система засчитала мне аж три единицы данного ресурса. Ну, лишним не будет. Определенно. Плюс вон между костями и туго набитый кошелек виднеется, чьи истлевшие бока вот вот лопнут от распирающих их монет. Золотых пятьсот? А, нет, все же триста. Ну и это неплохо, считай, найм шести из десяти пиратов уже отбил.

Нелегкий труд свинопаса занял у меня и моих людей около четырех часов, и то без помощи чуть ли не из шкуры выворачивающегося медведя мы бы не справились. Именно он, заходя с боков, рявкал на отчаянно визжащее стало подсвинков и мощными оплеухами отбрасывал обратно кабаних, когда те решались бросить своих детей и пойти на прорыв. В награду его мамаша, при одном виде которой хрюшки присмирели и, кажется, даже впали в оцепенение, облизала сыночка так, что мое войско чуть не пополнилось новым, уникальным и абсолютно лысым юнитом. Спасла от семейной заботы спрятавшегося за моей спиной косолапого лишь необходимость вытолкать из логова на свет новый выводок молодых медвежат. Причем было их даже не три, а все четыре. Ох…А разве неделя уже прошла, раз пополнение появилось? Нет, правда? Я тут уже целых семь дней?! Да не может такого быть! Пять, ну максимум шесть…Или я настолько погрузился в новую реальность, что стал не обращать внимания на то, как быстро летит время или тут какие‑то баги. Впрочем, если благодаря им можно быстрее пополнять кадровые резервы, то можно торжественно объявить их фичами и вовсю использовать.

Логово медведей, немедленно появившееся в меню строительства моего замка, стоило три тысячи золотых и десять единиц дерева. Что ж, придется ему чуть — чуть подождать до завтра…Хотя нет, чего это я! Вот же у меня на карте отметка небольшой стаи гарпий, рядом с которой имеется значок данного ресурса. Разбойники, разведывавшие территорию, собирали сведения не только о строениях или местах постоянного обитания тех или иных существ. Они еще и предварительным анализом возможной добычи себя удосужили. Ну, той её части, которую алчный взор мог рассмотреть с безопасной дистанции. Тот же сундучок с поляны кабанов они заметили, а вот о его содержимом или валяющимся между костей кошельке ничего сказать не могли.

Гибриды птиц и женщин обитали в чем‑то вроде шалашей, которые украшали собой средние ярусы деревьев. Сражение с ними могло бы кончиться не начавшись, поскольку данные особы входили в число существ, объединенных в общую расу 'зверолюди'. Однако местных обитательниц тут проживало аж полсотни. А нас, даже с учетом медвежьего пополнения, всего‑то неполных два десятка. И потому эти отродья, воняющие хуже обитающих по подвалам бомжих, сосредоточенно выслушали мое к ним обращение с предложением о переходе под крыло нового лорда и загалдели. Старшая из них, выгодно отличающаяся от прочих чистотой кожи и волос, третьим размером обнаженной груди и набедренной повязкой, сплетенной из блестящих бус, принялась обсуждать условия и торговаться. Но секунд через тридцать прервала диалог, запустив в меня с расстояния пары метров заклинанием воздушного лезвия. Волна спрессованного до твердости стали ветра хлестнула меня…И сняла едва ли четвертую часть очков жизни. Стандартного 'тряпочного' мага подобный урон убил бы с гарантией, но моя несколько нестандартная прокачка снова сыграла добрую службу. Однако вероломная курица, естественно не подозревавшая о громадном запасе очков здоровья зашедшего к ней в гости друида, сочла будто ей не хватило совсем чуть — чуть. И тут же рванулась добить подранка когтями, по которым начали бегать искорки электрических разрядов. Свернуть ей шею получилось удара с пятого или шестого, но к сожалению остальных гарпий гибель предводительницы не остановила.

Новым командным центром, к тому же исполняющим свои функции достаточно неплохо, стала старая сушенная карга, вся увешанная самодельными фенечками, бантиками и даже несколькими деревянными масками каких‑то страхолюдин. Шаманка благоразумно не лезла в ближний бой и даже не пользовалась боевой магией, сосредоточившись на поддержке своих соплеменниц. Они и так‑то были шустрыми, а чары ускорения и вовсе заставили носиться этих полуженщин весом в пять — шесть десятков килограмм, словно невесомых ласточек. Атакуя со всех сторон одновременно, они отчаянно пытались разбить наш строй, чтобы без лишних проблем расправиться с одиночками.

— Найду того, кто доложил о небольшой стае гарпий, подарю ему очки. — Решил я, пригибая голову. Правда, по ней все равно весьма ощутимо царапнули когти твари, в бреющем полете попытавшейся меня располосовать. Хорошо, что к делу захвата ресурсов я подошел серьезно, несмотря на намерение решить дело миром. И надел не только почти не мешающиеся кирасу и живой плащ, но также и не слишком удобный шлем. Обзор в этом ведре с вороньим клювом был не очень хорошим, слышимость вообще упала чуть ли не до нуля, да и шея с непривычки ныла…Однако если бы эта бронированная шапка, то кто‑нибудь бы уже мог похвастаться моим скальпом. — И либо вобью их на положенное место так, чтобы обратно не вылезли, либо и вовсе приколочу к переносице гвоздиком!

Главным козырем гарпий являлась скорость. Носящиеся взад вперед полуженщины — полуптицы успевали провести режущие удары своими птичьими лапами и убраться на безопасную дистанцию раньше, чем по ним наносили ответный удар. Однако держать в поле зрения сразу несколько целей тварям удавалось куда хуже, как и резко менять высоту. А потому двигающиеся более менее прямолинейно равномерно 'птички' могли пересечься с заранее выставленным на их пути клинком. Ну или мохнатым брюхом медведя, решившего поиграть в футбольного вратаря и перекрывающего всей своей тушей дальнейшее перемещение летающего снаряда. Дальше же сломанная траектория движения направляла гарпию в землю. А мгновенно взлететь оттуда эти зверолюдки не могли. К тому же даже не слишком большие ранения крыльев превращали властительниц неба в сидячих уток, которым за пару секунд сворачивали шею не взирая на попытки сопротивления, бегства и даже мольбы о пощаде. Впрочем, пираты, а львиная доля убитых противниц приходилась именно на них, вообще редко славятся мягкосердечностью. Результативность же их усилий объяснялась просто. В то время, как я, медведи и три викинга делали ставку на силу ударов, джентльмены удачи брали свое ловкостью и скоростью. Техника пилотажа гарпий заслуживала всяческого одобрения, с этим было трудно поспорить. Не уверен, что хоть один из пилотов — людей смог бы закладывать такие кульбиты, которые демонстрировали они, на самолете. Однако привыкшие к карабканью по реям и драке на раскачивающейся палубе пираты через одного могли бы своими легкими кривыми саблями смахнуть и крылья пролетающей мимо них мухе. Ну, или как минимум размазать данное насекомое по своему клинку.

— Заживление ран! — Бросил я чары на самого израненного мишку из недавнего пополнения сразу же после того, как истек срок вынужденного перерыва после создания предыдущего заклинания. Парочке пиратов, которых кстати осталось уже только семеро, лечение бы тоже не помешало…Но создавать флот мне в ближайшем будущем не суждено. А значит нужно жертвовать случайными и лишь временно состоящими на службе существами во имя сохранения кадровых частей.

Медведь, чьи силы вернулись, а раны закрылись, злобно рычали, встал на задние лапы и неуклюже махнул передними лапами на проносящуюся мимо него гарпию. Не попал, к сожалению…Но поднырнувшая под его богатырский замах полуженщина оставив зверю длинную царапину на шкуре зацепила крылом какой‑то куст и покатилась по земле. Чтобы в следующую секунду оказаться погребенной под массой очень злых на неё мускул, когтей и зубов.

Перелом в сражении наступил как‑то неожиданно, но не заметить его было сложно. Когда каркающую с безопасной высоты гарпию — ведьму внезапно пробило здоровенной стрелой в мой рост, умерла она все‑таки не сразу. И истошно орала секунд десять даже после того, как выпущенный из баллисты снаряд вместе с нанизанной на него 'птичкой' врезался в какой‑то дуб, надежно застряв в нем своим наконечником. Шелестящий колючий дождь стрел, обрушившийся на спины и бока остальных птицеженщин, также оказалось тяжело проигнорировать. В особенности тем, кто стал целью зашедших нашим противницам в тыл стрелков. Эффективность флангового огня оказалась неожиданно высока и за полминуты боевых действий остающийся в строю состав стаи уполовинился. А после оценил свои потери и разлетелся кто куда, крича от ужаса и теряя перья.

— Неужто нам на помощь эльфы пришли? — Предположил кто‑то из пиратов, устало присаживаясь прямо на землю. — Кому ж еще по лесам с луками настаться?

— Те вообще почти не мажут, а здесь некоторые стрелы мимо цели летели. — Отрицательно покачал головой его более старший товарищ. — Плюс оперение не белое, а серое. И, кажется, у обычных домашних гусей выщипанное.

— Эй, вы, оружие на землю! — Прозвучал командный голос из‑за деревьев и сражу же после этого окрика из подлеска принялись подниматься фигуры лучников в немарких зеленых одеждах. Десяток. Но стреляло явно больше. Видимо остальные решили не покидать испытанных позиций, с которых так удобно превращать цели в ежиков. А кроме них через кусты и низкорастущие ветки с хрустом, матюгами и бряцанием железа стали продираться закованные в сталь бойцы. Грубые и массивные, но надежные даже на вид кольчуги, латные поножи, кирасы и шлемы выдавали в них латников. Восемь человек, обычно встречающихся при разного рода рыцарях в качестве тяжелой пехоты. Здоровья у них будет поменьше чем у медведей, но это только при одинаковом соотношении опыта. Да к тому же до людей сквозь их металлические одеяния доковыряться физическим уроном ой как непросто. Особенно, если предварительно получит по голове тяжелым топором, булавой или двуручным мечом, сжимаемым в боевых рукавицах. — И без глупостей! У меня тут еще баллиста и несколько аколитов в запасе остались.

— Благодарю за помощь! — Я вышел вперед, надеясь втянуть своего неведомого пока оппонента в диалог. А там, при удаче, может сработать взятое при создании персонажа мастерство дипломатии. В крайнем случае просто потяну время, ведь наброшенный на плечи живой плащ стремительно восстанавливает здоровье и даже понемногу пополняет магический резерв. — Нам нет нужды враждовать!

Стрела вонзилась в землю, лишь чуть — чуть не дотянувшись до моей ноги.

— Говорливого язычника связать и держать отдельно. — Распорядился все тот же голос с командными интонациями. — Похоже, он в этой шайке главный.

— Стоять, млять! Еще хоть шаг в нашем направлении и вы сразу поймете, почему не надо бесить тех, кто владеет боевой магией! — Я зеркально повторил предупредительный маневр, взметнув прямо перед прущими вперед латниками каменный шип. Уклониться от него напрочь лишенные ловкости тяжеловесы гарантированно бы не смогли. И пережить удар заклинания тоже. При ударе на поражение как минимум один из них уже отправился бы на тот свет, а может и двух — трех зацепить сумел бы, благо идут они плотным клином. Стрела скользнула по шлему и упала в траву, но поскольку она оказалась только одна, её можно было и 'не заметить'. — Победить нас, может и сможете, но кровью умоетесь гарантированно. Да так, что добавки уже никому не захочется! Кто вы и по какому праву нападете на честных людей?

Латники остановились, а стрелки молниеносно натянули свои луки…Но резкий окрик, донесшийся им в спины, остановил грядущее побоище. Секунд тридцать командир вмешавшегося в нашу схватку с гарпиями отряда о чем‑то думал, а потом, наконец, рискнул выйти из‑за дерева и вступить в переговоры. С безопасной дистанции. Он явно предпочитал чуть — чуть поднапрячь горло, чем оказаться на расстоянии удара от оппонентов.

— Я Калеб Ретемский, третий сын барона Альфреда Ретемского! — С важным видом провозгласил могучий мужчина лет тридцати пяти, облаченный в рыцарские латы и белый плащ с намалеванным на нем грифоньим силуэтом. Третий? А сам местный феодал, похоже, уже далеко в годах, раз у него такие великовозрастные детки. И надо бы узнать, сколько их всего. По идее каждый дееспособный представитель правящего семейства должен подобно другим командирам заметно превосходить собственных подчиненных и даже большую часть существ одного с ними класса. — Вы находитесь на его земле и обязаны подчиняться его законам!

— Ну, допустим. Хотя я что‑то не вижу здесь межевых знаков, объявляющих данный участок леса его владениями, а проживавшую тут стаю гарпий личным птичником вашего достопочтенного отца. — Качнул я головой, хмуря брови…А потом сразу распрямляя их обратно. Все равно мои гримасы никто не увидит. Шлем ведь глухой, чего там можно разобрать через узкие щели глазниц и оставленные в носе — клюве для вентиляции дырки? — Но ладно, мы верим в то, что вы представители законной власти и занимаетесь установлением справедливости. Вот только какое отношение она имеет к нам? Чего не так, что вы собрались пускать в ход стрелков, латников и даже баллисту?

— Вы подозреваетесь в бродяжничестве, разбое и иных бесчинствах, творимых на землях моего отца. Иных причин для столько большого отряда находиться здесь и сейчас я не вижу. — Рыцарь перевел взгляд с явно уголовных рож пиратов, во множестве украшенных боевыми шрамами на викингов. Впрочем те тоже под определение 'кроткая овечка' подходили чуть меньше, чем никак. — А ты лично еще и в зловредном колдовстве. Но если вы сейчас сдадитесь, то будет суд. Те, на ком на обнаружат вины, будут призваны в ряды защитников баронства. Ну а если вы попробуете сопротивляться…Что ж, похороны очередной шайки подозрительных типов будут произведены на месте, но мой духовник помолится за вас как подобает.

— Служи или тебе проломят голову дубиной. Странно, мне казалось, подобные методы вербовки больше подходят троллям. — Криво хмыкнул я, припомнив строчки одного великого произведения. К сожалению, никаких пасхалок они не открыли. Жаль. Какие‑нибудь бонусы сейчас пришлись бы как нельзя кстати. Впрочем, можно наложить на себя каменную кожу. Быстро творить заклинания у меня не получается, но с момента создания каменного шипа достаточно времени прошло. — Барон, какие бесчинства мы могли натворить? Вы оказались здесь и сейчас потому, что сами решили уничтожить поселившихся здесь гарпий. И не спорьте, пожалуйста, чтобы не портить сложившийся образ честного человека. Другой причины лезть с такими силами в лесные дебри, кроме желания самому расправиться с этими не самыми дружелюбными в мире созданиями, просто нет. К тому же я скорее поверю в то, что среди эльфов завелись любители кабацких драк, а некоторые вампиры не любят вида крови, чем в возможность для зверолюдей оказаться подданными человеческого барона — рыцаря.

— Бла — бла — бла…Слова — слова — слова… — Презрительно помахал в воздухе левой рукой Калеб, о выражении лица которого тоже оставалось только догадываться. Шлем — ведро надежно скрывал под собой любую мимику. — Ты можешь говорить что хочешь, друид, но я с детства приучен не слушать речи разного рода колдунов, сколь бы разумны и красивы те не были. И потом, у меня баллиста. Сдавайся, друид. Если священники не обнаружат в тебе зла, то получишь хорошее жалование, а твои медведи будут всегда накормлены. Отец не любит магию и магов, но суровое время требует суровых мер. Даже инквизиторы соглашаются с тем, что иногда ради отражения по — настоящему страшной угрозы приходится закрывать глаза на мелкие грешки язычников и нелюдей. Рой, конечно, не нежить или демоны…Но и среди нас слишком рьяных ревнителей традиций теперь отыскать сложно. Кого не съели, тот больше никогда не будет недооценивать опасность насекомых.

— Я и мои люди вольны идти куда хотим, а золота у нас будет куда больше, чем у большинства слуг барона. А попробуешь все‑таки нас остановить, заклинаниями немало народу положить успею. — По — прежнему стоял я на своем, чувствуя, что дело можно все‑таки не доводить до драки. Иначе рыцарь бы уже скомандовал атаку. — Тебе так нужны потери личного состава из‑за каких‑то дранных птицебаб? Как я слышал, у барона едва хватает сил на то, чтобы сдерживать рой. Ему потеря солдат, среди которых вполне возможно окажется один из наследников, явно хорошего настроения не добавит.

— Гарпий действительно ни одному нормальному человеку не жаль. В отличии от потенциальных рекрутов. Деревни уже не могут поставлять столько пополнений, скольно нужно для продолжения войны. — Вздохнув, признался Калеб. — Даже сейчас мы вообще‑то преследовали стаю тварей роя, которая прорвалась мимо кордонов. Ты непозволительно дерзок, друид, но все же ты прав. Людей мне терять сейчас никак нельзя. Предлагаю тогда сделку иного рода. Ты и твоя шайка помогаете нам выследить и одолеть насекомых и за это получаете триста золотых монет, а после катитесь куда хотите. Но увижу еще раз на наших землях — повешу.

— Если за этой стаей посылают такой отряд, да еще и с баллистой, то там работы минимум на пятьсот! — Чисто машинально стал торговаться я, несколько оторопев от сделанного мне предложения. В принципе, идея объединить усилия с кем‑нибудь ради победы над общим врагом нисколько не противоречила известной мне механике данной вселенной. Вот только обычно такие предложения делали все‑таки игроки.

— Видит бог, я пытался сдерживаться… — Вздохнув, покачал головой рыцарь. — Но даже обладателя ангельского терпения можно довести. Уверен, мне не придется краснеть перед духовником или испытывать стыд за убийство язычника, который слишком много на себя брал. Прикончить друида!

— Делай ноги! — Отдал я команду своим подчиненным, которое за время нашей болтовни должны были чуть — чуть передохнуть и сам подал пример, задав стрекоча. Даже задерживаться для сотворения каменного шипа не стал. Все равно латники ни в жизни улепетывающих врагов не догонят. В стрелков пойди еще попади. Ну а рыцарь…Подождет. Не будем раньше времени давать барону повод искать меня. А уж убийцу своего сына он точно постарается найти и прикончить. Возможно, даже отложит для этого благого дела свою личную войну с насекомыми.

Стрелы лучников, среди которых имелись и прекрасно умеющие ориентироваться в лесу егеря, понеслись нам вдогонку. Их хищный свист предупреждал об угрозе заранее, да только толку то с того? Отступать на полной скорости и оглядываться назад, чтобы уворачиваться, смог бы только настоящий ниндзя или иной какой персонаж с задранными к небесам показателями скорости. С громким треском снаряд баллисты вонзился в каким‑то чудом оказавшийся посреди леса покрытый мхом валун. Каменные осколки пополам с деревянной щепой брызнули во все стороны, но если и нанесли урон, то только моральный. С моих губ непроизвольно начали срываться ругательства, когда спину, плечи и даже обе ягодицы резануло болью, жизнь уменьшилась наполовину, да к тому же появилась парочка крайне неприятных дебафов. Отравление и кровотечение. Наконечники явно были модифицированы для грязной войны, в которой ради победы не брезгуют никакими средствами. Судя по количеству попаданий, вражеского командира баронские солдаты сочли очень удобной целью. Хорошо еще, каменная кожа и надетая броня серьезно ослабила урон. Чары заживления ран бы использовать…Да только пока не протикали свое часы отката, отмеряющие время до новой попытки воспользоваться магией.

Новая порция свиста свидетельствовала о втором залпе, пущенном вдогонку. Половина стрелков промазала, но вторая попала. Грузно осел на землю мой верный медведь — ветеран, которого из‑за больших по сравнению с соплеменниками размеров сочли важной целью. Думаю, несколько проткнувших шкуру палочек со стальными наконечниками он мог бы пережить, но одна из них каким‑то образом нанесла критический удар, уйдя по самый хвостик прямо в затылок. Развернулась и бросилась в лобовую атаку, бессмысленную и не имеющую шансов на успех, парочка других косолапых. Впавшие в состояние берсеркера подранки, возможно, купят своим геройством так нужное нам для бегства время. Покатился один из пиратов, бессильно раскинув руки. И мне пришлось составить ему компанию, поскольку со стрелой вошедшей в колено с одной стороны и вышедшей с другой вместе с куском раздробленного сустава не очень‑то и побегаешь. Даже не глядя на выскочившее оконце с пояснениями к полученной травме, я зажал себе рот, чтобы не вопить от боли, а после откатился за какие‑то кусты, лег на живот и активировал особую способность живого плаща. Камуфляж. Покрывавшие меня слоем листья и ветки зашуршали, задергались, разошлись в стороны в одном месте и сомкнулись в другом…Спустя секунду вместо раненного друида в данной местности находилась лишь самая обычная кочка.

— Как хорошо, что боль тут куда слабее, чем в реальности. — Мысленно простонал я, также мысленно баюкая пострадавшую конечность. Шевелиться лишний раз было опасно. Да и голову поднять тоже. Приходилось дабы не выдать себя лежать пластом и пялиться в землю, укрытую слоем прошлогодней листвы с редкими вкраплениями опавшей хвои. — Но все равно разработчикам бы стоило прикрутить к игрокам отдельный регулятор, позволяющий вовсе её отключить!

К сожалению, просто лежать и спокойно регенерировать получилось где‑то секунд тридцать. А потом прямо мне на спину наступил какой‑то латник, бросившийся в погоню. Наступил и пошел дальше. Мда, кажется, их скорость я изрядно недооценил. Хорошо хоть камуфляж — это вам не невидимость, её простым прикосновением не развеешь и магией не разрушишь. Чтобы я оказался обнаружен, к одной подозрительного вида кочке с отпечатком латного ботинка должен присмотреться кто‑нибудь очень внимательный. Например, егерь.

— Но мы же попали в их главного! — Кричал кто‑то из стрелков, постепенно приближающихся к моей позиции. — Много раз! Не мог он с таким количеством стрел далеко уйти!

— Да он вообще уйти не мог без помощи магии нечестивой! — Сухим надтреснутым голосом проблеяли ему в ответ. Судя по надменности, голос подал один из аколитов, которых сын барона оставил в резерве. — И говорю я вам, что она была применена, ибо сам видел я, как стрелы из ран его выскакивали!

Видимо те, которые угодили в кирасу. Или пониже спины. Там броня их уже не прикрывала, но спасибо каменной коже, далеко эта дрянь не углубилась и при тряске выпала. А вот застрявшую в колене придется ломать и вытаскивать. Наверное. По идее через какое‑то время благодаря условности виртуальной вселенной она должна и сама по себе рассосаться…Но вдруг останется? И оцифруюсь я тогда с пожизненным штрафом на передвижение и хромоту. Интересно, проводить операцию по извлечению инородного тела будет просто больно или очень больно?

— Тревога! — Вдруг истошно заорал кто‑то метрах в ста. — Рой! Латники! Лат…Ахр!

— Во имя господа, на несущих боковой дозор егерей напали! — Ахнул аколит. — Твари заодно с этими язычниками!

— Вряд ли. Дипломатия и сложные маневры с помощью наемников никогда не числились среди сильных сторон насекомых, а мы мелковаты для того, чтобы их разумные общие изыскивали непривычные стратегии действия. — Холодно возразил Калеб, который оказался от меня буквально в двух шагах. Хорошо хоть на спину не наступил. Впрочем, вполне возможно, это ему еще предстоит. — Скорее их разведчики просто пришли на шум и запах крови, еще когда эти проходимцы с гарпиями дрались. А после подтянули остальных насекомых к бесплатной столовой, где часть добычи уже убита и никуда без некроманта не убежит. Сплотить ряды! Держать строй! Цельтесь по глазам крупным тварям и не допускайте себе за спину мелких!

Учитывая мою вынужденную неподвижность наблюдать за новой схваткой под сенью не таких уж и далеких гнезд гарпий я не имел никакой возможности. И о происходящем догадывался в основном по звукам, благо они были достаточно громкими и редко имели двоякое толкование. Стрелки с руганью собираются в кучку и начинают стрелять по мелькающим среди деревьев тварям. Идеального флангового удара или захода в тыл у созданий роя не вышло, но они от этого не сильно расстроились. Быстро приближающийся топот, скрежет, шелест и явно нечеловеческие вопли явно показывали их готовность идти в лобовую атаку на лучников. Насекомые всегда отличались изрядной живучестью, а потому пару — тройку залпов прямой наводкой выдержали стоически. С хоровым пением алколиты призвали ангела…Или даже двух. Вряд ли больше, все‑таки священников тут было всего‑то трое, плюс пытавшийся им подпевать, но регулярно сбивающийся на молодецкое хеканье Калеб. Поскольку латники явно не успевали к началу сшибки, рыцарю пришлось самолично принять первый удар врагов. И он, черт побери, устоял под их натиском…Вот только из одного человека стенку можно сделать лишь в очень узком месте. Вступившие в вынужденный ближний бой стрелки отчаянно кричали и умирали один за другим, становясь жертвами когтей, жвал и оканчивающихся ядовитыми жалами шипов. Рядом с моей головой на землю приземлилась другая, только уже не крепящаяся к туловищу. А самого тела не было. То ли башка отлетела далеко в сторону, то ли остальную часть лучника успели проглотить. Молниеносная расправа, в которой из людей более — менее защищенным мог себя чувствовать лишь сын барона продолжалась около сорока секунд, прежде чем пришли посланцы небес и принялись за заготовку припасов для блюд китайской кухни. Я хоть и лежал себе тихонько несколько в стороне от основного места боя, но даже до меня долетала зеленая кровь и отрезанные огненными мечами дергающиеся многосуставчатые конечности насеокмых. Лапа какого‑то кузнечика все никак не желала успокаиваться и больно пиналась, пришлось даже чуть нарушить свой камуфляж и отпихнуть её куда подальше.

Когда на помощь к ангелам пришли и латники, в сражении вроде бы наступил перелом. Тяжелобронированные воины окружили полукругом оставшихся лучников и дали им возможность снова вступить в дистанционный бой. Однако понесенных потерь уже не могли исправить даже аколиты, которых вроде бы тоже стало меньше. Во всяком случае, сухой надтреснутый голос больше не звучал. Однако у насекомых тоже оказались свои козыри в рукаве. Кто‑то закричал ' Осторожно! Большой идет к нам на прорыв!' И, судя по топоту, стремительно приближающаяся туша действительно отличалась изрядными габаритами. Даже земля вздрагивала от его шагов. Калеб отчаянно заорал, чтобы латники разбегались в стороны, ибо жук сейчас взорвется…И следом действительно раздался грохот разрыва принесший с собой помимо ударной волны и смрадную вонь, накладывающую сразу два отрицательных эффекта. Отравление и паралич. Оба не слишком длительные, но крайне мощные….Мое успевшее вернуться практически в норму здоровье стремительно поползло к нулевой отметке, а люди вокруг кашляли, стонали и задыхались. В отличии от насекомых. Впрочем, их остатки вполне себе успешно дорезали ангелы, сумевшие избежать неподвижности. Благодаря лечащему действию живого плаща и собственной толстокожести я сумел пережить в прямом смысле слова выдавливающую воздух из легких вонь, потеряв около семидесяти процентов всех очков жизни. А после наплевал на свой камуфляж и приподнял голову, пытаясь рассмотреть, что вокруг вообще происходит.

Окрестности были заполнена трупами гигантских насекомых размером от некрупной собаки до хитинового мини — мамонта, чье разорванные внутренним взрывом на несколько частей останки не находились посреди полукольца лежащих латников. Раны полученные во время боя, взрыв и последующее отравление снесло с ног даже таких здоровяков. Только двое из них слабо стонали и пытались подняться, а остальные либо находились без сознания, либо и вовсе погибли. Но обладателям прочных доспехов еще повезло. Находящиеся почти сразу за их спинами лучники и алколиты, за редким исключением, отличались куда более слабым здоровьем, чем тяжелая пехота или выбравший нестандартную раскачку персонажа друид. Измотанные противостоянием с тварями роя бойцы банально задохнулись в последней самоубийственной атаке вражеского главнокомандующего. В центре поляны застыли две крылатые светлые фигуры посланцев небес, поднимающих с земли Калеба. Или скорее выкапывающих. Похоже сын барона попытался собственным телом затормозить жука — исполина, но оказался банально втоптан в грунт.

— Нет! — Простонал рыцарь, когда не слишком то твердо утвердился на ногах и обозрел трупы своих людей. — Этого…Этого не может быть! Такого не должно было случиться!

Да, схватка с монстрами явно прошла не по плану. Если бы преследующие мой отряд солдаты барона не растянулись, то имели бы все шансы обойтись без потерь. Стенка из латников сдерживает натиск, из‑за них бьют стрелки и баллиста, вместе они бы продержались достаточно, дабы священники призвали помощь свыше. Потери, скорее всего, колебались бы у отметки в десять — двадцать процентов. Неприятно но терпимо в отличии от полного разгрома. Возможно, я бы даже немного посочувствовал Калебу, если бы он не был таким высокомерным засранцем и не пытался убить случайно встреченного друида несколькими минутами раньше.

— Воскресите их! Вы же можете! — Рыцарь вцепился в руку ближайшего белокрылого посланца небес. — Я приму любой обет! Безбрачия, бедности, молчания…Все вместе! Умоляю, помогите!

Печально переглянувшиеся ангелы отрицательно покачали головами, а после синхронно подняли глаза к небу, сложили руки в молитвенном жесте и растаяли в потоках излившегося на них с высоты света. Время, отпущенное призванным в эту реальность существам, истекло. И тут же зашевелился тот, кого все уже успели списать со счетов. Взорвавшийся жук — исполин. Вернее, одна из его частей, как оказалось, вполне себе пережившая детонацию остального организма. Голова. С хрустом разошлись в сторону первые и вторые самые большие из двух чудовищных жвал. А вот третьи поползли вперед на том, что сначала показалось языком, скопированным с ксеноморфа, но в итоге оказались вполне себе самостоятельным существом. Напоминающий гибрид дождевого червя и гусеницы с содранной шкурой, этот полутораметровой длины монстр сочился кровью и слизью из множества ссадин, но двигался весьма шустро. Словно распрямившаяся пружина он прыгнул к еще живым латникам. Первому хвост уродца, заканчивающийся двузубой вилкой жала вошел прямо в грудь и тут же по толстым и полупрозрачным костяным трубкам вверх пошла алая кровь, будто выкачиваемая биологическими шприцами. А второму жадно роняющие слюну челюсти вгрызлись в голову, с которой взрывом сорвало шлем. С каждым секундой насыщающаяся с двух сторон и смачно чавкающая тварь чуть — чуть увеличивались в размерах, а раны её буквально на глазах переставали сочиться телесными жидкостями и закрывались. Похоже, если дать уродцу немного времени и много — много пищи, то применяемый в экстренных ситуациях аварийно — спасательный модуль разовьется в прежнее существо. Или даже новое, еще более крупное и опасное в силу большого количества поглощенной высококачественной биомассы и ценного полученного опыта.

Страшно закричавший рыцарь бросился к чудовищу, размахивая занесенным над головой длинным мечом, разбрасывающем в стороны солнечные зайчики. Однако монстр явно только этого и ждал. Изогнувшись как резинка, он швырнул в Калеба того латника, которого нанизал на хвостовое жало. Сотня с гаком килограмм уже не живого веса пролезали воздух и изрядно сбили настрой баронского сына под номером три. На ногах он устоял и оружия не вырезал, но замешкался. Плюнув ему в лицо явно ядовитой шипящей на воздухе слюной, червяк по широкой дуге проскользнул за спину временно ослепшего человека, держась на почтительном расстояние от разрезающего воздух по самым непредсказуемым траекториям клинка…И принялся извиваться как безумный, когда его ровно посердине пронзил выскочивший из земли каменный шип.

— И рраз! — Я подобрал с земли небольшой топорик, ранее явно являвшийся вспомогательным вооружением одного из лучников. Отправившийся в короткий полет томогавк даже в цель попал…Обухом. — И два…И три…Черт, вот же живучая скотина!

Упорно не желавшая подыхать последняя тварь роя успокоилась лишь на счете двенадцать. И то лишь потому, что проморгавшийся рыцарь изрубил её мечом на такие тонкие колечки, что хоть на бутерброд их клади. Впрочем, уровень мне все равно дали. И предложили на выбор либо улучшенную магию земли, либо улучшенную магию воздуха. Первое возьму, ясен пень. Молний то у меня в книге заклинаний нет, и вряд ли в ближайшем будущем они там вообще появятся.

— Спасибо, друид. — Выдохнул Калеб, устало опуская меч. Иллюзий на счет того, что он мог справиться с монстром без посторонней помощи, предводитель уничтоженного отряда явно не питал. — И это….Ты извини, за то, что отдал приказ тебя убить…

— Да ладно, бывает. — Я оглядел поля боя и недовольно цыкнул зубом. Столько трофеев, а пираты и медведи убежали уже далеко и даже не думают останавливаться. А если за то время, которое понадобится на поимку улепетывающих подданных, все это богатство исчезнет или его кто‑нибудь заберет?! — Ты, кстати, тоже меня извини.

Вырвавшийся из под земли каменный шип подкинул третьего сына барона в небеса, а после он и сам упал обратно. Правда, чуть в стороне от гордо торчащего вверх каменного острия. Потому и не только выжил, но даже остался в сознании. Просто встать сразу не смог. Впрочем, пара ударов обухом тяжелого топора, взятого из мертвых рук одного из латников, надежно отправили ценного пленника в нокаут.

Глава 9

— Пф! — Сказала Немесис, скорчила на умильной рожице презрительную гримасу и отвернулась от миски. Да еще задней лапкой характерно подрыгала, высказывая сомнения в качестве предложенного продукта. Или вообще в его съедобности как таковой.

— То есть как это «Пф»?! — Возмутился я, беря нахальную тигрицу за шкварник и начиная тыкать носом в миску. Сначала в одну, потом в другую, а под конец в третью. Содержимое их, правда, особым разнообразием не блистало. Сердца. То, которое достали из убитого мега — кабана, найденный в остатках изрубленного в клочья червя и до сих пор дергающийся кусок мяса характерной формы и даже странная кристаллическая хренотень, которую система обозвала сердечником парового голема. Оный монстр, сверкающий надраенной до блеска латунью и пыхавший во все живое струями раскаленного пара, обитал не так уж далеко от моего замка и охранял разбитую телегу с вещами неизвестного чародея. Просто до того момента, когда в армии появится хотя бы один энт, связываться с пятиметровым магическим роботом у меня как‑то желания не было. Однако вынужденная необходимость заставила растрясти кошелек и направить живое дерево на заламывание конструкта. Кстати, в противостоянии один на один металлический монстр держался очень даже достойно. Даже не знаю, кто бы победил, не ударь ему в тыл группа поддержки в виде остальных моих сил. — Жри давай! Барон исчезновение своего сына просто так не оставит! А в то, что отправившиеся на разведку егеря смог нас не найти, даже последний гоблин не поверит!

Нимесис печально посмотрела на меня большими грустными глазами, потом заново обнюхала предложенные ей миски и снова повторила свою психологическую атаку.

— Ну ты пойми, не будет у меня мобильности, не успею я собрать рассыпаннх по лесам животных. — Принялся я втолковывать свои резоны тигрице, ничуть не сомневаясь в её понятливости. С такими‑то родителями интеллект чада грозит быть повыше, чем у некоторых игроков…Люди в основной своей массе вообще не очень умные существа. И даже если в виртуальном мире они надели цифровые шкурки представителей иных рас, это им нисколько не поможет. — А без армии на стенах этот замок, еще не до конца отстроенный из руин, барон возьмет штурмом чуть ли не играючи! Подведет свою артиллерию и будет стрелять из баллист и катапульт до тех пор, пока одни руины не останутся.

— Угу. — Поддакнули мне из угла. — Так и сделает, если не лень ему будет ради такого дела осадных дел мастеров от работы отрывать. Чтобы ваш клоповник спалить и личной дружины моих старших братьев за глаза хватит.

— Так, заложникам слова не давали. — Хмуро посмотрел я на Калеба, смирно сидящего на табуреточке в углу…С двумя большими пушечными ядрами, крепящимися цепями к ногам. Каждое весило килограмм пятьдесят и на корню убирало у рыцаря возможность выпрыгнуть в окно или удрать каким‑либо иным образом. С ними нормальный человек самостоятельно даже до выхода за ворота дворца добирался бы как минимум сутки. — Будешь тут бурдеть под руку, переселю в подвал! Между прочим, это одно из трех помещений во всем здании, где заделаны все щели, вставлены окна, чисто вымыты полы и есть постельное белье.

Кандалы для пленника от своих щедрот пожертвовал Хью, сохранивший сей уникальный девайс на память о бурной молодости. Когда то он носил их на которге почти месяц…Пока каменоломню не захватили другие пираты, освободившие собрата. Снять их самому, без помощи кузнеца, было не реально. Хотя его мог заменить хирург, имеющий навыки полевой ампутации конечностей. Лишенный подвижности Калеб представлялся мне весьма ценным активом при будущих контактах с бароном. Конечно, он далеко не единственный сын и даже не наследник…Но уж на щедрый выкуп то сменять я его смогу? И потом, чтобы охранять передвигающего ноги со скоростью метр в минуту рыцаря требовалось выделить совсем небольшие силы. Одного разбойника, способного с ним полноценно общаться, охромевшего на недельный период от попадания бронебойной стрелы в заднюю ногу молодого медведя, в силу своей принадлежности к зверям иммунного к попыткам подкупа и Немесис, которая выполняла при топтыгине функцию руководящего состава.

— Ну, не могу обещать таких же условий содержания, когда ты окажешься в тюрьме у нас. — Хмыкнул рыцарь, явно не оценивший. — Но я обязательно прослежу, чтобы все время до казни солома в твоей камере оставалась чистой, а повара не валили в суточную порцию объедков откровенное гнилье. А вместо первой их порции даже подадут настоящее жаркое, сделанное из этой глупой кошки, осмелившейся пометить мои сабаотны!

— И чего я тебя сразу в подвал не отправил? — Не на шутку задумался я, пытаясь вспомнить причины собственного гуманизма. — Ах да, его же еще до конца отрыть не успели.

— Стены?! — Дверь комнаты, отведенной мной под казематы повышенной комфортности, едва не слетела с петель. Полтора метра чистого зла, закутанные по самые брови в плащ, изволили гневаться. — Вместо того, чтобы поручить работу мне, возвели вот это?! И оно называется стенами?! Да за каким чертом тебе вообще нужен деревянный штакетник, который перелит престарелая курица и она же пробьет навылет?!

Сразу по результатам сбора добычи, я изменил очередь строительства, внеся в него базовый вариант стен. Теперь все расчищенное от окружающего леса пространство медленно но верно оказывалось в окружении проступающего прямо из земли частокола. Такая защита могла спасти припасы и жителей от диких зверей и неразумных монстров или помешала бы маленькой шайке врагов с ходу ворваться внутрь…Но главная ценность её заключалась вовсе не в этом. По логике разработчиков стены увеличивали скорость появления мирного населения, даруя людям и нелюдям чувство безопасности. А при уверенности в завтрашнем дне подданные всякого лорда куда активнее заводили детей или привлекали своих знакомых в качестве новых переселенцев. Дотации жителям окрестных лесов, которые я все еще не убрал, стабильно уменьшали мою казну и одновременно повышали общую экономическую эффективность замка.

— Мой лорд. — Поправил я дроу, пыхтящую как забытый на плите чайник. Впрочем, о принадлежности сей особы к темным эльфам пока знали только мы двое. Всем прочим она демонстрировала либо натянутый до бровей шарф вместе спадающим на нос капюшоном, либо являла такой ужасающий бородовчато — бородатый гномо — гоблинский лик с размахом ноздрей в четверть метра, что даже пьяные до окосения сатиры моментально трезвели. Или падали в глубокий обморок, чтобы сразу по пробуждению немедленно удариться в запой. — Ты забыла добавить мой лорд, Инкония. Или наше сотрудничество пора прекращать? Хм, за те двое суток, которые мы сотрудничали, ты заработала монет сорок. Округлю до ста за починку декоративного барьерчика вокруг дворца и поставленные на место вороты. Желаешь получить расчет немедленно?

— Нет, мой лорд. — Буквально выдавила из себя дроу, явно наступая на горло собственной гордости. А потом по известной женской привычке мгновенно поменяла тему. Даже Калеб оценил её повадки, издав с трудом сдерживаемый смех, больше похожий на какое‑то сипение. — О, вы травите пленника зверьми? А почему бы не вынести эту процедуру на всеобщее обозрения? Арены у нас пока нет, но и так сойдет…

— Что? — Я обернулся посмотреть на рыцаря, который последние секунд тридцать издавал какие‑то странные звуки. И встретился взглядом со шкодливыми кошачьими зрачками, чья обладательница мягко и нежно положила свою лапку на паховую область рыцаря. И теперь слегка перебирала коготками размером с мой палец, снимая стальную стружку с бронированного гульфика. Маленький котенок внезапно увеличился в размерах раз в двести и теперь стал вполне сопоставим по размерам с крупным пони или мелкой лошадью. Окрас остался прежним, рыжий с редкими черными полосами. Только по центру спины выделялось большое черное и как бы вдавленное внутрь пятно, которое на мой неискушенный взгляд по размерам должно было соответствовать седлу практически идеально. О причинах трансформации лишний раз гадать не приходилось. В одной из по — кошачьи презрительно отвергнутых полминуты назад мисок сиротливо лежала кристаллическая крошка, а в двух других даже крови не осталось. — Не…Немесис! Хватит приставать к человеку! Я все твоей маме расскажу!

— Мур? — Невинно уточнила перешедшая во взрослое состояние тигрица, явно не видевшая в своем поведении ничего предосудительного. Вот интересно, если мама может становиться пантерой, то может и дочка способна трансформироваться в нечто…Ну хотя бы некоподобное? Понятно не сразу, а как наберется опыта и уровней. Я бы не отказался от такого, кхм, домашнего любимца. А уж сколько тогда значений откроется в словосочетании «скачка верхом»… — Мя?

Проследив за направлением взгляда отошедшей от рыцаря большой кошки, я обнаружил маленькую деревянную плошку со сливками. Для котенка — более чем приличную, почти годящуюся для плавания. А вот для здоровой молодой тигрицы явно недостаточную даже на один зуб.

— Хочешь заменить её на тазик с тем же содержимым, найди нашим крестьянам коров. Ну, или кого‑нибудь еще, кто с большим выменем и может легко одомашниваться. — Попытался проявить твердость я. — И учти, молока у них получится добывать только ограниченное количество. А сливок из него выходит еще меньше, плюс чего‑то должно оставаться самим крестьянам за работу.

— Фрр! — Сморщила носик большая киса, но почему‑то мне показалось, что информацию она запомнила и приняла к сведению.

— Пушистая. — Дроу бестрепетно подошла к хищнику и погладила его по голове. — Интересно, а её можно постричь?

Нимесис двумя движениями языка добила остатки сливок, а после невозмутимо положила свою лапу на грудь темной эльфийки, помассировала её и убрала обратно, разочарованно чихнув. Не знаю, как другим, а мне в этом звуке послышалось отчетливое: «Мясная. Не доится».

— Думаю, вы друг с другом поладите. — Решил я, принявшись просматривать резко изменившиеся характеристики питомца. Атака неплоха, защиты почти нет, но имеется способность увернуться от части вражеских ударов. Здоровья меньше чем у медведя, хотя и больше чем у того же мечника. Это минус, в длительной сшибке тигрицу могут и пришибить, а мне тогда разбираться с её родителями. Базовая скорость тоже не ахти почему‑то. Но все быстрее, чем пешком или на телеге. О! А вот дальше начинаются одни сплошные плюсы. Постоянная способность «кошачий шаг», позволяющая игнорировать штрафы от типов местности, кроме оскверненной и вулканической. Видимо эта парочка слишком сильно припекает нежные лапки Немесис. А еще имеется целых два активируемых скила! Первый стандартный для верховых питомцев и носит имя рывок. Трехкратное увеличение скорости на двадцать секунд, ничего особо необычного. Зато второй…Подкрадывание позволяет перейти в стелс режим и в таком виде произвести атаку. Мда, нормальные ассасины ходят на дело с кинжалами, которыми бьют по уязвимым точкам. Манчкины наносят ничего не подозревающим жертвам воистину критические удары двуручными мечами и молотами. Но я, похоже, переплюну их всех, если сумею вонзить не ожидавшему этого противнику в спину на полном скаку длиннющее кавалерийское копье. — Хотя мне казалось, тебе больше придется по вкусу нечто вроде ездового паука или ящера.

— Из них можно делать только доспехи. — Пожаловалась темная эльфийка. — А я красивую шубку хочу…И меховую оплетку на рукоять боевого кнута, чтобы при ударах пальчики щекотала…

Седло нашлось у одного из крестьян, которые медленно но неуклонно приводили руины дворца в состояние, близкое к изначальному. Было оно явно не новым, потертым и давало штраф на один пункт к ловкости, но тем не менее Немесис позволила водрузить себе его на спину. Хотя и не удержалась от презрительного фырканья в отношении как подержанного изделия, так и меня, с трудом пытающегося уместиться в этой непривычной конструкции. Пробный выезд по двору, вопреки моим ожиданиям, все же закончился падением. Разработчики то ли заранее предвосхитили полное неумение игроков держаться верхом даже на лошадях, не говоря уж о всяких экзотических тварях, то ли спешно исправили положение после дружной волны возмущенных воплей от тех, кто платит им деньги…Не знаю. Главное, что без посторонней помощи вылететь из седла даже полному неумехе не представлялось возможным. Складывалось ощущение, будто точка опоры просто примагнитилась к потертой коже. Да и трясло весьма умеренно. Даже когда Немесис решила пошалить и без предупреждения пустилась во весь опор.

— Стой! — Заорал я, когда внезапно самостоятельно использовавшая навык рывка большая полосатая кошка понеслась прямо на каменную ограду. Относительно невысокая и действительно являющаяся скорее элементом декора, она все еще оставалась препятствием, в которое никто бы не хотел врезаться на скорости около шестидесяти километров в час. Поскольку тигрица прекрасно понимала человеческую речь, об уздечке для неё поначалу и мысли не возникло…Да и где бы можно было найти сбрую, подходящую для данного существа? — Тпру! Убью, скотинаааа!

Последнее я кричал уже в воздухе. Сильно оттолкнувшись задними лапами, Немесис просто перепрыгнула каменный преграду, явив одну из незадокументированных функций собственного организма. Короткий полет прервался жестким торможением об дерево, за кору которого тигрица зацепились всеми четырьмя лапами. А после шустро поползя вверх, не взирая на протестующие крики своего седока. Мне, резко почувствовавшему на своей шкуре гравитацию, оставалось только приникнуть к шее своевольного транспортного средства и схватиться за её шерсть. На такое базовое «склеивание» седла с задницей игрока явно рассчитано не было и еще чуть — чуть и пришлось бы лететь вниз. Я даже попытался дотянуться до ушей Немесис и выкрутить эти естественные элементы управления, чтобы хоть так её остановить, однако банально не хватило длины рук. Такое чувство, что от сердца червя тигрица переняла способность растягиваться в длину!

— Мряяаууауа! — Испустила торжествующий вой молодая тигрица, наконец добравшись до верхушки дерева. Ну, точнее до той части, где истончившиеся ветки уже явно не могли выдерживать двойной вес животного и его седока.

— М…М…Молодец! — Только и смог сказать я, с третьей попытки задавив рвущееся с языка и совсем иное по смыслу выражение. — Ты настоящий верхолаз! А теперь давай обратно, а? А то у меня голова кружится.

Немесис посмотрела вниз, изогнув шею как змея, бросила взгляд на землю и, похоже, согласилась с тем, что немного перегнула палку. Она аккуратно отцепила от коры левую заднюю лапу, немного поскребыхала ею по стволу…И прицепила обратно. Чуть выше первоначального положения. Вторая попытка. И с тем же результатом. Третья. На четвертой были отцеплены сразу две конечности и мы едва не грохнулись вниз.

— Мя? — Смущенно — виноватым взором заглянула мне в глаза большая кошка, стараясь вновь притвориться котенком. И, несмотря на несоответствие размеров, у неё почти получилось.

— То есть как это, назад не умеешь?! — Не смог сдержать возмущенного вопля я. Немесис прижала уши к голове и смотрела на меня виноватым — виноватым взглядом, к которому понемногу начала примешиваться паника. — И как теперь прикажешь нас отсюда снимать?! Что значит «не знаю»?!

Высыпавшие во двор замка люди и нелюди не слишком успешно попытались подавить смешки. Калеб, несмотря на ядра кое‑как дотащившийся до окна заржал в полный голос так, будто желал подать звуковой сигнал егерям своего отца. Или самому барону, который находится сейчас в своей усадьбе. Ну, погодите! Устрою я вам! Вот только спущусь…Или грохнусь.

— Эх, молодежь. — Сказало дерево, а после без всяких усилий сняло с себя большую кошку и её седока.

— Спасибо. — Облегченно поблагодарил я энта — пастыря, которого Немесис ничуть не сомневаясь собственно и использовала как полигон для восхождения. — Кстати, что по тому дереву, о котором я вам рассказывал?

— Древний гворн. Он спит давно и крепко. — Пророкотал разумный растительный гигант. — Возможно, дух его сумеют призывать к себе друиды…Но нет мне дела до того. Ведь истинное тело останется на прежнем месте и не пробудится, даже если предать его огню.

Вздохнув, я еще раз посмотрел на Немесис, которая уже делала вид, будто ничего такого и не было и медленно шагала по направлению к лесу. Ох, чую, придется мне еще с ней наплакаться. Может еще не поздно раздобыть под сдело обычную деревенскую конягу? И пусть она может перемещаться только по ровной поверхности, дохнут с трех ударов и достаточно труслива, по сравнению с отчаянной лихостью молодой тигрицы это скорее даже плюс!

Слегка вздохнув, я все же решил повременить со сменой транспортного средства и отправился…На кухню. Сегодня у меня по плану было посещение фермы с огненными муравьями и логова плотоядных слизней. Эти две группки животных могли усилить мою армию. Однако чтобы договориться с ними, наверняка потребуется еда. Хорошо бы было еще навестить пауков, заодно захватив с собой по умолчанию имеющую опыт контактов с данными существами дроу, но они обитали слишком далеко, чтобы успеть вернуться в замок до заката. Впрочем, в их направлении можно послать единтсвенного энта. Обидеть мирно бредущего к цели лесного исполина захочет и сможет далеко не каждый. Разбойникам и прочим налетчикам с него банально нечего взять, в рабстве древолюдей тоже особо не подержишь, да и съесть его, мягко говоря, проблематично. Ну а за двое суток мой сильный, но несколько медлительный вассал как раз к нужному месту доковыляет.

Собрав остатки сил, которыми являлись четверо пиратов, полтора десятка вооруженных в основном луками разбойников и охотников, а также трое медведей я нагрузив их провиантом. А после наш небольшой отряд двинулся прямиком к слизням. Срок службы викингов под моим началом истек и они покинули армию даже не попрощавшись. Ну, после того как я уполовинил их отряд, подобного ожидать было можно. Хью даже раздумывал, а не послать ли вслед за морскими разбойниками пару молодцев, чтобы они обратно с набегом не пришли…Да только я ему отсоветовал. Мастера абордаже и морского грабежа вдали от океана и при битве на суше потеряют как минимум четверть своих сил. А потому — пусть приходят. Аобедить у них получится лишь при подавляющем численном превосходстве, а опыт и трофеи лишними не станут.

Руины непонятного сооружения, развалившегося сотни лет назад, скрывали в себе дюжину аморфных тварей. Не слишком большие лужицы живой протоплазмы любили холод, прохладу, влажность…И мясо. Все равно чье. В тех, кто отваживался приблизиться слишком близко к развалинам, летели запущенные с убийственной точностью обжигающие капли. Две — три из них человек мог пережить и сбежать с расплывающимися по его коже химическими ожогами, но эти странные существа прекрасно умели координировать свои усилия.

— Ждите здесь. — Велел я своим подчиненным, а после с усилием взвалил на одно плечо свежую оленью тушу, а на другое мешок доверху наполненный кусками жаренного мяса вперемешку с соленой рыбой. Клюнувшие на обещание щедрых подъемных прячущиеся от налогов и призыва в армию жители леса умели добывать дары природы. И вовсе не собирались просто так отказываться от ставшего им уже привычным меню. — Если договориться не получится, то когда я вернусь, будем выманивать слизней наружу и бить по одному.

— Они переваривают стрелы. — Негромко заметил один из охотников, который не собирался быть тихим обывателем и потому завербовался в мое войско. В сравнении с обычным лучником — человеком у него имелись несколько меньшие показатели урона, но зато имелась повышенная меткость и весьма занятное свойство «фуражир». При отрыве от сил снабжения такой юнит всегда мог прокормить себя и еще двух других людей за счет подстреленной на ходу добычи. — Да даже и мечи…Правда, не сразу.

— Устроим им перееданием с последующим несварением. — Пожал я плечами, стараясь перераспределить давящий на них груз поближе к позвоночнику. Два мешка жратвы, килограмм по двадцать пять в каждом, даже несмотря на высокий показатель силы не чувствовались легкими пушинками. — Если в теле слизня будет железа и дерева больше, чем собственно самого его тела, он должен развалиться на части. Ох, тяжело, блин! В конце‑то концов, это же не призраки, сквозь которых материальное оружие просто пролетает!

При приближении к осыпавшимся чуть мене чем полностью стенам я заметил между камней какое‑то шевеление и сразу же запустил руку в мешок с шашлыком и рыбой. Не знаю, удивились ли слизни, когда первый кусок жаренного мяса шлепнулся среди них, но бросаться они на него не стали. Впрочем, как и пытаться накрыть меня своими разъедающими все подряд брызгами. Новые порции еды отправлялись в короткий полет, чтобы равномерно усеять собою всю землю. И, наконец, у одного из пусть весьма странных, но все‑таки животных, кончилась выдержка. Вытекшая из едва заметной щели студенистая бесцветная лужица объемом литров эдак на двадцать метнулась к куску истекающего ароматным соком жаренного мяса, обволокла его и прямо в себе куда‑то потащила…Но уже через полтора метра пути изменила свою траекторию так, чтобы заодно захватить и распотрошенную рыбину, размером с мою ладонь. А после потянулся тонкой ложноножкой к еще одному куску шашылка…И это послужило спусковым механизмом. Позабывшие про скрытность и осторожность слизни принялись метаться от одной еды к другой, спешно собирая вкуснячки пока конкуренты не захапали все самое ценное. И они даже и не подумали атаковать меня, постепенно сокращающего расстояние до странных тварей.

— Кажется, получается. — Задумчиво пробормотал себе под нос я, когда лужицы хищной протоплазмы перетекли прямо к моим ногам. Их явно привлекала лежащая на плече оленья туша…Или тот, кто её держит. Однако ползти дальше или атаковать странные существа не спешили, а значит дело двигалось в правильном направлении. Студенистые монстрики хотели еще еды, несмотря на то, что еще не полностью переварили брошенные им продукты. Впрочем, от шашлыка и рыбы к данному моменту оставались лишь стремительно истаивающие крошки, окруженные мутной взвесью. — Ладно, это тоже вам. Но за оленя я хочу получить возможность пошарить в тех руинах, которые охраняете. И если вы пойдете за мной и дальше, то будете есть также или почти также каждый день.

Не знаю, насколько слизни понимали человеческую речь, но опущенную к ним тушу они мгновенно облепили со всех сторон и принялись переваривать. А я шагнул дальше к руинам и принялся осматривать их на предмет добычи. Обрушившиеся до основания стены вряд ли могли послужить чем‑либо еще кроме источника пары единиц камня, если прислать сюда мужиков с ломами и дроу в качестве прораба….А вот дыра в земле, уводящая не иначе как в подвал, выглядела очень соблазнительно. Лестница, ведущая туда, была сложена из гранитных блоков, а потому сохранилась как бы не лучше всего остального…Включая проеденную кем‑то насквозь толстую дубовую дверь, некогда запиравшиеся на засов снаружи.

— О, да у нас тут когда‑то располагалось логово оборотня! — Констатировал я, когда в падающем сверху дневном свете рассмотрел странную конструкцию из стальных прутьев. Большая клетка, закрывавшая на сей раз изнутри на несколько засовов, явно была возведена вервольфом, желавшим ограничить свои блуждания под полною луной. Видел такую в каком‑то фильме ужасов, возможно, как раз из него дизайн игроделы упрели…А вот и её обитатель в уголке сидит. С воткнутым в грудь длинным мечом. Причем, судя по позе и обхватывающим рукоять костяным ладоням, монстр убил себя сам. И рядом с ним еще истлевшая бумажка какая‑то. Явно предсмертная записка, интересно, что в ней написано?

Я чудовище и урод. Десять лет Марта мучилась со своим идиотом — мужем, когда‑то думавшим, будто охота на чудовищ есть занятие, достойное мужчины. Десять лет моя несчастная жена терпела зверя и дрожала от страха в те самые ночи, когда из подвала доносился вой…А убил я её ясным днем. Случайно. Приближающееся полнолуние пробуждало ярость, прибитая полка по её мнению висела криво, а руке как раз был молоток….

— Ну и какая тут мораль? — Заинтересовался я, еще раз перечитав дрожащие строчки и не найдя ни отсылок к каким‑нибудь событиям, ни сообщений о появлении новых квестов. — Не жениться? Или не заниматься ремонтом по дому? Меч вообще‑то можно забрать и без прочтения выдуманной ленивым геймдизайнером за полторы минуты истории…

Меч ведьмака — любителя

Оружие, выплавленное простым кузнецом из смеси серебра и метеоритного железа. До настоящих ведьмачьих мечей ему далеко, но в определенных ситуациях оно все же работает лучше, чем обычный стальной клинок.

Параметры:

Урон: 43–52. Против представителей фракций нежить, чудовища и нечисть *1,5.

— Неплохая игрушка. Жаль, сильно специализированная. — Я сравнил параметры клинка с утерянным бастардом еретика и остался доволен. — Вряд ли в этих лесах много ходячих трупов или каких‑нибудь драконов с грифонами. Впрочем, насекомых или людей барона серебряным клинком тоже пырнуть можно, только это будет не так эффективно.

Выбравшись обратно на поверхность, поискал взглядом слизней и не нашел их…Лужицы хищной протоплазмы как в воду канули, хотя вроде бы особыми способностями к мимикрии не отличались. Растерянно плюнув на все, попытался подхватить опустевший мешок из под еды и чуть не выронил его. Ткань затрещала, едва — едва выдерживая набившую внутрь тяжесть. Еще немного — и она бы точно порвалась.

— А, значит вы тут? От солнца спрятались? — Я заглянул в горловину и обнаружил что‑то, там располагается одно сплошное месиво студенистой плоти, в котором еще кое — где плавают оленьи кости. — Прямо в мешке и будете путешествовать? А упаковались то как компактно…Ну да ладно, так даже лучше, ведь у вас вроде бы собственная скорость совсем небольшая. Жаль, что энтов нельзя как поклажу упаковать и с собой таскать…Хм, может постараться нанять мастера оригами? Дерево — это считай та же бумага, а они её как угодно сложить могут….

Разговоры с новыми бойцами, а по факту скорее с самим собой, ничуть не мешали мне оценивать характеристики данных юнитов. А их у столь небольших созданий оказалось неожиданно много. Запас здоровья ближе к маленькому, но сопротивление физическому урону больше чем у латника в его броне, к тому же есть хиленькая регенерация. Два перекликающихся друг с другом свойства ядовитая атака и ядовитая плоть. Если какой‑нибудь монстр просто сожрет такого слизняка еще вопрос, кому будет хуже. К сожалению, твари имели помимо плюсов еще и множество минусов. Светобоязнь выдавала им штрафы на меткость, урон, здоровье и боевой дух одновременно. Количество выстрелов у каждой тварюшки варьировалось от двух до трех, в общем, бойцы дальнего боя из них были так себе. Ну и скорость…Тройка. Без мешка или иного какого транспортного средства мое пополнение могла обогнать немного прокачавшая себе навыки передвижения черепаха.

Ферма, которую заняли огненные муравьи, встретила меня и мое войско довольно неожиданно. Углями. Причем версия, что строение загорелось из‑за пожароопасности своих обитателей, никакой критики не выдерживала. Иначе куда они подевались? В соответствии с реалиями большинства компьютерных игр существа, способные выдыхать пламя, сами полыхают крайне неохотно. Родственны они становятся своей стихии, понимаешь ли. Нет, кто‑то сначала перебил их, а затем спалил постройку, от которой местами еще поднимался дымок. Тут и там на траве виднелись следы подпалин, обломки когтей, зубов или хитиновых панцирей, а также горелые пятна подпалин. Однако тел не было.

— Сюда наведывались твари роя, которые сожрали или уволокли трупы? — Задумался я, оглядывая пепелище. — Возможно — возможно…Но зачем им поджигать строение?

— О, посмотрите, что это я тут нашел! — Вдруг подскочил ко мне один из поступивших на службу разбойников, показывая…Признаться честно, у меня не сразу получилось опознать в перекрученной, разорванной и оплавленной железяке бак от гномьего огнемета. Помогло сопло, более — менее сохранившее свои очертания и свисавшее вниз на проволочной оплетке, ранее прикрывавшей собою шланг. — У той стены оно лежало!

Вывод из находки можно было сделать только один. Барон активизировался, уничтожил муравьев и забрал охраняемые ими ресурсы, которые я уже почитал своими! Черт, похоже, надо забыть об относительно комфортной ночевке в замке и отправиться в длительную экспедицию по удаленным окрестностям региона, собирая все, чего плохо лежит. Или могу не успеть добраться до почти бесхозных богатств первым!

Глава 10

— Пошли вон, уроды! — Я с размаху двинул серебряным мечом по башке ближайшему крокодилу, пытавшемуся разевать свою зубастую пасть на Немесис. — Отвалите от меня! Что ж вы бешенные то такие, ведь период ухудшения отношений между нами давно прошел…

Увы, зубастые рептилии не то пользовались каким‑то своим календарем, не связанным с общесистемным, не то желали просто в память о былом порвать одного прискакавшего к ним на переговоры друида. За все хорошее и по доброте душевной. Куски мяса, которыми я засыпал землю перед хищными зверьми, идущие первыми стали покорно пожирать. И пока я расслабился и уже предвкушал появление в своем войске новых бойцов, некоторая их часть плюхнулась в реку. А после бронированные монстры стремительными бронированными торпедами рассекли воду и коварно вылезли на берег за моей спиной.

— Рвем когти! — Скомандовал я Немесис, создавая каменный шип под брюхом одной из самых крупных тварей, блокирующих проход к уже спешащему на помощь войску. Всего рептилий рядом со старой заброшенной мельницей проживало целых полтора десятка. Немалое количество, учитывая, что по характеристикам они далеко превосходили каких‑нибудь волков или тех же бандитов. До медведей, правда, чуть — чуть не дотягивали…На суше. Но зато в воде становились едва ли не ультимативной силой, против которой без очень прочного корабля лучше не выступать.

— Мяяя! — Согласилась со мной тигрица и самостоятельно активировала навык рывка, после чего поскакала по головам и спинам. Не забывая, между прочим, царапать когтями крокодилов. Те разевали пасти так, что туда мог бы забраться кто‑нибудь небольшой вроде гнома или хоббита, но ухватить жуткими челюстями большую кошку не успевали. Благодаря ловкости и скорости движений та буквально проскакивала между смыкающихся зубов. Тем более, от попыток загрызть друида и его транспортное средство повышенной пушистости зверюг теперь стали отвлекать стрелы.

Лесные разбойники и охотники, составляющие основную часть моих человеческих сил, с недавних пор дополнились еще и медузами. Полузмеи — полуженщины, логово которых возникло в моем замке только вчера, также предпочитали дистанционный бой. И хотя с убийственностью стрельбы у всех трех категорий дела обстояли похуже, чем у каких‑нибудь снайперов или эльфов, плотность залпов с лихвой искупала данный недостаток. Четыре десятка луков — это четыре десятка луков. Все, что не дракон, титан, ангел или иной монстр высшей категории под таким стальным ливнем подохнет практически сразу. Даже если половина промахнется. А в условиях, когда противник не единичная цель, а плотный строй или большая стая, требования к меткости отрядов серьезно снижаются.

— Копейщики и медведи! Держим линию! — Выкрикнул я команду своим бойцам ближнего боя, уже и так протолкавшимся в первые ряды строя. Дюжину любителей длинных копий я переманил из охраны старого алхимика, добывающего ртуть. Желчный старикашка, которого пришлось принуждать платить налоги чуть ли не пинками, отстегивал им сущие гроши. И потому на вышедших из леса лесных жителей и медуз солдаты наставили свое оружие не столько с целью защитить работодателя, сколько желая самим получить прибавку к жалованию. Однако пересчитав неприятеля, численно превосходящего их в соотношении два к одному, бойцы немного сдали назад. А когда уж к разбойникам присоединились чуть отставшие медведи и я верхом на скалящей большие клыки тигре люди и вовсе основательно приуныли. Дожать их, выплатив весьма умеренную сумму в шестьсот пятьдесят монет авансом, большого труда не составило. — Врагов осталось всего одиннадцать…Уже десять! Они не должны прорваться мимо вас к лучникам!

Крокодилы, сейчас из‑за застрявших в их шкурах стрел местами ставшие похожими на дикобразов, стремительно ползли вперед. Слишком стремительно. Какого черта они так несутся чуть ли не галопом?! Создатели этой игры что, для их моделей взяли за основу каких‑нибудь хищных ящеров?! Да их скорость должна быть лишь чуть — чуть выше, чем у тех же энтов! Может быть одна со слизнями! А они нам сейчас настоящую таранную атаку покажут! Даже клином уже выстроились с самой крупной особью на острие удара, а у меня заклинание еще долго не откатится!

— Нна! — Я выскочил вперед жидковатого строя и попытался провести встречный удар по нагло прущей вперед рептилии. И, черт побери, та повернула голову, превращая безусловно критический удар в обычный тычок мечом. Скованное из метеоритного железа и серебра лезвие прошло мимо глаза, врезалось в челюсть и прорубило плотную шкуру, оставив после себя кровоточащую рану и несколько вылетевших оттуда кривых зубов. Но в следующую же секунду громадная вонючая пасть стиснула меня с обеих сторон, выдернула из седла и попыталась банально раздробить.

Похоже, использованный самым большим крокодилом маневр являлся каким‑то навыком, поскольку как я не старался, освободиться из его хватки не мог. Возможно, просто не хватало сил, но это вряд ли. Большие физические кондиции мог бы иметь лишь варвар или рыцарь, аналогично пренебрегшие магическим развитием. К тому же у меня от сдавливания с разных сторон продолжало убывать здоровье, пусть и не слишком быстро. Одно только в данной ситуации радовало. Временно выведя из игры главную угрозу, самая крупная рептилия также осталась не у дел. Пасть являлась основным оружием данной твари, поскольку коротенькие лапки представлять угрозу кому‑нибудь кроме попавших под них букашек явно не могли. В качестве альтернативного средства ведения боя, в принципе, мог бы использоваться могучий хвост. Вот только повернуться тылом к ощетинившемуся копьями строю, через который регулярно перелетали стрелы бьющих в упор лучников, крокодил не рисковал. И правильно, в общем‑то, делал. Хотя и без того судьба пошедших в бессмысленную лобовую атаку зверей была предрешена.

Один за другим бронированные монстры падали, не выдержав множества ран. Вдвоем — втроем копейщики уверенно тормозили своим оружием бесхитростно прущее на них вперед плотоядное зеленое бревно, даже не допуская его до своего тела. У медведей ситуация была чуть похуже, кривые зубы глубоко впивались в мохнатые бока, вот только лесные любители меда без проблем переживали травму, убивающую на месте простого человека. И от всей души лупили злобных рептилий увесистыми когтистыми лапами прямо по маковке, благо им и тянуться то особо до неё не приходилось. Отпустить же их крокодилы тоже не рисковали. У первого, кто сделал так и пополз себе дальше, взъяренный косолапый уже спустя три секунды оказался прямо на загривке. Многое могла вынести естественная броня хозяев водяной мельницы в одном из самых прочных своих мест, но медведь — берсеркер в этот список явно не входил. Разорвал ли он своему противнику шею или просто сломал её, мне к сожалению со своего места видно не было. Но одно было ясно точно. Еще один враг сдох.

К сожалению, парочка речных хищников смогла прорваться мимо заслона из бойцов ближнего боя к стрелкам и заставить мой отряд понести первые ощутимые потери. Одного лучника перекусили почти пополам…Правда, пока крокодил давился своей отчаянно хрипящей жертвой, пытающейся окровавленными руками развести убившие её челюсти, в оба глаза ему вонзились короткие клинки разбойников. И еще с десяток стрел застряло в брюхе. Второй же поставщик кожи для сапог и дамских сумочек нацелился на чем‑то приглянувшуюся ему медузу. Вот только схватить он сумел у той лишь самый кончик длинного хвоста, в котором уж точно не было жизненно важных органов. Нерастерявшаяся полуженщина использовала против пытающейся её сожрать зверюги тактику удава. Она обернулась вокруг вытянувшихся вперед челюстей своей змеиной частью, сковав главное оружие хищника тремя полноценными витками мускулистого живого каната. Хвост крокодила снес с ног сразу двоих разбойников, попытавшихся провести свой любимый приемный ближнего боя, то есть удар в спину. Однако следующая вступившая в ближний бой партия лесных грабителей действовала успешнее и успешно навертела разнообразным колюще — режущим инструментом в относительно мягких боках рептилии множество дырок.

Один за другим речные хищники умирали, не выдержав множества обрушившихся на них ударов. Последним свалился тот, кто сжимал меня в пасти, и после смерти не расцепив могучих челюстей. Издевательски пропели фанфары повышения уровня, в очередной раз выдавая прибавку к силе. Гады. Не могли устойчивость к откату увеличить?! А ведь уже пятнадцатый левел, дальше расти еще сложнее станет. И за десять дней можно бы было взять и побольше опыта. При максимальной удаче я бы мог оказаться на целую четверть сильнее!

— Доставайте меня уже отсюда! — Пришлось подать голос, так как подчиненные, похоже, уже записали своего лорда в убитые. Впрочем, особо паниковать или злиться по такому поводу они не стали. Привыкли уже к тому, что начальство им попалось бессмертное. За те два дня, которые я провел вне замка, проверяя отряды нейтралов на предмет подкупа, подыхать пришлось часто. Один раз убили кентавры, не везет мне чего‑то с ними. Дважды отряды людей ни в какую не желали сотрудничать и даже уехать восвояси не дали. Потом повстречался страдающей паранойей боевой маг со своими гремлинами и венцом всего стали твари роя. Выводок насекомоподобных монстров, выглядящих так словно сбежали они с ближайшей свалки радиоактивных отходов, повстречался с нами на узкой дорожке между двумя скалами, ведущей к золотой шахте. Ни свернуть, ни сманеврировать. Хорошо еще, они были несколько потрепанными. Видимо сказалась встреча с первоначально охранявшими месторождение ресурсов минотаврами. Но даже так эти мерзкие создания задрали шестерку василисков, трех копейщиков, двух виверн и десяток гигантских броненосцев. То есть почти всех, на вербовку кого я потратил последние сорок восемь часов! Но уж лучше они, чем постоянно увеличивающие в численности войска в виде разбойников, лучников и медведей. — Я тут уже соскучиться успел!

Кое‑как, использовав оружие одного из копейщиков как рычаг, челюсти крокодила все же разжали. А я наконец‑то смог вздохнуть полной грудью. Вернее, попытаться вдохнуть. Дебафов короткая схватка, к счастью, после себя не оставила, но выпотрошенные потроха рептилий пахли вовсе не фиалками. Да и слюна зверюги, в которой меня всего извазюкало, ощутимо отдавала тухлым мясом.

— А ты могла бы и помочь. — Строго сказал я Немесис, пришедшую потереться головой якобы в знак заботы. А то, что эта кошкоподобная змеюка меня обратно в вонючую пасть уронила, вышло якобы совершенно случайно. — Чем ты занималась, пока мы тут дрались?! Твой рыжий хвост, между прочим, на глаза ни разу не попался.

— Мря… — Пожаловалась мне тигрица, показав лапку. Слегка поцарапанную. Но, увидев в глазах своего седока медленно разгорающееся пламя бешенства, быстро сменила её на другую. — Мурф!

— Ладно, считай отмазалась… — Сменил гнев на милость я, оценив тонкий золотую цепочку с египетским крестиком, болтающуюся на лапе громадной кошки, словно браслет. Система обозвала найденный артефакт анком возрождения и при ношении он давал пятипроцентный шанс на то, что растерявшие весь запас здоровья существа под моим командованием не умрут, а просто потеряют сознание от ран. А значит, в случае победы их можно будет дотащить до целителя, а там уж постепенно поставить на ноги и вернуть в строй. — Говоришь, это вылетело из брюха того крокодила, который от моего каменного шипа аж в кусты упорхнул? А у остальных чего‑нибудь там может обнаружиться, как думаешь?

— Пфыр. — Сморщилось большая кошка на предложение покопаться в вонючих кишках дохлых рептилий, при жизни скорее всего не брезговавших и падалью. Однако копейщики, в связи с тяжелыми условиями службы научившиеся ценить каждую копейку, такой брезгливостью не страдали. С помощью умеющих свежевать добычу охотников и лесных бандитов они буквально пропустили через сито каждую крокодилью тушу. И их усилия не остались без награды. Помимо некоторого количества кожи, роговых пластин и зубов, опознававшихся как редкий компонент для мастерства, с погибших зверей удалось разжиться крюком — протезом пиратского капитана, вопреки всему тикающими часами в корпусе из черного дерева весом килограмм на десять и микроскопическими лохмотьями зеленого цвета, опознанными как одежда феи.

— Похоже, мельницу стоит осматривать внимательно…Очень внимательно. — Решил я, премируя солдат десятком золотых монет. — Судя по этим вещам, здесь на ферме произошла какая‑то история. И её расследование может привести к появлению квеста или дополнительной награды. А может это вообще пасхалка от разработчиков, ведь как‑то связана активировавшая первый привет от игроделов Лала с крокодилами….И иных рептилий в округе нет. Да и что‑то такое про подобный набор артефактов в голове крутится…Из детства с приветом.

Надземная часть здания, поставлявшего своему владельцу некоторое количество золота и одну меру случайного ресурса в неделю, ничем интересным нас не порадовала. Ну, кроме появившегося флага с моим гербом, само собой. Жаль, сама собой она работать не будет, придется в данную точку отправить парочку крестьян. Впрочем, за возможность осесть на стабильном источнике дохода они только спасибо скажут. Да как бы еще и между собой не передрались за право не такой уж и пыльной и к тому же очень выгодной работы мельником. Неспешные поиски спуска в подвал или иных достопримечательностей прервал испуганный вопль, раздавшийся откуда‑то сверху.

— Ваша милость, мы тут вход на чердак нашли! — Метнулся ко мне один из разбойников, решивших сменить вольную охоту на службу с фиксированным окладом. — А там скелет с кинжалом каким‑то…

— Монстры двух разных фракций в одной постройке? Как они не передрались друг с другом? — Поразился я, рефлекторно выхватывая серебренный меч. Наконец‑то получится посмотреть, насколько он эффективен против целевого противника! — Так, низшая нежить по одному не ходит, значит это какой‑то сильный монстр…Во что он одет? Умертвия обычно носят балахоны, рыцари смерти латы. А личи холодному оружию предпочитают посохи.

— Да не ходячий скелет. Обычный, дохлый. Лежит себе спокойно и не дергается. — Поправился любитель сидеть по кустам у большой дороги. — Покойник умер давно, некоторые кости уже и рассыпаться успели. Только он странный какой‑то. Детский, но с оружием.

— Может, просто маленький? — Переспросил его я. — Гномий там…Или от хоббитиа остался?

— Нет, те по — иному выглядят. — Покачал головой мой собеседник. — Я особо не душегубничал, но чего остается от уничтоженных нелюдей видел. Это — человеческие кости, просто их обладатель вырасти так и не смог.

Покойник отыскался у самого входа на чердак, куда вела массивная и прямая как стрела деревянная лестница, заканчивающаяся небольшим люком. Собственно, когда он оказался открытым, несколько костей упало вниз, вызвав привлекший мое внимание испуганный крик. В руке то, что осталось от мертвого подростка в каких‑то зеленых тряпках, сжимало кинжал с обломанным лезвием, а прямо в досках пола был вырезан текст короткой предсмертной исповеди.

Что толку от умения летать, если мимо развалившихся на ступеньках крокодилов не прошмыгнет даже комар? Напарница попыталась сделать это и привести помощь и вот её больше нет. Зверь, когда‑то съевший главного врага всех нас, твердо решил воссоединить живших на одном с ним остове двуногих в своем желудке. Сам бы он никогда не сумел сюда добраться, да тем более собрать вместе столько сородичей. Наверное, не стоило подговаривать крылатую подружку красть ту блестящую побрякушку у дальней родственницы моей маленькой феи. То, что она не может покинуть свою поляну, не помешало ей достать нас. Очень хочется пить…

Обыск останков, которые решили сжечь и похоронить у этой же самой мельницы, порадовал весьма интересным артефактом. Мешочек с пыльцой принцессы фей давал своему обладателю возможность использовать часовое заклинание левитации без каких‑либо затрат магии. К сожалению, он был пуст чуть больше чем на половину и имел лишь четыре заряда из десяти. Но и это неплохо. Ту же заставу гномов достаточно просто захватить, если вместе с тройкой своих наиболее сильных солдат перелететь ворота. В описании предмета было сказано, что запас можно пополнить добровольно отданной пыльцой принцессы или королевы фей, вот только в моем стартовом регионе подобных юнитов не обнаружено. Даже обычные представительницы данного народа водились всего в одном месте, а именно на волшебной поляне нимфы.

— Получается, это вещица Лалы. — Задумчиво посмотрел я на анк, который так и не успел убрать далеко. Да уж, обладательница ожерелья из черепов, похоже, та еще штучка. Умеющая управлять животными и к тому же довольно жестокая. Даже родственницу — клептоманку не пожалела, судя по найденной надписи. — Интересно, чем она ответит на его возвращение? Такой артефакт, экономящий мне бойцов при каждом сражении, будет намного ценнее любого разумного количества опыта или золота.

Пересчитав своих бойцов и прикинув соотношение сил, я решил наведаться в еще одно место. Небольшой лесной хутор, располагавшийся не так уж далеко от водяной мельницы, долгое время являлся одной из любимейших точек лесных разбойников для того, чтобы сдать добычу, покутить и перевязать раны. Сейчас их успешно переманивали к себе старая и новая таверна Хью. Но по уверением пирата, старое место тоже пустовало пока не совсем. В этой точке располагался небольшой черный рынок, где один из имеющих крайне хорошие связи торговцев свободно реализовывал краденые вещи, темные артефакты и мог даже обменять захваченную в плен живую добычу на полновесное золото. Перетаскивать его к себе в замок могло не стоить свеч, поскольку подобный торговый пункт снижал репутацию среди подданных. Но оценить уже имеющийся ассортимент не совсем законных товаров мне ничего не мешало. Да и вполне законные там тоже имелись, а ту же руду стоило докупить, чтобы открылись некоторые интересные варианты в меню строительства. К тому же, судя по уверениям шастающих по лесам мутных типов с криминальными наклонностями, на полставки подрабатывающих разведчиками, в данной местности частенько ошивается один темный друид из ковена змеи. Вопрос с которым хотелось бы решить радикально, пока он какую‑нибудь новую пакость не удумал.

Охрану небольшой фактории, один в один напоминающей старую таверну Хью, составляло два десятка кочевников. Эти смуглолицые и узкоглазые степные воины, предпочитающие даже караул нести на лошадях, были одной из причин, по которым данное место не пользовалось особой популярностью. Они брали на заметку всех, кого считали достойной добычей. Вот только необходимость слушаться своего начальства в виде торговца заставляла их не трогать тех, кто приходил сюда…По крайней мере, пока те не отойдут на расстояние одного дневного перехода. И только потом, сочтя риск и выгоду приемлимыми, часть конных лучников брала выходной и вставала на след. Ну а вызвавшие их интерес персоны, если не успевали уйти достаточно далеко и быстро, рисковали почувствовать на своей шее петлю аркана или просто внезапно свалиться со стрелой в спине.

При виде достаточно крупного отряда моих бойцов стоящие у прохода за частокол кочевники насторожились и мигом свистнули своего главного. Выглядели они, кстати, достаточно колоритно. В грубых меховых и кожаных одеждах, с хлипенькими луками и короткими копьями, гнутыми саблями…Все как один стриженные практически под ноль, причем сквозь едва — едва проклюнувшуюся редкую щетину волос кое — где проглядывали очень впечатляющие шрамы. Такое чувство, что их пьяный брадобрей обработал вместо ножниц паяльником. Начальником над этими головорезами оказался тот, кого я бы никогда не представил себе в роли нелегального торговца. Хоббит. Коротышка с мохнатыми ногами, кривым шрамом поперек морды, золотыми перстнями на всех пальцах, жестоким взглядом, полуседой головой и троллем — телохранителем. Последний был раскормлен так, что напоминал скорее призового хряка, чем боевую единицу. Но шипастая железная дубина размером больше чем в половину его роста разом отбивала желание шутить над здоровяком. Такой волшебной палочкой можно сломать пополам даже энта. Которого я, кстати, с собой и не взял по причине страшной медлительности живого дерева.

— Добро пожаловать, сударь! — Расплылся в щербатой улыбке полурослик, выбравший для себя сторону зла. Ну, или больших денег. Что, в принципе, не так уж и сильно отличается. — Боюсь, вам придется оставить своих зверей у входа. У нас им просто будет тесновато. И людей тоже придется с собой не брать, да…Должен же кто‑то следить за этими замечательными медведями?

— Бесспорно. — Согласился я, демонстрируя ему кольцо игрока. Умный поймет, а с дураком долгосрочные отношения все равно иметь себе дороже. — Только пусть ваши ребятки стрелы обратно в колчан уберут. А то если кому‑нибудь тут шкурку случайно поцарапают, моя тигрица невзначай тебе голову то и откусит. По самые мохнатые пятки.

— Мфуф. — Аж содрогнулась Немесис от такой перспективы и демонстративно сплюнула. Жрать коротышку повышенной шерстистости она явно не собиралась. Чем‑то он ей не нравился. Наверное, не мылся давно.

За частоколом обнаружилось с десяток сложенных из грубо ошкуренных бревен одно и двух — этажных строений. Классическими домами являлись только три из них, а остальные скорее напоминали собой склады. Или казармы. Хотя, например, у ближайшей к нам постройки, куда вели здоровенные ворота в мой рост, на здоровенных окнах с массивными ставнями, раскрытыми по причине теплой погоды, висели белые зановесочки.

— Если б я получал золотой каждый раз, как слышу такие угрозы… — Печально вздохнул полурослик, а потом внезапно подавился воздухом. — Эээ…Спасибо.

— Да не за что. Мечты, как говорится, сбываются. — Усмехнулся я, наблюдая за тем, как хоббит проворно убирает в карман вложенную ему в руки тяжелую монетку. Если за неё мне сделают хоть один дополнительный процент скидки, то она в любом случае окупится. — Так чем можешь порадовать взыскательного клиента? Наемники, артефакты, книги знаний или интересные сведения?

— Нууу… — Задумался маленький торговец черного рынка, покачиваясь с носка на пятку. — А рабов вам случайно не треубется, ваша милость?

— Тут надо подумать. — Дополнительные подданные или бойцы мне бы не помешали. Вот только не всегда освобожденные из оков существа могут пойти на службу к своему предводителю. Те же гоблины, ну или особо фанатичные святоши из светлой фракции людей, вполне могут отказаться сотрудничать с друидом. А также могут уйти не попрощавшись и даже ударить в спину. — Посмотреть и прицениться. Много их у тебя?

— Всего одна, но какая! — Аж причмокнул губами хоббит. — Красавица, вах! Лучше любой эльфийки! И в отличии от ушастых дев не недотрога какая‑нибудь, а мастерица экзотических танцев, прекрасно знающая чем отличается платоническая любовь от реальной! Да вон она, собственно! Тренируется.

Проследив взглядом за его протянутой рукой я, наткнулся прямо на смуглый едва ли не до черноты пупок, украшенный пирсингом в виде золотого колечка с небольшим алым камнем. Выше он переходил в длинные стройные ноги, а ниже в аппетитную грудь второго размера. Лица висящей на воткнутом прямо в землю шесте вверх ногами особы различить было невозможно, поскольку его скрывала украшенная жемчугом чадра. Пока скрывала. Судя по позе данной представительницы прекрасного пола, в настоящий момент теребящей свой застегивающийся на множество крючков лифчик с прорехами для сосков, а также валяющимся вокруг основания танцевальной площадке предметам одежды, в настоящий момент вовсю шло освоение навыка под названием «Стриптиз». И я бы сказал очень успешно шло! Во всяком случае, повернуть голову обратно к хоббиту оказалось решительно невозможно.

— Аиша Аль — Джан! — С какой‑то гордостью представил девушку полурослик. Впрочем, о выражении его лица мне оставалось только догадываться, поскольку зависшая на шесте прелестница якобы впала в отчаяние от невозможности справиться с верхней деталью своей одежды и потянулась к нижней. Но мини — юбка из какой‑то полупрозрачной ткани, едва — едва прикрывающей верхнюю треть бедер, упорно противостояла натиску гравитации и изящных хрупких пальчиков. — Жемчужина гарема великого султана Назрияда…Ныне покойного. Дворец одного из властителей юга сгорел в огне вырвавшихся из преисподней демонов, но к счастью загнавшим тварей обратно смельчакам удалось спасти многие ценности…Самые разные ценности…И гибель некоторых из них стала бы воистину трагедией. Да, кстати, она джиния, как легко догадаться по её имени и облику.

Сосредоточиться на цвете кожи девушки и понять, что её смуглость близка не к черному, а к синему цвету, удалось не сразу. Только после того, как провернувшаяся вдоль шеста Аиша продемонстрировала красующуюся у неё между спиной и ягодицами татуировку в виде двух обнявшихся в страстном поцелуе суккуб и таки сбросила с себя юбку…Под которой оказалась еще одна, точно так же непостижимым образом удерживающаяся вопреки гравитации на пышных бедрах, но уже чуть меньших размеров и большей прозрачности. Достаточной, чтобы сказать, что трусики под ней спрятать бы уже не получилось. Даже стринги. Нужна ли мне в замке высококачественная проститука нечеловеческой национальности? С одной стороны, вроде как и нет. А с другой у меня рука сама чуть к кошельку не потянулась.

— Сколько? — На всякий случай уточнил я, мысленно пытаясь усмирить свои же инстинкты своей же жадностью. Увы, та похоже была в доле. И собиралась получать оплату от грядущей сделки натурой.

— Двадцать пять тысяч. — Сказал как отрезал полурослик. И, не то услышав мое удивление икание, не то увидев округлившиеся до стандартов аниме глаза, принялся пояснять. — Сам взял за двадцать три. Все накопления вложил. Думал, что шанс приобрести почти настоящую джинию бывает раз в жизни!

— Заберите её уже. — Внезапно подал голос тот, кого я до этого времени считал чем‑то вроде передвижной мебели. То есть тролль — телохранитель. Вопреки известной мне об этой расе информации, говорил он достаточно членораздельно и осмысленно. Только очень жалобным тоном. — Пожалуйста. Я уже больше не могууу!

Внутрь частокола заглянул кто‑то из моих бойцов. Увидев вострубившего параходной сиреной здоровяка, он успокаивающе махнул рукой остальным. А потом зацепился взглядом за джинию и, шагнув обратно, врезался со всего маха в створку ворот.

— Ой, здоровяк, ну хватит тебе так стонать. Я здоровая вечно молодая женщина, у меня есть свои потребности. — Мелодичным голоском, напоминающим звон маленьких серебряных колокольчиков, рассмеялась танцовщица. А потом прямо с шеста, из положения вниз головой, прыгнула в воздух и, сделав тройное сальто, встала на ноги. На расстоянии вытянутой руки от нас. В голове у меня боролись друг с другом сразу две мысли. Что с такой прокаченной акробатикой она явно может не только танцевать стриптиз, но и уходить от практически любых ударов. И что другая одежда под этой юбкой таки отсутствует. — А это, возможно, мой будущий господин? Миленький временный мохнатый хозяин, а ты уже успел объяснить ему, какие я имею личные…Особенности. И что из‑за них мое появление в его окружении может вызвать…Неприятные последствия?

Джиния, которая едва доставала мне до плеча и отличалась изрядной миниатюрностью, потрепала за щеку мечтательно зажмурившегося хоббита. А после лукаво подмигнула всем взирающим на неё мужчинам, к которым как‑то сами по себе добавилась большая часть скопившихся снаружи бойцов, выгнулась назад и встала на мостик. Ну а потом, чуть заметно напрягалась, завела оторвавшиеся от земли ноги за голову и прямо так, на руках, пошла обратно к шесту. Мои мозги, при виде того, с какой грацией изгибается это тело, выдали всего одну мысль. Но очень глубокую. «Ы!».

— Заберите! Заберите! Заберите! — Тролль упал на колени и принялся бить лбом об землю, мгновенно оставив там все углубляющуюся после каждого удара ямку. Казалось, подставь ему под массивный плоский лоб сваю и он её заколотит. — Умоляюууу!

— Так! Стоп! — Я с трудом оторвал взгляд от танцовщицы, наконец‑то принявшей нормальное вертикальное положение и начавшей одеваться. Причем, черт побери, у неё это получалось даже более сексуально, чем медленное снимание с себя всяких тряпок! Видимо более удобная поза сказывалась… — Кого вы мне втюхать пытаетесь?!

— Да если бы втюхать. — Страдальчески вздохнул полурослик, занимающейся незаконной торговлей. — Только она же не дает…Вообще никому не дает. В общем, видели у неё татуировку? Это не столько украшение, сколько знак заключенного ей когда‑то магического контракта. Обычным то ошейником этих высших духов можно только рассмешить. И южные чародеи, заклинающие джинов, нередко вынуждены оставлять тем весьма существенную свободу в определенных аспектах поведения. А жаль, искренне жаль.

— Я доплачууу! — Взвыл тролль, поднимая голову из ямки, один в один повторяющей контуры его лица. — Двести монееет! Триста монееет! Больше нетууу!

— Короче, султан Назрияд был старый. Очень. И ревнивый. До безумия. Но по — своему справедливый. Сильно. Поскольку женскую красоту с годами он меньше любить не стал, а на всех его еще и в молодости не совсем хватало, то среди его жен и наложниц последние годы начали нарастать склоки, истерики и общая неудовлетворенность создавшимся положением. Ну а великий владыка юга принялся искать решение проблемы. — Вздохнул хоббит с лицом матерого уголовника. — И нашел. Нескольких прекрасных, вечно юных и неутомимых джинний, с охотой согласившихся вместо обычного рабства заключить достаточно оригинальные кабальные магические клятвы и снимать образовавшееся в гареме напряжение. К ним султан ни капельки не ревновал, да и остальные жены и наложницы тоже остались очень довольны, поскольку на внимание их владыки новенькие претендовать не могли. Ведь скрепленный волшебными печатями договор очень жестко ограничивал Аишу и её подруг только женщинами. И заставлял их желать только их же.

— Грыня, лапочка моя, ты здесь? — Заглянула в окно ближайшего строения танцовщица, уцепившись руками за подоконник и далеко выпятив назад аппетитную пятую точку. — Грыня, не прячься! Грыня, найду хуже будет! Жестче!

— Меня тута нету! — Раздался из недр строения испуганный рев. Очень, похожий, кстати на тот, которым голосил по — прежнему бьющий поклоны тролль. — Совсема нету!

Джиния почему‑то не не поверила этому громогласному объявлению. Вместо этого она плотоядно облизнулась так, словно на полставки подрабатывала вампиршей, а потом будто змея проскользнула внутрь чьего‑то жилища. И уже спустя тридцать секунд оттуда понеслись такие женские взвизги, охи и страстные вздохи, что мог бы покраснеть даже камень.

— Великанша — полукровка. Жена моего телохранителя. — Пояснил хоббит в ответ на недоумевающе — вопросительный взгляд. — Монументальной красоты дама, пусть и с несколько пустоватыми мозгами. Сам бы за ней приударил, если бы не столь большая разница в пропорциях.

— И вы не пытались намекнуть Аише, что данный пункт её договора и султаном несколько устарел? — Я на всякий случай решил отвернуться от окна строения, в котором на секунду мелькнуло нечто большое и белое. Но глаза сами в ту сторону пытались косить. — Как собственно и весь договор?

— Разумеется, пытался. Сразу как протрезвел достаточно, чтобы понять, что за сокровище мне всучил один ушлый работорговец, пользуясь временно невменяемым состоянием случайного знакомого. Уйти от лампы, к которой его привязали правильным кабальным контрактом, ни один джинн не может. Как и самостоятельно взять её в руки. — Хмыкнул хоббит, почесывая шрам на своем лице. — Собственно я даже приказ отдать не успел, почему и цел остался. Мои подчиненные, ну те которые снаружи, решили показать наглой женщине её место и настоящих мужчин. Вот только Аиша первой показала нам целое шоу из двух пунктов. Сначала достала из воздуха две огненные сабли и продемонстрировала, как она умеет с ними танцевать. В итоге не самым слабым в мире рубакам пришлось идти искать себе новую одежду. И хорошо, что волосы у них все‑таки начали в последний месяц отрастать обратно. Но это оказались еще цветочки. Ягодки пошли, когда она обезоружив и обнажив кочевников взяла орех и вложила его себе…Ну, понятно куда.

— Хрустнуло! — Простонал тролль, на секунду прекращая свой сеанс оригинальной гимнастики, совмещённый с элементами ландшафтного дизайна. — И скорлупа упала. Маааленькими кусочкааамиии! Заберите её! Ну пажалауйстааа! Я к жене подойти третий месяц не могууу! И она ко мне тожеее!!!

— Смерти гордые сыны степей не боятся. — Вздохнул хоббит. — Да и мы, в общем‑то, тоже. Но столь ужасная гибель или, если успеют перевязать вовремя, позорная инвалидность, для нас немного чересчур. Заберите её, а? Вы же лорд, вам гарем положен. А тут такая специалистка без дела пропадает. Она уже все знает, все умеет! Массаж, педикюр, маникюр, прочие косметические штучки, замечательно готовит тысячу и одно блюдо, а кроме того помнит столько же интересных песен и историй! К тому же вы бессмертный, а значит, даже сможете использовать её по прямому назначению. Больше одного раза!

— У меня нет гарема. — Пришлось признаться мне, отгоняя подальше видение падающих на землю «маааленьких кусочков» самой ценной детали мужского организма. — И он даже не предвидится в ближайшем будущем.

— А вы заведите. — Тут же предложил барыжащий нелегальными товарами хоббит. — Гарем это такое дело, его чем раньше заведешь, тем лучше. Я знаю, мне рассказывали.

— Ладно. — Сдался я. Конечно, эта танцовщица с её, кхм, нестандартными наклонностями будет здорово отвлекать меня…Но не одного меня. Думаю, противники мужского пола на неё тоже порядочно отвлекутся. Особенно если за шест ей сойдет копье, а за пилон брошенный на землю щит. И тогда можно будет говорить о создании навыка боевого стриптиза. Но даже и без него личность, способная побрить налысо сопротивляющихся кочевников находится в верхней строчке рейтинга местных созданий. Впрочем, джины и без того засели там давно и крепко, находясь примерно на одной планке с теми же личами, паладинами и своими ближайшими родственниками — ифритами. — Я согласен заплатить за Аишу две тысячи монет.

— Двадцать пять. — Непреклонно покачал головой полурослик. — Ну, двадцать четыре семьсот, учитывая обстоятельства и готовность моего телохранителя взять на себя часть этой суммы.

— Не смешно. — Покачал головой я. — Судя по вашим словам, вы от неё страдаете так, что должны отдать бесплатно.

— Двадцать три тысячи. — Лишь чуть — чуть понизил планку хоббит. — Позволить потерять все свои сбережения я не могу. Даже если это чудовище в женском обличье вдруг сменит пол, воспылает ко мне неземной страстью и будет насиловать до смерти. Уж лучше сдохну.

— Ладно, в таком случае рекомендую запастись терпением. — У меня не было таких свободных денег. В попадавшихся за последние дни сундуках, кошельках и трофеях, за вычетом пошедшей на подкуп копейщиков суммы, нашлось лишь около семи тысяч монет. И четыре из них я уже отвел на строительство круга друидов в своем замке, а остальные планировал заплатить за пополнение. — В ближайшее время у меня вряд ли найдется золото на то, чтобы перекупить у вас такую редкую специалистку по гаремной жизни. Или хотя бы завести сам гарем, который целиком может обойтись куда дешевле, чем она одна. Во всяком случае, на первых порах.

— Я не дотерплюууу! Лопнуууу! — Снова взвыл параходной сиреной тролль, в голосе которого стал все отчетливее проскальзывать акцент. — А Грыыня повееесится! Если нааайдет где! Зааааберите её! Или нам не жыыыть!

— Да, сделайте благое дело. — Поддакнул ему полурослик, кровно заинтересованный в возвращению своих денежных средств вместо неликвидного актива в виде строптивой рабыни. — Спасите семью от гибели. А еще я вам за это рекомендательное письмо дам. Да не от меня, я то так, мелочь по большому счету. От очень уважаемых людей! Ну и нелюдей тоже, в торговых династиях расизм вообще не приветствуется. С таким документом вам на любом черном рынке скидку в пять процентов сделают. Вы же бессмертный лорд, просто представьте, какая это выгода в отдаленной перспективе будет! Купите джинию. Мы вас очень просим.

Получено задание: Спасение семейного очага.

Избавьте нечистых на руку торговцев от рабыни, которая разрушает им жизнь.

Награда: ДжинияАиша. Рекомендательное письмо. Сохранение уникальной семьи из умного тролля и красивой полувеликанши.

Срок: 7 дней.

Штраф за провал/отказ: Уничтожение черного рынка, отношения с джинами, контрабандистами, работорговцами, троллями и великанами — 10.

— Мало. Если хотите сделку, мне нужен аванс. — Решил продолжить торги я, с неудовольствием перечитывая строчки выплывшего задания. Какой идиот его так составил?! Да награда серьезная…Не знаю, чего там с этой четой гигантов, может от них в отдаленной переспективе потомство ожидается уникальное и согласное поступить на службу. Но скидка во всех торговых точках данного типа это сильно! Если бы в этой игре был реализован аукцион, то за счет оборота смог бы зашибать неплохие деньги. Но и без него перепродажа и льготная покупка имеющихся тут уникальных товаров выглядит очень завлекательно. — Я в серьезной ссоре со своим темным коллегой из ковена змеи. Поможете мне найти его — получите помощь со своей маленькой проблемой.

— Сдавать клиентов не в моих правилах. — Нахмурился хоббит. — Впрочем, напои любого из работников или охранников и узнаешь, что он приносит на продажу редкие целебные или ядовитые травы, растущие на болотах. А также зелья из них. Часто и много.

И данный тип местности в регионе не сказать, чтобы был распространенным. — Кивнул я, мысленно кляня себя за тупость. Где еще жить змеепоколоннику как не рядом с естественным ареалом обитания разного рода ползучих гадов?! Уж сделать по топи малозаметную со стороны гать до какого‑нибудь островка это классика! Даже в реальной жизни сколько человек таким образом партизанило! А уж тут маг природы и по засасывающей все и вся трясине пройдет аки посуху. Управление водой и землей у нормальных друидов с их стандартной раскачкой вынесено как раз на первый план! — Спасибо. Ждите. Постараюсь вернуться с деньгами как можно скорее. А сейчас…Что еще кроме этой джинии есть у вас на продажу?

Как оказалось, черный рынок мог предложить мне действительно немало. В продаже у хоббита, якобы разоренного покупкой своенравной и способной отстоять относительную независимость рабыни, нашлось целых пять артефактов. Флаг военноначальника, при взятии его в руке игрока увеличивающий одноименно умение на один пункт. Корона менталиста, одновременно чуть — чуть усиливающая магию разума и позволяющая получать на пять процентов больше опыта. Два кольца поднимающие сопротивление холоду и молнии. А также освященный лук с неплохими бонусами к урону нежити. Но! Вершиной этой коллекции оказалось настоящее сокровище. Книга навыка! Позволявшая изучить базовую магию земли…Которую я открыл себе давным — давно. И даже успел уже весьма солидно прокачать. Благо недавно у меня помимо каменного шипа открылось еще одно заклинание данной школы, а именно «Подчинение земли», дающее чуть ли не прямое управление любым грунтом и камнем. Да, по идее, оно было скорее ландшафтным…Вот только вряд ли кто‑нибудь из попавших в глубокую и хорошо замаскированную волчью яму или угодивших под оползень согласится с таким определением. Помимо этого работающий на полную мощность заклинательный покой также открыл мне чары передачи маны. Вот только пока я оставался единственным чародеем своего войска, толку от них имелось чуть меньше чем никакого.

Природные ресурсы на складах черного рынка, к счастью, тоже имелись. Полным набором, но по довольно высокой цене в виде пятисот монет за меру дерева или железа, полной тысячи за все остальное и аж целых двух за кристаллы. К сожалению, принять парочку последних за полторы наглый хоббит отказался наотрез. И выдал цену только в семьсот пятьдесят золотых…Гад. Чем больше с ним общаюсь, тем больше убеждаюсь, что попытка сплавить джинию есть ничто иное, как очень хитрая форма развода меня на бабки. Однако пришлось соглашаться и на его абсолютно невыгодный курс. Вернее прямой обмен кристаллов на железо, поскольку в закромах замка наметился тотальный дефицит руды. Месторождение, где её можно бы было добыть, упорно отказывалось попадаться на глаза разведчикам. Они излазили вдоль и поперек весь отведенный мне регион, и нашли лишь принадлежащую барону шахту. Расположенную в прямой видимости от его же укрепленной усадьбы, больше похожей на слегка урезанную версию полноценного рыцарского замка. Во всяком случае, стены, казармы, тренировочное плац, рынок, жилища крестьян, громадный храм, кузни и производящий баллисты осадной цех там имелись. В таких условиях наладить снабжение нужным ресурсом смогла бы разве только армия шахтеров — неведимок. Хм, если в надземной части железа нет, то может оно все в подземельях сосредоточенно? Надо бы расспросить дроу, как и чем жило её поселение. Да и вообще пусть карту родных краев нарисует, чтобы лишний раз по тем норам плутать не пришлось…

Глава 11

— Тс! — Я ухватил за шкирку Немесис и, приникнув к шее большой кошки, быстро — быстро зашептал на ухо своему необычному транспортному средству. — Ни звука! Прислушайся!

— Ниже!

— Да, госпожа.

— Еще ниже!

— Да, госпожа!

— И хватит уже звенеть своими цепями! Не видишь разве, они меня раздражают?!

— Не могу, госпожа!

— Что значит, 'Не могу'?!

— Виноват, госпожа!

Мужской голос принадлежал плененному мной рыцарю. Женский, а также комната, откуда раздавались эти крайне любопытные звуки, дроу. Морально утомленный парой суток скитаний по лесам я так спешил на встречу с мягкой кроваткой, что попросил тигрицу залезть прямо в мои покои. Ей же не трудно лишний раз на высоту второго этажа запрыгнуть…А ставни как раз были открыты, видимо я же сам и забыл закрыть, а взятые в качестве служанок крестьянки побоялись чего‑нибудь менять в покоях лорда. Вот только звуки, доносящиеся из соседних апартаментов, мигом отодвинули желание выспаться куда‑то на задний план.

— Мр? — Осторожно заметила Немесис, возбужденно шевеля ушами. Глаза у тигрицы были большими и круглыми, в них горел огонь азарта и желания познавать неведомое. — Мря?

— О, да! — Раздался полный какого‑то усталого блаженства женский выдох. — Вот так!

— Ага. Раз наш благородный воитель называет дроу госпожой, а не какой‑нибудь мерзкой темной ушастой тварью, у них уже далеко зашло. — Согласился с ней я, пытаясь отогнать подальше вставшие перед глазами образы. Тем более, от реальности они скорее всего были очень далеки. У хрупкой ведьмы банально бы не хватило выносливости на воплощение всех возникших в голове фантазий. Во всяком случае, единовременно. А вот за пару суток, прошедших с момента отлучки из замка пытающегося ей командовать друида, могла и уложиться. — Посмотрим насколько?

Переглянувшись с полосатой рыжей кошкой, мы одновременно пакостно улыбнулись и принялись красться в сторону комнаты поступившей мне на службу ведьмы. Ну, вернее Немесис старательно ступала по старому эльфийскому паркету на мягких подушечках лап, а мне оставалось только смирно сидеть в седле и лишний раз не дергаться. Достигнув двери, к слову не только не запертой, но даже и не закрытой, мы одновременно попытались туда заглянуть. Наверное, со стороны это было то еще зрелище…Транспортно — боевая тигра с горящими фонарями вместо глаз и великим любопытством на морде, а также распластавшийся по её шее друид, старающийся не закапать слюнями шерсть животного, страдают вуайеризмом. Впрочем, открывшегося нашим глазам зрелища мы даже несмотря на предварительную акустическую подготовку не ожидали.

Дроу была сверху, взмыленная как лошадь, но довольнаяяя…. Рыцарь был снизу, из элементов бронирования на себе нес только цепи и по причине их наличия упарился, похоже, еще круче темной эльфийки. А между ними висела плотная штора из темного бархата и стояла сколоченная из еще сырых веток стремянка. Моя ведьма и мой же пленник завешивали громадное, чуть не во всю внешнюю стену, окно. Предыдущий владелец замка явно любил ванны из солнечного света и любование пейзажами расстилающегося за стенами дворца парка. А может просто старался свести к минимуму подозрения в том, что занимается химерологией и потому старательно соблюдал все имеющиеся стереотипы поведения своей расы. В любом случае, для привыкшей к темноте Инконии зона комфорта начиналась как раз от отметки 'полумрак'. Она уже успела мне пару раз пожаловаться на плохие условия проживания, но не дождавшись реакции, видимо взялась устранять неудобства самостоятельно. Вернее, с помощью Калеба.

— Чего на пороге стоите? — Спросила ведьма, балансируя на верхушке шаткой конструкции. Спиной ко входу. — Заходите, раз уж пришли. И помогите заодно этому косорукому недоразумению, которое, похоже в жизни ничего кроме меча не держало! Всего один угол за полчаса прикрепить, это же ни в какие рамки не лезет!

— Как ты нас обнаружила? — Задал я вопрос, переглянувшись с Немесис. На морде тигрицы было большими буквами написано разочарование. — Магическая сигнализация?

— Острый слух. — Отмахнулась темная эльфийка, проведшая всю жизнь в подземельях. А это, как известно, развивает альтернативные зрению способы ориентирования на местности. У любой летучей мыши спросите. — Мохнатую, может и не заметила бы, но ты дышишь так, словно заболел астмой. Если действительно заболел, рекомендую покончить жизнь самоубийством. Возродиться тебе будет проще, чем найти умеющего быстро и легко лечить её целителя.

— Обойдусь. Тем более следующей нашей постройкой по плану идет круг камней, а друиды неплохие знахари. — Я соскочил с седла и пощелкал пальцами перед лицом рыцаря, заторможено смотрящего в угол между стенами. — Что ты сделала с Калебом? Заколдовала? Я же просил не применять к нему ничего такого, даже если сам будет нарываться! Он, в конце‑то концов, денег стоит!

— Контроль разума продолжительностью в пару часов еще никому не вредил. И потом, этот раб был слишком дерзок. — Отмахнулась дроу, явно не утруждавшая себя запоминанием разницы между терминами 'невольник' и 'военнопленный'. И уж точно не заморачивающаяся с соблюдением у обоих категорий хоть каких‑нибудь прав. — А у меня как раз появилось несколько хороших идей, в которых он мог быть полезен.

— Перестановка мебели? — Хмыкнул я, оглядывая помещение. Кроме голых стен и кровати в нем уже откуда‑то появились шкафы, правда, пока пустые. Лишь несколько книжных корешком сиротливо стояли среди полок. А еще выложенная какими‑то разноцветными плитками гексаграмма в углу. Откуда, интересно, ведьма взяла все это? И как расплачивалась, ведь выданных ей в качестве жалования монет было не так уж и много?

— Это в последнюю очередь. Тут бы справились и слуги, если бы я их пускала в свои личные помещения. — Инкония принялась крепить край шторы к деревянной гардине при помощи хитрой системы шнурков. — Нет, у меня имелись совсем другие цели. Во — первых, развитие магии разума. Чтобы взять под контроль сиволапого крестьянина или какую‑нибудь тупую зверюгу вроде хобгоблина особого умения не надо. Но вот человеческий воитель, обладающий сильной волей, прошедший тренировки по противодействию чарам и несущий пожизненное благословление сил, которым его посвятили, совсем другое дело. Паладин бы как цель был еще лучше, но не уверена, что смогла бы удерживать его под контролем дольше секунды или двух.

— Достойная причина. — Взглянул я на Калеба уже совсем другими глазами. Рыцарь это вам действительно не чучело с нулевым сопротивлением враждебным чарам…Наложение на него проклятий должно быстро прокачивать соответсвующие разделы магии. Впрочем, у меня пока кроме боевых заклинаний ничего нет, а ими сына барона просто убью или покалечу. Ладно, не последний он пленник. — Но, судя по твоим словам, было и что‑то еще?

— Ты собралася отдать это ничтожество родне за выкуп. И, зная сентиментальность большинства представителей светлых рас, они тебе его действительно дадут. — Хмыкнула дроу ни на секунду не прекращая работать. — Раб, перечисли еще раз, кто входит в твою семью!

— Да, госпожа! — Покорно произнес зачарованный рыцарь. — Мой отец Альфред Седьмой, мой младший брат Лугель и моя сводная сестра — бастард Анастасия.

— Стоп, ты же говорил, что у тебя порядковый номер три! — Удивился я. — Где еще двое?

Рыцарь мой вопрос проигнорировал. Видимо наложенные на его разум чары были недостаточно гибкими, чтобы слушаться еще и союзников временно подчинившей аристократа ведьмы.

— Их сожрал рой, когда людишки сдуру сунулись на его территорию нахрапом. Просто то, что они мертвы, не изменило уже сложившегося за годы порядка именования. — Вместо него ответила закончившая свою работу дроу, ловко спрыгивая со стрямянки. — Таким образом, у человеческого владетеля этих земель нет другого выхода, кроме как явиться за этим ничтожеством самому. А даже если он проявит благоразумие и поручит сунуться в опасное место с выкупом доверенному слуге, то наверняка не сможет удержаться от общения с наследником в тот момент, когда вокруг них будет вся армия барона. За освобожденным из плена будут следить и сразу оружия ему не доверят…По крайней мере до тех пор, пока его не очистят от всего постороннего перед алтарем в храме. Но можно спрятать в одежде отравленную иглу, а лучше алхимический фиал с ядовитым газом или одноразовый боевой артефакт. Еще немного практики и я таки добьюсь от сутками находящейся под моим контролем марионетки достаточного контроля, чтобы ротозеи из числа людей его не стали сходу обыскивать.

— Коварный план. — Почесал я подбородок тигрице, которая заскучала и оттого стала напрашиваться на ласку. — Ты сама его разработала? Такого уж точно тебе не приказывал.

— Мне хочется жить хорошо, долго и безопасно. А для этого нужно, чтобы у тебя было как можно меньше проблем. — Пожала плечами темная эльфийка. — И потом, кому еще отвечать в этом замке за изящные и красивые решения, приносящие одну только пользу? Не козлам же, которые ухаживают за виноградниками или лишенным рогов баранам, ежедневно нажирающимся дешевым алкоголем. Так ты одобряешь идею проявить немного…Тактической гибкости? Или больше не проявлять такой разумной инициативы?

— Лишить противника руководства это соблазнительно. Выйдет или нет, уже другой разговор. — Я хрустнул шеей, разминая уставшие плечи. Правда, идея воспользоваться столь подлым трюком мне не слишком нравилась, но на войне, как известно, все средства хороши. — Но даже при удаче остаются тогда Лугель и эта их сестра — бастард.

— С младшим отпрыском барона, которого по традиции всех людских аристократов засунули в ряды духовенства, вполне справятся убийцы. — Коварно улыбнулась дроу, явив на мгновение из под капюшона свое истинное лицо. Надо сказать, регулярная кормежка, принятие ванны и комфортные условия проживания заставили его приятно трансформироваться. Из состояния натянутой прямо на кости кожи к обычной сильной худобе. Если и с остальным её телом происходят такие же изменения, то еще пара недель и можно будет оказывать ей знаки внимания. А еще к тому же времени она, скорее всего, подрастет в уровнях и попадет под действие моего умения 'Гармония', убирающего штрафы к морали между лордом и его верными подданными. — У тебя разных душегубов целая таверна на заднем дворе стоит. Конечно, все стянувшиеся туда личности по меркам настоящих ассасинов являются позорными неудачниками, но уж вдесятером одного монаха они прикончить должны. Вызвать там его на исповедь к умирающему или еще как‑нибудь в уединенном месте подстеречь и толпой навалиться. К тому же без заложника из правящей семьи местной знати, контролирующие Рыбцы гномы мигом разорвут свой договор с людьми.

— С чего вдруг? — Нахмурился я.

— Высшие иерархи человеческой церкви, проживающие в империи, согласны терпеть некоторых нелюдей. Но считают их существами даже не второго, а тридцать третьего сорта, которых положено облагать дополнительными налогами и всячески притеснять, дабы и не думали слова сказать поперек против духовных или светских властителей из числа людей. Ну и заключенные с ними договора строго соблюдать вовсе не обязательно. — Пожала плечами темная эльфийка. — Я плохо помню подробности случившихся инцидентов, но гномы теперь представителям человеческого племени не доверяют. И за по — настоящему крупные заказы требуют деньги вперед. Ну и отказываются разворачивать полноценное военное сотрудничество с теми, кто может их подставить, а после просто отправиться в ближайшую церковь и замолить грехи. Обиды коротышки помнят долго, а смывать их соглашаются либо запредельным количеством золота, либо кровью обидчика…Или кого‑то из семьи обидчика. Без родовитого заложника под рукой бородатые не будут иметь гарантий, что следующий человеческий владыка не выгонит их из своих владений, предварительно лишив всего. И хорошо еще, если не казнит на месте как богопротивных нелюдей.

— Но сестру то старый барон точно оставит в замке. — Счел нужным заметить я. — С ней как быть?

— Человеческих девочек не учат военному ремеслу. Некоторые преодолевают запреты, но эта не из таких. — Пожала плечами дроу. — Я расспрашивала нашего пленника и узнала от него, что Анастасия чрезвычайно талантлива в торговле, умении обустроить производство, алхимии, даже логистике. Но она не боец. Воины людей, конечно, встанут на защиту родных стен и последней представительницы правящего рода. Вот только без толковых командиров их силы уменьшатся как бы не вдвое. Боевой дух упадет. А кто‑то, возможно, даже дезертирует.

— Да, это может быть… — Согласился я с дроу, припоминая бонусу от умения 'Военноначальник'. А ведь у барона оно точно есть. — Ладно, ты подумай над деталями, потом представишь свой план в письменной форме. Если хочешь, можешь его с Хью обсудить. Эта хромая зараза точно не одно успешное нападение на своем веку успешно осуществила. И еще нарисуй мне на чем‑нибудь план своего бывшего дома и его окрестностей. Пригодные для прохода войск тоннели, месторождения ресурсов, места обитания монстров…Вдруг насекомые их все‑таки не сожрали? Барон это проблема, но про рой нам тоже забывать нельзя. Ну а я пойду, посплю. Минуток шестьсот.

Осуществить амбициозные планы не получилось, но отдохнуть у меня получилось действительно неплохо. Разодрать глаза я решился только после того, как в уши ввинтился звуковой сигнал, извещающий о возможности задать новую цель в меню строительства. Сутки с момента покупки предыдущего здания уже прошли. Открыв меню, я уже почти щелкнул по иконке круга камней, но в последний момент все же остановился. Может ну их, этих друидов? Жили мы без них и еще немножечко проживем. Призраков или иных созданий, наплевательски относящихся к физическому урону, в рядах моих главных соперников за обладание территорией не будет. Ну а в паре мест, где их небольшие отряды охраняют какие‑то сокровища, вроде бы нет ничего особо ценного. К тому же у меня уже сложился серьезный перекос в сторону отрядов дистанционного боя, а вот дерущихся грудь в грудь бойцов маловато. Хотя лесные разбойники и не чистые лучники, они те самые универсалы, которые одинаково плохи во всем. Так может построить лучше казарму мечников? Или заменить стандартную пехоту людей на тех же копейщиков, обладающих меньшими показателями магического сопротивления, брони и атаки, но более дешевых и получающих неплохие бонусы в обороне?

Помучившись выбором минут пять и в итоге едва не купив гильдию рейнджеров, информацию по которой стал просматривать просто чтобы успокоить нервы, я все‑таки остановился на круге камней. В конце‑то концов, если враг успевает добежать до вас, чтобы начать рукопашную, это значит лишь о слишком малом значении огневой мощи. Да и потом, боевые, защитные и лечебные заклинания друидов должны были сократить потери среди моих бойцов и дать таки простым солдатом дорасти до ветеранов. А то сейчас у меня как ни крупная стычка, так большие потери. С привычкой терять от половины до двух третей армии с периодичностью пару раз в неделю разве много навоюешь? Ну а пока круг камней медленно выползает из земли, можно прогуляться и на болота. Туда как раз должен был дошагать медлительный энт, еще вчера получивший приказ выдвигаться. Вместе с таким деревянным танком раздавить сопротивление темного друида не должно составить особых проблем. Возможно, даже без погибших обойдется, если только колдун не припрятал в рукаве каких‑нибудь особо неприятных козырей. Главное его вообще найти, ведь он наверняка защитил свое жилище каким‑нибудь волшебством, иначе бы отправившиеся на разведку территорий разбойники о нем уже доложили…Впрочем, если есть признанная специалистка по темным искусствам, то почему бы её не использовать? Хватит дроу сидеть в безопасном тылу, слуг пугая и измываясь над единственным пленником.

— Ссвет! — Шипела дроу часом позже, пытаясь натянуть капюшон. — Ненавижу ссвет! И рано вставать тоже ненавижу!

— Ложиться надо позже. — Я бросил взгляд на стоящее почти в зените светило и без всяких часов определил, что скоро полдень. — Чем ты занималась всю ночь? Несчастного Калеба эксплуатировала?

— Да если бы. — Дроу, похоже, прекрасно поняла грубо завуалированный намек. Вот только не сочла его оскорбительным. — Наводила при помощи зубила красоту на тот камень, которым привалили дохлую титаниду. Зачем тебе потребовалось возня с этим гнилым трупом? Свалили бы его в ближайшую яму и всего делов. Или скормили твоим медведям. От мяса по — настоящему могущественных существ у живущих в моем доме рабов иногда порядочно силы прибавлялось.

— К нам не сегодня — завтра вполне может заявиться отец этой особы. — Пожал плечами я, не слишком переживая из‑за того, что темной эльфийке пришлось немного поработать. И даже потратить две меры камня и дерева на постройку маленькой аккуратной гробницы, куда поместили остатки Альфиды. За время странствий по дальним уголкам региона мне попалось по несколько десятков единиц этих ресурсов. А также каменоломня, которая начнет поставлять свою продукцию сразу же, как посланные туда кретьяне до неё доберутся. Теперь беспокоиться об нехватке двух из трех наиболее востребованных стройматериалов придется очень нескоро и лишь грабительские расценки перекупщиков не дают отнести мне половину найденного на рынок. — Знаешь, если бы он обнаружил изгрызенные кости своей дочери в ближайшем овраге, то с вероятностью процентов в девяносто попытался бы похоронить там же тебя, меня и вообще всех обитателей замка.

— Ссветлые. — Прошипела темная эльфийка, в очередной раз безуспешно пытаясь заслонить лицо ладонью от неприятно ярких для неё лучей. — Ненавижу ваше солнце! И вообще все Надземье ненавижу!

— Ну, есть же тут хоть что‑то, что тебе нравится? — Усмехнулся я. — Вино, еда…Отсутствие рядом дражайших родичей?

— Дороги. — Подумав немного, выдала довольно неожиданный результат дроу. — Они у вас тут может и не ровные, зато прямые. А у нас вечно приходилось плутать вслед за изгибами пещер. И еще тут почти нет пыли, которая вечно забивается под одежду и ужасно раздражает.

— Мря… — Согласно протянула Немесис, а потом зевнула во всю свою клыкастую пасть и уложила массивную башку ко мне на колени, чтобы было удобнее чесать её за ушами.

— Ты к хорошему не привыкай. — Сделал ей замечание я, начиная теребить мягкую шерсть. — Вообще‑то нам с тобой полагается впереди всего войска идти, а не тащиться в обозе.

— Мруф! — Не согласилась со мной тигрица, а после вытянула лапы широко в стороны так, что они свесились с краев телеги, на которой мы все втроем с комфортом и ехали. Судя по блаженной морде моего лежащего на левом боку транспортного средства, в ближайшем будущем я буду ехать на ней, а она будет ехать на ком‑нибудь еще. Ну, если это позволит игровая механика. А если нет — то дочь древней нимфы все равно как‑нибудь выкрутится, но лишний раз бить свои мягкие лапки по камням не будет!

Дорога до болота была уже прекрасно разведанной и могла считаться вполне безопасной, да и топающие впереди лучники, разбойники, копейщики и медведи могли одним своим видом желание нарываться у подавляющего большинства всех встречных и поперечных. Возможно, нам могли бы подготовить засаду твари роя или войска барона, но до резиденции и первых, и вторых было далеко. А потому у меня выдалась редкая в последнее время возможность наслаждаться ничегонеделаньем и строить дальнейшие планы.

— Ты закончила делать чертежи подземелья? — Обратился я к дроу.

— Зачем чертить, если можно просто показать? — Язвительно фыркнула темная волшебника и в воздухе перед ней мгновенно замерцал трехмерный макет, изображающий сложную систему туннелей. — Вот тут, наверху, главный вход. Здесь и вон там дополнительные отнорки, но крупная армия там не пройдет, только одиночные лазутчики. Максимум небольшие группы, не имеющие в своем составе крупных существ, обоза или какой‑нибудь осадной техники.

— А вот тут, я так понимаю, располагался раньше твой дом. — Я ткнул в самый низ иллюзорной схемы, где к потолку большой пещеры вздымались шпили зданий и почти такие же острые иглы искусственных сооружений росли им навстречу. — И там же сейчас должно располагаться логово роя.

— Все верно. — Вздохнула лишившаяся дома темная эльфийка. — Других столь удобных мест во всем нашем участке подземья нет.

— Рудная шахта, ртутный заводик, самоцветный прииск, кристальная ферма, лесопилка… — Принялся я считать месторождения ресурсов, которые также были проявлены на магической карте. — А она то с каким материалом работает?

— Древесные грибы. — Инкония опровергла закравшееся в мою голову подозрение, что данный нюанс разработчики всецело отдали на откуп условностям игровой механики. — Растут медленно и довольно капризные, но зато из их ножек при минимальной обработке получаются неплохие доски.

— Странно. Почему и вы, и барон построили свои жилища рядом с месторождениями самых нужных в повседневном быте ресурсов, то есть дерева и руды, а у эльфийского замка своего источника железа нет. — Задумался я, еще раз рассматривая иллюзию. Кстати, судя по застывшему на периферии зрения оповещению, моя карта территорий полнилась схемами подземных тоннелей. — И ладо бы он просто находился далеко, так ведь вообще его нет. В принципе!

— Мои светлые собратья изрядные белоручки. Они могли просто полениться построить шахту, ведь кто‑то в ней должен был работать. — Фыркнула дроу. — Попробуй искать не готовое строение, а подходящий для его установки выход на поверхность рудного пласта.

— Неплохая идея. — Согласился с ней я, мысленно обозвав себя идиотом. Как можно было забыть о возможности просто возвести нужную добывающую постройку, если отбить у монстров подходящую для этого точку?! Так, а попадались ли мне твари, охраняющие вроде как пустое место? Вернее, не пустое, просто на главное богатство той территории я по запарке не обратил внимания.

Война с картой и собственными воспоминаниями продолжалась вплоть до самого болота, но так никаких результатов и не принесла. Ну не было на открытой территории ни рудных шахт, ни месторождений руды. Не было! А тем временем под колесами телеги все чаще и чаще стала хлюпать вода, а идущее впереди нас войско замедлило шаг. Люди с руганью вырывали из вязкой грязи сапоги, да и животным облепивший их лапы влажный грунт явно не нравился.

— Мы пришли! — Я попытался спихнуть Немесис с телеги, но коварная кошка вцепилась когтистыми лапами в деревянные борта и слезать с чистого насеста в холодное и мокрое болото. — Так, осталось этих змеелюбов найти…И я знаю, кто нам поможет!

— Я тоже. — Дроу усмехнулась, наблюдая за моей возней с упрямящейся кошкой, а после зажгла на ладони небольшой темный огонек. — Детектор магии!

— Хм, вообще‑то я думал о царе местных гадюк. Он, как никак, абориген данной местности, змея, да и вообще создание магическое. — Я с оставил в покое большую и излишне наглую кошку и с интересом уставился на визуальный эффект неизвестного заклинания. — И ты сможешь с его помощью обнаружить логово темного друида?

Огонек разросся до сферы сантиметров двадцати в диаметре, а потом оторвался от руки темной ведьмы, взлетел в воздух и лопнул. Искры, оставшиеся от него, осели на землю маленьким облаком, оставив после себя идеальной формы выжженный круг….И в нем четко остались видны две серьезнее всего пострадавших от колдовского огня полоски, смотрящие в разные стороны словно стрелки на часах.

— Я могу обнаружить скопление магической или жизненной энергии. — Дроу с задумчивостью изучила результат собственных чар. — К сожалению, в местах насыщенных волшебством, вроде твоего замка, данные чары не работают. И точность у них слишком маленькая, чтобы ловить невидимок. Как говорят люди, плюс минус лапоть. Но общее направление они нам покажут, а дальше сориентируемся. В каком месте живет король здешних гадов?

— Там. — Я сверился с картой и показал рукой туда, куда и шла одна из выжженных чарами полос. — Значит, логово змеепоклонников в другой стороне. Оно близко?

— В пределах трех тысяч шагов. — Пожала плечами темная эльфийка. — Иначе чары бы не смогли до него достать.

Выстроившись в круг, где внешней границей служили медведи, копейщики и умеющие обращаться со своими кинжалами, топорами и дубинами разбойники, мое войско пошло строго по выверенному курсу. Конечно, в случае лобового столкновения нам бы больше подошел формат колонны или фаланги, да вот только не было у нас уверенности, что змеепоклонники не сумеют обойти непрошенных гостей с фланга. В конце‑то концов, они тут должны знать каждую тропку, каждый камешек…Вот вроде того, который преграждает нам путь.

— Плюс минус лапоть, значит? — Я с неудовольствием оглядел массивную скалу, чье основание обильно поросло рыжим мхом. Горы Серого Кряжа, с которых по всей видимости и стекала образовавшая болото вода, в этом месте выметнули вперед длинный гранитный язык. Ну или базальтовый, кто его разберет…Никогда не разбирался в геологии. — Какое точное и емкое определение. И сколько градусов могло составить отклонение?

— Ну, я точно не уверена. Мне раньше им практически не приходилось пользоваться. — Дроу неуверенно потерла лоб прямо сквозь накинутый на голову капюшон плаща. — Двадцать? Ладно, если учесть влияние погрешностей, вызванных этим проклятым солнцем, пусть будет тридцать. Ну, никак не больше сорока.

— Мря! — Вдруг высказалась из задних рядов Нимесис, а после встала на своей повозке столбиком, словно суслик. Или пытающаяся стянуть еду со стола кошка. Холодный мокрый нос тигрицы так и ходил ходуном, а в глазах мало — помалу разгоралось предвкушение крупной пакости. — Мяяя!

Осев обратно в телегу, дочь древней нимфы сжалась в комок, а после громадным прыжком, больше похожим на полет, взметнула свое мускулистое мохнатое тело в воздух. Перемахнув через всех бойцов моей армии, она врезалась головую прямо в камень…И застряла в нем до половины, отчаянно дрыгая задними лапами!

— Да ну нафиг! — Не поверил я увиденному. — Она смогла пробить башкою текстуры?!

— Это не иллюзия! — Также возмущалась очевидному — неверяотному дроу. — В иллюзиях я разбираюсь и могу развеивать их с закрытыми глазами!

Тем временем большая кошка, которой было плевать на всяческого рода тонкие материи, таки проскользнула внутрь камня…И оставила после себя здоровенную дыру с рваными краями, за которой чего‑то виднелось.

— Кинь в этот булыжник каки‑нибудь боевым заклинанием. — Лишь в последний момент я вспомнил о том, что если сам использую каменные шипы, то перезаряжаться волшебству придется долго. — Только не сильно мощным, а то Немесис зацепишь. Судя по доносящемуся оттуда задорному мяуканью, кого‑то там она уже гоняет.

Дроу, сама зашипев словно кошка, махнула в сторону скалы рукой. Огненная плеть полоснула поросший мхом бок…И вырезала из него здоровенный кусок правильной формы, имевший толщину где‑то в полсантиметра. А за ним оказалась моя тигрица, с горящими от азарта глазами катающая по отчаянно пытающийся отбиваться клубок. Судя по одежде, испуганным матюгам и валяющемуся на земле копью, передо мной находился дозорный, поставленный сторожить вход в обитель змеепоклонников.

— Вперед! — Отдал приказ я и сам первым ломанулся в проделанную дыру, пока мое ездовое средство не удрало куда подальше. — В атаку!

За фальшивой скалой обнаружилась небольшая вытянутая расщелина, где притаилось с десяток домиков, в хаотическом порядке раскиданных вокруг…Круга камней?! О, это я удачно попал! Очень удачно! Возможность нанимать в неделю три — четыре дополнительных мага природы серьезнейшим образом усилит армию! И наплевать даже на то, что жители скрытой от окружающего мира деревеньки уже выбегают из домов, сжимая в руках не дреколье, а настоящее боевое оружие. Причем как женщины, так и мужчины. А штук пять личностей в изукрашенных мехом, перьями и живыми растениями плащах среди древних обелисков кого‑то режут обсидиановыми ножами. Правда, он не орет благим матом, а истошно мычит задрав в небо все четыре оканчивающихся копытами ноги…Но жертва, пусть даже животная, однозначно нужна темным друидам для какого‑то серьезного магического действа.

— Какие хитроумные гаденыши, однако, поселились в этой дыре! — Злобно прошипела дроу, разминая пальцы, по которым сновали искры темного пламени. — Представляешь, они вырастили стенку из корней и покрыли её каменной крошкой, чтобы придать хилому заборчику вид монолитной скалы!

Зеленое окно открылось в небе прямо над кругом камней и из него вниз посыпались. Ну правильно, змеи, конечно же. Десятки извивающихся пресмыкающихся, весьма недовольных фактом того, что рожденным ползать пришлось таки полетать. К счастью, все они относились к одному и тому же виду, не слишком высоко стоящему в табели о рангах данной вселенной. Болотные гадюки имели уровень от первого до третьего и были обречены все погибнуть в столкновении с моей армией. Правда в процессе они бы неминуемо перекусали всех солдат и медведей, но даже яд не мог бы принести столь слабым монстрам победу. Единственное существо среди них, которое выглядело опасным, оказалось моим старым двухголовым знакомцем…Кстати, а может с ним удастся договориться?

— Жахни чем‑нибудь эффектным перед строем этих змеелюбов. — Приказал я дроу, пересчитывая противников. Пять друидов, три с половиной десятка ополченцев и лесных разбойников, сотни полторы гадин. Их меньше чем нас, ощутимо меньше. — Только смотри, никого не зацепи. Попробую для начала решить дело миром…Если они не идиоты, то согласятся с тем, что незачем всем дохнуть из‑за одного злобного поганца.

— А если прямо по ним, но только не убивающими заклятиями, а чарами ужаса? — Уточнила темная ведьма.

— Действуй! — Одобрил я её план, наблюдая за тем, как живая шипящая волна стремительно обтекает с боков строй людей, а лучники из числа врагов пускают в моих солдат первые стрелы. — Давай! Со всей силы!

Волна плотной словно дым от горящих покрышек темонты пошла от дроу вперед, расходясь в стороны и увеличиваясь в размерах. Остановить её друиды то ли не смогли, то ли не успели. Попавшие под воздействие магии люди бросали оружие, кричали, падали на землю, расталкивали своих же и пытались удрать…Ну а змеи просто прыгали кто куда, отчаянно шипя и кусая всех, кто под ядовитые зубы подвернется.

— Половины резерва нет. — С неудовольствием констатировала дроу. — Надеюсь, это того стоило.

— Люди и змеи, вам не зачем погибать! — Заорал во все горло я, выходя вперед своей армией и широко разводя руки в стороны. — Все мы дети природы и нет у нас нужды воевать между собой! На меня первым поднял руку один из вас, тот кто осмелился напасть на своего брата — друида! Но остальные ни в чем передо мной не виноваты и я не отдам приказ начать резню, если вы сами меня на это не вынудите! А если вы согласитесь помочь установить на этих землях господство матери — природы, то получите щедрую награду! Золотом, новыми территориями, возможностью сытно есть и никого больше не бояться!

— Ты мерзкий предатель! — Заорал мой старый знакомый, потрясая окровавленным каменным ножом и пытаясь пинками и затрещинами вбить боевой дух в испугавшихся людей. — Слова твои лживы и…Ахр!

Взметнувший из толпы царь болотных гадюк впился в шею темного друида. Одна голова потянула своими клыками мягкую плоть влево, вторая вправо и за долю секунду у человека обнажился позвоночный столб. Выжить с такой раной вряд ли бы смог даже какой‑нибудь архангел.

— Большие змеи пожирают маленьких. — Прошипела магическая рептилия, отползая от бьющегося в агонии тела. — И ты стал мелок по сравнению с конкурентами, бывший мой друг. Я увожу своих детей, а вы люди можете разбираться между собой сами. Но я хочу за это десять коров, слышишь, полуэльф Эльдар?!

— Будут тебе десять коров. — Пообещал я, отчаянно пытаясь вспомнить, почем же тут крупный скот. — Но разве ты их всех съешь?

— Вряд ли. — Честно признался царь болотных гадюк. — Зато каждую понадкусываю. И смогу всем хвастаться, что мне пожертвовали десять коров!

Ваши отношения с ковеном змеи улучшились на 10 пунктов.

Улучшились?! Не ухудшились?! Ну и дела…Вот оказывается, как завоевать популярность у темных. Побольше силы, побольше грубости и злодеи к тебе потянутся.

— Змеи это одни из немногих надземных существ, которые мне нравятся. — Подумав, сообщила дроу, наблюдая за тем, как оставшиеся без предводителя и поддержки верных союзников люди неохотно складывают на землю свое оружие. Ну, те кто его от вызванного темной магией ужаса не выронил. — Да и не только мне одной, вообще‑то. У нас их некоторые даже держали в качестве домашних любимцев вместо пауков. Подобное не поощрялось, однако же дозволялось. Такое признание многое значит. Вон, кстати, любопытная змейка к нам ползет. Больше чем уверена, она хочет первой публично признать твою власть, чтобы стать здесь главной и занять место, освободившееся после смерти лидера.

— Ты победил, мерзавец! У нас нет другого выбора, кроме как склониться перед грубой силой! Я бы предпочла умереть в бою, но на мне лежит обязательство защищать детей змеи, а потому я вынуждена смириться с твоим господством ради блага своих братьев и сестер! — Злобно зашипела на меня ошеломительно красивая черноглазая брюнетка с острыми ушками, чья расшитая мехом одежда безуспешно пыталась скрыть фигурку — песочные часы и грудь размера тридцать четвертого…Третьего или четвертого, что я! Для чистокровной эльфийки такая грудь вроде бы не должна быть характерна. Да и лицо чем‑то смахивает на человеческое. Видимо полукровка. — Но настанет день и ты точно также оступишься, как и мой учитель! Мне хватит терпения, чтобы дождаться этого момента и толкнуть! И тогда змеи вцепятся в твое тело своими клыками и сожрут тебя!

— Ну, предсказание будущего никогда не числилось среди талантов моего народа. — Развела руками дроу. — А еще она дура. Ну кто ж о своих намерениях прямо в лицо заявляет?

Глава 12

Астрологи объявили неделю лесных гоблинов! В каждом подходящем местью под сенью деревьев появится небольшая шайка зеленых поганцев, которые постараются слиться в одну большую орду и устроить полноценный набег! Защищайте свои владения или воспользуйтесь удобным случаем, чтобы напасть на чужие!

Какая еще неделя?! С момента моего вынужденного переселения в эту игру прошло…А сколько уже прошло то? Дней девять? Или все десять? А в неделе их должно быть всего семь! С какого вдруг сейчас — и новая неделя?! Те самые баги, которые отпугнули от земель меча и магии многих игроков?

— Ну, по крайней мере, не чума. — Решил я, перечитывая еще раз сообщение, обрадовавшее меня сразу после пробуждения. Если бы неделя посовещалась каким‑то лютикам — цветочкам, то и никаких бонусов или проблем с собой бы не несла. Но эта была не из таких…А ведь мы как раз в лесу! Той местности, где и будут массово конденсироваться из цифрового кода лесные гоблины. — Хорошо, что у меня уже есть стены. И много лучников. Против мелюзги, пусть даже в больших количествах, этого должно хватить. Сами они ворота в жизни не выбьют, а огры с дубинами или орки с таранами ведь вместе с ними появиться не должны. Вроде как. Полным составом их армия может заявиться если только в какую‑нибудь неделю Великой Зеленой Орды…

Успокоив себя таким нехитрым образом, я отправился во двор своего замка. Отстроившийся вчера круг камней давал мне возможность нанять три — четыре друида…А еще золото можно было потратить на обитателей таверны или логова разбойников. Вместе с началом новой недели туда также мог заявиться кто‑нибудь нужный. К счастью, золотых монет в кармане хватало. Занимающиеся грабежами не первый год змеепоклонники скопили в своих закромах почти четыре тысячи монет. И даже держали их не под алтарем, осквернение которого могло аукнуться друиду профессиональными неприятностями, а в доме погибшего колдуна. В двух массивных тяжелых сундуках, лишь немного недотягивающих до звания деревянных сейфов. Ох и шипела та злобная полуэльфийка, когда мои солдаты общак их банды нашли…Кстати, кто это там так шумит на воротах?

— Не пущу! — Упорно стоял на своем Фрол, перегораживая проход в деревянном частоколе своей алебардой. Интересно, где он её достал? Кузницы то у нас до сих пор нет. Для её постройки руда нужна, а она у меня и так в дефиците. За единственным на все владение и потому единственным стражником находилась повозка, запряженная усталой белой клячей. Животина дышало как загнанная лошадь, коей она впрочем и являлась, а на телеге вовсю громоздились какие‑то узлы, тюки, клетки с птицей…К её заднему борту была прицеплена веревкой тощая коза, сейчас целеустремленно гложущая итак уже изжеванную пеньку.

— Да ты пойми, нам же денег не надо! — Настаивала на своем дородная матрона лет тридцати пяти, попирая бравого стражника грудью. И надо сказать, это было более чем достойное оружие! Практически двойной биологический кистень! Какого‑нибудь карлика или хоббита таким бюстом можно было бы не зашибить, так удушить. Все остальное, впрочем, тоже соответствовало пропорциям среднего гренадера. Да уж, такая баба действительно коня на скаку остановит и горящую избу по бревнышкам разметает. Особенно если её придется спасать две детские мордашки, которые высовываются из‑за борта телеги. — Я тебе сам дам! Монет пару — тройку, али еще чего…

— Не пущу. — Бывший лесной разбойник, опять вставший на стезю стража закона, упорно стоял на своем. — Хотите пойти под руку его светлости, лорда Эльдара — милости просим. Подъемные выдам лично. Желаете поторговать на нашем рынке — уплатите подорожную с ввозимых и вывозимых товаров. Но просто так пускать за стены — не велено! А личные вещи потому и личные, что их носят на себе! В крайнем случае, в руках! Но уж никак не возят туда — сюда телегами!

— Из‑за чего шум? — Поинтересовался я, подходя к воротам.

— Да вот, заявились…Беженцы. — Неопределенно покрутил рукой Фрол и едва не выронил свою алебарду. — Хотят отсидеться у нас за стенами, пока по округе гоблины бродят.

— Не дайте пропасть, ваша милость! — Женщина умолюяще сложила руки на груди и как бы невзначай постаралась сделать еще шаг вперед, выпихивая стражника с прохода. — Этих зеленухи поганые уже чуть ли не под каждым кустом сидят, а у меня детки малые!

— Под защиту стен они хотят. — Продолжил Фрол, не слишком‑то вежливо наступая даме на ногу и толкая её плечом обратно. — А вашу власть признавать ни в какую не согласны. Оно бы ладно, в конце‑то концов для гостей у нас всегда двери открыты…Но если эти гости с собой тащут целый воз вещей, то пусть платят налог подорожный за телегу с товаром. Я так думаю.

— Правильно думаешь. — У меня не было причин спорить со своим верным стражником. Если гоблины заставят рассыпавшийся по лесам вольный народ стечься в мой замок — это будет прекрасно. И просто так отпускать людей и нелюдей после исчезновения угрозы у меня нет никакого желания. Либо пусть становятся подданными и платят по чуть — чуть, но регулярно, либо вносят одноразовый платеж виде подорожной пошлины. — Объявляю благодарность. Так держать!

— Рады стараться, ваше сиятельство! — Браво гаркнул Фрол, молодцевато вытягиваясь во фрунт.

— Ублюдочный полукровка! — Прошипела себе под нос совсем тихо женщина, но судя по перекосившемуся лицу стражника, он это услышал. Да и я тоже. Вот не знаю, пройдет или нет минус к репутации, если спустить данный поступок на тормозах, но у меня в любом случае нет желания это делать.

— Сию корову в замок не пускать, пока в зоне прямой видимости не появятся гоблины. — Распорядился я. И, видя как злобная гримаса на лице вздорной бабы сменяется откровенным испугом, решил все же чуть смягчить её наказание. — Во всяком случае, с вещами. Хочет прятаться за спинами моих воинов, пусть бросает пожитки за воротами. Авось подберет кто другой, более достойный.

— Смилуйтесь! — Заорала женщина, но я её уже не слушал. Если не умеет контролировать свой язык — то сама виновата. Теперь пусть разворачивает телегу и едет куда‑нибудь под защиту барона или в те же Рыбцы…Или соблазняет таки моего единственного стражника прямо на рабочем месте. Собой или деньгами — это уж как ей будет удобнее. Главное, что другие глядя на неё поостерегутся делать глупости. Мда, вот и стал я уже почти настоящим феодалом. Во всяком случае, барские замашки уже откровенно проскальзывают.

Развернувшийся прямо перед парадным входом во дворец круг древних монолитов сильно напоминал какой‑то японский сад камней. Во всяком случае, увидеть одновременно все до единого куски скал у меня упорно не получалось. Одни глыбы заслоняли другие и отбрасывали тень на третьи…А из‑за четвертых вышло четверка, которую я приобрел через открывшее меню найма.

— Приветствуем тебя, собрат. — Слегка наклонил голову, обозначая поклон, идущий первым мужчина лет эдак сорока пяти — пятидесяти, при ходьбе опирающийся на массивный покрытый резьбой деревянный посох. Ну да, друиды — люди молодыми бывают редко, все‑таки постижение тайн природы процесс не быстрый. Вот выбрал бы себе одной из рас эльфов и пришли бы ко мне какие‑нибудь остроухие красавчики, несмотря на десятки лет изучения растений и животных сохранившие молодой облик. — Рад, что в мире появилось еще одно место, где подобные нам могут чувствовать себя комфортно. И если честно удивлен, что мы тут не первые.

Проследив за его взглядом я наткнулся на девушку, возглавлявшую змеепоклонников. Из завоеванной деревушки мне пришлось выгрести всех, кого можно и нельзя, дабы не оставлять в удаленном поселении склонные к бунту народные массы. В результате в скрытом от посторонних глаз ущелье теперь живут только старики, женщины и дети, да один маг природы, которому теперь придется поддерживать маскировку на входе и исполнять все другие мужские обязанности. Держи друзей близко, а врагов еще ближе…Как‑то так.

— Не особо доверяйте нашим темным коллегам из ковена змеи. — Предостерег я мужчину, поискав у него знаки принадлежности к той или иной фракции магов природы и не найдя их. Значит, независимый, подобно мне. Интересно, а если приму сторону ордена волка или там медведя, ко мне будут каждую неделю являться представители именно этих школ? — Они склонны кусать чужую руку, даже если она протянута к ним в дружеском приветствии. Что вы умеете?

— Чуть — чуть заговоров на все случаи жизни, которые пригодятся в быту, но слишком медлительны для битв, да капельку боевой магии в виде обычных энергетических стрел и начальных заклятий стихии земли. — Пожал плечами друид. — Чтобы мы могли больше, надо круг камней превратить в настоящее святилище природы. Возвести жертвенник для проведения обрядов и ритуалов. Воткнуть тотемы дружественных духов, если они есть. Создать хранилище фолиантов, теплицу для магических растений, мастерскую алхимика…

— Понятно. — Остановил его я, проглядывая характеристики своих новых бойцов. Здоровья чуть больше чем у мечников, что совсем не плохо. Ну а полное отсутствие брони бойцам поддержки вроде как мешать и не должно. К тому же они знают заклинания каменного шипа, каменной кожи и управления почвой. Хе, а я оказывается со своими взятыми навыками успешно прошел курс молодого друида! — Все будет. Но не сразу. А вы можете выкопать магией ров перед стеной, стоя на самой этой стене?

— Да вроде должны справиться. — Неуверенно пожал плечами мой собеседник. — Только он сухой получится, ключей подземных в этом месте я не чую. А вывести их из глубин — задача для поистине великого друида.

— Пусть будет сухой, главное чтобы глубокий. — Усмехнулся я., представив, как выбежавшие из лесу гоблину несутся к стенам…И с размаху летят вниз головой в глубокую яму. Подохнут, конечно, он такого они вряд ли, но прыти им подобное укрепление серьезно поубавит. — Приступайте. И наших темных братьев из ковена змеи тоже к работе привлеките. Только без фанатизма, нам еще через часок в поход придется выступить вместе со всем войском. А сейчас просто границы для него наметьте.

Час мне требовался на то, чтобы оббежать все свое хозяйство и посмотреть, а не прибавилось ли там кого в связи с объявлением начала новой недели. Нет ли у подданных жалоб, пожеланий, просьб…Последние в случае своего выполнения несли мне опыт, а жителям моего замка плюсы к каким‑либо характеристикам. Но больше всего на свете я мечтал встретить забредшего в таверну на кружку пива эконома. Ох, как мне нужен нормальный специалист по ведению хозяйства! Впрочем, толковый генерал, которого можно бы было направлять вместе с частью армии на самостоятельное выполнение несложных заданий и тем освободить себе немного свободного времени, тоже подойдет.

— Привет, Хью. — Поздоровался я со старым пиратом, вваливаясь в его таверну. Внутри в связи с ранним утром было пусто…Практически. Только за одним из угловых столов лежала мордами в остатки закуси парочка замотанных в темные тряпки личностей. Вампиры, что ли? Или дроу? Иначе чего они так свои морду от солнца прячут? — Есть что новенькое?

— Вино на луговых травах. — С готовностью достал из под прилавка оплетенную ивовыми ветками пузатую бутыль хозяин заведения. — На вкус так себе, зато крепость солидная и отрыжка получается едва ли не духами. Если захочешь напоить и поиметь какую‑то девицу, то рекомендую.

— Да где ж их взять, девиц этих… — Вздохнул я, перебрав в уме женское население моего замка. — Ладно, повременим пока с соблазнениями. А насчет людей как?

— Людей нет. — Горестно развел руками трактирщик, но затем улыбнулся хитро мне подмигнул. — Но есть мутанты. Вон, видишь? Ажно двое ведьмаков, в салатах спит! Половина выпуска какой‑то ихней ведьмачьей школы, который пережил финальные испытания и был выпихнут на днях в самостоятельную жизнь! Кстати, денег у них нет. Больше нет. Все у меня спустили. Впрочем, там этого всего и нашлось то лишь на самый дешевый самогон…Но мечи закладывать отказались наотрез, правильные видно парни.

— Удачно. — Только и смог сказать я, оглядывая потенциальных наемников. А то, что эти двое решат немного потусоваться в моем войске, было уже практически предопределенно. Без денег им особо некуда идти, к тому же при определенном развитии замка, мои друиды и сами начнут составлять из трав и грибов мутагенные зелья, которыми станут потчевать выкупленных, забранных или просто украденных у родителей детей. И выжившие из этих несчастным сами станут мутантами, намного превосходящими обычных человеческих воителей. А представители одной фракции друг с другом уживаются лучше всего, у нас по крайней мере взаимных штрафов к морали не будет. — Вот тебе сорок золотых. В кратчайшие сроки протрезвить, умыть, предложить поработать на меня и расписать чудесные перспективы…Ну да ты основные принципы вербовки лучше меня небось понимаешь.

— Скольких честных моряков я подбил на вольный морской промысел… — Ностальгически улыбнулся старый пират. — Только учти, эти ребята все как один себе на уме. И задешево в принципе работать не соглашаются. Мы уже провели предварительные переговоры…За пятым кувшинчиком первача. Так вот, меньше чем за полсотни золотых в неделю ни один из них служить кому‑то не согласен. И контракты на убийство чудовищ, если они будут, оплачиваются заказчиком отдельно.

— Пусть так. — Не стал я оспаривать цену найма высокоранговых юнитов. По боевой мощи ведьмаки котировались на уровне человеческих рыцарей. Вот только в отличии от благородных воителей неплохо себя чувствовали не на ровной поверхности и в седле, а показывали мастер — класс при драках в подземельях, лесах, болотах и тесных коридорах. И еще не брезговали пользоваться ядами, ловушками и примитивной магией уровня примерно младшего ученика не особо умного шамана. Правда, каждый из них был скорее бойцом — одиночкой и не особо умел сражаться в строю…Ну да у всех свои слабости, а громадной армии с плотными рядами солдат у меня пока еще и нет. — Приводи их в себя потихонечку. Выступаем через час…Нет, уже через сорок пять минут.

— Постой. — Остановил меня Хью, когда я уже собирался развернуться и покинуть логово разбойников. — Слышал, ты напряженно искал месторождения железа? И так и не нашел его.

— Ну, было дело. — У меня едва получилось сохранить равнодушный внешне вид. А то если выкажу свою явную заинтересованность, обдерет меня этот морской кровопийца на пенсии словно липку. — А ты можешь чем‑нибудь помочь?

— Половина трофеев мои. — Протер тряпкой сомнительной чистоты одну из глиняных кружек Хью. — И половина добываемого ресурса тоже.

— Ну это ты загнул! — Только и смог сказать я. — Трофеи то фиг с ними…Но куда ты будешь девать руду?

— Продам тебе по тройной цене, куда ж еще? — Пожал плечами трактирщик, который где‑то в глубине своей пиратской души явно был еще и евреем! — Ладно, не хмурься…Обойдусь и без лишней нервотрепки. Но тогда мне полагается тысяча монет за наводку.

— Если она будет стоить того. — С трудом задавил я свою жадность, бросив взгляд на кошелек. Пока деньги в нем еще были…Пока.

— Ты никогда не думал, откуда взялись здесь те гномы, которые сейчас поставили заставу в горах? — Начал издалека старый пират. — Так вот, я могу тебе сказать. До договора с бароном они потихоньку и не совсем легально разрабатывали на его земле шахту. Но не надземную. Подземную. Просто не соединенную больше ни с одной пещерой и потому неизвестную той дроу, которая прячется под личиной полугоблинши. Да, не делай такие глаза, я её давно раскусил. Все‑таки темные эльфы в моей жизни были одними из самых лучших скупщиков, которые никогда не задавали никаких глупых вопросов о происхождении товаров.

— Что там с гномами. — Вернул я ударившегося в воспоминания пирата на прежнее русло.

— Да ничего. После того как они занялись куда более ценным ресурсом в виде серы, причем совершенно легально, месторождение железа оказалось бородатым особо не нужно. — Пожал плечами Хью. — Просто так его, ясное дело, не бросили. Пусть расположенный в дальних далях и на землях людей, но все‑таки бизнес. Теперь там трудятся те, кто в их обществе считается вторым сортом. Молодежь, мелкие преступники, смутьяны…Раз в пару недель они выбираются из своей кромешной дыры и тайными тропами доставляют все добытое железо к заставе. Вот только караван нагруженных вьюками коротышек уже почти полмесяца как местным контрабандистам на глаза не попадался.

— Значит, у них могло скопиться немало готового продукта. — Кивнул его мыслям я. — Где эта тайна шахта?

— Сначала деньги. — Требовательно протянул руку старый пират. — И помни, половину железа отдашь мне.

— Договорились. — Буркнул я. — Координаты давай!

— Да какие там координаты? — Фыркнул Хью. — Деревню Ельцы знаешь? Ну, одна из тех, что барону принадлежит? Так вот, кроме знатной вырубки, там есть еще и одинокая скала. Единственная на день пути в любую сторону. Вход в пещеру находится с северной стороны, чтобы увидеть его надо подняться прямо на верхушку скалы и посмотреть вниз. Иначе никак не найти, не иначе коротышки какую‑то магию свою тайную применили.

Дизайнеры этой локации — козлы. И это не оскорбление, а научно доказанный факт. Мне чтобы до месторождения железа добраться целый квест выполнить придется! Вот больше чем уверен, забраться на эту самую вершину будет не легче, чем свистнуть из башни заточенную там принцессу. А еще эта скала, которая отображена на карте, находится к усадьбе барона ближе, чем к моему замку. Намного ближе. Может, тот кто растыкивал по карте локации отвлекся и перепутал местами усадьбу местного феодала с замком игрока? Иначе, с какого перепуга ему вообще дали столько ресурсов, а?! Это же нечестно!

Бурча себе под нос разные проклятия в адрес косоруких игроделов, которыми были просто обязаны покрыться лишаем и коростой, я вышел из заведения Хью и направился к обычной таверне. Увы, уравновешивая крайне выгодное предложение от дополнительного строения, моя штатная постройка ничем не смогла порадовать. Ну, кроме регулярно капающих с неё налогов. Сейчас там пьяно икали прокисшим пивом десяток импов, которых непонятно как смог протащить с собой хмуро ковыряющийся в жаренной курице тифлинг — демонолог. А еше в углу тихонько сидела подозрительно худая личность в темном плаще, полирующая сделанный из чьего‑то позвоночника посох. Нет, такого счастья мне даром не надо! Штрафы к морали за найм нежити или существ преисподней заставят местное население не стекаться понемногу в замок, а тихой сапой делать ноги из него подальше и уходить в партизаны!

Следующим моим действием в соответствии с законами логики стал прием пополнения в войска. К счастью, можно было не бегать между строениями и нанимать отдельно каждую группу существ, а уйти к сердцу замка и там использовать специальную техническое закладку, по прихоти разработчиков оформленную как отдельные и бесплатные чары в книге заклинаний. Казана показала дно, исчерпавшись чуть менее чем полностью, в моем кошельке осталось жалких семьсот сорок пять монет. Но зато в поход я теперь мог повести два с половиной десятка людских лучников, восемнадцать разбойников, дюжину копейщиков, двенадцать медведей, девять медуз и семь друидов. А охранять мой дом от возможного нашествия зеленой мелочи оставалось полтора десятка оставленных на хозяйственных работах сатиров и аж пятьдесят крестьян, ради защиты своего дома без малейших колебаний берущих в руки оружие и становящихся ополченцами. А их не слишком высокую боевую мощь поддержат два ходячих танка — энта и плюющиеся едкой кислотой слизни количеством восемь штук…Стоп, откуда взялся прирост этих существ?! Для них же было построено вообще никаких строений!

Расследование показало, что хищные комки протоплазмы, которых я вытряхнул из мешка да как‑то и подзабыл, в моем замке освоились на все сто процентов. Они затекли в дальний уголок оставшихся от эльфов подземелий и после захода солнца выбирались на прогулку за пропитанием. Текучие всеядные монстирки даже не клянчили себе хлеба и мяса. Им вполне хватало и тех объедков, которые более привередливые существа выкидывали в помойную яму. Кстати, часть неорганического мусора оттуда тоже пропадала. А еще их вроде бы видели выползающими из установленного на отшибе туалета…В общем, содержимым их меню мне ради своего душевного спокойствия интересоваться не стоило, но получившиеся условия для слизней оказались достаточно комфортны, чтобы они начали потихоньку размножаться. Скорее всего, делением. Взять на заметку, когда их станет больше, следует взять часть ядовитых созданий в бой. А то расплодятся на дармовых харчах, перестанет им хватать ненужного мусора и начнут по ночам у меня растворяться заживо невезучие подданные.

— Собирайся. — Я стукнул в двери аппартаментов дроу. — У нас назревает маленькая подземная война!

— Ты собрался отбить у роя подземелья? — Мгновенно возникла на пороге темная эльфийка в своем камуфляже. — Я могу показать несколько мест, где мои сородичи держали свои сокровища. Магические артефакты, зелья, яды, редкие материалы… Вряд ли насекомые утащили в свое логово их все. Рядовые особи слишком тупы и уверенно опознают лишь золото, серебро и нужные для строительства их улья ресурсы, а офицеров мало и они обычно слишком крупные, чтобы пролезть в чье‑нибудь жилище. Вот только хватит ли у нас сил для такого рейда?

— Пока задача перед нами стоит не столь глобальная. Мы будем лишь выкуривать гномов из скрытой шахты. — Я нахмурился чувствуя, что упускаю какую‑то деталь….Весьма неприятную, раз вспоминать её не хочется. Ах да! Расправа с бароном и всей его семьей. — Кстати, ты уже подготовила план покушения?

— Разумеется, мой лорд. — Дроу протянула мне небольшой листок бумаги, густо исписанный мелким убористым подчерком. — Вот он. Вариант второй, исправленный. Первый то я рефлекторно на темном эльфийском написала….А жители поверхности знают его редко.

— Хорошо. — Я пробежался глазами по ровным и слегка витиеватым первым строчкам, а после не глядя убрал документ в инвентарь. Потом почитаю, например по дороге к нужной скале. — А как вообще вы обычно воюете с этими бородатыми? Коротышки, конечно, ростом не вышли, но их выносливость и сила может доставить множество проблем. Не говоря уж о технических достижениях.

— Обстрел отравленным оружием с безопасной дистанции, тактика ударил — убежал, ну и боевая магия конечно. — Ведьма сложила руки за спиной. — Последняя особенно эффективна, если применять их не к самим гномам, а к их окружению. Поджигать горючие жидкости и взрывающиеся порошки, размягчать твердь под ногами их солдат, закованных в тяжелую броню, заставлять обрушиться свод пещер и разделить отряд бородатых на отдельные части, чтобы перебить их поодиночке.

Логично. Учитывая природную сопротивляемость данной расы к магии, великим чернокнижникам и могучим архимагам при встрече с отрядом подгорных воителей лучше предпринять стратегическое отступление. Телепортом. Ну или натравить на сопротивляющихся боевой магии бородачей сонмы своих прислужников, умеющих наносить чисто физический урон.

— Но если они где‑то хорошо укрепились, то мы предпочитаем просто не связываться. Или подождать, пока они высунутся наружу. — Продолжала свою лекцию о подземных воинах дроу. — Слишком много ловушек эти уродливые туннельные крысы ставят в своих домах и городах. Разрушить последний и разграбить останки куда легче, чем взять штурмом. Обычно для этого великие жрицы совершают грандиозное жертвоприношение и призвав её милость устраивают грандиозный катаклизм. Землетрясение, пробуждение вулкана, громадное облако едкого яда, от которого они заранее приняли антидот. Думаю, такая тактика подойдет и при борьбе с логовом роя.

— Гектакомбу устраивать не дам. — Покачал головой я, даже не желая думать о том, какой штраф к морали подобное действие принесет моим подданным. Правда темные друиды вроде резали какого‑то бычка в своем круге камней без особого возмущения со стороны окружающих. — Хотя, если для неё сгодятся животные, например те же коровы…

— Пфф! — Сморщилась дроу так, что это было видно даже сквозь капюшон. — Да любое нормальное высшее существо оскорбится такой жертвой!

— Ну, значит, и без неё прекрасно обойдутся эти твои высшие существа. — Пожал плечами я, а после развернулся и спустился во двор замка.

Первых лесных гоблинов мы встретили уже через триста метров после выхода из ворот замка. Полтора десятка зеленых уродливых остроухих, остроносых и острозубых гуманоидов, ростом нормальному человеку максимум по пояс, расселись прямо посреди дороги. Увидев, как к ним с добрыми и ласковыми лицами приближается толпа вооруженных существ, а впереди неё широко улыбающаяся тигра несет прямо к ним уже предвкушающего энное количество единиц опыта друида, мобы проявили несвойственную их расе сообразительность. Они прыскнули в разные стороны, чего‑то громко вопя и для лучшей скорости побросав свои копья. Впрочем, за редким исключением данное оружие подходило скорее под категорию 'палки'. Не всегда даже заостренные.

— Хм, может, догоним? — Осведомился я у Немесис. Большая кошка понюхала их следы, скривилась и посмотрела на меня так, что сразу стало понятно, данная добыча ей не интересна. Она уж лучше мышей пойдет по амбарам ловить. Те может и мельче, но зато уж точно чище. А трусливы они одинаково.

Вторая группа гоблинов встретилась нам практически сразу же после первой. И была она больше…Поскольку четырех беглецов, припустивших не в кусты, а дальше по дороге, поймали их сородичи. И теперь одни зеленые тварюшки старательно лупцевали других, причем под громкие крики 'Шпиона!'. Впрочем, увидев мою армию, эта шайка тоже враз передумала заниматься контрразведывательной деятельностью и самоликвидировалась. Но часть её представителей я увидел еще раз. В числе тех, кто вошел в третью гоблинскую банду. Этот отряд, насчитывающий два десятка тупых и глупых, но очень прожорливых монстриков с тягой к человеческому мясу, уже не стал отступать при виде меня и неспешно ступающей по утоптанной земле Немесис. Чтобы пасть духом и рассыпаться в разные стороны ему потребовалось полюбоваться на подтягивающихся к нам медведей.

— Мы погнали волну и численность встречных отрядов идет по нарастающей. — Задумчиво пробормотал я, уловив в поведении тварей определенную тенденцию. — Интересно, в каком количестве им нужно собраться, чтобы решиться атаковать?

Увы, ответ на этот вопрос так и остался нерешенным. Когда численность убегающих от моего отряда по дороге зеленух превысила сотню рыл, процесс стал самоподдерживающимся. Не имеющие естественных центров кристаллизации в виде вождей или шаманов гоблины видели большую толпу своих собратьев, спешно от кого‑то ковыляющих и сами бросались наутек. Постепенно часть тварюшек уставала, сбавляла шаг, оттягивалась в хвост и видела…Мою армию, которая все так же шла по дороге. Благо они соединяли между собой все деревни, а нужная нам скала располагалась рядом с одной из них. Картина медведей, медуз, разбойников лучников и друидов с одной стороны, а также зрелище спин успевших удрать дальше сородичей с другой стороны, вливало новые силы в уродливых коротышек. И они с паническими воплями мчались дальше, расталкивая соплеменников и убеждая тех, что сзади есть нечто действительно страшное. И оно не отстает. Даже не знаю, сколько гоблинов к концу путешествия нам удалось собрать. Несколько сотен? Больше? Грунтовая дорога была утоптанна стадом улепетывающих монстриков до состояния, больше подобающего асфальту.

— Стоп! — Я едва успел остановить свое войско, когда в поле зрения оказалась возвышающаяся над лесом гора, а от дороги в её строну стала отходить маленькая едва заметная тропка…Интересно, её гномы — контрабандисты вытоптали? Или те из местных крестьян, кто приносит им жратву и пиво? Вот не поверю, чтобы люди о таких соседях не знали. Скорее у них маленький взимовыгодный бизнес, налаженный тайком от барона. А может и не тайкогм. Просто местный феодал подумал и решил, что отбирать шахту у коротышек особого смысла нет. Его подданные все равно под землей достаточно эффективное производство вряд ли наладить сумеют, да и дефицита руды он вроде бы не испытывает. — Поворот налево! Движемся к горе, ищем пути, ведущие вверх! А также все, что хоть отдаленно похоже на шахтера…Вдруг выглянут посмотреть, кто это у них тут над головами топчется?

Увы, гномы — горняки из своей надежно укрытой берлоги вылезать отказались наотрез. Видимо здраво рассудили, что такое орда людей, нелюдей и зверей сюда заявилась не в ладушки с ними поиграть. А найти их подземное убежище вот так вот с ходу не получилось. Как и взобраться на вершину скалы, откуда якобы должен стать виден вход. Первые метров триста вверх было подниматься достаточно легко, а вот потом склон стал подозрительно ровным, гладким и вертикальным. Будто его кто‑то обтесал, а после не слишком старательно придал сколам вид обычного природного камня. Хорошо хоть прямое управление почвой могло действовать не только на плодородный грунт, но и на подобный монолит. По очереди я и каждый из друидов выдвигали из земной плоти язык ступеньки, а после уступали дорогу следующему чародею и ждали, когда пройдет откат заклинания и восстановится количество доступной маны. Путь к вершине занял у нас почти три часа, во время которых оставшиеся не у дел войска слонялись по округе и маялись дурью. В том числе и в прямом смысле. Во всяком случае, дым, который исходил от запаливших небольшой костерок хихикающих разбойников, был странно сладковат. Да и медведи от него стали вести себя странно…Половина мохнатых принялась ломать молодые деревья, показывая собственную молодецкую удаль, а вторая принялась ластиться к медузам, чтобы те расчесали их шерсть. Полуженщины, кстати, особо возражать и не стали. И даже откуда‑то достали массивные деревянные расчески с редкими зубьями, между которыми встречалась застрявшая там змеиная чешуя.

С трудом наведя порядок среди своих солдат и загасив огонь, куда в качестве топлива бросили в том числе и некоторое количество стеблей дикой конопли, я все‑таки взобрался на вершину…И начал ругаться, ошарашенный открывающемся оттуда видом. Во — первых, панорама тут была действительно шикарная. Лес был как на ладони…И все другое, расположенное на расстоянии ближе десятка километров, тоже. Покосившаяся хижина, на крылечке которой курила длинную трубку пожилая дама в классических ведьминых лохмотьях, поглаживая черного кота. Десятка полтора обряженных в ржавые доспехи мертвых воинов, словно статуи неподвижно стоящих у прямоугольно обелиска, вроде бы дающего тысячу единиц опыта. Сундук с золотом, подложенный под голову на манер подушки одноглазому великану — циклопу. Лесопилка, где работали деревенские жители. Сама деревня Ельцы, в настоящий момент просто захлестнутая бурлящим зеленым морем гоблинов, каким‑то чудом обваливших часть окружающего её частокола. Её жители, которых прямо на улице разделывают остриями копий, каменными ножами и трофейным оружием. Последний оплот сопротивления людей — затворивший свои двери храм, в двери которого неравномерно стучит громадное бревно, с трудом удерживаемое несколькими десятками мелких монстриков. Большой котел, выволоченный на площадь перед культовым сооружением. Изукрашенная перьями и связками побрякушек шаманистая личность, по одному запихивающая в недра емкости детей, удерживаемых его помощниками. Дрова, которые никак не могут поджечь бестолково суетящиеся гоблины. И караван гномов, спешно драпающих по дороге прочь от этой горы. Верхами драпающих. Три десятка бородатых коротышек оседлали как раз подходящих им по росту пони, да еще и впрягли их в телеги. А на оных телегах лежали металлические слитки, кузнечные инструменты, шахтерские каски и прочее имущество горняков. Видимо они увидев мою армию решили не рисковать и свернули свое производство целиком и полностью. И пока мы упорно взбирались на вершину, вышли через свой главный вход прямо к дороге. Сейчас, с высоты, мне отлично видно небольшой овражек, в котором натоптана едва ли не целая колея, обрывающаяся у подозрительно ровного и гладкого камня. Ну а с земли это место не давал увидеть густой кустарник, явно специально посаженный вдоль вытянутой ямы в земле.

— Вперед! — Рявкнул я, ссыпаясь по лестнице вниз, к ожидавшим меня друидам. — Быстрее!

— Ага. — Кивнула каким‑то образом затесавшаяся в их ряды дроу. — Эээ…А куда?

А вот ответ на этот простой вопрос заставил меня поднапрячься. Пойдем спасать деревню — упустим гномов, которые ушли груженные столь нужным ресурсом. Погонимся за шахтерами — гоблины смачно чавкая сожрут все население Ельцов. Конечно, оно вроде как подчиняется барону, а значит может считаться враждебным…И вообще, для игроков все неписи должны являться лишь ресурсом…Да, к черту! Мне собственное душевное спокойствие куда дороже, чем некоторое количество руды и другие трофеи с гномов! Все равно с вероятность процентов в семьдесят я свой замок потеряю несмотря ни на какую прокачку, когда соседи двинут свои войска и тупо задавят мясом! А если в будущем начнет периодически сниться кипящий котел, до краев наполненный орущими детьми, то станет только хуже и о нормальном существовании в этом мире можно будет забыть!

— Мы идем в Ельцы. — Отдал я приказание своему войску. — Сегодня у нас намечена промышленная заготовка зеленых гоблинских шкур. Стрел — не жалеть. Инкония, как у тебя с площадными заклинаниями? Урон можно не слишком большой, лесным уродцам много и не нужно. Главное — зацепить их побольше.

— У меня маны мало. — Буркнула темная ведьма. Окружающие её друиды тоже скривились, видимо не успели полностью восстановить свои силы. Ладно, в соответствии с законами игровой механики выпускаемые их посохами энергетические снаряды у них идут фактически как обычные выстрелы и доступны до тех пор, пока в ходе боя по кому‑нибудь маги природы весь боезапас не выпустят. — Слишком потратилась, когда выжигала тебе ступеньки в скале. Впрочем, если мне поймают нескольких гоблинов и дадут несколько минут на проведение ритуала…

— Война план покажет. — Я оседлал Немесис и посмотрел на двоих ведьмаков. Парочка завербовавшихся на службу только мутантов, держалась от моих войск слегка особняком, но вроде бы особых признаков неповиновения не продемонстрировала. Выглядели они, кстати, весьма похоже. Оба высокие, плечистые, с очень короткими темными волосами и желтыми кошачьими глазами с вертикальным зрачком. Видимо в школе их просто брили, чтобы не иметь лишних проблем с гигиеной и уменьшить шансы зацепиться за что‑то прической. Все отличие состояло в том, что у правого под носом красовался небольшой шрам, оставленный небольшой но когтистой лапкой, а у левый пока никаких особых примет от своей работы получить не успел. — У вас будет особое задание. Гоблинские шаманы пытаются в деревне сварить заживо детей в своем котле…Его надо убрать с огня чем быстрее, тем лучше. Ну и ребятишек защитить, чтобы в схватке не затоптали. Колдунами зеленых я постараюсь заняться сам, но тут уж как получится.

— Это мы сделаем. — Переглянувшись, кивнули мастера охоты на разных чудищ. — А потом их куда? Вы же вроде бы с бароном местным не дружите, а людишки это все его.

— Родителям вернуть, ясен пень. — Вздохнул я, мысленно пытаясь понять, являюсь ли героем или все‑таки ослом. Думаю, крестьяне моего замка без особенных вопросов бы воспитали притащенное к ним пополнение, чтобы они стали новыми данниками. — С правителями у нас может и война, но простой народ я трогать не буду. Во всяком случае, до тех пор, пока он на моих солдат с вилами кидаться не будет. Да и тогда несовершеннолетним грозить станет максимум большая порка.

— Хорошо. — Кивнул правый ведьмак. — Это правильный поступок.

— Может мы и не слишком большого дурака сваляли, когда решили на вас поработать. — Согласился с ним левый.

На дальнейшие разговоры времени у меня не было. Чуть стукнув Немесис по бокам, я сорвался в галоп прямо через лес…Правда, не забыв включить режим подкрадывания. Мне главное — подобраться к шаману на расстояние удара заклинания. Конечно, маги к магии по умолчанию устойчивее, чем простые солдаты. Но все‑таки гоблин остается гоблином. И даже если он на фоне своих соплеменников выглядит прямо‑таки титаном, то титан истинный сомнет его в лепешку и не заметит. Я, правда, на титана не тяну…Но и возникший из ниоткуда по воле астрологов и игровой механики юнит вряд ли мог набрать себе действительно много опыта и раскачаться до опасного уровня.

Частокол, который уже никто не охранял, тигрица перелезла секунд за двадцать. Могла бы, думаю и перепрыгнуть но не пожелала рисковать своим мягким пузиком, которое могли больно уколоть заостренные вершины вкопанных в землю бревен. Укрепление никто не охранял. Защитники либо умерли, либо удрали, а стекшиеся к центру поселения гоблины вряд ли даже задумывались о прикрытии тылов.

— Сможешь добраться к храму по крышам? — Шепнул я в дернувшееся мохнатое ухо, приникнув к шее Немесис. — Вроде бы тут расстояние между избами не слишком большое. И гоблинов — верхолазов не видно. Моей каменной кожи на тебе еще минут на десять хватит, а я в доспехах.

— Мряааа… — С сомнением протянула большая кошка, взирая на крытые по большей частью соломой крыши. Они явно не внушали ей доверия, поскольку могли попросту провалиться под нашим весом. А еще часть из них дымилась, поскольку зеленые захватчики явно не соблюдали правил противопожарной безопасности. А может намеренно поджигали отдельные хаты, стремясь выкурить оттуда занявших оборону в домах крестьян.

Чтобы добраться до центра деревни нам понадобилось всего лишь четыре прыжка. Ельцы заметно уступали в размере Рыбцам. Раз в десять. Да и из дополнительных построек здесь имелся только храм. Ну, может еще чего‑нибудь стояло, но на глаза оно мне умудрилось не попасться. Кто‑то из слонявшихся по задворкам гоблинов — мародеров, кажется, увидел пролетевшую над ним тень и поднял крик…Но бдительный коротышка так и остался своими соплеменниками проигнорирован. Ведь они итак были не слишком тихими существами. А сейчас у них еще и появились такие прекрасные поводы для выражения собственных эмоций как борьба за трофеи, полученные в бою раны и ликование по поводу великой в их глазах победы. Да и местные жители, те кто еще мог издавать хоть какие‑то звуки, тоже не молчали.

— Вы готовы, дети? — Гоблин — шаман, опасно балансируя на составленном из всякого хлама помосте, больше напоминающем баррикаду, заглядывал в недра котла, откуда поднимался пар. Впрочем, бултыхнуться внутрь ему не грозило. Решетчатая крышка, сооруженная из толстых деревянных досок, надежно уберегала говорящего с духами от случайной смерти на производстве. А тех, кто оказался внутри данной емкости, от выпрыгивания наружу. Все, что оставалось несчастным, так это тянуть наружу руки через оставленные щели, в попытках ухватить не то своего мучителя, не то ускользающую жизнь. — Я спрашиваю, вы готовы, дети?!

— Ааа!

— Больно! Больно — больно — больно — больно!

— Мама!

— Выпустите нас!

— Пожалуйста, не надо! Пожалуйста!

— Я убью тебя, тварь!

— Еще сыроваты. — Развернулся шаман обратно к своим соплеменникам, не обращая внимания на вопли, доносящиеся из котла и окон — бойниц храма. Кстати, из последнего в дополнение к угрозам по гоблину еще и арбалетную стрелу выпустили. Только та, не долетев до цели около метра, резко ушла вертикально вверх. Толпа, внимательно внимающая своему не то духовному лидеру, не то шеф — повару, радостно повизгивала роняя слюнки и топчась вокруг огня. Интересно, откуда эти зеленые коротышки вообще достали котел литров на триста, имеющий не меньше полутора метров в высоту? У крестьян такой тары точно заваляться не могло. Ну, если только в деревне не было развитого виноградного или там дубильного промысла. — Жаль.

— Каменный шип. — Зачем‑то прошептал я название заклятия, выбирая целью даже не столько самого шамана, сколько подмост под ним. Вокруг котла сейчас собралось не меньше полутысячи гоблинов, да еще столько же было разбросано по окрестностям. И если мне удастся сосредоточить все их внимание на себе, то войску станет куда легче атаковать такую толпу. Пусть слабые по отдельности, собравшись в подобную толпу подобные создания становятся смертельно опасны. А теперь они, наверное, еще и успели бонусов нахватать от недавней победы и поедания свежей человечины.

Взметнувшая прямо из под слоя горящих углей острая скала повалила котел на бок, отпихивая его раскаленное днище немного в сторону от огня, развалила наваленный в кучу хлам и стряхнула шамана на землю. Волна выплеснувшейся оттуда воды не то, чтобы совсем погасила пламя, но стало оно заметно менее интенсивным. В храме, чьи двери уже трещали под ударами тарана, взорвались радостными криками. Но их спустя мгновение перекрыл яростный хоровой рев взбешенных гоблинов, которые желали только одного. Найти того, кто испортил им гибрид священного ритуала с трапезой и сожрать его живьем. И им не пришлось потратить много времени, чтобы найти врага.

— Поиграем в кошки — мышки, а подруга? — Я потрепал Немесис по загривку, а после покрепче взялся правой рукой за меч.

— Муррр. — Хищно улыбнулась тигрица, обнажая свои невероятно часто натыканные кривые клыки. А после спрыгнула на землю. Вернее, на гоблинов, которых угораздило стоять рядом с тем зданием, крыша которого нам приглянулась. Тот, на которого она приземлилась, умер со сломанной шеей легко и просто. Второго цапнула пасть большой кошки, мгновенно вырывая целый шмат мяса из груди, а третьего лягнули задние лапы с выпущенными когтями. Наполовину распотрошенный агонизирующий коротышка отлетел метра на два, прежде чем врезаться в стену крестьянской хаты и сползти по ней вниз.

— Понеслась! — Азартно закричал я, серебряным мечом перерубая копьецо какого‑то гоблина, попытавшегося довольно толково поставить своим древковым оружием блок. Рассекшее толстую ветку лезвие почти на пол ладони погрузилось в череп нелюдя, прежде чем оказался вырванным обратно. — Вперед! Обходи их по периферии!

Тигрица согласно рыкнув понеслась большими прыжками по ломанной траектории, стараясь оставаться на относительно свободном пространстве и лавировать между крупными скоплениями гоблинов. А мелкие, особи на три — четыре, она просто прошибала собой, не особо сбавляя скорость. Отвешенные мимоходом удары лапами исправно расшвыривали коротышек в разные стороны, а пасть почти непрерывно кого‑то жевала. Да и мой меч не зевал, хотя поразить именно выбранную цель удавалось и не всегда. Уходящая от пытающихся погрести врага под живой волной тигрица могла поменять диспозицию на три — четыре метра быстрее, чем я успевал закончить удар. Но благодаря большой скорости движения на траектории клинка почти всегда кто‑нибудь, да попадался. Удары копьями, ножами и каменными топорами доставались нам достаточно редко и только в тех случаях, когда моя большая кошка все‑таки умудрялась замешкаться и остановиться на одном месте секунды две или три. Ну, или когда криволапые коротышки рассекали воздух, дабы дать выход обуревавшим их чувствам, а там неожиданно оказывались мы.

К исходу второго круга вокруг толпы зеленых людоедов, центром которой являлся котел, я получил всего четыре удара. Притом два из них приходилось на роль застрявших в кирасе метательных дротиков, залп которых скосил не меньше двух десятков лезущих в ближний бой с нами гоблинов. Увы, Немесис пришлось хуже. Хоть и приобретшая плотность камня, но её пушистая шкурка все же не обладала устойчивостью лат. Лоб тигрице рассекли ударом трофейного железного топора и теперь глаза её заливало кровью, в левом боку застрял кривой и явно зачарованный обсидиановый нож, а самое главное, какой‑то удачливый камикадзе умудрился повредить ей заднюю левую лапу. Удар когтями вскрыл его от горла до паха, но ударившая под колено утыканная гвоздями дубинка серьезно снизила подвижность моего транспортного средства.

— Лезь на дом. — Решил я, накладывая на тигрицу чары заживления ран. Краем глаза удалось заметить, что вываливающуюся из‑за горящего дома в дальней части деревни шайку зеленых мародеров вдруг перехватила какая‑то тень. Причем двигающаяся очень быстро, но вместе с тем изящно, практически танцевальными пируэтами. Складывалось ощущение, что ведьмак не вращает своим длинным мечом, а просто из последних сил держится за рукоять клинка, который крутит туда — сюда словно вертолетную лопасть со сместившимся центром тяжести. Впрочем, гоблины его мастерство вряд ли оценили. Каждый из секущих ударов порхающего будто пьяная бабочка лезвия заставлял отлетать в сторону либо конечность агрессивного нелюдя, либо и вовсе его же голову. — Попробуем занять этих зеленух, пока армия выходит на нужные позиции.

Цепляясь за толстые бревна добротного сруба когтями, Немесис полезла вверх…И внезапно резко ускорилась, заодно начав жалобно мяукать. Развернувшись чуть ли на сто восемьдесят градусов, я обнаружил гоблина, который вцепился в её хвост очевидно самым тренированным в его организме местом. Зубами. Причем, зараза, впился в самый коничк, на котором и повис как гиря! И у меня никак не получалось дотянуться, чтобы кольнуть его клинком.

— Отпусти! — Рявкнул я на тварь, ища, чем бы в неё кинуть. К сожалению, кроме меча в качестве метательного снаряда под рукой ничего не было. Мда, надо бы перевязь какую‑нибудь на Немесис прицепить с дротиками. Или седельную сумку с алхимическими бомбочками. Навыка для дистанционного оружия нет, но если начну его активно использовать, то рано или поздно он обязательно появится. — Хуже будет!

Гоблин скосил глаза вниз, оценивая высоту, с которой ему придется падать. Вот только на земле его сородичи уже выставили вверх частокол копий, надеясь, что большая кошка свалится вниз и сама на них насадится. Оценив мягкость посадки, зеленый коротышка намертво сцепил челюсти…А зря! Дом, на который лезла тигрица, высотным зданием вовсе не являлся. Скрежеща когтями об черепицу, она перевалилась через край крыши, втягивая следом и хвост с повисшей на ней живой гирей. Развернулась. Замахнулась. Злобно зашипела, когда увидевший свою смерть гоблин открыл в себе второе дыхание и мочевой пузырь, под звуки журчания еще глубже вонзая клыки в попавший ему в пасть пушистый отросток. Если бы Немесис довела до конца свой удар, то она бы зашвырнула останки обгадившегося коротышки на другой конец села. Но — возможно вместе с частью собственного тела. Да еще и окропив нас обоих вонючими брызгами. И потому тигрица смирила свою ярость и вместо бешенного удара стала действовать аккуратно. Почти нежно. По отношению к своему хвосту разумеется. Лапы большой кошки сжали голову гоблина с обоих сторон, на миг окутались неярким голубым сиянием и мягкие подушечки трансформировались в покрытые мехом, но почти человеческого вида пальцы. С неуклонностью и напором гидравлического пресса они разжали в разные стороны зубы писающего гоблина, а после продолжили свой путь дальше, разрывая ему пасть. Вероятно, тигрица убила бы разозлившего её нелюдя воистину ужасной смертью, но тут вмешался случай в виде метательного копья, вонзившегося ему в спину. Целились, скорее всего, в нас, но с меткостью у лесного племени было неважно. Когда острие копья с каменным наконечником проклюнулось из груди карлика, Немесис так удивилась, что выпустила агонизирующий труп из лап, пальцы на которых превратились обратно в мягкие подушечки.

— Отступаем. — Поторопил я тигрицу, заслышав в воздухе шелест стрел. Моя армия была где‑то рядом. И лучники, входившие в её состав, били навесом. Да, точность таких атак была совсем невелика…Но по заполонившим округу зеленых карликам сложно было промахнуться даже вслепую. Начавшие умирать один за другим гоблины заметались туда — сюда в поисках противника, мигом потеряв интерес к очень опасной пароке из тигры и друида. Даже те из них, что следом за нами на дом полезли, мигом спустились обратно на землю и стали искать, куда бы спрятаться. — Хватит с нас геройств! Тем более, рядом с котлом уже никого живого нет. Только шаман, которому обрубили обе руки по самые плечи, еще землю грызет.

С согласным ворчанием большая кошка похромала к противоположенному краю крыши. Но дойти до него нам, увы, было не суждено. С одной из маленьких улочек в центр деревни высыпали мои медведи, расшвыривающие гоблинов как котят. За спинами их маячили копейщики, выстроившиеся жидковатой стенкой и прикрывавшие друидов, пускавших по врагам прямой наводкой сгустки магии. Энергетические болты пробивали по два — три зеленых тельца, прежде чем рассеяться, но к сожалению выпускать их маги природы могли лишь по одному в десять — двенадцать секунд. Возможно, лесные нелюди могли бы скоординироваться и задавить мою армию числом…Но тут с противоположенного конца деревни по ним ударило пламя.

Десяток коренастых гномов — огнеметчиков единым залпом очистил не меньше сотни квадратных метров территории, которую немедленно взяли под контроль латники. Выстроившие клином тяжелые пехотинцы поперли вперед, раскраивая гоблинам головы топорами и палицами, а заодно прижимая их к рвущим их в клочья зверям. За спинами солдат как из ниоткуда появились арбалетчики, отстреливающие тех редких нелюдей, которые пытались контратаковать. Избитые тараном двери храма распахнулись и оттуда на улицу высыпала толпа вооруженных кто чем крестьян…Но кидаться в битву они не спешили. Зачем? Зажатых в клещи лесных людоедов и без того достаточно быстро уничтожали, притом не неся каких‑либо потерь. Моих раненных лечили друиды, а среди фигурок войска людей то и дело мелькали рясы аколитов. Командовал явившимся на выручку Ельцам отрядом одинокий рыцарь, чей возраст не могли скрыть даже доспехи. Из под поднятого кверху забрала банально торчала длинная белая борода. Да и кожа шеи, видневшейся между шлемом и краем панциря, была весьма дряблой и висела пергаментными складками.

— Барон Альфред, если не ошибаюсь, седьмой. — Констатировал я, подсчитывая свои силы и сравнивая их с теми, которые имелись у местного феодала. Численно выходило, что уступаем мы не так уж значительно. Медведи и пикинеры блокируют латников, а друиды, разбойники и медузы вынесут слитным залпом огнеметчиков, чье оружие не такое уж и дальнобойное. Ополченцы по своим параметрам от тех же гоблинов отличаются не слишком значительно и большой роли не сыграют. Но вот когда священники призовут ангелов, ситуация резко поменяется. Хм. Если они их призовут. Не исключено, что возможность заручиться помощью свыше вражеский аналог магов уже в текущие сутки растратил и перешел в категорию обычных и почти безопасных для окружающих лекарей. — Вот и свиделись…Немесис, давай к нашим! Живо!

Кошка, у которой ушибленная лапка более — менее пришла в норму, согласно мявкнула и заскакала по крышам домов, словно большой мохнатый кузнечик. Бой, больше напоминающий бойню, продолжался минуты три. А потом гоблины кончились. Кто смог — удрал. Но таковых вряд ли насчиталось много. А остальные испятнали землю своими зелеными телами, коричневыми кишками и алой кровью. И только этот страшный ковер разделял два отряда, которые сбились в кучку и нехорошо так друг на друга посматривали. Я уже собрался скомандовать дроу использовать на бароне какие‑нибудь чары поубийственнее, но никак не мог найти темную ведьму. А аколиты, встав в круг, затянули какой‑то молитвенный распев…Как вдруг из лежащего на боку котла один за другим принялись выскакивать дети, которые с воплями радости припустили к храму и стоявшим там ополченцам. А следом за ними оттуда же выбрался один из ведьмаков и дроу, только уже принявшиеся отступать к нам.

— Приказ выполнен, дети спасены! — Бодро отрапортовал охотник на чудовищ. — Поскольку эвакуировать их во время боя до безопасно места не представлялось возможным, пришлось привлекать дополнительные ресурсы для остужения котла и отвлечения от него внимания гоблинов.

— Ты идиот! Я скорее съем жабу, чем еще раз соглашусь наложить на тебя невидимость! — С чувством выпалила Инкония, чей мокрый балахон облепил не такую уж и худощавую фигурку. А неплохо так она отъелась? Может, предложить её совместный поход в баню? Если темные эльфийки умеют виртуозно работать с кнутом, то и с веником должны справиться. — И подмышкой у тебя воняет!

— Молодец, хвалю. — Оценил я действия ведьмака. — Ловко у тебя все получилось. Особенно с моей ведьмой.

— У нас в школе был особый спецкурс по обращению с чародейками, который вел признанный мастер этого дела. — Хмыкнул охотник на чудовищ, а после покосился на солдат барона. — Кстати, он еще и преподавал искусство смываться раньше, чем благодарные люди возьмутся за дреколье. И каждый раз при этом свой шрам от крестьянских вил потирал.

— Очень нужные предметы. — Одобрил я. — А он еще практикует?

— Да нет, в общем‑то. — Вздохнул ведьмак. — Официально на пенсии…Хотя возраст у него по нашим меркам еще очень даже молодой, чуть — чуть за сотню. Но зато этот век он прожил так интенсивно, что ему многие короли и чародеи готовы деньги давать, лишь бы он из своего маленького домика не выходил и мировые катаклизмы не предотвращал и не провоцировал.

От войск барона отделился и побежал в сторону ополченцев какой‑то священник, судя по резвости движений способный обогнать большинство всадников даже без коня. Буквально полминуты потрещав чего‑то с жителями Ельцов и осмотрев детей, он вернулся обратно к феодалу…И тот, сняв с седла горн, зычно продудел в него какой‑то сигнал. Но войско людей с места не двинулось.

— Ваша милость. — Обратился ко мне один из копейщиков. — Кажись он того…На переговоры вызывает. Когда в крупном наемном отряде служил, такой сигнал часто слышал.

— Хм, ну раз просят, то почему бы и не побеседовать с умным человеком. — Пожал плечами я и чуть тронул пятками бока Немесис. — Авось получится выкуп за его сына хороший взять…Авансом.

Отреагировав на мое движение, барон тоже неспеша выехал вперед и встретились мы аккурат на середине пустого пространства между двумя готовыми к бою отрядами.

— Друид Эльдар. — Старый рыцарь снял свой шлем, в котором ему видимо было жарко и я ответил подобной же любезностью. Выглядел мой собеседник лет на шестьдесят с хвостиком и, в принципе, являлся еще довольно крепким мужчиной. Годы и испытания избороздили его кожу морщинами, но так и не согнули прямой словно палка спины. — Я никак не могу решить, что же с тобой делать. Ты спас одного моего сына. Захватил второго в плен. Ну а сейчас пришел на выручку людям этой деревни, уже чувствовавшим запах супа, который гоблины начали варить из их детей. Впрочем, полагаю, следом за расправой с зеленой напастью селянам было бы выдвинуто требование перейти под твою руку.

— Не буду спорить с последним утверждением. — Спокойно кивнул головой я. — Ничего личного, барон Альфред, но с тем, чтобы обеспечить мир и порядок на этих землях вы просто не справляетесь.

— Случалось мне убивать и за меньшее оскорбление. — Спокойно заметил старый рыцарь, наверняка многое повидавший на своем веку. Один из стоявших в отдалении аколитов ощутимо напрягся и сделал знак арбалетчикам, нацелившим на меня свое оружие. Интересно, он читает по губам или нагло пользуется магией, чтобы следить за нашей беседой? — Не надо меня провоцировать, предлагая такой прекрасный повод расправиться с чужаком, зарящимся на родовые земли.

— Я не умру. — Демонстрация перстня игрока не произвела большого впечатления на пожилого рыцаря. Ну, или он мастерски скрывал свои чувства. — Бессмертного можно победить в битве, но нет шансов выиграть у него войну. И даже если допустить, что простые смертные каким‑то чудом смогут драться со мной на равных, такое противостояние не продлится долго. Ибо рой, терзающий эти земли, вырвется из под земли и докончит начатое уничтожение вашего владения.

— Как учит нас история, не бывает неуязвимых существ. — Пожал плечами феодал. — Просто с некоторыми из них возиться приходится очень долго, прежде чем они наконец откажутся возрождаться. Повторюсь, не провоцируйте. Мои советники и так прожужжали все уши, когда убеждали одним взмахом меча лишить вражеские войска командования и потом разгромить его логово одним ударом.

— Просто удивительно, мне говорили то же самое. — Хмыкнул я, а потом повинуясь какому‑то внутреннему наитию достал планы устранения барона, подготовленные дроу. — Вот, полюбуйтесь.

Минуты две старик читал детальный план уничтожения его самого со всем семейством и когда он, наконец, оторвался от злополучного листа, то левая бровь у пожилого рыцаря слегка дергалась.

— Могло сработать. — Только и сказал он, возвращая мне бумагу. — И, должен признать, брату Актарсию далеко до хитроумия того мерзавца, который придумал подобное. Хотя он и заслуженный инквизитор, сиречь холоднокровный и бесчестный убийца по определению.

— Той. — Поправил его я. — Это женщина.

— Хм… — Барон потер подбородок рукой в латной рукавице. — Я испытываю довольно странное желание….Желание поженить их своей властью. И запихнуть прямиком в преисподнюю, чтобы там от их яда все демоны передохли.

— Нет, так рисковать не стоит. — Я попытался представить себе семейный дует из дроу и инквизитора. И понял, что если эти двое не убьют друг друга в первую брачную ночь, то хочу держаться от подобной ячейки общества как можно дальше. — Вдруг они акклиматизируются и размножатся? Тогда вся преисподняя переселится к нам!

Усмешки, мелькнувшие на наших лицах, окончательно сломали наметившийся холод в диалоге.

— Насчет роя ты прав, Эльдар. Стоит мне ослабить удавку на горле насекомых и они откусят мне голову. — Со вздохом признался пожилой рыцарь. — Но, кажется, я знаю, как выйти из подобной ситуации, сталкивающей нас лбами. Несмотря на свою принадлежность к язычникам — друидам, ты показал себя как достойная личность, которой не чуждо слово 'честь'. А значит, можешь стать прекрасным вассалом.

— Нет, ну это не серьезно. — Я свернул окошко системного сообщения, предлагающего перейти мне под командование Альберта Седьмого. Обычно игроки делают такие предложения неписям, а тут глядите ка, персонаж решил сагитировать человека на верную и беспорочную службу. В соответствии с данным предложением я сохранял за собой все ныне захваченное и даже мог развиваться, атакуя представителей фраждебных к барону фракций, но четверть всех доходов обязан был перечислять сюзерну. И выходить на бой под его знаменем, когда он того пожелает. — Разве ты победил меня, чтобы ставить такие условия?

— Хм, битва армий или даже отдельных отрядов обоим из нас принесет лишь вред. — Задумался барон. — Личная дуэль? А проигравший будет служить победителю.

— Имеет смысл. — Кивнул я, мысленно потирая лапки. Заполучить себе вассала — это неплохо. Очень даже неплохо. Да, заработаю чуть меньше денег, чем мог бы…Но в противостоянии с другими игроками у меня всегда будет кого позвать на помощь. Да и не только с игроками. Учитывая бонусы людских священников в бою против нежити и демонов, часть противников заранее может писать себе завещание. — Но мы не в равных условиях. Я маг, а ты рыцарь. Как ты представляешь между нами честный поединок?

— Ну, ты не будешь пользоваться заклинаниями. — Пожал плечами опытный рубака. — И биться пешими будем, видно же, что рыцарский конь не для тебя. В чем проблема то?

— А может, лучше ты вооружишься магическими свитками и начнешь колдовать? — Рассмеялся я. — Нет уж, в таком важном деле как вассальная присяга все должно быть серьезно. Предлагаю устроить испытание, итоги которого в любом случае устроят обоих. Мне мешает рой, у тебя же и вовсе к нему кровавые счеты. Так вот кто его уничтожит — тот и станет сюзереном для проигравшего. Сроку нам — ну пусть будет две недели. А не управимся до того момента, всегда можно будет вернуться к варианту с пешей дуэлью без магии.

В крайнем случае если потеряю замок — останусь жить в поместье этого старичка. Ну или вместе с ним подамся в империю. Авось к вассалу старого и верного слуги самого императора отнесутся приветливее, чем к безродному бродяге без роду и племени.

— Хм. — Барон дернул себя за бороду, будто стимулируя мыслительный процесс. — Годится!

Глава 13

— Привет, служивые! — Поздоровался я с обитателями заставы, во все глаза рассматривая небольшое каменное укрепление. Богато живет барон…Впрочем, судя по тому какие отметины оставлены на сером граните чьими‑то здоровенными когтями, деревянный частокол твари роя сгрызли бы на зависть любым термитам. А что именно они тут порезвились, сомнений не было. Кому еще атаковать почти сотню хорошо укрепившихся бойцов, располагающих аж четырьмя баллистами и одной катапультой? Эти орудия располагались по углам аккуратненького квадратненького форта, перекрывающего единственный нормальный путь к спуску в Подземелья. — Чего новенького в округе?

— Намедни эльф тут с луком пробегал. — Откликнулась мне с высоты стены какая‑то усатая морда, подозрительно щурясь. Пускать меня внутрь или хотя бы как‑то выказывать радушие подданный барона не спешил. Впрочем, у нас ведь пока не союз, а только перемирие… — А следом дачник: 'Лук верни ворюга!'.

— Интересненнько. — Скорее всего, надо мной тонко издеваются. Ведь эту шутку я слышал много раз. Но может она натолкнула одного из разработчиков на создание какого‑нибудь квеста? Надо направить с десяток медуз поискать эту парочку или хотя бы их следы. Все равно сейчас рой атаковать нас не станет. Во — первых, я притащил сюда все свое войско, включая даже обычно оставляемые на хозяйстве и защите отряды, а во — вторых, при появлении общего врага солдаты барона станут вынуждены оказать как минимум артиллерийскую поддержку. — Ладно, мы тут поработаем немного, вы на нас внимания не обращайте.

— Эй, друид! Постой! — Заорал мне в спину усатый стражник. — А что вы там делаете то?!

— Разве не видно? — Удивился я, гордым взглядом окидывая согнутые спины. Человеческие, медвежьи, разбойничьи, энтские, сатирские, друидские…Или последних не стоит выделять отдельно и отнести к тем же людям? — Роем канал!

Идея просто затопить подземелье со всеми его обитателями возникла у меня давно. Наверное, в тот самый момент, когда дроу показала мне иллюзию своего бывшего дома, расположенного на самом дне местных катакомб. Просто тогда она плавала где‑то на периферии сознания в разделе возможных планов на будущее. Ведь проведению масштабных земляных работ, при помощи которых часть вполне себе судоходной реки Рымзы можно отвести в искусственное русло, становилось возможным лишь при одном важном условии. Условии, что никто не будет мешать. Случись сейчас какой‑нибудь налет — и мой замок практически пуст, а находящиеся на стройке века воины и маги устали как собаки от многосуточных работ. Ведь третий день уже землю грызем без сна и отдыха, если не считать сна и коротких перекусов. Однако сейчас ударить нас в спину просто некому. Другим игрокам ко мне вход закрыт, с бароном у нас перемирие, которое подкрепляет его наследник в качестве заложника, ну а наводнившие леса гоблины успели стать либо опытом для меня, либо закуской для обитателей местных чащоб.

Друиды, способные управлять почвой, аккуратно переносили своей магией в сторону верхний слой плодородного грунта вместе с крепящими её корнями в единое целое растениями. Поскольку они старались не повредить корни, то после их магии оставалась неплохая такая колея, шириной шагов на десять и глубиной в полметра. Когда маги природы тратили все запасы энергии и выдыхались, им на смену приходили медведи, которые своими когтями могли бороздить целину не многим хуже мелких культиваторов. Рыть не берлоги, а канавы, гордым зверям не очень нравилось. И поэтому они почти постоянно злобно рычали и периодически впадали в состояние берсеркера…И тогда от ровного словно стрела канала в сторону начинал отходить отнорок, единолично прокопанный потерявшим берега и возомнившим себя кротом — мутантом мишкой. Медленно шагающие за ними энты своими корнями бурили залегающий ниже грунт, превращая твердый монолит в относительно мягкий песочек. Ну, или хотя бы то, что можно с некоторым трудом подцепить деревянной лопатой и отбросить в сторону. Железных у меня, увы, не было. Для них требовался либо кузнец, либо деньги, которые следовало отдать за металлический предмет торговцам. Крестьяне и сатиры махали выточенными из ближайшего полена лопатами довольно шустро. А вот лучники, копейщики или разбойники, временно переквалифицировавшие в землекопов, не могли работать иначе чем с треском ломающихся инструментов и легким матерком, временами перекрывающим взбешенный звериный рев. Кстати, не то я начал лучше понимать животных, не то бок о бок живущие с людьми медведи принялись стремительно умнеть и приближаться к трансформации в друидов — оборотней, но вырывающийся из глоток любителей меда звук явно содержал однокоренные конструкции с теми ругательствами, которые изрекали бывалые наемники и грабители с большой дороги.

— Стрекоза! — Раздался пронзительный полувизг — полушипение и в воздухе тут же пропел пяток стрел. Летающий разведчик роя, выглядевший как полуметровый зубастый бронированный червяк с двумя парами перепончатых крыльев, кувыркнулся вниз. — Тащите её в котел!

— Оставить котел! — Рыкнул я на медуз, обеспечивающих охрану землекопов и их же пропитание свежей дичью. Полуженщины просто не имели достаточно выносливости и сил, чтобы нормально работать. А от большой ловкости и высокого сопротивления магии при ручном труде пользы, мягко говоря, не много. — Что я вам говорил насчет меню? Только нормальные животные, птицы и рыбы! Никаких магических тварей или упаси вас все светлые и темные боги, разумных существ. Даже тварей роя и гоблинов!

— Гоблинов мы и сами обычно не трогаем. — Буркнула ближайшая ко мне чешуйчатая лучница. Которая в иных условиях постаралась бы не прикрывать спину разбойникам и крестьянам, а просто сожрать. Значительная часть рас, объединенных в общую группу 'зверолюди' не брезговала людоедством. Даже сатиры, которые на вторую половину были козлами, сиречь животными травоядными. К счастью, они неплохо чувствовали себя и на диете из хлеба, овощей и обычной дичи, а иначе нечего было бы и думать нормально управлять и ими, и представителями человечества. Просто в обычной жизни те же кентавры, шатры которых строятся в моем замке в данный момент, предпочитали жить разбоем. Как и минотавры с гарпиями, после налета на каких‑нибудь неудачников не только забирающих все ценное, но и подъедающих 'внезапно' образовавшееся в процессе грабежа мясо. — Их от вони вываривать никаких дров не напасешься…

В прошедшие после неудавшегося налета на гномьи шахты дни я построил учившие друидов низшей алхимии подвалы травников и рынок, давший мне доступ к любым требуемым товарам и ресурсам, пусть и за грабительскую плату. Конечно, такой выбор мог бы показаться со стороны странным…Но теперь мой аналог боевых магов периодически 'заправлялся' вытяжкой и разнообразных листочков и корешков, придающей им новые силы. И продолжал раздвигать почву дальше.

— Странно. Теперь тут все выглядит совсем не страшным. Даже люди в форте, чьи стрелы вонзались в эти глупые деревья, об которые я регулярно стукалась головой. — Дроу самым наглым образом отлынивала от работы, привалившись спиной к стволу какой‑то березы. — А когда я только выбралась на поверхность, то отчаянно жалела, что не умею открывать порталы в то же Инферно. Там, по крайней мере, нет слепящего солнца. И часть существ неплохо знакома по изученным гримуарам.

— Просто ты акклиматизировалась. — Пожал плечами я, заранее морщась от штрафов к морали и боеспособности, которые мои войска будут получать под землей. Вот не верю, что все насекомые легко и быстро утонут. Как пить дать придется еще зачищать катакомбы от тех экземпляров, которые успеют отрастить жабры или забиться в безопасные места. — И потом, у тебя за спиной большое войско. А с ним даже черный дракон воспринимается не как смерть всему живому и неживому, а как интересный и ценный трофей.

— Для того, чтобы уверенно чувствовать себя везде и всюду, осталось всего ничего. Найти себе армию. — Буркнула темная эльфийка, поплотнее закутываясь в свой скрывающий все и вся плащ. — Ну, или хотя бы большой отряд…

— Есть также вариант с мелким, но качественным. — Подсказал ей я. — Классическим среди авантюристов, доросших до того, чтобы грабить сокровищницы королей, личей или тех же драконов, считается сочетание вора, мага, клирика и бойца. Ну и еще парочку персон вроде сладкоголосого барда или там забавного варвара с большими мечами можно для души завести…Черт! Что у них там такое?!

Прервать беседу и в тревоге закопаться в карту меня заставило системное сообщение, свидетельствующее об атаке на оставшийся в замке гарнизон. К счастью, тревога оказалась ложной. Патрулирующий ближайшие окрестности 'Тенистых аллей' ведьмак наткнулся на следы гоблинского пиршества…И призраков, оставшихся от съеденных заживо людей. Видимо какая‑то семья прячущихся по лесам крестьян пыталась спрятаться в моей резиденции, но немного не добежала до спасительной безопасности. Для профессионального охотника на чудовищ низкоуровневые неупокоенные духи послужили скорее разминкой, чем соперником. Его собрат прилежно охранял заложника, в тени ворота смирно себе спала стайка слизней. Или не спала, кто их разберет, чем там эти комки хищной протоплазмы занимаются. Змей бы еще в крепость запустить, чтобы они внезапно цапали за мягкое место непрошенных визитеров, но никак не удается собрать выкуп царю болотных гадюк. Корова у крестьян — кормилица. Своих они добром мне не отдадут, а на только народившийся приплод моментально находятся желающие. Пока удалось собрать только шесть мычащих в отдельном загоне животных, да и то пять из них — в принципе не способные дать молока быки, а последнюю из‑за преклонного возраста итак собирались забивать на мясо.

Еще одна стрекоза под свист стрел закувыркалась вниз, отчаянно и уже бессмысленно молотя по воздуху своими крыльями. Хм, что‑то часто вокруг нас мелькают разведчики роя. Они, конечно, по меркам и так имеющих бонус к воспроизводству своей численности насекомых абсолютно копеечные существа, но терять их одного за другим без причины никто бы не стал. Видимо разумные особи этой странной и страшноватой расы сообразили, что идущая прямо ко входу в их берлогу траншея к добру не приведет. А может даже и сообразили, почему она почти соприкасается с рекой. Все‑таки негуманоидный разум не должен априори означать низкий уровень интеллекта. А какие‑то основы инженерного мышления у монстров, строящих невероятно сложные улья, должны иметься.

— Что‑то будет. — Решил я и отвел примерно половину своих бойцов, за исключением практически не способных устать энтов, на отдых. Через час они вернутся к работе, а оставшаяся часть армии сможет облегченно перевести дух. Да, темп прокладки канала неминуемо замедлится. Однако он и так уже практически выкопан. Пустим мы воду через два часа или через четыре — невелика разница. В любом случае ей еще не меньше суток журчать, заполняя катакомбы. А может и больше. — Всем быть готовыми к атаке жуков!

На периферии зрения все время обнаруживались парящие в отдалении стрекозы, а в кустах пару раз замечали блеснувшие хитином на солнце тени, но насекомые держались от нас на почтительном отдалении. До тех пор, пока медленно растущий вперед канал едва не дотянулся до широкого беломраморного пандуса, витой спиралью уводящего куда‑то в глубины подземелий. Катапульта и баллисты форта сюда уже не добивали, хотя засевшие на наблюдательных вышках лучники, бесспорно, могли видеть все происходящее без особого напряжения. Строение, слишком нелепое чтобы быть созданным чем‑то кроме дизайнерского произвола, содрогнулось от тяжести, когда обдирая антрацитово — черным хитиновым панцирем каменные стенки тоннеля наружу стало выбираться…Нечто. Называлось оно царствующим консортом, внешне походило на жука — носорога и имело сороковой уровень, а размеры его подавляли. Больше слона, больше дракона…Может, размером со среднего кита? Только кита, который отрастил себе около сотни мелких ног, а также десяток идущих по бокам вытянутого туловища крупных клешней и целых четыре длинных хвоста, оканчивающихся ядовитыми таранами жал. И самое плохое заключалось в том, что вражеский полководец пришел сюда не один. А вместе со всей своей армией. Изпод его брюха, из‑за окружающих спуск в Подземелье камней, из окружающего леса и просто из под земли принялись выбираться насекомые примерно полутора десятков разновидностей. И было их много. Я бы сказал, штук эдак с полтысячи. И это не считая облака стрекоз, налетевшего как из ниоткуда и принявшего виться вокруг более крупных созданий. Да, считалось будто воины роя уступают один на один представителям других фракций, беря свое числом. Но при соотношении один к трем их шансы на победу вполне могли рассчитываться как процентов семьдесят. Или даже выше.

— У — Ха — Ди! — Провыла — проскрежетала главная хитиновая гора, наклоняя вперед голову, на которой распахнулася настоящий провал пасти. В эту черную дыру я мог бы въехать верхом на Немесис, да еще и нагибаться бы не пришлось. Между вытянутыми вперед усиками громадного гибрида жука и многоножки пробежала искорка молниевого разряда. Тварь была не только разумной, но и колдующей. Изощренным владением магией или большим количеством чародеев насекомые не сливались, но те немногие из них, кто обладал сверхъестественными способностями, всегда были просто неприлично сильны. — Дру — Ид! У — Ха — Ди!

— Внимание! — Я поднял руку вверх и сказал то, что от меня вряд ли ожидало мое войско. Передислоцировался на своей тигрице в середину строя, самое его безопасное место. — Пятимся!

Люди, нелюди и звери, уже приготовившиеся к суровой и кровопролитной стычке с насекомообразными монстрами, с удивлением посмотрели на своего командира. А потом сделали шаг назад. Второй. Третий…Отступать с идеальным сохранением строя у нас не получалось, но и насекомые бросаться в атаку не спешили. Среднего размера коричневые жуки, чьи передние лапы напоминали не то лезвие топоров, не то совковые лопаты, принялись стремительно зарывать почти готовый канал. А остальные твари медленно, как раз с нашей скоростью, поползли вперед. Видимо командующий хитиновым войском монстр тоже опасался понести слишком большие потери, ибо если рой чересчур ослабнет, то барон может попытаться второй раз вторгнуться под землю.

— И долго мы так будем из себя пещерных раков изображать? — Прошипела мне на ухо дроу, протолкавшаяся сквозь ряды солдат. — Давай я хоть пару мин магических в канаву поставлю!

— Еще рано. — Сквозь зубы прошипел я, на ходу выстраивая в голове плане будущего сражения. А без него сегодня мне уходить не улыбалось. — Подожди, пока мы не приблизимся к форту.

— Думаешь, они подойдут к нему на расстояние броска из катапульты? — Скептически усмехнулась темная ведьма, уперев руки в бока. — Даже самый тупой таракан своими инстинктами понимает, что тут лишь летящая многотонная каменюка является единственным по — настоящему опасным оружием для консорта королевы роя! А границы досягаемости орудий они изучить успели давно!

— Сидящие в гарнизоне священники могут вызвать ангелов и послать их нам на помощь. — Покачал головой я, и не думая переоценивать тупость насекомых. — Они при таком маневре не теряют ничего, а часть врагов гарантированно уничтожат. Плюс солдаты барона могут и по своей воле сделать вылазку…Если увидят, что мы побеждаем.

А еще под стены форта можно будет удрать в случае поражения. Туда твари роя уж точно не сунутся. Могли бы выдержать его обстрел достаточно долгое время — срыли бы это укрепление до основания. Впрочем, судя по следам на фундаменте, они пытались. Кстати те борозды в камне как‑то подозрительно совпадают очертаниями с хвостовыми жалами консорта. Жаль, он тогда смог выйти из неудавшегося штурма…Или просто королева роя себе нового мужа родила.

К сожалению, вражеский полководец вовсе не собирался плясать под мою дудку и приходить под своим войском под самые стены заставы. Видимо он догадался о том, что мы как‑то смогли договориться с людьми барона, а может и априори считал всех не — насекомых союзниками. Кажущееся медленным продвижение сменилось стремительной атакой, когда прикрывавший стрелков и друидов тыловой дозор из некоторого количества разбойников — рукопашников взорвался яростными воплями. Десятка четыре зеленых и плоских жуков, жмущихся к земле, незаметно оббежали нас по дуге, прячась среди растительности. А после высыпали к каналу и бесхитростным лобовым ударом зажали мою армию в клещи между собой и основным войском насекомых. Эти диверсанты были обречены погибнуть, но они удерживали нас на месте достаточно долго, чтобы остальные хитиновые монстры смогли добежать до первого ряда копейщиков и вступить в бой.

— Энты, вперед! Принимайте на себя первый удар. — Отдал я приказ ожившим деревьям, не сомневаясь, что они его выполнят. Хотя древесные гиганты и являлись живыми существами, а следовательно могли чувствовать боль и страх, пределы выносливости у них являлись просто огромными. Проще говоря, любого из них было проще изрубить на зубочистки, чем заставить побежать. — Копейщики, сразу за ними! Вас маловато, но крестьяне и сатиры вам помогут! Вперед не соваться, держать строй! Медведи по флангам! Лучники, медузы, друиды…Огонь!

— У нас эту стихию не особенно уважают, мы больше по земле. — Спокойно заметил ближайший ко мне друид, делая взмахи посохом. Я использовал заклятие каменного шипа, пытаясь чуть затормозить им прущего вперед словно танк консорта, но промахнулся. Вернее, попал то куда целился, но тварь двигалась быстрее, чем заклинание успело активироваться. По месту, на котором гигант находился секунду назад, уже бежал один из обычных, пусть и крупных, с человека размером, жуков. И вот ему то не повезло. Насекомое отчаянно задергало лапами, словно угодив в руки увлеченного пополнением коллекции энтомолога, когда ударившая снизу тонкая и острая скала подняла его над полем боя на высоту двух метров. И вряд ли он порадовался внезапно открывшемуся обзору, оказавшись насаженным на столь своеобразную иглу. — В крайнем случае, вода. Совсем иногда — воздух.

— Да хоть скисшее орочье пиво! — Рявкнула на него Инкония, также ошивающаяся вблизи главнокомандующего — ну то есть меня. С рук темной ведьмы сорвался ярко сияющий шар, но банальным наносящим урон площадным взрывом файерболом её чары вовсе не являлись. На лету потеряв прежнюю форму и оставляя за собой дымный след пламенный снаряд преобразился в какое‑то пылающее колесо и покатился сквозь первые ряды тварей. На своем пути он легко поджигал невезучих жуков и оставлял за собой дорожку из жидкого огня, ставящую немало монстров перед сложным выбором. Либо бежать насквозь, рискуя обжечься или даже загореться, либо сворачивать в сторону, теряя набранную скорость и мешая обходить опасную преграду другим. — Рожай уже!

Налетевшая на лучников стая стрекоз, просто перемахнувших через мои войска ближнего боя, не могла нанести им серьезного урона. Однако пыталась всеми силами вцепиться людям или медузам в лицо, опутать своим гибким телом руки, отвлечь стрелков от натягивания тетивы. Кусачая червеобразная пакость прекрасно убивалась даже не вытащенными из ножен кинжалами, а просто кулаками. Медузы с их естественной броней и вовсе несли от них скорее психологический урон, давя насекомых длинными чешуйчатыми пальцами. Но на расправу с брызжущим в разные стороны зеленым ихором тельцами требовалось время, которое шло сейчас буквально на вес золота. Как по команде друиды дружно стукнули об землю концами своих посохов и среди огибающих огненную преграду насекомых вздыбились каменные шипы. Вот только если у меня всегда получалась одна скала, только большая, профессиональные маги природы смогли чуть подкорректировать чары и выдать по три мелких с носа. Причем смотрящих в разные стороны этаким каменным цветком. Зацепив когда два, а когда и больше прущих вперед монстров, чары вывели из строя штук тридцать — сорок тварей и выиграли нам пару секунд, нужных на втпатывание этой преграды в пыль. Из‑за моей спины часто — часто начали лететь стрелы, свидетельствуя о расправе над стрекозами. Причем первый же залп успел скосить до полусотни противников.

К сожалению, рой также обладал юнитами, предназначенными для дистанционного боя. И не одной разновидностью, а двумя. Первыми оказались бомбардирщики. Здоровенные черные жуки, чем‑то напоминающие самого консорта, но несравненно меньших габаритов. Несмотря на обманчивую медлительность, они уверенно держались в середине вражеского строя. И на ходу умудрялись изрыгать из своих пастей сгустки клейкой зеленой жижи, разъедающей все подряд словно концентрированная серная кислота. Кожа — кора энтов, выбранных ими в качестве приоритетных целей, мгновенно начала дымиться, чернеть и опадать целыми пластами. К счастью, подобных самоходных биологических орудий у противника имелось всего шестеро. И по размеру они скорее соответствовали не слону, а быку. Пусть и крупному. В любом случае, их плевки чисто физически не могли сосредоточить в себе достаточно яда, чтобы убить древолюдей. Во всяком случае, быстро. Вторыми, куда более многочисленными и несравненно более хрупкими, оказались шилопауки. Этакие шустрые колобки на метровых лапках с прицепленными к задней части скорпионьими хвостами. Обогнав всех и вырвавшись далеко вперед, они не стали колоть ими энтов, а нацелили кончики жал прямо на крестьян. С легкими хлопками, очень напоминающими звуки пневматического оружия, острые и отравленные колючки сорвались в короткий полет, завершившийся в телах легкой пехоты, прикрытых в лучшем случае видавшими виды кожаными доспехами. А взамен первого снаряда из глубин плоти насекомых уже медленно выдвигался второй. Количество этих шипов, явно выросших заранее, скорее всего, было ограничено. Но оно уж точно превышало число имевшихся в моем распоряжении крестьян.

Прущий впереди всех словно танк консорт попытался проскочить между слегка дымящихся энтов и врезаться в строй копейщиков, своей массой просто сметя его…Но был перехвачен темными плетями, выметнувшимися из под земли и схватившим его многочисленные ноги. Прочно вставшие на одном месте древолюди успели хорошенько прощупать под собою почву. И даже пустить в неё корни, которые сейчас и стреножили гигантского жука, поломав ему парочку конечностей, а остальные просто спутав вместе. И пусть во время переходов и в диалогах пастыри лесов вели себя очень нерасторопно, в драке вся их медлительность куда‑то испарялась. Во всяком случае, покрытые корой кулаки, размером с меня, замолотили по хитиновой броне едва ли не с частотой дождевых капель. Причем от каждого удара в разные стороны летели осколки толстенного панциря. Грозные клешни консорта вцепились в размягчившуюся под воздействием кислоты природную броню правого энта и принялись её раздирать, а все четыре хвостовых жала по самое основание вонзились все в того же противника. Но лесной исполин выжил под ударом, убившим бы практически любое другое существо на месте. Более того, своими руками он схватил два хвоста титанического насекомого у самого основания и вырвал их с корнем!

— Друидам атаковать крупного! — Отдал я приказ, удерживая на месте Немесис, рвущуюся в бой. — Пробейте каменными шипами его броню, пока он торчит на одном месте! Инкония — ты тоже!

— У меня есть идея получше. — Ладони дроу были сложены крест накрест и её длинные тонкие пальцы непрестанно шевелились, странно напоминая паучьи лапки. — Сейчас я прикрою твоих энтов пологом боли!

Жуки ближнего боя проскользнули мимо борющихся гигантов и насели на копейщиков. Первые из них насадились на вытянутые вперед острия, но тем самым они наклонили оружие вниз и дали пройти по своим трупам следующим. В половине случаев тем удавалось вцепиться в человеческую плоть, практически сразу отгрызая защищенные кольчужными рукавами кисти. А во второй половине им между жвал входил длинный прямой кинжал, носимый в качестве дополнительного оружия. Будь противников хотя бы двое на одного — может быть мастера древкового оружия и отмахались бы. Но их просто погребло под живой волной прямо на глазах остального войска. Крестьяне и сатиры, стоящие за копейщиками, в лучшем случае успевали лишь покарать убийц с обагренными кровью жвалами. Да и то удары вилами, цепами, ржавыми топорами для рубки дров и прочим оружием ополчения частенько скользили по гладкому хитину. В то время как зазубренные челюсти насекомых промахивались редко, а не могли пробить легкой брони еще реже. Преграда, отделявшая стрелков и чародеев от беснующихся тварей, стремительно начала таять как лед на солнце. Те из насекомых, которым явно не хватало места, чтобы атаковать людей, набросились на энтов. Они грызли их корни, удерживающие на месте консорта, или и вовсе пытались карабкаться по древолюдям вверх, к лицу или рукам.

Сорвавшие с рук темной эльфийки мерцающие сгустки ударили в древолюдей и растеклись по их коре, словно краска. Вернее, они растекались над их корой. На расстоянии около десятка сантиметров каждого древесного исполина окружила ореолом едва заметная дымка. И насекомые, которых она коснулась, немедленно попадали с энтов вниз, дергая лапами. Да и консорт затрубил и содрогнулся, явно испытывая неприятные ощущения. А потом дёрнулся так, что все опутывающие его корни, подточенные усилиями помощников, просто порвал.

Медведи покинули свое место на флангах и попытались прийти легкой пехоте на выручку, атаковав шилопауков. Увлекшиеся расстрелом отчаянно отбивавшихся от более крупных насекомых людей и сатиров, враги проморгали тот момент, когда к ним на дистанцию удара лапой приблизились с двух сторон грозные звери. Отстрелявшие очередные жала, обладающие очень неубедительными маленькие челюстями и совсем не имеющие когтей, эти шарики на ножках просто разлетались в разные стороны от того места, где шел впавший в боевой раж любитель меда. Вся их популяция, насчитывающая не меньше сотни, за каких‑то полминуты уполовинилась в числе, забрав с собой лишь одного мишку. И то он, по — моему, просто подавился, попытавшись заглотить сразу двух шилопауков разом. Не оставалось сомнений, еще секунд сорок, ну максимум пятьдесят — и вражеские легкие стрелки сдохнут все. Окончательно и бесповоротно.

— Друидам смена цели. — Коротко распорядился я, наблюдая за тем, как консорт напрыгивает на одного из энтов и с треском ломающейся древесины опрокидывает его на землю. Второго окатили дружным залпом кислоты как из брандспойтов подошедшие, наконец, к месту побоища бомбардиры. Оказывается, они умеют плеваться своим ядом в двух режимах, дальнобойном и площадном. До рядов моих солдат допускать их нельзя. От крестьян и сатиров итак уже осталась едва ли половина…А я ведь еще обещал не использовать их в сражениях. Ладно, со штрафами к морали потом разберемся. В конце‑то концов, пара праздников с халявной выпивкой и фейерверками должна все исправить. — Всем бить по бомбардирам. Прикончите этих ублюдков наверняка.

Я вовремя успел сориентировать магов природы. Спустя лишь несколько секунд после отдачи приказа они снова стукнули посохами о землю, и каждого из крупных черных жуков пронзило по два двигающихся друг другу навстречу длинных каменных шипа. Искривляющийся под воздействием разнонаправленных векторов хитин хрустнул и треснул, выливая на землю десятки литров мерзкой зеленой крови и шипящей на воздухе кислоты. С этой угрозой покончено…К сожалению, попавший под едкий дождик энт рухнул на землю и, насколько я знаю подобных созданий, умер он раньше, чем упал. А консорт, добивший своего противника ценой еще трех — четырех потерянных и сломанных конечностей, выглядит побитым, но не сломленным. Один из оставшихся хвостов точно выверенным движением и будто с ленцой насадил на жало медведя, впавшего в боевое безумие и попытавшегося атаковать монстра с кормы, а по чудом уцелевшим в схватке усикам насекомогозабегали искры электричества, с каждой секундой становясь все гуще и направлены они оказались прямо на магов природы…Нет, на меня!

— Занг! — Выкрикнула дроу, вздымая вверх руки и окутываясь мерцающим полем щита. Молния, толщиной с человека, выпущенная членистоногим магом, чуть — чуть не дотянулась до одного друида смешанного происхождения и, резко сменив курс, ударила прямо в темную ведьму. Всю её защиту сдуло напрочь. Вместе с маскировкой, одеждой, волосами и частью кожного покрова. Обугленная до состояния угля темная эльфийка со стоном боли рухнула прямо на какого‑то пожилого мага природы и в дальнейшем бою участия явно принимать не могла.

Сообразить, что именно затеял консорт, было делом пары секунд. Устрашенные смертью лидера войска с низким боевым духом, то есть нещадно избиваемые крестьяне и изначально трусоватые разбойники, бросятся наутек. Без командования и с утратой едва ли не трети союзных бойцов остальные отряды моего войска один за другим либо тоже побегут, либо сдохнут. Промазавший первым магическим ударом громадный жук уже собирал энергию для второго, не обращая внимания на стучащие в места с сорванным хитином стрелы и энергетические болты друидов, раскалывающие броню исполинского насекомого. Вывод? Надо спасать свою шкуру во имя победы. Все‑таки почти половину монстров мы уже уничтож…

Громадный камень, весом не меньше чем килограмм пятьдесят, шмякнулся прямо на башку консорту, вминая её в головогрудь. А после отскочил от дергающего лапками тела, обливающегося потоками зеленой крови и покатился по земле, раздавив парочку относительно небольших жуков размером с крупную собаку и проехавшись по ноге какому‑то отчаянно машущему цепом крестьянину. Тот, охромев напрочь, от боли выронил свое оружие и оказался тут же загрызен. Не уверен, убило ли вражеского генерала прямое попадание главного орудия форта, но плеваться молниями он прекратил. А значит, настало время для контратаки, способной переломить сражение. Тем более, у меня как раз прошел откат от предыдущего заклинания.

— Вперед! — Я наложил на тигрицу каменную кожу и слегка тронул её бока пятками. Крестьян, среди которых все чаще и чаще раздавались панические вопли, следовало подбодрить. Лучше всего личным примером. — Настала и нам пора немного поплясать!

Большая кошка, перемахнув пару рядов солдат, приземлилась прямо на спину змееобразной твари, размером чуть больше человека. Та щетинилась во все стороны шипами, но Немесис еще в полете расставила свои ноги так, чтобы они приземлились на гладкие участки. План тигрицы увенчался успехом и хребет монстра треснул, не выдержав сочетания двойного веса и ускорения свободного падения. А в следующий момент мой меч нацелился знакомого вида инсектокентавра, сошедшегося в силовом противостоянии с истекающем кровью из дюжины ран медведем. Клинок прошел прямо над кирасой, выглядящей полной копией моей собственной и ушел в подбородок твари до половины…Но это не помешало её выдернуть из ослабевшего зверя костяную острогу и с размаху опустить её прямо на мой жалобно загудевший шлем.

— Вот зачем писать, что у меня дебаф оглушение? — Пробормотал я, мотая головой. Тонкий звон в ушах ужасно действовал на нервы. — Неужели сам бы не догадался?

Что‑то больно резануло мою ногу, но потом Немесис куда‑то резко дернулась и источник боли пропал…Да уж, тигра это вам не лошадь. На укусы жеребцов жалуются многие конюхи, а вот пожаловаться на аналогичную шалость большого хищника мало кто успевает. Слегка оклемавшись, я продолжил схватку, больше махая мечом и испуская жалкую пародию на героические кличи, чем реально нанося урон. В отличии от мягких гоблинов, по которым было главным попасть, хитиновые твари примерно в половине случаев умудрялись подставить под клинок бронированную или не особо важную для жизнедеятельности часть. Рассыпавшиеся на отдельные островки выжившие крестьяне, среди которых уже почти не осталось сатиров, пропустили врагов к лучникам и друидам…Но те, сунувшись к нашим стрелкам, сделали себе только хуже. Как оказалось, несмотря на почтенные годы маги природы совсем недурно умеют размахивать посохами, а весят те не меньше иных булав. Да и лесные разбойники не побоялись сойти врукопашную с монстрами, поскольку самые крупные их особи, как правило, уже лежали мертвыми. Да и оставшиеся через одного уже успели потерять глазик, лапку, клешню или литра три крови. Правда попытавшийся подняться на ноги консорт вызвал среди людей панические крики…Но новая каменная глыба, прилетевшая со стороны форта, обрушилась ему на спину и, уйдя вглубь организма насекмого до половины, окончательно добила исполинского жука. Остатки воинства роя хлынули обратно к входу в Подземье, но добежать к спасительному пандусу успели далеко не все. Бросившиеся в атаку люди и звери без всякой жалости уничтожали отступающего противника. Фанфары повышения уровня ознаменовали мою победу в этой бойне, дали плюс один к силе магии и предложили на выбор начала тактики либо базовую магию хаоса. Пожалуй, лучше выбрать первое. С колдовством у меня ведь как‑то не сложилось, а войска в перспективе обещают стать достаточно многочисленными.

— Займитесь раненными. — Прохрипел я друидам севшим голосом, а после принялся искать в инвентаре флягу с водой. — А мне…Уф…Надо к форту съездить. Спасибо сказать. И спросить насчет ангелов, может они согласятся воскресить кого‑то из павших…

— Увы. — Развел пятью минтуами позже перегнувшийся через стену укрепления аколит. — Рад бы помочь, да не могу. Сегодня с утра наши рейнджеры в засаду попали, но к счастью тела их удалось отбить…Так что ангелов никто из нас раньше завтрашнего дня призвать не сможет. Иначе бы мы их и раньше выслали на погибель тварям роя.

— Жаль. — Искренне вздохнул я. — Тогда спасибо вам хоть за то, что из катапульты поддержали! Вот полтысячи монет, это за неё!

— Хо — хо! — Подброшенный в воздух кошель мистическим образом ткнулся прямо в руку гнома, отважно вскочившего на один из каменных зубцов. Риск смертоносного падения вниз с высоты десятка метров коротышка просто проигнорировал, ослепленный жаждой наживы. — Правильно мне говорил наш старейшина: 'Если орудие может стрелять на тысячу шагов, пусть бьет не дальше шестиста. Чтобы когда придет время, можно было вдарить и на полторы тысячи зарядом облегченным!'.

Глава 14

— Еще не факт, что все насекомые там утонули. — Заметил старый рыцарь, любуясь с высоты стены собственного форта на канал в котором отчаянно билась в грязи рыба, пытаясь ускользнуть из рук собирающих её крестьян и найти себе хоть немножечко воды. Вот только усилия разнообразных сомов, судаков щук, лещей и карасей, не говоря уж о прочей плотве, были изначально обречены на неудачу. Входной шлюз канала оказался закрыт двое суток назад и уже почти вся влага, катившаяся от реки к подземным катакомбам, но не дошедшая до пункта назначения, успела впитаться в почву или испариться. — Могли и отсидеться там, куда вода не достает.

— Могли. — Не стал спорить я, наблюдая за тем, как компанию данникам барона составляют мои медведи, весело плюхающие по мутным лужам. А также то и дело останавливающиеся, чтобы в очередной раз измазать морды рыбьими потрохами и чешуей. — Для того я и намерен туда спуститься. Ну и чтобы территорию застолбить тоже, чего уж тут.

Вода в подземелье, куда мы отвели воды реки, набралась куда быстрее, чем можно было ожидать. Всего за сутки. И еще столько же ушло на то, чтобы лениво катающая свои волны у самого входа на пандус мутная жижа схлынула, оставив после себя лишь мусор. Все это время остатки моей армии провели прямо там же, у входа в подземелье. Сначала наскоро перевязывали раны, потом кое‑как доделывали канал, ну а после встали на отдых и излечение уже основательно. Благодаря знанию лечебных травок друиды умудрились поставить на ноги почти всех выживших…Правда, часть их пришлось возвращать срочно назад в замок. Крестьяне и сатиры угрожали устроить бунт, если их попробуют затолкать в темную и страшную дыру, вместо того, чтобы отпустить обратно к любимым садам и огородикам. Что ж, с точки зрения боевой мощи потеря и правда была не велика, я даже вдобавок к ним приставил для пущей безопасности двух покалеченных медведей, из‑за травм ближайшую неделю или две способных лишь пугать противника грозным рыком. Зато вместо них я смог вытянуть к себе обоих ведьмаков, десяток прекрасно чувствующих себя в подземельях слизней и даже четверых кентавров. Хотя польза от последних, представлявших из себя типичную легкую кавалерию, в ограниченном пространстве подземного перехода и была крайне сомнительной.

— А я бы тоже мог так сделать, чтобы выиграть наше пари. — Упрямо заявил барон, уперев руки в бока и воинственно выставив вперед свою длинную бороду.

— Могли. — Кивнул я. — Но на этот случай, который очень хочется расценивать как жульничество, у меня до сих пор гостит ваш сын.

— Предусмотрительность и паранойя — два качества, которые помогают дожить до старости и стимулируют окружающих быть с вами честными. — Усмехнулся рыцарь. — Ладно, не хмурься, друид. Я умею проигрывать. И потом, всегда есть шансы, что внутрь войдешь ты и твое войско…А обратно вернешься только ты. И тогда уже у меня будет полное право попытаться оп праву силы огнем и мечом зачистить подземелье и привести его под свою власть.

Причина, по которой спуск в подземелье все еще откладывался, была очень проста. Я никак не мог дождаться проводника. Принявшая на себя удар молнии дроу была доставлена к целителям в тяжелом состоянии. Очень тяжелом. Сначала ей занимался пожилой друид, пожалуй, самый старый и наиболее искушенный в лекарском деле из тех, кого я смог нанять. Он, кстати, появился одновременно со строительством подвала травника. Потом, когда все его усилия оказались бесполезны, больная перешла к седому как лунь священнику, по уверениям местных виртуозно латавшему любые раны уже лет сто. Но и тот также ничего не смог добиться от безмолвного черного тела. И тогда они взялись за него совместно, выгнав из лазарета всех помощников. Дело, вроде бы, сдвинулась с мертвой точки. Несколько часов назад Инкония пришла в себя…И практически сразу же начала кричать. Чего конкретно она орала из‑за толстой дубовой двери было не разобрать, но пронзительность воплей и загнала нас с бароном на стену. Сюда эти душераздирающие звуки просто не долетали.

— Ну, в таком случае я действительно честно проиграю, а вы честно выиграете. — Подобная перспектива не казалась мне столь уж пугающей. Главным образом потому, что я не верил в возможность насекомых сохранить у себя достаточные силы. Постоянные потери в войне с бароном, плюс те кого удалось покрошить у спуска в катакомбы, плюс утонувшие…А если бы вода им никак не могла повредить, то вряд ли отряд во главе с правящим консортом постарался бы нас уничтожить и зарыть сие инженерно — безграмотное, но все же действующее сооружение. — Кстати, как они смогли уничтожить ваш отряд во время того неудавшегося первого штурма улья?

— Почему неудавшегося? Очень даже удался тот штурм. Просто потом мы попали в ловушку при зачистке внутренних помещений. — Скривился старый рыцарь. Поднятая тема явно была неприятна, но он все же пересилил себя и принялся рассказывать. Видимо — В их улей солдаты ворвались, не без потерь, но погиб лишь каждый третий. А после отряды шли по тесным коридорам, оскальзываясь в своей и чужой крови. Убивали все, что казалось нам живым и снося то, что выглядело чересчур чужеродным…А потом эти твари применили какое‑то грязное колдовство и заполнили воздух ядом. Молитвы святых отцов не действовали, нам стало не хватать дыхания, в глазах темнело, люди теряли сознание и падали. А из каждой маленькой щелочки поползли жуки — скарабеи размером с кулак. Их рубить было почти то же самое, что сечь клинком воду, а они забирались под доспехи и выжирали плоть. Попытавшись переломить ситуацию, мой духовник призвал архангела. И он пришел, взмахом своего огненного меча очищая уже погребенных под шелестящей волной от злобных тварей и полученных ран…Но тут же грянул взрыв, вышвырнувший меня из этого проклятого улья через стену. Та часть богомерзкого логова роя, которое мы захватили, обрушилась и занялась пламенем. А сыновья остались внутри. Как и почти все ветераны, вместе с которыми я верно служил императору десятки лет.

Хм, пока все очень походит на банальный рудничный газ. Скопился, мешал дышать, потом взорвался при контакте с источником открытого огня. При дроу его наверное уносило в вентиляцию или как‑то нейтрализовало их магией, а вот с исчезновением темных эльфов вытяжка могла и испортиться. А твари роя…Интересно, а они вообще могу задохнуться в неподходящей атмосфере? Легких то у них нет. Правда, почти наверняка имеется какой‑то их аналог.

С грохотом дверь, ведущая в недра форта, вылетела и оттуда показалась замотанная в окровавленные бинты мумия. Маленькая. Женская. Матерящаяся, кажется, сразу на трех языках одновременно и расчищающая себя путь ударами огненной плети. Словно горячий нож сквозь масло она прошла через двор, по счастью пустой, достигла широко распахнутых ворот и…С размаху налетела на выставленную вперед створку.

— Так, а кроме моей ведьмы у тебя в форте волшебницы были? — Уточнил я у Альфреда, уже догадываясь об ответе. Страдать от плохой ориентации на местности при ярком свете дня может лишь тот, кто больше привык к вечной тьме подземелий.

— Не было. — Подтвердил мои подозрения барон. — Я вообще запрещаю женщинам в таких местах находиться. Пусть лучше солдаты лучше к шлюхам маршброски на расстояние дневного перехода совершают. Деньги то они все одно потеряют, но так хоть форму наберут.

— Вернитесь, леди! — Вылез из недр укрепления монах, передвигающийся почему‑то на карачках. Причем мантия у него сзади очень подозрительно топорщилась. Будто у святого отца вдруг отрос короткий негнущийся хвост. — Я все исправлю!

— Процедуры еще не закончены! — Поддакнул ему объявившийся следом друид, цепляясь за косяк и слегка дымясь. Борода заслуженного мага природы была обернута вокруг его же шеи на манер шарфа…Или удавки. — Поверьте, у вас все станет как было! Скоро! Мы уже встали на верный путь!

Мумия, не вставая на ноги, ощупала помешавшую ей преграду, перевернулась на живот, стала цепляться руками за траву и ползти…Причем очень — очень быстро и как можно дальше от форта и его обитателей.

— Так, стража! — Щелкнул пальцами барон. — Притащите сюда этих лекарей…А то сами они, видимо, не дойдут. И вежливее давайте, растяпы! Все‑таки перед вами пожилые люди.

— Хорошо, а я иду догонять беглянку. — Решил я, шагая к лестнице. — Кажется, они её все‑таки сумели подлатать. Или убили и подняли. Потому как умирающая так шустро удирать от лекарей не будет. Только здоровая или уже мертвая, которой теперь уже ничего не страшно.

Догнать дроу, заблудившуюся даже не в трех соснах, а в чистом поле и теперь нерешительно крутящуюся на одном месте, оказалось просто. Куда сложнее было увернуться от комка жгучего пламени, которым замотанная в окровавленные бинты ведьма очень метко ударила на звук.

— Инкония, хватит! — Рявкнул я, вставая из травы и проводя рукой по опалённой шевелюре. — Если хочешь устроить мятеж, то потрудись перед его началом хотя бы собрать сторонников или одеться! Про обе вещи сразу уже и не говорю…

— Мой лорд? Это вы? — Облегченно выдохнула дроу, опуская руку, на которой плясал колдовской огонь. — А где те два слепошарых троглодита, от которых я убегала?

— Далеко. — Мой взгляд сам по себе скользнул за спину, где оба целителя чего‑то объясняли барону, активно махая руками. — Чем они тебе так не угодили, что ты решила с боем прорываться куда угодно, лишь бы подальше от них?

— Эти дебилы! Эти поросшие мхом кроты! Эти давшие обеты целибата девственники, которые на женщину пристально взглянуть бояться, а при мысли ощупать её падают в обморок! — Инконию буквально душила злость. — Они подумали, будто я черная, потому как в саже! И принялись мыть!

— И? — Уточнил я, пытаясь понять, как это целых два специалиста — медика не смогли понять, что перед ними дроу. Может, они шутили так просто? Или устроили перед лечением научный консилиум с принятием сорокоградусной аквавиты и воскуриванием священного каннабиса?

— А когда не помогло — решили, будто у меня кожа обуглилась! — Рявкнула дроу, в исступлении грозя судорожно сжатым кулачком лесу…Думаю, она хотела сделать это в направлении форта, но просто перепутала стороны света. — А после стали её лечить, пытаясь вернуть первоначальный цвет, которым, по их мнению, никак не мог быть черный! И, знаешь, у них получилось!

Дроу сорвала с себя бинты и явила миру жуткую багровую морду, местами еще покрытую следами каких‑то притираний. Агрессивные лекарственные процедуры, похоже, просто стесали с неё большую часть кожи, открыв взгляду уже непосредственно мясо.

Быстренько оттащив злобно шипящую на весь окружающий мир ведьму к основной массе войска, я наскоро попрощался с бароном и возглавив свой ударный отряд ступил на гладкий камень пандуса, уводящий в подземные катакомбы. Правда, оказались они совсем не такими темными, как казалось. Стены то тут, то там пятнали собою лишайники белых и зеленых цветов, обладающие свойствами к флюоресценции. Если бы мы погасили все факелы и наколдованные друидами магические фонарики, то мигом бы оказались погружены в глубокий сумрак, где уже на расстоянии пяти шагов ничего толком не разобрать. Но это все же не абсолютный мрак, а потому живущие на поверхности существа не превратились бы в абсолютно беспомощных котят, а лишь потеряли бы значительную часть своей эффективности. Мировой баланс, оказывается, не столь коряв, как представлялось изначально. Пол устилал разнообразный мусор, принесенный сюда водой или наоборот всплывший по ней ближе к поверхности. Впрочем, ничего интересного в нем не было. Водоросли, палки, останки каких‑то существ вроде летучих мышей или ящериц. Впрочем, хитиновые панцири тоже попадались. Только не уверен, принадлежали ли они самым мельчайшим из тварюшек роя или остались от представителей обычной фауны.

— Здесь находится первая из развилок подземных путей. — Замотанная в окровавленные бинты, но уверенно шагающая по родным местам, дроу остановилась, когда мы вышли в большую пещеру, напоминающую футбольный стадион. — Обычно здесь располагался наблюдательный пост лазутчиков. Обитали они в громадном сталактите, обломки которого лежат у нас под ногами.

— Видимо его разрушил рой, стараясь добраться до содержимого и утащить его к себе в логово. — Решил я, разглядывая обломки уничтоженного строения. Интересно, его можно возродить? Впрочем, пожалуй, не стоит. Не нужны мне темные эльфы. Эльфийки бы вот еще сгодились в гарем, если не шибко стервозные попадутся. — И куда мы отсюда можем попасть? Ну, кроме как на поверхность?

— Вон там, где лежит мощеный плитами тракт, был проход к внешним подземельям. — Махнула рукой ведьма. — По нему ходили торговцы, наемники и редкие путешественники, не боящиеся местных обитателей. Рой тоже им прошел и тоннель за собой обрушил капитально. Я бы сказала, что меньше чем за месяц не раскопать. Расщелина в скале, расположенная сразу у остатков сталактита, идет глубже вниз. А короткий боковой отнорок, который отсюда не виден, ведет к кристальной ферме.

— Заглянем туда. — Решил я. — Посмотрим на то, как инфраструктура жуков пережила потоп. Ведь не могли же они не разрабатывать источник ресурсов?

— Я тебе и так скажу, что там такое. — Фыркнула дроу. — Большой труп твари — экстрактора и, возможно, при ней несколько мелких насекомых — рабочих. Вонь разложения, которую они издают, невозможно не учуять.

Ближайший к нам медведь довольно рыкнул, выражая согласие. Вот только он хоть и ощущал данный аромат, но неприятным его явно не считал. Скорее уж не брезгующий падалью всеядный хищник принюхивался к местным запахам с аппетитом.

Ожидания Инконии не обманулись. Кристаллическая ферма, то есть нагромождение искривленного и перекрученного кварца, в глубине которого временами вспыхивали искорки магической энергии, действительно почти полностью оказалось погребено под оплывшей жирной тушей исполинской пиявки. Похоже, тварь просто вросла в месторождение ресурса, который поглощала и тем каким‑то странным образом позволяла использовать рою при создании новых существ. Убежать от воды, заполнившей подземелье, она не могла чисто физически. А мелкие существа — носильщики, носившие ей еду и утаскивающие отходы, сделать этого видимо не догадались. Похожие на метровых тараканов, трансформировавших переднюю пару лап в почти человеческие руки, они просто забились под брюхо своего начальства и там захлебнулись.

— Не рассчитывай, что дальше будет так же просто. — Предостерегла меня дроу, наблюдая за тем, как медведи оттаскивают громадный труп в сторону, заодно откусывая от него самые аппетитные части. — Экстракторы, по сути, отличаются от тех же коров только размерами, степенью опасности и неспособностью к пробежкам. Основное их предназначение — давать нужные ресурсы хозяину, который за них и думает.

— Предлагаешь идти вниз кратчайшим путем к королеве? — Уточнил я. — Вроде бы с её смертью любые подчиненные твари роя должны резко утратить волю к жизни и просто начать расползаться по темным углам.

— Вниз. — Кивнула дроу. — Но не кратчайшим. Судя по тому, как быстро она захватила подземелье и умело расправилась с бароном, главный разум роя умеет мыслить тактически. Ту же ловушку с рудничным газом сделали сами насекомые, у нас ничего похожего никогда не было. Впрочем, я знаю об одной тропке, которая может вывести прямиком к главному паучьему храму, то есть сердцу моего поселения. Главное, чтобы вода оттуда успела стечь.

— И почему ты думаешь, что там не стоит ожидать засады или еще чего похлеще? — Уточнил я.

— А это люк, через который спускали трупы из алтарной залы прямо в рабские загоны, которыми по традиции являются выработанные штреки, откуда брался камень для строительства зданий. — Пожала плечами ведьма. — Подступы к этим норам наверняка не охраняются, они же регулярно рушатся, тесные и без своих обитателей никому не нужны. А подняться обратно в храм оттуда может лишь тот, кто умеет леветировать. Как я, например. А вы с друидами просто сделаете в гладком камне ступеньки, как на той горе гномов.

Запомнить дальнейший путь в лабиринте подземных тоннелей я честно пытался…Но быстро понял, что это бесполезно и положился на местную жительницу, пытающуюся провести наш отряд не общедоступными тоннелями, где легко пройдет целое войско, а закоулками куда вряд ли бы сунулся хоть один человек с поверхности. Трижды она ныряла в скрытые проходы, активировав спрятанные среди камней механизмы, а один раз, когда не знала, как именно открыть замаскированную под валун дверцу, просто взорвала её.

— Вот понавертели вы дырок в земле — матушке. Понимаю, конечно, что в подземной войне обойти противника с тылу дело важное, но все равно как‑то этакие маневры для меня чересчур! — Прохрипел я, когда согнувшись в три погибели, полз по какой‑то щели. Прямо перед глазами уже полчаса маячила пятая точка уверенно и непринужденно передвигающейся на карачках дроу. И если бы от неё не несло так какими‑то не до конца сошедшими лекарскими мазями, точно бы не сдержался и рано или поздно как минимум укусил. — Долго нам еще?

— Почти пришли. — Пропыхтела темная эльфийка. — Разве не ты минуту назад жаловался на то, что застрял в чьих‑то ребрах?

— Так это были остатки одного из рабов? — Догадался я. — Значит, мы как раз по тем самым штрекам ползем? Странно, они не кажутся мне обжитыми, наверное, весь мусор водой унесло.

— Просто они всегда кучкуются ближе к кормушке. — Последовал безразличный ответ дроу. — Тут‑то им жрать нечего, к тому же там и вода в канализацию стекает.

— Кажется, я понял, зачем было делать прямой ход из храма в рабские загоны. — Мне почему‑то захотелось заняться геноцидом темных эльфов. И, если бы их в зоне досягаемости насчитывалось больше одной штуки, сопротивляться этому желанию вряд ли бы получилось. — А не было героев, которые умудрялись по нему вскарабкаться и чью‑нибудь глотку зубами перегрызть?

— Бывало пару раз. Только на этот случай в храме магическая сигнализация стоит. — Согласилась Инкония. — Такая жертва, чей дух и плоть воистину велики, стоила многих десятков обычных рабов.

Кости, среди которых человеческие составляли ну никак не меньше половины, стали попадаться чаще. Как и какой‑то мусор в виде отдельных черепков от разбитой глиняной посуды, обрывков шкур и прочей дребедени, которую можно найти на любой свалке. Путь оборвался в не слишком высокой, но широкой круглой пещере, явно бывшей в далеком прошлом каменным карьером. Наискось его пересекала длинная глубокая траншея, заполненная мутной жижией, откуда даже устроенное наводнение не смогло вымыть всякий мусор. Хорошо хоть отходами жизнедеятельности не пахло, видимо насекомые не использовали оставшуюся от темных эльфов канализацию. Заканчивалась эта мусорная река, чье начало терялось где‑то во тьме подземелий, настоящей пропастью. Причем с первого взгляда было понятно, что делала её не природа, а дизайнеры. Ну не бывает таких ровных гладких линий у обрывов. И провалов подобной глубины, на дне которых смутно виднеется некое алое сияние, тоже не бывает. Интересно все же, что там такое? Небеса местного Инферно или просто магма плещется?

— Дыра — там! — Уверенно ткнула Инкония пальцем куда‑то вверх и вправо. — Я этим ходом часто пользовалась…Когда считала, что пройти мимо рабов под невидимостью будет меньшим злом, чем подставлять свою спину жрицам в узких коридорах храма.

Растянувшийся вслед за нами отряд по одному выбирался из лаза. Друиды кряхтели и жаловались на ревматизм, лучники — люди и лучницы — медузы дружно бурчали, что им ни зги не видно и лишь медведи с кентаврами оставались каменно спокойными. Но если благодушное настроение косолапых еще можно было объяснить тем, что они удачно вписались в размеры подземного хода, то стоицизм обычно буйных и игривых человекоконей поражал. Если честно вообще думал, что они следом за нами не пролезут, однако нет, поместились как‑то…Хм, а может они сами в шоке от такого, а потому и молчат как пришибленные?

— Да, это будет сложнее, чем казалось на первый взгляд. — Я оценил расстояние от земли до верхнего края гладкого и ровного вертикального колодца. Метров шесть. А сколько еще до уровня храмового пола — неизвестно. Интересно, как туда забирались мстители из числа местных рабов? На батуте из шкур подпрыгивали? — Вырастить здесь нормальный подъем дело не одного часа. Ты думаешь, насекомые этого не заметят?

— Я умею летать и у тебя есть артефакт, позволяющий это делать. — Пожала плечами темная эльфийка. — Мы поднимем столько воинов, сколько получится, и с ними будем защищать алтарный зал. Тем более, он неплохо приспособлен для обороны.

Мне ничего не оставалось делать, кроме как достать из кармана мешочек с пыльцой принцессы фей и высыпать первую порцию искрящейся пыли прямо на уши Немесис. Зачем летать самому, если это может сделать твой транспорт? Кстати, надо оставшиеся три порции разделить между самыми крупными медведями. Тогда и друидам не придется магию тратить на вырезание ступенек в грунте, за час научившиеся порхать косолапые всю мою невеликую армию наверх успеют несколько раз перетаскать.

— Эльдар! Сюда! — Страшное шипение заставило меня сначала схватиться за клинок и только потом я сообразил, что это стенки колодца исказили до полной неузнаваемости шепот дроу. Улетевшая вверх темная эльфийка уже успела добраться до выхода в храм…И теперь старательно манила меня за собой, махая руками, окутавшимися черным огнем. — Быстрее! Уйдут!

У Немесис сработали охотничьи инстинкты и она, ни капли не сомневаясь, побежала прямо по воздуху вертикально вверх, отталкиваясь лапами от на миг возникающих под мягкими подушечками искорок. Я еле успел швырнуть мешочек с пыльцой одному из ведьмаков, как оказался уже внутри каких‑то развалин с напрочь снесенной крышей и отсутствием трех стен из четырех…Темные эльфы не отдали свое культовое место без боя. Впрочем, не похоже, будто его намеренно оскверняли. Скорее уж насекомые просто перебили защитников и забрали отсюда все ценное.

— Кто уйдет? Куда уйдет? — Спросил я у Инконии, крутя головой по сторонам и наблюдая лишь далекие стены титанической пещеры, на которых едва заметно мерцали маленькие с такого расстояния пятнышки мха. — И стоит ли вообще догонять?

Вместо ответа дроу схватила меня за голову и силой заставила перевести взгляд вниз. Оказывается алтарная зала была не упрятана в глубины храма, а выставлена на всеобщее обозрение. Особенно хороший вид на церемонии жертвоприношения должен был открываться с небольшой площади, расположенной почти у нас под ногами. И сейчас чуть ли не вся она была заполнена лежащими россыпью монетами, слитками руды, кубометрами строительного камня и дерева, кристаллами, драгоценными камнями и прочными массивными сундуками, содержимое которых было скрыто надежными крышками. Охрана у этого богатства имелась, но сразу было понятно, что она абсолютно недостаточна. Два жука — бомбардира и три десятка шилопауков. Право слово — совершенно несерьезная защита для подобного богатства. А ведь кроме сокровищ обычных здесь имелось и то, что насекомые явно относилось к числу живых драгоценностей. Штук шесть коконов из смеси каких‑то пленок и слизи, внутри которых угадывались контуры гуманоидных существ. Явно не простых, раз их не сожрали на месте, а решили сохранить на черный день. Пара сотен белых морщинистых яиц, внутри которых вызревали новые твари роя. И та, кто их отложил. Королева. Громадный толстый мешок, в котором зарождалась новая жизнь, напоминал потерпевший крушение дирижабль и, как мне кажется, при необходимости мог отбрасываться в сторону, будто хвост ящерицы. Иначе, почему остальная часть этого существа так сильно напоминала человеческую женщину?! Лицо с золотистой кожей медового цвета ничуть не портили большие сапфиры фасетчатых глаз, грудь топорщилась аппетитными гладкими холмиками, правда без сосков, изящные кисти рук сжимали какую‑то книгу, и даже ног было всего две! Длинных, стройных и ровных. Если бы не короткая, едва ли полметра, перемычка, соединяющая спину данного великолепия с горой мелко подрагивающей плоти, то она бы оказалась зачислена не в категорию 'враги', а спокойно прошла бы среди спасенных пленниц и прочих трофеев.

— Где там твои копуши?! — Шипела дроу, испепеляя взглядом существо, уничтожившее её родное поселение. Однако бросаться вперед или пускать в ход магию темная эльфийка не спешила. Прямо перед гибридом отвратительного насекомого и прекрасной женщины в воздухе пульсировал крупный сгусток алого света, размерами не особо уступающей ей самой. От него вниз к земле тянулись сотни небольших нитей — пуповин, окутывающих всю площадь магической паутиной. Вернее, тянулись они не к земле, а к разложенным тут и там трупикам и трупам насекомых, размерами от человеческого кулака до крупной собаки. На мой не слишком искушенный взгляд все выглядело так, словно королева роя решила провести некий могущественный ритуал из раздела магии крови, использовав в качестве сырья для него собственных подданных. — Почему их тут еще нет?! Еще несколько минут — и эта тварь закончит стабилизировать площадной телепорт и смоется со всем награбленным добром!

Из вертикального лаза за моей спиной вылетело двое ведьмаков, похоже высыпавших на себя пыльцу фей. Черт, я же не успел отдать приказ, чтобы топтыгины живыми лифтами принялись работать! А, ладно, сами справимся. По одному профессиональному истребителю чудищ на бомбардира, ведьма истребит своими заклятиями мелочь, а мне остается глава роя. Завалить её получится вряд ли, а вот продержаться до тех пор, пока остальные не расправятся со своими противниками должен суметь.

— Подожди, друид! Не атакуй! — Голос королевы, на удивление, ничуть не подходит её почти человеческого вида голове. Скрипучий и пронзительные, он вызывал желание скорее заткнуть источник неприятного звука. — Ты должен ценить любую жизнь, а я обязана сделать все, чтобы жил рой! Давай же договоримся! Дай мне и остаткам моего гнездовья уйти, чтобы никогда больше в эти края не вернуться!

— Какой смысл удовольствоваться частью сокровищ, если мы можем убить тебя и забрать все? — Фыркнула дроу, между вытянутых вперед рук которых переливалась как живая радужная капля, временами вспыхивающая огнем или наоборот, начиная источать вокруг себя морозный пар. Кажется, это боевая магия хаоса. По разрушительной мощи она несколько уступает другим стихиям, но считается универсальным средством для уничтожения вражеских чародеев по той простой причине, что игнорирует естественное или искусственное сопротивление цели. — Эльдар, убьем её! Отомстим за мой клан! Я не жрица, но думаю сумею по такому поводу выпросить у богини какой‑нибудь достойный дар свершившему благое дело мести!

— Золото — это всего лишь золото. — Фыркнула королева, стараясь смотреть одновременно и на дроу и на ведьмаков, разлетевшихся в разные стороны и явно собравшихся брать противника в клещи. Из‑за невозможности толком пошевелиться получалось у неё плохо. Громадный яйцеклад работал природным якорем, не давая владычице роя стронуться с места. Так, а где еще один солдат моего войска? Неужели они там без командира никак поделить последнюю порцию пыльцы фей никак не могут? — У меня есть нечто куда более ценное!

Позади меня раздалось старческое кряхтение и чей‑то сдавленный мат, рискнув обернуться на секунду назад, я увидел как несколько ловких и сильных разбойников буквально выпихивают наружу магов природы. Оказывается ведьмаки не просто взлетели наверх, но и успели закрепить на краю отверстия по длинной и очень прочной стальной цепочке. И вот по ним то и взобрались наверх любители лесного разбоя. Да еще и не отличающихся физическими кондициями магов природы с собой смогли протащить, похоже прямо на плечах. Королева зло заскрежетала и между сочных как вишня алых губ на секунду выдвинулись вперед жуткого вида хелицеры…Но в следующее же мгновение они убрались обратно и глава роя вернула себе самообладание. Настолько, насколько она вообще могла это сделать прямо перед лицом численно превосходящего противника. А охотникам на чудовищ премию надо выдать премию. Заслужили своей смекалкой. Им бы еще тактике поучиться и получились бы просто отличные боевые командиры!

— Книги навыков? — Помимо воли поинтересовался я, делая знак своим подчиненным чуть подождать с атакой. В исходе же её никто из нас больше не сомневался. С таким численным преимуществом мы сомнем королеву, даже если она каким‑то чудом окажется сильнее своего почившего консорта. — Пожалуй, это единственное, что может меня заставить подумать над твоим предложением. И то надо еще посмотреть, насколько они хороши.

— Нет. — Скривилась глава роя, в запасе которой явно не было воистину величайших сокровищ этого мира с точки зрения игроков. Она сделала легкий жест рукой и одно из самых крупных яиц, разложенных среди сокровищ, скользнуло ей в руки. — Я могу отдать своих детей! У меня не было магического источника, но есть зародыши, которые при насыщении его энергией станут могучими богомолами. Друид, тебе будут покорны десять лучших воинов роя, требующих на свое содержание лишь еды, но не золота. А еще отдам пленников! Один из них сын человеческого владыки этих земель, с которым ты заключил союз! Восемь эльфийских дев! Два мага! И даже один вампир! Их жизни или жизнь роя, что ценнее?

— Пусть оставляет все сокровища и валит. Одна — Предложил один из ведьмаков, вопросительно поглядывая на меня. — Сама она много вреда не причинит, верно ведь?

— Гнездо не создать с нуля, ему требуются ресурсы для начального роста. — Из изящных рук королевы на миг выдвинулись костяные клинки по полметра, чтобы спустя мгновение вновь втянуться в запястья. Нервничает, тварь хитиновая. — Не будет гнезда — не будет роя. Не будет роя — моя жизнь не имеет особого значения. Пленники и богомолы, друид! Пленники, в иных местах стоящие своего веса в серебре и богомолы, способные соперничать на равных с драконами!

Одна за одной пуповины, соединяющие заклинание с трупами насекомых истончались и обрывались. В распоряжении у хитиновой ведьмы, явно сделавшей уклон на развитии магических талантов, сейчас должен был находиться невероятный объем энергии. Она планировала вложить его в создание телепорта, но думаю и с тем, чтобы напитать силой боевое заклинание проблем не возникнет. А подставляться под такой удар идея не самая лучшая. Я то воскресну, но моя гвардия, сиречь друиды и ведьмаки и- нет.

— Эльфийские девы наверняка из числа проживавших здесь, а значит из породы темных эльфов. И став свободными они принесут тебе только лишние проблемы! Их все легче убить на месте, как и вампира, чем получить чего‑то взамен! А богомолы — тьфу богомолы! Любой из владык неба порвет этих тараканов — переростков на мелкие клочки! — Зло зашипела дроу, переводя взгляд с меня на королеву. Спасать своих соплеменниц она, похоже, не намеревалось. Впрочем, корпоративная солидарность в их среде встречаться должна реже, чем снежные сугробы в кратере вулканов. — А на черного или призрачного и двух тараканов — переростков не хватит! Эльдар, да ты глянь, сколько добра она скопила! За такие деньги можно у авантюристов не меньше трех — четырех настоящих драконьих яиц заказать! Правда, с подчинением этих тварей у всех кроме самых отпетых чернокнижников большие проблемы…

— Каждый из богомолов является самкой. — Принялась повышать цену своего выкупа королева, чувствуя, как её судьба зависла на волоске. — Да, изначально они стерильны, но если поглотят достаточно качественной пищи, то отбросят эти ограничения! Настоящими королевами им никогда не стать, но они смогут откладывать яйца, из которых будут рождаться такие же богомолы!

— Да, это неплохо. — Наконец, решился я. — Но все еще маловато. Видишь ли, в предложенных тобою условиях не хватает одной мелочи.

— Чего ты хочешь? — Насторожилась королева, переводя взгляд с выстроившегося перед ней отряда на свои богатства.

— Трофей. — Надеюсь, моя улыбка получилось достаточно гнусной. — Видишь ли, мне надо чем‑то похвастаться перед людьми. Показать им голову твари, которая наводила на них страх и ужас. Ну а если это немного не та башка…Что ж, бывает. Ах да и небольшая денежная компенсация ради лучшего прокорма твоих детей потребуется. Тысяч на пять всего, чтобы по пятьсот монет на брата. Вернее, сестру.

Дроу взвыла и попыталась направить на меня свое заклинание…Но оказавшийся позади неё старикан — друид, кстати тот самый травник с проблемами расовой идентификации пациентов, вовремя двинул её по голове своим посохом. Обмякшее тело темной эльфийки вольготно растянулось на родных камнях.

— Угу. — Подтвердил один из ведьмаков, задумываясь о чем‑то своем. — Главное, если обман вскроется, не появляться потом в регионе лет сорок. Пока все видевшие обман от естественных причин не перемрут.

— Твоя, кстати, не подойдет. — Решил я, разглядывая главу роя. — Слишком симпатичная. Не подскажешь, кстати, почему? Мне казалось ваше племя не должно иметь черт гуманоидов.

— До того как мать сделала меня королевой, я помогала ей с наемниками и теми дипломатами соседей, с которыми мы заключали перемирие или союзы. Низшие формы жизни лучше контактируют с существами, похожими на них и потому пришлось пройти курс изменяющих внешность мутаций. А если дать им посмотреть поближе на эти выросты на груди или дать их пощупать, то они и вовсе дуреют. Соглашаются даже на не слишком выгодные условия. Советую тебе отрастить себе такие же. — Отозвалась предводительница насекомых, раздумывая над выдвинутыми мною условиями. — Если я дополнительно дам тебе четыре тысячи золотых монет и видоизменю голову жука — бомбардира, мы придем к соглашению?

— Приемлемо. — Кивнул я, мысленно составляя подробный план своих дальнейших действияй. — Но сначала богомолы и не вздумай подсунуть подделку. Мой статус помимо прочих преимуществ, вроде бессмертия, дает возможность правильно определить характеристики большинства предметов.

Очнувшаяся дроу завопила в мой адрес нечто явно исключительно нецензурное, но её родного диалекта я не понимал. А переходить от словесных мер воздействия к физическим темная эльфийка опасалась. Один из разбойников ничуть не сомневаясь, сунул ей под горло кинжал, а второй приставил к животу.

— Я знаю. — Скрежетнула королева, подтягивая к себе телекинезом несколько яиц. Сильна, зараза! Столько объектов воздействия, да еще одновременно! — Подойди, чтобы привязка к чужаку осуществилась, мне понадобится несколько капель твоей крови. А твои слуги пока могут взять уговоренное количество золота.

— Хорошо. — Я спустился вниз, спрыгнул с недоуменно мяукнувшей Немесис и сжимая в руке так и не убранный клинок, приблизился к главе роя. А после один за другим принял от неё десять симпатичных и безобидных внешне тяжелых шаров, в будущем способных проклюнуться действительно сокрушительными монстрами. — Доказательство моей победы над тобой?

— Сейчас будет. — Королева одним из своих клинков перепилила пополам за пару секунд доверчиво подошедшего к ней жука — бомбардира, не ожидавшего такого коварства от своей матери. Черный хитин потек под пальцами, так похожими на человеческие и примерно треть далеко не самого мелкого жука стала медленно трансформироваться в одну большую пасть, украшенную россыпью глаз, несколькими рядами челюстей и продолжающую даже после смерти ронять ядовитую кислотную слюну. Интересно, это она демонстрирует навыки некромантии по управлению мертвой плотью? Или это какое‑то расовое умение. А, впрочем, неважно.

Занятая творческой магической работой работой королева не успела отреагировать, когда мои руки нанесли короткий удар мечом прямо по голове выплачивающей выкуп за свою жизнь главы роя. Лезвие заскрежетало, сталкиваясь с обманчиво мягким на вид хитиновым покровом, лишь изображающим из себя кожу, однако высокие параметры силы и взятые навыки ближнего боя сделали свое дело. Примерно половина содержимого симпатичной женской головы стекла на землю, после того как череп оказался грубо взломан. Концентрация, позволяющая ей удерживать под контролем полученную вследствие ритуала энергию, после такого естественно приказала долго жить. Неоформленная в нечто конкретное магическая сила рванула во все стороны взрывом, сбивая с ног и своих, и чужих. Кажется, кто‑то из моих бойцов сорвался с площадки алтарной залы и свернул при падении свою шею, но точно не уверен, времени рассматривать детали не было. Королева получила критическое повреждение, убившее бы на месте почти любое существо, но нанести удар обоими костяными клинками прямо в грудь стоящего перед ней человека королеве это не помешало. Хитиновая кираса оказалась пробита как бумага, а здоровье резко скакнуло в красную зону. Хорошо хоть это последнее усилие подкосило её силы и она обмякла, не сумев даже достать из меня свое оружие.

— Убить их всех! — Закричал я, пытаясь преодолеть жуткую боль и сняться с хитинового оружия. Машинально вылетевшее заклинание заживления ран прибавило очков жизни, полностью исцелить конечно же не смогло. — Да быстрей же!

Шилопауки после взрыва едва могли встать на ноги, да и унесло их кого куда, видимо из‑за относительно небольшой массы. Заметавшаяся между этими лучниками роя тигрица разрывала одну хрупкую тварь за другой, да и врубившиеся в их жидкие ряды с разных сторон ведьмаки заработали мечами так, что только отрубленные ноги во все стороны полетели. А вот последний жук — бомбардир накрыл убийцу своей королевы целым облаком кислоты, прежде чем оказаться издырявленным энергетическими выстрелами друидов. К счастью, площадная атака, повесившая на меня заодно эффект отравления, оказалась не слишком сильна. Да и после уничтожения последнего жука маги природы немедленно забегали вокруг своего старшего собрата, приводя меня в норму своими заговорами. В общем, минут двадцать — тридцать и буду как новенький! А были бы они профессиональными целителями, смог бы встать в строй уже через секунду.

— Ну ты…Ну ты… — У приблизившейся ко мне Инконии просто не было слов. — Помнишь, я говорила, что тебе надо было родиться дроу? Так вот, тебе надо было родиться высокородной женщиной — дроу! Все подземелья покорились бы тебе рано или поздно и многотысячный гарем из мужчин был бы готов исполнить любой твой каприз!

— Нафиг! Лучше уж молчи, чем отвешивай такие сомнительные комплименты! — Аж содрогнулся я, отгоняя подальше представшее на миг перед глазами видение. — И вообще, что такого произошло? Друид же не паладин и даже не рыцарь, которым обеты велят поступать всегда правильно. Захотел совершить добрый поступок — спас деревню от гоблинов. Захотел совершить злой — нарушил данное слово. Да и вообще, все претензии в мой адрес безосновательны, поскольку договора как такового, мы с этой королевой не составляли и клятв друг другу не давали. Ну а если я словами немного поиграл и заставил её поверить, будто бы заплатив выкуп она спасется, уже совсем другой разговор.

— Подучить бы тебя демонологии…Может, бросишь эти свои светлые глупости, за ум возьмешься. — Склонила голову влево темная эльфийка, рассматривая меня как будто в первый раз, только с каким‑то неожиданным оценивающим интересом. Правда, потом она мигом потеряла к своему лорду интерес и метнулась куда‑то к разложенным прямо по каменному полу сокровищам. — Нет! Убери свои грязные лапы, мартышка! Это моё! Моё!

Дроу чуть не вцепилась в лицо ведьмаку, уже успевшему чуть ли не с головой зарыться в кучу сокровищ и даже нашедшему в ней нечто ценное. Небольшой изогнутый кинжал из серого металла, внутри которого светились алым прожилки, подозрительно напоминающие вены и массивный перстень с громадным черным бриллиантом. Причем это явно был комплект, поскольку вещи соединялись другом с другом длинной серебристой цепочкой.

— Регалии главы клана. — Спокойно заметил охотник от чудовищ, изящным пируэтом уходя от выставленных вперед рук темной эльфийки. — Они и сами по себе достаточно ценны…А еще ими обычно можно открыть любой тайник предыдущего главы, если знать, где он расположен.

— Отдай! — Глаза дроу вспыхнули колдовским пламенем, и точно такой же огонь взвился полусферой вокруг ведьмака, отрезая ему любые возможные пути отступления. — Они для тебя все равно бесполезны! Мужчине ими в принципе не воспользоваться!

На нос внезапно упало с потолка пещеры немного пыли. Интересно, кто мог её стряхнуть? Летучие мыши? Или какой‑нибудь недобитый жуко — паук, сейчас ползающий над нашими головами?

— Не я добыл, не мне и распоряжаться трофеем. — Решил ведьмак и тут же перевел стрелки на свое начальство, швырнув регалии прямо в руки. Дроу попыталась их перехватить, но темной эльфийке банально не хватило скорости реакции.

— Отдай…те. — Окончание, придающее фразе вежливый оттенок, Инкония из себя буквально выдавила. — Пожалуйста.

С потолка тут и там начали падать маленькие камешки. Может это взрыв собранной королевой энергии их расшатал? Но почему тогда они стали выворачиваться из своих мест именно сейчас?

— Хм, пятьдесят процентов того, что мы найдем в тайниках? — Предложил я, не спеша расставаться с артефактами и пытаясь углядеть их свойства…Увы, все они кроме строчки 'только для женщин' оказались скрыты. — Ну, не морщись мне тут. Не ждешь же ты, что я отдам их за надрывную просьбу и пару слезинок? Мы же уже, кажется, успели уяснить разницу между друидами и идиотами…Тьфу, ты паладинами!

— Осмелюсь заметить, что злые поступки, как впрочем и добрые, не останутся без последствий. — Внезапно прошамкал друид — травник за моей спиной. — Все в этом мире, да и в других мирах тоже, подчиняется законам великого равновесия! И я уже чувствую, как содрогаются небесные сферы, подготавливая достойный ответ вашим действиям.

Громадные каменные глыбы принялись срываться с потолка, угрожая погрести под собой всех обитателей пещеры. Кто именно закричал: 'Обвал' я не понял, да это и не важно. Все равно он ошибся. Ослепительно яркая игла молнии, толщиной метров в двадцать, пробуравила своды подземного города. А после в дыру, куда бы королева могла въехать верхом на своем консорте, с трудом протиснулся тот, кто её проделал. Гигант в свободных одеждах небесно — голубого цвета, по которым периодически проскакивали слепящие глаза электрические разряды. Внешне он выглядел как обычный человек, но рост его составлял около сорока метров. А о весе мне даже и гадать то не хотелось.

Ал — Шерез. Великий Лорд — Титан. Уровень 450.

— Где моя дочь?! — Закричал исполин так, что мощь его голоса заставила упасть с потолка новую порцию камней. — Отвечай, эльфийское отродье!

Слова свои гигант сопроводил делами. Если быть точным, то он просто цапнул меня в кулак и принялся трясти, словно младенец погремушку. Не успевшее до конца восстановиться здоровье снова уползло в красный сектор и принялось стремительно падать.

— Если это — последствия совершенного мной доброго дела, а именно заботы о погибшей, то пошло бы это равновесие подальше. — Только и смог подумать я, безуспешно пытаясь разжать пальцы, каждый толщиной с мое туловище. — Кажется, начинаю понимать, почему большинство друидов данного мира однозначно выбирают для себя зло!

Глава 15

— Спокойнее, друид, спокойнее. И не надо так цепляться за землю, никто её не украдет. Мне так точно этого сделать родовая честь не позволит.

— Ааа….

— И, кстати, спасибо огромное тебе за сына. Я же его не только оплакать и похоронить, я ему и целый склеп на фамильном кладбище отгрохать успел! Кстати, надо бы его разрушить, а то примета плохая. Многие, у кого могилы появляются раньше времени, по той или иной причине вдруг берут и становятся нежитью.

— Ыыы….

— Кстати, а что это за благородные дамы шастают у тебя по замку, одетые главным образом в кожаные ремешки и фиговые листочки? Что они благородные — не отрицай! Настоящий дворянин такие вещи чует, это раз, за неблагородными ему волочиться не пристало, это два.

— У? — Я пересилил себя и смог чуть приподняться с ровной утоптанной земли внутри замковых стен, по которой распластался словно попавшая под каток лягушка. И увидел Лалу, Инконию и Аишу Аль — Джан. Джиния была закута в хиджаб из прозрачной тюли. Не знаю уж, что он должен был скрывать, но довольную улыбку до ушей и соединенные между собою кольца в её соках было видно.

Нимфа изменила своему привычному стилю одежды и вместо живых цветов облачилась в лишь чуть более плотный чем утренний туман струящийся зеленый шелк, очень четко облегающий её фигуру то ли благодаря статике, то ли с помощью какой иной магии. Вот оно значит, куда делся тот тюк эльфийской ткани, который ей был отправлен между делом сразу после строительства рынка. Ну а дроу выглядела как…Дроу. Одежду прекративший прятать свою расу и внешность темной эльфийки составляли кожаные ремешки, ради изготовления которых погибло всего одно животное, явно не отличающееся большими размерами. Кошка там или крупная морская свинка…Еще на ней были регалии главы клана, а также конец цепочки от ошейника. Сам ошейник красовался на горле прошедшей длительную стаживроку в гареме какого‑то султана джинии, но при первом взгляде на экзотическую красотку глаза упирались куда угодно, но только не в шею.

— Спасибо за то, что соизволил отказаться от богатств, принадлежащих мне по праву последней из рода. — Ухмыльнулась ведьма, при помощи какой‑то черной магии до этого дня умудрявшаяся прятать свой бюст минимум второго размера. Я ведь был готов поклясться, что раньше на его месте красовалась ровная как доска поверхность. Или она и сейчас там, а на всеобщее обозрение выставлена иллюзия? Увидевшая, куда уперся мой взгляд темная эльфийка довольно усмехнулась, а после демонстративно погладила грудь джинии. Та, впрочем, быстро перехватила руку нахалки…И засунула её себе в рот, а после начала весьма шумно и аппетитно обсасывать, едва ли не чавкая. — Я распорядилась ими с толком! Теперь нет никакой опасности, что кто‑нибудь, да вот ну кто угодно, вдруг возьмет и отберет золото. Ну а украсть мою новую собственность…Пусть попробуют! Предупреждаю, она будет сильно сопротивляться!

— Угу. — Невнятно прогудела Аиша Аль — Джан, чью ротовую полость так и не покинула посторонняя конечность. — Шпашибо жа вашу шедрость мылорд. Я шчастлива шлушить швоеё новой гошпоше, хорошо шнающей, што нушно шенщине!

— Ой, да он вообще душка! — Всплеснула руками нимфа, лукаво на меня поглядывая. — Вы бы видели, как хорошо он позаботился о моей дочке! Представляете, она у него под седлом ходит меньше месяца, а уже совсем большая стала! Даже освоила начальный полиморфизм! Думаю еще чуть — чуть и сумеет принять полностью гуманоидный облик и заявит, что больше не даст на себе кататься. А может и не заявит и даст…Он ей, вроде бы понравился, хотя она него и фыркает.

— Ррр! — Возмутился горный лев, шествующий где‑то в килеваторе дамского трио. Но обнаружившаяся там же Немесис быстро — быстро чего‑то замурлыкала на ухо отцу, косясь на меня лукавым взглядом желтых глаз. Её хитрый прищур так напоминал выражение лица нимфы, что даже не знающие об их родственной связи мгновенно бы обо всем догадались.

Коротко застонав, я уронил голову обратно на землю. Прикосновение холодной твердой ровной поверхности к разгоряченному лбу успокаивало, дарило ощущение какой‑то внутренней уверенности в себе и давало хоть как‑то примириться с окружающей действительностью. Ну вот, теперь мораль подданных упадет. А ведь она и так уже была почти на нуле после случившейся лишь несколько дней назад бойни перед спуском в подземелья. Я уже слышу, как в унисон гневно шипят жены крестьян, женщины сатиров и медузы, тыча пальцами в одетую далеко за гранью неприличия дроу. Да и не только в неё одну, идущие по бокам темной эльфийки нимфа и джиния тоже удостоились своей порции ненависти и презрения. Правда, еще далеко по округе разносится хруст шей, которыми все имеющиеся поблизости мужчины провожают шествующих к главным воротам отстроенного дворца троицу. Громче всего скрипят суставы пастуха деревьев, перегнувшегося через невысокую относительно его роста стену. Надо же не знал, что они у него вообще есть между головой и туловищем. Этот то старый пень чего вдруг так среагировал? Впрочем, раз какие‑то женщины у энтов раньше были, механизмы для полового размножения тоже могут найтись. А природа ведь свое требует…Ладно, даже если он вдруг сорвется с места и потопает дамам наперерез с самыми серьезными намерениями, это не мои проблемы. Каждая из этой троицы уже персона опытная и даже перед деревянными тенаклями не спасует. Может еще наоборот, оценить их по достоинству.

— Ых! — Глубокомысленно сказал я, роняя голову обратно к земле и уже в этой, невероятно комфортной позе попытавшись оценить ситуацию по достоинству. Как‑то сами собой всплыли логи и я с удивлением обнаружил, что выполнил задания по спасению редкой семьи и обзавелся преданным вассалом в лице барона. Впрочем, о последнем догадаться было как‑то не трудно. Это же именно он пытается меня морально откачать после многочасовой беседы с титаном во дворе 'Тенистых аллей', в то время как его свита в виде нескольких рыцарей, священников и гномов плавно рассредоточились по территории и теперь с интересом её изучает. Даже уж и не знаю, что их заинтересовало больше. Наши укрепления и жилища разнообразных существ или же целых два заведения с горячительными напитками, доступными по договорной цене официантками и повышенным шансом ввязаться в пьяную кабацкую драку.

С грохотом и содроганием земли над крышей дворца воздвигся во всю свою мощь и высь лорд титанов, наконец‑то закончивший свой безмолвный плач по убитой дочери и поднявшийся с колен. Его опущенная на грудь голова изрядно возвышалась над шпилями башенок эльфийской постройки. При виде мучителя, допрашивавшего меня не меньше шести часов, из груди вырвался обреченный стон, а руки и ноги заскребли по земле, пытаясь унести меня куда‑нибудь подальше от этого громадного садиста.

— Я… — Громоподобный голос Ал — Шереза звучал тихо. Ну, по его меркам. Подслушать этот 'шепот' получилось бы с расстояния километров в пять — шесть. — Я извиняюсь, друид. Следовало раньше понять, что ты не можешь быть никоим образом причастен к исчезновению Альфиды. И что ты боишься высоты.

— Ну, лучше поздно, чем никогда. — Глубокомысленно заметил барон. Единственное же, что смог сделать я, так это облегченно и обреченно застонать.

Клятая скотина, которую какой‑то воистину божественный произвол сделал лордом титанов, вытягивала из меня правду не меньше пяти часов. Нет, мы бы и раньше управились…Если бы Ал — Шерез, свечкой взвившись из подземелья на высоту где‑то километра, не начал допрос с запугивания. Лорд титанов летал, как дышал. А может дышал, как летал. Не знаю уж, что из этих качеств для него являлось первостепенным. В любом случае, законы притяжения эта многотонная махина напрочь игнорировала. А еще она думала, будто ничто так не развязывает язык людишкам или там полуэльфам как угрозы, услышанные во время небольшого сеанса воздушной гимнастики. И часть с предварительными вопросами он решил пропустить, сразу перейдя к силовому и психологическому давлению. Одного не учел мудрый повелитель титанов. Того, что его источник информации может слишком сильно бояться высоты. Перебрасывание меня из руки в руку, подбрасывание над головой метров на триста с последующим неконтролируемым падением с такой высоты и подхватыванием у самой земли, бросок на дальность пары километров, оканчивающийся в ладони у обогнавшего истошно орущий метательный снаряд гиганта…К концу двадцатиминутного марафона я был готов сказать Ал — Шерезу все и признаться в чем угодно, но к сожалению никак не мог вернуть себе под контроль заплетающийся язык и стучащие зубами друг об друга с пулеметной скоростью челюсти. Ну а титан этого не понял. Он подумал, будто приславший ему письмо друид — полуэльф запирается. И принялся выдавливать информацию дальше. По капле. Обладатель воздушного замка, кстати зависшего от нас в непосредственной близости, упорно пытался воссоздать для себя всю картину произошедшего с его дочерью по обрывкам слов и скомканным фразам, которые я мог высказать в те краткие мгновения, когда на пару секунд испуганный до полусмерти организм сдавал свои позиции над впавшими в ступор органами речи. И простимулированный новой порцией сведений титан принимался трясти меня дальше, чтобы скорее все узнать.

За время воздушных пыток мои войска успели вылезти из подземелья, заняться своими и вручить примчавшемуся к спуску в подземелье барону его сына, действительно оказавшегося среди пленников роя. Вырвать свое начальство из лап титана они не могли, поскольку банально не добивали до нижней границы той высоты, на которой он летал. Ну а у меня тем временем открылась новое умение: 'Стойкость', увеличивающее сопротивление боли, испугу, шоку, ошеломлению и прочим подобным радостям. И когда оно прокачалось до седьмого уровня, моя акрофобия ненадолго сдала позиции, не выдержав гнета обстоятельств. И титан наконец узнал то, что так долго хотел. А после стрелой метнулся к бывшему эльфийскому замку, уронил меня на землю, в которую я вцепился как утопающий в спасательный круг и впал в некое подобие транса у скромного памятника, под которым лежали остатки его дочери.

— Я извиняюсь. — Повторился Ал — Шерез, сев прямо на задницу и, кажется, раздавив одного из моих слизняков, невесть зачем выползшего во двор и не успевшего сообразить, что появившаяся над ним тень вовсе не к добру. Что ж, думаю на этом месте можно будет устроить неплохой общественный бассейн сразу же, как только он встанет. Грунт в образовавшейся впадине, во всяком случае, уже должен быть утрамбован до плотности едва ли не бетона. — Если бы ты не был наполовину эльфом…Если бы я чуть спокойнее воспринял новости…Если бы…Эх, да что там говорить! Если бы я не был таким импульсивным идиотом, моя дочь была бы жива. Я же знал! Чувствовал, будто что‑то не так! И так хотел своротить треклятый фонтан, но удержался! Не захотел портить его красоту! А она ведь наверняка видела меня! Ждала спасения! Надеялась! А потом, когда я ушел, умирала! Долго, ужасно, мучительно!

Вновь впавший в гнев гигант замолотил руками по двору замка, а подпрыгивающая от его мощи земля принялась больно бить меня по лицу. Вот ведь принесло высокоуровневого босса на мою голову! У него же что не вздох — так площадная атака! А если, не дай все боги чохом с матерью — природой во главе, вдруг живот заболит, то окружающие территории и вовсе узнают, каково это внезапно оказаться атакованными химическим оружием массового поражения.

— Одно не могу понять. — Задумался барон, чудом сохраняя равновесие и переводя взгляд с гиганта на дворец. — Как вы вообще пролезли внутрь и не опрокинули здания своими плечами? Для этого вас бы пришлось сложить, по меньшей мере, вчетверо!

— Я не просто так зовусь лордом титанов. — Прогудел Ал — Шерез, немного успокаиваясь и прекращая долбить кулаками по земле. Кстати, в образовавшихся выбоинах имеет смысл поискать ценные ископаемые. Это ж почти готовые карьеры! — В моем замке, что парит сейчас над нашими головами, помимо слуг, детей и женщин живет почти два десятка мужчин моей расы. Для вас они гиганты, но на моем фоне теряются. Зато могут пройти в ваши человеческие постройки…Ну, в самые большие из них.

— Два десятка… — Повторил барон, явно о чем‑то раздумывая.

— По меркам остальных рас это, конечно, немного…Но если бы я захотел поджечь любую твердыню смертных рас с четырех концов, я бы это сделал. — Не без гордости заметил Ал — Шерез. — И никакие защитники мне бы не помешали раздавить своим замком её полыхающие руины.

Все как по команде задрали головы вверх, где в центре маленького локального смерча, не достающего нижним концом своего хобота до земли, парила громадная постройка овальной формы, которая несмотря на свои размеры отличалась изяществом. Изгибающийся волнами фундамент, покатые выгнутые в стороны, будто у корабля бока и возвышающаяся над ними надстройка в кормовой части. Будто отлитая из серебра драгоценность, она сверкала на солнце установленными на многочисленных открытых площадках белоснежными колоннами, переливалась цветными витражами громадных стекол, играла солнцем на остриях устремившихся ввысь шпилей. И вообще вся эта штука походила больше не на летающий замок, а на какой‑то футуристический космокрейсер, который не слишком умело постарались загримировать под творение магии.

— Я благодарен тебе за то, что ты помог мне выяснить судьбу моей дочери, друид. — Продолжил свою речь Ал — Шерез, нервно сжимая и разжимая кулаки своих огромных рук. — И за то, что ты дал покой её остаткам. А больше всего за то, что позволил мне окончательно увериться в истинном виновнике произошедшего.

— Но…Вы ведь и так его уже знали, верно? — Удивился я, огладываясь на дворец, еще несущий на себе следы недавнего ремонта. — Ведь вы же пришли сюда? И все тут развалили…

— Слуга жившего здесь принца попытался продать через третьи руки довольно приметную драгоценность, в которой дорогущий мифрил довольно нелепо был украшен простыми мутными аквамаринами, стоящими не многим дешевле стекла. — Кивнул Ал — Шерез, на лице которого от неприятных воспоминаний воцарилась скорбь. — Моя покойная супруга не была артефактором или ювелиром, но очень хотела научиться этим ремеслам. И дочь всегда носила при себе её самую удачную поделку в память о матери. Запонку как раз из этих материалов, для кого‑то ваших габаритов вполне сошедшую бы за нашейное украшение.

Титан прервался на минуты, погрузившись в свои мрачные думы. А мы с бароном переглянулись. Слушать излияния убитого горем отца и наблюдать за его же истерикой не очень приятно…Особенно когда он, расчувствовавшись, может мимоходом вас затоптать. Но не выдворять же прочь такую тушу? У нас банально сил не хватит, чтобы её просто с места на место передвинуть!

— Когда Альфида пропала, кортеж одного знатного эльфа проезжал неподалеку. Это раз. Про него давно ходили дурные слухи, мол знается с темной магией и похищает женщин. Это два. Мало оснований для визита, достаточно для подозрений. — Ал — Шерез принялся загибать пальцы на своей громадной ладони, которую кто‑нибудь небольшой вроде гоблинов или хоббитов вполне мог использовать как танцевальную площадку. — Чернокнижники редко охотятся на дев моего народа, но лишь потому, что им очень тяжело их получить. И мало у какого колдуна хватит духу и сил справиться даже с одинокой безоружной титанидой. А одинокими и безоружными они не бывают. Но если какая‑нибудь тварь набирает достаточно мощи, то задумывается о том, чтобы использовать в своих мерзких ритуалах особых жертв. Ведь чем они будут лучше, тем сильнее получится его награда. А потому я нанял кое — каких ваших ловкачей проследить за подозрительным эльфом и его окружением. И получил от них информацию о приметной вещи. И третьей причины мне хватило, чтобы пожелать побеседовать с одним ушастым принцем с глазу на глаз.

— Судя по тому, в каком виде это место пребывало долгие годы, беседа не заладилась. — Хмыкнул барон, наверняка хоть раз да посещавший руины до того, как я их отреставрировал. — Выживших эльфов, насколько я знаю из записей своего деда, так и не обнаружили. А все, кто находился достаточно далеко и потому смог спастись, максимум видели издалека огромную фигуру с молотом, окутанную грозовыми разрядами. Думаю, как раз вас, ведь вы намного крупнее своих подданных.

Ну да, Ал — Шереза можно издалека заметить. Даже если он, как сейчас, сидит на земле, то больше напоминает собой маленькую башню. А уж когда выпрямится, взлетит и начнет направо и налево крушить все подряд боевой магией…На таком фоне и стадо пьяных слонов — чечоточников затеряется.

— Разговора как такового и не получилось. — Пожал плечами гигант. — Стоило мне и моим воинам подойти к воротам, как по нам сразу шарахнуло какой‑то гадкой магией. Четверо оказались тяжело ранены, причем одного мы первое время даже посчитали убитым. После такого приветствия я не стал сдерживаться и призвал на это место ярость неба, поразившую молниями всех, кто не успел спрятаться под крышу. Ну а дальше мы занялись дворцом и когда боевая ярость схлынула оказалось так, что допрашивать оказалось уже некого.

— Отсюда мораль: 'Размер и мощь не главное, к ним еще и мозги иметь надо'! — Фыркнула джиния. Трио обворожительных до рефлекторного слюноотделения дам устроились в тени ближайшей стены и с любопытством наблюдали за бесплатным представлением. — Не поленились бы взять пленников, нашли бы пропажу. Даже если эльф — чернокжник оказался гением по части маскировки, не догадываться о его занятиях

— Не зли меня, рабыня лампы! — Сверкнул глазами титан, но на удивление этим же и ограничился. — Или я могу забыть о том, что наши народы когда‑то произошли от одного корня!

— Это как? — Удивилась дроу. — Я еще понимаю гоблины с орками или мы и светлые…

— Ну, титанов часто называют детьми сотворивших этот мир богов, а джины когда‑то были созданы в качестве их преданных слуг. — Пожала плечами нимфа. Стоп! А как она вообще сюда попала то?! Ей же нельзя покидать свою поляну! — Ну и какой же господин никогда не нагибал смазливых кухарок или горничных, не замечая, как его супруга посматривает на садовника…Мое племя, как впрочем и большинство других гуманоидоподобных волшебных созданий, примерно тем же образом на свет произошло.

— Все взрослые эльфы изучают воинское мастерство. И ни один из них не пожелал отступить или бросить оружие. Детей же здесь просто не было. — Продолжал свою речь титан, высокомерно игнорируя явно нарывающихся на основательную головомойку дам. Однако на кулаках его мало помалу начали образовываться разряды электричества, с каждым словом полыхающие все ярче. — А потому я совершил непростительную ошибку. Не обнаружив Альфиды или хотя бы следов её пребывания, решил, что принял желаемое за действительное. И безропотно заплатил виру родичам убитого принца, поскольку не смог доказать его вину. Эти ушастые твари упирали на то, что я погубил невинных и уничтожил прекрасный дворец…А ведь они знали! Все знали!

Вновь сорвавшийся на крик титан запулил куда‑то в небеса двумя шаровыми молниями, стряхивая с рук окутавшие их разряды. Два маленьких солнца по высокой дуге унеслись куда‑то вдаль…Надеюсь, они не упадут ни на кого важного, а то хана ему придет.

— Но ничего, теперь я спрошу с них за все. — Немного успокоился Ал — Шерез, в чьем голосе отчетливо звучало предвкушение будущей мести. — Эти ушастые гордецы решили, будто можно водить титанов за нос и похищать их дочерей?! Пусть же пожнут смерть и разрушение, что станут плодами их усилий! Правда, сначала надо кое‑что сделать. Найти кузнецов, которые сотворят для меня и моей дружины доспехи мести…

— Зачем кого‑то искать? Мы же уже здесь есть! — Немедленно подал голос один из гномов, входящих в свиту барона. Судя по его бороде, украшенной какими‑то золотыми финтифлюшками, среди остальных сородичей он занимал место вождя или кого‑то подобного. — И ходить далеко не надо! Ваши молоты всегда ковались мастерами подгорного народа, да и другие вещи титаны обычно именно у нас заказывают.

— Хм… — Ал — Шерез с сомнением покосился на бородатого карлика. — А найдется в этих краях достаточно искусный мастер, чтобы выковать доспехи мести? Это ведь не простые латы. Одним своим видом они должны внушать страх и ужас нашим врагам, которым нет и не может быть пощады!

— Ну, не понравится, не купишь. — Пожал плечами гном. — Разве когда‑то сделки проводили иначе? Только чтобы доспех действительно получился хорошим, тебе придется рядом с кузнями поселиться. Металл, это вам не ткань. Его сразу на момент создания надо по фигуре подгонять. Но предупреждаю сразу, сотворение настоящих шедевров процесс не быстрый.

— Месть за Альфиду ждала многие годы, подождет и еще немного. — Пожал плечами Ал — Шерез. — Если надо, я хоть нырну в ваши горны, все равно мою кожу не в силах обжечь даже расплавленному металлу. Однако доспехами все же можно заняться потом. Сейчас же передо мной стоит другой вопрос. Скажи, друид, что ты хочешь в награду за то, что позаботился об останках моей дочери, успокоил сердце её глупого отца и дал цель для последующей мести?

Странно, но никакого меню с вариантами награды не появилось. Лорд титанов просто сидел и ждал моего ответа, а все окружающие с интересом прислушивались к нашей беседе. Судя по затуманенным глазам некоторых они уже как наяву видели золотые горы, которые можно стрясти с такого существа. А что? Да у него ведь завалявшаяся в кармане мелочь должна весить больше, чем очень — очень упитанный гном в полном боевом обмундировании!

— А на что я могу рассчитывать? — Осторожно уточнил я, желая хоть как‑то наметить возможные варианты.

— Думаю, ты не совсем понимаешь, с кем говоришь. Я Ал — Шерез! Дитя Богов, Властитель Небес и Лорд Титанов! — Провозгласил гигант, выпрямляясь и сверкая глазами. Налетевшие из ниоткуда порывы бури пригнули к земле всех, включая энтов и, кажется, даже крепостные стены. — Нет ничего, что я бы счел невозможным! И нет ничего, чего бы я пожалел для того, кто пролил свет на судьбу моей дочери! Единственное — ты не должен просить помощи в войне с кем‑то из богов, ибо титаны заключили с ними соглашение о нейтралитете, да не сможешь получить моих солдат в свое войско. Для совершения мести, достойной памяти Альфиды, потребуется каждый боец.

Значит, усилить армию еще и универсальными сверхтяжелыми бойцами ближнего и дальнего боя не получится. Обидно, ведь существ высшего уровня много по определению не бывает. А один титан хоть и требует обеспечения как взвод каких‑нибудь элитных лучников, но зато равен им по огневой мощи и запасу здоровья, а также не несет невосполнимых потерь при получении урона. Убить такого здоровяка надо еще суметь…Впрочем, я и так нахаляву заполучил стайку богомолов. Мне бы их прокормить, да замок до конца отстроить.

— Я могу немного подумать над своим выбором? — Мой крик затерялся в шуме ветра, но как ни странно титан его услышал. И даже чуть успокоился, заодно уняв и разыгравшуюся бурю не то движением брови, не то усилием мысли.

— Конечно, у тебя есть время мира. — Пожал плечами Ал — Шерез. — Даже случись так, что я паду в битве, тот, кто придет на мое место сделает все, чтобы выплатить долг чести. Прими это зеркало, оно поможет тебе вызвать меня. Или мне вызвать тебя, ведь я буду периодически навещать могилу Альфиды.

В ладони титана непонятно откуда появилась полированная до невероятного блеска пластина серебра, размером с подушечку его пальца. С трудом я принял обоими руками артефакт, который не только с собой не поносишь, но и не на всякую стену повесишь. Деревянная от такой тяжести может и обвалиться. Если бы не развившиеся сверх всякой разумной меры параметры силы и ловкости, черта бы лысого получилось его удержать.

— А может её перезахоронить? — Ляпнул я прежде чем успел как следует подумать. Там, наверное и тела то не осталось. Не на нолики с единичками разложились, так черви могильные сожрали. Если они, конечно, в этом мире водятся. — Ну, провести обряд так, как у вас, титанов, принято?

— У нас просто не принято умирать. Это считается постыдным. — Покачал головой Ал — Шерез, который вполне имел все основания для подобного поведения. Такого лба и из противотанковой пушки не сразу застрелишь. — Но если уж случилось так, что враг оказался сильнее, то не следует таскать тело с места на место. Уж лучше я воздвигну над местом захоронения Альфиды достойную её красоты и величия усыпальницу.

— Конечно. — Кивнул я. Не очень уверен, какой плюс даст мне это строение, явно не относящееся к типовым, но польза от него определенно будет. Причем скорее большая, чем малая. Не похож Ал Шерез на существо, которое будет ограничиваться полумерами. Сказал построит усыпальницу, значит построит. Причем такую, что на неё любоваться туристы из дальних стран придут…Главное, чтобы законную владелицу из её апартаментов не выселили какие‑нибудь личи — черные риэлторы! — А теперь прошу простить, мне пора откланяться по делам…

С трудом взвалив себе на плечи зеркало, при помощи которого как‑то можно было переговариваться с титаном, я поплелся ко дворцу. Заданная мною перед атакой на гнездо роя очередь строений еще накануне подошла к концу. А с этими воздушными допросами и плясками, будь они неладны, я чуть не потерял целые сутки и какое‑то здание, которое еще больше укрепит замок. До исчезновения завесы, отделяющей теперь уже точно мои владения от других игроков, остались считанные дни. И хотя вряд ли вражеское войско стоит точно на границе, но надо максимально готовиться к столкновению с чужими армиями.

— Зачем ты надрываешься сам, когда у тебя есть слуги? — Громко поинтересовался прямо над ухом женский голос, в результате чего я вздрогнул, выпустил зеркало из рук и разбил…Крыльцо собственного дворца. Камни, пережившие в далеком прошлом ярость титанов, брызнули во все стороны осколками, не выдержав столкновения с артефактом Ал — Шереза. — Моё платье!

Скосив глаза в сторону источника звука я наткнулся взглядом на взбешенную Лалу и непроизвольно отвесил челюсть. Один из разлетевшихся в разные стороны камешком будто брита срезал половину подола её платья…И то, что скрывалось под ним, вызывало настоящий шок.

— А где ноги? — Только и смог спросить я, пялясь на мерцающее сияние, видное через прореху в ткани. Плоти за прозрачной пеленой из эльфийского шелка не было. Одна только её видимость, состоящая из множества разноцветных огоньков. Неужели мне довелось созерцать программный код изнутри?!

— Склеротик косорукий! Ты забыл, что мне нельзя покидать поляну? — Злобно бросила в меня взгляд нимфа…Или, скорее, то что выглядело как нимфа. — Проклятье, это было совсем новое платье! В чем мне теперь прикажешь отправлять свою плотную проекцию поразвлечься?!

— Я пришлю тебе эльфийского шелка на два новых. — Поспешил я повиниться перед одним из самых могущественных существ в своей стартовой локации. Или женщиной, чей гардероб погиб косвенно по моей вине. Не уверен, какое чудовище из двух заслуживает большей осторожности в обращении. — И с ним двух эльфиек. Сможешь как‑нибудь своими путями переправить их домой, ну или просто к сородичам? Я эту парочку освободил из плена насекомых и теперь просто не знаю, что с ними делать. Они гордо отказываются от сотрудничества, смотря на всех окружающих, как на тараканов, а если попытаться их припугнуть дружно начинают плакать.

Об этой парочке, как и о прочих новостях, важных и не очень, мне рассказал барон. То, что я долго лежал на земле, не хотел вставать и не мог издавать членораздельных звуков, вовсе не значило, что я его не слушал.

— Ладно уж, открою им лесные пути. — Фыркнула проекция древней нимфы. — Еще и стрясу с ушастеньких для тебя какую‑нибудь игрушку их друидов. Ну и себя не забуду…А теперь поговорим о главном, о моей дочери.

— У? — Наклон обратно за тяжеленным зеркалом, которое по исчерпании полезности вполне можно использовать как ростовой щит или бронебойный снаряд для катапульты, вынужденно сократила мой речевой запас до всего нескольких звуков. Хотя, пожалуй, еще получилось бы сказать 'Эээх' или 'Бля!'. И имелись шансы от натуги просто пукнуть.

— Она уже не ребенок. Выросла, распробовала вражескую кровь, начала интересоваться, чем девочки отличаются от мальчиков и кто же из них лучше… — Я выронил зеркало вторично и лишь благодаря воистину запредельным для друида показателям ловкости смог убрать из под стремительно несущейся вниз тяжести свою ногу. — Ну да это я ей при помощи своих новых подруг как‑нибудь растолкую. Однако она все еще слишком молода и азартна, чтобы можно было больше не волноваться за Немесис. Проследи за тем, чтобы моя дочь набралась достаточно опыта, чтобы по праву считаться взрослой…Ну или по крайней мере иметь все шансы унести ноги даже из очень крупной неприятности. И тогда я расскажу своим младшим родственницам о месте, где есть магический источник, сильные и добрые мужчины, рынок с хорошими тканями, вкусное и веселящее душу вино, а также много иных интересных вещей.

Получено задание: Самостоятельная жизнь

Проследите, чтобы Немесис достигла пятидесятого уровня.

Награда: Репутация со всеми лесными духами повышается до благожелательной. Постройка 'роща нимф'.

Штраф за провал: Древняя нимфа Лала больше не захочет с вами общаться.

— Я постараюсь. — Какие у меня, собственно, иные варианты? Терять столь уникального питомца, на котором к тому же можно кататься, в любом случае никто не собирался. — Только и ты уж сделай внушение дочери, чтобы она меньше лезла на рожон и вообще вела себя чуть — чуть потише.

— Подросток в переходном возрасте, который слушается родителей? — Усмехнулась нимфа. — Нет, полуэльф, это фантастика!

Распрощавшись с Лалой, я кое‑как все‑таки добрался до сердца замка и, прислонив зеркало в уголке, зарылся в меню строительства. Строений, генерирующих новых существ, меню мне не предлагало. Хотя, конечно, власть над зверолюдьми и позволяет мне построить лабиринт минотавров и гнезда гарпий, но для их создания требуется возвести еще ряд дополнительных построек. Стены, башни…В преддверии будущего конфликта понадобится обязательно, но автоматическое строительство лучше отложить на потом. Инкония со своими архитектурными талантами и появившимся после разгрома роя изобилием ресурсов итак мне хороший врагонепроницаемый заборчик забабахает за оставшееся время. Воевать темной ведьме, с которой еще надо жестко спросить за её своеволие, все равно больше особо не с кем. Ров есть, но описание и скриншнот для него какие‑то несерьезные. Мне друиды с энтами, навострившиеся вести земляные работы, подобную канаву и сами выроют. Система дорожных указателей, благоприятных для торговли. Арена, в далеком будущем обещающая разрастись в настоящий Колизей с соответствующими бонусами к морали и боевому мастерству поединщиков. Амбары для хранения излишков продовольствия. Холодные пещеры, где часть существ, например медведи, змеи, слизни и медузы, могут залегать в спячку. Пробуждение их требует двух суток, но зато во время 'анабиоза' подобные войска содержать дешевле в целых пять раз. Интересно, но это не то!

Дополнения к логовам существ предлагали мне обзавестись конными патрулями кентавров и бдительным гворном. Последний пункт привлек мое внимание тем, что укоренившийся рядом с воротами деревянный страж караулил двадцать четыре часа в сутки и мог при надобности перекрыть их своим телом, а также виртуозно отлавливал вражеских диверсантов под невидимостью. Видимо отвод глаз не слишком сильно помогал против существа, чьим наиболее развитым чувством являлось осязание. Однако для отселения страдающего паранойей магического пенька от сородичей требовалось выполнить очень длинный ряд условий и развить свой аналог гильдии магов целым десятком дополнительных строений. И вот одно из них неожиданно меня заинтересовало.

Выложенная разноцветной галькой и прочими природными минералами напоминающая глаз мозаика с названием 'Око бури' при активации раз в сутки устраивало вокруг замка самую настоящую грозу, длящуюся ровно час. Причем именно вокруг, а не в нем самом. В результате потенциальные штурмующие оказывались вынуждены мокнуть и стрелять против порывов шквалистого ветра, способного свалить среднего человека с ног. Понятное дело, это уменьшало их дистанцию эффективного поражения почти до расстояния рукопашной схватки. А вот моим лучникам наоборот попутные потоки воздуха увеличивали радиус поражения в полтора раза. К тому же раз в пять минут с гневающихся небес вниз била молния, имеющая некоторые шансы угодить в возвышающиеся над полем боя возвышенности. Особенно если те будут достаточно большими и притягивать заряд небесного электричества чем‑нибудь вроде надетого на голову железного шлема. Решено. Беру!

Глава 16

Проснулся я уже в прыжке, отбрасывая одной рукой в сторону одеяло, а второй хватаясь за меч и вытаскивая его из ножен. Но меня все равно успели упредить.

— Папа, это совсем не то, что ты думаешь! — Отчаянно закричала Анастасия, отреагировав на взлет мужчины из её постели с опережением любых возможных нормативов. За полторы секунды, которые некий друид — полуэльф провел, пытаясь преодолеть гравитацию, прежде чем плюхнуться обратно на матрас, она успела не только проснуться и прикрыться одеялом, но и натянуть на себя пеньюар. Думаю, трусы бы тоже надеть сумела, вот только не смогла разыскать их в ворохе разбросанной по полу одежды. — Э, а где он? И кто рычал?

— Спокойно, он у вас дома. Или нет. Но в любом случае не здесь. — Заверил я девушку, нервно сглатывая враз пересохшим горлом. Что ж, изначально сомнений не было, этот момент рано или поздно наступит. Вот и оповещающий сигнал ради него настроил такой, что пропустить бы не смог при всем желании. Рев какого‑то хищника, способный довести до дефекации тираннозавра и уложить звуковой волной обратно в могилу восставшего из гроба мертвеца, свидетельствовал об одном. На мои земли вторглись враги, которые уже успели кого‑то убить или что‑то захватить. Не ждал их так скоро, ведь завеса исчезла только вчера. Думал, соседям понадобится хотя бы пара суток, чтобы добраться до новых территорий. — Это всего лишь враги. Армия врагов, судя по тому, что успели заметить мои кентавры. Думаю, тебе лучше как можно скорее отбыть в поместье отца, пока дороги еще безопасны.

— Полагаешь, они проигнорируют его усадьбу? — Скептически осведомилась девушка, нагибаясь за своими чулками. Черт, не могли эти уроды заявиться в гости чуть попозже…Часов на шесть. Быстрее мы бы с Анастасией сами из кровати не вылезли. Сначала надо было как следует проспаться после вчерашних упражнений в постельной гимнастике, а потом можно было бы пойти и на второй заход. — Подай мне юбку и возьми свои носки.

С дочерью барона, прижитой им от вдовствующей купчихи, мы познакомились на пиру в честь заключения союза. Обрадованный возвращением одного из своих старших сыновей старик наотрез отказывался откладывать такое мероприятие " на потом". Там же я попросил у него хоть на время одолжить какого‑нибудь эконома, ибо сам в делах финансовых разбирался крайне слабо, а насущная необходимость разобраться с ними имелась. И барон не подкачал, прислав того, кто уже не первый год ведал его собственной казной. Анастасию. Прибывшая в замок синеглазая блондинка с аппетитной фигурой с охотой взялась за ревизию и отладку хозяйственных процессов, периодически консультируясь с новым сюзереном своего отца по поводу желаемых результатов. Вчерашнее вечернее рабочее совещание, на которое проявивший свойственную его классу мудрость друид коварно захватил кувшинчик сладкого эльфийского вина, как раз и закончилось столь экстравагантной побудкой. Впрочем, коварным совратителем я себе не чувствовал. Во — первых, пол — литра слабенького алкоголя на двоих это повод, но никак не причина. Во — вторых знаки внимания девушка принимала весьма охотно и даже оказывала ответные. Ну и в — третьих, судя по изощренности и продолжительности нашего активного отдыха невинность дочь барона потеряла давным — давно и к настоящему моменту успела обзавестись неплохим опытом. Той же Олесе, во всяком случае, до неё было ой как далеко.

— Думаю, сначала займутся все‑таки этим местом. — Игрока следовало искать рядом с географическим центром новой территории, а — И если "Тенистые аллеи" не устоят, у вас будет время для того, чтобы подготовиться к встрече новых хозяев замка. Хлебом солью, стрелами или пустыми стенами, это уж как Альфред решит. Я верю, ему хватит благоразумия сделать ноги, если противников окажется слишком много. А, черт! Проклятье!

— Я так понимаю, моя поездка отменяется? — Утвердительно сказала Анастасия, которой только выражения моего лица хватило, чтобы все сразу понять.

— Один из моих ведьмаков в воротах на слух рубанул невидимку. — Вот и сказалась их широкая специализация. Чтобы завалить паладина или иного противника подобного уровня охотнику на чудовищ придется долго танцевать вокруг него, раз за разом уходя от ударов, каждый из которых может прикончить практически не имеющего брони фехтовальщика. Однако никогда бы рыцарь света, ну или там тьмы, не смог бы обнаружить бойца невидимого фронта, на цыпочках пробирающегося к охраняемому объекту мимо него. — Видимо замок уже окружен специальными войсками противника. Шустро работают, з — заразы! Как только они смогли так быстро пройти через лес..

Ответ оказался прост. Труп, лежащий в воротах и предъявленный мне к осмотру, отличался изящным строением, смазливой мордой, зачарованным снаряжением и острыми ушами. Короче, являлся классическим светлым эльфом, которого полуторный клинок ведьмака развалил на две не слишком‑то аккуратные половины. Голова и правое плечо с крепящейся к ней рукой в одном месте, а все остальное в другом.

— Шустрый тип. — Поделился своим наблюдением герой дня, протягивая мне короткую стрелку, вырезанную из какого‑то твердого тяжелого дерева. — Успел вот эту штуку мне в лицо метнуть и даже попал, теперь новый шрам будет.

— Не отравленное? — Удивился я, оценив прямо скажем не слишком великую поражающую способность данного орудия.

— Конечно отравленное. — Пожал плечами ведьмак. — Но у меня же всегда с собою эликсиры, убирающие интоксикацию. Да и действовала эта штука далеко не мгновенно.

— Что ж, благодарю за бдительность. — Кивнул я, размышляя над своими дальнейшими действиями. Выходило, что оптимальным курсом действий будет сидеть и ждать, пока к стенам подступят осаждающие. Своих спецвойск в лице рейнджеров я так и не завел. Да и завел бы, на поиски окружавших замок диверсантов не отправил. Слишком уж много преимуществ у длинноухих непосредственно в лесу. Победить их еще можно, поскольку дистанция сражения холодным оружием и стрелами предусматривает возможность нанесения ответных ударов. Только одного своего эльфы станут разменивать на десяток чужих. А может и на два — три, если пытаться похоронить их под горой относительно слабых юнитов, вроде разбойников. Хоть любители грабить на большой дороге и сами неплохие знатоки чащоб и умеют почти все то же самое, что и потенциальный противник. А кто‑нибудь, не предназначенный для боя на лоне природы вообще может по кустам шарахаться до тех пор, пока у ушастых стрелы не кончатся. — И советую перепроверить свои запасы эликсиров. Кажется мне, что они нам скоро ой как потребуются.

Враги уверенно шествовали вперед по моей территории, периодически отходя от дорог, чтобы посетить те или иные строения. Точки на карте, приносящие мне ресурсы или, в редких случаях, пополнение отрядов, гасли одна за другой. Ну а я спешно готовил "Тенистые Аллеи" к обороне, стремясь с толком использовать оставшиеся у меня часы. Если бы супостаты не озаботились разведкой или хотя бы шагали помедленнее, речь бы следовало вести скорее о днях…Но судя по темпу, с которым они движутся вперед, схватка начнется еще до начала ночи. Кто‑то из вражеских лидеров явно неплохо прокачал логистику, поскольку даже по ровным дорогам лично мое войско двигалось раза в три медленнее, чем эта армия. Но ничего, раз он тратил драгоценный опыт на умение находить пути, значит, на личное развитие меньше оставалось. Посмотрим, как умение пройти по болотам, лесам и пескам поможет ему при штурме более чем качественных укреплений.

Дроу, привлекшая себе на помощь крестьян, сатиров, меланхолично заменяющих подъемные краны энтов и прочую подсобно — хозяйственную силу, таки построила вокруг дворца и прилегающего к нему парка стену. Больше десяти метров в высоту, два в ширину, с восьмью расположенными по периметру стрелковыми башнями…Она значительно увеличивала площадь, которую следовало охранять, визуально увеличивая габариты моего замка раза в три — четыре. Но и преодолеть с ходу этот заборчик вряд ли у кого могло получиться. Особенно если учесть, что натренировавшиеся в строительной магии друиды вырыли перед ним глубокий ров, куда я в дальнейшем планировал запустить пираний. Или русалок. Последний вариант был лучше с чисто эстетической точки зрения, да и по боевым характеристикам способные выбираться на сушу полурыбы — полудевы заметно обгоняли зубастых хищниц. Вот только в базовой набор зверолюдей они не входили. Искать этот народ и договариваться с его представителями пришлось бы отдельно. И на стартовой территории их, увы, не было.

Первым неприятным сюрпризом грядущей осады я с полным на то основанием мог считать свои войска дальнего боя. Полсотни худо — бедно умеющих обращаться с луками лесных разбойников, столько же лучников и двадцать пять медуз и дюжина только так швыряющихся дротиками кентавров вместе аж с двумя десятками друидов могли выдать суммарный залп впечатляющей силы. Взять стены, с которых будет лететь столько стрел, обычных и энергетических, будет очень непростым делом. К тому же змееженщины имеют бонусную способность окаменеть противника, работающую за счет их странной врожденной магии, а травники из числа магов природы снабдят ближайших к ним бойцов ядом для наконечников. Я практически уверен в том, что сходу взять качественное укрепление, защищаемое таким количеством бойцов, не получится и у самой мощной армии. И когда начнется штурм, то в ход вступит моя вторая карта. Способная легко обойти увязших на подготовленном рубеже обороны вражеских солдат и ударить по стрелкам, осадной технике, магам или прочим лакомым кусочкам.

Ударным кулаком моего войска, на который я возлагал большие надежды, было десять полученных обманом от королевы роя богомолов. Вылупившие из яиц личинки размером с руку в течении пары часов сожрали просто катастрофический объем продовольствия, превышающий их массу во много раз. И всего за три скоротечных линьки вымахали в хитиновые машины для убийства, своими габаритами больше всего напоминающие вставшие на ходули вездеходы. Твердо стоящие на четырех нижних лапах зеленые насекомообразные монстры вместо последней пары конечностей имели метровой длины костяные косы, которыми могли на лету отсечь мухе крылья. Команд моих они слушались как‑то не очень охотно, часто "зависая" над их обработкой секунд пять — шесть, но после все‑таки шли и выполняли сказанное. И очень быстро шли, скорость их движений вполне соответствовала тем же ведьмакам, до бровей упившимся своими сомнительными допингами. Только в отличии от последних двигаться в подобном темпе они могли не несколько минут, а пару часов. А еще у них были выдвигающиеся из‑под панциря на брюшке крылья, пусть слабоватые и недоразвитые, но способные превратить падение со стены в планирование. Или поднимающие богомола на несколько секунд над полем схватки, чтобы перемахнуть ловушку, бойцов ближнего боя или выставленные на его пути копья.

Третьим по значимости отрядом в грядущей битве стоило признать сборную солянку из животных. Два с половиной десятка медведей, некоторые из которых уже несли на своей задубевшей шкуре достаточно шрамов для становления ветеранами. Пятнадцать слизней, являющихся не то, чтобы сильно мощными тварями, но чертовски неудобными противниками в ближнем бою. И, главное, почти сорок болотных гадюк. Получивший буквально на днях своих коров двухголовый хозяин местного болота буквально завалил меня своими подданными. Конечно, в качестве бойцов они стоили немного…Даже при условии внезапного удара в спину редкая змея смогла бы выдать больше одного ядовитого укуса. Однако попрятавшиеся в окрестностях замка по разным норам и ямкам пресмыкающиеся могли стать идеальными шпионами, ибо при помощи чар мог видеть и слышать все, что происходило рядом с ними.

А еще у меня был спрятан козырь в рукаве. Один и с несколько сомнительными шансами на успех…Но в случае своего срабатывания, он грозил попросту лишить вражеские войска их предводителей.

Остатки своих войск в виде разнородной толпы я решил считать своим стратегическим резервом. Толпа ополченцев, дюжина сатиров, только накануне появившихся из свежеотстроенного лабиринта троица минотавров, ведьмаки и боевая ведьма дроу с её ручной джинией. Ими я решил затыкать неожиданные прорывы и спихивать врагов со стен, если они туда все же заберутся. Неясной величиной оставались энты…Двое, входящие в мою армию так сказать на "законных основаниях", конечно будут драться. А вот те живые деревья, которые составляют их рощу находятся под вопросом. Как и Хью со своими молодцами, несмотря на возраст все еще способными дать прикурить каким‑нибудь сухопутным крысам.

Ладно, хватит считать бойцов и расставлять их по периметру стен, война план покажет. Тем более, наблюдатели уже сигнализируют о появлении стремительно приближающегося облака пыли на дороге, поднять которое может исключительно прущее на всех порах вперед войско. Активировав заклинание дальновидения я воспользовался глазами залегшей в придорожных кустах гадюки и принялся рассматривать эту армию. Четыре десятка мечников, три десятка латников, полсотни арбалетчиков, восемнадцать егерей, дюжина священнослужителей, шесть баллист с расчетами, катапульта на телеге, пятерка гномов — огнеметчиков и три рыцаря, одним из которых является Альфред Шестой.

— Почему вы меня не предупредили, что к вам идут враги?! — Закричал барон прямо в воротах. — Я еле успел сюда добраться!

— Не успел. — Только и оставалось мне, что развести руками, пытаясь согнать с лица довольную ухмылку. Только что обороноспособность "Тенистых аллей" резко выросла. И дело даже не столько в солдатах, которые пришли с моим вассалом, сколько в нем самом. Опытный военачальник, он распространял бонусы от одного своего присутствия на все союзные войска. Теперь боевой дух защитников замка станет снижаться ниже, а драться они будут куда ожесточенней. — Как вы вообще узнали, что мне нужна помощь?

— От Анастасии, разумеется. — Даже удивился такому вопросу барон. — Не думали же вы, что я отпущу дочь так далеко, не имея возможности с ней связаться? Волшебные переговорные зеркала стоят дорого, дальше трех дней пути работать отказываются, и церковники на них посматривают косо, но в хозяйстве несколько парных комплектов этих штук всегда пригодятся!

— Надо будет сказать ей спасибо. — Решил я, отыскав взглядом высунувшуюся в окно дворца женскую фигурку, задорно махающую нам платочком. — Ваши осадные мастера как раз то, чего мне так сильно не хватало для полной уверенности в победе. Пусть они как можно быстрее затаскивают баллисты на башни, лучники ради такого случая немного потеснятся. Только вот катапульту куда поставить…

— Ничего, мы её прямо тут разобьем, за воротами. Чтобы дальше добивала. — Хмыкнул себе в пышные усы гном, командующий расчетом занимающей целую телегу машины. — Она по нашим чертежам построена и от пары случайных вражеских стрелок не развалится…И хотел бы я посмотреть на того умника, который сумеет выиграть у меня противостояние в артиллерийской борьбе!

— Среди врагов могут быть ваши сородичи. — На всякий случай предупредил я, не желая потом среди боя сталкиваться с проблемами среди бородачей. — У врагов есть лазутчики — эльфы, а значит, с высокой степенью вероятностью, нам противостоит волшебник или волшебница. Следовательно, на поле боя вполне можно ожидать и гномий хирд.

— Раз на наших друзей первыми напали и даже не предупредили, то это не родственный мне клан. — Отмахнулся похожей на лопату ладонью осадной мастер. — Огребут, так будут сами виноваты. Ну а костыли покалечившимся, так и быть, как сородичам со скидкой сделаю.

К счастью или нет, но работать столяром данному конкретному бородачу не грозило. Подошедшая к стенам "Тенистых аллей" через полтора часа армия была сборной солянкой войск троих игроков, один из которых был действительно волшебником. Вот только гномов и хоббитов Светланутый Ульронд себе не взял, ограничившись в своем развитии исключительно ушастым племенем. Отряд в полторы сотни метких остроухих стрелков был подкреплен пятьюдесятью мастерами меча, сорока лучницами на пегасах, тридцатью друидами, десяткой всадниц на единорогах и аж пятью полыхающими словно живые костры фениксами. Единственным инорасовым отрядом в составе его войска могла считаться лишь постоянно мельтешащая стая разноцветных феечек, пересчитать которых без опаски заполучить головную боль было решительно невозможно. Внушительная сила…Однако два остальных непрошенных гостя оказались еще хуже. Вампир Кровожад имел относительно небольшую свиту всего в двадцать семь кровососов, но каждый из этих монстров сжимал в руке поводки, ведущие к целому десятку упырей в шипастых ошейниках. Кроме того над алоглазым игрока вились в хороводе десятки баньши, которые как и все призраки были почти неуязвимыми для физического оружия. А Гоблин — Варвар ГрымМыкКрых привел под мои стены целое зеленое море щеголяющих набедренными повязками гоблинов, в котором имелись отдельные островки упакованных в пусть грубоватую, но явно толстую железную броню орков. А над ними живыми осадными башнями возвышались тролли и огры, на которых умудрились напялить нечто вроде грубо сшитых из шкур плащей. Два коренастых мохнатых утеса, сочетающих в себе черты обезьяны и саблезубого ленивца, значительно уступали им в размерах. Однако эти твари, невесть с чего обозванные бегемотами, являлись вершиной линейки монстров из замка варвара. И специализировались они только и исключительно на ближнем бое.

— Это чтобы кипятком не ошпарило. Во время осады его всегда на врагов льют. То, что ты заранее не подготовил котлы, это большое упущение. — Решил Альфред, оглядывая подошедшие к замку армии со стены. Остановившиеся после стремительного марш — броска войска неприязненно поглядывали друг на друга, но шансов, что они передерутся, не было никаких. Общий противник в зоне видимости и непосредственное руководство игрока могли сплотить под одним стягом даже ангела и демона. Со штрафами к морали, разумеется, непрестанно нарастающими с течением времени, но все же… — Да и обычные стрелы в таком покрове увязнут только так. Продуманный вождь гоблинов попался, ну надо же…

— То есть остальные противники тебя не смущают? — Уточнил я, нервно поводя плечами. Собранные с таким трудом за три недели силы больше не казались большими. Немесис, в седле на спине которой я привычно устроился, глядя на эту армаду поджала хвост. Даже безрассудная тигрица не желала связываться с настолько превосходящим по численности противником.

— С любой из этих трех армий по отдельности мы бы справились без особого труда даже в чистом поле. — Уверенно заявил барон. — А с хорошей крепостью наши шансы значительно подросли. К тому же если станет совсем туго, ты всегда можешь позвать на помощь титанов. Мои гномы утверждают, что вовсю куют им их доспехи мести, а значит лететь этим молниезадым громилам совсем недалеко.

— Да, это я могу. — Пришлось признать мне. Вот только не лежала у меня душа к тому, чтобы обменивать наверняка уникальное преимущество на выигрыш одного из многих сражений. — Но лучше бы нам победить все же своими силами. Смотри, они уже идут на приступ!

— Ну, не в осаду же садятся. — Хмыкнул старый рыцарь, неспешно одевая на голову протянутый слугой шлем. — Главная осадная техника зеленошкурых — это их гиганты, им времени на подготовку к бою не нужно. А ушастики с кровососами и вовсе предпочитают крушить стены магией, если не могут просочиться внутрь вражеской крепости сквозь какую‑нибудь щель. Кстати, лучше бы тебе приготовиться, какой‑нибудь чародейской дрянью они по нам точно ударят, чтобы лучники на подходе всех троллей с ограми стрелами не нафаршировали.

Опытный вояка в своих предположениях, к сожалению, не ошибся. Войска трех армий, переведя дух, вышли из под защиты деревьев и уверенным курсом двинулись к "Тенистым аллеям". И чародеи эльфов первыми начали колдовскую битву, сводя с ясных небес одну молнию за другой. Закричали от боли десятки лучников, корчась в агонии и падая в судорогах на камни стены или даже прямо вниз, на землю, гарантированно выходя из боя. Правда, чего вряд ли ожидали ушастые, так это того, что часть ударивших сверху вниз потоков электричества хлестнет по ним самим. Сразу семеро эльфов выронили свои посохи попадали замертво на слой опавшей листвы, после того как разряды тока остановили их сердце. Условности этого мира в значительной мере ограничивали дистанцию обычной боевой магии…И если вражеские маги природы могли достать до нас, то и мои друиды так же могли ударить по ним. И стрелки тоже…Хотя нет, эти дотянутся только до прущей вперед неудержимой зеленой рати. Похоже, вражеские предводители сознательно подставили под удар гоблинов, дабы разрядить им возможные ловушки, буде такие окажутся перед моим замком. Что ж, логично. Магическая мина или банальная волчья яма почти одинаково эффективны и против копеечного карлика — дикаря с каменным топором и против ушастого мастера меча, способного таких недомерков раскромсать на лоскутки не один десяток. Вот только ловушек у меня не было, только многочисленные лучники, в максимальном темпе стреляющие в море вражеской пехоты. Но последняя все равно шла вперед. Причем быстро, очень быстро. Главной причиной этого являлись порхающие над медлительными по идее гигантами феечки, осыпающие их ускоряющей и защитной пыльцой. Малышкам хватало и одного случайного касания стрелы, чтобы в облачке цветных брызг улететь под ноги зеленой орде, вот только по ним никто специально не целился. Более достойных мишеней хватало.

Стоящий среди арбалетчиков Калеб зычным голосом приказывал всем сосредоточиться на гоблинах и орках, игнорируя остальные цели. И резон в этом был. Бегущие чуть в стороне от основной массы солдат ушастые мастера меча перемешались хаотическими зигзагами, не давая взять прицел. От все‑таки пущенных в их сторону снарядов они попросту уворачивались изящными почти танцевальными движениями. Спущенные с поводков упыри поверхностных ран, как и все немертвые, не боялись. Сквозь баньши обычное оружие и вовсе пролетало, ничего не задев. А огры и тролли были слишком толстокжи, чтобы заметить случайную занозу. С их живучестью и броней, как искусственной, так и естественной, следовало бояться только очень — очень сосредоточенных по одной цели залпов…Или осадной техники вроде той, которая уже стояла в ближайших к воротам башнях замка.

Мой взгляд зацепился за предводителей армии вторжения, держащихся в тылу своих войск, и губы сами собой расплылись в довольной ухмылке. Маленький холмик, куда они встали, отлично подходил для наблюдения за полем боя или расположения какого‑нибудь средства огневой поддержки вроде пушки, требушета или опытного пироманта. И мне хватило ума этим воспользоваться. В качестве наблюдателей и, при необходимости, диверсантов, на приметной возвышенности осталось целых три гадюки! И к их органам чувств я был намерен подключиться…Тем более, как боевого мага меня можно было почти и не рассматривать, а потому лучше уж потратить свои силы на нечто потенциально более полезное, чем пара — тройка убитых врагов. Например, на развединформацию.

— Зеркало боли? Нет, не то! Зеркало мира? Совсем не то! Зеркало хаоса? Не, ну не оно и все тут! — Зарылся в здоровенный талмуд, видимо являющийся справочником по боевой магии, Светланутый. — Черт, чем же этот тип магию друидов обратно отразил?!

— Меня больше интересует, что у него вообще за замок? — Пробарабанил пальцами по туго натянутой коже тамтама, заменяющего ему походный стол, маленький пухленький гоблин, подозрительно похожий чертами лица на Наполеона Бонопарта. — Это не типовая постройка, уж я то их все изучил.

Отошедшие от шока, вызванного потерями, друиды встали в круг, взялись за руки и стали чего‑то дружно колдовать. Змея их хоть и плоховато, но видела сквозь редкий лесной подлесок. А еще слышала хоровое гортанное пение…Интересно, это благодаря моей магии или игроделы забыли о том, что данные рептилии напрочь глухи, да к тому же видят совсем в ином спектре, нежели люди?

— Вероятно, у него хорошо развит навык архитектора. С ним еще и не такое построить можно. — Пожал плечами вампир, косясь алым глазом на окруживших игроков единорогов и их всадников. Вернее, всадниц. Магические звери, держащие караул вокруг вражеских военачальников, несли на себя исключительно молодых и прекрасных эльфиек. Впрочем, старых и уродливых представительниц этой расы в данном мире вообще было быть не должно. Ну, если только для квеста какого‑нибудь несколько штук специальными условиями прописали. — Слушай, Сэм, а во сколько ты оценишь вон ту рыженькую…

— Рыженькую не отдам, и не проси! — Непреклонно заявил остроухий волшебник. — Она единственная, кто глотает и не морщится! Да и вообще, кровохолеб, хватит уже жрать моих эльфиек! Твоя свита из них уже больше чем на половину состоит! За эту неделю ты уже троих выпил, куда в тебя лезет то только?

— Ничего не могу поделать. — Развел руками красноглазый, окидывая взглядом свое не слишком великое по численности воинство. У трех четвертей облаченных в черные балахоны кровососов грудь заметно оттопыривалась. Странно только, что Кровожад свой гарем так скудно и однообразно одел…Или у него имеется личный портной, шьющий одинаковую внешне униформу, но с запредельными характеристиками? — Природа требует своего. И потом, ты просто представить себе не можешь, какая сладкая у них кровь…Пробовал я как‑то ради интереса закусить одним из шаманов нашего миниатюрного зеленого друга, так меня потом не меньше трех часов тошнило!

— А он был трезвый? — Уточнил гоблин, ничуть не возмутившись подобным отношением к одному из своих подданных. — Потому как если предварительно нажрался какой‑то настойки, то вполне мог стать и ядовитым. Я этот эффект у них давно заметил. Еще когда мое первое войско охранявший самоцветную шахту дракон чуть ли не полностью сожрал и сам следом лег, померев от несварения желудка.

Тут неожиданно их неспешную беседу прервал здоровенный булыжник, шлепнувшийся на землю в нескольких метрах от круга друидов, а потом подпрыгнувший еще на пару метров и прокатившийся через ряды остроухих магов, сминая не успевших разбежаться в стороны чародеев. Погибших было относительно немного, а раненных вообще не одного, но подготавливаемые магами природы чары естественно пошли прахом. Хотелось бы верить, как и вложенная в неё энергия, запас которых у ушастых не мог быть безграничен.

— Проклятье, у него еще и артиллерия есть! Шесть друидов как с куста! — Взвыл волшебник, отвлекшись от листания своей книжки. — Вы чего стоите тут, как на концерте?! Давайте колдуйте уже чего‑нибудь! Я один, что ли, щиты над войсками держать должен?!

— Я вождь, а не шаман. — Развел руками зеленый коротышка. — Духи меня почти не замечают, зато такая образцовая орда вряд ли у кого еще есть. В ней гоблины не сильно трусливые, орки понимают дисциплину, а у троллей в мозгах имеются зачатки мышления! И все их по — настоящему много!

— У меня вся магия не отрядная, а адресная. И больше половины её заточено на ближний бой. Да и вообще рано еще тратить свои силы. — Поддакнул ему вампир. — Пусть это тип сначала выложится на мясе, которое восстановить раз плюнуть. Ну а потом, когда у него будет тикать откат, я поведу в бой свою кровавую гвардию и изнутри открою вам ворота.

Уточнять, как именно он это сделает, кровосос не стал, но догадаться было не сложно. Даже низшие вампиры неплохо должны лазить по вертикальным поверхностям, а высшие и вовсе обязаны уметь летать. Плохо еще то, что по внешнему виду тяжело узнать статус вампира и его же уровень опасности. Любой красноглазик может оказаться как любимой игрушкой своего хозяина, ложащейся на спину после первого удара, так и воплощенным в кровь и плоть посланцем своего ужасного бога, который и ангелу не сразу уступит.

— Стоит придержать аколитов в запасе. — Обрадовал я барона, разрывая чары и часто — часто моргая, чтобы остановить вертящуюся перед глазами круговерть. — Вампиры готовят диверсионную атаку на воротах, а кто может лучше встретить нежить, чем посланцы светлых сил?

— Хорошо. — Кивнул старый рыцарь и отослал к священникам своего оруженосца. — Тем более, пока все идет достаточно неплохо, чтобы мы могли позволить себе иметь резервы.

Хотя мне и казалось, что я наблюдал за враждебными игроками очень долго, в реальности прошло всего ничего. Двинувшиеся в атаку вражеские бойцы не успели пробежать и трети отделяющего их от крепости расстояния. Несмотря на потери среди своих от молний, специализирующиеся на дальнем бое защитники не растерялись и принялись выпускать стрелу за стрелой, целясь в накатывающее на стены зеленое море гоблинов. Бонус атаки с высоты значительно увеличивал радиус полета любых выпущенных со стен метательных снарядов, а потому примерно полминуты противопоставить этому смертоносному дождю своих стрелков враги не могли. Баллисты, которые солдаты барона все‑таки сумели затащить на площадки башен, посылали в возвышающихся над полем боя гигантов одну громадную стрелу за другой. Огры и тролли были слишком неуклюжи и медлительны, чтобы уклоняться, а их одежды, в которых увяз бы и сабельный удар, не могли удержать прокалывающего шкуры и мясо стального наконечника, крепящегося к маленькому бревну. Из шести баллист промазала только одна и две живые осадные башни навсегда протянули свои зеленые лапы, умерев на месте. Правда, оставшиеся три смогли выдернуть из себя пробившие им не критически важные места занозы и продолжили идти вперед, но их скорость заметно снизалась. Регенерация — регенерацией, но затянуть быстро такую рану не получится. А следующий выстрел спешно перезаряжаемого осадного механизма с гарантией добьет подранка.

К сожалению, все хорошее рано или поздно кончается, пришел черед и безнаказанному расстрелу вражеского войска. Непревзойденные эльфийские снайперы, бегущие по полю боя ровной трусцой и прикрываемые мягко сияющим над ними розовым сиянием какого‑то магического щита, вышли на рубеж уверенного поражения. И тут же уверенными движениями натянули свои смертоносные луки. Кувыркнулась через голову назад поймавшая оперенную смерть глазницей медуза, а отставшие от своего более быстро солдата остроухие присматривали себе наиболее аппетитные цели….Но тут я активировал "Око бури" и сам немного опешил от получившегося эффекта.

Небо мгновенно заволокло тучами, в которых посверкивали грозовые разряды. Взвыл раненным зверем ураганный ветер, который стал не просто дуть навстречу атакующим, а принялся кружить вокруг стен, странным образом игнорируя летящие с них снаряды, но перехватывая все, чем пытались выстрелить по нам в ответ. А также отчаянно пищащих феечек и наиболее легких гоблинов, теперь отрывающихся от земли с пронзительным воем. Словно пылесос рассыпанную по полу крупу, крутящийся воздух засосал в себя наиболее мелкогабаритных юнитов вражеского войска и принялся сталкивать их друг с другом и размазывать о землю.

— Смерч?! — Поразился барон, крутя головой из стороны в сторону. — Мы внутри смерча?!

— Это не должно было так работать… — Я ошарашено потер лоб, перечитывая описание постройки и возможного эффекта от её активации. — Похоже, но не так! Слабее! И без прямого урона по тем, кто идет на приступ…

— Чему ты удивляешься, друид? — Усмехнулось вдруг лицо древней нимфы, на миг соткавшись передо мною из дрожащих потоков воздуха. — Природа благоволит тебе! И её дети тоже. А из этих троих неумирающих, что пришли сюда, одного мы не знает, второго недолюбливаем, а последнего и вовсе ненавидим как и всякую нежить.

— И это тоже проекция? — Нахмурился я, рассматривая Лалу, мало — помалу обретающую материальность и дополняющую голову соответствующим телом. Обнаженным. Лучники и арбалетчики начали дружно тренироваться в стрельбе вслепую, поскольку взгляды их так и норовили прилипнуть к очертаниям женской фигуры. — Сколько же у тебя еще фокусов в запасе?

— Много, я ведь не просто так вдруг решила попытаться стать берегиней. — Пожала плечами воплощенная сущность, пробуждающая магический источник. Из воздуха на её плечах вдруг соткалась легкомысленная накидка эльфийского шелка, и по рядам мужской части защитников замка прокатился дружный стон разочарования. Правда меткость их тут же возросла и как бы не вдвое. Раздосадованные прекращением бесплатного зрелища стрелки демонстрировали меткость, который не постыдились бы и топчущиеся у стен эльфы, вгоняя троллям, оркам и гоблинам стрелы точно в головы. Правда, не всегда подобная травма убивала нелюдей, у которых мозг точно не являлся самым нужным в хозяйстве органом или был защищен прочнейшей черепной коробкой. — Только не жди, что увидишь их все. Мне хоть и скучновато торчать на одном месте, но слишком сильно помочь тебе я не могу.

Вторым залпом баллисты накрыли бегемотов. И на этот раз не промазала ни одна. Три тяжеленных стрелы, массой превосходящих рыцарские копья, с размаху воткнулись в прущих встречным курсом мохнатых чудовищ. И ушли в них какая на треть, а какая и до половины своей двухметровой длины. Ревя от боли и размахивая когтистыми лапами ужасающие гиганты сделали еще по несколько шагов, а потом упали. У них, похоже, была какая‑то способность, препятствующая мгновенной смерти. Но бессмертными и неуязвимыми она их вовсе не делала. Ударившие с хмурых небес три отдельных молнии скрестились на самом громадном из огров, чьи шкуры были отделаны металлическими щитами, превращая его одежду в некое подобие кольчуги. Гигант взревел, зашатался и сел прямо на прикрывающийся от стрел щитами квадрат элитных орков. А после заревел еще раз, еще громче. Длинные алебарды, которые зеленошкурые чисто машинально выставили вверх завидя падающий на них колоссальный афедрон, должно быть доставили ему множество неприятных ощущений. Жаль только, оценить свой подвиг смогли очень немногие из тяжелых пехотинцев, поскольку остальных не раздавило, так размазало.

— Ну, хоть за то, что есть, спасибо. — Не поленился я поблагодарить нимфу, наблюдая за тем, как раненный гигант встает, рычит от бешенства и бежит вперед к стенам, давя не успевших увернуться у него из под лап гоблинов. Громадная железная палица, которой он размахивал над головой, выглядела очень неприятно. Эта тварь определенно является кем‑то вроде лидера себе подобных и, скорее всего, даже в одиночку сможет рано или поздно разломать ворота. А у него ведь еще есть и несколько десятков сородичей, которые выкопанный перед стенами ров перемахнут даже не заметив. И что это там так сверкает в районе ставки вражеских главнокомандующих? — Внимание, воздух!

Глава 17

Огненные шары. Да не один, не два, а десятки! Светланутый доказал, что он не просто так зовется волшебником. Целый рой рассыпающих во все стороны искры огненных мячиков по пологой дуге понесся от него прямо к воротам замка. Нет, к стенам рядом с воротами, на которых и расположились мои стрелки, успешно выкашивающие гоблинско — оркскую пехоту! И смерч, с легкостью сносивший в сторону стрелы эльфов и сбивающий с ног зеленых коротышек, не смог их остановить! Один за другим боевые заклинания врезались в верхнюю часть каменной кладки, крошка зубцы и разбрасывая в стороны полыхающие тела лучников, большей части из которых теперь предстоял короткий полет до земли. К счастью большое количество магических снарядов искупалось их относительно невысокой силой, редкое заклинание забирало больше чем две — три жизни. Но даже и так потеря примерно полусотни бойцов не могла не вызывать зубовного скрежета. И кроме того, пока поголовно специализирующиеся как раз на целительстве и прочей поддержке аколиты приводили в себя оглушенных и обожженных, тролли и огры достигли наконец стен и замок содрогнулся, когда по нему синхронно ударило два десятка громадных дубин, каждую из которых при нужде можно было использовать в качестве тарана.

— Они что…Вызывают резонанс? — Округлила глаза дроу, как‑то незаметно протолкавшаяся ко мне. Возведенная ею стена ходила ходуном, поскольку одновременно бьющие в неё гиганты своей совокупной мощью могли бы сокрушить и настоящие горы. — Кто их этому научил?!

— Вождь. — Сплюнул я, вспомнив слова похожего на Наполеона коротышки о интеллектуальности его самых здоровых бойцов. Относительной, конечно, но даже так они враз стали намного опаснее. — Все брысь от катапульты! Открыть ворота!

— Да щас! — Рявкнул мне в ответ гном — артиллерист, ударом топора перерубая канат, притягивающий ложку орудия к станине. Несколько десятков килограмм крупной гальки почти шарообразной формы, до боли напоминающей картечь, взвились ввысь, чтобы смертоносным дождем упасть на головы приближающихся гоблинов. Штук сорок коротышек и пяток орков легли с раскроенными черепами сразу, вдвое большее их количество отделалось лишь сильными ушибами. — Эту малышку смогут захватить или порубить только через мой труп!

— Что?! — Поразился Альфред. — Ты спятил?!

— Открыть — открыть. — Покивал головой я, подтверждая сказанное. — Глянь, все остальные отстали от громадин, их встречным ветром тормозит. А ведь еще и ров имеется. Если есть у нас время для вылазки, то это оно. А впрочем…Как думаешь, если их достаточно сильно разозлить, получится заманить гигантов внутрь укрепления и отрезать от остальных?

— Просто так даже тролли в такую ловушку не враз попадутся. — Отрицательно покачал головой барон. — Мозгов у них нет, но есть инстинкты, препятствующие поголовному истреблению этих тварей.

— Кто говорит про просто так? — Хмыкнул я, заслышав, как со скрипом раскрываются створки ворот и тронул уши Немесис. — Вперед и вниз, детка! Настала нам пора поработать приманкой! Ну, не хочешь приманкой, будем загонщиками для крупной рыбы, то есть дичи.

Большая кошка посмотрела на меня так, словно серьезно сомневалась в душевном здравии своего седока, но проворно затрусила по гребню стены до ближайшего гиганта. А дальше она показала мастер — класс боевого паркура, сиганув на шею громадному огру и приземлившись одновременно на все четыре лапы. Преодолев половину пути до земли она выпустила когти и, хорошенько оттолкнувшись, совершила второй прыжок. Гигант же остался тупо перекрашивать стену в алый цвет фонтаном из яремной вены и размышлять, мертвый ли он уже или пока еще нет и надо подождать еще секунд пять — шесть, чтобы героически сдохнуть от кровопотери.

— Хватит стучать, вандалы! — Немесис стремительно неслась вдоль стены, а я колол ведьмачьим мечом толстые жирные ноги. Ну, или ягодицы. В общем, до чего успевал дотянуться с размаху, то и колол. Для того, чтобы полноценно рубить, не хватало даже моей силы. Хотя, судя по раздавшемуся за спиной громоподобному скулежу, как минимум один раз какую‑то деталь анатомии тролля удалось таки мимоходом отчекрыжить. И даже обладание далеко не самой плохой регенерацией не могло его утешить и заставить философски относиться к потере. — На этих стенах еще голуби толком не седели, а мне после вас уже капитальный ремонт делать нужно! Каменный шип!

Предводитель гигантов, до сих пор дымящийся после попадания молний, громко взвыл, когда высунувшаяся из под земли скала пробила ему левую ступню. Кольчугу уроду сделали какую — никакую, а вот на сапоги материала пожалели. Естественно взбешенный монстр рванул вслед за мелкой козявкой, посмевшей причинить ему боль. И полтора десятка его сородичей, также пострадавших от мимолетных ударов моего клинка, тоже не сильно от него отставали. Еще штук шесть троллей дубасили стену слишком далеко от ворот, чтобы их провоцирование могло считаться допустимым риском. Ну да ладно, после ими займемся. Тем более, щеку резануло болью от вонзившегося туда прямо сквозь металл шлема сюрикена, а здоровье начало стремительно сокращаться. Убитый на воротах невидимка был явно не последним ниндзей, имевшемся в армии Светланутого. И как минимум один эльфийский головорез — спецназовец был достаточно близко, чтобы представлять собой реальную опасность. Сшибет с тигры или подрежет кошке лапки и все, плакала моя тактическая хитрость горючими слезами.

— В стороны! — Заорал я, влетая в приоткрывшиеся ворота и цепляясь за шею Немесис, когда кошка просто перепрыгнула катапульту. — Друиды! Пора!

Посохи магов природы дружно ударили о камень укреплений и из внезапно удлинившихся теней стен шагнули к вломившимся в крепость следом за мною троллям со всех сторон те, кого обычно пасли энты. Только теперь я понял, что словосочетание "пастух деревьев" очень точно описывает древолюдей. Ведь что приходит на ум первым делом при слове "пастух"? Какой‑нибудь вооруженный хворостиной мальчишка или старикан, который значительно превосходит членов стада интеллектом, но из‑за своих малых габаритов даже близко не сравнится с быком или хотя бы коровой по своей мышечной массе, силе и потенциальному разрушительному потенциалу. Гворны по своему строению напоминали энтов примерно так же, как горилла человека. Большая трехсоткилограммовая и очень злая горилла спокойного сухонького интеллигента, которому даже и в голову не могла прийти мысль заняться бодибилдингом. Или поднятием тяжестей. Да в общем любым видом деятельности, от которого можно так разбухнуть в объеме.

Гворны больше напоминали деревья, чем людей или даже энтов. От последних у них была главным образом корневая система, позволяющая пусть и очень медленно, но двигаться, да лица — дупла. Правда, разбросаны они были довольно хаотически. У кого посередине ствола туловища, у кого чуть ли не у корней. Нашелся даже один индивидуум, чей правый глаз находился с одной стороны ствола, а левый с другой. Четко оформленных в руки верхних конечностей воплощенные духи деревьев также не имели. Просто их самые крупные ветки росли относительно недалеко друг от друга, образуя контуры отдаленно напоминающие плечи, но по факту являющиеся скорее пучком деревянных щупалец.

Но и это было еще не все. Мои резервы в виде ополченцев, сатиров, медведей, богомолов и слизней тоже подтянулись к открытым воротам. И хотя они пока держались на некотором отдалении от громадных врагов не оставалось никаких сомнений, стоит мне только подать команду и вал разнообразных бойцов захлестнет врагов. Пусть и понеся при этом значительные потери от кулаков и дубин.

— Оу. — Глубокомысленно сказал один из троллей, оглядывая приближающихся к нему древесных гигантов, ничуть не уступающих каменношкурой громаде в росте. И даже превосходящих его. А после он даже оглянулся назад, на открытые ворота. Видимо, данный конкретный экземпляр был действительно умным, раз смог так быстро осознать ситуацию и нашел путь к спасению. Вот только относительно высокий интеллект не дополнялся повышенной скоростью движений. А потому жуткий монстр заверещал как поросенок, когда сразу три гворна вцепились в него своими жуткими руками — ветками и рванули каждый в свою сторону. Сил для того, чтобы сразу разорвать тролля, им все‑таки не хватило. Но судя по тому как выгнуло несчастного, как он орал и как капала на землю его кровь из мгновенно появившихся ран, долго смерти ему ждать не придется.

— Круши! — Издал боевой вопль предводитель вражеских гигантов, обрушивая дубину на кору ближайшегогворна. Полетели во все стороны щепки, а дух дерева остановился, протестующе скрипнув. Но в следующее мгновение вновь потянулся к врагу, оплел его ветвями и начал душить. У духов деревьев было много недостатков. Медлительность, туповатость, слабое сопротивление магии и значительно увеличенная уязвимость к огню. Но все они компенсировались чудовищным запасом здоровья, неимоверной выносливостью и очень высокому сопротивлению обычному физическому урону. Превзойти их в наплевательском отношении к мечам, кулакам, копьям и обычным стрелам могли разве только призраки…Которые как раз переваливали через гребень стены и набрасывались на моих лучников! Десятки прозрачных фигур баньши, которых не смог задержать штормовой ветер и высота стен, с пронзительными воплями впивались в солдат, высасывая из них саму жизнь. А вместе с ним летели и вампиры! Десятки весело хохочущих в предвкушении кровавого пира высших мертвецов, лишь чуть — чуть отставая от неупокоенных душ, бежали прямо по воздуху! Вернее, по отливающей алым дымке под их ногами. Похоже, какая‑то массовая магия у Кровожада все‑таки в запасе имелась. И была она далеко не слабой, все‑таки эффект левитации, это очень даже не слабо! И пусть даже она, скорее всего, имеет некоторые классовые и расовые ограничения, иначе бы ко мне уже заявилась вся армия нападавших или по крайней мере те же тролли научились бы летать…

— И да сотрет карающий свет с лица земли всю мерзость, что краденной жизнью живет! — Хором провозгласил десяток голосов, резонирующих друг с другом и стремительно набирающих децибелы. А в следующий момент прямо перед лицом разорвалась светошумовая граната. Перед глазами плясали разноцветные зайчики, в ушах гудели гигантские трубы, а сам я почему‑то оказался лежащим на земле. Сесть удалось…И даже встать. Вот только перемещаться в пространстве теперь удавалось исключительно при помощи осязание. А оно было, мягко говоря, плохой замене зрению. Но даже с его помощью удалось что‑то нащупать. Прямоходячее, человекообразное, железное и бородатое.

— Эльдар, очнись! — Пробился через писк в ушах голос Альфреда вперемешку с чьим‑то диким ором. — Да приди ты уже в себя! Вели этим деревяшкам выйти из ворот, пока в них орки не вломились!

— Что это было? — Только и смог спросить я, ошалело пытаясь проморгаться. Впрочем, без особого успеха. — И кто это так воет?

— Призыв карающего света. А орут вампиры, те которые прахом не распались. — Разъяснил мне старый рыцарь. — Преотличнейшая штука, жаль только, аколиты на его подготовку тратят по полчаса, да и силы он у них начисто забирает. Кхм…В общем, ангелов ближайшие часа полтора мы на помощь не позовем. Впрочем, столько мы должны продержаться, а значит, это стоило того.

Ага, ритуал святой магии. Помню — помню, была в арсенале святош такая штучка, являющиеся оружием массового поражения и избирательного действия. Усиленная версия обычного группового экзорцизма, если не ошибаюсь. Нежить и демоны получают от такой магической плюхи значительный урон по площадям или скорее радиусу поражения. Прочие существа отделываются легким шоком, временной слепотой и контузией, тоже приятного мало, но пережить можно. Представители светлой фракции людей никаких неблагоприятных последствий вообще не испытывают и с большим удовольствием дорезают обожжённых или просто дезориентированных врагов.

— Какова обстановка? — Прохрипел я, накладывая на себя лечащее заклинание. Не особо оно, конечно, подходит к данной ситуации, но может хоть чуть — чуть поможет. Рева троллей вокруг почти не было, лишь два или три громоподобных рыка отражались от стен крепости. Но и они звучали скорее испуганно, чем грозно. А еще был громкий шелест ветвей и какой‑то стрекот…Точно, у меня же во дворе невдалеке от ворот еще богомолы стояли! Я их для контрудара в каком‑нибудь направлении готовил. Видимо насекомые самостоятельно отреагировали на появившихся в зоне досягаемости врагов и пришли на помощь итак имеющим количественное и качественное преимущество гворнам. В результате гиганты с каменной кожей быстро кончились.

— Баньши испепелило всех, а вот вампиров всего нескольких. Крепкие попались, заразы! Даже отступить смогли прежде, чем мы их стрелами нафаршировали. — Откликнулся Альфред. Что ж, одним отрядов в объединенной армии врагов стало меньше, а второй — Наступление врагов замедлилось, но не остановилось. Вспышкой ослепило только упырей, которые сбились с шага и остлеплиь, а вот зеленые не говоря уж о ушастых быстро проморгались. Слишком далеко от них был проведен призыв карающего света…Быстрее, командуй этим духам деревянным выйти наружу! Даже я знаю, что друиды не могут призывать подобных существ надолго!

— А? Ага. — Я, наконец, стал что‑то видеть. Стены там…Башни…Заслоняющие собой распахнутые ворота деревья, не очень аккуратно дорывающие на отдельные лоскутки последнего тролля. Правда, без особых подробностей вроде отдельных черт лица стоящего рядом барона или собственных человекообразных солдат. — Гворны, геть! Геть, я сказал! Энты, к воротам! Помогите им выйти, а то сами они чего‑то тупят.

Пастухи деревьев, которые кстати тоже шагали к воротам, видимо вслед за богомолами, но добрались к месту драки только сейчас. Без особых мудрствований они просто стали таранить собой неразумных родственников и толкать ближайших духов деревьев в нужном направлении. И те стали двигаться куда надо. Пусть медленно и не очень охотно, но не огрызаясь. Ч то ж, пока закрывать ворота не стоит. До того как гворны вернутся туда, откуда пришли, они должны существенно проредить гоблинско — орочью орду. Друиды эльфов могли бы вызвать и своих, но для этого им нужно подойти к крепости близко, очень близко. Или явившиеся на их зов духи деревьев рассеются раньше, чем добредут до врага.

— Противник остановился у рва! — Закричал Калеб со стены. — Они не двигаются дальше!

— Что?! — Поразился я, пытаясь понять логику произошедшего. — Но это имеет смысл только если…Они не хотят попасть в зону поражения!

— Мы чувствуем магию природы! Эльфы все‑таки составили свой ритуальный круг и сотворили могущественное заклинание! — Крикнул мне со стены старичок — травник. — Противодействовать не можем. Не сейчас, когда гворны выпили все наши силы!

— Ну все. — Только и смог сказать я на эту новость, омысливаяуслышанное. — Писец. Припыли.

Как бы в ответ на мои слова камень стен вздрогнул. Потом сильнее. А затем по всему замку нанесли такой удар, что находящаяся слева от ворот часть стены взяла и осыпалась метров на сорок или пятьдесят, погребая под собой находившихся там стрелков. Рухнули две ближайшие к воротам башни, к счастью не внутрь, а наружу. Разрушились почти все крестьянские лачуги, находящиеся за моей спиной. Вылетели стекла из дворца. Покосилась таверна. Попадала половина камней в стоунхендже. И с громкимплюхом провалились прямо к источнику магии мокрые мраморные эльфийки вместе с несколькими кубометрами воды, поскольку возведенный над секретной лаболаторией фонтан не выдержал подобных жизненных испытаний. На фоне всего происходящего многоголосый панический крик "Землетрясение" оказался мало кем услышан. Впрочем…Кому он нужен то был? Все и так поняли, что произошло. И это было еще не самое плохое. По каменной осыпипрогрохотали щегольские черные сапоги и внутрь крепости стремительным броском ворвались вампиры. Обожжённые и очень — очень злые.

Не пожелавшие тратить время на противостояние с гворнами, а рванувшие прямо к источнику! На пути у них чисто случайно оказался командир расчета катапульты, которого и в ближнем бою не стоило списывать со счетов. Проворно наставивший в их сторону сопло ранцевого огнемета гном вдавил гашетку и на несколько секунд задержал врагов настоящей стеной огня, которую им пришлось огибать с разных сторон или перелетать. Героического бородача пронзили то ли пятью то ли шестью клинками и кровь из его многочисленных ран сама рванула в сторону убийц, но заминка дала защитникам крепости достаточно времени, чтобы в бой вступили те, кто мало уступал вампирам в скорости. Богомолы. Кажущиеся обманчиво — хрупкими и нескладными зеленые силуэты стрекоча крылья рванули к врагам, занося свои страшные лапы — косы для сокрушающих секущих ударов. Вампиры могли исцеляться прямо в бою, но попробуй тут регенерируй, когда половина туловища просто срезана хитиновым клинком и отброшена далеко в сторону. Завязалась схватка на таких скоростях, что можно было видеть лишь отдельные пятна, сталкивающиеся друг с другом и снова разлетающиеся в стороны.

— Остановить противника! Любой ценой! — Закричал я во все горло, пытаясь направить резервистов на перехват кровососов. Заставить противника увязнуть, окружить, навалиться со всех сторон и смять! И молиться, чтобы гворны задержали противника в проломе, образовавшемся на месте стен. — Немесис, вперед!

— За императора! — Альфред поступил очень не по — рыцарски и метнул свой меч прямо в спину Кровожаду, мгновенно определив главаря. И, самое главное, попал. Да как попал! Его клинок сделал несколько оборотов и вонзился игроку куда‑то в левый бок по самую рукоять, а лезвие с шипением и едва заметной струйкой дыма всунулось из груди. Оружие явно было как минимум освещено и наносило дополнительный урон нежити. Правда, ему несколько помог тот факт, что лорд вампиров не двигался, поскольку сошелся в жестко клинче с одним из богомолов и медленно вдавливал узкую черную шпагу в его шею, несмотря на упершиеся в обманчиво хрупкое лезвие лапы — косы. — В атаку!

Как выяснилось, привычка разбрасываться оружием у старого рыцаря появилась не просто так. Оказывается, кроме ныне опустевших ножен на поясе он имел и второй клинок, который ему проворно протянул не то оруженосец, не то еще какой‑то тип из свитских. А еще Альфред предпочитал сражаться верхом и показал мастер — класс верховой езды лихим прыжком вскочив на спину пробегающего мимо четвероногого транспортного средства. И, кажется, только потом он понял, что это передвигающееся бодрым аллюром животное было не его лошадью, которую к барону просто не успели подвести, а одним из моих медведей. Косолапый всаднику не обрадовался и грозно заревел, ускорив ход. Богомол несмотря на хлещущую из раны на шее зеленую кровь смог отбросить раненого лорда вампиров, причем сделал это прямиком под лапу несущемуся вперед на всех парах ездовому топтыгину. Искривленное от боли лицо Кровожада еще больше перекосило от удивления, когда ему сначала вонзили в грудь второй освященный меч, почти добившись обратной симметрии, а потом еще и разгрызли голову могучи челюстями. После уничтожения ближайшего врага медведь все‑таки скинул с себя Альфреда и они продолжили воевать раздельно, но наблюдать за ними уже было некогда. Требовалось спасать источник, к провалу в который уже прорвались аж целых три вампирши!

— Стоять! — В широком прыжке Немесис перелетела через перекрывших нам дорогу крестьян, отважно тыкающих вилами куда попало. Только мы все равно не успевали, кровососки упорно рвались к провалу, оставшемуся на месте фонтана и вырвались далеко вперед. Однако внезапно с самой быстрой из них произошло нечто странное, она тоскливо взывала, покатилась кубарем и…Взорвалась оставив после себя лишь повисшее в воздухе кровавое облако! А то пару — тройку секунд покружилось на одном месте и сгустилоись в Кровожада. Проклятый лорд вампиров овладел умением, позволяющим ему возрождаться прямо в гуще боя, пусть и ценой жизни одного из подчиненных! Ну, или телепортироваться к месту драки из безопасного убежища, не суть важно.

— Каменный шип! — Едва — едва вставшего на ноги игрока ударило в грудь выскочившей из земли скалой и столкнуло прямо в провал. Вампирши попытались было последовать за своим повелителем, но одну из них сшиб таранным ударом какой‑то медведь и, подмяв, принялся вовсю драть когтями. Немесис скакнула за ускользающей добычей…И меня просто выдрало из её седла, когда большую кошку перехватили на половине пути до пола тайной лаборатории. — Инкония? Инкония, где ты?! Пора! А, проклятье, без неё обойдемся! Вперед!

— Твоя кровь станет моей! — Патетически провыл висящий в воздухе Кровожад, для которого, оказывается, далеко не каждый полет вверх тормашками должен был заканчиваться жестким приземлением. Тигрица, жалобно и почти по человечески захныкала и завозилась на подаренном титаном магическом зеркале, об которое ударилась со всего размаха. Задние лапы у дочери древней нимфы не работали и просто волочились по земле, свидетельствуя о переломе позвоночника или иной подобной травме.

— Подавишься, упырь! — Не остался в долгу я. Ладонь вампира пробила хитиновую кирасу словно мокрый картон и засела где‑то в ребрах, но мой запас здоровья уменьшился едва ли на пятую часть. И оно потихоньку восстанавливалось, поскольку в то время пока Кровожад изображал из себя стереотипного злодея живой плащ работал, восстанавливая хозяину очки здоровья. Все‑таки за прошедшее время я и сам достаточно прокачался, чтобы по своим физическим кондициям составить конкуренцию большинству высокоранговых созданий этого мира. Теперь моментально прикончить меня смогло бы лишь какое‑нибудь испепеление, обращение в прах или на худой конец отсечение головы. — Ты обломаешь здесь свои зубы, не будь я Эльдаром!

Пырнуть кровососа мечом, увы, не получилось. Раньше, чем я успел это сделать, меня швырнули все в тоже громадное зеркало, стоящее на полу. Очень сильно швырнули! Здоровья от удара осталась только половина! Думаю, оно упало бы еще ниже, но траектория моего пути пересеклась с пытающейся встать Немесис и пушистое тело тигрицы смягчило удар. Хорошо хоть на меч её вдобавок не нанизал, поскольку оружие еще раньше потерял. Однако порадоваться своему броску Кровожад не успел. Торжествующее расхохотавшись, он вдруг подавился собственным смехом, а черты его лица исказила паника.

— Что у вас там происходит, Эльдар? — Внезапно раздался за моей спиной трубный глас. Я вздрогнул, обернулся через плечо и утратил бдительность, чем мгновенно воспользовалась позабытая кровососка. Запрыгнув мне на спину и обхватив для лучшей устойчивости ногами, она попыталась вгрызться в шею своей жертвы…И оказалась с размаху впечатана клыками прямо в зеркало. До физических кондиций лорда вампиров этой кровососке было ой как далеко. Судя по острым ушам и общей миловидности мордочки, изначально она вообще принадлежала к подданным Светланутого, но потом его союзник захотел не то поужинать, не то расширить свой гарем. — Я даже из гномьих пещер ощущаю, как в твоем замке сплелась в клубок могучая магия.

Опознать Ал — Шереза было сложно. В первую очередь потому, что его изображение в зеркале более — менее соответствовало нормальным человеческим габаритам, а я как‑то уже привык воспринимать хозяина летающего замка как гуманоидоподобную гору. Кстати, неужели у коротышек есть пещеры, куда можно его упихнуть хотя бы сложив вчетверо? Зачем им такой объем?! Гонки на дирижаблях устраивать?

— Прости, сейчас не до тебя. — Извинился я перед лордом титанов, начиная стучать головой вампирши о зеркальную металлическую поверхность. Бывшая эльфийка вырывалась как бешенная, но её показатели силы и ловкости явно серьезно уступали мои. — Тут мне тут какие‑то подозрительно толерантные к черной магии эльфы в гости целой армией заявились вместе с приятелями. Никак хотят забрать свой замок взад обратно.

— Взад… — Глаза лорда титанов приклеились к хищному оскалу изящной красотки, как раз пытающейся перегрызть мне горло. В дополнении к самому известному расовому признаку вампиров у неё в пылу рукопашной схватки еще и глаза алым светом светиться начали. — Обратно…Аааа!

Громкий яростный рев, вырвавшийся из зеркала, отшвырнул от металлической пластины меня, вампиршу и Немесис, похоже, умудрившуюся после экстренного торможения в её мягкие бока потерять сознание. Изображение в резко замолчавшем артефакте исчезло, а эльфийка наконец‑то вспомнила, что она не тупой упырь, которому драться приходится исключительно собственными когтями или зубами. Достав из балохонистого одеяния два кривых кинжала, она кровожадно оскалилась…И завизжала, когда её голова вспыхнула черным огнем.

— Могла бы сделать это раньше. — Сделал я замечание дроу, сидящей на краю провала и свесившей ножки вниз.

— Эй, творить одно заклинание в то время, когда держишь другое итак архисложно! — Возмутилась ведьма, пришедшая мне на помощь. — Мы же не хотим, чтобы этот кровосос сбросил с себя мои чары, верно?

— Нет! Невозможно! — Кричал Кровожад, маша руками так, словно рядом с ним в воздухе замерло нечто страшное. — Только не это! Не надооо!

— Хм, а ты был прав. — С края обрыва свесилась голова дроу. — Действительно получилось напугать его этими чарами. Хотя чего в них страшного, решительно не понимаю.

— Это заморочки бессмертных, не забивай себе голову. — Отмахнулся я, с мстительным удовольствием наблюдая за тем, как мечется по воздуху натыкаясь на стены лорд вампиров. О, он вовсе не ослеп, и не оглох. Просто сейчас сознание игрока находилось в ужасном кошмаре, о котором хоть раз да задумывался тот, кто ложился в капсулу после выявления феномена срыва. Вампир видел главное меню игры, медленно выцветающее до черно — белого состояния. Причем кнопка "Выход" оказалась вдавлена, а в уши ему непрестанным потоком вливался звук "Иииии". В общем, перед ним предстала невероятно достоверная иллюзия технической неисправности. — Сколько ты можешь продержать его в этой иллюзии?

За то, что Инкония проявила своевольство, я назначил ей очень необычное наказание. Целых пять дней мы отрабатывали с ней погружение игрока в очень особую иллюзию до тех пор, пока темная эльфийка не начала виртуозно обращаться с данными чарами. Любого человека, не готового к срыву, до мокрых штанов напугает перспектива оцифроваться. А ведь риск данного события во много раз возрастает при разного рода неполадках. Ну а подобные мне, для кого игровые миры стали домом…Визит в главное меню, куда нам вроде бы хода нет, вместе с нажатой кнопкой "Выход" должен по идее лишать их душевного равновесия надолго. Ведь в двух случаях из трех возвращаться банально некуда, так как впавшее в кому тело успело умереть.

— Долго, очень долго. — Рядом с дроу присела на обрыв Лала. — Ведь я ей помогу. Моя проекция легко войдет в разум этого…Существа. И заставит пожалеть его о том, что он сделал с Немесис.

— В таком случае развлекайтесь, дамы. — Кивнул им я. — А меня ждет сражение…Гм…Никто выбраться отсюда не поможет?

За время моего отсутствия изменилось довольно многое, но перелома битвы все‑таки не произошло. Гворны исчезли, успев добить переоценивших свои силы обожженых вампиров и последних троллей, на свою беду стянувшихся к пролому в стене. Наконец дошедшие до мертвой зоны ураганного ветра эльфы — лучники моментально стряхнули со стен мои остатки отрядов дальнего боя. Причем понесшие потерю более чем в половину общей численности разбойники вообще дезертировали с поля боя и принялись прятаться по углам. Орко — гоблинская орда преодолела ров и попыталась сунуться внутрь замка, но очень быстро передумала и осталась с той стороны разрушенных укреплений. Огнеметчики, как раз и заточенные на борьбу с многочисленным и относительно слабым противником, как родных встретили мелких зеленых коротышек. А те, в отличии от тварей роя, вовсе не желали гасить собой пламя, чтобы идущие следом могли добраться до врага. К тому же достойно показала себя джиния, решившая встать на защиту своего нового дома.

Бывалая обитательница гаремов не стала демонстрировать свое фехтовальное мастерство, шинкуя коротышек. Нет, она просто создала несколько десятков фантомных двойников солдат барона, в результате чего защищающий крепость отряд стал казаться куда сильнее, чем есть на самом деле. Орков, способных пройти через встречный поток напалма, остановило зрелище длинной стены латников, подпертых с боков медведями и энттами. Да и обстрел производимый уцелевшими друидами, медузами, лучниками и арбалетчиками из‑за спин пехоты не мог не сказываться на их боевом духе. Эльфийские мастера меча и упыри вообще не вступили в бой. Ушастые видимо боялись потерять скорость на каменных обломках и проламывании сбитого строя бойцов и стать добычей стрел и пламени. Ну а нежити теперь никто не мог ничего приказать. Повелевающей ей игрок был занят, его свита погибла вся или почти вся, а у остальных полномочий.

— Не пятиться! Держать строй! — Рычал Альфред, грозно выписывая восьмерки громадным боевым топором. Так, а второй то меч он куда дел? Тоже метнул в кого‑нибудь? — Мы сражаемся за императора, а значит не отступаем!

— Вообще‑то мы сейчас сражаемся сами за себя. — Осторожно напомнил ему Калеб, стоящий рядом с отцом.

— Привычка. — Пожал плечами старый барон. — Не так уж просто забыть те боевые кличи, с которыми воевал большую часть своей жизни.

Неустойчивое равновесие грозило всеобщей мясорубкой, если кто‑то вот прямо сейчас не возьмет и не выложит на поле боя какой‑нибудь козырь. А нападающие, очевидно, не хотели укладывать здесь всю свою армию ради победы. И потому медлили с продолжением штурма, хотя силы у них еще были более чем внушительные. Очень кстати закончилась вынужденная пауза между заклинаниями и я снова принялся шпионить за вражескими лидерами, подключившись к спрятавшейся в кустах змейке.

— Пускай своих фениксов! Чего ты ждешь?! — Шипел на союзника ГрымМыкКрых, встав обоими ногами на барабан и грозно потрясая кулаками. — Еще немного и мы дожмем их!

— Против такого ветра птички не полетят. Вернее, полетят, но не далеко. — Покачал головой Ульронд, отказываясь слать вперед своих самых сильных юнитов. Кстати, единорогов с их всадницами вижу, а куда делись наездницы на пегасах? — А ковыляют по земле они со скоростью раненной курицы. Их просто расстреляют из оставшихся баллист.

— Так сожги их! — Потребовал вождь гоблинов. — Обрушь башни! Прикрой фениксов щитами!

— Не могу. — Развел руками Светлантуый. — На ближайшие часы я пуст. Направленное исключительно на область ворот землетрясение устроить, это тебе не пукнуть! Мне итак пришлось выкачать всю ману, оставшуюся у друидов, чтобы хватило на столь мощные чары.

— Ты не маг, ты жалкий фокусник. — Злобно прошипел зеленый карлик, скрипя зубами. — И где носит этого идиота Кровожада, так бездарно слившего все свое войско?!

— Не бездарно. — Заступился за вампира эльф. — Не знаю, кто засел в этом замке, но магию он себе прокачал будь здоров! Кто мог подумать, что после отражения наших магических атак и использования стратегических погодных чар он сразу же сможет создать столь мощный экзорцизм?!

— Талант, епт! — Сплюнул себе под ноги гоблин. — Завелся тут на нашу голову…Как только прокачаться то только смог в базовой то локации?

— Ну, изначально невозможно высокий уровень сложности плюс донат. — Пожал плечами Светланутый. — Других вариантов не вижу. Так, ну где нашего вампира?! Потратить, что ли, последний десяток пунктов маны на заклятие связи?

— Потрать. — Не стал спорить с ним гоблин. — Пусть хоть расскажет, что такое за стенами.

Эльф щелкнул пальцами, перед ним воздух заколыхался и сложился в полупрозрачную голову Кровожада. И она немедленно начала орать.

— Нет, нет, не надо! — Из глаз вампира текли слезы, из носа сопли, а челюсти стучали друг об друга так, что едва не выбивали клыки. — Прошу вас госпожа, неееээеет!

— Ты чё орешь? — Первым справился с удивлением гном. Причем потребовалось ему на это секунды три.

— Макс? Макс?! — Кровожад принялся крутить головой из стороны в сторону, пытаясь увидеть собеседника. Вообще‑то заклятия связи должны были давать ему такую возможность, но видимо их действие не перекрывало наложенного на игрока морока. И, похоже, дроу уже решила сменить мотивчик пленившей его иллюзии в сторону чего‑то более динамичного, дающего ей возможность как следует расслабиться и получить удовольствие от процесса. Или Лала, та тоже отнюдь не ромашка — одуванчик. — Спаси меня, Макс! Я отдам все! Артефакты? Ты же хотел мои ножи? Хотел, да?! Забирай! Вытащи меня отсюда, Макс! Быстрее!

— Ты вообще где есть?! — Отошел от шока эльф. — И что ты там делаешь?!

— Меня выкинуло! Выкинуло, ты понимаешь?! Выкинуло! — Закричал вампир. — Сначала я прорвался сквозь огнеметы и меня зарубил всадник на медведе, но потом я воскрес! И этот чертов Эльдар сделал что‑то, и меня выкинуло из игры! Я не знаю, куда попал! Тут темно, тут звезды, тут госпожа….Нет, госпожа, это я не на вас кричал! Нет, госпожа, я не хотел! Нет, нет, нет, госпожа! Не надо насиловать меня тигром!!!

С легким треском изображение вампира рассеялось. Тааак….Похоже, Дроу и нимфа не просто развлекаются, но и успели подлечить Немесис и теперь успешно учат девочку плохому. Нет, за её моральный облик я спокоен, она у меня брезгливая и такой как этот вампир её точно не заинтересует. Однако если вдруг войдет во вкус подобных игрищ, то точно придется искать себе другой транспорт. Я морально не готов находиться в столь плотном контакте с садисткой, которая больше и тяжелее меня, а значит, может принудить к своему грубой силой!

— Он же сорвался еще полгода назад. — Осторожно проговорил Светланутый, наблюдая за танцем искорок, оставшихся на месте разрушившегося заклинания. — Его не могло выкинуть из игры! Не могло, ты слышишь?!

— Угу…Не психуй. Скорее всего он просто влип в какой‑то баг, сам знаешь, их тут много. — Гоблин о чем‑то старательно размышлял. — Медвежьи всадники, эльдары, огнеметы…Так, делай что хочешь, но выдай мне связь еще и с твоим шпионом. Может он что‑то видел.

— Ага. — Светланутый достал из кармана какой‑то пузатый бутылек и опустошил его, страдальчески морщась. Видимо зелье манны отличалось на редкость мерзостным вкусом. — Тринтроэль, ответ своему господину и повелителю!

— Я счастлив видеть вас, мой лорд. — Судя по движениям головы, закутанный в маскахалт по самые брови эльф совершил поклон. — Дозволено ли будет….

— Ты слышал, чтобы наши враги кричали нечто вроде "За императора!"? — Бесцеремонно перебил его гоблин. — Отвечай быстро, это важно!

— Да, сей клич мной слышен и не раз. — Скривившись, подтвердил ушастый ассасин, дождавшись поощряющего кивка от Светланутого. — И видел я, что главный над людьми использует его как дышит.

— Звиздец. Приплыли в гости к миру вечной войны. — Констатировал гоблин, нахмурившись. — Знаешь, одно совпадение может быть случайностью, два уже готовая тенденция, но три обязательно являются системой. А у нас их целых четыре.

— Ты о чем? — Не понял его эльф, но ответа своего партнера не услышал. Да впрочем, он не услышал бы и выстрел из пушки над самым ухом, ведь на поле боя прибыл Ал — Шерез! Ну, вернее мне показалось, что это он. Во всяком случае других личностей подобных габаритов я раньше не видел и уж тем более в гости не ждал.

Весящие сотни если не тысячи тонн гуманоидноподобная фигура упала с неба прямо посередине вражеской армии, уйдя в землю сапогами метров на двадцать и вызвав небольшое землетрясение. Те, кто попал ей под ноги, умерли быстро и остальные должны были им жутко завидовать. С ног до головы закованный в покрытую светящимися рунами черную броню гигант, не имеющий ни единого участка открытой кожи, вытянул вперед руки с непропорционально толстыми кулаками, соединяющимися толстыми шлангами с большим баллоном за его спиной. Из воистину титанических огнеметов с ревом ударили две струи пламени. Одна буквально смела эльфов — мечников, а вторая поглотила примерно половину ушастых стрелков. Не меньше сотни далеко не самых слабых существ мгновенно превратились в жутко кричащие и бегающие туда — сюда факелы, потушить которые никто и не пытался. Все были слишком заняты тем, чтобы убраться как можно дальше от подпирающего собою небеса гиганта, над которым любой игрок мог прочесть довольно лаконичный идентификатор.

Титан Праведной Мести.

Но и на этот проблемы напавших на мой замок существ не закончились. Окутанный всполохами молний, в центр по — прежнему дующего вокруг стен урагана опустился летающий замок, как никогда похожий на футуристический космокрейсер с активированными системами ближней обороны. Чуть ли не с каждой его открытой площадки вниз били шаровые молнии, настигающие пытающихся разлететься в разные стороны всадниц на пегасах. Оказывается, они проскакали по дуге и скучковались вдалеке от ворот, готовясь по сигналу перелететь неохраняемый участок стены и ударить нам во фланг. Крылья летающих лошадей мелькали как сумасшедшие, но уйти от настигающих их сгустков электричества не удавалось никому.

— Точно эльдары! Похоже, во временном союзе с империумом! — Заорал коротышка, скатываясь с тамтама и прячась под ним же. — Валим!

— Но… — Заикнулся было эльф, наклоняясь вслед за партнером.

— Валим! — Непреклонно заорали ему прямо в морду. — Выходи из игры дубина! Не знаю как, но здесь и сейчас этот молодой и полуцифровой мир пересекся совсем с другим, старым, известным и воистину ужасным! И я лучше сдохну в реале, чем задержусь в его преддверии на лишнюю секунду!

— Но как же Кровожад?! — Не желал сдаваться Светланутый. — Его же там…Тигром!

— Ну, если он от эльдара попал прямо к той, о ком я думаю, то она госпожа не только боли, но и удовольствия. — Фыркнул карлик. — Рано или поздно ему должно начать нравиться все то, что она будет с ним делать. Ну, или она его душу быстрее съест. Все, у меня осталось четыре секунды обратного отсче…

Едва заметное под тамтамом тельце дернулось и расслабилось, ведь выход из игры для их игровых аватар анимировался крепким сном. Растерянный эльф выпрямился и столкнулся взглядом с титаном. Гигант, видимо по фениксам и единорогам, сразу понял, где располагается начальство пришедшей к моему замку армии.

Оу. — Повторил Светланутый слова одного на редкость умного тролля, прежде чем громадная рука вмяла в землю его, змейку — наблюдателю, холм и значительную часть прилегающей территории.

Эпилог

— Нахал! — Пышущая гневом светлая эльфийка выбежала из тронного зала и, стуча каблучками по мраморным плитам пола, побежала к выходу. Оставаться далее в землях друида — полукровки она явно не желала.

— Ничего же не сделал…Только вошел… — У меня зародились определенные подозрения насчет того, кого же именно удостоился сомнительной чести нести подобное звание. — Немесис! Опять в меня превращалась?

— Мур? — Сделала честная глаза тигрица, спрыгивая с трона. Ну, точно какие еще нужны доказательства? Все‑таки надо ограничить её общение с дроу. И с Лалой. И с джинией, которая у них теперь похоже находится в совместной собственности к жуткой досаде заходившего пожаловаться мне на жизнь пещерного льва…

— Не было у меня проблем, завел на свою беду метаморфа. — Вздохнул я, падая в освободившееся кресло. Меня долго убеждали, что каменное будет смотреться внушительнее, да только сидеть то в нем мне, а не им! А потому пеуфик и только пуфик! И черт с ним, пусть он будет из алого бархата, с позолотой и высокой спинкой. — В этой то тебе чего не понравилось?

Тигрица показательно размяла подушечки на правой лапе, а я вспомнил, что за несколько секунд до того как вошел в зал, слышал звук шлепка. Хм, минус еще одна потенциально полезная подданная. Впрочем, может это и к лучшему? Объявления о поисках и приеме на работу эльфийских волшебниц я дал лишь чуть больше месяца назад, а уже заявилось их штук восемь. И двое даже остались больше чем на пару дней. Нет, польза от подобных дам в хозяйстве есть, и немалая, но и содержание их тоже уходит в копеечку.

— Ну, знаешь ли, отбор кандидаток мы проводим не по упругости пятой точки! — Возмутился я произволу своего животного, в котором с каждым днем проскальзывало все больше и больше черт настоящей женщины. Или жесткая территориальность и собственнические инстинкты у неё еще из первоначального облика идут? Впрочем, не важно! — А что бы ты делала, если бы это оказалась та, кого я ищу?!

— Пф! — Высокомерно отвернулась в сторону Немесис, всем своим видом показывая нежелание уделять свое время подобным мелочам. Впрочем, вряд ли выбежавшая из зала эльфийка могла оказаться Олесей. Маловат объем груди, а моя бывшая подружка отрывалась на своих комплексах по полной. И вряд ли утеря замка заодно сдула волшебнице бюст. Да и узнала бы она меня, ведь дочь древней нимфы может копировать облик существ, в которых превращается, почти с фотографической точностью.

— Взять на заметку. Заказать у гномов стальные тигроустойчивые тапки для несения справедливости и проведения разъяснительных работ. Обычных войлочных уже и на пару дней не хватает. — Сделал я себе пометку в дневнике, а после тяжело вздохнул и подпер голову рукой. Сегодня случилось то, чего следовало ожидать уже давно. Стали пропадать значки игрового меню. Самый верный признак оцифровки, если забыть про переставшее подавать признаки жизни тело и неплохо чувствующую себя аватару при отключенной капсуле. Путь назад отрезан окончательно.

Впрочем, не все так печально. У меня есть дом, который обладает крепкими стенами и довольно дурной репутацией среди других игроков. Есть уверенность в завтрашнем дне, ведь скопленных мною сокровищ хватит на несколько лет безбедной жизни или пару попыток начать все сначала. Есть девушка, отец которой, похоже, начинает о чем‑то подозревать. Есть подданные, вроде бы более — менее довольные своим владыкой. И есть не такая уж и маленькая комнатка в подвалах, на обстановку которой я не жалел денег, а темная ведьма из народа дроу своей извращенной фантазии. Когда я найду нужную мне светлую эльфийку, а рано или поздно я её найду, то Олесе придется сполна познакомиться с благодарностью за обладанием всем этим великолепием. Уверен, ей понравится. Ну а если и не очень, не важно. Зато точно понравится мне!

Content

Владимир Мясоедов
Земли меча и магии. Друид

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог