Райнер Шумахер

Приключений не бывает

— Люди глупы! — сказала Меланда низким уверенным голосом. — Они едва ли в состоянии прокормить себя. Им доставляют пищу на столиках с колесиками. Еще ни разу не видела, чтобы кто-нибудь из них охотился. Может, ты видел? — Она бросила многозначительный взгляд на своего внимательного слушателя. — Поэтому с ними не бывает никаких приключений. Они их просто выдумывают. Разглагольствуют о великих подвигах, о сильных ловких мужчинах, а сами жирны и ленивы. — Она сделала небольшую паузу и невозмутимо лизнула лапку, чтобы еще больше заинтересовать своего слушателя.

Впрочем, в этом не было необходимости. Лутц, как всегда, был заворожен рассказом Меланды, хотя слышал его уже тысячу раз. Он все время раздувал ноздри и одобрительно помахивал хвостом. Да, Меланда мудра! Она уже такое повидала в жизни и побывала абсолютно во всех закоулках маленького городка, в то время как Лутц стоял в своем загоне и ждал, когда придет Меланда и расскажет ему самые последние новости. Она садилась рядом с пони, оба смотрели на городские ворота, которые были хорошо видны отсюда, и беседовали, или вернее сказать — Лутц слушал, а Меланда говорила.

Для взрослой кошки Меланда была очень маленькой, и, кроме того, у нее был только один глаз. Как и где она потеряла второй, оставалось тайной; на этом основывались многочисленные слухи, ходившие среди четвероногих обитателей городка. Тем не менее Меланда была необыкновенно ловкой и быстрой. Уже не один кот получал основательную трепку и пускался наутек с поджатым хвостом, недооценив эту изящную грациозную кошечку. Черно-белая шерстка, которую она постоянно вылизывала, блестела; и все люди — малыши и взрослые — восхищались ее элегантным видом. Она жила в городской гостинице и, сидя вечерами под столом или на деревянной потолочной балке, наблюдала за людьми. Меланда не пыталась извлечь смысл из странных звуков, издаваемых беспомощными двуногими, однако их рассказы сопровождались такими выразительными жестами, что и глухой мог бы их понять.

У ее друга дела обстояли не так блестяще. Под тусклой темной шкурой можно было пересчитать все ребра. Жил он в загоне у одного ворчливого тощего подмастерья, который кормил его прошлогодним сеном, да и то не всегда. Меланду всем хотелось погладить, а на долю Лутца доставались только сочувственные взгляды.

Меланда тихо мурлыкала. Кошка хорошо относилась к бедному пони и надеялась, что в один прекрасный день его переведут в стойло гостиницы к другим лошадям. Она часто спрашивала себя, почему бы такому сильному животному однажды как следует не лягнуть этот человеческий скелет, называющий себя хозяином, чтобы преподать ему урок порядочности. Но каждый раз, заглядывая в преданные глаза пони, понимала, что он никогда этого не сделает.

— Кошк… то есть, я хотела сказать, животные, слишком умны, — продолжала она, — чтобы бросаться в омут приключений. Конечно, иногда мы деремся из-за мыши, миски молока или чего-нибудь в этом роде, но чтобы отправляться в дальние страны и сражаться с себе подобными, да еще называть это «подвигами» — нет уж, спасибо! — Она свернулась клубочком и прищурила свой единственный глаз.

— И что из всего этого следует? — спросила она и сама ответила: — А то, что если люди слишком ленивы, а животные слишком умны, чтобы пускаться в приключения, то, стало быть, их вообще не бывает.

— А-а-а, — сказал Лутц понимающе.

Тем не менее ему нравились чудесные истории, которые так любили придумывать и люди, и животные. Вот так они беседовали, иногда поглядывая на ворота, около которых скучал человек с длинной пикой. В маленьком городке никогда ничего не происходило. Чужеземцы заглядывали сюда редко. Только иногда появлялся кто-нибудь из лесных великанов, к которым местные жители всегда относились с недоверием.

В тот день вечерняя тьма быстро опустилась на город. В небе зажглись первые звезды, стража уже закрывала ворота, как вдруг появились четверо всадников — что было совсем необычно в такой час. Меланда насторожила уши, а Лутц радостно раздул ноздри: путешественники ехали на пони. Может, одного из них поставят к нему в загон?

После коротких переговоров со стражником двуногие и их пони промчались мимо друзей. Лошадки были измучены и хотели только одного — чтобы их как можно скорее накормили. Люди, показавшиеся Меланде довольно приземистыми, казалось, были счастливы, что наконец добрались до поселения. Один из них, маленький и кругленький, проезжая мимо, взглянул на Лутца и дружески улыбнулся. Тот сразу поднял голову и радостно зафыркал.

— Откуда бы им взяться? — ворчливо промяукала кошка. — Да еще так поздно. Наверное, заблудились, глупцы.

— Это искатели приключений, — сказал, не подумав, Лутц. Меланда вскинула голову и презрительно посмотрела прищуренным глазом в его сторону.

— Да ты меня, кажется, не слушаешь, — проворчала она раздраженно. — Приключений не бывает. Это всего лишь компания заблудившихся в лесу дураков, которые ищут ближайший трактир.

— Нет! — резко возразил Лутц. Он обиделся на Меланду за грубый тон. — Это искатели приключений, которые едут в дальние страны, чтобы совершать там великие подвиги!

Такого Меланда не могла стерпеть: какая-то глупая лошадь осмелилась спорить с ней! Шерсть у нее встала дыбом.

— А те пони? Может быть, ты думаешь, что они могут победить «орды злодеев»? — Она изящно спрыгнула с ограды, еще раз, чтобы подразнить Лутца, взмахнула хвостом и с чувством собственного превосходства лизнула лапку.

— Я забегу попозже посмотреть, пришел ли ты в себя. — И она неторопливо побежала прочь в полной уверенности, что в следующий раз друг признает ее правоту.

Собственно говоря, Меланда хотела как можно скорее вернуться в гостиницу, чтобы поближе рассмотреть чужаков, но потом передумала. Ей нужно было кое о чем поразмыслить, а это лучше всего получалось во время прогулок по городу.

Кошку мучили угрызения совести. Не надо было так пренебрежительно обращаться с Лутцем. В конце концов бедный пони всего лишь мечтал. Все время один в своем загоне, что ему еще оставалось? Выслушивать старые истории да ждать, когда снова придет Меланда. Но настолько забыться, чтобы ставить под сомнение ее слова…

Пока в голове Меланды крутились эти мысли, время незаметно текло. На безлюдных улицах стало так тихо, что было слышно постукивание по мостовой ее бархатных лапок. Меланда удивленно остановилась. Сегодня она, скорее всего, не увидит незнакомцев. Трактир уже опустел. Меланда повела ушками и решила двигаться к дому — она жила на сеновале над гостиничной конюшней. Но тут послышались чьи-то шаги. Любопытство заставило кошку притаиться за углом обветшавшего от времени и непогоды дома.

С удивлением Меланда увидела одного из четырех незнакомцев, который прогуливался по безлюдным улицам. Судя по его поведению, ему просто хотелось немного размяться, и, наверное, он считал, что ночь для этого самое подходящее время. Ярко светила луна. Тут и там из окон или сквозь дверные щели уже закрытых лавок на улицу пробивался свет или отблеск огня в камине.

Кошачье любопытство победило желание поудобнее устроиться на сене и сладко заснуть. Недолго думая, Меланда слилась с тенью от дома и подождала, пока незнакомец пройдет мимо, а затем последовала за ним на безопасном расстоянии. Она не хотела, чтобы ее заметили, иначе ей не удастся ничего разузнать.

Прогулка казалась бесцельной. Иногда чужак станавливался и глубоко, удовлетворенно вздыхал. Потом он поднимал взгляд к звездам и что-то тихо насвистывал. Было видно, что ему нравятся дома, уютно жмущиеся друг к другу, гостеприимный свет окон и звездное небо над головой. Меланде казалось, что она читает мысли незнакомца. В эти мгновения она остро чувствовала, как близок ей этот забытый Богом городок с его сонными жителями.

Чужак уже почти подошел к гостинице, когда шерсть на загривке у Меланды поднялась дыбом. Опасность! Ничего подобного она не ощущала с прошлой зимы, когда в кузнице вспыхнул пожар. С большим трудом людям тогда удалось погасить огонь, уже готовый переброситься на соседние дома.

Меланда в волнении поворачивала голову во все стороны. Ничего. Но незнакомец, кажется, тоже что-то почувствовал. Он стал оглядываться. И тут Меланде показалось, что на другой стороне улицы шевельнулась тень.

Незнакомец также заметил это и, словно повинуясь неведомой силе, последовал за черной фигурой. Меланда прижалась к стене дома.

«Кого я, собственно, боюсь? — спросила она себя. — Это наверняка подвыпивший крестьянин, который не может найти дороги домой». Однако страх не проходил. И все-таки любопытство заставило Меланду осторожно двигаться дальше за чужаком. Надо же было узнать, что здесь происходит.

С удивлением кошка поняла, что они идут к хорошо знакомому загону. Подойдя почти вплотную к дому хозяина Лутца, незнакомец вдруг остановился у живой изгороди и стал прислушиваться. Меланда подкралась ближе и тоже услышала тихие голоса: один говорил шепотом, а второй как будто шипел. Это шипение было чрезвычайно неприятным. Было непонятно, от человека оно исходило или от животного.

Таинственная тень исчезла. Чужеземец притаился на корточках у изгороди, прислушиваясь к разговору. Больше в округе никого не было видно…

Но что это?

Меланда стала напряженно вглядываться в темноту. На этот раз стали заметны две черные фигуры.

«Тебе кажется, — попыталась она успокоить себя. — Тебе чудятся призраки. Нет здесь никого, кроме двух пьяниц».

Но тут все сомнения рассеялись: мрачные фигуры отделились от стены дома и буквально наплыли на маленького затаившегося чужестранца, который не успел их заметить. Движения их при этом были плавными и странно замедленными.

Меланда еще больше приникла к земле. Опасность!

Одна из фигур подняла руку и издала тихое шипение. Чужестранец осел на землю и потерял сознание.

Меланда не понимала, что здесь происходит, и не знала, что ей делать…

Обе фигуры скользнули к лежащему без сознания чужаку и склонились над ним. Их черные накидки развевались на ветру, так что Меланде стали видны… мечи!

Внутри у нее все перевернулось от страха. До сих пор она видела оружие только в качестве украшения на стенах гостиницы или у лесовиков, которым оно служило скорее орудием труда. Однако сейчас чутье подсказывало ей, что темные фигуры замышляли совсем иное.

Но не будут же они…

Или все-таки?

Нет, это невозможно!

Нужно срочно что-то предпринять!

Но что?

Напасть на черные фигуры она не решалась. Обычно кошка не боялась людей, но при таких обстоятельствах…

Тем временем все лавки в округе закрылись, окна погасли. Над городом стояла мертвая тишина. Поблизости не было ни одного двора с собаками, которые могли бы поднять шум. Кругом только стены, закрытые на засов двери, окна, цветочные горшки на подоконниках…

Цветочные горшки!

В ту секунду, когда черные фигуры склонились над неподвижным чужестранцем, Меланда вспрыгнула на ближайший подоконник и изо всех сил столкнула горшок с яркими примулами вниз.

Бумс!

Цветочный горшок упал, с грохотом разлетевшись на мелкие кусочки.

Черные фигуры застыли на месте, казалось, они даже перестали дышать. «Отлично», — подумала Меланда, но одного горшка было мало. Она вспрыгнула на соседний подоконник: там стояло целых два.

Бумс! Бумс!

Такое занятие даже понравилось Меланде, но ей пришлось подавить радостное мяукание. Нельзя было допустить, чтобы незнакомцы поняли, что весь этот шум устроила она. Существа вроде этих вряд ли испугаются какой-то кошки, поэтому она старалась оставаться незамеченной.

Бумс!

Кто-нибудь должен же был услышать!

Внезапно Меланда увидела бегущего от гостиницы человека и сразу узнала его. Это был один из слуг, который ухаживал за лошадьми и иногда подкармливал ее.

Черные фигуры все еще не сдавались. Их красные, жутко горящие глаза старались найти источник всего этого переполоха.

И вдруг они исчезли. Да так быстро, что даже Меланда не уследила, как это произошло. Они растворились в тени, как будто их никогда не было.

В это время слуга подбежал к чужеземцу. С подоконника Меланда наблюдала, как он склонился над ним и потряс за плечи, а тот, открыв глаза, что-то пробормотал, вскочил и, ни слова не говоря, со всех ног бросился к гостинице. Слуга недоуменно пожал плечами и отправился вслед за ним.

Меланде же было необходимо спокойно посидеть. Она устала и была оглушена происшедшим. Что здесь случилось? Ужасные черные фигуры, которые настолько испугали безобидного чужестранца, что он потерял сознание; сверкающие мечи, предчувствие чего-то ужасного — как будто настоящее приключение…

Меланда встряхнула головой. Просто невероятно! Она срочно должна привести в порядок свои мысли, тогда все опять войдет в привычное русло. Нужно с кем-нибудь поговорить. С Лутцем? Интересно, слышал ли он шум? Ведь это произошло недалеко от его загона. Наверное, он уже крепко спит. Ну, тогда придется разбудить. То, что он может дуться, уже не беспокоило кошку.

Лутц действительно дремал. Однако, когда Меланда разбудила его, он совсем не рассердился, а, напротив, очень даже обрадовался.

— Меланда! — воскликнул он при виде своей подруги. — Меланда, как хорошо, что ты пришла! Ты представить себе не можешь, что случилось!

Меланда села и обернула передние лапки хвостом. Она никогда не видела своего друга таким взволнованным; это обеспокоило кошку, мысли об ужасных фигурах с горящими глазами отодвинулись на задний план.

— Ворота! — тараторил Лутц. — Они открылись… Бумс!.. И сразу появились эти… черные, быстрые как молния… и…

— Успокойся! — прервала его Меланда. — Я ничего не понимаю. Вдохни поглубже и начни сначала.

Лутц сделал глубокий вдох. Он привык слушаться Меланду.

— Ворота! Они вдруг распахнулись. Среди ночи. А стражника и в помине не было.

— Может, он пошел в гостиницу пропустить рюмочку, а потом где-нибудь заснул; это уже не раз бывало, — насмешливо заметила Меланда.

— Что? А, ну да. Ворота распахнулись, и они появились. Их было пятеро. Пятеро черных путников на черных лошадях. Ужасного вида.

Меланда навострила уши. Это могли быть только…

— Они действительно были ужасны. Правда, мне это не приснилось, — уверял Лутц. — А ты бы видела их коней! Сами черные, как ночь, глаза — словно горящие угли. А их ржание… Так воют зимой голодные волки.

Меланда растерянно смотрела на него. Если бы она не знала так хорошо добродушного пони, если бы сама не натолкнулась на двух черных путников, она бы не поверила ни единому слову. Но теперь…

— Ну, а дальше? — подбодрила она друга. Лутц не заставил себя уговаривать.

— Они опасны. — Меланда кивнула. — Они — как силы зла в приключенческих романах…

— Прекрати! — выдохнула Меланда, нервно помахивая хвостом.

— Но…

— Нет! — сказала она более мягким, но не допускающим возражений тоном. — Я предлагаю сейчас немного поспать, а завтра, когда взойдет солнце, все будет выглядеть совсем иначе. Этому есть какое-то простое объяснение. Приключений не бывает. Я устала. Спокойной ночи.

И не сказав больше ни слова, она спрыгнула с ограды и побежала к гостинице.

Меланду ничто не могло разбудить, так ей, по крайней мере, казалось, когда она засыпала, но среди ночи она открыла глаза. Через мгновение она поняла, что ее беспокоит: где-то поблизости притаилась опасность.

Меланда проскользнула на край сеновала и посмотрела вниз. Лошади стояли в своих стойлах: некоторые спали, остальные казались совершенно спокойными. Кошка напряженно сосредоточилась. Скорее всего, волнения этого дня так подействовали на нее, что ей уже начинают мерещиться всякие ужасы.

Но как только она опять прикрыла глаз, послышался скрип ворот конюшни. Сон как рукой сняло.

Было темно… как-то слишком темно.

Потом в конюшню вошло животное, каких Меланда еще не видела: конь, под седлом и с поводьями, но без хозяина. Он был чернее ночи, шерсть блестела в отсветах уличных фонарей, а глаза горели, как два красных угля. Животное казалось в высшей мере злобным и опасным.

Шерсть у Меланды встала дыбом. «Это, должно быть, один из тех коней, о которых рассказывал Лутц», — подумала она.

Но вот зашевелились и другие обитатели конюшни. Лошадь высунула голову из стойла и, в ужасе отпрянув, издала короткое ржание. Это тут же разбудило остальных.

И тогда заговорил черный конь. Голос его действительно чем-то напоминал волчий вой:

— Кто из вас везет чужаков?

Кошку охватил страх. Лошади и пони тоже были сильно напуганы: они забились в дальние углы стойл и дрожали.

Черный конь повторил вопрос еще более угрожающим тоном. Его взгляд скользил по конюшне, пока не остановился на маленьких пони.

Конь приблизился к ним:

— Вы…

Пони смогли в ответ только тихо застонать.

— Вы везете чужаков. — Вороной оскалил зубы. — Или скажем так: вы привезли чужаков. Здесь и закончится ваше путешествие.

Теперь он стоял прямо под Меландой. Прижав уши, он начал сильно, но осторожно, без лишнего шума сбивать подкованным копытом засов на двери стойла.

«Что он задумал? — спрашивала себя Меланда. — Что значит: ваше путешествие закончится здесь? Он отпустит пони или?..»

И тут кошка отчетливо поняла: конь собирается их убить!

Рассказ Лутца, темные фигуры, склонившиеся над телом чужеземца, — все соединилось. Сомнений быть не могло.

Почему лошади не поднимают шум, чтобы привлечь внимание людей? Почему не выбивают копытами доски из стен конюшни? Кто-то же должен что-нибудь сделать.

Конь уже почти сбил засов.

У Меланды не было времени на раздумья.

С громким шипением она бросилась вниз прямо на Вороного и вонзила в него когти.

Хотя Вороной был оглушен внезапным нападением и царапины, несомненно, были болезненны, он, не издав ни звука, встал на дыбы. Меланда крепко вцепилась ему в холку когтями, но не сумела удержать равновесие.

Ловко перевернувшись в воздухе, она приземлилась на все четыре лапы в нескольких шагах от него. Зашипев, она выдохнула:

— Убирайся отсюда!

Красные глаза Вороного злобно блеснули.

— Какая милая кошечка! Тебе мало клубка шерсти, ты хочешь поиграть со мной?

— Кошечка? Ну подожди! — Меланда приготовилась к прыжку, но Вороной неожиданно выбросил вперед копыто. Меланде с трудом удалось избежать удара железной подковы, и в полу конюшни образовалась глубокая дыра.

Лошади беспокойно задвигались. «Наконец что-то начинается, — подумала Меланда, стараясь обойти Вороного и выбрать удобную позицию для нападения. — Шумите как можно громче!»

Черный конь ни на минуту не выпускал Меланду из поля зрения.

— Когда я с тобой разделаюсь, от тебя останется мокрое место, — зашипел Вороной.

Но Меланда не давала себя запугать. Вороной оскорбил ее и угрожал ее друзьям. Он должен за это заплатить. Испугаться она успеет позже.

— А когда я с тобой разделаюсь, от тебя останется горстка трухлявого сена, — сказала в ответ Меланда.

Вороной наступал, прижимая Меланду к столбу. Только чудом ей удалось увернуться. От столба с треском откололся большой кусок дерева.

«Шум, — подумала Меланда. — Отлично, мой друг, еще немного шума, и тебе придет конец».

В этот момент среди лошадей началась паника.

Один из пони развернулся и ударил задними копытами в дверь стойла. Другие лошади последовали его примеру. В воздухе мелькали копыта, летели щепки, и вскоре лошади, а за ними и пони мчались к воротам конюшни.

От ярости конь задрал голову и громко заржал. В конюшне оставались еще несколько пони. Один-два скачка, и подкова Вороного настигнет первую жертву.

Меланда прыгнула и вцепилась в ногу черного монстра. Вороной чуть пошатнулся, и этих секунд хватило, чтобы все пони успели покинуть конюшню и скрыться в темноте.

Вороной разошелся не на шутку. Он швырнул Меланду вверх, она ударилась о стену и рухнула на пол. Придя в себя, кошка поняла, что не может двигаться. Вороной стоял над ней.

— Так, — прошипел он, — игра закончена. Умри! — Поднявшись на дыбы, он нацелился передним копытом в Меланду.

В ее голове быстро замелькали мысли. Удалось ли спастись лошадям и пони? Как сложится судьба Лутца? Как будут жить дальше толстый хозяин и другие люди в гостинице? А еще ей так много надо было бы рассказать другим животным в городе…

Внезапно послышался пронзительный вой. Вороной на миг замер на месте и… умчался прочь.

Меланда была окончательно сбита с толку. Чей это вой? На звериный не похоже… Спугнули Вороного или позвали?

В тот момент ей было абсолютно все равно. Она с трудом дотащилась до охапки сена. К счастью, все кости были целы. Теперь нужно отдохнуть. Завтра, да, завтра…

Но тут в конюшню ворвались хозяин гостиницы и двое слуг. Они принесли с собой лампы, заглядывали в каждое стойло и громко кричали. Прибежали еще люди. Началась суматоха.

Меланде нужен был покой. Покой! Она поднялась и тяжело затрусила к воротам. Она переночует у Лутца. К нему никто никогда не заходит, там ее не потревожат.

Пробираясь к загону, она не размышляла над тем, что произошло сегодня ночью, но чувствовала, что героически пережила самое настоящее приключение. Приключение? Героически? Да ничего особенного, все как всегда; а сейчас ей очень хотелось спать.

Меланда пролезла под нижней жердью загона и заковыляла к стойлу Лутца. Он еще не спал.

— Меланда! Как хорошо, что ты пришла! Они опять были здесь! — Меланда забралась в солому и свернулась клубочком. — На этот раз они уезжали… но как! Стражник был на месте. Они его чуть не сбили с ног! Мне нужно тебе рассказать… — Но Меланда уже спала.

Солнце стояло высоко, когда она наконец проснулась. Кошка потянулась, зевнула и тщательно вылизала шерстку. Жизнь была прекрасна, опять стояла теплынь, а солома в загоне Лутца была такой мягкой… Она почти забыла о событиях прошлой ночи.

— Доброе утро! — Лутц озабоченно склонился к ней. — Тебе уже лучше? — спросил он.

И тут Меланда все вспомнила. Она нервно вскочила, отряхнулась, как если бы до этого упала в воду. Потом села, приподняла одну лапку и увидела на когтях запекшуюся кровь.

— Со мной все в порядке. Спасибо.

— Что произошло? — осведомился Лутц.

Меланда рассказала ему о ночных событиях. Она не упустила ни одной подробности: сначала о чужеземце, гулявшем по ночному городу, затем о черных фигурах и их внезапном исчезновении и, наконец, о драке в конюшне.

Глаза Лутца все больше округлялись от удивления. Когда Меланда описывала черного коня, Лутц понимающе кивал, а потом, когда она сказала, что тот хотел убить пони, задрожал.

— Тебе повезло, что ты осталась в живых, — сказал он, когда Меланда закончила свой рассказ. — Эти кони, действительно настоящие чудовища. Я их видел сегодня ночью еще раз, когда они со своими всадниками как ветер пролетали через ворота. Если бы стражник не успел отскочить в сторону, он наверняка погиб бы.

— Итак, они, кажется, действительно уехали, — вздохнув с облегчением, сказала Меланда.

— Да, — подтвердил Лутц, — другие лошади и пони тоже покинули город. Какая ночь! Она была полна приключений!

Меланда насторожилась: опять это слово — приключение. Их же не бывает! Люди слишком ленивы, а животные слишком умны, чтобы…

Лутц замотал головой. Он знал, о чем сейчас думает его подружка.

— Меланда, ты самое мудрое животное, которое я знаю. Но в этом вопросе, боюсь, ты ошибаешься: приключения есть, а ты героиня, нравится тебе это или нет.

Прежде чем Меланда успела что-нибудь ответить, появились чужеземцы в сопровождении хозяина гостиницы и направились к загону Лутца.

Хозяин все еще выглядел взволнованным. Исчезновение лошадей и пони его сильно расстроило. Он качал головой и размахивал руками, разговаривая со своими спутниками.

«Глупец, конечно, думает, что их украли, — подумала Меланда. — Если бы он знал, что сегодня ночью здесь было, он бы, дрожа от страха, залез с головой под одеяло».

Когда люди подошли к загону, кошка вспрыгнула на верхнюю жердь ограды.

Один из чужестранцев, тот самый, что улыбнулся Лутцу, когда въезжал в город, погладил Меланду и поманил к себе пони.

Лутц гордо вскинул голову и рысцой приблизился к нему. Низенький толстячок потрепал его по холке и что-то сказал своим спутникам. Хозяин гостиницы, пожав плечами, направился к дому, расположенному рядом с загоном.

Пони растерянно посмотрел на Меланду. Но она только тихонько мяукнула в знак того, что тоже не понимает происходящего.

На пороге появился ненавистный подмастерье. Зазвенели монеты, а потом за хозяином Лутца захлопнулась дверь.

Чужестранец открыл ворота загона, оседлал пони и снова ласково потрепал его по холке.

Лутц обернулся к Меланде.

— Приключения, — вздохнула она. — Ты отправляешься на поиски приключений.

Лутц не знал, что сказать.

— Но…

— Никаких но, — прервала его Меланда. — Скоро тебе предстоит пережить то, о чем ты так любил слушать.

Глаза пони загорелись.

— Приключения! Приключения! — шептал он, а потом вдруг с испугом посмотрел на Меланду:

— Мы еще увидимся?

Единственный глаз Меланды подозрительно блестел, можно было подумать, что она плачет. Кошка улыбнулась.

— Конечно, — уверенно сказала она. — А когда вернешься, то ты будешь рассказывать, а я послушаю.

Content

Райнер Шумахер
Приключений не бывает