Евгений Жовнерчук

Шизофреники повсюду, или Как отличить причуды от болезни

В тексте использованы рисунки автора

© Е.В. Жовнерчук, текст, рисунки, 2015

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Художественное оформление, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

* * *

Посвящается моей любимой жене Инне — выдающемуся психиатру-психотерапевту-наркологу

Введение, или Почему шизофреники среди нас?

Наша жизнь увлекательна и интересна! В этом нет сомнений! Так считает большинство людей, которые не встречают трудностей на своем жизненном пути, не задумываясь о сложных проблемах. Не обращают внимания на больных — «юродивых», праздно слоняющихся по улицам и разговаривающих сами с собою. Либо в нелепых одеяниях с гримасами на лице просящих подаяние в подземных переходах.

Однако в жизни каждого наступает момент, когда он встречает очень странного человека, который поражает своими причудами и вычурностями как в одежде, так и в поведении. И мы можем тут же испытать смешанные чувства неловкости вместе с отвращением.

При этом внутри нас после такой встречи остается непонятное впечатление, а может быть, и досадный мутный осадок из переплетения смятения и холодности, которые так и исходят от этого человека. Вот тогда мы задумываемся о границах странности и начинаем подозревать ненормальность и даже психическую болезнь. Если встреча коротка, то через небольшой промежуток времени мы забываем о неприятном столкновении, когда на нас кричали, ругались и брызгали слюной, и забываем об этом инциденте. Но если такой человек постоянно рядом, если это сосед по дому, бомж, на улице возникающий постоянно по ходу ежедневного маршрута на работу, то мысли о душевной болезни у такого человека порою навязчиво и подолгу не дают нам покоя. Мы начинаем спрашивать себя, почему больной не в психбольнице, почему он не получает лечения, а просто находится на улице и бесцельно бродит там, где ему вздумается. Ответ на такой вопрос есть. И в нем много профессиональных сторон, связанных с медициной и психиатрией. Занавес которой мы попытаемся приподнять и объяснить доступными человеческими словами с минимальным подмешиванием птичьего языка врачей.

Давайте обратимся к истории, чтобы выяснить, как раньше относились к душевнобольным, а именно к больным, страдающим тяжелым психическим заболеванием, таким как шизофрения.

Отношение к душевнобольным в разных странах и в разные времена было не одинаковым. В одних странах их возносили в клан святых, в других сжигали на кострах и забрасывали камнями, как тех, в кого «вселился бес».

Наверное, в первобытном обществе сумасшедших больных, не участвующих в процессе добывания пищи, убивали, либо они погибали от скитаний и голода. Ведь естественный отбор — это неумолимая и жестокая процедура, сопутствующая живым существам и действующая на них постоянно. И в эволюционном плане дающая в итоге развитие и закрепление новых качеств у определенного вида, что и происходило с древними представителями наших проящуров. Когда они хотели стать лучше, коварная психическая болезнь косила их стройные ряды и не давала выжить особям, отступившимся на один шаг от нормального психического здоровья. Наверное, это и происходило, как и, впрочем, с другими опасными для человека заболеваниями, например инфекционными. Если заразился и заболел и у тебя плохой иммунитет, то естественный отбор неумолимо спишет тебя со своих счетов. И тут как-то становится грустно за слабых особей, а особенно за тех, у кого слабое психическое здоровье. Но не будем о грустном, а обратимся к дальнейшему занимательному изучению вопроса, как относились к больным в другие времена.

Интересное отношение к сумасшедшим-шизофреникам обнаруживалось в Древней Индии. Религиозное учение считало, что если в прошлой жизни человек отравил кого-то, то в следующем воплощении он родится душевнобольным, то есть больным шизофренией. Однако при этом помимо душевных страданий за душевнобольным закреплялась обязанность уплаты налогов, а у психически больного мужчины, даже склонного к насилию, не могла требовать развода жена, несмотря на причуды поведения и душевные тяготы, возникающие при совместном проживании. И здесь мы видим, что к больным гуманно относится общество, если оно духовно развито. Ведь несомненно, человеческие ценности, заложенные в религиях Древней Индии, отразились на отношении к больным людям. Чем терпимее общество к недостаткам других людей, тем оно, как показывает время, лучше развивается в духовном плане. Об этом свидетельствуют чудеса, которые демонстрируют йоги, тренируя свое внутреннее состояние и управляя усилием воли своими жизненно важными органами, вплоть до того, что могут остановить свое сердце, не говоря уже о терпении боли и впадении в летаргический сон. И ведь всему этому они научились путем воспитания в своем обществе терпимости к душевнобольным, большинство из которых страдает именно шизофренией.

В Древнем Египте больных шизофренией пытались лечить в храмах, опаивая наркотическим зельем, которое считали лекарством, вызывая у них длительный лечебный сон. И ни у кого не вызовет сомнения то, что древние египтяне стояли у истоков медикаментозного лечения психически больных. Это подчеркивает факт гуманного отношения к больным древних строителей великих сооружений. И здесь мы тоже видим: чем лучше люди относятся к психически неполноценным представителям своего общества, тем более развитая у них цивилизация. О чем свидетельствуют архитектурные сооружения тех времен всем известных пирамид и других туристических достопримечательностей. Причем среди заброшенных развалин нередко встречаются специальные храмы, где лечили наших больных, опаивая вышеупомянутым прекрасным целебным зельем.

А вот в Древнем Китае особенность традиций была такова, что помолвки детей осуществлялись до их рождения, и если один из них впоследствии оказывался больным шизофренией или «уродом», то свадьба все равно состоялась и брак заключался. Эта традиция тоже с положительной стороны характеризует древнекитайское общество как представителей культурного развития гуманизма в человеческих рядах. Так как стремление подчеркнуть важность традиций рождает терпимость к больным, это, в свою очередь, подчеркивает положение, что чем лучше отношение к сумасшедшим, тем развитее общество. И никто не оспорит факт высокоразвитого древнекитайского общества, где изобрели порох и так много посвящено книг, учений о лечении психических нарушений путем извлечения из растений целебных вытяжек.

В Древнем Риме больные шизофренией лишались дееспособности и им назначался попечитель. Что, в общем-то, очень не плохо для развития гуманистических идей в жестоком Древнем Риме. Это позволило Римской империи достичь пика своего развития и оставить свой след в развитии человеческой цивилизации, а также добиться успехов в лечении душевных заболеваний, о чем свидетельствуют труды видных врачей того времени.

Античная Греция по отношению к страдающим душевнобольным тоже отличалась в положительную сторону, и это немало связано с именем Гиппократа, который заботился о высоком моральном облике и этике поведения врача, что, в свою очередь, распространялось на психически больных. Для примера приведем один замечательный случай из лечебной практики великого врача. Как-то раз Гиппократа пригласили осмотреть одного из жителей, у которого явно подозревали шизофрению, так как он без причины смеялся и как будто высказывал идеи о ничтожности человеческих проблем на фоне мирового порядка, чем и привлек к себе внимание одного гражданина, ну а он конечно же сообщил куда следует. Подозреваемого сумасшедшего жителя звали Демокрит. В этом случае хочется отметить, что, заподозрив умопомешательство у человека, его не поместили в тюрьму и не потащили на костер, даже не стали забивать на всякий случай камнями, а просто вызвали к нему врача. И что же произошло, спросите вы? А вот что: Гиппократ, побеседовав с Демокритом, определил, что тот абсолютно здоров, да и еще в добавок является одним из умнейших людей, с которыми ему приходилось общаться. Вот так благодаря хорошему отношению к больным был снят «страшный» диагноз у великого философа того времени Демокрита.

В исламе к душевнобольным относились гуманно, как и в православном христианстве, всячески оберегали их от гонений и проявляли теплоту и сочувствие. Это, в свою очередь, позволило развиваться как человеческому гуманизму, так и медицинскому в частности, что привело к развитию общества в целом и идеям доброты и терпимости. Конечно, это происходило не без трений, войны все равно присутствовали. Но я думаю, это совпадало с негуманным отношением к психически больным людям, а в частности к героям нашего повествования. А вот когда к умалишенным вновь начинали относиться хорошо, то и войны прекращались, наука и общество опять продолжали развиваться в нужном направлении. Вот, например, если взять и сравнить средневековый относительный застой в развитии человеческих достижений с кострами инквизиции, то можно даже какую-то параллель провести. Ведь в католических странах в «умалишенных» видели ведьм, колдунов, одержимых демонами, и с большим удовольствием сжигали их на кострах. А как перестали сжигать, так и начали развиваться, даже до изобретения телевизора и айфона дошли.

Возвращаясь к интересному вопросу: «Почему шизофреники среди нас?», необходимо подчеркнуть тот факт, что больной больному рознь. Например, так называемые «буйные», как правило, постоянно находятся в закрытых лечебных учреждениях. И после того как их пролечат, они переходят в разряд «тихих», которых среди нас великое множество.

В былые времена «буйных» относили к так называемым «сумасшедшим», «помешанным», «полоумным», «чокнутым». И как раз их-то и старались отгородить от «нормальных» людей, помещая в тюрьмы, монастыри, больницы и прочие «желтые дома».

Напротив, «тихие» больные зачастую производят вид обычных людей, но со странностями. И порою очень трудно отличить, где кончается странность и начинается болезнь. В этом и кроется наш страх перед странным человеком. Мы всегда подозреваем в нем психбольного, но при хороших его делах и поступках решаем наоборот. И такое вот сомнение в нас, как на качелях, заставляет думать то в одну сторону, то в другую.

Поэтому «тихих» больных мы не очень боимся, так как они не особо агрессивны, а даже, наоборот, тихие, замкнутые, из которых слова надо тянуть клещами. Они незаметны в неброских серых одеждах, сливаются с толпой на улице и обращают на себя внимание только при личном общении.

Помимо разделения на «тихих» и «буйных», наших душевнобольных можно различать еще и по формам течения, по сути наполнения душевных переживаний, а также по тому, приведет ли болезнь к слабоумию или нет. Но об этом мы расскажем ниже в соответствующих главах нашего с вами повествования.

Глава 1

Шизофреники и исторический прогресс

Шизофрения — двигатель прогресса

Прочитав подзаголовок главы, вы спросите, при чем тут прогресс и психическое расстройство? Вы даже можете сказать: «Ход мысли больного отличается нестандартностью, а порой и оригинальностью. Однако далеко не все люди, страдающие шизофренией, гениальны». Вот тут вы окажетесь не совсем правы, так как нестандартность и будет определять прогрессивность идей, высказываемых нашим больным. Потому что если мыслить стандартно, то прогресс остановится на таком человеке. А если мыслить нестандартно, то возникают различные варианты решения проблемы, которые, в свою очередь, приводят нас к новым гениальным мыслям. У психически больных как раз мысли-то и не стандартные, а, наоборот, «кишат» своей разноплановостью и непонятностью для обычного человека.

Сделаем маленькое отступление и обратимся внутрь головы товарища, страдающего шизофренической болезнью, так сказать, попытаемся разобраться, как устроена у них мыслительная деятельность. Но прежде чем это сделать, сначала разберем, как думает нормальный человек, у которого мышление последовательное и даже, как бы ни было бы обидно, для развития новых идей стандартное.

Итак, мысли «нормального» человека строятся последовательно, одна является следствием другой, то есть логической. Заключение такой мыслительной цепочки основывается на выявлении существенных главных признаков. Для этого попытаемся разобраться, то есть прийти к выводу из предпосылок (правильное рассуждение) и получить истинное знание о предмете размышления. Например, чтобы логически понять, что объединяет предметы по главному признаку и отличает по второстепенному, можно выполнить такое задание. Объединить картинки по важному признаку и выделить одну, которая выделяется, по этому же признаку. Дается четыре картинки, на которых изображены: трава, клевер, розы, корова. Испытуемому предлагается назвать одно лишнее изображение, которое не связано с другими по главному признаку. Нормальный человек с легкостью определит, что это корова, так как три картинки объединяются по важному свойству нарисованных предметов, что это растения, а у коровы важным признаком будет то, что она относится к животным. А вот если мышление нарушено, оно становится разноплановым шизофреническим, когда наиболее значимые признаки предметов теряют свою «главность» и становятся такими же одинаковыми по важности со второстепенными. Тогда-то шизофреник выберет розу и объяснит, что он ее выбрал по такому признаку, как: «Корова может есть траву и клевер, а розы не ест, они колючие». И тогда важный признак «живое — неживое» уравнивается с второстепенным признаком «съедобное — несъедобное» для коровы. В такой простой ситуации это выглядит нелепо. Но при определенных сложных ситуациях, когда нормальному человеку может показаться, что один признак важный, а другой — нет, он может пропустить принятие альтернативного решения. Например: дважды два четыре — это просто. А если решение уравнения подразумевает Е=mc^2, то тут уж без разноплановости не обойтись. Вот так нестандартное разноплановое мышление помогает развиваться человеческому обществу и обеспечивает в нем прогресс. И как это происходит, давайте объясним по порядку.

Что есть прогресс? Давайте попробуем разобраться. Да и наших горячо любимых страдальцев попытаемся привлечь к этому делу.

Прогресс — это развитие. То есть превращение от простого к сложному. От неизвестного к известному. От неприятного к приятному. В общем, улучшение жизни человека. «При чем тут шизофреники?» — скажете вы. А вот при чем.

Если следовать логическому мышлению «нормального» человека, то чего-то нового из его идей не может получиться, потому что в его схеме мышления новые мысли основываются на уже известном старом знании в поступательном ровном порядке. А что-то новое всегда прячется где-то сбоку, и, чтобы его увидеть, необходимо иметь нестандартное решение. Или, так сказать, «кривое» построение мысли, или, как говорят психиатры, разноплановость. Ведь она лежит в основе творчества и созидания, так как при разноплановости все становится одинаково важным и возможные варианты решения могут быть выбраны откуда-то сбоку, а при «нормальном» логическом решении все мышление подчинено строгой иерархии: есть главное, а есть второстепенное. И при выстраивании логической цепочки, при таком «зашоренном» мышлении невозможно увидеть альтернативного решения проблемы.

Вот как это происходит. Если на стакан посмотреть сбоку, то мы видим очертания прямоугольника, а если сверху, то круга. Так думает и видит «нормальный» человек. Восприятие шизофреника устроено по-другому. У него в связи с разобщенностью восприятия и мышления стакан, увиденный сбоку как прямоугольник, начинает налагаться на увиденный сверху круг, при этом идет одновременное восприятие этих двух составляющих, и тем самым он понимает, что это цилиндр, коим и является стакан. Ну, тут вы скажете, это только шизофреник может объемно воспринимать предметы, а мы, «нормальные» люди, не можем. Мы что, дебилы какие-то? Но подождите расстраиваться и огорчаться, мы, «нормальные», никакие не дебилы, и пример этот — только начало объяснения, так сказать, на пальцах, чтобы было понятно. Продолжим дальше. Вот, например, художник рисует картину. «Нормальный» художник. И что мы видим? Он нарисовал что-то из обычной жизни, ну, например, портрет или пейзаж. И так натурально получилось, что прямо как на фотографии. И все понятно, все конкретно, видно и леса, и поля, и людей с их выражениями лиц. А что нарисует «шизофреник»? С первого взгляда и не разберешь! Возьмем, например, известного художника-«шизофреника» Василия Кандинского, и что мы видим? Обычному человеку и не понравится его рисунок. И не увидит он там художественной гениальности. «А отчего же?» — спросите вы. А оттого, что у художника, страдающего шизофренией, есть разобщенность восприятия и мышления, и оттого-то он и рисует то, чего нет на самом деле. Он себе воображает какой-нибудь образ, а мышление не может его приземлить до земного состояния и привязать к чему-то конкретному. Вот тут-то линии и поплыли во все стороны. Вот здесь и начинается абстракция. Вы, конечно, можете возразить: а где прогресс? А я вам скажу на это вот что. Если бы не было художников-шизофреников, то они, эти самые художники, соревновались бы между собой до такой степени точности отображения объектов, что в конце концов получилась бы фотография, написанная маслом. А так, если посмотреть на шизофреническую картину, развивается абстрактно-логическое мышление, начинаем подключать фантазию, заставляем себя думать. Вот и получается, что картины, написанные шизофрениками, полезны для развития людей. Вот и идет прогресс в искусстве. Создается что-то новое.

Немного хочется еще сказать о шизофреническом прогрессе в науке. Ведь там по той же схеме идет развитие прогресса. Новые открытия совершают люди не от мира сего. Как это происходит? Возьмем, например, физиков. Если бы у них было нормальное мышление, то они бы ничего нового не открыли, они могли бы развивать то, что было придумано до них. Например, мог ли нормальный человек, у которого стройность мысли зашкаливает и он вычленяет главное из второстепенного, открыть, что Земля круглая или что Земля вращается вокруг Солнца? Думаю, нет, ему сказали главный постулат, что Земля плоская, стоит на трех китах, а Солнце вращается вокруг Земли, и никаких гвоздей. Он так и живет до смерти, не пытаясь ослушаться, ведь он-то знает, что это главное, а думать, что все может быть устроено по-другому, — это второстепенно по отношению к главному. Вот тут-то шизофреники и не дремлют, они-то считают все главным, и то, что Земля плоская, и что, может, и не плоская. И им легче пойти по другому пути, потому что их мышление не останавливает, оно идет отдельно от других психических функций. И тут открываются новые горизонты, и тут появляются открытия — двигатель прогресса.

Почти все изобретатели выглядят как больные-шизофреники. Но об этом мало кто знает. Даже сами они не догадываются. Изобретателей можно разделить на две категории. «Продуктивные» — созидатели, и «непродуктивные» — непризнанные гении. На одних мы смотрим с восхищением и прощаем их странности, а на других мы смотрим с сожалением и раздражением и не прощаем им всяческих отклонений от нормы поведения, и даже пытаемся их лечить. А ведь общество могло бы использовать и тех и других с одинаковым успехом. Ведь так называемые «непродуктивные» изобретатели могли бы из своих никому на сегодняшний день не нужных изобретений создать некую базу данных и законсервировать их до лучших времен. Когда уровень развития общества достигнет уровня познания изобретения, вот тогда его достать из закромов родины, тогда-то оно и станет полезным. А может, и того проще, использовать эти изобретения среди таких же больных людей, и они точно какую-то лепту в прогрессивное развитие человеческих идей превознесут, копаясь в непонятном.

Вот так и происходит в жизни, что какому-то больному, который что-то новое открыл или сделал, мы прощаем все, а идеи другого, которые, может, не достигли еще нашего уровня развития, мы признаем бредом.

Великие шизофреники, обогатившие цивилизацию

Ну, вот и переходим к персоналиям. Начинаем потирать ручки: ну кто же, кто же они, эти великие больные-шизофреники? Устраиваемся поудобнее. Начинаем рассказ.

Всех их, конечно, не перечислишь и не упомнишь, но на знаковых в своих областях человеческой деятельности остановимся.

Первый великий «шизофреник» — это библейский Каин, который убил своего брата Авеля. «Почему?» — спросите вы. А потому, что налицо эмоциональная холодность у товарища Каина, не мог он испытывать теплых родственных чувств эмоциональной близости к ближайшему родственнику (а ведь это один из самых важных признаков шизофрении), вот и убил вилами родного брата из-за своих эгоистических побуждений. А может, и «голосишки» внутри головы заговорили, но об этом история умалчивает.

Давайте перейдем от былинной древности к прекрасной музыке, которая покоряет наши чувственные сердца. Сидишь порою в филармонии и слушаешь, как гениально исполняют вечную классику, при этом и мысли в голову не придет, что такое музыкальное блаженство шизофреник написал. Наглядным примером такого вот чувственного диссонанса нам может послужить великий признанный гений всех времен и народов, а для медицины попросту больной человек — Моцарт.

Моцарта насиловала болезненная гениальность, то есть шизофрения, как вы уже догадались, заставляя ощущать музыку помимо его воли. Можете себе представить, собрались вы по своим делам на улицу, а тут свыше начинают насильно в голову вкладывать гениальные музыкальные произведения. Вы, конечно, откладываете трость и цилиндр в сторону и бегом за нотный лист, записывать скрипичные и басовые ключи вперемежку с диезами и бемолями. И вот вроде муза отпустила вас, вы опять при параде, и только открываете входную дверь, как новый поток музыки, как ураган, заталкивает вас в глубь дома все к тем же приевшимся бемолям и диезам. В очередной раз отойдя от умопомрачительного приступа гениальности, вы, так осторожно пробираясь по стеночке, крадетесь на цыпочках, чтобы ни муза, ни блуждающий поток гениальной музыки не накрыл вас случайно опять, резким прыжком выпрыгиваете на улицу и идете как будто спокойно по своим делам. Как вдруг на вас находит «вдохновение», вы уже догадываетесь и начинаете понемногу разбираться в диезах и бемолях, которые, как рой назойливых мух, набрасываются на ваши якобы стройные мысли, и вы, как человек с внезапно возникшей медвежьей болезнью, ищущий укромное местечко под названием «м/ж», бросаетесь на любой предмет, способный оставлять на себе гениальные записи нот. Порою на улице это оказываются стены домов, которые впоследствии остаются в росписях давно вам уже известных диезов и бемолей. Идя вот по такой улице, понимаешь, что Моцарт живет где-то рядом.

Касаясь фундаментальных открытий в области естествознания и физики, не грех будет вспомнить про господина Ньютона, законы которого, как, впрочем, и не менее известное его яблоко, у нас частенько на слуху.

Ньютон, как «порядочный» шизофреник, переходил все пределы общения со здоровой половиной человечества. Он был готов убить каждого, кто критиковал его произведения. Из-за этого он был ужасно замкнутым и боялся преследования мнимых врагов. Представьте себе такого друга, к которому вас постоянно тянет общаться и весело проводить время, но при этом малейшее замечание в его сторону заставляет острый нож оказаться у вашего нежнейшего горла. Трудно представить себе такого закадычного друга. Вот и его современникам было тоже нелегко это сделать, хотя они старались изо всех сил. Однако шизофрения Ньютона помогала ему нестандартно мыслить, открывать новые законы, а когда умственный гениально-болезненный процесс истощал его, он предавался нелепому словоблудию, бесплодному мудрствованию в области теологии. В эти-то моменты разорванность его мышления выходила наружу и отталкивала окружающих от него, когда все ножи были отобраны и надежно упрятаны.

Нельзя обделить вниманием и философскую мысль, которая частенько посещала великие шизофренические умы.

Шопенгауэр, как и все шизофреники, был эгоистом, заботился только о себе. У него отмечалась эмоциональная холодность к матери, он кричал на нее и неуважительно относился к ней. Периодически в прекрасные солнечные деньки у него случались припадки страха, которые заставляли его не стричь, а жечь бороду. При этом его жизнь была прекрасно насыщена болезненными переживаниями из-за постоянных опасений чем-нибудь заразиться, он никогда не пил из чужого стакана, а в наиболее удачные моменты он боялся быть убитым. Шизофреническое чувство юмора не покидало Шопенгауэра, когда он с присущей ему амбивалентностью заявлял, что человек способен прожить сто лет, только если будет полностью соблюдать половое воздержание. При этом сам втихаря злоупотреблял любовными наслаждениями. Однажды во сне его служанка увидела чернильные пятна, и это как раз зловеще совпало с неприятным инцидентом, когда он случайно наутро пролил чернила. При этом, не упуская этот момент, он, принимая во внимание магическое мышление шизофреника, развил философскую мысль, понятную только ему. Особо хочется подчеркнуть, что записывал он свои идеи на трех языках и прятал записи, как заправский разведчик, в разные места, боясь, что их украдут. Вот такой он был, этот загадочный великий Шопенгауэр, немного болевший шизофренией.

Давайте от философии перейдем к медицине, а в частности к психиатрии и с ней связанному прекрасному творчеству, а именно к изобразительному искусству.

Парадоксальным, но уникальным явлением в медицине стоит яркий случай, когда выдающийся психиатр сам болел столь ужасной психической болезнью, как шизофрения. Речь пойдет о русском психиатре Кандинском, который страдал таким серьезным душевным недугом с наплывом разнообразных галлюцинаций. Он смог не только преодолеть свою болезнь, а еще и подробно описать ее на своем примере. В приступе умопомешательства он вел себя как настоящий герой и ни на кого не бросался, а брал письменные принадлежности и садился за стол, чтобы описать свои болезненные переживания. Закончив рукопись, он опубликовался под псевдонимом. А новые полученные знания назвали в честь него (после его трагической смерти от самоубийства морфием) главным признаком шизофрении. И теперь каждый психиатр знает, что если есть у больного синдром Кандинского, то это признак шизофрении. А еще в роду Кандинских был один странный, но гениальный человек — художник Кандинский. Все у него было прекрасно до поры до времени. Он учился на юриста и блестяще окончил высшее заведение и на стажировке за границей побывал, и только ему предложили должность профессора на кафедре престижного университета, как он, вдруг увидев перевернутую картину дома, сразу же решает стать великим художником, и в дальнейшем это у него отлично получается. Конечно, до выраженного безумия дело не дошло, но картины у него получались весьма своеобразные, а если по-психиатрически, то вычурные. Благодаря шизофренической мысли родилось новое направление в живописи, которое так высоко оценивается не только духовным естеством, но и коммерческими аукционами, превращающими результаты шизофрении в конкретные материальные ценности — деньги.

Но не будем принижать достоинства гениев и обратимся к дальнейшему повествованию о великих людях.

Не отставали от других шизофреников и деятели государственного масштаба. Вот, например, даже один фараон попался среди шизофреников. Конечно, радости он своему народу не дал сполна, а вот негодяйством в виде жестокости отличился. Опять-таки руководителю-шизофренику трудно, ибо командование людьми подразумевает общение на одном «категорийном» языке, поэтому-то и тяжело с народом, когда он не понимает твои гениальные мысли. Тут-то и приходится расстраиваться и негодовать, а для эмоциональной разрядки сжечь пару-тройку городов и успокоиться на время, до следующего сеанса общения с народом. Ах да, забыл, Карл XII тоже был шизофреником, со всеми вытекающими, ну вы поняли.

Интересно отметить, что в истории правления Египтом встречается один (привлекательный в нашем понимании) правитель. У которого, как вы уже догадались, было помутнение рассудка в виде шизофрении. Звали его Абу-Али Мансур ал-Хаким би-амри-Алла. Отличился он, конечно, по полной. В результате его правления было издано несколько очень странных законов. В частности, один из них предписывал женщинам оставаться по домам, и, чтоб неукоснительно соблюдался этот запрет, сапожникам возбранялось шить женскую обувь. Также запрещались любые праздники и процессии, кроме религиозных. Был издан закон, требовавший, чтобы все лавки закрывались днем и торговали ночью. Также историки утверждают, что он приказал перебить в Каире всех собак, запретил продажу меда и приказал вырубить в Египте все виноградные лозы. Но самым интересным и прогрессивным было то, что он запретил рабовладение и многоженство, уравнял исламские религиозные течения в правах. Этим самым он первый сделал шаги к реализации демократических мыслей в исламском мире. Еще он отличился тем, что по ночам совершал очень странные ритуалы. Долго его терпели, но потом всем надоело такое правление, и родная сестра этого правителя взяла и убила его. Вот так трагично погиб душевнобольной правитель Египта, который пытался посеять зерно демократии в исламском государстве.

Порой шизофренические мысли делают нам подвох в виде уничтожения гениальных творений, способных в свое время продвинуть нас по лестнице прогресса еще на одну ступень. Это мы можем видеть в поступках психически больных творцов, сжигающих свои гениальные труды по бредовым, никому не понятным мотивам. Например, Гоголь сжег «Мертвые души»-2, Ампер свое произведение о «Будущности химии» сжег под воздействием «голоса» сатаны.

Глава 2

Шизофрения: что это такое и с чем ее едят

Что такое шизофрения?

Интерес к этому вопросу остается всегда актуальным, так сказать, на злобу дня. Такое неподдельное внимание к шизофрении существовало всегда, да и будет еще долго иметь центровое место в связи с малоизвестным происхождением данного состояния.

Шизофрения — это заболевание или нет? А может, это ступень эволюционного развития человечества? Давайте попробуем разобраться в этих весьма интересных вопросах, волнующих до трепета наши горячие головы.

Чтобы с ходу не расстраивать пациентов, которые и так много прочитали негативного о своей болезни, давайте поговорим о светлых перспективах, которые открываются при наличии новой теории, разумно объясняющей причины развития столь страшного расстройства и называющейся теорией шизофреноэволюции.

Так давайте начнем с благоприятной для больных шизофренией этой теории объяснения «шизофренического процесса». Шизофрения как этап эволюционного развития человека. С чего начнем? А начнем мы с простой, нормальной теории эволюции — не шизофренической.

Как устроено эволюционное развитие головного мозга в природе у живых существ? Все мы помним картинки из учебников, показывающие нервные трубки с головным утолщением у червей, и далее, в зависимости от продвинутости вида, добавленные части мозга: передний, задний, средний, потом появляется кора, и — вот тебе на! — человеческий мозг гомо сапиенса, как самый большой и самый успешный, с высшей нервной деятельностью и психическими процессами, то есть с душой.

А что же нам говорит теория эволюции о развитии в человеческом мозге сверхвозможностей, таких как ясновидение, телекинез, и вообще о передаче мыслей на расстояние? А она, то есть теория эволюции, на этот счет ничего нам и не говорит, попросту молчит, набрав воды в рот. Так как нет этих явлений вовсе, отрицаются они современной наукой, ядрен батон. А тот, кто видел эти явления или, не дай бог, сам ими обладает, то тот человек сумасшедший или обманщик какой заезжий.

А как же наши больные шизофренией, скажете вы, они-то знают, что это есть на самом деле, то есть сверхвозможности всякие. Они на дню раз по десять этим всем занимаются, и, как радиопередающие и принимающие антенны, общаются мысленно то с инопланетными цивилизациями, то с Всевышним, то друг с другом, а то и попросту с давно умершими людьми. И никаких сомнений по этому поводу у них не возникает. Я знаю, что вы скажете на это, мол, они больные и нет у них этих, так сказать, сверхчеловеческих способностей, что они есть только у инопланетян, а они, к сожалению, к нам еще не прилетали, а кто их видел, тот давно уже в психушке или сдан на опыты в цепкие лапы секретных спецслужб.

Чтобы объяснить, что к чему с точки зрения новой теории шизофреноэволюции, я вам отвечу на это так. Головной мозг в процессе эволюции пытается развить в себе новые всевозможные функции, такие, например, как передача мыслей на расстояние, телекинез, ну, в общем, вы поняли, шизофренические всякие делишки. Пытаться пытается (мозг головной, конечно), а морфофункциональных образований в той части мозга, которая отвечала бы за эту новую сверхвозможную функцию, к сожалению, у него нет, не вырастает она, собака такая, и не развивается, конечно. Не выпячивается новое полушарие или там какая-то отдельная часть, нет той заветной новой шишечки на темечке. Вот и выходит, что новая функция образуется, а новый отдел для него в голове не растет, и приходится старым отделам брать на себя почетную обязанность за новые сверхвозможности. И тут получается такая штука, что часть головного мозга, взявшая на себя новую функцию, оказывается не приспособленной для ее выполнения. Она, например, скажем, всю жизнь за память или слух отвечала, а ей навязывают мысли на расстояние передавать. Вот и выходит полный «раздрай» и разобщение функций в голове. А по-медицински схизис (шизис), раздвоение, расщепление. Так вот и получается шизофренический процесс, при котором втиснувшаяся новая функция психики разобщает другие старые функции и вносит в психику разлад. И сама существует только в воображении шизофреника и за пределы своего внутреннего пространства не выходит. Вот отсюда и идет начало такого психического расстройства, как шизофрения — расщепляющая ум.

А в тяжелых случаях новых функций так много, что «раскардаш» или «раздрай» (как вам больше нравится) в голове прямо пропорционален силе эволюционного скачка. И башку сносит окончательно. И несправедливость тут получается как-то, природа хочет как лучше, дает новые возможности и открывает широкие перспективы и горизонты эволюционному счастливчику, а человеческая голова не может вместить в себя, уже под завязку забитая своими старыми возможностями, внезапно тут, не спрашивая никого, возникшие свои новые сверхфункции. Вот и страдает счастливчик расщеплением ума, а не супергениальностью. А те, кому в эволюционном плане повезло меньше и новых функций дано мало, они, голубчики, пытаются в своей буйной головушке устаканить новую сверхфункцию, втиснуть ее в нагрузку в какой-нибудь из отделов головы. И тут получается интересная вещь: это как привить к некультурному растению веточку высокоселекционного растения с приумноженными и улучшенными свойствами. И в голове начинается бурный рост таланта, и порой наступает гениальность. Вот как повезло человеку, чуть-чуть шизофреник, а зато в чем-то другом талантище и признанный гений.

Наряду с этой прекрасной эволюционной теорией, объясняющей возникновение расщепления ума, то есть шизофрению, есть и другая, неприглядная.

В медицине шизофрения относится к хроническим неизлечимым заболеваниям. То есть в народе считается так: если поставили диагноз, то и поставили на человеке крест. А ведь это не заразное заболевание, и общество многое теряет, когда так происходит. Ведь больные шизофренией из-за своей неординарности порою одаренные личности, им попросту нужна помощь и поддержка, а не изоляция и презрение. И то, что ПНД (психоневрологические диспансеры) всегда строятся отдельно от обычных больниц, отгораживает общество от людей, страдающих психическими заболеваниями. Это, конечно, пережиток прошлого, когда больных шизофренией содержали в цепях и тюрьмах. Но наука не стояла на месте, придумала много различных теорий, пока только остающихся теориями, объясняющих происхождение болезни и проливающих свет на вопросы лечения больных шизофренией.

Исходя из существующих на сегодняшний момент знаний в медицине, в частности в психиатрии, есть другие объяснения возникновения шизофренического процесса внутри головы больного человека. К ним можно отнести следующие теории: наследственную (болезнь передается по наследству), нарушения дисбаланса веществ в головном мозге (дофаминовую), инфекционную (заболевание наступает после перенесенной инфекции), аутоиммунную (нарушается деятельность собственных иммунных клеток по отношению к клеткам головного мозга), стрессорную (возникновение болезни после сильных эмоциональных волнений и переживаний), гормональную или теорию возрастных кризисов (когда на фоне гормональных изменений в организме нарушается деятельность головного мозга), аутоинтоксикационную (когда организм начинает вырабатывать вещества, отравляющие головной мозг), неправильного воспитания в детстве (психоаналитический), расовую (лица некоторых национальностей заболевают чаще), половую (мужчины болеют чаще), пренатальную (когда на плод женщины действуют различные как внешние, так и внутренние факторы, а также рождение ребенка в зависимости от времени года) и много малоизвестных других теорий.

Если разбираться в вышеперечисленных теориях, то черт ногу сломит. Порою люди, придумывающие эти теории, сами с трудом в них разбираются и путаются. И на протяжении многих лет существования в эффективности лечения преобладает дофаминовая теория возникновения шизофрении. Вот ей, этой самой дофаминовой теории, надо отдать должное (и снять перед ней шляпу), так как она создала предпосылки для создания лекарственных средств (дофаминергических), которые в настоящее время создают наиболее эффективный подход для лечения этой категории больных. Ведь исходя из теории нарушения обмена дофамина созданы лекарства, влияющие на его обмен. Но излечения до полного выздоровления почему-то не происходит.

К сожалению, имеющиеся теории не объясняют до конца ни механизмов возникновения, ни путей излечения от тяжелого душевного недуга. А вот теория шизофренического эволюционирования человека не только объясняет, откуда растут корни шизофрении, но и дает перспективы эффективного лечения болезни, о которых мы скажем чуть позже в соответствующих разделах книги.

Еще один интересный феномен есть у больных шизофренией. Конечно, он не обязательный для всех разнообразных форм психической болезни, но по частоте встречаемости уж очень велик. И мы не можем его обойти стороной, потому что, как правило, все беды от этого состояния. И называется оно — бред. Так давайте про него и поговорим.

Очень часто у больных шизофренией развивается бред. И как будто все мы с легкостью знаем, что это такое. Ведь бред — это бред. И не надо нам объяснять эти прописные истины, и сами мы с усами. И во всем, конечно, разберемся.

Конечно, все было бы хорошо, если бы все не было б так грустно. Ведь порою высококлассному специалисту трудно отличить бредовые идеи от нормальных человеческих рассуждений. Особенно если это касается религиозного бреда. Но не будем забегать вперед, а давайте начнем разбираться по порядку.

Что ж это за фрукт и с чем его едят? В чем же суть этого болезненного явления, называемого бредом? И по чему он так опасен? Вот и давайте поговорим, как отличить бред больного от обидного оскорбления в наш адрес, когда мы что-то там сумничали и наши философские мысли оценили как бред сивой кобылы в тихую лунную ночь.

Как нет двух одинаковых снежинок, так нет и одинакового бреда у двух больных. За исключением наведенного или, как говорят психиатры, индуцированного бреда. Когда сошедший с ума человек может убедить в своем бреде свое близкое окружение, например муж жену или наоборот. При этом происходит как бы заражение бредом от одного человека к другому. И тогда на них обоих смотрят как на сумасшедших, хотя больным является один из них. Такое часто бывает в религиозных сектах. Когда один душевнобольной человек, ожидающий конца света по своим конкретно бредовым мотивам, собирает вокруг себя приверженцев своего больного воображения. И ничем их не разубедить, потому что они заразились бредом больного. А если этого больного от них убрать, может в больницу на полгодика или еще куда в другую командировку, то такое общество сектантов само по себе растворяется, и наведенный бред проходит.

Так вот, перед тем как вернуться к прекрасному разнообразию бредовых идей, давайте разберемся в определении этого понятия. Что же правильно называть бредом? В скучных учебниках психиатрии имеется вполне удовлетворяющее врачей определение, которое для простого обывателя не очень-то понятно. Поэтому будем объяснять, так сказать, на пальцах. Бред — это неправильное рассуждение человека, приводящее к ошибочным умозаключениям, которые не поддаются разубеждению. Ключевым словом здесь будет неправильное рассуждение. Что это за зверь такой — это неправильное рассуждение и с чем его едят? Вот теперь представьте, что, если человек в чем-то ошибочно заблуждается, ну, например, прочитал, где-то какой-то интересный факт, а потом исходя из этого факта начинает всех убеждать в этом какое-то время, но все равно потом все встает на свои места и в ошибочном заблуждении человека удается переубедить. А вот у больного с бредом такого фокуса сотворить невозможно. Он начинает всем доказывать, что он прав, даже если сто человек ему скажут, что он не прав. И все поведение больного будет показывать, что его бредовые мысли настолько актуальны для него, что за них он даже готов убить любого оппонента. Но это, конечно, крайний вариант. А бывают случаи, когда очень трудно отличить бред от ошибочных заблуждений. И вот как это представлено в жизни.

Бывает интереснейшее такое совпадение, когда у больного есть бред ревности, а ему в придачу еще и жена изменяет. И как тут без пол-литра и солененького огурчика разобраться? Вроде есть причина для ревности — жена изменяет. И всем окружающим это понятно. И больной об этом открыто заявляет, что рога ему мешают протиснуться в дверной проем. А врачи-изверги, на тебе, и диагноз белыми ниточками пришивают. Где, спросите вы, справедливость? И куда смотрит комитет по правам человека? Когда же кончится этот произвол белых халатов?

Хочу вас заверить и успокоить, что такое явление бывает в жизни. И даже частенько встречается во врачебной практике. Только, конечно, трудно это на первый взгляд определить. Но главное, можно. И вот как. Помимо содержательной части бреда, что жена такая-сякая и вообще пошла учиться на курсы по овладению самой древнейшей женской профессией, должна быть еще и та часть марлезонского балета, в которой признаки бреда будут усматриваться цепким взором человека в белом халате. В такой ситуации при тщательном опросе пострадавшего от эротических похождений неверной супруги, будет выяснена его своеобразная система доказательств. Например, те действия, которые подозреваемая в измене жена делала ежедневно изо дня в день на протяжении многих лет, такие как надевание перед зеркалом одежды и нанесение по утрам боевой раскраски на свое лицо, обдавание себя пахучими благовониями из маленького сосуда за большую цену, купленного в дорогом бутике, либо ежедневное хождение в магазин за продуктами после работы, или утомительные многочасовые разговоры по телефону с болтливыми подружками. Все это и многое другое начинает объясняться больным вот, например, так. Одевается она перед зеркалом исключительно только потому, чтобы красивее казаться любовнику, а ведь раньше для меня любовалась своими формами. Макияж тоже для него, поганца, делает, а то ведь без него на нее и не посмотрит. А ведь раньше для меня хотела быть привлекательной. Запахи тоже для него. В магазин ходит, чтобы по дороге где-нибудь в подъезде или под кустами заняться сами знаете чем. И при этом разубедить его в возникших подозрениях невозможно, и даже наоборот, чем больше пытаетесь привести доводов того, что в таком варианте измены невозможны, тем больше возникает в нем уверенности в своей правоте. Все ваши доводы он толкует криво, как-то по-своему. И этими переживаниями охвачен ревнивец полностью. И ни о чем другом думать не может, а только о мнимых изменах. А если бы был просто психически здоровый ревнивец, то в отличие от больного он бы ревностью весь поглощен не был, а так, немножко периодически расстраивался. А ведь если ревность в виде бреда, то она превращается в смысл жизни. Больной начинает следить за своей женой. И тогда уж факты как снежный ком начинают налипать на кривые вычурные суждения. И переубедить вовсе не представляется возможным, так как это начинает раздражать. И больной считает, что над ним издеваются. И наступает такой момент. Когда, взяв топор в руки и занеся над головой жены, он начинает требовать всю правду об ее изменах. Требует рассказать все до мельчайших подробностей. А супруга сначала пытается объяснить, что ничего не было, а потом, испугавшись топора, начинает придумывать и говорить то, чего даже и в помине не могло происходить, думая, что, предвосхищая ожидания мужа, сможет вымолить пощады. И в тот момент, когда она ему все расскажет и в придачу с три короба соврет, топор резким движением опускается вниз. Звон металла. Характерный хруст разрубаемой кости. Голова налево, остальное направо. А после этого суд ревнивца и принудительное лечение в психиатрической тюремной больнице. Вот такой он, коварный бред ревности.

Как ни коварен бред ревности, другой вид бреда тоже очень опасен. Например, религиозный бред. Что же это такое? А вот что.

Когда человек разговаривает с Богом, то все знают, что это религия. А когда Бог разговаривает с человеком, то все психиатры в один голос заявят, что это шизофрения. И вот о спорности этого вопроса давайте и поговорим.

Как отличить религиозные убеждения от религиозного бреда? Конечно же так, как это мы будем делать в любом другом случае. Для бреда будут всегда характерны его неумолимые критерии. Давайте их напомним. Во-первых, человек религиозной тематикой будет постоянно охвачен и днем и ночью. Он будет вариться в этой теме постоянно, и других мыслей в голове у него не будет. В отличие от самого фанатичного приверженца религиозного учения, больной будет забывать о простых жизненных процессах, таких, например, как гигиенические процедуры, прием пищи, ухаживание за своим внешним видом, общение с людьми на другие темы, теплые отношения к близким и родственникам. То есть больной с религиозным бредом будет вставать с постели с мыслями религиозного содержания, которые будут руководить его поступками и определять деятельность, а также он будет и засыпать с ними или даже не спать, а постоянно думать о своем исключительном положении в религиозном учении. Во-вторых, такой человек не будет поддаваться никакому разубеждению. Не в том что Бога нет и он вам не поверит, а в том, что его толкование в его понимании — это истина и альтернативных подходов нет. И если вы попытаетесь сказать, что есть и другая точка зрения, то он вам рассмеется в лицо, а может, в него и ударит для подтверждения своего болезненного мнения. Конечно, все это трудно на первый взгляд определить и оценить. Но третье положение поможет в этом разобраться. В-треть их, у больного с бредом помимо его бредовых идей и мыслей будет еще и другая какая-либо психическая патология. И это, как правило, будут галлюцинации. Вот тут если Бог начинает разговаривать при помощи мыслей с больным своим особенным голосом, отличающимся от других человеческих голосов, и в ответ больной тоже мысленно поддержит общение и его озарит при этом, то это дополнит картину религиозного бреда и будет явным признаком психического расстройства у данного чело века. Кстати, духовенство поощряет душевнобольных в том, чтобы они лечились у психиатров. И когда у служителей церкви развивается религиозный бред, то таки они лечатся, дабы избежать ухудшения состояния и предупредить дефект личности, который развивается, если не лечить шизофреническую болезнь.

Подводя итоги вышесказанному, конечно, хочется отметить, что шизофреническая болезнь все-таки разобщает психические функции в голове больного человека. И все больные имеют сходство по признакам, включающим в себя: нарушения мышления, приводящие к замкнутости и своеобразному уходу в себя; эмоциональному опустошению, которое возникает из-за отсутствия нормального реагирования на получаемую информацию опять-таки из-за разобщения психического восприятия с осмыслением воспринимаемого; и третье — это, конечно, нарастание во времени ухудшения, то есть увеличение присутствия двух вышеперечисленных признаков, а по-психиатрически — нарастание шизофренических черт личности, или, как говорят психиатры, дефекта. А все остальное — различный бред и галлюцинации и агрессивное поведение — это не обязательные признаки, хотя присущие той или иной форме шизофрении.

Вот теперь, вооружившись специальными знаниями, которые помогут нам с легкостью разобраться в признаках шизофренической болезни, давайте попробуем научиться отличать больного от похожего на него причудливого человека, коего иногда в народе называют шизоид.

Как отличить причудливого человека от шизофреника?

Очень часто бывает, что в жизни нам попадаются и привлекают наше внимание люди, очень эксцентрично одетые, своеобразно-причудливые, до безобразия неряшливые или простые с виду, а с лица полные гримас. Таких людей много, и мы с опаской и сомнением общаемся с ними, ожидая какого-то подвоха. Порою нам становится страшно, и мы уходим вглубь себя со многими необъяснимыми вопросами.

А если нам сказать, что, мол, вон тот, нет, чуть-чуть левее, стоит в драповом пальто, вот он — чудак, а вот напротив у стеночки — больной шизофренией, то мы почувствуем некоторое облегчение, и даже ответим на тихое «здрасте» драпового пальто, а от прохожего возле стеночки постараемся посторониться, уходя подальше от него. Все это происходит, потому что неизвестность всегда вызывает у нас не самые лицеприятные чувства. Чаще всего страх, как проявление инстинкта самосохранения.

Так как же все-таки отличить шизофреника от нешизофренического чудака? Или, скажем так, для более интеллектуальной публики, больного шизофренией от шизоида?

Между прочим, психиатры это делают каждый день и по многу раз. Для них это раз плюнуть. Поговорил с человеком — и все ясно, шизофрения у него или нет или психопат он шизоидный. Но ведь вы можете сказать, что сначала надо окончить институт, потом интернатуру с ординатурой, и вы будете совершенно правы, решив, что это не тот путь, который нужен простому обывателю. Хочется же по-простому, исходя из своих личных знаний или своего жизненного опыта, да еще и быстро, не потратив при этом огромных усилий и не морща лоб, а то на нем морщины могут появиться.

Тогда попробуем простыми словами описать признаки шизофрении, добавив в ваш багаж знаний из уникальной области медицины шизофренологии.

Во-первых, все больные шизофренией, несмотря на разновидность формы и типа ее течения, будут одинаково похожи своей эмоциональной холодностью и отсутствием чувственного искреннего сопереживания, если это не касается его самого. То есть налицо у больного своеобразный эмоциональный дефект, как говорят психиатры. Ты ему про свое горе или великую радость, а он, не шевельнув ни одним мускулом на лице, так тебе формально что-то ответит или вообще скажет невпопад, или про то, что у него сейчас на этот момент важное происходит, или что-то он для себя любимого делает, или не мешай и отстань. Вообще он чем-то на робота в этом плане похож, от него так и веет холодом, как от могильной плиты. И при этом он еще и жестоким бывает, несмотря ни на горе, ни на радость твою, он будет делать только то, что ему нужно. Это такой своеобразный эгоизм или эгоцентризм, если по-психиатрически. Эгоизм от эмоций у шизофреников стоит отдельно, как, впрочем, и остальные психические функции (память, мышление, восприятие, настроение, воля, интеллект и т. д.). То есть, несмотря ни на что, свое «я» больного будет, независимо от окружающей обстановки, преобладать над чужими эмоциями. Например, если у человека внезапно случилось горе, может, умер кто или заболел, а перед этим он договорился с шизофреником о важной встрече для него, то шизофреник не сможет в силу своей эмоциональной ущербности перестроиться и поменять свои планы, а будет настаивать на встрече. И это касается всех жизненных событий, в которых он будет постоянно выглядеть бессердечным и жестоким из-за того, что не может проявить сочувствие и правильно эмоционально прореагировать. То есть поступиться своим «я».

Вторым столпом (главным признаком) шизофрении как болезни будет своеобразие мыслительной деятельности, приводящее к замкнутости, или аутизму, если по-психиатрически. У каждого больного шизофренией есть свой мир, куда он никого не пускает. Или старается не пускать, настораживается, когда у него об этом его «мирке» или «мирище» спросят. Он в нем варится сам, как фрукт в собственном соку, живет в своем мире, полном грез и фантазий. И эти фантазии не имеют ничего общего с реальным миром. Этот реальный мир для него — потусторонний, а вымышленный мир — настоящий. И при этом меняется ценностная ориентация, то есть ценности становятся своеобразными. Больные шизофренией с легкостью отказываются от привычных жизненных благ, лишь бы их не трогали и не отвлекали от пребывания в своем любимом внутреннем мире. Из-за этого у них снижается интерес к людям и обществу в целом, угасает общение с друзьями и знакомыми, родственниками — они попросту становятся не важны. Не исключением становятся мать, отец, сестры и братья. Обычное состояние далеко запущенного шизофреника — это длинная борода, длинные неподстриженные ногти, грязная, протертая до дыр одежда и прекрасная поза мыслителя, лежащего на диване, с важным строгим выражением лица. Отвлекая его от любимого занятия ничегонеделания, вы с несокрушимой силой влезаете к нему в его внутренний мир, из-за чего он, конечно, сильно раздражается и расстраивается. Он даже может табуреткой запустить, а вам это непонятно.

Третьим признаком (часто забываемым), характерным для болезни под названием шизофрения, будет так называемая в психиатрии прогредиентность. Что же это такое? Прогредиентность — это нарастание со временем болезненных проявлений шизофрении, то есть увеличение выраженности шизофренических изменений в характере человека. Например: скажем, заболел человек шизофренией, а перед этим ничем не отличался от других людей. Дружил со всеми, имел знакомых и коллег по работе, с удовольствием общался с родственниками. А после начала заболевания постепенно стал меняться по характеру и год от года замыкался в себе, дальше перестал поддерживать связи со знакомыми и друзьями, охладел к ближайшим родственникам, второй своей половинке (супругу или супруге) и детям. И год от года окружающие видят, как больной уходит в себя все больше и больше, а потом и вообще перестает интересоваться любыми событиями, происходящими вокруг него. Вот это-то и называется в психиатрии прогредиентность.

Что же касается пресловутых шизоидов, то у них будет больше различий, чем сходства с больными шизофренией. Шизоиды будут только внешним видом напоминать шизофреников, а также некой замкнутостью и своеобразием мыслительной деятельности. А вот главных признаков шизофрении у них не будет. Шизоиды способны любить и испытывать теплые чувства, хоть они не склонны показывать их. Сочувствие и эмоциональные переживания больше происходят внутри и чаще всего скрываются потому, что они боятся быть непонятыми. Также у них не будут настолько выражены нарушения в мыслительной деятельности, приводящие к замкнутости и отгороженности от общества, как у шизофреников. Хотя отдельные элементы этих признаков, характерных для больных, у них обязательно будут присутствовать. Еще одной отличительной особенностью шизоида от больного будет постоянство характера или его особенностей как человека. У больного шизофренией в процессе жизни изменения характера, связанные с эмоциональным огрубением и замкнутостью, будут нарастать год от года, а шизоид будет постоянен в своем характере всегда. И еще хотелось бы сказать, что при шизофрении будет иметь место какая-то ее разновидность и обязательное присутствие трех главных признаков болезни, нарастающих со временем и изменяющих человека в характере.

Хотя у всех страдающих шизофренией есть три объединяющих признака (эмоциональная холодность, своеобразный внутренний мир с замкнутостью и нарастание изменений характера со временем — прогредиентность), они, несмотря на это, отличаются друг от друга. Например, при гебоидной форме к этим нарушениям присоединяется вычурная манерная дурашливость и кривляние, когда больные с визгом и кривлянием в голом виде шатаются по улицам. При параноидной добавляются бред преследования и галлюцинации. И на лице помимо страха и ужаса появляется зловещая улыбка. При кататонической больной на длительное время становится обездвиженным или, наоборот, хаотично, беспорядочно мечется, разрушая все вокруг. При возникающем ступоре они могут в одной и той же позе стоять часами и днями, ничего не принимая из пищи и воды. При циркулярной периоды умопомешательства чередуются с периодами мнимого благополучия. И после приступа болезни по ним и не скажешь, что они психически больные. При неврозоподобной и так называемой вялотекущей форме человек мучается от мнимых телесных болезней и страхов, он слывет ипохондриком и производит впечатление нервного, измученного и истощенного человека, зачастую донимая врачей поликлиники по всяким пустякам. А при простой форме человек просто угасает, превращаясь в «овощеподобное» существо, ничем не интересующееся и замкнуто лежащее в своей берлоге, в которой годами никто не убирается в силу запрещения этого самим больным и метания табуреток в сторону посетителя.

Вот так-то и можно отличить человека со странностями (в народе называемого шизоидом) от истинно больного шизофренией.

Бывает ли шизофрения у животных?

Параноидные гуси спасли Рим. Так гласит поговорка. А откуда, вы спросите, паранойя у гусей? И вообще вы, наверное, не слышали о такой поговорке. Вот так и бывает, что некоторые выдают желаемое за действительное. И это правильно! Давайте от этой шутки вернемся к вопросу, бывает ли шизофрения у животных.

Многие ученые долго думали и гадали: если у животных есть мозг и психическая деятельность, то, наверное, у них есть и психические заболевания, например шизофрения. И с таким настроем они, эти ученые, начали изучать физиологию нервной деятельности у животных. Много собачек и кошечек легло на алтарь науки, помогая умным дяденькам и тетенькам добраться до истины в этом вопросе. И когда ученые через много лет истязаний животных подняли свои взоры друг на друга, они решили перешагнуть через горы трупов и пойти домой, поразмышлять по этому поводу.

Пока ученые думают, животные эволюционируют. И вот представим, что вашей собачке Шарику неслыханно повезло. Эволюционный прогресс в его голове сделал стремительный скачок, и у него появилась новая функция — речи. И когда он попытался своей собачьей челюстью сказать несколько слов, то в ту же минуту отдел мозга, отвечающий за эмоциональную привязанность к хозяину и доброту, вдруг был захвачен функцией речи, и вот в этот самый замечательный момент, когда он хотел с добротой и вежливостью сказать «здрасте», он внезапно кусает вас, и не один раз, как это иногда бывает, а прямо-таки много, и как будто вообще вас хочет убить и съесть. Напомним, что отключился участок мозга, отвечающий за доброту и привязанность к человеку. И что вы потом делаете с бедным песиком? Тут всем становится грустно. Это эволюция сыграла злую шутку с Шариком, не дав даже немного побыть в шизофренической шкуре.

Поэтому-то и бытует мнение, что шизофрении у животных нет. Просто они, животные-шизофреники, в результате своего неправильного поведения погибают в суровых условиях животного мира.

А бывает и по-другому. Идете вы, например, в первый раз в гости к кому-нибудь. И даже не подозреваете, что в гостях этих проживает какое-то домашнее животное, ну, там, кошка или кот. И вот вы приходите, предварительно звоня в дверь, чем обратите внимание этого зверя на свой злополучный приход. Начинаете раздеваться, спокойно вешая свою одежду на рядом прибитую вешалку. И вдруг на вас находит какое-то непонятное, незнакомое чувство. Что вроде что-то не так. И вы начинаете оглядываться вокруг. И начинаете мельком отмечать для себя, что мебель снизу расцарапана, на занавесках имеются дырки и маленькие игрушки как-то уж очень ужасно сильно погрызены. И до тех пор как вы не столкнетесь с взглядом вдалеке прячущейся кошки или кота (издалека не разберешь), вы не начнете понимать, куда вы попали и что с вами скоро будет. Первое знакомство с таким кошачьим отпрыском начнется с того, что он станет прятаться от вас и убегать. Вы, как наивный чукотский мальчик, будете думать, что животное вас испугалось, и у вас появляются мысли: «Надо бы успокоить его, задобрить». И будете пытаться подозвать его к себе, чтобы погладить и войти с ним в астральный контакт. Но в один такой прекрасный момент, когда вы занесли над чужим животным свою нежную руку, оно, это животное, неожиданно для вас накидывается зубами и когтями на уже достаточно оголенные милые ваши рученьки. И в один момент поганец оставляет неоправданно много укусов и кровавых царапин, успев еще дико зарычать и зашипеть, тем самым чуть не сделав вам сердечного приступа. И после такой несправедливо жестокой атаки в ваш адрес у вас чуть не выкатываются глаза на лоб от боли и чувства биологической несправедливости. При всем при этом кот не начинает испытывать чувства вины, а с опаской и тревогой, выгибая спину, ходит вокруг вас и неожиданно вторично нападает на вас, но уже не на оголенные конечности, а прямо в центр вашего дорогого лица, где находится нос, при этом делая акробатический прыжок. После царапания вашего умного лица и оставления вас чуть ли не без глаза, оттолкнувшись, он прыгает на занавеску, бежит сломя голову по стенке, пробегает в коридор, и — о ужас! — кидается на вашу дорогую одежду, не забыв расцарапать ее в клочья и потом умело спрятаться за огромный диван. Откуда вам это животное уже никогда не достать. Чем не приступ шизофрении, подумаете вы, и, наверное, будете недалеко стоять в этом вопросе от истины.

Как ни странно, после такого кровавого случая хочется поделиться другими, более приятными впечатлениями, связанными с предположениями, есть ли шизофрения или нет.

Все мы попадали в такие ситуации, когда видели скопление животных, производящих такое впечатление, как будто они общаются бессловесно и даже без применения жестов и мимики. И порою это так слаженно получается, что поневоле задумываешься, а не передают ли они мысли на расстоянии друг другу. Когда, например, проплывает стая дельфинов, рыб, когда летят птицы или пчелы, или даже стаи волков и собак порою навевают такие мысли. В такие моменты много мыслей приходит в голову. А вот найти на вопросы ответ становится трудно, потому что начинаешь сравнивать себя с животным миром, ставить себя на место отдельной особи в составе стаи. И при этом задаешься вопросом: а как бы я поступил на месте этого животного?

Еще один интересный вопрос, связанный с возникновением шизофренических нарушений у животных. Оказывается, как таковой присущей человеку шизофрении у животных не бывает. Бывают особенности темперамента или характера животного, если вам так будет угодно. То есть если сравнивать с людьми, то это как есть люди хорошие, а есть плохие. Так и животные разделяются на добрых и не очень. А вот что касается возникновения шизофрении у животных, то, оказывается, это вполне возможно, только вот искусственно при помощи человека. Например, если животному дать определенные вещества, относящиеся к наркотикам, а некоторые даже к боевым отравляющим веществам, то животные начинают вести себя как вполне нормальные шизофреники. И галлюцинации возникают, и агрессия, и даже эмоциональное безучастие. И все от каких-то химических веществ, типа ЛСД, псилоцибина, амфетамина и фенциклидина, которые в непомерных количествах кушают товарищи наркоманы человеческие. Один раз обезьяне ввели такое вещество и пустили в вольер к другим обезьянам. Что вы думаете, общество обезьян не приняло одурманенную гориллу, все ее стали сторониться, как, впрочем, бывает и у людей, когда они видят человека с неправильным поведением и стараются обойти его стороной. Другой способ вызвать шизофрению у животных — это внедрить в их организм гены, которые присутствуют у больных шизофренией. Когда внедренный ген начнет работать и после этого вырабатываются новые специфические вещества, то животное меняет кардинально свое поведение, которое становится похожим на поведение, присущее больным. Тут наши ученые набрасываются на бедных шизофренических животных и начинают усиленно изучать. То лекарства новые вводят, то в микроскоп головной мозг изучают. Вот такие опыты были поставлены учеными над друзьями нашими меньшими. Конечно, это все было сделано для понимания шизофренического процесса у человека, но и для понимания вопроса, связанного с возникновением шизофрении у животных, дало немало пользы.

Глава 3

Шизофреники среди нас: что делать

Как вести себя с шизофреником?

Основы безопасности жизнедеятельности проходят в школе. Но там, к сожалению, нет раздела о том, как себя вести с шизофреником, опасным для общества и, в частности, для вас. Давайте попробуем разобраться, когда бывают опасны шизофреники и как себя вести при этом.

Больной шизофренией бывает опасен в двух случаях. Во-первых, когда у него обостряется болезнь и он защищается от кажущейся ему угрозы или поддается влиянию своих голосов, сидящих внутри головы. Во-вторых, когда шизофреник тихий, но вы, как ему кажется, можете навредить ему в чем-либо, связанном с его внутренним убеждением. То есть хочет вас физически устранить, чтобы ему было возможно жить и заниматься своими любимыми делами, например галактиками управлять или, на худой конец, человеческой цивилизацией.

«Ну и как же себя вести перед таким гигантом мысли?» — спросите вы. И тут я вам отвечу так. Вести себя нужно соответственно его мировоззрению. А откуда нам его знать (это мировоззрение)? — встает резонный вопрос. И здесь два пути решения данной проблемы. Первый путь: если вы его давно уже знаете (данного больного), то вам выпадает возможность поговорить с ним и выяснить его мировоззрение. А второй путь — если у вас нет никакой возможности с ним поговорить и к тому же если вы его видите впервые, то нужно оценить его поведение.

В первом случае, конечно, проще, чем во втором. Здесь может сработать доброжелательное отношение и некая внутренняя строгость внутри вас, которая будет автоматически на подсознательном уровне передаваться больному, дисциплинировать его поведение и делать безопасным общение. Что под этой внутренней строгостью понимать? А то, что вы должны быть уверены в себе, а если честно, то показывать свою уверенность. Тут главное как с собакой — не смотреть в глаза. А то ведь по глазам легко увидеть переживания человека, особенно страх. Кстати, шизофреники не любят, когда им смотрят в глаза, и сами не смотрят в чужие (удивительно, но факт).

С чего надо начинать в случае, когда больной вам знаком? Нужно разговаривать на понятном ему языке, с серьезностью относясь к его бреду и болезненным переживаниям. То есть используя его слова, обозначающие его бред или галлюцинации, которыми он изъясняется. Ведь они (болезненные переживания), в отличие от всего прочего, для больного существуют так же реально, как для вас весь окружающий мир. И когда больной заявляет, что видит и общается со сверхсуществом Зорвиром, то у больного не возникает даже ни капельки сомнения, что его не существует на самом деле. А если вы его не видите и не слышите, то это ваши проблемы. Поэтому, учитывая эту особенность больных видеть и слышать то, чего нет на самом деле, вы тем самым добьетесь расположения больного. Так что можете спокойно поговорить с ним об инопланетянах и секретных лучах, пронзающих его мозг, на полном серьезе. Тем самым добьетесь его расположения и заслужите так недостающее вам доверие больного. При этом если вы уважительно, без сарказма, отнесетесь к бреду шизофреника и на вашем лице будут искренне сверкать глаза, то, пожалуй, полдела уже сделано. Останется только понять, как можно использовать этот бред. А использовать его можно, как в простой детской игре. Представьте, что вы — персонаж фантастического рассказа или игры, и поступайте по вымышленным правилам шизофреника, не забывая гнуть свою линию. И все тогда получится. Главное — не запутаться в своих показаниях, а то, если он подловит, вам несдобровать. А если подыгрывать его бреду, то можно и сойти за друга шизофреника.

Во втором случае, когда больной незнаком, неплохо было бы действовать вам, как Шерлок Холмс. Включать метод дедукции и по внешнему виду определять, что перед вами за шизофреник, опасный или нет. В первую очередь опасность больного будут выдавать глаза и вообще выражение лица. Если вдруг на миг вам показалось, что на физиономии больного проскользнула сладко-томная улыбочка серийного убийцы, то надо тогда немедленно брать ноги в руки и наутек в разные стороны. Не забывая поглядывать через плечо и оценивая расстояние между вами.

Главное — вовремя определить тревожность в больном. Ведь тревожность является пусковым механизмом неправильного поведения. У больных все беды от тревоги и необоснованного страха, когда им кажется, что их жизни угрожает неминуемая опасность. Чтобы определить тревогу, нужно обратить внимание на следующие признаки. На возникшую тревогу может указать цвет кожи пальцев рук. Часто при волнении, чтобы успокоиться, больные много курят. Выкуривая сигарету, они максимально стараются докурить до фильтра. При этом выделяющийся никотин окрашивает пальцы в характерных местах держания сигареты в темно-коричневый цвет. По таким потемневшим от частого курения пальцам можно заметить, что человек пребывает в длительной тревоге. Также тревогу можно определить по выражению лица. Страх и тревога будут выдаваться мимикой человека, и даже если он постарается приветливо улыбнуться, то на лице будет получаться кривая гримаса, которая даст вам знак в понимании состояния человека. Еще одним важным признаком тревожного состояния человека будет наскоро надетая расстегнутая одежда, впопыхах убегая из дома, где ему даже стены кажутся зловещими, а от соседей из розетки идет отравляющий газ. Больной, конечно, в этих условиях наденет на себя что попало под руку и побежит прочь от кажущейся ему неминуемой гибели. Еще, конечно, вы можете что-нибудь такое, на ваш взгляд, характеризующее наличие тревоги у человека, сами на свое усмотрение определить.

Почему опасна тревога? Потому что тревога — первый признак обострения шизофрении и развития паранойи. А чем, вы спросите, опасна паранойя? А вот я сейчас вам расскажу. Паранойя — эта такая штука, при которой человеку постоянно кажется, что его преследуют, следят за ним, хотят убить или отравить. И он это чувствует всем телом, каждой клеточкой своего головного мозга и даже организма. При этом угрожающие факты, подтверждающие опасность, почему-то не предшествуют. Если, например, сначала следят или как-то пытаются убить или отравить, и уже после этого вам кажется, что вас преследуют, то это, к счастью, не паранойя, это просто невроз, который по прошествии времени проходит бесследно. А вот при паранойе сначала появляется тревога, страх, уверенность в том, что хотят навредить, а уж потом, к сожалению для всех, начинается бредовая интерпретация окружающей обстановки. То прохожие смотрят не так, как раньше, с «ухмылочкой», что-то подозревая и как-то знаками многозначительно указывая, мол, они все знают. То номера на проезжающих машинах в какой-то зловещей последовательности непрозрачно намекают на слежку и готовящийся заговор. То вдруг вытянутая из контекста чужая фраза начинает крутиться в голове, и тогда становится все понятно — пришла неминуемая погибель. Щелчки, возникшие в телефоне, — это «прослушка» и скорый арест с пытками в казематах. Сосед не поздоровался, значит, он с ними заодно и скоро он вытащил свой остро заточенный нож и перережет глотку. Смотря телевизор, тревожный пациент с развивающейся у него паранойей будет обращать внимание на то, что диктор в новостях запнулся, значит, это тайный знак начала слежки и заговора против него. Ну а потом вообще все вокруг становится зловещим. И больной, не зная, куда ему деваться от таких серьезных опасностей, замрет вдруг на секундочку. И тут вы с улыбочкой на лице спрашиваете, сколько сейчас времени, тем самым подаете явный знак к убийству шизофреника. Но не тут-то было, он вас бьет по лицу и сломя голову убегает в неизвестном направлении. Вот так и получается: видели, что человек в тревожном состоянии, но спросить, сколько времени, было важнее.

Поэтому самое лучшее безопасное общение с больным шизофренией в обострении — это его отсутствие как такового. Так что выбирайте, что вам важнее — общение или подвергнуть свое здоровье или жизнь опасности.

Как шизофреники подкладывают свинью?

Тот, кто любит свинину, которую вам подложили, может не читать этот раздел. А вот кто не любит, тот пусть читает на здоровье.

О чем тут пойдет речь? Ну не о хрюшках же, дорогие вы мои. И не о свиной колбасе с салом. А речь пойдет о том, как мы ошибаемся, когда надеемся, полагаемся и полностью доверяем шизофреникам!

Хоть шизофреник шизофренику рознь, все равно они в один и тот же момент могут вас нет-нет, не подставить, а просто ввести в заблуждение, и вы окажетесь в очень неприятной ситуации, понадеявшись на человека. Бывает так, что наш друг и товарищ шизофреник втирается к нам в доверие, и мы с ним как будто ладим и общаемся хорошо какое-то время. Но как все хорошее скоро кончается, так и дружба с шизофреником заканчивается быстро, как мед в горшочке. А происходит это так.

Общение нормальных людей подразумевает формирование эмоциональной привязанности. То есть когда люди общаются, друг с другом они делятся положительными и отрицательными впечатлениями. Находят общие интересы и вообще от общения испытывают положительные эмоции, которые потом формируют хорошее отношение друг к другу. И вот когда это происходит, люди начинают делиться самым сокровенным. Своими глубокими тайнами, которые они никому не рассказывали, как бы их ни просили. И постепенно появляется доверие, тайны начинают выкладываться одна за другой, и эмоции переживаются с собеседником все больше и больше. Да еще и в какой-нибудь хороший денек вдруг выложится, бесплатно, пожалуйста, кусок откровенности, да еще и пожирней, такой аппетитный. И тогда все хорошо, и тогда никаких свиней не предвидится, ни одного захудалого пятачка.

А как бывает с шизофрениками? С ними-то совсем по-другому. У них есть такое свойство, которое называется аутизм наизнанку. Что такое аутизм, вы, наверное, догадались — это когда человек замыкается и ничем, кроме «здрасте» и «до свидания», не делится. И вообще уходит в себя и ничем не делится. Варится так сказать в своей тарелке. А вот при аутизме наизнанку все наоборот: он, наш друг и товарищ шизофреник, начинает выкладывать все самое откровенное и потаенное, можно сказать, первому встречному-поперечному. Как какой-то приступ сильной откровенности первому попавшемуся. И так это ловко у него получается, что нормальный человек, не видя подвоха, начинает считать, что он такой славный и уникальный и что к нему так расположился другой человек, что стал откровенничать. И так это самолюбие человека тешит, что он не может удержаться и, в свою очередь, сам начинает сеанс откровенной игры на душевных струнах. А мы должны помнить, что перед откровением у нормальных людей формируется эмоциональная душевная привязанность. И проходит какое-то время, когда люди присматриваются друг к другу. А тут как-то без этого процесс проскакивает. Как в поезде с незнакомым попутчиком, которого потом никогда не увидишь и из-за этого можно ему все рассказывать. И подвох весь в том, что шизофреник-то не от душевной близости раскрылся, а от болезни своей страшной.

Но не будем забегать вперед и попробуем проследить, как дальше продвигаются события по подкладыванию парнокопытного хрюкающего животного.

Разоткровенничавшись вовсю, нормальный человек и шизофреник начинают сближаться. Со стороны вроде все чинно-благородно выглядит. Один друг с другим мило общается, откровенничает. И у нормального человека начинает формироваться эмоциональная привязанность. К этому самому шизофренику, черт его бы побрал, с его аутизмом наизнанку. Кстати говоря, у шизофреника при этом никакой привязанности, особенно эмоциональной, не формируется. Простой человек попадает в некую психологическую западню. И тут-то эксгумируется зарытая собака, вот тут-то и наступает кульминационная развязка всей этой эпопеи. Психологический капкан захлопывается, и получается вот что.

Нормальный человек начинает возлагать дружественные надежды на товарища шизофреника. И рассчитывает на его эмоциональную поддержку в каком-то очень важном для себя жизненном вопросе. И когда наступает час «икс» или время «Ч», как говорят военные, шизофреник как ни в чем не бывало отворачивается от нормального человека и смотрит на ситуацию сугубо из своих эгоистичных интересов. И плевать он хотел на другого человека, и угрызения совести ему неведомы. Так как у него эмоциональный дефект налицо, дырка у него от бублика, а не проявление эмоций и сочувствия. Вот и свининой запахло, но не жареной, а так прямо праздно гуляющей и под себя большую и малую нужду делающей. И идет тут разочарование в шизофренике полным ходом. И пропадает вдруг куда-то вера в людей хороших и не очень.

Вот и как тут разобраться, кто прав, а кто виноват в этой ситуации? Либо нормальный человек прошляпил начальное эмоциональное сближение, либо шизофреник, больной по своей сути человек, инвалид души человеческой, спровоцировавший своим аутизмом наизнанку такое вот подлое коварство. С первого взгляда трудно разобраться в этом вопросе.

А ведь по большому счету выходит, что и больной не виноват, ведь он не контролирует себя, а особенно свой эмоциональный дефект. И в то же время и здоровый человек не виноват, ведь ему-то невдомек, что больной так устроен. Вот на этом примере и важно показать всем, как важно в жизни знать о больных шизофренией и их характере.

Что делать, если вы — шизофреник?

Как правило, больные шизофренией не очень сильно обижаются на врачей, которые ставят им этот страшный диагноз. И правильно делают! Лучше получить блага от жизни, которые сулит диагноз, чем превратить в смысл жизни хождение по судам и инстанциям для снятия диагноза и наказания врачей.

Так что же делать, если психиатр, а только он вправе это делать, и никто другой, поставил вам диагноз «шизофрения»? Для начала надо присесть и глубоко подышать, чтобы не упасть в обморок от столь значимой в вашей жизни новости. А во-вторых, поразмыслить над этим фактом и подсчитать количество плюсов и минусов от этого нового статуса, а также последствий, которое это событие за собой несет.

Давайте начнем с минусов. Как и все болезни, шизофрения не несет положительных эмоций, так как это все-таки болезнь. И как все болезни, она приносит страдания, но в данном случае не телесные, а душевные. И страдания, я вам скажу, по большей своей части неприятные. Хотя не все шизофреники это понимают. А раз есть страдания от болезни, значит, надо лечиться, а то болезнь может так разум затмить, что сам себе что-нибудь плохое сделаешь или еще кто под горячую шизофреническую руку попадет. И при этом надо тратиться на это лечение, деньги платить, кровно заработанные. И желательно у хороших врачей лечиться, так как у них больше положительных результатов лечения по сравнению с ведьмами, колдунами и экстрасенсами. Следующее, что может расстраивать и напрягать при шизофрении, — это факт отчуждения обществом больного. Как-то у нас эта плохая традиция прижилась со времен карательной психиатрии. При этом бывает, что много всего неприятного может произойти. Ну там, например, на работу, на какую захотел, могут не взять, права на машину не дать или оружие, чтобы с врагами расквитаться. В общем, наступают определенные ограничения, которые налагает общество, принимая специальные законы не в пользу больных. Ну и последний минус — это когда тебя хотят оскорбить и вдогонку шизофреником обзывают, то обидно становится, откуда они это знают.

А теперь давайте обсудим плюсы шизофрении. Самый главный плюс — это ваша непревзойденная индивидуальность. Вы не такой (или не такая), как все, вы особенный человек. И при этом данная особенность может вам помочь в жизни чего-либо достичь и вообще стать гениальным человеком в своей области. Ведь все одаренные люди не от мира сего. А гении на все сто процентов страдали тем или иным видом умопомешательства. Второй плюс — это ваша справка о вашей уникальной болезни. С ней вы хоть куда. Хоть в психбольницу на бесплатное лечение во время обострения. Хоть в военкомат, чтобы в армию не призвали. Хоть в жилищный орган за отдельной комнатой в жилом помещении. Хоть в суд для избежания уголовной ответственности, если чего натворили и «голосишки» заставили гадостей другим людям наделать. Хоть пенсию по инвалидности оформляй. Да, кстати, плюс еще один. Если в стране все плохо и вокруг много чего, что раздражает других, то вам это нипочем. Вы на это даже и реагировать не будете, так как у вас эмоциональный иммунитет ко всем стрессам и неудачам. И еще один плюс. Если вам вдогонку кричат оскорбительно: «Шизофреник!», то вы с гордо поднятой головой идете дальше и не обижаетесь, ведь вы таковым на самом деле и являетесь.

Поподробнее хотелось бы остановиться на главном плюсе, заключается он в том, что вас выбрала природа в качестве объекта, который подвергся эволюционному воздействию и которому дан шанс улучшить качество всего человечества как вида. В природном смысле понимания этого термина. Вы теперь стали обладателем счастливого лотерейного билета, который дает вам шанс развить человеческие способности на совершенно новом уровне. И от того, как вы сможете воспользоваться этим шансом, и зависит успех в целом эволюционного развития человечества. Вы должны со всей ответственностью отнестись к своей уникальной особенности, становясь не таким, как все. Вам дается право в благих намерениях попытаться развить свои уникальные, новые психические возможности. Перед вами стоит ответственная задача не пропасть даром, а сохранить и приумножить свой дар. И не только перед вами как человеческой индивидуальностью, но и вашими многочисленными родственниками, и если уж брать всерьез масштаб возможных изменений при вашем участии, то и перед всем человечеством в целом. Может быть, развив при помощи вашей способности определенные задатки головного мозга по передаче мыслей на расстоянии, предсказания будущих катастроф, записи для других потусторонних переговоров, наука сделает стремительный рывок. Поможет запустить людей на большие расстояния в космос, не тратя электрическую энергию на радиосвязь. Или возможно, предсказание развития смертельных заболеваний на основе развивающихся сверхвозможностей больных шизофренией. И тогда сколько бы людей смогли спасти благодаря этой замечательной способности. И демографические проблемы во многих странах решились бы сами собой. Представляете, как много полезного для человечества можно было бы сделать, если наука сосредоточила бы усилия на развитии сверхвозможностей, которые в зачаточном состоянии находятся у больных шизофренией. И вообще шизофреникам пора бы самоорганизоваться и открыть свой альтернативный научно-исследовательский институт по вопросам развития и внедрения в практику возможностей людей, страдающих шизофренией. И принимать на работу в такой институт надо только со справкой от психиатра о наличии шизофрении.

С этого начался бы новый виток развития общества. Шизофреники бы начали строить свои отдельные города, по типу Силиконовой долины или наукоградов. Где делали бы новые научные открытия и помогали человечеству развитием своих сверхвозможностей. И тогда бы стало очень престижно быть шизофреником, открывались бы широкие перспективы перед больными, и они бы построили космические корабли. И все улетели на другую, лучшую планету. И продолжали бы развиваться. А не больные остались бы на земле и стали тупиковой ветвью в развитии эволюции мозга. Например, как обезьяна к человеку.

А ведь для реализации такой фантастической идеи всего лишь нужно больным шизофренией попытаться увеличить объем своего головного мозга. Для того чтобы эволюционно развившаяся новая функция смогла обрести себе законное место и не мешать работать остальным функциям мозга, способствовать этому могла бы некая наблюдательность и серия научных экспериментов, о которых мы сейчас попробуем рассказать.

Всем шизофреникам я бы порекомендовал заняться следующим делом, которое поможет найти в природе вещество, при правильном использовании которого может вырасти достаточно хороший участок головного мозга, который разместит в себе новые развивающиеся функции и при этом не станет мешать старым.

Так вот в природе есть один паразит, который на определенной стадии своего развития выделяет такое вещество, которое заставляет на теле лягушки вырастать абсолютно здоровые и идентичные уже имеющимся конечности. Паразиту это надо сугубо из своих корыстных целей чтобы выросшие в изобилии конечности помешали лягушке свободно передвигаться и рядом проходящая цапля могла бы с удовольствием слопать эту лягушку. А товарищ паразит смог бы перейти в организм цапли и там продолжить свое дальнейшее развитие. Но не будем касаться хитрости паразита. А поговорим о способности вырастать новой конечности на пустом месте.

Ведь представьте себе такой замечательный момент. Выделить это вещество и поместить его в головной мозг человека, и представляете себе, вырастет еще один головной мозг или его участок. И при этом новая нервная ткань головного мозга вместит в себя новую развивающуюся функцию. И тогда все шизофреники получат то, что называется полным исцелением. Да еще в придачу станут счастливыми обладателями сверхвозможностей, так как новая функция заработает в новом участке мозга и не будет мешать старым. Так сказать, не будет расщеплять и разобщать их деятельность. Правда, шишечка на голове может образоваться, но это ничего страшного. Ведь по сравнению с решенной задачей по излечению от такого грозного заболевания, как шизофрения, этот пластический дефект померкнет на фоне появившихся сверхвозможностей. И тогда шизофреники, а теперь уже не шизофреники, а суперчеловеки, смогут узнавать себе подобных издалека. Хотя у женщин это будет затруднительно, ведь прически у них на голове пышные и шишечку могут не заметить. Но это ничего страшного. Для такого случая и побриться наголо можно, лишь бы узнавали супермена издалека.

Пока это только теоретические предположения. Но в ближайшем будущем, проведя исследования в этой области, можно было бы дать хорошую заинтересованность больным шизофренией в изучении проблемы выделения вещества для увеличения объема своего головного мозга.

Так что дерзайте, товарищи шизофреники, и не стесняйтесь своего заболевания. В скором времени вы им будете гордиться! А обычные, не больные люди будут вам завидовать и чувствовать свою ущербность. Потом, конечно, подражать станут и за большие деньги справки у психиатра покупать о наличии у них шизофрении. Но это уже другая история, о которой мы поговорим как-нибудь в другой раз.

Глава 4

Шизофреники в нашей жизни

Можно ли любить шизофреника?

Есть женщины в русских селеньях, коня на скаку остановит, в горящую избу войдет, а по пути еще в шизофреника влюбится, нарожает детей и развестись успеет. К сожалению или к счастью, но так бывает в жизни.

Как вы думаете, можно ли любить холодную могильную плиту? Можно, если она вам дорога как память и вообще если она стоит на могиле хорошего человека. Так вот и с любовью к шизофренику такая история. Его, конечно, можно любить, только отдачи никакой не ждите. Не сможет он вам ответить взаимностью. Неспособен он на это. Хотя может удачно прикидываться, до поры до времени, пока вы не устроите ему проверку, на которой он обязательно попадется.

Почему вы скажете, что он прикидывается? Ведь поступки-то он при этом хорошие совершает. Совершать-то он совершает, только это у него делается из сугубо эгоистичных побуждений. А если бы вы увидели любовь шизофреника настоящую, то поразились бы ее вычурности. Так как представления о любви у него совсем иные, нежели у нормального человека. Чтобы понять, что такое любовь шизофреника, необходимо взглянуть на рисунки шизофреника, которые могут охарактеризовать его причудливый внутренний мир. И ужаснуть вас до глубины души.

Никогда не видели рисунки больных шизофренией? Преувлекательнейшие образы, я вам скажу. Но очень вычурные и страшные. Холодные. И любовь там, как у Снежной королевы. Эгоистично-кривая. Не как у людей. После таких любовных объятий кажется, что не отогреешься и умрешь от переохлаждения. Краски не естественные, образы не живые. Узоры не натуральные. В общем, абстракция одна малопонятная.

Но давайте все-таки оторвемся от привлекательных причудливых картин шизофреников и вернемся к очаровательной и притягательной любви. Любовь — это же небольшое сумасшествие, буря чувств. Это бессонные ночи и слезы в подушку. Это необдуманные поступки. Это томные, мучительные, сладостные страдания. И все это у нормального человека. А что же у больного?

А у него и без чувств сумасшествия с душевными страданиями, муками и слезами и так полно. Только со знаком минус. И некуда втиснуться положительным страданиям от нормальной любви. Ведь не может он испытывать нормальные чувства, так как разобщены у него в голове психические процессы и к тому же в придачу эмоциональный дефект присутствует с дыркой от бублика вместо переживаний.

Запомните раз и навсегда. Шизофреник может любить! Но только себя. Если шизофреник любит, значит это не шизофреник, а попросту его младший брат шизоид. Хоть это и странно, но факт. Так что, перед тем как влюбиться в шизофреника, сначала спросите себя: альтруист я в любви или нет? Нужна ли мне отдача? Или моей любви хватит на нас двоих? Если хватит, то спросите, надолго ли? Ведь любовная лодка будет постоянно наталкиваться на камни эгоизма шизофреника. И ваша лодка сначала даст течь, а после очередного камня — пробоину. И тут уже лодка пойдет ко дну. И из нее первый выпрыгнет шизофреник и поплывет к берегу. А вас оставит тонуть в пробитом им корыте.

Для примера хочется привести один случай из жизни. Жил да был один молодой, высокий, красивый человек. Очень уж нравился женщинам, которые от него теряли голову, влюблялись в него и сразу же выходили замуж и детей от него, конечно, рожали, ведь он такой красивый. Но была у этого мужчины одна удивительная особенность, из-за которой впоследствии у него происходили разводы. Потому что его жены постоянно бросали. А странность его заключалось в том, что он как страсть любил в доме, где живет, обставлять домашней обстановкой подъезд. Как только жена его не уговаривала и не ругала. Как только она не просила денег на одежду ребенка или продукты. Все шло на обустройство подъезда. Да не просто он выносил на лестничную площадку какие-нибудь там ненужные просиженные диваны со сломанными стульями и засаленными картинами на выброс, а прямо-таки новые вещи, только что в магазине купленные. И ведь паразит-то какой, как делал, ладно бы свою лестничную площадку обустроил и успокоился, а то ведь и другие этажи турецкими коврами да диванами укомплектовывал. И цветы все из дома в подъезд, и плазменный телевизор на каждый этаж, и другие приятные предметы интерьера по углам и подоконникам расставлял. А в своей квартирке, где жена и дети, только обои в цветочек и старое барахло с кроватями. И невдомек было его женам знать, что больной он вовсе. Что у психиатра он наблюдается и что шизофрения поселилась в его голове. Так, просто это за причуды принимали. И поначалу не обращали внимания, думали, мало у кого каких странностей не бывает. А может, думали, что хобби у него такое. А в итоге нарушение мышления оказалось и вычурность идей налицо. Вот жены то его потерпят, потерпят, да через пару лет и сбегут от него. Вот так он и женился с завидной периодичностью в несколько лет, а то и раньше бывало.

А был другой случай. Одна женщина жила в браке с мужчиной, и дети были, и жили не тужили до поры до времени. Когда в один прекрасный денек не проснулась она в постели у себя дома в ужасно беспокойном состоянии. Почудилось ей, а точнее, даже не почудилось, а появилась твердая уверенность, что она стала счастливой обладательницей уникального дара, ясновидения. И что теперь она может предсказывать будущее и исцелять людей. И будущее ей казалось каким-то ужасным. То в голове голос заявит, что намечается теракт какой крупный, и она, сломя голову в спецслужбы заявляет об этом, то кто-то из соседей должен неизлечимой болезнью заболеть, и она, обладательница исцеляющего дара, за умеренную плату это злодеяние судьбы может предотвратить. И так ловко ей удавалось манипулировать своими болезненными переживаниями, что окружающие люди стали ей верить и деньги носить и благодарить всячески. Конечно, муж поначалу обрадовался такому повороту жизненных событий и начал было пристраивать волшебным способом заработанные деньги. Как вдруг стал замечать, что жена изменилась по характеру. Стала тревожной, ночью ее мучили кошмары с видением катастроф и аварий. Перестала следить за домашним хозяйством, забросила воспитание детей. Погрузилась в себя. И самое обидное, перестала выполнять супружеский долг. И вот когда дело докатилось до этого, то переубедить жену в ее ошибочных заблуждениях он не смог, и заставил он ее обратиться к психиатру, который поставил ей диагноз «шизофрения» и направил на лечение. После лечения дар, конечно, пропал и интерес к родным стал потихоньку возвращаться. И еще хотелось бы отметить, что ее коммерческая жилка не угасла. Узнав о своем диагнозе, она быстренько оформила инвалидность и пробила себе хорошую пенсию. Вот ведь как бывает в жизни. Нет худа без добра. А точнее, добра без худа.

Вот такие заманчивые перспективы рисует нам оголтелая любовь к шизофренику.

Поэтому если любить шизофреника, то надо вступить на тропу самопожертвования. И не рассчитывать на какую-либо отдачу. Любить только для себя. И не надеяться на взаимность. Хоть вам будет казаться, что ваша любовь сможет растопить ледяную душу и он все-таки в вас влюбится. Этот номер мог бы пройти с не любившим вас дотоле нормальным человеком. Так в жизни порою бывает, один любит страстно, и другой начинает что-то там чувствовать. Но запомните раз и навсегда, что с шизофреником такой номер не пройдет. Он будет любить только себя.

Могу дать еще одно предостережение. У шизофреника бывает такое болезненное состояние, когда он похож на влюбленного человека. Но при этом у него возникает любовь наоборот. Называется это состояние «бред любовного очарования». Это когда наш герой-любовник начинает не сам испытывать чувство любви, а, наоборот, от другого, ни о чем не подозревающего и вообще никогда в жизни не видевшего этого шизофреника человека. Он становится уверенным, что в него влюбился другой «нормальный» человек. А тот человек живет себе, на работу ходит и в ус не дует и не догадывается о таком знаменательном событии в своей жизни. И вообще не подозревает, что он «влюблен» в постороннего человека. А вот когда такой товарищ шизофреник начинает свое преследование мнимого «влюбленного», вот тогда-то нормальный человек и вкушает прелести шизофренической любви. Оказывается, что шизофреник готов снизойти до вас, так как он уверен, что вы в него «втюрились» по уши. И никакие ваши разубеждения не подействуют, что, мол, я вас первый раз в жизни вижу и отстаньте от меня, пожалуйста. Но не тут-то было. Подкарауливание в подъезде и банальная слежка покажутся вам невинными шалостями по сравнению с теми преследованиями, которые шизофреник может устроить, включившись в переписку с вашим начальством и подавая жалобы во все существующие инстанции, включая прокуратуру и суд, о том, что вы так сильно любите, а виду не подаете. Вот тогда и приходит полное осознание, что такое любовь шизофреника. Но уже, увы, поздно пить боржоми. Приходится довольствоваться валерьяночкой и феназепамом. И самое простое в таком случае — это уехать куда подальше или больного на недобровольное лечение отправить. Хотя есть вероятность, что это не поможет и придется изрядно попотеть, чтобы от вас такой герой-любовник отстал. Ведь пока он не влюбится своей странной любовью наоборот в другой объект вожделения, вам покоя точно не будет. Так что будьте начеку, товарищи мужчины и женщины, любовь штука опасная даже у больных шизофренией.

Как не вступить в брак с шизофреником?

В нашей хорошей стране медицинскую справку от потенциального супруга-супружницы можно требовать только по подозрению в наличии венерического или генетического заболевания, ВИЧ-инфекции, и все. И то если есть на это веские подозрения и моральные основания. А шизофреник ты или нет, органы ЗАГСа этот вопрос не интересует. Вот и решайте тут сами, и проявляйте свободу волеизъявления в полную, так сказать, силу. Вкушайте ягоды демократии большой красивой ложкой. И мучайтесь сами из-за своего выбора прямо до дня развода, как сапер, ошибясь один раз.

Но не будем о грустном. А поговорим о той осторожности, которую брачующиеся должны хоть в малой степени проявить. Давайте начнем с возраста. Всем шизофренологам известно, что шизофрения — это удел молодых. Как правило, если с шестнадцати до двадцати четырех не заболел, то, считай, тебе повезло, пронесло, так сказать. Вообще хорошо теперь тебе будет без шизофрении жить. А вот если невесте или жениху от шестнадцати до двадцати четырех, а вам больше, то тут, как минеру-подрывнику, ошибиться можно один раз. Вот тут-то и надо поднапрячь свои извилины в плане того, а кто родственники, а как с эмоциями и замкнутостью вообще. А то, прямо сказать, обидно было бы попасть в такую историю. Выписавшись из дурдома, так сказать, подлеченный шизофреник имеет товарный вид и на человека похож, и вдруг встречает нормального человека, которому страсть как хочется жениться, почти все равно на ком, главное, чтобы штамп в паспорте и мысль в голове: «Замужем! Хорошо мне теперь». Трах, бац, и через два с половиной месяца свадьба и беременность в придачу. А через полгода получите, пожалуйста, неотъемлемое весеннее-осеннее обостреньице. И вот в итоге муж в дурдоме, а сама с пузом дома на хозяйстве. А потом долгая жизнь моя жестянка с ребеночком и мужем-шизофреником. Обидно как-то за нормального человека тут становится. И думаешь, что справочка-то от врача могла бы пригодиться перед подачей заявления в ЗАГС.

«И что же делать? — спросите вы. — Как не вляпаться? Как уберечься от грозных жизненных ситуаций?» Отвечу вам так.

Решение должно приниматься на уровне головы, а не на уровне сердца. Это, пожалуй, единственный правильный способ, который можно посоветовать в данной ситуации. Потому что больные товарищи шизофреники жестоки. И не пощадят в дальнейшем ни вас, ни себя, ни свое потомство. Несомненно, обидно рушить чувства, если, конечно, они имеются, но ничего не поделаешь. Кстати, решение нужно принимать не позднее пятой встречи с потенциальной второй половинкой. Это самое такое выгодное состояние отношений между мужчиной и женщиной, когда еще не успевает вспыхнуть любовь до такой степени, при которой уже срывает крышу и хочется окунуться в омут с головой. За эти пять встреч нужно определить, подходит вам этот человек или не подходит. Совместимы вы с ним для жизни или несовместимы. При этом очень важно понять, есть ли между вами самая главная совместимость — биологическая. А проверить тут проще простого. Обратите внимание на то, что вас раздражает в вашем партнере. Начните с запаха. Ведь он будет исходить от тела вашей потенциальной второй половинки всю жизнь. И если, понюхав на встрече запах вашего человека, у вас внизу живота ничего не зашевелилось, то шанс на биологическую совместимость минимален. А если вам не нравится запах другого человека, то это абсолютный признак несовместимости. Потому что в дальнейшем он станет вас раздражать и вы не сможете вместе находиться. Кстати, от больных шизофренией исходит определенно характерный запах, который можно научиться опознавать. Еще одним признаком биологической совместимости является то, как вы будете относиться к тому, как происходит прием пищи. То есть будете вы раздражаться при виде того, как партнер ваш жует, чавкает, прихлюпывает, гремит ложкой или вилкой, правильно ли, на ваш взгляд, держит столовые приборы, кладет ли локти на стол и тому подобное. И если вы раздражаетесь при этом, подмечаете и начинаете это терпеть, то биологической совместимостью не пахнет вовсе. Помимо биологической совместимости существует еще психологическая, духовная и социальная. Но об этих видах совместимостей между мужчинами и женщинами мы сейчас говорить не будем. А кто заинтересовался, может почитать про них в книге Жовнерчука В.Л.

За эти пять встреч нужно на время превратиться и в психолога, и во врача, и в умудренного жизненным опытом старца, и в профессиональную сваху-сводницу. И решение принять правильное, и кандидата раскусить, и по полочкам разложить, и определить, подходит или нет, болен или здоров.

А как определится, так и сделать правильный выбор и зажить счастливо и долго! С ним или без него.

Но порою бывает так, что, однажды придя на свидание, вы поймете, что ухажер не ваш типаж, и вы несовместимы вовсе, и что он вас не устраивает. И тогда вы, сказав ему надменно адью, попытаетесь спокойненько уйти из ресторана или кафешки, куда вас мило пригласили и вы условились там встретиться и обменяться впечатлениями. Но не тут-то было, и вы начинаете истекать кровью от раны, нанесенной стрелой Амура, точно попавшей в левый желудочек вашего сердца. И все, баста, карапузики, встаем, приплыли! И как вы дальше ни хотели бы забыть эксцентричного чудака, вам это совсем не удается. А наоборот. Вы по ночам думаете о нем, размышляете. Пытаетесь оправдать его поступки и мысли. В конце концов в вашем воображении он становится не таким уж плохим и почти что уж принц на белом коне, хотя конь-то у него серый. И вы, подняв высоко руку, резко опускаете ее и говорите: ну и черт с ним, с этим пальто. И идете на вторую встречу, чтобы разобраться в своих чувствах к нему и разубедить себя в том, что первое впечатление ошибочно. И на второй встрече, вполне разочаровавшись в нем окончательно и разбив в пух и прах его кандидатуру в качестве второй половинки, опять встаете, говоря надменно адью, и решительным шагом стремитесь к выходу. И когда захлопнется зловещая дверь кафе-ресторана, вы как будто спотыкаетесь об невидимую ступеньку и, почти упав, пытаетесь удержать равновесие, как вдруг отмечаете неумолимо жгучую боль в области правого желудочка вашего сердца, куда точно в цель попала стрела мило улыбающегося Амурчика. И так начинает происходить каждый раз после таких встреч с этим ничем не примечательным чудаком, пока ваше сердце не будет, как у ежика колючая шкура с торчащими иголками, утыкано стрелами беспощадного ангела любви, или до тех пор, пока не кончатся стрелы у упомянутого выше улыбающегося мальчугана с крыльями за спиной. И тогда все, пиши пропало, никуда не денетесь, влюбитесь и женитесь. Как говорится, любовь зла, полюбишь и…

Но давайте не будем так сильно пугать юных и не очень поклонников и поклонниц. Попробуем разобраться, почему так происходит. Такой сценарий событий может произойти с людьми, в чертах характера которых прослеживаются нотки повышенной эмоциональности и, так скажем, недостаточной взрослости. И таких людей, к сожалению или к счастью для больных, много, и страдают они от своей влюбчивости к кому ни попадя.

Но как же уберечься в таком случае от брака с больным шизофренией, если даже одна ничем не примечательная встреча может вскружить голову и гипнотическим образом увести в органы регистрации гражданского состояния. Ведь тут-то налицо факт возникновения биологической совместимости. И запах больного будет для нашей впечатлительной жертвы уже феромоном. Который как наркотик будет манить и манить к себе. Здесь я вам скажу следующее. Если человек осознает свою особенность и способность легко влюбляться и что голова у него при этом отключается, то следовать нужно такой инструкции. Прежде чем встретиться с потенциальным ухажером, нужно к нему на встречу послать какого-либо разведчика, в виде подруги или друга, а лучше всего маму или папу, на худой конец, брат с сестрой подойдут. И тогда, вооруженный специальными знаниями в области психиатрии, ваш засланец поможет вывести на чистую воду товарища, находящегося в области наблюдения местной психиатрической лечебницы. Тогда вы не попадете в химическую зависимость от феромонов больного шизофренией. Но есть опасность, что ваш помощник может подвергнуться опасности, если больной окажется буйным и захочет сотворить что-нибудь нелицеприятное. Или сам в химическую зависимость попадет. А есть еще и другой подвох. Вот если на встрече окажется хороший и здоровый человек, а ваша подруга, засланная на разведку, не сможет перед ним устоять. Возьмет и отобьет его у вас, даже не подпустив ни на шаг к вашему телу, или того пуще, соврет вам. Мол, больной он, и все, не дружи с ним. А сама тайком встречаться будет и потом поженится на вашем потенциальном счастье. Обидно будет. Вот тут-то думать и гадать надо. И не знаешь, где найдешь, а где потеряешь.

Какие родятся дети от шизофреника?

Осинка не родит апельсинки. Это должен знать каждый натуралист. А вот с больными шизофренией и их детьми вопрос обстоит куда сложнее.

Положение о том, что у больного рождается только больной, неверно. История знает много фактов, когда от вполне конкретных больных на голову людей рождались одаренные, гениальные личности. Это, кстати, подтверждает теорию шизофреноэволюции — эволюционного развития человека, когда он в процессе эволюции и своего развития заболевает шизофренией, а в генах это продвижение передается его детям. Поэтому все-таки болезнь, хочешь или не хочешь, передается по наследству. А бывает, что и нет. Но чаще всего передается. При этом гениальных и талантливых от больных шизофренией рождается больше, чем от здоровых. Это факт! От нормальных людей очень-очень редко рождаются гениальные и талантливые. Как ни прискорбно звучит следующая фраза, но гениальные люди даже, наверное, вообще не рождаются от здоровых, только талантливые рождаются от обычных людей. И то талант будет, наверное, зависеть от выраженности «заскоков», обнаруживаемых у человека.

Обидный факт заключается в том, что в первый год жизни дети от больных шизофренией умирают чаще, чем дети, рожденные от нормальных. Но зато дети, которые потом остаются жить, превышают по уровню интеллекта детей, родившихся от здоровых людей. Выходит такая ситуация: вроде бы ребенок от больного шизофренией умненький такой, но, в отличие от других, все-таки странненький. Отличается, в общем, от других. Либо в хорошую сторону — вдруг как попрет гениальность через край. Либо в плохую — становится безвольным, замыкается, попадает в плохую компанию и вовсю проявляет там свою эмоциональную холодность и жестокость, доставшуюся от родителей.

Очень часто бывает, что у детей, рожденных в семье, где родители страдают шизофренией, это заболевание не развивается. А развивается другая психическая патология. Например, маниакальность или депрессия, что тоже, в общем-то, нехорошо для человека. Бывает, что такие дети, когда вырастут, болеют алкоголизмом или наркоманией. А бывает, и попросту психопатическими личностями становятся. То есть если родители больны шизофренией, то не обязательно дети унаследуют это заболевание. Ведь если смотреть на шизофрению не как на психическую болезнь, а как на этап эволюционного развития человека, то факт рождения детей с другой патологией будет объясним так. Если новый возникший признак не закрепляется в эволюционном плане, то он и не передается по наследству. Так что если шизофрения не передалась по наследству, то прервался эволюционный процесс, который возник спонтанно в отдельно взятой человеческой голове. Наряду с генетическими особенностями, в дальнейшем поведение детей, рожденных от больных родителей, зависит и от социальных факторов.

Так как все люди разные по уровню культуры и воспитанию, то в семьях растут и формируются новые члены общества, копирующие поведение и повадки своих родителей. В семьях шизофреников, если ребенок здоровый, этого не происходит. Здоровые дети в семье шизофреников быстро понимают, где болезнь у родителей, а где нормальное отношение. Этому учит общество, когда они из своей семьи пытаются вынести необычные повадки, формирующиеся под воздействием больных родителей. В обществе, а точнее, среди сверстников, таких детей быстро высмеивают, и они замыкаются и начинают сравнивать, какие отношения в основном преобладают в других семьях, где царит душевная теплота и эмоциональное сочувствие. Их начинает тянуть к другим, им интереснее с более взрослыми, чем со сверстниками, вследствие чего они часто становятся жертвами педофилов, а дома они с неохотой проводят время, особенно при плохом к ним отношении со стороны родителей-шизофреников.

Только один нюанс: дети сначала должны подрасти до возраста осознавания своего «я», когда они становятся рассудительными и немножко со стороны похожими на взрослых.

Подводя некоторый итог сказанному, попробую сообщить следующее. Не надо сразу ставить крест на ребенке, если вы узнали, что родители у него — шизофреники. Ведь ребенок может быть талантливым или гениальным. И это может проявиться в любом возрасте. Нужно только вовремя увидеть его необычайные способности и помочь ему создать условия для их развития. При этом если с началом развития необычайных талантов совпадает развитие болезни, доставшейся по наследству от родителей, то надо еще глубоко подумать, начинать ли лечение, которое может с устранением болезненных проявлений загубить развитие таланта на корню. Но не будем забегать вперед, а поговорим об этом вопросе — лечить или не лечить — в соответствующей главе нашей книги.

Возвращаясь к вопросу о детях, коим передалась по наследству шизофрения, или к детям, у которых начался этот неостановимый болезненный процесс в голове, хотелось бы рассказать об одном интересном случае: жили-были родители одной девочки. И была у них хорошая дочь. Когда ей исполнилось лет четырнадцать, начала она замыкаться в себе и вести себя странно. Изменилась в поведении, перестала выходить на улицу и общаться с друзьями. Но наряду с этим у нее проснулась способность писать удивительно интересные рассказы в стиле фэнтези. И так эти рассказы стали всем нравиться, что даже один послали на конкурс молодых писателей, и там он занял призовое место. И так сказать, способность писать интересные рассказы стала идти рука об руку с развитием странностей в поведении и характере этой девочки. И чем больше в ней раскрывался талант, тем больше в ней появлялись признаки психического неблагополучия. В общем, она заболевала шизофренией. И у родителей, сводивших девочку на прием к психиатру, встал очень тяжелый вопрос. Что делать? Либо лечить и загубить проклюнувшийся талант. Либо оставить талант и дать развиться страшной патологии, как шизофрения. Долго думали и гадали они, так и не смогли принять какое-либо твердое решение. И пока они думали, девочку посетил потусторонний голос, который заставил ее выпрыгнуть из окна. Девочка послушалась этого голоса и разбилась насмерть, после этого у родителей на всю жизнь осталось угрызение совести за свои долгие раздумья.

А вот еще один случай из детства одного мальчика. Рос как-то один маленький мальчик. Был он послушным, тихим и очень усидчивым. А еще у него была одна уникальная способность хорошо запоминать все, что он прочитал, или увидел, или услышал. И все это у него так ловко получалось, что к началу школы он мог свободно писать и читать. А еще знал наизусть несколько томиков литературных произведений и стихов: стоило лишь один раз прочитать или увидеть, как он сразу же это запоминал на всю жизнь. И пошел он в обычную общеобразовательную школу. Оценив эти способности, педагоги решили, что мальчик достоин большего. Стали после уроков ему давать дополнительные задания. И стал он перескакивать из одного класса в другой. И за пять лет освоил всю школьную программу, даже встал вопрос о поступлении его в институт. Родители просто не могли нарадоваться сыном, вундеркиндом, и учителя ощущали какую-то гордость за причастность к развитию таланта. И все бы было бы ничего, но заболел мальчик в тринадцать лет шизофренией, перестал интересоваться учебой и вообще чем-либо. И стал он лежать у себя в комнате на кровати, отвернувшись лицом к стене, и думать о чем-то своем, о чем никогда никому не рассказывал. Так и пролежал он на этой кровати до старости. После того как его родители состарились и умерли, его поместили в интернат для хронических душевнобольных, где он продолжил лежать, отвернувшись лицом к стене, и умер в глубокой старости.

Глава 5

Успех шизофреника

Добиваются ли шизофреники успеха в жизни?

Один великий человек сказал, что успех — это трудолюбие, помноженное на талант. И он где-то прав в своем незатейливом выражении. Ведь если разобраться в людях, которые достигли успеха, то выходит, что они все трудолюбивые и даже порой местами талантливые. Если, конечно, успех не грянул неожиданно и не свалился на голову как манна небесная.

Иногда бывает, что человек и трудолюбивый, и талантливый даже, а успеха как не было, так и нет, да еще вдобавок и не предвидится. В чем же дело? Может, в шизофрении дело? А может, и нет, ведь успех не всегда сопровождает людей, которые потенциально подходят на заявленную кандидатуру успешного человека.

Успех человека можно еще сравнить в какой-то мере с определенным везением. Ведь на долю случая всегда выпадает большой процент того, что мы в своей жизни обозначаем как успех. Бывает же, что вроде пашешь как вол и трудолюбие и знания применяешь при этом. А в итоге никто этого не замечает, никому это не нужно, и ни успеха, ни самоудовлетворения от проделанных титанических усилий.

А бывает так. Какой-то там ловелас, баловень судьбы что-то к месту сделает или скажет. И как попадет в струю свежего фарта, что аж дух захватывает. И вроде начнешь сравнивать с собой, и преимуществ у него никаких нет, только недостатки, даже шизофренией издалека попахивает, а успех есть. Да еще какой! Ни с того ни с сего вдруг Нобелевскую премию получает и в разные академики помимо его воли начинают записывать. И каждый специалист в его области считает за счастье с ним поздороваться и чаю попить на досуге. Вот потом сидишь, думаешь и завидуешь, что у кого-то шизофрения и успех, а у тебя психическое здоровье и холодильник старый на кухне.

Так что успех не зависит от того, нормальный ты или шизофреник. А зависит от того, попала ли в тебя искорка удачного стечения обстоятельств и оказался ли ты в нужное время в нужном месте.

Вот один удачливый шизофреник занимался своим любимым занятием — математикой. И жил себе, жил так просто, незатейливо. И в один прекрасный погожий денек сделал он невзначай открытие в своей области. И даже опубликовал его. И получил мировое признание. И стали ему все завидовать. Его успеху. А он этот успех никак на людях не показывал и продолжал себе свою жизнь затворническую, упуская всевозможные шансы покрасоваться на экранах телевизоров и денежных премий всяких получить в придачу. И удивились тут люди нормальные вокруг тому, что он такой странный. И поняли, что больной он на голову. Но простили ему все за его гениальность и трогать и донимать своими вопросами перестали.

Вот и выходит, что успех успеху рознь. У здорового человека успех один. Он ему дает какие-либо земные блага, а вот успех у шизофреника — это, получается, побочный продукт его гениальности.

Если серьезно поговорить на тему успеха больных шизофренией, то необходимо отметить, что некоторые из них на время добиваются успеха. Почему на время? — можете задать резонный вопрос. А потому, что у них мышление особенное и им тяжелее ориентироваться в простых вещах. Ведь успех к ним приходит внезапно. Они долго и плодотворно его не добиваются. Это, можно сказать, побочный продукт их неординарного психического состояния. То есть продукт их странностей и всяческих особенностей. Ведь их необычность в суждениях и мышлении рождает что-то новое. И это новое становится ядром кристаллизации успеха. Но, как известно, успех надо поддерживать, а они, к сожалению, этого делать не умеют. Так как им трудно вычленить главное, им нужен, так сказать, психологический костыль. Или, как на Западе, коучер, по-нашему — тренер. Который смог бы направить в нужное русло мысли больного. И правильно применить свои достижения или открытия.

Например, как часто бывает. Открылся «дар» у больного. И стал он предсказывать будущее и гадать по ауре. А заодно и энергетические хвосты отрубать по сдельной цене. И вроде становится он на какое-то время успешным. И так длится месяц или два. И привыкает он к такому состоянию, что, само собой, люди идут к нему энергетические хвосты обрубать и как само собой разумеющееся деньги приносят и хорошую славу о нем разносят. А потом бац, провал. Никто не идет и деньги, к которым он уже привык, не несет. И не может он понять, что в каждом бизнесе, как и в «шарлатанно-болезненно-волшебном», наступает на определенном этапе спад. И что нужно тут какие-то маркетинговые, а по-простому, хитрые методы применить, чтобы бизнес опять расцвел и хвостатые опять пришли бы на обрезание.

Бывает же, что в любом коммерческом деле, будь то торговля или производство всем нужных презервативов, наступает некоторый спад. Который обусловлен либо низкой сезонной покупательской активностью, либо какими еще причинами, например: резиновое сырье не завезли, на границе таможня забраковала партию и теперь жди три-четыре месяца. Нормальный бизнесмен всегда ориентируется на так называемое время раскрутки и готов год-два дать ему развиваться. А вот у больного такой расклад в голове не укладывается. Ведь у него все просто: есть «дар», так давайте рубить хвосты, и баста. А если никто не приходит на обрезание, то тогда сворачиваем энергетическую операционную и забываем об этом. Но! Если бы он потерпел какое время, подождал или придумал какой ход по продвижению своего хирургического дела, например устроил акцию: обрезаем два энергетических хвоста по цене одного или к обрезанию очистка кармы в подарок, то худо-бедно успех этого мероприятия продолжался бы. И сам больной был бы успешным и уважаемым в своих профессиональных кругах, магов и экстрасенсов.

Помимо отсутствия так называемой коммерческой жилки, больные еще и всякие номера выкидывают. Что мешает их успеху, и вообще карьере. Например: будучи на пике своей специфической славы, начинают на всю страну делать сенсационные заявления, типа «я властелин мира», «давайте мне ваши денежки в мою гениальную финансовую пирамиду» или «я за умеренную плату воскрешу ваших родственников или любимую собачку». Или еще чего такого удумают, что у людей начинают к ним вырабатываться плохие эмоции. И хочется в такое чудо запустить яйцом, да потухлее, в крайнем случае помидором помягче, чтобы смачно размазался при удачном попадании в физиономию наглеца.

А ведь сидел бы потихоньку, хвосты рубил и был бы в почете. А то славы всем подавай, да побольше. А испытание славой здоровому человеку трудно осилить, заболевает он при этом звездной болезнью. А тут, извините меня, психически больной человек. В общем, так! Чтобы успех у больного был, к нему нужно приставлять специально обученного человека. Коих сейчас в разных пиар-компаниях встречается многое количество. И тогда неординарные достижения больного могут способствовать продвижению его успеха. Вот тогда от больных польза будет. А вреда будет меньше. Так как неутолимая энергия больных будет преобразовываться в созидание новых полезных и попросту интересных вещей для людей. И не будут расходоваться силы больных на развитие болезни и всяких сопутствующих ей плохих вещей.

И все было бы так просто, если б успех больных зависел только от помощника с тренирующим психологическим костылем. А ведь не все так просто. Больной — он на то и больной, что у него болезнь такая, особенная. И как любая болезнь, может она, во-первых, пройти сама собой, во-вторых, ее можно лечить. В первом случае когда болезнь отступает, то вместе с ней и «дар» куда-то девается. И чем, можно сказать, больнее человек, тем более выражены у него признаки болезни, голоса там интересные в голове, предсказывающие погоду и индекс Доу — Джонса, то тем и успех в его волшебном деле тоже прямо пропорционален его болезни. И когда болезнь отступает вместе с голосами в голове, то тогда и «дар» проходит, а вместе с ним и успех. Во втором же случае, когда врачи с полицией изловят такого успешного больного и поместят его в психбольницу на принудительное лечение по суду за мошенничество и начнут там ему волшебные витамины для головы давать внутрипопочно — вот тогда тоже «дар» больного скукоживается и растворяется в сигаретном дыме, вместе с бредом и галлюцинациями.

И тогда для поддержания успеха остается придумывать и врать. И уже становится бессовестным шарлатаном, который сознательно обманывает честных граждан. И обогащается нечестным образом. Но наш успешный больной не такого сорта. И такими делами ему совесть не позволяет заниматься. И тогда жди, когда выпустят из психушки, когда начнется весенне-осеннее обострение. И вот тогда с долгожданными галлюцинациями и бредом возвратится утраченный «дар». И тогда привет денежки и приятная работа энергетического мясника.

Можно ли принимать на работу шизофреника?

«Что главное в работе?» — спросите вы. А я вам отвечу: как ни странно, в работе главное — это хорошо работать. А может ли больной шизофренией хорошо работать? И здесь я вам отвечу, что может. Но с одной поправочкой. Больного работника нужно рассматривать как однобокого сотрудника. Или, так сказать, узкого специалиста, и не более того. Да еще и ленивого в придачу, если работа не касается его болезненных переживаний и не входит в структуру его бреда.

Еще один важный момент. Прежде чем взять больного на работу, надо знать, что все они делятся по способности работать на «продуктивных» и «непродуктивных». «Что это такое?» — спросите вы. А вот что. Это зависит от мышления, которое у них весьма своеобразное и даже больное. Мысли формируются совсем иначе, чем у других людей. И вот в зависимости от степени нарушения мышления и будут больные разделяться на потенциальных работников и неработников. Как это определить без миелофона, который помог бы нам прочитать мысли и определить, у кого бред махровый в голове гнездится, а у кого так, немножко мысли разнопланово текут, а способность к общему осмыслению остается, нам, конечно, сложно. Конечно, с миелофоном куда было бы приятней. Поставил его напротив и слушай, как он миром мысленно управляет и убить вас хочет за то, что в вас вселился инопланетянин. И такому от ворот поворот. А тому, кто про вашу работу нейтрально думает, тому все перспективы и одобрение.

Чего можно ожидать от больного на работе? А вот чего.

В отличие от нормальных людей, при выполнении своей работы он не очень-то будет отвлекаться на всякие посторонние дела, так как его мышление отстоит отдельно от других его психических функций и работает как бы автономно. То есть он будет занят чем-то одним. И при этом он не испытывает каких-либо эмоций и не отвлекается на общение с сослуживцами, ему это неинтересно. Не интересно ему будет, кто как живет, он не сможет посочувствовать, и вообще в обществе ему не очень комфортно, когда вокруг есть люди. Ему бы одному сидеть, чтобы его никто не отвлекал и не лез в его нежный внутренний мир. А то влезут без спроса, потопчут там все клумбы с цветками и уйдут, не закрыв за собой дверь. А одному хорошо работать! Поработал часик, а потом полчасика миром или галактикой поуправлял мысленно, отвлекся, так и отдохнул. Ну, а потом опять за работу. Вот таких «продуктивных» и надо брать на работу. Потому что гениальность, она проявляется в узкой области, и нет тут места на отвлечения на что-нибудь другое. Хотя вы можете возразить и сказать: талантливый человек талантлив во всем.

Здесь я вам буду сильно возражать. Так как талант, как и его гениальность, как правило, проявляется в какой-то одной области. Просто гениальность — это крайняя выраженность таланта. И если посмотреть на этот вопрос как бы анатомически, то можно отметить следующий факт. Область мозга, отвечающая за гениальность и талант, при своей жизнедеятельности будет как бы обкрадывать остальные части, стоящие возле нее, забирая на себя все питание за счет снижения снабжения других отделов. Это как если взять пять человек одинакового веса и дать им на полгода определенное количество еды. И захотеть, чтобы один из них был сильнее, и ему давать большее количество еды. А остальным еды давать одинаково, но по сравнению с тем сильным определенно меньше. То есть если надо кому-то дать больше, то у всех других это нужно понемногу отобрать.

Вот и выходит, что гениальным нельзя быть во всех областях, а можно быть только в одной. А как мы помним, гениальный человек — это наш любимый больной. И тут-то мы его цап-царап и на работу возьмем, чтобы его талантом воспользоваться. И выжать из него таланта его несметного, да побольше, на благо работы, на которую он устроился.

Несомненно, выиграет тот работодатель, у которого деятельность его предприятия связана с развитием творческой деятельности или принятия нестандартного решения. Ведь у больных в силу их индивидуальных особенностей придумать что-то новое не составит большого труда. Например, это пригодится для рекламных кампаний, которые не знают, как удивить своего покупателя. Или в сфере оказания услуг развлечения. Когда все уже приелось и, например, хочется чего-то очень остренького. Например: играть свадьбу под водой придумали точно наши глубокоуважаемые больные. Или эксклюзивный отдых для олигархов в виде рабочего или домработницы за границей. Тоже попахивает вычурностью. Хотя такой яркий подход может привлекать личности с определенно выраженными истерическими чертами. Конечно, на этом круг экстравагантных путешествий может и не остановиться, и проституткой светской львице помогут устроиться. Но всему должен быть предел. И останавливать в воображении больные мысли — это задача здоровых нанимателей рабочего персонала.

Да, конечно, не надо забывать, что при приеме на работу нужно ознакомиться с мировоззрением больного и его переживаниями. А то потом хлопот не оберешься, заставит коммунизм строить в отдельно взятой компании, и баста. Так вот, чтобы избежать захвата заложников и провозглашения свободной республики в вашем офисе, будьте внимательны и бдительны, если хотите рискнуть и взять на работу больного шизофренией.

Хоть это и опасная затея — брать на работу больных, но бывает лучше один раз рискнуть и, так сказать, пойти ва-банк. И тогда можно получить новые творческие направления, рисование телом и ужин во тьме будут отдыхать по сравнению с придуманными остросюжетными занятиями, которые доселе были неизвестны человечеству. Главное не мешать им воплощать задуманное, и тогда их болезненный напор в реализации творческих задумок поможет вам обогатиться не только новыми познаниями в отдельно взятом творчестве, но и сорвать приличный денежный куш.

Еще один важный момент есть в больных. Они устойчивы к стрессу. То есть они такие эмоциональные пофигисты, что, если все вокруг будет рушиться и толпа в панике будет погибать в давке, они преспокойненько соберут свои вещички и, подождав, когда в толпе появится возможность для беспрепятственного проникновения в безопасную зону, прошмыгнут туда. И не будут поддаваться броуновскому движению эмоционально охваченной кучи людей. Так что такие стрессоустойчивые люди преспокойненько могут наниматься санитарами в морги и выполнять еще какую-либо работу, при упоминании которой обычный человек упадет в обморок.

Может ли шизофреник быть счастливым?

Что такое счастье и с чем его едят? Для каждого счастье определяется по-разному. «А как для больного?» — спросите вы. И у него, родимого, тоже счастье индивидуальное. Это как в поговорке: что русскому хорошо, то немцу смерть. Вот так и с душевнобольными. Счастье нормального человека ему не подходит. Как и счастье больного покажется здоровому смертельно мучительной забавой из царства Люцифера.

Чтобы понять, что такое счастье для больного шизофренией, давайте попробуем разобраться, что такое счастье для нормального человека. Если опустить индивидуальные предпочтения людей (ну там, одному нравится жить в городе, а другому, например, за городом в своем доме), то счастье можно определить как спокойную жизнь с преобладанием положительных эмоций над отрицательными.

Вот и у больных так же. Им тоже приятно испытывать положительные эмоции. Вы не подумайте, что шизофреники — это изверги какие-то, которые только от гадостей чувствуют себя хорошо. Нет. Это совсем не так. Они тоже любят, когда к ним хорошо относятся. Только вот реагируют совсем неправильно на это. Но это не означает, что, плюнув вам в лицо, он не станет на следующий день ожидать от вас приветливого обращения и конфетку в придачу.

Так что шизофреники тоже хотят жить спокойно и счастливо. И счастье у них своеобразное, а точнее, шизофреническое. Только они, бедненькие, не могут понять, что от их счастья другим только горе и страдания.

Например. Одна добрая, позитивная и очень странная шизофреничка любила человеческое одиночество и кошек. И страсть как любила их. Можно сказать, души в них не чаяла. И испытывала от этих кошек и котов щенячий восторг и удовольствие. А еще кошки с ней мысленно общались и говорили ей, какая она прекрасная и самая лучшая в мире и во вселенной тоже. Вот такое хобби у нее было. Собирала бездомных кошачьих питомцев и в свою квартиру тащила без разбору. Ведь чем больше кошек, тем больше признания. Так сказать, кошачьей славы, от которой, как вы уже догадались, восторг и умиление по полной.

Только вот из-за нарушения мышления и отсутствия осознания, какие чудесные последствия могут быть от заселения в одну квартиру многоэтажки пятидесяти пяти кошек одновременно, она и приносила определенные неудобства соседям. Неудобства — это слабо сказано. Во-первых, господа из семейства кошачьих вели бурный, так сказать, здоровый, в отличие от хозяйки, образ жизни. Они, не стесняясь никого, громко разговаривали на своем кошачьем языке. Не подозревая, что ночь на дворе и другие хотят немного поспать и отдохнуть от трудовых будней. Рев этот, как себе нетрудно представить, продолжался круглосуточно, так как одни коты и кошки спали, пока другие общались, а потом они менялись местами, и круглосуточное милое мяу-общение продолжалось. Но звуки — это полбеды. Вторая неотъемлемая половина, сопутствующая счастью одной милой котолюбивой шизофренички, — это, пардоньте за выражение, вонь-с! Да, извините меня еще раз, вонь-то такая отборная, с язвительной аллергией, развивающейся при вдыхании отрицательно-«ароматных» паров жизнедеятельности кошек. Вот и представьте сопутствующие, так сказать, неудобства шизофренического счастья. Можно сказать: ну что вам безобидный человек сделал, ведь не убил никого. Можно и с этим согласиться. Главное, чтоб счастлив был!

Вот и не позавидуешь тут ни счастью больного, ни тем, кто рядом с этим счастьем проживает.

Конечно, крайние варианты счастья, основанные на бреде и голосах, которые поселились в голове, маловероятны. Так как болезнь счастья не приносит. Потому что в ней есть болезненные переживания. А они, эти переживания, всегда окрашены в знак минус. Ведь как ни крути, боль никогда не будет вызывать положительных эмоций. Так ведь и в нашем случае. Душевнобольные переживают муки от своей болезни. И счастливыми они будут только тогда, когда болезнь отпускает, когда нет видений и бреда. Потому что они неприятны, как ни казалось бы со стороны заманчивым испытать такие переживания. И если болезнь успокаивается на какое-то время, которое может длиться день или десятилетие, то тогда больной остается наедине с собственным «я». Вот это самое «я» и определяет критерии счастья для конкретного больного. Конечно, у каждого будут свои предпочтения. И даже может сложиться впечатление, что у каждого должно быть свое счастье. Но я вам помогу понять, что есть вполне конкретное, общее для всех больных шизофренией состояние, когда, попав в него, они все с большей вероятностью будут счастливыми.

Так как же всех больных сделать счастливыми? А вот как. Во-первых, нужно учитывать то обстоятельство, которое всех больных шизофренией объединяет. То есть чем они будут похожи друг на друга. И что нужно учитывать, если вы хотите, чтобы все больные стали одинаково испытывать комфорт.

Этим объединяющим признаком будет наличие у всех больных своего богатого своеобразного внутреннего, никому не понятного мира. То есть то, что заставляет больных замыкаться и уединяться. И при этом если он в своем мире, то ему, впрочем, ничего по большому счету не надо. Все окружающее меркнет по сравнению с богатым устройством своего внутреннего мира. И, погружаясь в себя, в свои грезы, он может интересно путешествовать куда захочет. Его фантазия не ограничивается ничем. Его неповторимая индивидуальность позволяет ему творить новые открытия внутри себя. И от этого он будет переживать положительные эмоции. Но какие-то мирские проблемы, которые заставляют его выходить наружу, такие, например, как еда, отправление нужды и еще, не дай бог, работа с семьей, его так расстраивают, что заставляют мучиться и влачить какой-то минимальный образ существования. А вот если бы создать ему условия для пребывания постоянно в своем внутреннем мире, наполненном своеобразной красотой, то большего счастья он не смог бы себе и представить. Конечно, это напоминает сюжет всем известного фантастического мира, когда реальность была представлена искусственной матрицей, в которой происходили интересные активные события, а по-настоящему люди лежали подсоединенные к глобальной компьютерной сети и были попросту обездвиженными биологическими объектами.

Вот такими обездвиженными объектами и хотели бы быть больные, уходя глубоко в себя и переживая свои никому не понятные образы, представления и ожидания. Конечно, идеал труднодостижим, но по минимуму можно было бы представить счастье больного шизофренией так. Одинокий дом, стоящий глубоко в лесу, куда не ходят праздные гуляки и не отвлекают своими мирскими забавами. В доме по максимуму хотелось бы видеть автоматизированный быт. Когда не надо задумываться, что приготовить, как постирать, где взять тепло для обогрева помещений и т. п., где человек мог бы быть связан с внешним миром только своей работой, которую он бы делал на дому, обладая большим творческим потенциалом. Конечно, иногда ему бы хотелось чисто из любопытства посетить внешний мир, чтобы потешить свое эго. И получить признание от общества за проделанную свою работу. Но только не надолго, потом опять вернуться в свою берлогу и погрузиться внутрь себя, чтобы никто не тревожил и не беспокоил по пустякам, связанным с внешним миром.

Глава 6

Свободу шизофреникам или нет

Надо ли лечить шизофреника?

Если сравнить настоящее и будущее, то можно отметить, что гениальных людей становится меньше. Как это — меньше? Мы что, деградируем потихоньку? А как же научно-технический прогресс с компьютерными играми и телевизионными лохотронами? Ведь прогресс-то человеческой цивилизации налицо. И эволюцию не остановить, ведь шизофреников становится больше. Так куда деваются гениальные люди? Где они?

Ответ на этот вопрос сейчас будет дан. Со своей причудливой гениальной особенностью, присущей этой замечательной книге.

Начнем издалека. Есть такая классификация лжи. Есть простая ложь, есть наглая ложь, а есть статистика. Так вот, эта статистика говорит, что шизофреников становится больше и больше. А отчего же это так? А оттого, что медицина не стоит на месте и высоко эволюционировавшие психиатры стали лучше распознавать шизофрению. Раньше они в дурдом только буйных отправляли, а сейчас и до тихих добрались шизофреников. Вот и получается, что раньше шизофреник маскировался под нормального человека с причудами, а теперь его раз! — и раскусили добрые психиатры и на учет поставили заодно, чтобы жизнь малиной не казалась.

«А где же гениальные? — спросите вы. — Куда они подевались? Где наши лучшие шизофренически эволюционировавшие умы?» А вот где.

Если врач-психиатр поставил человеку диагноз «шизофрения», так скажем, в юности или еще раньше, то он, как порядочный человек, должен и лечение назначить ему по полной. Ну, знаете там, в овощ превратить или еще во что для, так сказать, «научения» передвижению по стенке. Чтоб в сторону не повело. Так вот, при назначении этого волшебного лечения вдруг шизофрения возьми и пройди. И через пару каких-то лет лечения шизофреник на человека становится похож. И даже в брак может вступить и нарожать себе подобных.

Но при этом лечении происходит одна удивительная вещь. С шизофренией на фоне лечения куда-то улетучивается эволюционная способность к развитию гениальности и прочих там талантов. Вот такая неприятная штука происходит. Так сказать, в широком смысле обрыв развития гениальных людей. В общем, губят гениев психиатры на корню. Без зазрения совести и в полном, я надеюсь, неведении.

Ведь, например, Эйнштейн по физике в школе был двоечником. А потом гением в той же области, с которой в детстве еле справлялся. А если бы стали лечить, то, увы, не придумал бы он своей гениальной теории относительности. Вот с психиатрами в детстве ему повезло. Тогда еще таких лекарств не было, которые сейчас направо и налево применяются.

А вот Ван Гог до конца жизни не умел считать. И ему тоже повезло не попасть в лапы врачей из дурдома. И талант не был загублен на корню.

Вот здесь вы и скажете: долой психиатров и дурдомы, да здравствует антипсихиатрия! Руки прочь от шизофреников! Шизофрению в массы! Даешь эволюцию в виде шизофренического процесса в каждую голову!

И если принять такое популярное решение, основанное на подобном лозунге, то может получиться повторение опыта Бедлама.

Как ни странно, в истории человечества уже были попытки отменить всякое лечение и изоляцию шизофреников. Одним из ярких примеров этого безобразия нам послужит история, связанная с простым тихим английским городком под названием Бедлам, который впоследствии стал частью большого Лондона. Да-да, тем самым, имя которого у нас на слуху, но в нарицательном смысле. Каждый знает, что синонимом слова «бардак» является слово «бедлам».

Ну ладно, начнем повествование о городе Бедламе.

Была в этом тихом уютном маленьком городишке предместья Лондона простая больница. И решили в те давние времена достопочтеннейшие, окрыленные гуманизмом умы в виде людей, которые принимают ответственные решения, сделать большое добро всем, а в частности шизофреникам. И решили они этих самых шизофреников не наказывать и не убивать, а помещать в одно место. А именно в эту больницу города Бедлама. Там они в принципе тоже содержались как в тюрьме. А в выходные и праздничные дни там, как в зоопарке, продавались билеты с экскурсией по темным готическим закоулкам этой страшной больницы, где показывали умалишенных буйных шизофреников, скованных цепями и избиваемых за провинности так, что было слышно у стен рядом стоящего Тауэра.

Продолжая тему гуманизма при лечении шизофреников, надо сделать отступление и рассказать об одном замечательном человеке, так много сделавшем для шизофреников. Речь пойдет о Пинеле.

В одно прекрасное революционное утро Филиппу Пинелю пришло озарение в виде того, что шизофреники — это такие же люди, как и все, и с них обязательно надо снять цепи. Плотно позавтракав у себя дома, надев шляпу на голову и взяв свою трость в правую руку, он пошел к товарищам революционерам хлопотать за шизофреников, лечившихся у него в больнице. Он им рассказал, что шизофреники — люди и на них тоже распространяются лозунги о равенстве и братстве. Так он получил разрешение снять цепи со всех братьев шизофреников, тем самым осуществив революционный прорыв в лечении шизофрении.

Этот передовой опыт переняли все прогрессивные психиатрические больницы всего мира. И в благодарность повесили на стенах своих лечебниц картины, на которых изображалось, как Филипп Пинель снимает цепи с шизофреников.

Так случилось и во всеми нами любимом Бедламе. Снятие цепей с шизофреников превратило чопорный английский порядок в бедлам. Ну, не будем ругать шизофреников за то, что они порядок превратили в беспорядок. А обратимся к следующему замечательному событию, которое нам может прояснить ситуацию с вопросом, лечить или не лечить шизофреников.

Если рассматривать шизофрению как неотъемлемую часть эволюционного процесса, то думается, надо разрабатывать методы лечения шизофреников, которые помогут развить им свои новые в эволюционном плане шизофренические функции за счет того, что они не будут мешать уже имеющимся старым. Ну, например. Живет себе человек и живет. И голова у него вроде работает как обычно. И вдруг госпожа эволюция выбирает его как достойный экземпляр для дальнейшего эволюционного развития человечества и закладывает в голову новые функции. И этот самый счастливчик не сходит с ума, не начинает бросаться на других добропорядочных граждан, а просто-напросто продолжает оставаться таким же нормальным человеком, как и прежде. И жизнь его кардинально не меняется. Он ходит на работу, где успешно справляется со своими обязанностями и эмоционально общается с другими. Он остается эмоциональным по отношению к родственникам, близким, друзьям. У него не развивается разобщенность психических функций. Он остается ровно таким, как и был раньше, но с одной особенностью. У него развивается новая способность, которая открывает ему новые возможности. И он ею начинает пользоваться. Например, находит такого же человека с развившейся, как у него, сверхчеловеческой способностью — общение мыслями на расстоянии. И они начинают, как по телефону, общаться мысленно. Представьте себе, что это муж и жена. Муж уехал в командировку, и не надо тратиться на межгород и телефонный роуминг. Экономия в бюджете семьи налицо. Или жена читает мысли мужа и вовремя предотвратит измену. И семья станет крепче. Вот еще один плюс. И вообще мысленному общению на расстоянии можно и другое применение найти, если хорошо подумать. Почти в каждой области деятельности человека. И представьте, как будет здорово, если все потом начнут общаться мысленно. Какая экономия вокруг, какое сбережение электричества! Но самое главное, человек с новой, возникшей у него функцией остается нормальным, не шизофреником! Вот как бы могло хорошо быть.

Но почему так не происходит? А вспомните то, что при развитии новой функции в голове не развивается новый участок мозга, который эту функцию мог бы взять на себя. То есть новая функция, как наглое образование, распихивает локтями старые функции и борется, так сказать, за выживание, отстаивая свои законные интересы на жилплощадь. Вот и происходит там, в голове, раскардаш, и все функции начинают работать вразнобой, не слаженно. Вот отсюда и берет начало схизис, то есть расщепление ума, а по-простому — шизофрения.

Так что же делать? Как быть? Как сделать так, чтобы в голове всем места хватило? И старым постояльцам, и новым жильцам?

Обычно люди в подобной ситуации поступают так. Представьте себе дом с ограниченным набором комнат. Там живет одна семья. И живет себе хорошо, мирно так. Детей рожает и, в общем, расширяется. А потом эти дети тоже женятся и своих детей рожают. А комнат больше нет. Так сказать, жилищное стеснение. И глава семейства в таком случае принимает решение строить пристройку и отселять туда молодежь. Дом начинает перестраиваться, и все умещаются, и гармония наступает вновь. И семейное общежитие продолжается.

Вот так можно поступить и с нашим головным мозгом. Появилась новая функция, так вставай на очередь, так сказать, на расширение, на получение нового участка головного мозга. То есть медицинская наука должна разработать лекарства или еще там что-нибудь, что даст возможность появиться новому образованию в голове. И тогда за счет выросшего нового участка можно расселить все функции психики на свои места, и все заработает нормально. Подумаешь, размер головного убора изменится, зато никакой шизофрении, а нормальная эволюция.

И вот мир и согласие! Психбольницы закроются, и психиатры не нужны будут. И эволюционное развитие человечества не остановится. И прогресс во всем мире, и электричество сэкономим. И вообще лучше люди заживут. Вот что хотелось бы видеть от лечения шизофрении.

Что делать с шизофрениками?

При коммунизме — «от каждого по способности, каждому по потребности». При социализме — «от каждого по способности, каждому по труду». При шизофрении — «за счет каждого гениального шизофреника каждому негениальному шизофренику достойную жизнь»!

В нашей стране государство гарантирует семье, в которой есть шизофреник, отдельную комнату для него, даже в Москве. Это, думается, неспроста. Каждый в своей жизни что-то пытался получить от государства сверх того, что ему положено. И вряд ли получил. Государство на ветер денег не кидает и просто так блага не раздает.

Может, государство из большого благородства и в память о гениальных шизофрениках и их безумных родителях так заботливо относится к шизофреникам? А может, государство идет навстречу шизофреническому аутизму и отгораживает больных даже в семье, как и в обществе, от других нормальных людей? Все может быть, но второе с большей вероятностью.

Был как-то опыт: взять всех шизофреников и собрать их всех вместе, но закончился он провалом. Так как у каждого шизофреника своя правда. Каждый шизофреник уникален по-своему. И организовать их стихийный разнонаправленный поток мыслей с последующими их делами невозможно. Получается хаос и бедлам.

Придется человечеству расплачиваться за гениальных людей тем, чтобы шизофреники жили среди нас. Без этого, простите, гениальные люди попросту перестанут рождаться от нормальных людей. И придется ждать, когда здоровый заболеет в рамках своего эволюционного развития. Но притом этот процесс может идти очень долго, и процессы регрессии, а по-простому — развития назад, могут захлестнуть здоровое человечество. И тогда да здравствует низшая ступень развития, первобытное общение и хвост.

Вот почему нам нужны шизофреники как воздух. Нормальные люди без них не смогут эволюционировать и идти в научно-технический прогресс за счет открытий гениальных шизофреников. А шизофреники, в свою очередь, не смогут отдельно от нормальных жить, так как нуждаются в их здоровой организованности жизнедеятельности и жизнеобеспечения общества. Вот такой замечательный союз здоровых людей и больных. Вместе тесно, а врозь скучно. И опасно.

Так что придется нам как-то уживаться друг с другом. И работать рядом. Но лучше порознь. Ведь полно специальностей и должностей, где человек работает один и ни с кем из людей не общается. Вот и надо туда наших шизофреников пристроить. И им хорошо, и нам.

Поэтому назрела революционная необходимость обратить пристальный взор здорового человечества на психически больных. И не так свысока, как на низшие существа, а как на равных или даже превосходящих нас по своим психическим возможностям. И, признавая этот факт, человечество сделает стремительный рывок в своем развитии, как духовном, так и в научно-техническом направлении. Ведь только немного гордыни нам всем поубавить, и тогда эволюционирование человечества не будет тормозиться путем изоляции больных шизофренией в закрытых лечебных учреждениях.

Конечно, нужно не только здоровым разъяснять полезность больных для всего человечества, но и самим больным. Потому что им будет всего труднее осознать свою уникальную миссию на планете Земля. Ведь из-за разобщения их психических функций им трудно обобщить всю скопившуюся информацию и задать верное направление в применении своих сверхвозможностей. И вот поэтому люди должны помочь самоорганизоваться больным в стройные шеренги и колонны. И пойти строем на передовую научной мысли, чтобы помочь всему человечеству развиться и стать более прогрессивным как во взглядах на устройство мира, так и на способы его познания.

Первым шагом к реализации такого проекта было бы введение в повседневную практику врачей-психиатров разделения всех больных, которых можно в этой программе развития человечества использовать в первую очередь. Например: творческих личностей, без выраженных болезненных проявлений, которые могли бы не прозябать в больнице, проходя профилактическое лечение, а помогать развитию научно-технического прогресса своими талантами и необычайными способностями. И больных второй очереди прогрессивного научно-технического эшелона, которые прикованы к своим кроватям большими дозами лекарств, которым, возможно, пришлось бы организовывать специальные условия, для изучения их эволюционных процессов, происходящих в головном мозгу.

При этом врачам-психиатрам следовало бы задуматься над уменьшением возможности использования нейролептиков, лекарств, подавляющих сверхспособности, больным первого эшелона, у которых использование такого потенциала легче всего с практической точки зрения. Ведь экстрасенсы и колдуны, в большинстве состоящие из психически больных людей, все равно приносят пользу людям, программируя их своими полушарлатанскими методами на решение психологических проблем, тем самым помогая снять нервное напряжение без применения лекарств. Ведь сила внушения поистине не имеет своих границ. И человек поддается внушению с одинаковой силой, будь то здоровый шарлатан и психически больной человек.

Конечно, реализация проекта при использовании теории шизофреноэволюции весьма материально затратная. И ее практическое применение возможно при содействии гуманистических идей в обществе и хорошем отношении к душевнобольным в частности. Но в отдельно взятой капстране, я думаю, этот эксперимент возможно было бы осуществить, если бы абсолютно все развитые страны скинулись на это дело не такими уж большими суммами денег.

И тогда, пристроив всех больных в специально построенные научно-исследовательские предназначенные даже для проживания дворцы науки и творчества, смогли бы нам помочь использовать уникальные сверхспособности больных людей для реализации научного прогресса. Больных освободили бы от простых человеческих обязанностей, ну, предположим, полы мыть, или в магазин за молоком ходить, или там воспитанием детей заниматься, или еще на что-либо время тратить, не связанное со своим талантом. И при этом сэкономленное время будет тратиться на развитие «дара» и сверхспособностей. При помощи которых человечество будет получать новые открытия и продвигаться вперед в своем развитии. И представьте, как хорошо станет, если отсортировать всех больных и определить в разные отделы. Одних в отдел по чтению мыслей и передаче их на расстояние, других в отдел по предсказанию будущего, третьих в отдел по связям с потусторонними организациями. И вот все больные при деле, сидят сотнями тысяч, будущее предсказывают. И кто угадал, тому повышенную премию и отпуск на Новый год. И жить они всем скопом будут в рядом расположенных городках. И детсады там будут и школы для детей больных. И детьми тоже будут заниматься с детства, развивать, так сказать, их сверхспособности и различные таланты. И тогда мы поможем эволюции быстрее совершить свое нужное дело. А если родится здоровый ребенок, то его определят в общество здоровых людей. Так сказать, не повезло ему в эволюционном плане. И заживем мы тогда хорошо, и всем от этого польза будет.

Заключение, или Запретить шизофрению или нет?

Как-то раз в одном государстве провозгласили, что секса в нем нет. И знаете, что началось?

Так вот, запретами по большому счету ничего хорошего не получается добиться. Все плохое должно само собой отмирать и уходить. Как, например, с прошлой руководящей партией. Вот если бы ее запретили, то она ушла бы в подполье и еще долгое время оставалась бы популярной. А так не запретили, и, пожалуйста, сама растворяется потихоньку.

Вот так и с шизофренией должно быть. Сама должна уйти. Не надо ее запрещать. А то обратный эффект будет. Вот научимся правильно к ней относиться и лечить так, чтобы таланты и гениальность в больных не губить, вот тогда и она сама уйдет в историю, как говорят, канет в Лету.

Просто если сейчас запретить шизофрению, то все равно эта психическая болезнь сама никуда не уйдет. Появится еще какое-нибудь другое слово, у которого значение все равно станет нарицательным и ругательным. Так как болезненные проявления шизофрении останутся и никуда не денутся.

И если нам повезло жить друг среди друга, то, конечно, надо уживаться, да по пути еще пользу получать. Ведь серое однообразие наскучит любому, а разбавленная яркими красками творчества больных, наша жизнь становится интересней. Появляется интрига жизни, острота ощущений. Больные шизофренией представляют большую когорту гениев человечества, которые развивали его. Своим талантом обогащали нашу цивилизацию. Оставили в истории неизгладимый отпечаток, который дошел до наших дней.

В настоящее время все, что связано с шизофренией, изучают специально обученные медики, которые называются психиатрами. Хотя это, конечно, однобоко. Потому что самого главного они с профессиональной точки зрения не оценивают. Они не специалисты в области талантов и сверхвозможностей человека. И зачастую, прибегая к лекарствам, в случаях стертых форм болезни, подавляют ростки гениальности. Тем самым лишая общество надежд на развитие определенных человеческих новых начал. А ведь просто причудливый человек, попавший в поле зрения психиатра по той или иной причине, играет в почти что лотерею. Когда врач то ли поставит ему страшный диагноз, то ли нет.

И поэтому, конечно надо сужать диагностические рамки при постановке диагноза шизофрении. Как, впрочем, и у животных, у которых шизофрении нет, так как они еще в эволюционном плане не достигли уровня развития головного мозга человека. И все предположения останутся только домыслами, так как речи у животных нет и мышление как таковое в нашем понимании тоже отсутствует.

Касаясь вопроса, как вести себя с больным, мы всегда должны помнить об особенностях течения болезни. То есть когда обострение, то надо сторониться, а когда наступает светлый промежуток, тогда и поговорить на разные темы можно, например, поинтересоваться, как там, по ту сторону ворот, ведущих в психиатрическое учреждение. Но при этом не надо забывать, что надеяться на понимание и сочувствие не стоит. Так как можете попасть впросак и поскользнуться на построенной надежде, что больной может вам эмоционально помочь или, как обычный человек, обратить внимание на ваши проблемы. Конечно, надо помнить о своеобразном мышлении больного, его эмоциональной безучастности и его повышенном эгоцентричном отношении к своим интересам.

Бывает, что и здоровый человек заболевает шизофренией, и тогда вы начинаете делить свою жизнь на до болезни и после. Так как ощущаете всю тяготу болезненных переживаний и социальных ограничений. Вы смотрите на мир другим взглядом и встречаетесь с огромным непониманием своих интересов. Общество пытается оградить от них себя. И вам становится трудно выживать, так как общепринятые законы вам кажутся глупыми и ненужными. И тогда вы остаетесь один на один со своей болезнью. И помочь могут только родственники, и то только пока вы и их не достанете своим поведением.

При болезни любовные переживания становятся недоступными. А любовь к себе больной воспринимает как должную и само собой разумеющуюся. И это начинает отталкивать, на этом и заканчивается брачный союз двух противоположностей. И конечно, в данной ситуации совет один: лучше стороной обходить больного, чем рассматривать его как объект любовных отношений. Ну а если уж влюбились в такого, то любить надо истинно бескорыстно, ни в коем случае не рассчитывая на взаимность.

Если в браке с больным родился ребенок, то это шанс для ребенка проявить свои таланты или даже гениальность. Нужно только понять, в какой области это может проявиться. И где раскроется потенциальный талант. Ведь всего-то нужно быть готовым к своевременному обращению внимания на появившуюся странность. И попытаться отнестись к ней не как чему-то плохому, а как к попытке нестандартно решить проблему. И, выяснив это, помочь в дальнейшем развивать такую способность.

И тогда если вовремя помочь больному, то его ждет невероятный успех. И вы, как причастный к этому делу человек, тоже можете рассчитывать на кусочек славы. И даже можете сделать большее. Продлить успех больного человека. Вы также сможете направлять его успешную деятельность в нужное русло. Вы будете тем психологическим костылем, на который сможет опереться сам больной. И тогда союз здорового и больного человека будет очень успешным. Ведь в каждом есть то, чего не хватает другому.

При устройстве на работу больного шизофренией с его стороны есть мало шансов добиться успеха. И многие талантливые люди остаются не востребованы, и их полезные качества никто не сможет по достоинству оценить. Хотя при умелой кадровой политике можно пристроить любого, даже душевнобольного, при этом эффективно использовать его, создав, конечно, нужные комфортные условия. Самое главное — не устраивать для него тотальный контроль за соблюдением общепризнанных правил. Нужно лишь дать условия для свободного полета его причудливой мысли.

И конечно, при благоприятном отношении к больному возможно сделать его счастливым. Хотя его счастье для другого может показаться худшим наказанием. Ведь больной стремится к одиночеству и уединению. Он хочет вариться в собственном соку, жить своим, на первый взгляд странным внутренним миром, который для него так увлекателен и интересен.

При уважительном отношении к больным мы можем проявить сочувствие и гуманизм. Мы даже можем ослабить какие-либо медицинские ограничения для тех, у кого его болезненное состояние попадает под тот вариант течения заболевания, когда можно лечить, а можно не лечить. И конечно, надо выбирать в пользу больного. Ведь если начать лечить, то вместе с развитием болезни уйдет и талант. Уйдут неординарные способности к чему-либо. К тому, что характерно именно для этого человека. И мы, конечно, упустим шанс воспользоваться его талантом на благо человечества.

В идеале нужно больных объединять в особые корпорации и создать особый институт шизофреноэволюции. Где будут развиваться таланты и сверхвозможности больных. Где прогресс человека обретет новое лицо. И в этом нам помогут больные шизофренией, как представители прогрессивного эволюционировавшего человечества. Которым стоит только помочь обрести дополнительный объем головного мозга, чтобы их дополнительные возможности психики смогли уместиться с уже имеющимися и размещенными по своим местам старыми функциями мозга. Чтобы они могли слаженно работать и не получалось расщепления ума.

И если сравнить такую работу больных в специально созданных корпорациях с работой, например, военных или физиков-ядерщиков, производящих свою профессиональную деятельность во вредных условиях, то можно по прошествии скольких-то лет после использования сверхвозможностей больных отправлять их на заслуженный отдых, создавая условия комфорта с ориентацией на своеобразие восприятия окружающего мира и склонность к замкнутому образу жизни. И тогда, успешно проработав на благо человеческой цивилизации, больной сможет уйти на заслуженный отдых.

И, поняв, как можно помочь больным шизофренией, можно и обратить внимание на другие формы умопомешательства, так остро стоящие в нашем обществе. И тогда все формы психических расстройств обретут свое нужное обществу, прямое продуктивное предназначение.

Вот тогда можно будет обратить внимание и на другой интерес нашего общества, например на проблему маньяков. Кто такие маньяки? Больные или здоровые? Как уберечься от маньяка? Как распознать маньяка? Бывают ли животные-маньяки? Как не родить маньяка? И многие, многие вопросы, связанные с маньяками, которые среди нас. А вот о маньяках речь пойдет в следующей, не менее увлекательной книге «МАНЬЯКИ СРЕДИ НАС, или Как уберечься от маньяка». До новых встреч на страницах увлекательных книг познавательной психиатрии.

Content

Евгений Жовнерчук
Шизофреники повсюду, или Как отличить причуды от болезни

Введение, или Почему шизофреники среди нас?

Глава 1 Шизофреники и исторический прогресс

Шизофрения — двигатель прогресса

Великие шизофреники, обогатившие цивилизацию

Глава 2 Шизофрения: что это такое и с чем ее едят

Что такое шизофрения?

Как отличить причудливого человека от шизофреника?

Бывает ли шизофрения у животных?

Глава 3 Шизофреники среди нас: что делать

Как вести себя с шизофреником?

Как шизофреники подкладывают свинью?

Что делать, если вы — шизофреник?

Глава 4 Шизофреники в нашей жизни

Можно ли любить шизофреника?

Как не вступить в брак с шизофреником?

Какие родятся дети от шизофреника?

Глава 5 Успех шизофреника

Добиваются ли шизофреники успеха в жизни?

Можно ли принимать на работу шизофреника?

Может ли шизофреник быть счастливым?

Глава 6 Свободу шизофреникам или нет

Надо ли лечить шизофреника?

Что делать с шизофрениками?

Заключение, или Запретить шизофрению или нет?