Ольга Жван

Ласточки не опускаются на землю

Ласточки не ходят по земле…

Ласточки живут совсем иначе

В мире наступающей весны,

В мире, окружающем удачей.

Ласточки не ходят по земле,

Это им, наверное, не нужно,

Ведь они всю жизнь играют вне

Обещаний, приземленных будней…

Ласточки не ходят по земле…

Глава 1

Приехав на очередное интервью, Лиза столкнулась с вежливой, но абсолютно непреклонной секретаршей, которая отказалась доложить о приходе журналистки, потому как ее директор, а по совместительству, хозяин компании, находился в данный момент времени на срочных и чрезвычайно важных переговорах. И когда эта встреча закончится, никто не знал. По поводу Лизы она получила инструкцию проводить ее в другой конференцзал и обеспечить нескучное времяпрепровождение. Поскольку понятие «нескучное» Лизы и девушки, по имени Света, кардинально отличалось одно от другого, Лиза, воспользовавшись моментом, объяснила, что ей необходимо, как следует подготовиться к интервью с таким серьезным и занятым человеком, как Сергей Викторович, и попросила принести ей кофе с коньяком. Сама же погрузилась в рассматривание литературы, которая по идее должна была помочь скоротать время ожидания.

На самом деле, Лизе предложили стопку глянцевых журналов. Она уже очень давно не читала никаких журналов, кроме того, в редакции которого работала. А поскольку ожидать, видимо, предстояло еще достаточно долго, девушка решила занять себя их разглядыванием, потому как текста, при чтении которого можно было включать мозг, она на его страницах не обнаружила. А вот фотографии и в самом деле были изумительные – хвала фотошопу. Яркие цвета, идеальные тела. Лиза невольно залюбовалась.

С некоторыми из позирующих девушек она была знакома лично. Почти все они были приятными, милыми, немного закомплексованными, мучающимися от реальных и придуманных недостатков, при этом, будучи абсолютно уверенными в том, что в любом случае, они намного красивее всех остальных.

Сама Лиза не зацикливалась так сильно на своей внешности, хотя пару раз ее приглашали позировать для иллюстрации к статьям, и она поняла, что работа фотомодели – занятие утомительное. Ей очень тяжело давалось «включение» искрящихся глаз со счастливым горящим взглядом, особенно после трех с половиной часов перед вспышками. Единственное, чего ей тогда хотелось – это смыть тушь и тональный крем, закрыть глаза, чтобы, наконец, исчезли блики, развалиться на диване в удобной позе и перестать улыбаться… Но в любом случае, этот опыт оказался ей полезен и привел к серии статей на тему: «Почувствуй себя героем «легкой» профессии». Где она примеряла на себя роль фотомодели, манекенщицы, дегустатора, продавца в дорогом бутике и в автосалоне, секретаря и даже курьера и сторожа.

На самом деле, мысль о том, что легкая работа – это та, которая лишена физической и умственной активности, наводила на Лизу тоску, потому что сама она бездействовать долго не могла. Наверное, поэтому ожидание клиентов в полупустом бутике, при том, что даже чтение какой-либо литературы было запрещено, показалась ей самой сложной работой в мире. Вывод напросился сам собой, легкая работа – это та работа, которую делает кто-то другой.

К счастью окружающих, у Лизы в последнее время появлялось очень много разных идей, и Наталья Ивановна – главный редактор журнала, начала передавать их в работу другим журналистам, потому что сама Лиза перестала справляться с таким количеством различных рубрик. Поначалу девушка старалась успеть все сама, но быстро от этой идеи отказалась, порадовав остальных талантливых, но не таких изобретательных, как она сама, журналистов издательства.

Лиза была искренне рада отказаться только от одной рубрики, той, которая была связана с историческими моментами, для которых требовались консультации Егора. На самом деле они иногда продолжали видеться в издательстве, куда он приходил для консультаций других журналистов. Иногда они сталкивались друг с другом в коридоре, иногда он заходил к ней выпить кофе. Через какое-то время они полностью прекратили общение, поскольку каждый разговор, так или иначе, переходил на тему: «А помнишь, когда мы были вместе…». Это была та тема, которую Лиза обсуждать была не готова. А Егор не мог от ее упоминания удержаться.

Занятая собственными мыслями, девушка и не заметила, как пролетело почти два часа. Поняв, что ожидание может тянуться бесконечно, Лиза решила больше не тратить свое время и, согласовав со Светой перенос встречи на следующее свободное окно в расписании Сергея Викторовича, отправилась по своим делам. Полдень следующей пятницы ее вполне устраивал.

* * *

Зима, наконец, решила проститься с любимым городом девушки, позволив скинуть его обитателям теплые одежды. И Лизе захотелось выйти прогуляться в обеденный перерыв, потому что раннее весеннее солнце игриво заглядывало в окна, создавая совершенно нерабочую атмосферу.

Не так давно начался второй этап обучения НЛП, и Лиза с нетерпением ждала этих поездок, этого процесса погружения в знания. За три месяца перерыва она уже успела основательно соскучиться за группой, многие ученики которой продолжили обучение вместе с ней; за атмосферой другого города, где ничто не может отвлечь от новой информации и новых впечатлений; за поездками с Марком, которые, несмотря на их совместное проживание, всегда давали возможность оставить повседневность где-то позади.

Останавливаясь в большом развлекательном центре под названием «Сити», на верхних этажах которого сдавались апартаменты, они с удовольствием гуляли после занятий Лизы по берегу Днепра, ужинали в одном из многочисленных ресторанчиков, если было настроение, прогуливались по магазинчикам, покупая приглянувшиеся вещи, иногда ходили в кино… Но больше всего им нравилось покупать в соседнем супермаркете любимое шампанское Лизы и продолжать вечер вдвоем – подальше от посторонних глаз…

За эти несколько месяцев, которые они жили вместе, отношения их изменились. Удивление и восхищение сменились каким-то пониманием друг друга, хотя для таких сложных людей, какими были они оба, процесс этот был слегка болезненным, и, судя по всему, не закончился. В любом случае, как два умных и любящих человека, они всегда успевали договориться еще до того, как возникал реальный конфликт.

Лиза и раньше догадывалась, что успешный руководитель, которым являлся Марк, не мог быть по определению слишком спокойным и мягким, однако все равно некоторая жесткость суждений неприятно ее удивляла. Как любая женщина, она умела уступать, но далеко не каждый раз. Хотя, когда ей не хватало мотивации, она вспоминала, как красиво он оградил ее от всех своих семейных проблем, которые решил самостоятельно, приняв решение и полную ответственность за него. Лиза была ему искренне благодарна, потому что думать о том, что она могла являться причиной краха чьей-то семьи, было бы для нее мучительно.

В любом случае, они пока еще слишком дорожили своими отношениями, чтобы позволить чему бы то ни было их разрушить.

Солнце обещало наступление еще большего тепла, и Лиза, забывшая, как обычно, солнцезащитные очки на своем рабочем столе, шла беспрестанно щурясь. Нырнув, наконец, в зал кафе, она с радостью дала своим глазам отдохнуть. Лера уже ее ждала. Андрей уехал на три месяца в Германию по рабочему контракту, и его девушка плохо переносила это вынужденное расставание, стараясь найти в Лизе необходимую ей поддержку. Впереди им предстояла свадьба, к которой Лера вынуждена была готовиться одна. Лиза, учитывая свою занятость и слабый интерес к организации празднеств, помочь подруге могла только своим вниманием и разговорами. На большее она не претендовала. Лера в свою очередь не пыталась ее об этом просить.

– Привет, дорогая, – первая заметила подругу Лера.

– Привет, дорогая, – эхом отозвалась Лиза. Это было их стандартное приветствие, своеобразный ритуал, который, как было известно психологам, дарил ощущение некоторой стабильности обеим. В конце концов, мы постоянно окружаем себя каким-то подобием ритуалов, которые повторяем изо дня в день, и это является вполне нормальным явлением.

Коротко рассказав о том, как проходит подготовка к свадьбе и как дела у Андрея, Лера вдруг загрустила. Лиза отчетливо видела, что причина не только в том, что ее жених далеко в это непростое время, но решила не задавать лишних вопросов. Она понимала, что нужно просто немного подождать, пока Лера найдет нужные слова и сможет начать рассказ. Так и произошло.

– У тебя не бывало ощущения, что ты делаешь что-то неправильно? – спросила Лера подругу.

– Ну, у каждого периодически бывает такое ощущение, – осторожно ответила Лиза.

– А вот у меня такое в последнее время постоянно происходит, – вяло начала объяснять Лера и замолчала.

Лиза понимала, что девушка волнуется перед серьезным событием и при этом не чувствует достаточной поддержки Андрея, несмотря на долгие часы телефонных разговоров. Тем более, что он сам находится в стрессовой ситуации: чужой язык, новый коллектив… Он устает, и у него просто-напросто не остается сил на такт, чувствительность и поддержку. Лиза все это понимала, но заменить своего друга для его невесты не могла. Поэтому решила ограничиться банальными объяснениями, наподобие тех, что в такой важный для женщины момент вполне нормально переживать, сомневаться и т. д. и т. п.

Глава 2

– Возьми паспорт, – Марк разбудил девушку звонком, уехав на работу почти с рассветом.

– Хорошо, – непроснувшаяся Лиза даже не стала уточнять, для чего именно нужен ее паспорт, и, положив трубку, продолжила смотреть сны. Благо времени до ее подъема было еще полтора часа.

Впрочем, паспорт она не забыла и в обеденный перерыв уже стояла с сумочкой у двери издательства, в ожидании Марка, который вскоре подъехал.

– У нас по плану два места, так что надо поспешить. Ты голодна? – скороговоркой проговорил Марк практически без интонации так, как будто он просто читал пункты плана с листа.

– Да, – ответила честно Лиза. Несмотря на недостаток времени, она все же считала правильным сказать, что не успела позавтракать и в самом деле была очень голодна.

– Окей, заедем в «Тринити», перекусим по быстрому.

Этот ресторан восточной кухни Лиза обожала. Готовили там вкусно, еду приносили быстро, обстановка была уютной, музыка приятной, поэтому возражений с ее стороны не было никаких.

После короткого обеда, Марк позвонил куда-то подтвердить встречу и, быстро выйдя из кафе, направился решительным шагом в сторону машины. Удивленная его немногословностью Лиза отправилась следом. Через двадцать минут они притормозили у какого-то здания. Из него вышел улыбчивый молодой человек с плоским футляром в руках и сел к ним в машину на заднее сиденье. Содержимое футляра Лизу удивило, там были кольца, очень похожие на обручальные. Точнее, это и были обручальные кольца.

– Выбирай, – спокойно сказал Марк девушке. Лиза примерила несколько колец и остановила свой выбор на одном из них.

– Ок, – Марк вышел из машины одновременно с молодым человеком и рассчитался с ним. Вернувшись за руль, он молча тронулся.

Лиза, по-прежнему вопросов не задавала, хотя уже начинала догадываться, что эта поездка имеет гораздо большее значение, чем она предполагала.

Следующим пунктом был ЗАГС. Быстро подав заявление, пара покинула здание также молча, как и вошла в него. Свадьба была назначена через две недели. Девушка не очень представляла, как можно организовать это мероприятие за столь короткий срок, и как Марку удалось договориться сократить ожидание с месяца до двух недель. Но на самом деле она была удивлена и немного растеряна. Они говорили однажды о свадьбе, но разговор был неконкретным и чисто гипотетическим, как казалось Лизе, и не предполагал назначения точной даты и времени бракосочетания. С другой стороны, она любила этого мужчину, и у нее не было причин отказываться, если уж он этого хотел. Именно такими мыслями развлекала себя по дороге на работу девушка, сидя рядом с Марком, который также молча периодически гладил ее по руке. Только его слегка дрожавшие пальцы выдавали волнение, которое он мастерски скрывал от всех остальных.

* * *

Получалось, что не только Лера выходит замуж, но и сама Лиза. И что самое интересно, этот факт не вызывал в ее душе столько волнений и сомнений, как у подруги. Может быть, просто натура у самой Лизы была другая. Сейчас ей было чем себя занять, кроме досужих размышлений на всякие придуманные психологами темы. По идее она должна была сильно волноваться, оценивать свой предыдущий опыт, мечтать о будущем. Девушку же интересовал совсем другой вопрос.

До свадьбы оставалось слишком мало времени, и Лиза понимала, что не успевает придумать, какой сделать Марку подарок. Сложно выбрать что-то для того, у кого уже все есть. Чувствуя в сердце прилив нежности, за которым обычно следовало рождение стихотворных строчек, Лиза открыла вердовский файл. И ее осенило. Вот это и будет ее подарком. Все те строки о нем, в которых она смогла выразить свою любовь к нему, все свои надежды и страхи, мысли и мечты, чувства и желания. Все было там. В одном файле, в котором больше года девушка сохраняла в стихах все мысли о нем… о Марке… Она сделает сборник стихов, о которых он никогда не знал.

Поискав в интернете, Лиза нашла частную маленькую типографию в своем городе, связалась с хозяином и доверила обложку профессионалу, объяснив на словах, что это будет за сборник, и в каком ключе работать. Несмотря на то, что она работала в издательстве, которое могло предоставить ей эти же услуги, она решила не афишировать в родном офисе свои планы.

Наткнувшись на строки, о которых она давно забыла, Лиза замерла. Написанные ею же самой слова возвращали ее в прошлое, полное ожидания… и не только…

Как же я к тебе хочу

Прижиматься среди ночи…

Лиза улыбнулась. Да. Когда-то она этого ждала, украдкой наслаждаясь случайными прикосновениями…

Мысли плавно перетекают

Из одной головы в другую.

Я тебя очень сильно люблю

И уже почти не ревную.

Это она написала уже после. После того как признала реальность происходящего…

Я наполняю тебя своим теплом,

Я это умею.

Я отдаю по крупицам себя

И ничего не жалею…

Вообще же в этом файле была вся история. Ее история. Понимающий поэзию человек легко бы проследил по этим строчкам все изменения ее чувства, от зарождения, сомнения, неверия, страха до принятия. Лиза улыбнулась еще раз. Забавно, что Марк навряд ли сможет это понять, но ему все равно должно быть приятно.

Следующие строки Лизу немного удивили. За ними совсем не угадывался образ Марка.

Я бы хотела просто стереть между нами границы.

Я бы хотела в небо взлететь и успеть возвратиться…

И тут девушку осенило, эти строки она посвящала Егору в тот период, когда еще верила в то, что у них может получиться… или не получиться… Мысль о том, что она могла подарить Марку стихи, написанные другому, бросила Лизу в дрожь. Быстро стерев четверостишье, она внимательно вчиталась в следующее.

Я прикосновения твои улавливаю дыханием,

Заворожено слежу за движениями твоих пальцев.

Я выдержу все твои истины, кроме прощания,

Лишь потому, что я – просыпаюсь раньше…

И улыбаюсь, когда чувствую твое отражение

В моих влюбленных в закат глазах.

Еще совсем недавно было сражение,

В котором ты побеждать всегда будешь рад…

Оказалось, это было не единственное творение, адресованное Егору. Впрочем, и прощание и все другие истины она принять оказалась готова. Старательно удаляя лишнее, девушка формировала одну единственную историю, в которой было только два участника: она и Марк.

Кажется, читая то, что написала, Лизе предстояло удивляться и дальше. Откуда взялись в ней такие странные и несвойственные ей жертвенность и смирение, тоска и одухотворенность она не понимала.

– Видимо и в самом деле любовь одухотворяет, – шепотом проговорила сама себе Лиза и стерла еще один стих.

Я желаю тебе добра,

Даже если болит душа.

Я желаю тебе тепла,

Даже если дарю не я.

Читая дальше, Лиза рассмеялась, строчки были пророческими.

Я хочу, чтоб ты вошел в мою дверь

Так, как будто это делал всегда.

За порогом оставляя метель,

За порогом оставляя года…

Мечты иногда сбываются… Именно под новый год, зимним вечером Марк появился на ее пороге. Воспоминания вызвали новый прилив теплоты в душе Лизы…

Просмотрев еще раз все свежим взглядом и, стерев несколько совсем уж пессимистичных, отправила оставшееся в типографию по электронной почте. Оставалось ждать. За четыре дня редактор обещала выполнить работу, предварительно согласовав обложку с автором. Этот сборник стихов будет существовать в единственном экземпляре.

Когда речь зашла о названии, ничего путного в голову девушке не пришло, поэтому она просто написала «О тебе… Для тебя…». Решив переделать название, если в течение пары дней у нее возникнет какая-то стоящая идея. До свадьбы оставалось две недели. Лиза так и не поняла, как Марк договорился ускорить процесс бракосочетания в ЗАГСе и, собственно, зачем было так торопиться. Но она уже знала, что иногда лучше для всех просто не задавать лишних вопросов. Что она и намеревалась сделать.

* * *

Кольца были, ресторан – тоже, список гостей решили сократить до минимума, вписав в него только самых близких, которых оказалось около сорока человек. Марк сам подобрал ведущего свадьбы. В общем, он сделал все, чтобы девушке не нужно было о чем-либо беспокоиться. Кроме платья… Этот вопрос не был решен. Девушка не хотела белое платье и фату, а в магазинах предлагали именно такие: белые как зефирки с такими же пушистыми белыми вениками на голову. Шить платье у модельера девушка тоже не очень хотела, потому что не любила бесконечные примерки, иголочки и булавочки, обсуждения особенностей фигуры и видения дизайнера-модельера. Она любила увидеть вещь, надеть на себя и пойти дальше, а не стоять часами перед зеркалом в мучительном ожидании момента, когда же, наконец, бесформенные куски ткани, заколотые на ней, превратятся в одежду. Тут Марк ей помогать не собирался. Он уехал в командировку на три дня, оставив ее самостоятельно решать этот вопрос.

Позвонив сестре, Лиза отправилась с ней еще раз по магазинам в надежде на то, что либо привезли что-то новое, либо же сама Лиза в прошлый раз пропустила что-то стоящее. И она пропустила. На витрине висело замечательное кремовое платье простого кроя, под которое надевался почти незаметный корсет из тонкой ткани. На Лизе оно сидело идеально, создавая утонченный образ. Вместо фаты была лента в цвет платья с мелкими цветочками. Лиза пока не решила, будет ли ее надевать. В общем, и этот вопрос был решен.

Сборник стихов получился удивительно красивым. Обложка в строгих тонах отражала силу и серьезность чувств, описанных на его страницах, и Лиза осталась довольна. Девушка надеялась, что Марку такой подарок понравится. Сестре Лиза показала сборник, но почитать не дала. Все-таки это были строки, которые девушка адресовала совсем другому человеку.

* * *

Две недели пролетели удивительно быстро. Утром, проснувшись, Лиза поняла, что сильно нервничает. В принципе это было понятно, все-таки серьезный жизненный шаг и т. д. и т. п. Ночевать одна девушка уже отвыкла и поняла, что замерзла. Возможно, ей не хватало мужского тепла под одним с ней одеялом. Решив, что это хороший знак, подтверждающий правильность принятого решения, она посмотрела на часы и обнаружила, что может проваляться в кровати еще почти два часа.

Лиза встала, распахнула шторы, впустив солнечный весенний день в комнату, и быстро вернулась в постель. Через два часа приедут визажист и стилист, сестра и подруги. И начнется суета… А до этого она будет в тишине лежать под теплым одеялом, наблюдая за тем, как солнце ласкает своими лучами все, до чего успевает дотянуться. Волнение понемногу успокаивалось и девушке захотелось улыбнуться.

– Вот это – уже правильная реакция на происходящее, – шепотом проговорила девушка сама себе и продолжила любоваться солнечными лучами, удивляясь наступившему покою и отсутствию мыслей в своей голове.

* * *

Радостное веселье вокруг почему-то начало Лизу раздражать. Вера и Марина громко обсуждали особенности моды и еще чего-то там, ее мама взволнованно прижимала руки к груди, Надя пыталась ответить редактору на какие-то вопросы по статье Лизы, о которой не имела ни малейшего представления. Визажист наносила, как казалось, Лизе слишком толстый слой косметики ей на лицо, и девушке казалось, что если она попытается улыбнуться, то та просто отвалится кусками. В какой-то момент ей захотелось выгнать всех вон и остаться в тишине. Но, понимая, что сегодня этого не произойдет, девушка сделала несколько глубоких вдохов и покорно отдалась в руки парикмахера, которая пыталась собрать непослушные волосы девушки в аккуратную высокую прическу. Сама Лиза больше любила распущенные волосы или небрежно собранный хвост на затылке. Впрочем, сегодня и с этим ей, видимо, придется смириться. Впереди ее еще ожидало не одно испытание, поэтому стоило заранее быть готовой ко всему.

После нескольких часов измываний над лицом, волосами и телом, Лиза почувствовала себя куклой. Впрочем, довольно красивой куклой. Посмотрев на себя в зеркало, девушка попробовала улыбнуться и, поняв, что это не приводит к осыпанию косметики, осталась довольна и собой, и макияжем, и прической, и особенно платьем. Недовольна она была только туфлями на шпильках, на которых умела ходить, только прикладывая все свои усилия. Впрочем, как психолог, она понимала, что вскоре будет в таком эмоциональном состоянии, что перестанет ощущать и неудобные туфли и слишком тугой корсет и еще много мелких, как окажется, деталей.

Внизу засигналили машины. Марк приехал со своими друзьями, многих из которых она увидит на своей свадьбе впервые. Почти все время они проводили наедине, слишком уставшие, чтобы разговаривать о работе и о прошедших за день встречах, и уж тем более, слишком уставшие, чтобы общаться еще с кем-то. Буквально пару раз они выбирались парой на какие-то мероприятия, в основном, благотворительные, где вежливо раскланивались со знакомыми и обменивались такими же вежливыми фразами. Для девушки, любящей веселые застолья в компании сотрудников и друзей, это было непривычно, но не вызывало большого дискомфорта. Тем более, что на таких встречах она получала возможность наблюдать за разнообразной публикой, получая материал не только для своих статей, но и для своей следующей книги.

Девушке не нравился обычай торговли жениха с пришедшими ранее гостями за невесту, поэтому он был допущен к своей избраннице без препятствий. Слушая шаги по коридору, Лиза вновь начала заметно волноваться. Появившийся в дверях Марк был взволнован не меньше самой девушки и, радостно протягивая Лизе огромный букет цветов, пытался аккуратно поцеловать ее, не нарушив идеальный макияж. Она тихонько рассмеялась ему на ухо. Хотя бы обнять ее он не побоялся. Чувствуя его сильные руки на своей талии, Лиза начала понемногу успокаиваться, насколько это было возможно в данной ситуации. Все было правильно. Логично. Естественно. И все равно очень волнительно…

* * *

В машине Марк держал ее за руку, а Лиза смотрела на залитые солнцем улицы и пыталась осознать происходящее. У нее возникало ощущение нереальности. Ей казалось, что это все происходило не с ней, потому что с ней этого просто произойти не могло, хотя бы потому, что она вдруг перестала понимать, где находится. Волнение нарастало, и даже крепкая рука Марка, спокойно лежащая на ее коленях, не помогала девушке успокоиться.

Пройдя из машины в здание ЗАГСа, Лиза все еще пыталась набрать воздух в легкие, но ей это не сильно удавалось. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди и куда-то убежит, оставив хозяйку самостоятельно отвечать на глобальный вопрос.

– Да, – услышала она спокойный и уверенный голос Марка.

– Да, – ответила она, чувствуя, как ладонь Марка легонько сжала ее руку. Она даже не услышала вопроса, просто уже привыкла доверять его жестам, его словам, его взгляду.

Лиза посмотрела в глаза Марка, внешне он был спокоен, как обычно его выдавали лишь подрагивающие пальцы, крепко сжимающие ее ладонь.

Легонько поцеловав девушку под крики «горько», Марк быстро увел ее в машину. Аккуратно спускаясь по ступеням, она подумала о том, что стоило заказать выездную церемонию, чтобы не заезжать в это унылое здание советских времен. Лизу удивила такая не совсем уместная мысль, но поскольку это была первая мысль с момента выезда из квартиры, которая дооформилась, наконец, у нее в голове, она решила сильно сама с собой не спорить. Вторая мысль заставила девушку улыбнуться, автор двух книг и множества статей не находила слов, не могла сформулировать мысли и вопросы. Как бы она описала свою свадьбу? Накрасили, уложили волосы, одели, о чем-то говорили. Пришел Марк. Отвел в машину. Приехали в ЗАГС. Ответила: «да». Спустилась в машину. Гости. Тосты. Музыка.

Лизе вдруг стало грустно. Умея красиво описывать пережитое и придуманное, один из самых важных моментов собственной жизни она, казалось, просто-напросто пропускала. Марк легонько сжал ее пальцы, она подняла на него взгляд и улыбнулась. Наверное, им стоило уехать и расписаться где-то без свидетелей, без гостей, без шумного ведущего. Может быть, тогда она почувствовала бы всю важность и глубину момента.

На сцене детки приглашенного танцевального коллектива старательно выводили па, для них это, возможно, было одно из первых выступлений. И они волновались не меньше самой невесты. Девушка подбадривающе подмигнула маленькой девочке, которая разглядывала ее в этот момент, и продолжила смотреть выступление. За которым последовали, как казалось Лизе, бесконечные тосты с обязательным «горько». Как будто люди никогда не видели целующихся и сейчас требовали запретного шоу.

* * *

Вернувшись в квартиру, молодожены упали на кровать без сил, остатков которых хватило только на поход в душ. Первая брачная ночь грозила не состояться. В голову зачем-то пришел ненужный факт о том, что брак, не скрепленный интимной близостью не считается действительным. Отогнав эту мысль, девушка погрузилась в сладкий сон.

Через пару часов Лиза почувствовала, что проснувшийся Марк легонько гладит ее бедро под одеялом, и поняла, что праздник все-таки будет полноценным. Повернувшись к своему мужу, она нежно погладила его по щеке. Луна любопытно заглядывала в комнату, освещая светлые взъерошенные волосы Марка. Девушка почувствовала скорее огромный прилив нежности и тепла, чем страсти. Наверное, впервые ей хотелось больше его обнять, чем чего-либо другого. Впрочем, и против всего остального девушка возражать не собиралась…

* * *

На следующий день их ждал вылет в Египет. Учитывая ограниченность по времени, решили далеко не лететь. Чемоданы были собраны заранее, и утром пара долго валялась в кровати, не желая ее покидать.

Такси прибыло в назначенное время, и Лиза с Марком отправились в аэропорт.

Отель был замечательный. Огромные окна номера люкс выходили на террасу с персональным небольшим бассейном. При желании, можно было заказать доставку еды, что они и сделали. Проведя в кровати остаток дня, пара спокойно обсуждала свадьбу, гостей, свои мысли, чувства и планы. Лиза чувствовала тихую радость, глядя на этого мужчину, который вселял в нее уверенность и покой. Каждое его прикосновение было пронизано заботой и теплом, глаза светились любовью и нежностью, а игривые огоньки в них заставляли девушку улыбаться. Казалось, что даже морщинки у его губ разгладились, и в чертах лица появилась некоторая непривычная мягкость.

Вдоволь наплававшись в бассейне и попробовав блюда с морепродуктами, незаметно встретили вечер. Потягивая прохладное шампанское и глядя на лунную дорожку на спокойной глади моря, Лиза почувствовала себя счастливой. Наверное, так и должна себя чувствовать женщина во время медового месяца.

Сидеть в номере отеля, даже такого замечательного, было им несвойственно. Поэтому остальные дни пара посвятила экскурсиям и морским прогулкам. Находясь на яхте, вдалеке от берега и туристов, Лиза любовалась Марком, который без устали нырял, поражаясь красотам уже не единожды виденного морского мира. Впрочем, морские жители не переставали удивлять и саму Лизу, которая не решилась надеть акваланг и довольствовалась рассматриванием красоты многочисленных рифов с поверхности воды.

Вырванная у будней неделя отдыха быстро закончилась, и пришло время возвращаться в мир обыденности и суеты. У Лизы уже начали формироваться идеи по поводу следующей статьи, тему которой ей необходимо было согласовать с редактором. А Марк уже начал напряженно поглядывать на телефон. Безделье начинало его немного напрягать. Романтика стремительно заканчивалась, и девушке было немного этого жаль. Впрочем, она успокаивала себя мыслью о том, что это не последняя их совместная поездка.

* * *

Возвращаться из лета не хотелось даже в солнечную весну. Непривычная сырость раздражала, новые идеи никак не хотели оформляться в красивые строчки, Марк все время пропадал на работе, наверстывая пропущенные дни, и Лиза грустила от мысли о том, что теперь так будет всегда.

Рассматривая вечером фотографии со свадьбы, она грустно улыбалась. Вера, куда более реалистичная из сестер, предложила ей попить витамины для поднятия тонуса, вникать в надуманные, как ей казалось, переживания сестры она не собиралась. Сама Лиза тоже удивлялась тому, откуда у молодой успешной журналистки, которая замужем за замечательным мужчиной, о котором она долго мечтала, такие грустные и пессимистичные мысли. Но использовать свои знания из области психологии почему-то отказывалась. Анализировать свое состояние она не хотела. Или не могла. Или все-таки не хотела. И думала вместо этого о том, что страусы не прячут голову в песок, как привыкли думать обыватели. На самом деле при виде опасности они убегают на своих сильных мускулистых ногах… и правильно делают…

Глава 3

Учитывая то, что девичник перед свадьбой Лиза не устраивала, ей пришлось это сделать после возвращения. Выбрав уютный ресторанчик с караоке, кальяном и вкусной едой, девушка назначила дату. Суббота подходила идеально, особенно, если учесть, что Марк опять уехал в командировку на целую неделю. Она бы могла продолжить писать свою книгу, но вдохновения для сочинения событий любовного романа не было, и девушка решила немного развеяться.

Собственно девичники они устраивали всегда, независимо от того, кто и с кем состоял в отношениях. Это хорошее приятное времяпрепровождение, когда можно походить по магазинам, посидеть в кафе, поболтать обо всем и обо всех, обсудить своих и чужих мужчин, если вдруг темы закончатся, что, впрочем, случалось крайне редко. В эту субботу девичник был классический, без магазинов и прелюдии. Сразу – ресторан. Нарядные девушки, веселый смех. В общем, все приехали уже достаточно возбужденные. Даже Виктория, которая напросилась на этот праздник, пользуясь дружбой с Верой, была удивительно оптимистичной. Впрочем, недолго. Она бодро влетела в помещение ресторана в слегка взбудораженном состоянии, всем своим видом показывая, что находится в активном поиске мужчины. Обшарила голодным ищущим взглядом все столики, и не найдя мужчины без спутницы, села за стол, уныло опустила плечи, горестно вздохнула и произнесла на весь зал: «Мужчин тут нет! Тут нечего делать!».

Произошедшее привело всех присутствующих девушек, собирающихся отдыхать и веселиться, в крайне некомфортное состояние. Это было неприятно и нетактично, что, впрочем, саму Викторию беспокоило мало. Казалось, ее жалобы слышали все присутствующие, и уже остальные девушки начинали чувствовать себя одинокими, ищущими непонятно чего и кого… А если учесть, что реально замуж она хотела только потому, что считала, что «муж решит абсолютно все ее проблемы, будет о ней заботиться и носить на руках»… На вопрос, что же она будет делать для мужа, она удивленно посмотрела на Лизу и ответила: «Ничего я делать не буду. Пусть радуется, что я у него есть!».

В общем, у Лизы следующих вопросов не возникло, кроме одного, понимает ли сама Виктория, что находится на празднике подруги, а не на вечере знакомств, и понимает ли она, что если не хочет веселиться, то ей стоит удалиться, дабы не портить настроение окружающим. Но Лиза сдержалась. Она ведь понимала, что общается с девушкой, которая визуально выглядит лет на двадцать семь – двадцать восемь, а вот фактически… скажем так, намного младше. На самом деле, Лиза даже была немного рада тому, что мужчин без спутниц в ресторане не нашлось. Ведь если в поле зрения Виктории таковые попадали, то становилось еще грустнее. Ее попытки привлечь внимание излишне громким голосом, жестикуляцией и неестественным смехом с неуместными комментариями портили настроение еще больше…

Поскольку смотреть на унылую физиономию Виктории никто на этот раз не хотел, девушки переключали свое внимание друг на друга, периодически подшучивая над ней, над собой и над остальными, что в итоге включило и ее в общее веселье. Лиза решила обратить свое внимание на Марину, которая, чтобы присутствовать на вечеринке, оставила ребенка с няней впервые за все время. Сейчас она волновалась и старательно это скрывала. Лиза наблюдала за подругой, которая изменилась после появления малыша на свет, удивлялась мягкости в ее движениях и тоне. Она была искренне благодарна ей за то, что в отличие от остальных молодых мам, Марина не утомляла окружающих разговорами о детском питании и ползунках. Впрочем, в связи с материнством, список обсуждаемых тем был весьма ограниченным, поэтому Лиза старалась говорить обо всем понемногу, давая пищу изголодавшемуся сознанию подруги.

В их компании появилась новая девушка по имени Алиса. Лиза уже давно была с ней знакома, обращаясь периодически за профессиональной помощью при оформлении документов для поездок. Она была туристическим агентом и, кроме того, образованным и интересным человеком, острым на язык. Ее пытливый ум подмечал всяческие мелочи, особенности и нюансы и делал нестандартные выводы, которые она затем выносила на суд общественности в том ракурсе, который считала необходимым в данный момент. По большому счету это было не совсем корректно, но всегда весело и очень часто даже полезно для слушателей. Лизе нравились интересные люди, и Алиса влилась в их коллектив очень естественно. Эта среднего роста и телосложения интеллигентная темноволосая девушка часто удивляла остальных историями из своего прошлого и широким кругозором.

Впрочем, судьбу самой Алисы сложно было считать счастливой. Насколько она была успешна в карьере, настолько неуспешна она была в личных отношениях. За ее спиной было два неудачных брака. Первый муж относился к ней, как к предмету мебели, продолжая и после свадьбы вести жизнь холостяка. Второй был склонен к насилию и, не дотягивая до ее интеллектуального уровня, дотягивался до него физически, компенсируя, таким образом свои многочисленные комплексы. Может быть, если бы она оставляла ехидные комментарии за пределами своего дома, ситуация могла бы быть иной, но Лиза считала неуместным давать подобные советы, особенно учитывая то, что отношения с Марком были слишком короткими, чтобы давать право советовать остальным. А свои предыдущие отношения и сама Лиза не считала успешными. Поэтому, выслушивая подругу, она всячески воздерживалась от комментариев, помогая ей лишь молчаливым сочувствием.

Алиса любила цитировать Раневскую, с которой была полностью согласна. Она тоже считала, что вторая половина есть у мозга, жопы и таблетки, сама же она была цельной изначально. Впрочем, у этой цельной личности имелся все-таки уже упомянутый муж. И был он дальнобойщиком. В связи с этим виделись супруги достаточно редко, и, наверное, только это позволяло им не помчаться в ЗАГС, чтобы потребовать развод. В его отсутствие Алиса считала себя незамужней свободной женщиной, поглощенной своими многочисленными полезными занятиями. Учитывая ее нестандартный ум и склонность к экспериментам и творчеству, такая жизнь ей более, чем нравилась. Подруги знали о существовании половины, в которой она изначально не нуждалась, задавались вопросами о том, откуда она его взяла и зачем он, собственно, ей сдался, но вслух их не озвучивали, с пониманием относясь к ее периодическим и непродолжительным исчезновениям в замужнюю жизнь. В самой этой замужней жизни у нее в срочном порядке в случае необходимости ремонтировалась машина и мебель, закупались продукты, ребенок выгуливался в зоопарк и находил себе прочие развлечения с родителями. А затем. Затем наступала настоящая жизнь… Та, которая свободная…

Однако в ее биографии, как знали по секрету все подруги, была все же прописана строка о мужчине, полностью перевернувшем ее жизнь, не являясь, по сути, участником каких-либо романтических процессов. Он был, пожалуй, единственным, чей авторитет девушка признавала. Рассказывая о нем, Алиса отключала свою любовь к ехидству и не распространяла на него свое обычно не слишком позитивное отношение к мужскому полу.

Наверное, встреча с таким человеком – это настоящий подарок судьбы, и в действительности не важно, как к этому относятся окружающие. Благо, мнение других людей саму Алису волновало в последнюю очередь, поэтому она использовала открывающиеся возможности по полной.

Сейчас видя, как Алиса начинает ехидно улыбаться, Лиза понимала, что та уже придумывает много едких комментариев в адрес Марины. Она была искренне рада, что девушка на этот раз оставляет их при себе.

Разговоры за столом переходили от темы к теме, перерываясь тостами с пожеланиями в адрес Лизы, многие из которых просто нельзя было бы произнести при посторонних свидетелях. Много смеялись, много пили. Отдали должное вкусному кальяну с дыней. Лиза ненавидела табачный дым, не любила курящих людей, считая их бракованными из-за их слабости, но вся ее категоричность улетучивалась, как только она видела кальян и дотягивалась до мундштука, что, впрочем, случалось, буквально пару раз в году.

Утром Лиза была искренне рада тому, что Марк находится в командировке и не видит ее помятой физиономии.

Глава 4

– Привет, Лиза, – знакомый голос заставил девушку вздрогнуть. В кабинет заглянул Егор. Он, как обычно, был в строгом светлом костюме, который ему однозначно шел. Мужчина немного неуверенно застыл в дверях, поправляя и без того идеально лежащие светлые волосы, но вскоре вошел внутрь, так и не дождавшись приглашения растерянной Лизы.

– Привет, – ответила Лиза уже после того, как он опустился в кресло напротив, поставив на стол ее любимую чашку с кофе и большой торт.

– Поздравляю! – сказал он торжественно.

– С чем? – все еще растерянно спросила Лиза, нервно теребя на пальце обручальное кольцо.

– Со свадьбой, конечно! – улыбнулся он. – Или серые будни уже совсем затерли радостное воспоминание?

Лиза уловила в тоне издевку, но решила не заострять на этом внимание. С момента ее возвращения из Египта они встретились первый раз, и девушка совершенно не понимала, как ей следует себя с ним вести. После окончания их странных отношений прошло уже достаточно времени и состоялось уже много встреч. Почему именно сейчас она ощущала неловкость, было девушке непонятно. Егор же, казалось, чувствовал себя вполне комфортно.

– Как тебе семейная жизнь? – спросил он все таким же спокойным голосом.

– Хорошо, спасибо, – девушка вспомнила кольцо, которое он сам ей дарил, как символ… непонятно чего… думалось, что любви, и окончательно смутилась. Воспоминания были неуместными и выбивали ее из колеи, в которую она только-только начала возвращаться.

– Я рад! Торт – твой любимый, кофе – тоже как ты любишь. Наслаждайся! – отрывисто произнес Егор и, быстро поднявшись, вышел из кабинета, оставив девушку сидеть в резко вдруг наступившей тишине.

* * *

– Что это случилось с Егором? – спросила заглянувшая Надя, – Идешь на обед?

– Понятия не имею, – ответила Лиза, – и да, иду…

– Торт?

– Егор поздравил со свадьбой.

– Не поздновато? – подозрительно подняла бровь Надя, внимательно всматриваясь в подругу, иногда она умела быть удивительно проницательной и, как обычно, не вовремя.

Лиза отмахнулась от этого вопроса, накинула легкое пальто и вышла в коридор, так и не выпив кофе. Ей хотелось прогуляться по свежему воздуху.

Девчонки весело обсуждали свежие сплетни, самой интересной им почему-то показалась тема Егора. Точнее его новых отношений, причем сразу с двумя девушками. Сначала Егор начал ухаживать за сотрудницей по имени Алина, которая вела колонку моды. А затем начал ухаживать за Инной, которой Лиза передала свою колонку про выдающиеся исторические моменты. Чтобы задействовать всех консультантов по полной, было решено и в статьи про различные аспекты моды внести исторические справки. Лиза отметила про себя тот факт, что кажется его личные отношения с теми журналистками, которых он консультирует, становятся правилом. И она – всего лишь один из его типовых пунктов. Лизе стало даже немного обидно. Она, конечно, желала ему добра, но ей все же было приятнее думать о том, что их отношения были скорее исключением, данью страсти, чем обычным его поведением в такой ситуации. Видимо он решил тоже времени зря не терять… Что удивило Лизу больше всего, так это то, что обе девушки знали друг о друге и устроили нечто вроде соревнования, практически не предъявляя претензий, непосредственно, Егору. Как ему это удавалось, оставалось загадкой для всего издательства.

Так Егор стал регулярно появляться в издательстве. Это происходило настолько часто, что Лизе уже начало казаться, что он является его штатным сотрудником. Он даже, как слышала девушка, отказался от очередной экспедиции. Лиза с горечью почему-то отметила в тот момент, что он не сделал этого когда-то ради нее. Может быть, это показало бы ей, что мужчина дорожил отношениями. Впрочем, об этом она старалась не думать, потому что уколы ревности, непонятно откуда взявшиеся в ее сердце, мешали ей общаться с обеими сотрудницами, которые в силу девичьей болтливости сообщали Лизе самые пикантные подробности, с которыми и сама девушка была очень хорошо знакома.

Инна и Алина были хорошими знакомыми Лизы, но не являлись ее близкими подругами. В начале романа с Егором, обе почему-то решили, что общий любовник – повод для дружбы, что для самой Лизы было не настолько очевидным, скорее даже наоборот. Ей было весьма неприятно чувствовать себя частью гарема, особенно учитывая тот факт, что сама она была сейчас замужем за совсем другим человеком.

В ближайшем будущем обе девушки ожидали предложения руки и сердца, причем, совершенно не смущаясь возникшей между ними нездоровой конкуренции. Неизвестно, как ему это удавалось, но каждая считала себя уникальной и единственной и была уверена в том, что именно с ней у этого «замечательного мужчины» есть уникальная ни с чем не сравнимая связь, которая является самой прочной и глубокой в мире…

Слушая эти восхищенные речи, Лиза прятала улыбку за чашкой с любимым напитком, жалея о том, что не решила выпить его в одиночестве и тишине своего кабинета. На самом деле было не совсем понятно, для нее ли девушки так старательно хвалят отношения с Егором, или же просто показывают друг другу свое превосходство. Лиза подумала, что ей стоит предложить ему вернуть кольцо, которое он, когда-то ей подарил. Оно ему вскоре может пригодиться.

Вспоминая о его достоинствах, Лиза заставляла себя вспомнить и о его недостатках, ведь именно его отношение к ней заставило ее закончить их роман. А точнее, то отношение, которого она не получила. Ведь он хвастался тем, какая талантливая у него девушка, а сам читал только те статьи, в которых непосредственно участвовал. Не интересовался ее блогами, стихами и прочим творческим самовыражением, которое было для нее чрезвычайно важным. Вышедшие две книги тоже, как рассказывали ей две новые подруги, не вызвали у него достаточного интереса. Может быть, он был и прав, если не интересно, то неинтересно. Но все равно…

Она смотрела на Инну и Алину и думала об их непохожести. Почему он увлекся сразу двумя? И такими разными?

Алина – девушка фейерверк, всегда веселая и активная, громко смеющаяся и постоянно о чем-то разговаривающая, дающая советы независимо от того, просили ли о них. Впрочем, иногда она отличалась удивительной проницательностью и добротой. Девушка обладала более, чем выразительными формами, резкими перепадами настроения и внутренней потребностью постоянно находиться в центре внимания. У нее все в жизни было легко. Легко, несмотря ни на что…

И отношения с Егором были странной демонстрацией почти всего перечисленного. По большому счету, ее не сильно беспокоила возникшая конкуренция с Инной. К верности она относилась скорее снисходительно, к своей уникальности и неповторимости – с большой уверенностью. Она смотрела на робкую Инну скорее, как на спокойное пристанище, в котором ее любимый Егор находил временный отдых от накала страстей и вечного праздника с ней самой. Алина была твердо убеждена в том, что рано или поздно тихоня ему наскучит, и он, наконец, признает ее превосходство. И не только он.

Инна – коротко стриженная темноволосая миниатюрная девушка, скромная, спокойная, педантичная и покладистая, с очень тихим голосом, вдумчивым характером и тактичностью, граничащей с отсутствием своей собственной личной позиции. Между тем за всем этим проглядывал достаточно сильный характер и определенная жесткость.

Она, наоборот, считала, что взбалмошная и излишне эмоциональная Алина вскоре утомит такого умного и интеллигентного мужчину, как Егор. А сама Инна является его достойной половинкой, и вскоре ее любимый мужчина просто вынужден будет это понять и признать, наигравшись с простой и недостаточно тонко чувствующей его Алиной, которая к тому же совершенно не в состоянии понять высокие потребности его утонченной души.

Лиза знала это все из постоянных рассказов девушек, которые делились своими наблюдениями и переживаниями с ней вместе и поодиночке. Каждая по своему искала в Лизе поддержку, на которую та была не способна. Все, что она могла им предложить – это роль молчаливого слушателя, который держит все свои мысли при себе. Возможно, она не хотела об этом думать, а, возможно, как раз именно то, что она думала и чувствовала, и расстраивало Лизу больше всего.

За плечами обеих девушек, как узнала не так давно Лиза, было достаточно бурное и насыщенное прошлое со своими радостями и горестями, своим травмирующим опытом и нереализованными потребностями…

Что же должно быть на самом деле нужно человеку, чтобы подбирать таких разных женщин?

Задумавшись, Лиза сделала глоток горячего кофе и обожгла горло. Решив, что с нее хватит на сегодня чужой романтики, она вернулась в свой кабинет и набрала телефон Марка.

– Занят, перезвоню, – сухой деловой голос мужа расстроил ее еще больше. Лизе захотелось плакать. Разозлившись на себя за собственные глупые мысли, девушка решила найти и вернуть кольцо Егору, и в самом деле хранить его дальше было довольно странно. Отложив телефон, она сосредоточилась на статье, нервно и злобно стуча по клавишам в попытке сформулировать литературную речь.

* * *

Вечером Марк был хмур, а Лиза почему-то чувствовала себя виноватой. Днем он ей так и не перезвонил, и она старалась придумать этому причину. Ей было понятно, что он был занят. Но она всегда болезненно реагировала на такие моменты невнимания к своей персоне, и сама всегда старалась вовремя вспомнить о другом человеке и сдержать данное слово. Поэтому сейчас она злилась на себя за свою ранимость, на Марка за его невнимательность, на Егора за его любвеобильность и на подруг за их болтливость. Вечер обещал быть тихим и напряженным.

Лиза резко встала из-за стола и направилась в ванную комнату, где почему-то разрыдалась. Не понимая причину подобного срыва, она параллельно с вытиранием слез пыталась придумать и объяснение для Марка. Впрочем, он ни о чем не спросил. Отчего сиюминутное облегчение сменилось еще большей грустью.

Включив телевизор, он молча переключал каналы, а Лиза, убрав со стола, села за компьютер.

– Теперь так будет всегда? – зачем-то негромко спросила она и подняла глаза на Марка.

Он ее не услышал, продолжая с остервенением теребить пульт. Девушка не понимала, ей стоит оставить его в покое или все же поинтересоваться тем, что его беспокоит, отчего злилась на себя еще больше. В итоге она просто подошла к нему и молча села рядом на диван. Он взял ее руку, поднес к губам и продолжил смотреть новости.

А Лизе вдруг стало спокойно и хорошо. Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Рядом с ним девушка всегда чувствовала себя в безопасности.

* * *

Время шло. И такие молчаливые вечера стали нормой. Изменилось только одно – Лизе больше не было комфортно рядом с Марком, она научилась улавливать его состояние, но так и не научилась понимать его мысли. И ей постоянно казалось, что он находится где-то очень далеко и приближаться к ней не собирается. Ее делами он больше не интересовался. Идеями для новой книги – тоже. Лиза попыталась ему рассказать некоторые интересные на ее взгляд моменты, но по нарастающему раздражению она видела, что он считает подобные разговоры напрасной тратой времени.

– Может тебе занять себя ребенком? – однажды перебил он ее эмоциональный рассказ.

– Что? – Лиза оторопело уставилась на Марка. Сейчас она совершенно не понимала, куда делся тот умный, тактичный, интересный и внимательный мужчина, с которым она проводила в машине на трассе между городами многие часы в увлекательных беседах, удивляясь его внутреннему миру и открывая ему свой.

– Ну, ты сможешь совмещать это со своим хобби, я найму тебе няньку, – продолжил, как ни в чем ни бывало, Марк, по-прежнему переключая каналы пультом от телевизора, что крайне раздражало уже саму Лизу.

– Хобби? – эхом повторила она.

– Ну, я имею в виду твое сочинительство…

Лиза чуть не задохнулась от злости и обиды. Свое «сочинительство» она считала творческой реализацией одаренной личности, всегда с трепетом и тактом относясь к нему и требуя того же от других. Тем более учитывая успех предыдущих книг и повторный крупный тираж второго романа, она уже не считала это занятие хобби. И Марк об этом знал. Он знал о ее успехе, но не признавал его. Конечно, финансово он был намного более успешен, что, впрочем, не давало ему права… Лиза начала задыхаться даже от внутреннего диалога, который не воспроизводила вслух…

Она молча встала и ушла в другую комнату, где у нее находился второй рабочий стол. Мысли хаотично носились в голове, даже не пытаясь оформиться в связный текст. Лиза не понимала, как ей реагировать. Непонимание всегда выбивало ее из колеи, а в последнее время такие моменты стали довольно частыми в общении с Марком, обеспечивая ей бессонные и беспокойные ночи.

* * *

Подобное состояние девушки не оставалось незамеченным, и за ее спиной сотрудницы и подруги уже начали обсуждать его причину, однако спросить напрямую не могли. Все. Кроме Алисы. Девушка периодически проявляла чудеса бестактности, граничащей с дурным тоном и хамством. Однако, выбирая подобную манеру поведения она, чаще всего либо не могла контролировать желание выплеснуть на окружающих свой собственный негатив, либо провоцировала его выплеск в других. Впрочем, иногда, это было даже полезно…

Так произошло и сейчас. Придя в издательство, Алиса первым делом навестила подругу.

– Что Егор? Появляется? – просила она, резко меняя тему разговора, пытаясь прощупать самые болезненные на ее взгляд места.

– В смысле? – не поняла сути вопроса Лиза, – периодически он появляется в издательстве. Он же консультирует девочек.

Говоря эти слова, она улыбнулась, вспомнив возникший любовный треугольник, образованный двумя ее подругами и этим, равнодушным на первый взгляд, молодым мужчиной.

– А ты что? Участвуешь в этом состязании за небезызвестный трофей? – пристально всматриваясь в лицо Лизы, она пыталась найти скрытый смысл в ее улыбке.

– Я? Ты что?! Я же серьезная замужняя женщина! – рассмеялась Лиза. Ей было приятно вспоминать некоторые особо страстные моменты их общения, впрочем, делиться с кем бы то ни было ими она не собиралась. Но помимо своей воли, девушка как раз проговорила свой самый больной вопрос. Однако Алиса его упустила вместе с возможностью помочь подруге, тем самым дав ей выговориться на действительно беспокоящую ее тему. Продолжать Лиза не стала. Алиса, похоже, тоже утратила интерес к дальнейшему развитию этого разговора. Сославшись на необходимость встретиться со своими капризными клиентами, которые никак не могут определиться со страной для своего следующего путешествия, Алиса оставила, наконец, Лизу одну в ее рабочем кабинете.

Посидев еще недолго, погруженная в свои неуместно приятные воспоминания, Лиза стряхнула их с себя и занялась статьей. Впереди ее ждала еще одна интересная поездка, и девушка пыталась быстрее сделать остальную работу, чтобы успеть к ней подготовиться. Реализовать свой игривый настрой она решила по возвращению домой.

* * *

Вернувшись домой немного позже обычного, она застала привычную картину. Марк сидел перед телевизором, без конца переключая каналы.

– Привет, ты покушал? – спросила Лиза с порога. Сама она была очень голодна.

– Да, – ответил он ей вместо приветствия, не отрываясь от экрана телевизора.

– Как день прошел? – решила Лиза не давать ему возможности испортить себе настроение.

– Нормально, – ответил Марк. В этот момент Лиза почувствовала, что стучится в закрытую дубовую дверь, а открывать ей не собираются.

– Слушай, Марк. У тебя что-то происходит? – решила она выяснить все сразу.

– Да! Происходит. Вместо жены я получил фантом, который исчезает и появляется по одному ему известному графику. А если появляется, как ты любишь говорить его «мыслеформа», точнее форма, потому что мысли его по-прежнему далеко, – он говорил удивительно неподходящим ему капризным тоном маленького обиженного раздраженного мальчика.

– Ух ты. Какое длинное предложение. Похоже, у нас начинается диалог? – с улыбкой произнесла девушка. – Я рада, что ты хотя бы со мной разговариваешь…

Подойдя к нему, Лиза опустилась рядом на диван, взяла из его рук пульт и выключила телевизор. Она сидела и молча ждала продолжения, которое вскоре последовало, сведя на нет все надежды на романтическое проведение совместного вечера. Девушка подумала в этот момент, что до замужества в ее жизни было куда больше интима, чем после.

– Я все продумал. Ты можешь писать свои статьи дома, а не в издательстве. Тем более, что тебе больший доход приносят книги, а не статьи. Ты будешь дома к моему приходу. Будешь меня ждать, и я всегда буду знать, где ты находишься, – он говорил спокойно и его тон не предполагал других мнений и компромиссов. Это был приказ. И было видно, что, объясняя хоть что-то, он уже делал ей большое одолжение, которое не отменяет выполнение его требования.

Лиза понимала, что для мужчины, прожившего много лет с женой домохозяйкой, заглядывающей ему в глаза и выполняющей скорее роль прислуги без собственного мнения, мыслей и устремлений, а не с полноценным партнером, сложившаяся сейчас ситуация была крайне некомфортной. Понимала. Но сделать ничего не могла. Потому что идеи для своих романов, статей и само вдохновение она находила во внешнем мире, с которым взаимодействовала, открыв и разум и сердце. Изолировав себя от мира и общения, она перестанет существовать, как автор, как творец… Ей просто на просто будет скучно, и подобная унылая и бесцельная жизнь мало ей подходит. Но такое объяснение Марк счел бы слишком высокопарным. Он привык считать, что именно он сам является единственным смыслом жизни находящейся рядом женщины. И в его мире должно быть и может быть только так.

– Ты жалеешь, что ушел от жены… – это не было вопросом, Лиза это понимала, но, только произнеся это вслух, она вдруг признала эту правду. – Может, тебе стоит к ней вернуться?!

Девушка встала и отправилась готовить себе ужин, хотя аппетит улетучился вместе с последней фразой. Просто ей нужно было чем-то занять свои дрожащие руки. В такой ситуации рассказывать о предстоящей поездке было неуместным, однако менять свои планы девушка не собиралась. Ведь именно Италия стояла в ее жизненном плане на втором месте. Точнее, Флоренция, и от этого города она собиралась получить максимум эмоций, ощущений, вдохновения… В конце концов не зря она так сильно полюбила услышанное когда-то выражение о том, что путешествие – это единственный способ набраться опыта не постарев. Возможно, она не смогла создать уют для этого мужчины. Не смогла дать ему то, в чем он нуждался. Но она могла и обязана была дать это хотя бы себе…

Ночь Лиза провела без сна, слушая его неторопливые шаги по соседней комнате. Марк не спал, похоже, сейчас в его голове уже выстраивался план действий, и девушка почему-то была уверена, что больше не является одним из его пунктов. Возможно, мужчине было тяжело. Но помочь ему Лиза не могла. Она и в самом деле не могла дать ему то, что было необходимо – покорную молчаливую жену-домохозяйку, для которой он и его комфорт – единственный смысл жизни. Марк был намного более притягательным для нее, когда она сама для него была частью внешнего мира, в котором он проявлял решительность, внимательность и обаяние. Переместившись в его собственный мир, она вдруг обнаружила, что подходящего места для нее в нем нет.

Утром, проснувшись от звука закрывающейся входной двери, Лиза подумала о том, что дверь закрылась за ним в последний раз, однако вскоре уловила запах кофе, чашка с которым стояла на столе. Девушка улыбнулась, почему-то эта мелкая забота ее растрогала почти до слез. Как будто это была ниточка, связывающая вчерашний день с сегодняшним, и дающая возможность соединить его с завтрашним.

Глава 5

Придя на работу, она обнаружила в своем почтовом ящике письмо от Марка, в котором он сообщал коротко и конкретно ей о том, что сейчас занят открытием филиала своей компании в Японии, поэтому сегодня вечером улетает в командировку в эту страну на две недели. Если они вдруг не увидятся до его отъезда, то он желает ей приятно и с пользой провести это время и заодно подумать над своими жизненными приоритетами.

Учитывая, что он обещал взять в эту поездку ее с собой, Лизе стало понятно, что его вчерашнее требование – это ультиматум. И после возвращения от нее ждут только один ответ, который должен звучать приблизительно так: «Да дорогой, как скажешь!». Вот так без скандалов и упреков заканчивался, кажется, их недолгий союз. Это было странно и дико, учитывая то, сколько времени сама Лиза о нем думала, ждала и, теряя надежду, вновь ее находила.

Она сидела в своем заваленном бумагами кабинете и вспоминала дорогу, бесконечную дорогу, в которой он был хорошим попутчиком, с которым она искренне и глубоко обсуждала любые темы, несмотря на их сложность, неоднозначность или пикантность. Как это могло все так быстро закончиться? Куда делось то внимание, доверие и умение договариваться? Девушка была далека от мысли о том, что он неправ. Он прав. Для себя он однозначно прав. А ей стоит быть правой для себя.

Учитывая то, что через полторы недели ей предстояла поездка в Италию, похоже, что именно вчерашний вечер был их последним совместным и семейным.

Девушка нажала «ответить» и написала вежливое и теплое письмо, в котором пожелала ему удачной поездки, посоветовала заботиться о себе и не забывать о своевременной еде и сне. После чего сообщила о том, что ей предстоит командировка в Италию, которая продлится две недели. Поэтому она всегда будет рада его услышать или прочитать от него послание. На этом Лиза решила закончить писать, потому что знала, что может писать и говорить долго и подробно, из-за чего порой смысл сказанного размывался. Особенно для такого четко и конкретно мыслящего мужчины, как Марк. В конце подписав «твоя Лиза», девушка отправила письмо.

Девушке показалось, что ей на грудь положили огромный тяжелый камень, и он будет лежать там долго. Ведь это письмо Марк и примет за ее ответ на тему приоритетов. Увидятся ли они через месяц отсутствия. Или уже нет…

Лиза тяжело вздохнула и решила выйти на свежий воздух. Идя по коридору, она почувствовала, как непрошенные слезы начинают наворачиваться на глаза, и старалась побыстрее оказаться там, где ее не увидят сотрудники.

Только по закону подлости, который всегда срабатывает, она налетела на Егора, который шел ей навстречу, разговаривая с кем-то по телефону. Это было уже слишком! Бросив ему на ходу: «Привет», девушка ускорила шаг и еще до того, как он успел ей ответить, заскочила в вовремя открывшийся лифт. Обсуждать с ним свои проблемы она точно была не готова.

Бродя по парку, который находился недалеко от офиса, и чувствуя теплые лучи на влажном от слез лице она вспоминала… вспоминала… и еще раз вспоминала… Все прожитые моменты ей казались эпизодами написанной ею книги, и сейчас она перелистывала последнюю страницу, так и не поняв, могла ли история закончиться как-то иначе. Марк был прав. Вопрос приоритетов был самым важным. И он однозначно был среди ее приоритетов… только не на первом месте.

* * *

Стараясь немного развеяться, Лиза встретилась с сестрой. Девушки решили сходить в кафе поужинать, заодно поговорить. В последнее время они слишком редко виделись, а общаться по телефону не любили.

Кафе «Тринити» как обычно встретило их привычно вкусными и разнообразными блюдами и быстрым обслуживанием.

Девушка-официантка славянской внешности забавно смотрелась в восточном платье. Она скороговоркой сообщила обо всех акциях заведения и подала меню, которое сестры уже давно выучили наизусть. Приняв заказ, она быстро удалилась.

Горячий острый суп пришелся кстати. Дождавшись, пока девушка отойдет от стола, сестры продолжили разговор. Вера слушала молча, неодобрительно поджав губы. Лиза знала, что по мнению сестры нужно соглашаться на словах на все требования Марка, а в итоге делать, как считаешь правильным. Потом уже надо думать о том, как выкручиваться из сложившейся ситуации. Лиза так не умела и не хотела. Для нее самыми важными пунктами отношений помимо самих чувств были: искренность, доверие и уважение. Подобное поведение по ее мнению являлось нарушением их всех. Вера же считала подобную категоричность проявлением детского максимализма, но настаивать не стала. Эту тему они поднимали уже много раз и каждая оставалась при своем мнении.

– Так ты вновь останешься одна, ты это понимаешь? Всегда важно идти на компромисс! – вера тоном учительницы начальных классов говорила прописные истины.

– Ага. Напомни мне пожалуйста, в чем ты уступила мужу хотя бы раз? – ответила резковато Лиза.

Наставления сестры ее дико нервировали, потому что у самой Веры в семье мужчиной, с которым искали компромисс, была она сама. Мягкий муж, который больше всего в жизни не любил конфликты и дискомфорт, на словах соглашался со всеми ее требованиями. На словах. Поэтому сама Вера не могла представить ситуацию, в которой ей реально предстояло бы так сильно уступать. Более того, Лиза была уверена, что на ее месте Вера поступила бы также, как и она сама. Потому что важность дела, в которое вложена душа, мысли и амбиции, была для нее тоже на первом месте.

– Сказку хочется посмотреть. И даже больше. Хочется поверить в сказку! – сменила тему Лиза. В этот момент ей и в самом деле захотелось в нереальный сказочный мир, в котором случаются чудеса и все легко и хорошо заканчивается.

– Я видела рекламу. В «Аймаксе» сейчас идет сказка «Чем дальше в лес». Пойдем?

– Давай! Во сколько сеанс?

Вера набрала номер мужа. Через пять минут он перезвонил и сообщил о том, что купил им билеты по интернету. До следующего сеанса у них был еще целый час.

Девушки продолжили ужинать, неспешно перескакивая с одной обсуждаемой темы на другую.

– Ты знаешь, я тут подумала. Я бы поехала на тренинг в Италию с тобой. Это еще возможно? – внезапно спросила Вера.

– Я смотрю, в сказку хочется не только мне? – рассмеялась Лиза. – Завтра позвоню и узнаю.

– Спасибо! Ты уже собрала вещи?

– Нет. Но список уже составила. Там будет очень тепло! – Лиза подумала о том, что в свой список не внесла зонт. Температуру она посмотрела, а вот облачность – нет. Вспомнив, как однажды она уже посетила красивую страну, где ее ждали теплые и непрерывные дожди, Лиза улыбнулась. Девушка в красках описала сестре свои мокрые ноги в непросыхающей обуви, крепкий виски для профилактики простуды и веселое настроение, несоответствующее унылым пейзажам на фотографиях.

Подошло время сеанса. Девушки заняли свои места в темном зале с мягкими креслами и приготовились окунуться в жизнь сказочных персонажей.

Фильм оказался мюзиклом. Лиза тихо хихикала, она помнила о том, что подобный жанр Вера не любила, мягко говоря, и ждала, на какой минуте она предложит закончить просмотр. Но Вера мужественно держалась.

– Они что опять будут петь? – измученный голос Веры делал этот комментарий в начале очередного унылого куплета, что веселило Лизу. Впрочем, недолго. Вскоре она сама устала от постоянных песен, которые переводились субтитрами внизу экрана. Мало того, что приходилось постоянно напрягать глаза для чтения, так еще и перевод не соответствовал оригиналу. Немного зная английский язык, Лиза невольно переводила в голове слова. И смысл написанного не имел ничего общего с тем, каким он должен был быть.

Как оказалось, жанр мюзикла был очень не близок и самой Лизе. Помимо всего прочего, сказка оказалась неинтересной, и через два часа девушки с сожалением подумали о том, что могли не тратить драгоценное время на такую ерунду. Сказка была откровенно недоброй и больше походила на пародию над всеми увиденными ранее сказками, чем на самостоятельное творение. Только пародия была не смешной.

После фильма девушкам понадобился утешительный приз, и обе купили по большому ведру карамелизированного попкорна. Лиза его обожала, но из-за склонности к полноте старалась ограничивать количество сладкого. Сейчас же она с удовольствием сделала это приятное исключение и на следующее утро с огромным удовольствием слопала оставшийся попкорн с очень крепким и очень сладким кофе, отбив у себя желание есть сладости на всю ближайшую неделю.

Удивляясь своему не вовремя проявившемуся терпению девушки всю дорогу домой жалели о том, что не додумались перейти в какой-то другой зал или просто покинуть кинотеатр.

– Надеюсь, тренинг не будет таким же разочарованием, как эта сказка, – зачем то сказала Вера.

– Не будет! Во всяком случае, посмотришь удивительную страну! – уверенно ответила Лиза. Она знала, что обязательно увидит и почувствует новый мир, получит новые необычные впечатления, поймет что-то о себе самой. Сможет ли это сделать Вера? Теоретически – да. Тем более, что она уже раньше посещала тренинги НЛП и знает, что это такое. А практически. Захочет – сможет! Для того, чтобы что-то почувствовать, нужно захотеть. Нужно открыться. Нужно принять. Мир не будет стучать в твою закрытую душу, поэтому все будет зависеть от самой Веры.

* * *

Неделя пролетела быстро в срочном дописывании текстов статей и подготовке к предстоящему путешествию. В такой суматохе думать о Марке времени не было, впрочем, этого времени хватало бессонными ночами. И Лизе хотелось все бросить и полететь к нему в Японию или хотя бы написать письмо о том, как сильно она скучает, и как ей жаль. Она могла бы это сделать, только все, что она могла написать или сказать, не являлось бы тем ответом на четко поставленный вопрос, который Марку требовался. Поэтому она просто лежала и думала о всех тех моментах, которые у них были и тех, которых уже не будет.

Они даже не успели в повседневной суете забрать фотографии со свадьбы. Вспомнив об этом, Лиза даже улыбнулась. Впрочем, улыбка была грустной. Вытерев слезы и повернувшись на другой бок, она посмотрела в окно, в которое участливо заглядывала полная луна.

До отъезда оставалось всего несколько дней. Марк в ответ на письмо о предстоящей поездке прислал ей смс с текстом: «Счастливой дороги». И все.

Благо, работа всегда помогала девушке отвлечься. Сейчас она использовала проверенный метод и, ожидая оценки редактора на законченную статью, девушка описывала свои горькие эмоции и мысли, подарив их своей героине. Похоже, ее ждет целая серия романов. Улыбнувшись этой своей мысли, девушка отвлеклась на звук открывающейся двери кабинета.

Это был Егор. У него было несколько новых идей для статей, и он решил посоветоваться с Лизой по поводу того, в каком ракурсе ему стоит освещать некоторые исторические события. Девушки, которых он консультировал, помочь ему в этом не могли. Тем более, что до разговоров у них видимо доходило в последний момент. Хихикнув еще одной своей мысли, Лиза внимательно посмотрела на Егора, похоже, что он и в самом деле был увлечен изложением интересной идеи.

– Творчество – это созидание, ты же понимаешь, что образ наших современных героев и героинь, так сказать, я имею в виду выдающиеся личности, часто больше создан и придуман как раз теми, кто их описывает. То есть нами с тобой. Также происходит и с историческими личностями, разница только в том, что сейчас есть папарацци и скрыть неприглядные моменты из жизни современников становится сложнее!

– Да уж. Разве то, что мы делаем можно назвать творчеством? – скептически улыбнулся в ответ Егор. Он пил свой чай, сидя в кресле напротив Лизы и смотрел ей в глаза.

– Ты знаешь, твои героини совсем на тебя не похожи, – вдруг сменил он тему.

– Ты читал мои книги? – изумленно спросила девушка.

– Да! Я пять дней пытался прочесть.

– Так ты пытался или тебе удалось? – решила на всякий случай уточнить Лиза.

– Удалось, – улыбнулся довольный собой Егор.

– Ты ж не любишь фэнтези и женские романы, – все также изумленно продолжила Лиза. Услышанное совершенно не укладывалось в сознании.

– Я просто хотел понять, что творится у тебя в голове, – ответил он после небольшой паузы.

– Помогло? – спросила девушка с улыбкой, приходя в себя.

– Нет… Не помогло, – с показной грустью ответил Егор.

Лиза весело рассмеялась в ответ. Сказать было нечего. Уследить за полетом ее фантазии было и в самом деле сложно, а понять свои сны, которые она описывала, девушка и сама часто не могла. Впрочем, они удивительно удачно и уместно ложились в сюжет, делая его ярче и загадочней.

Улыбалась она еще и потому, что ей было приятно. Приятно, что он читал, старался найти ее саму в строках созданных ею произведений, пытался ее понять. Почему-то это оказалось для девушки очень важным, значимым. И подняв глаза от своей чашки с кофе, она увидела его уже немного по-другому. Потому что для взрослого мужчины, читающего только исторические документальные опусы, прочесть книгу фэнтези и женский роман – это подвиг! Даже два! «А говорят в наш век нет героев», – подумала с улыбкой Лиза, стараясь запомнить эту мысль и ощущение для своей будущей книги.

– Ну… Я уже пишу вторую книгу в стиле фэнтези, – продолжая улыбаться сказала Лиза, – хочешь прочесть?

– А она будет такая же… толстая? – осторожно спросил Егор, вызвав настоящий взрыв смеха у Лизы.

– Ага. Только шрифт будет мельче…

* * *

Учитывая сложившиеся обстоятельства, новый проект подоспел очень вовремя. Точнее, это был тренинг, который Лизу пригласили освещать для родного журнала. Состав группы был девушке не известен, но это было и не важно, ведь она могла немного развеяться, решить какие-то свои психологические проблемы, до которых в обычное время не доходили руки, ну и написать серию статей о поездке.

То, что ехать предстояло в Италию не переставало радовать девушку. Судьба по-прежнему исполняла пункты ее плана один за другим. Лиза подумала о том, что первым пунктом ей нужно было написать счастливая, взаимная и, что самое главное, легкая и счастливая любовь, но она почему-то этого не сделала. Вот видимо, судьба об этом и не узнала…

Сидя на очередном совещании и слушая витиеватые речи редактора, Лиза мысленно уже собирала вещи, с учетом того, что в Венеции ожидалось двадцать два градуса тепла, предвкушая еще один виток событий в теплой красивой стране. Еще один период, за который ей предстоит измениться. И, естественно, девушка не сомневалась в том, что эта удивительная страна подарит ей не одну идею для ее новой книги. Что это будет: еще один роман либо книга в стиле фэнтези, она не знала, но была готова вписать туда любые идеи и впечатления. А уж в каком жанре она сможет их воплотить – второстепенный вопрос.

Глава 6

«…Венеция, плетущая свое невесомое кружево материальной реальности, запечатленной в хрупком стекле. Нереальное, едва уловимое напыление золотой пыльцы, ненадолго остановившей свое движение по вечности в хрупких стеклянных изделиях венецианских мастеров.

Легкий ветерок, несущий свежесть воды… Прохладное местное вино в теплый солнечный день… Интересные выразительные скульптуры… Множество разнообразных, украшенных живыми цветами фасадов, намекающих на романтичность переживаний в настоящем и прошлом… Разноголосое эхо впечатленных увиденным туристов… Быстрая речь спешащих по своим делам местных жителей, которые громко говорят и выразительно жестикулируют… и восхищение… удивление… красота… в воздухе… в воде каналов… в голосах поющих гондольеров и гостей города, группками или поодиночке разгуливающих по узким улочкам и многочисленным мостам Венеции…

Этот город сложно описать словами, это – едва уловимое, нежно касающееся гостя ощущение легкости, радости, чего-то еще… таинственного и удивительно светлого чувства, которое готово проникнуть в душу, освободив ее от всего лишнего, ненужного… от всего, что имеет вес, и заполнить ее легкостью, чистотой, невесомостью, радостью, предвкушением чего-то важного, значимого, единственно ценного. Наверное, это сродни чувству влюбленности… в каналы, по которым снуют гондолы, в разноцветные фасады стоящих по их берегам старинных зданий… в туристов, которые не касаются вашего собственного мира лишь потому, что он уже неуловимо изменился в такт с дыханием этого удивительного города.

Разноязычные голоса звучат, суетливо перемещаясь вдоль Гранд канала, но не цепляют, не проникают в солнечный внутренний гармоничный покой, который ощущаешь в этом городе. Венеция тактично и доверительно с каждым ведет разговор один на один…».

Первый день прошел в созерцании и удивлении. Облик города был сформирован еще в XIV–XVI веках во время расцвета Венецианской республики и до сих пор сохранился, несмотря на периодические затопления, смену эпох и витиеватость истории. Странно было думать о том, что вскоре этот удивительный город может полностью уйти под воду, постепенно погружаясь в Венецианскую лагуну со всеми своими 118 островками, разделёнными 150 каналами, через которые переброшено около 400 мостов.

Вдохновение пришло к Лизе, даря восхищенные строчки не о фактах, истории и значении этого города, а лишь об ощущениях и чувствах. Как будто душа раскрылась нараспашку, и оттуда вылетали птицы, порхая и заставляя строчки, написанные девушкой, дышать восхищением.

Прогуливаясь по узким улочкам и многочисленным мостам, она постоянно думала о том, сильно ли странно она будет выглядеть, если ей придется постоянно что-то записывать в блокнот. Но поскольку все члены тренинговой группы знали о ее профессии, то она решила не стесняться и, достав блокнот, больше его не прятала. Наполнившаяся новыми ощущениями группа, состоявшая из семи человек и ведущей, остановила свой взор на открытой площадке кафе у Гранд канала, где и решили все дружно утолить голод.

Лиза выбрала ризотто с морепродуктами и, потягивая прохладное вино, завороженно смотрела на блестящую в солнечных лучах воду. Вдоль Гранд канала прогуливались романтично настроенные парочки, что было неудивительно, казалось, весь город дышал романтикой, звучал романтикой и жил этим же чувством. Гиды на разных языках вдохновенно рассказывали своим группам одни и те же истории о замершем в стекле городе. Кораблики приплывали и отчаливали, доставляя своих пассажиров на островки Морано, Бурано и еще какой-то, название которого Лиза почему-то напрочь забыла.

Вера, приехавшая вместе с Лизой на тренинг, молчаливо разглядывала сестру, которая мечтательно смотрела на воду канала. Она уже знала, что вслед за этим последуют какие-то строки, которая та будет судорожно записывать, боясь упустить… Замирая и останавливаясь, как будто слушая незнакомую мелодию или пытаясь различить звучащие вдалеке слова… Впрочем, влюбляясь, Лиза с таким же видом писала свои поэтические строки, на которые ее вдохновляло новое чувство. И никогда нельзя было точно определить, думает ли Лиза о мужчине, о красоте природы или о чем-то еще, что до конца не сформировалось в ее душе.

Две девушки, которые оказались в тренинговой группе вместе с Лизой и Верой, прибыли из соседнего государства и сейчас делились своими впечатлениями со всеми, согласными их слушать. Они были приблизительно такого же возраста, как и Лиза, обе веселые, жизнерадостные и не сильно готовые делиться своими жизненными историями. Впрочем, так или иначе, журналистка узнала о том, что Инна переживала болезненный развод. Елена – была ее двоюродной сестрой, которая поехала с ней в Италию просто потому, что муж Инны планировал попытаться восстановить здесь отношения со своей желающей свободы женой. Чтобы не мучить себя и получить от путешествия максимум пользы и позитива, сестры решили его исключить и, втайне от него, Инна заменила его фамилию на фамилию своей кузины. О чем ему и сообщила за два дня до отъезда. В общем, девушкам было, что и кого обсудить. Лиза слушала разговорчивых сестер и старалась не вмешиваться, в конце концов, у нее и своих забот хватало.

Иван Борисович и Инна Михайловна – женатая пара, которая занималась НЛП уже лет десять. Они старались не пропускать выездные тренинги, совмещая их с отпуском. Между собой они общались мало, направляя все свое внимание на ведущую тренинга. Казалось, им даже не нужно было говорить. Они настолько выразительно переглядывались, что складывалось впечатление, будто они читают мысли друг друга, периодически согласно кивая головой или недовольно вздыхая в ответ на беззвучные вопросы. На вид им было обоим около сорока с небольшим. Ухоженные, постоянно немного чем-то удивленные и исключительно вежливые владельцы собственного небольшого бизнеса, они не вызвали большого интереса у Лизы. Возможно, причиной тому послужили уникальные вдохновляющие места или увлекательный тренинг, заставляющий окунаться в прошлое и ощущать энергетику этих мест, а возможно просто они не входили в круг ее «приоритетов». Совершенно не вовремя появившиеся мысли о Марке немного испортили девушке настроение. Досада и грусть были сейчас ей ни к чему, поэтому она сделала большой глоток вина и принялась записывать свои впечатления от самого тренинга, по свежей памяти.

Ну и, конечно же, в группе был седьмой член – Карина – бессменный организатор тренингов Евы Марковны. Впрочем, как считала Лиза, шесть человек – это не сильно старательно выполненная работа организатора, но, учитывая, что сейчас девушки общались между собой по-дружески, держала свое мнение при себе, дабы не испортить установившийся доверительный мир.

Ева Марковна смотрела на свою небольшую группу и думала о чем-то своем. Дождавшись заказанный овощной салат, она молча поглощала крупно нарезанные капустные листы, запивая их терпким вином. Лиза спешила запечатлеть на бумаге все свои мысли и, исписав уже более десятка страниц, решила, наконец, сделать передышку. Она с наслаждением ела свое ризотто с большим количеством мидий, морских гребешков и осьминожков. Порция была настолько объемной, что девушке пришлось отказаться от десерта в пользу сестры, за что та радостно ее поблагодарила. Впрочем, через непродолжительное время, шутливо начала жаловаться на то, что с такими вкусностями борьба с лишним весом – дело проигрышное. Как все молодые и не очень девушки, Вера боролась за свою фигуру. Боролась надо сказать весьма странно, потому что любовь к сладкому жила в ней, не ослабевая и не уменьшаясь, всю ее жизнь. А отказывать себе в маленьких радостях она была не намерена. Лиза верила тому, что сладости в этой стране потрясающе вкусные, но была просто не в состоянии съесть еще хоть кусочек.

Вечерняя Венеция, поблескивая водой каналов, освещенной светом фонарей, не спешила прощаться с туристами, небольшие группы которых слушали в наушниках историю города на родном для каждого из них языке.

Первая часть тренинга закончилась, и девушки решили прогуляться по площади Сан Марко, затем в опускающихся на город сумерках отправились на кораблике по Гранд Каналу на автобусную станцию и уже после – в отель, который находился в Местре.

«…Местре – материковая часть Венеции, маленький городок, где местные жители с самого утра пьют кофе с чем-то покрепче, закусывают вкусными бутербродами с хрустящей корочкой и спешат по каким-то важным для них делам. Общение непринужденное, «свойское», что поначалу немного удивляет, но затем расслабляет…».

Лиза продолжала делать свои записи везде. Даже глядя в окна медленно плывущего кораблика, а затем, автобуса, казалось, она видела только строчки своих будущих произведений.

Три первых дня путешествия пролетели быстро… Тренинг плавно переместился на остров Морано, что совместили с разглядыванием изделий местных мастеров, прогулками вдоль каналов и вкусными обедами в многочисленных мелких ресторанчиках города.

Глядя на воду. Которая непрозрачной пеленой отделяла суетливую сушу от глубинного основания, Лиза послушно голосу Евы Марковны расслабилась. Вопрос не успел оформиться в сознании девушки, но видимо уже давно сформировался где-то в более глубоких слоях ее существа и оформился в видение.

Лиза чувствовала, что она – мужчина, который сидит внутри мрачной полутемной пещеры, где сыро и холодно. И мужчина этот – Егор. Не успев удивиться своим ощущениям перекраиваемого тела и меняющегося сознания, девушка все глубже уходила в мрачный чужой мир. В нем не было ярких красок и сильных впечатлений. Угрюмая тишина почти не давила на привыкшее к ней сознание мужчины. Холодные камни вокруг были привычно неуютными.

Внимание мужчины привлекло какое-то движение у входа в пещеру. Он перевел туда свой взгляд и удивленно замер.

В непонятно откуда взявшееся прозрачное стекло, плотно закрывающее вход в пещеру, билась русалка. Она билась и билась, и вокруг нее плескалась голубая искрящаяся кристально чистая вода, в которой радостно мелькали разноцветные рыбки.

Мужчина смотрел на грациозную русалку. Он видел, что если она попадет внутрь, то только со всем своим водным разноцветным миром, который затопит пещеру. Затопит его. Полностью. Без остатка. Не оставив ни глотка воздуха. Ни мига тишины. Ни одного привычно блеклого оттенка.

И он ждал. Молча. Не мешая и не помогая. Наблюдая за тем, как она бьется в начавшее трещать стекло, увеличивая свои шансы попасть внутрь с каждым движением, с каждым рывком, с каждый своим вздохом.

И в какой-то момент стекло не выдержало. Трещина ослабила неизвестно кем созданный барьер настолько, что под толщей воды он лопнул. Рассыпался на мелкие осколки, упавшие на земляной пол пещеры, которую затапливала прозрачная, чистая и холодная вода, несущая свой красочный и яркий мир к нему. Вместе с яркими красками внутри стало светло и уютно.

Русалка подплыла к мужчине, и он вдруг понял, что вода не затопила его пещеру. Она заполнила ровно половину. Вода доходила как раз до поверхности камня, на котором он сидел. Русалка улыбнулась ему радостно и обняла. Она тянула к нему руки из своего водного мира, и он отвечал ей взаимностью, оставаясь в своем. В душе усиливалось тепло. Мир вокруг стал красочным и ярким. Внимательно присмотревшись к русалке, Лиза вдруг поняла, что это – она сама.

Девушка глубоко вздохнула. Возможность совместить их миры удивляла девушку, хотя казалось, что два человека всегда могут это сделать достаточно безболезненно. Мрачность его мира Лизу немного расстроила. Но больше всего ее удивило другое – почему она опять видит Егора?!

Решив не делиться впечатлениями с остальными, Лиза молча гуляла вдоль каналов, ожидая окончания тренинга. Не все выполняли техники так же быстро, как она. Поэтому в ее распоряжении было еще минимум полчаса на осмысливание полученной информации.

Внимание Евы Марковны, как обычно, привлекла Карина, громко рассказывая свои «уникальные видения, которых никогда не может быть ни у кого другого». Поэтому Лиза могла не рассказывать впечатление от собственного видения даже ведущей.

В последний вечер компания еще раз прошлась по тем же улочкам, с некоторой грустью глядя на зажигающиеся фонари, и в сумерках прощалась с этим удивительным городом, с которым все успели лишь немного познакомиться за столь недолгий промежуток времени. Для себя Лиза решила, что когда-то обязательно сюда вернется. Только уже воплощать свои романтические идеи. Забавно, но при мысли об этом она увидела лицо Егора, что ее смутило, потому как сейчас в ее мыслях должен был быть совсем другой мужчина. Во всяком случае, это было бы естественнее и правильнее…

Следующим утром, позавтракав традиционными бутербродами с нежнейшим мясом и сыром, закусив шоколадным круассаном и подарив себе пару минут наслаждения за чашечкой горячего и очень сладкого кофе, вся компания, собрав вещи, отправилась на вокзал. Впереди их ждала Флоренция, где должна была пройти основная часть тренинговой программы.

* * *

Сложно сказать, чего именно ждала Лиза от этого города, но она была уверена в том, что если у него есть хоть часть очарования Венеции, то следующие пять-шесть дней пройдут насыщенно. Два часа в комфортном поезде успокаивали, и негромкие голоса общающихся на разных языках пассажиров погружали в странное состояние вневременности и покоя. Девушке хотелось писать, творить, создать что-то такое, что поможет запечатлеть и сохранить в себе состояние, которое ей сложно было даже описать словами. Она просто наслаждалась самим этим удивительным покоем.

Лиза вообще любила состояние «в пути» или «чемоданное». Это – когда находишься где-то посередине пути. Ты уже не в пункте «А», но еще не в пункте «Б». Как будто тебя еще или уже нет. И ты можешь чувствовать и думать, не привязываясь ко времени и актуальным темам. Память находит в своих недрах какие-то другие важные для нее моменты и, добавляя состояние «созерцательности», выдает владельцу. В пути все становится немного другим, как и сами путешественники.

Флоренция встретила туристов солнцем, теплом и большим количеством витрин бутиков. В первый же день Лизе пришлось спасать растертые, не привыкшие к долгой ходьбе ноги, поэтому она не стала возражать против незапланированного шопинга, на котором настаивали Инна и Елена. Найдя босоножки из очень мягкой кожи на небольшом каблуке, Лиза даже не стала их снимать после примерки. На предложение продавца померить еще какие-то модели, она честно ответила, что это слишком больно и эти босоножки она уже не вернет. Девушка продавец улыбнулась, сделала ей скидку и упаковала ее «лодочки» в пакет. Дальше Лизе уже ничего не мешало чувствовать город, озарившийся вечером множеством огоньков.

После Венеции девушке не хватало воды, набережной, гудков корабликов. Впрочем, реку Арно они вскоре нашли, ее пересекало несколько мостов, на одном из которых находилось множество лавок с золотыми украшениями, из-за которых прогулка грозила затянуться.

Флоренция была совсем другой, и это чувствовалось сразу. Лиза даже приблизительно не представляла, какое впечатление на нее произведет этот небольшой, спокойный и необычайно красивый город, каждый фасад здания которого послужил площадкой для воплощения творческого порыва какого-либо скульптора или художника. Впрочем, осмотр достопримечательностей все дружно решили оставить на следующий день. Благо, впереди их было еще пять. Этим вечером все сосредоточились на меню уютного ресторанчика с обязательным бокалом вина и блюдами из морепродуктов.

Неспешно гуляя по старинным улочкам весь следующий день и рассматривая фасады зданий, Лиза, наконец, попробовала жареные каштаны, которые показались ей необычными и вкусными. То ли девушка проголодалась, то ли и в самом деле она оценила их непривычный вкус. В магазинчиках сладостей Лиза решила попробовать и засахаренные каштаны и вдруг поняла, что с этого момента эта сладость стала ее любимой, к тому же отлично сочетающейся с большой чашкой горячего черного чая. Решив не останавливаться на достигнутом, сестры попробовали еще одну хваленную местную сладость. Мороженное во Флоренции – обязательный пункт программы, только вот никто не сказал, что пара шариков мороженного в итальянском исполнении – это очень и очень много. Лиза с ужасом и восхищением смотрела на огромное количество очень сладкого и безумно вкусного мороженного с крошками шоколада в хрустящем вафельном стаканчике. Поначалу девушка не могла от него оторваться, наслаждаясь сладостью и ароматом. Сделав несколько фотографий на память, девушка осознала, что осилить такое количество не в состоянии и, поуговаривав себя недолго, выбросила остаток в мусорное ведро.

Лизе периодически вспоминалась Венеция, классическая музыка, которую играли скрипач и пианист в одном из открытых кафе на площади. Девушке так не хватало романтики во всей этой интересной поездке. Без ощущения влюбленности все другие казались ей неполными. Ей хотелось гулять по вечерним улицам, смотреть на зажигающиеся огоньки, слушать доносящуюся из придорожных кафешек музыку, держа под руку… Лиза остановилась. Образ Егора всплыл из памяти и сейчас требовал к себе внимания. Девушка задумалась. Может быть, это произошло просто потому, что когда они встречались, романтики между ними не было совершенно. Успокоив себя этой мыслью, Лиза поспешила вслед остальной группе. Ева Марковна рассказывала о каком-то увлекательном периоде истории этого города, а остальные молча ее слушали.

«…Как будто пытаясь порадовать меня дополнительно, через пару дней Флоренция подарила нам удивительное выступление оперной певицы, которая восхищала своим идеальным голосом жителей и туристов этого города прямо на площади. Это было удивительно и прекрасно, слушать чистый голос, прославляющий красоту чувственного мира, сидя в уютном открытом кафе и наслаждаясь холодным вином, без которого мне сложно теперь представить обед…».

Лиза по-прежнему использовала каждый свободный миг для того, что бы сделать свои наброски. По своему опыту она знала, что то уникальное состояние, которое заставляет создавать красивые формулировки, приходит неожиданно и покидает быстро, поэтому терять мысль явно не стоит. Вечером, довольная собой и прошедшим днем, Лиза куталась в одеяло и улыбалась будущему дню.

«…История города начинается еще с 200 года до н. э., когда его основали этруски, во время войны римляне разрушили его и позже восстановили, поселив тут своих военных ветеранов. После падения Рима город захватили лангобарды, затем – франки, потом Флоренция стала частью Священной Римской Империи. Город пережил наводнения и чуму, отмену крепостного права, борьбу между различными группировками за право власти (между гвельфами (сторонниками папской власти) и гибеллинами (сторонниками императоров Священной Римской Империи)) с последующим изгнанием и истреблением оппозиции, экономический рост и спад, развитие промышленности и торговли, даже чеканил собственную монету, которая была одной из главных валют Европы…».

Во Флоренции находилось много старинных храмов, которые группа посетила в процессе выполнения тренинга и экскурсий. Определенное состояние, в котором пребывали выполняющие психологические техники участники тренинга, позволяло острее ощущать красоту окружающего мира, тонко чувствовать энергию и важность молитвы, понимать суть сказанного, улавливая истинное значение слов и проникать сознанием в те времена, когда еще не было туристов и фотоаппаратов, но уже существовали такие знакомые многим современникам чувства и мысли. Наверное, именно чувства и были связующим звеном между любыми временами, между людьми далеких друг другу поколений.

Церковь Санта Мария Новелла была построена в XIV–XV веках, затем фасад был перестроен, и произошло обновление интерьера. Множество произведений искусства XIV-XVI веков, старинные фрески, бюсты, надгробные памятники и картины известных художников хранились в этом доминиканском храме. Но Лизу больше интересовало не то, кому принадлежит авторство этих шедевров, а то, какие ощущения испытываешь внутри собственной души, попадая внутрь этих расписанных стен. Удивительным было это ощущение. Несмотря на то, что этот храм всегда посещало огромное количество туристов, он все равно оставался храмом, в котором множество людей возносили, возносят и будут возносить свои молитвы. И любой, попавший внутрь, понимает, что перед ним – шедевры не потому, что их писали прославленные мастера, а лишь потому, что они вызывают отклик в его сердце, задевают все струны, заставляют замереть и любоваться, признавая величие таланта, как Божьего дара.

Внутри находился уютный, тихий, ухоженный дворик, где посетители продолжали переговариваться между собой тихими голосами, стараясь не потревожить его покой. Девушке была не совсем понятна традиция хоронить выдающихся людей в церквях, однако у каждого народа свои традиции, и она считала правильным их чтить.

Пообедать вся компания решила в небольшом ресторанчике, в котором кушали местные жители. Такие заведения работали только в обеденное время, что удивляло, как и то, что все итальянцы трапезничали строго по расписанию. Лиза проверила на своем опыте, что находясь не в туристической зоне, найти открытый ресторанчик в необеденное время достаточно сложно. А когда это удается, то нельзя рассчитывать на привычно длинный перечень меню. Официант просто пошла на кухню узнавать, что есть из еды, и выбрав из двух вариантов более приемлемый, Лиза удовольствовалась этим. Впрочем, и стоимость подобного приравнивалась к стоимости комплексного обеда, так что девушка не была сильно огорчена.

Чтобы полнее ощутить местный колорит, во Флоренции компания нашла парочку таких ресторанчиков для местных жителей, и все дружно окунулись в шумный мир обедающих итальянцев. Они и в самом деле оказались громкими, и первые несколько минут Лизе казалось, что она находится в переполненном Макдоналдсе (только пахло там вкусно), хотя само помещение ресторанчика было небольшое, и соответственно людей быть много в нем не могло. Лиза поняла, что для того, чтобы услышать друг друга нужно просто говорить громче, чем соседи… И так считали все. Через какое-то время девушка привыкла к этому шуму и с удовольствием наблюдала за мечущимися официантами, которых народ подзывал громкими возгласами… полными бутылками вина, которые сменяли уже опустевшие… оживленными итальянцами, которые умудрялись есть, пить и при этом не прекращали разговаривать, громко смеяться и артистично жестикулировать, причем делали все это с нескрываемым удовольствием. У Лизы возникло ощущение, что она смотрит веселое кино, динамика которого сохраняется до самого конца, т. е. до окончания обеденного времени, когда ресторанчик стремительно пустеет…

Вся Флоренция – это старинные фасады и музеи, храмы и магазины, кафешки и скульптуры… Лиза думала о том, что именно ей следует описывать в своих статьях и пришла к выводу, что исторические моменты, описание архитектуры и немного своих впечатлений, вполне будут в «формате журнала». Это стандартное выражение, которое использовалось достаточно часто в издательстве, иногда ее раздражало, сковывало и ограничивало. С другой стороны, она поняла, что всегда есть видимая и невидимая части. И все, что она не может вместить в статьи для любознательного читателя, она вполне может воплотить на страницах своих менее ограниченных цензурой книг. Поэтому сейчас она наслаждалась своими мыслями и ощущениями, подбирая всевозможные формулировки и записывая их в свой уже порядком потрепанный блокнот. Решив для себя дома определяться с тем, куда и какие мысли она будет транслировать.

«…Флоренция на каждом шагу демонстрирует какую-то часть истории в удивительных художественных творениях разных эпох. Если есть возможность не бежать за гидом, слушая историю и перечисления известных имен, можно самостоятельно прогуляться по улочкам, любуясь удивительно красивыми элементами фасадов, сохранивших свой облик с XVI века, постоять у статуй в музее, попытаться понять, что именно чувствовал автор произведения, как он относился к персонажу, которого изображал, чей облик старался придать герою мифа. Что хотел сказать и выразить в камне или на холсте. Это – удивительное и увлекательное путешествие, в котором нет преград. Нужно просто быть внимательным к месту, в котором ты находишься, к людям, которые жили до нас, и тем, кто бережет эту историю сейчас, к чувствам и образам, возникающим на этой удивительной, наполненной творческим вдохновением, земле…».

Самым удивительным, величественным и дорогим местом для Лизы стал Собор Санта-Мария-дель-Фьоре (Дуомо), который строился несколько столетий, воплощая идеи художников-архитекторов. Дождавшись своей очереди войти в храм, девушка переступила его порог. И замерла. Он был огромен. Звуки органа, как будто настраивали струны ее собственной души, заставляя пространство колыхаться и вибрировать. Лиза почувствовала, как вместо целого человека, она и сама начала превращаться в вибрацию, энергию, которая дрожит внутри и, вырываясь, распространяется в огромном пространстве храма. И, кажется, что нет стен, а купол – всего лишь видимость для тех, кто не готов посмотреть выше. Душа вслед за звуками уносится еще выше, туда, где легкая суета и приглушенные голоса перестают существовать, не являясь больше частью этого мира. Наверное, только такой огромный и величественный храм может отразить саму душу с ее потрясающей способностью вмещать весь мир с его бесконечными чувствами. Избавляясь от суетных переживаний, душа, как и этот храм, показывает много мест, которые могут быть заполнены лишь легкостью воздуха, вибрацией музыки и чистотой…

«…Казалось, что даже пламя свечей вибрирует, покорно звукам органа, так же рассыпаясь на мелкие частички света, как тело и мысли. И что-то здесь делает человека чище, легче, растворяя в пространстве храма. Ведь храм – это и есть душа, и она огромна. Обыденные чувства (смешение чувств и событий) – это человек. И он слишком мал для собственной души и для настоящего чувства. Как будто не человек вмещает свою душу, а наоборот, – душа вмещает человека со всей его незначительной проходящей суетой.

Часы над входом в храм показывают узорчатыми стрелками время, как будто оно имеет какое-то значение. Но время тоже становится энергией, как и мысль, как и душа, как и сам человек…

Легкие вибрации и озноб идут по телу, и внезапно оно перестает существовать. Опустив память о нем на скамейку у стены, перестаешь его чувствовать и о нем помнить…».

Дописав последнее предложение, Лиза остановилась. Она была настолько сильно переполнена ощущениями, чувствуя, как ее душа теряет и вновь обретает свою форму, разлетается на частицы света и собирается воедино, что у нее даже перехватило дух. Перечитав написанное, девушка улыбнулась. Такие строки она сможет реализовать только в книге фэнтези. Впрочем, об этом Лиза решила тоже подумать дома, а сейчас она отпустила все свои мысли и формулировки в пространство и замерла…

Выйдя на освещенную солнцем площадь, компания решила подняться на колокольню Джотто, что оказалось физически намного тяжелее, чем кто-либо из них мог предположить. Тяжесть подъема и состояние в его процессе напомнили Лизе такое же восхождение на холм святого Михаила в Великобритании. Когда в голове и сердце держишь вопрос или цель и, сосредоточившись на ней, делаешь шаг за шагом… вопреки всему. Вопреки подкашивающимся от усталости ногам. Вопреки кружащейся голове. Вопреки духоте и крутым ступеням… Сверху открывался вид на весь город с его красными черепичными крышами и многочисленными улочками. А вдали – небо и горы… И хотелось дышать полной грудью…

Спустившись вниз и выйдя на площадь, группа медленно приходила в себя после посещения собора и подъема на колокольню. Девушка вдруг ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Она чувствовала присутствие, внимание… какое-то легкое прикосновение, которое, тем не менее, не могло оставить ее равнодушной. Кто-то звал ее, просил, требовал, на основании своего лишь собственного желания… Растеряно оглядываясь по сторонам, она обратила свой взгляд на медленно проезжающий мимо автомобиль, с переднего пассажирского сиденья которого на нее внимательно смотрел… Егор.

Встретившись с ней взглядом, он радостно улыбнулся и подмигнул. Машина, не останавливаясь, проследовала до поворота и скрылась за ним, оставив изумленную девушку стоять у края площади. Вся группа оживленно делилась впечатлениями, и только Лиза не участвовала больше в этом процессе. Ощущение реальности и нереальности перемешались в ее голове, воспоминания и мысли из прошлого и настоящего перестали существовать. Само появление этого человека казалось нереальным, но значимым… Именно для него нашлось место в том мире, в который она так сильно стремилась убежать… Пытаясь понять, что это могло для нее значить, Лиза совсем потеряла нить разговора, и уже даже не пыталась ее нащупать. Все чувства, которые она не могла признать, нахлынули на ее вдруг освободившуюся душу разом. И затопили ее.

* * *

Состояние Лизы осталось незамеченным остальными участниками тренинга, которые уже привыкли к молчаливому созерцанию постоянно что-то записывающей девушки. А новые впечатления помогли ей быстро прийти в себя, не посвящая в свои мысли даже Веру. Через какое-то время девушка уже и сама начала сомневаться в том, что эта встреча была. Что это был Егор. Что он ее увидел. Что она увидела его. В самом деле, какова вероятность того, что два человека окажутся в чужой стране в одном городе у одной площади в одно и то же время?!

«…Галерея Палаццо Веккио. Этот дворец можно описать двумя словами: роскошь и красота. Художественные произведения искусства, где с любовью и эротизмом прописаны, прорисованы, высечены из камня точнейшие изгибы тел, особенно мужских. Картины из мифологии, изображающие борьбу, а отражающие реальную силу, энергию и страсть. Даже религиозные картины отражают любовь к жизни во всех ее проявлениях.

Для кого-то в музее стоит статуя, а для кого-то – смысл всей его жизни. Женская фигура – это всего лишь тело, или запечатленная в камне женственность и память о ком-то дорогом?! Мужская фигура – это эпизод из мифологии, либо танец страсти, изображающий борьбу?! А борьба – это гармония, если не единства, то хотя бы момента, в котором соединяются те, кто должен был встретиться. И не важно, каков итог этой встречи – чья-то жизнь или чья-то смерть. Важен миг, который становится единственно важным для запечатлевшего его скульптора и для мира, который будет этот момент видеть, ценить и стараться понять (если сможет)…».

Лиза старалась не забывать о том, что у нее есть две цели: сам тренинг с его описанием и, непосредственно, впечатления от мест, которые она посетила. Исторические справки она решила особо не фиксировать, потому что по возвращению ей в любом случае предстояло доделывать статью вместе с Егором, который оставался консультантом журнала по истории. Кроме того, она надеялась на то, что он сможет добавить и некоторые биографические сведения про выдающихся личностей разных эпох. Мысль о предстоящей встрече, почему-то вызвала в девушке беспокойство, хотя оставив его и их неудавшиеся отношения в прошлом, сейчас она, казалось бы, должна была волноваться совсем по другим вопросам.

«…Палаццо Питти – еще одно воплощение былой роскоши, собрание замечательных и удивительно красивых экспонатов прошедших эпох. А за ним – сады Боболи… О них можно писать долго, подбирая красивые слова. Если бы все были не такими уставшими и располагали большим количеством свободного времени, то, наверное, группа провела бы там не один час и не один день…».

Здесь хотелось писать слова, выстраивая их в стройные стихотворные строки. Подняв глаза, Лиза увидела над собой удивительно прозрачное голубое чистое небо и задумалась о том, что было бы, если бы она провела в этом удивительном городе больше времени? Написала ли бы девушка самые интересные свои мысли, подаренные этими краями, либо просто через какое-то время перестала бы видеть эту красоту и ощущать эту энергию, чувствовать этот город с его красиво и талантливо спрятанными тайнами?!…

Погревшись на солнышке, запечатлев на фотографии живую цаплю, которая, видимо, считала себя частью скульптуры посреди небольшого озерца, и, побродив по дорожкам, Лиза вместе с остальной группой отправилась в отель. Она старалась разделить впечатления от заданий, которые она выполняла во время тренинга, и впечатления от города с его необычайной энергетикой, но ей это не удавалось. Все это казалось настолько сильно переплетенным, что девушка подумала о том, что теперь Итальянский город Флоренция навсегда останется для нее частью ее знакомства с самой собой, частью ее собственных мыслей и чувств, которые он показывал и затем дарил, определяя им место в ее сердце.

Определившись с рестораном для ужина, вся компания устало и неспешно двигалась по тротуару по направлению к нему. Место было уютное. Благодаря теплой погоде можно было с удовольствием отведать местную кухню, расположившись на большой открытой террасе. На подходе к ресторану, Лиза думала о том, как лучше описать увиденное, когда услышала, что ее кто-то окликает.

– Белла! Белла! – молодой звонкий мужской голос отвлек ее от поиска удачных формулировок, и она почувствовала, как кто-то аккуратно взял ее под локоть.

Привычно обернувшись, девушка улыбнулась. Она так часто слышала подобное обращение к себе, что Белла уже практически стало ее вторым именем. Она знала, что означает оно «красивая, хорошая», и итальянцы настолько чувствительны к женской красоте, что не могут оставить ее без внимания. Так произошло и сейчас. Молодой мужчина приятной внешности, приветливо улыбаясь, вручил девушке небольшой, но удивительно милый букетик цветов.

Лиза взяла цветы и улыбнулась. Мужчина тоже улыбнулся, повторил «Белла!», поклонился и удалился. Девушка стояла и смотрела на букетик. Учитывая, что такое происходило уже не первый раз, она вдруг подумала о Егоре. Ей почему-то очень хотелось думать о том, что это были его знаки внимания.

Яркое солнце манило выехать за пределы города, и один день не занятый тренингом сестры решили посвятить природе, что вылилось в поездку в долину Кьянти в один из замков, в котором производится знаменитое вино из местных сортов винограда. Карина осталась сопровождать Еву Марковну, остальные члены группы решили продолжить знакомство с городом. А Лизе не терпелось увидеть просторы, природу, виноградники…

«…Итальянских мужчин можно описать одним словом – холеные. Любят хорошую одежду, следят за своим внешним видом (прическа, тело, стиль) и своим здоровьем. Вообще на них приятно смотреть, как на красивую яркую картинку, но меня почему-то эта идеальность немного начинала раздражать. Мне все-таки кажется, что мужчина должен больше любоваться женщиной, чем своим собственным отражением в зеркале. Но ухоженные, уверенные в себе и довольные своим внешним видом мужчины в любом случае выглядят хорошо и это – приятно…».

Лиза сделала заметку о своем впечатлении от местных мужчин. Наверняка, это понравится читательницам-женщинам. Также она написала и о том, что в этой стране просыпается женственность, даже если в обычное время ее проявление было задавлено постоянной суетой и наработанной за многие годы «броней». Записывая эти строки, Лиза погладила купленное тут украшение – блестящие камушки переливались на кожаном ремешке, не туго обхватывающем запястье. На ярком солнце от этого браслета невозможно было оторвать взгляд.

«…Написать о самой поездке в долину Кьянти можно немного. Это сплошные ухоженные виноградники, оливковые рощи, красивые долины и леса, старинные замки, служащие в настоящее время гостиницами или оборудованные под производство вина, и маленькие городки, которые мы миновали. Технологию процесса нам рассказала увлеченная своим делом гид, сидя на больших бочках с будущим вином в прохладном погребе. Это было интересно и познавательно. Также интересно было послушать историю долины, которую между собой делили Сиена и Флоренция, о черном петухе, красующемся на этикетках с вином, который стал символом долины Кьянти в XIII веке и о традициях, которые старательно берегут в этом регионе…».

Красивый вид завораживал, долина раскинулась перед сестрами и вызывала восторг и ощущение праздника. Огромные просторы дарили наслаждение чистого свежего воздуха, солнце периодически пряталось, затем вновь появлялось на небе, добавляя золото в окружающую красоту. И лишь в некоторых местах чувствовалось приближение осени, которая в этих краях оказалась теплой и приветливой. Девушки весело обсуждали свои впечатления и делали фотографии, выбирая красивые виды, благо их было много. Гид, такая же молодая русскоязычная девушка по имени Лена, показывала им укромные уголки ухоженного сада, который находился во дворе одного из старинных замков. Описание процесса производства вина запомнилось Лизе только большими бочками со стеклянными колбами наверху, сырым погребом и черным петушком на этикетках.

Обязательная дегустация послужила достойным завершением дня. В обычное время Лиза отдавала предпочтение сладкому вину, но здесь именно сухое вино с закусками из тостов с пршутом, сыром и оливковым маслом, оказалось более подходящим ее настроению.

Благодаря хорошему настроению и красивым видам из окна машины и с холма, на котором расположен замок, Лизе в голову приходили разнообразные идеи, которые она записывала в почти закончившийся блокнот. Они праздничным вихрем проносились в голове, и девушка уже привычно боялась не успеть их запечатлеть. В какой-то момент Лиза поймала себя на мысли о том, что было бы здорово бросить все и остаться в Италии насовсем, с ее солнцем, красивыми городами и виноградниками, удивительной атмосферой и ощущением всепроникающей красоты. Но вслед за этой мыслью сразу появлялось ощущение того, что ей очень нужно домой. Там ее кто-то ждет. И эти мысли вырывали ее из состояния праздности, заставляя вспоминать… думать… мечтать…

В общем, описать путешествие девушки могли двумя словами – красота и вдохновение, что хорошо было видно по фотографиям, которые Лиза собиралась распечатать и, как было после тренинга в Великобритании, повесить на стенах своего кабинета, чтобы продлить радостное ощущение Италии. Вернувшись вечером во Флоренцию, девушки поделились своими впечатлениями с остальными членами группы, которые не единожды успели пожалеть о том, что решили остаться в городе.

Всю ночь шел дождь, но он не успокаивал и не убаюкивал. Неглубокий сон Лизы прерывался мыслями о работе, доме, новых идеях для книги…

После того, как девушки открыли утром окно, стало ясно, что в день отъезда дождь будет идти до вечера. Видимо, так со своими гостями прощался город, с которым Лиза мечтала познакомиться много лет. Однако, к моменту выхода из отеля с чемоданами, группа обнаружила, что дождь прекратился, и все спокойно дошли до вокзала, который находился недалеко. Оказавшись под его крышей, они увидели, что дождь пошел опять. Флоренция осталась к ним добра и запомнилась теплом, обрывками фраз на разных языках, приветливыми местными жителями, вкусным мороженым, милыми бутиками и удивительными храмами.

«…Музеи хранят историю в чувственных статуях, фресках и картинах. Лепные украшения и изображения религиозных сцен притягивают внимание и создают уникальную атмосферу, пропитанную тайной и волшебством, к которому хочется не только прикоснуться, но и проникнуть внутрь, став его частью…».

Поезд мягко уносил путешественников в Милан, который окажется большим и суетливым мегаполисом с глубокими линиями метро и множеством бутиков. Шесть дней во Флоренции оказалось для Лизы недостаточно, и она решила в следующий раз посвятить знакомству с самим городом и с удивительным регионом Тоскана намного больше времени.

После маленькой и уютной Флоренции Милан показался Лизе немного неряшливым, шумным и движущимся на большой суетливой скорости… Впрочем, девушка умела быстро настраиваться на нужную волну, и буквально через пару часов начала ощущать его особую атмосферу.

Милан – прославленная столица моды, предлагающая привередливым покупателям множество бутиков. Но Лизу шопинг интересовал мало, ей казалось, что главное от поездки она уже получила и, наполненная яркими впечатлениями от увиденного накануне, покорно ходила вслед за Верой по какой-то улочке, заходя и выходя из многочисленных, обставленных манекенами и стойками с одеждой, сумками и обувью магазинов. Украшения с кристаллами Сваровски, девушку, конечно, оставить равнодушной не смогли, а вот остальное… Видимо, сестры выбрали не ту улицу… Впрочем, об этом шопинге сестры договорились еще до отъезда в Италию, поэтому Лиза старалась сильно не жаловаться. Повысить настроение она планировала горячим чаем и засахаренными каштанами, которые они обнаружили в кафешке недалеко от гостиницы, в которой остановились.

Благодаря гиду, которая возила их тренинговую группу в Швейцарию, Лиза смогла увидеть и другой Милан, который совсем не был похож на итальянский городок. Не похож он был и на бизнес центр. Вообще Лиза заметила, что в разных частях города возникает ощущение, как будто находишься в совсем разных городах. Это удивительное и интересное ощущение. Как сказала гид, которую тоже звали Лена: «Милан открывается постепенно, на это нужно время». И Лиза ей поверила.

Английский язык знали почти все. Во всяком случае, вопросы никого в тупик не ставили, а вот с ответами был легкий напряг, однако итальянцы настолько артистично и выразительно показывают все руками, что становится все понятно и без слов… прямо, направо, налево, первый, второй или третий поворот на большую площадь и дальше недалеко и т. д. Они при этом еще и что-то говорили на родном языке, однако слова часто для понимания были лишние.

«…Миланский собор (Duomo di Milano) был еще одним обязательным пунктом программы. Это – пятая по величине церковь в мире, строительство которой началось на месте старого кельтского святилища в 1386 году и завершилось лишь через несколько веков…».

Конечно же, в этом огромном величественном храме Лиза нашла свое место, где и провела на удобной лавочке, глядя на статуи и горящие свечи, достаточно много времени. Люди передвигались по храму, присаживались, молились, стоя на коленях или просто замирали, рассматривая скульптурные изображения святых, щелкали фотоаппаратами, запечатлевая этот момент. Девушка сидела и смотрела на это проявление жизни, надежды и неуверенности. Каждый искал что-то свое, просил о чем-то своем. А она сидела и не могла почему-то просить, это значило бы для нее в тот момент не удовольствоваться многим уже полученным. Сердце Лизы переполняла благодарность. Благодарность за то, что ей посчастливилось увидеть эти места, почувствовать энергию и нечто почти неуловимое, важное, открывающееся лишь по духовному запросу. И это – чудо! Это – благодать! Быть здесь. Сидеть в большом и чистом храме, обретая покой и светлую радость…

Тренинг подходил к концу. Девушку не удивило, что многие части самого тренинга проходили в храмах. Она понимала, что то состояние, которое в них наступает, можно и нужно использовать себе во благо, именно там суета не имеет власти над человеком и на первый план выходят совсем другие ценности.

Яркое солнце на выходе из храма вернуло Лизу в реальность, напоминая о том, что ей стоило все же взять с собой солнцезащитные очки. Напротив храма люди и птицы обсели памятник. Они сидели ровными рядами, и ей это показалось настолько забавным, что девушка не удержалась от снимка. Ни птицы, ни люди возражать не стали…

Оставшееся время вся группа посвятила знакомству с городом: осмотрели крепость, полюбовались Аркой Мира, строительство которой было начато в 1807 г. по приказу Наполеона, прогулялись по городскому парку Семпионе и по проспекту, начинающемуся сразу за аркой. Конечно же, посетили магазин Eataly – трехэтажное здание, где продаются итальянские продукты питания, купив сладкие сувениры для друзей и коллег. Болтая обо всем подряд и делая многочисленные красочные фотографии. Теперь они могли почувствовать себя обычными туристами.

Свободный день было решено занять поездкой в Швейцарию, в маленький и спокойный городок Лугано, а на обратном пути – в итальянский городок Комо. От Милана до границы было недалеко, и буквально через пару часов они услышали голос гида: «Поздравляю вас, вы в Швейцарии!».

Гида, которая сопровождала их в этой поездке, тоже звали Елена. Это была миниатюрная женщина пятидесяти одного года, которая рассказывала всю дорогу разные познавательные истории, не переставая радоваться тому, что горные вершины гордо демонстрировали свои контуры, не прячась за шапками облаков, как это бывает в другое время года. Она осуществляла восхождение каждое лето и знала все эти горы вдоль и поперек. Еще Лена была хорошо знакома с историей этих стран, с политической обстановкой (которую, впрочем, все старались не обсуждать), с особенностями менталитета и родственных языков (французский и итальянский), и хорошо чувствовала людей, не перегружая информацией и давая возможность насладиться видами и энергетикой новых для них мест. Последнему факту Лиза особенно была рада, потому что в микроавтобусе, вмещавшем всю группу и так постоянно о чем-то разговаривали. В отличие от остальных, девушка скорее тяготела к тому, чтобы свои мысли записывать, а не озвучивать. Вера о чем-то увлеченно болтала с Кариной, с которой у них нашлось много общего. Они были так сильно увлечены беседой, что Лизе даже показалось, что девушки между собой стали чем-то похожи. Улыбнувшись этой своей мысли и радуясь тому, что на нее никто не обращает особого внимания, Лиза продолжила свое молчаливое изложение на тему: «Я и моя Италия».

«…Покой, размеренность и стабильность – все это чувствуется в воздухе городка Лугано. Как будто течение времени замедляется и успокаивается. Даже итальянский язык здесь теряет свою эмоциональность и становится спокойней. Идя по улочкам этого города, и сами мы расслабились и мирно улыбались, глядя на витрины магазинчиков, на красивейшее озеро, сверкающая вода которого не позволяла отвести взгляд, на живописные зеленые горы, окружающие его…

Еще в школе дети учат три языка: итальянский, французский, немецкий, как родные, и иностранный – английский. Таким образом, после школы они выходят настоящими полиглотами и, хотя большинство населения городка говорит все же по-итальянски, они свободно перейдут на тот, на котором вы к ним обратитесь…».

В городке гид показала группе магазинчик швейцарского шоколада, где все дружно купили вкусные и красиво оформленные сувениры…

В Лугано находилась старинная церковь Санта Мария дельи Анджели, которую группа посетила, рассматривая работы Бернардино Луини, ученика Леонардо.

На обратном пути все заехали в городок Черноббио пообедать. Курортный сезон закончился, но они нашли открытое заведение, где их неспешно накормили лазаньей и зарядили бодростью при помощи чашечки эспрессо, к которому почти вся группа успела пристраститься за время поездки.

На озере Комо расположено множество частных вил, принадлежащих знаменитым и очень состоятельным людям, таким как Лукино Висконти, Джанни Версаче и многим известным актерам. Некоторые виллы позже превратились в шикарные пятизвездочные отели. Немного отдохнув после обеда, любуясь окружающей красотой, все отправились дальше.

«…Рыбацкая деревушка Гандрия, расположенная на крутых склонах, по словам нашего гида не отличается большой популярностью у русскоговорящих туристов и, как мне показалось, незаслуженно. Узкие улочки, небольшие разноцветные домики, террасы кафе и гостиничных номеров, нависающие прямо над водами озера, потрясающей красоты виды – со всем этим стоит познакомиться. Если хочется очень тихого и спокойного отдыха наедине с природой и своими собственными мыслями, то это – идеальное место.

Вдоль озера идет пешеходная тропинка, по которой можно бродить очень долго, наслаждаясь окружающей красотой.

Город Комо на озере Комо – место для более длительной остановки. Побродив по его узким улочкам, мы оказались на площади, над которой возвышался собор. Сфотографировать его полностью не представлялось возможным, потому что собор оказался слишком велик для провинциальной площади, поэтому запечатлеть его красивые фасады можно было лишь по частям.

Здесь также находится памятник Алессандру Вольту, изобретателю батареек. В этом городе родилось большое количество выдающихся людей, среди которых: римский папа, епископ, некоторые признанные католической церковью святые, ученые, министры, спортсмены…».

Послушав историю увиденных мест, насладившись окружающими красотами и набросав заметки для нескольких глав своих будущих романов, всю обратную дорогу Лиза спокойно сидела в микроавтобусе молчаливая, уставшая, довольная и наполненная впечатлениями.

* * *

Сидя в аэропорту в ожидании рейса Лиза делала последние заметки о путешествии. Ей казалось, что она что-то не смогла сказать, передать, воплотить в слова. И она писала и писала, пытаясь найти наиболее точные формулировки, и понимала, что ей это не удается.

«…О храмах хочется сказать отдельно – это величественная тайна, таинство, проникающее в душу, и вызывающее желание никогда больше не покидать этих стен. В храмах душу наполняет покой, радость, чувство прикосновения к чему-то великому, истинному, а вся суета остается где-то снаружи. И через какое-то время внутри тебя самого что-то меняется… необратимо… и сложно это описать или осознать, ты просто чувствуешь, что плотность мыслей и чувств изменилась. Самая приблизительная и неточная попытка описать это состояние – это наполнение чистотой…».

* * *

В иллюминаторе – облака. В мыслях – некоторый хаос. Все, что Лиза увидела, почувствовала, поняла, требовало дополнительного осмысления. Опять найдя ответы на некоторые свои вопросы и получив определенные знаки в подтверждение, девушка получила ту же дилемму, что и после поездки в Великобританию. Она не могла описать все то, что почувствовала, увидела и поняла. Это считалось, как принято было выражаться в их кругу журналистов: «Не в формате журнала».

Поэтому ответ напрашивался сам собой, она напишет продолжение истории в жанре фэнтези. Этот формат оказался самым простым и подходящим для ее мыслей. Тем более, учитывая интерес читателей к ее предыдущей книге, это была хорошая идея уже по двум причинам.

Ну и, конечно же, была третья причина – во время кропотливой работы над фантазийным романом, она сможет отвлечься от своих грустных размышлений о Марке… Во время поездки ей это почти удалось, если не считать некоторых особенно чувствительных моментов тренинга. Впрочем, об этом она не расскажет даже в книге, в которой любой описанный эпизод можно списать на богатую фантазию автора.

Расстояние, которое разделяло ее с некоторыми близкими людьми, должно было позволить увидеть более полную картинку, «нажать на паузу» и осмотреться. Только вот что делать, если перед глазами не возникло прошлых картин для анализа. Она вырывалась на свободу и больше не хотела возвращаться обратно. Теперь Лиза чувствовала досаду от того, что может потерять обретенную легкость, ведь нужно было нажать на «пуск» и двигаться вперед. Что будет там, точно она не знала, но ей ведь в любом случае нужно было вперед. Нужно было двигаться, нужно жить и совершенно необходимо творить. Тем более, теперь ее ждал кропотливый труд по воплощению своих идей, дорисовыванию картин, додумыванию сюжета, созданию новых образов…

Глава 7

Приземлившись и включив мобильный, Лиза увидела сообщения о пропущенных звонках… четырех пропущенных звонках. И все они были от Марка. Прозвучал еще один звонок. Девушка заметила, как задрожали ее пальцы.

– Приземлилась? – проговорил он без приветствия, – у меня тут была встреча, я тебе заберу. Жди.

Лиза так растерялась, что даже не успела ответить хоть что-то. Она не понимала, что происходит, но сообщив не менее удивленной сестре о том, что их заберет Марк, осталась его ждать.

Марк вышел из Машины, молча взял у нее из рук сумку и поставил ее в багажник. Поздоровавшись лишь с Верой, он сообщил им обеим, что с ними поедет его товарищ и девушкам стоит сесть на заднее сиденье. Такое поведение Лизе было непонятно. Как будто строгий родитель игнорирует нашкодившего ребенка, пока тот не признает свою вину. Только вины девушка не чувствовала. Все, что она сейчас ощущала – это досаду из-за быстро завершившейся поездки.

Лиза смотрела в окно машины, везущей ее в родной город, сидя на заднем сиденье ей можно было с ним не разговаривать. Мысли грустными стаями кружились над головой. Это удивляло и даже немного расстраивало девушку, которая еще пару часов назад была полна радостных воспоминаний и ощущений.

Как только она вышла за пределы аэропорта, вся ее действительность, сомнения, непонимание, нерешенные вопросы, о которых она могла не думать в Италии, накинулись на нее разом, придавив своей тяжестью. Вера была занята разговором с мужем по телефону, и Лиза была предоставлена сама себе.

Девушка понимала, что усталость берет свое и, вернувшись домой перед выходными, она сможет отоспаться, восстановить силы и спустя день вновь вспомнит все свои яркие эмоции, посмотрит фотографии и опишет все свои переживания в статьях… И не только в статьях… Почему-то она была уверена, что возвращается в пустую квартиру, в которой уже не будет Марка.

По радио звучала песня группы «Неангелы». Когда она начинала свой странный роман с Егором, песня «Я – твоя» казалась ей прямым отражением ее состояния. Она чувствовала, что она – его… А потом перестала вдруг это чувствовать… Сейчас звучала совсем другая песня этой группы «Роман», и Лиза тихо подпевала: «… И о тебе я напишу красивый роман, в котором я останусь с тобой… Где никому тебя не отдам, ты мой… только мой…»… О том, что «мир сейчас для нас» она уже не допевала, пытаясь не заплакать. Досада от еще одной неудачи, именно так и стоило ей честно признать свое замужество, отравляла ее душу, как будто кислотой выжигали чужие инициалы, которые уже нельзя будет вытравить из живой плоти ничем… Кроме такой же разъедающей кислоты…

* * *

Также молча Марк поднял вещи девушки в квартиру и пошел ставить чайник. Лиза принялась распаковывать чемодан, доставая из него сувениры и конфеты, которые она купила на подарки. Благо, она всегда покупала их с запасом, поэтому сейчас спокойно вручила немного удивленному Марку одну из коробочек с горьким швейцарским шоколадом. На самом деле, девушка не помнила, ест ли он в принципе шоколад, но в данный момент ее это мало беспокоило.

– Спасибо, – Марк взял коробочку и, не глядя, положил на стол. – Завтра поедем на дачу, все обсудим и отдохнем.

Лиза только вернулась из командировки, и ей предстояло оформить все свои мысли и впечатления в серию статей, поэтому поездка на дачу была сейчас ей совершенно ни к чему, однако, девушка спорить не стала, почувствовав в душе переливающиеся искорки надежды на то, что они смогут, наконец, поговорить и услышать друг друга.

* * *

Впрочем, надежды Лизы на диалог не оправдались. Марк был угрюм и молчалив, и ей стало понятно, что он ждет разговора от нее. И это должно быть «извинение и согласие». Девушка с детства помнила такое состояние, когда отец прав, потому что он отец… а ты не права, потому что ты маленькая… и ты все равно должна будешь извиняться, даже если толком не понимаешь, в чем виновата… Передернув плечами от не вовремя пришедшего воспоминания, Лиза посмотрела на Марка…

– А ты знал, что ласточки никогда не опускаются на землю? Видят ее, садятся за веточками и камушками для гнезда, но никогда по ней не ходят? – Лиза стояла, задумчиво глядя в окно, спиной к уткнувшемуся в монитор ноутбука мужчине. На этот монолог она потратила весь воздух, который был у нее в легких, затем шумно вдохнула. Ее угнетала эта нависшая над ними тишина.

– Что? – Марк нехотя оторвался от колонки новостей, которые он одну за одной просматривал, листая страницы интернет изданий. Он ее не услышал. Повторять девушка не стала.

Они поехали на дачу, чтобы провести вместе в уединении несколько дней, но в результате Марк постоянно вел переговоры по телефону, а Лиза искала вдохновение в окружающей красоте природы, но почему-то вдруг все увиденное, перестало ее вдохновлять. Она уныло смотрела в окно, пытаясь думать о чем-то, кроме вкусного шампанского, которого было припасено в избытке.

– Так можно и спиться, – произнесла девушка вполголоса. Дождь закончился, и можно было пойти прогуляться по сосновому лесу, пахнущему свежестью и хвоей, но Лиза, которая отчаянно любила дожди, почему-то стояла и смотрела сквозь окно на лес и понимала, что не может чувствовать. Ничего не может больше чувствовать.

– Может быть нам стоит развестись? – зачем-то спросила девушка.

– Что? – автоматически спросил Марк, не отрывая взгляд от монитора своего ноутбука. Он ее не услышал и во второй раз.

– Ничего, обедать будешь?

– Ага…

Девушка спустилась на первый этаж, ей отчаянно хотелось плакать, но повода не было. Помыв овощи, она начала нарезать салат, мысли улетели, и в голове и сердце была пустота. Из легкого оцепенения девушку вырвала боль, только сейчас она заметила, что поранила руку. Теперь у нее был официальный повод плакать, который не надо будет дополнительно объяснять. Слезы текли из глаз, девушке было себя почему-то отчаянно жалко. Она стояла одна на просторной светлой кухне и понимала, что хотела бы и в самом деле оказаться тут в одиночестве. Тогда она хотя бы понимала, что чувствует то, что происходит в реальности – чувствует одиночество, звенящее эхом пустого дома, за закрытыми дверями которого поют птицы, шелестит ветвями деревьев ветер, и капли только что прошедшего дождя продолжают капать с крыши…

* * *

Странно. Она оказалась в ситуации, в которой никогда не думала оказаться. Одному мужчине нужна она, но совсем не такая, какая она есть. А второму она вообще не нужна… В итоге в ее мыслях живут двое, а в жизни нет никого…

Вернувшись домой в такой же гробовой угнетающей тишине, девушка поняла, что не хочет больше так… не может… и не будет… Дом перестал быть уютным, природа перестала быть красивой, а глаза все время наполнялись слезами.

– Тебе помочь собрать вещи? – спокойно спросила она, войдя в квартиру.

– Ты уверена в том, что говоришь? – спросил строгим голосом Марк, как будто он собирался дальше отчитывать ее за необдуманный поступок. Что вновь вернуло девушку в не очень уютное детство, в котором отец всегда был прав, мама всегда его поддерживала, а дети всегда были не правы. Вера выплеснула свое сопротивление в подростковом бунте, а Лиза… в грустных стихах, читая которые многие удивлялись тому, насколько же они все таки тоскливые…

Со временем, впрочем, отношения с родителями наладились, все с возрастом научились признавать, что выросшие дети уже тоже могут быть правы и, вполне возможно, что-то могут знать и понимать. А, может быть, просто Лиза утратила потребность в получении их одобрения и признания. Неприятные воспоминания больше не омрачали память девушки, до того момента, пока в ее жизни не появился Марк. Правду видимо говорят, что нерешенные вопросы с родителями мы пытаемся решить, находя себе похожих на них партнеров.

* * *

Лиза часто вспоминала китайскую пословицу: «Всегда смотри на вещи со светлой стороны, а если таковых нет – натирай тёмные, пока не заблестят», но через какое-то время поняла, что она перестала ее успокаивать. Брак с Марком, тем человеком, о котором когда-то она боялась даже мечтать, ее не устраивал. Причем категорически. Пришло время признать очевидное. И речь не в жестком характере или изменениях в общении, которые неизбежны во время близких постоянных отношений. Речь в том, что рядом с ним девушка перестала чувствовать себя особенной, находясь в его списке важных дел где-то на двадцать седьмом месте. Все, что не давало ему заработка, интересовало его в последнюю очередь. Только вот Лиза не думала, что она тоже может относиться к какой-либо не важной категории. Хотя, наверное, так и должен мыслить настолько успешный мужчина, ведь чтобы видеть возможность заработать, нужно постоянно держать ее в голове, регулярно придумывая новые планы и находя новые возможности. Но только вот Лиза переместилась в конец его списка слишком быстро и, как ей казалось, незаслуженно. Меньше года вместе…

Перелистывая общие фотографии с Марком, девушка думала над тем, стоит ли ей сразу же удалить их из альбома, чтобы зря не тревожить себя лишними воспоминаниями. Однако фотографии она пересматривала редко, поэтому решила пока все оставить, чтобы ненароком не выкинуть что-то по-настоящему красивое, к чему ее творчески восприимчивая натура могла быть сейчас глуха.

Глава 8

Несмотря на общее подавленное состояние Лизы, статьи получались на удивление красивыми, мысли отраженные в них – выразительными, а фотографии уместно иллюстрировали их и расставляли дополнительные акценты.

Девушка открыла сразу три вердовских файла, и печатала периодически в каждом. Получалось сразу три жанра: статья, роман фэнтези и роман про любовь. Понятно было, что ни один из своих трудов быстро она не закончит, но ее это не останавливало, потому что каждая прочитанная в блокноте мысль давала начало целой цепочке вымышленных событий. Даже одни и те же увиденные сцены описывались по разному, изображая где-то мистику, а где-то пробужденную страсть и надежду. Оставалось только понять, надежду на что…

Сохранив все написанное за день, девушка закрыла лишние окна и отправилась в интернет, где можно провести много времени, но невозможно потеряться. Ей требовалась передышка, но главное, не дать возможности мыслям о своей собственной жизни вернуться в голову.

Включив колонки погромче и сбросив тапки, Лиза принялась двигаться по комнате в такт быстрой музыке. Ее взгляд остановился на баре, где за стеклянной дверцей стояли многочисленные бутылки с разной степенью крепости напитками. Выбрав виски, он глотнула прямо из бутылки обжигающий напиток и продолжила танцевать. Сейчас она больше не хотела думать ни о чем… ни о своих неудавшихся отношениях… ни о статьях и книгах… ни о завтрашнем дне. Сейчас важно было просто слушать громкую музыку, от которой звенели стекла, плясать по квартире и пить виски прямо из бутылки.

* * *

Испытывая общее недовольство, Лизе хотелось что-то изменить в себе… или своей жизни… И как обычно бывает у женщин, выбор стал за прической или цветом волос. Или и то и другое одновременно. Приехав к мастеру, девушка решила начать с чего-то одного и попросила парикмахера Ларису высветлить волосы, сделав, так называемое, амбре. Когда состав уже был нанесен, и Лизе предстояло сидеть в ожидании результата, попивая горячий любимый напиток, в салон вдруг вошла следующая посетительница.

Это была Ксения – молодая женщина с ирокезом на голове и выбритыми висками. Единственной данью женственности были заплетенные в косичку «колосок» волосы ирокеза. Выглядело это, однако, на взгляд Лизы странно, а когда она начинала говорить, ее неадекватная мимика с постоянно удивленно выпученными глазами и открытым ртом, резкие жесты одетого в мужскую одежду массивного тела, дерганные движения для изменения позы сначала привлекли, а затем практически заворожили Лизу. Когда же она вслушалась в то, что рассказывала эта колоритная девушка, то вспомнила вдруг прочитанную когда-то в каком-то журнале циничную, но уместную фразу: «Как жаль, что тупость не причиняет боль ее носителю». Затем, придя в себя и даже немного устыдившись подобной своей реакции, Лиза занялась своим кофе, стараясь больше не слушать рассказы о том, какая же посетительница недорогого салона «крутая», какой большой успех вызывает ее прическа и она сама у представителей обоих полов, какая она уникальная мать, женщина и т. д. и т. п.

Периодически громкоголосый рассказ шел о том, какая у нее замечательная дочурка двух лет, и Лиза решила поинтересоваться, как девочка относится к прическе своей мамы, ведь девочки в таком возрасте любят длинные волосы.

Мучительная работа мысли отразились на лице Ксении. Она не понимала, был ли это «наезд», на который стоило ответить чисто мужской агрессией, либо это был невинный вопрос, вызванный исключительно интересом к рассказу о ее персоне и жизни… Внимательно всмотревшись в глаза Лизы и не заметив в них никаких задних мыслей, она решилась все таки ответить мирно.

– Так у нее длинные волосики… А мама – красивая, – ответила она, при этом старательно коверкая речь, видимо изображая речь двух– или трехлетнего ребенка.

– Ясно, – с улыбкой ответила Лиза и решила закончить разговор от греха подальше.

Высокая самооценка, это конечно, хорошо и однозначно полезно для самого носителя, однако выливание такого количества подобной информации на окружающих, которых видишь в первый, и хорошо, чтобы в последний раз, Лиза считала излишним. Пряча улыбку за чашкой с кофе и стараясь ничем не выдать формирующихся в мозгу ехидных комментариев, Лиза молча пила свой напиток вспоминая историю возникновения подобной «прически», а заодно пыталась понять, как же нужно себя ощущать, чтобы сделать такое со своей головой.

В принципе ничего необычного в такой прическе не было, за исключением того, что изначально ее носили представители племени шауни, затем панки, в их идеологии «ирокез» являлся символом борьбы против навязываемых обществом стереотипов. Позже эту прическу заимствовали готы. Что хотела сказать миру странная девушка, так и осталось для Лизы загадкой. Вызова обществу не было, учитывая, что свою дочку она воспитывала в весьма традиционной манере. Видимо, для нее это был самый простой способ сообщить миру о своей уникальности.

Затем вспомнив о том, что она всегда считала себя терпимой и доброй женщиной, и ее не очень комфортное душевное состояние начинает плохо сказываться на ее характере, Лиза решила все таки переключить внимание на что-то совершенно отстраненное… Например на то, чем ей следовало заняться на следующий день.

С нетерпением дождавшись окончания процедуры, пережив смывку одного состава, нанесение другого, сушку и укладку, Лиза, наконец, покинула салон, с радостью вдыхая свежий воздух, лишенный запаха химических составов, лака для волос и… собеседниц.

* * *

Впрочем, осветленные волосы Лизе нравились. Они делали черты лица мягче, что повышало не любящей наносить макияж девушке настроение. Вернувшись домой, Лизе пришлось вновь взяться за работу.

Весь вечер она посвятила рассматриванию и сортировке сделанных в путешествии фотографий, постоянно думая о том, что они не могут, к сожалению, передать то состояние. Никогда в жизни она не делала их так много – в общей сложности снимков оказалось более тысячи. И это при том, что девушка не посвящала все время щелканью фотоаппаратом. Очень многое хотелось просто чувствовать и ощущать, запечатлевая моменты в душе, а не на картинках. И тем не менее…

Создав альбом с фотографиями, и назвав его «Италия – страна вдохновения», Лиза решила немного написать.

«…Италия – страна вдохновения. И это действительно так. Это страна – где на каждом шагу вас ожидает мозаика исторических моментов, творческое воплощение событий и переживаний чужих жизней и даже эпох. На этих землях жили и творили множество выдающихся людей, которые обогатили своим талантом не только мир соотечественников, но и подарили радость причастности множеству побывавших на этих землях людей. Среди таких любознательных посетителей гостеприимной страны оказалась и я, готовая принимать, чувствовать, понимать…

…Такая палитра ощущений должна получить воплощение, не важно, в чем: в фотоснимках, в словах стихов или прозы, в чувствах, которые, может быть, я уже никогда не смогу передать… Все это изменило меня мягко, деликатно и необратимо, обогатив и увеличив многократно мой мир, развивая мое умение принимать и чувствовать…

Мне даже немного страшно начинать описывать увиденное и пережитое, потому что я понимаю, что моих слов для этого может не хватить, ведь слово «величие» – это всего лишь слово, но именно оно подходит для описания…».

Решив закончить подбор слов, которые были не в состоянии передать всю силу ее эмоций, девушка отправилась спать. На следующий день ей нужно было идти на работу.

* * *

– Привет. С приездом! – окликнул ее в коридоре Егор. В последнее время казалось, что он находится в издательстве постоянно, хотя это и неудивительно, учитывая, что обе его девушки работают тут же.

– Привет. Пасешь своих барышень? – ехидно ответила Лиза.

– Что-то ты какая-то колючая стала, – рассмеялся Егор, настроение у него повышалось тем стремительнее, чем неприветливее была Лиза. – Как дела?

– Отлично. Пишу для тебя вопросы по статье об Италии для уточнения твоей любимой истории, скоро вышлю…

– Ок. высылай. Хотя я могу за ними и зайти, – расслабленно улыбнулся молодой человек.

– Зайди лучше, когда на эти вопросы у тебя будут ответы, – неожиданно резко для самой себя ответила девушка, и продолжила свое движение по направлению к своему рабочему кабинету.

– Договорились, – ответил, задумчиво глядя в след удаляющейся девушке, Егор. Улыбаться он перестал.

– Лиза! – окликнул он ее по имени, когда она сделала уже несколько торопливых шагов.

– Что? – обернулась она.

– Когда я увидел тебя в Италии, гуляющей с группой… Ты выглядела такой вдохновленной, такой счастливой!

– Ты за мной следил? – не потеряв свой воинственный настрой, но уже немного улыбнувшись и прищурившись, спросила девушка.

– Я был там полтора дня… по делам. Когда я увидел тебя, то ехал в аэропорт и не мог остановиться, – не обращая внимания на интонацию девушки, Егор продолжал объяснять. Было видно, что для него это было важно. Важно сказать. Важно договорить. Он пристально и немного грустно смотрел на Лизу, не отрывая взгляд, как будто боялся, что ему может больше не представиться такой возможности.

Скорее почувствовав его состояние, чем поняв, Лиза немного смягчилась и, улыбнувшись, отправилась к себе в кабинет.

Глава 9

Обучение нейролингвистическому программированию в городке на Днепре продолжалось. С кем теперь туда будет ездить Лиза, было ей непонятно, но то, что ездить она туда будет не вызывало никаких сомнений. Впрочем, после тренинга в Италии, ее сестре Вере само направление психологии было интересно, и в дальнейшем сестры договорились ездить на обучение вместе.

Лиза была рада, что у нее появилась компания в поездке, когда можно было что-то вспомнить и обсудить, поболтать обо всем, переключаясь на разные темы, как только одна из них становилась более тяжелой, чем предполагал формат общения. Говорить о грустном сестры не хотели. У каждой за спиной остались прошлые неудачи, которые они считали правильным отрабатывать и разбирать, используя психологические техники на занятиях по НЛП, а не мусоля их впустую с сопливыми подробностями.

Свои умения Лиза не афишировала в рабочей среде. Многие коллеги думали, что она просто ездит слушать какие-то лекции по психологии, а девушка не собиралась прояснять ситуацию. Получая такие необычные знания, она понимала, что меняется изнутри. Каждая поездка на тренинг, каждый пройденный модуль и каждая отработанная техника делали ее немного другой. Вообще Лиза чувствовала, что стала немного жестче и резче в общении с окружающими и в своих суждениях о них, не понимая, временное ли это явление, как результат пережитых неудач или теперь это ее постоянное качество, но решила пока об этом сильно не задумываться.

* * *

Профессионально приветливая Карина встретила их на пороге, как и положено организатору. Изобразив на лице почти искреннюю радость от встречи, она провела их в зал для занятий, предложив чай-кофе-воду.

Тренинг был интересный, впрочем, как и всегда. Девушки забыли обо всех своих текущих вопросах и сосредоточились на событиях из своего прошлого. Иногда оно было настолько давним, что с трудом всплывало в памяти, напоминая о себе только горечью прошлых неудач. Но и одного этого ощущения было достаточно для того, что бы достать его из глубин подсознания и, прочистив, как промывают старую ноющую рану, вернуть обратно в сознание чистую и здоровую ткань мыслей и чувств.

Удовлетворенные результатами работы и немного уставшие сестры решили пообедать вместе с группой. Выбрали кафе, которое находилось неподалеку. Голодная Лиза с нетерпением ожидала, когда же она сможет, наконец, насладиться сочным стейком и своим любимым темным пивом. Пользуясь моментом в ожидании заказа, Карина решила сделать самопрезентацию.

– Я знаю, что ты сейчас одна. Опять! – трагически понизив голос, тихонько сказала Карина, пододвинувшись к Лизе поближе.

– Да. Как и ты, – улыбнувшись, ответила девушка, обсуждать свою личную жизнь она не собиралась. – Как твои дела кстати?

– Так вот. Я сейчас делаю серию тренингов о том, как создать удачные отношения с успешным мужчиной… – Карина сделала вид, что не услышала вопроса.

– Основываясь на своем удачном опыте? – не удержавшись, съязвила Лиза.

Учитывая, что бывший муж у Карины был пустышкой, любил гульнуть, продолжая жить, как свободный не обремененный ничем и никем мужчина, совершенно не занимался их общим ребенком и сидел на ее шее финансово, ее советы по этой теме выглядели, как минимум странно. Единственным его достоинством было чувство юмора, и то он использовал чаще всего, чтобы поиздеваться над кем-то из их большой компании. Для него это была видимо хоть какая-то самореализация, потому что ни в чем другом он проявить себя за всю жизнь так и не смог.

Сейчас Карина, наконец, попыталась избавиться от этого бремени и находилась в тоскливом одиночестве, переехав жить к своим родителям в одну из маленьких комнатушек их квартиры. Поэтому похвалиться ей было нечем. Тем страннее выглядели ее попытки научить других тому, чего сама не умела: во-первых найти успешного мужчину, а во-вторых – построить с ним удачные отношения.

– А еще я сделала тренинг на тему: «Роли мужчины и женщины в отношениях», – по-прежнему делая вид, что не слышит встречных вопросов, продолжила Карина. Лиза про себя отметила высокий профессионализм бывшего работника сетевого маркетинга, которым та занималась до начала работы с Евой Марковной.

Лиза больше не комментировала. Она уже все сказала и искренне считала, что для того, чтобы учить кого-то чему-то, нужно в этой теме сначала добиться успеха самому. И только после этого пытаться учить другого тому, как достичь того же результата. Впрочем, как показало дальнейшее общение, Карина это тоже понимала.

– Ты выпустила еще одну книгу, как я слышала? – сменила она, наконец, тему.

– Да, – ответила Лиза, – сейчас я пишу продолжение и думаю реализовать себя еще в жанре детской сказки в стихах…

– Ты что?! – возмущенно воскликнула Карина, – ты сначала заведи своего ребенка, воспитай, а когда поймешь, как это и добьешься в его воспитании успеха, уже тогда можешь писать для детей… Нельзя учить тому, чего не умеешь!

– Вообще-то детские стихи, это – не учебник по воспитанию детей, – улыбнулась Лиза еще шире, фактически Карина проговаривала то, что думала Лиза, только почему-то была не в состоянии провести параллель с собой.

– Все равно! – упрямо и эмоционально повторила Карина, – ты не сможешь это сделать!

Лизе было совершенно непонятно возмущение организатора тренингов. На самом деле Карина полгода тому сообщила всем радостно о том, что тоже начала писать книгу, с чем ее Лиза искренне поздравила. За это время Лиза выпустила два романа в разных жанрах, и на подходе был выпуск еще одного сборника стихов.

Карина все это время только говорила о том, что пишет очень классную поучительную и мудрую книгу. Не учла она одного – написание книги – это огромный и не самый легкий труд, потому что вдохновение и идея – это далеко не все, и сама Лиза перечитала множество статей по этой тематике и старалась писать каждый день, несмотря на эмоции, вдохновение, идеи, свободное или подходящее время. Это – тяжкий и кропотливый труд. На самом деле энтузиазм обычно заканчивается где-то на пятой, десятой, а если очень повезет на двадцатой странице. А их еще нужно около девяноста или ста до минимального объема, который принимают издательства. Написать всю книгу на подъеме и вдохновении – наивная мечта. Такая книга будет окончена в лучшем случае к концу второй пятилетки. И Лиза знала, как себя мотивировать, организовать и использовать свой талант в строго отведенное для этого время. Тем более, что подписав контракт с издательством, в котором оговорены все условия и санкции в случае срыва писателем сроков, как-то глупо было уже говорить о том, что когда-нибудь потом, «когда вдохновение достигнет максимума, я закончу свой гениальный труд». Все эти тонкости, нюансы, творческие уловки, когда ты и в самом деле ловишь момент вдохновения, чтобы использовать его по максимуму; когда не расстаешься с ручкой и блокнотом, потому что удачная формулировка или идея могут прийти в твою голову в любой момент, и ее нужно не упустить; когда заставляешь себя сесть за компьютер, открыть файл с текстом и мучительно вчитываться в уже написанные строки, настраиваясь «на волну творчества». Даже моменты, когда кажется, что у тебя нет больше ни одной идеи, ты больше ничего не можешь написать, потому что тебе просто больше нечего сказать, внутри – пусто и темно, и вообще непонятно, каким образом ты смогла написать так много интересного текста, и что тебе теперь с ним делать… Все это действительно нужно пережить, переломать себя, свою апатию, свою лень, перетерпеть творческие кризисы и нервное истощение, тошноту от вычитывания текста, в котором уже все примелькалось до безобразия и, кажется, что проще порвать рукопись на мелкие клочки, чем хотя бы еще один раз ее прочесть. Выслушать и по возможности учесть критику первых читателей, которые разбирают по косточкам твое «идеальное» выстраданное тобой детище, понимая при этом, что это поможет сделать книгу лучше.

Лиза еще много чего могла на эту тему рассказать, но не видела в этом смысла. В итоге, каждый должен учиться на своих собственных ошибках. Уверена она была только в том, что у Карины элементарно не хватит идей, усидчивости, грамотности и кропотливости. Потому что пять рукописных листов за полгода, о которых говорила Карина, – это не книга… в лучшем случае это – рассказ.

Заказ принесли быстро и, впиваясь зубами в сочное мясо с ароматом дымка, запивая холодным горьким пивом, Лиза продолжала размышлять на тему своего следующего романа. На самом деле, девушка поймала себя на мысли о том, что она теперь каждое свое переживание, каждую частичку вновь приобретенного опыта рассматривает, как материал, идею для следующей главы романа. Благо писала она продолжение обеих книг, и любой пережитый момент мог пригодиться если не в жанре фэнтези, то в жанре классического любовного романа. Она уже автоматически искала колоритные персонажи и, вспомнив о девушке из салона с ирокезом, заплетенным в «колосок», подумала о том, что его обязательно нужно будет как-то использовать.

Обратная дорога была веселой. Вера, которая всегда отличалась чувством юмора, проезжалась по Карине со всей свойственной ее творческой натуре образностью. Периодически отрывая взгляд от дороги, она смотрела на хохочущую сестру. Лиза тоже не была расстроена разговором с Кариной, ее просто удивляло отсутствие логики и неумение проводить аналогии. А ведь это, как казалось Лизе, были признаки системного мышления, которому и учился человек во время многочисленных психологических техник, каждую из которых можно было считать просто упражнением, развивающим различные способности мозга.

С наступлением темноты девушки вернулись в свой город, чему были обе несказанно рады. Почти шесть часов в дороге, несколько часов тренинга и полтора часа общения за обедом, все в сумме оказалось утомительным времяпрепровождением. Полезным, интересным, веселым, но все же утомительным. Радовало то, что впереди был воскресный день, который можно было посвятить сну и отдыху. Ну… или поиску вдохновения, потому что сроки сдачи романа поджимали, и Лиза немного отставала от графика. Чтобы упростить процесс, она решила использовать свои заметки о недавнем путешествии по максимуму, отправив свою героиню по уже известному ей самой маршруту.

– Поздно уже, однако. И вспомни совет для настоящей женщины, который ты мне сама же недавно цитировала: «Между печеньем и яблоком сделай выбор в пользу стакана воды», – сказала на прощанье Вера за миг до того, как Лиза захлопнула дверцу машины.

– Хорошо, попробую, – улыбнувшись, ответила Лиза уже скорее себе самой, чем кому бы то ни было другому.

Глава 10

Поздним утром Лизу разбудил звонок телефона. К ее большому удивлению, это был Егор, который приглашал ее в кинотеатр на фильм, который она запланировала посмотреть несколько месяцев тому. Долгожданная премьера наступила, и Лиза ее чуть не пропустила. Когда-то они договаривались пойти на нее вместе, о чем молодой человек радостно ей и сообщил. Выбрав поздний сеанс с расчетом перед этим поужинать вместе, Лиза занялась своим недописанным романом. В конце концов, как здраво рассудила девушка, им все равно предстояло много общаться, лучше, если это общение будет спокойным и дружеским. Поход в кинотеатр – хорошая возможность потренироваться.

Вечером, неожиданно взволнованная Лиза мерила одежду и ни на чем не могла остановить свой выбор. Она сама удивлялась подобной своей реакции и даже немного злилась из-за этого, уговаривая себя, что ей предстоит всего лишь дружеская встреча, для этого она приложит все усилия. У него есть девушка. Причем две. Она же сама еще даже не оформила развод с Марком, который почему-то отказывался обсуждать эту тему, впрочем, как и все другие. Сейчас он уехал не несколько месяцев в Японию и не давал оттуда никаких вестей. Но отвлечься не удавалось, волнение, кажется, заполонило ее всю. Решив успокоиться в такси по дороге к кафе, девушка занялась макияжем. Несмотря на отличный подарок матери природы, она решила все же дополнительно подчеркнуть глаза, добавив тени и тушь, немного нанесла румян на свои обычно бледные скулы и почти прозрачный блеск – на губы. Она была довольна всем, кроме своего волнения. Но это ни косметикой, ни нежным ароматом духов исправить было невозможно.

– Привет, – Егор привстал, приветствуя опоздавшую девушку.

– Привет, – ответила Лиза, стараясь, чтобы ее голос звучал, как можно более спокойно.

– Я рад, что ты пришла. Наш сеанс на 22–15, и у нас еще есть время покушать. Что ты будешь?

Получалось, что до сеанса у них еще около двух часов времени. «Это слишком много для первого раза», – подумала про себя Лиза, пытаясь сообразить, о чем же нейтральном им стоит разговаривать.

Сделав заказ и пригубив быстро доставленное официантом вино, девушка посмотрела на Егора. Он молчал, задумчиво всматриваясь в ее лицо. Это пристальное внимание вызвало дополнительное волнение, которое разлилось теплом где-то внизу ее живота. Стараясь отогнать от себя неуместные воспоминания, Лиза спешно искала тему для разговора.

– Как провел выходные? – наконец, нашлась она.

– Нормально, – улыбнулся Егор, кажется, он не собирался облегчать ей ситуацию. – А ты?

– Тоже. Писала свою книгу, но она, почему-то не писалась, – ответила Лиза. Уточнять, что весь день она думала о предстоящем вечере, и именно поэтому все мужские персонажи становились слишком похожими на него, девушке не хотелось.

– Не было вдохновения? – еще шире улыбнулся Егор, почему-то Лизе показалось, что он буквально по глазам прочел то, о чем она умолчала.

– Не было! – честно призналась девушка. – А где твои барышни? Как это они тебя отпустили?

Он нахмурился. Лиза не собиралась говорить о них, в конце концов, его отношения с женщинами – его личное дело, но не смогла удержаться.

– Не знаю, – ответил, наконец, он.

Лиза судорожно искала тему для дальнейшего разговора, но не находила. В голове была пустота.

– Я бы еще выпила, – просто сказала она.

– Хорошо, – кивнул Егор и, подозвав официанта, сделал дополнительный заказ.

– Я хотел тебе сказать, что для меня важно наше с тобой общение. Поэтому я хочу уточнить, что я тебя не любил, мое признание тебе тогда… Это был просто момент эмоционального перевозбуждения.

Лиза почувствовала себя так, как будто по голове ее только что стукнули пыльным тяжелым мешком. На эту тему разговаривать она явно не собиралась. Делая неспешный глоток вовремя принесенного вина, она получила паузу, которая позволила ей восстановить голос.

– Я поняла. Спасибо, что сказал, – как можно более спокойно произнесла Лиза.

– Я просто хотел, чтобы ты об этом знала, и нам больше ничто не мешало общаться по-дружески. Тем более, что нам вместе еще предстоит работать.

– Договорились, – также спокойно ответила Лиза, ей показалось, что внутри что-то больно оборвалось и со звоном полетело в пропасть. Откуда в ней взялась пропасть, и можно ли такое в себе чувствовать, она не понимала, но мысль эта показалась ей художественно ценной, и она решила ее запомнить.

Дальнейшее общение вдруг стало удивительно спокойным, искренним и приятным. То ли выпитое вино начало действовать, то ли признав очевидный, высказанный им факт, девушка смогла, наконец, успокоиться, но все чаще она слышала свой собственный смех, который так ему раньше нравился.

В кинотеатре, сидя плечом к плечу, они успевали обсуждать персонажей, вспоминать события первой части картины, которую тоже смотрели вместе, и болтать еще о чем-то своем. В какой-то момент Егор взял ее за руку, но быстро опомнился и отпустил. Лиза не стала возражать.

Довезя слегка захмелевшую Лизу домой, Егор вернулся в такси, поцеловав ее в щечку на прощание. Девушка с трудом удержалась от того, чтобы не подставить для поцелуя губы, но вовремя удержалась.

Несмотря на услышанное признание в нелюбви, настроение у девушки было хорошим и, укладываясь спать в свою большую и мягкую кровать, она радостно улыбалась. Он оставался в ее жизни близким человеком. И это казалось ей сейчас важнее всего остального.

* * *

Утром ее ждал сюрприз – сразу две заплаканных подруги. Те самые, которые покорно делили Егора между собой. Слушая слезное сбивчивое повествование в два голоса об обидах, сожалениях, сомнениях и прочем, девушка поняла только одно – в воскресенье ночью, он позвонил обеим по порядку и сообщил о том, что им больше не стоит общаться так близко, потому, как он не может дать им то, чего они заслуживают. После этого разговора он хотел бы считать все прежние отношения завершенными. В целях предотвращения ненужных сложностей на работе, просил их удержаться от выяснения отношений и создания конфликтных ситуаций, поскольку ничего никому не обещал и понял, что не испытывает к ним тех чувств, которые должен испытывать мужчина к своей женщине.

Текст, произнесенный обеим девушкам, был идентичным. Либо просто они так много раз успели его повторить друг дружке, что Лизе выдали уже нечто обобщенное. Девушка даже не знала, радоваться ей, либо огорчаться, сочувствуя сотрудницам.

Решив для себя, что Егор вообще решил отдохнуть от всяческих отношений, она старалась больше не думать о том, значил ли его поступок нечто большее. И на вопрос девушек, как же она могла встречаться с этим козлом, и на утверждение о том, что она молодец, потому что бросила его первой, она ничего не смогла ответить. В конце концов, и этот момент его личной жизни ее не касался.

Выслушав двух плачущих девушек по третьему кругу, она взяла свой кофе и удалилась в кабинет, сославшись на недописанную срочную статью. Обдумывать и давать оценку такому способу завершения отношений – звонку по телефону, она не хотела так же, как и обдумывать остальные его поступки, начиная от отношений сразу с двумя девушками, периодическими пропаданиями и холодностью, и при этом заботливой манере общения во время встреч, которая всегда демонстрировала серьезность и важность для него этого общения. В любом случае для самой Лизы это все было сейчас не важно…

Глава 11

Постепенно остатки неловкости в их встречах и разговорах исчезли. Егор и Лиза созванивались почти каждый день, вспоминали прошлые приятные моменты их общения, обсуждали текущие дела и темы, историю, общих знакомых, погоду, настроение… все, что приходило в голову. И без этих обязательных вечерних разговоров по телефону Лиза начинала чувствовать себя странно. В те дни, когда они не созванивались, девушке начинало казаться, что ей чего-то не хватает. Его голос теперь не оказывал на нее такого магического воздействия, как в начале общения, но все равно оставался очень приятным и действовал на нее успокаивающе.

Виделись они преимущественно в издательстве или встречались за обедом, обсуждая общие вопросы в статьях. Егор консультировал девушку, уточнял детали, отвечал на вопросы, но в вечернее время у них были только общие разговоры по телефону.

Темы Марка и бывших девушек Егора не обсуждались. Лизе хотелось уточнить причину такого его поступка по отношению к Инне и Алине, но он пресек разговор, предложив оставить прошлое в прошлом. Девушка возражать не стала.

А вот Инна и Алина, наверное, стали бы возражать. Зная, что Лиза и Егор общаются, девушки практически ежедневно устраивали ей допрос, пытаясь выяснить, не говорил ли он ей, почему решил бросить обеих. На самом деле они старались ему угодить. Как считала сама Лиза, видимо перестарались. Как считали сами девушки, она не знала, но в подробностях выслушивала их жалобы и бесконечные воспоминания о нем, их отношениях, о том, какой он заботливый, нежный, внимательный и т. д. Рассказы с каждым днем становились все подробнее, и в какой-то момент девушка не выдержала, попросив их прекратить. Они пробовали, но долго не выдерживали, поэтому, приходя в издательство, Лиза старалась, как можно быстрее и незаметнее миновать общую комнату, где они обе сидели, и укрыться в своем кабинете. Иногда из-за вынужденной спешки лишаясь своего любимого кофе, потому что это означало задержаться в коридоре на лишние пять минут, что давало девушкам возможность ее настичь.

Ни одна из его бывших девушек к Лизе его не ревновала. Причины этого сама Лиза не понимала, но иногда ей было даже немного обидно, что ни одна из них не считала ее соперницей. Что ж он им о ней говорил такого, что обе стали относиться к ней, как к старшей сестре? Спросив это у Егора, она увидела его широкую лукавую улыбку и поняла, что отвечать он не собирается.

* * *

Через пару дней к Лизе в кабинет робко заглянула Алина. Эта фигуристая девушка своими пышными формами могла заставить смутиться кого угодно. Не раз Лиза становилась свидетельницей того, как при ее появлении взгляды мужчин становились плотоядными, и ей не совсем сейчас было понятно, как Егор смог от таких форм отказаться. Зная страсть Лизы к напитку под названием кофе, Алина принесла его с собой, чему Лиза была несказанно рада. Вообще же, эта приятная, веселая брюнетка была Лизе даже симпатична, до того момента, как девушка начинала представлять их более близкое общение с Егором. Ставшие частыми разговоры в последнее время показали, что у девушек много общего, и не раз стены издательства звенели от их звонкого смеха. Спасало то, что двери кабинета Лизы можно было прикрыть и не мешать остальным работать.

– Ты знаешь, я решила… клин клином… – Начала Алина и замолчала.

– То есть? – решила спросить Лиза, видя, что пауза затягивается.

– Я зарегистрировалась на сайте знакомств… – выдала еще порцию информации Алина.

– И…? – еще раз решила подбодрить подругу Лиза.

– И встретилась вчера с одним… – еще немного продолжила гостья.

– Слушай. Давай уже, выкладывай! – рассмеялась Лиза, ей и в самом деле было любопытно.

– Я познакомилась с ними обоими! – на выдохе скороговоркой выпалила Алина.

– То есть? – не поняла Лиза.

– Ну… то есть со старшим, – показала девушка на свое лицо и, опустив руку ниже пояса, продолжила, – и с младшим… у него дома…

Лиза оторопела. Она знала о том, что Алина, если ей чего-то хочется, не считала нужным соблюдать установленные кем-то правила, и это было вполне понятно, но ехать домой к незнакомому мужчине, с которым обменялась парой фраз по интернету… Это было, по крайней мере, опасно.

– Я показала его фотографию Инне, оставила ей номер его телефона… И это была уже вторая встреча, – как будто прочитав вопросы по глазам Лизы, Алина решила ответить сразу на все.

– Ясно. Ну и как? Не зря? – решила та продолжить все же разговор.

– Ну… Как тебе сказать…

Алина замешкалась ненадолго и дальше просто и спокойно рассказала о том, какая была квартира, как он себя вел, что и как делал… и о том, что полноценного секса не было, потому что она не смогла… То есть смогла бы, но не захотела, проще говоря ограничилась тем, что доставила удовольствие новому знакомому, не допуская более близкого знакомства… выслушав еще несколько формулировок, Лиза, наконец, поняла, о чем шла речь.

– А почему не смогла? – решила она уточнить. В некоторые моменты, когда ей было любопытно, девушка вполне могла отодвинуть такт на задний план и задавала все интересующие ее вопросы.

– Ну… – опустила глаза Алина.

Лиза смотрела на нее и понимала, что не смогла – это не захотела, потому что это значило бы, что Егор остался в прошлом, а как бы она ни старалась это показать, он был в ее настоящем, в ее мыслях, словах… и чувствах.

– Скажи, пожалуйста… – начала Лиза, став вдруг серьезной, – зачем ты мне это рассказываешь? Ты хочешь, чтобы я передала эту информацию Егору?

Алина глубоко вздохнула, не поднимая глаз. На это она, видимо и надеялась, пытаясь пробудить в нем хотя бы чувство ревности, хоть как-то напомнить о себе…

– Я хочу тебе сказать… Мы не говорим о вас. Ни об одной из вас. Я пыталась выяснить у него, что произошло, почему он решил закончить отношения с вами обеими. Я спрашивала много раз, и знаешь, что он мне каждый раз отвечал? – она посмотрела на Алину и, увидев, что девушка внимательно ее слушает, продолжила по слогам. – НИ-ЧЕ-ГО!

Она видела, как Алина на какой-то миг перестала дышать, замерла, и поняла, что это было жестоко с ее стороны, но считала, что должна это сделать, должна все ей объяснить.

– Каждый раз он заканчивал разговор, ссылаясь на то, что ему завтра рано вставать, на то, что ему надо кому-то вдруг срочно позвонить среди ночи, на то, что ему надо кормить кошку… Он не хочет и не будет со мной разговаривать на эту тему. И я, как его друг, не могу настаивать на ответе, потому что эта тема меня по большому счету не касается. Мы с ним даже наши собственные прошлые отношения никогда не обсуждали! И не будем обсуждать! Прошлое лучше оставить в прошлом! Я всегда рада с тобой пообщаться, но ничего передавать ему от тебя или тебе от него, я не собираюсь. Повторю, меня это не касается! Хочешь с ним поговорить – поговори. С ним! Не со мной! Не с подругами и коллегами! Не с мамой! А с ним! С Егором! Я не могу тебе ничем помочь, но могу помочь советом. Не мучай себя! Я через такое тоже проходила. Все мы проходили. Я понимаю, что такая фраза мало кого успокаивает на самом деле, но… – она сделала паузу, переводя дыхание, – Не вступай в новые отношения, не разобравшись со старыми… Не заставляй себя идти на близость с одним мужчиной, если думаешь о другом… Это нечестно и жестоко по отношению к себе самой…

Лиза вдруг замолчала, почувствовав, как у нее самой пробежал мороз по коже. Ведь, по большому счету, сейчас она говорила о себе. О своих ошибках. О своей жестокости по отношению к себе. О своих чувствах, в которых она так и не смогла разобраться. На самом деле, несмотря на то, что она сама прекратила отношения с Егором, девушка чувствовала себя такой же оставленной им, как и обе ее горе-подруги и это ощущение ей очень не нравилось. Теперь память напомнила о том, о чем Лиза очень сильно старалась забыть, и это выбило ее из колеи. К большой радости девушки, Алина в данный момент была поглощена своими собственными переживаниями и не заметила смятения Лизы. Посидев еще немного в тишине и думая каждая о своем, они, наконец, занялись насущными делами. Лиза попыталась продолжить писать очередную статью из серии про Италию. А Алина пошла на свое рабочее место, переваривать услышанное. Лиза искренне надеялась, что сказанное хоть как-то ей поможет.

Еще не дописав все запланированные статьи о поездке в Италию и непосредственно самом тренинге НЛП, Лиза уже знала, какой фразой закончит. Поэтому, открыв чистый вердовский файл, она напечатала «Путешествуй. Используй для этого любую возможность. Новые впечатления – это единственный способ набраться опыта, не постарев». Учитывая то, что большинство читателей журнала – женщины, им эта фраза однозначно понравится. Сама она прочитала ее на каком-то сайте, среди еще девяти таких же «советов для настоящих женщин».

Среди других проявлений женской мудрости были:

– Какой бы долгой и увлекательной ни была вечеринка, сделай все, чтобы проснуться в собственной спальне;

– Тратить время и эмоции на неадекватного человека имеет смысл только в том случае, если ты врач, а он – пациент, который тебе платит;

– В споре рождается не истина, а мигрень;

– Вовремя произнесенное «Да как скажешь» сэкономит время и нервы.

И самое любимое выражение, которое она повторяла себе почти каждый день: «Прежде чем оценивать ситуацию, задай себе вопрос «А мое ли это дело?». Потом промолчи и иди работать».

Улыбнувшись своим мыслям и повторив себе еще раз любимое выражение, она решила, наконец, сосредоточиться на работе.

* * *

Зная любовь Лизы к органной музыке, Егор предложил ей посетить концерт. Вспоминая свои впечатления от посещения соборов в Италии, девушка с радостью согласилась. Заехав за ней, Егор был учтив и любезен, как показалось Лизе, даже немного чересчур. Впрочем, зная такую его профессиональную манеру поведения, она старалась не обращать на нее внимания, хотя иногда ей очень хотелось встряхнуть его и заставить проявить какие-то более естественные и открытые манеры.

Галантно проводив девушку на свое место, он занял соседнее, и в молчании пара ждала начала концерта. Недолгая настройка и первые удивительно одухотворяющие звуки органа заполнили большой притихший зал.

Торжественные звуки органа извлекали уже из ее собственной души чувства радости и света, дарили ощущение силы и предвкушения праздника… В какой-то момент Лиза почувствовала, что ее душа переполнена и внутри тела для нее осталось слишком мало места…

Почувствовав тепло руки поверх своей, девушка вернулась в реальность и посмотрела направо. Рядом сидел Егор и смотрел на нее, в темноте глаза отсвечивали каким-то приглушенным светом, легким восхищением и интересом. И в какой-то момент Лизе вдруг показалось, что нет на свете человека роднее его. Никого, с кем она могла и хотела бы разделить этот момент, в котором объединялась музыка, завораживающая, поглощающая и наполняющая одновременно, и состояние бесконечного пространства…

Очарование не оставляло гостей органного зала, все выходили немного растерянные и поглощенные своими собственными недавними ощущениями. Егор держал Лизу за руку, но она, казалось, этого даже не замечала. Он не понимал ее состояние, которое каждый, кто хоть немного знаком с психологическими техниками, назвал бы легким трансом или измененным состоянием сознания, когда можно видеть музыку, чувствовать звуки и понимать на ощупь цвета. Все это было ему недоступно. Он этого не понимал, но принимал. Давая девушке возможность спокойно вернуться в их общий мир, не торопя, не напоминая о себе, не раздражаясь от того, что в данный момент времени она была мыслями и чувствами где-то совсем в другом месте…

Проводив ее до подъезда, он легко коснулся губами ее виска, задержавшись лишь на долю момента, и быстро вернулся в машину.

Глава 12

Лето наступило быстро, жара нагло опустилась на город, доводя до раскаленного состояния асфальт и настроение жителей. В воздухе издательства буквально витали мечты об отпуске, которые становились реальностью далеко не для всех. Лизе предстояло сдать еще несколько обязательный статей, прежде, чем она сможет покинуть эти стены на две недели такого желанного отдыха. Впрочем, отдыхать в полной мере ей не придется, потому что сроки сдачи рукописи в издательство поджимали. И редактор уже несколько раз ей звонила, напоминая об этом нерадостном факте. Поначалу девушке казалось, что впереди у нее еще очень много времени. Затем оно стало сжиматься и стремительно сокращаться, и Лизе все казалось, что яркие впечатления, которые украсят ее рукопись, обязательно с ней еще случатся, и автор на едином дыхании допишет свою книгу о продолжении приключений в жизни своей чуть более романтичной, чем она сама, героини. Только время окончания работы приближалось, и спасти сейчас девушку могли только пара недель уединения на даче или хотя бы в покое в своей любимой квартирке.

Вечером Лизу ждал еще один девичник, связан он был с очередным днем рождения. На этот раз именинницей была Алиса, которая безмерно радовалась тому, что муж, наконец, уехал в очередной рейс, и она сможет спокойно отметить этот день в приятном для себя кругу. Настроение у девушки было приподнятое, но ядовитое, и Лиза, отметив про себя этот факт, решила сегодня слишком личными подробностями с именинницей не делиться.

Инна и Алина, как бессменная парочка, дружная и с Алисой тоже, заняли места недалеко от Лизы и вновь начали расспрашивать ее о Егоре, понимая, что девушка сейчас знает о нем куда больше, чем они сами. Коротко объяснив, что, насколько ей известно, сейчас герой их мечтаний ни с кем не встречается, девушка быстро переключила разговор на другую тему. Обсуждать вероятность его возвращения к одной из них сейчас Лиза хотела меньше всего на свете, сами девушки могли обсуждать его без перерыва.

В ресторане работал кондиционер, даря приятную прохладу. Приглушенный свет и приятная музыка, мягкие кресла и вкусные блюда, сладкое шампанское и… Настроение мимо воли у Лизы стало романтическим, и захотелось увидеть… Одернув себя от неуместных фантазий, с досадой отметив факт того, что сама она была занята тем же вопросом, что Инна и Алина, девушка переключила свое внимание на именинницу, которая с упоением рассказывала какие-то очередные истории из жизни туристического агента. Историй было много, рассказчицей Алиса была хорошей, добавляя здоровую долю не всегда доброго юмора, она делала любой рассказ запоминающимся и интересным.

Сейчас она рассказывала о клиентах, которые не могли выбрать маршрут из предложенных девушкой вариантов, причем готовы были переложить эту миссию на нее полностью, однако сразу же предупреждали, что угодить им сложно. И даже практически невозможно, потому как они бывалые туристы и «видели все». А если добавить их стремление сэкономить, но при этом получить максимально возможный сервис, то задача получалась и в самом деле не совсем выполнимая. Стремление сэкономить – весьма полезное и здоровое стремление, однако есть нижняя черта, и опуститься ниже определенной цены без потери качества невозможно. Проблема как раз и состояла в том, что они хотели получить пятизвездочный отель на первой линии по цене трехзведочного и искренне удивлялись, почему сама Алиса не может им в этом помочь. На самом деле такая ситуация являлась достаточной стандартной, и если бы не изображение в ролях с отражением характеров посетителей, рассказ мог бы быть весьма заурядным.

Лиза слушала историю и старалась понять, может ли ей пригодиться для ее книги что-либо из услышанного, но в итоге девушка поняла, что больше всего ей могут пригодиться ее собственные впечатления от этого вечера, и потягивая неспешно шампанское, она удобно откинулась на спинку дивана, и спокойно слушала рассказчицу, стараясь сильно в детали не вникать.

Девушке было хорошо от обстановки, компании и уютного места. На сегодня этого было вполне достаточно. Девчонки вокруг что-то оживленно обсуждали, и Лиза наблюдала за выражениями их лиц, которые отражали и удивление, и интерес, и радость, и сомнения. Вспомнив свое обучение НЛП и важности умения понимать калибровки, девушка начала рассматривать других посетителей ресторанчика, стараясь по их позам, жестам и выражениям лиц определить их внутреннее состояние. Это было увлекательное занятие, которое доставляло девушке удовольствие.

За одним из столов крупная дама сидела очень близко к другой, худенькой блондинке и злобно ей что-то говорила на ухо, вдавливая ее в жалобно поскрипывающий под ней диванчик не только весом своего необъятного тела, но и словами. Было видно издалека, как эта массивная вульгарно накрашенная и безвкусно, но дорого одетая женщина, сверкала глазами, пытаясь себя контролировать из последних сил, и судя по всему, ей это все же удавалось. Напротив них сидел щупленький растерянный мужичек, который жалобно повторял имя приплывшего гиганта в женском обличии.

– Наташа, мы случайно встретились… Наташа, перестань, – до Лизы долетел дрожащий приглушенный мужской голос, однако его, как оказалось, жена не прекращала толкать в плечо свою притихшую соседку и повышать голос, демонстрируя богатый запас матерных слов работника торговли, другими словами, базарной бабы…

Напротив нее сидел ребенок, которого она взяла с собой, видимо, для усиления произведенного эффекта. При этом ее мало заботила та психологическая травма, которую ему наносила подобная ситуация. Его губки жалобно подрагивали, слезы лились из глаз, и он без конца повторял: «Папа, так вот ты какой… Папа… Папа…». Причем было очевидно, что слова эти он повторял вслед за собственной матерью. Мальчику было около восьми-девяти лет. Удивительно похожий на свою гневную мать, он еще не успел приобрести свойственную ей грубость.

Жертва подобной бестактной атаки сидела, качая головой, и повторяла без конца: «Какой позор!». Было видно, что для этой интеллигентной девушки, подобная сцена была шокирующей и непонятной. Она до последнего момента не могла поверить в то, что подобное происходит именно с ней. Присмотревшись к ее лицу, Лиза с удивлением узнала свою приятельницу по имени Вероника.

Вышедший незадолго до появления необъятной женщины третий член коллектива – высокий стройный мужчина, вскоре вернулся и сейчас удивленно стоял, глядя на это представление. Он пытался понять, что ему делать в подобной ситуации, но в его в голове это все тоже не укладывалось, не принималось в реальность.

Неизвестно, сколько бы продолжалось это неприятное шоу, если бы вовремя подоспевшие охранники вежливо, но настойчиво и, что самое главное, тихо, не попросили необъятную даму удалиться. Охранникам не удалось отобрать у нее схваченную у своей жертвы огромными ручищами сумку, и она, гордо неся свои необъятные телеса, прошествовала на выход в окружении вежливых охранников. Ее муж робко засеменил следом и вскоре вернулся, неся в руках добытый в неравном бою трофей – сумку своей соседки по столу.

Потеряв всякий интерес к происходящему за своим собственным столом, Лиза сосредоточенно всматривалась и вслушивалась в приглушенные голоса за другим столиком и вскоре поняла, что это были коллеги, которые после какого-то совместного семинара решили спокойно поужинать в кафе и поделиться впечатлениями. И им это явно не удалось.

Эта сцена удивила Лизу, потому что заведение было приличным, и казалось, что здесь не должно происходить подобных инцидентов.

Вероника была торговым представителем какой-то компании, но Лиза не помнила, какой именно. Эта яркая интеллигентная блондинка была, насколько было известно, счастливо замужем и явно не собиралась претендовать ни на одного из сидящих напротив нее мужчин. Заметив пристальное внимание, направленное на нее, она подняла глаза и, увидев Лизу, поздоровалась. Девушка видела, насколько Веронике неудобно от того, что у этого недоразумения появился свидетель, поэтому встала и подошла к их столику.

– Привет, показываете шоу? – с заговорщической улыбкой поинтересовалась она.

– Привет, не столько тебе, сколько Алисе, вот уж кто будет рассказывать об этом ближайшие пару месяцев, – грустно вздохнув, ответила Вероника.

– Не беспокойся, она была так сильно увлечена своим собственным рассказом о клиентах, что ситуация осталась для нее незамеченной. Может быть, присоединишься к нам?

– Спасибо, – с облегчением ответила Вероника, и зачем-то повторила еще раз, – спасибо! Все хорошо!

На самом деле Лиза знала, за что ее благодарили. Она была внимательной и постоянно замечала то, что оставалось незамеченным или непонятным окружающим, поэтому часто знала о своих друзьях и знакомых куда больше информации, чем ей хотелось. При этом, оставляла эту информацию при себе, делясь ею разве только с самим участником или свидетелем произошедшего.

Пристально рассматривая подошедшую девушку мужчины попросили ее присесть за столик, Лиза отказываться не стала. Вероника подвинулась, уступая ей место на диванчике, которое не так давно занимала агрессивно настроенная базарного вида баба. Лиза смотрела на сидящего напротив нее мужа недавно ушедшей нежданной гостьи и пыталась понять, что у них общего. Мужчина был и в самом деле щупленький, сейчас он сидел с подрагивающими от волнения губами, немного растерянно оглядываясь по сторонам, то ли пытался успокоить себя тем, что у инцидента не было свидетелей, то ли опасаясь возвращения своей грозной большей половины. Было видно, что ему очень неудобно, потому что неприглядную правду об их семейных отношениях и о нем самом нельзя было уже скрыть, спрятать под дорогим и стильным костюмом и толстыми пачками денег, которые он с легкостью демонстрировал и тратил. Особенно неудобно ему было, видимо, перед своим товарищем. Лиза рассматривала своих новых знакомых и думала о них же.

– Кстати, я – Семен, мне очень неудобно за это все… – представился, наконец, герой романа, существующего только в представлении его неконтролируемо ревнивой жены.

– А я – Владимир, тут же представился второй мужчина.

– Лиза, – ответила девушка и улыбнулась.

Владимир показался ей куда более интересным. На вид ему было около тридцати лет, темные коротко стриженные волосы, стильный свитер, плотно облегающий мускулистый торс, приятная открытая улыбка и богатый словарный запас. Ему было о чем говорить, это он умел и любил, что и продемонстрировал в дальнейшем.

– Пожалуй, мне все же пора, – Семен попросил счет, рассчитался и покинул компанию, что выглядело не совсем красиво, учитывая, что приехавший из другого города его друг и коллега рассчитывал провести с ним куда больше времени. Владимиру была обещана экскурсия по городу и посещение ночного клуба.

Покинув образовавшуюся пару, Лиза отправилась за свой стол, где вовсю продолжалось обсуждение клиентов Алисы.

– Это Вероника? – спросила она.

– Да! – ответила Лиза.

– Интересно, она помнит о том, что замужем? – ехидно прищурившись, поинтересовалась Алиса.

– Уверена, что да. Это ее коллеги, они только что закончили семинар, ответила Лиза, имея в виду и покинувшего их Семена.

– А этот, кстати, ничего так, – кивнула на оставшегося Алиса, – не то, что ушедший…

– Интересно, а ты помнишь о том, что ты тоже замужем? – напомнила Лиза ей ее собственный вопрос с улыбкой.

– К сожалению, забыть об этом невозможно, – грустно ответила Алиса и показала мобильный телефон с восемнадцатью пропущенными звонками и девятью неотвеченными сообщениями от ее благоверного. Развернув одно из них Алиса показала текст Лизе, которая сначала не совсем смогла его прочесть, а затем сообразила, что в нем просто слишком много ошибок и кое-как досмотрела его до конца.

– Вот так и живем, – грустно улыбнулась Алиса, видя растерянный и немного озадаченный взгляд Лизы.

Лиза и в самом деле была крайне удивлена. Она знала Алису уже достаточно много времени, чтобы оценить ее острый ум и язык, тонкую наблюдательность, грамотность, талантливое восприятие окружающей действительности и генерирование бесконечного количества новых идей, позволяющих заработать и реализоваться… И муж дальнобойщик… Сама эта мысль почти не интересовала девушку до того момента, пока она не увидела сообщения от него. Помимо безграмотного формулирования своих не конца додуманных мыслей, в присланных строках ярко просвечивала агрессия, злость, бестактность и узость мышления.

– У каждого из нас свои тараканы, – ответила Лиза.

– Видимо это моя карма, – ответила Алиса, – ты знаешь, я ведь и в самом деле сильно обидела другого мужчину, видимо, это моя расплата…

– А ты не пробовала расплатиться чем-нибудь другим? – не выдержала Лиза.

– Другим? – удивленно посмотрела на нее девушка.

– Да! другим! Эта цена – слишком высока.

Лиза была немного раздосадована тем, что высказывала совет, о котором ее не просили. Обычно она так не поступала, но сейчас видимо выпитое шампанское и легкий шок от неприятной сцены, произошедшей с ее хорошей знакомой, притупили ее чувство такта…

– Может ты и права, – тихонько протянула Алиса, – наверное, ты права…

Дальше разговор перешел на какие-то менее личные темы, обсуждали все вопросы дружно, поэтому Алиса не хотела показывать остальным реальное положение своих семейных дел. Более того, большинство ее приятельниц и подруг и в самом деле считали, что у нее дома все хорошо, и по-другому просто не может быть. Если бы они узнали о том, в каком аду живет Алиса, то, скорее всего, просто не поверили бы…

Посидев еще немного, девушки начали расходиться. Лиза подошла попрощаться с Вероникой, но та взяла ее за руку и притянула к себе.

– Посиди с нами, – попросила она ее шепотом.

Видя жалобное выражение ее лица, Лиза согласилась, чему Владимир был искренне рад, налив ей виски в большой стакан и добавив в него льда, он протянул его девушке.

Может быть, ей и не стоило пить в этот вечер, но она спокойно взяла стакан и выпила за знакомство, потом за нее, потом за продолжение вечера, потом еще за что-то…

Владимир попросил Веронику показать ему ночной город, прокатив по центру, а Лизу – составить им компанию. Девушки явно этого не планировали обе, но позвонивший Веронике незадолго до этого Семен, просил ее не оставлять его товарища и уделить ему немного времени. Она нехотя согласилась, напомнив о том, что они договаривались о совместном ужине, а не о совместном катании посреди ночи. Но отношения между ними были хорошими, и поэтому, несмотря на неприятный недавний инцидент, она согласилась выручить друга, понимая, что ему навряд ли удастся обойти свою ненаглядную и выбраться из дома.

Болтая на разные темы и перебивая друг друга, все скоро перешли на ты, пережитое сблизило их, и через пару часов и выпитый графинчик виски, всем начало казаться, что они знакомы вечность. Даже Вероника, которая была за рулем и поэтому не пила, кажется, прониклась общим весельем.

К всеобщему удивлению, Семен вскоре вернулся.

– Ты снова с нами? – встретил друга Владимир вопросом.

– Ну, так кто в доме хозяин? Я – в доме хозяин! – бодро ответил тот с деланной беспечностью, хотя вид у него был по-прежнему немного растерянный.

– Так, а зачем ты вернулся? – наивно поинтересовался выпивший Владимир. Он начинал понимать, что его план ночной поездки по городу с двумя девушками может сорваться, и это его явно не радовало.

– Выпить кофе. Если бы она дала мне его выпить по дороге, то я бы не возвращался. Я очень хочу кофе, – произнес он, подзывая жестом официанта.

– Ну, так выпил бы дома, – не унимался Владимир.

– Да я сейчас выпью кофе и поеду домой, не буду мешать вашим планам. Кстати, какие у вас планы?

– Ну, ты же обещал парню поездку по городу, поедем, покажем ему ночной центр, – ответила Вероника.

– И в клуб! Он обещал мне в клуб! – ответил весело Владимир.

– В клуб мы можем тебя завести… и оставить, – ответила она.

Лиза решила удалиться посмотреть, наконец, дамскую комнату, и по возвращению услышала продолжение этого же разговора.

– Я так понимаю, тебе спешить некуда?! – спросил ее Владимир.

– В смысле? – не поняла Лиза.

– Ну, у нее дома муж-ребенок, – он произнес это одним словом, – а ты живешь одна.

Посмотрев на свою болтливую подругу, Лиза кивнула.

– Одна.

– Так может в клуб? Ненадолго. На часик. Выпьем коктейль, посмотрим на малолеток… и все… и по домам.

– Да… можно, – посмотрела она укоризненно на улыбающуюся Веронику, которая таким образом решила получить возможность вернуться пораньше домой, – вместе с Вероникой, если…

– Ну, совсем ненадолго, – пришлось ответить той.

– Конечно, – улыбнулся еще шире Владимир и вновь обратился к другу, – так чего ты не едешь домой?

– Сейчас допью и поеду. Я не буду вам мешать, не обращайте на меня внимания, занимайтесь своими планами, – было видно, что он говорит все это только для того, чтобы ему ответили, что он не мешает, но этого никто не сделал…

После кофе Семен попросил чай, после чая могло быть еще что-то, но прозвучавший звонок мобильного телефона заставил его подпрыгнуть.

– Да, зая! – бодренько ответил он после первого же сигнала.

Лиза хихикнула в сторону, подумав про себя о том, что «Заище» подходило бы ей больше, но понимая, что выпитое спиртное не делает ее более вежливой и терпимой, чем она есть, решила придержать свой комментарий при себе, что не ускользнуло от Вероники, которая заметив улыбку Лизы, заговорщически ей подмигнула.

Внимательно посмотрев на Семена, Лиза вдруг поняла, что ей его даже немного жаль. Жить в таких условиях, наверное, невыносимо сложно. О чем они общаются дома, и что самое важное – как они это делают? Чему учат своего ребенка? Давно уже изучая психологию, девушка предполагала, что для того чтобы говорить со своей женой на одном языке, он должен быть таким же. Лиза понимала, что обладая большим капиталом и свободным временем, эта женщина-домохозяйка со стандартным именем Наташа, могла заняться собой и привести себя в форму, потому что у нее наверняка уже были серьезные проблемы со здоровьем, ведь невозможно таскать на себе такой огромный вес без вреда для обмена веществ, костей, суставов и внутренних органов. Наверняка у нее множество проблем и с психикой, и с принятием себя, как женщины, и огромный страх потерять мужа, и нереализованность в других аспектах жизни. Низкий интеллект и культура ограничивают ее кругозор, для расширения которого ей не хватает любопытства, терпения и понимания. Ведь не зря говорят, что знания – это круг (нарисованный на листе), внутри – то, что мы знаем, снаружи – неизвестное, и чем больше диаметр круга, тем больше мы соприкасаемся с тем, что нам неизвестно, тем большего мы не знаем. Такой вот парадокс. Сам Семен обладал по наблюдениям девушки цепким пытливым умом, наблюдательностью и стремлением добиться большего. А тащить за собой груз, вместо того, чтобы идти рядом с соратницей и другом по жизни для реализации своих амбиций и планов, стыдиться собственной жены, прятать ее от друзей и коллег должно быть тяжело…

Оборвав себя на этой мысли, подумав о том, что его друг и коллега мог бы и меньше рассказывать о нем в его отсутствии, впрочем, его слова лишь подтверждали догадку Лизы.

После звонка Семен бодро вскочил и рванул к выходу, на бегу попрощавшись с компанией.

– Если мне нравится блюдо, то я могу есть его без меры, а потом об этом жалею, – улыбнулась Вероника, показывая на свою тарелку с едой, которую она не смогла осилить.

Отвлекшись от своих мыслей, Лиза поняла, что они обсуждали ролы, которые в этом заведении и в самом деле были удивительно вкусными. Как и кальян, расслабивший Лизу дополнительно.

– А как ты понимаешь, что ты хочешь? – адресовал свой вопрос Лизе Владимир.

– Что хочу? – не поняла Лиза.

– Как ты чувствуешь, что хочешь… мужчину? – казалось, он и сам смутился от своего вопроса. Вероника поперхнулась своим чаем, а Лиза молча замерла. Кажется, никто из них не понял, каким образом тема так резко изменилась.

– Я чувствую это физически, – ответила Лиза, она привыкла прямо отвечать на поставленные вопросы, о чем потом часто жалела.

– Ясно, – Владимир пристальнее всмотрелся в глаза Лизы, которые она прятала за клубами кальянного дыма. Мужчина был в этот момент крайне серьезен, и в его голове диалог, видимо, продолжался дальше, не озвучиваясь голосом.

Тема вновь резко изменила направление и, обсудив еще немного Семена, еду этого заведения, кальян и погоду, через непродолжительное время остальная компания отправилась на выход.

Вероника устроилась за рулем своей машины, Лиза хотела сесть рядом, но Владимир, мягко придержав руку девушки, провел ее к задней двери.

– Ты со мной! – тихонько произнес он.

Девушка молча села на заднее сидение, а Владимир – рядом. Он вновь взял ее за руку, но Лиза мягко высвободила ее, показывая на какое-то здание, которое они проезжали в тот момент. Впрочем, прикосновение было мягким и приятным, и, подумав об этом, Лиза улыбнулась. Симпатичным был и мужчина, несмотря на большое количество выпитого спиртного, вел он себя прилично и достойно, был общительным, интересным и умным. Впрочем, учитывая количество выпитого спиртного ею самой, девушка не так сильно была уверена в объективности собственной оценки своего нового знакомого.

Покатавшись по городу какое-то время, компания рассматривала освещенные улицы и витрины магазинов, родной город и впрямь был красив. Лиза невольно залюбовалась цветными огоньками и подумала о том, что в суматохе будней она перестала замечать то, что ее окружает. В реальность ее вернула та же мягкая рука, которая каким-то образом оказалась у нее на колене.

Не успев вернуться в реальность, она вновь выскользнула из нее… Егор сидел рядом в такси и держал ее за руку, отвлекшись, он что-то ей показал и положил руку обратно. В этот момент девушка поправляла прическу, поэтому его рука опустилась прямо на ее колено. Егор не стал ее убирать, и она положила свою руку сверху и легонько погладила. Он высвободил свою ладонь и положил сверху. Девушка улыбнулась… То прикосновение было совсем другим… Ожидаемым… Естественным… Желанным…

Лизе вдруг стало грустно. Она перестала понимать, что делает в чужой машине рядом с почти незнакомым мужчиной, который рассказывает ей о том, что у него в номере есть замечательный торт и вкусный чай, и он свободен, начиная с этого момента и до следующего полудня. Поэтому он предлагает и рассчитывает провести это время вместе в ней. Лиза знала о том, что завтра его ждет самолет, рейс домой, где его встретит заботливая жена, которая хорошо готовит и отличается красивой внешностью. Девушка смотрела на него и не понимала, как этот человек, который час назад рассказывал о своей жене, сейчас пытался ее приобнять. Почему общаясь с Вероникой, они обсуждали рецепты блюд молекулярной кухни, а Лизе он сказал, что сладости особенно вкусно есть после оргазма… Может быть, с ней и в самом деле, что-то не так?! От этой мысли девушке стало еще грустнее…

Остановившись возле обещанного гостю ночного клуба, девушки начали выяснять, кому идти с ним внутрь. Лиза предложила закончить вечер сразу, объяснив Владимиру, что шансов найти себе барышню на ночь у него будет куда больше, если он пойдет внутрь один. Сделав вид, что не понимает о чем она, он стал упрашивать девушек хотя бы заглянуть внутрь, и если кому-то не понравится, они все сразу дружно уедут. Решив не оставлять подругу, Лиза отправилась вместе с ними. Увидев пустой гардероб и услышав от охранника подтверждение того, что дискотека почти абсолютно безлюдная, вся компания вышла на улицу. Отведя Лизу в сторону, Владимир повторил свое предложение провести ночь вместе настойчивее.

– Нет, спасибо, мне пора домой, – мягко ответила девушка.

– Почему? – спросил Владимир, недовольно глядя ей в глаза.

– Потому что это неправильно, и я не хочу. – Лиза понимала, что для такого мужчины это – не ответ, но другого у нее не было. Она по-прежнему прямо отвечала на все поставленные вопросы.

– Что значит неправильно? – абсолютно серьезно решил уточнить мужчина, было видно, что он уверен в том, что ему удастся ее уговорить.

– Я уже ответила на твой вопрос. Достаточно! Пойдем в машину, – ответила девушка, и направилась к Веронике. Она была абсолютно уверена в том, что ему это не удастся, хотя бы потому, что она, во-первых, обычно не оказывалась в постели с мужчиной в первый же день знакомства, исключение составлял только один случай, который и был второй причиной отказа, и звали его Егор. Мысли о нем все сразу расставили по своим местам, и единственное, чего сейчас хотела девушка, так это оказаться рядом с ним, даже, если при этом они будут друг друга называть друзьями…

– Ты подбросишь меня домой? – спросила Лиза, заняв свое место на заднем сидении.

– Конечно! Давай только сначала завезем его! – ответила Вероника, радуясь тому, что этот долгий вечер, кажется, заканчивался. Было видно, что непривычной к ночным посиделкам, непьющей и изображающей ночного шофера Веронике уже давно было скучно.

Вернувшийся в машину чуть позже Лизы Владимир, устроился рядом с ней. Его обиженный вид заставил обеих девушек улыбнуться. Он выглядел так, как будто у него только что отобрали любимую игрушку, и ему было самое время расплакаться от обиды. Он глянул на Лизу и отвернулся. Всю дорогу он смотрел в окно, капризно при этом поджав свои пухленькие губки. Лиза почувствовала себя так, как будто обидела ребенка, хотя разница в возрасте у них была небольшая, но видимо этот избалованный взрослый ребенок всегда получал желаемое, и ему на самом деле сложно было отказать, учитывая его обаяние и общительность. Но Лизе было легко и забавно.

– Я не удовлетворен, – пробурчал себе под нос молодой человек.

– Не надо давить на нашу женскую жалость, – улыбнулась Вероника, похлопав его по руке, – называй адрес твоей гостиницы!

Назвав адрес, Владимир вновь обиженно посмотрел на Лизу и вновь отвернулся.

– Если не хочешь идти одна, пойдем все вместе! – капризно повторил он, – у меня вкусный торт и есть чай.

Казалось, он не до конца верил в то, что ему отказали.

– Я могу подождать вас в машине! – с улыбкой ответила Лиза, – а Вероника, если хочет, может подняться.

– Тогда мы можем вызвать тебе такси… Ты согласна?! – в голосе звучал некоторый вызов, заставивший Лизу улыбнуться еще шире.

– Не имею ни малейшего возражения! – ответила она.

– Мы договорились, она уедет домой, – обратился он к Веронике, которая тоже улыбалась, слушая весь диалог. При этом Владимир вновь отвернулся от Лизы.

– Мы приехали! Вот твоя гостиница! – мягко сказала Вероника, притормозив у парадного входа, и протянула ему руку, – приятно было познакомиться!

Он ответил на рукопожатие и затем протянул руку Лизе, она вложила свою ладонь в его и через какое-то время поняла, что момент прощания затянулся, однако Владимир не выходил из машины и не отпускал ее.

– Приятно было познакомиться, – сказал, наконец, Владимир пристально глядя в глаза Лизы.

– Взаимно, – мягко улыбнулась девушка.

Наконец, опустив взгляд на ее губы… затем, немного ниже… он глубоко вздохнул и, отпустив руку девушки, вышел из машины.

Рассмеявшись, девушки поехали домой. На самом деле, даже несмотря на настойчивое предложение провести вместе ночь, Лизе не было неприятно, потому что, учитывая количество выпитого спиртного, Владимир вел себя почти идеально. В таком состоянии большинство знакомых Лизе мужчин, уже давно перешли бы от предложений к действиям, потеряв по дороге человеческий облик и остатки собственного достоинства. Именно поэтому она старалась исчезать из любой компании до наступления момента потери мужчиной своего облика. Этот свой не потерял. И это было хорошо, иначе вечер мог закончиться куда менее приятно.

Оказалось, что девушки живут в одном районе, и, завезя домой Лизу, Вероника вскоре тоже была дома, стараясь как можно быстрее забыть произошедший с ней неприятный инцидент. А сама Лиза думала перед сном о том, что эта ситуация вполне подойдет для того, чтобы разнообразить сюжет ее почти оконченной книги.

Глава 13

Долгожданный отпуск наступил, и, сдав все положенные статьи редактору, Лиза отправилась на дачу, где планировала провести следующие полторы недели. Набрав много разных продуктов и не забыв о паре бутылок любимого шампанского, она выгрузила все это в холодильник и на полки. Оставалось растянуть удовольствие от спиртного и припасенных вкусностей.

Девушка радостно ходила по двору большого дачного участка, периодически заглядывая в бассейн, в котором можно было остудить свое разгоряченное солнцем тело.

Закрыв ворота за уезжающей машиной родителей, девушка улыбнулась и подставила лицо солнечным лучам, вдыхая запах соснового леса. На душе было радостно и спокойно.

Расположившись на мягком диване лежака у бассейна, Лиза открыла книгу, которую собиралась прочитать, недолго полистала страницы, затем, передумав, отложила ее в сторону и закрыла глаза. Птицы звонкими музыкальными голосами весело пели свои песни, переговаривались между собой, перелетали с ветки на ветку, тихо шелестя крыльями. Ветерок аккомпанировал им своими собственными звуками шелестящих ветвей и легким звенящим дрожанием раскаленного воздуха. В траве почти неслышно перемещались насекомые, а один сопящий ежик куда-то спешил, пробегая мимо расслабленной девушки. Соседская кошка, перепрыгнув через забор, аккуратно перебирала лапками, стараясь не приближаться к воде.

Сквозь приоткрытые веки Лиза рассматривала окружающее пространство, освещенное солнечными лучами, отсвечивающими от воды бассейна, слушала звуки природы и понимала, что она, наконец, может расслабиться, перестать думать, анализировать и разговаривать… Сейчас можно просто раствориться в этом приветливом мире окружающей красоты и неги.

Остаток дня пролетел незаметно. Вечером девушка поужинала и решила немного собраться с мыслями для работы. Открыв ноутбук, она бегло прошла глазами строчки написанного ранее куска романа и набросала короткий план продолжения. Идей было много, и важно было ни одну не упустить. Составив план работы на ближайшие несколько дней, Лиза включила романтический фильм и, налив себе бокал шампанского, удобно устроилась перед экраном.

Вечером через день позвонил Егор, девушка забыла предупредить его о своем отпуске и отъезде, и не найдя ее в издательстве, он решил все же ей позвонить. Болтая с ним, девушка расхаживала по комнате второго этажа, где нашла удобный рабочий стол для вечернего рабочего времени, и весело смеялась. В какой-то момент она вдруг услышала писк и, выглянув в приоткрытую дверь в коридор, завизжала. Прямо на нее летела и дико пищала летучая мышь, которая, видимо, попала в дом через давно не растапливаемый камин.

На самом деле в тот момент девушка не думала о том, как же эта летучая клыкастая мышь попала к ней. Она захлопнула дверь и сбивчиво описала ситуацию. К ее удивлению на другом конце провода она услышала сначала сдавленное, а затем уже совершенно несдерживаемое ржание. Егор веселился от души. Лизе вдруг тоже стало смешно, но она все еще пыталась немного возмутиться подобной его реакции. А вот, когда пришло время выходить из рабочего кабинета и отправляться в душ, а затем в спальню, стало совсем не весело. Лиза знала, что летучие мыши могут весьма компактно спрятаться в любом темном уголке, а таких уголков в доме было предостаточно. Тем более, что грохот с первого этажа, показывающий, что мышь отчаянно пытается попасть обратно в камин, но у нее это не получается, стих, и это подтверждало опасения девушки о том, что враг затаился где-то в темноте.

Оказавшись в спальне, Лиза плотно прикрыла дверь в коридор и через какое-то время мирно уснула в своей кровати. Утром, первое, что сделала девушка, это обыскала все возможные места, которые могли служить убежищем для летучего хищника, но нигде его не нашла и занялась своими делами. Впрочем, ближе к вечеру девушку начало мучить странное беспокойство, ей казалось, что мышь все равно где-то внутри дома, а раз так, то с наступлением темноты может состояться продолжение истории, а Лиза этого не хотела очень сильно. Решив проверить все еще раз, она обошла комнаты первого этажа по периметру и заглянула за старый, непонятно зачем стоящий на подоконнике магнитофон. К своему большому удивлению там она и обнаружила свою «ночную подругу», которая висела головой вниз на москитной сетке, уцепившись за нее тонкими цепкими когтями. Рассмотрев хищную недобрую мордочку и острые когти, Лиза задумалась о том, что делать. Не придумав ничего другого, она аккуратно высвободила сетку и сдвинула ее немного наружу так, чтобы осталось место для освобождения, и прикрыла окно. Ей искренне хотелось верить, что тот визг, который она услышала с наступлением темноты, был благодарственным.

На следующий день девушке было о чем писать, оставалось только выбрать манеру изложения: романтическую, юмористическую или добавить сюжету мистических ноток. По большому счету, как любой талантливый писатель, девушка знала, что любую информацию можно преподнести в абсолютно любом ключе. Порой именно юмор помогал ей посмотреть на ситуацию оптимистически, облегчить и ослабить стресс. Уход в романтику дарил вдохновение для творчества, а мистический уклон позволял проявить внимательность и выявить некоторые не заметные на первый взгляд закономерности. Решив остановить свой выбор на романтике, девушка не ошиблась, потому что вечером приехал Егор.

Гость прибыл без предупреждения, как старый друг, который знает, что ему всегда рады. Собственно, это было правдой. Он привез с собой много разных фруктов и любимое шампанское девушки. То, что мужчина помнил о том, что она любит, было Лизе приятно. Егор загнал машину во двор, и стало понятно, что уезжать сразу он не намерен, впрочем, эту тему они не обсуждали, хотя бы потому, что у них было много других тем.

Пожарив шашлыки и уютно расположившись на террасе, они пили охлажденное шампанское и болтали. Обоим было легко и приятно. В какой-то момент разговор пошел о прошлом, об их совместном прошлом и, слушая мужчину, Лиза вдруг поняла, что он очень мало понимал из ее поведения… и, к сожалению, из ее слов тоже. Но ее больше удивило другое, то, что он старался понять и, как показало время, неоднократно прокручивал в голове их историю, стараясь разгадать эту «головоломку». Лиза никогда не подозревала, что она настолько загадочная и таинственная, как он о ней думал.

– А ты не пробовал спросить о том, что тебе непонятно? Это ведь намного проще, чем просто искать первый случайный ответ. Не понятно – спроси! Хочешь, чтобы тебя поняли – объясни! Все ведь просто! Если бы я знала, что тебе что-то непонятно, я бы тебе рассказала. Но ты ведь ни разу ни о чем не просил, ничего не уточнил… – девушка была удивлена и немного раздражена.

– Я справлюсь. Я ведь сильный, – улыбнулся в ответ Егор.

– В том, что ты сильный, никто не сомневается, но ты же еще и умный. А умные люди используют все методы для решения вопроса и не стесняются обратиться за помощью в нужные моменты… Тем более, к другу!

Егор поперхнулся спиртным и закашлялся… Он посмотрел на Лизу долгим взглядом, который должен был ей о чем-то сказать… но не сказал. И сделал следующий глоток шампанского.

Комары проснулись вместе с наступившей темнотой и загнали друзей в дом, где, уютно расположившись на диване, они решили посмотреть комедию. Не позволяя бокалу девушки пустеть, Егор рассказывал о событиях последней недели, смешных моментах. И бывших девушках. Эта тема не казалась Лизе смешной, но была мучительно интересной, поэтому девушка молча пила свое шампанское.

– Зачем ты мне это рассказываешь? – вдруг спросила Лиза.

– Ну… Мы же просто болтаем… Мы же друзья, – улыбнувшись ответил Егор.

– А ты всем своим друзьям рассказываешь о прошлых любовницах? – решила уточнить Лиза, чувствуя неуместные уколы ревности.

– Нет, только тебе…

– А чем я отличаюсь от остальных твоих друзей в таком случае?

– Тем… Тем… Что… ты… – Егор начал вдруг запинаться, и было видно, что закончить свою почти начатую фразу он не в состоянии. Решив не облегчать ему задачу, девушка по-прежнему молчала.

Неизвестно, чем бы закончилась эта беседа, если бы из камина не вылетела летучая мышь и ослепленная светом люстры не врезалась в стену позади инстинктивно отклонившейся Лизы. Девушка мгновенно протрезвела и вскочила с дивана, как и Егор. Он ошалело смотрел на крылатое чудо, которое вылетело из-за дивана и метнулось в их сторону. Парочка рванула к двери и выскочила на улицу. Лиза старалась отдышаться и немного успокоиться. У нее было на это время, потому что идти и выгонять мышь из дома предстояло мужчине, который взял в руки висящее на перилах полотенце и вошел в дом. Участвовать в охоте девушка не собиралась, поэтому спустилась в беседку, где и занялась рассматриванием низко висевших на темном небе звезд.

– А вот это уже точно странно, мыши какие то сумасшедшие, – вполголоса произнесла девушка, – бабы какие-то сумасшедшие. Кажется, романтического вечера у меня точно уже не будет в ближайшем будущем…

– Ну, я бы так не сказал, – улыбаясь, ответил Егор, держа в руках полотенце, в котором рвалась и пищала летучая мышь, – что будем с ней делать?

– А что с ней делать? Отпускай! Только дай вернуться мне сначала в дом.

Так и сделали. Перекрыв заслонку в трубе камина, которая почему-то оказалась открытой, пара, наконец, смогла успокоиться.

– Так что ты там говорила о романтическом вечере? – вернулся Егор к подслушанной недавно фразе.

– Что сегодня его не будет, – резко ответила девушка и отправилась в спальню. Егор проследовал за ней, но, к своему удивлению, получил в руки комплект постельного белья и был отправлен в соседнюю комнату.

На следующее утро сделав вид, что никто из них не понимал, зачем Егор приезжал, они позавтракали вчерашними шашлыками, которые в холодном виде оказались не менее вкусными, и попрощались…

Лизе было о чем писать, а Егору было о чем подумать…

* * *

Остаток отпуска пролетел быстро и без приключений. Безумная мышь больше не появлялась. Егор не звонил и не приезжал. Роман писался сам собой, легко и весело. Плавая в бассейне, гуляя по сосновому лесу, вдыхая аромат редкого дождя или слушая пение птиц, Лиза создавала строки, которые быстро записывала на всем, что попадалось под руку, и вечером переносила получившиеся наброски в компьютер. Обостренное молчанием внимание и усиленная созерцательность очищали мысли и направляли ее сознание куда-то внутрь себя самой. Отражаясь от стен ее души, чувства, которые девушка не могла идентифицировать, вырывались наружу и витали в пространстве, создавая образы и формы, которые можно было назвать лишь одним понятным словом – вдохновение.

К концу отпуска в романе была поставлена последняя точка. Теперь текст следовало распечатать, дать ему вылежаться, чтобы затем свежим взглядом отловить возможные ляпы и неточности. Но главный объем работы был выполнен, и это означало, что время было потрачено не зря. Оставалось решить, включать ли в текст стихотворные строки, потому что это далеко не всегда выглядело гармонично.

Глава 14

Вернувшись домой перед рабочей неделей, Лиза решила навести порядок не только в документах, но и в шкафу. Марк не давал о себе никаких вестей уже достаточно долго. Открыв дверцы шкафа, девушка была удивлена, заметив, что на двух полках ровными рядами лежали его вещи. Создавалось впечатление, что он все еще живет в этой квартире. С постоянными своими отъездами и работой она совершенно перестала замечать занятое чужими вещами место. Пришло время его освободить.

Выгрузив все на кровать, девушка принялась пересматривать вещь за вещью, отделяя свои от чужих, новые от старых. Загрузив оставшиеся вещи в шкаф, девушка обнаружила, что у нее осталось свободными целых три полки. Собрав вещи Марка в большие кульки, она отнесла их в кладовую. Свои старые вещи она, как обычно, отдаст на благотворительность. Если Марк не заберет свои, то, похоже, его вещи тоже пойдут в пользу малоимущих.

Закончив со шкафом, она занялась документами. Бумаги были вскоре разобраны, все наброски перенесены в компьютер, и оказалось, что у нее уже есть несколько интересных идей для продолжения своей книги… Улыбнувшись своим фантазиям, девушка подумала о том, что у нее получится уже целая серия, как минимум из трех книг. Но закончив предыдущую буквально пару дней назад, сейчас Лиза чувствовала себя истощенной и думала о том, что надо оговаривать в договоре с издательством более длительный срок для выполнения работы. В ближайшем будущем идеи о новой книге просто останутся идеями.

Заполнив мусорное ведро клочками порванной бумаги, девушка решила взяться и непосредственно за компьютер. Пересмотрев старые письма, она стерла их почти все. Открыв один из файлов, который так и остался неотправленным черновиком, девушка улыбнулась. Это было письмо Егору, в котором она рассказывала ему о важности и реальности дружбы после завершения неудавшихся любовных отношений, уже на правах друга.

«…Позволю дать тебе несколько советов, но это все важно, ЕСЛИ тебе дорога женщина и отношения с ней:

1 – звонок от тебя женщина воспринимает как напоминание о тебе любимом и заботу о себе, если ты вдруг интересуешься ее делами. Женщины это любят и ценят. Даже если ты звонишь просто поделиться своими собственными событиями и эмоциями. А в конце спроси про ее дела. Это все имеет смысл, если тебе действительно это интересно, интересна сама женщина.

2 – если она тебе звонит или пишет, а ты не отвечаешь, она однозначно расценивает это как безразличие. Даже если не можешь ответить сразу, позвони или напиши когда появится возможность. Не заставляй ее расстраиваться и думать всякие глупости. Тебе ведь не безразлично как она себя чувствует и о чем думает.

3 – не уходи сразу после секса, иначе она будет думать, что ею попользовались, и испытает чувство одиночества и обиды.

4 – делай маленькие подарки, если не можешь делать большие. Это будет напоминать ей о тебе и показывать то, что ты о ней тоже думаешь, даже если ее нет рядом. Если ты делаешь дорогой подарок, который тебе не совсем под силу, она поймет, что очень для тебя важна.

5 – продумывай досуг, не рассчитывай на то, что она все придумает сама. Согласовать, какой она хочет фильм, или предложить тот, что хочешь ты, заранее купить билеты, чтоб не заставлять ее стоять в очереди перед сеансом – это тоже забота. Так же как и принести вкусненькое, когда идешь в гости.

6 – говори о своих чувствах. Если ты когда-то однажды уже все ей сказал о своей большой любви, повторяй это как можно чаще. Женщины ранимы и впечатлительны, если ты перестаешь это говорить, она считает, что ты перестал это чувствовать, начинает сомневаться и переживать, что может привести к принятию неверных для вас обоих решений.

7 – обязательно познакомь ее с друзьями и родителями, чтобы она понимала, что является полноценной частью твоей жизни.

Эти несложные пункты просты, их легко делать, и в скором времени они становятся автоматическими, продолжая при этом радовать и поддерживать настроение…».

Следующее письмо уже было менее оптимистичным…

«…Я думала, мы сможем общаться по-дружески, но это все бред и самообман. И я не смогу общаться с тобой по-дружески. Потому что первое, о чем я буду думать при встрече, так это то, как сильно я хочу тебя обнять, поцеловать и оказаться с тобой в мягкой теплой кровати, снимая одежду еще по дороге, чтобы почувствовать тебя совсем близко, чтобы почувствовать тебя моим. А потом просто поболтать о каких-то событиях дня… тихо спокойно…».

Лиза была даже удивлена тем, как подробно расписала пункты и потрудилась даже все объяснить человеку, который заставлял ее чувствовать себя неуверенно… Это ведь был тот же Егор, который сейчас находится рядом, как друг… Или не совсем друг… Или почти друг… На самом деле девушка хотела большего, или просто другого общения. Но, прочитав строки, которые были написаны несчастной женщиной, которая находилась в отношениях и чувствовала себя одинокой, она вспомнила о том, что так ее заставил себя чувствовать именно он – человек, который пропадал без предупреждения, уезжая в командировку, или просто переставал звонить, не интересовался ее делами, не впускал ее в свою жизнь…

Лиза встала и отошла от компьютера, все прошлое недовольство и обида от непонимания и невнимания сразу всплыли в памяти. Остатки нежности, память об их приятном общении в последнее время, ощущение, что они понимают друг друга отошли за задний план. Даже сейчас она понимала, что общение у них не совсем дружеское, и, может быть, ей только кажется, что он стал внимательнее и начал испытывать больший интерес к ее делам… Хотя, в последнее время она спокойно и свободно рассказывала ему о своих идеях, переживаниях и событиях прошедшего дня, и он просто молча слушал, не перебивая, как он это делал раньше, чтобы рассказать о себе любимом… Егор интересовался ее здоровьем, и открыто мог говорить о своем – делясь, но не жалуясь. Хотя она чувствовала, что он скрытный, и, отвечая четко на заданные вопросы, он молчал о том, о чем его не спрашивали. Делиться планами он не спешил. Хотя… Хотела ли Лиза о них знать? Задав себе этот вопрос, она не нашла ответа. Сейчас ей нравилось с ним общаться. Грозит ли ей в дальнейшем повторение своего грустного опыта отношений с ним, она тоже не знала. Мыслей было много, ей хотелось набрать его номер, задать ему все эти вопросы и услышать ответ на каждый из них. Но делать этого девушка не собиралась. В конце концов, никто не требует от нее принимать решение прямо сейчас. Наверное, если она задаст свои вопросы Егору, он может ее просто не понять…

Вернувшись к компьютеру и перечитав строки своих неотправленных писем еще раз, она подумала о том, что… не хочет больше их читать. Отправив все до одного в корзину, она очистила ее и откинулась на спинку кресла. Лиза не только не хотела читать эти строки, но даже думать о том, что они когда-либо были написаны, больше не могла.

– Оставь прошлое в прошлом, – повторила она вслух свое любимое выражение и переключила внимание на другие электронные документы. Впереди ее ждал почтовый ящик и длинный список когда-то скачанных, но так и не просмотренных файлов.

* * *

В понедельник начался дождь. Сидя в такси и слушая стук капель по крыше вперемешку с негромкой музыкой, Лиза думала о том, что так и не успела отдохнуть на даче. Ей хотелось спать, устроившись в гамаке, раскачиваясь между деревьями, слушать птиц и шелест травы…

– Иди уже! Курица! – гневный окрик водителя такси вырвал ее из состояния мечтательности. Открыв глаза, Лиза увидела, что дорогу не решалась перейти пожилая женщина. Она металась под дождем на пешеходном переходе, машины останавливались, как и положено, но, не дождавшись от нее какой-то определенной реакции, продолжали свой путь.

– А потом и плати штраф ГАИ из-за таких вот… – пробубнил таксист и, дождавшись, пока нерешительная женщина преодолеет, наконец, полосатую часть проезжей трассы, вновь нажал на газ.

Лиза переключила свое внимание на людей, мокнущих под дождем на улице, на посеревший летний мир, и ей показалось, что наступила ее персональная осень, только без красивых кружащихся желто-красных листьев и без обязательного романического настроения… На ум начали приходить грустные строки будущих стихотворений, и к издательству девушка приехала не в самом рабочем настроении.

* * *

Тема следующей статьи возникла сама собой. Ей предстояло написать об эмоциях. В идеале, конечно, о пользе позитивных эмоций. Но увидев взгляд Лизы, Наталья Ивановна рассмеялась и сказала о том, что после серии статей о поездках и тренингах, на имя редакции, а точнее на имя их автора – Елизаветы Николаевны, начало приходить очень большое количество писем с вопросами на околопсихологические темы. Поэтому для развития и поддержания интереса к этому направлению, девушка должна будет теперь вести колонку с вопросами-ответами на темы эмоций, отношений, различных тренингов… и вообще психологии. Это значило, что посещение большого количества тренингов по психологии становится еще более желательным, и описание изменений своего собственного мира и ощущений девушка должна будет встраивать в свои ответы. Таким образом, должна получиться очень личная, почти интимная, доверительная переписка с советами умной, молодой и успешной, и при этом доброй и тактичной, все понимающей женщины, т. е. Лизы.

– Вы действительно считаете, что я могу давать советы на тему отношений?! – грустно улыбнулась Лиза и продолжила, – я еще даже развод не оформила, а мое предыдущее несостоявшееся увлечение ходит сейчас по этим коридорам, и о романе с ним мне рассказывают еще мои же подруги…

– Можешь! Ты, Лизонька, можешь все! Хотя бы теоретически… – Наталья Ивановна не переставала улыбаться. Она симпатизировала этой талантливой девушке, внутри которой бушевали вулканы страстей и эмоций, которые она сама же гасила, показывая внешне лишь остывшие образовавшиеся причудливые формы своих фантазий и выводов. Она считала, что девушка очень на нее похожа. Умея контролировать проявления своих чувств, Лиза не умела контролировать их зарождение внутри своего сердца. Кроме того, девушка становилась все более ценным сотрудником. Благодаря ее идеям журнал значительно увеличился в объеме, в нем появились новые интересные рубрики, идеи которых принадлежали Лизе, расширился круг читателей. Девушка не скупилась на идеи, обладала свежим взглядом на вещи и смелостью в том, чтобы донести свои идеи до окружающих. Мало кто мог войти в кабинет к главному редактору без дрожи в коленках, потому что обычно это значило либо выговор, либо увольнение. И лишь немногие знали, что еще с главным редактором можно поделиться своими идеями и планами, как с умным и чутким шефом, сохраняя дистанцию и проявляя и получая ответное уважение.

– Да, Лиза… Думаю, что вопрос премии уже неактуален, поэтому я бы хотела поговорить с тобой об увеличении твоей заработной платы в связи с увеличением объема выполняемой тобой работы и успехом рубрик, идеи которых принадлежат тебе.

– Я Вас слушаю! – оживилась девушка, настроение значительно улучшилось даже не столько из-за прибавки к зарплате, которая судя по официальности тона должна быть существенной, сколько из-за понимания того, что ее способности и идеи оценили.

Из кабинета главного редактора Лиза вышла в приподнятом и радостном настроении, неся в руках увесистую сумку с бумажными письмами. На электронную почту издательства их тоже пришло немало, и сейчас секретарь пересылала их на личный ящик девушки. Никто, даже сама Лиза, не думала, что ее статьи о путешествиях и тренингах получат такой отклик и интерес…

Просматривая письма, девушка поняла одно, чтобы ее ответы не превратились в разговоры кумушек за чашкой чая, ей придется дополнительно готовиться. Благо знаний по психологии у нее уже было накоплено достаточно много (второе образование по специальности психология и обучение НЛП). Но этого было недостаточно для того, чтобы с полным пониманием и ответственностью позволять себе давать советы. Поэтому Лиза поняла, что процесс обучения для нее не закончится никогда. Впрочем, узнавать новое девушка любила, поэтому принялась составлять список необходимой литературы, чтобы давать четкие и правильные ответы и советы, иллюстрируя их примерами из реальной жизни.

За этим занятием и застала ее Алиса.

– Что, не все еще знают об электронных письмах? – с удивлением она принялась перебирать конверты с письмами, которые лежали на столе у Лизы.

– Видимо да, – ответила девушка, хотя на самом деле она понимала, что почерк часто больше говорит о состоянии написавшего, чем весь текст. Впрочем, обсуждать это сейчас у нее не было желания.

Следом зашла Алина и, остановившись в дверях, поздоровалась. Девушки принялись оживленно обсуждать недавнюю вылазку на природу, причем Алина оставалась за спиной Алисы. Лиза видела их обеих и наблюдала за мимикой девушек.

– Кстати, мы познакомились с младшим братом Нины… – сказала Алина.

– Симпатичный? – спросила Лиза глядя на нее, судя по заговорщическому виду, дальше должно было быть что-то интересное.

– Ну… Посмотри на выражение лица Алисы, – рассмеялась Алина.

Алиса и в самом деле скривилась так сильно, что все дальнейшие вопросы отпали. Лиза громко рассмеялась, девушки знали друг друга давно и очень хорошо. Выражение лица одной часто иллюстрировало текст, произносимый другой.

Собственно, тема молодого человека себя исчерпала, и, обсудив еще несколько других, в том числе закончившийся отпуск Лизы и будущие отпуска Алисы и Алины, девушки разошлись. Упоминать о том, что у нее на даче был гость, Лиза не решилась, а вот про нахальную летучую мышь рассказала веселящимся девушкам очень выразительно. На самом деле теперь она могла смеяться вместе с ними, когда сидела в своем светлом кабинете, а не проверяла среди ночи углы темного дома в поисках крылатого хищника с острыми клыками и трупным ядом на когтях.

* * *

Вечером Лиза набрала Марка. Он ответил сразу. Девушка знала, что мужчина находится в длительной командировке в Японии, но хотела поинтересоваться тем, что делать с его вещами, которые он так до сих пор и не забрал. Быстро справившись с дрожью в голосе, девушка задала несколько вежливых вопросов, получила такие же вежливые ответы, ответила на встречные и положила трубку. Он сказал, что подумает, как забрать свои вещи из ее квартиры и вскоре сообщит ей об этом.

Открыв почту, Лиза увидела длинный список писем от читательниц. Нажав на первое, решила его прочесть, и ее, как будто ударило током. Читая строки девушке казалось, что написала их она сама. Только вот она точно этого не писала.

«…Спросила я себя сегодня, как я чувствую себя в этих отношениях. Оказалось, что по-разному. При встречах – хорошо, без них – плохо. И не только потому, что видимся редко, хотя для этого нет реальных причин. А потому, что когда мы не видимся, то я скучаю, и общение по телефону становится странным, пестрящим недопониманием…

…Откуда тогда у меня эта нездоровая нежность к нему, желание заботиться, готовность быть рядом… Откуда взялось четкое понимание, что он должен быть в моей судьбе?! И кем он должен быть, если, конечно, должен? Болезненным кратковременным уроком или спутником на всю жизнь?…».

Лиза перестала читать. Неужели такие будут все письма?! И что, скажите, пожалуйста, она должна на это отвечать? Вопросы риторические, ответа не требующие. Смысл – выговориться, выплеснуть мысли и эмоции.

Конечно, можно долго разбирать то, почему конкретно эта девушка выбрала данный тип общения, что заставляет ее мириться с подобным отношением, какой травмирующий опыт в прошлом или вторичная выгода в настоящем поддерживают ее интерес к этому мужчине. Кроме того, это ведь взгляд с одной стороны. А что думает ее мужчина?

Надежда на то, что ответы будут в стиле «поговорили полезно и интересно, и всем полегчало» начали таять. Толи сказать Лизе было нечего, толи своя собственная история вспомнилась, но настроение опять начало стремительно ухудшаться. Чего не хочет видеть эта девушка? А чего не хочет видеть она сама? Вопросы честные – это хорошо, но будут ли честные ответы?!

Лиза прошлась по комнате, в принципе ее никто не заставляет отвечать на это конкретное письмо прямо сейчас. Но, казалось, вся вселенная напоминает ей о том, что свою проблему ей тоже придется решать. Хотя по большому счету и проблемы то нет. Общается она с другом, с которым когда-то занималась сексом. Хорошим, причем… Лиза мечтательно замерла. Ей было, что вспомнить. Стряхнув с себя неуместные сейчас воспоминания, она заварила себе чай. Следовало выбрать манеру ответов, чтобы не давать скучных советов из учебников, и в то же время не превратить рубрику в перемывание костей бывшим и настоящим любовникам. Реально разобраться с проблемами можно было посредством личных консультаций с применением психологических техник НЛП, которые девушка уже успела полюбить. Но как помочь, имея перед глазами лишь одно эмоциональное письмо?!

Решив немного переключиться, Лиза развернула второе письмо.

«…У меня был реальный эмоциональный взрыв. Уж не знаю точно, наверное, около сорока сообщений и шести-семи голосовых сообщений. От меня. Ему. Все, что меня не устраивало эти полгода в нашем общении, вдруг выплеснулось на ничего не понимающего и не желающего понимать мужчину. Он не понял совсем. Абсолютно. Расценил это как прилив гормонов и эмоций с моей стороны… Почему он даже не попытался понять, почему я это пишу??? Я настолько просто и по пунктам все написала, если бы почитал хоть разок внимательно… прям пошаговая инструкция… Но мужчины думают, что знают, о чем мы думаем и чего хотим… И это ужасно!!! Ужасно, когда тебя любят и скучают за тобой только тогда, когда их устраивает твое поведение… Если говоришь что-то не то, что ему нравится то все, уже и не скучают и не любят. Это как шантаж своего рода…».

Третье: «…Я так его люблю, но он не может выбрать между мной и своей мамой… Но мы же с ним семья!!!…».

Четвертое: «… Мне иногда кажется, что его друзья ему важнее наших отношений. Как стать ему интересной?».

Пятое: «…Ведь все общение сводится к его самолюбованию, рисованию и попыткам продемонстрировать свое превосходство… Главное, теперь вспомнить о том, что у меня тоже есть характер, и без дополнительных унижений дождаться, пока мое чувство умрет!».

Вот нотки трагизма ей явно этим вечером и не хватало… Дальше Лиза много читала о незрелости и закрытости мужчин, неразвитости в эмоциональной сфере, бестактности, равнодушии, жестокости, высокомерности и прочем. Список можно было продолжать бесконечно…

– На сегодня с меня хватит, – вслух сказала Лиза и свернула все окна, – кажется, мне мало добавили зарплаты…

* * *

Выждав несколько дней, Лиза решила вернуться к своему роману. Распечатав рукопись, девушка потратила несколько часов на вычитку и редактирование текста. Результат ее удовлетворил. На следующий день с самого утра она отправилась в издательство, сдавать работу. И ее ждал приятный сюрприз. Оказалось, что основную прибыль приносит не авторский гонорар, а роялти, т. е. деньги с дополнительного тиража. Издательство попалось порядочное, и полученная сумма оставила Лизу более, чем довольной.

– Мы ждем следующую часть вашей серии и надеемся, что Вы сдадите ее также в срок, – Екатерина Ивановна по-прежнему говорила от лица всего издательства. Лизе иногда казалось, что она вообще не умеет говорить «я», а только «мы».

– Я постараюсь, – вежливо ответила Лиза.

Обменявшись несколькими вежливыми фразами и обсудив Италию, в которой они обе недавно побывали, Лиза отдала рукопись, подписала необходимые документы и покинула издательство.

В ближайшие пару недель девушка точно не собиралась приступать к написанию третьей книги из этой серии, хотя финальную сцену она уже давно придумала.

* * *

В последнее время сюрпризы не заканчивались. Дважды она порадовалась увеличению своих финансов и уже подумывала о том, в какие края отправиться с наступлением зимы. Приближающаяся осень сообщала о себе непрерывными дождями, и Лизе казалось, что даже листья начали желтеть заранее, плавно опускаясь в неспокойные лужи. Хорошо хотя бы, что температура не становилась осенней.

Выходить на улицу по такой погоде без надобности не хотелось и девушке отчаянно стало не хватать прогулок на свежем воздухе.

– Ты уже обедала? – давно не появлявшийся Егор заглянул в кабинет Лизы и широко улыбнулся. Его загорелое лицо выдавало курорт и солнце.

– Привет! Еще нет! – отозвалась девушка.

– Составить тебе компанию? – спросил он, но увидев некоторое замешательство на лице девушки, поправился. – Точнее я могу попросить тебя составить компанию мне?

– Можешь, – ответила, улыбнувшись, Лиза, – тем более, что дождь, кажется, прекратился.

На улице и в самом деле прекратился дождь, из-за тучек робко выглядывало солнце, повышая и без того вдруг ставшее хорошим настроение.

До ресторанчика решили пройтись пешком. Егор рассказывал об экспедиции, в которой провел последний месяц. Тема была интересной, впечатлений у него было много, и девушка поняла, что рассказать сегодня о событиях своей жизни ей не удастся. Впрочем, она на это и не претендовала, ей доставляло удовольствие вновь слушать его голос, меняющий интонации и громкость в зависимости от пережитых и описываемых эмоций. Для Лизы он был музыкой, которая звучит внутри нее самой. А в сочетании с любимым набором ролов и безалкогольным холодным мохито…

Лиза смотрела на Егора, который был так поглощен своим рассказом, что даже не притронулся к своей еде. У девушки даже возникла мысль значительно уменьшить его порцию, орудуя собственными палочками, но она решила не наглеть. Вместо этого Лиза потягивала мохито и любовалась переливами эмоций. Кажется, она никогда не видела его настолько вдохновленным.

Голод взял свое, и Егор, наконец, замолчал, чтобы его утолить. Лиза молча улыбалась, глядя на спешно, но аккуратно поглощающего свою порцию пищи мужчину. Когда она поняла, что загар он приобрел в экспедиции, а не на курорте с какой-то знойной новой барышней, ей вообще все начало доставлять удовольствие. Егор поднял глаза на улыбающуюся Лизу.

– Я рад тебя видеть, – выдохнул он, прекратив жевать.

– Взаимно, – ответила девушка…

Егор улыбнулся, положил свою ладонь поверх лежащей на столе ладони Лизы, погладил ее и вновь принялся за еду. Жест был естественный, и его вполне можно было списать на дружеский, поэтому она не стала сопротивляться. Однако теплота его руки вызвала в голове и теле Лизы совсем не дружеские воспоминания, поэтому она быстро сделала глоток холодного мохито, чтобы, наконец, отвести взгляд и переключить свое внимание на что-то более реальное.

На обратном пути, проходя через парк, Егор предложил прогуляться по его аллейкам. Лиза не возражала, вдыхая свежий и чистый воздух, наполненный влагой прошедшего дождя, девушка чувствовала легкость и радость. Ей хотелось улыбаться и напевать какой-то легкий веселый мотивчик. В какой-то момент она подумала, что мохито не был безалкогольным…

Проводив девушку до издательства, Егор неожиданно обнял ее и поцеловал в щеку, несмотря на большое количество выпорхнувших на свежий воздух девушек. Лизу это немного смутило, потому что объяснять что-либо двум его бывшим девушкам, ей отчаянно не хотелось…

Глава 15

По возвращению домой Лизу ждал сюрприз. Открыв дверь своим ключом, девушка вошла внутрь и обнаружила, что свет в прихожей включен, у двери стоит женская обувь и в кладовой кто-то хозяйничает. Если бы на тумбочке у двери она не увидела ключи с брелоком Марка, то испугалась бы. На звук открывающейся двери из кладовой выглянула темноволосая женщина.

– Ну, здравствуй, Лиза! – с тяжелым вздохом поприветствовала она хозяйку квартиры.

– Добрый вечер! – ответила девушка, сняла обувь и вопросительно посмотрела на незваную гостью, впрочем, она уже догадывалась, кто она, – Вы представитесь?

– Конечно, представлюсь, я – Татьяна – жена Марка! – резко ответила она, а затем, закашлявшись и немного понизив голос, поправилась, – бывшая жена…

– Понятно, чаю хотите? – решила Лиза как-то замять неловкость.

– Да, если можно, – казалось, гостья потратила на свою речь все запасенные для общения силы и теперь она покорно проследовала вслед за Лизой на кухню и устроилась за столом. Было видно, что ей неловко, что, впрочем, не помешало ей без спросу хозяйки явиться к ней в квартиру.

– Я думала, успею быстренько забрать все его вещи и уйти до твоего возвращения, – извиняющимся тоном произнесла Татьяна, – это он меня попросил.

Девушка уже все поняла. Даже не находясь в стране, Марк успел договориться с бывшей женой о возвращении, оставалось непонятным только одно, почему он отказывался дать развод самой Лизе. Сейчас поставив перед гостьей чашку с горячим цветочным чаем, девушка молча ее рассматривала.

Татьяна была невысокой темноволосой женщиной около сорока пяти лет, приятной, хоть и не броской внешности, ухоженной и обладающей неким достоинством. Сама Лиза сомневалась, что окажись она на месте Татьяны, то проявила бы такую выдержку. Было видно, что дается это ей нелегко. Впрочем, хватило ее ненадолго.

– Зачем ты берешь чужих мужей, если не знаешь, что с ними делать? Вот в чем вопрос! – резко спросила вдруг она.

– Нет, Татьяна. Весь вопрос в том, для чего сейчас ты это говоришь? – кажется, Лиза, наконец, научилась не отвечать прямо на поставленный вопрос, причем почему-то сразу перейдя на «ты».

Татьяна посмотрела на Лизу с нескрываемым раздражением, казалось, ей неприятно было все, что она видела, потому что женщина отчетливо представляла, как по этим комнатам ходил ее муж, пока она рыдала ночами в подушку из-за своей растоптанной жизни. Лиза даже не могла представить, как она могла себя чувствовать, когда единственный смысл жизни – муж, с которым она поднималась из бедности, помогая ему, воспитывая общих детей, вдруг уходит. Насколько понимала Лиза, Марк продолжал содержать свою уже бывшую жену-домохозяйку, ни в чем не отказывая и своим детям. Но все равно… Татьяна должна сейчас ее, наверное, ненавидеть… Это, конечно, ее проблема, что она не получила образования, не хотела развиваться, ничем не интересовалась, кроме того, покушал ли он, выспался ли, почищен ли его любимый костюм… С другой стороны, именно рядом с ней Марк добился всего, в том числе благодаря тому, что она такая. А когда он уже всего добился, ему захотелось и женщину себе под стать – умную, амбициозную, увлеченную собственными интересами. И тут оказалось, что он в картине мира такой дамы не является центром ее вселенной. Ему стало некомфортно… Так жить он не мог… Не умел… И не хотел…

Лиза все понимала, она смотрела сейчас на эту женщину, которая готова была ему простить все… и это тоже. Готова была принять его обратно домой. Которая сейчас сидела за обеденным столом в квартире, в которой смысл всего ее существования жил с другой женщиной. Она собирала его вещи, чтобы в привычном порядке разложить все на свои места в их общем доме к его возвращению и затем молча встретить его, как будто все это была одна долгая и дальняя командировка. Она была готова ждать. Готова прощать. Готова терпеть и при этом молчать. Лиза задумалась о том, подойдет ли такой образ для героини ее следующей книги и, решив, что образ получался бледноват, отбросила эту идею…

После недолгого чаепития Лиза еще раз прошлась по квартире, чтобы удостовериться в том, что все вещи Марка собраны и отданы в хозяйские руки. Татьяна покорно взяла огромные кульки и унесла в свою машину. Помощь ей Лиза не предложила, справедливо рассудив, что для Татьяны куда проще тащить тяжелые вещи самой, чем лишние пять минут смотреть на Лизу.

Вежливо попрощавшись у двери женщины расстались.

Через пару часов от Марка пришло сообщение на мобильный: «Спасибо!».

Лиза не знала, что ему рассказала его в одном лице бывшая и будущая жена, но решила ответить «Пожалуйста». На этом переписка закончилась.

Девушка мыла чашки и думала о том, что она сама может рассказать о своем браке с Марком. И поймала себя на мысли, что ничего. Как будто это была прочитанная в книге история, которая к ней не имеет прямого отношения. Вспоминались приятные многочасовые поездки в машине с этим чужим еще, но таким интересным мужчиной. К которому хотелось прикоснуться, которого хотелось узнать и понять.

А потом – пустота, горечь, досада от неудачи. Все пережитое и сам их брак стал размытым пейзажем за окном несущегося автомобиля. Понимание, что они вместе и являются единым целым – семьей – так и не возникло.

* * *

Егор звонил каждый день, или ему звонила Лиза. Ежедневные разговоры стали приятной и неотъемлемой частью дня, точнее вечера. Виделись они редко. В издательстве перекидываясь буквально парой фраз, да изредка вместе обедая. Никто из них не проявлял инициативы, Лиза не знала, что было тому причиной: отсутствие желание или повода. Впрочем, ей было чем занять свои мысли.

В один из осенних дней в кабинет Лизы постучался интересный молодой мужчина, который исключительно вежливо сообщил ей о том, что ей следует подписать кое-какие бумаги. Бумаги на развод.

– Оставьте, я их посмотрю, – Лиза была удивлена, хотя прекрасно понимала, что этот момент должен наступить, и даже ждала его.

– Я бы советовал Вам не затягивать с этим вопросом, – ответил молодой человек. Несмотря на всю свою вежливость, представиться он не соизволил.

– Спасибо за совет, – также вежливо ответила уже начавшая раздражаться Лиза.

– Извольте, – протянул он ей две тоненькие папочки с бумагами и остался стоять перед ней.

Девушка не собиралась приглашать его садиться, несмотря на всю напускную галантность, было видно, что тип это наглый и при малейшей возможности легко может перейти на более грубый тон.

– Извините, я не представился, – решил, наконец, подать он голос, – Сергей Петрович.

Ни имя, ни отчество ему удивительно не шли, но Лиза решила оставить этот комментарий при себе и указала все же гостю на стоящее позади него кресло, в которое он и опустился. Было видно, что мужчина не покинет этот кабинет до того момента, как бумаги будут подписаны девушкой.

– Извините, боюсь показаться назойливым, но это действительно в Ваших интересах – подписать бумаги прямо сейчас, – проговорил он после недолгой паузы, – вообще-то я представляю Вас.

Лиза была удивлена больше, чем ожидала.

– Ваш муж нанял двух адвокатов для урегулирования вопроса раздела имущества при разводе. Я понимаю, что это выглядит странно, но учитывая ситуацию… гмгм. Точнее отсутствие имущественных притязаний с Вашей стороны, о коих он изволил мне сообщить. А также тот факт, что основные активы компании оформлены на третье лицо… И непродолжительность вашего брака… гмгм. В общем, ознакомившись с ситуацией, я позволил бы себе посоветовать Вам, согласиться на все предложенные условия… – он все время прочищал горло, что раздражало девушку куда больше излишней вежливости и витиеватости.

– Я была бы Вам весьма благодарная, – ответила Лиза в его же манере, – если бы Вы позволили мне ознакомиться с предоставленными документами… в тишине!

Следующие полчаса Лиза внимательно читала документы о разводе. В принципе, она была уверена в порядочности Марка и не собиралась претендовать на какую-либо часть его имущества, поскольку их брак нельзя было назвать состоявшимся, но просмотреть документы, хотя бы для того, чтобы немного позлить излишне вежливого адвоката, считала справедливым.

Через полчаса она подняла глаза на сидевшего молча мужчину и кивнула. Он тут же вскочил и показал, где девушке нужно поставить подпись. Лиза подписала два экземпляра документов и отдала оба ему.

Взяв их в руки и еще раз проверив, все ли подписи стоят в нужных местах, он вернул один экземпляр девушке.

– Поздравляю! – официально и торжественно произнес он. – Отныне Вы – свободная женщина!

После этого выдохнул и позволил себе расслабленно улыбнуться. Только сейчас Лиза заметила, как от волнения у него дрожали пальцы, и взмок лоб.

– Спасибо! – ответила немного смягчившаяся девушка.

– А это – Вам! – он протянул девушке еще одну папочку на завязках, – Всего доброго!

Быстро развернувшись на сто восемьдесят градусов, молодой человек спешно покинул кабинет, оставив Лизу с папкой в руках. Девушка даже не успела спросить, что внутри. Когда узнавать это было уже не у кого, она положила папку на стол и развязала ленточку. Внутри Лиза увидела несколько аккуратно уложенных пачек стодолларовых купюр.

Она потрогала купюры удивленно глядя на них. Услышав стук в дверь, девушка быстро пришла в себя, закрыла папку и спрятала ее в верхний ящик.

– Что это у тебя был за молодой человек? – спросила Алина.

– Юрист. Разводил меня с Марком! – ответила спокойно Лиза.

– А… Ясно… – разочарованно протянула Алина и продолжила уже более сочувственным тоном, – ну ты как?

– Хорошо. Извини, мне нужно поработать…

– Конечно-конечно. Работай. Извини, что побеспокоила, – Алина быстро удалилась, она была рада, что Лиза не начала жаловаться на жизнь, потому что была совершенно не способна выслушивать чьи либо жалобы на жизнь, кроме своих собственных.

От Марка пришло еще одно сообщение на мобильный: «Спасибо за все!».

– Тебе спасибо, – произнесла и напечатала девушка. Вообще-то все было идеально правильно, но… Можно было как-то увидеться, попрощаться по-человечески. Спасибо за услуги или спасибо за то, что дала развод? Решив не продолжать этот ряд перечислений, Лиза еще раз открыла ящик стола. В общем-то, такое «спасибо» ее вполне устраивало, хотя, в какой-то момент, девушке показалось, что от нее просто откупились. Затем, вспомнив, что именно она была инициатором расставания изначально, Лиза решила считать эти деньги благодарностью за приятно проведенное время в замужестве и, спрятав их в сумку, переключилась на тему статьи. Тема статьи соответствовала состоянию, и девушка бегло застучала по клавишам.

«…В последнее время мы все усиленно гоняемся за позитивным настроем, оптимизмом, пытаемся верить в лучшее и отгоняем от себя любые негативные мысли и чувства. К таким относятся: грусть, уныние, тоска, душевная усталость, тревога, злость, агрессия, раздражение, лень… Список можно продолжать. Но давайте подробнее присмотримся к ним – к так называемым «врагам» современного перегруженного сознания взрослого человека. Прежде, чем гнать их от себя, присмотритесь к ним – не такие уж они и страшные. Если вы отказываетесь от них – вы отказываетесь от половины мира…».

Посмотрев на получившийся текст, Лиза удивилась сама себе, затем ее пальцы побежали дальше.

«…Так уж мы устроены, что в нас нет ничего лишнего. Мы видим, слышим, ощущаем запахи, чувствуем, мыслим. Отказываться от негативных эмоций – все равно, что отказываться от одного из вышеприведенных качеств нашего организма, но ведь он совершенен! Кроме того, нужно четко различать, что именно вы испытываете, и понимать, что для любого нашего ощущения есть причина. Если ощущение или чувство возникло и оно вам не нравится, значит, есть вопрос (проблема), которая не решена и требует внимания. А самый простой способ привлечь ваше внимание – это создать дискомфорт. Так и наши негативные эмоции – создают дискомфорт, помогая нам найти тяготящее нас состояние и попытаться найти решение для вызвавшей его проблемы. Поэтому куда правильнее прислушаться к себе, прочувствовать эти ощущения, спросить себя, что именно вы испытываете, попытаться понять, почему это происходит и для чего оно вам нужно. Честные ответы могут удивить вас самих…».

Лиза подумала о том, что честные вопросы не всегда ведут к честным ответам, а честные ответы иногда – это всего лишь вариации на тему…

«…Кроме того подавленность, растерянность, усталость, апатия могут быть следствием физического или эмоционального перенапряжения, и, таким образом, тело сигналит вам о необходимом ему отдыхе. Тревога – может быть сигналом о том, что вы делаете что-то неправильно…».

На этом Лиза решила остановиться… Она писала все правильно. Но… Сейчас ей было тревожно, и она явно испытывала неудовлетворение. Анализировать причину подобного состояния девушка была не готова, поэтому, сохранив текст на флешку, взяла свою сумку и отправилась вон из издательства. Статью она может дописать и дома. Вечером. А в следующей статье ей нужно будет обязательно написать о пользе и разнообразии позитивных эмоций, нужно только их вспомнить.

Глава 16

Лиза смотрела в окно своего кабинета и поглаживала пальцами любимый браслет из мягкой замши с наклеенными на него камушками, который она почти постоянно носила на запястье. Мысли улетели туда, где он был куплен – в солнечную Италию. Осень началась не так давно, но ей уже отчаянно не хватало отдыха и покоя. Подруги спешили поддержать ее после развода, принося сладости и рассказывая забавные и не очень забавные истории, а она даже не могла поверить в то, что вообще когда-то была замужем.

Деньги девушка положила в банк, это даст ей возможность перекрыть инфляцию и заодно сохранить их до следующего путешествия, в котором они ей еще пригодятся. Марк так и не появился. И сейчас Лиза даже не могла вспомнить, каким он был. Это было странно, ведь они общались почти два года. Свою книгу со стихами, которую она дарила Марку на свадьбу, она оставила себе. Ей было жаль выкидывать свое творение. К творчеству девушка всегда относилась с трепетом, причем не только к своему.

На компьютере была открыта очередная статья со странным названием «Наказание за вину», и Лиза не могла до конца понять, на чем именно ей стоит сделать акцент. На самом деле речь должна идти о том, что сами себя мы наказываем куда серьезней, чем наказывали нас в детстве наши родители, но множество грустных историй, на которых она делала свои выводы, уносили ее в состояние нетворческой грусти.

Читая и отвечая на вопросы читательниц, она сопереживала и пыталась помочь, хотя часто понимала, что не может сделать это в полной мере в формате письменного вопроса-ответа, поэтому делала себе заметки для того, чтобы осветить некоторые особенно интересные ситуации в своей будущей книге. Раз уж это все равно будет любовный роман, так пусть уж он хоть чему-то кого-то научит. На наглядных примерах учиться проще, да и объем не ограничен двадцатью строками журнальной страницы.

«…Используйте все методы для избавления от вины, которая разъедает душу и тело, избавляйте ваше собственное подсознание от необходимости наказывать вас…».

Давать советы легко. Даже зная множество психологических техник, которые Лиза постоянно использовала в своей жизни, следовать им оказалось не так просто. А что делать женщинам, которые загнаны в угол своим собственным непониманием, ощущением безвыходности и безнадежности?! Лиза начинала ощущать собственную беспомощность. Писать статьи оказалось намного проще, чем брать на себя ответственность за подобные советы. Кроме того, Лиза хорошо знала о том, что люди, которые обращаются к ней за советом, просто стараются переложить ответственность за принятие важных для себя решений на чужого человека. В данном случае – на автора понравившейся статьи. И сам подход считала нездоровым и неправильным. Возникший внутренний конфликт мешал ей сосредоточиться на выполняемой работе, и это портило и без того нерадостное настроение.

Затем, посмотрев на свое ненакрашенное бледное лицо в зеркале, Лиза почему-то вспомнила свою же статью о влиянии добрых и позитивных мыслей на внешний вид. Улыбнувшись своему отражению, девушка подумала о том, что ей все-таки стоит уделить время и привести себя в порядок, потому что позитивных мыслей становится явно недостаточно. Подкрасив глазки и нанеся немного румян на скулы, девушка вышла на улицу прогуляться. Дождь перестал, и осень уже намекала на скорое начало зимы. Лиза решила насладиться последними почти теплыми деньками и прогуляться по парку, рассматривая сбросившие свою листву деревья на фоне серого низко нависающего над головой неба.

Несмотря на мокрый асфальт под ногами и пролетающие капли вновь начинающегося дождя настроение стремительно повышалось, и девушка улыбалась, чувствуя, как начинающийся дождь срывается с веток деревьев и падает на лицо. Было в этом какое-то ощущение чистой свежести, как будто все горечи и проблемы множества женщин, написавших ей, остались за дверью издательства. Девушка всерьез думала о том, стоит ли ей отказаться от рубрики вопрос-ответ, есть ли ей что сказать, имеет ли она право давать кому бы то ни было советы…

Прогулка пошла Лизе на пользу, вернувшись в здание, она увидела в зеркале свое отражение, на лице играл естественный румянец, а глазки радостно блестели.

– Ты что влюбилась? Такая сияющая! – услышала она неожиданный вопрос, переступив порог своего кабинета. В кресло как раз опускался Егор.

– Да! – ответила девушка. – Ты тоже хочешь?

– А я, как бы… уже, – улыбнулся он в ответ.

– Поздравляю! – сразу же отреагировала Лиза, снимая и вешая в шкаф свое немного промокшее пальто.

– Спасибо! – улыбнулся еще раз Егор, – тортик хочешь?

На столе и в самом деле стоял большой торт, выполненный в виде объемного куска сыра, наверху которого сидела серая и толстая мышка.

– Это все-таки намек? – решила уточнить девушка, вспомнив, что именно такой торт он приносил ей уже дважды.

– А с кем ты себя ассоциируешь? С мышью или с сыром? – рассмеялся Егор.

– Вопрос в том, с чем ассоциируешь себя ты? – тоже рассмеялась девушка.

Настроение было замечательное, и вкусный любимый тортик делал его еще лучше. Оставалось решить, кто пойдет за кофе. Видя выражение лица девушки, Егор молча поднялся и, хмыкнув себе под нос: «Ну понятно», вышел и вскоре вернулся с большой чашкой любимого напитка Лизы. Теперь счастье было практически полным, и девушка, удобно устроившись в кресле, с блаженной улыбкой принялась откусывать кусочки от сидящей когда-то на торте фигурки мышки. Она была очень сладкой, кофе горьким, и Лиза разве что не мурлыкала от удовольствия.

Егор молча сидел напротив девушки и очарованно улыбался, глядя на нее.

– Спасибо! – произнесла вдруг Лиза, вернувшись из мира вкусовых удовольствий. – Ты – настоящий друг!

– Всегда, пожалуйста! – ответил Егор, не переставая улыбаться. – В любой момент!

– Буду знать!

Лиза вдруг поняла, что ей комфортно молчать, когда он рядом. Раньше она считала, что они обязаны говорить, раз уж увиделись. А теперь, когда он мог позволить себе зайти в любой момент, встречи стали более расслабленными и менее официальными. Молча глядя друг на друга и улыбаясь, они ели каждый свой кусок торта, и было даже непонятно, где находятся мысли каждого. И в данный момент это не имело никакого значения. Было похоже на то, что сейчас они просто делили свое хорошее настроение, которое не могла испортить ни слякотная осень, ни приближающиеся морозы, ни грустные письма читательниц…

* * *

Ночью Лиза спала крепко, но ей снился странный сон.

Она сидела в большом полутемном пустом храме, заполненном звуками органа и услышала голос.

– А теперь чувствуй. Просто чувствуй!

– А я хочу понимать! – отозвалась девушка.

– Что ты хочешь понимать?

– Мир! Вселенную! Знаки! Мне нужно услышать голос мира! Почувствовать его мощь!

– Чувствуй! Просто перестань быть собой! Стань его частью!

– Как?

– Растворись в звуках музыки, в шуме, в мыслях. И став частью всего этого, оставь это все позади себя. Внизу… Можно развиваться через страдание… Можно через любовь и творчество… Творчество – оно ведь сродни страданию!

Проснувшись поутру, Лиза подумала о том, что творчество и в самом деле иногда сродни страданию. Впереди были выходные, выбираться из теплой постели не хотелось. Нежась в лучах появившегося на осеннем небе солнца, которое сейчас весело заглядывало в окно, девушка подумала о том, что еще один год подходит к концу. Год, за который она успела выйти замуж и развестись, потерять и обрести заново друга, выпустить книгу, посетить Италию, стать автором новой рубрики, закончить еще один цикл обучения психологии…

Что из этого оставит след в ее сердце и памяти? Мысли перетекали одна в другую, и в спокойном их течении чувствовалось смирение человека, идущего своей дорогой. Сейчас Лизе казалось, что все идет правильно. Каждая поездка и каждые отношения ее меняли, каждая статья заставляла задуматься о чем-то новом, понять что-то о себе, о мире, о людях. Она, как вода, которая подвластна мощному течению, но сохраняет свою целостность, огибая камни и повороты, ниспадая водопадами, разбиваясь на брызги и испаряясь под лучами солнца. Опадая вниз уже где-то в другом месте и просачиваясь под землю вновь находит свой поток, свое течение… Даже неопределенность и та, казалось, является просто необходимым и промежуточным этапом абсолютно правильного и уже кем-то давно определенного цикла.

Странный сон, странное состояние. В таком хорошо было выполнять психологические техники НЛП, которым она обучалась уже два года. Этим Лиза и решила заняться с самого утра. В техниках для нее самым сложным было, как раз правильно сформулировать цель. Легко запоминая шаги техник, наполняя каждый из них своей волей, она была уверена в результате. А вот в том, чего именно она хотела…

Так произошло и сейчас. Она не знала, чего именно она хочет. Состояние было достаточно умиротворенным, и, пожалуй, ее почти все сейчас устраивало… Ну, или почти все…

Сделав себе крепкий сладкий кофе, Лиза устроилась за компьютером. Проверила почту, просмотрела и убрала старые фотографии, как она делала это в конце каждого года. Наткнувшись на фотографии Марка, девушка прислушалась к себе, к своим ощущениям. Она смотрела на волевое и решительное лицо, твердый открытый взгляд. Лиза улыбнулась, вспомнив свою с ним недолгую историю. Марк – как ценное художественное полотно, которое очень хочется приобрести. Красиво повесив на стену перед глазами. А потом висит оно постоянно на стене, и через какое-то время ты уже видишь все мазки, дефекты и просто неровности слоя… и детали начинают раздражать… Так же черты характера, которые привлекают в чужом мужчине, в своем вызывают раздражение и неудобство, а порой и полную невозможность сосуществования.

Просматривая различные красочные отчеты о путешествиях, которые Лиза и сама любила, она несколько раз подряд наткнулась на фотографии цветущей сакуры и поняла, что ее список желаний увеличивается, не успевая выполняться. В этом году из него вычеркнулась Италия, но, похоже, сейчас добавляется Япония. Причем обязательно во время цветения сакуры. Найдя свой блокнот, девушка старательно и аккуратно добавила этот пункт, поставив напротив уже выполненных «плюсики». На самом деле девушка не знала, когда цветет это дерево, но знала, что обязательно должна увидеть его цветение своими глазами. Лизу так впечатлили увиденные фотографии, что она даже написала стихотворение.

Девушке стало понятно, что для творчества выходных не существует, поэтому сделав глубокий вдох, она открыла пустую страницу и начала писать следующую книгу…

Пальцы бегло стучали по клавишам, стараясь успеть за мыслями автора. Лиза периодически поглядывала на стопку листов с заметками, которые она собирала, чтобы в нужном месте текста их использовать. Вспоминая о Марке и Егоре, Лиза улыбалась. Их она тоже включит в свое повествование, как и множество других персонажей, черты характеров которых будут усилены, убраны или смешаны между собой. В итоге, это уже будут совсем другие люди, и только чувства и переживания девушки будут в истории настоящими, но об этом уже никто никогда не узнает. Она ведь творческий человек, и все можно будет просто списать на фантазию одаренной личности. Улыбнувшись еще раз, Лиза вспомнила один особенно важный для нее эпизод с Егором, застыв на миг, она задумалась о том, стоит ли включать его в историю, рассказывающую о жизни совсем другой женщины, но затем, Лиза поняла, что некоторые моменты она может сохранить только так…

Глава 17

– Привет! А у меня сегодня день рождения! Я хочу подарок! – радостный голос Егора в трубке разбудил и взбодрил Лизу одновременно. Она совершенно об этом забыла. Впрочем, девушка почти всегда забывала о днях рождения друзей, она и свой собственный день рождения тоже, наверное, забыла бы, если бы о нем не напоминали подруги, намекая на острую необходимость проведения девичника.

– С днем рождения! А какой подарок ты хочешь? – спросила девушка, пытаясь представить варианты ответов.

– Тебя!

– То есть?! – Лиза села в кровати, она еще не настолько проснулась, что бы понимать.

– Вечер с тобой! Мы идем в кафе! – бодро протараторил Егор.

– А, – облегченно ответила девушка.

– А ты что подумала? – знакомый грудной смех смутил Лизу, еще больше ее смутили собственные ощущения от него. – Эх ты… пошлая какая!

– Ничего я не подумала, – еще больше смутилась девушка.

– Все с тобой понятно! Заеду в шесть! – также весело ответил Егор.

– Подожди! – быстро проговорила Лиза.

– Что?

– С днем рождения!

– Спасибо! А что ты мне пожелаешь?

– Придумаю при встрече, – рассмеялась в ответ Лиза и положила трубку.

* * *

Егор приехал в издательство ближе к вечеру с тортиками, угостив всех желающих. Ему подарили от коллектива букет цветов, которые он теперь держал бутонами вниз, как веник, и совершенно не представлял, что ему с ними делать.

Ближе к шести он зашел в кабинет к Лизе и, пользуясь тем, что все были поглощены уничтожением сладостей, парочка спокойно покинула здание.

Егор забронировал столик в любимом ресторанчике Лизы. На столе горели свечи, и вечер получался каким-то странно романтичным по настроению. Егор внимательно всматривался в лицо девушки, улыбаясь каким-то своим собственным мыслям. Все это смущало Лизу, и она старалась вернуть себе дружеский настрой, но у нее это не сильно получалось.

– Ты сегодня хорошо выглядишь! – сказал, наконец, Егор. – Впрочем, как и всегда!

– Спасибо, – улыбнулась Лиза, удивляясь своей реакции. Они уже много раз ходили в кафе по-дружески или по работе, обсуждая интересные моменты статей, и она ни разу не чувствовала подобной неловкости.

Официант принес бутылку любимого шампанского Лизы.

– День рождения, кажется, сегодня не у меня! Можешь и сам выбрать, что пить!

– Я выбрал, – ответил он негромко. – Я уже давно выбрал…

Официант профессионально с почти неслышным хлопком откупорил бутылку и теперь разливал игристый напиток по бокалам.

– Ты тоже будешь пить шампанское? – не удержавшись от продолжения темы, спросила Лиза, – Ты же не любишь шампанское?

– Так сегодня же праздник! – улыбнувшись, Егор продолжил, – Так что же ты мне все-таки пожелаешь в этот день?

– Я желаю тебе… Знаешь я так много тебе желаю, что даже не знаю с чего начать… Я поздравляю тебя с днем рождения! Я искренне желаю тебе от всего сердца, чтобы ты нашел свою жизненную цель и обрел силы для ее достижения, чтобы в твоей жизни у тебя было много радости, душевного покоя и тепла. Я искренне желаю тебе найти свою вторую половинку, чтобы ты смог понять, что любовь – это не болезнь. Когда ты найдешь девушку, которую искренне полюбишь, ты сможешь открыть ей свою душу, и она это сможет сделать для тебя, и ты обнаружишь, что твой собственный мир стал вдвое больше, радостнее, ярче и в нем появилось больше цветов и света. Желаю тебе обрести такого человека, с которым ты будешь идти рука об руку всю жизнь, сохраняя при этом ее и свою свободу, поддерживая друг друга, проявляя уважение, доверие и заботу, любовь и нежность, интерес и дружбу, и чтобы обязательно у тебя в жизни была взаимная страсть. Это действительно важно. Тогда легче добиваться всего, когда ты знаешь, что у тебя есть поддержка и тебе есть, кого поддерживать. Желаю тебе добиться успеха в том, чего ты еще для себя желаешь! Душевного покоя тебе, мира и гармонии! И я желаю тебе счастья, что бы оно для тебя ни значило! – с трудом переведя дыхание, Лиза продолжила, – Я хочу тебе сказать, что ты должен помнить о том, что ты – интересный, уникальный, сильный и умный молодой мужчина, и ты обязательно добьешься успеха! Ты этого достоин! Немного самоорганизации, понимания для чего тебе это нужно и сформулированный план – и все получится! Для меня ты навсегда останешься особенным и важным, близким и значимым, и я всегда буду помнить о тебе, твоем тепле, твоих мягких и заботливых руках, твоей обволакивающей и успокаивающей энергии, в которой хотелось раствориться, и твоем голосе, который умеет проникать в самую душу… Я буду помнить о тебе, независимо от того, сохранится ли наше с тобой общение в дальнейшем. Я желаю тебе найти девушку, которая будет чувствовать и понимать тебя. Я желаю тебе обрести счастье так, как я желала бы этого для себя самой. А это, поверь мне, значит желать очень-очень сильно!

Егор молча смотрел на девушку, которая по мере продолжения своей речи волновалась все больше и больше.

– Хочу тебе еще дать совет, надеюсь, ты воспримешь его правильно. Если ты хочешь, чтобы тебя понимали, то ты должен говорить об этом, потому что все люди очень разные, ценности и мысли, видение мира и прочее у каждого свое. Если ты объяснишь, тебя поймут. Невозможно угадать, что думает и чувствует человек, если он об этом не скажет. Поэтому, когда ты встречаешь людей, общение с которыми для тебя важно, не стоит их терять только потому, что они не угадали с первой попытки, что ты хотел бы им сказать, – этого она точно уже говорить не собиралась. Совсем не к месту вспомнились все моменты их общения, когда он пропадал без объяснений на день, неделю, а то и месяц и, решив закругляться, Лиза повторила, – Еще раз тебя поздравляю!

Егор по-прежнему молча смотрел на Лизу.

– Ну, хоть спасибо скажи, что ли, – нервно засмеялась девушка.

– Спасибо, – со странным выражением лица ответил Егор.

– Если что, то я не хотела тебя обидеть, – на всякий случай решила уточнить Лиза.

– А ты и не обидела, – ответил он, коснувшись с легким звоном ее бокала, и выпил сразу все содержимое своего.

Немного позже заказали еще одну бутылку. Затем еще одну. Время летело незаметно. Весело. Легко.

Провожая девушку до квартиры, Егор даже не попытался спросить разрешения войти, он просто это сделал, как естественное продолжение вечера, как разговор, который они не прерывали в процессе перемещения по квартире, в процессе раздевания…

* * *

Через какое-то время уже пора было выбираться из постели. После бессонной ночи и еще более бессонного утра сил ехать на работу не было совсем. Лиза допила свой остывший кофе, пока Егор освежался в душе, и затем отправилась в ванную. Когда она вернулась, то увидела Егора сидящим на застеленной кровати. Он одел брюки и теперь пытался найти свои носки, которые непонятно куда забросил прошлым вечером. Лиза подошла к шкафу и открыла дверцу, чувствуя всей свое кожей скользящий по ней взгляд. Подойдя к нему, Лиза провела рукой по влажным чистым светлым волосам. Егор поцеловал ее в живот и привлек к себе.

– Я люблю тебя, – сказал Егор, глубоко вздохнув. Учитывая, что за миг до этого он повалил девушку на кровать и накрыл ее своим телом, это была очень своевременная фраза.

– Это опять момент эмоционального перевозбуждения? – с улыбкой спросила Лиза слегка охрипшим голосом.

– Нет, – ответил он, немного отстранившись.

– Ну, так давай сделаем его таким!

– Каким? – казалось, Егор совсем перестал улавливать нить разговора.

– Эмоциональным, – ответила Лиза, ведя рукой вниз по его животу и, добравшись до ремня на брюках, продолжила свой путь вниз, – и возбужденным…

Дальше можно было не продолжать, потому что разговоры не имели никакого значения, особенно в той спешке, с которой стягивались и ремень, и брюки, и все остальное. Лиза любила моменты, в которые не нужно было разговаривать, хотя она это умела. И говорить и писать красиво, цепляя разные ниточки души для создания определенного состояния. Сейчас состояние было подходящим моменту, поэтому в молчании она быстро сбросила с себя легкое платье. Вообще ей нравилось, когда ее раздевали мужские руки, но сейчас они были заняты избавлением от собственной одежды, а Лиза ждать больше не хотела. И не могла…

* * *

Егор мирно спал, положив руку под голову девушки. Лиза легонько поцеловала его пальцы и, уютно умостившись в его ладони, лежала и смотрела в потолок, натянув одеяло под самый подбородок. Сейчас она думала о том, что наступает, кажется, на те же грабли. Хотя сложно назвать граблями такое крепкое и сильное тело. Подумав об этом, Лиза тихонько хихикнула. Не удивительно, что уснул он быстро и крепко, потому как старался перед этим сильно. Ночи с ним – это всегда море удовольствия и максимальный результат. Лиза лежала и вспоминала о прошлом. В памяти всплывали все разы, когда они вот также, как сейчас быстро срывали с себя и друг с друга одежду, падая в кровать, чтобы впиться в губы, дразнящие и смеющиеся над самими собой. Она всегда знала, что эта их связь – сильнее ее и его вместе взятых, поэтому просто старалась избегать встреч. Во всяком случае, пока встречалась с кем-то другим. Егор никогда не предлагал ей серьезных отношений, всегда находясь где-то на границе видимости ее жизни, даже подарив кольцо, как символ… она так и не поняла чего, он остался далеко. Хотя самой девушке иногда становилось интересно узнать, может ли у них что-либо путное получиться со второй попытки. И означает ли эта их встреча ее начало…

На работу в этот день никто из них не попал. Не сумев окончательно выбраться из-под одеяла, они придумали небольшие оправдательные истории для издательства и спокойно продолжили свой день вне его стен.

* * *

– Он решил ко мне вернуться!!!! – радостно закричала Алина, заскакивая в кабинет к Лизе на следующее утро, – Представляешь?!

Девушка плюхнулась в кресло, напротив рабочего стола, продолжая улыбаться.

Лиза замерла, внимательно посмотрела на свою непрошенную гостью и пыталась осмыслить услышанное. Учитывая то, как именно она провела прошлую ночь, день и еще одну ночь… Они, конечно, не договаривались ни о чем… О постоянных отношениях и прочем… Но…

Мысли разбегались от нее, оставляя внутри звенящую пустоту.

– Кто? – наконец, смогла выдохнуть Лиза.

– Как кто? Егор!!! – опять громко и счастливо засмеялась Алина.

– Вы, наконец, поговорили? – Лиза прикладывала максимум усилий, стараясь скрыть свое состояние, которое можно было охарактеризовать только падением души на пол, и восстановить дыхание.

– Да! – еще громче сказала Алина.

– Молодцы… Он все объяснил?

– Да!

– Класс! И что он сказал?

– Что хотел мне еще раз повторить, что любит меня и только меня!!! Что с первой встречи он уже знал, что именно такую женщину хотел бы видеть рядом с собой всю жизнь. Что я – самое дорогое, что было у него в жизни, и он приложит все усилия для того, чтобы на этот раз у нас все вышло…

Лиза чувствовала, что еще миг, и она разрыдается, потому что звенящая струна, кажется, все-таки оборвалась…

– Когда? – резко спросила она охрипшим голосом, однако ослепленная своим счастьем Алина этого не заметила.

– Сегодня утром!!!!

Спрашивать дальше и тем более слушать Лиза больше не могла, она резко встала, подошла к Алине и крепко ее обняла, украдкой вытирая слезы так, чтобы та их не заметила.

– Я рада за вас, – как можно искреннее сказала она, – извини, пожалуйста, мне нужно срочно позвонить…

– Да не за что! Спасибо! Мне еще надо рассказать девчонкам! – Алина так же быстро выбежала из кабинета, как и влетела в него.

Лиза медленно подошла к двери, закрыла ее за гостьей, провернула замок и так же медленно вернулась за свой стол. Если она начнет рыдать, это услышит все издательство, ей нужно было срочно взять себя в руки, только она не имела ни малейшего представления о том, как именно это сделать.

Воздух не хотел входить в ее легкие, как будто ее ударили в живот, резкая боль пронзила все тело, скрутив его.

– Знакомое состояние, – вполголоса проговорила она сама себе, – ты это уже проходила!

Стараясь заставить свое тело дышать, девушка прикладывала для этого максимум усилий, что и помогло ей немного успокоиться. Через какое-то время, перемещаясь, как в замедленной съемке, она взяла свою сумочку и тихо вышла в коридор, где к ее большому облегчению никого не было, и вышла на улицу.

Дома Лиза первым делом сорвала с кровати постельное белье и бросила его в стиральную машину, после этого вытерла пыль, тщательно вымыла полы и вышла на балкон. Вечерний прохладный воздух привел бы ее в чувство, если бы она нашла внутри себя хотя бы одно из них. Но чувств не было…

Утром зазвонил телефон, его резкий звук разорвал окружающую тишину, и девушка, не глядя на номер, сбросила звонок, убрав полностью звук. Сидя на диване, она смотрела в одну и ту же точку на стене. Прошедшая ночь не дала ей ни сил, ни мыслей, и сейчас девушка понимала, что не в состоянии двигаться. Не в состоянии куда-то идти. Что-то делать. С кем-то разговаривать.

Телефон молча вибрировал еще несколько раз, но Лизу это больше не беспокоило.

* * *

Настойчивый звонок в дверь нарушил тишину в квартире. Лиза все еще сидела на диване, уставившись на стену перед собой. Опять от нее ускользало что-то… или кто-то… Если в одну и ту же реку нельзя войти дважды, это ведь хорошо? Название то же, что и было, река та же, а вот вода уже должна была быть новая и чистая. Что несет общение с человеком, предыдущая серия уже надоевшего сериала отношений с которым закончилась ничем? Она больше времени тратила на ожидание, чем на реальное общение. А теперь. То, что произошло теперь и вовсе не укладывалось ни в голову, ни в душу. Хотя. С другой стороны. Никто никому ничего не обещал… Зачем же он признавался… хотя мужчины признаются в чем угодно, если припечет… Девушка чувствовала тошноту, то ли голод, то ли гордость, то ли чувства…

В дверь позвонили еще раз…

– Я тебя не звала, – резко сказала Лиза, открыв все-таки двери. На пороге стоял Егор. Сейчас она стояла с мобильным телефоном в руке, который не переставал звонить.

– А я все равно пришел, – спокойно произнес не растерявшийся молодой мужчина, было видно, что он войдет внутрь в любом случае и не важно, кто, что и кому скажет и сделает, но он войдет в эту квартиру и обнимет эту женщину. – Ты ответишь?

Лиза сделала шаг назад, пропуская гостя в квартиру. Старый год заканчивался, зима гордо шествовала по земле, и холод лестничной клетки врывался внутрь, заставляя быстрее закрыть входную дверь.

– Алло! – ответила, наконец, Лиза.

– Он просто перепутал ноооомер… ноооомер… надиктовал на автоответчик… но не мнеее… – рыдания прерывали речь, делая ее практически неразборчивой, – он не мне звонил…

– Кто? – не сразу сообразила Лиза.

– Егооооор!!!! – протяжно взвыла Алина.

Он расстегнул свою дубленку и, сняв, положил на диванчик, стоящий в коридоре. Лиза сделала еще шаг назад. Пытаясь проанализировать свое странное состояние, она посмотрела в зеркало, висящее на стене, и увидела девушку с широко раскрытыми рассерженно-сверкающими глазами, плотно сжатыми губами. Выражение лица было странным и заняло на какое-то время внимание девушки. Егор подошел к ней вплотную.

– Извини, мне очень жаль, но я не могу сейчас разговаривать, – ответила Лиза и нажала отбой.

– Ты все равно пришел? – переспросила вдруг Лиза, решив не анализировать и не контролировать свое настроение больше. Она поняла только то, что ей было больно слишком долго, а терпеть боль она не любила.

– Да, – ответила Егор, спокойно глядя ей в глаза. Девушка расстегнула ему верхнюю пуговицу рубашки у воротника, она не любила застегнутые доверху вещи. Затем вторую. Затем еще одну. Он не шевелился. И в какой-то момент Лиза поняла, что он не может тут остаться. Не сможет. Он уйдет все равно сейчас или завтра утром, и она больше не хочет его ждать… Ведь не это общение и не ее чувства и мысли доставляли ей боль, а именно это выматывающее душу ожидание… И она так больше не хочет… Не может… И не будет…

Лиза поднесла руку к его шее, погладив ее пальцами. Опуская руку, она все сильнее и сильнее надавливала ногтями на его кожу, медленно ведя ее вниз к животу. Кожа реагировала сразу же, и ее пальцы оставляли за собой кровавые полосы. На середине груди, он не выдержал и положил свою ладонь на ее кисть. Девушка посмотрела ему в глаза жестко и немного отчаянно, миг застыл, и не было ни одной мысли в голове, способной ее остановить. Ей было необходимо проявление этой жестокости, как будто она делилась своей болью и пыталась понять, сможет ли он это понять… или выдержать… или просто принять…

Через миг он опустил свою руку, и ногти девушки продолжили свой острый путь вниз. Где-то на животе он резко вздохнул. Ему было больно, Лиза это видела, и почему то это доставляло ей удовольствие. Как будто это была та месть, которую она никогда себе не позволяла. Как будто в их отношениях теперь была допустима жестокость, которую оба готовы вытерпеть и простить.

Егор сделал небольшой шаг вперед, резко прижав Лизу к стене. И с силой оторвав ее руку от своего живота, продолжал ее держать подальше от своего тела. Впрочем, держать подальше он собирался только ее руку, потому что с жадностью впился в губы девушки, отбросив остатки деликатности и нежности, которые когда-то ему были присущи.

Он не спрашивал разрешения и ничего не просил, он просто брал то, что считал своим. Опускаясь вниз по ее шее, он впивался в ее кожу своими губами, даже не пытаясь ослабить напор. Ощущая тупую несильную боль, Лиза вдруг поняла, что совершенно не знает этого мужчину, как будто этот человек не имел ничего общего с тем интеллигентным сдержанным и немного зажатым любителем истории, с которым она так долго общалась, или точнее пыталась общаться… И в какой-то момент она поняла, что ей тоже можно не быть той, кем она была в его глазах, потому что сейчас созданный ею образ не имел ни малейшего значения, также как не имело значения ничего в этом мире, кроме холодной стены за спиной, к которой ее все сильнее прижимало сильное мужское тело, кроме губ, с жадностью скользящих вниз, кроме сбивающегося дыхания и поднимающегося внутри жара.

Егор резко схватил ее за руку и потянул в спальню. Она сделала попытку вырваться, хотя сама не понимала, зачем. Впрочем, ей это и не удалось. Крепко удерживая ее кисть, он довел ее до кровати, развернул и резко бросил на нее. Девушка полетела назад и мягко приземлилась, хотя от подобного обращения, что-то жестокое просыпалось внутри, вместе с жаром, вместе с когтями, скребущими одеяло и молчаливым сбивающимся дыханием… Быстро скинув с себя одежду, он принялся за нее, также резко и быстро срывая платье и белье. Она не собиралась ему помогать, наблюдая за его резкими движениями с животной хищностью. Ей показалось, что если она сейчас попытается что-то сказать, то это будет рычание вместо слов. Быстро справившись с препятствиями, Егор повалил девушку на спину, совершенно не пытаясь доставить ей удовольствие или проявить заботу, он по прежнему просто брал свое. Давая ей то, что ей было необходимо. Ей это было необходимо, как будто без встряски она не могла бы вырваться из оцепенения, в котором пребывала долгое время. Как будто ей нужно было почувствовать боль, чтобы понять, что она живая… Что она – его…

И она приняла это. Как факт. Как миг. Как реальность. Как судьбу… Утонув в своих ощущениях, сменяющихся в душе и теле, заставляющих глаза плакать, а голос хрипеть. Впиваясь когтями в мужскую спину. Без жалости. Без мыслей. Без самой боли, отошедшей на второй план. Но это было уже не важно, потому что важным становилось что-то другое, что-то настоящее…

* * *

Утро наступило быстро, и солнце, любопытно заглянув в комнату, обнаружило распластавшиеся на кровати два обессилевших тела. Уснули оба одновременно. Только вот проснулся быстрее Егор и отправился утолять жажду на кухню. Принеся стакан воды для девушки, он поставил его на прикроватную тумбочку. Он помнил, что утром она обязательно выпивает стакан холодной чистой воды и только после этого встает. Потом он сделал ей крепкий кофе, который поможет восстановить силы. Как только кофе был готов, он вернулся в спальню, тратить время на сон в этот день было бы неправильным.

Уловив запах своего любимого напитка, Лиза открыла глаза. Егор сидел на кровати и смотрел на девушку, вид у него был немного сердитый. Но девушка уже помнила, что когда он серьезен, у него бывает недобрый взгляд, и решила не обращать на это внимания. Взяв чашку с водой, девушка сделала пару глотков, затем взяла в руки чашку с кофе, вдыхая горький аромат, она закрыла глаза. Сейчас она все ощущала как-то острее, ярче. Солнце нескромно освещало нагие тела, пробуждая в головах совершенно небудничные мысли. Взяв из ее рук чашку с недопитым напитком, Егор пододвинулся к ней ближе и поцеловал в плечо. Лиза опустилась на подушку, увлекая его за собой… Разговаривать не хотелось совершенно.

* * *

После очередного пробуждения решили заказать доставку обеда. Лиза, смотрела в окно, за которым белый пушистый снег падал на землю, укрывая ее чистым ковром.

– Ты знал, что ласточки никогда не ходят по земле? – зачем-то спросила девушка.

– Да! Конечно! Но им и не нужно, их жизнь ведь проходит в небе, – ответил, улыбнувшись, Егор и поцеловал ее в макушку. Он не удивился такому странному вопросу, потому что готов был говорить обо всем. Кроме того, что девушка так и не ответила на его недавнее признание в любви, и это его беспокоило. Лиза видела это, но пока молчала. Он обнял ее и молча смотрел в окно.

– А ты знаешь, что я тебя люблю? – тем же тоном продолжила Лиза, она вдруг почувствовала, что пружина внутри ее сердца разжалась.

– Теперь знаю, – ответил Егор, сильнее притянув девушку к себе.

– Если бы ты еще знал, получится ли у нас на этот раз, – задумчиво произнесла Лиза.

– А ты мне поверишь? – после недолгой паузы спросил Егор, – Поверишь, если скажу, что да?

– Наверное, да… Поверю… – ответила Лиза, опустив голову ему на плечо и пряча радостную улыбку…

Content

Ольга Жван
Ласточки не опускаются на землю